Олжас Сериков
Участковый Касымов и крадник удачи

Рассказы парковщика

История вторая

Все события и персонажи вымышлены, любые совпадения случайны; все техники, описанные в рассказе, приведены исключительно в художественных целях и остаются интеллектуальной собственностью их разработчиков.

Февраль в столице начался эффектно: минус тридцать днем, метель и сбивающий с ног пронизывающий ветер. Карагандинскую трассу закрыли, видимость в городе ограничивалась кончиками пальцев выставленной вперед руки, а воющий ветер то и дело срывал со зданий куски старого алюкобонда и сайдинга. Автомобили передвигались словно черепахи в тумане, а несчастные пешеходы, закутанные в дубленки и меховые шапки, либо героически шли навстречу метели со скоростью два шага в час, либо неслись вперед подобно перышкам, подхваченные мощным потоком воздуха и снега, заботясь в этот момент лишь о том, чтобы не упасть и не врезаться в таких же, как они, заледеневших и ослепленных жителей насквозь промерзшего города.

Парковку и машины на ней приходилось чистить каждый час, чтобы не занесло снегом. В такое время даже пять минут вне помещения могут показаться вечностью, поэтому территорию пришлось разделить на мелкие квадраты и чистить поочередно, сменяясь каждые три-четыре минуты. Моему напарнику Ерлану это вскоре надоело, и уже после второго круга он заявил, что принадлежит к работникам умственного труда, и его орудие – это перо, а не лопата. Сказав так, он наотрез отказался продолжать работу и уселся перед телевизором.

По правде говоря, я ни разу не видел Ерлана с ручкой и тетрадью, поэтому не могу сказать, отчего он причислил себя к гуманитариям. За все дни, которые мы с ним проводили вместе, он отличился только в почти круглосуточном храпении на топчане, поедании хлеба и других продуктов, а также в непрерывных поучениях. Когда я пытался слабо возражать, что вроде как в отцы ему гожусь, Ерлан философски замечал, что многое пережил, и мне надо ценить его желание бесплатно делиться со мной его огромным опытом и знаниями. Кроме того, он происходит из древнего аристократического суфийского рода, его предки появились в Казахстане с миссионерскими целями, и ему просто запрещено пачкать руки грязной работой, чтобы не запятнать честь своих предков.

Другой на моем месте запросто мог рассердиться на такое поведение, но после долгих недель одиночества мне любое общество было в радость. Формально мы с Ерланом были сменщиками – хозяин одобрил его кандидатуру и установил посуточное дежурство. Но в такую погоду мне лучше было провести междусменный отдых здесь же, в вагончике, чем ехать за много километров к родственникам, которых еще и стеснять не хотелось. А Ерлану просто больше негде было жить. Потому мы с ним и прятались вместе от непогоды в тесном вагончике вот уже две недели подряд.

В один из самых холодных и неприветливых дней нас посетил Шаяхмет – невероятно общительный шофер из торгового дома «Дастан». Он часто заезжал на шиномонтаж, расположенный сразу за воротами нашей парковки, и каждый раз неукоснительно заходил ко мне, чтобы пропустить стаканчик горячего чая. На этот раз он пришел в состоянии некоторой экзальтации. К чаю долго не прикасался, только грел руки о кружку и задумчиво смотрел вперед. Мы с Ерланом тоже молчали, понимая, что на этот раз Шаяхмет заглянул не из вежливости, а по важному делу. Наконец, Шаяхмет мельком посмотрел на Ерлана и протянул:

– Случится же такое…

– У вас на Гвардии я ничему уже не удивляюсь, – подтвердил Ерлан, пытаясь ногтем разгладить на столе блестящую обертку от шоколадной конфеты. В то же время он не отрывал взгляд от телевизора, по которому шла яркая реклама куриного супа из пакетика. Наше постное и однообразное меню сильно угнетало Ерлана в последние дни.

– Сегодня у нас что – вторник? – уточнил Шаяхмет. – Получается, это в прошлый четверг началось. У нас большое хозяйство – продуктовая база, офис, гаражи, супермаркет. Автомобилей много и на служебной стоянке, и на парковке для клиентов. В четверг началось ложное срабатывание сигнализации. Не так, чтобы у одной-двух машин – это было бы нормально, а по-другому. Сначала одна, потом другая, и так почти все машины на обеих стоянках…

– Может, хозяева автомобилей напутали с автозаводом? – спросил Ерлан. – В такую погоду это не редкость.

– Да ты что, брат? – криво улыбнулся Шаяхмет. – Я шофером семнадцать лет работаю, пять лет акима возил. Автозавод с сигнализацией уж точно не перепутаю. Тем более у нас в Астане. Тут вечером на любой парковке машины сами по себе заводятся и отключаются. Это нормально и никого не удивляет, ведь температура уже два с половиной месяца не поднимается выше минус девятнадцати. Но то, что творится у нас уже шестой день – не лезет ни в какие рамки. Это уже настоящее восстание машин. Каждый час сигнализация срабатывает раза по три-четыре, и не так, чтобы у нескольких – нет, орут и воют все автомобили, у которых есть сигнализация. Не воет только вишневый «Москвич» нашего кладовщика дяди Вовы, потому что у него даже центрального замка нет. Но зато этот «Москвич» сам по себе заводится по девять раз в сутки. Дядя Вова уже замучился. И все мы тоже устали и напуганы.

– Хулиганит кто-то или собачка бродячая бегает, вот на них и срабатывает, – предположил Ерлан.

