Никита Лахов
Узники ада

Часть 1 ''Виновники торжества''

Хочешь мира – готовься к войне. (Ю. Цезарь)

ГЛАВА 1 ''Ямал''

Меня зовут Ямал, я наполовину татарин, наполовину русский. Когда-то, много лет назад, я осознал, что быть во главе – это не значит быть крутым и смелым. Прежде всего, нужно быть верным своей команде, своему Отечеству, своей Родине. Каждый день, размышляя об этом, я понимал, что должен быть смелым и не бояться трудностей. Приказы – это не просто команды, это долгий и трудный выбор доверия к тому, кому ты дорожишь, ведь он растет на твоих глазах. Вспоминаю свою юность и любовь к Насте из небольшого городка Горбатов. Нам было по шестнадцать, когда мы забрались на заброшенную военную базу, однако нашли лишь кирпичи и пыль. Тем не менее, в ее улыбке я находил счастье. Прошло время, и вот я получил повестку в армию. В день медкомиссии, поднимаясь к ней, я увидел огромного незнакомца, с ним я не мог смириться. В конце концов, я рассказал Насте о своем диагнозе – рак поджелудочной железы. Ее глаза наполнились слезами, но она крепко сжала мою руку. "Мы справимся, Ямал. Вместе". Эти слова, простые и искренние, стали моим щитом, моим оружием. Армия отменилась, но началась другая, более страшная битва. Битва за жизнь. Ночи стали длинными и мучительными. Боль не давала спать, а страх сковывал душу. Я украдкой наблюдал за Настей, пытаясь запомнить каждую черту ее лица, каждый жест. Ее улыбка, такая редкая в последнее время, была для меня дороже всего на свете. Я боялся, что она забудет меня, что ее жизнь пойдет дальше, а я останусь лишь туманным воспоминанием.

Время тянулось мучительно медленно. Каждый день был похож на предыдущий, но в то же время бесценен. Я продолжал писать в блокнот, изливая душу на бумагу. Это стало моим спасением, способом выразить то, что я не мог сказать вслух. Однажды ночью Настя тихонько пробралась ко мне в постель. Она обняла меня крепко-крепко, и я почувствовал, как ее слезы капают мне на плечо. "Я знаю", – прошептала она. "Я все знаю". Я не стал отрицать. Достал блокнот из-под подушки и протянул ей. Она взяла его дрожащими руками и начала читать. Я наблюдал за ней, боясь увидеть в ее глазах отчаяние. Но вместо этого я увидел любовь и понимание. Когда она закончила, Настя прижала блокнот к груди и посмотрела на меня. "Я никогда тебя не забуду", – сказала она. "Никогда". В этот момент я понял, что готов. Готов отпустить ее. Готов к прощанию. Однажды, когда Настя вышла из палаты, я достал блокнот и ручку. Руки дрожали, но я начал писать. Писал о нашей любви, о мечтах, которые не сбудутся, о том, как она сильна и как я ею горжусь. Просил ее не сдаваться, найти свое счастье, жить полной жизнью. Каждая строчка была пропитана болью и любовью.Когда Настя вернулась, я быстро спрятал блокнот под подушку. Я не был готов отдать его ей сейчас. Мне нужно было еще время, чтобы собраться с духом. Но я знал, что рано или поздно придет время прощания. И я должен быть готов. Настя была рядом каждую минуту. Она читала мне книги, готовила еду, поддерживала меня, когда боль становилась невыносимой. Мы старались жить каждым днем, как последним, наслаждаясь простыми вещами: закатами, прогулками в парке, разговорами ни о чем. Горбатов казался раем, а Настя – ангелом-хранителем. Но болезнь не отступала. Она пожирала меня изнутри, забирая силы и надежду. В один из дней, лежа в больничной палате, я понял, что проигрываю. Я посмотрел на Настю, уснувшую рядом, и почувствовал, как сердце разрывается от боли. Боли за нее. Я знал, что должен быть смелым. Не для себя, а для нее. Я должен подготовить ее к жизни без меня. Написать письмо, сказать последние слова, оставить что-то, что будет напоминать обо мне. Но как это сделать, когда каждое слово причиняет невыносимую боль?

