Polisha Snake
Рецепт любви

Глава 1

Однажды полюбив себя, ты удивишься, как мир полюбит тебя в ответ" улыбнувшись, едва сдерживая слезы, она поняла, что это был маленький, но значительный шаг к переменам в ее жизни…

Я снова чувствовала себя загнанной в ловушку, как будто время повернулось вспять, и я снова оказалась в том месте, откуда так долго пыталась выбраться.

– Что тебе нужно? – спросила я, стараясь говорить твёрдо, но в голосе всё равно прозвучало пренебрежение.

–Мне нужна ты, – улыбнулся он, оскалив зубы.– Я понял, что был не прав, и пришёл за тобой.

Раньше я могла бы мечтать об этом моменте. Когда-то я ждала, что он придёт, извинится, вернётся. Но теперь, вспоминая всё, что он сделал, все те раны, которые оставил на моей душе, я понимала, что никогда не смогу вернуться к нему. Я отвернулась, пытаясь выйти из толпы, но он схватил меня за руку, сжимая её так сильно, что я почувствовала боль.

Годом ранее:

Холодное утро разворачивалось, как знакомый ритуал. Всё начиналось с тёплой чашки кофе на столе, аромат которого медленно раскладывался по комнате, пробуждая мое сонное сознание. Слегка рассеянная, я посмотрела на себя в зеркало с громко твердящими мыслями в моей голове о том, как мне хочется спать. Понимая неизбежность своей ситуации выйти в пронзающий холод и толкотню в метро, я погасила свет в своей уютной съемной квартире и вышла на серый цвет улицы. На улице холод беспощадно обжигал мои пальцы по дороге к метро, но поток сторис на экране моего телефона был маленьким спасением, скрашивая утреннюю рутину. Войдя в метро, меня окутала жара и духота, словно на контрасте с морозным утром, едва я не потеряла сознание. Моим спасением оказался мимолетный порыв ветерка от проезжающего мимо меня вагона подаривший мне краткий миг облегчение. Толпы людей, столь же спешащих, издавали едва выносимые запахи, невольно заставляя задуматься об их утренних ритуалах. Из толпы в забитом людьми поезде удача сегодня улыбнулась мне, ведь свободное место в вагоне оказалось моим. Присев с наушниками в ушах, я прикрыла свои тяжелые от недосыпа глаза, слушая музыку, которая переплеталась с мечтами в голове до самой остановки. Добравшись до работы, я ощутила, как тепло в клинике окутало меня успокоением, несмотря на предстающую рутину. Включив, все электронные устройства и подготовив медицинские карты, я погрузилась в многообразие обязательств. День был наполнен привычными задачами, и лишь короткий перерыв на обед приносил мне немного радости. Описать свой рабочий день трудно, ведь не хочется акцентировать внимание на том, что не приносит удовольствия. Однако, работая, я могу позволить себе небольшие радости и не слишком беспокоюсь о будущем, даже если пока не знаю, к чему стремлюсь. Закончив, рабочий день я с радостью возвращаюсь домой. Метро уже кажется не столь пугающим, ведь я без труда найду место в вагоне и с интересом зайду на сайт знакомств. В вагоне поезда заметив краем глаза ухоженного молодого парня, я заслушалась мелодией в моих наушниках. Не знав английский, я чувствовала своим сердцем, что мелодия играющая в моих ушах, передавала историю крепкой любви. Я словно не могла отвезти глаз от задумчиво сидящего парня напротив меня. От него исходил аромат парфюма, в котором сочетались ноты перца и дерева, олицетворяя спокойствие и силу. Я предполагала, что у него уже есть любимая девушка, но позволив себе краткий миг фантазий, я представила, как моя улыбка отражается в его с любовью смотрящих на меня глазах. Это мечтание резко оборвал, опустив меня на землю с небес голос диктора, предупреждающий о прибытии поезда на мою остановку. Покидая вагон с легкой досадой, я возвращалась к привычным маршрутам своей жизни, направляясь домой.

По дороге я решила порадовать себя любимым с детства, медовым десертом. Вернувшись в теплую квартиру и выпив кружку горячего ромашкового чая с любимым десертом, я позволила себе насладиться этими простыми удовольствиями, смывая остатки дня и предвкушая заслуженный отдых. Ощущая усталость после насыщенного рабочего дня, я направилась в комнату и погасила свет на кухне, стремясь погрузиться в свой собственный мир с фильмом ужасов. В этот вечер я выбрала триллер о паре, отправившейся в дом на краю леса. Этот жанр всегда привлекает меня своей пугающей и непредсказуемой атмосферой, как и сама жизнь. Под этот фильм я незаметно уснула, хотя обычно триллеры не вызывают у меня страха, и я смотрю их на одном дыхании. Но сегодня я была действительно измотана, ведь в клинике было много пациентов с вопросами о планах лечения и депозитах. Мой рабочий день порой кажется настоящим триллером, когда рутина и люди доводят до изнеможения. С новыми силами я проснулась после долгого сна. Маленькая стрелка часов уверенно показывала, что время уже два часа дня. С осознанием того, что у меня выходной день и нет необходимости выходить в мороз, я улыбнулась с облегчением. Я провела свой день прекрасно, уютно устроившись в постели погружаясь в фильмы, периодически отвлекаясь на переписку с моей тетей. Сегодня она поделилась своим новым рецептом салата. Я всегда восхищалась тем, как она умудряется так вкусно готовить и находить силы на новое, несмотря на ее тяжелую работу. Она работает на по-настоящему тяжелой работе, связанной с приготовлением пищи, но всегда находит в себе силы, вернувшись домой, готовить и экспериментировать с новыми блюдами.

Это не перестает меня удивлять: я вдвое моложе, но порой кажется, что у меня меньше энергии, чем у нее. Тетя Света взяла на себя множество обязанностей. Она заботилась обо мне с четырехлетнего возраста и старалась заменить маму. Я все еще тоскую по своим родителям, хотя они давно исчезли из моей жизни. Мой отец влюбился в другую женщину и решил развестись с матерью, чтобы создать новую семью. Мать не смогла справиться с потерей мужа и стала злоупотреблять алкоголем, проживая с новым партнером, который часто проявлял жесткость по отношению к ней. В итоге я оказалась ненужной ни одной из этих семей, и меня приняла моя тетя. Невзирая на усилия тёти, я всё равно испытывала недостаток внимания, и чувствовала себя одиноко, так как у неё было много детей и ей было трудно обеспечить каждому из них необходимое внимание, учитывая ее тяжелую работу. Заглянув в свой телефон, я заметила, что уже восемь часов вечера, и решила, что пора хотя бы привести квартиру в порядок, ведь завтра снова на работу. Меня охватывает тревога, когда я в выходной день ничего не делаю; навязанные обществом представления о том, что безделье плохо, порой тяготят меня. Я собрала волосы в хвост, включила любимую песню и с легким сердцем приступила к уборке. Закончив, я почувствовала, как тревога отступила, и продолжила отдых, засыпая под фильм на ноутбуке. Рано утром, будильник прозвонил так громко и неожиданно, что сердце забилось быстрее, напоминая о необходимости собираться на работу. Я включила чайник и отправилась умываться. Моя утренняя рутина выглядела так: кофе, небрежно разбросанная у раковины косметика, идеально выглаженная белая рубашка, висящая на дверной ручке. Нанеся тушь, я отложила её в сторону и внимательно посмотрела в зеркало, отмечая каждую деталь своего лица. Я увидела свою красоту: густые и длинные светло-русые волосы мягко переливаются ржаво-коричневым оттенком, ярко-зеленые глаза с лисьим разрезом и ресницы, доходящие до аккуратных русых бровей. Моё лицо овальной формы, с аккуратно поднятым кончиком носа, излучает нежную красоту.

