# Слишком близко

Наталия Обручникова

История о брате и сестре. Но они не знают вначале о том, что не являются друг другу родными, и пугаются своих зарождающихся чувств, явно не братских. Попытка отстраниться друг от друга приводит к мысли о самоубийстве. Но любовь преодолеет это. И родители расскажут правду об их рождении. Однако жизнь даст новое испытание, которое сложно пережить. И двум любящим предстоит преодолеть и это. В книге есть практические советы как можно это сделать.

Наталия Обручникова

˂Родные˃

˂Слишком близко˃

История о брате и сестре. Но они не знают вначале о том, что не являются друг другу родными, и пугаются своих зарождающихся чувств, явно не братских. Попытка отстраниться друг от друга приводит к мысли о самоубийстве. Но любовь преодолеет это. И родители расскажут правду об их рождении. Однако жизнь даст новое испытание, которое сложно пережить. И двум любящим предстоит преодолеть и это. В книге есть практические советы как можно это сделать.

***

– Костя, – я перевела взгляд с матери и отца на него и улыбнулась, – кто-то из нас в этой семье неродной…

– Маам! Кто?! – Требовательно спросил он, сжав сильнее мою руку.

Папа шумно выдохнул, мама закрыла лицо руками и тихо прошептала…

Настала наша очередь выдохнуть.

***

I

У меня есть замечательный брат – Костя. Мы одного возраста, мы родились в один день. Мы были всегда вместе, в детском саду, в школе, гуляли в одной компании, жили в одной комнате. Ближе его у меня никого не было. Самые мои первые детские воспоминания связаны только с ним. Когда первый раз я разбила коленку, он меня успокаивал и прикладывал подорожник, предварительно плюнув на него. Когда на сильном морозе моя рука прилипла к железной ручке подъезда, он грел её дыханием. Как вместе мы притащили маленького котёнка с улицы и прятали его в своей комнате, только на третий день мама его обнаружила. Конечно же, котенка нам не разрешили оставить. Как болели вдвоем ветрянкой и красили друг друга зеленкой. Все эти воспоминания детства взывают у меня улыбку.

Живем мы в небольшом городке на окраине. Микрорайон состоит из двадцати пятиэтажек, детского садика, школы, поликлиники, кафе и пары супермаркетов. Вот и весь наш мир. До остальной цивилизации ехать минут двадцать на автобусе. Там и городской сад с набережной, большой торговый центр с кинотеатром, кафе и магазины. Мы живем на третьем этаже обычной панельной пятиэтажки в двухкомнатной квартире, в одной комнате – родительская спальня, в другой – наша комната. Места мало, гостей особо не позовешь. Родители со своими друзьями иногда на шестиметровой кухне умудряются разместиться. Но это бывает редко. Папа все время на службе в военной части, расположенной рядом, как раз из нашего окна виден бетонный забор. Мама устроилась на новый открывшийся недавно завод, что там они производят, не рассказывает. Очень часто у них совпадают ночные дежурства, и мы остаемся предоставленные сами себе. В такие дни мы все время проводим на улице с друзьями.

Друзья у нас тоже всегда общие были ещё с детского сада: Паша, Саня, Дашка и Светка. Мы, девочки, не отставали от мальчишек, бегали, в футбол играли. Вместе и в школу пошли в один класс.

Уже в школе Костя открыл для себя ужастики. Любимый его писатель – Стивен Кинг. Он всегда умудрялся достать его книги, понятно, что не в школьной библиотеке. Я не читала, мне больше нравились романтические истории про школьников. Но фильмы ужасов мы смотрели вдвоём поздно вечером, когда родители уснут. Я очень не хотела, мне было страшно, но он меня подначивал и обзывал девчонкой. И я смотрела. Чаще свозь пальцы, а иногда зажмуривалась и затыкала уши. Но ночью обязательно кошмар продолжался во сне. Я просыпалась в холодном поту, вскакивала и перебегала в кровать к брату под одеяло. Он всегда ворчал, обзывал слабой девчонкой, но не прогонял и обнимал. Так и спали до утра. Уже когда за окном светлело, я уходила на свою кровать. А однажды зимой, когда рассвет долго не наступает, мы проспали, и нас обнаружила мама в одной постели. И за завтраком она почему-то нас отругала. Мы не рассказали ей, что смотрели страшный фильм, и пристыженно молчали. Хотя я искренне не понимала, что плохого мы сделали. Она сказала, что если ещё раз это повторится, я буду спать с родителями в одной комнате. А я не хочу с ними, мне с братом лучше. Мы обещали. Но ужастики не перестали смотреть и периодически спали в одной кровати. Только я стала ставить на телефоне будильник на пять утра, чтобы лечь к себе.

