Наталья Дым
Шатая скрепы и ломая традиции, или Назло стереотипам

Пролог первый

Маленькая Дизелла закрыла книжку, бережно положила её рядом с собой и от восторга, переполняющего всю её трепещущую душу, упала навзничь и задрыгала в воздухе ножками.

Длинные травинки мягко щекотали спину, лёгкий ветерок обдувал разгорячённые щеки. Жаркое солнце припекало поцарапанные коленки…

Дизелла рассмеялась от души. Было так хорошо, что хотелось петь! И немножко – плакать. Самую капельку. Даже уши подрагивали от немыслимого счастья.

А небо над головой – такое высокое, что хочется в нём утонуть! Разбежаться и прыгнуть высоко-высоко… До самых белых облачков, которые похожи на воздушный крем – такой мама сбивает из яиц и сахарной пудры. Так и хотелось подцепитьих пальцем и сунуть в рот – Дизелла с братом частенько такое проделывали, прокравшись на кухню, пока мама отвлекалась на румяный бисквитный корж в духовке.

Она почесала нагретый солнцем живот и снова уселась на траву, поджав под себя ножки. Подобрав с травы книжку, Дизелла снова открыла её на самой любимой балладе.

Яркие картинки на белоснежной бумаге были очень красивыми, но Дизелла и без них могла представить всё, что написано в этой очень правдивой истории.

Стоило только покрепче прижмурить глаза, и она видела всё-всё, что написано в книжке.

Рыцарей в сияющих на солнце золотом и серебром доспехах с трепещущими на древках знаменами.

Коней под разноцветными, в тон знамёнам, попонах, которые высоко поднимают колени, гордо вышагивая в ровном строю. Их точёные копыта зарываются в белый тонкий песок, что стелется по дороге ровной пеленой.

Звенели шпоры, брякали уздечки. Над шлемами рыцарей развевались плюмажи из белых, жёлтых, синих и пунцовых перьев…

А вокруг – зелёные поля, усыпанные ромашками и клевером. Мерно гудели пчёлы, пахло солнцем и мёдом, а ещё – немного конским навозом…

Забрала шлемов ещё подняты, и отлично видно, что все рыцари, как на подбор, молоды и хороши собой. И ещё – блондины. Непременно – голубоглазые блондины.

Где-то пела труба, и высоко в небе парил орёл. Или, может, и не орёл вовсе…

Дизелла лукаво улыбнулась, представив эту картину. Яркий луч солнца отразился от ее белоснежных зубов, и по траве запрыгали солнечные зайчики.

Ах, да! У каждого рыцаря на правой руке, чуть выше локтя, привязан шёлковый платок.

Это прекрасные Дамы Сердца так благословили своих благородных идальго на бой со свирепым драконом.

И каждый из этих знатных господ был готов во славу своей Дамы принести ей зуб дракона! А то и целую челюсть.

И вдруг (этот момент Дизелла особенно любила представлять) из-за ближайшей горной гряды в бездонное небо взмывает дракон!

Чешуя его блестит ярче солнца, да так, что слепит глаза благородных рыцарей. Они прикрывают глаза руками и шумно переговариваются.

Но разве их испугаешь такой малостью? Нет, каждый из них опускает забрало, берет наперевес копьё или обнажает блистающий меч, скованный из стали, закаленной на крови тринадцати девственниц, и храбро пришпоривает своего боевого жеребца. Ну, или кобылу… Хотя, это уже частности. И совсем даже неважно.

Дизелла отмахнулась от несущественных подробностей, мешающих представлять всю эпичность предстоящей битвы.

Вот они все несутся по дороге, пыль клубится, солнце припекает всё сильнее и сильнее, ветер срывает беретку у юного оруженосца, которому ещё не положены доспехи, тот тонко вскрикивает и…

Ну вот, опять слабость к деталям и высокому слогу чуть не испортили картину боя. И вообще – это неважные и лишние подробности!

Дизелла сама себе скомандовала не отвлекаться. И вот перед глазами вновь мчатся кони, с отважными рыцарями в сёдлах.

А дракон между тем закладывает вираж за виражом, опускаясь всё ниже и ниже к земле. Ещё немного и его тень накроет всю кавалькаду…

Рыцари уже видят, как сверкают неземным светом его фиалковые глаза, как под белоснежной чешуей перекатываются упругие мускулы. Ветер свистит в кожистых крыльях, размаха которых достаточно, чтобы накрыть собой не слишком маленькую деревню, хвост направлен строго параллельно земле и помогает дракону держать верное направление. Да, хвост – это очень важно при полётах.

Вираж, ещё вираж… Рыцари выпускают рой стрел, но они не причиняют вреда белоснежному дракону. Он лишь отмахивается от них, как от мелких, но надоедливых мушек.

Дракон на крейсерской скорости врезается в самую гущу строя рыцарей. Полное смятение. Всё смешалось: кони, люди…

Крики, хрипение раненых лошадей и стоны умирающих рыцарей…

Удар левой лапой, правой, хвостом… Один рыцарь перекушен пополам прямо в доспехах, другой летит кувырком, сражённый точным ударом дракона…

Бой длится не больше нескольких минут. И вот уже вместо длинной колонны в блестящих одеждахна дороге груда поверженных человеческих тел.

