# Система: Перерождение. Часть 1

Sia Tony

Аковам поглощен хаосом. Демоны держат город в страхе и служители правопорядка перед ними бессильны. Астеллия, будущая студентка государственной академии, мечтает о спокойной и тихой жизни. Но есть проблема – она демон.

Ее тайну раскрывает Лириадор, чья миссия – расследовать таинственные убийства, случайной свидетельницей которых становится очаровательная Стелли. Лир предлагает ей защиту, но на самом деле видит в девушке лишь приманку.

Все планы рушит внезапное взаимное притяжение. Но расплата за влюбленность против законов и правил мироздания не заставит себя ждать. Теперь Лир и Стелли должны выбрать: пойти на риск или расстаться навсегда…

"Система: Перерождение" можно читать в качестве продолжения основной трилогии СИСТЕМЫ или отдельно, как совершенно новую книгу!

> Что нужно знать, прежде чем браться за чтение?

> 1. Книга «Система: Перерождение» открывает новый и ключевой цикл «СИСТЕМЫ». Пришло время раскрыть тайну, которую я не могла озвучить несколько лет: «Трилогия «Эксперимент», «Искушение» и «Искупление» – приквел основной истории!». Главная линия и истинный финал всей «СИСТЕМЫ» будут раскрыты именно здесь!

> (Конечно, эту книгу можно читать и в качестве продолжения)

> 2. События описанные в тексте происходят незадолго ДО финала "Система: Искупление"

> (третьей части трилогии)

> Основные тропы:

> • СлоуБёрн

> • Лёгкий юмор

> • Запретная любовь

> • Вынужденное доверие

> • Амбивалентные чувства

> • Вынужденное сожительство

> • Любовь против законов и правил

> • Выбор между долгом и свободой

> • Уязвимая главная героиня

> • Строгий главный герой

> • Горячие сцены 18+

## ПЕРЕД ПРОЧТЕНИЕМ:

Дорогой читатель,

Добро пожаловать в созданный мною альтернативный мир, в котором Земля пережила всемирную катарстрофу, а по ту сторону от Солнца процветает еще одна планета – Верум. Там живут такие же люди как мы с вами, но им неведом голод, болезни и финансовые трудности. А все благодаря искусственному интеллекту, что носит название СИСТЕМА. Её тщательный присмотр обеспечивает порядок, стабильность и… тотальный контроль.

История Лира и Стелли берет свое начало далеко от идеального мира Верума – на Земле. Благодаря чему, вы узнаете: могут ли два влюбленных сердца сопротивляться законам мироздания, какая катастрофа произошла на Земле, входит ли любовь в планы СИСТЕМЫ и какие серкреты хранит Верум на Земле.

Эта история – о мире, в котором любовь требует свободы. Мои герои далеки от идеала, а законы их реальности суровы и несправедливы. Несмотря на это, я хотела показать: люди, которые влюбляются вопреки всему – на самом деле, просто хотят быть собой.

Я написала эту книгу для вас, чтобы напомнить: наши чувства – не уязвимость, а сила, без которой нашим мечтам не суждено осуществиться. Надеюсь, моя история откликнется в вашем сердце, и вам будет очень интересно узнать продолжение!

Добро пожаловать в СИСТЕМУ. Здесь ничто не случайно. Даже вы, держащий эту книгу в руках ♥

## Глава 1

Лириадор:

– Добро пожаловать домой.

Мои слова слабым эхом отразились от глянцево-белых стен прихожей. Мягкое золотистое свечение встроенных в потолок панелей стало ярче, как только за моей спиной закрылась дверь.

Я снял ботинки и бросил их в модуль для очистки, который автоматически выехал из стены. Туда же последовал экзомундир, который служил частью моей униформы всю прошлую неделю.

Стоило коснуться голографического интерфейса, чтобы отключить функцию, которая после стерилизации покрывает вещи защитным слоем, как раздался голос Системы:

– Офицер, не забудьте о модульной броне.

– Точно.

Пару щелчков, и элементы из лёгкого, но прочного сплава тоже отправились на очистку.

С одной стороны, Система была отличным компаньоном: верумианский искусственный интеллект никогда не подводил. Ни на службе, ни в быту. Она была безупречной – предугадывала желания, экономила время, даже голос подбирала такой, что хотелось слушать. А с другой – это липкое ощущение чужого взгляда не давало вздохнуть. Хоть на секунду бы снять этот невидимый ошейник, чтобы почувствовать себя свободным.

Мне стоило воспринимать её подсказки за проявление заботы, но каждый раз, слыша её голос, я вспоминал, как легко она может превратить заботу в приказ, от которого нельзя отказаться.

– Рада приветствовать вас дома. Я активировала ваш любимый цикл покоя, – мягко предложила Система, когда я шагнул в сторону холла. – Помимо процедуры декомпрессии и гидротерапии, я бы порекомендовала сеанс визуальной медитации.

Усмехнувшись, я направился в рабочий кабинет.

– Я ведь успел произнести всего лишь одно слово. Неужели, его было достаточно, чтобы ты измерила уровень моего стресса?

– Вам ни к лицу эмоциональное выгорание.

Отключив зону когнитивной стимуляции, что тут же погасшую под ногами, я приглушил освещение и активировал капсулу для мышечной релаксации. Роботизированные манипуляторы взялись за дело, как только я опустился в кресло. Из подлокотников мягко выдвинулись тонкие хромированные элементы, гибкие, как змеи. Они скользнули к плечам, обхватили их и начали медленно разминать зажатые мышцы.

– Я вполне доволен своей жизнью, – тихо пробубнил я себе под нос, осматривая очередное пустующее помещение.

Идеальная, почти стерильная чистота, отсутствие личных вещей на видимых местах и выключенная фильтрация воздуха говорили о длительности моего отсутствия в апартаментах.

А ведь это место должно было стать мне родным. Жаль, что оно так и не смогло подарить ни одного тёплого воспоминания. А ведь когда-то я мечтал, об этих стенах. Верил, что они станут моим убежищем. Неужели, дело не в окружающей обстановке? Может, проблема была не в апартаментах, а в том, что я сам разучился чувствовать себя дома где бы то ни было.

Голос Системы раздался прямо в моей голове:

– Интегратор позволил обновить информацию о состоянии вашего здоровья, благодаря чему я и решила предложить вам внести немного разнообразия в привычный вам цикл покоя.

Вместо того чтобы расслаабиться, мышцы снова напряглись. Сколько раз я уже себе обещал вырвать с корнем этот чип, вживлённый прямо в мозг? Если бы не его стратегическая ценность, я бы уже давно отправил этот имплант в плавильную камеру.

Я предпочёл промолчать.

Но, несмотря на воцарившуюся тишину, я всё равно продолжал чувствовать чужое присутствие. Систему нельзя отключить. Можно лишь создать иллюзию уединения.

Взглянув на часы, я улыбнулся и коснулся панели у подлокотника. Мгновение и передо мной активировалась миниатюрная фигурка Зоэль.

– Как поживаешь? Давно не виделись, – спросил я, подметив чрезмерную радость в собственном голосе.

– Брат, ты не совсем вовремя, – тихо ответила моя младшая сестра, пригнувшись и прикрыв лицо. – Сейчас церемония незабытых песен. Если жрица увидит, что я отвлеклась, мне влетит!

Пытаясь выглядеть удивлённым, я поднял брови.

– Лучше спой мне, чем фанатикам, которые ходят к вам из странных личных побуждений.

– Лир, это не смешно. – Послышалось фырканье и связь тут же прервалась.

Я усмехнулся и прикрыл глаза рукой.

Даже пары её фраз было достаточно, чтобы почувствовать облегчение – у сестры всё хорошо. Увидеть недовольство на любимом личике, которое обычно сияет приветливостью, было чертовски умилительно.

Только с ней я переставал быть офицером, мутантом, частью Системы. Оставался просто Лиром. И это ощущение было таким редким, что я цеплялся за него, как утопающий за воздух.

– Офицер, – заговорила Система, – Зоэль больше года назад предоставила вам доступ к её графику.

– Да что ты.. – не удержался я от сарказма.

Бездушной машине не понять какого это быть старшим братом. Желание позабавиться над сестрой стало только сильнее. Я сделал мысленную пометку пригласить Зоэль на ужин в какое-нибудь место с неоднозначной репутацией. Чтобы вдоволь насладиться её растерянным взглядом и неловкой улыбкой.

Когда мы виделись в прошлый раз она смеялась до слёз, рассказывая какую-то нелепую историю о своей наставнице, а я ловил себя на том, что не слышал и половины её слов. Мне было важно другое – просто быть рядом и наслаждаться её обществом.

Мысли о том дне расслабили лучше любых капсул и медитаций вместе взятых. Жаль только, что большую часть жизни я проводил в одиночестве.. Оно притупляло чувства, учило не ждать тепла от других и держать все важное внутри..

Я пренебрёг гидротерапией, отдав предпочтение обычной душевой: вода струилась по коже, но я не ощущал облегчения.

Окинув затуманенным взглядом своё отражение, на долю секунды, показалось, что оно мне не принадлежало. Бесчисленные шрамы на теле выдавали во мне изгоя. Ускоренная регенерация были моим даром и проклятием.

В отличие от других мутантов, которые имели явные внешние особенности, из-за чего от них тут же отказывались родные и передавали в военный центр трансформария, мне повезло родиться без визуальных изъянов.

Целых одиннадцать лет мне удавалось скрывать свою суть. Вплоть до несчастного случая, который изменил мою жизнь навсегда. Каждый верумианец имел право на достойную и свободную жизнь. Каждый, только если он не был мутантом. Возможность читать чужие мысли, воздействовать на воспоминания людей, менять гравитационные поля и любые другие силы – должны приносить пользу Веруму. Наша планета процветала, и долгом мутантов было отказаться от права выбирать собственную судьбу во имя её благополучия.

Пропаганда выставляла нас чудовищами, способными сжечь город одним взглядом или свести человека с ума лишь взмахом ресниц. Обычные люди нас боялись и избегали, поэтому подчиняться – единственный способ доказать свою покорность.. Сила, которая могла восхищать и вдохновлять, превращалась в орудие запугивания. Дар, который мог бы исцелять или созидать, использовался только там, где это приносило пользу Системе.

И, может, именно поэтому я цеплялся за каждую мелочь, которая напоминала о том, что я всё ещё человек…

Поток воды остановился, а стеклянная панель душевой с тихим гулом ушла в стену.

– Ваш график предполагает несколько выходных дней. Стоит ли мне спланировать ваш отдых?

Её пустой и выдрессировано-приветливый тон подчёркивал степень моего отчаяния.

– Не стоит.

Я накинул халат и направился в холл. Световая нить тонкой полосой зажглась на манжетах, обозначая, что изделие принадлежало офицеру второго ранга. Удобный способ напомнить, кем я обязан быть, даже дома.

Заслоны на панорамных окнах мягкой тенью растворились прямо на глазах, открыв вид на Кристаллхельм.

Город пронизывали спирали световых артерий, по которым проносились беспилотные автогены. Белоснежные террасы, окантованные резными карнизами, каскадами спускались к бирюзовым каналам, в которых отражалось сияние куполов и мягкие отблески вечернего неба.

Вдалеке, за рядами жилых кварталов, поднимались гигантские кольца – золотые, почти невесомые, они переплетались в сложные узоры, и внутри их свода открывался вид на ещё более далёкие, переливающиеся вершины Кристаллхельма.

Красота за стеклом была безупречной, как и всё на Веруме. Словно часть какой-то идеальной декорации, где нет места чему-то простому.. настоящему. Я мог ошибаться, но почему-то, был уверен: под этим блеском скрывается гниль и пустота. Отношение к мутантам тому доказательство.

Откупорив крышку освещающего напитка, я перелил его в высокий бокал. Барная стойка, откликнувшись на жест, мягко подсветила его грани. Сделав первый глоток, я тут же ощутил терпкую горечь, что сразу сменилась медовой мягкостью.

– Покажи миссии к распределению.

Подобно слабым энергетическим волнам, голограммы принялись сменять друг друга, закружившись вокруг меня.

Предоставленная информация ощущалась продолжением моих собственных мыслей, что помогало куда быстрее анализировать увиденное.

Среди привычных и понятных миссий мелькнула та, что заставила мой пульс ускориться.

– Миссия «Глубина последствий». Подробнее.

– Миссия «Глубина последствий» предполагает отправку выбранного вами кандидата на Землю. Локация: страна – Ясор, город – Аковам. Задача: расследование убийства двух представителей Верума, а так же расследование исчезновения ещё одного представителя Верума.

Голограмма изменилась,. И, по-обыкновению, мой взгляд скользнул к проиллюстрированным деталям дела, пусть пока я и не улавливал их суть. Мысли были уже слишком далеко, чтобы осознавать реальность. В этот момент пустота вокруг стала ещё ощутимее, будто сам воздух потяжелел.

Когда-то я бывал на Земле..

На чертовски похожей миссии.

Услышав про Аковам, я тут же вспомнил про Ати.. Наша дружба прервалась так же неожиданно, как и началась.. но значила для меня больше, чем что-либо другое. Перед глазами вновь пронеслись тени прошлых воспоминаний.. Теперь я не мог перестать думать о ней.

Захотелось в угоду собственных интересов возглавить эту миссию.

Астеллия:

Выбившаяся прядь упала на глаза. Пришлось снять перчатки и туго закрутить волосы в пучок.

Приходилось двигаться аккуратно среди старых деревянных стеллажей с продуктами, вдоль которых громоздились неустойчивые башни из ящиков. Некоторые из них чуть покосились, грозясь рухнуть при малейшем прикосновении.

Вытянув руки над головой, я медленно нагнулась в одну сторону, а затем и в другую. Мышцы спины отозвались приятным теплом.

Сколько часов я просидела, не поднимая головы?

– Детка, тебе бы отдохнуть, – заговорила Мелани, заглянув в подсобное помещение, заваленное товаром. – Времена тяжёлые, бесспорно, но не стоит себя перегружать. Я слишком хорошо знаю, что значит загонять себя работой.

Она недовольно покачала головой, осматривая меня с ног до головы. Её прямые чёрные волосы заструились по плечам, подчёркивая строгие линии её лица.

– Всё в порядке, правда, – уверила я её и себя заодно. Хотя сама прекрасно понимала: усталость не прощает ошибок. А это могло стоить мне свободы. Несмотря на это, я попыталась отбросить страх и расправила плечи. – Мне остался всего месяц, а затем сама знаешь..

Закатав рукава мешковатой одежды, что скрывала подтянутую фигуру, Мелани поспешила мне на помощь.

Стоило увидеть, с какой лёгкостью она справлялась с мешками и ящиками, как становилось ясно – силы и стойкости ей не занимать. Вместе мы могли управиться куда быстрее. Разделавшись с огромной коробкой, я вскрыла следующую.

Разгрузкой продовольствия, как и любой другой работой, могли заниматься только мужчины. Даже, несмотря на то, что стране удалось справиться с последствиями всемирной катастрофы, сложно сказать, был ли смысл снова мечтать о равноправии, о котором рассказывали дожившие до сегодняшних дней старушки.

И, если бы не законы Ясора[1], запрещающие женщинам работать, мне не приходилось бы сейчас проворачивать все это тайком, рискуя быть арестованной служителями правопорядка.

– Брак – это чудесно, – в голосе Мелани появились настальгические нотки.

Похоронив мужа почти год назад, она стала единоличной владелицей небольшого магазинчика, где я подрабатывала уже больше трёх месяцев.

Увидев мою неуверенную улыбку, она продолжила:

– Астеллия, ты ведь из хорошей семьи, а значит и мужа подберут тебе что надо.

Моя улыбка мгновенно угасла.

– О моей семье остались лишь воспоминания. Теперь я сама по себе.

Девушка фыркнула и подошла ко мне. Чуть наклонившись, она поймала мой взгляд.

– Жаль, власть считает, что красоту проще скрывать, чем научить мужчин её уважать. Ты самая очаровательная девушка из всех, кого я видела, – ласково произнесла Мелани. Она поддела пальцами край жёсткой чёрной ткани, которую я повязала вместо шарфа, чтобы не мешала работе. – Если бы не закон, обязывающий женщин укрываться этими уродскими платками, мужчины на улице шеи посворачивали бы!

– Страшно представить. – Изображая неподдельный ужас, я широко распахнула глаза и скривила губы. – Может, это и есть моё предназначение? Избавлять мир от мужчин, которые слишком много смотрят по сторонам..

С недавних пор, великое собрание с подачи представителей службы правопорядка, приняло новый закон, обязывающий женщин при выходе на улицу скрывать свою внешность. Это должно было снизить уровень преступности в Аковаме.

Послышался звон колокольчиков: дверь магазинчика распахнулась, впустив внутрь посетителей.

Мелани поспешила выглянуть в зал. Перед уходом, она кивнула мне в знак того, что эти люди не были служителями правопорядка.

И только кивнув ей в ответ, я поняла, что всё это время даже не дышала. В страхе быть обнаруженной, я замерла, не в силах пошевелиться.

Поправив лямку сумки на плече, я с облегчением выдохнула и вернулась к работе, мысленно поблагодарив Мелани за заботу. Она отлично справлялась со своими обязанностями.

Когда-то ей было позволено помогать здесь по мелочи, а теперь она была управляющей. Обеспечивать семью стало её обязанностью. Но даже несмотря на финансовую независимость, жить женщине вне брака было запрещено.

За год, что даётся на самостоятельный поиск нового супруга, она так и не смогла преодолеть себя. Ходить на свидания, искать новых отношений, снова отдаваться чувствам. Всё это казалось ей неправильным. Но, к сожалению, по закону, после удаления брачного тату, Мелани снова приравнялась к девицам на выданье. А глубина её скорби по почившему возлюбленному, по мнению распределительного центра, никак не мешала ей в поисках «новой любви».

Я разделяла её чувства.

Покориться воле судьбы страшнее, но проще, чем вступать в новые отношения по собственной инициативе.

