# Золушка для темного принца

Ирина Снегирева

Темный принц влюбился в незнакомку. Он не знал, как она пробралась в его замок и куда потом пропала.

Злата согласилась на роль Золушки. Вместе с друзьями решила заработать, а в результате столкнулась с непонятным парнем, от общения с которым бросило в дрожь. Бояться? Ни за что.

Ей, попаданке, сидеть бы тихо, но тянет на подвиги: то людей спасать, то талант раскрывать. Только не стоит показываться на глаза принцу, разыскивающему девицу, наглым образом вторгшуюся в его личную жизнь.

И вот вопрос: удастся ли им встретиться? А если да, то зачем?

1. Микс из любимого многими сюжета про истинную пару и «Золушки».

2. Неунывающая самостоятельная попаданка и брутальный принц-вервольф.

3. История-антистресс, способная поднять настроение и напомнить, что настоящие чувства существуют.

4. Юмор и приключения в мире фэнтези. Любые препятствия можно преодолеть, если рядом любимый и друзья.

5. Заговоры, интриги и попытка государственного переворота.

Иллюстрация на обложке julyB


© Снегирева И., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

## Глава 1. Фальшивая Золушка, кучер и лакей

Злата Максимова

– Максимова, ты готова? – хмыкнул Крутиков, постучав по стенке кареты.

– Златка, принц-переросток уже близко. Ты только туфли ему не отдавай, а то ноги отморозишь, – вторил голос Павлова. – Или обменяй на валенки.

– Лакеев не слушаю и не слышу! – крикнула я в ответ и на всякий случай поправила съезжающую на лоб корону. Аккуратно вынула ноги из сапог и засунула их в туфли, надеясь, что не разъедусь, когда придет время выходить.

Ровно неделю назад в университете был конкурс на лучшую новогоднюю пьесу, и мы с парнями сыграли сценку из зимней сказки, где светлый персонаж искал сундук с дипломами, спрятанный под елкой у вредных героев. Я была за Бабу-ягу, Павлов – за Кощея, а Крутиков сыграл Иванушку-дурачка, который в итоге всех победил. Не обошлось без небольшого конфуза: главный герой запнулся в финале и упал, чем очень развеселил жюри. В итоге мы заняли первое место.

В тот же день к Крутикову подошел солидного вида мужчина и предложил нам сыграть на вечеринке небольшую сценку, где я принцесса, а мои однокурсники – кто угодно. Хоть пажи, хоть братья, хоть семь богатырей. Конечно же, цель была сразу обрисована, а сумма названа. Она нас и добила, а потому мы решили, что достаточно Золушки, кучера-крыса и лакея-мыши. Не хотелось ни с кем делиться, ведь по две стипендии на каждый нос – это очень заманчиво. Реквизитом обещали обеспечить, а выбранный нами текст небольшой сценки мужчина проверил и одобрил, указав, что на выступление нам отводится пятнадцать минут, а потом мы должны будем быстро уйти со сцены.

Вчера нам доставили реквизит, а в карету мы пересели примерно за полкилометра до нужного адреса. В карете ужасно трясло, и моя корона все время норовила свалиться.

– Реквизит не потеряй, Максимова! – выкрикнул Павлов и закашлялся от смеха. – Надо было ее на резинку привязать. Или приклеить.

– За своими усами следи, а то отвалятся. Оплату поделим с Крутиковым пополам, – беззлобно отозвалась я и взялась за молнию пуховика.

Раздеваться не хотелось, но нам обещали, что в зале будет тепло. Мы посмотрели по карте, где придется выступать, и оказалось, что на окраине города. В огромном доме, где и будет происходить встреча Нового года. Карета должна подъехать к парадному крыльцу, а после нас проводят. Каких размеров банкетный зал и кто такой сентиментальный, мне было все равно. Крутиков узнавал, здесь живут какие-то многодетные богатеи. Но, что самое забавное, вся история затевалась не из-за малышей, а из-за парня, который вот-вот женится. К чему такие сложности, ума не приложу. Наверное, все дело в новогоднем настроении и желании поразить гостей. Главное, нас заверили в безопасности и даже предоставили письменные обязательства, которые проверил Крутиков-отец, он работал каким-то клерком в банке.

И если парни напялили то, что прислали, я не стала надевать безумное розовое платье и такие же панталоны с кружевами. Осталась в своем новогоднем красном платье с открытой спиной, тем более что после мероприятия намеревалась вернуться в общежитие. Родни у меня давно уже не осталось, да и не одна я была такая у нас на потоке, поэтому мне было с кем повеселиться. Деньгами в праздник вложилась, вкусненькое девчонки сами приготовят, а я прибуду попозже.

– Златка, не спи, подъезжаем к воротам. – Лакей Павлов постучал по крыше кареты.

Пришлось расстегивать молнию пуховика, оставив его на плечах. Думаю, замерзшая Золушка с синими пупырями не самый удачный персонаж, поэтому я решила до последнего не раздеваться. Тем более что пальцы на ногах уже начали холодеть.

Услышала, как у ворот у парней поинтересовались, куда мы следуем. Ко мне тоже заглянул крепкого вида охранник, после чего нас пропустили, объяснив направление. Оказалось, что не к парадному крыльцу, а куда-то сбоку, где нам откроют большие гаражные ворота.

Я наблюдала за царящей суетой огромного светящегося дома через занавешенное окно и не могла отделаться от ощущения чего-то нереального. Словно попала в чью-то сказку, и мне почему-то было жаль, что ради меня никто не сотворит такое чудо.

– Проезжайте, вас ждут! – крикнул выбежавший навстречу мужчина, он же распахнул огромные двери.

– Куда-то не туда едем, – с сомнением протянул Павлов, стукнув по крыше, отчего я подпрыгнула.

Из фанеры она, что ли? Как по макушке треснул.

– Себе по голове постучать не пробовал? – буркнула я, в очередной раз поправляя корону.

Незнание ситуации напрягало, и я отодвинула занавеску, сразу встретившись глазами с незнакомым мужчиной. Он смотрел на меня изучающе, и от его пристального взгляда по спине пробежал неприятный холодок. И было в глазах человека что-то звериное, что заставило меня резко отпрянуть от окна.