Кто-то ещё стонет. Но дракон – великодушен. Взмах хвоста, и смертельно раненые добиты. Вдруг одна из лошадей сумела вырваться из кровавой каши боя и уже бежит прочь, припадая на заднюю левую ногу. Или на правую… Неважно!

Дракон смотрит ей вслед, приподнимает было хвост, некогда белоснежный, а теперь украшенный алыми разводами, но потом милосердно опускает его.

Пусть бежит лошадка, дракону не жалко. Он – не кровожадный!

Дракон, прихватив с собой парочку рыцарей помоложе, летит на берег горного озера, чтобы спокойно пообедать под сенью струй.

И вот, когда дракон грациозно парит к горизонту, вдруг по изящному силуэту становится понятно, что это вовсе и не дракон, а прекрасная собой дракониха… Мудрая и отважная. Сильная и смелая… Но всё же добросердечная. Лошадку-то отпустила восвояси!

И долго-долго ещё будут менестрели и трубадуры слагать баллады и петь песни о храброй и прекрасной собой белой драконессе Дизелле!

Дизелла распахнула чудесные фиалковые глаза в густом веере ресниц, потянулась всем своим сильным белоснежным телом, ударила себя по бокам хвостом в блестящих чешуйках и мечтательно улыбнулась.

Больше всего на свете она мечтала о подвигах и славе. Хотя, слава – это так, побочный, но очень приятный эффект от подвигов.

Главное, конечно, это битвы и сонмы поверженных рыцарей. И чтобы они непременно были молоды и из северных провинций. У этих мясо нежнее и привкус такой пикантный…

Так писали в одной древней поваренной книге, которую Дизелла случайно нашла в мамином комоде.

Хотя, с мамиными пирожными с кремом из взбитых яиц и сахарной пудры ничего не сравнится. Даже рыцари, которых Дизелла никогда не пробовала. Но очень хотела!

Что-то она на самом деле проголодалась. Надо бежать домой. Пирожных сегодня, конечно, не будет – мама их печёт только по большим праздникам, но наваристый суп из коровьей головы тоже очень вкусно. Особенно если мама не сунет туда сельдерея.

Эта гадская трава способна испортить всё что угодно. И зачем её только вообще выращивают? Хуже сельдерея только розмарин!

Дизелла сунула подмышку книгу, покосилась себе за спинуи тяжело вздохнула: крылья у неё ещё не проклюнулись.

Эх! Еще как минимум лет сто пешком ей ходить. Везёт брату Михаэлю – у него уже крылья были. Правда, совсем маленькие пока, гладкие, без чешуи и шерсти, но он уже пробовал перелететь с поддонника на старую липу под окном. Хотя и расквасил нос и ободрал хвост.

Так ему и надо! Пусть не зазнаётся!

Дизелла смеялась и дразнилась:

– Милька-Тилька – воробей!

Но на самом деле завидовала брату самой чёрной завистью. Ещё бы! Совсем скоро Михаэль встанет на крыло и сможет летать везде, где захочет.

И ему будут доступны все приключения, о которых только пишут в книжках!

И он сможет биться с рыцарями, похищать принцесс, искать золото…

Это же так романтично!

Только Михаэль восторгов Дизеллы не разделял. Он и книжек-то не читал. Считал это глупостью и ерундой.

Даже не знал, чем герб рыцарей Алого Пиона отличается от герба рыцарей Белого Пиона! И сколько ромашек на флаге Бубронов. Да и кто такие Буброны он то же не знал. А ещё умел считать только до ста и не мог по вкусу отличить латунь от бронзы. Абсолютно тёмный дракон!

Дизелла ещё раз глянула на далёкое и такое манящее небо и вприпрыжку отправилась домой есть коровью голову и мечтать о подвигах.

Ещё какие-нибудь лет триста потерпеть, и она сможет воплотить все свои мечты в жизнь.

И станет первой Драконихой – Воительницей! Победительницей рыцарей и грозой всех окрестных городов и деревень!

Ах! Дизелла Первая Великолепная – так красиво звучит… Или лучше Дизелла Наихрабрейшая? Или лучше что-нибудь таинственное… Белая Укротительница Рыцарей…

Жаль только, что не с кем поделиться своими мечтами… Все подружки играют в «дочки-матери» и «гости», а ещё в «свадьбу». Брррр! Тоска смертная…

А мальчишки с собой её играть не берут… Впрочем, и они не далеко ушли от девчонок. Во всяком случае – в истребителей рыцарей они не играли…

Одна радость – когда тётка Генриетта, двоюродная мамина сестра, прилетала в гости. Это она и подарила Дизелле замечательную книгу о подвигах великих драконов.