– Эх, знать бы ещё где найти, этого идеального мужчину.. – прошептала я, вынимая мешки с крупой со дна очередной коробки. – Всё это так непросто..

***

Закончив с разгрузкой товара, я получила от Мелани оплату и вышла на улицу.

Несмотря на обеденное время, город тонул в преждевременных сумерках.

Я ускорила шаг, спеша на следующую подработку.

Женская солидарность была неотъемлемой частью нашей жизни, в которой всё ещё хотелось найти место для радости. Мы помогали друг другу, прекрасно осознавая, что нарушаем все возможные правила. Но именно протянутые друг другу руки – свет, который спасает даже в самые тёмные и непростые времена. Будь я совсем одна, давно бы сдалась.

Тяжёлое дыхание прохожих, хруст снега под ногами, шумные компании мужчин в руинах давно развалившихся зданий: Аковам утопал в нищете.

Как бы то ни было, я должна была сделать всё возможное, прежде чем покинуть сиротский приют. Печаль вперемешку с решимостью давно вели меня по выбранному пути: прежде чем поступить в Академию или выйти замуж, следовало заработать как можно больше денег. Шесть лет учёбы или решение будущего мужа навсегда запретить мне работать лишат меня возможности помогать тёте Арианне, и это поставит благополучие приюта под угрозу.

Но, отучившись, я могла бы получить официальную работу. Если же этот план провалится, останется только надеяться что мужчина, подобранный мне в супруги распределительным центром, согласится жертвовать часть наших доходов приюту.

Суждено ли моим надеждам сбыться?..

Прежде чем завернуть в нужный переулок, я огляделась. Ни зевак, ни служителей правопорядка. Юркнув за угол заброшенного здания, я быстро добралась до ступенек, ведущих в подвальное помещение. Металлическая дверь поддалась, и я вошла внутрь. Преодолев с виду заброшенный коридор, я отыскала нужный лестничный пролёт и поднялась на три этажа.

Я невольно поморщилась, увидев маленькую неоновую вывеску: «Леди и Бродяга».

Преступность в Аковаме явно страдала отсутствием вкуса. Трижды постучав, я стала ждать.

Засов издал короткий звон, и дверь отворилась.

Высокая черноволосая красотка осмотрела меня, а после заглянула мне за спину. Не обнаружив потенциального клиента, она скептически приподняла бровь.

– Меня ждёт Хейни, – пояснила я своё появление.

Не сказав ни слова, она лишь кивнула и отошла.

Пришлось задержать дыхание. Бывая здесь раз в неделю, я всё никак не могла привыкнуть к дурманящему, приторному аромату трав и масел, витающих в воздухе. Странное место: вычурная бархатная мебель, позолоченные рамы подобранных где-то картин, разноцветные двери приватных комнат. Слава высшим силам, мне не доводилось видеть, что за ними творится.

– Проходи, дорогая, – Хейни приветливо махнула мне, когда я вошла на кухню. Повариха, круглолицая женщина с пышными формами, была, как и всегда, очень приветлива. Распределяя овощи по поддону, она понизила голос и прищурилась. – Ты слышала о нападении? Совсем недалеко, около мостовой, нашли истерзанное тело!

Аккуратно уместив верхнюю одежду в свободной ячейке шкафчика, я повязала фартук.

– Снова? Как неожиданно. – Слова сами сорвались с губ, но в груди холодком отозвался страх.

Удивиться этому мог только глухой и незрячий.

– Да, но на этот раз нападавший даже не потрудился замести следы. Говорят, там такое было, такое было.. – Несмотря на не самую радостную тему для разговора, манера речи этой женщины очень веселила. Неважно о чём она щебетала все те часы, которые мы проводили вместе, значение имели лишь её доброта и экспрессивность, которые пронизывали все слова Хейни.

Вымыв руки, я взялась за работу: первым делом привела в порядок поверхности, прибрала использованную посуду и кухонные принадлежности, помыла и очистила оставшиеся на подносах овощи и фрукты.

***

– В новостях их уже прозвали демонами, – продолжала разглагольствовать женщина, – я бы упала в обморок, повстречавшись с одним из них. А ты, Стелли?

Я сглотнула.

– Угу, я тоже. Конечно, да..– поспешила я поддакнуть, стараясь скрыть, как дрожат мои пальцы.

Я почувствовала себя загнанной в угол.

Сердце ёкнуло при мысли о так называемых демонах.. Безжалостные и опасные люди, которые последние пару лет всё настырнее терроризировали обычных граждан. Поначалу в них подозревали обычный преступный синдикат, но со временем пошли слухи о том, что некоторые преступники.. обладают мистическими силами. Из-за этого их всё никак не удавалось арестовать.

Властвуя и бесчинствуя на улицах города, они стали легендами, которыми теперь пугали детей, если те отказывались есть овощи или засыпать. Одни до сих пор не верили в существование этих демонов, другие боялись их настолько, что переставали выходить из дома.

– Как насчёт закончить сегодня пораньше, и домой? – Хейни достала из духовки последнюю порцию выпечки и уместила её на столе. – Что там осталось?

Я заглянула в отчёт.

– Галочек не стоит только напротив пунктов инвентаризации продуктов и проверки морозильного оборудования на складе.

– Вот и славно. Держи. – Она протянула мне несколько купюр. – Спасибо за помощь! Ненавижу понедельники!

Хейни вымыла руки и вернулась к сервировке последних блюд.

– Я не спешу и могу помочь, – предложила я скорее из нежелания снова возвращаться на улицы Аковама.

– Нет-нет. Ты и так делаешь слишком много. Тебя здесь вообще быть не должно. – Она весело подмигнула мне. – Беги, дорогая. И будь острожна!

Попрощавшись, я направилась домой.

Мороз настырно пробирался под одежду, а плотный снегопад застилал глаза. Я шла быстро, стараясь не привлекать к себе внимания. К величайшему сожалению, ко мне всё же прицепился какой-то пьяница.

– Через десять минут комендантский час, – еле-еле выговорил он, – и что же такая крошка делает на улице совсем одна?..

Я ускорила шаг и свернула к набережной.

Прижав руки к телу, захотелось уменьшиться настолько, чтобы стать невидимой!

Незнакомец продолжал следовать за мной, донимая странными вопросами.

Перейдя по мосту через замёрзшую реку, я поспешила по знакомому маршруту.

– Да постой же ты! – Кричал он мне, привлекая к нам лишнее внимание.

Так не хотелось попасть в неприятности…

Я поджала губы, пытаясь справиться со страхом, который всё сильнее сдавливал грудь.

Увидев на своём пути ещё троих мужчин, я вдруг поняла, что они могут присоединиться к моему преследователю.

Я свернула за угол и, сделав всего пару шагов, в оцепенении остановилась. Как всегда, только стоило попытаться избежать проблем – они сами находили меня.

– Ха! Попалась! – будто играя в какую-то невероятно весёлую игру, прокряхтел запыхавшийся мужчина за моей спиной.

Но ни для меня, ни, к сожалению, для него это уже не имело значения.

Я уставилась перед собой.

Демон?

Тихие, еле слышные стоны его жертвы окончательно угасли, когда последняя капля крови упала на снег.

Чудовищных размеров мужчина оторвался от шеи побледневшей женщины и взглянул сначала на пьяницу за моей спиной, а после и на меня..

## Глава 2

Обескровленное тело безвольно выскользнуло из рук убийцы и с громким хрустом рухнуло в снег.

Я заставила себя отвести взгляд, не поддаваясь болезненному любопытству.

Мужчина медленно выпрямился и вытер окровавленный рот предплечьем.

Когда он снова посмотрел на меня, я вдруг поняла, что он очень молод, ему не было и двадцати. Его глаза горели огнём, пылая яркими вспышками, а на губах играла зловещая улыбка. Мощные плечи, огромные руки и широкая грудь были обнажены и выставлены напоказ, невзирая на мороз. Тоненькая безрукавка ясно давала понять – ему не страшен холод. Его кожа переливалась ярким серо-зелёным сиянием, и я невольно засмотрелась на тонкие наросты, обрамляющие его мышцы.

Мне впервые довелось видеть, что-то подобное.

Этот парень абсолютно точно не был человеком.

Я сделала шаг назад, а увязавшийся за мной пьяница что-то пробубнил и бросился бежать.

– Девушка в беде? – с напускным дружелюбием поинтересовался демон.

Страх острыми шипами пронзил сознание, принуждая потерять контроль над телом. Оказавшись с монстром один на один, логичнее всего было молить о пощаде.. только вот, что-то внутри не позволило мне пойти на это. Ужас, роившийся под кожей, подталкивал на риск и безумство: я должна была дать отпор. Необоснованная уверенность в собственных силах начала медленно разливаться по телу, обжигая кончики пальцев.

Что бы ни руководило убийцей передо мной, жажда крови или банальное безумие, я уже успела его возненавидеть!

Наделённый нечеловеческой силой, он использовал её именно так?

Даже осознавая бедственность своего положения, я решила напоследок высказаться:

– Всё это, – я указала сначала на него, а затем и на убитого им человека, – мне неинтересно. Я просто хочу домой.

– Понимаю. – Парень сделал глубокий вдох, и его глаза снова заискрились. – Только вот я не собираюсь оставлять свидетелей в живых.

Он пожал плечами и состроил печальную гримасу.

Я прикусила губу, но не смогла сдержать язвительный комментарий:

– А ты не думал, что убивать кого-то прямо посреди дороги – не самая удачная идея?

Демон раскатисто рассмеялся и, словно хищник, сделал несколько шагов в мою сторону. Рассматривая меня, он наклонил голову и прищурился, прежде чем ответить:

– Ошибаешься, малышка. – Он широко раскинул руки и продемонстрировал длинные когти, которые тоже светились серо-зелёными бликами. – Убивать кого-то прямо посреди дороги – отличный способ найти новых… свидетелей.

Его усмешка дала понять: у меня не было шансов.

Холод пробрал до костей.

Как долго длится страх перед смертью?

Секунду?

Минуту?

Вечность?

Всё кончено.

Я проиграла.

Этот псих подходил всё ближе, из-за чего я начала пятиться. В момент, когда я сжала несколько заработанных купюр в кармане, пришло принятие: если смерть неизбежна, я встречу её не жертвой, а противником.

Я глубоко вдохнула, сдерживая слёзы.

Меня душило отчаяние. Мир словно наслаждался моей беспомощностью. Всё это было так несправедливо!

– Плевать я хотела на твои оправдания, причины и це.. – глупо запнувшись, я ахнула, когда его тень нависла надо мной.

Молниеносно преодолев оставшееся между нами расстояние, демон схватил меня за горло и припечатал к стене кирпичного заброшенного дома. Потрёпанная временем дублёнка взяла на себя часть удара, сохранив в целости мои шею и спину.

Я зажмурилась и зашипела от боли.

Горячие слёзы обожгли кожу, мгновенно превращаясь в холодные дорожки на щеках, выдавая истинную степень моего отчаяния.

Кого я пыталась обмануть?! Я никогда не отличалась храбростью!

Неужели, рассчитывала, что напускному раздражению удастся вытеснить собой накопившийся страх?

– Последнее желание? – продолжил забавляться демон.

– Дай мне уйти, – жалобно попытала я удачу в самый последний раз.

Его хватка чуть ослабла.

Мне даже показалось, что в его жестоких глазахмелькнула какая-то мысль, но ручаться за ее адекватность я бы не стала.

Через мгновение, на мне уже не было платка. Чёрная ткань, резко перекинутая убийцей за спину, приземлилась у его ног.

– Так вот в чём причина твоей дерзости, – его липкий взгляд теперь блуждал по моему лицу. – Ладно. Ты пойдёшь со мной.

Пальцы на шее разомкнулись, и я тут же закашлялась.

Ноги предательски подкосились, и моё тело бессильно опустилось в снег.

Отдышавшись, я подняла взгляд на демона.

И мне не понравилось, как он теперь смотрел на меня.

Из безликой жертвы, кажется, я вдруг стала интересной игрушкой, и это было не менее пугающе и всё так же безнадёжно.

Парень демонстративно скользнул рукой по ширинке, поправляя ткань штанов, что-то нашёптывая себе под нос.

Я собрала всю свою волю в кулак, и попыталась рвануть прочь.

Демон раскатисто рассмеялся, без труда вцепившись в мою одежду.

– А ты непокорная штучка. Я таких люблю. – Он схватил меня за руку и потянул на себя. – Ты будешь делать только то, что я тебе скажу. Или умрёшь.

Я подняла на него взгляд.

– Отпусти, – сдерживая подступающую тошноту, взвизгнула я.

– Здесь я отдаю приказы, – хрипло произнёс он, наклонившись ко мне. Когда я зашипела, почувствовав вонзившиеся в руку смертоносные когти, он довольно хмыкнул. – Подавить твою волю к жизни будет той ещё забавой. Сначала я подчиню твоё тело, а затем уничтожу разум. А после – съём. Тебе некуда бежать, тебя никто не спасёт, у тебя нет шансов.

Он вдруг замахнулся.

Я ахнула, и что-то во мне надломилось.

Безумная энергия со скоростью раската грома в мгновение ока разрушила возведённый мной внутренний барьер, взяв надо мной контроль.

Время замедлилось.

Почти остановилось, перестав существовать.

Реальность растворилась в густой тьме, не позволяя больше удерживать потоки вырывавшейся из меня силы.

На каком-то ином, глубинном уровне мне сразу стала понятна суть человека передо мной: разрушения, издевательства, осквернение. Его душа была почти пуста. Блеклая, так и не научившаяся сиять по-настоящему. Маленьким комочком она пряталась в груди одинокого и злого человека..

Я знала, помнила, что не имею права решать, кому жить, а кому умирать.. Но эта мысль утонула в гуле силы, стремительно захлестнувшей сознание.

Было уже слишком поздно.

Всем своим существом я ощущала необходимость освободить эту невинную душу из бессмысленного заточения.

Я больше не контролировала себя.

Пальцы сами нашли грудь демона, холодное прикосновение разрезало реальность. Мгновение, и я коснулась его души. Та откликнулась и взмыла ввысь, исчезнув в бесконечности.

Когда я пришла в себя, грузное тело демона покачнулось. Он смотрел на меня, но больше не видел. В нём не осталось ни любопытства, ни жажды крови, ни каких-либо желаний. Лишь пустая оболочка, которая уже никому не могла навредить.

– Отпусти, – в ужасе произнесла я, снова ощутив, что он всё ещё держит меня своими когтями.

Его хватка ослабла.

Отступив на шаг, я поняла, что сделала то, чего с большим упорством все эти годы пыталась не допустить..

Сила, проявившаяся в пятнадцать лет, вырвались наружу… Она не просила разрешения, она просто брала надо мной верх. Будто выражая собственную волю.

И, глядя на парня, в котором за доли секунды не осталось ничего, кроме удушающей тишины, я приложила ладони к губам и задрожала.

Я такой же демон, как и они все.

Монстр.

Чудовище, которым пугали детей.

И от этой мысли меня трясло сильнее, чем от пережитого кошмара.

– Стелли? – знакомый голос прозвучал из-за спины. – Тебе нужно уходить.

– Что я наделала, Азри? Что я наделала..

Несколько дней спустя. Лириадор:

Я направлялся в местный приют.

Было трудно поверить, что дети хоть каким-то образом имели отношение к убитым и исчезнувшим представителям Верума. Наводка на свидетельницу недавнего убийства внушала надежду, но никак не проясняла произошедшее.

Когда служители правопорядка задержали и привели в штаб так называемого «демона», я был шокирован. Перед нами стоял никакой не демон, а мутант.

Верумианец. Который каким-то образом оказался в Ясоре.

Что невозможно.

Поэтому мне лично нужно было погрузиться в расследвание.

Задание на Земле, как и в прошлый раз, оказалось запутаннее, чем казалось в начале.

В лёгкой эйфории от нахлынувших воспоминаний о предыдущей земной миссии, я с особой тщательностью всматривался в детали города. Сырой солёный воздух так и стремился пробраться под одежду. Аковам спустя двадцать лет выглядел ещё печальнее, чем раньше. Развалин стало больше, мусор теперь заполонял пространства между домами, а горожане выглядели ещё более запуганными.

На этот раз я позаботился о своём внешнем виде. Форма рядового служителя правопорядка, ID-карта для подтверждения личности и даже универсальный набор снаряжения. Никаких отличительных черт от обычного рядового.

Интегратор вёл меня по замёрзшим улицам, указывая путь. Без прямой связи с Системой, имплант больше был не способен говорить её голосом. Что положительно влияло на настроение и расположение духа.

Тишина.

Настоящая.

Опьяняющая.

Стала реальностью.

Наслаждаясь ей, захотелось остановиться, запрокинуть голову к небу и сделать глубокий вдох.

Мгновение, и с улыбкой на лице, словно безумец, я стоял посреди дороги, уставившись на пышные облака.

Прохожим не было до меня дела. Очевидно, они предпочитали не связываться с представителями служителей правопорядка. Чем бы те ни занимались. Хотя, эти же люди не упускали возможности обругать мальчишку, чья тележка грохотала на всю округу из-за ржавых подшипников. Или высказывать недовольство женщине, у которой край платка чуть съехал с шеи. Аковамцы, люди несчастные и озлобленные. Срываться на слабых – то самое «меньшее зло», к которому тянутся разучившиеся верить в справедливость.

Был ли у этого мира шанс на лучшую жизнь?

Преобразился бы он, если бы Верум освободил его?

Я снова осмотрелся. Во многих зданиях были выбиты окна, а чёрные провалы подъездов покрывала сырая плесень. Повсюду расклеены распоряжения квартальных: «Несогласованные механизмы – зепрещены!», «Перепродажа продуктовых наборов – зепрещена!», «Купле-продажа нелецинзированных лекарств – зепрещена!». Рядом кто-то приписал мелом: «А жить – можно?»

Непрошеная усмешка коснулась губ.

Чрезмерная строгость не в силах справиться с безысходностью, которую не удержать лишь страхом и запретами. Пусть в нищете и с выжженными душами, но земляне всё равно старались выжить. Но какой ценой?.. И ради чего?..