В 13 лет у меня начались первые месячные. Конечно, я ждала их, это так поднимает тебя в глазах других девочек, как переход в другую касту. Мы стали реже бегать с мальчиками, у нас стали появляться секреты от них. Я сначала врала подругам, что я тоже уже девушка. Но когда это случилось первый раз, я была в шоке… Это так противно и очень больно. А еще надо было срочно прокладки утром найти. Я полезла искать в шкафчике в ванной, может, мама их где-то прячет. Но ничего не нашла. А надо в школу уже собираться. В дверь стучал Костя. Я вышла.

– Ты чего так долго ванную занимаешь? Закрылась еще! – сердито спросил он.

– Ничего, – буркнула в ответ я.

Ну, вот. Впервые в жизни ни «доброе утро, сестренка», ни «что снилось интересного».

Я стала собирать рюкзак, вспомнила, что еще сегодня физкультура пятым уроком. Надо будет отпроситься.

Мы опаздывали, поэтому на ходу выпили по стакану сока и булку дожёвывали уже по дороге.

– Костя, у тебя деньги есть наличкой? – спросила я.

– Да. Рублей триста было. Сейчас посмотрю, – он полез в карман, вытащил деньги. – Даже триста сорок.

– Мне сто рублей хватить.

Я взяла купюру и направилась в супермаркет, он открыт с восьми утра.

– Ты куда? – удивленно спросил он.

– Ты иди, я догоню, – бросила я ему через плечо.

Все четыре урока чувствовала себя очень плохо. Низ живота ныл нестерпимо. На все вопросы Кости, почему я грустная и что со мной, я отвечала, что не знаю, наверное, не выспалась. Перед физкультурой подошла к учителю. У нас раздельные учителя, у мальчиков – физрук с тяжелоатлетическим прошлым, у девочек – молодая выпускница физкультурного факультета. Все мальчики школы были влюблены в Ольгу Владимировну.

Я без проблем отпросилась и ушла домой. Посыпались сообщения от Кости: где я, что со мной, как себя чувствую, кто обидел, почему ушла… Я написала: «все хорошо, потом скажу». Дома нашла таблетки обезболивающие, съела сразу две и уснула.

Костя вернулся ближе к вечеру, у него сегодня ещё тренировка по плаванию была. Я пошла на кухню. Мама сегодня в ночную смену на заводе, поэтому ужин на мне. Макароны с сосисками я сварить могу. Вернулся папа с работы. Костя помог мне нарезать салат.

– Ты плохо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросил он.

– Немного. Хочется лечь, – ответила я.

– Я посуду сегодня помою.

– Спасибо, – я благодарно улыбнулась ему.

Поужинали быстро, папа ушел к себе в комнату. Я еще немного посидела на кухне с кружкой горячего чая, пока Костя мыл посуду. В комнату пошли вместе. Я легла на кровать. Костя сел за стол.

– Ты уроки уже сделала? Дашь списать математику? – спросил он.

– Нет. Ничего не делала, – ответила я, не открывая глаз.

– Ты чего? Может, врача вызвать?

– Нет. Не надо. Пройдёт. Подай мне учебник истории. Хочу завтра руку поднять.

Он протянул мне учебник, и я лёжа учила параграф. Перед сном, когда Костя задремал в постели, я сходила почистить зубы. Обратно в комнату я практически заползала, согнувшись пополам. Низ живота словно был заполнен битым стеклом. Каждое движение причиняло сильную режущую боль, даже дышать было трудно. Я аккуратно стала заползать в кровать. Костя увидел и подбежал ко мне, помог улечься, накрыл одеялом.

– Я пойду папу разбужу, – сказал он.

– Нет! Не надо… Была бы мама дома…

– А какая разница? Папа тоже может в скорую позвонить, – удивился он моему ответу.

– Не нужна скорая. Надо потерпеть… Так бывает… у девушек… – я покраснела и закрыла глаза.

– Ааааа… – ошарашено протянул он.

Но залез ко мне под одеяло, прижал меня спиной к себе и положил руку мне на живот.

– Где болит? – спросил он.

– Здесь, – я опустила его руку ниже пупка, – если сильнее прижать, становится легче.

Он держал меня. От его горячей руки тепло растекалось по моему телу.

– Так легче? – спросил он.

– Да. Спасибо тебе…

– Так тебе для прокладок что ли деньги срочно понадобились?

– Угу.

– А ты чего заранее с мамой не обсудила, с физкультуры ушла.

– А я не знала… Это первый раз… Ну, чего ты меня расспрашиваешь, мне и так стыдно… – я начала плакать.

– Ты чего? У нас же с тобой нет секретов. Я же тебя голой видел столько раз. Ты меня стесняешься? – удивился он.

– Ты же знаешь, как родители воспринимают наши ночёвки в одной кровати. Значит, это не правильно. Мама так ругала, будто это что-то постыдное.

– Не обращай внимания. Зато тебе было не страшно спать, а сейчас и боль уходит.

– Да… Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. Завтра расскажешь, что приснится, – сказал он и чмокнул меня в голову.

