Екатерина Серикова
Обнажение. Глаза в глаза

Обнажение. Глаза в глаза

«Я открытый космос. Я у тебя внутри.

Я зову тебя. Посмотри на меня, посмотри.

У тебя есть время для любых бесконечных начал.

Я открытый космос. Так на что ты меня променял?»

ЧуДеСа & ТаборBAND. Открытый космос

***

Я пишу о своей истории любви, чтобы она не была забыта. Написанная история – как прожитая жизнь. Закончив, я должна буду её отпустить.

Зарисовка 1. Коленки

Она вышла из здания на улицу и вдохнула свежий сентябрьский воздух, уже слегка прохладный после жаркого лета – словно горячий чай, вкусно разбавленный непрогретым молоком. Закончилось обучение, о котором она давно мечтала: курсы расслабляющего масляного массажа. Было девять вечера, она была удовлетворена прошедшим днем и очень голодна.

Достав телефон, она набрала его номер.

– Привет, – мягко произнесла она. – Я закончила. Может увидимся ненадолго? Я тут недалеко, просто проеду мимо твоего дома. И… может, у тебя найдётся что-нибудь перекусить?

Села в машину. Завелась. Внутри ощутила волнение, радость и трепет. От реализованной мечты, от предстоящей хоть и короткой встречи, от тягучести осеннего воздуха.

Медленно тронулась, прислушиваясь к звуку мотора на низких передачах – он ей нравился своей басовитостью. Едя по улицам, рассматривала окна домов. Радовалась, если удавалось подсмотреть кусочек чужой жизни, потом фантазировала, что было дальше.

И про их отношения тоже фантазировала. Это было самое начало: чувства, страсть, трепет, любопытство, восторг.

Тогда она не знала, что на качелях этих отношений, согреваемая солнцем и обдуваемая ветром, она улетит высоко в небеса, а потом упадет и в кровь разобьет коленки.

Тогда она не знала, что в этих отношениях соберет целое ожерелье из таких моментов, как сейчас, и что каждая бережно нанизанная бусина поможет ей вырасти до нового понимания и ощущения жизни и себя.

Тогда она не знала, что коленки заживут и будут нравиться ей еще больше.

Тогда она не знала, что впереди боль, а за ней свет. Боль только своя. Но и свет теперь тоже свой.

* * *

Она увидела его на краю дороги возле стоянки. Остановилась. Вышла.

– Жду тут тебя на обочине жизни, – пошутил он тогда. И протянул тарелку горячей каши с изюмом и ароматным сливочным маслом.

Зарисовка 2. Желание

Моё тело ещё ощущает на себе твои руки.

Касания, поцелуи, проникновения внутрь.

Наглаженная, натроганная, налюбленная.

Засыпаю счастливая.

Реветь буду позже, когда забуду всё.

Она сняла с себя всю одежду.

Сегодня дома никого, кроме неё, а она любила ходить обнажённой.

Включив музыку, она зажгла свечи и распахнула окно. На улице было темно. Светящиеся окна в доме напротив напомнили ей игру в тетрис. В каждой квартире шла своя жизнь и разворачивалась своя история. А у неё – своя.

Она легла на пол и ощутила прохладу, исходящую от окна и от соприкосновения с деревянными половицами. Музыка обняла её тело и заполнила звуками всё пространство её комнаты. Её тело скучало. Её взгляд был обращен внутрь себя.

Ей хотелось прикосновений. Его прикосновений. Хотелось вернуться и испытать снова то удовольствие, ту страсть, ту жизнь, которые она узнала, которые открылись ей. Она хотела ощутить вновь соединённость и красоту мужского и женского. Через слияние. Слияние на уровне тела и души.

Но он решил закончить их отношения.

Зарисовка 3. Спонтанность

– С тебя джинсы, кроссовки и куртка. Сможешь кататься до полуночи? – спросил он. – Буду в восемь. Шлем и перчатки для тебя есть.

