# Никому тебя не отдам

Лия Широкова

Соня влюблена в Мирона с детства. Она прекрасно знала, какие девушки ему нравятся, и надеялась, что сможет стать исключением. Одна случайная встреча дала ей шанс быть с ним, и она им воспользовалась. Вот только всё пошло не так, когда он узнал правду о ней.

Мирон однажды сделал исключение, которое изменило его жизнь. Но судьба распорядилась иначе, и на его пороге появляется бывшая.

Все мечты рушатся вмиг. Сердце разбито вдребезги.

## Глава 1_ Мирон

– Дэн, -слышу, как девушка передо мной кричит бармену.

– Подожди, – отвечает он ей и принимает заказ у парня.

– Мне только бутылку минералки, – жалобно кричит она ему.

Немного отхожу назад, склоняю голову на бок и окидываю её взглядом с ног до головы: высокая, с прямыми ногами, худая по мне даже чересчур, попа… сойдёт. Шатенка с длинными гладкими волосами… сегодня сделаю исключение.

Улыбаюсь и наблюдаю за ней дальше.

Она залезает коленями на стул, плавно укладывается животом на барную стойку и тянется к бутылкам минералки, расставленным вдоль барной стойки. Взяв одну, она открывает крышку и жадно глотает воду.

– Кайф, – произносит она, отрываясь от горлышка бутылки, и засовывает руку в задний карман джинсов.

– Брать без спросу нехорошо, – говорю ей на ухо, приблизившись в плотную.

Она резко оборачивается ко мне и зависает, смотря мне прямо в глаза. Даю ей рассмотреть себя и делаю тоже самое. Большие зелёные глаза, пухлые губы, о которых мечтает каждая девчонка и бегут за ними к косметологу.

– Тебе помочь? – намекаю ей, что она так и застыла в этой позе.

– Нет, – спрыгивает со стула и достаёт из кармана деньги, чтобы оставить за бутылку воды.

– Не надо, – останавливаю её, кладя свою руку на её. – Дэн, запиши бутылку минералки на мой счёт, – кричу бармену. Махнув мне головой, что услышал, я перевожу свой взгляд обратно на незнакомку.

– Спасибо, – говорит она, возвращая деньги в карман.

– Мирон, – протягиваю ей руку.

– Очень приятно, – отвечает она, ненадолго задумывается.

Улыбаюсь. Решает говорить мне своё имя или нет?

– Вика, – представляется, пожимая мне руку в ответ.

Немного зависаю от её прикосновения и затягиваю рукопожатие. Её кожа мягкая, словно шёлк, отпускать не хочется. Неужто выпитое так на меня действует?

– Ты одна здесь, Вика?

– Да, – немного нервно оглядывается по сторонам, – мои все разъехались уже. Хотела купить попить и тоже уже поехать домой.

Не успев обдумать своё желание, как с языка срывается:

– Можем ко мне поехать, – предлагаю ей. – Я не обижу, – расплываюсь в лукавой улыбке, делая намёк на более приятные вещи.

Она задумывается. В глазах вижу, как озорные чертята ей нашептывают, чтобы соглашалась, но её что-то тормозит.

Давай соглашайся.

– Поехали, – соглашается уверенно, смотря мне прямо в глаза.

Беру её за руку и веду к гардеробу, не давая возможности передумать. Раз сделал сегодня исключение, надо брать, пока тёпленькая. По пути достаю телефон и вызываю такси. Забираем свои вещи и выходим на улицу. Поёжившись от морозного воздуха, приподнимаю вверх воротник куртки и поворачиваюсь к Вике.

– Через пять минут приедет такси, – говорю, окинув её взглядом. В клубе она выглядела старше. – Тебе сколько лет? – прищуриваюсь.

– Двадцать два, – улыбается. – Паспорт показать? –наматывает шарф вокруг горла и смотрит мне в глаза, ожидая ответа.

– Не надо, – смеюсь.

Ну точно не меньше восемнадцати, ребята не пропусти ли бы её в клуб. Двадцать два тоже маловато, но сегодня опять сделаем исключение. Слишком заманчивые у неё губы.

Обнимаю её за талию, притягиваю к себе, не отводя взгляда от сочных, розовых губ. Сглатываю. Медленно склоняюсь и провожу своим языком по её губам, раскрывая их. Она приоткрывает свой ротик, из которого вырывается клубок пара, и тянется ко мне на встречу. Обхватываю её затылок и впиваюсь в её губы в требовательном поцелуе.

Она жмётся ко мне сильнее, толи от холода, толи от возбуждения. А я вовсе не чувствую жгучего мороза от закипающей крови в моих венах.

Кровь приливает к голове и словно с крутой горки мчится к моему паху, от чего становится невыносимо тесно в штанах.

Ровно через двадцать минут мы поднимаемся в лифте, продолжая целоваться, и так же вваливаемся в мою квартиру.

Снимаем обувь и верхнюю одежду, которая разлетается по всему коридору. Подхватываю её на руки, и она своими ногами обвивает моё тело. Несу её в спальню, не отрываясь от губ, и одной рукой пробираюсь под кофту, проталкиваю свои пальцы под бюстгальтер и щипаю за сосок.

– Ай…, – вскрикивает она и немного отстраняется.

Хватаю за затылок и тяну обратно к своим губам. Целует уже жадно, дико. Укладываю её на кровать и стягиваю с неё джинсы. Она хватается за край моей футболки и снимает её с меня.

Залипает.

Облизывает свои губы и протягивает руки к моей груди, ведёт своими пальчиками от груди к торсу, от торса к паху, будто перед ней уникальная скульптура человечества.

Делаю глубокий вдох и стягиваю с неё кофту. Она заводит руки за спину и расстёгивает бюстгальтер. Немного тормозит.

– Снимай, – приказываю осипшим голосом.

Не выдержав, протягиваю руку, откидываю его в сторону и смотрю на её грудь. Конечно, не третий и не второй размер, но слюни всё равно текут. И в туже секунду набрасываюсь на неё, целую жадно, мокро. Опускаюсь ниже по шее, ключице, добираюсь до небольшой груди, провожу языком по соску и прикусываю сначала один, затем второй.

Она стонет и дышит так, будто задыхается. По её телу проходит дрожь, она готова кончить прямо сейчас. Возбуждение на пределе у обоих, пробираюсь в её трусики и провожу двумя пальцами между губок.

– Мокрая, – шепчу ей и зажимаю её клитор пальцами.

Она выгибается, покрываясь мурашками, и стонет в голос.

– Да. Вот так, малыш.

Поднимаюсь и быстро снимаю свои джинсы с боксерами.

Чёрт, нет презервативов.

Черт. Черт.

Мгновение колеблюсь и размещаюсь обратно у её разведённых ног. Стягиваю с неё трусики, провожу руками по внутренней стороне её бёдер, встречаясь с её затуманенным взглядом – она готова. Сжимаю головку рукой, чтобы не кончить раньше времени. Наклоняюсь и медленно начинаю зацеловывать её живот. Каждый раз, как мои губы касаются кожи, она втягивает его, словно в вакуум.

Дыхание учащается, и я пробираюсь выше к её груди. Ловлю один сосок, нежно тереблю его, затем другой. Она вскрикивает, обнимает мой затылок, выгибаясь, ведёт ладони ниже по спине, насколько хватает длины её рук. Впиваюсь в её губы и толкаюсь в её разгорячённую и влажную плоть.

– Ай.., – вскрикивает она.

Отстраняюсь и вижу, как скатываются слёзы из её глаз.

– Ты что, девственница? – рычу на неё.

– Слезь с меня, – всхлипывая, говорит она, упершись ладонями в мою грудь.

– Нет, – хватаю её за подбородок, – если мы сейчас закончим, ты больше никогда не захочешь этого.

– Конечно, не захочу. Это больно, – толкает меня сильнее.

– Больно только в первый раз, – смотрю на неё, – расслабься, сейчас будет приятнее.

Она делает глубокий вдох и пытается расслабиться. Я сжимаю челюсти до боли и пытаюсь не кончить прямо сейчас и в неё. Она узкая, пиздец.

Протягиваю руку между нами, касаюсь её клитора, ласкаю его, меняя направление и давление. Она расслабляется, и сладкие стоны начинают срываться с её губ. Начинаю плавно и медленно двигаться в ней, она тянется к моим губам, захватывает нижнюю губу и слегка прикусывает её. Возбуждение накатывает ещё сильнее, и я начинаю двигаться быстрее. Чувствую, как её клитор набухает, и надавливаю на него сильнее. Она кончает со стоном, и следом за ней вынимаю свой член, провожу по нему рукой два раза и изливаюсь на её живот с рыком.

Твою мать, девственницы тоже бывают разными.

Встаю, хватаю её на руки и несу в душ. Лёгкая, как пушинка. Ставлю её на ноги и, отрегулировав воду, мою нас двоих.

– Меня ноги не держат, – облокачивается она о стенку.

– Слабенькая совсем, – улыбаюсь, окидываю её тело уже при свете. Что-то я слишком много сделал исключений сегодня.

Быстро смываю пену, вытираю полотенцем нас и несу её обратно в спальню. Укладываемся в кровать, и она жмётся ко мне всем телом.

Пиздец.

– Ты злишься? – спрашивает она, чувствуя, как я напрягаюсь от её рвения прижаться.

– Спи. Завтра поговорим.

## Глава 2_ Мирон

Просыпаюсь от того, что кто-то пытается выбраться из-под меня. Приоткрываю глаза. Вика. Точно.

Наблюдаю из-под опущенных ресниц, как она осторожно поднимается, собирает свои вещи с пола и на цыпочках выходит из комнаты.

Что, даже не поцелует на прощание? Усмехаюсь.

– А, нет, она всего лишь пошла в душ, – бормочу разочарованно, когда слышу звуки льющиеся воды.

Перекатываюсь на спину, потираю щетину рукой и тянусь за телефоном.

Сколько?

Дважды моргнув, всматриваюсь в экран телефона. Пять утра. Не понял. Поворачиваю голову к двери – звук воды в душе стихает. Прислушиваюсь, что будет делать дальше. Тихо открывается дверь ванной, отдаляющиеся шаги – видимо, пошла в прихожую.

Задумываюсь.

Девушки никогда от меня не сбегали, да я и рад был бы, если бы все, как она, молча уходили. Но вчерашняя девственница, переспавшая с незнакомцем, уходит не попрощавшись, в пять часов утра. Какая-то странная. Проблем потом не оберешься. Вот угораздило меня на девственницу нарваться.

Встаю с кровати, вытаскиваю из шкафа спортивные штаны и натягиваю их на голое тело. Выхожу из комнаты, иду в прихожую.

– Сбегаешь? – спрашиваю её, уперев руки в бока.

Она вздрагивает от неожиданности и оборачивается ко мне. Пробегается взглядом по моему лицу, спускается ниже по торсу и останавливает его у моего паха. Поджав губы, отводит глаза в сторону.

– Мне нужно в общежитие вернуться, – говорит она, ища свои сапоги в прихожей.

– В пять часов утра? – усмехаюсь.

– Угу, – отвечает, натягивая один сапог на ногу.

– Вика, – зову её, чтобы посмотрела на меня, но она словно не слышит, – Вика, – повторяю.

– Что? – поднимает на меня свой взгляд.