Только редко тётка Генриетта у них в гостях бывает. А жаль…

Да! Тяжела ты доля драконья! Да ещё девичья…

Пролог 2

Королевский сад поражал своим великолепием и ухоженностью. Всё соразмерно, всё по уму и по сердцу. Всё для услады глаз, успокоения души и удобства гуляющих.

Солнечными лучами разбегались от центра сада широкие тропинки. На север – посыпанные белым песком, на запад – жёлтым, на восток – серым ракушечником, а на юг – разноцветными мелкими камушками.

Но была одна удивительная особенность у этого сада: тут не было роз. А всё потому, что главными посетителями и хозяевами сада были Кристин и Кристина. Брат и сестра. Принц и принцесса. И всё в королевском саду и королевском замке было устроено так, чтобы дети не поранились, не причинили себе какого-нибудь вреда.

Мягкие ковры, углы мебели обиты гобеленами, окна, забранные причудливыми решётками… А в саду – нет роз. Ведь розы – это так опасно! Чтобы не поранили они нежные детские пальчики!

Но, по чести сказать, дело тут было немного в другом.

Мать-королева когда-то давным-давно, ещё в далёком детстве, услышала от своей няньки страшную историю про принцессу, уколовшую пальчик о шип розы. Та принцесса уснула на долгие сто лет.

Впечатлительная девочка запомнила страшную сказку и твёрдо решила: вот вырастет она и запретит розы во всём своём королевстве!

Поэтому и не было этих колючих (но красивых!) кустов в королевском саду.

Впрочем, в играх и детских шалостях принца и принцессу никто не ограничивал. И были у них и разбитые коленки, и занозы в пальцах. Но – не от розовых кустов.

Король слишком любил свою жену и детей. А потому – не спорил из-за такой малости с любезной супругой.

Прямо посередине сада была устроена ровная круглая площадка с качелями и деревянными фигурами. Кого тут только не было! Лошади, олени, волки и медведи. А в самом тёмном углу, под развесистой грушей, притаился дракон. Да так реалистично сделанный, что каждый, кто видел его в первый раз, непременно вскрикивал от испуга, хоть был бы и десять раз отважный рыцарь.

А вот Кристин нисколько не боялся дракона! Да и чего его бояться? Он же деревянный.

И вообще, он мальчик, принц, а значит – будущий воин и полководец, который победит в своей жизни не одного дракона, а целых сто! А может – и тысячу. Вот сколько встретит, столько и победит.

А пока будет тренироваться на этом, деревянном, раскрашенном всеми цветами радуги.

Кристин сделал выпад, ударяя игрушечной шпагой прямо в разинутую пасть. Ещё и ещё, входя в раж и кромсая так, что щепки летели в разные стороны. Правда, непонятно от чего, то ли от маленькой шпаги, то ли от морды дракона.

– Рис! Рис! Ну где ты опять? Иди же сюда! У меня новая книжка со сказками!

Кристин перевёл дух и обернулся.

У высокого раскидистого дерева (Кристин забыл его название) стояла сестра Кристина. Нежная и хрупкая, в руках она держала яркую глянцевую книгу с прекрасными ангелами на обложке.

Кристин недовольно поморщился: вот ведь… Девчонка – одно слово! Только и думает о возвышенном. Нет в ней боевого духа. Расскажи ей про битву с драконами, так она ещё примется жалеть несчастных зверушек! И расплачется от полноты чувств – это уж непременно!

– Рис! Ну ты где? – в голосе сестры послышались плаксивые нотки, и Кристину стало жалко её. Ну не виновата же она, в самом деле, что родилась девчонкой? И вместо удобных штанишек носит дурацкие платья с оборками.

– Тут я, тут… Иди уже сюда, почитаем твою книжку. А потом истории про драконов! – Кристин выбрался из кустов и взял сестру за руку.

Кристина тут же повеселела:

– Про драконов тоже можно. Они – красивые и мудрые…

– И похищают принцесс, – в тон ей ответил Кристин.

И засмеялся, увидев её обескураженное лицо.

Некоторое время они шли молча. Кристин видел, что сестре очень хотелось что-то спросить, но он помалкивал, только улыбался ехидно.

Они дошли до удобной лавочки под тенистым кустом сирени, когда Кристина всё же решилась спросить:

– Рис… Я не видела такую сказку у нас в библиотеке… Про похищение!

– Ну, – Кристин отвёл глаза и прикусил губу, – я скажу тебе, но ты, смотри, не выдавай!

Он воровато огляделся по сторонам и зашептал сестре в самое ухо:

– Это мне Ганибал рассказал! А страшные сказки про драконов мамА велела все спрятать. Из-за тебя! Только смешные разрешила оставить. С хорошим концом.

– Почему – из-за меня? – Кристина смотрела широко распахнутыми глазами и даже губку нижнюю прикусила от осознания страшной тайны и чего-то запретного.

Кристин вздохнул и ответил, явно пародируя кого-то из взрослых:

– Ну, ты у нас же ангел небесный… По грешной земле не ходишь…

Но Кристина уже думала не про это. Она сидела, закусив губу и о чём-то старательно размышляя, да так, что у неё от напряжения смешно зашевелились уши.