Система не требовала от меня сопереживания. Только отчёт и подчинение. Но здесь, на Земле, я всё чаще ловил себя на желании остановиться. Просто чтобы увидеть, как живут те, кому давно перестали сочувствовать.

Когда я продолжил свой путь к приюту, под ногами захрустели куски стекла, словно город совсем недавно пережил страшную бурю. Недобрые взгляды прохожих снова и снова приводили к мыслям о том, с чем они сталкивались каждый день..

Ощущение свободы, что я испытывал всего мгновение назад, улетучилось без следа.

Я ускорил шаг.

И чем ближе я подходил к центральному сектору, тем менее мрачным становился Аковам. Запах гнили и мусора постепенно сменился дымом самодельных печей. Вывески «горячий суп» или «ночлег» попадались всё реже, а вот открытые продуктовые лавки намного чаще.

Ухоженные многоэтажки.

Частные дома.

Широкие ярмарочные площади.

Служители правопорядка патрулировали здешние улицы с более приветливыми лицами. Были рады, что их распределили именно сюда? В сектор, который всё ещё мог похвастаться иллюзией хорошей жизни?

Благополучие местных жителей, разительно отличалось от условий жизни на окраинах города. Прохожие выглядели бодрее, а их одежда, пусть и заштопанная, но была куда чище. Благодаря функционирующему видеонаблюдению и патрульным дронам, в скверах гуляли дети, а к уличным торговцам выстраивались целые очереди за свежим товаром.

Здесь дышалось чуть свободнее.

Особенно с учётом того, что последние пару лет уличные порки перестали быть привычным зрелищем на улицах Аковама. Чем ближе я подлетал к Ясору, тем больше актуальных данных получал мой интегратор. Официальная статистика, новостные сводки, актуальные законопроекты – всё, что могло бы пригодиться для расследования.

Как выяснилось, теперь вместо самосуда и жестоких публичных расправ настоятели местного духовенства пытались привить горожанам интерес к добродетели и взаимопомощи. Вместо деревянных помостов для казней, красовались маленькие сцены для артистов и певцов. А позорные столбы сменились лавками с бесплатным сладким хлебом.

Года шли, времена менялись. Символы «очищения» тоже требовали перемен. Но, несмотря на внешние изменения, суть оставалась прежней: иллюзия спокойствия в столь бедственной повседневности снова вспыхнет старым пламенем. Ведь вопрос времени: когда горожанам, нуждающимся в поиске виновного в их бедах, осточертеют проповеди и молитвы.

Сразу за перекрёстком открылся вид на особняк, возвышающийся посреди улицы. Огромный участок обрамлял высокий кованый забор, за которым виднелись верхушки деревьев.

Интегратор не мог ошибиться, но для сиротского приюта это здание выглядело слишком роскошно. Высокие колонны фасада, кованые ворота, кое-где даже плотные шторы на окнах. Несмотря на местами облупившуюся штукатурку, выцветшие витражи и намёки на ржавчину, дом не утратил былого величия.

– Говорю вам, управляющей Арианны нет на месте, – загородив собой ворота, громко заявила миниатюрная девушка.

За её спиной прятались дети. Худенькие, сгорбленные, в мешковатой одежде. Девочка в большой шапке не по размеру крепко прижимала к груди куклу без головы, а несколько детей помладше толпились сзади, с ужасом наблюдая за происходящим. Их лица и ручки раскраснелись на морозе, а, наспех повязанные шарфы, сползали с маленьких подбородков, обнажая потрескавшиеся губы. Они дрожали, кто от холода, кто от страха, но не отходили от девушки, которая не давала четверым здоровякам пройти на территорию приюта.

Интегратор определил припрятанное у мужчин холодное оружие и огнестрел.

Я перешёл дорогу и, присвистнув, дал о себе знать.

Разговор тут же стих.

Страх в детских взглядах кольнул, а внутри что-то болезненно сжалось. Когда-то я… был на их месте, поэтому не понаслышке знал, как важно для ребенка чувство безопасности.

– Какие-то проблемы? – сухо спросил я, чуть загородив их собой.

– Мы здесь по делу, – подал голос самый щуплый из непрошеных гостей. – С нами не расплатились за кое-какую работёнку.

Девушка погладила по голове обнявшего её ребёнка и заявила:

– Мы их не нанимали и ничего им не должны.

– Сучка врёт, – тут же прервал её другой мужчина. – Отсутствие управляющей не проблема, мы подождём. Внутри.

Он уже было сделал шаг к воротам, когда я перегородил ему путь. Глядя на разношёрстную компанию сверху вниз, я понизил голос и приказал:

– Убирайтесь. Это детский приют, а не ночной клуб. Ведите себя тихо, если не хотите проблем. Или мне вызвать подкрепление?

Интегратор подсветил подскочившее у мужчин сердцебиение, неконтролируемый тремор рук и участившееся дыхание. Челюсти скрежетали, кулаки сжались, а на лицах застыла ярость, смешанная с презрением.

– Сучка, передай своей хозяйке, что мы скоро вернёмся и всё равно возьмём своё, – прорычал один из них.

Обмениваясь недобрыми взглядами, они побрели вдоль забора и скрылись за поворотом. Долетающие через метель обрывки фраз совсем не отличались дружелюбием.

– Спасибо, – кротко произнесла за моей спиной защитница ворот. – Мы правда понятия не имеем, кто они.

– Что ж, рад был помочь. Кстати, я здесь не случайно.

Настала моя очередь пытаться попасть внутрь. Как только девушка поняла это, она подозрительно прищурилась. Платок мешал рассмотреть её лицо, но глаз было достаточно, чтобы уловить вспыхнувшие в их глубине нотки явного недоверия.

– Вы знаете Астеллию? Речь пойдёт о недавнем происшествии. – Я окинул взглядом детей и решил не упоминать демона вслух. – Возле мостовой.

Астеллия:

– Эм, проходите, – пролепетала я, не в силах определиться, какой версии событий придерживаться. – Здесь. Ой, в смысле сюда.

Что им уже известно?

Как вышли на мой след?

Что теперь будет?

Сердце забилось настолько гулко, что услышать собственные мысли в какой-то момент стало практически невозможно.

Тем временем, служ застыл в дверях.

В спешке, я не смогла придумать ничего лучше, чем привести этого широкоплечего брюнета в свою комнату – подальше от тётиных глаз и ушей. Если она о нём прознает – мне не жить.

В любом случае, появление служителя правопорядка прямо на нашем пороге – верный признак того, что я, бесспорно, влипла.

Я решила не снимать платок, чтобы ясно дать понять, что наша встреча будет не долгой. Да и незачем было ему видеть растерянность на моём лице.

Хотелось выглядеть так, будто я совершенно точно непричастна к случившемуся в том переулке. Опустив сумку на прикроватную тумбочку, я сделала глубокий вдох. Расправила плечи, развернулась к служу и скрестила руки на груди. Уверена, с виду я держалась непринуждённо, хотя на самом деле я едва сдерживалась от желания схватиться за голову!

Азри, душа молодого человека, которая следовала за мной по пятам с того самого дня, как я обрела силы, пронесся мимо меня вихрем, и воздух в комнате слегка завибрировал. Его силуэт, полупрозрачный, окутанный мягким свечением, опустился рядом с незнакомцем. Ковёр, потёртый и выцветший, вдруг вспыхнул золотыми переплетениями, когда его призрачные ступни коснулись пола. Свет лёгким сиянием лёг на стены, заиграл бликами на зеркале, и даже резкие черты лица служа стали чуть мягче.

– Стелли, всё будет хорошо, – нежно улыбнувшись, сказал он. – Ты посмотри на него.

Указав на растрёпанные волосы служа, он намекнул, что молодой человек перед нами не представлял угрозы. Служебное пальто расстёгнуто, из-под него виднелся небрежно застёгнутый патрульный пояс, а коммуникатор на плече и вовсе был отключен.

Сколькими пунктами регламента он пренебрег?

Может, он и правда совсем недавно на службе? Иначе как объяснить несоблюдение таких базовых вещей, о важности которых знаю даже я? А ведь за моими плечами всего несколько учебников по подготовке к экзаменам для поступления в государственную академию. Или же он специально решил строить из себя простачка? Чтобы сбить меня с толку своим непринуждённым личиком?

Нервно перетащив стул в центр комнаты, я поглядывала на него исподтишка. Высокий, статный мужчина, которому очень шла униформа служителя правопорядка, исследовал пространство вокруг себя, рассматривая пушистый розовый ковёр, мои детские рисунки, разбросанные на кровати книги о любви..

Наблюдая за ним, я почувствовала, как щёки запылали от смущения. Вместо того чтобы хорошенько подумать над своей оправдательной легендой, я рассматривала этого, признаться честно, очень привлекательного служа, застывшего в дверях моей комнаты.

Захотелось себя встряхнуть, чтобы наконец сосредоточиться. Мозг был готов отвлекаться на что угодно, только бы сдержать панику, из-за которой я снова могла натворить глупостей..

Я несмело указала на стул.

– Эм, вы можете сесть.

– Астеллия, – медленно произнёс он, так и не сдвинувшись с места, – сколько тебе лет?

– Совсем скоро будет девятнадцать.

Появление любопытных детских глаз в дверях, заставило меня обойти мужчину и тихо прикрыть дверь.

Прислонившись к ней спиной, я тихо выдохнула.

Служ повернулся ко мне, и я вдруг осознала, что впервые встретилась с человеком, который был столь же высок, как мой Азри. Из-за напряжённости нашей первой встречи и самой причины его прихода я даже не обратила на это внимания. А ведь они были даже чем-то похожи: величественная осанка, высокие скулы, уверенный взгляд.. Если бы мой Азри не был призраком, он составил бы этому служу достойную конкуренцию.

При этой мысли я улыбнулась.

– И та-ак, – протянул служ, – давай начнём по порядку. Что ты делала на улице после наступления комендантского часа?

Никогда прежде я не обращала внимание на длину и пышность чужих ресниц, но этому мужчине можно было только позавидовать.

Что за чушь?! Я почти под арестом, а думаю про ресницы?..

Кстати, в отличие от других служей, он не был коротко пострижен – на его голове царил беспорядок, гармонично дополнявший харизму, которой он обладал.

Моё состояние близилось к нервному срыву.

Азри подошёл ко мне, слабо кивнув. Он будто хотел защитить меня своим телом, встав между мной и служем, даже если тот не мог его видеть.

– Не бойся. Говори, что захочешь, Стелли. Всё будет хорошо. Они ничего не смогут проверить, – с ухмылкой бросил он.

После его слов мне немного полегчало.

– Была в магазине, – даже почти уверенно соврала я.

Его бровь поползла вверх.

– Так поздно?

– Не рассчитала время. – Невинно пожав плечами, я снова указала ему на стул.

Протяжный жалобный скрип раздался чуть ли не на весь этаж, когда он всё же решил принять моё предложение. Его мощные бёдра упёрлись в ручки сидения, а ноги ему пришлось вытянуть перед собой, чтобы они не сгибались под неестественно острым углом.

Он недовольно пробубнил себе что-то под нос, откашлялся, и продолжил:

– Ну, допустим. Тогда скажи мне, Астеллия, кого ты встретила в том переулке?

Я демонстративно округлила глаза.

– В каком таком переулке?

– В том самом, куда вы шли вместе с ещё одним свидетелем.

Азри сложил руки на груди, скопировав мою позу, и наклонил голову, прежде чем озвучить вопрос, который теперь тревожил и меня:

– Откуда они знают, что это была именно ты?

И правда!

Значит, им известно куда больше, чем мы думали.

Я облизнула губы, тщательно раздумывая над ответом.

– Ах, в то-ом переулке, – протянула я, изображая недоумение. – Странного парнишу.

– Странного парнишу.. – глубоким баритоном медленно повторил мои слова служ. С каждой новой фразой в его интонациях всё отчётливее проступали нотки сомнения. – Что он хотел?

– От меня? Ничего. Поболтали да разошлись.

Последовал протяжный вздох. Его глубокие серые глаза уставились на меня так, будто он уже всё знал, а этот нелепый допрос был лишь игрой в поддавки.

– О чём болтали?

Боль пронзила раненное запястье, которое, по-видимому, я слишком туго перевязала.

– О несостоявшемся первом свидании.

– М-м, волнительно, – с ещё большей досадой в голосе произнёс он. – Ладно, не хочешь говорить – не надо. Как выяснилось, эта комнатка не способствует твоей искренности. Хочется попробовать что-то более рисковое? Что ж, пару ночей в карцере будут отличным развлечением. Кто твой опекун? Мне нужно вручить ему известие о вызове на допрос.

## Глава 3

Служ поднялся и расправил полы своего динного черного пальто. Он, наверное, уже решил: «Нужно быстрее убираться из этой детской и заняться по-настоящему важными делами.»

Я почти решилась заговорить, но слова так и не сорвались с губ. Важно понять, что можно говорить, а о чём лучше промолчать.

И в момент, когда в голове лихорадочно замелькали картинки вероятного будущего, где меня берут под стражу и отправляют делить камеру с реальными преступниками, я почувствовала, как кончики пальцев начало покалывать.

Только не это!

Только не сейчас!

Не перед служителем правопорядка!

Я слишком хорошо знала: чем сильнее мой страх, тем больше шансов, что сила сама прорвётся наружу. И тогда всё кончено. Если ей прямо сейчас удастся взять надо мной верх, моя демоническая суть станет очевидна. А я не зря прилагала столько усилий, чтобы все эти годы подавить её и жить жизнью обычного человека.

Сначала пришлось противостоять каким-то непонятным бандитам перед приютом, а теперь меня загонял в угол уже другой мужчина в моей собственной комнате!

В груди неприятно заныло.. Я перенервничала.

Азри шагнул ко мне и чуть нагнулся вперёд, чтобы заглянуть мне в глаза. Его длинные белые волосы плавно упали на плечи, а глубокие тёмные глаза заискрились.

– Стелли, тебе нужно успокоиться. Дыши, родная. Просто дыши. – Он указал на свою грудь, имитируя глубокий вдох и выдох. – Даже, если ты скажешь правду, ему нечего будет тебе предъявить.

Его мелодичный баритон подействовал на меня успокаивающе.

После череды глубоких вздохов, я подняла голову и сжала руки в кулаки.

– Ладно-ладно.. – выставив руки перед собой, я решила сдаться. Паника, как и каждый раз, приближала меня к риску, который мог себя не оправдать. – Повернув в тот злосчастный переулок, я увидела, как какой-то парень расправлялся со своей жертвой. Он заметил меня, и я должна была стать следующей.. эм..

Я закрыла глаза и резко выдохнула, пытаясь утихомирить в себе взывающее ко мне нечто из глубины сознания.

– Но, к счастью, с тобой всё в порядке, – тон служа чуть смягчился.

Когда наши взгляды вновь встретились, его жёсткий прищур чуть дрогнул, и в уголках глаз мелькнуло то ли сомнение, то ли осторожное доверие.

Неужели, мне с самого начала нужно было просто во всём признаться?

Нет. Пусть этот мужчина сейчас и снизошёл до сочувствия, на самом деле, его цель представляла для меня серьёзную опасность.

– Видишь, – медленно произнёс Азри, взмыв над полом. – Всё в порядке. Продолжай. Я рядом.

Я кивнула ему, уже размышляя над тем, что мне предстояло сказать дальше.

– Да. Он угрожал и запугивал меня, но по итогу отпустил, – попыталась я отделаться полуправдой.

Внимательный взгляд служа словно сканировал меня. Видел на сквозь. Улавливал моё состояние на ментальном уровне, что пугало и восхищало одновременно.

Он вдруг кивнул и сунул руки в карманы брюк.

Поверил? Или только сделал вид?

Несмотря на краткость моего ответа, его поведение стало прежним. Плечи расслабились, а выражение лица снова приобрело оттенок поверхностного дружелюбия.

– Астеллия, ты заметила в нём что-то необычное?

Указав на своё плечо, я тут же кивнула.

– Что-то вроде чешуек на руках. – Мои пальцы плавно спустились к запястью. – Они переливались зелёными бликами и немного светились. Никогда не видела подобного. А ещё он буквально пил кровь из человека.

Я обхватила себя руками и опустила взгляд, мысленно вернувшись в тот самый момент.

– Тебе не о чем переживать. Убийца задержан и, благодаря вашим показаниям, теперь его ждёт суровое наказание. – Он обошёл меня и открыл дверь. – До встречи, Астеллия.

Когда мы с Азри остались в комнате одни, мне захотелось рассмеяться.

– И это всё? – прошептала я, не веря в происходящее.

Но не успели мы с облегчением выдохнуть, празднуя мою свободу, как в комнату ввалилась толпа обеспокоенных детей. Их глазкигорели опасливым любопытством.

– Ты в порядке, сестрёнка?

– Что это было? – перекрикивая друг друга, спрашивали мои сладкие малютки. – Дядя злился?

– Кто он?

Всю жизнь я прожила среди сирот. Мы делили всё – радости и горести, внимание опекунов, кусок хлеба и любимые игрушки. Став старше, я многое взяла на себя: приводила в порядок их одежду, рассказыватьла им сказки перед сном, обнимала, когда они в этом нуждались. В отличии от остальныхдетей, у меня была мама, бабушка, дедушка и тётя Арианна, поэтому я всегда чувствовала особую ответственность за тех, у кого семьи не было вовсе. Я искренне старалась облегчить жизнь попавших к нам детям. Мне было важно показать им, что они не одиноки.

Со временем мы с тётей Арианной остались вдвоём. И с тех пор я с удвоенной силой стала заботиласьтся о маленьких душах, у которых всё самое важное ещё только впереди.

– Всё в порядке! – громко и без тени сомнения заявила я, уперев руки в бёдра. – Он приходил рассказать об академии. Ведь я совсем взрослая и скоро отправлюсь учиться.

– Нет! – крикнула Кики. Её милое личико исказил ужас. – Ты не можешь уйти от нас!