– Эх, какая я красотка, но почему же я одинока? С этими размышлениями я нехотя застёгиваю пуховик и выключаю свет в квартире. Обычное утро: метро, холод, бесконечные сторис в телефоне. Но в этот день что-то изменилось. В метро было меньше людей, и я, наконец, смогла насладиться свежестью без привычных утренних запахов. В наушниках вдруг зазвучала давно забытая, но когда-то любимая песня, пробуждая тёплые воспоминания. Её мелодия перенесла меня на солнечный пляж, где я беззаботно наслаждалась жизнью, не думая о деньгах и арендной плате. Вдохновение пробежало мурашками по коже, и я едва удерживала улыбку. Выйдя из метро на своей остановке, я почувствовала, как солнечный свет ласково коснулся моего лица, принося тепло и радость. Мир вокруг казался обновлённым, словно я оказалась в другой реальности: прохожие улыбались, а новогодние огни переливались яркими цветами, создавая атмосферу волшебного рождественского утра. С улыбкой добравшись до работы, я погрузилась в повседневные дела. Однако в этот день вопросы и проблемы решались удивительно легко. Внезапно строгий, но приятный мужской голос отвлёк меня от заполнения бумаг. Подняв взгляд, я увидела симпатичного мужчину в белой форме, который с улыбкой пожелал мне доброго утра. Удивлённая, я узнаю от своей коллеги, что это наш новый главный врач клиники. День продолжался в привычном для меня ритме, и в два часа дня с радостью отправилась на обед. Однако, открыв дверь в ординаторскую, меня захлестнуло волной смущения, ведь я увидела нового доктора, сидящего за обеденным столом. В миг, мои уши покраснели, и я почувствовала стыд при мысли о том, чтобы достать свой контейнер с едой из холодильника и поесть в присутствии нового доктора. Оценивающим взглядом, смотря на него, я подумала: он был главным врачом клиники и выглядел лишь немного старше меня. Как он успел столького добиться? Задавшись, этим вопросом я достала свой контейнер с едой из холодильника.

Поставив контейнер в микроволновую печь и наблюдая, как курица вращается внутри, источая резкий запах, я ощутила странную эмоцию внутри себя. Мне вдруг стало неловко перед ним из-за этого запаха курицы. Но собравшись с духом, я отыскала место подальше от него и приступила к обеду. Как только я взяла вилку, он доброжелательно пожелал мне приятного аппетита, на что я автоматически ответила тем же. После того как я нехотя проглотила этот несчастный кусочек курицы, который, казалось, встал поперек горла, я уже не ела, а лишь делала вид. Закрывшись морально в своем телефоне, я погрузилась в просмотр сторис. Это унизительное чувство не покидало меня, хотя здравый смысл подсказывал, что я просто преувеличиваю свои переживания. Когда он доел и ушел, я почувствовала облегчение: аппетит вернулся ко мне, и я с удовольствием насладилась своим обедом. В течение дня, когда новый главный врач клиники проходил мимо стойки ресепшн, где была я, мое сердце замирало с каждым его шагом. Это состояние мне совсем не нравилось. Казалось, что он намеренно подходил ко мне, задавая вопросы, которые заставляли меня теряться и на которые, я не могла, быстро ответить. Со стороны казалось, что я выгляжу несобранной и глупой девушкой, хотя работаю в этой стоматологической клинике уже более шести лет и знаю здесь практически все. Когда я записывала новых пациентов к нему, во мне проявлялась странная уверенность, которая возникала неизвестно откуда. Я с гордостью заявляла о том, что Алексей Дмитриевич – превосходный доктор и специалист в своем деле. Он с легкостью справлялся с задачами, которые многим казались неразрешимыми, включая сложные имплантации и сложные стоматологические работы. Его уверенность и мастерство вселяли доверие не только в коллег, но и в пациентов, которые инстинктивно чувствовали, что находятся в надежных руках. В его биографии, которую я впервые не поленилась прочитать до конца, я обнаружила впечатляющий перечень престижных образовательных учреждений и блестящую репутацию. Меня не отпускал вопрос: как он смог достичь всего этого, будучи всего на восемь лет старше меня? Что я делаю не так в жизни? Или, возможно, проблема в том, что я недостаточно предпринимаю, чтобы чего-то добиться? С каждым днём, пытаясь отогнать бесполезные мысли о нём как стаю налетевших комаров, я заметила, что стала вставать раньше и приходить на работу с радостью. Мир вокруг стал казаться светлее и интереснее. Я ощутила прилив энергии, просыпалась, с удовольствием замечая, как утренние солнечные лучи с любовью ласкали мое лицо, а зима перестала быть такой холодной. Даже просматривая сторис, которые раньше занимали половину моего дня, показались скучными. В миг, моя скучная жизнь наполнилась новыми красками. Мой будильник обычно был настроен на семь утра, но проснувшись сегодня в пять утра, я с радостью подумала:

–Ура, новый день! Пора вставать!

Позволив себе утреннюю роскошь, я заварила кофе с зефиром и приготовила аппетитный омлет, наслаждаясь чудесным утром. Сегодня я решила добавить яркости своему образу: накрасила губы насыщенной помадой и слегка подрумянила щеки, а неопрятный хвост убрала, чтобы продемонстрировать свои длинные локоны, обвивающие мои плечи. В этот день я словно сияла, уверенно шагая по коридору клиники, и даже наша уборщица, которая обычно не разговаривала со мной, обратила на это внимание. Она, обычно занимающаяся своими делами, вдруг тихо спросила:

– Лина, у тебя сегодня день рождение?

Я улыбнулась и с благодарностью ответила, что нет, но в сердце чувствовала, что будто родилась заново. В этот миг мимо меня прошёл Алексей Дмитриевич, и, осыпая меня своей улыбкой, пожелал мне доброго утра. Смущенно ответив ему улыбкой, время в моей голове замедлилось, и я обратила на каждую деталь в его образе: его уверенная и ровная походка, широкие плечи и крепкие руки, бережно держащие подготовленные мною карты, словно манили меня следовать за ним. Его улыбка была притягательной, а слегка оскаленные клыки придавали ему вид привлекательного хищника. Ярко-голубые глаза с оттенком серого напоминали волка – такие чистые и сильные, будто раскрывали его одинокую, но сильную душу, лишь небольшую небрежность в его идеальном для меня образе, обращали на себя внимания слегка торчащие кудряшки уложенные назад.

–Лина, сегодня все пациенты подтвердились? – спросил он, подняв на меня взгляд.

С небольшой паузой я растерянно ответила ему утвердительно, добавив комплимент, что все хотели бы попасть к такому востребованному специалисту. Его лёгкая улыбка стала ещё более выразительной, и, повернувшись, он направился в свой кабинет, оставляя за собой шлейф аромата, который придавал ему строгий и мужественный вид, притягивающий в след за собой. Моё оглушение прервал резкий звонок от пациента. Он уточнил, как добраться до клиники, и я испытала странные чувства к этому человеку. С одной стороны, я была благодарна, что он вернул меня в рабочее состояние и привёл в порядок, но с другой стороны, он словно схватил меня за ноги и сбросил с небес на землю, заставив погрузиться в привычную рутину жизни.

Глава 2

Конец дня для меня выдался морально тяжелым. Идя домой по зимней рождественской улице в наушниках, внезапно меня нахлынули воспоминания о том, как мой бывший муж встречал меня с работы, и как я чувствовала рядом с ним тепло и заботу. Я делилась с ним своими эмоциями, рассказывала о прошедшем дне и иногда жаловалась на несправедливость людей по отношению ко мне. Изредка мы заходили поесть и выпить чашку горячего кофе. С ним я себя чувствовала комфортно, несмотря на его вечно серьезное лицо и постоянную занятость в телефоне по работе. Мы были женаты пять лет – для меня это немалый срок. Наша встреча произошла довольно банально: я уронила билет на автобус, а он вежливо поднял и вернул мне его. Сказать, что я была счастлива с ним – значит, ничего не сказать. Каждый день, проведенный вместе, наполнял меня радостью. Мы могли говорить на любую тему, он всегда умел поддержать меня и помочь решить некоторые проблемы. Вспоминаю один момент: когда я шутливо сказала, что мне пора обновить старую расческу, на следующее утро я обнаружила новую расческу на стиральной машине. Эти маленькие, но значительные жесты растопили моё сердце, и я чувствовала безмерную благодарность за каждый миг, проведённый с ним. Однако, с течением времени в нас происходили перемены. Наши дни стали однообразными, а разговоры практически исчезли. Мы существовали рядом, как соседи, обменивались лишь обычными фразами о том, что приготовить на ужин. Романтика в браке, к сожалению, уходит, и на её место приходит что-то более серьезное – доверие, уверенность в завтрашнем дне, привычка и душевное спокойствие. Но, очевидно, этого было недостаточно для сохранения нашего союза. В миг, я почувствовала, как слеза медленно скатилась по щеке, оставляя за собой холодный след, отражающий всю мою душевную боль и разбитое сердце. Я наивно верила в его обещания о том, что я одна в его сердце и он мечтает о большой семье со мной. Эти слова казались мне истиной, ведь я всегда мечтала о том что у меня появится своя семья , но реальность оказалась куда суровее. В тот день, когда я увидела его с другой, более успешной и привлекательной женщиной, моя жизнь изменилась навсегда. Отнюдь, я в чем-то стала понимать свою разбитую от горя мать. Это мгновение стало той самой чертой, после которой не осталось пути назад. Мое горло сжалось от боли и ненависти, и я утратила всякое восприятие, ведь горькие слёзы затуманили мой взгляд. Подняв голову, я увидела темное небо, а рядом стоящий фонарь лишь слабо освещал падающие снежинки, которые казались сверкающими в холодном свете. Эта картина глубокой темноты, в которой лишь слабый свет надежды пробивался изнутри, полностью отражала мое внутреннее состояние. Протерев свои холодные, влажные глаза от слез, я направилась к метро, но внезапно обернулась, услышав знакомый голос:

– Лина!