Он приехал на мотоцикле, взятом напрокат. Показал, как надеть шлем, и сложил её вещи в сумку мотоцикла. Она видела, что он немного волнуется. Считывала это по его движениям.

Он опустился на сиденье и пригласил её устроиться сзади. Его взгляд был мягким, а руки сильными. Она перекинула ногу через мотоцикл и обняла мужчину, сомкнув руки у него на груди.

– Держись крепко, – сказал он, разгоняясь.

Дальше был ветер, скорость, дороги, повороты и его огромное горячее сердце под её ладонями.

– Надень перчатки, возьмись ниже, будет удобнее, – говорил он. Но она не могла опустить рук. Она ощущала то, на что её сердце откликалось теплом, а низ живота жаром.

* * *

К полуночи он привёз её домой. Она не хотела уходить. Каждая клеточка её тела продолжала с огромной скоростью двигаться навстречу к нему.

Они попрощались. Она двинулась в сторону дома. Он шагнул следом, обнял её сзади и вдохнул запах её волос.

Они простояли так бесконечно долго. Она потеряла счёт времени. Забыла, кто она. Забыла, что дома у неё дети. Забыла, что ей уже сорок один, а этому новому мужчине за её спиной сорок три. Чувства и ощущения полностью погрузили её в момент здесь и сейчас. И этот момент ей невероятно нравился.

Придя домой, она поцеловала спящих детей, хотя после этого вечера их наличие на какой-то миг удивило её, включила музыку в своей комнате, и танец полился из её тела.

А когда она проснулась на следующий день, ей стало страшно.

Зарисовка 4. Сближение

Она ощущала такой поток чувств и мыслей внутри себя, что, казалось, они разорвут её на части. Её переполняли тепло и доверие к этому мужчине, словно она знала его уже очень давно, будто он пришёл к ней из прошлых жизней. Всё это ворвалось в её жизнь, обрадовало и испугало одновременно.

– А что тебя пугает, когда ты чувствуешь сердцем много тепла? Какой он, твой страх? – спрашивал он.

– Я боюсь, что ты исчезнешь так же внезапно, как появился, и я останусь с потоком чувств один на один.

– Обещаю не исчезнуть и не оставить тебя одну с этим потоком. Беру на себя такую ответственность. Обещаю помочь тебе научиться с ним жить.

И она училась. Училась видеть свой страх и доверять тому, что происходило. Она открывалась этому мужчине, была честной с ним. Её искренность и открытость очаровывали его. Она была одновременно уязвимой и сильной, не скрывала своих тревог и стремления к близости с ним. Она училась слышать и принимать его.

Он принимал её тревоги, хотел помочь ей научиться с ними жить. Он был сильным, но и не боялся проявлять слабость перед ней. Его заботливое внимание очаровывало её. Он учился быть честным и открытым.

Это был красивый танец сближения.

Зарисовка 5. Качели

Несколько недель назад он вернулся из Индии. Это место давно звало его. Она никогда там не была.

Он уехал туда после очередных качелей в их отношениях. После попытки расстаться и снова сойтись. Причём к первому вёл их он, а ко второму она.

Он искал свободы во всём. Свободы в мыслях, решениях, действиях, чувствах. Ему хотелось спонтанности во встречах, лёгкости в общении, свободы в любви.

Она же искала близости. Близости во всём. Хотела делиться мыслями, решениями, чувствами, жизнью. Искала сотворчества, соединённости, соинтересности, соития, сочувствия и сопереживания.

Он говорил о расставании. Она слушала, но не слышала. Она видела глаза, в которых отражалась душа, и чувствовала пространство между ними. Оно было густым, отделённым от внешнего мира, словно всё вокруг переставало существовать. Их тянуло друг к другу, словно магниты, и это притяжение чувствовалось на уровне живота, сердца и души.

Именно это ощущение для неё было воплощением истинной близости, невероятным подарком вселенной, настоящей ценностью.

