Валерия Василевская
День Донора

Полет в дальний космос – это,

прежде всего, вторжение

на не дружественную территорию.

Нужны мы там?

Как нас встретят?

Как мы покажем себя?

Студент колледжа космопроходцев русский парень Сеня Артюхин по прозвищу Лайонел сидел в дешевой кафешке города Катании и потягивал теплое пиво. На лучшее заведение, как всегда, не хватало денег, на более крепкий напиток – разрешения деканата. Нарушающих строгие правила, призванные способствовать качественным поставкам на мировую биржу универсальных пилотов, просвещенных во многих науках, креативных, дисциплинированных, вышибали с каждого курса, десятками, косяками.

Косяков себе Лайонел никак позволить не мог. Пятый курс, осталось полгода. А там контрольный полет по прекрасной нашей галактике с поверхностным описанием какой-нибудь дикой планеты, с прогнозами, рекомендациями промышленного использования. И будет диплом в кармане. А с ним, быть может, Снежана. Не в кармане, в клинике «Молодость» для жен и невест астронавтов. В деканат уже поступают запросы из разных стран, многие интересуются русским богатырем с яркой внешностью суперзвезды романтического Голливуда. Отсюда, кстати, и прозвище.

Снежка тоже интересовалась, гладила русые кудри, целовала прикольную ямочку на рельефном двойном подбородке. А сегодня вдруг объявила, что поедет кататься с Фликом, исключенном на первом курсе за прогулы и дебоширство. Конечно, когда есть яхта и папаша ведущий юрист в межпланетном объединении, можно себе позволить родиться без лобных долей. И даже без подбродка.

– Халяй! Чего тут пузыришься?

Перед столиком вырос Гудрон, нескладный парень из местных, племянник преподавателя космической биологии, совсем недавно почившего от не выявленной болезни. О профессоре Сеня кручинился, а Гудрю почти не знал. Ну, пили пару раз пиво в каких-то случайных компаниях.

– Халяй, – кивнул Лайонел. Может, новая личность рассеет опротивевшую тоску? – Бармен, нам четыре кружки! Давай, пузырнем за память профессора Морияди, душевный был человек.

– Заботливый… – Гудря устроился, протянул костлявые ноги на два соседние стула, чтобы к ним никто не подсел. Запустил шлепы в желтую пену и задумчиво затянулся.

– На Луне полгода работает искусственная атмосфера… Колонии Марса требуют признания независимости… За три дня болезнь коллекционеров унесла еще девять жизней… – бубнил приглушенный диктор на огромном экране напротив. И умолял население доносить на плохих сограждан, содержащих тайком от властей зверюшек с чужих планет. Животных тоже показывали, озлобленных и понурых, утративших на Земле красоту невиданных форм, смекалистость и сноровку.

– Кретины, – набычился Лайн. – Человечество прогрессирует, но ни капельки не умнеет. Всегда находятся люди, нарушающие законы. Привозят чужую инфекцию, вредят себе и другим.

– Пятьдесят тысяч евро за зверя, – осторожно вставил Гудрон. – А живучие экземпляры бывают раз в десять дороже.

– Пять космических эпидемий на всех пяти континентах! Сотни мертвых и инвалидов! А ты знаешь, что будет, если наши бациллы вдруг станут спариваться с чужими? Мутации, непредсказуемые, трындец придет человечеству! – Лайонелу хотелось выплеснуть накопившуюся досаду хоть на этого недоумка.

Гудря хмыкнул, опять задумался, что-то тщетно высматривал в кружке.

– Говорят, ты уже получил корочки астропилота?

– Многие получили.

– Но ты – лучший. Я правильно понял?

– Наверно.

– А мне милый дядя оставил свой звездолет, маленький, но очень бойкий. Хочешь подзаработать?

– Всегда готов. – Сеня вспомнил, с каким взволнованным личиком рассматривала Снежана колечко с лучистым лионисом, привезенным с далекой Эриды. – На Марс? Или на Венеру?

Гудря быстренько, по-крысиному, осмотрел пустующий зал и таинственно прошептал:

– Задание получишь, как выскочим за пределы пояса Койпера.

– Надеюсь…

– Все в рамках закона. Дядя подал недавно заявку на открытую им планету. По всем признакам, с атмосферой, как раз навроде Земли, оставалось слетать, застолбить. Сам не успел, а мне право передалась по наследству.

Хмель выскочил из головы. Лайонел даже пресс поджал, подался вперед через стол. Планеты с земной атмосферой встречаются крайне редко и стоят чертовски дорого. Если их застолбить, объявив землян первооткрывателями, получишь изрядный куш. А если организуется добыча природных богатств, тогда космонавт с потомками поимеют долю от прибыли. Процент, конечно же, мизерный, зато деньжищи огромные. Заманчивая перспектива. Правда, чисто теоретическая. Никто до сих пор не сумел наладить добычу сырья, люди гибнут в чужих мирах от множества вредных болезней. Вирусы и микробы, что в меру долбают местных, встают перед чужаками непобедимым воинством, это верно Уэльс предсказал. Но ученые разрабатывают против воинства антибиотики, проблема вот-вот решится. Пахать на семейное будущее – занятие благоразумное.

– А разрешение получено? – хриплый голос выдал волнение.

– О чем бы я тарахтел? В Союзе Свободных Миров планета не зафиксирована. Значит, наша она, если только туземцы там не достигли ускоренного развития. Но в случае…

– Знаю, знаю. И всякий раз удивляюсь: каким образом Морияди открывал земные планеты? Под микроскопом разглядывал? Уже третья по счету, верно?

Гудрон закатил глаза, взъерошил сальную челку:

– Дядя тайну унес с собой.

– С кем-то надо будет делиться?