Этот голос показался мне таким родным, но, обернувшись, я увидела серую толпу людей, равнодушно направлявшихся в метро, с пустыми взглядами, загубленными в бесконечности. Как только я зашла в вагон и заняла свободное место, неожиданно заиграла песня из моего плейлиста. Я невольно закрыла глаза, опустив голову с уже потекшей от слез тушью. Прибыв на свою остановку, меня охватила только одна мысль – купить что-нибудь вкусное, чтобы как-то скрасить депрессивный вечер. Направляясь, домой по мосту в своем районе, я обратила внимание на проходящую мимо меня счастливую пару. Их светлое настроение отозвалось внутри, напомнив о том, что мне сейчас недоступно. В миг, она словно уловила мои мысли, в которых я мысленно кричала: "Не обожгись!" Она бросила короткий взгляд в мою сторону, а затем вернулась к разговору со своим парнем. Зависть и грусть захлестнули мою душу с новой силой. Этот вечер был особенно тяжелым, ведь эмоции меня захлестывали все сильнее. Я обещала себе удалить все наши совместные фотографии, но так и не смогла. Не удержавшись, я решила заглянуть на его страницу в соцсетях – он был в сети пятнадцать минут назад. Открыв сообщения, я дрожащими от нервов пальцами начала судорожно писать ему, но в итоге стерла сообщение, осознав его бесполезность. В гневе я смахнула пальцем его страницу и выключила свой телефон. В этот период я чувствовала себя так, словно прохожу через круги ада. Обернувшись теплым пледом и сидя в темноте, я молча смотрела в окно за движущимися по шоссе машинами. Казалось, в каждой машине, проезжающей по шоссе, сидели мужчины, спешащие домой к своим любимым женщинам. Я буквально утопала в нескончаемом потоке собственных размышлений и сомнений, час за часом погружаясь в самобичевание. Но внезапно, в самый разгар моих терзаний, меня вырвало из этого состояния сообщение, вспыхнувшее на экране телефона. С замиранием сердца я открыла телеграмм в глупой надежде увидеть сообщение от бывшего мужа, но обнаружила, что оно поступило по работе. Обычно меня приводит в раздражение, когда в вечернее время, находясь дома, меня отрывают рабочими вопросами. Однако на этот раз гнев моментально испарился, ведь важным было не содержание сообщения, а отправитель. Сообщение пришло от главного врача клиники, Алексея Дмитривича. Я задержала дыхание, читая его слова:"Лина , прости за позднее сообщение, надеюсь не разбудил. У меня сложилась ужасная ситуация. Завтра утром мне нужно быть на конференции, а я забыл флешку в клинике. Никто из руководства не отвечает, вся надежда на тебя. Давай встретимся, я отвезу тебя на машине. Мне кровь из носа она нужна". Меня охватило смущение и удивление. Хотя просьба и оказалась вполне объяснимой, она несомненно вывела меня из зоны комфорта, заставляя задуматься о готовности помочь в столь нестандартной ситуации. Несмотря на неожиданность, решение помочь Алексею Дмитриевичу далось мне легко. Я не могла оставить его в беде, к тому же признаюсь себе, что он мне был симпатичен. Эта внеплановая встреча, возможно, станет хорошим способом отвлечься от мрачных мыслей и разукрасить этот мрачный вечер чем-то неожиданным. Ответив на его сообщение согласием, я дополнила его своим адресом и отправила, готовая к новым поворотам событий. Его ответ не заставил себя долго ждать. Сказав, что будет у меня через пятнадцать минут, он застал меня врасплох. Как оказалось, он находился совсем близко. Время вдруг стало неуловимым, и каждая минута чувствовалась на вес золота. Я поспешно ринулась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Безмятежный вид и легкий макияж должны были скрыть мою тревогу под моей маской спокойствия. Неожиданные ситуации помогают иногда посмотреть на привычные вещи под другим ракурсом, и я надеялась, что этот вечер даст мне такую возможность. Звук сообщения заставил меня прервать свои мысли и взглянуть на телефон:

– Я подъехал, выходи, – уведомил Алексей Дмитриевич.

Улыбка сама собой появилась на моем лице, согревая меня изнутри и роняя отголоски уюта, будто бы одиночество, которое я ощущала, на миг отступило. Спешно накинув пуховик и схватив ключи от клиники, я почти вылетела из квартиры, забыв даже проверить, заперта ли дверь. Выходя на улицу, я ощутила, как прохладный ветерок, словно свежая струя, нежно обволакивает меня, мгновенно заряжая бодростью и повышая уровень адреналина в крови. Мое внимание тут же привлек черный мерседес, припорошенный снегом, но все же выделяющийся на фоне остального уличного пейзажа.

Этот черный мерседес, величественный и грациозный, словно отражал сущность своего владельца. Яркие фары, рассекающие снежную мглу, придавали ему особое обаяние, выделяя на фоне зимнего пейзажа. С каждым моим шагом сердцебиение учащалось, создавая внутри сладостное волнение. Я сразу догадалась, что это он. Алексей Дмитриевич, заметив меня, быстро вышел из машины, стремясь открыть мне дверь. Эта галантная манера поведения придавала ему еще больше обаяния. Несмотря на сильный снегопад и дикий холод, царивший вокруг, я едва замечала непогоду. Поздоровавшись, я села в машину. Когда я села в его машину, меня окутал аромат его парфюма и приятно звучащий джаз, создававшие романтичную атмосферу в салоне. Я сразу заметила идеальную чистоту, а телефон у руля, установленный на подставке, показывал маршрут к моему дому. Несмотря на тепло и уют в машине, мой адреналин не спадал, и сердце билось с бешеной скоростью, не позволяя спокойно вздохнуть. Сев за руль и закрыв на собой дверь, он поблагодарил меня за отзывчивость в важном для него вопросе. Я улыбнулась, заглядывая в его ярко-голубые глаза, и мой голос стал на тон нежнее и ласковее:

– Ничего страшного, Алексей Дмитриевич, всегда рада помочь.

