Ула Ноктюрн
Оракул для Бога

Глава 1: Утро после

Город пробуждался от ночного оцепенения, растягивая улицы в ленивом утреннем зевке. Бледное зимнее солнце робко вырисовывалось между стеклянными небоскребами, касаясь фасадов мягким золотым светом. Воздух, прохладный и колючий, нес ароматы кофе и легкий запах мокрого снега, подтаявшего на тротуарах. Шум машин становился все громче, ритмичные звуки переплетались с редким скрипом ботинок по утрамбованному снегу и приглушенной музыкой, доносящейся из закрытых окон. Тротуары заполнялись фигурами людей: одни шагали уверенно и быстро, утопая в плотных пальто и шарфах, другие лениво тянули ноги, согревая замерзшие пальцы о картонные стаканчики с горячим кофе.

Высокие здания, что обрамляли улицы, напоминали замерших гигантов, наблюдающих за суетой под ногами. В их окнах отражался небосклон, размытый серыми облаками, из которых медленно и неторопливо сыпались крошечные снежинки. Город жил своим ритмом: настойчивым, громким и одновременно убаюкивающим. Утро здесь никогда не бывало тихим, но в этом шуме было что-то особенное – пульс, который объединял всех, кто пробирался через его хаотичные потоки.

Кира Саади любила этот пульс и растворялась в нем так, словно была рождена именно для этого. Ее темно-оливковая кожа отливала золотистым оттенком в солнечном свете, а кудрявые темные волосы небрежно спускались на плечи, среди которых выделялось несколько цветных прядей – бирюзовые и розовые. Блестящее кольцо между ноздрями эффектно подчеркивало бунтарский дух, соответствуя характеру. Тени ночного веселья оставили на лице легкий отпечаток усталости, который она пыталась скрыть за темными очками.

Кира поправила кожаную куртку, наспех накинутую на свитер, рассеянно оглядела улицу и пересекла дорогу, направляясь к знакомому кафе. Воздух был холоден, но пробивающийся аромат кофе и выпечки смягчал утро, словно обнимая всех входящих. Скинув очки на нос, она вошла внутрь.

У стойки, опершись локтями, уже стояла Мэдди. Ее яркие зеленые глаза, спрятанные за пушистыми ресницами, тут же встретили Киру с шутливым укором.

– Кто-то не торопился сегодня вставать? – голос Мэдди прозвучал мягко, но задиристо.

– Умоляю, ничего не говори, – убрав волосы за ухо, Кира качнула головой и приблизилась к подруге.

– Скорее переодевайся, пока шефа нет, – Мэдди подмигнула, хитро улыбнувшись.

Кира быстро оглянулась, высматривая кого-то, и склонилась к подруге, говоря шепотом:

– Тот стремный тип уже приходил?

– Почему ты его боишься? – Мэдди чуть слышно рассмеялась, вскинув бровь, – Из-за его татуировок? Он очень даже милый и приятный, ты же даже с ним не общалась.

– И не горю желанием. У меня от него мурашки по всему телу, он жуткий, – Кира поежилась, скривив лицо.

– Тебе все равно придется к нему подходить, – Мэдди выпрямилась, виновато скользя взглядом по залу, – Скоро меня тут не будет.

– О нет! – Кира изобразила притворное возмущение, – Ты уже накопила на учебу? Серьезно?

– Серьезно, – Мэдди кивнула, а лицо засияло от гордости.

Кира порывисто обняла ее, крепко прижав к себе. Пусть это и было для нее не самой лучшей новостью, но это то, к чему Мэдди стремилась давно, поэтому ее захлестнула волна радости за подругу.

– Черт возьми, мне будет так тебя не хватать здесь, но я рада за тебя. Правда.

– Я буду тебя навещать, не переживай, – Мэдди шутливо погладила ее по спине.

– Чтобы поржать надо мной, да? – язвительно ответила Кира.

– Иди переодевайся, бегом.

Она послушно направилась в подсобку, когда Мэдди с размахом шутливо хлопнула ее по заднице. Кира обернулась, изобразив строгость.

– Мистер, это за отдельную плату.