– Общежитие открывается в шесть.

– Всё верно. Как раз доберусь, – достаёт пуховик из шкафа.

– Где находится твоё общежитие?

Она будто не слышит меня, опустив голову, пытается застегнуть пуховик.

Вот надо мне всё это, а? Первый раз стою и заваливаю вопросами девушку, которая сама согласилась со мной переспать и молча уйти.

– Вика, – зову уже более твёрдо.

– На Октябрьской.

– Ты учишься в Престиже?

– Да.

– Так он рядом, так что давай я тебя хотя бы завтраком накормлю, – подхожу и стягиваю с неё пуховик, который она так и не смогла застегнуть, и вешаю обратно в шкаф. – Потом я тебя отвезу.

– Не надо, – крутит головой, – я сама доберусь, здесь рядом, сам же сказал.

– Хорошо. Не надо так волноваться, – прищуриваюсь. Ну точно проблемная.

Войдя на кухню, включаю кофемашину и достаю из холодильника сыр, масло и нарезку из сырокопчёной колбасы.

– Овсянку будешь? – спрашиваю, ставя на стол тарелку с хлебом.

– Нет, – морщит свой носик.

– Чем завтракаешь каждое утро? – спрашиваю, подходя к кофемашине и ставя вторую чашку.

– Я обожаю бутерброд с авокадо и сёмгой, – отвечает она, и я поворачиваюсь к ней, бросая вопросительный взгляд. Она добавляет: – Ещё сырники со сметаной или омлет с помидорами и бужениной.

– Это ты мне свои сны рассказываешь? –складываю руки на груди.

– Нет, – отвечает она уверенно, доставая из кармана свой новенький телефон стоимостью сто кусков.

Приподнимаю бровь от удивления. Ладно, понаблюдаю ещё.

Беру две кружки кофе и одну ставлю возле неё.

– А можно мне зелёный чай?

Перевожу на неё удивлённый взгляд, а она спокойно продолжает искать что-то в телефоне.

– Может, ты хотела сказать, что хочешь растворимый кофе?

– Я кофе не пью, он плохо влияет на кожу. Мой косметолог… – она замолкает и прикрывает глаза.

Сажусь напротив неё, складываю руки в замок и интересуюсь:

– Где сейчас подрабатывают студенты, живущие в общежитии, которые могут позволить себе сёмгу, буженину, зелёный чай и такой телефон? – киваю на него.

Её щёки вспыхивают, а глаза начинают метаться по моему лицу. Интересно… Склоняю голову на бок и жду ответа. Будь она девственницей, подумал бы что спит за деньги. Смотрю на её губы и морщусь… да нет, не может быть.

– Телефон мне продала однокурсница, она новый купила, – смотрит на меня глазами Бэмби. Отпиваю кофе и внимательно слушаю дальше. – А сёмгу и буженину я ела, когда была у неё в гостях. Вот подумала, может, у тебя есть, – опускает свои руки под стол и поджимает губы.

Моя чуйка вопит, что она врёт, но по какой-то причине я решаю ей поверить.

– Я не ждал гостей, поэтому сёмгой и бужениной не запасся, – отвечаю с усмешкой.

– Ничего страшного, – берёт кусочек хлеба, намазывает на него масло и кладёт сыр. Откусив, тщательно прожёвывает и делает глоток чёрного кофе, морщится, но продолжает пить.

Смотрю на неё и всё больше сомневаюсь, что ей двадцать два: на вид совсем девчонка. Увидев, что я её внимательно рассматриваю, она начинает нервничать, заправляет волосы за ухо и поспешно делает ещё один глоток кофе. Интересно, долго ещё будет давиться им?

Доев свой бутерброд, она отодвигает кружку.

– Спасибо, – говорит, вытерев рот салфеткой.

– Пойду оденусь и отвезу тебя до общежития, – говорю, вставая.

– Хорошо, – её взгляд задерживается на моём торсе.

Подхожу ближе, и её глаза опускаются на мой пах. А я стою и смотрю на её губы, представляя, как они смыкаются на моей головке. Член в штанах дергается, её щеки вспыхивают, и она поднимает свой взгляд на меня.

– Жди здесь, – немного склонившись, говорю ей.

– Хорошо, – отвечает она, сглотнув.

Какая-то мутная. Надо избавляться от неё.

## Глава 3 _ Мирон

Подъехав к общежитию, поворачиваюсь к Вике.

– Это мой телефон, – протягиваю ей визитку, зажатую двумя пальцами. Она тянется за ней, а я приподнимаю её чуть выше. – Звонить только в крайних случаях.

– В каких это? – усмехается.

– Мы не предохранялись, – пристально смотрю на неё, – если будут проблемы, позвонишь.

– И сколько у тебя было таких возможных проблем?

– Не поверишь, ты первая.

– Я настолько в твоём вкусе, что ты сделал исключение? – спрашивает, поворачиваясь ко мне и ловя мой взгляд.

Улыбаюсь ей и замечаю в её глазах искорку… надежды. О, нет. Она ведь запомнит мой номер так, что будет от зубов отскакивать.

– Скорее, ты исключение из предпочтений, – произношу, окидывая её взглядом и задерживаясь на груди.

– Козёл, – выхватывает визитку и вылетает из машины.

Усмехаюсь. Ну что за девушки пошли: сначала соглашаются переспать, а в итоге я – козёл.

Наблюдаю, как она неспешно идёт, поглядывая через плечо в мою сторону. Останавливается на нижней ступеньке у входа в общежитие, достаёт телефон из кармана и начинает переминаться с ноги на ногу, смотря в него.

От наблюдения меня отрывает телефонный звонок. Кто так рано? Смотрю на экран телефона и хмурюсь.

– Да, – отвечаю, возвращая взгляд к Вике, которая уже говорит по телефону, подняв голову к окнам общежития.

– Мирон, у нас опять проблема, – раздаётся голос моего зама. – Сафронова снова сбежала от своего телохранителя.

Прикрываю глаза. Не девка, а какая-то катастрофа для моего бизнеса.

– Когда? – спрашиваю, едва сдерживаясь.

– Вчера вечером.

– Костя, объясни мне, как девятнадцатилетняя пигалица сбегает от профессионального телохранителя уже третий раз? Может, дело не в ней? – повышаю голос, не в силах уже сдержаться.

– Мирон, ребята отличные. Девчонка уж больно шустрая и хитроумная.

Твою мать.

Трогаюсь с места и бросаю взгляд на Вику, которая до сих пор не зашла в общежитие. Вот чего стоит на морозе? Ещё одна ненормальная.

– Нашли её? – спрашиваю, выезжая на дорогу.

– Нет, и домой не возвращалась, – нервно отвечает Костя.

– Скоро буду в офисе. Собирай всех, – рявкаю.

Вернувшись домой, принимаю душ и направляюсь в спальню. Бросив взгляд на скомканное одеяло, аккуратно расправляю его, и мой взгляд привлекает что-то блестящее под подушкой. Присев на кровать, протягиваю руку и беру тонкую цепочку из белого золота, на которой висит маленький кулон в виде буквы. Почему она носит подвеску с чужой буквой? В голову закрадывается дурная мысль. Окидываю взглядом спальню, усмехаюсь. Здесь нечего брать. Поднимаюсь, иду в коридор, проверяю карманы куртки, в которой был вчера, и достаю наличку, которую снял. Пересчитываю – всё на месте.

– Первый и последний раз, когда тащу левую бабу в свою квартиру, – проговариваю, возвращаясь в спальню.

Кинув взгляд на часы, понимаю, что все уже меня заждались. Быстро надеваю костюм и иду в прихожую. Вынимаю пальто из шкафа, распахиваю входную дверь и, переступив порог, останавливаюсь. Возвращаюсь к комоду в прихожей, открываю первый ящик и нахожу запасную связку ключей.

– Пф, – усмехаюсь, захлопывая ящик.

– Глебу решили не звонить, – произносит Костя, как только я вхожу в кабинет.

– И правильно, это не его зона ответственности.

Прохожу к своему рабочему столу, кидаю телефон на стол и снимаю пиджак со словами:

– Ну, кто на этот раз её упустил? – окидываю взглядом тройку лучших наших телохранителей, опускаясь на стул.

– Я, – признаётся Саня.

– И как это произошло? Мне, блядь, чертовски интересно, – давлю на него взглядом. – Сколько у тебя лет службы в закрытых учреждениях? Двадцать? А ей всего девятнадцать, твою мать. Как так вышло? – рычу на него. Я не понимаю, как эта пигалица умудряется перехитрить ребят с таким профессиональным стажем.

– Мирон, я утром отвёз её в университет, и с тех пор она оттуда не выходила.

– Всю ночь? Видимо, решила там заночевать, – хватаю ручку и начинаю её крутить в руках. Нервы на пределе. – А нет, она просто растворилась в воздухе, – хлопаю по столу ладонью.

– Мирон, – вступается Костя, – мы просмотрели все камеры: она весь день была в университете, затем пошла в женскую раздевалку и больше оттуда не выходила. Варианта два: либо через окно ушла, либо она переоделась, и мы её не узнали.

– Настоящий мастер перевоплощений, – усмехаюсь.

На весь кабинет раздаётся телефонный звонок. Смотрю на имя звонящего и на миг прикрываю глаза, сделав глубокий вдох. Спокойно беру трубку и отвечаю:

– Павел Викторович.

– Отзывай своих, Соня вернулась, – говорит он с явным облегчением.

– Где была?

– Не говорит. Вот что мне с ней делать, Мирон? Нет мне покоя с ней.

– Павел Викторович, может, ей и охрана не нужна, – смеюсь я, – вон она как профессионально ускользать умеет.

– Это точно, – отвечает он и смеётся вместе со мной.

– Вот только если с ней что-либо случится, я этого себе никогда не прощу. Она у меня единственная и самая дорогая, – его голос звучит сурово, и всё желание смеяться исчезает в одно мгновение. – Так что найди-ка ребят получше, иначе мне придётся сменить агентство.

– Хорошо, – прощаемся, и я перевожу взгляд на Костю. – Найди молодого парнишку, пусть притворяется, что он ещё новичок в этом деле. Тогда она не будет так осторожна и при побегах будет допускать ошибки. А он пусть издалека просто за ней наблюдает.

– Ну давай попробуем, – с улыбкой произносит он, потирая затылок.

– Костя, потеряете её снова – уволю всех. Ясно? – говорю, вставая из-за стола и поворачиваюсь к окну.

– Мирон, почему вы не отслеживаете её телефон?

– Он у неё закодирован, – тру лоб, – Павел Викторович опасается, что и другие смогут её отследить.

Хотя… нужно это обсудить с Глебом.

## Глава 4_Соня.

– Привет, – шепчет Ника, подсаживаясь ко мне.

– Привет, – отвечаю, мельком взглянув на преподавателя, который расхаживает по трибуне, диктуя материал.

Ника, как всегда, опоздала. Работая в вечерние смены, она ложится поздно, и встать утром для неё целая проблема.

– Как вчера погуляла? – тихо интересуется она.

– Нормально, – отвечаю, не отрывая глаз от конспекта.

Ника усмехается и, наклонившись ко мне, слегка толкает плечом:

– И на сколько на этот раз тебя наказали?

Закатываю глаза. Всё на столько предсказуемо?