Так и спали, обнявшись, до пяти утра, пока не разбудил будильник, и Костя ушел к себе на кровать. И такие невинные ночи продолжались ещё два года.

II

А в девятом классе всё изменилось.

В нашем районе построили три новых девятиэтажных дома. И первого сентября в школу пришло много новеньких учеников. У нас в классе появился новенький мальчик Максим. Очень симпатичный. Среднего роста, но выше всех девочек, темные волосы выстрижены у висков и сзади очень коротко, а сверху красивой прядью прикрывают часть высокого лба, зеленые выразительные глаза, прямой нос. Мы с девочками прямо млели, обсуждая его. Дашка первая решила идти в атаку и завладеть им. Мы со Светкой посмеялись, но не стали спорить. Что говорить, он мне тоже очень сильно понравился.

Костя первым с ним познакомился. Я тоже подошла. Он представил и меня:

– А это моя сестренка Лена.

Максим улыбнулся и пожал мою руку. Я смутилась от удовольствия. Мне понравилась его улыбка. Костя нахмурился.

Макс оказался очень классным и весёлым и сразу влился в нашу большую компанию. Костя его пригласил вечером в наш двор, где мы постоянно собираемся у турников. Мальчики занимаются, подтягиваются, играют перед нами своими мускулами, а мы с девочками сидим рядом на трубе турника для отжимания и обсуждаем школьные новости. Конечно, появление нового мальчика, да еще такого симпатичного, изменило наше поведение. Мы забыли про свои спортивные мешковатые костюмы. Дашка стала ярче подводить глаза. Светка вообще перешла на короткие вызывающие платья. И ничего, что осень, в тонких колготках холодно сидеть на железной трубе. Я тоже как-то хотела надеть платье вечером. Но Костя сердито вырвал его из моих рук и сунул тёплые джинсы и свитер с высоким горлом.

– Костя, это же зимний свитер, – я попыталась возразить.

– А вечером уже холодно. Ещё заболеешь. Надевай свитер, или никуда не пойдёшь! – резко ответил он.

– Свитер, так свитер, – я вздохнула.

Девочки на спортивной площадке выглядели привлекательно, а я была в джинсах и необъятном свитере, который вообще Косте покупали. Но Макс как будто и не обращал внимания на девочек, а посматривал на меня. Это мне очень польстило. Так и гуляли вечерами большой компанией. В выходные ездили в центр города в кинотеатр, смотрели ужастики или боевики. Ребята категорично ничего другого смотреть не хотели. Потом поедали гамбургеры и картошку фри. Но Костя всегда был рядом со мной. В кинозале он всегда садился между мной и Максом, пересаживая меня на одно кресло.

– Может, поменяемся местами? – как-то предложил ему Макс.

– Нет. У нас попкорн соленый на двоих.

– Я своим с Леной поделюсь, – ответил Макс.

– У тебя карамельный. Она такой не ест. – Костя был непреклонен.

А я, может, и не против была бы погрызть карамельного попкорна.

Фильм был очень страшный. Даже если я закрывала глаза, громкие звуки и крики все равно проникали мне в мозг. Ночью я опять дрожала от страха в объятиях брата.

Через месяц, где-то в середине октября, Максим пригласил меня в кино на какой-то фильм про любовь.

– Ничего там страшного не будет. Пойдёшь со мной завтра? – спросил он меня в школе, когда не было рядом Кости.

– Ребята не захотят смотреть такой фильм, – я вздохнула.

– А мы никого не будем звать. И не скажем им, что собираемся. Так, пойдёшь?

– Да. Пойду, – согласилась я, мне очень польстило, что он меня пригласил.

Как раз подошёл Костя, а Макс сказал:

– Да. У меня такой же ответ в задаче получился. Спасибо за помощь.

Когда он отошёл к своей парте, Костя спросил:

– Чего он хотел?

– Спросил про задачку по физике, что мы с тобой вчера решали.

– Ааа.

Почему я соврала брату? Почему скрыла от него, что собралась в кино с Максом? Я быстро отвернулась, чтобы он не увидел, как я покраснела от смущения. Весь день чувствовала себя не в своей тарелке, как будто я что-то натворила, и скоро все об этом узнают.

Вечером, когда Костя вернулся с тренировки, мы сидели за уроками. У нас один большой стол на двоих. Кресла стоят рядом. Мы даже пользовались одним учебником, который ставили посередине между нами.

– Почему ты мне соврала про задачу по физике? – спросил спокойно Костя.

– А? Когда? – Я не знала, как выпутываться. Меня снова кинуло в жар, ведь я никогда до этого не врала брату и ничего от него не скрывала.

– Я спросил у Макса. У него версия с задачей по геометрии, – также спокойно продолжал Костя и, не глядя на меня, переписывал упражнение по русскому.

– Он меня в кино позвал, – я решила признаться.

– Почему мне не сказала сразу?