– Мы проверили все подобные версии, – кивнул Шаяхмет. – И собачек, и пацанов уличных, и воришек. Не было ничего такого. У нас повсюду камеры и охраны полно. Только вот и с камерами что-то неладное творится. Отключаются они часто, и началось это тоже с того самого четверга. Электричество тоже постоянно мигает. Приходили с Энергосбыта, замеряли и ничего странного не обнаружили. На входе электричество стабильное. Только электромагнитный фон увеличился. Но это еще не все. В офисе временами появился резкий холод – и не так, что сквозняк продувает, когда дверь где-то открыли, а холод наступает постепенно, и в кабинете в итоге устанавливается невозможно промозглый мороз. Начальник охраны приносил со склада термометры и показывал нам, что температура в кабинетах иногда падает до минус сорока. В соседнем кабинете в этот же момент может быть плюс двадцать пять. Продолжается это недолго – минут десять самое большее, но повторяется часто. И еще – двери сами собой закрываются и открываются. На камерах это хорошо видно. Но самое интересное камеры запечатлели ночью и в сумерки.

Шаяхмет слегка трясущейся рукой достал из куртки потертый мобильник и продемонстрировал нам видео, снятое им лично с черно-белого экрана на пульте охраны. Что-то разобрать там было очень трудно, тем более съемка происходила глубокой ночью при неверном свете дальних фонарей. Мы увидели с десяток автомобилей, мирно дожидавшихся своих владельцев на стоянке.

– Вот он, вот! Видите? – возбужденно прокричал Шаяхмет, тыкая пальцем в экран.

Ерлан отвел руку шофера от телефона, и мы увидели некую дымку с антропоморфными очертаниями, медленно выплывшую откуда-то справа и как бы в задумчивости остановившуюся перед рядом автомобилей. Затем существо прошлось вдоль стоянки и по очереди навалилось на каждую машину. При каждом прикосновении автомобили начинали бешено сигналить всеми огнями.

– На камерах нет звука, – виновато объяснил Шаяхмет. – Но там, на месте в это время творится настоящая какофония.

Ерлан вырвал из рук водителя телефон и посмотрел видео еще несколько раз. Было заметно, что Шаяхмет доволен произведенным эффектом, хотя и продолжает бояться.

– Я сам их видел, – почти шепотом поведал он. – Чаще всего фантом один, но бывает и двое, и трое. И многие другие тоже видели. Напрямую их увидеть трудно, потому что людей они сторонятся. Пробегают где-то на краю зрения и исчезают. Зато на камерах отлично все видно.

Ерлан отдал шоферу телефон. Шаяхмет продолжал:

– Было раза три, когда люди сталкивались с этими существами лицом к лицу: вечером в офисе или на парковке. Они потом рассказали, что ощущали дикий липкий страх – как будто что-то отрывалось внизу, – переставали чувствовать ноги или все тело. Фантом даже прошел сквозь одну девушку из бухгалтерии – скорее всего, случайно, – она бежала по коридору со срочным заданием и сама промчалась через него. Как только поняла это, сильно испугалась и слегла. Сейчас находится на больничном, доктора не могут понять, что с ней такое.

– Отток энергии, – сказал Ерлан. – Эти фантомы откачивают энергию из людей, а потом используют энергию для воздействия на машины.

– А откуда взялись эти призраки? И зачем им наш офис?

– Не знаю, так сразу ответить трудно, – пожал плечами Ерлан. – Не могу ничего сказать, находясь здесь. Это надо на место выезжать.

– Ну так поехали, – с готовностью поддержал Шаяхмет. – Вообще-то, начальник меня прислал именно за этим. Многие слышали про ту девочку из девятого дома – помните, вы из нее злого духа изгоняли?

– Да, как не помнить. Чего же кого-нибудь знаменитого не пригласят? У ваших хозяев с деньгами ведь проблем нет?

– Мой начальник не хочет огласки и лишних слухов, – объяснил Шаяхмет. – Нужен кто-то местный, кто не станет болтать об этом на каждом шагу. Туда и так уже полиция зачастила, а они, сами знаете, лезут совсем не в те дела, за которыми приехали. Их вызвали из-за ДТП, а они, как увидели торговую базу, сразу полезли в бухгалтерию и стали проявлять нездоровый интерес к финансовым документам.

– Что за ДТП? – заинтересовался Ерлан.

– Да, в пятницу это произошло. Одна из машин на парковке сама собой завелась и поехала. Врезалась в другую машину – в итоге большая сумма ущерба, а кто платить будет, непонятно. Можно было самим договориться, но владельцы зачем-то гаишников вызвали. Те за собой оперативников приволокли – в общем, не знаю, как хозяевам нашим удалось от них отделаться. Но фантомы не прекратились, и сигнализация все так же срабатывает. Вот начальник к вам и направил – попроси, говорит, узнать, можно этих призраков изгнать?

– А работа что, оплачивается или как? – спросил Ерлан.

– Об этом говорить надо с начальником, – сказал Шаяхмет. – Но не думаю, что он оставит вас без денег. Только об оплате говорить надо сразу, хозяева у нас торговцы, а они, сами знаете…

Ерлан посмотрел на меня и задумчиво проговорил:

– Сегодня моя смена. Бросать парковку не могу.

– Ничего, я за тебя подежурю, – приободрил его я. – Начальство Шаяхмета – люди серьезные, по пустякам никого звать не будут. Сходи, узнай, что за вопрос – помоги, если сможешь. Если не понравится, возвращайся, тебя ведь никто насильно заставлять не будет.

Уговаривать Ерлана не пришлось. Он был кругом в долгах, поэтому выгодная работа оказалась ему кстати. Быстро одевшись, Ерлан вместе с Шаяхметом поехали на базу.

База торгового дома «Дастан» располагалась в жилом массиве за улицей Мустафина – не так далеко от нашего района. С проспекта Шакарима можно было въехать на парковку супермаркета. Въезд в офис и склады осуществлялся с улицы Хантау. База выглядела большой и ухоженной – сразу была видна рука заботливого хозяина. На въезде охрана тщательно досмотрела машину, несмотря на то, что это был служебный автомобиль директора компании.