– На месяц, – отвечаю с грустью.

– Так и знала, – констатирует она, протягивая мне запасной телефон и наличные.

– Спасибо, – забираю их и прячу в сумку.

Отец всегда меня наказывает, когда я сбегаю от охраны: он лишает меня телефона, денег и личного пространства, которое и без того было у меня только в моей комнате. Теперь у меня два надзирателя: один из них ждёт меня в холле университета, а другой ходит вокруг корпуса. У отца постоянно какие-то конкуренты, и он опасается, что они могут попытаться найти рычаг давления на него. И этим рычагом могу стать я – его единственная и любимая дочь.

– Матвей, стоил этого? – спрашивает меня Ника.

– Да, – отвечаю, не оборачиваясь к ней, продолжаю записывать материал.

Вчера Матвей пригласил меня погулять, и я, недолго думая, согласилась. Но у меня была одна проблема: на все свидания я ходила с охраной. Он предложил сбежать от неё и погулять по городу. После занятий я пошла в женскую раздевалку и выбралась на улицу через окно, где меня ждал Матвей. Добежав до ближайшей кафешки, он заказал мне чай с пирожным и попросил подождать его, пока он заберёт свою машину с университетской стоянки. Забрав меня, мы покатались по городу, а позже поужинали в ресторанчике.

Прикусываю край ручки, вспоминая продолжение вечера, заставляющее меня улыбаться так, что щёки начинают болеть.

– Соня, ты слышишь меня? – вырывает меня из воспоминаний Ника.

– Что?

– Сегодня нужно подготовиться к совместному проекту.

– Да, помню. К тебе или ко мне?

– Давай у меня, твой ноутбук всё равно в общежитии.

– Хорошо.

От занимавшись ещё четыре пары, выходим из аудитории и направляемся к выходу. В холле предупреждаю охрану, что иду заниматься к Нике.

– Павел Викторович сказал, после занятий отвести вас домой.

– Наберите его, я сама его предупрежу, – отвечаю, скрестив руки на груди.

До жути стыдно. Все на выходе из университета оборачиваются и смотрят в нашу сторону, а кто-то даже замедляет шаг, прислушиваясь, что опять Сафронова натворила.

Охранник, немного подумав, набирает номер отца и протягивает мне телефон.

– Пап, я сейчас пойду к Нике в общагу, нам нужно закончить проект.

– У нас нельзя его сделать? – спрашивает он строгим голосом.

– Все наработки у неё, – с напором отвечаю ему и продолжаю: – Пока зайдем к ней за ноутбуком, потом доберёмся до нас, ей уже в общагу надо будет возвращаться.

– Только без глупостей, – предупреждает он.

– Хорошо, – соглашаюсь и сбрасываю звонок. Возвращаю телефон охраннику и вместе с Никой выходим на улицу. Несмотря на мороз, погода потрясающая. Солнце светит так, что приходится прищуриваться.

– Сейчас бы погулять, – говорю Нике.

– Вчера не нагулялась?

– Нет, – улыбаюсь. – Хочу ещё, – мечтательно произношу.

– Ненасытная, – игриво произносит она.

Вчера я это тоже поняла. От нахлынувших воспоминаний становится жарко, так что я расстёгиваю молнию пуховика, впуская внутрь морозный воздух.

– Чего в улыбке растянулась? – останавливается Ника, поворачивая голову ко мне.

– Погода хорошая. Вот и настроение такое.

Она сужает глаза и смотрит на меня с подозрением.

– Между вами вчера что-то было?

– Нет, – качаю головой, пряча улыбку, прикусив обе щёки изнутри.

Пока я не готова делиться секретами, из-за которых может быть так стыдно.

Войдя в общежитие, Ника подкупает Ивана Иваныча тысячной купюрой, чтобы он позволил мне войти. Эта бумажка обычно обеспечивает моё незаметное проникновение на целый месяц. Поднимаемся в комнату Ники и застываем на месте.

– Привет, – говорит миловидная девушка с жгучими черными волосами под каре.

– Привет, – отвечаем в голос с Никой.

– Ты, видимо, моя новая соседка? – спрашивает Ника, раздеваясь.

– Да, я Мия.

– Ника.

– Соня, – представляюсь я, снимая пуховик.

– Надеюсь, ты не храпишь? – интересуется Ника у Мии

– Нет, – крутит она головой.

Улыбаюсь – самый настоящий божий одуванчик.

– А ты на каком курсе? – спрашиваю у Мии.

– На втором.

– А почему я тебя первый раз вижу?

– Я раньше была на домашнем обучении.

– Из-за проблем со здоровьем?

– Нет, родители были против очной учебы.

– Что же произошло такого, что тебе позволили обучаться очно и даже жить в общежитии?

Она отводит глаза в сторону, давая понять, что не хочет отвечать на мой вопрос.

– Нам нужно позаниматься, – встревает Ника, обращаясь к Мие. – Потом я тебе всё покажу и расскажу.

– Конечно, – с улыбкой отвечает она. – А я пока разберу свои вещи, – и бросает взгляд на небольшой чемодан.

Задерживаю свой взгляд на бренд чемодана и перевожу его на Мию, в глаза бросаются серьги с бриллиантами. Опускаюсь ниже, оценивая её одежду: шерстяное вязаное платье, у меня такое же, только другого цвета. Выглядываю в коридор, замечаю сапоги из последней коллекции известного бренда и шубу на вешалке. На ней одежда на кругленькую сумму, но она переехала в общежитие и с маленьким чемоданом. С интересом продолжаю наблюдать за ней. Она кладёт свой чемодан на кровать и, раскрыв его, начинает вынимать вещи и складывать их в шкаф. Моё любопытство меня поглощает, и я только собираюсь закидать её интересующими меня вопросами, как Ника говорит:

– Соня, давай уже начнём. У меня ещё дел полно.

Мия начинает нервничать под моим пристальным взглядом, перекладывая вещи с одной полки на другую.

– Хватит, – шипит Ника, дергая меня за рукав кофты.

– Тебе разве не интересно? – шепчу ей, усаживаясь рядом.

– Нет. Мне своих забот хватает.

– Зануда, – отвечаю, доставая из рюкзака учебники.

Доделав проект, собираюсь домой. Попрощавшись с девчонками, выбегаю из общежития и запрыгиваю в машину.

– Домой?

– В клуб.

– Павел Викторович …

– Павел Викторович, – передразниваю, – зачем спрашиваете, если Павел Викторович велел домой?

Вижу, как они хмурятся и сжимают челюсти. Знаю, что грублю, и это не их вина, но больше нет сил сдерживать злость. Скоро они даже в туалет меня провожать будут. Нужно срочно что-то с этим делать. Из раздумий о множестве гениальных решений меня вырывает звонок мобильного.

– Да, – отвечает на звонок один из охранников. – Везём домой, – отвечает он и продолжает внимательно слушать дальнейшие указания. – Понял, – завершает звонок и поворачивается к своему напарнику. – Мирон у Павла Викторовича, ждёт нас.

## Глава 5_Мирон

– Мирон, Глеб, рад вас видеть, – приветствует нас Павел Викторович, когда мы входим в его кабинет.

– Здравствуйте, – отвечаем, пожимая ему руку.

– Как ваши дела, процветает бизнес? – интересуется он, направляясь к диванам.

– Потихоньку, – отвечаю, следуя за ним. – Проблемы, конечно, случаются, но всё в общем хорошо.

– Понимаю. – смеётся он, расстёгивая верхнюю пуговицу пиджака и присаживаясь на диван. – Если бы не моя дочь, всё было бы отлично.

– На сам бизнес её выкрутасы не влияют, благодаря вам, – отвечаю, садясь с Глебом напротив Павла Викторовича.

Любой другой клиент уже давно разместил бы негативный отзыв о нашем агентстве, который я сам уже мысленно написал и представляю каждый раз, как только она сбегает: «Охранное агентство «Профи» не смогло пресечь побег девятнадцатилетней девушки, как же им тогда доверить безопасность жизни?» И эта новость разлетелась бы по всему городу в мгновение ока.

– Это хорошо, – улыбается. – Отец гордится тобой.

– Не уверен, – усмехаюсь. Отец и Сафронов начали совместное дело ещё во время учёбы в институте, а после того как им удалось достичь успеха, решили разделить его и стать конкурентами, сохранив при этом дружбу. При каждой встрече Павел Викторович старается упомянуть отца. Сейчас наши с отцом отношения оставляют желать лучшего. Он хотел, чтобы я продолжил его бизнес, но я отказался, из-за чего у нас возник конфликт. У меня были деньги, которые дед мне оставил в наследство, и я мог распоряжаться ими с восемнадцати лет. На последнем курсе института вместе с Глебом мы решили открыть охранное агентство. Теперь мы видимся с отцом только по большим праздникам и недолго.

– Сегодня обошлось без побегов, её уже везут домой, – перевожу разговор на другую тему.

– У неё нет ни телефона, ни денег, чтобы сбежать, – с облегчением отвечает он.

– Думаю, если она решит сбежать, это её не остановит.

– Может, выдать её замуж? – смеется он. – Пусть муж попробует её укротить.

– Только если конкуренту какому-нибудь, чтобы она его бизнес разорила, пока он будет её укрощать, – говорит Глеб.

– Так можно избавиться от всех конкурентов, – серьёзно добавляю я.

– Хорошая идея, – соглашается Павел Викторович, и мы все начинаем громко смеяться.

– Извините, Павел Викторович, – говорит Глеб, отсмеявшись, – но ваша дочь не поддаётся укрощению. За два года ничего не изменилось. Чем больше вы её ограничиваете, тем сильнее она жаждет свободы. Нужен другой подход.

– Давайте установим ей на телефон слежку? – предлагаю я.

– Исключено, – категорично возражает он.

– Это моя личная программа, её никто не сможет взломать, – уверяет Глеб.

– Если установим слежку, можно расширить её личные границы, которых она так добивается. Охрана будет присматривать за ней издалека, – пытаюсь убедить Павла Викторовича.

– Не знаю даже, – потирая затылок, он задумчиво отвечает.

– Это лучше, чем потерять её на сутки, – добавляю я.

– Может, проблема в ребятах?

– Павел Викторович, у нас самые лучшие специалисты. Отбор жёсткий, ну вы сами подумайте: все служили в спецподразделениях и вдруг потеряли навыки, – смеюсь я. – Ваша дочь просто исключение. Таких ещё поискать надо.

Усмехаюсь, вот ещё одно «исключение».

– Хорошо, давайте попробуем, – решается он, встаёт и идёт к столу, достаёт из ящика телефон и передаёт его Глебу.

Глеб подключает телефон к своему ноутбуку и начинает устанавливать программу. Наблюдаю за его действиями и вспоминаю Вику с таким же телефоном. Это же последняя модель. Вот только…

– Марина возвращается через два дня, установишь ей тоже? – прерывает мою мысль Павел Викторович, обращаясь к Глебу.

– Конечно, – отвечает он.

– Я подберу для Сони нового телохранителя, молодого, но опытного парнишку, который будет незаметно приглядывать за ней. Ей скажете, что это просто водитель, – рассказываю о дальнейших действиях.

– Ты уверен, что он справится? – уточняет Павел Викторович, опираясь на спинку дивана руками. – Она ухитряется ускользнуть даже от зрелых и опытных, а ты к ней собираешься приставить новичка?