Шестилетняя крошка бросилась ко мне, вцепилась в мою талию так отчаянно, что её маленькие пальцы впились в ткань. Она уткнулась личиком мне в живот и зарыдала, дрожа всем телом.

Её эмоции эхом отразились где-то глубоко во мне. Необузданная мощь, которую я старательно подавляла, снова была готова вырваться наружу. Меня вдруг одолело чувство, будто я способна успокоить, утешить ребёнка, переняв всю её грусть. Сила всегда отзывалась на чужую боль быстрее, чем на мою собственную. Будто я была проводником, созданным впитывать страдания окружающих..

Закрыв глаза, я сосредоточилась, пытаясь запечатать в сердце эти порывы раз и навсегда.

Мне нужно оставаться нормальной.

Быть такой же как все.

– Тише-тише, Кики, – нежно прошептала я, – мы ведь уже говорили об этом.

– Милашка, – тихо произнёс Азри, с улыбкой глядя на девочку.

– Я тоже поступлю в академию, – забравшись на подоконник и глядя через окно куда-то вдаль, вдруг выдал девятилетний Томми. – И буду помогать Стелли.

Остальные дети, ошеломлённые признанием мальчика, у которого были явные проблемы с дыханием, невинно переглянулись.

Глаза Кики вспыхнули огнём надежды.

– Тогда и я тоже!

Я рассмеялась и похлопала её по спинке.

***

Азраэль:

Мы сидели на подоконнике, любуясь луной, изредка появляющейся на небе из-за туч. Маленькая щёлка между створок приоткрытого окна пропускала ледяной воздух в комнату.

Я не чувствовал холода и дуновений ветра, не знал, как пахнет морозных воздух, который любила Стелли, понятия не имел, что её так радовало в редких прикосновениях снежинок к лицу. Всё это и многое другое волновало меня, но нисколько не мешало любоваться самым прекрасным созданием на свете.

– Азри, как думаешь, я хороший человек? – тихо спросила Стелли.

– Несомненно.

Она улыбнулась и перевела на меня взгляд.

Парадокс: я ничего не чувствовал телом, но её эмоции пронизывали на сквозь.

Уголки её губ едва заметно опустились, и меня сразу накрыла жгучая тоска, похожая на желание умереть.

– Я лишила человека души.

Она грустила, и это причиняло боль, которую нельзя было выразить словами.

Не нуждаясь в дыхании, я задыхался.

Не имея сердца, я переставал чувствовать пульс.

– У тебя не было выбора.

– Думаешь?

– Ты ведь не контролируешь свои силы..

Стелли тяжело вздохнула и снова провела пальцами по раненному рапястью.

– Может, вместо того чтобы запирать их внутри, отказываясь от собственной сути, мне стоило всё это время учиться их использовать?..

– В любом случае, я благодарен им за то, что они защитили тебя, Стелли.

Её взгляд скользнул вверх, к небу, и лицо постепенно расслабилось. Тоненькая морщинка на лбу разгладилась, а напряженная линия губ смягчилась.. Нежные черты прекрасного лица обрели прежнюю мягкость, будто Стелли освободившись от невидимого груза.

Я не знал, был ли нужен Стелли. Может, для нее мое присутствие давно стало делом привычки. Что ж, я был согласен и на это, только бы оставаться рядом.

***

Несколько дней спустя. Лириадор:

– Валериан, прошу тебя: сначала сформулируй – потом говори, – перебил я своего напарника.

С нашей последней встречи прошло не так много лет, а в его зачёсанных назад тёмных волосах уже появились седые пряди. Несмотря на это, чёткие скулы и жёсткая линия подбородка всё так же помогали ему выглядеть сосредоточенным и собранным.

Его униформа походила на мою, только материалы были другими. Менее прочными и износостойкими. Но благодаря этому, в его образе чувствовалась выверенная аккуратность. Ничего лишнего. Тонкие очки с тонкой чёрной оправой, привычный для служителей правопорядка Аковама массивный ремень, подчёркивающий плечи и грудь, и фуражка, что ни разу не видела снега.

Высокий, статный мужчина отдышался, расстегнув позолоченные пуговицы на пиджаке, прежде чем продолжить:

– В пятом секторе схватили несовершеннолетнего воришку, который при допросе несколько раз заводил разговор о судьбе демона. Кому-то небезразлично это животное.. – Он поморщился и положил передо мной отчёт об упомянутом задержании. – В любом случае, кажется, мы вышли на след.

Звучало всё это неубедительно. Дети склонны фатазировать.. Стоило ли доверять словам мальчишки? Но к нему всё же стоило наведаться.

Я откинулся на стуле и запрокинул голову.

– Что-нибудь ещё?

– Девушку, которая свидетельствовала против демона, её мальчишка тоже упомянул. Сказал, на неё сегодня ночью объявлена охота или что-то вроде того.

– Астеллия.. – медленно произнёс я её имя.

Последние несколько дней были не самыми продуктивными. Ббезрезультатные часы за просмотрами записей с видеокамер, заполнение бессмысленных отчётов, бесцельные рейды по улицам Аковама.

К величайшему сожалению, верумианский локальный компонент интегратора, который позволяет заглянуть в память человека, не сработал на пойманном мутанте-демоне. Причиной тому стало отсутствие у парня связи с его собственными воспоминаниями. Что бы это ни значило, интегратор не смог извлечь то, чего уже не было.

Признаться честно, я растерялся, так как впервые столкнулся с подобной аномалией. Будь у меня доступ к памяти убийцы, узнать подробности о его преступном синдикате не составило бы труда.

– Ты уже был у него? – перелистнув личное дело ребёнка, уточнил я.

Валериан отрицательно покачал головой и облокотился на стол.

В офисе витал запах дешевого кофе и старой бумаги. Повсюду лежали распечатки, фотографии и чертежи. Обычно меня раздражал беспорядок, но, вернувшись на Землю,. , я неожиданно разгляделв нём странную, нездоровую притягательность.

К собственному удивлению, меня совершенно не смущало отсутствие улик, немногословие опрашиваемых горожан, полупустые личные дела подозреваемых в базе Ясора. Всё это лишь навевало чувство ностальгии и странно успокаивало.

Здесь.. в Аковаме я мог позволить себе быть другим: свободным и живым!

Валериан, как никто другой, знал, каким помешанным на успехе миссии я был раньше. Теперь же я мог просто быть собой. Мне стало ясно, что каждый раз, выслуживаясь перед начальством, я загонял себя в ловушку. Иллюзия успеха ничего не стоила, свобода всё это время находилась за пределами чужого признания.

Смена обстановки и выход из-под жёсткого контроля Системы давали о себе знать..

– Старый друг, – улыбнувшись, начал я, – как насчёт перерыва? А после наведаемся к пареньку.

– Не такой уж я и старый, – усмехнувшись, заявил Валериан.

– Ладно-ладно! Штаб не место для прогулок, но мы всё равно позволим себе навернуть пару кругов по коридорам. – Я встал со своего места и опустил руку на его плечо. – Расскажешь, насколько сильно переживает о твоём путешествии в Ясор жена. Как говоришь её зовут?

Валериан улыбнулся, прежде чем ответить:

– Мария.

– Красивое имя. Сколько лет вы уже вместе?

Мы с Валерианом неспешно шли рядом. Я рассказывал о своей жизни, а он – о своей. Разговаривая о самых обыденных и простых вещах, я ловил себя на том, что забываю о своих тревогах. Несмотря на то, что мы из разных миров, наша дружба сейчас казалась мне самой искренней и настоящей из всех возможных.

Возмужавший Валериан больше не был тем кротким и эмоциональным парнем, которого я когда-то знал. Все мои земные миссии проходили в его сопровождении, и я был этому несказанно рад. Поначалу это не имело для меня значения, но со временем присутствие друга в моих командировках вдруг приобрело особый смысл.

Время шло, но из раза в раз, когда я ступал на Землю, Валериан был мне искренне рад. Я застал самое начало его карьеры, то время, когда он смотрел на меня с нескрываемым восхищением и трепетом. Теперь же рядом со мной шёл высокопоставленный военнослужащий, которому была доверена правда нашего мироздания.

Он знал о моём происхождении.

Знал, почему я не старею и в чём на самом деле заключается цель моих миссий на Земле.

Несмотря на наши различия, Валериан ждал меня. Ждал встречи, будто мы были братьями и наша дружба могла преодолеть что угодно: время, расстояние и даже предназначение каждого из нас.

Если есть тот, кто принимает меня настоящим, независимо от обстоятельств, разве это не доказывает, что я не одинок?

***

Астеллия:

– Сколько раз мы это обсуждали, Астеллия? – Тётя Арианна заперла за собой дверь кабинета и прошла к рабочему столу. Не дождавшись моего ответа, она продолжила: – Милая, ты ведь всё сама прекрасно понимаешь. Мы понятия не имеем, кто эти демоны на самом деле и что предпримут, когда узнают, что одна из них живёт обычной жизнью..

– Как они узнают? – перебила я её.

Растерянный взгляд женщины, который так напоминал мне мамин, забегал по разным сторонам.

Она развела руками.

– Откуда мне знать? Милая, вы ведь не такие как все. – Она пожала плечами, после чего последовало гнетущее молчание. – Почему ты не сказала, что служители правопорядка были здесь?

Я отвела взгляд.

– Всего один.

Тётя Арианна тяжело вздохнула. Её брови сошлись на переносице, а губы вытянулись в напряжённую линию. Обычно собранная и строгая, сейчас управляющая была готова расплакаться.

С тех пор, как мамы не стало, она взвалила всю ответственность за проблемную сироту на себя. Всё бы ничего, если бы не моё проклятье. Я не успела осознать своих сил, как пришлось прикладывать все усилия чтобы их подавлять. Это стало единственным способом избежать странных прогулок во сне и разговоров с душами умерших. Сияющие силуэты манили меня, околдовывая своими историями, эмоциями и желаниями. Казалось, я одна была способна помочь им освободиться, раствориться в вечности. Порой мне хватало нескольких мгновений, и, как по волшебству, души обретали покой.

Уверена, со стороны я выглядела безумной, но несмотря на это, тётя Арианна всегда верила мне. Уже почти три года я боролась, стараясь жить, как обычный человек. Если бы не Азри, который всегда был рядом, и всякие сюрпризы вроде недавнего, я, возможно, вполне сошла бы за совершенно нормальную девушку..

Появление демонов на улицах Аковама ввело нас в ступор. Люди говорили разное, и мы не знали, чему верить. Вопросы задавать было запрещено, да и ответов всё равно не было. Главное – бояться и молчать. Но, столкнувшись со странным парнем в том переулке, я честно призналась самой себе: между нами было что-то общее, ненормальное, нечеловеческое..

– Всё будет в порядке! – Я обошла стол и взявла ладони тёти Арианны в свои. Мне захотелось утешить и её, и себя. – Сколько дней уже прошло? Всё позади.

– О, котёночек, надеюсь, ты права.

Мы обменялись неуверенными, но тёплыми улыбками.

– Я накопила кое-какую сумму и хочу тебе её отдать, – медленно произнесла я, вынув из кармана с десяток аккуратно сложенных купюр.

Тётя Арианна как обычно смущённо приняла деньги.

Впервые рассказав ей о нелегальной подработке, я ожидала получить выговор и строгий запрет заниматься чем-то подобным. Но на деле оказалось: деньги важней. Мне хватило пары уверений в своей осмотрительности чтобы вопрос моей безопасности больше никогда не доставлял моей приёмной матери беспокойств. Несмотря на то, что мы обе знали нелицеприятную правду, нужно было соблюсти привычный тон подобной беседы:

– Астеллия, ты не обязана это делать. Социального обеспечения почти хватает на еду и вещи первой необходимости. Что, если тебя поймают?

– Почти хватает? А что насчет лекарств и теплой одежды? Приют нуждается в помощи, и я не хочу бездействовать, когда могу хоть как-то на это повлиять.

– Дети ведь.. – попыталась заговорить тётя Арианна.

Но я перебила её:

– Они ни в чём не виноваты, – уверенно произнесла я. – Анкета на поступление в академию уже заполнена. Через неделю-другую меня ждёт тестирование. Я, конечно, постараюсь не провалить его, но, если мне не удастся поступить.. Кто знает, что будет дальше.

Тётя Арианна поднялась и обняла меня. Такая нежность теплом разлилась по телу, наполняя силой и уверенностью.

– Всё будет хорошо, милая. Будь аккуратна, прошу.

***

Выбирая, что почитать перед сном, я предпочла любовный роман занудному справочнику регламента социальных служб.

Страсть к чтению передалась мне от мамы. Порой мы усаживались рядом, накрывались пледамиом и читали. Листали страницау за страницей до глубокой ночи, а порой и до рассвета, то и дело посвящая друг друга в захватывающие сюжетные повороты. Мы смеялись, плакали или удручённо вздыхали.

Прекрасное было время..

– О чём думаешь? – спросил Азри, сидя на подоконнике и глядя куда-то вдаль.

– Ни о чём, это я так. В книге трогательный момент, – смахнула я непрошеную слезу.

Лириадор:

Оглядываясь по сторонам, я спешил к приюту, который, казалось, притягивал к себе все беды мира.

Убедившись в достоверности слов воришки, которого недавно задержали, Астеллию поджидали крупные неприятности. Мальчишка оказался из младшеньких, на побегушках, поэтому особо важной информацией не располагал. но и тех крох сведений, которые я узнал, было достаточно, чтобы выследить нарушителей и встретиться с ними лицом к лицу.

Хрупкая девушка, из-за которой задержали а теперь ещё и казнят члена семьи преступного синдиката – лёгкая мишень для мести..

Было важно не привлекать внимания к миссии, поэтому к приюту я шёл в умиротворяющем одиночестве. Валериан остался ждать в машине в нескольких кварталах от детского дома.

Одним прыжком я перепрыгнул двухметровый забор и направился вдоль здания. Глубокой ночью это место выглядело более зловещим, чем днём.

Нужно было успеть увести Астеллию в безопасное место, а после вернуться, чтобы перехватить преступников.

Словно безумец я взбирался по фасаду. Решётки и декоративные выступы служили своеобразными ступенями, позволяя мне двигаться медленно и не издавать лишнего шума.

Добравшись до нужного мне этажа, я ухватился за раму и попытался открыть окно.

Уверен, я не ошибся комнатой.

Дерево жалобно скрипнуло, а хлипкий замок поддался слишком легко – с тихим щелчком я случайно выломал его.

В полумраке зашевелилась хрупкая фигура.

Ошарашенная девушка невероятной красоты рывком приподнялась на локтях. Её золотые волосы рассыпались по плечам, а глаза – огромные, блестнувшие в свете луны, с испугом уставились прямо на меня.

## Глава 4

Астеллия:

Что было забавнее: служ по ту сторону окна или немой шок, отражающийся на моём лице?

Мужчина, с которым мы виделись пару дней назад, замер на подоконнике, изучая меня в полутьме напряжённым, цепким взглядом.

– Астеллия?

Слова застряли в горле. Я понятия не имела, что говорить и как вообще на всё это реагировать.

С губ сорвался сбивчивый, почти истеричный шёпот:

– Что это вы делаете?!

Мой вопрос прозвучал так, будто я ждала в ответ: «Извини, ошибся окном. Не тебя искал».

Азри прошел сквозь стену, на время покинув приют. Видимо, чтобы осмотреть незванного гостя со спины иоценить обстановку.

– За ним никого, – взволнованно подметил он, вернувшись в комнату. – Что ему от тебя нужно?

Я пожала плечами.

Мозг упрямо отказывался принимать происходящее.

Но не могло же мне и правда всё это мерещиться?

Страницы раскрытой книги на столе зашелестели от холодного порыва ветра, теперь бесприипятственно проникающего в дом через распахнутое окно.

– Ты не подумай, – заговорил служ. Его ботинки беззвучно коснулись пола, и он резко поднялся на ноги. – Я здесь по делу.

А я всё так же молча наблюдала, как разворачивалась, пожалуй, самая нелепая сцена в моей жизни. Будь это конкурс абсурда, мы бы безоговорочно взяли первое место.

Ночник на прикроватной тумбочке мигнул, чуть приведя меня в чувство.

– По.. делу?..

– Стелли. – Приблизился ко мне Азри. – Ты либо подозреваемая либо жертва. И в обоих случаях его появление не сулит ничего хорошего. Будь готова бежать.

Мысли бессвязно сменяли друг друга.

Наверное, стоило закричать.

А может даже броситься бежать.

Да?

Ведь, чудак, пробравшийся ко мне в комнату, был огромным мужчиной, о намерениях которого я не знала ровным счётом ничего.

Он собирался арестовать меня?

Зачем тогда пробираться сюда через окно?

Хотел выкрасть, чтобы потом пытать в каких-нибудь тайных темницах?

Но зачем тогда несколько дней назад отпустил?

Я не могла найти объяснений его поступку. Беспомощность расползалась липкой дрожью по рукам, грозясь сорвать с меня маску обычной девушки..

– Меня зовут Лириадор, – неожиданно представился служ.

– Эм.. приятно познакомиться.. – растерянно ответила я.

Он стряхнул снежинки с волос и изобразил приветливую улыбку, видимо, осознав странность нашего диалога.

Всюду по комнате были разбросаны носки, у шкафа устроилась сумка с вещами, в центре спальни валялась коробка с безделушками и мои любимые тапочки. Одежда бесформенной кучей высилась в кресле, а на столе был жуткий бардак. Все это, такое обычное и милое, в свете происходящего вдруг показалосьдекорациями абсурдного спектакля.

– Если коротко: тот демон, которого я упёк за решётку благодаря твоим показаниям, оказался членом семьи преступного синдиката. И, как выяснилось, за него будут мстить.

И, по его мнению, это объясняло появление служителя правопорядка в моей комнате посреди ночи?

– Кому?

Мы с Азри прищурились.

– Тебе.

– Мне?! – Почувствовав первые волны возмущения, я рывком откинула одеяло и выскочила из постели. Дыхание сбилось, сердце заколотилось чаще. – А при чём здесь я?