Как по команде карета тронулась, а я облегченно вздохнула, гоня прочь смутную тревогу. Конечно же, в охранники только такие суровые рожи и набирают.

Не сразу вернулась к окошку, а когда я это сделала, то не могла не отметить атмосферу происходящего. Через занавески видно было только фонари по стенам, стилизованные под факелы. А потом вдруг все резко погасло, но мы продолжили наш путь. Темнота была столь натуральной, что захотелось выйти.

– Ромка, Крутиков, куда нас завез? – с тревогой в голосе поинтересовался Алекс Павлов.

– Не бойтесь, я вижу дорогу, – сообщил кучер, только спокойнее не стало.

Неожиданно дверца кареты открылась, и в нее кто-то ввалился. Что было силы я пихнула незнакомца, попытавшегося сесть прямо на меня. Но в ответ раздалась ругань:

– Максимова, ты спятила?! Так и убить можно.

– Убьешь тебя, как же, – облегченно выдохнула я, признав по голосу однокурсника.

И тут случилась яркая вспышка, после которой карета из темного тоннеля выкатила на широкий двор. Забыв обо всем, я потерла глаза, ощущая, ко всему прочему, головную боль. Но это было ерундой, потому что Алекс, как и я, тер глаза, но смотрел не на меня, а в окно.

– Златка, кажется, мы на месте. Я пошел, а то, кроме аванса, нам ничего не заплатят.

– Иди, – напутствовала я. Только сейчас до меня дошло, что растерла тушь, а она у меня самая обычная. Золушка с черными кругами под глазами – это перебор, особенно в новогоднюю ночь.

Открыла сумочку, достала зеркало, влажные салфетки и принялась осматривать себя, на какое-то время потеряв интерес к окружению.

А зря.

Карета остановилась, сверху осторожно постучали, что означало – скоро мой выход. Убедившись, что с лицом порядок, я быстро согнула-разогнула подмерзшие пальцы в туфлях, скинула пуховик и приготовилась.

Павлов ждать себя не заставил. Распахнул дверцу, разложил ступени и подал мне руку, которую я приняла.

Наши репетиции и выступление на конкурсе были большим подспорьем, потому как оказаться в центре огромного зала перед очень высокой елкой было еще тем шоком. Снаружи дом показался размерами поскромнее, а сейчас я поняла, что ошибалась.

Какую-то часть помещения занимал длинный полукруглый стол, остальное явно предназначалось то ли для танцев, то ли для представлений. И люди… Их было много, всяких возрастов, от маленьких до пожилых.

Я заметила того самого мужчину-организатора и нацепила на лицо улыбку. Ему мое красное платье точно не понравилось, но я проигнорировала нахмуренный взгляд, направленный на наряд. Не устраивает, тогда пусть сам надевает те панталоны с игривыми кружевами. А они, между прочим, без этикетки!

Довольно быстро выхватила взглядом цель – парня лет восемнадцати. Он стоял в окружении таких же, как он, а похожий мальчишка помладше крутился под ногами. И все парни такие крепкие, словно будущие богатыри. Качки, что ли?

Пришлось подавить улыбку и прикусить щеку, чтобы не хмыкнуть. У богатых свои причуды, вдруг у этого человека с детства «Золушка» – любимая сказка? И не засыпает бедолага, пока не прочитает про тыкву и блудливого принца, который с умыслом хватал девиц за ноги под предлогом напялить им детскую туфлю. Ведь достаточно было всего лишь услышать голос девушки, с которой танцевал и разговаривал.

Повисшая минутная тишина означала, что внимание приковано к нам и можно начинать. Я не стала рассматривать взрослых мужчин и женщин, хотя хотелось. Успела уловить поблескивающие украшения и белозубые улыбки, заметила любопытство присутствующих. И наряды, несколько необычные, на мой вкус, но вполне в духе Нового года.

Заказчик едва заметно качнул головой, и я расшифровала – пора действовать. Двинулась вперед, сделав несколько шагов навстречу тому крепкому парню, но не дошла до него, чтобы это не выглядело слишком навязчивым. Встала боком к любителю Золушек и произнесла, обращаясь уже ко всем:

– Я приехала в карете. Рады, дети?

– Да! – донеслось веселое в ответ.

– Рады дети. К вам приехала на бал. Меня здесь точно кто-то ждал?

– Да! Ждали! – громко отозвались те, кто помладше.

На мои вполне обычные слова у любителя Золушек от смеха перекосилось лицо. Его дружки не отставали и заржали. Громко, словно молодые жеребцы.

Ха! Не на ту напал. Главный нежданчик еще впереди.

– Веселой музыки каприз, от Золушки для вас сюрприз. Станцуем вместе, не стесняйтесь. Друг друга за руки хватайте, – громко произнесла я и, уняв прокатившуюся по пальцам дрожь, шагнула к объекту заказа.

Улыбка наглеца стала запредельной. Заиграла задорная музыка, а я схватила его за руку и потянула на себя, вытаскивая на танец. От неожиданности лицо весельчака перекосило, а приоткрывшийся рот застыл в странном оскале. На свободной руке у ошалевшего от моей наглости парня повис мальчик, а следом начала образовываться цепочка из желающих водить хоровод. Крутиков в роли крыса-кучера и Павлов помогали, вливаясь в общий поток.

Любитель сказочек попытался вырвать руку, но я вцепилась как клещ. За все уплачено, веселись и танцуй!

Меня было не унять. Отвернувшись от объекта заказа, я как таран перла вперед, намереваясь обвести всю цепочку из людей вокруг елки, потом вокруг стола, а там как пойдет.

– Наш новогодний хоровод оценит каждый, кто придет. На праздник радости и смеха, подарков…

И ведь аккуратно так шла, обходила любопытствующих, даже игнорировала крепкую хватку любителя Золушек. Теперь уже не я за него цеплялась, а он за меня. Однако в какой-то момент, обходя мордатого крепкого старика, не уследила за ситуацией и врезалась в выросшего как из-под земли еще одного участника торжества.

Покачнулась… Незнакомец схватил меня за плечи, совершенно проигнорировав тот факт, что позади меня толпа. А народ как-то сразу притих, ожидая представления.