– Думаю, она перестанет так тщательно планировать свои побеги и где-то ошибётся, а мы будем наблюдать издалека.

Павел Викторович склоняет голову, постукивая пальцами по кожаному дивану, очевидно обдумывая мои слова.

– Хорошо, – соглашается он, но тревога всё ещё читается на его лице.

– Готово, – говорит Глеб, передавая телефон Павлу Викторовичу.

– Отдайте ей через пару дней, чтобы она ничего не заподозрила, – предупреждаю я.

– Понял, – отвечает он, убирая телефон обратно в ящик.

– Павел Викторович, – заглядывает домработница, – Соня приехала.

– Отлично. Можете накрывать на стол.

– Хорошо, – отвечает она, исчезая за дверью.

– Поужинаете с нами?

– У нас ещё дела в офисе, – отвечаю, вставая.

– Пойдёмте, познакомлю хотя бы с моей оторвой, – улыбается он и направляется к выходу из кабинета, а мы следуем за ним. Помню её подростком с угловатыми чертами, брекетами и в очках. Усмехаюсь. Да, интересно, кому достанется это чудо.

– Соня.

Поднимаю свой взгляд в поисках Сони, но вижу только домработницу, и по всему дому раздаётся хлопок двери.

– Павел Викторович, она сказала, что ужинать не будет, и побежала к себе в комнату, – сообщает она, тяжело вздохнув.

– Понятно, – крутит головой он.

– Мы поехали тогда, – протягиваю руку Павлу Викторовичу. Попрощавшись, выходим с Глебом на улицу.

– Коль, Вить, поехали в офис. Есть новости.

– Надеемся, хорошие?

– Очень, – отвечаю, улыбаясь.

Чувствую вибрацию телефона в кармане и, направляясь к машине, достаю его. Сообщение от неизвестного абонента: «Моя цепочка случайно не у тебя?» Усмехаюсь. Случайно? Скорее всего, ты её специально оставила. Больше я этой глупости не повторю. Печатаю ответ и отправляю:

«У меня. Привезу завтра»

«Завтра не получится»

«Это займет всего минуту, скажи, в какое время тебе удобно, я подъеду»

«Меня нет в городе, возможно, вернусь в субботу вечером»

Чёрт. Затягивать не стоит. Немного подумав, печатаю:

«В субботу буду в клубе, сможешь туда подъехать?»

«Напишу»

Охренеть.

## Глава 6_Мирон

– Наконец, – восклицает Эрик, поднимаясь с дивана.

– Привет, – обнимаю его, похлопывая друга по спине. – Надолго к нам? – интересуюсь, пожимая руки Глебу и Яну.

– На пару дней, – он вручает мне бокал с виски. Принимаю его и усаживаюсь рядом с Эриком.

– Всё ещё не удалось найти нового управляющего? – спрашиваю, делая глоток янтарного напитка, который обжигает горло и тёплым потоком спускается вниз, расслабляя каждую клеточку моего тела.

– Нашёл, но его ещё натаскивать нужно, – отвечает, откинувшись на диван и положив руку на его спинку.

– Понятно, – киваю, взглянув на экран телефона. Раздражение охватывает моментально. Вот сиди и жди, когда она сможет приехать. И не расслабишься толком. В прошлый раз уже расслабился. Хотя… мне понравилось.

– Мирон, ты с нами? – выдёргивает меня из размышлений Ян.

– Да, – убираю телефон в карман.

– Собираешься куда-то? – спрашивает Эрик.

– Мне надо будет отойти на пару минут.

– Охренеть, дружище, – искренне удивляется Глеб, а мы не понимающе смотрим на него. – С каких пор ты стал таким скорострелом? – подкалывает Глеб, и все начинают смеяться.

– Я смотрю, тебя этот вопрос очень волнует? – спрашиваю у Глеба, отсмеявшись.

– Конечно. Облажаешься с одной, – провожает взглядом рыжеволосую девушку, – и вскоре все узнают, и всё, конец твоей репутации.

В кармане начинает настойчиво вибрировать телефон. Оставив стакан на столе, встаю с дивана и направляюсь в сторону уборной. На ходу достаю мобильник и вижу, как на встречу идёт длинноногая блондинка с шикарными формами, всё как я люблю. Подмигиваю ей, и она отвечает мне улыбкой, замедляя шаг.

– Да, – говорю в трубку, наблюдая, как она приближается, покачивая своими бёдрами.

– Можешь забрать меня с Ленинской? – не понимая, отстраняю телефон и смотрю на экран. Твою мать. Вика.

– Нет, – отвечаю решительно.

– Пожалуйста, – тянет жалобно.

– Послушай, это тебе надо, и от Ленинской до клуба не так далеко, пешком дойдёшь, – уже просто рычу на неё.

– Я не одна, и нас вместе не пустят.

Не пустят, если только кто-то из них несовершеннолетний. Неужели она, черт возьми, с ребёнком?

– Ладно, – говорю, с трудом сдерживая злость.

– Буду ждать тебя у пятнадцатого дома в арке.

– Через двадцать минут буду, – сбрасываю звонок, но успеваю услышать её «Побыстрее». Смотрю на потухший экран и пытаюсь убедить себя, что ослышался. Поднимаю свой охреневший взгляд на блонди и говорю:

– Позже тебя найду, – разворачиваюсь и, предупредив своих, направляюсь к выходу.

До арки добираюсь за пятнадцать минут, кругом неимоверная темень. Оглядываюсь в поисках Вики, но её нигде нет. Что за хрень! Только собираюсь достать телефон, как замечаю бегущую фигуру с коробкой в руках, по мере приближения узнаю Вику.

– Стой, – раздаётся вдалеке эхом мужской голос.

– Бежим, – хватает меня за руку и пытается увлечь за собой.

– Никуда я не побегу, – твёрдо отвечаю, оставаясь на месте. – Что случилось?

– Потом объясню, умоляю, побежали.

– Вика, ты в своём уме? – с непониманием смотрю на неё. – Я никуда не побегу. Что за мужик за тобой гонится?

Она смотрит на меня испуганными глазами, прикусывая край нижней губы, но при этом вижу, как её мозг активно функционирует.

– Я у него стащила, – начинает тараторить, оглядываясь по сторонам, – вот эту коробку, – вытягивает её вперёд. – Он хотел выбросить её, и я его ударила между ног. Если он напишет заявление, меня исключат из института и выставят из общежития, а мне идти некуда.

Смотрю сначала на Вику, потом на коробку и понимаю, что она несёт какую-то чушь. Зачем ему бежать за коробкой, если он собирался её выбросить? Неужели она действительно воровка?

– Я с ним поговорю.

– Нет, – восклицает она, почти взвизгивает. – Пожалуйста, мне не нужны проблемы, – умоляюще произносит она, а глаза наполняются слезами.

– А ну стой, – кричит мужик с явно сбившимся дыханием. Твою мать. Не верю в свои действия, но в этот момент хватаю её за руку. И блядь. Бегу.

Выскочив из арки, поворачиваем направо и бежим вдоль домов. Вика поскальзывается и падает вперёд, из-за чего коробка выскальзывает из её руки и улетает чуть дальше. Я успеваю слегка смягчить её приземление, подняв наши сцепленные руки вверх. Помогаю ей подняться, при этом она морщит свой носик.

– Сильно ударилась? – интересуюсь, поднимая коробку.

– Нет, – отвечает она, быстро потерев ладонью своё левое колено, и хватает меня за руку, заставляя бежать дальше.

Мы выбегаем на дорогу, перебегаем пешеходный переход и устремляемся в парк. Останавливаемся у пруда, пытаясь перевести дыхание.

– Я давно так не бегал, – признаюсь, упёршись руками в коленки, держа коробку между боком и локтем.

– Плохо, нужно больше двигаться, а то совсем зачахнешь, – замечает она, а я бросаю в неё гневный взгляд.

Она лишь пожимает плечами и оглядывается. Я выпрямляюсь, беру коробку в руки и внимательно её осматриваю.

– Почему она вся в дырках? – спрашиваю с интересом.

– Чтобы воздух поступал.

– Что там?

– Паук.

– Кто? – мои брови взлетают вверх от удивления.

– От бега кровь ударила в перепонки, и ты оглох? – Говорю же, зачах…

– Заткнись, – грубо перебиваю её.

Усмехнувшись, она забирает коробку из моих рук и начинает её изучать.

– Ты в курсе, что пауки не переносят холод? – интересуюсь я, пряча руки в карманы. Она бросает на меня насмешливый взгляд и объясняет:

– Внутри коробки специальная термосумка для их перевозки, – убедившись в целостности коробки, она достаёт варежки из кармана и надевает их.

Глубоко вздохнув, покачивая головой, я лезу рукой в карман джинсов, чтобы достать её цепочку, как вдруг звонит мой мобильник. Достав телефон, чертыхаюсь про себя. Что опять?

– Да, – отвечаю на звонок.

– Она снова сбежала, – сообщает Костя с нервной усмешкой.

– Перезвоню, – произношу, еле сдерживая злость.

Бешусь не на своих ребят, а на эту дуру, которая не понимает, что создаёт множество проблем не только себе, но и окружающим её людям. Отклоняю вызов и набираю Глеба, но после нескольких гудков он не отвечает. Возьми трубку… Блядь. Пошёл, что ли, уже свою репутацию укреплять.

– Да, – отвечает Глеб.

– Эта сумасбродка опять сбежала, – рычу в трубку. – Можешь сейчас отследить её телефон?

– Да, я подключусь удаленно из кабинета Эрика. Скоро скину местоположение.

– Жду, – убирая телефон в карман, смотрю на Вику, которая стоит с поджатыми губами и о чём-то думает. От возникшей тишины она переводит свой взгляд на меня и интересуется:

– Какие-то проблемы?

– По работе.

– Понятно, – отвечает она, немного сдвинув шапку назад.

А я не могу отвести взгляд от её пухлых и манящих губ, вспоминая их вкус спелой вишни, от чего в штанах дёргается член. Перевожу взгляд на её глаза, замечая в них огонь желания, и она медленно облизывает свои губы. Так и тянет впиться в них сию секунду, но от этого меня отвлекает сигнал телефона, известивший о новом сообщении.

Вынув телефон из кармана, открываю сообщение от Глеба с координатами. Ввожу их в карту и, недоумевая, смотрю на Вику, которая стоит с очаровательной улыбкой.

## Глава 7_Мирон

– Здравствуйте, Павел Викторович. Вы отдали телефон Соне?

– Не успел. Сегодня собирался, но она как назло сбежала. Можешь прекращать поиски, она прислала сообщение с номера подруги, что останется у неё на ночь. Утром напишет, когда её забрать.

Увидев знакомый адрес на карте, сначала решил, что она телефон специально оставила дома, однако она не знала, что мы установили за ней слежку. Поэтому остался лишь один вариант, который подтвердил Павел Викторович.

– Понял, – попрощавшись, звоню Косте.

С одной стороны, я испытываю облегчение, но с другой стороны осадок остался, что мои парни снова облажались.

– Алло.

– Костя, отзывай парней. Она у подруги, завтра напишет, когда её забрать.

– Почему нельзя было сразу сказать? Зачем сбегать?