– Рис, – наконец она не выдержала и испуганно спросила, придвинувшись вплотную к брату, – а зачем драконы принцесс похищают?

Кристин хотел зловеще захохотать и сказать, что они их жрут целиком и даже не жуют, но передумал. Во-первых, он сам толком не знал, зачем драконам принцессы. Во-вторых, не хотелось подводить Ганибала. Сейчас Кристина испугается, расплачется и всё расскажет маме с папой. Те накажут Ганибала, а Ганибал обидится на Кристина. А ведь от него можно узнать так много интересного!

Он такой взрослый… Ему целых семнадцать лет! А Кристину – всего семь…

Ну, и, в-третьих, просто жалко Кристину. Она действительно очень чувствительная и нежная. Временами – бесячая. Но она – его сестра. И Кристин её любит. По-своему. Ну, как получается.

Он обнял сестру за плечи и пояснил:

– Они для драконов, что канарейки для людей. Или хомячки.

Он нахмурил брови и с трудом выговорил сложное слово:

– Для фэн-шуя, короче. Ладно, давай свою книжку почитаем.

Но Кристина его уже не слушала, она думала о своём: о драконах и принцессах, сидящих в клетках, что висят под самым потолком драконьих домов.

И так ясно перед её взором встала огромная гостиная: в кресле-качалке сидит, укутав лапы в плед, папа-дракон и читает «Вестник Дракона», попыхивая огромной трубкой. Рядом на диване мама-дракон с пяльцами и в очках на самом кончике носа. А на пушистом ковре играют драконята-дети.

А в клетке она, Кристина… Тут же, в клетке, стоят кроватка и ночной горшок…

Кристина поёжилась от этой картины и твёрдо решила, что она непременно попросит Ганибала научить её фехтовать и скакать верхом. Чтобы в случае необходимости удрать от дракона.

Покосившись на брата, читающего по слогам сказку, Кристина вспомнила, как тот дёргал её за кудряшки, выбившиеся из косички, и бросался в Кристину комками манной каши за завтраком, пока нянюшка не видит. А ещё – толкался и дразнился… Да и не упомнишь, как вредничал Кристин, когда на него нападало дурацкое настроение.

Или, как говорил Ганибал, шлея под хвост попадала.

«И драться! Обязательно драться с мальчишками! А то некоторые обижают девочек, даже если они принцессы! И даже немного ангелы». – Кристина сжала пальцы в кулачок и с сомнением посмотрела на брата. М-да… Лучше всё же стрелять научиться. Из мушкета, или пистоля… Это будет надёжнее.

И в дракона выстрелить можно, если что. Только не убивать его насовсем. Всё же они красивые и мудрые…

– Кристина! – Кристин пребольно пихнул её локтем в бок, да так, что у неё выступили слёзы. – Сама просила почитать, а сама не слушаешь!

Принц и принцесса смотрели друг на друга совсем одинаковыми карими глазами, и каждый думал тоже одинаковое: тяжела ты, доля королевского ребенка (принцессы/принца, нужное подчеркнуть)!

Ведь не зря же они были не просто братом и сестрой, а – близнецами, похожими друг на друга как две капли малинового варенья. Поэтому и думали они всегда одинаково. Ну, или почти – всегда.

Кристин вздохнул и отвернулся.

Нет, всё же принцем быть тяжелее!

Глава 1

– Я замуж не пойду! – Дизелла топнула левой задней лапой и сердито свела брови на переносице.

Когда это кончится, в конце-то концов?! Она с возмущением смотрела на родителей и брата Михаэля. Столько времени прошло, а они всё о своём.

Дизелла мысленно передразнила маму: «Ты же дракониха, Дизелла! Нельзя кидаться камнями в дядю Мурика! Ты же дракониха, Дизелла, нельзя драться с Алехандром и Борисом! Ты же дракониха, Дизелла, нюхай розы и не воруй у бабушки Нино табак и огненную воду!»

Это так она поучала Дизеллу раньше, лет двести назад. А теперь стало ещё хуже.

Последнее время все семейные разговоры сводились к одному: когда Дизелла выйдет замуж? Самой ужасное, что недостатка в претендентах на её лапы (переднюю и заднюю), сердце и прочий ливер, да и филей тоже, было более чем предостаточно.

Те же чёртовы Алехандр и Борис, закадычные друзья Михаэля. Такие же дурни и бестолочь, которые и школу-то с трудом закончили. Всей ценности в них, что мускулистый хвост и твёрдый лоб, благодаря которым их и взяли в сборную драконьего края по лапте и бейсболу.

И не только они. Даже дядя Мурик, который успел пережить трёх жён и двух любовниц, с огромным интересом поглядывал на Дизеллин хвост и даже несколько выше.