– Аккуратнее, леди, – произнес брюнет. Уголок его губ дернулся, но сам он продолжал смотреть пытливо. Настороженно, и вместе с тем нельзя было пропустить разгорающийся интерес. Кажется, ко мне принюхивались, но это точно показалось. Чего нельзя было пропустить, так это ощущение опасности, которым меня накрыло.

– Благодарю! – выпалила я и отскочила от незнакомца. От резких движений корона на моей голове накренилась, и пришлось свободной рукой поправить ее.

Остановилась в каком-то шаге от странного парня, чувствуя, что являюсь предметом пристального изучения. Не такого, как совсем недавно, а более глубокого. Коротко стриженный брюнет лет двадцати пяти – тридцати (кто этих качков разберет) не желал уходить с моего пути. Он наклонил голову набок, ожидая моей реакции. Я же попыталась вспомнить, какие слова дальше.

– Герд, это кто? – прямо спросил брюнет, сбив меня с рифмы.

– Не знаю, Дан. На Красную Шапочку не похожа, но платье красное, а сзади вид просто потрясающий. Брат, не ожидал, что она тут будет, – весело ответил тот, ради кого нас сюда позвали.

Вот гаденыши… Сейчас я пожалела о том, что не надела то смешное розовое безобразие, в котором напоминала то ли поросенка, то ли зефир. И брат… Неужели старший – вот этот? Вряд ли. Заказчик бы сразу меня поправил. Да и зачем этому лбу приглашать сказочных персонажей?

– Золушка! – Я натянула улыбку и мысленно пожелала этим двоим заткнуться и не сбивать молодых актеров. Будто случайно качнулась назад, угадав с расстоянием. Каблук попал на ногу тому самому Герду, который тут же зашипел от боли.

Не думала, что лицо стоящего передо мной качка удивленно вытянется. Словно сейчас я сказала какую-то странную глупость. Даже показалось, что Дан потянулся ко мне, но это точно показалось. Зачем?! Я напрочь забыла остальные слова, но топтаться на месте было никак нельзя, поэтому скомандовала:

– За мной! К елке! – С гордым видом таки обогнула застывшего брюнета, заодно утягивая Герда. Ну и имена у них!

Вместо десяти-пятнадцати минут наше выступление затянулось на полчаса. Хоровод был сдобрен стихами и песнями, которые я запевала, а народ подхватывал. Кто-то хохотал, но поддерживал, а кто-то откровенно веселился, не желая нарезать круги по залу.

Герд отцепился почти сразу после столкновения с брюнетом, ему на смену пришла какая-то девочка в голубом платьице. Несколько раз я ловила на себе тяжелый взгляд Дана, но всякий раз пыталась увести народ подальше, игнорируя непонятное пристальное внимание.

При очередном витке вокруг елки Крутиков поймал меня и отцепил от проследовавших дальше гостей.

– Хватит круги наматывать, Максимова. Нам велено уходить отсюда, и как можно скорее, – довольно хмыкнул он, похлопав себя по карману.

Павлов, завидев нас, тоже отцепился от общей массы, и мы все втроем, не сговариваясь, двинулись к карете, которая ждала нас у выхода.

– Здравствуйте, гости дорогие! – послышался густой голос. – Я пришел к вам с Северного полюса. Там много снега, и я прихватил его с собой…

Кажется, нам на смену явился Дед Мороз, и я ускорилась, стремясь не слишком присматриваться к окружающей обстановке. Запах шампанского, мандаринов и вкусной еды щекотал ноздри, и хотелось есть. И все это у меня будет, но чуть позже. Когда попаду в общежитие.

Алекс Павлов решил отыграть свою роль до конца и прицепился на запятках кареты. Я вытребовала у Ромки Крутикова деньги вперед и нырнула в салон. Кучер Крутиков как-то слишком серьезно подошел к своим обязанностям и уселся впереди на козлах. Молча, словно не мы только что заработали по две стипендии. Наверное, гадал, как их потратить, чтобы не делиться с отцом.

Я набросила на плечи пуховик, быстро переобулась. Упаковала туфли в пакет и уселась, ожидая, когда мы проедем этот мрачный то ли тоннель, то ли коридор. Немного было жаль, что сейчас придется ловить такси, ведь цены в эту ночь на них кусаются. Может, попадется автобус, и тогда…

Карета остановилась, и я вдруг поняла, что вокруг царит тишина. Ни звука копыт, ни шуточек парней, которыми они обычно перебрасывались. Напряжение после представления вернулось, и я, вцепившись в сумку и пакет, открыла дверцу…

Темнота была полной, а молчание парней вызывало нешуточную панику. Немного страшно было покидать насиженное место, однако оставаться здесь не вариант. Я нащупала в кармане сумочки смартфон, чтобы воспользоваться фонариком, однако телефон не включился. Со всей этой суетой даже не вспомнила про зарядку.

– Эй, вы где?! – Осторожно вышла…

На этот раз меня привлек шум где-то сбоку, и я двинулась на него, надеясь, что Павлов и Крутиков нарочно от меня спрятались, чтобы напугать. Проявившиеся очертания кирпичной кладки и двери в ней вселили радость, а то ведь даже жарко стало от напряжения. Я толкнула створку, шагнула вперед…

И обомлела, оказавшись у высокой каменной стены. А вокруг крайне подозрительно: травка, цветочки, звезды на небе… Не поняла… Лето, что ли?

Резко обернулась, пытаясь осознать собственную находку, однако ни кареты, ни каких-то дверей или даже намека на них не обнаружила. На всякий случай я прикоснулась рукой к стене, затем пнула ее… Увы, это была не иллюзия, а самая настоящая правда.

Словно насмешкой где-то за стеной раздались выстрелы. Салют получился отменный и длился долго, морозным узором расцветая в небе. И совершенно непонятно, сколько я стояла с открытым ртом и гадала, как мне теперь поступить. А вокруг шумел то ли сад, то ли лес, и даже показалось, что где-то вдалеке смеялись. И исключительно надо мной.

## Глава 2. Злата-спасительница

Злата

– Помогите! Помогите! – раздался крик, после которого я, совершенно непонятно зачем, рванула на голос. Ну не смогла я оставить незнакомую женщину без помощи.