Смех Мэдди прокатился по залу, наполняя его теплом. Кира скрылась за дверью подсобки, сбросила сумку и куртку, поменяв теплый свитер на рабочую белую майку, и накинула фартук. Она быстро вернулась в зал, притянув волосы в небрежный пучок. Похмелье еще отдавало болью в висках, но эта была та цена, которую Кира готова была платить за минуты, в которые чувствовала себя свободной и беспечной.

– Много сегодня клиентов? – спросила она, присоединившись к Мэдди.

– Нет, меньше обычного. Может, потому, что большинство вчера гудело так же, как ты? – Мэдди подмигнула, продолжая протирать стакан.

– Может быть, – Кира коротко рассмеялась, – Почему бы тебе не пойти с нами как-нибудь? Теперь тебе не нужно горбатиться сразу на двух работах, – она игриво ткнула подругу в плечо.

– Да, возможно, – Мэдди улыбнулась, но взгляд ее стал задумчивым. – Разве тебе не хватает одного Лео?

– Да брось, ты что, ревнуешь, что ли?

– Я чувствую себя нелепо рядом с вами. Вам иногда даже слов не нужно, чтобы понимать друг друга.

– Знаешь, если ты чем-то недовольна, стоило тоже знакомиться со мной еще в пеленках, – Кира весело хмыкнула.

– Не я виновата, что наши родители не дружили так же, как ваши, – ее тон стал серьезнее, – А ты не думала о том, чтобы все-таки пойти по их стопам?

– Нет, – Кира ощутимо напряглась, – Ни за что. Это не по мне. Мне нравится шумная городская жизнь здесь, а не в каких-то руинах с песком в заднице.

Они обе рассмеялись, а напряжение сразу рассеялось. Родители Киры всегда твердили, как важны ее корни, что нужно чтить традиции и отдавать им дань, исследуя оставшиеся им монументы и города. Она же также упорно старалась убежать от этого, чувствуя, что за нее пытаются принять решение, с которым она категорически не согласна.

– А как же твое наследие? – Мэдди подняла бровь, слегка смягчив голос.

– Я не верю в эту чепуху, Мэдди. Мы те, кто мы есть, а не кто должны быть. Я – это я. И это никак не связано с моей расовой или культурной принадлежностью, понимаешь?

– Если твои родители не согласны с этим, это не повод отстраняться от них, – Мэдди старалась осторожно подбирать слова.

– Я не отстраняюсь, – резко ответила Кира, – Я лишь живу своей жизнью. Они сами выбрали быть там, а я выбрала быть здесь. Я хочу получать кайф от жизни, Мэдс.

Раздался звон колокольчика над дверью, прервавший их диалог. В кафе вошел молодой парень, взгляд которого тут же устремился к стойке.

– Я обслужу, – коротко сказала Кира и направилась к нему, оставив Мэдди у одну с легкой улыбкой на губах.

Глава 2: Укромный островок

Город утопал в вечерних огнях, напоминая звезды, которых уже давно никто не видел из-за завесы городской пыли и смога. Улицы были заполнены голосами, смехом и шумом проезжающих автомобилей, создавая обволакивающую атмосферу привычного мегаполиса. Люди возвращались с работы, заполняя закоулки и кафе, каждый со своей историей, своей целью.

Кира быстро шагала по тротуару, не отрываясь от экрана смартфона. Новости, мемы, переписки – все смешалось в хаосе, который поглощал ее внимание. Она не заметила, как натолкнулась на парня, пока чувство удара не вернуло на землю.

– Извините, – смущенно сказал он, отступая на шаг.

Кира подняла взгляд, а лицо исказила раздраженная гримаса. Тяжелый трудовой день давал о себе знать.

– Смотри, куда прешь! – злобно бросила она.

Парень озадаченно оглянулся, пытаясь понять, чем заслужил такую реакцию, но ничего не сказав, пошел дальше.

– Придурок, – пробормотала Кира, развернувшись, и продолжила свой путь.

Она никогда не выделялась сдержанностью или чуткостью, порой не думая о словах, которые бросает. Возможно, это испортило человеку настроение, но она совершенно не задумывалась об этом.

