Аника Колесникова
Потери и решения

Жизнь каждого жителя лунной станции поделена на рабочие и свободные смены, полна обязанностей и забот, но в тот день никто не мог думать ни о чём другом. Ни работать, ни спать, совсем ничего. Всеобщее неверие, что такое могло случиться и страх перед будущей штормовой волной накрыли всех жителей станции. И бессмертная надежда, что эти слухи, снующие по станции – неправда.

Она даже не могла сказать, с чего все началось. Её рабочая смена наступала намного раньше других, и не нужны были указания, что делать – как начальник отсека гидропоники, она всегда знала свои обязанности, контролировала работу других и показатели на экранах.

– Что-то у тебя всё сегодня валится из рук, Фёдор! – воскликнула Ольга после очередного грохота, подходя ближе к подчинённому. – Что-то случилось?.. Переживаешь из-за родных? Мы не первый раз не успели связаться. И не последний.

Причину агроном предположила, потому что и сама чувствовала некоторую тревогу. Традиция говорить с близкими перед сном была почти у всех и то, что в этот раз семья не вышла на связь печалило её. Но Луна крутится, сбои бывают, разговоры жителей станции с Землей – не первоочередная задача, а глубоко второстепенная.

Взгляд Фёдора был не просто встревоженным. Его руки дрожали.

– Вы не слышали, что говорят, Ольга Павловна? – спросил он. – Говорят, связываться больше не с кем. Ядерка…

Такие новости бьют под дых, каким бы собранным человеком ты ни был. Ольге казалось, что её сердце ойкнуло и забилось в три раза быстрее, прежде чем она смогла взять себя в руки.

– Наверняка это всё лишь слухи, – выдала женщина то, о чём мечтала больше всего, – ничего не объявляли.

– Пока не объявляли, – пессимистично добавил Фёдор.

Ольга не могла не заметить, что остальные сотрудники замерли, слушая их разговор. И вздрогнули на последней фразе своего коллеги. У самых впечатлительных задрожали губы и стали влажными глаза.

– Не нагнетай, ты пугаешь остальных! – прошептала она раздраженно. – Если не можешь справиться с эмоциями, завари успокаивающие травы. Если не поможет – можешь взять отгул!

Фёдор молчал. Как и все остальные. Но их взволнованные взгляды были настолько красноречивы, что Ольга сдалась.

– Ладно, завари на всех. Я схожу узнаю, есть ли смысл паниковать, а вы – выпейте по чашечке и возвращайтесь к работе. Растения не прощают ошибок.

Оставив рабочее место, даже не включив робота автоматического полива, Ольга по длинным коридорам и череде лестниц поднялась наверх, к смотровому залу с большим прозрачным куполом. Это была столовая, где она часто проводила время за кружкой чая, любуясь вроде бы близкой, но такой недостижимо далёкой планетой. Сегодня здесь было необычно много людей для этого времени. Видимо многие подумали так же, как она и захотели увидеть всё своими глазами. Но смотреть было особо не на что. Планета Земля висела над ними вечно голубым шаром, она не горела в огне, не была покрыта шапками ядерных взрывов, не плакала кровавыми слезами, разве что вся укутана белой пеленой, но, быть может, это просто облачность? Так было уже не раз, в любой другой день она бы не волновалась по этому поводу. Но сегодня… Ольга смотрела на планету и корила себя за то, что не делала этого чаще. Как будто более пристальное внимание могло что-то изменить, кого-то спасти. Но ей самой было бы спокойнее.

А люди вокруг молчали. Отказываясь верить слухам, Ольга решила отправить неофициальный запрос своему начальнику, но как только она разблокировала экран смарта на руке, загорелось предупреждение «Только по рабочим вопросам!». Значит дело дрянь. Последний раз она видела такое сообщение года два назад, когда самолёт президента не долетел до Москвы. Но тогда всё обошлось, а сейчас…

Ей не хотелось верить, что она не вернется домой. Не обнимет дочь, не поцелует мужа. Не поедет навестить старушку мать, которая ещё выращивает на балконе помидоры – из этого увлечения Ольга получила целую профессию, но те самые, балконные мамины помидоры были сто крат вкуснее выращенных ею самой где-либо ещё. Неужели Ольга больше не встретит семью? Не вернётся в свой город, не прогуляется по набережной, не послушает музыку, попивая напиток из любимой кофейни?

– И ты здесь, Ольга. Как ты?