Неслась через какие-то низкорослые кусты, попутно отмечая, что это скорее парк, потому что где-то неподалеку появилось освещение. Глаза привыкли к полумраку, и я почти не натыкалась, вовремя перескакивая препятствия. А когда выбежала на дорожку, так и вовсе ускорилась.

А потом я увидела, как прямо под светящимся фонарем какой-то маньяк валяет по траве женщину. Вот гад, нашел к кому приставать!

Подбежала поближе и с размаху что было сил треснула нападавшего сумкой по голове. Закрепила эффект еще и пакетом с туфлями на шпильке.

И тут мужик как-то быстро обмяк, навалившись на потерпевшую. Она замолчала, а я на несколько секунд замерла, не понимая, как поступить. Живые ли они оба?!

К счастью, вскоре ситуация прояснилась.

– Кабан откормленный, – раздалось хриплое, и я бросилась помогать, стаскивать с женщины ушибленного.

Только сейчас до меня дошло, в какой истории я оказалась. Мужика убила, вместо зимы в лето попала. И как, каким образом все случилось?

На всякий случай щипнула себя за ухом, но оказалось, что это не сон.

– Вы… вы кто? – испуганно ахнула незнакомка. Она перевернулась, встала на коленки и отползла от меня на безопасное расстояние.

– Злата Максимова, а вы?

– Я Тафи… Тафилис Южная. – Женщина поднялась и принялась отряхиваться, все еще настороженно на меня посматривая. – Спасибо за помощь. Чем я могу вас отблагодарить? Вы болеете? Мерзнете?

– Нет, – буркнула я, почувствовав неловкость.

Просто эта женщина была одета с иголочки. Разве что ее поваляли немного, да волосы как воронье гнездо. А я так и вовсе выгляжу как гостья с Крайнего Севера. При всем зимнем параде, только без шарфика и шапки.

– Может, накормить вас ужином или денег дать? Сейчас Новый год, все празднуют. Купите себе что-нибудь… полегче.

Денег дать… Ужин. Я загрустила, совершенно не понимая, как ответить. Забег по парку дал о себе знать. От неловкости мне стало жарко, а потому я расстегнула молнию пуховика, стащила его и повесила на руку. Дама наблюдала за мной с интересом, чего не скажешь о нападавшем. Он начал мычать, пытаясь прийти в себя.

Пострадавшая без особого пиетета пнула его в бок, и мужик затих, давая нам возможность продолжить беседу.

– О! Какой наряд, – неожиданно протянула Тафилис, уставившись на мое платье. Глаза ее загорелись. – А ну, покружитесь.

– Зачем? – Я с подозрением уставилась на женщину.

– Я модистка, – сообщила Тафилис, и я почувствовала, что вот он, мой шанс.

Других-то знакомых все равно нет, а куда делись парни, мне неизвестно. Это платье я придумала сама.

– А я…

– Приезжая, – догадливо хмыкнула женщина, но тут же нахмурилась. – Или нет… Одежда теплая, сапоги… Вам холодно?

– Мне жарко. В какой-то степени да, приезжая.

Вздохнула. Рассказывать о себе не хотелось. Я опасалась предвзятого отношения к попаданкам. Мало ли что с ними может произойти. Костер, опыты… Однако действовать в одиночку трудно.

– Понимаю, – прервала мои метания Тафи. – Давайте вызовем стражей, а после поговорим. Должна же я отблагодарить вас за свое спасение.

– Да какое там спасение, – отмахнулась я.

– Злата, это очень серьезно. Я считаю, что меня хотели убить, а мне моя жизнь все-таки важна, – ответила женщина. А посмотрев на меня, добавила: – И экономить на себе я не собираюсь.

Да разве я против? Чужой мир, а меня покормить хотят. Отказываться нельзя, неизвестно, когда придется поесть в следующий раз. В том богатом доме пахло мандаринками и вкусной сдобой, мясом и всем прочим, что наготавливают повара ради празднования. Я же осталась голодной и уже сейчас была не прочь подкрепиться.

К слову сказать, совершенно случайно вспомнился тот момент, когда нас очень срочно попросили покинуть празднование. Сейчас мне виделся в этом особенный смысл.

Во всей этой ситуации мне не давала покоя только одна мысль: придут стражи и начнут допрашивать, что и как. А мой рассказ – это не то, что должны знать посторонние.

Я помахала ладонью себе на лицо, спешно соображая, что предпринять.

– Злата, вам нехорошо? – Женщина по-своему оценила мои движения.

– Немного. Волнуюсь.

– Понимаю. Стражи – это не для слабонервных. Они так рычат, когда берут след, что хочется сразу признаться во всем. Оборотни… – Тафилис мечтательно вздохнула. – Ходячий тестостерон.

Оборотни?!

Громкий свисток прервал нашу познавательную беседу, что было только к лучшему. Сейчас я не могла адекватно думать, и требовался перерыв. Столько всего на мою голову! Будто в сказку попала, но какую-то незнакомую.

– А вот и стражи, – сообщила Тафилис и на всякий случай ткнула туфлей мужика. То ли желала наподдать ему напоследок, то ли привести в чувства.

В ответ маньяк всхрапнул и зачмокал, тем самым нагло поправ мою мысль, что он без сознания.

А по дорожке действительно спешили двое. Высокие и широкоплечие, в серой форме, мне они напомнили накачанных мужчин, которых я видела на том праздновании. Поневоле я прижала к себе свои вещи, завернув пакет с туфлями в пуховик. Кто знает, насколько развита их промышленность. Вдруг одни бумажные кульки или мешочки холщовые?

В голову пришла мысль: может, попросить стражей взять след? Моей кареты и вообще ребят. Однако я не стала так делать. Замолчала, боясь сболтнуть лишнего.

– Капитан Рей Быстров, а это мой помощник Дик Скотт. Что у вас произошло? – спросил один из стражей.

Рей и Дик, честное слово, как собачьи клички. Я прикусила щеку, чтобы промолчать и не выдать себя.

– На меня напали, – заявила Тафилис и пальцем указала на обидчика. – Вот он.

Дик приблизился к Тафи, поводил носом, после чего склонился над спящим.

– Так и есть, капитан. От женщины пахнет этим человеком.

– А еще у нее костюм слегка помят и листочек в волосах. – Я не выдержала и возвела глаза к небу. Поразительная логика, нечего сказать.