– У вас всегда так строго? – спросил Ерлан, когда они въехали на парковку.

– Нет, только в последние дни усилили безопасность, – ответил Шаяхмет. – Все из-за этих событий, начальник СБ боится, как бы еще чего не произошло. Его только недавно назначили, говорят, по протекции Дениса, а тут на объекте такое творится. Конечно, любой за свое будущее начнет переживать в таких условиях.

– Денис это кто? – осведомился Ерлан, в то время как Шаяхмет аккуратно вкатил автомобиль на ту самую парковку, которую мы видели в коротком видеоролике.

– У нас два учредителя, – объяснил Шаяхмет, выходя из машины и между делом предлагая Ерлану сигарету, – Артем и Денис. Они еще в школе были друзьями, а потом вместе занялись бизнесом. Артем сейчас наш Генеральный директор, а Денис – его заместитель. Финансами и экономикой заведует Артем. Денис отвечает за хозяйство и персонал, в том числе за службу безопасности. До недавнего времени начальником СБ у нас был один противный тип. Последняя сволочь, истеричка и хам, постоянно всех унижал, лишал своих подчиненных премии за малейшие проступки, женскому полу проходу не давал – и все ему сходило с рук, потому как он чуть что прятался за спину Артема, а тот его прикрывал. Он тоже из старых школьных друзей Артема, только Денис нормальный, а этот оказался с дефектом. Но тот гад недавно сильно травмировался и ко всеобщему облегчению залег дома; все его подчиненные очень надеются, что он получит инвалидность. На его место временно пришел Дамир – высокий такой, кучерявый, ты его сейчас увидишь. У него в роду смешение дагестанских, украинских и еще каких-то там кровей. Совсем другой человек – учтивый, вежливый, свое дело знает. Вот только с обстановкой ему не повезло. Ну, ты его скоро сам увидишь.

– Куда идем сейчас? – спросил Ерлан, избавляясь от окурка.

– Сначала зайдем к шефу, а там видно будет.

Двухэтажный офис торгового дома был построен недавно и из современных материалов – дела у компании в последние годы по всей видимости шли очень хорошо. Проходить следовало через турникеты – изобретение предыдущего начальника СБ, которого, по словам Шаяхмета, хлебом не корми, а только дай возможность наставить всевозможные барьеры и препятствия.

– Шел бы к таким же, как он – на госслужбу, – недоумевал водитель, с ожесточением закручивая хромированную штангу турникета. – Чего у нас потерял?

– Нет, ты не прав, – Ерлан защищал незнакомого ему человека. – С его-то позиций это вы к нему пришли, а не наоборот. Такие всегда считают себя центром вселенной. И внутри они все как на подбор запуганные и трусливые. Их хамство и истерика – только дымовая завеса – чтобы никто не догадался.

– Сначала зайдем в подвал, оставим там верхнюю одежду, – предложил Шаяхмет.

Подвалом он назвал цокольный этаж здания, на три четверти уходящий под землю. Тут располагалось несколько отделов, а также комната отдыха водителей, которую по традиции называли «курилка», хотя в здании курить никому не разрешалось, и несчастные последователи вредной привычки ходили портить свои легкие в самый дальний уголок базы, к покосившейся беседке без всякого намека на скамейки и другие приспособления для удобства. Туда ходили даже в сорокаградусные морозы, и послабления не предусматривались. Такой порядок был заведен известным садистскими наклонностями бывшим начальником СБ. Однако, как только садист заболел, водители принялись повсеместно нарушать этот порядок, как, например, это только что сделал Шаяхмет на парковке. Новый руководитель службы безопасности, известный широтой своей души, смотрел на мелкие нарушения сквозь пальцы, предпочитая концентрироваться на поимке невидимых хулиганов.

В «курилке» шли новости по телевизору и пахло килькой в томатном соусе. На продавленном диване у стены два водителя играли в карты.

– Ну как дела? – спросил их Шаяхмет, украшая вешалку своей курткой.

– Пока ты был на выезде, это случилось еще только один раз, – бросил один из водителей, с интересом поглядывая на Ерлана. – Сегодня немного попритихло. У старой «Короллы» аккумулятор сел – не выдержал всей этой светомузыки.

– Этой чья «Королла»?

– Да одной девчонки из планового отдела. Она долго переживала, зачем-то хотела эвакуатор вызывать. Мы выбрали в гараже один аккумулятор из списанных, подзарядили, электрику ей наладили, и ничего – завелась. Только на всякий случай загнали эту «Короллу» в теплый гараж и до вечера провода отсоединили. По опыту, это веселье на парковке еще не раз случится, зачем терять еще один аккумулятор?

– Видишь, что творится? – многозначительно взглянул Шаяхмет на Ерлана, и они отправились на второй этаж – в приемную.

Из приемной по коридору и лестницам далеко распространялись флюиды липкого страха. Секретарша не сидела за столом, а стояла у наглухо закрытого шторами окна; ее согнутые в локтях руки, сцепленные в замок, нервно дрожали на груди. Рядом находилась начальница отдела кадров и пыталась утешить секретаршу, хотя ее лицо выражало ту же степень ужаса и безысходности.

– Шеф у себя? – тихо спросил Шаяхмет.

Офисные девушки были слишком напуганы, чтобы хоть как-то отреагировать. Шаяхмет постучался в дверь и вошел в кабинет, кивком позвав за собой Ерлана.