Через несколько минут Кира подошла к серому многоквартирному дому. Она быстро проскользнула внутрь и поднялась на второй этаж. Перед коричневой дверью она остановилась и постучала. Привычное приятное волнение разлилось внутри. Как долгожданное возвращение домой. Хотя это и не был ее дом. Вскоре дверь приоткрылась, и на пороге появился Лео – светловолосый парень с голубыми глазами, мягкой улыбкой и аккуратной бородкой.

– Хэй, привет, проходи, – приветливо сказал он, отступая в сторону.

Кира молча вошла в просторную, светлую квартиру. Она привычно скинула куртку и свитер прямо на пол, оставшись в тонком топе, и упала на диван, закинув руки за голову.

Лео, подняв руки в жесте недоумения, лишь покачал головой.

– Добро пожаловать, – произнес он, обращаясь уже к пустому коридору, и закрыл дверь, – Можешь чувствовать себя как дома.

Он подошел к дивану и сел рядом. Не успел он удобно устроиться, как Кира, вздернув ноги на кофейный столик, заняла еще больше пространства. Лео с легкой усмешкой сбросил ее ноги и сам закинул свои.

– Эй! – воскликнула она, толкнув его локтем.

– Эй! – передразнил он улыбаясь.

Через мгновение их дружеская перепалка переросла в борьбу, а затем в настоящую драку подушками. В этой неразберихе мелькали лишь их раззадоренные улыбки, пока Лео не поднял руки в знак капитуляции, опустив оружие на диван.

– Ладно, я сдаюсь, теперь это твоя квартира, – выдохнул он.

– Так-то, – победоносно сказала Кира, ловко перекинув подушку за спину, когда Лео указал на полку в углу комнаты.

– Можешь начинать платить за коммуналку. Счета там.

– О нет, можно без этого, – буркнула она, развалившись на диване.

– Только так.

– Ла-адно, тогда ты победил, – протянула Кира.

– Да! – выкрикнул он вставая, – Тебе как обычно? Чай с лимоном или что-нибудь посерьезнее после работы?

– Что-нибудь посерьезнее, но только не спрашивай, как прошел день, – крикнула она ему вслед.

Лео вернулся через пару секунд с бутылкой виски и двумя стаканами, словно они уже давно поджидали ее ответа. Улыбаясь, он протянул один Кире.

– Даже и не собирался, – ответил он, – Может, тебе и ключи отдать? А то я уже чувствую себя твоим дворецким.

Кира лениво перекинула ноги через подлокотник, освобождая место на столике.

– Не льсти себе. Ты максимум – мой личный официант.

Лео притворно вздохнул, поставив стакан на стол, и открыл бутылку.

– Видимо, придется поднять цены на обслуживание. Ну что, ужасы?

– О нет, мне хватило на работе, – ответила она.

– Ладно, – протянул он, начиная искать фильм на телевизоре.

– Ладно? – Кира удивленно подняла брови.

– Ты же просила не спрашивать, как прошел день, – не менее удивленно он поднял свои.

– Твою же… – начала она, но тут же сменила тон на настойчивый, – Сегодня опять заходил тот придурок.

– Тот с татухами? – не отрываясь от экрана, спросил он.

– Да, Мэдди с ним чуть ли не заигрывает. Это ужасно. Уверена, если бы в зале никого не было, она бы давно залезла ему в штаны и обслужила по полной, а не только кофе принесла.

– Так почему он тебя пугает? Мэдди же милая девчонка, и ей не так просто втереться в доверие. Я ей, например, не нравлюсь, а я славный парень.

– Ты ей не нравишься, потому что тебе слишком нравлюсь я, – Кира хлопнула его по плечу.

– Ты? Мне? – он обернулся на нее с притворным изумлением, – Ты же страшнее атомного взрыва.

Она округлила глаза, ошарашенно улыбнувшись, и шутливо ударила его по голове.

– Вот, а я о чем. Ты же неуправляема.

– Это не шутки. Он жуткий, я серьезно. От него прямо веет каким-то… могильным холодом.