– Видимо, так малолетки сейчас развлекаются, – смотрю на Вику, которая пританцовывает от холода, и понимаю, что это тоже её касается.

– Ясно, – с тяжёлым вздохом отвечает Костя.

– Замерзла? – спрашиваю Вику после окончания разговора с Костей.

– Немного, – кивает и смотрит на экран своего мобильного. – Чёрт, – тихо ругается она.

– Что опять произошло?

– Время уже двенадцать, – с испугом на лице смотрит на меня. – Общежитие уже, закрыли, а мне негде ночевать.

Твою мать. Что за невезение. Отошёл на пару минут.

– Поехали, сниму тебе номер в гостинице.

– Не надо, – крутит головой, – я не смогу вернуть.

– Возвращать не нужно.

– Не хочу быть в долгу.

– Ты собираешься ночевать на улице? – в раздражении повышаю голос.

– Можно у тебя переночевать? – спрашивает, пристально смотря мне в глаза.

И что с ней делать? В клубе ждут парни и та блонди. Вот надо отказать ей, но, глядя на неё, язык не поворачивается. Стоит такая, глазками хлопает, сама милота. Не заставлять же её ехать в гостиницу и не бросишь на улице, но при этом вспоминаю свои заскоки после её ухода. Мутная она какая-то. И эта странная история с пауком, явно врёт.

– Ладно, поехали, – говорю сквозь зубы.

– Спасибо, – отвечает она, расплываясь в обворожительной улыбке, отчего у меня тепло разливается по всему телу.

Пока мы шли к выходу из парка, я пытался убедить себя, что не стану лезть к ней в трусики. Когда приедем домой, размещу её в гостиной, а утром попрошу удалить мой номер.

У выхода из парка нас уже дожидалось такси. Мы с Викой садимся на заднее сиденье, она стягивает свою шапку, поправляет длинные волосы и расстёгивает пуховик. Прохожусь по ней взглядом, задерживаясь на её губах, которые она увлажняет бальзамом и затем распределяет его средним пальцем, мельком улыбнувшись. Вот, сучка.

Отворачиваюсь к окну, стараясь отвлечься и не думать о её губах. В мыслях прохожусь по списку всего, что меня злило в последние дни, и тут вспоминаю о Сафроновой. Это помогает собраться. Всё складывается удачно: завтра Павел Викторович вернёт ей телефон, и проблем с этой девчонкой станет меньше.

Войдя в квартиру, мы снимаем обувь, верхнюю одежду и проходим в гостиную. Вика достаёт термосумку из коробки и уже из неё переносной террариум.

– Ты живой? –стучит она по стенкам, пока паук не начинает шевелиться.

Улыбнувшись, она достаёт маленькую пластиковую баночку из кармана и очень быстро насыпает в террариум муравьёв и одного таракана, чтобы никто из них не успел убежать.

Стою и охреневаю от этой картины. Раньше не встречал девушек, которые не визжат лишь от одного их вида.

– Хочешь перекусить? – спрашиваю, когда она ставит террариум на подоконник и проверяет рукой, не дует ли из окна.

– Нет, – отвечает, повернувшись и кладя руки в задние карманы джинсов.

– Тогда давай спать, – видя её сдержанную улыбку, добавляю: – Жди здесь, я сейчас принесу тебе постельное бельё.

– Ладно, – говорит она, пожимая плечами.

Иду в спальню, достаю из шкафа одеяло, подушку и постельное бельё. Возвращаюсь в гостиную, но останавливаюсь у двери и возвращаюсь за футболкой – не стоит разгуливать по квартире в одном нижнем белье. В голову приходит мысль дать костюм, но боюсь, будет жарко, и она точно разденется. Перед глазами возникает её образ в моей футболке и затем без неё. Твою мать. Вот теперь мучайся, добродетель.

– Постелешь сама, – бросаю всё на диван.

– Конечно, – говорит она. – Спасибо, – добавляет, когда я ухожу в спальню, хлопнув дверью.

Вдох. Выдох.

Взяв спортивные брюки, направляюсь в душ. Потоки холодной воды немного остужают мою вскипевшую кровь. Почему я так на неё реагирую? Да, мне нравятся её губы, красивые глаза, и всё! Больше ничего не в моём вкусе.

Она странная. С пауками на «ты», без сомнений. Ведьма. Усмехнувшись своим мыслям, выхожу из душа и ложусь в постель, вслушиваясь в тишину. Глаза начинают слипаться, переворачиваюсь на бок, засовывая руку под подушку и закрываю глаза.

– Мирон, – доносится до меня тихий голос Вики, – ты спишь?

Сплю, и ты иди, – ору мысленно на неё.

Слышу, как она неуверенно приближается. Повторяю себе, словно мантру: «Не реагируй, спи. Она сейчас уйдёт», но не тут-то было.

Вика тихонько забирается под одеяло, поворачивается ко мне спиной и жмётся ко мне, укладываясь на подушку.

Мой член моментально затвердел и упёрся в её округлую попку. Дыхание наше тяжелеет, выдавая возбуждение. Она слегка шевелится, и я остро ощущаю накал в области паха, даже штаны не спасают.

И всё, моя выдержка летит к херам.

Обхватив её талию, притягиваю ближе. Она откидывает голову на мою грудь, открывая шею. Провожу по ней языком, от чего она дёргается, как от тока. Ныряю в её трусики, провожу средним пальцем вдоль губок и размазываю её возбуждение по клитору, она выгибается и начинает постанывать. Чтобы облегчить напряжение в члене, имитирую толчки. Прикусываю её за мочку, вызывая у неё протяжный стон, который проходит по всем моим нервным окончаниям.

В считанные секунды переворачиваю её на спину, избавляю от футболки, затем от трусиков и, оттянув свои штаны вниз, оказываюсь сверху, вжимая её в матрас. Взглянув в её затуманенные глаза и убедившись, что она не против, впиваюсь в её губы и загоняю член до максимума. Она обвивает меня за шею и разводит ноги шире, позволяя проникнуть глубже. Начинаю двигаться медленно, почти выходя из неё и погружаясь обратно.

– Мирон, – постанывает она, когда вынимаю свой член.

Привстав, провожу головкой по набухшему клитору, от чего она вцепляется руками в простыни, выгибает спину со стоном и откидывает голову. Проведя несколько раз, погружаюсь в неё полностью и начинаю уже вколачиваться в неё. Хватаю её за волосы, оттягиваю голову и провожу языком по губам. Она приоткрывает свой ротик, и наши языки встречаются. Какая же она тесная и влажная. Крышу сносит в мгновение, и я начинаю терять контроль.

Громкие стоны и шлепки наших тел разносятся по всей комнате. Меняю угол проникновения, вхожу в неё всё резче и резче. Чувствую, как её внутренние мышцы начинают сжимать мой член, и она кончает с протяжным стоном. От её оргазма в глазах начинает темнеть, и чувствую, как меня накрывает следом за ней. В последнюю секунду вспоминаю, что мы не предохраняемся, вынимаю свой член и кончаю ей на лобок.

Заваливаюсь рядом с ней на спину и ощущаю полное удовлетворение.

Точно, ведьма.

Поворачиваю к ней голову и улыбаюсь. Она спит, закинув руки за голову. Усмехнувшись, поднимаюсь и иду в душ. Возвращаюсь с влажным полотенцем, убираю следы своего наслаждения и укрываю её одеялом.

Смотрю на неё – такая молоденькая, и осознаю, что ей нужно нечто большее, чем мимолётные встречи. Утром придётся объяснить ей, что я не готов дать ей большего.

Но каково было моё удивление, когда утром я проснулся в квартире один.

## Глава 8_Соня

– Милая, какая ты красивая, – говорит мама, когда я спускаюсь в холл.

– Спасибо, – отвечаю, слегка смущаясь.

Сегодня в университете праздник по случаю Дня всех влюблённых. На мне короткое нежно-зелёного оттенка платье с пышной юбкой, без рукавов и с вырезом на груди, а также чёрные сапоги на высоких каблуках с широкими голенищами.

– Не слишком ли короткое? – строго спрашивает папа.

– С моей охраной можно ходить хоть в чём, никто и близко не подойдёт.

– Соня! – предостерегающе говорит отец.

– Не короткое, так сейчас модно, – подхожу и быстро чмокаю его в щёку.

– Телефон взяла?

–Да, – достаю из сумочки и показываю. Два дня назад мне вернули телефон и оставили только одного цербера.

– Не замёрзнешь? – спрашивает мама, когда я надеваю пальто. – Надень шубу, в ней теплее.

– Не хочу, – отвечаю, оборачивая шарфом шею. В ней неудобно бегать, – думаю про себя.

По пути в университет размышляю о сегодняшней насыщенной программе. Поглядываю на водителя, который сидит с серьёзным видом. Может, попробовать договориться с ним? Ему же будет лучше – не попадёт за то, что не уследил. Хотя нет, вряд ли он согласится. Чересчур серьёзный и, скорее всего, предан своему работодателю. Вздыхаю тяжело. Я бы тоже была ему верна, если бы была в его вкусе.

– Приехали, – выводит меня из размышлений голос водителя.

– Позвоню, когда нужно будет забрать.

– Я здесь вас ждать буду.

– Как хотите, – равнодушно ответив, выхожу из машины и направляюсь к университету.

– Привет, красавица, – слышу позади голос Матвея.

– Привет, – улыбаюсь ему в ответ, когда он подбегает ближе и распахивает дверь, пропуская меня вперёд.

Сдаём верхнюю одежду в гардероб и идём в зал, где будет проходить мероприятие.

– Сегодня всё по плану? – спрашивает Матвей, обнимая за талию.

– Да, всё как договаривались.

– Отлично, – улыбается он. – Пойду найду своих.

– Хорошо, – отвечаю, оглядываясь в поисках Ники и Мии.

Замечаю их у диджейского пульта и направляюсь туда.

– Привет, – обнимаю их сзади.

– Привет! – смеются они.

– Вы чего возле Ильи топчитесь?

– Я уговариваю его не ставить одну долбёжку, – говорит Ника, – у меня от неё болит голова.

– Понятно, – улыбаюсь, глядя на Мию.

Она стоит растерянная и осматривается, явно впечатлена обстановкой.

– Расслабься, – кричу ей в ухо, – так веселее будет.

– Я стараюсь, но не выходит, – натянуто улыбается она.

– Пошли, – беру её за руку и веду за собой.

В задней части зала расположены столы с напитками, где сейчас собрались все из университета. Протискиваемся ближе к напиткам, у которых находится Матвей.

– Можно нам три шипучки, – говорю ему, подмигивая.

– Конечно, сейчас всё сделаю.

Не проходит и мгновения, как стаканчики оказываются у нас в руках. Мия делает несколько глотков, сначала морщится, а потом продолжает пить.

– Вкусно, – улыбается она.

– Точно, – поддерживаю я, делая глоток сладкой шипучки.

– Это Нике, – протягивает ещё один стаканчик Матвей.

– Спасибо, – отвечаю, беря стаканчик, и направляемся обратно к ней.

Ника продолжает танцевать рядом с Ильёй. Усмехаюсь. Теперь весь вечер будет караулить, чтобы музыка была только по её заказу.

– Держи, – протягиваю ей напиток.

– Спасибо, – говорит она, пританцовывая и отпивая шипучку.