Убранство кабинета директора было простым и без излишеств: добротный офисный стол, стулья вокруг стола и вдоль стен в количестве, достаточном для проведения большого совещания, полупустой шкаф для бумаг и небольшой сейф в углу. На столе только телефон, закрытый ноутбук, налоговый кодекс и блокнот с ручкой. Обстановка выдавала в хозяине кабинета человека практичного и не склонного к внешним эффектам.

Визитеры не сразу заметили самого руководителя. Он немного отъехал на своем кресле назад, сгорбился и задумался, опустив голову, словно Наполеон после Ватерлоо. Ерлана в первый момент больше заинтересовала другая фигура, скромно прикорнувшая на стульчике у стены. Лейтенант полиции в расстегнутой зимней куртке неловко прикрывался студенческой папкой и мял в руке ушанку с потускневшей кокардой.

– Азамат? – удивленно воскликнул Ерлан.

Лейтенант поднялся и с довольной улыбкой подошел к вновь прибывшим.

– Вы что, знаете друг друга? – спросил Шаяхмет.

– Да, познакомились при одних чрезвычайных обстоятельствах, – подтвердил Ерлан, пожимая инспектору руку. – Ты откуда здесь взялся?

– Да вот, в пятницу поступил вызов, – тихо ответил Азамат, кивая в сторону директора. – А мы все вызовы в нашем районе обязаны проверять, даже если туда выезжают оперативники. Я бы и с начальником охраны все обсудил, но меня позвали сюда…

– Чего вы там шепчетесь? – спросил директор, поднимая голову и слегка оживляясь. – Я вас позвал сюда потому, что должен быть в курсе всего, что происходит на базе. Но не смогу сказать вам ничего больше той информации, которую уже получили ваши коллеги. Вы теперь не успокоитесь, пока в нашем офисе не побывает весь личный состав районного управления внутренних дел?

– Я извиняюсь, но формальности необходимо соблюдать, – виновато проговорил инспектор. – Я не отниму у вас много времени.

– Уже отняли, – недовольно буркнул Артем. – Видите, у меня сейчас встреча? Позже зайти не можете?

– Он нам не помешает, – подал голос Ерлан.

Директор с интересом на него посмотрел. Шаяхмет подошел к Артему и тихо на ухо сообщил:

– Это тот экстрасенс из девятого дома. Ну, помните, вы говорили…

– Да, помню, – громко сказал директор и обратился к Ерлану: – А почему это он нам не помешает? Я пока еще тут директор, поэтому, может, позволите мне принимать решения?

– Принимайте, – согласился Ерлан. – Но вы ведь хотели, чтобы я вам помог – после той истории в девятом доме? Так вот, я там был не один, а с участковым. Двое суток провели вместе и общими усилиями выгнали нечисть. Так что в его присутствии можете говорить все, что намеревались сказать мне.

Директор вздохнул и устало закрыл лицо ладонью.

– Хорошо, пусть остается, – обреченно сказал он. – Хуже все равно уже не будет. Только пусть ваш друг пообещает, что все, сказанное мной сейчас, будет не для протокола.

– А в отчете я что писать буду? – растерянно спросил участковый и беспомощно посмотрел на свою тощую папку.

– Найдем что написать, – быстро ответил за директора Ерлан и сердито взглянул в сторону инспектора. – Он не скажет ни слова никому из того, что тут услышит, обещаю.

– Ну, садитесь тогда, – пожал плечами директор и обратился к водителю: – Ты им там скажи, хватит трястись от страха. Пусть нам чай, что ли, организуют.

Шаяхмет ушел в приемную, а директор начал свой рассказ:

– Я тут вам опишу картину в общем, а детали узнаете у Дамира – начальника службы безопасности. Мы занимаемся бизнесом давно, начали еще до девяносто седьмого года, когда сюда хлынули все эти госслужащие и переселенцы. Еще в школе промышляли жвачками и сникерсами. Потом организовали компанию и так постепенно разрослись. Мы представляем пару десятков известных пищевых и торговых брендов, поставляем товары по всему городу и области. Наши грузовики ездят в Кокчетав, Караганду, Атбасар и другие города. Посчастливилось взять эту землю, когда тут еще были полуразрушенные склады советской постройки. Сейчас в Астане земля сами знаете, сколько стоит. В общем, дела шли неплохо, но это, как оказалось, и стало причиной наших бед. Пришел к нам на встречу один подозрительный тип. Сабыржан, директор охранной фирмы, скользкий донельзя. И без всякого предисловия стал предлагать, чтобы мы ему продали всю компанию за копейки. Мы его прогнали, но на следующий день появился еще один: огромный, в кожанке, как будто призрак из начала девяностых. Зовут Виктор, я его смутно помнил по каким-то делам в Кокчетаве. Зря, говорит, вы моего человека выставили, он предлагал хорошие условия, теперь таких не будет. Мы спросили, чьи интересы он представляет. Он раскрывать своих клиентов отказался, только упомянул, что это очень могущественные люди. Ну, так все говорят. Он только сказал, что в покупке нашего бизнеса заинтересовано АО «Молшылык». Это известные негодяи, уже много лет с нами конкурируют, но настолько грязных методов еще не использовали. По словам Виктора, в этом АО поменялась власть, теперь за ним стоят большие интересы, связанные чуть ли не с правительством, и, если мы будем покорными и умными, то отдадим бизнес и тем самым убережем себя от ненужных потерь. Мы, не сговариваясь, попросили Виктора уйти, но он перед уходом наговорил нам много неясных угроз. Вроде того, что от нас отвернется небо, и он напустит на нас всех чертей из ада, и еще много другой чуши наболтал. И потом началось все это безумие. На трассе остановили наш грузовик, шофера избили, а машину с товаром сожгли. Какие-то подозрительные лица закидали камнями товарный состав, заходивший на наш тупик за городом. Ну, там, слава богу, все обошлось. Потом напали на главу нашей службы безопасности. Поломали его сильно, но мы не стали говорить, что это нападение, отправили его в больницу, и Денис нашел нового человека на его место. А потом возле колледжа избили моего сына. Сейчас он дома с моей женой, я нанял охрану, но все равно беспокоюсь. И вдобавок на базе завелся этот шумный призрак. Мне и Денису постоянно приходят сообщения с закрытых номеров – угрожают, что убьют, сожгут, что-то сделают с родственниками. Жизнь превратилась в ад, и мы не знаем, что с этим делать. Может, хотя бы на базе вы нам поможете – я имею в виду, этого фантома?