– Могильным холодом… Ты таких фраз от родителей нахваталась?

– Лео… – она укоризненно посмотрела на него, нервно перебирая край топа, – Ты же знаешь, я правда боюсь его.

– Мы же уже говорили об этом. И не раз. Я понимаю, ты переживаешь, но… сделай мне одолжение, не забивай себе голову. – Лео пожал плечами и налил виски в их стаканы, – Ты к нему так относишься, потому что Мэдди тянет к нему, а ты за нее волнуешься.

Кира уставилась на Лео, подтянула стакан ближе и откинулась на спинку дивана.

– Может, ты прав. Может, я это накручиваю. Она ведь еще и скоро уволится. Черт, как я буду без нее? – Кира подняла на него вопрошающий взгляд.

– Справишься, как и всегда, – сказал Лео, чокаясь с ней стаканом. – А теперь расслабься.

Она сделала небольшой глоток, поморщилась и положила голову Лео на плечо. Он достал смартфон и убавил свет почти на минимум, оставив комнату в полумраке, который освещал только экран телевизора. На нем мелькнули забавные сцены комедии, и смех дружеской парочки разлетелся по комнате, наполняя вечер легкостью и теплом.

Для Киры квартира Лео всегда была укромным островком, в который она могла возвращаться когда угодно, всегда будучи понятой и принятой. А Лео той опорой, которая никогда не исчезнет.

Глава 3: Брешь Разума

Кира шагала по ночной улице города, погруженного в беспорядочную симфонию звуков: рев моторов, крики зазывал, гул музыки, что вырывалась из дверей ночных клубов. Неоновые огни рассеивали темноту, превращая стены зданий в живые полотна, рябящие яркими отблесками. Наушники плотно прилегали к ушам, погружая в иной, уединенный мир. Взгляд был прикован к экрану смартфона, а замерзшие пальцы лениво прокручивали ленту соцсетей.

Вдруг внутри возникло ощущение, что за ней следят. Она резко остановилась, инстинктивно стянув один наушник. В глубине улицы, там, где тени скрывались от неонового света, что-то мелькнуло. Тень, едва уловимая, словно размытая фигура, расплылась, не оставив следа.

Кира покачала головой, усмехнувшись самой себе, легкий эффект виски еще витал где-то перед глазами, возможно, проецируя страхи в реальный мир. Она натянула наушник обратно и продолжила свой путь.

Через несколько минут она добралась до своего дома – потертого гиганта из бетона, который даже в свете луны выглядел тусклым и уставшим. Ее квартира, крохотная и тесная, встретила тишиной и привычным полумраком. Бросив куртку и свитер на первый попавшийся стул, Кира устало вздохнула, зашла в комнату и, не включая свет, надела мягкую, уютную пижаму. Занырнув под одеяло, она тут же закрыла глаза, надеясь, что сон принесет облегчение и освобождение от дневных тревог.

Но сон не спешил навещать, ворочаясь на простыне, она то и дело вздыхала, проклиная свой разум, который продолжал напоминать, что именно за день она могла сделать иначе. Что могла изменить, где ответить по-другому. В гоготе повседневных мыслей дремота подкралась незаметно и накрыла резко и внезапно.

Минуту назад она лежала на своей враждебно настроенной к отдыху постели, но когда глаза Киры открылись, перед ними внезапно предстала древняя пещера. Холодный, мокрый воздух вонзился в легкие, а запах сырости и крови окутал, словно удушающий саван. Стены пещеры мерцали странным красным оттенком: огонь факелов, установленных в каменные ниши, плясал, отражаясь на выжженных на камне символах. Их очертания напоминали забытые письмена, одновременно зловещие и притягательные. Она была уверена, что видела их раньше, но не могла понять где.

Факелы отбрасывали пугающие тени, что жили собственной жизнью, извиваясь, будто змеи. Каждый звук – капли воды, шорох где-то вдали – бился эхом, усиливая ощущение, что пещера дышит. В центре зала, в который вышла Кира по тоннелю, возвышался массивный каменный алтарь. Его поверхность, покрытая густой сетью знакомых до боли знаков, была темной, будто впитала тысячи литров крови. Кира ощутила, как ее дыхание сбивается: она видела этот алтарь прежде – не в жизни, но где-то в закоулках сознания. Это пугало и сбивало с толку не меньше, чем сама местная атмосфера.