– Пойдём потанцуем, – вздрагиваю от неожиданности, когда Матвей шепчет мне на ухо и целует в плечо. Поворачиваюсь, чтобы пойти с ним, но к нам подходит Лина.

– Привет, – говорит она.

– Привет.

– Хотела ещё раз поблагодарить тебя, – улыбается она.

– Вижу, твоя подруга обзавелась новой причёской, – показываю стаканчиком на её явно бывшую подружку.

– Да, – смеётся Лина.

Несколько дней назад я случайно услышала, как подружки обсуждали покраску волос Лины в зелёный цвет, потому что парень, который нравился одной из них, пригласил Лину пойти вместе на вечеринку. Встретив Лину в туалете, я её предупредила. Так мы познакомились.

– Лина, это Мия и Ника, мои подруги, – представляю их друг другу. Обменявшись любезностями, предлагаю Лине присоединиться к нам, и она соглашается.

Начинаются конкурсы, и мы вчетвером с удовольствием принимаем в них участие. Мию пришлось немного поуговаривать, но она, уступив нашему напору, согласилась. Потом все вместе веселимся на танцполе.

– Я пить хочу, – кричу девчонкам.

– Я с тобой, – говорит Лина.

Подойдя к столу, хватаем по бутылке с водой и жадно пьём.

– Твой парень не против, что ты на праздник пошла с другим? – интересуюсь у Лины.

– У меня нет парня, – смотрит на меня непонимающе.

– Но я недавно видела, как тебя подвозил парень: высокий с чуть волнистыми волосами и длинными ресницами.

– А, это Мирон, друг моего брата, – улыбается она. – Мы просто друзья.

– Понятно, – задумчиво отвечаю.

Странно. Она в его вкусе на все сто процентов. Поджимаю губы и недоверчиво смотрю на неё. Смысла обманывать вроде нет.

– А как ты разглядела его ресницы? – с прищуром интересуется она.

– Я проходила мимо, когда он доставал твою спортивную сумку из машины, и обратила внимание.

– Да, его ресницам любая девушка позавидует, – закатывает глаза она, отпивая воды.

– Эй, ну вы чего застряли? Нам с Никой скоро в общежитие возвращаться, а я ещё не натанцевалась, – говорит Мия, подбежав вместе с Никой.

– Можете, остаться у меня сегодня? – предлагает Лина. – Думаю, Ян будет не против.

– Ой, как-то неудобно, – отвечает Мия.

– А я не против, – отвечает Ника, пританцовывая. – Можно веселиться и на время не смотреть.

– А ты? – спрашивает меня Лина.

– У меня планы другие, – киваю в сторону Матвея.

– Понятно, – улыбается она, оценивающим взглядом оглядев Матвея.

– Кстати, – достаю номерок и передаю Нике.

– Там ещё пакет, не забудь, – говорит она, отдавая свой номерок.

Лина с Мией с интересом наблюдают за нами, в глазах непонимание.

– Чтобы пойти на свидание, приходится проводить целую спецоперацию, – поясняю им. – Подробности потом, – добавляю, оглядываясь в поисках Матвея. – А сейчас мне пора, – махнув на прощание, иду к нему.

– Ты готова? – спрашивает Матвей, когда я оказываюсь рядом.

– Иду переодеваться. Жди меня у окна раздевалки.

– Хорошо.

Быстро забрав пакет и пуховик из гардероба, направляюсь в раздевалку. Переодеваюсь в джинсы и свитер, вылезаю в окно, где уже стоит Матвей.

– Удивительно, что его ещё не забили, – замечает он, когда я прыгаю ему в руки.

– Боюсь, что всё-таки забьют, – поправляя пуховик, делюсь своими опасениями.

– Пошли, – говорит он, беря меня за руку и ведёт к машине.

Усевшись в машине, мы выезжаем на дорогу и вклиниваемся в поток. Время уже почти полночь, но люди всё ещё куда-то едут. Свернув к новому жилому комплексу, надеваю шапку и застёгиваю пуховик, устремляя взгляд на лобовое стекло.

– Тормози, – вскрикиваю, – Ты переехал его…

## Глава 9_Мирон

Растянувшись на диване, бездумно переключаю каналы на телевизоре. Время от времени бросаю взгляд на подоконник. Прошло уже два дня с тех пор, как Вика молча ушла утром, оставив мне паука. Я не стал ей ни писать, ни звонить, надеясь, что она забудет о нём и обо мне тоже. Несколько раз уже хотел избавиться от него и каждый раз останавливался на полпути. Добродетель чёртов.

– Надо идти спать, – говорю себе, поднимаясь с дивана и направляясь в спальню.

Но не успеваю сделать и шага, как по всей квартире раздаётся звонок в дверь.

– Твою мать. Сказал же Глебу, что никуда не пойду, – ругаясь, иду к входной двери.

Открываю дверь и охреневаю, снова. Передо мной стоит Вика, в грязи с ног до головы.

– Привет, – говорит она и, отодвинув меня рукой в сторону, проходит в квартиру.

Перевожу взгляд на свою уже нечистую футболку, затем на наглую девчонку с непроницаемым выражением лица, которая одной рукой пытается стянуть с себя сапоги, а второй придерживает, живот?

– Помоги, – просит она, протягивая мне ногу, чтобы я стянул сапог.

– Ты ничего не попутала? – рычу на неё.

– Гав.

– Ты что, притащила собаку? – смотрю на её живот.

– Это щенок, – отвечает, хлопая глазками и расстёгивая молнию куртки, откуда вылезает чёрная морда щенка.

– Мне пофиг. Зачем ты притащила его сюда? – злость пробирает до нутра.

– Какие-то ненормальные чуть не сбили его. Он испугался и побежал к стройке, я за ним.

– Зачем тащить его ко мне? – задаю тот же вопрос, еле сдерживаясь.

– В общагу меня с ним не пустят, – гладит его по голове.

– Не мои проблемы. Забирай его, паука тоже, и на выход, – указываю на дверь.

– Куда мне с ними идти? Я их не брошу. Мне что, ночевать с ними на улице? – её глаза наполняются слезами.

Только не это. За что мне всё это? Она опускает голову и начинает всхлипывать. Злость мигом исчезает.

– Значит так, – зажимаю двумя пальцами переносицу, – я оставлю их у себя на несколько дней, – смотрю на неё исподлобья, – а ты ищешь им приют.

– Хорошо, – произносит, взглянув на меня. Слёзы тут же исчезли. – Поможешь? – с улыбкой поднимает правую ногу. Тяжело вздохнув, помогаю ей снять сапоги.

– Живо в душ, обе, – говорю, отбрасывая сапоги к двери.

– Он вроде мальчик, – замечает она, направляясь к ванной.

– Мне плевать, – отвечаю сквозь зубы, идя за ней.

Зайдя в ванную, стягиваю футболку. Забираю щенка из её рук и захожу с ним в душевую. Вика снимает грязную одежду и загружает её в стиральную машинку. Хозяйка, твою мать.

– Вот чего тебе не сиделось спокойно рядом с мамкой, – тихо говорю щенку, глядя на него.

– Может, ему надоело быть возле неё, и он решил сбежать, – замечает Вика.

В голове начинается водоворот мыслей, и все они крутятся вокруг её последних слов. Прищурившись, перевожу взгляд на неё и спрашиваю:

– Ты тоже так делаешь?

Она, оставшись лишь в нижнем белье, заходит в душевую и закрывает створки.

– Нет, – отвечает тихо, сжимая губы и слегка нахмурившись, регулирует воду в душе.

Стараюсь больше не смотреть на неё, иначе моя фантазия начинает набирать обороты.

От шума льющейся воды щенок начинает вырываться и скулить.

– Ну ты чего нервничаешь, мой хороший, – говорит Вика, присаживаясь на корточки и медленно направляет поток воды на щенка, чтобы он привык.

– Гав.

– Не бойся, – успокаивает его она, смывая грязь с шерсти.

Не удержавшись, поднимаю взгляд на неё и замечаю, что сегодня она немного другая. Волосы вьются и на лице лёгкий макияж. Опускаю взгляд ниже – чёрное кружевное бельё. Красивое. В штанах начинается движение. Чёрт.

– Мирон, ты меня слышишь? – обращается ко мне Вика, очевидно, уже не в первый раз.

– Чего? – поднимаю взгляд к её глазам.

– Подай шампунь, – просит она, смущаясь под моим пристальным взглядом, который заставляет её щёки краснеть.

Открыв крышку, наливаю ей шампунь в ладонь и забираю лейку. Пока она намыливает щенка, поражаюсь. Она одновременно умудряется быть наглой, дерзкой, напористой и в то же время такой застенчивой, милой и заботливой.

Щенок выскальзывает из рук Вики и начинает метаться по душевой из угла в угол. Стоя на коленях, Вика пытается его поймать, но случайно задевает шланг от съёмной лейки, и тот выскальзывает из моей руки, распыляя воду во все стороны. Вика начинает хохотать, пытаясь ладонями задержать струи воды, когда они под напором устремляются в неё.

Поднимаю лейку и передаю её Вике, после чего хватаю щенка.

– Держи его крепче, – смеясь, говорю я, протягивая щенка. – Похоже, придётся купать вас обоих, – забираю у неё лейку.

Вика, усадив его на колени, крепко держит, чтобы он не вырвался. Направляю воду на них, смывая пену. Щенок лижет ей лицо, и она вновь заливается смехом. Про себя отмечаю, что её смех мне очень нравится.

Отключив воду, стаскиваю с себя мокрые брюки, выбираюсь из душевой и достаю полотенце из шкафчика. Вытираю щенка, и, отпустив его, он пулей выскакивает из ванной.

– Можно мне тоже полотенце?

Не произнеся ни слова, кладу полотенце для неё на стиралку и покидаю ванную, скорее даже вылетаю оттуда, как щенок минутой ранее. В спальне снимаю мокрые трусы и натягиваю шорты.

Когда захожу в гостиную, замечаю щенка, который вылизывает себя около батареи. Опускаюсь на диван и, уперев локти в колени, пребываю в полном шоке. Как я мог на это всё согласиться?

– Можно мне футболку? – слышу за спиной голос Вики.

– Возьми в шкафу, – отвечаю, не оборачиваясь к ней. Раз уж она ходит сюда, как к себе домой, пусть чувствует себя как дома.

– Хорошо, – говорит она, и слышу, как идёт в спальню. В голове начинают вырисовываться картинки, как она…

– Возможно, ты голоден, – говорю щенку, обрывая свои фантазии и поднимаясь с дивана.

Взяв сосиски из холодильника, разрезаю их на четыре части и кладу в контейнер, опуская его на пол.

– Иди сюда, – зову щенка. Он, виляя хвостом, подбегает и начинает с жадностью есть.

Поглаживая его по спине, вижу, как рядом появляются стройные обнажённые ноги. Прохожусь взглядом по ним, затем по белой футболке и встречаюсь с глазами Вики.

– Я тоже бы чего-нибудь съела, – говорит она, вытирая полотенцем мокрые волосы.

– Яичницу будешь?

– Буду.