На следующее утро мы встретили рассвет вместе. Сидели на подоконнике, укутавшись в один плед, и молча смотрели, как рождается новый день. Золотые лучи солнца коснулись ее лица, и я запечатлел этот момент в своей памяти навсегда. Она была прекрасна. Мы не говорили о будущем. Мы жили здесь и сейчас, наслаждаясь каждой секундой, каждой минутой. Каждый вздох был наполнен любовью и благодарностью. Пришел тот час. Она держала меня за руку, пока я засыпал. На ее лице не было слез, только светлая грусть и бесконечная любовь. Я знал, что ухожу не один. Я уносил с собой ее любовь, ее память, ее сердце. Я закрыл глаза, и мир вокруг меня растворился. Осталась только тишина и ощущение покоя. Я был готов.

Я проснулся в невесомости. Не было ни тела, ни боли, ни страха. Лишь чистое сознание, парящее в бескрайнем пространстве. И свет. Не ослепляющий, а мягкий и обволакивающий. Я увидел ее. Она стояла вдали, в окружении этого света, и улыбалась. Ее улыбка была такой же, какой я запомнил ее на рассвете, такой же, какой чувствовал в каждом ее прикосновении. Она протянула руку. Я поплыл к ней, без усилий, без сопротивления. И когда наши руки коснулись, я понял, что это не конец. Это лишь начало чего-то нового. Чего-то вечного. Мы вместе шагнули в свет, навстречу неизведанному, но полные любви и покоя. И я знал, что буду любить ее вечно. Даже за гранью этого мира. За светом ждала музыка. Нежная, мелодичная, она пронизывала меня насквозь, растворяя последние остатки сомнений и тревог. Казалось, сама Вселенная поёт для нас, приветствуя наше прибытие в этот новый дом. Здесь не было времени, не было пространства в привычном понимании. Было лишь ощущение абсолютной свободы и единения со всем сущим. Я видел, как она преображается, как её сияние становится ярче, как в её глазах отражается вся бесконечность мироздания. Мы парили в этой музыке, в этом свете, в этой любви. И я понимал, что больше не существует "я" и "она", а есть лишь единое целое, неразделимое и вечное. Мы – часть этого огромного, прекрасного мира, и наша любовь – его неотъемлемая часть. И я знал, что это лишь начало. Начало бесконечного путешествия по просторам Вселенной, рука об руку, навстречу новым мирам и новым открытиям. И наша любовь будет нашим компасом, нашим маяком, нашим вечным светом во тьме.

ГЛАВА 2 ''Джинн''