Вокруг алтаря кружили странные фигуры, облаченные в алые робы. Их лица скрывали золотые маски с гравировками змей и драконов, чешуя которых переливалась при каждом движении. Их голоса сливались в монотонный шепот, напоминающий змеиное шипение, пробирающее до костей, будто их глотки говорили сразу несколькими голосами одновременно.

Кира застыла, не в силах пошевелиться. Она наблюдала, как один из культистов приблизился к алтарю, таща за собой связанного человека. Жертву уложили на камень. Лицо скрывала тень, а тело оставалось неподвижным, будто уже покорившимся своей судьбе.

Главный культист, что был выше остальных, снял свою маску с изображением змеи, но лицо, что открылось, не было человеческим. Золотая кожа, покрытая чешуей, гладкая и сияющая, переливалась, как жидкий металл. Глаза горели желтым пламенем, отражая силу, что была слишком велика для смертного. Улыбка, растянувшаяся на его лице, обнажила ряды острых, хищных зубов. Казалось, что маска, которую он снял, лишь отражала его настоящий облик и была ему не особо нужна.

Культист поднял кинжал над лежащим телом. Его рукоять была покрыта замысловатой резьбой, изображавшей змею, охватывающую красный кристалл на конце, что походило на самое настоящее ритуальное оружие. Лезвие блеснуло в свете факелов, и в следующий миг жрец вонзил его в грудь жертвы. Кровь хлынула, алым ручьем, стекая в каналы на алтаре. Символы на полу, начертанные этими потоками, засияли, словно огонь разжегся внутри камня.

Пещера задрожала под ногами, а культисты запели, их голоса слились в единый, чудовищный хор. Камни начали вибрировать, а тени на стенах стали обретать физическое воплощение, превращаясь в нечто настоящее и невероятное. Огромные очертания змей и драконов возникали из темноты, наполняя зал своей ужасающей энергией.

Главный культист теперь повернулся к Кире. Его горящие глаза встретились с ее взглядом, и она почувствовала, как что-то холодное стягивает ее сердце в жесткую сеть ужаса и непонимания. Ей казалось, что она уже видела его раньше, знала кто он, просто забыла.

– Подойди, дитя, – раздался голос в ее голове.

Он не звучал на самом деле, губы культиста не шевелились, но он был невыносимо громким в ее сознании. Ее ноги сами сделали шаг вперед, и Кира опустила взгляд, увидев, что в ее руках оказался тот самый окровавленный кинжал. Паника сжала ее сознание, но тело больше не подчинялось ей, она не могла остановиться или отступить.

Она приблизилась к алтарю и увидела на нем… свою собственную фигуру. Ее неподвижное тело лежало на холодном камне, глаза широко распахнуты, наполненные ужасом. Руки сами подняли кинжал выше, что вызвало в Кире ужас и панику, но она не могла даже закричать.

Кровь на полу забурлила, превращаясь в подобие густого тумана. Из стен почти полностью выползли силуэты змей и драконов, сотканных из самого мрака этого места. Камни начали трескаться, а пещера наполнилась ревом непонятного происхождения.

В этот момент Кира увидела свое отражение в лезвии кинжала. Ее лицо было чужим: глаза горели таким же желтым огнем, рот искривился в дикой усмешке. Она наконец все же смогла закричать, хотя отражение оставалось таким же неподвижным, а все вокруг начало погружаться в полную темноту.

Она проснулась с диким криком, вся в холодном поту. Комната была тихой, но зловещий шепот еще звучал в ее ушах. «Кира… Кира…». Она зажала уши, пытаясь избавиться от звука, который исчез лишь через несколько долгих мгновений, показавшихся вечностью. Но это был не шепот культиста, это был совершенно иной голос, не похожий ни на какие другие, чужой, но кажущийся таким до боли знакомым.