– Ты такие фильмы не любишь, это не ужастик.

– Ну, и что? Ты согласилась?

– Да, – прошептала я чуть слышно.

– Ты одна не пойдешь.

– В смысле?

– Бери с собой девочек.

– Почему я не могу с ним вдвоём сходить?

– А ты не знаешь, что делают парочки на последнем ряду в кинотеатре?! – со злостью спросил Костя.

– Что? – тупо выпалила я. Конечно, я видела, что в зале некоторые целовались. Но я как-то к себе это не примеривала.

– Я сказал, что ты никуда не пойдёшь одна.

– Костя, а тебе какое дело?! – Мне стало обидно.

– Как это какое? Ты – моя сестра! Я не позволю, чтобы кто-то тебя лапал!

Я даже встала с кресла. Он тоже вскочил рядом.

– Это несправедливо! Я знаю про Дашку, с которой ты переспал летом. Я знаю про твои отношения с Юлькой из параллели! И это далеко не невинные поцелуи в кинотеатре! А мне даже нельзя испытать первый поцелуй?

Он удивленно на меня посмотрел. И вдруг схватил меня ладонями за голову и поцеловал, прижавшись своими губами к моим. Я закрыла глаза. А он продолжал меня целовать, языком проникая в рот. Я отпрянула, оттолкнула его.

– Ты зачем это сделал? – У меня навернулись слёзы.

– Первый поцелуй – мой, – твердо сказал он.

– Я родителям расскажу, – я продолжала плакать.

– Попробуй. Но не советую. Я слышал, они хотели тебя отправить пожить к бабушке с дедушкой, – невозмутимо сказал он.

Я снова села за стол. Вытерла слёзы. С другой стороны, он же меня не ударил. Он тоже сел за стол и продолжил переписывать с учебника текст.

– Я все равно завтра пойду с Максом в кино, – сказала я уверенно.

– Хорошо. Иди, – спокойно ответил он.

– И пойду, – буркнула я. И целоваться буду! Но это я только подумала.

Через время мама позвала нас ужинать.

– Как день прошёл, ребята? – спросил папа.

– Как обычно. У меня тренировка была, Лена с девчонками гуляла, – ответил за нас Костя.

Я сидела рядом и молча ела. Всё переваривала слова, сказанные братом. То есть, если что-то пойдёт не так, меня из семьи отправят к бабушке и дедушке? Они живут в другом городе в Подмосковье. Новая школа… Это несправедливо!

На следующий день после школы я не пошла домой. Мы с Максом сразу поехали в центр города. Долго гуляли, играли в игровые автоматы в торговом центре. Перекусили в фуд-корте. А потом пошли смотреть кино. Хороший фильм про любовь. И Макс совсем не лез ко мне целоваться. Мы смотрели и ели карамельный попкорн. Вечером он проводил меня до подъезда.

– Спасибо, что пошла со мной в кино, – сказал он.

– Тебе спасибо. Впервые не ужастик посмотрела, – я улыбнулась.

Неловкую паузу я не стала дожидаться. Попрощалась быстро, помахала рукой и убежала в подъезд.

Утром следующего дня в школе ко мне подбежала разъярённая Дашка.

– Ты вчера с Максом в кино ходила? Мы же договаривались, что он мой!

– Ничего такого не было! Ты чего? Мы просто посмотрели фильм… – я растерялась.

– Не ожидала я от тебя такого предательства! – она посмотрела на меня презрительно и отошла к Светке, которая со мной даже не поздоровалась.

Я хотела ещё что-то сказать в своё оправдание, но прозвенел звонок. Первым уроком была литература.

– Ну, что, сестренка? Получила от подружек? – тихо спросил Костя, когда наша классная руководительница писала на доске тему урока.

– Почему они так со мной?

– Ты им дорогу перебежала.

– Какую дорогу?

– А я тебе говорил, иди с девочками в кино с Максом.

– Комаровы! Вы дома не наговорились?! – окликнула нас Тамара Викторовна.

Я замолчала, Костя тоже не продолжил разговор со мной.

Вечером на турниках девочки вели себя так, будто меня совсем рядом нет. Они болтали, шутили, заигрывали с ребятами. Настроение у меня было паршивым. Мало того, что Костя отобрал у меня короткий свитшот и на меня надел свою спортивную куртку, которая мне велика, так ещё и подруги меня бойкотировали. Когда подошла Юлька, Дашка ей вместо приветствия сказала:

– Юль, хочешь последнюю новость? Ленка ходила вчера в кино с Максом. С моим Максом!

Я разозлилась.

– Он не твой, Даша! Ты всё себе придумала! Ты выглядишь жалко, вешаясь ему на шею, – сказала я презрительно и ушла с площадки.

Возле подъезда меня догнал Макс. Все с турников прямо головы свернули, наблюдая за нами. Только они далеко и разговор наш не услышат. Один Костя не смотрел в нашу сторону и продолжал подтягиваться.