Все они упорно утаптывали газоны под окном пещеры и таскали Дизелле охапками розы, которые, кстати сказать, Дизелла терпеть не могла: услышала в свое время краем уха ужасную историю про маленькую драконяшку, которая летела над королевским садом и упала прямо в оранжерею, полную этих злополучных цветов. Там ещё вроде принцесса была, которая тюкнулась головой об стеклянную стенку оранжереи и спала потом сто лет. Но Драконий Бог с той принцессой. Поспала и проснулась. Ничего с ней не случилось. Выспалась даже! А драконяшка всю морду себе розами исколола. Так и осталась рябенькая на всю жизнь. Бедняжечка!

И ведь Дизелла не раз и не два говорила о нелюбви к розам своим не слишком умным и внимательным поклонникам. Да что там! Если говорить прямо – полным обалдуям, а не драконам.

Но кто станет слушать глупую девчонку? Ведь всем известно, что если дракониха сказала «нет», это надо понимать как «да».

Так что если она говорит, что терпеть не может розы, значит, именно их и желает получить в подарок.

И доказывать обратное – это всё равно, что лбом об скалу биться.

Нет бы, хоть кто-нибудь из них предложил полететь на охоту…

Дизелла прикрыла фиалковые очи, которыми она втайне безумно гордилась, и перед её мысленным взором пронеслись стада оленей и козлов… И она сверху на них ка-а-ак спикирует! Как огнём полыхнёт! Только куда рога, куда копыта!

И ведь Дизелла не претендует на битвы с рыцарями. Слава Великому Огнедышащему Драконьему богу, выросла она из детских мечтаний о подвигах и славе. Но вот олени и козлы…

Разве она много просит?!

Но все только и знают: «Когда замуж пойдёшь, когда замуж пойдёшь?..»

Так и хочется рявкнуть:

– Да никогда!

Чтобы отстали навсегда.

И вот опять… На этот раз отвязаться будет сложнее. К Дизелле посватался не какой-то зелёный сопляк, типа Алехандра и Бориса, и не старый маразматик дядя Мурик, у которого уже чешуйки с хвоста сыплются, а самый настоящий Дракон с Предгорья. По совместительству – Ректор в какой-то там магической Академии. Его так все и звали – Ректор.

Вот если бы он её не замуж позвал, а к себе на факультет…

Дизелла даже зажмурилась от смелости своих мечтаний и снова топнула задней лапкой с уже ороговевшей пяткой (ещё один признак, что ей пора замуж, по мнению маман):

– Я замуж не пойду!

В ответ мать сурово поджала губы, а брат-обалдуй Михаэль заржал как ненормальный или даже припадочный:

– Ага! Ещё скажи: не хочу жениться, а хочу учиться! В Академию к женишку!

Дизелла несколько раз хлопнула ресницами и недоверчиво протянула:

– А можно?

И тут отец, всё это время молчавший, с сожалением отложил коровью ногу, которую старательно обгладывал последние полчаса, грозно поднял дыбом роскошный седой гребень и громко хлопнул хвостом. Брат и маман испуганно притихли и прижали уши. Это был знак, и знак очень недобрый. Вот-вот должна была грянуть буря, ураган и смерч вместе взятые.

А Дизелла так и вовсе – открыла рот от удивления. Она всегда считалась любимицей отца. Наверное, именно поэтому тот и смотрел сквозь лапы на её «закидоны», как называла мать дочерины мечты и прожекты, да еще и не упускала случая упрекнуть отца, что это он Дизеллу разбаловал.

– Твоя доченька, – говорила мать, подбоченившись и посверкивая глазами, – вконец офонарела! С глузду съехала.

Но сегодня она помалкивала, боясь не то, что пасть раскрыть – зубом лишний раз цокнуть.

– Ещё в моём семействе дочери – студиозки не хватало! А это всё твоя родня! – загремел отец и обличающе ткнул кривым когтем в сторону притихшей супруги. – Сестрёнка твоя двоюродная и любезная! Позор семьи! Сбила с панталыку дочку нашу. Так девочка наивная, на неё глядючи, ещё и в университет подастся!

– Скажешь тоже – в университет… – мать покосилась на примолкшую Дизеллу. – Чай, она не лахудра какая… Приличная дракониха. Да и муж не позволит…

– Муж! – отец не унимался. – Ты выдай её замуж сначала… Да и нужен ли такой муж? Ректор! Его же мать! Ты только подумай – Ректор Магической Академии! Уж и не знаю, стоит ли нашему приличному семейству с ним связываться. Ещё… Ещё…

Отец задумался на секунду, а потом решительно выдохнул:

– Ещё блох от него нахватается! У него там всякие в Академии учатся! Блохастые!

Мать прикусила язык: этого жениха для Дизеллы подобрала она сама и возлагала на него большие надежды.

– Ну, не он, – примиряюще выпустила маман струйку дыма из левой ноздри, – так мало ли кто к нашей девочке сватается… Алехандр вот, Борис опять же… Дизелла у нас красавица! Без мужа не останется!

Мать схватила брошенную в порыве гнева коровью ногу, старательно потёрла её о живот и поспешно протянула отцу.

Тот заворчал было, но уже гораздо тише, а потом и вовсе успокоился, вгрызаясь в запечённую с сельдереем и розмарином коровью ляжку.