День Х пришёл внезапно, изменив всё внутри меня. Я вспомнил дорогих мне покойников, их важные слова, клятвы любви и тайны, связанные с моей далёкой юностью. Когда-то мой дедушка вручил мне ключ от винного погреба, сказав: «Когда вырастешь, это будет твоим». Но теперь я остался один, дом сгорел, винного погреба не существует. Из немногих вещей остались бутылки грузинского вина, боевой нож для выживания и пара зубочисток, всегда при мне. Опустошенный, без друзей и девушки, я стал изгоем. За пять лет на улице научился находить тепло и укрытие в лесу, в заброшенном домике. Сегодня, в день памяти моих близких, куплю им цветы и конфеты на кладбище. По пути заметил, как группа парней угнетает девушку. Чуя необходимость вмешательства, я вытащил нож, но, испытав на себе их агрессию, был вынужден применить силу. Наблюдая за их бегством, я почувствовал, как теряю сознание… В глазах потемнело, мир поплыл. Последнее, что я увидел, – испуганное лицо девушки, прежде чем провалился в темноту. Очнулся я в незнакомом месте. Белые стены, запах лекарств – больница. Рядом сидела та самая девушка, ее глаза были полны благодарности. Она рассказала, что вызвала скорую, и что парни, испугавшись, убежали. Она представилась Анной. Оказалось, она врач. Анна ухаживала за мной несколько дней, пока я восстанавливался. Мы много говорили – о моей прошлой жизни, о ее работе, о потерях и надеждах. Ее доброта и забота вернули мне веру в людей. Когда пришло время уходить, Анна предложила мне остаться. Не у нее дома, конечно, а в небольшом домике на ее участке. Я согласился, чувствуя, что это шанс начать новую жизнь. Может быть, День Х не только отнял у меня все, но и подарил надежду. Жизнь в домике оказалась простой, но спокойной. Я помогал Анне по хозяйству, чинил забор, косил траву. Иногда мы вместе гуляли в лесу, который начинался сразу за участком. Она рассказывала о травах и цветах, о птицах и зверях, а я слушал, завороженный ее знанием и любовью к природе. Постепенно я начал забывать о том кошмаре, который пережил. Боль от утраты не исчезла совсем, но стала тише, приглушеннее. Анна стала для меня не просто спасительницей, а другом, почти родным человеком. Я чувствовал, что между нами возникает что-то большее, чем просто благодарность. Однажды вечером, сидя у камина в ее доме, я признался ей в своих чувствах. Она молчала, глядя в огонь, а потом повернулась ко мне и улыбнулась. В ее глазах я увидел не только благодарность, но и что-то похожее на любовь. "Ты вернул меня к жизни," – сказала она тихо. Так начался новый этап в моей жизни. Мы стали парой, двумя половинками, нашедшими друг друга после долгой и трудной дороги. День Х остался в прошлом, как страшный сон, а впереди нас ждала надежда и любовь.

Наша жизнь текла размеренно и счастливо. Мы вместе сажали цветы в саду, готовили ужин и читали книги у камина. Зимой, когда лес укрывался белым покрывалом, мы катались на лыжах и пили горячий чай с медом. Весной, когда все вокруг просыпалось, мы собирали первые подснежники и радовались теплу. Время шло, и наши чувства становились только крепче. Однажды, гуляя по берегу озера, я предложил Анне стать моей женой. Она заплакала от счастья и обняла меня. Мы сыграли скромную свадьбу в кругу самых близких друзей. Наш домик на опушке леса наполнился радостью и смехом. Мы были счастливы вместе, и ничто не могло омрачить нашу жизнь. Иногда, глядя на Анну, я думал о том, как сильно изменилась моя жизнь после того страшного дня. Я благодарил судьбу за то, что встретил ее, за то, что она вернула меня к жизни и подарила мне любовь.