– Что случилось? Что-то девочки сказали? – спросил Макс.

– Не парься. Девчачьи разборки, – ответила я, а у самой слёзы набежали.

– Хочешь, я поговорю с ними? Вы же подруги, – предложил он.

– Не надо. Сходи с ними в кино, конфликт будет исчерпан.

– Так это из-за меня что ли? – удивился он.

Я ничего не ответила и зашла в свой подъезд. Через полчаса пришёл домой Костя. Я как раз сварила сосиски с макаронами. Родителей дома не было: мама на смене, папа на дежурстве. Мы поели, помыли посуду и пошли делать уроки. Задали только математику. Разделили пополам примеры и быстро решили, потом переписали друг у друга. Справились быстро.

– Может, сериал посмотрим? Пацаны посоветовали про оборотней, – предложил Костя.

Я вздохнула. Опять ужасы. Но согласилась.

– Ты пока поищи, а я сразу пойду зубы почищу, чтобы потом не ходить, – сказала я, взяла ночную сорочку, трусы и пошла в ванную.

Вернулась уже в ночнушке. Мы залезли с ноутбуком в кровать к Косте и стали смотреть. Да уж. Луна, рычание, много крови… Посмотрели весь первый сезон из восьми серий. Была уже ночь. Спать осталось до будильника три часа. Костя убрал на стол ноутбук.

– Можешь не уходить к себе. Оставайся здесь, – предложил он мне.

Я залезла под одеяло и подвинулась к стенке. Костя лёг рядом и обнял меня, уткнувшись носом в мои волосы.

– Ты перестала при мне переодеваться. Почему? – вдруг сказал он, спустя десять минут.

Мне тоже не спалось. Я боялась закрыть глаза. Почему я каждый раз соглашаюсь с ним смотреть страшные фильмы? А теперь он ещё и сериалы ищет в интернете.

– Ты спишь уже? – спросил он.

– Нет. Боюсь уснуть, – я вздохнула.

– Ты не ответила на мой вопрос.

– Какой?

– Почему ты стала меня стесняться?

– Я не замечала…

– А помнишь, как мы в детстве в ванной вместе купались?

– Так это совсем в детстве было.

– В пятом классе это было последний раз.

– Я помню. Досталось нам ремня от мамы обоим, – я улыбнулась.

– Да уж. После этого я всё лето провёл один у бабушки с дедушкой.

– Да. Самое скучное лето было… Может, лампу настольную включим хотя бы? – попросила я.

– Не хочу вставать, двигайся ко мне поближе.

Он прижал меня к себе. Стало гораздо спокойнее. Через время почувствовала, как он гладит меня по груди.

– Ты меняешься. Грудь больше стала. Ножки красивые, стройные.

– А чего ты мне юбку короткую не разрешаешь надеть? – спросила я.

– Нечего жопу морозить, – проворчал он.

– Костя, а как мне с девочками помириться?

– Завтра после школы поедем в торговый центр, вместе потусим. Я с Максом уже договорился.

– Хорошо… Сколько до будильника осталось?

– Чуть больше двух часов.

– А завтра сочинение пишем по литературе. Вернее, уже сегодня…

– Ну и ладно. Когда ещё так можно будет полежать вдвоём и поговорить без боязни, что мама ворвётся в комнату бешеной фурией.

– Ну, да.

Еще немного поболтали, обсудили, что будем писать в сочинениях. Уснули практически перед самым звонком будильника. Очень трудно было вставать. Костя прижался ко мне сильнее и спросил:

– Может, прогуляем сегодня? Суббота, всего четыре урока…

– А толку? Через два часа мама придёт со смены.

– Эх… Тогда встаем.

Но мы ещё полчаса провалялись. И в школу собирались второпях. Когда одевались в комнате, Костя оглядел меня с ног до головы и сказал:

– У тебя очень красивая фигура.

– Лучше, чем у Даши? У неё же сиськи третьего размера.

– Твои мне больше нравятся.

Я смутилась. Полезла в шкаф за блузкой, но ничего выглаженного не нашла.

– Можешь надеть мою в голубую полоску, рукава закатаешь, в джинсы заправишь, и будет нормально.

– Хорошо. Не успею свою погладить.

В школу прибежали перед самым звонком. Быстро повесили куртки в раздевалке и влетели в класс практически одновременно с учителем. Первый урок – сочинение по произведению А.С. Грибоедова «Горе от ума». Написали, вроде бы, неплохо. Друг у друга проверили грамотность. Нашла пару стилистических ошибок у Кости. Исправили вместе. Следующий урок – математика. Если будет много задач, тоже переживём. А вот на третьем уроке – истории – будет сложно бороться со сном. Надо купить кофе в автомате.

На перемене я послала Костю за кофе. В это время ко мне подбежала Даша.

– Нет! Ну, ты представляешь! Сегодня с утра подошёл к нам Макс и у меня на глазах пригласил Светку после школы потусить в торговом центре! – проговорила она вместо приветствия.