– Ты чувствуешь это? – спрашивала она у него. – Ты это чувствуешь?

Да… Он чувствовал. И входил в неё снова и снова.

Они ныряли в это пространство целиком и без остатка. А после она боялась, что больше не испытает такого растворения в нем, а он боялся, что вновь себя в ней потеряет.

Зарисовка 6. Она

Она не верила в Бога.

Точнее, она не принадлежала ни к какой религии. Но у неё было особое место, где она разговаривала с тем, кто там, наверху.

Этим местом была небольшая, на несколько домов, глухая деревня в окружении лесов и диких озёр.

Однажды именно здесь она ощутила эту связь с тем, кто там, сверху. Это было удивительное чувство спокойствия и доверия к миру и всем событиям жизни, которые она перестала делить на плохие и хорошие. Сердце будто наполнялось большой любовью, и она испытывала тихую радость от того, что есть она и этот мир вокруг.

Она купила старый дом в той деревне, который стал её местом силы, местом встречи с собой и с тем, кто наверху.

Это был настоящий край земли, где можно было не закрывать двери на замок, купаться голышом, жечь костры и жить такую простую, настоящую, обычную жизнь. Здесь были близкие ей по духу люди. И именно сюда она позвала его. Ведь тут самая настоящая она. А она хотела его с собой такой знакомить.

Зарисовка 7. Глубина

Он должен был приехать в пять, и она с нетерпением ждала его. Волнение, предвкушение, желание переполняли её. До этого они лишь встречались и гуляли, а тут им предстоит провести три дня в её месте силы. В её доме на краю земли.

Она увидела машину издалека. Сердце громко стучало. Улыбка не сходила с лица.

Он зашёл в дом, осмотрелся, а затем, встретив её взгляд, прижал своим телом к стене. Она ощутила жар, вспыхнувший между ними.

Их губы соприкоснулсь, и он мягко проник языком в её рот. Немного волнуясь, она откликнулась на его поцелуй, наслаждаясь моментом, ведь она готова была впускать его во всю себя. Впервые впускать.

Возбуждение и желание нарастали в низу живота. Она чувствовала вес его тела, по-прежнему прижимающего её к стене. Он коснулся её груди, не прерывая поцелуя. Она провела руками по его спине, пояснице и прижалась к нему, ещё сильнее почувствовав возрастающее между ними возбуждение.

Он чуть отстранился, провёл рукой по внутренней стороне её ноги, поднимая край летнего лёгкого платья и осторожно проник пальцем в самое горячее место. «Привет», – сказал он, подхватил её на руки и отнёс в постель.

Он входил медленно. Они смотрели в глаза друг другу. Она чувствовала, как её тело впускает этого мужчину, как доверяет ему, открываясь с каждым движением. Она улыбалась.

Её тело приняло его целиком. Её дом принял его в своё пространство. Её место обняло их своими лесами, озёрами, звёздами и пением птиц.

Когда вечером они возвращались с озера, месяц освещал им лесную тропу к дому. В окнах горел мягкий свет, который они не выключили уходя. Она шла, ощущая свою руку в его большой, сильной ладони, чувствуя, как всё внутри неё успокаивается, становится на свои места, наполняется теплом и любовью. Рядом с ней был бесконечно родной и близкий ей мужчина. И они шли домой.

Зарисовка 8. Любовь

Они много говорили про гармоничные отношения, про мужчину и женщину.

– Зрелые партнёры независимо друг от друга создают пространство, которое наполняет каждого из них любовью. И правильно говорить не «я тебя люблю», а просто – «я люблю». Это значит, что человек наполнен творчеством, окрылён и счастлив. При этом, когда он говорит другому «я тебя люблю», он как бы делится с ним своим внутренним счастьем, выбирая для этого именно этого человека. И тогда получается «я люблю… тебя». А без этого внутреннего счастья и собственного полёта любовь ненастоящая, она есть требование взаимности, одолжение и снисхождение, – говорил он.