Лириадор поднял руки, давая понять, что не представляет угрозы, и произнёс:

– Это уже не имеет значения. Теперь ты наша приманка.

– Приманка?! – Моё возмущение нарастало.

– Что он несёт?!

– Да. Приманка в пижаме с кроликами.

Он поджал губы, стараясь сдержать улыбку.

– Что?.. – Опустив взгляд, я тут же поняла, о чём он говорил. Мой любимый пижамный костюмчик, подаренный на шестнадцатилетие, был щедро усеян изображениями кроликов. – Это всё что, какая-то шутка? Вы ворвались ко мне посреди ночи, заявили о нависшей надо мной угрозе, а после обсмеяли мой внешний вид..

– Прости, – он с трудом сдерживал смех, – просто ты невероятно милая.

Я чуть не подавилась смущением.

Из груди вырвался нервный смешок.

Этот мужчина сбил меня с толку – его улыбка казалась чересчур жизнерадостной для такого абсурдного момента.

Что его так радовало?!

И я должна поверить в слова человека, который в такой момент смеётся?

Лириадор:

Всё пошло не по плану. Вместо деловой сдержанности, я позволил себе глупую игривость.

В какой момент я сошёл с ума?

Как только увидел её лицо.

К собственному удивлению, я остолбенел, будто подросток, рассматривая самоую очаровательную девушку на своей памяти.

Всё в ней было идеально: высокий лоб, утончённые скулы, пухлые розовые губы. Глаза, которые и раньше поражали глубиной, теперь, казались мистически прекрасными.

Я почувствовал себя беспомощным, как если бы она сразу прочитала меня, обнажила всё, что я пытался скрыть.

Россыпь золотых волос струилась вдоль нежного лица к шее и ключицам.

Я мог бы смотреть на неё вечно, позабыв обо всем..

И вот она стояла передо мной в одной лишь забавной пижаме, а я не мог прийти в себя. Несчастная девушка, жизнь которой была под угрозой, каким-то образом сумела выбить меня, офицера элитного подразделения мутантов, из колеи.

Что со мной творилось на Земле?

Астеллия:

– Ладно, – прикрыв глаза рукой, произнёс Лириадор. – Одевайся и пойдём.

– Что? Никуда я с вами не пойду. Вы видимо ошиблись. Всё это какой-то сюр.

Я бегом вернулась в кровать и резко накрылась одеялом.

– А что если всё, что он сказал – правда? – Азри сделал несколько шагов вслед мной. – Как проверить?

Кстати, а могла ли я вообще сопротивляться, если речь шла о служителе правопорядка? Имела ли на это право по закону? Да и где вообще доказательство, что он на самом деле при исполнении?

В нашу первую встречу эта мысль даже не пришла мне в голову!

– Покажите удостоверение.

– Конечно, – сказал он, вынув из внутреннего кармана свою ID-карту. – Но нужно идти, или же будь готова встречать гостей. Одна.

Сердце колотилось так громко, что, казалось, его грохот слышал весь приют.

Лириадор улыбнулся и протянул мне своё удостоверение.

Я пробежалась по нему взглядом.

Что ж, этот странный, но привлекательный мужчина действительно состоял на службе. И если всё, что он сказал было правдой – приюту из-за меня грозила опасность..

Пока неизвестные, ослеплённые жаждой мести, направлялись в приют, служ намеревался увести меня куда-то.. чтобы обеспечить мою безопасность.

Это было неправильно!

Да, я не уверена в своих силах, но кто кроме меня смог бы защитить приют в критической ситуации?

Может, если я смогла бы хоть на мгновение обуздать свои силы…

Я посмотрела на свои ладони, лихорадочно перебирая варианты, что мне делать дальше. А после сглотнула и уставилась на Лириадора, подперев спиной изголовье кровати.

– Если пойду с вами, кто защитит мой дом?

– Я уведу тебя и вернусь. Мой напарник позаботится о тебе, а я разберусь с остальным. – Он чуть оттянул ворот форменной водолазки, оголив мощную шею и указал на коммуникатор, на котором слабо светился зелёный индикатор. – Если что, подмога рядом.

Я почувствовала себя предательницей, когда с облегчением вздохнула. Ещё не успев окончательно принять решение, я уже прекрасно понимала, что обученный, вооружённый отряд служителей правопорядка справится с преступниками гораздо быстрее и эффективнее, чем такой неумелый, неуверенный в себе демон, как я..

– Хорошо. – Я вернула служу его ID-карту. – Подождите меня минуту. У нас ведь есть минута?

– Скорее всего. – Лириадор лишь пожал плечами и протянул мне раскрытую ладонь. Позабыв о смущении, я вложила свои пальцы в его и пожала. – И обращайся ко мне менее формально.

Он помог мне подняться.

– Ладно.

Ступни снова коснулись холодного пола, и я ощутила как вместе с теплом уютной постели растворяются и остатки сомнений.

Если детям действительно угрожала опасность из-за меня.. Я была обязана действовать разумно.

Прямо поверх пижамы в спешке пришлось натянуть тёплые штаны и толстый вязаный свитер. Следом пошли дублёнка, ботинки и платок.

– И что дальше? – спросила я, с недоверием взглянув в сторону окна.

– Можно и так, конечно. Но это необязательно, ведь в нашем распоряжении есть дверь. – Лириадор едва заметным движением головы дал понять, что мне стоит обернуться.

Наши взгляды встретились, и я невольно задержала дыхание. Мне показалось, что в пронзительной глубине его серых глаз таился целый мир – незнакомый, но такой манящий.

– Тогда прошу вас, кхм, тебя, постараемся вести себя тихо..

– Как скажешь, сиротка. Поспешим.

Нервно покусывая ногти, я направилась к лестнице в самом конце коридора.

Лириадор шёл следом.

Мы добрались до чёрного входа. Благо, связка ключей всегда была при мне. Тяжёлая металлическая дверь нехотя поддалась, и мы со служем шагнули в холодную темноту улицы. Не могу сказать, в какой момент я так разнервничалась, но запереть дверь удалось не сразу – ключ никак не попадал в замочную скважину.

Вот так уходить из дома было неправильно, доверять незнакомцу тоже неправильно, сворачивать в тот злосчастный переулок.. Тоже было неправильно.

– Стелли, – раздался голос Азри, – всё будет хорошо. Этот странный служ уже связался со своими. Ты слышала? Они рядом. Если вдруг сюда всё же наведаются бандиты, подкрепление недалеко. Детей не оставят в опасности.

Чуть паря над землёй, он приблизился и сделал вид, что едва коснулся моей щеки. Его невесомое, но удивительно заботливое прикосновение наполнило меня теплом.

Я была не одна.

Его прямой, глубокий взгляд, в котором мерцала особая россыпь энергии, словно хранил в себе мощь самой вселенной и дарил спокойствие.

– Я останусь здесь, – предупредил он. – А если что – сразу к тебе.

– Спасибо..

Я выдохнула облако пара и прислонилась лбом к металлической двери. Казалось, мир вокруг вращался слишком быстро. Руки понемногу прекратили дрожать. Я сумела запереть дверь и опустить в карман ключи.

Воспитанники приюта и так пережили слишком многое. Мой дом, служивший пристанищем для стольких душ, должен был оставаться местом, где им ничего не угрожало.

Лириадор уже дошёл до угла здания, и я поспешила за ним.

Аковам после наступления комендантского часа жил своей особой, тревожной жизнью. Узкие улочки тянулись, словно жилы больного организма, где каждый поворот мог скрывать опасность, даже несмотря на то, что мы не вышли за пределы центрального сектора.

Несколько идущих нам навстречу прохожих обернулись, когда в конце улицы раздался собачий лай.

Я прикрыла платком губы и нос, чтобы согреться. Настырные порывы ветра трепали сорванные афиши с изображениями портретов великого собрания, гонял по усыпанной снегом брусчатке обрывки старых газет.

Мы двигались быстро, не обращая внимания на тени, что порой мелькали между домами. Кем бы ни были те люди, униформа Лириадора делала своё дело, отпугивая недоброжелателей.

Оступившись, я ахнула, когда прямо над нами заискрился и погас один из уличных фонарей.

Следуя за служем, я с трудом сдерживала дрожь и озноб.. Причиной был не мороз, а эмоции, которые медленно но верно брали надо мной верх. Из-за них сгустки красивой энергии, что ещё мгновение назад были мне не видны, начали приобретать очертания человеческих силуэтов. Тихие и мелодичные голоса умерших стали взывать ко мне, отзываясь в груди.

– Сюда, – сказал Лириадор, прежде чем открыть заднюю дверь чёрного автомобиля. – Это Валериан. Он присмотрит за тобой.

Мельком взглянув на упомянутого служа, я забралась на сидение и прикрыла глаза подрагивающими пальцами. Мне нужно было как можно скорее взять себя в руки.

Азраэль:

Прорезая пространство, я на огромной скорости осматривал соседние улицы, в поисках упомянутых членов преступного синдиката. И стоило только заметить подозрительную компанию, как я безвольно застыл.

Всё это время я отчаянно надеялся, что служ ошибся..

Что приюту ничто не угрожало.

Что Стелли ничто не угрожало.

Но наблюдая за подозрительной троицей, которая уже сворачивала на улицу, что вела к нашему дому, я почувствовал, как последние капли надежды растворились в небытии.

Фигура Лириадора мелькнула за угром приюта, и я направился к нему. В его облике было столько спокойной уверенности, что это невольно подкупало.

Послышался оглушительный стук в главные двери.

– Приготовились, – тихо скомандовал Лириадор, активировав коммуникатор на шее. – Всего трое. Вооружены.

Мои глаза распахнулись от ужаса, когда до слуха донёсся до боли знакомый звук отворяющегося замка.

Их пустили?

Им открыли дверь?

Я отказывался в это верить.

Меня охватило такое яростное бессилие, что захотелось схватить Лириадора за грудки, встряхнуть и заорать: почему служи бездействуют? Почему позволили этим людям переступить порог нашего дома?!

Отступив от угла дома, Лириадор поспешил к окну, что вело на улицу из сквозного коридора первого этажа. Он аккуратно заглянул внутрь.

Я проследил за направлением его взгляда. Будь у меня сердце – оно бы остановилось: трое мужчин, одетых в кожаные плащи с высокими воротниками, скрывающими их лица, о чём-то говорили с тётей Арианной.

В коридоре начали появляться перепуганные дети и нянечки. Шёпот и тихие всхлипы смешивались с глухим топотом босых ног по холодному полу. Сонные и растерянные, они плохо понимали, что происходит, вот и тянулись ближе к управляющей приюта, образуя полукруг.

Мужчины теперь стояли среди хрупких детских фигур, словно хищники. Их взгляды оставались холодными, цепкими, лишёнными даже намёка на сочувствие.

Было ясно: их не волновало, кто окажется той, ради кого они пришли. Торговаться они не собирались, уговаривать – тем более. Они пришли вершить правосудие. Своё, беспощадное.

В груди всё сжалось, паника ударила в голову, сметая остатки здравого смысла. Всё, что я так мечтал защитить, рушилось прямо на моих глазах.

Бездействие в такой момент – худшая из пыток.

Лириадор снова активировал коммуникатор:

– Пусть обыщут приют. Они не найдут девушку и уйдут. Мы пойдём за ними следом, чтобы не устраивать разборок здесь.

В его голосе не было ни тени сомнения. Он говорил уверенно, будто знал наперёд, чем всё закончится. И, скорее всего, был прав.

Поиски Стелли и правда продлились недолго. Мужчины злобно чертыхались и угрожали вернуться, а уже через десять минут вышли из здания. Дверь за ними гулко захлопнулась.

– Цели покинули здание, – заговорил Лириадор, когда его коммуникатор издал писк. – Выдвигаемся.

***

Как только Стелли оказалась перед своей тётей, она разрыдалась, захлёбываясь словами извинений.. Её плечи мелко дрожали, а руки тряслись, комкая одежду. Она выглядела как маленький ребёнок, который раз и навсегда предал доверие тех, кто был готов поддерживать её несмотря ни на что. Сквозь всхлипы Стелли винила себя во всём, что произошло – за то, что из-за неё все оказались под угрозой. Слёзы катились по её щекам, оставляя мокрые дорожки, пока она сбивчиво просила прощения у женщины, которая в последние годы заменила ей мать.

– Милая, мы ни в коем случае тебя не виним, – продолжала нежно повторять тётя Арианна. Я чувствовал её искренность и видел боль, проступавшую на лице всякий раз, стоило той поднять взгляд на племянницу. – Это твой дом. И мы будем заступаться за тебя столько раз, сколько потребуется.

Не было секретом насколько управляющая переживала о благополучии приюта. Ведь это место было и её домом – единственным местом, которое связывало с семьёй. Всё что у неё осталось от прежней безбедной жизни: воспоминания и проблемная племянница, происхождение которой оставалось загадкой. Когда-то давно, тетя Арианна дала слово не задавать неудобных вопросов, но это было до того, как в девочке пробудились пугающие силы. Сестра слёзно просила родных молчать об истинном происхождении дочери, и только последние пару лет, женщина поняла почему.

Астеллия была послушным ребёнком, но обладала странными способностями, утягивающими её в потусторонний мир. Девушка часто говорила сама с собой, бесцельно бродила по улицам, будто преследуя кого-то, ни раз плакала без причины, а во сне порой что-то шептала. Это пугало, взращивая в родственнице страх, которую та тщательно пыталась скрыть за привычной заботой и строгостью.

Мне не приходилось сомневаться в искренности только что прозвучавших заверений, но я так же знал, что каждую среду тетя Арианна ходила в Дом Света умолять о прощении. Она никому не рассказывала о странностях племянницы – только лишь каялась в желании снять с себя эту ношу. Читая молитвы, она искренне надеялась на «исцеление» Астеллии, что нисколько не походило на принятие.

Но правильно ли её в этом винить? Бессилие перед непонятным даже против нашей воли способно порадить непреодолимый страх.

– Я подвела.. подвела вас, – шептала Стелли.

Она была разбита. И каждая её слезинка отзывалась во мне глухой болью. Её страдания ломали меня.

Сильнее, чем когда-либо мне сейчас хотелось быть живым..

***

Несколько дней спустя. Лириадор:

– Все свободны, – обратился я к отряду, который все эти дни работал над миссией «Демон». – Валериан, а вот твоё возвращение в Навиграций я бы попросил отсрочить.

– Так точно.

Напарник улыбнулся, прекрасно осознавая причины моего решения свернуть операцию. В связи с последними событиями вопросов становилось всё больше.

Как могли верумианцы попасть на улицы Аковама?

Как могли эти верумианцы быть ещё и мутантами?

Почему они дали о себе знать только сейчас?

Почему о них ничего не известно моему руководству?

Связаны ли эти «демоны» с убийством и исчезновением представителей Верума?

Валериан был одним из немногих, на кого я мог положиться. Существование верумианцев держалось на Земле в строжайшем секрете. Любой, кто знал правду о нас, должен быть либо немедленно ликвидирован либо подвергнут очистке памяти. Только вот.. что делать с преступным синдикатом, члены которого и являлись верумианцами? Для подобного протоколов, конечно, не существовало. Именно поэтому я принял решение вести дело в одиночку. Сначала всё выяснить, а после доложить руководству.

Когда служители правопорядка покинули оперативный центр, я со вздохом расслабил плечи. Усевшись прямо на рабочий стол, я ещё раз взглянул на главный командный экран: данные разведки, проверенные маршруты, информация о предполагаемых связных, закольцованные видео.

Валериан приглушил часть освещения, и комнату окутал мягкий полумрак.

– Ну и какой у нас план? – спросил он, усевшись рядом.

– Я должен убедиться во всём лично. Придётся втереться к ним в доверие.

Брови друга неодобрительно изогнулись.

– Просто заявишься к ним на порог?

– Они ведь до сих пор не схватили сиротку, верно?

При упоминании приманки в пижаме, на лице невольно появилась улыбка. Недоверчивый взгляд милой красотки всплыл в памяти, сбивая с мысли.

Валериан недоверчиво прищурился.

– О, Лир.. знал бы ты, какой недобрый у тебя сейчас взгляд. Разве это похоже на тебя – жертвовать гражданскими? И ты ведь знаешь, что её мать жива. Она не сирота.

– Знаю, знаю. Но ведь она живёт в детском доме. Да и нас сирот такие клички не обижают.

## Глава 5

Астеллия:

– Мелани, а у тебя случайно нет ещё какой-нибудь подработки?

Девушка протянула мне оплату за сегодня, делая вид, что выдаёт сдачу из-за прилавка. Мы разыгрывали этот необязательный, но забавный мини-спектакль в конце каждой смены. Проще было бы передать деньги в подсобном помещении, но так куда веселее.

– Ох, милая. Моя соседка с недавних пор ищет сиделку, которая смогла бы заботиться об её больном отце. Он не ходячий, грузный мужчина.. – Она развела руками. – Не самая лёгкая работа, но я могу спросить..

– Да, буду очень признательна. Тогда увидимся послезавтра. Спасибо.

Натянув платок на лоб, я толкнула дверь. Колокольчики весело зазвенели, оповещая об окончании моего нелегального рабочего дня.

С опаской оглядевшись по сторонам, я засеменила по знакомому маршруту. Улица была почти пуста, если не считать редких прохожих. В каждой тени мне мерещилась опасность, из-за чего дышать становилось всё труднее.

Правильным ли было решение, попросить Азри присмотреть за приютом? С одной стороны, я могла быть уверена, что детям ничего не угрожает, раз мой призрак не даёт о себе знать. А с другой – трудно вспомнить, когда мне приходилось идти домой в совершенном одиночестве.

Я неслась вперёд со всех ног, одновременно избегая встречи со своими преследователями и надеясь на нее. Уж пусть лучше меня схватят здесь, чем снова возьмутся за запугивание постояльцев приюта. Верно?

Стоило уловить звук шагов позади, как мышцы моментально напряглись. Я затаила дыхание и, преодолевая онемение в ногах, ускорила шаг.