– Так, вроде, мы все вместе туда идём.

– Да, все идём. Макс меня тоже позвал, но это было как-то вскользь. Типа «ну, и ты присоединяйся». Ты представляешь? А эта стерлядь улыбается и хихикает ему.

– Не переживай. Он ко всем одинаково подкатывает.

– И к тебе?

– Нет. Ко мне не подкатывает.

Подошёл Костя с кофе. Протянул мне стаканчик, а второй отдал Даше. Ушёл купить ещё себе.

– Какой же у тебя брат заботливый, – сказала Даша, отхлебнув кофе.

– Угу. У меня с корицей. А у тебя?

– Просто капучино.

– Дашь, а почему вы не стали встречаться?

– С твоим братом что ли?

– Да.

– Не знаю. Переспали по пьяни один раз и всё. Он ни разу мне не намекнул, что хотел бы ещё. А что? Он тебе что-нибудь говорил? – с надеждой спросила она.

– Нет. Ничего. Об этом я от тебя знаю, он никогда не рассказывал.

– Жаль. Он мне нравится.

– Сильнее, чем Макс?

– Костя очень симпатичный, у него очень красивая улыбка, фигура спортсмена.

– Макс тоже неплохо выглядит.

– Ну, я не знаю, как Макс целуется. А вот Костя…

– Не надо подробностей! – я перебила её.

Прозвенел звонок, мы выбросили пустые стаканчики и пошли в класс. Остальные уроки прошли достаточно быстро. Только на истории я пару раз толкала Костю в бок, когда он засыпал. Пока учительница нудно рассказывала параграф, я всё думала о разговоре с Дашей. И смотрела на Костю. Он сидел рядом, подперев голову кулаком, и безуспешно боролся со сном. Длинные ресницы медленно моргали, пока глаза совсем не закрылись. Тёмные непослушные волосы, вечно лохматый. Папа всегда ругает его за стрижку. Но Костя упрямо отвечает: «Всё, что под кепкой – моё». Нельзя сказать, что стрижка неаккуратная – виски, над ушами и затылок выстрижены коротко. Но папа всё же улыбался, сам рассказывал, что так они говорили в бытность своей курсантской жизни в военном училище. Костя больше похож на папу. Только цвет глаз у него мамин – карий. А всё остальное от папы: прямой далеко не короткий нос, острые торчащие скулы, высокий квадратный как вырубленный лоб. А он, правда, симпатичный. А ещё у него очень красивые руки, сильные рельефные с длинными тонкими пальцами.

– Комарова, толкни-ка своего брата, – отвлекла меня историчка. – Я понимаю, невозможно не залюбоваться на него спящего, но пора чертить таблицу.

Все засмеялись. А я очень смутилась. Я и правда «залюбовалась»…

Четвёртый, последний, урок – ритмика. Нас учат танцевать. Конечно же, Костя никому не доверяет свою драгоценную сестрёнку. А я бы и не против с Максом встать в пару.

После школы мы сразу нашей компанией поехали в центр города. Дождя не было. Немного погуляли в городском саду, фотографировались с яркими осенними листьями. Мы даже с девочками поснимали куртки, чтобы лучше смотреться в кадре. Костя ворчал, что я заболею. Потом сидели на скамейках, что стояли друг напротив друга, и рассматривали получившиеся снимки.

– Лен, а почему ты часто в мужской одежде? То в толстовке Костиной, то в свитере или куртке спортивной, сегодня рубашку его надела, – спросила меня Даша.

– Сегодня я торопилась, все мои блузки были мятые. А вообще, это Костя на меня всегда надевает свои вещи, которые сидят на мне мешком. Чтобы я страшная была. Да, Костя?

– Нет! Я о тебе забочусь, чтобы тебе холодно не было! – рассердился он.

– У меня тоже свитера и толстовки есть!

– Это какие? Те, что ты вчера хотела надеть вечером? Тонкий полупрозрачный свитер или короткая кофта, открывающая живот?

– А по-моему, это сексуально, – вдруг сказал Макс

– Что? – Костя опешил.

– Когда девушка в мужской рубашке или в футболке, особенно, если ничего другого больше на ней не будет.

– Извращенец, – засмеялся Костя.

– Почему сразу извращенец? Когда девушка надевает одежду своего парня, это говорит о её привязанности. И смотрится это, как будто он с ней всегда рядом и обнимает её.

– Ну, только Лена в одежде не своего парня, а брата, – вставила Юлька.

– Так, он и не даёт никому приблизиться к своей сестре. Да, Костян? – рассмеялся Макс.

– Не нашлось ещё подходящей кандидатуры, – ответил Костя.

– Мальчики, мы в кино опоздаем. Вы обещали сегодня нас сводить на романтическую комедию, – сказала Света.