– Я тоже думала про мужчину и женщину и про утверждение о том, что каждый человек всё же одинок и нужно быть самодостаточным с самим собой. Я согласна, что самодостаточность – это первоочередное. Вот есть я, я могу быть с собой, и мне хорошо. Но при этом у меня есть ресурс на то, чтобы «светить» лишь с определённой силой. А при настоящих, гармоничных отношениях уровень счастья и «свечения» каждого партнёра усиливается от взаимодействия друг с другом, – отвечала она.

Но периодически она чувствовала себя очень уязвимо, и ей было страшно.

– Ты очень серьёзный вызов для меня. А что, если я не справлюсь?

– А куда ты денешься? А даже если нет. Что самое страшное может произойти?

– Я тебя потеряю, а я этого не хочу и боюсь, – отвечала она.

Зарисовка 9. Откровения

– Получается, что я люблю тебя и хочу проводить с тобой много времени. Могу и сама с собой, но хочу с тобой. А ты? – спрашивала она.

– И я с тобой хочу. Но не получается ли так, что ты нуждаешься во мне?

– А что смущает тебя, если и нуждаюсь?

– Я не хотел бы стать наркотиком для тебя, – отвечал он.

– Скажи, а ты нуждаешься в йоге, медитации?

– Да.

– Вот. Ты для меня как духовная практика. От общения с тобой я становлюсь шире, устойчивее, радостнее, чувствую жизнь глубже. Не спасаюсь, а усиливаюсь и расширяюсь. Поэтому да, я нуждаюсь в тебе, но не для выживания или бегства от жизни, а для расширения и познания себя.

Его всё больше очаровывала её логика и рассуждения. Он видел в них спокойствие, силу и мудрость и никак не мог понять и поверить, как и почему периодически её накрывает такой сильной тревогой и неуверенностью.

– Когда я про тебя думаю, сердце будто светится изнутри, – говорила она. – А в животе тепло очень. Так и хожу постоянно горячая и светящаяся.

Ему казалось, что вот именно то, что он давно искал. Казалось, что она та самая женщина. И от этого было волнительно и страшно.

– Спасибо тебе. Люблю тебя… Волнуюсь говорить, но люблю тебя, – произнес он. – Я полагал, что все чувства и состояния уже когда-то пережил, а тут нет. С тобой что-то особенно близкое и настоящее.

Он смотрел в её глаза. Она улыбалась. Мудрой и спокойной улыбкой.

– Я подозреваю прямо сейчас, что через тебя я окончательно влюбился в жизнь и в себя в том числе.

Зарисовка 10. Они

Бывают отношения пресные, бывают горькие, солёные, бывают острые или приторно-сладкие, а бывают вкусные. Не на вкус, хотя и это может присутствовать, а тем, как они проживаются. Эти отношения были очень вкусными. Вкусными, глубокими, откровенными и многослойными.

Он дарил ей заботливое внимание, щедро хвалил её творчество, восхищался её идеями и начинаниями. Говорил комплименты её телу, уму, проявленности в мире, ей целиком. Это лилось на неё щедрым потоком, залечивая болезненные части. Он наполнял её любовью.

Она дарила ему нежность, которая лилась из неё щедрым потоком: гладила его, говорила комплименты его телу, его рукам, уму, ему целиком. Она хвалила его, восхищалась идеями, тем, как он мыслит и смотрит на жизнь, тем, как он реализуется в этой жизни. Она наполняла его любовью.

Они исцеляли друг друга.

* * *

Ей нравился его запах. Запах волос, кожи, пота. Она любила утыкаться носом в его подмышку и вдыхать запах его мужского, настоящего, сильного тела. Это доставляло ей массу удовольствия.

Ему нравился её запах. Запах волос, кожи, вагины. Ему нравились её естественность и бесстыдная нагота.