И тут поймала на себе заинтересованные взгляды всех троих. Однако испугаться не успела, как получила насмешливое от капитана:

– Это ни о чем не говорит. Уронить женщину могли и вы. И, кстати, как ваше имя?

Упс… Златка, ну почему ты забыла, что молчание – золото?

– Это моя родственница, Златочка. Она приезжая… Очень храбрая девушка! – воскликнула Тафи, отвлекая внимание на себя. – Спасла меня.

Жаль, нет жвачки, я бы ее жевала, вместо того чтобы высказывать все свои предположения.

– Как спасла? – потребовал ответа капитан, в то время как его помощник ловким движением рук ухватил сонного маньяка за шиворот, поднял его и встряхнул. Громкий храп завершился руганью, в которой упоминался драный хвост и двадцать дохлых собак.

Лица стражей стали суровее. А мужик, наконец-то осознав, кто посмел нарушить его сон, буркнул с досадой:

– Мамочки… Меня убьют.

– Чуть позже, – оскалился капитан.

Нехорошо оскалился, даже меня передернуло. Одно порадовало – внимание стражей переключилось на маньяка.

Увы, это длилось недолго. Рей Быстров снова продолжил свой расспрос, который мне очень хотелось назвать допросом свидетеля.

– Так что там со спасением?

– Сумкой по голове. Шла, услышала крик о помощи. Подбежала, и вот…

– Злата – моя дальняя родственница. Мы договорились здесь встретиться, – перебила Тафилис, и я закивала, совершенно согласная с этой затеей. Уцепилась за нее, как за спасательный круг. Неожиданно модистка приняла позу буквы «Ф», прищурилась и с претензией поинтересовалась: – Капитан, а почему вы выспрашиваете? Неужели хотите отпустить этого маньяка? А как же десятки страдающих женщин? Где равноправие и забота?

– Не переживайте, ни в коем случае не отпустим, – поторопился отделаться от женских подозрений Дик Скотт. – Леди, спасибо за бдительность. Если что, мы вас вызовем.

– Думаю, что вызовем, – поддержал капитан, тем самым давая понять, чтобы не радовались раньше времени.

На маньяка нацепили наручники, прикрепили к поводку и в таком виде повели его в участок. Я облегченно выдохнула, глядя, как мужчины удаляются. Не готова я рассказывать всем и каждому, каким образом очутилась здесь. Какое счастье, что гроза пронеслась мимо.

– Ну что, Злата, поговорим? – твердо произнесла Тафилис, тряхнув головой. Несчастный зеленый листик сам слетел с ее головы, но модистка только отмахнулась.

Увы, меня не пронесло.

– Прямо здесь? – Я поежилась. Ночной ветерок коснулся спины, и по телу побежали мурашки.

– Нет, разумеется. Лучше… А лучше у меня. – Тафилис цепким взглядом пробежалась по моему платью. – Какой интересный фасон. И кто модистка, в каком салоне пошито? Не узнаю руку мастера.

– Модель придумала я сама, а сшили в ателье. Далеко отсюда.

– Сама?! Тогда тем более поторопимся! – воскликнула Тафилис, цепко хватая меня за руку. – Сегодня Ночь перемен, и я не собираюсь проводить ее одна. Чувствую, что с вами, Злата Максимова, моя жизнь круто изменится.

Ага… Слов нет, как круто. Моя жизнь час назад так крутанулась, что остается только лавировать, дабы устоять и не упасть на колени. Последнее не про меня, и я всеми силами буду стремиться этого избежать.

Невысокий двухэтажный дом в темное время суток выглядел ухоженным. Яркая вывеска, несколько скромных, но красивых гирлянд. Пока мы добирались сюда, я заметила, что многие дома были наряжены, что указывало на праздник. Где-то вдалеке грохотал салют, разбрызгивая яркие огни по небу. Догадывалась, что это Новый год, только без снега. Как в Австралии.

Я покосилась на торчащие у дома кустики, на клумбу с цветами… Что-то мне подсказывало, что я точно не там и даже не в Африке. Но на всякий случай поинтересовалась:

– Тафилис, а у вас кенгуру водятся?

– А кто это?

– Значит, нет, – протянула я, даже не зная, радоваться или расстраиваться. Про попаданок у нас только малыши не в курсе, но чтобы самой в такое дело вляпаться… Увы, меня никто не спросил, хочу я этого или нет.

Спустя какое-то время мы оказались на кухне. Она располагалась на первом этаже, как и мастерская. На втором жила сама Тафилис Южная. Уютная кухня, живые цветы на окнах. А на одном цветке, очень похожем на елочку, заботливая рука хозяйки нацепила блестящие бантики.

Модистка налила чай, подвинула мне пирожные. Уселась напротив и принялась гонять заварку по чашке. Я решила воспользоваться моментом и поинтересовалась:

– Почему вы шли через парк одна? Время позднее, а вы без компании.

– Я поссорилась с мужчиной. Мы поругались, и я ушла. – Уголок губ Тафи дернулся, словно мой маневр собеседница разгадала без труда. А потом спросила прямо: – Откуда ты, Злата? Это ничего, что я с тобой на «ты» разговариваю? Со мной можно так же, это удобнее.

– Все в порядке. Я… я приезжая.

– Издалека, – кивнула Тафилис. – Я так и думала. А откуда?

Я сделала глоток чая, ковырнула ложечкой пирожное, после чего произнесла:

– Из другого мира. То есть я думаю, что из другого.

– Ты ищешь свою кенгуру? – догадалась модистка.

– Нет, – замотала я головой и улыбнулась, настолько смешно это прозвучало. – Тут иное. Сегодня вечером…

Я рассказала про роль Золушки, про карету и однокурсников. Про то, как очутилась в этом мире, и что услышала саму Тафилис совершенно случайно.

Переживала ли я во время рассказа? Разумеется. Говорила, а сама будто снова участвовала в том хороводе, читала стихи… Взгляд незнакомого парня, его короткие черные волосы – все это отпечаталось в памяти так четко, словно он был для меня крайне важен.

Модистка не перебивала. Она сидела молча, внимательно слушая и делая какие-то только ей ведомые выводы.