– С фантомом мы разберемся, – уверенно пообещал Ерлан. – А что же вы не наказали этого Виктора? Сейчас ведь это делается элементарно – пишется заявление, и этого типа закрывают. Девяностые ведь в прошлом, не так ли?

– Мы уже продумывали такой вариант, – кивнул Артем. – Но у нас нет никаких доказательств, что все эти дела связаны с Виктором или Сабыржаном. А за лжесвидетельство сейчас тоже можно не по-детски схлопотать. Мы навели справки – Виктор действительно родом из Кокчетава, во время беспредела входил в местную группировку рэкетиров. Сейчас он практически единственный из всей банды, кто выжил. Одно время отсиживался в Москве, но недавно вернулся и нанялся на работу в структуры, связанные с АО «Молшылык». Мы так понимаем, что новое руководство этого АО решило выполнить голубую мечту его прежнего хозяина – отжать у нас бизнес и стать единоличными торговцами в этой части города. И они используют для этого все незаконные методы.

Дверь кабинета тихо открылась, и заплаканная секретарша внесла поднос с четырьмя кружками чая. Вслед за ней вошел высокий, сухощавый мужчина с бегающими глазами. Это был второй учредитель компании – Денис. С Ерланом и лейтенантом он поздоровался вежливо, но крайне недоверчиво, а потом сел за стол и принялся молча слушать Артема.

– Так вот, ребята, – решил подытожить директор. – Дела у нас идут не блестяще. Но мы надеемся, что вы, с вашим опытом, поможете нам справиться с нечистью, которая творится на базе и в офисе. Мы, со своей стороны, в накладе не останемся.

– Думаю, господам сразу необходимо озвучить сумму нашей благодарности, – сказал Денис.

– Это да, – согласно кивнул директор и обратился к Ерлану. – А у вас оплата какая: почасовая или берете за всю работу в целом?

– Давайте не будем торопиться, – предложил Ерлан. – Нам сперва надо посмотреть, что это за существо, познакомиться с обстановкой. Такие фантомы лучше всего проявляют себя вечером и ночью, поэтому хотя бы одну ночь нам желательно провести в офисе и на базе. Там видно будет, какие мы задействуем инструменты, и сколько все это вам будет стоить.

– Денис, ты тогда познакомишь их с Дамиром? – спросил Артем. – Выделите им комнату со всем необходимым, чтобы ребята могли нормально устроиться на ночь. И пусть Дамир постоянно будет на связи.

– Конечно, – коротко ответил Денис и обратился к охотникам за призраками: – Идите за мной.

Служба безопасности находилась в одном из складов. Дамир, начальник охраны, в отличие от своего предшественника – нелюдимого кабинетного затворника, постоянно находился на объекте. Он производил приятное впечатление: высокий, смуглый, с аккуратно подстриженными курчавыми волосами и тонким носиком, он походил на кроткого ягненка. Говорил он спокойным тоном, как бы распевая слова и растягивая гласные.

– Так ребята, значит, остаются тут на ночь? – уточнил он, выслушав Дениса. – Отлично, мы подготовим комнату. Я сейчас сам проведу их по объекту. Можете не беспокоиться, данный вопрос я полностью беру на себя.

Денис внимательно посмотрел на своего подчиненного и покинул склад. Дамир повел гостей по территории.

Позже со слов Ерлана я составил план торговой базы и прилагаю его к данной истории, чтобы сделать повествование более наглядным. Офис Дамира находился в первом складе, самом большом и старом. Его отлили из бетона еще в восьмидесятых; благодаря толстым полам и стенам сюда не проникал холод, а современная система вентиляции поддерживала необходимый микроклимат. Поэтому здесь хранили продукты питания. Инспектор с Ерланом молча обошли громадные холодильники с картофелем, грейпфрутами, сотнями брикетов масла и прочей снедью. Все было разложено аккуратно и педантично, только на нескольких полках продукты оказались раскиданы – тут успел поработать неуловимый фантом.

– У нас повсюду камеры, – Дамир указал антенной портативной рации на подвешенные к потолку полушария. – Только за прошлую ночь несколько раз зафиксировали этого хулигана, но поймать не можем.

– А как насчет других складов? – спросил Ерлан.

– В двух других складах тоже были хулиганские выходки, и в супермаркете. Но там это были единичные случаи. Основную активность фантом проявляет на первом складе, в офисе и на офисной парковке. В гаражах практически не появляется.

За большим и приземистым первым складом возвышались еще два склада, построенные недавно из новеньких сэндвич-панелей. В отличие от сероватого и невыразительного изделия советской эпохи эти склады радовали глаз легкими голубоватыми стенами и блестящими крышами. На этих складах хранились различные промышленные товары.

Помимо складов, Дамир провел визитеров по супермаркету и его парковке, а закончил экскурсию осмотром длинного гаража.

По возвращении на первый склад Ерлан и лейтенант обнаружили, что охранники подготовили для них небольшую комнатку с двумя металлическими лежанками, покрытыми мягкими поролоновыми ковриками.