Когда он входил в неё медленно, смотря прямо в её глаза, чувствовал себя больше чем просто мужчиной. Он чувствовал себя богом. Когда она впускала его во всю себя, смотря в его глаза, чувствовала себя больше, чем женщиной. Она чувствовала себя богиней. То, что происходило, было свято и чисто, наполнено светом.

Когда он брал её сзади, резко и сильно, а она отдавалась, выгибая спину, они ощущали дикий огонь, вспыхивающий между ними. Каждое движение было наполнено страстью и жизнью.

Они любили любить. Открыто и по-настоящему.

* * *

Они придумывали совместные проекты. Разделяли друг с другом вдохновение от идеи и азарт от продумывания деталей. Разделяли волнение и предвкушение до начала проекта и удовлетворение и наполненность смыслом жизни после. Они испытывали невероятное удовольствие от самого процесса, когда каждый из них проявлялся в отдельности, но при этом был танец сотворчества, в котором мужская и женская энергии переплетались и привносили в пространство особый объём и цельность.

Они творили вместе.

* * *

Он кормил её волшебными конфетами от страхов и тревог: складывал сладости в банки, клеил этикетки и приносил каждый раз, как эти состояния возвращались к ней. «Принимать в неограниченном количестве», – было написано на этикетке.

Они играли в фанты: придумывали вопросы и задания и таким образом открывали новые грани друг в друге.

Они читали друг другу сказки, читали стихи, написанные во время первых влюблённостей, ездили голышом в машине, рассматривали звёзды, лёжа посреди поля.

Они были увлечены друг другом. И в этой детскости, некотором сумасшествии, обоюдной игривости и лёгкости был доступ к глубине и серьёзности того, что между ними происходит.

Глубина была в разговорах, в молчании, в контакте глаз. Когда их глаза соединялись в тишине, без слов, через какое-то время происходило то, что она называла включением. Периферическая картинка переставала существовать, они словно проникали друг в друга и начинали видеть изнутри. Это был невероятный опыт близости и узнавания, каждый раз наполненный трепетом, теплом и красотой от встречи с родственной душой.

Зарисовка 11. Счастье

Она проснулась, сладко потянулась и почувствовала его запах в своей постели. Хотя она знала, что сейчас одна, ей казалось, что стоит только повернуться – и она сможет прижаться к нему всем своим голым телом. В низу живота разлилось приятное тепло.

Не открывая глаз, она вспомнила его руки – сильные, красивые и нежные руки. Вспомнила, как они ощущаются на теле, и её пальцы скользнули к груди. Соски были твёрдыми, а низ живота стал ещё теплее.

Она вспомнила поцелуи, их глубину, соприкосновение языков. Её рука скользнула по животу, по лобку, колени раздвинулись, и пальцы проникли глубже.

Она вспомнила, как это ощущается, когда он входит в неё, как его движения достают почти до самого её сердца. Её пальцы задвигались в такт воспоминаниям, и приятное напряжение стало нарастать внутри живота. Дыхание стало глубже, волна тепла и лёгкой дрожи побежала по телу от низа её живота до кончиков пальцев и макушки.

Она улыбнулась, понаслаждалась, взяла телефон и написала «доброе утро».

– Доброе, доброе, красотка. Буду у тебя через полчаса, едем смотреть усадьбу. Государство продаёт её за копейки. Может, получится её восстановить, и тогда это место станет прекрасным вариантом для жизни, куда смогут приезжать люди за спокойствием, отдыхом, контактом с собой и единением с природой.

Рядом с этим мужчиной её тревоги отступали. Их сменяли счастье и благодарность. Она часто улыбалась, смакуя ощущение их совместности, и радовалась возможности вдохновлять мужчину, быть женщиной рядом с мужчиной, который меняет мир к лучшему.

Зарисовка 12. Знаки

Пока она ждала его в деревенском доме, в своём месте силы, она много танцевала и рисовала. Ощущения предвкушения, ожидания, волнения требовали быть выраженными наружу изнутри её светящегося счастьем сердца.