Глава 4: Надоедливый преследователь

Кира шла по улице, погруженная в свои мысли. Утренний воздух был слишком теплым для зимы, почти тревожным в своей мягкости. Снег, что выпал накануне, таял на глазах, обнажая серые трещины асфальта, под которыми еще вчера скрывались замерзшие капли льда. Над головой простиралось небо, окрашенное в болезненно-серый оттенок, будто что-то тяжелое и неумолимое давило на город, и это не давало солнечным лучам пробиться сквозь мутную пелену облаков.

Кира приподняла воротник кожаной куртки, ощущая, как влага от таяния снега под ногами пробиралась в воздух, наполняя его липким холодом. Она остановилась на светофоре, машинально расстегивая куртку. «Слишком тепло», – мелькнуло у нее в голове. Эта странная мысль вызвала легкий укол тревоги, но она отмахнулась от него, глядя, как красный свет светофора медленно переходит в зеленый.

Она добралась до кафе, где уже виднелись полуспущенные жалюзи на окнах. Кира постучала в дверь. На стук спустя несколько мгновений отреагировал повар – массивный мужчина с вечно жизнерадостным лицом, пахнущий выпечкой и специями, который всегда приходил раньше всех, поэтому ключи от кафе по праву хранились у него. Он распахнул дверь, из которой вырвался теплый, слегка застоявшийся воздух, но все еще по-домашнему знакомый девушке.

– Ого, привет! Ты сегодня рано, что-то случилось? – просил он, удивленно приподняв бровь и растянувшись в улыбке.

– Да, мне плохо спалось, – Кира, не меняя выражения сурового лица, прошла мимо него.

– Заходи скорее, а то продрогнешь, – буркнул он, глядя ей вслед, понимая, что эти слова уже немного запоздали.

Кира зачастую бесцеремонно пропускала мимо вопросы и предложения, не удостоив их ответа, она считала, что действия всегда гораздо громче любых слов. Те, кто достаточно давно знал ее, привыкали к этому, со временем, не придавая особого значения ее резкости и привычкам.

Внутри кафе пахло старым деревом, кофе и чем-то сладким – возможно, остатками карамельного сиропа на прилавке. Но сегодня эти запахи почему-то не приносили привычного успокоения. Кира без замедления направилась в подсобку. Там было немного прохладнее, и приглушенный свет заставлял мебель выглядеть размыто, как в утреннем сне.

Внезапно ее голова закружилась. Она присела на пластиковый стул, небрежно стоявший в углу, и закрыла глаза. Все вокруг будто пошатнулось, а дыхание сбилось. Недостаток сна начал сказываться на ее самочувствии – Кира вернулась домой уже поздно, так как полночи просидела у телевизора с Лео, остальную часть проведя в странных жутких сновидениях, которые до сих пор не хотели отпускать ее.

– Нужно меньше смотреть ужасы, тогда и спать будешь нормально, – пробормотала она себе под нос.

Кира провела ладонью по лицу, заставляя прийти в чувство и ощутить реальность. Раздался звон дверного колокольчика, и, в который раз повторяя себе, что с ней все в порядке, она встала. Сняв куртку, Кира заметила входящую Мэдди – ее лицо выглядело не на шутку удивленным.

– О, привет, ты решила прийти пораньше? – она была весьма оживленной, впрочем, как и всегда.

– Да, – Кира старалась изобразить бодрость, даже слегка улыбнулась, хотя улыбка получилась фальшивой, – Решила хоть раз прийти вовремя, разве это плохо?

Они рассмеялись, как это делают люди, когда разговор не имеет особого значения. Вместе они начали переодеваться, убирая лишние мысли и недосып вглубь сознания, как это часто бывает перед началом работы.

Скоро кафе ожило: перевернутая табличка на двери приветствовала новых путников, деревянные стулья заскрипели на плиточном полу, на прилавке засияли чистые кофейные чашки, а на кухне послышался знакомый шум – звук кипящей воды и скрежет ножа о доску.