А Дизелла пригорюнилась. Да, университет ей не светил никаким боком. Тут как бы и правда замуж не отдали. За дядю Мурика. Всё-таки уже пятую сотню лет разменяла. Пора о гнезде подумать и маленьких драконятах.

Дизелла шёпотом, чтобы, не дай Драконий бог, не услышал отец, проворчала себе под нос, передразнивая сразу обоих родителей:

– Когда мы уже услышим цокот маленьких коготочков? Когда наши внуки отрастят зубки и расправят крылышки?

Причём к брату-обалдую таких претензий не предъявляли. Он-де мальчик, ему можно и не жениться лет этак до восьмисот! Короче, сплошной сексизм, косность и домострой!

Дизелла почесала когтистой лапой за ухом и тяжело вздохнула, выпустив из ноздрей белесые струйки дыма.

Впрочем, не всё потеряно! Если на самом деле этот самый Ректор согласиться взять её в Академию, то его матримониальные притязания можно и потерпеть… В крайнем случае, снесёт ему яйцо. А то и два!

А высиживать не обязательно самой. Говорят, есть такие драконихи, которые за определённую мзду согласны высиживать чужие яйца. Им на уроках Этики и Домостроя рассказывали. Правда, в резко отрицательном ключе, как о пороках современного общества. Но ведь можно же о этом особо и не распространяться…

На уроке даже говорили, как эти драконихи называются, только Дизелла запамятовала. Как-то очень неприлично, под стать их занятию.

Сукабатные, сукопопые… Короче, очень неприятное название!

Но главное, чтобы драконята вылупились. А уж чья там попа их высидела – уже и не важно! И как это называется – тоже совершенно неважно!

Дизелла передёрнула плечиком и повернулась к родителям:

– Мам, пап, я сбегаю к этой… К Мари! Она там что-то купила себе…. Или нашла… Короче, что-то у неё есть! Интересное! Про женихов что-то!

Дизелла почувствовала, как сердце у неё испуганно подпрыгнуло в груди и упало в желудок: последнюю фразу точно не стоило говорить – слишком уж она нарочитая. И неестественная.

Но отец так увлёкся коровьей ногой, что только прорычал сквозь зубы невнятное и махнул лапой. А матери и вовсе уже стало не до Дизеллы: она как раз достала небольшой рулончик прессованного сельдерея и старательно укутывала в него остатки коровьей туши.

– Иди-иди, – проворчала она себе под нос, – Мари – дракониха хорошая. Может, и ты от неё чего полезного понаберёшься.

Дизелла выскочила за порог пещеры и шумно выдохнула. На что только не пойдёшь ради учёбы в Академии… Главное теперь – Ректора уговорить.

Дизелла поправила кокетливый завиток на виске и наивно похлопала ресницами. На дядю Мурика это всегда производило сильное впечатление. Оставалось надеяться, что и Ректор не останется равнодушным!

Оглядываясь по сторонам, чтобы случайно не попасться на глаза каким-нибудь знакомцам, Дизелла потрусила в сторону гостиничной пещеры для особо важных гостей.

Эх! Всё-таки тяжела ты, доля женская! Да ещё и драконья!

Глава 2

– Ты же знаешь, я не могу жениться! Это просто невозможно! – Наследный принц Кристин в ужасе смотрел на своего верного оруженосца Ганибала. – Ни на Изабелле, ни на Елизавете… Вообще ни на ком!

Говорить откровенно и именно то, что ты думаешь – непозволительная роскошь для наследника престола, который фактически уже являлся королём.

Но Кристин, который уже почти совсем король (практически на девяносто девять процентов), мог себе позволить такую чрезмерную роскошь. Правда, только с одним человеком и только сугубо наедине, но мог. И поэтому безмерно и ежечасно был счастлив. И не забывал благодарить небеса, тоже безмерно и ежечасно.

До официального признания Кристина королём оставался один процент и маленькая формальность. Маленькая, но она решала очень многое. И могла стать непреодолимым препятствием к трону и короне.

Хотя иногда, разглядывая портреты всевозможных принцесс всех мастей и размеров, Кристин задумывался, а стоит ли старый дубовый стул с резными ножками и высокой спинкой, стоящий посреди тронного зала, и золотой ободок толщиной в палец Ганибала, украшенный брильянтом в двенадцать карат, его свободы? Может, стоило послать всё и всех к чёрту? Или хотя бы – к чёртовой бабушке? Вскочить на коня, нацепить на бок саблю и вперёд – на рыцарские подвиги!

Ну, или хотя бы – на ромашковое поле близ горной речки…

Никак не думал, не гадал Кристин, что на его плечи свалится такая ответственность. Да ещё так рано… Семнадцать лет без шести недель. А свой день рождения они с сестрой отмечали уже в трауре.

И как только исполнилось Кристину семнадцать лет – за ним приехали из Геральдического Совета.