– Прошу прощения за неудобства, – виновато сказал Дамир. – Но придется вам на одну ночь с этим примириться. Наши ребята сами спят на таких лежанках. Сами понимаете, тут не гостиница, и я против того, чтобы они без толку валялись на кроватях. Их работа – следить за мониторами и проводить обходы территории.

– Ничего, мы – народ неизбалованный, – бодро ответил Ерлан. – И не в таких условиях приходилось работать.

– Мы вам организуем небольшой паек, – пообещал Дамир. – Охрана обо всем предупреждена, вы можете свободно перемещаться по всей территории базы. Если необходимо будет связаться со мной, обратитесь к любому охраннику, он найдет меня по рации.

Дамир ушел, а Ерлан и участковый принялись бродить по складу. Наглый фантом, словно почуяв неладное, затаился, и до конца дня никак не проявил себя. Даже машины на парковке больше не сигналили.

Поужинав вместе с охранниками, друзья еще часа два патрулировали территорию, после чего устали и вернулись в свою комнатку, чтобы отдохнуть. Инспектор решил расслабить позвоночник и, улегшись на мягкий поролон, незаметно заснул.

Участковый проснулся спустя примерно час. Ерлана в комнате не было – видимо, он отправился искать фантома самостоятельно. Инспектор вышел за дверь и, пройдя несколько шагов, оказался в длинном узком коридоре со стальными стенами, которого не видел раньше на складе. Коридор вывел его в широкий зал с высоким потолком. Азамат с удивлением обнаружил, что это терминал аэропорта, а сам он только что вышел из рукава, присоединенного к самолету. В огромные окна-витрины Азамат увидел самолет – гигантский «Эйрбас» зеленого цвета с нарисованным на хвосте трилистником клевера.

Терминал был нескончаем: он начинался где-то в неизвестности справа и уходил далеко налево. Вдоль стен тянулись многочисленные, строенные в одну длинную скамейку, металлические кресла – на некоторых сидели люди в ожидании своего рейса. Но таковых было мало – большинство пассажиров куда-то шли непрерывным потоком. Люди катили за собой чемоданы на колесиках, несли в руках заполненные сумки и пакеты, свертки и даже большие коробки. Один кавказец с грустным взором нес на плече огромный свернутый ковер. Вообще, практически все люди в терминале были печальны и неразговорчивы. Тишину нарушали только объявления, произносимые на непонятном языке раз в несколько минут.

Инспектор отправился налево вместе с потоком людей. Несколько раз ему попадались туалеты, но Азамат не смог ими воспользоваться ввиду больших очередей, которые совершенно не продвигались. Люди в очередях были такие же скорбные и молчаливые, как и в остальной части терминала.

Далее терминал расширился и стал двухэтажным, по обе стороны появились различные магазины и офисы. На втором этаже инспектор заметил многочисленные игровые площадки, заполненные детьми. За детьми надзирали строгие воспитатели.

Затем дорогу толпе преградил тесный лабиринт. Люди с трудом продирались сквозь него и тащили свой багаж. Стенки лабиринта становились все более узкими – так, что многие пассажиры были вынуждены бросить чемоданы и идти дальше налегке. Но были упрямцы, которые протаскивали багаж сквозь самые тесные проходы. В их числе оказался и кавказец с ковром.

Инспектор легко прошел через лабиринт и вышел к входу в супермаркет, являющемуся продолжением терминала. Тут к нему подбежал бородатый молодой человек в форменной синей жилетке, с бэйджем на блестящей цепочке.

– Ты где ходишь? – нетерпеливо отчитал он Азамата. – Видишь, сколько народу сегодня? Давай, быстрее принимайся за работу.

– Чего? – протянул инспектор в недоумении.

– Ты первый день сегодня, что ли? – спросил парень. – Никто тебе объяснять ничего не будет. Просто работай, и без лишних слов.

Молодой человек быстрым шагом прошел дальше. А инспектор взглянул на себя и с изумлением обнаружил, что одет точно в такую же форму, как и его недавний собеседник, вплоть до бейджа с его, Азамата, фотографией.

– Не теряй времени, себя рассмотреть ты всегда успеешь! – крикнула ему на ходу темноволосая девушка в форменной одежде.

В отличие от пассажиров, работники супермаркета были очень разговорчивы. Парни и девушки были одеты в одну и ту же серую форму с синими жилетками, только девушки носили строгие серые юбки ниже колен, а мужчины – такого же цвета брюки. Длинные волосы девушек были стянуты назад и аккуратно уложены, напоминая прически стюардесс. Крикливая брюнетка с подвижным лицом оказалась супервайзером Азамата. За несколько минут она так его запугала, что инспектор автоматически втянулся в работу, даже не понимая смысла своих действий.

Работа заключалась в сортировке непрерывно прибывающих людей. Вход в супермаркет загораживали огромные разноцветные ставни от пола до потолка, вращающиеся на металлических осях. Раз в полминуты они поворачивались, открывая с десяток проходов. Азамат и его коллеги выстраивали толпящихся после лабиринта пассажиров в правильные ряды перед каждым проходом. За те несколько секунд, пока проход оставался открытым, часть пассажиров успевала пройти сквозь ставни. Но некоторые оставались снаружи, словно что-то их не впускало. К таким подходили девушки-супервайзеры и отводили в сторону.

Отработав несколько сотен человек, инспектор, снедаемый любопытством, украдкой подошел к своей начальнице, которая в этот момент что-то объясняла другому супервайзеру.

– Я извиняюсь, – робко покашлял Азамат. – А вы не скажете…

Брюнетка взглянула на него с нетерпением и неожиданно разрешила:

– Хорошо, возьми перерыв, можешь тут пройтись сам и оглядеться. Постарайся осознать, что тут происходит. Ты ведь уже понял, что никто ничего тебе объяснять не будет? Ну, иди же.