Кира обслуживала клиентов, стараясь выглядеть приветливой, но в какой-то момент снова почувствовала слабость. Голова пошла кругом, когда она в очередной раз следовала к одному из столиков, в глазах начало плыть, а лицо бросило в жар.

Дверной колокольчик снова издевательски прозвенел. Она лишь краем глаза увидела, как кто-то вошел внутрь и снял куртку. Но вместо привычного звука шагов – спокойного, равномерного – что-то в этой тишине казалось неправильным.

Голоса. Они появились внезапно, будто всплыли из самой глубины ее сознания. Одни шептали тихо, неразборчиво, словно перешептывались за спиной. Другие кричали, громко, пронзительно, вызывая у Киры внутреннюю дрожь.

И вдруг все они замолкли, кроме одного. Этот голос был четким, перебивающим остальные, словно они в испуге расступились перед ним. Тот самый голос, что она слышала в своем разуме после пробуждения. Сильный, требовательный и настойчивый. Он звал ее по имени, звал к себе.

Она пошатнулась. Ноги подкосились, не слушаясь ее, но, прежде чем она упала, кто-то схватил ее под руку, в последний момент, удержав от удара о жесткий холодный пол. Кира опустила взгляд на эту руку, цепляясь за реальность, но, вместо того чтобы обрести успокоение, она замерла в ужасе.

На коже темнели черные символы – тонкие, словно вырезанные перьями линии. Эти линии плыли, искривлялись, как живые, искажая пространство вокруг. Глядя на них, Кира почувствовала, как ее разум цепляется за каждую деталь. Одни символы накладывались на другие, но странным образом они начали распрямляться, формируя строки, язык которых она не знала, но чувствовала что-то ужасно знакомое и будто понимала их смысл.

Символы словно пытались говорить с ней, каждый их изгиб шептал, а затем они начали кричать. Ужасная боль, дикая ненависть, кромешное одиночество и животный страх. Она практически чувствовала это собственной кожей, а символы окружали ее, сжимаясь в клубок. Пока все не начало растворяться в полной темноте.

Глава 5: Знаки предков

Кира приоткрыла глаза, ощущая слабость в каждом движении. Простынь неприятно липла к коже, а голова гудела, словно после тяжелого удара. Она несколько секунд смотрела в потолок, пытаясь понять, где находится. Не ее комната. Постель слишком мягкая, запах чужой. Свет проникал сквозь полупрозрачные занавески, заливая все вокруг ярким зимним оттенком. Стены, обставленные полками с книгами, и постеры были знакомы – дом Лео.

Она растерянно смотрела по сторонам, вспоминая, что с ней случилось, пока дверь тихо не скрипнула, и в комнату не вошел Лео, высокий и растрепанный, как обычно. Его обеспокоенный взгляд сразу же упал на Киру.

– Как ты себя чувствуешь? – он подошел ближе, мягко коснувшись ее лба ладонью. Его прикосновение было неожиданно теплым, – Что с тобой случилось?

Кира нахмурилась, чувствуя легкое замешательство.

– Почему я у тебя? – она подняла глаза на него, в ее голосе сквозило недоумение.

– Ты упала в обморок, – Лео опустился на край кровати, – Мэдди позвонила мне и попросила, чтобы я тебя забрал.

Имя подруги заставило ее нахмуриться. Кира отвела взгляд, ее пальцы сжались на покрывале.

– Мэдди… – ее голос дрогнул, в глазах мелькнула тревога. – Нужно обратно в кафе…

Она сделала попытку подняться, но тело сразу дало знать, что еще не готово к резким движениям. Голова закружилась, и она вновь почувствовала слабость и наступающую на глаза темноту.

– Эй-эй, полегче, – Лео мягко, но настойчиво, положил ей руку на плечо, укладывая обратно. – Тебе нужно отдохнуть. Так ты скажешь мне, что произошло?

Кира замерла, взгляд ее затуманился. Она будто бы пыталась найти слова, чтобы объяснить то, что казалось бессвязным и пугающим.

– Не знаю, что-то было не так на работе, какие-то голоса, шепоты… Потом эти знаки…

– Какие знаки? – Лео насторожился, подался немного вперед.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.