Танцуя, она благодарила того, кто там сверху, за встречу с этим мужчиной, за свои чувства и переживания. Благодарила и просила, чтобы они были вместе и чтобы всё складывалось наилучшим для них образом. Слёзы радости и любовь переполняли её. Она чувствовала, что тот, кто сверху, ведет её и направляет. Она ощущала невероятное доверие ко всем событиям, происходящим в её жизни.

В её доме была белая дверь, на которой она решила нарисовать дерево. Изобразила ствол, затем ветки и листья, которые она рисовала очень медленно, получая от этого удовольствие. Кропотливо добавляя каждую деталь, она осознавала, что рисует себя в этом дереве.

Потом ей захотелось изобразить его. Она ощущала много схожести и стала рисовать зеркальное дерево, переплетая ветки и корни деревьев друг с другом. Рисуя, она соединяла своё и его имена, тела и жизни в своём воображении, желая быть вместе с этим мужчиной.

Закончив, она отошла в сторону и посмотрела на результат. Разочарование и страх охватили её. Корни и ветки так плотно переплелись, что было непонятно, где какое дерево. Картинка получилась уродливой. Её тело задрожало, и она расплакалась.

В эту ночь она не спала, проживая в своих образах целую жизнь. Она отмывала и стирала второе дерево, расплетала корни и ветки и перерисовывала его заново. Отдельно стоящим рядом. Сильным, красивым и… другим.

Зарисовка 13. Обнажение

Она стянула с себя платье через голову, и оно упало на пол. Теперь она стояла обнажённая перед ним.

Чуть смущаясь, она расправила плечи и посмотрела в глаза:

– Теперь ты.

Он улыбнулся, снял майку, штаны и остался обнажённым перед ней. Его спина была прямой, лицо спокойным, а взгляд открытым. В их отношениях было много наготы – физической и душевной. Много искренности, открытости и проявленности друг перед другом.

Чувствовать желание, видеть друг друга по-настоящему, давать и принимать внимание и… выдерживать дистанцию.

Чем ближе они становились, тем сильнее было притяжение между их мирами. Момент слияния и близости – момент маленькой смерти. Смерти «Я» каждого из них пусть и на короткое время.

После нужна дистанция, чтобы вернуть себе себя, чтобы стать отдельным миром рядом с другим миром, чтобы вновь стоять обнажёнными друг перед другом и видеть его или её, чувствовать себя и другого, ощущать желание и снова принимать решение на время умереть.

Зарисовка 14. Львы

Она вставила ключ в дверной замок, повернула его и замерла. Было страшно. Пока она была на выходных в своём доме на краю земли, он собрал вещи и выехал из их общей квартиры. Ему нужна была дистанция.

Она открыла дверь и вошла. Тишина. Солнце светило в окно. Видеть его лучи было очень странно для неё, когда внутри было так больно.

Её до слёз ранили все изменения, связанные с его уходом: пустые вешалки там, где были его вещи, пустые полки в шкафу, пустой стол, за которым он работал, исчезнувшая зубная щётка. Лишь только запах напоминал о его присутствии и… воспоминания. Пространство имеет способность долго хранить истории и напоминать о них, рассказывать, особенно если ты готов их слушать.

Она зашла в спальню. Её взгляд остановился на картине с изображением льва и львицы, висевшей над их кроватью.

Они лежали рядом друг с другом. Львица нежно прислонилась мордой ко льву, излучая изящество и грациозность. Лев смотрел вдаль, он выглядел сильным и величественным. От этих образов исходило невероятное ощущение соединенности и свободы одновременно. Эту картину принес он, когда они начали жить вместе.

Они не говорили про расставание, а лишь про то, что нужно разъехаться и впустить дистанцию. Они говорили, что он уходит не от неё, а уходит к себе. Тем не менее она ощущала, что вместе с вещами из квартиры он забрал что-то важное и из её сердца. Там тоже царила пустота, которая ей была очень хорошо знакома.