– Не знаю. Меня никто…

– Моя доля?

– Равная доля. На двоих – считай половина. Но если кто-то предъявит, отстегивать будем оба.

– Справедливо. Когда вылетаем?

– Послезавтра уже истекает срок первичного разрешения. Значит, завтра, думать нам некогда. Дядя все подготовил заранее, осталось кнопку нажать.

Парни сжали друг другу руки. Над сделкой витало личико прелестной юной блондинки.

У ректора отпроситься на неделю, а может, на две, проблемы не составляло: колледж заинтересован в удачном и разнообразном портфолио выпускников. Лайонел укладывал сумку и все думал: надо взять третьего, бывалого звездолетчика, чтоб домой вернуться с гарантией. Но юнцовская самонадеянность отрицала возможные беды.

Когда прошли пояс Койпера и компьютер наметил курс «Охотника за удачей», создавая туннель безвременья (в туннелях, как всем известно, за неимением времени не бывает и расстояний), молодые люди расслабились на мягких разложенных креслах, подмигнули своим отражениям в зеркальной обшивке кабины, помолились: «Свинья не съест!» Блеснул яркий свет,..

…и сразу звездная яхта вынырнула в галактике Фейерверк, «всего» в шести миллионах парсек от родной Земли. И вот она, прямо по курсу, желтолицая Муза Поэта, заманчивая, лучистая, размерами с медный грошик.

Никогда еще Лайонел не летал далеко без инструктора, впервые стал полноценным командиром космической вылазки. Ответственность возлагалась. Парень скромно изобразил в «сурово сжатых губах» спокойствие, компетентность и тщательно скрыл волнение. Встал с кресла, велел кораблю подготовить орудия лазерной и фотоновой обороны на случай встречи с пиратами. Союз Миров выдал справку об отсутствии всяческой техники в данном секторе мироздания, однако, пираты множества задиристых цивилизаций Союзу не подчиняются.

«Охотник» вошел в систему шести разноцветных планет и, как требуют горы инструкций, облетел и обследовал каждую. Гиганты смотрелись под днищем узорной диковинной чашей, и в каждую чашу, при случае, можно было засыпать горохом десятки планет Земля. В архивы ладненько складывались фотографии грубых поверхностей, испещренных метеоритами, данные о составах удушливых атмосфер, таблицы металлов и жидкостей, обнаруженных станцией Квоха. Все они уйдут в Министерство открытий Дальнего космоса, в одном комплекте с исследованиями самой главной, синей планеты. И за все посчитают награду. Лайн довольно мурлыкал и щурился, представляя пачки валюты. Но бдительность не терял, постоянно искал сигналы пролетающих кораблей. К счастью, не обнаружил.

Через восемнадцать часов командир уже падал с ног, а Гудря чудесно выспался и с наскока прошел девять уровней «Призраков во вселенной». Компаньон не желал проявлять интереса к полезной деятельности, но Сеня не обижался. По правде сказать, не знал, что он может ему поручить, чтоб парень не напортачил. Где он учится? Или работает? Или, судя по мутному взгляду и разболтанной вялой походке, убивает деньки праздной юности? Наследства ждал? И дождался.

Гудря мог бы нанять любого профессионального летчика, но выбрал Сеню Артюхина. И возможно, еще позовет, когда астроном знакомый откроет что-нибудь стоящее. Не очень законное дело – пускать планеты помимо сурового Министерства, но в конечном итоге открытия все равно достаются землянам. А это самое главное. Каждый космопроходец мечтает дружить со своим, прикормленным астрономом, но не многим в ладони сыплется халявная манна космическая. Миры с земной атмосферой частенько ищут всю жизнь, погибают и не находят. Гудрю надо ценить и лелеять. Подумаешь, Лайонел за двоих неплохо сработает.

Подлетели к синей малютке, до щеми в сердце похожей на родимую нашу Землю. Сквозь скопища туч просматривались очертания континентов. Преобладающий серый окрас обнаженных почв местами заполнен зелеными пятнышками растительности, сапфиром блистал океан.

Пять, десять кругов по орбите. Вокруг ни космических станций, ни искусственных спутников, внизу ни следов пароходов, ни пахот, ни мегаполисов. Величие первозданной, не обобранной, не скорректированной существом разумным природы. Что ж, это упростит дело.

Торжественные минуты открытия нового мира, первого мира русского амбициозного парня, лихорадкой стучали в висках. Но у Лайна не оставалось силы на торжества, а Гудря смотрел равнодушно.

– Я корабль пустил по орбите, минуток триста посплю. Управление заблокировал, ничего руками не трогай. Позавтракать приготовь.

Балбес отрешенно кивнул, не спуская глаз со стрелялки. Но мясо он разогреет, в этом можно не сомневаться. Командир улыбаясь уснул на удобном раскинутом кресле, и даже во сне размышлял: маленькую планету назовет красиво – Снежана…

…Благодушный толстяк профессор вышагивал в белой хламиде по кучевым облакам.

– Поджарь-ка, сынок, стейк с луком, – попросил он Лайна любезно. – Очень жареный лук уважаю.

– А разве в раю едят? – поразился парень. Как глупо. В голове крутился десяток куда более важных вопросов о быте в загробном мире, но таяли, словно льдинки, чуть стоило сосредоточиться.

– А зачем мне Эдем без жрачки? – Морияди скорчил гримасу и заливисто захохотал.

Лайн проснулся, но смех слабым эхом еще отдавался по модулям. В кабине плыл запах лука.

– Добавить еще? – спросил Гудря за стенкой в секторе кухни. Кого он может там спрашивать? Но кто-то ему ответил, сдержанно, приглушенно.

Лайн резко вскочил, дернул дверь. За столом восседали двое. И один из них… Морияди!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.