Ответив мне улыбкой, он снял куртку и положил ее на заднее сидение, затем завел мотор и настроил маршрут до клиники. Нажав на педаль газа, мы устремились по заснеженной дороге. Я наблюдала за дорогой и машинами, мелькавшими мимо нас. Незаметно для себя я перевела взгляд на него. Его руки уверенно держали руль, излучая силу и мужественность, которые проникали в самое мое сердце. С ним я не ощущала того уюта и тепла, которые были с моим бывшим мужем. Вместо этого присутствовало особенное чувство – нечто манящее и притягивающее, что оказывало на меня почти магическое воздействие. В моменте я словно отключила разум, решив довериться этому новому ощущению. Джаз, доносившийся из колонок, приобрел особенную глубину, становясь гулким и обволакивающим, а атмосфера в машине становилась все более романтичной и таинственной. Казалось, каждая нота музыки усиливала эти чувства, и пространство вокруг нас преобразилось в уютный кокон, изолировавший от внешнего мира. Чуть растянув свой пуховик в машине от ощущения легкой жары, он бросил на меня серьезный взгляд и улыбнулся, в этом взгляде читалась не только серьезность, но и неподдельный интерес. Засмущавшись, я предложила открыть окно, чтобы впустить немного свежего воздуха, но его ответ был неожиданным для меня. Он сообщил, что отключив подогрев моего сидения, будет верным способом для решения этого вопроса. Вместо того чтобы настаивать, я подчинилась его убежденности. Чувствуя себя немного смущенной, словно глупая овечка в логове хищного льва, я осознала, как легко его уверенность могла управлять ситуацией. Его поступок был простым, но от этого не менее значимым, и я заметила, как похолодела не окружающая среда, а мои внутренние ощущения, отступая перед его авторитетностью. Краем глаза я случайно поймала его взгляд, который остановился на мне. Заметив это, он поинтересовался, как долго я работаю в клинике. Повернувшись к нему, я улыбнулась и, чуть собираясь с духом, сделала ему неожиданный комплимент, признав, что мой опыт работы несравним с его выдающимся стажем. Он, словно приняв мой ответ, с доброй усмешкой согласился, что его стаж действительно внушительный, и поделился, что его отец был выдающимся врачом, поэтому он пошел по его стопам. Посмотрев на меня, он добавил, что ему нравится менять людей в лучшую сторону. Эти слова затронули меня, несмотря на свою простоту. Что же на самом деле скрывается за фразой "менять людей "? Не дав себе времени на размышления, я ответила ему, что в фразе слышится некий оттенок эгоизма. Его лицо озарила легкая ухмылка, а затем, выдержав паузу, он спросил, чем плох эгоизм. На его вопрос я застыла, словно маленькая школьница, не сумевшая подготовиться к уроку. Он снова заставил меня почувствовать себя беззащитной и растерянной. В ответ я выбрала тактику игнорирования, надеясь, что тишина скажет больше, чем слова. Улыбка скользнула по его лицу, когда он осознал, что от меня ответа не дождаться, и он схватился за руль с чуть заметной грубостью. На его руках бурно вздулись вены, и я почувствовала, что я сижу рядом с самым властным мужчиной из всех, кого мне когда-либо доводилось встречать. Наконец, мы достигли клиники, и напряжение в воздухе, как будто, снялось, оставив лишь спокойствие перед неизвестным. Припарковавшись, он надел свою черную кожаную куртку и, с галантным жестом, открыл мне дверь, позволяя выйти из машины. Закрыв автомобиль, мы направились к клинике. Зайдя внутрь, в ожидании его у двери я оставалась в раздумьях о том, как много скрыто за его уверенным обликом. Выйдя из кабинета, он улыбнулся и, извлекая флешку из кармана штанов, с легкой иронией сообщил, что весь это время она находилась у него. В этот момент меня охватили смешанные ощущения – растерянность и искреннее удовольствие от его простоты. Этот банальный подкат, кажущиеся на первый взгляд незначительным, вдруг заставил меня почувствовать искру связи между нами. Улыбнувшись, я жестами показала ему "класс" и с легким юмором произнесла, что, раз так поздно, какой смысл мне уезжать, ведь можно остаться ночевать здесь, в клинике. Его ответ прозвучал немного строго: он напомнил, что даме не следует оставаться одной поздно ночью, а затем, с заботой, спросил, давно ли я ела. Я растерялась, словно маленькая девочка, и, смущенно кивнув, тихо призналась, что не голодна. Улыбнувшись, он предложил мне покинуть клинику. В этом мгновении, не задавая лишних вопросов, я быстро закрыла дверь, и мы направились к автомобилю. Дорога домой тянулась, как тонкая нить, связывающая реальность и мои мысли. Я смотрела на него, украдкой, стараясь не привлекать внимания, но каждый раз, когда, наши взгляды встречались, я чувствовала, как сердце внутри меня замирает на мгновение. Я ловила себя на желании, чтобы этот вечер длился как можно дольше. Однако, в глубине души, как темная туча нависала тревога. Завтра моя коллега проведёт очередную проверку по камерам, и я не могла отделаться от мысли, что она может увидеть нас вместе. Это смущало и вызывало неприятное чувство дурноты, хотя я понимала: ситуация была рабочей, и я никак не могла на неё повлиять. Вечер выдался настолько тяжёлым, что моя нервная система, кажется, просто решила взять паузу. После работы я была на грани, а неожиданная встреча с ним окончательно выбила меня из колеи. Видимо, мой организм решил просто отключить меня, чтобы я не сломалась окончательно. Лёгкое прикосновение пробудило меня, и, открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. Он смотрел на меня иначе, словно уже успел изучить каждую родинку на моем лице, пока я дремала. Засмущавшись от его взгляда, я выразила ему свою неловкость за неожиданный сон в его машине. Алексей с особой теплотой сказал, о том что, даже не хотел прерывать мой сладкий сон. Я приподнялась, стараясь привести сумбурные мысли в порядок. Голова была немного тяжелой, но я быстро пришла в себя. Оглядываясь вокруг, я попыталась сориентироваться в полумраке. Улица за окном была тихой, лишь редкие фонари отбрасывали мягкий свет на засыпанный снегом асфальт.

– Мы уже приехали, Алексей Дмитриевич? – спросила я, всё ещё чувствуя лёгкую слабость после сна. Он медленно кивнул, не сводя с меня глаз. Он улыбнулся, но в его глазах промелькнуло что-то неуловимое, словно тень давно скрываемой мысли.

– Тебя проводить?– предложил он, смотря на меня так, словно ожидая моего положительного ответа. Я слегка усмехнулась, вежливо отказав в его предложении, и поблагодарила его за заботу. Моя рука потянулась к ручке двери, но вдруг его пальцы резко сжали моё запястье. Я замерла, чувствуя, как его прикосновение будто обожгло мою кожу. Недоумённо глядя на него, я встретила его взгляд. Он был холодным, как лёд, но в то же время завораживающим, словно глубокий океан, в котором можно утонуть. На его губах играла та самая улыбка – знакомая, но теперь она казалась пугающе новой, словно за ней скрывалось что-то, о чём я не догадывалась.

– Вне работы ты можешь называть меня Лешей. Эта простая фраза словно парализовала меня. Мой язык будто онемел, а я сама почувствовала себя нелепо, как никогда раньше. В ответ я лишь кивнула, убрала руку и, выйдя из машины, пробормотала:

– Доброй ночи. Дверь начала закрываться, и в этот момент я заметила его взгляд. Строгий, пристальный, он будто пронизывал меня сквозь тишину. Сердце заколотилось с такой силой, что я едва могла дышать. Быстро направилась к подъезду, чувствуя, как его глаза следят за мной. Обернувшись у двери, я увидела, что его машина все еще стоит на месте. Казалось, он все равно провожал меня до дома. С приятной улыбкой на лице я открыла парадную дверь и скрылась с поле зрения Алексея. Утро на работе выдалось необычным. Наталья Юрьевна, наш начальник, собрала всю команду в переговорной. На большом экране транслировалась конференция Алексея Дмитриевича. Она сияла от гордости -ведь он представлял ее любимую клинику, и это было не просто выступление, а демонстрация успеха, в который она вложила столько сил. Я сидела в углу, стараясь быть незаметной, но мой взгляд сам собой притянулся к экрану. Алексей Дмитриевич говорил уверенно, его голос звучал четко и убедительно. Но я не слышала ни слова. Мои мысли были далеко – они возвращались к вчерашнему вечеру, к его фразе, к тому строгому взгляду, который будто прожигал меня насквозь, в экране он казался таким… недосягаемым. Его слова, жесты, даже улыбка – все это было частью его профессиональной роли. Но я знала, что за этим скрывается что-то большее. Что-то, что заставляло мое сердце биться чаще, а мысли путаться. Когда конференция закончилась, Наталья Юрьевна начала обсуждать детали, но я едва могла сосредоточиться. Мое внимание было приковано к экрану, где еще несколько секунд назад был он. И в этот момент я поняла, что избегать его больше не получится. Его образ, его голос, его взгляд – все это уже стало частью моих мыслей, и я не знала, как с этим справиться. Я решила ненадолго покинуть комнату переговоров, чтобы привести себя в порядок. Сердце бешено колотилось, а в голове царил хаос. В коридоре было тихо, только мягкий свет ламп на потолке создавал уютную атмосферу, но мне это не помогало. Я подошла к зеркалу в уборной и посмотрела на свое отражение. Лицо казалось бледным, глаза – слишком широко раскрытыми, будто я только что увидела что-то, что не могла до конца осознать.