– Пора, принц, Вас ждут великие дела и переполненные сточные канавы. Потому как – все ждут указов короля, и без них работать отказываются. – Первый Советник был суров и категоричен.

И Кристин – поехал в родительский замок.

Ведь тел короля и королевы так и не нашли. По официальной версии, на них напал огнедышащий дракон. Сжёг дотла и венценосных особ, и всю их свиту, да что там – и карету сжёг, и весь багаж спалила рептилия поганая. А пепел дракон развеял по горному ущелью, а может – с собой унёс. Сие – осталось неведомым. Всё-таки повадки и нравы драконов ещё плохо изучены и скудно описаны в научных трудах мудрецов современности.

Правда, родителей принц и принцесса видели не часто, всего пару раз за год, потому как только им минуло двенадцать лет, наследников престола отправили к двоюродной бабке по матери, в Триодинадцатое Королевство.

Почему именно туда – брат с сестрой не задумывались. Сказано им было: будете жить тут, они тут и жили.

Да и привыкли они уже к непонятным решениям своей мамы. Очень доброй, нежной, ласковой и красивой, но немного странной.

Например, про такие цветы как розы они узнали, только приехав к бабушке.

– Блаженная она, ваша мамка, – ворчала бабушка, высокая, черноокая, с прямой спиной и сединой в густых каштановых волосах, которую она, впрочем, старательно закрашивала хной. – То розочки ей не угодили, то прясть в своём замке запрещала, а то выдумала какое-то семейное проклятье в виде привидения бледной дамы. Которое непременно должно сожрать её отпрысков. Как есть – блаженная. И с младых ногтей такая была. А папка ваш – подкаблучник. Идёт у неё на поводу. Нет бы космы на кулак накрутить да уму разуму поучить… А он – как есть подкаблучник!

Принц и принцесса родственницу не слушали, мало ли чего там бормочет выжившая из ума древняя бабка.

Впрочем, у бабушки им жилось хорошо и вольготно. Старушка воспитанием внуков себя особо не обременяла и была бойка не по годам.

Ну, так считали Кристин и Кристина, пребывая в твёрдой уверенности, что в пятьдесят с хвостиком лет любому человеку пора не то, чтобы остепениться, а уже и о вечном подумать. Гроб там себе заказать по мерке, место под склеп от дремучего леса расчистить, мрамор с каменоломни привезти, эскиз памятника утвердить, босиком по земле ходить. Ведь ей помирать не сегодня-завтра, а она скачет по окрестностям, как та белка, и в ус не дует.

Одно хорошо – шебутная бабка, явно выжившая из ума, совсем не обращала на внуков внимания. Гораздо больше её интересовали кузнецы, молотобойцы и почему-то –менестрели.

Исключительно – мужчины до тридцати лет. И чтобы косая сажень в плечах. И смоляные кудри до плеч. Так себе критерии для симпатий, но тут, скорее всего, злую шутку над бабкой сыграл древний возраст и усохший от маразма мозг. Тем более, мужчины тоже были далеко не молоды, хоть и младше самой престарелой родственницы.

В целом, жизнью у бабки брат с сестрой были довольны. Поэтому старательно скрывали от родителей странные и необъяснимые с логической точки зрения бабкины пристрастия. Уж лучше здесь, чем в родительском замке, где всё чопорно, пафосно и строго по утверждённому регламенту.

– Хм… Ваше Высочество, вы меня слушаете? – Кристин вынырнул из невесёлых воспоминаний в ещё более тоскливую реальность и обречённо посмотрел на Ганибала.

Тот тяжело вздохнул и терпеливо повторил вот уже в сто первый раз:

– Вы же знаете, Ваше Высочество, что и не жениться вы тоже не можете. Этого требует Свод Законов Дальнего Королевства. В течение тридцати дней после исполнения вам восемнадцати лет вы обязаны жениться. Иначе ваш трон займёт ваш же двоюродный дядя по отцовской линии. А этого никак нельзя допустить. Хватит того, что он за полтора месяца, пока временно исполнял обязанности короля, наворотить успел. До сих пор разгребаем – разгрести не можем.

Кристин жалобно сморщился и совсем не по-королевски шмыгнул носом:

– А может, всё же не надо? Может, кто-нибудь другой? А?

Лицо Ганибала посуровело:

– Ваше Высочество, возьмите себя в руки. Вы будущий монарх, в конце-то концов.

Но буквально через секунду строгая маска дрогнула, и на Кристина вновь смотрел добрый и понимающий Ганибал. Он обнял принца за плечи, поцеловал в растрёпанную макушку и тихо прошептал, баюкая Кристина как маленького ребёнка:

– Ваше Высочество, Кристин… Ну, ты же знаешь… Так надо.

– Но как нам быть?! – Кристин поднял на Ганибала полные слёз, но такие прекрасные карие глаза в обрамлении длинных чёрных ресниц.

Ганибал ободряюще улыбнулся, выпустил принца из объятий и предложил мягким примирительным тоном:

– Может быть, для начала выберем невесту?

Он подошёл к груде портретов, сваленных как попало в углу, и выбрал из неё два.