Инспектор почувствовал, словно невидимая цепь, приковывающая его к этому месту, вдруг ослабла. Он направился вслед за людьми, которых не пропустили в супермаркет, и оказался на небольшом пятачке, где таких отбракованных столпилось несколько десятков. Они в растерянности смотрели друг на друга, но не разговаривали. В одном углу небольшой комнаты за низеньким барьером располагалась крошечная кофейня с одним работником и маленьким прилавком. В другом углу начиналась лестница, ведущая куда-то вниз, с покосившейся табличкой сверху. На табличке было написано «Кредитный департамент». Эта лестница почему-то приводила пассажиров в ужас. Они тянулись в сторону кофейни, но не могли переступить деревянный барьер, едва доходящий взрослому человеку до пояса. Так они и маялись посередине, не в силах покинуть эту комнату.

Азамат легко обошел барьер и приблизился к скучающему баристе в черном переднике и коричневой рубашке с надписью «COSTA». Он протирал дутые чашки с толстыми стенками и иногда перебирал выложенные на прилавке панини в целлофановых упаковках.

– Вы мне кофе не нальете? – спросил инспектор.

Бариста посмотрел на него осовелыми от скуки глазами.

– Уточните, пожалуйста, ваш заказ, – сказал он. – Вам капучино, латте или что другое? И размер скажите: большой, средний или маленький. Молоко, сахар?

– Ну… – задумался Азамат. – Без разницы, на ваш вкус.

– Знаешь что, друг, – оживился бариста и указал взглядом в сторону отбракованных пассажиров. – Вот эти люди стоят тут уже очень долго – ты даже не представляешь, насколько долго. Заказать кофе они не могут, и уйти отсюда им тоже не позволено. Но пить и есть они хотят так же, как и все нормальные люди. Да только им нельзя. А тебе, как представителю местного персонала, кофе положено наливать бесплатно. Поэтому я не могу себе позволить нянчиться тут с тобой, когда народ смотрит на тебя и умирает от голода и жажды. Так что или заказывай, или иди работать, много тут таких, отлынивающих…

– А почему они не могут купить себе кофе? – спросил инспектор, взглянув на людей с жалостью.

– Только не вздумай взять кофе и передать его кому-то из них, – предостерег его бариста. – За такие дела тут наказывают. – И не жалей их, у них тоже был шанс, но они его… Как бы это сказать поприличнее…

– Я понял, – сказал участковый. – Так почему ты не можешь продать им кофе?

– Видишь надпись – Кредитный департамент? Все эти господа набрали кредитов, а как возвращать, не знают. Нет у них и поручителя, который бы мог им помочь – ну, не думали они, что за все надо платить. Их банковские карты полны долгов, вот они и ждут своей очереди в кредитный отдел.

– А что там – в кредитном отделе?

– Лучше тебе не знать, – покачал головой бариста. – Я и сам точно не знаю. Одно скажу наверняка – туда лучше не попадать.

Участковый внимательно посмотрел на людей за барьером и тут только увидел в руке или кармане у каждого крошечный кусок пластика – банковскую карту. У всех людей за барьером карты были красного цвета.

– Они краснеют, как только накапливаются долги, – объяснил работник кофейни. – У тех, кто проходит в супермаркет, карты синие или зеленые.

– А почему у меня нет карты? – спросил инспектор.

– Поверь мне, карта есть у каждого, – ответил бариста. – Просто ты здесь сейчас находишься, так сказать, в служебных целях, потому у тебя обычный белый бэйдж, как у всех нас – тех, кто тут работает. Но придет время, и все мы пойдем через эти ставни. Конечно, если не наберем долгов.

– Слушай, – смягчился бариста. – Я тебе налью простого черного американо в бумажный стаканчик? И давай, иди дальше, ты мне тут народ смущаешь.

Получив свой кофе, инспектор, провожаемый жадными взглядами людей из-за барьера, покинул комнату. Он приблизился к выходу из лабиринта и увидел несколько десятков человек, протащивших-таки свои чемоданы и баулы сквозь узкие коридоры. Их изрядно помятые фигуры теперь грустно поникли, поскольку несколько дюжих коллег Азамата задержали «мешочников» и настойчиво предлагали им оставить вещи здесь, в длинной проволочной стенке, состоящей из множества клеток – в таких камерах хранения обычно складывают вещи на входе в обычные супермаркеты. И разговоры тут происходили очень похожие на те, которые обычно ведут нетерпеливые посетители больших магазинов с охраной.

– Ничего я вам не оставлю! – возмущалась объемистая женщина в широкополой шляпе и цветастом платье. – Мне нужны все мои вещи!

В отличие от других пассажиров, люди с багажом говорили охотно и много.

– Вас не пропустят с вещами дальше, – упрямо отвечал охранник. – Просто положите ваш чемодан в камеру хранения.

– Но вы ведь не гарантируете сохранность вещей? – вступился за женщину маленький, худой владелец кейса с бумагами. – Меня всегда удивляло, почему охрана в магазинах запрещает вносить с собой сумки, а на стене тут же написано, что магазин ответственности за личные вещи не несет. Это ведь узаконенное хамство! Говорю это вам, как адвокат.

– Что у вас в кейсе? – спросил его охранник.

– Это не ваше дело, – отрезал юрист. – Я свои права знаю…

– Вы несете с собой незаконченные судебные тяжбы, – сказал охранник, мельком взглянув на кейс. – Я настаиваю, чтобы вы сдали их в камеру хранения. Там они вам ни к чему.

– Я сам знаю, что мне нужно, а что нет, – резко заявил адвокат.

– Это вы сейчас так говорите, – возразил охранник. – Потом сами спасибо скажете…

– Это мы еще посмотрим!