– Возьми себя в руки, – прошептала я себе, сжимая пальцы в кулаки.

Но как? Как можно взять себя в руки, когда каждая клеточка тела будто вибрирует от его присутствия, даже если он сейчас далеко? Я плеснула холодной воды на лицо, стараясь привести мысли в порядок.

– Это просто коллега, – повторяла я себе. – Просто коллега, который случайно задел твои эмоции. Ничего больше.

Но почему-то эти слова звучали как самообман. В этот момент в уборную зашла Юля, моя коллега. Ее лукавая улыбка и подозрительный взгляд сразу выдали, что она что-то знает.

–Ну что, кто там у тебя "просто коллега"? – игриво спросила она, подмигнув. Давай, выходи быстрее, Алексей Дмитриевич с вкусняшками приехал. Мы все уже собрались, только тебя не хватает.

Посмотрев на ее пухлое, хитрое лицо я кивнула ей в ответ натянув на себя фальшивую улыбку, но внутри поняла, что Юля, скорее всего, с утра просмотрела камеры и теперь в курсе нашей ночной встречи с Алексеем. А тут я еще и сама выдала себя, размышляя вслух. Собравшись с духом, я выпрямила спину, натянула на лицо маску спокойствия и вышла из уборной. На удивление, Леша стоял на месте начальницы, и казалось, искал меня глазами. Когда я постучалась в дверь, взгляды всего коллектива устремились на меня. Я тихо зашла в комнату, опустив глаза, стараясь сделать все, чтобы не встретиться с его взглядом и не покраснеть при всех. Алексей поздоровался со мной, и я, смутившись, тихо ответила, опустив глаза. Но, подняв взгляд, снова почувствовала, как теряюсь под его строгим, властным взглядом. Он смотрел так, будто видел меня насквозь, и это заставляло меня нервничать. Улыбнувшись, он протянул мне небольшую коробку с аккуратно уложенными шоколадными тортиками.

–Попробуй, предложил он, слегка наклонив голову. Они действительно вкусные. Перед выходом нужно подкрепиться.

Подняв глаза наполненные шоком, я спросила его о том, куда нам нужно выходить.

Не дождавшись ответа Алексея, я взяла один из тортиков, чувствуя, как его шоколадная глазурь слегка тает от тепла пальцев. Отломив маленький кусочек, я попробовала его, и сладкий вкус мгновенно разлился по всему рту. Действительно, вкусно, – признала я, стараясь скрыть улыбку. Он наблюдал за мной, и в его глазах мелькнуло что-то теплое, почти одобрительное. Заметив, что Алексей молча стоял и внимательно наблюдал за каждым моим укусом торта, Наталья Юрьевна решила вмешаться в ситуацию. Она мягко, но уверенно взяла инициативу в свои руки, чтобы ответить на мой вопрос, словно стараясь разрядить натянутую атмосферу. Ее голос прозвучал спокойно и уверенно, словно она знала, как именно нужно поступить в этот момент. Она сообщила мне о том, что им нужен помощник. У Алексея Дмитриевича предстоит вылет на конференцию в другую страну. Он будет выступать от лица нашей клиники, и им необходим ответственный человек, который проконтролирует документацию и будет представлять нашу клинику. Я удивленно ухмыльнулась, чувствуя, как внутри все сжимается от неожиданности. Поблагодарив, я поинтересовалась почему выбор пал на мою персону, стараясь звучать уверенно, хотя внутри все переворачивалось. В этот момент я поймала взгляды девочек из нашего коллектива. Они смотрели на меня с едва скрываемой завистью. Они, наверное, и мечтать не могли о таком шансе -полететь куда-то с Алексеем Дмитриевичем. А тут я, вместо того чтобы с благодарностью принять предложение, еще и "выкобениваюсь" перед всеми. Улыбнувшись, Наталья Юрьевна приблизилась ко мне. Ее движения были плавными и уверенными, словно она чувствовала мое напряжение. Она бережно взяла мои потные от стресса ладони в свои, ее прикосновение было одновременно утешительным и ободряющим. Глядя мне прямо в глаза, она мягко, но твердо произнесла, что для нее эта встреча очень важна, и она хочет, чтобы на ней присутствовал ответственный человек. Ее слова прозвучали как доверие и напоминание о том, что она верит в меня, несмотря на мое волнение. Я кивнула, чувствуя, как небольшое напряжение внутри начинает отпускать. Возможно, все будет не так страшно, как мне казалось. С ним рядом, с его уверенностью и спокойствием, я чувствовала, что смогу справиться с чем угодно.

– Спасибо, – тихо сказала я, опуская глаза – И за тортик, и за доверие.

Отойдя от меня, Наталья Юрьевна с теплой улыбкой окинула взглядом весь коллектив. Ее голос, звучный и полный энергии, прозвучал так, что его услышали все:

– Коллеги, что сидим? Праздник – праздником, а пациенты по расписанию!

Эти слова словно встряхнули всех. В одно мгновение сотрудники дружно поднялись со своих мест и, как по невидимому сигналу, бросились выполнять свои обязанности. Наш коллектив был как единый, слаженный механизм, где каждый винтик знал свое место и работал с полной отдачей. И все это благодаря Наталье Юрьевне, которую мы искренне уважали и ценили за ее мудрость, решительность и умение вдохновлять нас даже в самые напряженные моменты. Она была строгим, но справедливым начальником. Однако мы все замечали в ней один недостаток. Наталья Юрьевна требовала порядка и идеальности во всем. Тем не менее она всегда была готова помочь и понять, поэтому я так долго работаю в этой клинике ощущая себя частью большой семьи. Когда кабинет покинул последний ассистент, Наталья Юрьевна вручила мне документы, касающиеся клиники, и попросила беречь их как зеницу ока. Я кивнула, взяла их и прижала к груди, подняв взгляд на Алексея. Его глаза по-прежнему оставались строгими, но я заметила лёгкую улыбку, тронувшую его губы, – такую знакомую и родную. Грубоватым тоном, в манере, напоминающей приказ, он поручил мне отнести документы в его машину и ждать его там. Я попрощалась с Натальей Юрьевной, вышла из кабинета и оставила их одних. Проходя мимо ресепшена, я схватила свою сумку и выдернула зарядку для телефона из розетки. В тот момент, когда я проверяла, не забыла ли я чего-нибудь, навстречу мне вышла моя коллега Юля с едва заметной, но явно завистливой улыбкой.

– Ну что, улетаешь всё-таки? – спросила она, глядя на меня с лёгкой иронией.

Я подошла к ней, поцеловала ее в щёку задав ей встречный вопрос :

– А разве у меня был выбор?

Её улыбка мгновенно исчезла, и она, сдержанно пожелала мне хорошего полёта, отойдя в сторону. Я улыбнулась, взяв сумку и направилась к машине Алексея. Бегом по холодной улице, с руками, занятыми папками, набитыми до отказа документами, я добралась до машины. Попытавшись одной рукой открыть дверь, я не смогла удержать равновесие, и папки нелепо выскользнули из моих рук, рассыпавшись по снегу. Не теряя ни секунды, я резко опустилась на колени и начала судорожно собирать их, ругая себя за такую беспечность. В голове, как навязчивый мотив, звучали слова Натальи Юрьевны: «Храни их как зеницу ока». Я ещё даже не успела толком выехать из клиники, а уже умудрилась всё испортить. Собрав на коленях в снегу почти все промокшие от снега документы, я потянулась за последним листом, но мой гнев на себя внезапно сменился испугом, когда моя рука случайно коснулась чужой. Резко отдернув её, я подняла глаза и увидела перед собой Алексея, сидящего на корточках. В его руке был тот самый последний документ. Он заботливо спросил меня не ушиблась ли я. Расстроено ответив ему отрицанием и выразив свое беспокойство о произошедшей ситуации я, почувствовала, как на щеках разливается краска стыда. Улыбаясь, он протянул мне руку, чтобы помочь мне подняться. Я улыбнулась в ответ, поблагодарила его и взялась за его массивную, тёплую ладонь. В этот момент время будто остановилось. Лёгкий ветер играл моими светлыми локонами, а я, словно заворожённая, смотрела в его голубовато-серые глаза, такие глубокие и спокойные. Алексей слегка потянул мою руку вверх, помогая мне встать на ноги. Я начала отряхивать снег с одежды, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди. С документами в одной руке я направилась к его автомобилю. Уже прикоснувшись к дверной ручке, я почувствовала лёгкое прикосновение Алексея к своей спине.