– Сиротка-а, – послышалось из-за спины.

Этот голос.. был мне знаком!

Лириадор.

Он догнал меня и, когда попал в поле моего зрения, снова заговорил:

– И что это ты делаешь на улице в такой час? Дай угадаю, была в магазине. Что покупала, – он взглянул на свое запястье, – пять часов и двадцать минут?

Перепуганная, я метнула в него полный растерянности взгляд.

– Ты следишь за мной? – вырвалось у меня.

– Слежу.

Я тут же пожалела, что задала этот вопрос..

Мне стоило промолчать или сделать вид, будто я понятия не имела, о чём он говорил. А может даже притвориться, что мы вовсе не знакомы и впервые встретились.

Лириадор сунул руки в карманы и зашагал рядом, не стремясь нарушить молчание. Наш странный дуэт пересекал квартал за кварталом, то и дело мелькая в лучах уличных фонарей. Пушистый снегопад, глубокое дыхание, хруст снега под ногами.. И вдруг я осознала – страх, который не отпускал меня последние дни, затих..

Странный служитель правопорядка, который заступился за меня при первой встрече, а после помог избежать «справедливого суда», казалось, сейчас без задней мысли решил проводить меня до дома.

Так мне хотелось думать.

Я невольно вспомнила все прочитанные романы. Что, если прямо сейчас пишется и моя история любви?

Хорошо, что из-за платка, которым я снова прикрыла лицо, чтобы защититься от холода, Лириадор не мог видеть моей глупой и мечтательной улыбки.

Когда вдалеке показался приют, я юркнула в проход между домами. Сделав приличный крюк, мы дошли до высокого забора с задней стороны дома. Если кто-то и следил за входом, он не должен был узнать о моём возвращении.

Лириадор в полной тишине наблюдал за тем, как я перекинула свою потрёпанную сумку через высокий забор. А после, взявшись за прутья, с лёгкостью забралась наверх.

Убедившись, что за домом никого, я спрыгнула вниз.

Была ли я удивлена, когда Лириадор приземлился рядом?

Ничуть.

А когда он пошёл за мной к дому?

Может быть..

Спрятавшись под небольшим навесом у самой двери, я решила прервать молчание:

– Зачем ты идёшь за мной?

– Не хочу, чтобы ты пострадала, – ровным тоном признался он.

Приятное тепло предательски вспыхнуло в груди.

С трудом сдерживая улыбку, я заставила себя вернуться к теме разговора:

– Разве вы не выследили тех бандитов? Больше они здесь не появлялись. Я надеялась – всё кончено.

– Они оказались куда опаснее, чем предполагалось. Мы знаем, где они обосновались, но взять их штурмом не выйдет. В любом случае, когда устанешь оглядываться по сторонам, приходи ко мне. – Он протянул мне визитку одного из штабов Управления Безопасности Аковама. – У меня есть идея, как заставить их потерять к тебе интерес.

Спрятав визитку во внутренний карман куртки, я сделала глубокий вздох.

– А если они уже потеряли его? Не нашли меня с первого раза и бросили эту затею.

– Тем лучше для тебя, сиротка, – бросил Лириадор, прежде чем направиться прочь.

Сколько времени я простояла, уставившись в ту сторону, куда ушёл этот мужчина?..

Опомнившись, я отворила дверь и прошмыгнула внутрь. Добравшись до своей комнаты, я разделась и бросилась на кровать в полной темноте. Не хотелось привлекать лишнее внимание, если вдруг кто-то всё же следил за приютом.

– Слушай, Азри, тебе не кажется, что этот парень просто-напросто влюбился в меня? С первого взгляда. Такое ведь случается?

– Случается, – тихо ответил Азри, присев на край моей постели. Он выглядел как всегда прекрасно, сияя в темноте. Энергия тоненькими мерцающими потоками обволакивала его образ. – О чём думаешь?

– Кажется, он догадался о моей подработке. – Я прикрыла лицо руками. – Чего ему стоит сдать меня? Выслужиться перед начальством, получить премию, выполнить норму. Или как там у них это работает? Ты когда-нибудь видел, чтобы служители правопорядка заступались за обычных горожан?

– Никогда.

– Вот именно! А Лириадор провожает меня домой, чтобы я не пострадала? Зачем ему это? Думаю, он влюбился.

Я усмехнулась.

Мысли снова и снова возвращались к мужчине, во взгляде которого я уловила нечто большее, чем просто любопытство или интерес.. Или мне показалось?

Меня охватило странное волнение.

***

– Стелли! Стелли! – Кики ворвалась ко мне в комнату посреди ночи. – В-воспитательница от-отправила, – девочка задыхалась, не в силах выговорить фразу целиком.

– Милая, что случилось? – сонно спросила я, притянув её в свои объятия.

– Стелли, они здесь, они здесь, те дядьки! Ты должна..

Послышался детский пронзительный крик, а затем какой-то стук и ругань.

Азри виновато опустил глаза.

– У меня не получилось тебя разбудить..

Я оцепенела. Пришла в себя, только когда послышался звон битого стекла.

Кики залилась слезами, прикрывая рот рукой.

– Оставайся здесь.

Я вскочила и бросилась бежать. Чем ближе я была к первому этажу, тем отчётливее слышала голоса. Мужские, злые, ядовитые..

– Спрячься! – Азри указал на дверь кладовки. – Двое идут сюда.

Оказавшись в тесном пространстве, я вжалась в выемку между отсеками шкафов. Тяжёлая поступь пронеслась мимо, и когда Азри кивнул, я вернулась в коридор.

– У вас был выбор, – грозно прорычал вдалеке мужской голос.

Страх сковал тело, но я продолжила переставлять ноги. Коридор показался бесконечным, когда я увидела широкую мужскую спину.

– Астеллия не живёт здесь уже почти год, – спокойно произнесла тётя Арианна. – Выбор, что вы предоставили, не имел смысла.

Она увидела меня, и её челюсти сжались.

Притаившись за колонной, я отчаянно надеялась остаться незамеченной, но когда мужчина занёс руку для удара, я решила раскрыть себя. Уже сделала шаг вперёд, как вдруг взгляд тёти Арианны, строгий и в то же время полный мольбы, тут же приковал меня к месту.

Я перестала дышать, видя, как женщина, растившая меня словно родную дочь, рухнула на пол. Из её рта хлынула кровь, но несмотря на это она продолжила:

– Здесь вы лишь теряете время.

Мужчина, обезумев от злости, опустился на корточки и рывком притянул её к себе.

– Мы вернёмся через три дня. И если твоей дочурки здесь не будет, заберём вместо неё с десяток малолеток. – Он поднялся, и я сильнее прижалась спиной к колонне. – Надеюсь, такой выбор тебе по душе.

Меня захлестнул гнев Чистый, опасный и безжалостный. Хотелось выть от боли, неприятно покалывающей кончики пальцев. Ведомая яростью и страхом, я была готова одним движением лишить этого жалкого человека души. Она ему совершенно точно ни к чему.

Уничтожить его!

Стереть с лица земли!

Время замедлилось, когда надо мной взяла верх моя нечеловеческая сторона. Мощная, всепоглощающая, разрушительная и такая прекрасная сила.

Еще мгновение и всё, что я уже успела представить, должно было сбыться. Но вместо этого, тонкая, светящаяся энергия очертила медленно возникающие из темноты силуэты блуждающих душ.

Я судорожно сглотнула и невольно отшатнулась, когда их взгляды вдруг устремились ко мне.

– Стелли, – произнёс Азри, – ты должна бежать. Те двое возвращаются.

***

Оказавшись в безвыходном положении, я решила просить о помощи Лириадора.. После сегодняшней ночи стало понятно, почему никто не искал меня по улицам города: они знали, как я выгляжу и где живу. Они знали абсолютно всё.

Тот мерзавец назвал тётю Арианну моей мамой, что лишь подтвердило наши опасения. Если даже такие данные были в их руках, осталось ли хоть что-то, чего они обо мне не знали?

Управление Безопасности Аковама (УБА) не вызывало доверия, но за его дверями находился один человек, в сочувствии и помощи которого я нуждалась как никогда прежде.

Горожане обходили эту угрюмую, массивную постройку с металлическими панелями вокруг окон, стороной. Оно дышало властью и безмолвной угрозой, невидимой чертой разделяя миры служителей правопорядка и обычных людей.

Сделав глубокий вдох, я направилась ко входу. Стоило переступить порог, как массивная рамка-сканер издала протяжный писк. Строгие взгляды патрульных офицеров сопроводили меня до самой стойки регистрации в приёмной зоне.

Сидя за стеклянной перегородкой, миловидная женщина в униформе служителя правопорядка, увидев меня, вопросительно приподняла брови.

– Имя. ID, – сухо выдала она.

– Астеллия. Вот, – я положила свою ID-карту в металлический отсек, который тут же закрылся, поглотив моё удостоверение личности.

– Сканер справа от вас, – еле слышно произнесла она, уже вбивая в программу мой идентификационный номер.

Я приложила ладонь к холодной поверхности.

Служительница правопорядка сказала что-то ещё, но её голос утонул в окружающем шуме. Повсюду были расставлены обшарпанные скамейки, на которых расположились родственники задержанных, свидетели или подозреваемые, которых еще не увели в допросные. Некоторые сидели молча, уставившись на свои руки, другие же нервно переговаривались, создавая в помещении гул.

– Повторите пожалуйста, – попросила я, пригнувшись к отверстиям в стекле, когда мне вернули ID.

– Цель визита.

Азри пожал плечами в ответ на мой растерянный взгляд. Он заглянул за стойку регистрации, чтобы понять, какой от меня ждали ответ.

– В предыдущих анкетах указаны "Опознание подозреваемого", "Подтверждение трудовой деятельности", "Подача официального уведомления", "Встреча с назначенным служителем". Думаю, последнее нам подходит. Да?

– Ах! Да, я на приём к служителю правопорядка.

– Вам назначено?

– Да. У меня есть визитка.

Я вынула из кармана маленькую картонку и уверенно продемонстрировала её женщине.

Её полный скепсиса взгляд несколько раз скользнул от визитки ко мне и обратно. Так ничего и не сказав, она несколько минут что-то вбивала в компьютер, после чего велела присесть на свободное место и ожидать. Створки турникета мягко разъехались в стороны, и я шагнула вперёд, чувствуя, как металлические панели тут же сомкнулись за моей спиной, отрезая путь назад.

Я выбрала скамью подальше от остальных посетителей.

Азри нервничал, бесцельно блуждал по приёмному залу туда и обратно. Его взгляд метался, словно он искал хоть что-то, что могло бы отвлечь от тяжёлых мыслей. Что бы я ни говорила, вина продолжала душить его, лишая покоя. Вчерашние события обнажили его бессилие, и этот груз давил на него сильнее, чем когда-либо. Пожалуй, мне никогда прежде не приходилось видеть его настолько разбитым.

Но для меня был важен сам факт его присутствия. Уверенность в том, что он рядом, стоила куда дороже любого бессмысленного героизма.

Я продолжала ждать Лириадора. К собственному разочарованию, мне оставалось лишь принять тот факт, что в сложившихся обстоятельствах этот мужчина каким-то образом был моей последней надеждой.

***

Гладкий чёрный пол блестел от слишком частого мытья, но на нём всё равно оставались тёмные следы обуви и грязные разводы. Запах сильного дезинфицирующего средства начал пропитывать открытые участки кожи. В горле запершило, а глаза начали слезиться.

В приёмной поднялся гул, когда мимо нас буквально протащили двух мужчин. Они орали так пронзительно, что казалось, ещё чуть-чуть, и стёкла в окнах разлетятся на осколки. Через несколько минут у стойки регистрации уже собралась целая группа женщин. Всхлипы, жалобы и громкие просьбы о встрече с задержанными смешались в один тягучий хор отчаяния.

Я растерянно огляделась.

Как я сюда попала?

Что я делаю среди всего этого хаоса?

На противоположной стене висел экран, на котором отображались списки задержанных, сроки их содержания и распоряжения о переводах в другие учреждения. Информация будто специально мелькала настолько быстро, чтобы никто не успел ничего рассмотреть.

Лириадор вышел в коридор, и я испытала предательское облегчение. Он выглядел серьёзнее, чем обычно: взгляд сосредоточенный, движения выверенные, даже тень лёгкой беспечности не смогла поколебать эту собранность.

И как бы я не хотела признавать – мне это нравилось.

Поджав губы, я смущённо опустила взгляд. Девичье сердечко было не на месте.

Когда в поле моего зрения оказались массивные ботинки, остановившиеся прямо передо мной, я медленно подняла глаза.

Лицо Лириадора озарила едва заметная полуулыбка, и он кивнул куда-то в сторону, приглашая следовать за ним.

В груди на миг вспыхнула робкая искра надежды, что он и правда был рад видеть меня. Но я тут же одёрнула себя. Сейчас не время витать в облаках. Слишком многое стояло на кону..

Подхватив сумку, я поспешила за Лириадором, мечтая, как можно скорее оказаться подальше от этого места. Азри рванул следом. Он поддержал моё решение прийти сюда. Ничего лучше мы не придумали. Я тоже мысленно уверяла себя, что поступаю правильно, обращаясь за помощью.

Широкий коридор поглощал звуки шагов, лампы отбрасывали длинные тени, очерчивая наши фигуры. Кое-где висели экраны, информация на которых была схожа с той, что я уже видела раньше.

– Сюда. – Лириадор указал на дверь, чуть приоткрыв её.

Съёжившись под пристальными взглядами прошедших мимо служей, я проскользнула в кабинет. В просторной переговорной стоял большой стол и несколько мягких кресел. Слабое гудение работающих обогревателей и ненавязчивый запах кофе делали комнату уютней. Складывалось впечатление, что это помещение никогда не использовалось для работы с гражданами. На стенах висели групповые фотографии сотрудников, на полу ютился пёстрый ковёр, а на столе красовалась огромная коробка с печеньем и конфетами.

– Оставлю дверь приоткрытой, – сказал Лириадор, указав на дверь позади себя. Этот жесть мог показаться незначительным, но я его оценила. Путь к отступлению сделал обстановку чуть менее напряженной, и мне стало спокойнее. – Присаживайся и угощайся, – добавил он сдержанно. Приготовлю тебе чего-нибудь горячее.

Прижав сумку к груди, я осторожно опустилась в одно из кресел.

– Что-то случилось. – Его голос прозвучал скорее утвердительно, нежели вопросительно.

– Приют в опасности. – Я судорожно втянула воздух и продолжила. – Они снова приходили. Но на этот раз..

Лириадор поставил передо мной кружку и опустился в кресло напротив. В его спокойном взгляде мелькнула едва заметная тень сочувствия.

– Кто-то пострадал?

Я кивнула, и мои пальцы непроизвольно сомкнулись на кружке.

Мне прежде не приходилось нести ответственность за чью-то безопасность. Мои поступки ещё никогда не оборачивались угрозой для жизней невинных

– Помоги нам.. – голос сорвался, выдавав глубину моего отчаяния. – Пожалуйста.

Наши взгляды встретились.

– Тогда и ты должна будешь сделать для меня кое-что.

## Глава 6

Лириадор:

Взгляд Астеллии был полон отчаяния, а её нежный голос пылал мольбой. Я уже и забыл, какого это, когда внутри всё сжимается. Из "свидетельницы" и "приманки" она вдруг стала для меня обычной девушкой, на плечи которой решил обрушиться весь мир. И пока я воспринимал её исключительно как инструмент для достижения цели, она искренне надеялась на пою помощь. Сочувствие, которое мне стоило держать при себе, рвалось наружу.

Я, конечно, многое повидал за годы службы, но подобное всегда находило способ задеть за живое, пробраться сквозь броню привычного равнодушия.

Отчаяние в красивых глазах этой девушки кричало о том, что она нуждается в надёжной поддержке, в опоре, но сама она, возможно, никогда бы не решилась об этом сказать. И именно её внутреннее упрямство, её немая борьба трогала сильнее всего.

Меня одолели сомнения.

Как я мог допустить, чтобы она дошла до такого состояния? Я ведь прекрасно знал, что именно так всё и обернётся. Более того, я даже рассчитывал на это. Просьба Астеллии была частью задуманного мною плана. Но, признаться, видеть боль в её глазах оказалось тяжелее, чем я ожидал. Этот момент оказался неприятным напоминанием о том, что за сухими расчётами всегда стоит чья-то жизнь.

– Хорошо, я сделаю это, – тихо ответила она.

– Я ведь ещё не озвучил, о чём именно хочу попросить.

– Это не имеет значения. Если ты сможешь защитить мой дом, я сделаю что угодно.

Я тяжело выдохнул и на миг прикрыл глаза рукой, напомнив себе, что передо мной юная девушка, моложе и наивнее, чем старается казаться.

– Никогда и никому больше так не говори, – сказал я наконец. – Мало ли, что задумал человек..

Астеллия прищурилась.

– И что же задумал ты?

– Сдать тебя им, Астеллия, – отозвался я самым серьёзным тоном. Её глаза широко распахнулись, и прежде чем она успела что-либо сказать, я продолжил: – Мне нужно попасть внутрь синдиката, втереться в доверие, хотя бы ненадолго. А ты – самый верный способ. Но не стоит бояться. Мы войдём туда вместе и выйдем вместе. Обещаю.

Какое-то время Астеллия сидела молча. Её взгляд скользнул в сторону, она кивнула, после чего произнесла:

– Я поняла. Сделаем это.

Настала моя очередь безмолвно уставиться на собеседницу. Я ожидал отказа и был готов начать уговаривать ее, приводить аргументы. Кто бы мог подумать, что всё пройдёт так гладко.

– Ты точно поняла, что именно я тебе предложил?

– Если я выполню твоё условие, как именно ты планируешь защитить приют? – Её голос дрогнул, но в глазах уже читалась решимость. – И.. как долго ты согласен помогать нам?

– Я уже получил разрешение у главы УБА. Постоянные патрули будут дежурить вокруг детского дома. Служители правопорядка займут ближайшие улицы и будут контролировать всё, что происходит.