– Короче говоря, – завершил охранник, обращаясь ко всем. – Или проходите без вещей, или можете оставаться тут вечно, я вас уговаривать не буду.

Часть пассажиров, включая юриста, продолжила препирательства. Другие, подумав, сдавались и оставляли вещи в камере хранения, после чего проходили дальше. Объемистая женщина закатила истерику, требуя, чтобы охранники привели менеджера авиакомпании и объяснили драконовские правила касательно багажа. Ей вторил адвокат:

– Даже в «Люфтганзе» я такого беспредела не видел! – орал он на весь терминал. – Те сначала помучают, но потом все же отпускают! А вы – что это за компания такая? Могу я выбрать другую?

– Нет, – коротко отвечал ему охранник.

– И вообще – что за правило – почему я должен проходить через супермаркет? Я из-за вас на свой рейс опоздаю!

– Не опоздаете, – уверенно сказал охранник.

Кавказец с ковром напряжённо стоял в конце очереди и не торопился проходить вперед. Он опустил ковер одним концом на пол и обхватил его обеими руками, словно драгоценность.

Словно из воздуха, рядом с ним очутился светловолосый парень в форме работника супермаркета. Его жилетка была покрыта пятнами, а форменный галстук сместился к плечу. Манеры у парня были плутоватые. Он снизу, подобострастно подкатил к человеку с ковром и заговорщицки ему подмигнул.

– Чего надо? – хмуро спросил владелец ковра.

– Мне – ничего, – ответил плутоватый. – А вот ты, как я вижу, не прочь ковер пронести.

– Да, верно! – заинтересовался кавказец. – А что, можно?

– Ну, это как сказать, – покачал головой парень, увиваясь вокруг мужчины и корча такие фигуры, словно у него полностью отсутствовал позвоночник.

– Это не бесплатно, да? – понял человек с ковром.

– Ну да, ну да, – быстро сказал парень. – А ты мне покажешь свою карточку?

Кавказец схватился за карман своей рубашки, инстинктивно закрывая драгоценную карту.

– Приказывать не могу, – сказал парень, противно цокая языком. – Хозяин – барин, как говорится. Не хочешь, не надо – оставайся тут навсегда.

– Подожди, – взмолился человек. – Сколько это мне будет стоить?

– Зависит от того, насколько тебе дорога эта вещь, – пропел белобрысый. – Люди обычно отдают последнее.

– Я все отдать не могу, – опустил глаза мужчина. – Меня ведь тогда за те ворота не пустят.

– Верно! – подтвердил парень. – Все просто – брось ковер и проходи!

– Не брошу, – прошипел кавказец.

– Хорошо, – подумав, сказал светловолосый. – Я проведу тебя с ковром за ворота. Ты попадешь в ту часть терминала, куда все стремятся. Но за это ты отдашь мне все деньги, которые накопил на карте. Подумай хорошо, времени у тебя будет много – целая вечность!

– Половину того, что на карте, – предложил мужчина.

– О, так мы будем торговаться! – радостно прошептал парень. – Обожаю это дело! Только ты, кажется, не в том положении, чтобы ставить какие-то условия. Ну, пока, пока, лет этак через десять тысяч подойду снова. Вот тогда и поторгуемся…

– Да стой ты! – нервно воскликнул человек с ковром. – Хорошо, согласен. Только обещай, что проведешь и меня, и ковер.

– Я уже пообещал, – серьезно сказал парень неожиданно низким и спокойным голосом. Получив согласие мужчины, он перестал извиваться и стал молчаливым и степенным. Без лишних слов он протянул руку и получил вожделенную карту. После чего повел кавказца за ставни известным только ему кружным путем.

Инспектор поспешил вслед за ними. Он обнаружил, что может легко проходить сквозь ставни – для него они оказались сделаны из шелковой материи и расступились перед ним, подобно старомодной гирлянде в дверном проеме – такие когда-то вешали между комнатами непонятно из каких соображений, поскольку на практике они были бесполезны.

Азамат оказался в огромном светлом зале с многочисленными стеллажами, вдоль которых ходили пассажиры, толкая перед собой корзинки и набирая в них товары. Плутоватый парень и кавказец тоже шли вдоль стеллажей, но в корзине у них был только один ковер – больше ничего мужчина купить не мог, так как отдал за услугу все свои деньги.

Участковый с интересом направился к стеллажам, желая внимательно рассмотреть выставленные тут товары. Но дорогу ему преградил рослый парень в жилетке местного работника. Он схватил инспектора за плечи и принялся трясти, выкрикивая одно и то же:

– Проснись! Быстрее просыпайся, я тебе говорю!

Очертания супермаркета расплылись в одно светлое пятно, и в следующее мгновение Азамат увидел перед собой лицо Ерлана.

– Просыпайся! – кричал Ерлан. – Второй склад горит!

Инспектор лежал на поролоновом матрасе в выделенной Дамиром комнате. Он заснул как был, в ботинках и верхней одежде, поскольку рассчитывал отдохнуть минут десять, а потом отправиться на ночное патрулирование базы. Поэтому Азамат сразу же вскочил и побежал вслед за Ерланом, уже в пути осознавая, что пережитое им только что – это красочный сон.

Из окна на первом этаже второго склада валил густой дым. Рядом рыскали несколько охранников в надежде обнаружить следы поджигателей.

Как удалось выяснить, кто-то разбил камнем зарешеченное окно и бросил внутрь бутылку с зажигательной смесью. Акция была направлена скорее на устрашение, так как в этом помещении хранились старые ящики и прочие расходные материалы. Немецкая спринклерная система справилась с возгоранием без посторонней помощи, а Дамир не стал вызывать пожарных, чтобы не было лишних вопросов. В колючей проволоке над забором обнаружили широкий разрез – как раз для того, чтобы пролез человек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.