–Зачем открывать дверь самостоятельно, если рядом есть мужчина?– вежливо произнёс он, его голос звучал мягко, но с ноткой игривости.

Аккуратно отодвинув мою замерзшую от снега руку, он открыл для меня дверь. Присев на пассажирское место я послушно стала ждать Алексея. Алексей сел за руль, завёл мотор и начал настраивать маршрут до моего дома.

– Ну что, пора в путь за вещами, – сказал он, и мы тронулись с парковочного места у клиники. В машине, как всегда, играл джаз, но я едва могла сосредоточиться на музыке. Мой организм был истощён от всей этой суеты, и я давно забыла, что значит нормально и полноценно поесть. Внезапно приятную мелодию прервало громкое урчание моего живота. Я смущённо отвернулась к окну, чувствуя, как щёки приобретают яркий красный цвет.

– Я понимаю, что не тактично обращать внимание на такие моменты, но ты не голодна? – заботливо спросил он, его голос звучал мягко и с ноткой беспокойства. Я повернула голову на него и честно призналась в том, что один кусочек торта был единственным моим приемом пищи за сегодня. Алексей удивлённо поднял брови и резко повернул руль, направляясь в сторону ближайшего ресторана. Я не стала его останавливать, потому что безумно хотела есть, да и в глубине души понимала, что это было именно то, что мне сейчас нужно. Подъехав к ближайшей забегаловке, Алексей приспустил окно и уточнил у меня, что я буду есть. Я попросила заказать капучино и куриный бургер. Высунувшись немного из окна, он сделал для нас заказ и мы направилась к стойке выдачи заказов. Взяв пакет с едой, он положил мне его на колени и начал парковать автомобиль у ресторана быстрого питания. Припарковавшись, я сразу кинула свой взгляд во вкусно пахнувший пакет с едой, и искала свой бургер. В пакете было куча картошки, соусов и стрипсов. Алексей достал себе лишь один кофе из пакета, пожелав мне приятного аппетита, и сказал, что это все для меня. Мне было очень приятно от его проявленной заботы, по отношению ко мне.

– Спасибо большое Леш, да не нужно было столько брать – вежливо я ответила ему. Улыбнувшись, он сделал глоток кофе и взял свой телефон, чтобы ответить на сообщения в телефоне. В течении дня ему приходило много звонков и сообщения , ведь он востребованный специалист своего дела и проводит лечения серьёзным людям. Доев, я аккуратно сложила мусор обратно в пакет. Заметив шуршание пакетом, Лёша спросил о моем самочувствии.

Улыбнувшись, я ответила ему:

– Мне стало немного лучше, спасибо тебе большое.

Алексей забрал пакет с моих ног и положил его на заднее сидение автомобиля. Выставив маршрут до моего дома, он завёл мотор, и мы направились к моему дому. Время поездки до моего дома так быстро прошло, что я очнулась уже от своих мыслей почти уже у моего дома.

– Ну что, приехали – сказал он и стал открывать свою дверь.

В моменте я обратила его внимание на себя, задав вопрос.

– Леш, ты куда? Открыть мне дверь?

Ухмыльнувшись, он ответил:

– Как быстро учится дама принимать мужскую помощь – подметил Леша – конечно, открыть дверь и после кофе хотелось бы стакана воды, если ты конечно не возражаешь.

Я была слегка озадачена его просьбой. Мы ведь не договаривались об этом, да и дома у меня царил легкий хаос. Однако отказать человеку, который просто попросил стакан воды, я не смогла. Вежливо кивнув ему в ответ слегка с озадаченным видом, мы принялись покинуть автомобиль. Выйдя во двор моего дома, Алексей обратил внимание на красоту моего района. Он поинтересовался, давно ли я живу здесь. Посмотрев на него я ответила согласием и поделилась с тем, что люблю гулять в одиночестве после тяжелого дня по безлюдной набережной и смотреть на застывшую от льда реку. Эта река напоминала мне в чем-то мою жизнь, такая же безжизненно замороженная временем, ожидающая теплого лучика света. Алексей поддержал меня, сказав о том, что прогулки будто очищают голову и дают возможность побыть наедине с собой. Это как маленький шанс на побег от вечной суеты. Мою душу тронула его фраза, ведь я поняла, что мы понимаем друг друга. Подойдя к подъезду, я достала из сумочки ключи и приложила брелок к домофону. Алексей галантно открыл мне дверь, и мы направились к лифту. К нашему удивлению, лифт уже ждал на первом этаже, и мы зашли внутрь, не теряя ни секунды. Поинтересовавшись на каком этаже я живу Алексей нажал нужную кнопку, а затем с загадочной улыбкой спросил:

–Хочешь удивиться, Лин?

Я кивнула, с любопытством глядя на него. Он сказал, что живет на сто восьмом этаже. Мои глаза наполнились страхом, и я удивленно спросила его: не боится ли он такой высоты?

– А чего ее бояться?– с легкой ухмылкой спросил он меня.

– Ну не знаю… Страшно упасть, наверное, – промолвила я, чувствуя, как мой голос звучит немного неуверенно.

– Страшно не упасть, а не подняться вовремя, – с улыбкой сказал Алексей.

– Где-то я видела такие цитаты в пабликах соцсетей, – ответила я, стараясь добавить в тон нотку юмора. Он посмотрел на меня с легкой ухмылкой и достал телефон. Мне вдруг стало немного стыдно за свой тон. Возможно, я ответила ему слишком легкомысленно, подумала я, чувствуя, как на щеках появляется легкий румянец. Казалось, будто мы и правда едем на сто восьмой этаж – время тянулось так медленно из-за неловкого молчания, которое повисло между нами. Наконец, лифт остановился на моем этаже, и мы направились к квартире. Я открыла дверь, жестом приглашая Алексея войти, и вежливо предложила налить ему воды. Отказавшись от моего предложения, он присел, показывая всем своим видом, что будет ждать меня в прихожей. Я уже складывала последнюю кофту в чемодан, когда меня отвлек голос Алексея с просьбой подойти к нему. Бросив все, я поспешила к нему, услышав его просьбу воспользоваться моей уборной комнатой. В миг в голове пронеслись картины беспорядка, который царил в ванной: фен, брошенный на полу, полотенца, разложенные на унитазе, и косметика, разбросанная по стиральной машине. Утром я всегда куда-то спешила, и такие «мелочи» просто не успевали меня волновать.

– Одну секунду, – смущенно ответила я и ринулась в уборную, чтобы хоть немного привести всё в порядок. Пока Алексей ждал, я нервно поправляла полотенца и сдвигала косметику в сторону, стараясь сделать вид, что так и было задумано. Вернувшись к чемодану, я снова погрузилась в свои мысли. «Что он подумает обо мне? Какая я хозяйка?» – крутилось у меня в голове, пока я застегивала замок на чемодане. Выйдя из комнаты, я направилась в прихожую, чтобы надеть куртку и поскорее покинуть свою неубранную квартиру. В голове крутились мысли о беспорядке, который он мог увидеть, и мне хотелось поскорее оказаться за дверью. Алексей вышел из уборной и, увидев меня в куртке, спросил:

– Мы уже выходим? Его глаза светились какой-то непонятной надеждой, которая меня одновременно смущала и пугала. Я не могла понять, что он имел в виду, и потому, стараясь сохранить спокойствие, вежливо спросила:

– Тебе что-то нужно? Может, налить воды?