Стараясь больше не встречаться с ней взглядами, поднимаюсь и, вынув из холодильника коробку яиц, начинаю готовить. Пока яйца обжариваются, подхожу к холодильнику и, открыв его, раздумываю, что к ним можно добавить. Так, помидоры, огурцы, авокадо, буженина, семга… Сука… Ну точно, ведьма. Такое просто невозможно. Не буду доставать- ещё подумает, что я ждал её.

– Ты чего завис? – интересуется она, заглядывая в холодильник. Первый порыв – захлопнуть его так, чтобы прищемить ей нос. Однако я сдерживаюсь.

– Думаю, с чем бы яичницу поесть.

– Да с чем угодно, – говорит она, отодвигая меня в сторону и достаёт из холодильника всё, что видит.

Молча режет овощи, буженину, рыбу и выкладывает на тарелку, которую потом ставит на стол. Затем поджаривает хлеб в тостере и раскладывает уже готовую яичницу по тарелкам.

Я стою и наблюдаю за ней, с чувством, что это я нахожусь у неё в гостях.

– Садись, чего стоишь, – произносит, ставя тарелки на стол.

Молча присаживаюсь и начинаем есть, лишь изредка встречаясь с ней взглядами.

– А если бы меня дома не было, куда бы ты пошла?

– Не знаю, – пожимает плечами, – скорее всего, осталась бы ждать тебя.

Блядь. А если бы я не один был?

– Вика, ты же понимаешь, что моя квартира, – не приют для бездомных животных и не ночлежка для тех, кто опоздал в общежитие.

Отложив вилку, она вытирает рот салфеткой.

– Понимаю, – говорит она уверенно, поднимая взгляд. – Поэтому в ближайшие дни найду для них приют и заберу их.

– Отлично, – отвечаю, вставая, чтобы убрать тарелку в раковину.

– И постараюсь больше не опаздывать в общежитие, а если вдруг такое произойдёт, найду другую ночлежку, – говорит она легко и непринуждённо. А у меня появляется чувство вины, будто я её выгоняю.

– Договорились, – отвечаю, запихав свою совесть куда подальше.

– Может, посмотрим кино? – спрашивает она, убирая со стола.

– Можно, – соглашаюсь, поглядывая на часы. Уже второй час ночи, а спать уже совсем не хочется, похоже, что и ей тоже.

Устраиваемся на диване, выбирая фильм. Пролистываю список триллеров.

– Может, выберем мелодраму? – предлагает она. – Или хотя бы фильм ужасов.

– Это уже больше похоже на тебя, – бормочу я.

– Пфф, – издаёт она, очевидно, услышав меня.

После раздумий решаю поставить мелодраму, иначе, во время просмотра ужасов она точно начнёт прижиматься ко мне. Включив фильм, иду на кухню за водой. Когда возвращаюсь, Вика уже удобно растянулась на диване. Прохожусь взглядом по её ногам и ягодицам, слегка обнажившимся – это позволяет ясно увидеть, что она без трусиков. Первое желание – лечь рядом, но быстро отгоняю его и сажусь, заставляя её немного подтянуть ноги.

К середине фильма не удерживаюсь, вытягиваюсь рядом с ней, и в ту же секунду она поворачивается ко мне, просовывая руку в мои шорты.

В глазах мгновенно мелькают яркие вспышки от возбуждения. Схватив её за волосы, оттягиваю голову назад и провожу языком по шее.

Как можно отказать? Я же, блядь, добродетель.

## Глава 10_Мирон

Когда ощущаю, как сочная и упругая попка касается моего паха, кровь в венах начинает закипать, мгновенно приливая к члену. Пробуждение выходит стремительным и чертовски приятным.

Без лишних церемоний становлюсь на колени, переворачиваю Вику на живот и приподнимаю её ягодицы. Провожу ладонью по влажной промежности, от чего она издаёт протяжный стон и поддаётся бёдрами ещё ближе, пытаясь потереться сильнее. Без всякой прелюдии вхожу в неё, прикрывая глаза и стискивая челюсть. Она такая тугая и горячая, от чего по всему телу проходит жгучая волна наслаждения, а во рту скапливается слюна. Наклоняюсь к ней, провожу языком вдоль позвоночника, вдыхая аромат и чувствуя её вкус, такой сладкий и нежный… Она покрывается мурашками. Отвешиваю по заднице два звонких шлепка, она вскрикивает и сжимает меня ещё крепче.

– Чёрт, – шепчу из-за желания кончить в эту же секунду.

Сильнее сжимаю её бёдра, быстрее насаживая на свой член. Она, упершись руками о спинку кровати, пытается удержаться на месте, а у меня не хватает сил сбавить обороты.

– Давай, кончай. Я больше не могу, – рычу на неё, отвешивая шлепки по ягодицам. Вика вскрикивает и начинает ритмично сжимать мой член. У меня в глазах темнеет, а поясницу простреливает наслаждение. В последний момент выскакиваю из неё, кончая на ягодицы, едва удерживаясь, чтобы не упасть на неё.

– С приятным утром, – произносит она, тяжело дыша, когда заваливаюсь на неё.

– Точно, – улыбаюсь, уткнувшись в её шею.

Отдышавшись, устремляю свой взгляд на часы.

– Мне пора в офис.

– А мне – на учёбу, – блаженно произносит она.

– Тогда идём в душ, – скатываюсь на спину.

Из гостиной внезапно вылетает чёрный пушистый клубок и начинает кружиться у наших ног.

– Привет, мой хороший, – произносит Вика, гладя щенка.

– Его нужно выгулять, – намекаю взглядом, что это надо сделать ей.

– Я в душ, – она поднимается и, покачивая бёдрами, направляется в ванную. Качая головой, провожаю её взглядом и тяжело вздохнув, обращаюсь к щенку:

– Ну что, пошли морозить жопы? – он внимательно смотрит на меня, навострив уши. – Может, убежишь от меня? – добавляю с надеждой.

Вернувшись с прогулки, отдаю Вике пакет из зоомагазина и иду мыть лапы щенку, который всё это время пытается меня лизнуть и внимательно смотрит мне в глаза.

– Не бери пример с хозяйки. Этим ты меня не задобришь. Через несколько дней ты и она исчезнете из моей жизни.

– Гав.

Усмехаюсь, словно он действительно меня понял. Ему удаётся лизнуть мой подбородок, и я, сморщившись, отпускаю его.

Быстро принимаю душ и направляюсь на кухню, где Вика, пританцовывая, готовит завтрак, а рядом с ней сидит щенок, уплетающий корм из своей новой миски.

Она первая девушка, которая хозяйничает на моей кухне. Если кто-то оставался, то уходил либо рано утром, либо я выпроваживал сразу после пробуждения.

С одной стороны, её лёгкость и восприятие всего как должного сильно раздражают. Ведёт себя так, будто давно знакома со мной. Но, с другой стороны, присутствие Вики не вызывает дискомфорта, а даже приносит удовольствие в какой-то степени.

– Сырники почти готовы, – говорит она, заметив меня.

– Пахнет вкусно, – подхожу к ней вплотную.

Она устремляет на меня свои зеленые глаза и улыбается.

– Надеюсь, они такие же на вкус, – шепчет, опуская свой взгляд на мои губы.

Хочется поцеловать, но сдерживаюсь. Это выглядело бы так, будто у нас серьёзные отношения.

Отстранившись, иду к столу и смотрю в окно, лишь бы не наблюдать, как она крутит своей задницей у плиты. Не успеваю задуматься, как передо мной появляются сырники со сметаной и клубничным вареньем. Всё, как в детстве.

– Вкусно, – говорю, доедая последний кусочек сырника.

– Рада, что тебе понравилось, – улыбается она.

– С меня посуда, – произношу, вставая со стула, но тут зазвучал рингтон моего мобильного.

– Ответь, я сама уберу, – забирает тарелку из моих рук.

Найдя свой телефон в гостиной рядом с телевизором, смотрю на экран и удивляюсь.

– С каких это пор ты начинаешь свой день рано? – спрашиваю Глеба, возвращаясь на кухню.

– Можно сказать, что я вообще не ложился.

– Она была настолько хороша, что невозможно было оторваться? – подхожу к кофемашине, включаю её и поглядываю на Вику, которая загружает грязную посуду в посудомоечную машину.

– Верно, она настолько хороша, что подумываю взять её на работу к нам, – усмехается он. Я делаю глоток кофе, и он продолжает: – Пусть обучит наших, как малолетки планируют свои побеги и обманывают программу передвижения.

– В смысле? – с грохотом ставлю кружку на стол.

– Сафронова сбежала. Я всю ночь пытался её найти. Уже, блядь, начал сомневаться в своей программе, потому что Павел Сергеевич уверил меня, что видел, как она уехала с телефоном.

Глеб явно на взводе, что для него нехарактерно.

– И? – тороплю его.

– Я попросил телефон поискать в её комнате… И он нашёл его там.

– У неё что, два телефона?

– Похоже на то.

– Зачем?

– Полагаю, вторым она пользовалась, когда у неё временно отбирали основной.

– Но почему она именно вчера взяла второй?

– Это мне неизвестно.

– Неужели она догадалась, что мы следим за ней? – задумчиво произношу, расхаживая по кухне. – Когда мы обсуждали это, её не было дома.

– Не знаю, Мирон. Всё это кажется очень подозрительным.

– Возможно, ей кто-то помогает. Проверьте камеры у университета и на стоянке.

– Окей, вечером заеду и копию сделаю.

– Отлично. Я сейчас собираюсь в офис, ты тоже подъезжай.

– Хорошо.

– И ещё, Глеб. Свяжись с Павлом Викторовичем, пусть делает вид, что не в курсе про второй телефон.

– Хорошо.

Попрощавшись с Глебом, начинаю звонить Косте. Пока слушаю гудки, смотрю на Вику, которая сидит на подоконнике, пьёт свой зелёный чай и наблюдает за мной.

– Привет.

– Костя, ты нашел парнишку, который будет притворяться обычным водителем?

– Да.

– Отлично, через час буду в офисе. Объясни ему пока, что он должен с ней договориться, сказав, что не хочет потерять работу, поэтому согласен молчать и выполнять все её пожелания, а взамен она не будет убегать от него.

– Понял.

– Если она не согласится, пусть не настаивает, а просто по-тихому следит за ней. Побеги уже не будут такими продуманными, он же для неё просто водитель. Нам от него нужен будет только отчёт, где она была и с кем. Приступает с сегодняшнего дня.

– Будет сделано.

Откинув телефон на стол, допиваю кофе. Вика отводит взгляд в окно и слегка ёжится, о чём-то раздумывая.

– Подвести тебя до университета? – спрашиваю, ставя кружку в раковину.

– Нет, – отвечает, слезая с подоконника. – Мне надо ещё кое-куда заехать.

## Глава 11_Соня

– Где ты была? – сурово спрашивает отец, как только вхожу в дом.

– У Лины, – убираю своё пальто в шкаф и снимаю сапоги.

– Что ещё за Лина?

– Янковская, – поднимаю голову и с лёгкой усмешкой наблюдаю, как забегали его глаза в мыслительном процессе.

– Сестра Яна Янковского?

– Да, – улыбаясь, прохожу мимо него в гостиную, где мама листает журнал.

Увидев меня, она поднимается с дивана и раскрывает свои объятия. Ныряю в них и произношу:

– Привет, – целую её в щёку.

– Привет, милая, – с улыбкой говорит она и подмигивает.