Астеллия словно завороженная слушала меня, откинувшись на спинку кресла. Она сделала осторожный глоток какао. Горячий пар коснулся её лица, смягчив напряжённые черты.

– Спасибо, – прошептала она. Плечи девушки расслабились, а голос стал мягче. – Ты уже обо всём договорился. Я не ожидала.. И это.. – она запнулась, потом смущённо улыбнулась. – В общем, еще раз спасибо. – Она откашлялась, пытаясь скрыть радость и смущение. – Но есть несколько важных дел, которые мне нужно сделать, прежде чем.. сдаться.

– Не проблема. – Пожал я плечами. – Нам всё равно придётся дождаться согласия на встречу. Нельзя вот так, ни с того ни с сего, заявляться в преступный синдикат.

– Значит, мне вернуться через несколько дней?

– Куда пойдёшь? Тебе не стоит появляться в приюте какое-то время.

Астеллия поставила кружку на стол и поднялась. Закинув сумку на плечо, она собралась уходить.

– Хорошо, тогда остановлюсь у друзей. – Заметив скепсис в моем взгляде, она вопросительно приподняла бровь. – Я не сбегу.

– Дело не в этом. Ты должна оставаться при мне, —произнёс я, но слова прозвучали слишком резко. Астеллия замерла, и я поспешно добавил, ощущая, насколько странно прозвучало моё требование: – Под присмотром. Я имел ввиду под моим присмотром.

Астеллия:

Что он только что сказал?!

Сердце бешено заколотилось, а губы растянулись в самодовольной ухмылке. Реакция явно неуместная, но я ничего не могла с собой поделать.

Я бросила быстрый взгляд на Азри, всем своим видом крича: «Ну вот! Я же говорила! Говорила! Этот парень по уши в меня влюблён!»

И всё же, несмотря на первые нотки эйфории, я должна была ему отказать:

– Извини, Лириадор. Но что бы ни значили твои слова, я не могу остаться при тебе. – Я покачала головой, показав пальцами кавычки.

– Всё правильно, – подбадривал меня Азри, – только вечно ошивающегося под твоим боком служителя правопорядка нам и не хватало.

В ответ на мои слова послышался смешок, а затем Лириадор произнёс:

– Астеллия, встретимся сегодня вечером за пол часа до наступления комендантского часа напротив входа в сад Примирения.

Не хотелось выглядеть глупой, но вопрос сам сорвался с губ:

– Зачем?

– Тебе придётся погостить у меня, – спокойно пояснил он. Будь кружка всё ещё в моих руках, я бы наверняка её выронила. – Мы не можем рисковать твоей безопасностью. Оставаться у друзей или возвращаться в приют слишком опасно.

Азри фыркнул, иронично скривившись.

– А с мужчиной незнакомым наедине оставаться – это, получается, безопасно?

Чем дольше я прокручивала в голове предложение малознакомого служа, тем сильнее в груди разгоралось нешуточное противоречие. Соглашаться было… неприлично и безрассудно. Но ведь Лириадор говорил без намёков, без тени пошлости, без двусмысленностей.

Верно?

Наша сделка подразумевала.. что нам придётся провести некоторое время вместе.. И если смотреть трезво – совместное проживание выглядело самым логичным вариантом. Тем более он всегда так доблестно помогал мне.. защищал. Было трудно подозревать его в дурных намерениях.

Я коснулась пальцами виска, надеясь унять сумбур мыслей.

Могла ли я решиться на такое?

– Нет, – пробормотала я. – Я не.. такая.

Лириадор слегка склонил голову вбок, и в его глазах мелькнуло любопытство.

– Я предлагаю тебе это не как мужчина женщине. – произнёс он твёрдо, но без лишней резкости. – Защитить тебя – теперь мой долг.

***

Лириадор:

Я снова взглянул на часы. Сквозь стиснутые зубы вырвался резкий выдох – смесь раздражения и удивления.

Почему я вообще здесь?

Почему всё ещё жду?

Ответ очевиден: я должен был дождаться Астеллию. Она опаздывала.

Неужели, не восприняла мои слова всерьез и решила не приходить? Или с ней что-то случилось?

Пальцы скользнули по шершавой стене арки, у которой мы договорились встретиться. Камень осыпался, оставив на пальцах серую пыль.

Мысли унесли меня в прошлое: когда-то давно, шагая по улицам Аковама, я и представить не мог, что однажды буду вглядываться в его детали так жадно. Тогда весь мир сводился к одной цели: привести свою подопечную к победе. Ати верила мне безоговорочно, а я.. думал лишь о себе, о перспективах карьерного роста.

После недавнего прибытия на Землю я потратил немало времени её поиски, но информации в базах не оказалось. Застав в доме, который когда-то принадлежал её семье, других людей, я потерял все связи с прошлым.. Девушка, которая когда-то поверила в меня и приняла таким, какой я есть, жила где-то в Аковаме, а я понятия не имел, как её найти. Когда-то она работала в государственной структуре, что само по себе исключало вероятность полного отсутствия данных о ней в открытых и закрытых источниках. Однако я не мог ничего найти.

Взявшись за новую миссию, я доверил расследование Валерианау. Он должен докопаться до сути этой странности и найти хоть какую-то зацепку существования Ати. Пусть, она меня давно уже забыла, но впервые за столько лет оказавшись в Аковаме – я был просто обязан повидаться с ней вновь.

20 лет назад:

– Что делаешь? – прошептала Ати, опустив ладонь мне на плечо. – Сидишь тут один. Молчишь. Грустно смотришь вдаль. Не похоже на тебя.

Время было позднее. Лунный свет тонким серебряным кружевом ложился на парящие шезлонги, стеклянные столики, живые стены из благоухающих растений. Плавающие светильники в бесшумных фонтанах по обе стороны от нас тоже излучали мягкое сияние, превращая веранду в место из волшебного сна.

Когда минуту назад интегратор оповестил о приближавшихся шагах, во мне вспыхнуло желание сохранить видимость спокойствия и непринуждённости. Активировать Систему, запустить игру или сделать вид, что работаю. Но так как нежная поступь принадлежала Ати, я позволил себе остаться неподвижным.

– По-твоему, я всегда должен веселиться?

Мой голос прозвучал менее дружелюбно, чем я хотел.

– Но и сидеть в полном одиночестве без света на веранде глубокой ночью – не совсем твой стиль. Признай.

Она плавно опустилась рядом на кресло, приглушённо вздохнула и тихо, словно боясь спугнуть тишину, откинулась на мягкое изголовье. Она распустила пучок, с которым предпочитала ходить дома, и её белые волосы пышными локонами рассыпались по плечам.

– Ну так что случилось, Лир? – снова спросила Ати, придав голосу театральной трагичности. – Поделись со своим единственным другом.

Я усмехнулся, когда она в подтверждение своих слов сочувственно похлопала меня по ладони. Несмотря на попыткиу пошутить, в её глазах отражалось искреннее беспокойство. Именно это и помогло мне набраться смелости и произнести:

– Сегодня годовщина смерти моих родителей.

Ати на мгновение задержала дыхание.

– Прости.. Я не знала.

Её плечи тут же поникли, а укол вины за недавнее озорство отразился в опущенных уголках губ.

– Всё в порядке. Я, кстати, уже перестал плакать по ночам в подушку, умоляя Систему вернуть время вспять.

– Разве ты был бы в силах помочь?

Я глубоко вздохнул, вскинув взгляд к ясному звёздному небу.

Конечно, она была права. Для ребёнка спасти двух взрослых, которые по зову долга несли службу где-то далеко в горах – было просто невозможно. Но если бы мне удалось скрыть свои силы, родителям не пришлось бы из кожи вон лезть, доказывая свою лояльность совету Системы.

С тех пор, как я стал «позором семьи», они целиком посвятили себя военной службе, чтобы оправдаться перед элитами общества. Ведь разве может существовать больший позор, чем сын мутант? Как им было смотреть в глаза уважаемым людям? Как оправдать появление «ошибки» в своей родословной?.. Всё, что у них оставалось – карьера, долг и безмолвный стыд.

– Ты ни в чём не виноват, – прошептала Ати, будто прочла все мои мысли. Прильнув лицом к моему плечу, она бережно погладила моё предплечье. – Жизнь несправедлива. Я видела многое.. и, могу поспорить, ты даже не представляешь, какими порой бывают обстоятельства, вынуждающие детей страдать.. Искреннее беспокойство за родителей и огромное желание помочь им ломают их судьбы. Но, что бы дети ни делали, какую бы помощь ни предлагали, какими понимающими и сочувствующими ни были, ответственность за трудные жизненные обстоятельства лежит именно на плечах их родителей. И когда всё идёт под откос, дети в этом не виноваты. Понимаешь?

– Понимаю.

Ветер ласково о шелестел в пышных кронах деревьев, наполняя сад тихим дыханием ночи. Извилистые цветочные клумбы мерцали под лунным светом словно отвечая на его серебристый зов.

Тёплая женская ладонь продолжала поглаживать мою руку – мягко, успокаивающе, напоминая, что я не один.

Ати нахмурилась, когда я взглянул на неё.

– Я ведь серьёзно, – чуть обиженно произнесла она, слабо толкнув меня плечом.

– Спасибо, Атанасия. Спасибо, мой единственный друг, – добавил я в шутливом тоне, пряча смущение.

Она улыбнулась и, приподнявшись, взъерошила мне волосы. А я, словно мальчишка, обрадовался, почувствовав себя услышанным. Никогда бы не подумал, что кто-то сумеет принять меня таким, какой я есть.

– Хорошо, что у нас, – с улыбкой произнесла Ати, – впереди ещё, как минимум, триста лет. Можно позволить себе погрустить пару десятилетий без страха провести всю жизнь в скорби. Верно?

– Вот этим ты и займёшься, выйдя замуж за выбранного фаворита, – пожав плечами, ответил я, стараясь придать голосу особую серьёзность.

Ати глубоко и протяжно вздохнула, будто мои слова и правда попали в цель.

Неужели она всё ещё сомневалась в своём выборе?

– Думаешь, я пожалею? – спросила она, поймав мой взгляд. – Только честно.

Я застыл, не ожидав услышать подобного вопроса. Обычно Ати отмахивалась от моих комментариев об её избраннике или переводила разговор в шутку. Но сейчас её глаза были полны искренней тревогой.

С одной стороны, стоило быть честным – признать в её выборе достойного человека и успокоить её.. Но с другой.. – как же сильно хотелось соврать. Очернить, опорочить мужчину, в которого влюблена моя Ати.

Зачем?

Просто чтобы насолить ему. Этому напыщенному «золотому мальчику», так уверенно играющему роль того, кому будто бы подвластно всё. Словно нет для него ничего невозможного.

А ведь это мой девиз, а не его!

– Разве моё мнение что-то значит? – попытался я уклониться от ответа.

Ати уверенно кивнула, не отводя взгляд.

– Я не сомневаюсь в нём, – тихо объяснила она. – Но хочу знать, что думаешь ты, Лир.

Усмехнувшись, я быстрым движением обхватил ее талию, а после просунул руку под бедро, чтобы усадить к себе на колени.

Она вздрогнула, но не отстранилась.

Игриво, весело и с ноткой флирта я снова сделал то, в чем был хорош, как никто другой.

– Если совсем честно, я думаю, ты должна выбрать меня, а не его, – прошептал я, уткнувшись ей в волосы. – У нас всё ещё есть возможность сбежать.

– Лир, тише! – Ати едва сдерживала улыбку, прижимая ладони к моим губам. – Если он услышит, тебе снова достанется. И отпусти меня! – Она попыталась встать, но я лишь крепче прижал её к себе. – Лир! – В её голосе звучало возмущение, но глаза сверкали весёлым огоньком, и это только подогревало моё упрямство.

Настоящее время:

Вдалеке протяжно скрипнула деревянная калитка, висевшая на одной-единственной петле.

Я не сомневался: это Астеллия. Уголки губ предательски дрогнули, улыбка готова была прорваться наружу, но я поспешно подавил её, втянув щёки. Пальцы нервно провернули в карманах ключи, а плечи расправились сами собой – жест привычный, почти защитный.

Но вместо знакомой фигуры я увидел двух подростков. Их настороженные взгляды скользнули по мне.

– Д-добрый вечер?.. – пробормотал один из мальчишек, прячась за спиной друга.

– Добрый. – Пришлось сделать шаг в сторону, чтобы дать им возможность пройти.

Они поспешили меня обойти.

Я резко выдохнул, и облако пара вырвалось наружу, раскаляя моим раздражением холодный воздух.

Астеллия опаздывала уже на двадцать минут.

Спустя еще десять минут можно было наблюдать, как я, неприкаянный служитель правопорядка, развалился на скамье у входа в сад Примирения. Раз не было возможности связаться с девчонкой напрямую, оставалось только ждать.

Пятнадцать минут.

Двадцать.

Полчаса.

– Да где её носит? – Я снова взглянул на часы. – Неужели с ней на самом деле что-то случилось, – всё же пробубнил я себе под нос.

Деревянные планки скамьи неприятно впились в спину, когда я откинулся назад и шумно вздохнул. Пальцы сами собой забарабанили по колену, всё быстрее и громче с каждой минутой. Этот звук казался мне раздражающим эхом собственных мыслей, которые я пытался заглушить. Когда барабанный ритм достиг пика, я резко остановил руку, сжав колено так, что костяшки побелели.

– Прекрасно, – прошептал я, вскинув голову к небу.

Возвращаясь к Управлению Безопасности, я перебирал в голове десятки возможных сценариев. Кулаки то сжимались, то разжимались, как будто я заранее готовился к схватке, в которой мог потерпеть поражение.

Разочарование от длительного ожидания растворялось, уступая место липкой и настойчивой тревоге.

***

В полдень следующего дня. Астеллия:

Я проснулась раньше остальных и уже успела заправить свою постель.

Вчера я впервые была вынуждена искать ночлег. Мне не хотелось обращаться к родственникам тёти Арианны, которые из-за меня тоже могли пострадать. Да и просить помощи у бывшего молодого человека – не лучшая затея.. Поэтому первым делом я направилась в Центр Временного Размещения. Я много раз слышала, что граждане могут останавливаться там совершенно бесплатно. К сожалению, оказалось, что не замужним вход в ЦВР запрещён.

С каких это пор? Какое бесчеловечное новое правило. Мне отказали, оставив на улице, словно бездомное животное. Я могла понять запрет на посещение баров и клубов. Но ЦВР?!

Смирившись с отказом, я направилась дальше. Но каково же было моё удивление, когда меня буквально прогнали и из приюта при Доме Света! А ведь я столько раз видела объявления о милости Персосвета, дарующего кров любому страждущему человеку. Да, я была не самой частой гостьей на еженедельных исповедях Свету, и не знала наизусть слова Благословения, но разве это могло стать поводом для отказа? Я тоже имела право воспользоваться услугами временного приюта для нуждающихся. Жаль, настоятель посчитал иначе, когда, взглянув и не узнав меня, сказал лишь одну фразу прежде чем закрыть передо мной дверь: «Свободных мест нет».

Время неумолимо приближалось к началу комендантского часа, что лишало меня выбора. Я не придумала ничего лучше, чем направиться туда, куда раньше никогда не решилась бы. В заведение, где по понедельникам работала на кухне. Дом удовольствий едва ли можно было назвать безопасным пристанищем, но, к моему удивлению именно он без лишних вопросов принял меня на ночлег.

Управляющая без раздумий согласилась предоставить мне спальное место в обмен на помощь на кухне и генеральную уборку клуба в конце недели.

Хейни ахнула, застав меня за разделочным столом на кухне. – Стелли?! Но ведь сегодня четверг! – громким шёпотом выдала она, закрыв за собой дверь. – Мы ведь договорились только на понедельники. Нужно предупредить управляющую.

Я подняла руки в успокаивающем жесте.

– Всё в порядке. Мне придётся остаться здесь на какое-то время, так что управляющая в курсе. Платить мне не нужно.

– Оу! – Хейни скинула куртку с плеч и положила сумку на маленькую тумбу у двери. – Что случилось, детка? Ты что, сбежала из дома?

Она закатала рукава, собрала волосы в пучок и быстро окинула взглядом помещение, проверяя, всё ли в порядке.

– Можно и так сказать.

Я пожала плечами, не намереваясь вдаваться в подробности.

– Знаешь, я тоже когда-то сбегала, – сказала Хейни после короткой паузы. Она взяла большую миску, насыпала в неё муку, добавила дрожжи, щепотку соли и плеснула тёплой воды. Руки женщины уверенно месили тесто, а я тем временем нарезала овощи. – Я жила в маленьком посёлке к северу от Аковама, – продолжила она. – Всё было нормально.. Пока не настало время распределения. Мне назначили мужа, которого я видела всего один раз. Но не это было страшно, а то, какие слухи о нём ходили по посёлку.

Внутри всё болезненно сжалось.

– И вы решили бежать чтобы не выходить замуж?

– Нет. – Хейни провела дрожащими пальцами волосам. – Я подчинилась. Уехала из родного дома с этим мужчиной. Но после заключения брака он.. больше не видел во мне человека. Только вещь, которая должна выполнять свою функцию: готовить, убирать и удовлетворять остальные его потребности. – Её дыхание стало прерывистым, но она продолжила: – Он бил меня, а я считала, что это моя вина. Я была настолько сломлена, что искала в себе причины его гнева. А через несколько лет.. – Она криво улыбнулась. – Он перепутал бутылки, и вместо спиртного глотнул яду, представляешь?

Я молчала, стараясь переварить услышанное.

– Мне так жаль.

В её глазах блеснула искорка триумфального безумия.

– А мне нет. Там ему и место – в аду. Пусть вечность горит, захлёбываясь ядом. – Всегда лёгкая и милая Хейни выглядела так, будто лично отправила своего мучителя на тот свет. Она пожала плечами и снова вернула себе привычную весёлость. – Стелли, не позволяй решать за тебя. Во второй раз мне хватило ума найти себе мужа самостоятельно. Хорошего, тихого и нежного. К чему я? Не позволяй этому миру сломать тебя.