Он улыбнулся, отказавшись от моего предложения, и стал надевать свою кожаную куртку. Сделав шаг к двери, чтобы освободить ему место в прихожей в моей голове не переставал крутиться один и тот же вопрос: «Зачем он вообще приходил? Может, ему действительно нужно было в уборную, и он просто тактично попросил воды? Но я ведь даже не слышала, чтобы он спускал воду странно.» Покинув мою квартиру, Алексей спросил: взяла ли я все нужные документы с собой. Я подтвердила, что всё при мне, и, закрывая дверь, бросила последний взгляд на свою квартиру. Мы сели в машину и направились в аэропорт. Погода, казалось, решила подстроиться под мое настроение – с каждым часом она ухудшалась. В машине по-прежнему царили тепло и уют, а из динамиков лился его любимый джаз. Мелодия создавала расслабляющую атмосферу, но мои мысли были заняты другим. Я вдруг резко задалась вопросом, в какую страну мы вообще держим путь, и решила уточнить этот момент у Алексея. Посмотрев на меня, с полной уверенностью в глазах он сказал, что мы летим в Швейцарию, и нас ждут серьезные партнеры, с которыми нужно обсудить важные вопросы. Если всё пройдет по его плану, то наша клиника выйдет на новый уровень в нашей стране. Я восхищенно вздохнула:

–Швейцария? Как здорово! Я видела в сторис – там такие красивые места, где можно погулять и по фотографироваться.

Улыбка Алексея слегка изменилась, приобретя легкий оттенок иронии. После небольшой паузы он с насмешливой ноткой в голосе ответил:

–Да, Линочка, ты у нас красивая дама.

Его слова тронули меня до глубины души, но в то же время вызвали легкое смятение. «Что я снова сказала не так? – подумала я. – Может, это был просто банальный комплимент, неуместный в данном разговоре? Или я не поддержала его должным образом?» Я отвернулась к окну, устремив взгляд на мелькающие за стеклом дома и деревья. Мысли крутились в голове, не давая покоя. Почти всю оставшуюся дорогу я размышляла над его словами, пытаясь понять, что же он на самом деле имел в виду. Эта фраза, как назойливая мелодия, крутилась у меня в голове, не давая покоя. Она звучала снова и снова, словно застрявший на репите трек, от которого невозможно избавиться. Вопросы, которые разрывали меня изнутри, становились невыносимыми, и я, наконец, набравшись смелости, я решилась уточнить у него – что он имел в виду. Ковыряя пальцем кожу на руле, Алексей на секунду оторвал взгляд от дороги, уточнив, о чем я спрашиваю. Я уже открыла рот, чтобы подробнее объяснить, о чём речь, но в этот момент раздался звонок. Это была наша начальница клиники, Наталья Юрьевна. Алексей, извинившись, поднял трубку и переключился на разговор в начальницей. Я молча наблюдала за ним, стараясь уловить каждое слово из их разговора.

–Да, Наталья Юрьевна, мы уже подъезжаем. Документы в порядке, я вам перезвоню, как будем на месте. Хорошего дня.

Закончив разговор, он положил телефон обратно и, вздохнув, произнёс:

– Ох, наша Наталья Юрьевна… Наталья Юрьевна.

Я снова повернулась к окну, стараясь скрыть своё смятение. Заметив, что мы уже подъезжаем к аэропорту, я почувствовала, как сердце забилось чаще. Мысли о его словах всё ещё не отпускали меня, но теперь к ним добавилось лёгкое волнение от предстоящего путешествия.

Глава 3

Припарковавшись на платной стоянке у аэропорта, мы взяли наши вещи и направились к стойке регистрации. После быстрого прохождения паспортного контроля Алексей предложил зайти в кафе и перекусить перед полетом. Я согласилась, и мы зашли в уютное кафе с мягким светом и приятной атмосферой. Заказав кофе и десерт, мы устроились за столиком в ожидании нашего рейса. Бросив взгляд на мой клубничный десерт, он сделал мне комплимент, обратив внимание на то, что у меня хороший вкус.

– Спасибо, Леш, – улыбнулась я. – Хотя, честно говоря, я обычно не ем такие дорогие десерты.

Он с интересом поднял бровь:

–А что ты обычно предпочитаешь?

Оторвав глаза, от моего клубничного десерта набитыми сливками, я ответила:

–Я люблю чак-чак, это такие хлебцы в меде – добавив, что мне нравится такой десерт, из-за обилия в нем меда. Мед будто делает мою жизнь чуточку слаще.

Алексей усмехнулся и, взяв стакан кофе, сделав глоток, он сказал:

– И мед горчит, когда его много.

Его слова прозвучали с легкой иронией, и он перевел взгляд на людей, проходящих мимо нашего столика. У меня возникло странное ощущение, будто он ведет какой-то марафон интеллектуальных высказываний или просто перечитал слишком много цитат из соцсетей. Моё настроение снова слегка пошатнулось, и я решила уйти в себя, уткнувшись в телефон и листая сторис знакомых. В этот момент диктор объявил о начале посадки на наш рейс. Мы собрали вещи и направились к пропускному пункту. Остановившись перед контролем, Алексей повернулся ко мне и протянул руку с авиабилетом:

– Держи свой лотерейный билет.

Я молча взяла билет и, не дожидаясь его, пошла к пропускному пункту. В голове снова закрутились мысли: «Опять его коронная фраза… Лотерейный билет? Что в нём такого лотерейного? Разве что то, что я лечу с ним?» – размышляла я, стоя в очереди и стараясь не показывать своего раздражения. Когда мы подошли к самолету, стюардесса проверила наши билеты и с улыбкой пригласила занять свои места, пожелав приятного полета. Поднявшись на второй этаж, я с удивлением обнаружила, что мы летим бизнес-классом. Моё настроение мгновенно улучшилось – это был мой первый полёт в таком комфорте. Я всегда избегала больших скоплений людей, а здесь, в бизнес-классе, кроме нас, никого не было. Алексей вежливо положил мою сумку в бардачок и жестом пригласил занять место. После инструктажа стюардесса попросила всех пристегнуть ремни и приготовиться к взлёту. Моторы самолёта завелись с мощным рокотом, и я буквально почувствовала эту силу всем телом. Когда самолёт начал разгоняться по взлётной полосе, а затем резко поднялся в небо, меня охватил лёгкий страх. Это был мой первый полёт, и я невольно схватилась за руку Алексея.

– Ты чего, Линочка? Переживаешь? – спросил он, сжимая мою ладонь чуть сильнее.

– Да, это мой первый полёт, – призналась я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Он улыбнулся, но в этот момент к нам подошла стюардесса с предложением заказать различные закуски и напитки. Алексей посмотрел на меня, давая понять, что я могу выбрать первой. Я вежливо попросила принести мне апельсиновый сок и сендвич с курицей. Приняв мой заказ стюардесса переключила внимание на Алексея, уточняя готов ли он сделать заказ.

– Американо, спасибо, – коротко ответил Алексей.

Приняв наш заказ, стюардесса направилась в комнату персонала. Алексей повернулся ко мне с лёгкой улыбкой и в шутливой манере спросил:

–Ты у нас, оказывается, любитель курочки?

Кивнула в ответ, я повернула голову к окну. За стеклом открывался потрясающий вид: бескрайнее небо, усеянное пушистыми облаками, которые казались такими близкими, будто до них можно было дотронуться рукой.

–Боже, какое красивое небо, Леш! Посмотри на эти облака, – восхищённо прошептала я. Они словно созданы для того, чтобы ими любоваться. Наш самолёт будто летел в самое прекрасное место на земле. Лучи солнца мягко обволакивали облака, придавая им объём и невероятную лёгкость.

–Да, действительно красиво, – согласился Алексей, но его взгляд был направлен не на небо, а на моё лицо.

Заботливо он предложил мне немного поспать, чтобы набрать сил после тяжелого дня. Я послушно кивнула. Он был прав – за день я пережила столько эмоций, что усталость начала брать своё. Закрыв глаза, я почувствовала, как моя голова слегка склонилась на его крепкое плечо. Чувство спокойствия и уюта окутало меня, и я незаметно для себя уснула, даже забыв о своём заказе. Это ощущение безмятежности длилось ровно до того момента, как самолёт резко тряхнуло. Открыв глаза, я увидела, как стакан моего апельсинового сока опрокинулся со столика, а самолёт начало сильно трясти. Сердце заколотилось, и я, не скрывая тревоги, спросила его, что происходит. Алексей, сохраняя спокойное выражение лица, мягко ответил мне, что это небольшая турбулентность и не стоит волноваться. Я попыталась успокоиться, села прямо и крепко схватилась за подлокотники, ожидая, когда тряска закончится. В этот момент вышла стюардесса и, стараясь говорить максимально уверенно, попросила всех пристегнуть ремни и сохранять спокойствие.