– Вот, значит, как… – произнесла хозяйка, когда я замолчала и потянулась к чашке с чаем. – Удивительно. Я слышала про гостей из другого мира, но всегда считала эти истории сказками.

– Я тоже, – пожала я плечами. Мне не стало легче, но я хотя бы почувствовала вкус пирожного, а это уже прогресс.

– А знаешь, Злата, оставайся у меня жить. Есть небольшая свободная комната. Правда, она завалена тканями, но это не проблема. Уберем лишнее, сможешь спокойно разместиться.

– Я так не могу.

– Не отказывайся. Это не бесплатно. Если ты действительно автор этого платья, то я хочу, чтобы ты создавала что-то. Разумеется, не слишком вызывающее.

– То есть мужчина в женских колготках – это моветон, – хихикнула я, чувствуя, как отпускает сжатая пружина. Как окатывает изнутри теплом, а будущее кажется уже не таким непонятным. Все это время я была в напряжении, а сейчас будущее принимало определенные черты. Училась я на архитектурном отделении, однако меня притягивали не только строения, но и одежда.

– И в гольфах тоже, – поддержала модистка. – К слову сказать, сегодня Ночь перемен. Иначе говоря – Новый год. Давай отметим наше знакомство и твою новую жизнь. А потом ты мне расскажешь про эту вашу Золушку.

– Договорились. – Я согласилась, ведь другого варианта попросту не было.

– К слову сказать, у меня тоже грядут большие перемены, – поделилась модистка, когда от бутылки игристого осталась половина.

– Это как-то связано со ссорой с тем человеком? – догадалась я, стоя у окна. Город (а это был именно город) не спал. Праздновал Ночь перемен, и мне было что отметить вместе со всеми.

– С любовником. Бывшим, – озвучила его роль Тафи, хотя я и сама догадывалась. – Мы договорились, что встретим праздник вместе, но я освободилась пораньше и решила сделать Эндрю приятный сюрприз.

– Эндрю? – зацепилась я за имя. – Он оборотень?

– Конь. Но только не думай, что раз он такой, то сидит исключительно на траве.

Вообще-то я именно об этом и подумала. Про превращение человека в коня даже и фантазировать не хотелось. Непонятно, откуда в таком случае берется хвост и прочие атрибуты звериного облика.

– Ты его с кем-то застала? – догадалась я, глядя на нахмуренную модистку.

Тафилис была красавицей: длинные кудрявые локоны, черные ресницы, стройная фигура. И цепкая хватка, которую было не спрятать.

– Хуже, – отмахнулась она, и уголок пухлых губ модистки дрогнул. – Этот похотливый жеребец целовал руку моей конкурентки.

– Так руку же, – недоуменно протянула я, хотя в чем-то я Тафи понимала.

– Эндрю в курсе, что я терпеть ее не могу. А сам за моей спиной общался, и довольно неплохо… В общем, мы поругались.

– А почему он не дал тебе сопровождение или не отвез лично?

Пока мы сюда добирались, я видела кареты. Возможно, богатеи владеют и чем-то побыстрее.

– Решил проучить. Мерзавец.

– Он богат?

– Очень. Но мне его деньги не нужны, если ты об этом.

– Не мое дело, – поспешила я откреститься от предположения.

– Вот и правильно. А сейчас предлагаю идти отдыхать. Вот увидишь, даже в первый день Нового года у нас будут клиенты.

Моя комната оказалась как раз такой, в какой в общежитии нас жило трое. А здесь я занимала все пространство одна. И когда мы с Тафи временно сгрудили рулоны ткани на стол, после чего я приняла душ, комната показалась просторной и уютной. Кровать, стол у окна, стул и шкаф, в котором висели не самые удачные вещи модистки…

К слову, Тафилис без труда подобрала несколько платьев из ее забытых «промахов». Она решила подогнать их под мою фигуру, а я возражать не стала.

## Глава 3. Утро Нового года

Злата

Засыпала я тревожно, однако сон быстро настиг меня, но так же быстро закончился. А утром, едва рассвело, я была уже на ногах.

Подошла к окну, чтобы увидеть город при другом освещении… И ахнула. Повсюду лежал снег. Белый, пушистый. Словно какой-то волшебник набросал его за несколько часов, желая таким образом удивить горожан.

Настроение, не слишком хорошее, неожиданно повысилось. Я ведь не на улице осталась. У меня есть крыша над головой и даже комната, какие-то вещи. Естественно, я не собиралась быть нахлебницей, а открывшиеся перспективы заниматься дизайном одежды привлекали. Осталось только понять, что запрещено в этом мире, а что нет.

Мне не терпелось взяться за наброски, но без разрешения Тафилис я постеснялась спускаться в мастерскую и искать бумагу. Возможно, что-то есть и на кухне. Надев халат, отписанный мне модисткой (ерунда, что он весь в бантиках и рюшках, которые при ходьбе задевают пятки), я направилась на кухню. Поставлю себе чайник, подожду Тафи…

– Проснулась? – произнесла модистка. Она сидела за столом и что-то рисовала.

– Ты не спала? – удивилась я, глядя на большое количество набросков, некоторые из них были смяты и валялись на полу.

– Спала, а потом пошел снег, и я проснулась. У нас это чудо лежит день или два, а потом тает. Говорят, если успеешь увидеть, как он падает, то можно загадывать желание, и оно непременно сбудется.

Я бросила взгляд в окно, но, словно нарочно, ни одна корявая снежинка не летела мимо. Полный попадец на всю мою голову.

Хандрить долго я не умела, тем более что намечался завтрак, а это уже плюс.

– Что-то не так? – Я подошла к собеседнице и заглянула в ее наброски. Наряды выглядели милыми и красивыми.

– Не пойму. Сегодня все валится из рук. Проклятый жеребец сбил меня с толку, – пожаловалась Тафи и потерла виски.

– Дай сюда, – попросила я, и модистка протянула мне свой лист.

Алое платье в пол заканчивалось воланами. Те же воланы обрамляли рукава, достающие до локтя. Вырез в форме галочки на груди также не обошелся без этой отделки.

– А что именно не нравится? – поинтересовалась я. На мой взгляд, наряд выглядел бы уместным и в моем мире.