Мы встали, взяли свои рюкзаки и быстро пошли в кинотеатр. Купили билеты, попкорн. Я сидела между Максом и Костей. И ела попкорн из двух стаканчиков, справа – солёный, слева – карамельный. Через минут десять после начала фильма прижалась к уху Макса и поблагодарила за примирение с девочками.

– Ловко ты Свету и Дашу столкнул, – сказала я.

– А это была Костяна идея, – он тоже мне сказал на ухо, обдав горячим дыханием.

Почувствовала, что Костя тянет меня за локоть к себе. Я приблизилась к нему.

– О чём шепчетесь? – сердито спросил.

– Я поблагодарила за примирение с девочками, он сказал, что это твоя идея. Так что и тебе спасибо, – я чмокнула его в ухо.

Он резко ко мне повернулся.

– Его я не целовала. Честно, – я прижалась к нему, положив голову ему на плечо и больше карамельного попкорна не ела, только солёный.

Значит, не видит подходящей кандидатуры. Интересно, какого парня он ко мне подпустит близко? Все девочки уже целовались с парнями, а Даша так вообще уже не девственница. Говорит, что ей Костя больше всех нравится, потому что целуется лучше всех… Зачем он меня поцеловал?… Но это не считается, он мой брат, а я хочу парня, ходить с ним за ручку, есть карамельный попкорн… И комедия сегодня какая-то неинтересная, совсем не смешно. И я уснула на плече у Кости. И он тоже уснул.

Когда пошли титры, нас растолкали и всю дорогу домой подкалывали, что мы проспали весь фильм.

Мама скинула нам в смс список продуктов. И нам пришлось идти в супермаркет.

Дома Костя меня спросил:

– Ну, что? Второй сезон сериала начнём смотреть?

– Я пас. Смотри без меня. Мне хватило и первого сезона.

– Да?… А мне без тебя скучно будет. Ты так смешно вздрагиваешь от страха.

– Тебе смешно, а я потом ночью трясусь от страха.

– Со мной ты тоже трясёшься?

– Нет…

– Так и не спорь, залезай ко мне, и будем смотреть.

Я вздохнула и села к нему на кровать. Начали смотреть, опять оборотни, появились вампиры, все такие страшные, глаза светятся в темноте. Зашла в комнату мама. Костя поставил на паузу.

– Что смотрите, ребята? – спросила она.

– Сериал в интернете нашли про войну, – ответил Костя.

– Лена, ты бы надела пижаму со штанами, чего ты полуголая перед братом щеголяешь, – сказала мама укоризненно.

– Я не полуголая, я в обычной ночной сорочке, которую ты сама мне купила, а футболки Костины старые, в которых мне нравилось спать, ты зачем-то забрала, – с обидой ответила я.

– Мам, ты чего к Ленке пристаёшь? – заступился за меня Костя.

– Я не пристаю. Но вы не всегда прилично себя ведёте друг с другом.

– Что не так опять? – сердито спросил он.

– Я сегодня сумки с продуктами разбирала, вы купили средства личной гигиены для женщин.

– Чего? – не понял Костя.

– Это для меня, – сказала я.

– А! Прокладки что ли? Ну и что? – удивился он.

– Костя! Это неприлично! Ты на кассе с этим… А ты слезь с его кровати!

– Мам, ты чего? Что с тобой? – спросила я.

В комнату заглянул папа.

– Что случилось? По какому поводу шумим? – спросил он нас.

– Мама расшумелась, что мы купили средства личной гигиены для женщин, которые понадобились её дочери, – невозмутимо ответил Костя. – А ещё она хочет одеть Ленку в ватники и бушлат, чтобы я не увидел её тощих коленок и локтей.

Папа рассмеялся и вывел маму из комнаты. А мы продолжили смотреть сериал.

– Костя, почему она так реагирует? – спросила я.

– Не знаю. Не бери в голову. У неё свои какие-то страхи или тараканы в голове.

– Неприятно… Папа и мама как-то неодинаково ко мне относятся.

– Это нормально. Помнишь, года два назад к нам в класс психолог приходила с лекцией о трудностях подросткового возраста.

– Помню…

– И она говорила, что мамы больше любят сыновей, а папы – дочек.

– Ну, да… А у меня правда тощие коленки?

– Нет. Самые красивые. Но я не стал это маме говорить…

Второй сезон сериала был не таким страшным. Или я начинаю адаптироваться. До утра проспала спокойно, ничего не снилось.

III

Осталось учиться до осенних каникул неделю. В школе объявили, что будет организована дискотека для старших классов, но девятым тоже разрешили прийти. У нас всего два класса в параллели. Какая-то демографическая яма оказалась. После девятого очень многие планируют уходить в колледжи. И учителя переживают, что оставшихся учеников не наберётся и на один класс. Поэтому нас все уговаривают, расписывают преимущества учёбы в 10 и 11 классах. Дают много привилегий, каких не позволяли ранее другим девятым классам. В том числе и общая «взрослая» дискотека в зале.