Взгляд скользнул к запястью, на котором должно красоваться брачное тату. Год на поиски будущего супруга совсем скоро подойдёт к концу, и, если мне не удастся поступить в Академию, моё будущее тоже попадёт в руки распределительного центра. Жаль, что мне не повезло, и я так и не смогла найти хорошего, надёжного мужчину. А ведь я всегда мечтала о счастливой семье..

Пока тесто поднималось, мы с Хейни занимались подготовкой ингредиентов для супа и рагу. Не прерывая разговоров, мы работали слаженно. Чистка, нарезка, замес, кипячение – каждое действие было частью ритма, который задавал день на кухне. Ножи мелькали в руках, кастрюли звенели, а запах специй и душистой выпечки наполнял воздух.

– Астеллия, – вдруг позвала меня управляющая, приоткрыв дверь на кухню. Блондинка средних лет в изысканном белом платье смотрелась здесь неуместно. Утончённой и невероятно красивой ей было место на светских балах. – К тебе клиент.

Я не сразу поняла, о чем это она.

– Что? Ко мне?

– Да. Он назвал твоё имя. Высокий красавчик с тёмными волосами, серыми глазами и шрамом на подбородке. Знаешь его?

## Глава 7

Распахнув дверь в приватную комнату, я уставилась на Лириадора. Впервые на служе не было униформы.. Он выглядел иначе… и мне это.. понравилось. Чёрная водолазка выгодно подчёркивала его мускулы, приковывая внимание к массивной груди и узкой талии. А тёмно-синие джинсы, испещрённые тонкими золотыми нитями, выдавали в нём обеспеченного мужчину. Не хватало только здоровенных золотых часов и солнечных очков. Именно так зачастую одевались сыновья и зятья представителей Великого Собрания.

Оценивающий взгляд Лириадора скользнул по мне.

– Из сиротского дома сразу в бордель?

Я резко втянула воздух через нос и быстро прикрыла дверь, удивлённо бросив через плечо:

– Что ты здесь делаешь?

Он слегка подался вперёд, его губы тронула едва заметная ухмылка.

– Хотел убедиться, что ты не угодила в неприятности. Но этой ночью.. похоже, это и было твоей затеей. – Его брови изогнулись, и на лице появилось притворное удивление.

Я вспыхнула, но не намеревалась вдаваться в объяснения.

Азри присел рядом с ЛДириадором, полностью скопировав его позу. Он пытался рассмешить меня? Я поджала губы, когда мой лучший друг, повторяя за служем, удивлённо уставился на меня.

– Да. Будь добра объясниться! – с хрипотцой в голосе выдал он, из-за чего стало еще сложнее сдерживать улыбку.

– Это временное решение!

– Очень практичное, – поддразнил Лириадор. – Совмещаешь работу и удовольствие?

– Мне не хотелось навязываться. И я справилась сама, вопреки твоим опасениям.

Он откинул голову назад и рассмеялся низким, раскатистым смехом, который эхом отозвался в моей груди.

– Я просил тебя прийти. – Лириадор скрестил руки на груди, и его взгляд снова стал серьёзным. – Час прождал на морозе. А ты так и не явилась, отдав предпочтение ночёвке в доме удовольствий? – Он нахмурился, теперь, видимо, сдерживая раздражение.

Растерявшись, я сглотнула, выделив из услышанного слова лишь о том, что он так долго ждал меня.. на морозе.. целый час..

Звучало почти романтично.

Неужели, он был так встревожен, что, забыв о сне, бросился разыскивать меня?

Азри усмехнулся и поднялся, чтобы в следующее мгновение оказаться возле меня.

– Такой наивный.

Мне захотелось пихнуть друга плечом, будь у него физическое тело.

– Я ведь сразу сказала, что не останусь у тебя.

На самом деле, после вчерашних раздумий, я так и не смогла принять окончательного решения. Именно поэтому трусливо сбежала.

– Есть одна хорошая новость и одна плохая, – заявил Лириадор. – С какой начать?

– Что? Ну.. с хорошей.

– Твой приют с сегодняшнего дня охраняется УБА. Ответственные уже патрулируют улицы и устанавливают систему видео-наблюдения.

– Я проверю, не врёт ли он, – сказал Азри и растворился в пространстве.

Неотступная тяжесть, что сковывала все эти дни, принялась понемногу растворяться. В груди вдруг вспыхнула новая надежда, и захотелось подпрыгнуть от радости. Гнетущее чувство безысходности отступило, и на душе стало легче. Такая оперативность и ответственность со стороны УБА, что казалась раньше просто невозможной, вдруг стала реальностью.

И всё благодаря ему..

– Спасибо, – сдерживая эмоции, тихо ответила я.

– Всегда пожалуйста! Теперь к плохой новости: знаешь, как я нашёл это заведение? – Лириадор снова прошёлся по мне взглядом, склонив голову чуть набок. Не дожидаясь моего ответа, он продолжил: – Если коротко, это здание уже какое-то время находится в списках «пунктов подозрительной активности». Так называют локации, которые вот-вот будут взяты под полный контроль служителей правопорядка. Это может касаться нелегальных баров, домов удовольствий или подпольных складов. Ты понимаешь, что это значит, сиротка?

Я сделала шаг назад, прижав руки к груди.

– Всех ждёт арест?!

– Нам нужно уходить, – подытожил Лириадор, вставая с дивана. Он накинул пальто служителя правопорядка, которое, как оказалось, всё это время лежало рядом вывернутым наизнанку. – Это не шутки, Астеллия. Мы не можем так рисковать. – Его голос прозвучал твёрдо, без тени уступчивости. – К тому же, выяснилось, что убежище, до которого мы отследили тех, кто вломился в приют, оказалось лишь временным пристанищем. А значит, мы понятия не имеем, где они находятся прямо сейчас.

***

Лириадор:

Как бы это не вошло в привычку..

Подперев балку полуразвалившегося крыльца, я снова ждал Астеллию. Вероятно, моё лицо выглядело угрюмее, чем обычно. Рука сама собой потянулась к волосам. Взъерошив их, я скрестил руки на груди.

Намереваясь вывести непослушную бунтарку из этого места как можно скорее, я и не заметил, как согласился дать ей немного времени – предупредить управляющую о предстоящем оцеплении. Стоило её бровям жалобно сойтись у переносицы, а ресницам затрепетать, как мой мозг отключился.

Когда в последний раз я позволял кому-то так на себя влиять?

Что же меня снова и снова в ней подкупало? Может, упрямство и наивно-милое сопротивление.. или горевшая во взгляде искренняя обеспокоенность за окружающих её людей?

Интегратор оповестил о приближающихся шагах по ту сторону двери.

Астеллия аккуратно и почти бесшумно отворила её, после чего шагнула ко мне.

– Готова? – спросил я, прежде чем она успела что-то сказать.

Девушка кивнула, накинув капюшон поверх платка.

– Куда теперь?

Я шагнул на утоптанную узкую дорожку в высоких сугробах и направился к полученной служебной квартире. Только разместив Астеллию в безопасном месте, можно было бы наконец перестать печься о благополучии миссии. Не пристало мне блуждать по городу в поисках непокорной бунтарки.

– На какое-то время, как я уже говорил, тебе придётся остаться у меня.

Так и не дождавшись ответа, я оглянулся. Моя «приманка» следовала за мной, оставляя цепочку мелких следов на снегу.

Мы прошли мимо небольшой лавки с почти полностью обвалившейся крышей. Вывеска болталась на одном гвозде, жалобно поскрипывая на ветру. Тусклый свет в помещении был, пожалуй, единственным признаком того, что лавка ещё работала.

Ветер дул в лицо, пронизывая насквозь.

Люди спешили по своим делам, искоса поглядывая в нашу сторону. Было сложно понять, толи в ожидании очередного представления, которое раньше устраивались на потеху публики, толи из страха попасться под руку служителю правопорядка. Вживаясь в эту роль, я ощущал скорее неловкость, чем власть.

Повсюду виднелись либо заколоченные, либо едва державшиеся на ржавых петлях, грозящие сорваться при первом же толчке двери. Несмотря на это, дома выглядели жилыми. В одном из окон я заметил силуэт женщины. Она стояла неподвижно, наблюдая за улицей из-за треснувшего стекла. Взгляд её был пустым, отстранённым, будто она уже давно разучилась ждать чего-то хорошего.

Я украдкой оглянулся на Астеллию и уловил в её глазах похожее опустошение. Сердце неприятно кольнуло. Ранее открытый и яркий взгляд больше не излучал того света и интереса, который казался естественным для такой девушки, как она.

И всё из-за борделя?

Я хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого я поправил воротник пальто, стараясь отогнать мысль, что это моя вина.

Пройдя мимо череды вывесок, разрисованных граффити, я почему-то ждал, что Астеллия обратит внимание на нескольких женщин, которые очень громко высказывали свое недовольство относительно уличного искусства. Казалось, девушке захочется уладить конфликт, успокоив неравнодушных горожанок, но она лишь молча следовала за мной, низко опустив голову.

На углу перекрёстка возвышалась старая, почерневшая от времени водонапорная башня. Вокруг неё кружили вороны, карканье которых эхом разносилось по узким переулкам. В этот момент, я вдруг понял, что молчание между мной и моей спутницей стало почти невыносимым.

О чём она думала? Чего боялась? Или же она молча планировала очередной побег?

Я неожиданно поймал себя на том, что постоянно оглядывался на неё.

– Что тебя так расстраивает? – вопрос сорвался с губ прежде, чем я успел его обдумать.

Астеллия медленно подняла на меня взгляд, словно взвешивая, стоит ли вообще отвечать. Вздохнув, она опустила плечи и остановилась. Мимо нас прошли несколько людей, прячущих лица в капюшоны и шарфы.

– Всё рушится, – заявила Астеллия. – Я не могу вернуться домой, не могу обратиться к родственникам и знакомым за помощью, не могу продолжить работать, чтобы.. – она вдруг осеклась и замолчала. Взяв себя в руки, её голос приобрел прежнюю серьёзность и решительность: – Никому нет до этого дела. В любом случае, я должна всё исправить.

Её слова задели сильнее, чем я ожидал. Мне вдруг стало ясно: эта девушка до ужаса боялась потерять то, что любила. То, что действительно имело для неё значение.

– Я помогу тебе, – выдал я уверенно.

Девушка замерла, а я почувствовал лёгкий укол сомнения.

Зачем я вообще это произнёс? Неужели, её печаль и упрямство заставили меня, пусть и на мгновение, забыть об истинной цели миссии?

Её взгляд сразу стал настороженным.

– Зачем тебе это? – наконец спросила она.

Этот вопрос застал меня врасплох.

Зачем? Я мог бы ответить, что это моя работа. Что её душевное состояние важно для миссии. Что её благополучие – просто часть плана. Но ни одна из этих отговорок больше не звучала правдоподобно даже для меня самого. А правда.. правда оказалась слишком простой и слишком сложной одновременно.

Я усмехнулся.

– Потому что ты мне нравишься, сиротка.

Хотелость бы объяснить своё неравнодушие как-то иначе, но было уже поздно.

Развернувшись, я снова двинулся вперёд. Улыбка озарила моё лицо, стоило весёлому смеху Астеллии разлететься по мрачным улицам Аковама.

Да. Так-то лучше!

***

Астеллия:

Лириадор провёл ID-картой перед подъездной дверью, и та мелодично его поприветствовала, отворившись.

Несмотря на нежелание сюда приходить, я не могла не признать, что в отличие от обветшалых строений Аковама, стены дома Лириадора были из прочного, темного камня, покрытого резными узорами и гербами УБА, что смотрелось непривычно роскошно. Все окна целы. За ними – тяжёлые и плотные шторы, закрывающие от посторонних взглядов личную жизнь правовиков. По периметру здания можно было заметить камеры наблюдения, что указывало на беспрерывную охрану территории.

В самом подъезде тоже было чисто и тихо, а кое-где даже стояли продолговатые горшки с живыми цветами.

– И чем они всё это заслужили? – задал Азри риторический вопрос, следуя за мной по пятам.

Убедившись, что сказанное Лириадором – правда, он тут же поспешил ко мне, чтобы поделиться увиденным: для обхода улицы, на котором стоял приют, было выделено не меньше шести человек, еще трое патрулировали территорию вокруг, то и дело переговариваясь друг с другом по внутренней связи.

Тётя Арианна была настолько рада их видеть у нашего дома, что успела даже угостить мужчин чаем, попутно рассказывая обо всех негодяях, которые порой появлялись у наших ворот со странными требованиями и вымогательствами.

– Проходи, – Лириадор кивнул в сторону распахнутой двери на третьем этаже. – Чувствуй себя как дома.

– Прошу прощения за вторжение.. – тихо произнесла я, разглядывая просторную прихожую во все глаза.

Мраморные полы, высокие потолки и ненавязчивый приятный запах чистоты и свежести. Зеркала в полный рост переливались нежными оттенками бежевого, а по центру располагался и тихо журчал фонтан в виде драгоценного монолита.

Невиданная ранее утончённость и изысканность линий и форм интерьера вызвали у меня неловкое изумление.

Моё детство тоже отличалось завидным достатком, но, судя по всему, мне никогда не приходилось видеть реальной роскоши. Я была уверена, что мой дом был самым великолепным творением в Аковаме, но теперь поняла, что на самом деле ничего не знала о богатстве.

Следуя за служем, я рассматривала украшенную резьбой мебель, неизвестную мне технику, что украшала некоторые из высоких тумб. А чего стоило изобилие книг.. к которым тут же ринулся Азри.

– Прямо по коридору кухня, слева спальня, а здесь – санузел. – Лириадор отворил дверь в просторную комнату, где располагалась с виду хрустальная ванная. Видимо, заметив моё онемение, он с усмешкой продолжил: – Она в твоём распоряжении.

– Спасибо..

– В холле есть бар, если захочешь выпить. А в рабочем кабинете – компьютер. Он не запаролен.

Оказавшись на кухне, Лириадор не поленился объяснить, как работает служба снабжения, чтобы я могла заказывать всё необходимое прямо на дом.

Приятная подсветка полотков, нежными оттенками освещала помещение, придавая пространству особый уют. Всё в этой квартире кричало о достатке: вдоль стен тянулись роскошные консоли, на которых аккуратно стояли редкие статуэтки, каждая из которых, без сомнения, стоила целое состояние. Диваны, кресла и стулья были обиты блестящим бархатом, который так и искушал к нему прикоснуться. А кухонное оборудование было настолько необычным, что перед его использованием точно придётся изучить инструкции.

– Тут есть музыкальный центр, Стелли! – оповестил меня Азри, показавшись в дверном проёме. – Сможешь танцевать.. как раньше..

– Вижу, ты в восторге, – подметил Лириадор и я тут же оторвала руку от хромированной чаши одного из замысловатых механизмов.

– Ну, может и так, – прошептала я, смутившись. – Все это твое или просто у тебя во временном пользовании?

– А что? – Правая бровь очевидно довольного мужчины поползла вверх.

Лириадор:

– Я думала, ты простой служ.. – Астелиля запнулась, – то есть, служитель правопорядка, а тут такое.

Ухмыльнувшись, я вышел в коридор.

Что поделать? Я был не в силах скрыть улыбку, когда она с таким живым интересом осматривала мою квартиру.

Снимая верхнюю одежду по пути к прихожей, я кинул через плечо:

– Значит, знай ты, что я предлагаю пожить именно здесь, не стала бы искать ночлег по сомнительным подворотням?

Закатив глаза, она смущённо фыркнула и сунула руки в карманы дублёнки.

Умилительно. Теперь она старательно делала вид, что её пальцы больше не стремились скользить по каждой линии и поверхности интерьера.

– Кстати, – голос девушки приобрел ранее утраченную серьёзность. – Я должна кое-куда сходить, после чего вернусь.

– И куда же? – Повесив своё пальто в шкаф, я сделал шаг к Астеллии. Я указал на её верхнюю одежду. – Позволь.

Девушка застыла, а мои пальцы, будто по собственной воле, развязали её ремень на дублёнке.

Когда я ухаживал за кем-то в последний раз?

Продолжив начатое, я обошёл Астеллию и помог ей снять верхнюю одежду.

Она поддалась, и я снова ухмыльнулся.

– Спасибо. Эм, но..

– Что на счёт перекусить? – тут же перебил я новую волну протеста. – Из-за тебя, я голодаю со вчерашнего дня. И перестань уже прикрывать лицо своим платком.

Я махнул в сторону кухни, шагнув мимо своей гостьи.

Её глаза округлились. Она вдруг смутилась, медленно коснувшись изящными пальцами чёрной ткани.

– Я ведь в курсе, как ты выглядишь. Да и обо всём остальном тоже осведомлён. Нелегальные подработки, посещение борделя, нарушение комендантского часа и всё прочее. Ты та ещё бунтарка, сиротка.

Заглянув в холодильник, меня охватил приятный трепет. Еда была моей слабостью, а вкусная еда – благословением.

– И тебя.. – Астеллия поддела край платка и медленно сняла его. – .. это совсем не заботит?

Я обернулся, и у меня снова перехватило дыхание.

Астеллия была прекрасна.

Непокорный взгляд, гладкая кожа, легкий румянец на щеках и пухлые губы. Золотистые волосы естественными волнами рассыпались по плечам, которые теперь казались еще более горделивыми. Умей она читать мысли, и я сгорел бы со стыда. Этой девушке не было равных.. но я должен был сделать всё, чтобы она ни в коем случае не заметила в моём взгляде восхищения.

– Первым делом нужно разобраться с теми, что зовут себя демонами, а уже потом – посмотрим, – я подмигнул ей и улыбнулся.

Внимательно наблюдая за тем, как я раскладывал на столе продуктовые наборы, Астеллия всё же решилась спросить прямо:

– Значит, используешь меня в качестве наживки, а после намерен арестовать?

## Глава 8

– Посмотрим на твоё поведение, Астеллия. – Было важно выглядеть непринужденно.