– Да как сказать… Оно облегающее. Опять же – воланы придают игривость. Но чего-то не хватает. В газетах писали: намечается свадьба принца Данияра. Значит, модницы поспешат заказать обновки в надежде, что их тоже пригласят ко двору. Хочется как-то выделиться, чтобы утереть нос конкурентам.

Я кивнула. Понятно, особенно утереть той самой, чью руку вчера слюнявил похотливый жеребец. А насчет платья – это правильно. Готовь сани летом, это актуально всегда и везде. Красивая вещь и не на один праздник.

– А если попробовать сделать так… С запа`хом. – Я провела линию от груди до самого низа и по ней же обозначила волан. После чего нарисовала пояс, который должен быть завязан на талии слева. – Можно запа`х сделать поглубже или провокационнее. Как тебе понравится.

– Злата. – Модистка не дышала все то время, пока я черкала по ее наброску. Она широко улыбнулась, двигая листок к себе. – А мне нравится. Провоцировать не будем, но женщины оценят. И оборотни тоже. Вот не зря мы с тобой вчера встретились!

– Не зря, – согласилась я. – Тафи, а как согреть чайник?

– Щелкни пальцами, – не глядя на меня, произнесла собеседница.

Я посмотрела на обычный чайник, который у нас ставят на плиту. Подняла руку и щелкнула пальцами, совершенно не ожидая, что из носика повалит пар.

– Обалдеть, – отскочила от направленной на меня горячей струи.

– У вас не так? – Тафи оторвалась от рисунка и с интересом уставилась на меня. – Греете на огне?

– Бывает по-всякому. – Я пожала плечами. – Завтракать будешь?

– Надо бы.

От ночных посиделок осталось несколько пирожных и мясо. Поели сытно, а чай с мелиссой заварился именно так, как надо. Потом я сложила все тарелочки и чашки в раковину, но едва успела включить воду, как Тафи хлопнула в ладоши. Из крана полилась вода. Спустя минуту посуда стояла чистая, мне же оставалось только вытереть ее. Чудеса…

– Ты маг? – поинтересовалась я у своей новой знакомой. Вчера она совсем ничего не упоминала. Любопытно.

– Немного владею, – ответила модистка, и я предпочла ее не расспрашивать. Сама все на деле увижу.

Свой собственный наряд я решила вечером постирать, а пока направилась переодеваться. Непонятно, где потеряла корону, но она меня интересовала меньше всего. Гораздо важнее было бы узнать, где сейчас парни. Однако спросить было не у кого. К стражам обращаться не вариант. Однако чувствовала моя пятая точка: мы с оборотнями еще встретимся.

Было интересно, как пройдет мой день. Обычное клетчатое платье было самым подходящим, поэтому я надела его, даже не задумавшись. Счастье, что хотя бы размер ноги у нас с Тафилис совпадал.

Только успела заплести косу, как раздался звук дверного колокольчика. Тафи уже была внизу, и я поспешила туда же. Надеюсь, моя помощь и в этом деле окажется нужной.

Я спускалась по лестнице, когда неизвестная мне посетительница вскликнула:

– Госпожа Тафилис, вы слышали новость?!

– Нет, что-то произошло?

Сердце тревожно забилось, будто эти известия могут коснуться и меня. Вдруг нашлись Павлов и Крутиков?

– Произошло. Говорят, сегодня ночью в королевском замке был переполох. Кого-то искали, но никто не знает кого.

Я прижала руку к груди. Может, однокурсники что-то натворили? Или дело не в нас? Вчера за разговором я даже не выяснила, что за каменная стена, у которой я сама оказалась, и кто за ней живет. И вообще, чтобы все узнать, понадобится не один день. Информация была нужна как воздух, и я намеревалась продолжить расспрашивать Тафи после того, как мы останемся вдвоем.

– Злата, иди к нам! – крикнула Тафи, и мне пришлось выходить из укрытия. Спустилась, завернула за угол и оказалась в мастерской.

Мастерская представляла собой просторное помещение. Ткани на полках, несколько манекенов, на одном было надето что-то очень пышное и желтое, напомнившее кружевного цыпленка. Небольшая ширма, за которой дама могла без стеснения переодеться. Диванчик, стулья.

Все выглядело очень даже классно. Понятно, что я не в курсе, насколько это привлекательно для потенциальных клиентов, но мне понравилось. Здесь не пахло антуражем по необходимости, все было прилично и уместно. Те, кому надлежало ждать своей очереди, могли посидеть в коридоре на таком же мягком диванчике. Столик, стопка журналов в помощь клиенткам.

– Злата? Госпожа Тафилис, вы наняли швею? – поинтересовалась женщина. Ей оказалась плечистая молодая особа лет тридцати.

– Помощницу, – поправила Тафи, тут же ловко переведя тему: – Так что вы хотите, госпожа Лора? Платье, костюм для верховой езды?..

– Платье, а костюм мне ни к чему, – отмахнулась дама, и обе женщины рассмеялись, словно то была хорошая шутка.

Я пригляделась к фигуре посетительницы. Стройная, крепкая. Да, плечи и руки развиты, но и жиром не заплыла. Оборотень, что ли? Бегает на лапах и в верховой езде не нуждается?

– А что хотите? Вечернее платье или…

– Вечернее, но без вот этого. – Посетительница показала на рукава-фонарики. – У меня руки и свои имеются.

– Хотите мужчину поразить или просто понравиться? – продолжила расспрашивать модистка.

– Первое, – заявила посетительница и рассмеялась. – Вдруг на празднике и я найду какого-нибудь жениха?

– Все возможно, народа приедет много, – подхватила Тафи, после чего обратилась ко мне: – Злата, принеси тот набросок. Если госпожа Лора решит, что оно ей подходит, тогда будем действовать дальше.

Обернулась я быстро и сразу же отдала наш совместный набросок Тафилис. Госпожа Лора впилась взглядом в рисунок, перебегая с одной детали на другую.

– Я готова попробовать. Только вот здесь нельзя ли побольше вырез? Как можно больше. – Указательный палец молодой женщины потыкал в горловину наброска.

– Госпожа Лора… – Тафилис хитро усмехнулась. – Мы сделаем все, что скажете. Только определитесь, чего именно вам хочется: выйти замуж или достаточно пары встреч.