– Вот смотрите, Анабель. На вид – вполне предприимчивая особа. Которая не упустит выгоду. С такой можно договориться. Или вот, Лиззи. Судя по не обезображенному интеллектом лицу, глупа как пробка. Ей можно будет навешать любую лапшу на уши. Она поверит всему, что вы ей скажете.

Кристин провёл рукой по подбородку, на котором ещё не было и следа мужской растительности, и тяжело и порывисто вздохнул, смаргивая с ресниц хрустальные капельки слёз.

Потом спрыгнул с дивана, где до этого сидел, подобрав под себя ноги, и подошёл к Ганибалу.

Посмотрел на Анабель, потом на Лиззи и покривился:

– Ты всё каких-то дамочек странных выбираешь… У которых со вкусом большие проблемы. Вот сам только посмотри: кто наденет платье вырвиглазного алого цвета, будучи рыжей? А эта… Вся в дурацких розочках… А причёска – какие-то старомодные букли…

– Хорошо, – покладисто кивнул Ганибал, – давайте расставим портреты вдоль стен и внимательно рассмотрим каждый.

Кристин придушенно застонал:

– В который раз, Ганибал, в который раз мы это будем делать?

Ганибал вновь сердито поджал губы и свёл брови на переносице:

– Мы будем это делать, Ваше Высочество, пока вы наконец-то не выберете себе будущую спутницу жизни. В сотый, тысячный, а надо будет – и в миллионный раз.

– Ну, давай хоть таблицу составим, – проворчал Кристин, прислоняя очередной портрет в золочённой рамке к стене, – и будем там отмечать плюсы и минусы. У кого минусов больше, чем плюсов, тех вычеркнем из списка претенденток. Навсегда. Хоть чуть-чуть тогда сузим круг.

– Подозреваемых, – усмехаясь, закончил Ганибал.

– Подозреваемых, – сердито буркнул Кристин, – подозреваемых в корыстных мотивах. Не по любви же они замуж за принца собрались.

Ганибал кивнул:

– Давайте закончим препираться, Ваше Высочество. Жениться по любви, как известно испокон веков, не может ни один король. Или принц.

– Ах! Если бы я мог по любви, – Кристин вновь тяжело вздохнул, с отвращением разглядывая изображение очередной красотки в платье цвета бедра испуганной нимфы. Или обморочной лягушки. А может вообще – бешенной цапли.

– Если бы да кабы, да во рту бы росли грибы… – рассеянно проговорил Ганибал, заканчивая расстановку портретов, – а жениться всё равно надо. Хоть по любви, хоть по расчёту, а без этого – никак. И давайте закончим пустые споры и будем думать и решать. И искать выход.

– Из безвыходной ситуации, – Кристин обречённо махнул рукой и взял со стола лист писчей бумаги, перо и ученическую линейку. Надо всё-таки попытаться как-то систематизировать эту бесконечную карусель невест. Хотя смысла в этом ноль. Какая-то задачка без решения. Как загадка про брадобрея, который жил в деревне, где было запрещено бриться самому, но надо было ходить бритому. Парадокс, короче, по-другому не назовёшь.

И что с этим парадоксом делать – непонятно…

Эх! Тяжела ты, доля наследника престола! Тяжелее и не бывает. Даже врагу такого не пожелаешь.

Глава 3

Дизелла огляделась по сторонам, брезгливо поворошила лапой кучу хвороста возле очага, из-под которой, немало её напугав, тут же выскочили и прыснули в дальний угол два ежа.

С трудом сдержав неприличный визг, Дизелла прижала к чешуйчатой груди узелок с пожитками и нерешительно двинулась в глубь своего нового жилища.

Вид был не блеск. Далеко не блеск. Это вам не родительская пещера, где у них с братом было по отдельному гроту, плюс родительская спальня, плюс столовая, плюс гостевой отнорок и три отсека кладовых. И это не считая мест общего пользования!

Нет, надо отдать тётке Генриетте должное. Обстановка в пещере была стильная. Ну, в духе минимализма.

Рога на стене, столик из спила огромного дерева и постелька из еловых шишек. Ничего лишнего.

Но в пещере явно побывали недружелюбные кроты и ежи. Натаскали мусора, разворошили лежанку, нагадили на столик…

Да и горный ветер внёс свою лепту в беспорядок: натащил листьев, мелких веток и сухой хвои. Придётся потрудиться!

Но сильная и самостоятельная дракониха трудностей не боится, особенно если она встала на путь протеста против семейных притеснений и борьбы за свободу и равные права драконих!

Не могла её свободолюбивая душа терпеть косности и ретроградства! В конце концов, даже её ангельскому терпению пришёл конец.

Конечно, самым большим ударом и разочарованием оказалась беседа с потенциальным женихом – тем самым Ректором из Магической академии. Этот разговор и стал последней каплей в чаше терпения Дизеллы.

Приличный с виду дракон, поборник прогресса и просвещённости, на деле оказался закостенелым ретроградом и вообще… Мужланом и грубияном!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.