Прошло несколько лет. Наш дом наполнился детским смехом. У нас родилась дочь, которую мы назвали в честь моей бабушки, Софией. Анна стала замечательной матерью, а я – счастливым отцом. Каждый день я благодарил судьбу за этот подарок, за эту новую жизнь, которая началась после Дня Х. Мы часто навещали могилы моих родных, брали с собой Софию. Я рассказывал ей о дедушке, о винном погребе, о доме, которого больше нет. Я хотел, чтобы она знала о своих корнях, о людях, которые любили ее еще до ее рождения. Жизнь продолжалась, принося радости и печали. Но мы были вместе, и это делало нас сильнее. Анна научила меня ценить каждый момент, каждый день. Она показала мне, что даже после самых страшных потерь можно найти надежду и любовь. Иногда, сидя у камина, я думал о Дне Х. Он отнял у меня все, но в то же время подарил мне Анну и новую жизнь. Я понял, что даже в самые темные времена есть место для света, для любви, для надежды. София росла любознательной и энергичной девочкой. Она обожала слушать мои рассказы о прошлом, о бабушке и дедушке. Ее глаза загорались, когда я описывал виноградники и старый дом. Я видел в ней отражение моих родных, их силу и жизнелюбие. Однажды София спросила меня: "Папа, а что такое День Х?" Я долго молчал, подбирая слова. Как объяснить ребенку о трагедии, которая навсегда изменила мою жизнь? Я рассказал ей о пожаре, о потере родных, но постарался сделать это мягко, не пугая ее. София обняла меня и сказала: "Я люблю тебя, папа. И я знаю, что бабушка и дедушка смотрят на нас с небес". Ее слова тронули меня до глубины души. Я понял, что любовь и память – это то, что остается с нами навсегда, даже после самых страшных потерь. И мы продолжали жить, строить новую жизнь, храня в сердцах память о прошлом и с надеждой смотря в будущее. Ведь рядом были мы – семья, связанная любовью и общими воспоминаниями. После того разговора София стала чаще расспрашивать о бабушке и дедушке. Она хотела знать все: какие у них были любимые цветы, какую музыку они слушали, какие шутки рассказывали. Я с удовольствием делился воспоминаниями, стараясь передать их тепло и доброту. Со временем "День Х" перестал быть просто датой трагедии. Он стал днем памяти, днем, когда мы вспоминали родных с улыбкой и благодарностью. Мы смотрели старые фотографии, пересказывали забавные истории, и дом наполнялся их незримым присутствием. Иногда, глядя на Софию, я видел в ней черты бабушки – ее упрямый взгляд, ее любовь к животным. И тогда я понимал, что они действительно продолжают жить в нас, в наших сердцах, в наших детях. И эта связь – самое ценное, что у нас есть. И мы жили дальше, зная, что любовь сильнее смерти, а память – вечна. И что даже в самые темные времена всегда есть надежда на светлое будущее, которое мы строим вместе, как семья.

ГЛАВА 3 ''Братья Грумские''

В детстве нас было трое – три сына в семье: Андрюха, Ян и я. Однажды мы собрались прокатиться на мотоциклах. Гоняли так, что Андрюха, с разворотами и сальто, сделал четыре смачных трюка, после чего рухнул, как подкошенный, в землю. Мы с Яном переглянулись в страхе и помчались к нему, желая выяснить, жив ли он. В тот момент, когда мне было всего десять лет, нас охватил ужас: неужели Андрюха мертв? Но, к счастью, он оказался в отключке, но живой. Мы не оставили его наедине с бедой, и он, в свою очередь, не покинул нас, не ушел в мир иной. После этого происшествия мы решили больше не звать Андрюху на гонки, а покатушки стали только с Яном. С тех пор прошло много лет. Мы выросли, обзавелись семьями, но та детская дружба, закалённая страхом и переживаниями, осталась нерушимой. Андрюха, конечно, больше не рисковал так безрассудно, но любовь к скорости у него никуда не делась. Теперь он водит машину, аккуратно и безопасно, вспоминая тот случай как урок на всю жизнь. Мы с Яном тоже изменились. Стали осторожнее, ценим каждый момент, проведённый вместе. Понимание, что жизнь хрупка и непредсказуема, пришло к нам рано. И это понимание делает нашу связь еще крепче.

Следующий день, мы с братьями отправились в новый город, обретая новых друзей и коллег. В жизни, как известно, происходят перемены, но в наших сердцах всё же теплилось неугасимое желание вернуться. В это время Ян встретил свою будущую супругу Веронику, с которой когда-то учился в начальных классах. Он проявлял к ней свою симпатию, сидя за одной партой; наши родители дружили и даже стали сватать нас ближе к восьмому классу. Хотя вскоре Ян расстался с Вероникой, его чувства к ней были по-прежнему сильны, он продолжал любить её, как жену и мать будущих детей. На выпускном в девятом классе, когда я увидел её с другим парнем, моё сердце сжалось, и я, не в силах сдержаться, покинул торжество, сбросив выпускную ленту. На следующий день, поджидая Веронику у её дома с двумя букетами – розами и гипсофилами, я произнес слова, что навсегда изменили нашу судьбу. Она согласилась быть моей девушкой, а затем и женой. Через год я сделал ей предложение, а ещё через три месяца родился наш прекрасный сын.