Мы с девочками очень обрадовались. Ведь там будут и старшие мальчики, на которых мы только заглядывались в коридорах школы. А тут представится возможность с кем-то познакомиться поближе. И всю неделю все девочки были возбуждены до предела. Главный вопрос – что надеть? Заказать платье в интернете уже можно не успеть. В магазине не хотелось покупать. По ценам только сетевые фирмы доступны. А там одинаковых платьев на вешалке по десять штук висит. А это самое неприятное – с кем-то оказаться в одинаковом наряде.

Вечером, продолжая смотреть сериал, я поделилась своими переживаниями с Костей.

– У тебя есть же платья в шкафу. В чём проблема, не понимаю, – сказал он. – И ты их редко надевала. И, по-моему, ни разу в школу.

– Это не такие платья. Они какие-то детские.

– А тебе какое надо? – удивился он.

– Более откровенное, взрослое.

– Тебе всего 15 лет! Какое взрослое? И платья у тебя не детские. А «во взрослых», как ты их называешь, платьях ты будешь смотреться смешно.

Я вздохнула. Логика в его словах есть. Я стала вспоминать, что у меня висит в шкафу.

– Может, зелёное с белым воротничком? Оно немножко школьное, но в нем что-то есть, – я размышляла вслух.

– Зелёное? Достань, посмотрим.

Я вытащила из шкафа платье на вешалке. Тёмно-зелёное с длинным рукавом, гладкий тяжёлый шёлк, узкое сверху до талии и с широкой юбкой до колен. Очень закрытое. Но мне нравилось из-за ткани, приятной на ощупь, и то, что он было однотонным, без дурацких цветочков.

– Примерь, – предложил Костя.

Я быстро натянула на себя. Покрутилась перед ним.

– Пойдёт. Только лифчик под ним надень обязательно.

– Это-то понятно.

Он вернулся за стол к компьютеру. А я стала рассматривать себя в зеркало в шкафу. Да, бюстгальтер обязателен, чтобы грудь казалась больше. А может, его укоротить немного? Я стала поднимать подол выше, открывая колени, потянула ещё выше. Однозначно, укоротить.

– Ну, ты идёшь кино смотреть? – позвал Костя.

– Иду.

Я стянула платье и сунула его в пакет.

– Зачем оно тебе с собой?

– Там подол чуть разошёлся. В ателье завтра подошью.

Сериал досмотрели и легли спать. Лёжа в своей кровати, стала думать о туфлях. Хорошо бы на шпильке найти. У мамы такие были парадно-выходные, надо померить. У нас, кажется, размер обуви одинаковый.

В школе на переменах девочки только и делали, что обсуждали, какие наряды приготовили. Я отмалчивалась. Дело в том, что я сходила в ателье и платье укоротила. Там была молоденькая швея, и она меня убедила сделать платье максимально коротким. Мне кажется, если я подниму руки повыше, то можно увидеть мои трусы. Смотрится не то что откровенно, а вызывающе. Ноги, правда, у меня стройные и красивые, особенно в маминых чёрных туфлях на шпильке, которые мне подошли идеально. Но что скажет Костя, когда увидит меня в этом наряде?.. И я молчала и не говорила девочкам, в чём пойду. Я уже начинала сомневаться, пойду ли я вообще на дискотеку…

Наступил долгожданный вечер пятницы. Костя ушёл раньше, сказал, что с ребятами в школу придёт. Дома был только папа. Я немного подкрасилась: подвела глаза лайнером, тушью ресницы накрасила, нанесла немного блеска на губы. И стала одеваться. Сначала надела платье в синий цветочек на бледно-голубом фоне. Может, всё-таки в нём идти? Решила опять примерить зелёное укороченное платье. Колготки у меня были только телесные тонкие. Сунула ноги в туфли. И стояла перед зеркалом, кусая губы. В дверь постучал и зашёл папа.

– Ты чего так долго собираешься? Опоздаешь на свою дискотеку.

– Папа, а не очень я вульгарно выгляжу?

– Нет. Очень красиво. Как молоденькая девочка. Тебе очень идёт это платьице.

– А оно не слишком короткое?

– А какое платье надо надевать в почти 16 лет? – рассмеялся папа. – Мать тебя совсем зажала. Иди и не сомневайся. Моя дочка самая красивая!

– Правда? Спасибо, папочка.

– Только туфли с собой возьми, в ботинках теплее.

Сверху надела пальто до колен, туфли сунула в пакет.

В школе встретилась в раздевалке с девочками. Переодела обувь сначала.

– Шикарные туфли! Сколько стоили? – спросила Даша

– Не знаю. Они мамины.

– Везёт тебе, а у моей мамы размер маленький.

– А мальчики уже пришли? – спросила я.

– Нет ещё. По-моему, они решили где-то выпить. Мне Саня признался, – ответила Света.