Оборачиваюсь к отцу, который, подойдя, встаёт рядом с мамой.

– Вы разве дружите? – хмурится он, очевидно не понимая, когда упустил эту информацию.

– Раз я у неё ночевала, значит, дружим.

– Почему ты не предупредила, что останешься у неё, а просто сбежала? – повышает голос. От удивления мои брови взлетают.

Упс. Кажется, у кого-то терпение на исходе.

– Паша… – мама мягко гладит его по плечу, стараясь успокоить.

Во всей этой ситуации мама заняла нейтралитет. Она не может встать на чью-то сторону, так как понимает каждого из нас. По этой причине она выступает лишь в роли успокаивающей.

– Что, Паша? – смотрит на маму. – Я не могу понять, почему она так поступает. Мы ведь не запрещаем ей общаться с подругами или оставаться у них. Зачем убегать? – снова обращается ко мне.

Сжимаю губы и отвожу взгляд. Про Матвея сказать не могу. Он начнёт его проверять и узнает много ненужного. Я не могу так рисковать.

– Пап, потому что мне надоело, что за мной ходят по пятам.

– Уже никто за тобой не ходит.

– Да уж, конечно. Зато докладывают, с кем я и где нахожусь. Я даже не могу свободно встречаться с парнями. Тебе немедленно сообщат, сколько раз он меня поцеловал. А если я захочу более серьёзных отношений, они будут держать свечку, чтобы потом всё в красках рассказать тебе?

– Следи за языком, – предупреждает он сквозь зубы.

– Я хочу жить, как обычные девушки: ходить на свидания, встречаться с парнями, гулять с подругами и не думать, что кто-то за мной следит. Так невыносимо жить.

– Соня, сейчас неспокойные времена. Я переживаю…

– Они такие с самого моего рождения, – перебиваю его, складывая руки на груди.

В его глазах скользит сожаление, он прекрасно понимает, но из-за страха потерять меня это чувство быстро исчезает. Склоняю голову и качаю ею от безысходности, зная, что не смогу его переубедить.

– Хорошо, попробуем по-твоему, – тяжело вздыхает он.

Услышав это, резко поднимаю голову и смотрю на отца. Мне не послышалось? Он добавляет:

– Сейчас позвоню Мирону и попрошу прислать обычного водителя.

Водитель.

– Можно без него? Такси работает круглосуточно, – смотрю на него с надеждой.

– Нет, – отвечает твёрдо и строгим предостерегающим взглядом. Это значит, что спорить бесполезно.

– Ладно, – недовольно соглашаюсь. – Пойду собираться на учёбу, – разворачиваюсь и направляюсь в свою комнату.

Переодеваюсь в серое вязаное платье, убираю волосы в хвост и, закончив собирать рюкзак, спускаюсь вниз. Не произнеся ни слова, надеваю сапоги и достаю полушубок из шкафа.

– Попу не отморозишь? – интересуется папа, появляясь в дверях гостиной.

– Мне негде её морозить, у меня же есть личный водитель, – отвечаю с сарказмом.

Обида за тотальный контроль берёт верх над пониманием.

Одевшись, выхожу из дома, не взглянув и не попрощавшись с отцом. Он выходит следом, провожая меня взглядом с крыльца, пока я иду к машине.

– Привет, – говорю новому водителю, запрыгивая на заднее сиденье.

– Привет, – отвечает мне молодой рыжеволосый парень, чуть старше меня. – Я Вова, – протягивает мне руку.

– Соня, – пожимаю её в ответ.

– Будем дружить? – растягивается в обворожительной улыбке.

– Давай попробуем, – улыбаюсь в ответ. Я тоже так умею.

– Какие у тебя планы на сегодня? – спрашивает, переключая передачу на драйв и трогаясь с места, поглядывает на меня через зеркало заднего вида.

– Учиться, – отворачиваюсь к окну.

– А потом?

– Пока не знаю, – пожимаю плечами.

– Слушай, – начинает он. Я поворачиваюсь к нему и замечаю, как он проводит ладонью по щеке. Нервничает, что ли? – Мне сказали, что ты любишь сбегать, – наши взгляды встречаются в зеркале заднего вида. Может, договоримся? – подмигивает он.

– Ух ты, я настолько известна в ваших кругах? – подвигаюсь вперёд, пристраиваясь между передними сиденьями и опираюсь локтями на них.

– Да, – усмехается, не отводя глаз от дороги.

– Круто, – разглядываю его профиль, отмечая симпатичную внешность и красивую улыбку.

– Мне эта работа очень нужна, и если ты сбежишь, меня уволят, поэтому я готов тебя прикрывать.

– Ну давай попробуем, – без раздумий соглашаюсь, похлопываю его по плечу и откидываюсь на сиденье.

– Класс, – улыбается он, смотря на меня в зеркало.

– Класс…– повторяю еле слышно.

Быстрым шагом направляюсь в университет, стараясь не поскользнуться на каблуках. На доске расписаний ищу, в какой аудитории сейчас занятия у Матвея, и бегу к нему, пока не началась пара.

– Матвей, – врываюсь в аудиторию, где преподаватель уже готовится к паре.

Услышав мой голос, он резко разворачивается и идёт ко мне.

– Что случилось? – выходим с ним в коридор.

– Ты видел моё сообщение?

– Да. Я уже всё сделал.

– Спасибо, – восклицаю и обнимаю его.

– Из-за тебя у меня будут проблемы, – отстраняет меня и пристально смотрит мне в глаза.

– У сына ректора не могут быть проблем, не переживай, – подмигиваю ему.

Матвей заходит в аудиторию, а я, крутанувшись вокруг своей оси, смотрю на наручные часы. Сейчас у нас окно, девочки, скорее всего, в столовой. В отличном настроении иду к ним.

В столовой шумно и пахнет пирожками. Купив себе пару пирожков и чай, взглядом нахожу девчонок и направляюсь в их сторону, лавируя между столами. Как обычно, они сидят за самым дальним столиком у окна.

– Вот адрес, – говорит Ника, протягивая визитку Мии. – Сегодня тебя ждут там, я обо всём договорилась.

– Спасибо, – лепечет Мия.

– Хочешь, я с тобой пойду? – предлагает ей Лина.

– Не нужно, – строго говорит Ника, – пусть учится быть самостоятельной.

– Это жестоко, – возражает Лина.

– Жизнь вообще жестока, – парирует Ника, потом объясняет Мии все детали работы.

– Скинь мне номер своего гинеколога, – шепчу Лине.

– А что с твоим? – настороженно спрашивает она.

– Боюсь, он тоже сливает информацию родителям.

– Понятно, сейчас сброшу номер, – отвечает она понимающе и достаёт сотовый.

– Спасибо, – говорю, как только получаю сообщение.

После обеда расходимся по аудиториям: Лина с Мией отправляются на живопись, а я с Никой на архитектурное проектирование.

На протяжении всей пары продумываю, как мне съездить к врачу так, чтобы никто об этом не узнал. Новому водителю не доверяю, он вполне может обо мне доложить, и тогда мне обеспечена башня как у Рапунцель. Только вот принца у меня нет. Хотя… спрятав телефон под партой, печатаю сообщение:

Я: «Можешь отвезти меня сегодня к врачу?»

Матвей: «Ты без водителя?»

Я: «Он не должен знать, куда я еду».

Матвей: «Понятно. Как будем избавляться?»

Я: «Сама разберусь. Жди на стоянке после пар».

Матвей: «Хорошо».

## Глава 12_Мирон

– Привет, – доносится до меня голос Глеба.

– Привет, – отвечаю, зевая и раскинувшись на диване в своём кабинете, прикрыв глаза рукой.

– Не выспался? – слышу, как он пододвигает стул ближе ко мне.

– Да, теперь встаю рано и ложусь поздно.

– Кого-то завёл? – в его голосе звучит интерес.

Усмехаюсь, понимая, что он намекает на девушку. Хочется сказать, что девушек не заводят, но он лишь поглумится над моим умением заводить их перед сексом.

– Завёл… собаку.

– Что? – хохочет он.

А мне не смешно. Вика снова пропала, и теперь выгуливать щенка приходится мне. Ещё эта псина приходит ночью и делит со мной кровать.

– Удалось получить доступ к камерам? – перевожу тему, чтобы он прекратил с расспросами. – И так уже два дня потеряли.

– Проверил, – отвечает он загадочно.

Дико раздражает. Специально тянет, наверняка ликует, что добыл информацию.

– И… – подталкиваю его.

– Ничего.

– Как это? – поднимаю руку и устремляю взгляд на Глеба.

– Похоже, записи подтёрли. Проверить не дали, – проговорил, крутясь в кресле.

– Чёрт, – сажусь на диван и тру лицо руками.

– Можно? – входит Костя без стука. Поднимаю на него взгляд и понимаю, что ещё какой-то пиздец случился. Сжимаю кулаки, потому что рядом с ним стоит новый водитель Сафроновой, у которого левая рука в гипсе.

– Что произошло? – медленно спрашиваю, переводя взгляд с одного на другого.

– Она уже дважды сбегала от Вовы, – сообщает Костя.

– Дважды? – рычу, резко поднимаясь с дивана.

– В первый же день она заперла меня в машине, бросив свой телефон в бардачок, – объясняет Вова.

– Мирон, спокойно, – говорит Глеб, видя, как я начинаю метаться по кабинету.

Готов удавить эту сумасбродку при первой же встрече.

– Просто поверить не могу, – рычу. – Ты всё ей сказал? Как я тебе говорил?

– Да, – отвечает Вова.

– Возможно, она не поверила тебе в первый день знакомства, понимаю. Но она намеренно оставила телефон в машине, – смотрю на Глеба.

– Она точно знает, что телефон отслеживают, – подтверждает мои предположения Глеб.

– Как она тебя в машине заперла? – спрашиваю Вову, зверея от этого идиотизма.

– Вытащила ключ и выскочила, закрыв машину на сигнализацию. Сказала, что ей нужно отъехать на пару часов, затем запрыгнула в машину к какому-то парню, и они уехали. Я номер его машины запомнил.

– Отлично, – оживляется Глеб, – дай мне его, пока пробью, – встаёт и идёт к ноутбуку.

– И ты всё время сидел в машине? Почему не позвонил нам? – спрашиваю, после того как Вова продиктовал номер Глебу.

– Решил, что она меня так проверяет.

– Вчера что произошло?

– Она попросила меня составить ей компанию за обедом в кафе. Затем позвонила из туалета и попросила помочь.

– С чем именно? – все аж затаили дыхание в ожидании ответа.

– Мне тоже было любопытно, – усмехается он, видя наши выражения лиц. – Но когда я пришёл, на раковине лежал только её телефон с запиской с просьбой забрать её через три часа у университета.

– А что с рукой случилось?

– Погнался за ней и на ступеньках поскользнулся, упав на руку.

– И кто вчера её забрал?

– Я, – пожимает плечами. – А вечером поехал к врачу, и вот результат, – приподнимает руку.

– Слушай, Мирон, может, она сбегает, чтобы покувыркаться со своим парнем? – предполагает Глеб.

– А это у них такие ролевые игры, – зло усмехаюсь. – Она могла спокойно поехать к нему в гости, за ней в квартиру никто бы не пошёл. Проблема явно в другом, – задумываюсь.