Меня зовут Андрей, я старший среди братьев и страстный путешественник. Служа в полиции, я бесконечно борюсь с преступностью, и это – моя судьба. Мой младший брат Жека последовал моему примеру, и его стремление к работе вдохновляло. Хотя мы не близнецы, успехи наши схожи: Жеку повысили, и он перешёл в следствие, оставив за собой мелкие преступления. Теперь его ждут более серьезные задачи, и я искренне рад за него. Ян, верный семьянин, владел личным бизнесом и был заботливым мужем и отцом. Придерживаясь умеренности, он дополнительно работал тренером по боксу.

В выходные братья собирались, чтобы провести время вместе, чаще всего в баре, делясь хорошими моментами. Однажды, прогуливаясь в парке, к ним подбежал мужчина в военной форме. Усталым голосом он воскликнул: "Помогите, мне предлагают контракт!" Но братья, не осознав всей серьезности ситуации, посоветовали ему бежать. Вскоре к ним подошли два здоровяка в форме с его фотографией, и, ощутив опасность, они поняли, что у них не осталось выбора. Здоровяки надвигались, их лица выражали угрозу. Андрей инстинктивно выставил руку, демонстрируя значок полицейского. "Что происходит? В чем дело?" – спросил он, стараясь сохранять спокойствие. Один из мужчин, не обращая внимания на удостоверение, грубо ответил: "Он дезертир. Нарушил условия контракта. Вы обязаны нам помочь его задержать." Жека, оценив ситуацию, понял, что они втянуты в нечто серьезное. Ян, хоть и не был полицейским, ощущал назревающую опасность. Он приготовился защищать братьев. Андрей, понимая, что перед ними не простые вояки, а хорошо подготовленные люди, решил играть на время. "Мы граждане. И нам нужно понять, что происходит. Покажите документы, подтверждающие ваши полномочия." Здоровяки переглянулись. Один из них достал из кармана заламинированный лист бумаги и протянул его Андрею. В свете паркового фонаря Андрей попытался рассмотреть документ. Напряжение росло с каждой секундой.

Лист оказался плохого качества, печать размыта. Андрей усомнился в его подлинности, но решил не заострять на этом внимание. "Хорошо, допустим. Но контракт – дело гражданское. Полиция не имеет права вмешиваться без решения суда. Кто этот человек?" – Андрей указал на Жеку. "Он – наша собственность. Нам все равно, что вы там думаете о законности. Он подписал соглашение, а теперь пытается сбежать. Отдайте его нам, и мы уйдем", – прорычал один из здоровяков, делая шаг вперед. Ян, почувствовав угрозу, встал между ним и Андреем. Андрей понимал, что дальше переговоры бессмысленны. Он чувствовал, что они готовы к силовому решению. "Я не знаю, что вы там себе надумали, но мы не будем участвовать в ваших грязных делах. Уходите, пока не стало хуже для вас". Здоровяки снова переглянулись. Один из них кивнул, и они внезапно двинулись вперед, игнорируя слова Андрея. Стало ясно – драка неизбежна. Ян молниеносно среагировал, выставив вперед кулаки. Первый удар одного из здоровяков он принял на предплечье, а в ответ нанес короткий, хлёсткий удар в челюсть. Нападавший пошатнулся, но устоял на ногах. Второй бросился на Андрея, но тот успел отскочить в сторону, зацепив нападающего подножкой. Здоровяк рухнул на пол, подняв облако пыли. Жека, воспользовавшись моментом, попытался выскользнуть за дверь, но его тут же перехватил один из нападавших, который до этого стоял в стороне. Завязалась короткая борьба, но силы были неравны. Андрей понимал, что долго им не продержаться. Здоровяки были явно тренированы и превосходили их числом. Нужно было что-то придумать, и быстро. Жека все еще отбивался, но уже явно выдыхался. Андрей подскочил к нему и толкнул второго нападавшего, дав другу возможность вырваться. "Бежим!" – крикнул он, и они вместе рванули к выходу, надеясь вырваться к выходу. Преследователи не отставали. Один из них схватил Жеку за куртку, но тот резко дернулся и выскользнул из нее, оставив ее в руках преследователя. Они выбежали на улицу, где их ждал новый сюрприз. Еще двое здоровяков стояли, преграждая им путь. Андрей понимал, что бежать дальше бессмысленно. Они в ловушке. Оглядевшись, он заметил сложенные у стены ящики. «За ящики!» – скомандовал он, подталкивая Жеку в сторону укрытия. Они присели за импровизированной баррикадой, пытаясь отдышаться. Нападавшие приближались, не говоря ни слова. Только злобные взгляды и сжатые кулаки выдавали их намерения. Андрей поднял с земли обломок кирпича, Жека подобрал толстую палку. Это все, что у них было. Первый из нападавших попытался перелезть через ящики. Андрей метнул в него кирпич, попав в плечо. Тот взвыл от боли и отшатнулся. Жека воспользовался моментом и ударил другого палкой по ногам. Началась отчаянная борьба за выживание. Внезапно вдалеке послышался вой полицейской сирены. Нападавшие переглянулись, и в их глазах мелькнуло замешательство. Этого было достаточно. Они развернулись и бросились врассыпную, растворившись в темноте переулка.