Только услышав своё имя, она оторвалась от мрачных мыслей и посмотрела на собеседника.

– А, это ты, Володя… Все хорошо, – чуть растерянно ответила женщина. – Ты слышал, что говорят?

Владимир мрачно кивнул. Она знала его с того самого дня, как впервые попала на лунную станцию. Вежливого и внимательного офицера приставили к ней, чтобы провести экскурсию, с тех пор он был тем самым человеком, которому Ольга могла доверять. Она даже обрадовалась, что не пришлось его искать. Но сейчас нужно было выяснить главное. Грусть и усталость в глазах Владимира подсказывали ей, что он ближе к ответам, чем она.

– Думаешь, они правы?

– Думаю, что это первый день за двадцать шесть лет работы, когда командир не поприветствовал нас утром и не раздал отделам планы дня. Они с верхушкой заперлись в связной и связисты не выходят оттуда даже после окончания смены. – По армейский сухо констатировал Владимир, но его голос смягчился, стоило увидеть взволнованный взгляд собеседницы. – Если тебе дурно, в медчасти всем желающим делают успокоительные укольчики. Особо впечатлительным даже дают отгулы с работы.

– Нет, я не хочу укол или застрять с этими мыслями в своей койке. Я лучше вернусь в сад, – ответила она, качая головой и представляя, как будет напуган её персонал. – И где это видано, чтобы без разрешения командования раздавали лекарства и давали отгулы, надо же…

– А ты думаешь, разрешения не было? – спросил Владимир напоследок и этот вопрос беспокоил её еще пару часов.

А в пересменку командир станции по громкой связи сообщил, что всё правда.

На Земле началась атомная война. Десятки снарядов поднялись в воздух в первую волну, а за ними ещё и ещё, неся смерть по всей планете. Последние распоряжения лунной станции отданы строжайшие – в контакты не вступать, хранить молчание, наблюдать, фиксировать, ждать приказа. Да только вот связаться с ними никто больше не пытается. Тишина больше суток.

Первым порывом жителей станции было выяснить, с чего всё началось и кто виноват. Винили политиков, альянсы, религии, СМИ… Завязалось несколько драк между особо рьяными противниками с кардинально разными мнениями. Однако те, кто ещё мог сохранить остатки рассудительности, задавал разумный вопрос – а какая разница? Миллионы людей сгорели в огне и ещё миллиарды умрут от радиации. Из-за какой-то глупости. Из-за того, что человечество не смогло договориться. Кто-то нажал чертову кнопку и поверг всю планету в ад.

А они здесь, на Луне. Двести тридцать восемь человек русского городка. И всего пятьсот сорок шесть, если считать всё население спутника, вместе с китайской, индийской, американской и японской станциями. Полтысячи из десяти миллиардов.

Они живы и здоровы, у них даже есть системы полного цикла жизнеобеспечения, но какое это имеет значение?

Кто-то замкнулся в себе, кто-то рвался отомстить виноватым, кто-то просто плакал, не выходя из своей комнаты. Ольга ходила на работу. Она не позволяла себе  расслабиться, зная, что потом ничто не сможет заставить её собраться, и она станет одной из тех, кто жил в слезах, оплакивая тех, кого потерял. Да и растениям нужна забота, контроль и твердая рука. Станция не может себе позволить остаться без еды, без лекарств. Чувством ответственности глуша свою боль, она прикрывала тех, кто не справлялся. Не ставила прогулы, работала за отсутствующих, приносила к ним в каюты еду. Утешала длинными монологами и служила жилеткой сотрясавшимся от рыданий. И ждала, когда же все смогут пережить своё горе. И боялась, что тогда уже не сможет своё вынести она сама.

Однажды, после вечерней смены, Ольга услышала краткий стук.

– Можно войти? – спросил знакомый голос.

Сидя на кровати, женщина обернулась к двери и увидела старого друга. Владимир стоял у входа, как всегда, безукоризненный в своей военной форме. Ольга даже постаралась улыбнуться. Настолько, насколько могла.

– Здравствуй, Володя. Проходи, сто лет тебя не видела…

И будто действительно – их общение и даже тот самый последний разговор были невыносимо давно, будто в прошлой жизни. А ведь прошло всего несколько месяцев. Как же Володя постарел за это время, на годы, если не десятилетия! Понял ли он это по её взгляду? И как же теперь выглядит она сама? Ольга впервые задумалась о том, что давно не смотрелась в зеркало. Увидит ли она там дряхлую, разбитую старуху?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.