– Леша, всё точно в порядке? – снова переспросила я, чувствуя, как тревога нарастает, сжимая мое сердце.

– Успокойся Лина и пристегни ремень, пожалуйста – сказал он, слегка сжав мою руку.

Но самолёт начало трясти ещё сильнее, и меня охватила настоящая паника. Я посмотрела в окно и увидела, как крыло самолёта болталось так сильно, что это напоминало лодку, бьющуюся о скалы. Моё сердце бешено колотилось, а лицо Алексея, обычно спокойное, теперь тоже выражало тревогу и недоумение. Не справившись с паникой, я крикнула стюардессе, которая еле держалась на ногах от тряски с вопросом о том, что происходит. В этот момент самолёт резко накренился носом вниз. Давление изменилось так быстро, что уши заложило дикой болью.

– Сгруппируйтесь, сгруппируйтесь!

Голос стюардессы звучал как эхо в замкнутом пространстве салона, её движения были резкими, но чёткими, словно она отрабатывала этот сценарий сотни раз. Но для меня это был не сценарий. Это была реальность, в которой я оказалась беспомощной. В панике я начала молиться, слова вырывались из глубины души, как последняя надежда:

– Боже, спаси и сохрани нас! Страх сжимал горло, а мысли о смерти, которые я всегда отгоняла как что-то далёкое и невозможное, теперь казались единственной реальностью.

– Почему я? Почему именно я? Зачем я вообще согласилась на эту поездку? – кричала я, не в силах сдержать истерику.

Вопросы, на которые не было ответов, звучали в моей голове, смешиваясь с гулом двигателей и тревожными голосами вокруг. Алексей, увидев мою истерику, резко схватил меня с такой силой, что у меня перехватило дыхание.

–Не переживай, Лина, я рядом, его голос звучал громко, перекрывая шум, и он прижимал мою голову к своей груди. Я закрыла глаза, прижавшись к нему, и сквозь слёзы прошептала ему, что он самый сильный мужчина из всех, кого я встречала в жизни. В момент сильного удара самолёта я в панике открыла глаза и увидела Алексея, спокойно сидящего рядом. Мои руки дрожали от пережитого стресса, я не могла до конца понять, где нахожусь. Взяв стакан апельсинового сока, я сделала глоток, ведь мое горло пересохло от ужаса. Выпив сок, я посмотрела на улыбающегося Алексея. Он придвинулся ко мне ближе и с лёгкой усмешкой спросил:

– Кто там у тебя самый сильный мужчина?

Я выдохнула, стараясь скрыть смущение. Но я не ответила. Вместо этого я посмотрела в окно, где за стеклом расстилалось бескрайнее небо, и подумала о том, как странно устроена жизнь. Мы боимся смерти, но именно в её тени начинаем ценить каждое мгновение, каждое слово, каждое прикосновение. Лениво потягиваясь и чувствуя, как постепенно возвращаюсь к реальности после глубокого сна я спросила Алексея сколько по времени нам осталось лететь. Он моментально взглянул на часы, его движения были точными и уверенными, как всегда и ответил, что нам осталось лететь примерно тридцать минут.

– Ого, я проспала почти весь полёт, – с лёгкой улыбкой сказала я, стараясь добавить в голос нотку самоиронии. Наверное, я так себе собеседник.

Он мягко приобнял меня одной рукой, и сказал с особой теплотой в голосе, что мне нужно было набраться сил и отдохнуть. В этот момент я почувствовала себя, наверное, самой счастливой девушкой в этом самолёте. Я положила голову на его плечо и придвинулась ближе. Его рука обнимала меня так крепко, что я ощущала себя под защитой самого сильного мужчины, и это чувство было невероятно приятным. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности, словно весь мир, со всеми его тревогами и неопределённостями, остался где-то далеко. Тридцать минут пролетели незаметно, как миг между сном и явью. Вдруг стюардесса снова появилась в проходе и попросила всех пристегнуть ремни для снижения. Я послушно выполнила её просьбу, но, когда самолёт начал аккуратно снижаться с лёгкой тряской, моё сердце снова заколотилось. Пережитый ранее страх вернулся, и я инстинктивно схватилась за руку Алексея, закрыв глаза. Он сжал мою руку сильнее, и это придало мне уверенности. Его спокойствие было словно якорь, который удерживал меня в этом море тревог. Когда самолёт наконец коснулся земли, весь салон взорвался аплодисментами в адрес пилотов. Я, улыбаясь, присоединилась к этому ажиотажу, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Дождавшись полной остановки, мы покинули свои места и направились к выходу.

«Ну вот, я в другой стране, – подумала я, чувствуя, как меня переполняют эмоции. – Это новое место, новые впечатления, и всё это только начинается.» Меня охватило чувство новизны, как будто я открыла новую главу в своей жизни. Всё вокруг казалось другим – воздух, звуки, даже свет. Наконец я оторвалась от скучной рутины своих будней, и моя жизнь заиграла новыми красками. Казалось, будто я вышла из тени и увидела мир в его настоящем свете- ярком, насыщенном, полном неизведанного. Пройдя повторный паспортный контроль вместе с Алексеем, мы направились к водителю, который уже ждал нас у выхода. Алексей, как всегда, был галантен: он открыл мне дверь машины, помог сесть и передал наш багаж водителю. Я пристроилась на заднем сиденье и с интересом уставилась в окно, разглядывая новую страну. Каждый дом, каждое дерево, каждый прохожий казались частью чего-то большего, чего-то, что я ещё не до конца понимала, но уже чувствовала всем сердцем. Однако моё увлекательное наблюдение прервало лёгкое прикосновение Алексея к моей руке. Я засмущалась, ведь для меня это было не просто жестом – это был знак, символ, который заставил моё сердце биться чаще. Обернувшись к нему, я улыбнулась и сжала его руку в ответ. Его большой палец нежно гладил моё запястье, будто пытаясь успокоить, передать тепло и уверенность. В этот момент всё вокруг – новая страна, незнакомые улицы, чужие лица – словно растворилось. Всё моё внимание было приковано к нему. Его присутствие, его прикосновение, его спокойствие стали для меня центром вселенной. Я ловила себя на мысли, что иногда самые важные моменты жизни происходят не в грандиозных событиях, а в таких вот тихих, почти незаметных жестах.

–Лин, ты же знаешь, что мы будем жить в одном номере? – спросил Алексей с лёгкой усмешкой, словно проверяя, как я отреагирую на эту новость.

Я удивлённо посмотрела на него и отрицательно покачала головой. К такому повороту событий я точно не была готова.

– Меня никто даже не предупредил об этом, – с лёгкой долей эмоций в голосе сказала я. – Где же мы будем спать?

Он рассмеялся, но в его глазах читалась лёгкая неловкость.

– На кровати, Лин, где ещё?– ответил он.

Чувствуя как мои щеки снова начинают гореть от смущения я неуверенно пробормотала себе под нос, что ситуация складывается странным образом. Алексей подвинулся ко мне ближе, его ладонь мягко прикоснулась к моей щеке. Он сказал что, если ситуация меня беспокоит, он решит вопрос и меня заселят в отдельный номер. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением, и лишь нежно прошептала в ответ что-то невнятное. Его забота и внимание трогали меня до глубины души, но в то же время я чувствовала себя немного растерянной.Наша поездка подошла к концу. Выйдя из машины, я ощутила лёгкий ветерок, который играл с моими волосами. Взявшись за руки, мы с Лешей направились к отелю. Подойдя к ресепшена, Алексей галантно повернулся ко мне, спросив бронировать ли ему второй номер для меня. Мои губы сжались, и в ответ я быстро кивнула, уводя глаза в другую сторону. Я не могла позволить себе жить с ним в одном номере, тем более спать на одной кровати. Это было слишком лично, слишком близко. Алексей улыбнулся, как будто понимая мои мысли, и обратился к администратору, чтобы забронировать для меня отдельный номер. Взяв ключи, мы направились к лифту. Поднявшись на нужный этаж, он протянул мне буклет из ресторана отеля и сказал, что будет ждать меня там в восемь часов вечера. Я улыбнулась, аккуратно взяв буклет уже пленяя надеждой на романтическое свидание. Но его следующая фраза мгновенно вернула меня к реальности, ведь он попросил взять с собой те самые важные документы. Мой романтичный настрой треснул, как тонкое стекло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.