Андрей и Жека, тяжело дыша, выбрались из-за своего укрытия. Ноги дрожали, руки болели от напряжения. Сердце бешено колотилось в груди, словно птица, запертая в клетке. Вокруг царил хаос: разбросанные ящики, обломки кирпичей, сломанная палка. Полицейские, приехавшие по вызову, принялись опрашивать парней. Андрей, запинаясь, рассказал о нападении, о неизвестных, которые без всяких объяснений набросились на них. Жека молчал, испуганно озираясь по сторонам. Полицейские, выслушав рассказ, пообещали разобраться в произошедшем. Они посоветовали парням быть осторожнее и не гулять одним по темным переулкам. Андрей и Жека, поблагодарив полицейских, побрели домой, чувствуя, как адреналин постепенно покидает их тела, оставляя взамен лишь усталость и страх. Дома Андрей первым делом рухнул на кровать, не раздеваясь. Жека, более собранный, заварил крепкий чай. Они долго сидели молча, каждый погруженный в свои мысли. Тишину нарушал лишь стук ложки о кружку. Внезапно Андрей вскочил: "Я номер машины запомнил! Часть номера точно помню!". Жека встрепенулся: "Точно? Говори!". Андрей назвал комбинацию цифр и букв, неуверенно добавляя: "Вроде так…". Жека схватил телефон и начал лихорадочно искать в интернете ресурсы, где можно проверить автомобили по номеру. Надежда затеплилась в их сердцах. Может быть, эта небольшая зацепка поможет полиции найти нападавших и они наконец смогут спать спокойно, не вздрагивая от каждого шороха.

С течением времени в их дом ворвались те самые здоровяки, но теперь их насчитывалось свыше двадцати, настигнутых мужеством, облачённых в защитные бронежилеты и вооружённых до зубов. Братья, осознав безысходность ситуации, почувствовали, как тени надвигающегося конца окутывают их. Альтернативный путь исчез в бездне отчаяния, а силы были не сопоставимы. Они предприняли последние отчаянные попытки нападения, но тщетно – их храбрая решимость оказалась лишь искрой в буре. Были избиты с поразительной легкостью и затем унесены в тайное место, где свет надежды тускнел, затмеваемый гнетущими тенями. В этом мрачном заточении они понимали, что пришло время встречать судьбу, в которой каждый новый день приносил лишь горечь, а свобода ушла с последним отблеском их мечтаний.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.