Я восхитилась своей новой знакомой. Ну и лиса. А ведь другая бы сказала: вульгарно, при всей стройности ваш бюст днем с огнем не сыщешь, а хотите этот факт подчеркнуть глубоким декольте.

– Замуж, но при чем здесь это?

Я не удержалась:

– Чем больше недосказанности, тем сильнее мужчина подключает фантазию.

– Да? – Посетительница глянула на меня с недоверием. – А мне казалось, покажи товар лицом – и будет вам счастье. Я за честность с самого начала отношений.

Я прикусила язык, понимая, что вот сейчас лучше промолчать.

– Все так, госпожа Лора, – подхватила Тафилис. – Просто иногда мужчинам нужна мечта. Летящая. Манящая… Пусть вздыхают о той, что рядом, а не о ее подруге, одетой в закрытый наглухо наряд.

Заказчица задумалась, и хорошо, что ненадолго. Лицо женщины просветлело, и она кивнула:

– Делайте как сказали, но запах внизу поплотнее к телу. У меня ноги ровные, можно не прятать.

Мы с Тафи слаженно кивнули, не смея больше перечить заказчице. Сделали все, что могли, а дальше она должна действовать сама.

– Давайте определимся с цветом, – продолжила модистка.

– Что-нибудь красивое, – отозвалась посетительница и почему-то посмотрела на меня.

– Алое? – предложила я и бросилась за альбомом с образцами ткани. Нужный лоскуток нашелся очень быстро.

– Идет, – согласилась госпожа Лора.

А потом началось настоящее чудо. Тафилис заперла двери, госпожа Лора разделась и встала на предложенный помост, скрывавшийся за ширмой. На полках у стены рядами лежало много отрезов ткани. Я нашла нужный и передала его модистке. Думала, что сейчас Тафи возьмет прототип нашей сантиметровой ленты, снимет мерки с клиентки, только не угадала. Совсем не угадала.

Тафилис Южная оказалась мастерицей, о каких я даже не слышала. Она подкинула лоскут, который расправился прямо в воздухе. После чего ткань облепила госпожу Лору как вторая кожа. Клиентка замерла и втянула и без того ровный живот.

– Продолжаем? – поинтересовалась модистка.

– Да! Творите! – с благоговением прошептала посетительница.

– Только прошу: не дергайтесь. Совсем, – приказала модистка, и чудо продолжилось.

Тафилис взмахнула руками. А ножницы ловко орудовали, кромсая лоскут так, словно помогал кто-то невидимый. Иглы и нитки шили сами по себе, причем с такой скоростью, что я и устать не успела. Все стояла и смотрела, ожидая, когда же хоть одна игла кольнет застывшую клиентку. Однако когда последний стежок лег на шелк, после чего щелкнули ножницы, отрезая нить, мастерица опустила руки.

Я замерла в восхищении, а клиентка…

– Пожалуй, я подумаю. Замуж или на раз… – Она игриво дернула запахом, и волан на подоле затрепетал, словно волна.

– Ваше право, – отозвалась Тафилис. Я видела, как подрагивали ее руки, и решила взять это на контроль. – Так что там с поисками в замке?

Да-да, нам это очень любопытно.

– Принц Данияр как с ума сошел. Говорят, искал какую-то девушку, а ведь все знают, что скоро произойдет, – понизив голос, сообщила клиентка.

Довольная, она расплатилась. Забрала платье и ушла, наверняка строя планы на будущее.

Едва за женщиной закрылась дверь, я повернулась к Тафи и произнесла:

– Сейчас мы идем на кухню. Ты обязательно что-нибудь съешь, а после расскажешь, что именно случится в замке.

– Почему это тебя так интересует? – прищурилась модистка.

– То есть насчет перекуса ты не возражаешь, – хмыкнула я. – Может, мне интересно. А то все в курсе, а я нет.

Я сама заставила чайник вскипятиться. Быстро сделала нам бутерброды, положила их на тарелку и подтолкнула посуду к Тафилис. Ее руки почти не дрожали, но это не означало, что молодая женщина полностью восстановилась. Я не позволила проявиться любопытству сразу, лишь когда модистка выпила половину чашки чая и съела первый бутерброд.

– Тафи, эта женщина… Она оборотень?

– Оборотень. Собака. Как догадалась?

– Руки плечистые, а сама стройная. А еще носом водила, когда я подошла.

– Все так. Вижу, не только это тебя интересует? – Снова хитрый прищур глаз, означавший, что меня тоже не минует участь расспросов.

– Что происходит во дворце и почему все придают этому большое значение? Мне кажется, весь город живет этим событием.

– Злата, оно для тебя важно?

– Как может быть важным то, о чем не знаешь? – удивилась я и попросила: – Расскажи о том, кто вами правит. Король с принцем или император. Президент или какой-нибудь генеральный секретарь. Дума бояр или народное вече, – начала я перечислять все, что когда-то проходили по истории.

– Стоп, стоп, – замахала руками Тафилис. – Все поняла, не надо лишних незнакомых слов. Слушай меня, Злата. А то наговоришь с три игольницы, а я и не запомню.

Модистка откинулась на спинку стула, а затем подумала и потянулась за конфетой. Развернула ее, зачем-то пошелестела оберткой, а после снова закрутила.

– Родеоном правит Данияр Родеонский. Родеон – это королевство с одноименной столицей. Неподалеку от того места, где мы с тобой встретились, расположена стена монаршего замка. Короля и королевы в живых нет, но осталось трое сыновей. До недавнего времени Родеоном правил Совет. Сейчас принцу двадцать пять, и ровно год назад власть от Совета перешла к нему.

– Как у вас все правильно, – вставила я, когда Тафи потянулась за чашкой.

– Не думаю. – Собеседница пожала плечами. – Кому охота расставаться с возможностью управлять, влиять на решения принца? Но это уже не наше дело. Настало время для принца избрать себе невесту, и на днях в замок должны прибыть две делегации. Если я правильно понимаю, девушки приедут вместе с переговорщиками. Каждая из них метит на роль будущей королевы.

– То есть принц выберет девицу, потом женится. А у нас будут заказы. Хорошо. – Я потерла руки. Наличие клиентов позволит нам с Тафилис неплохо просуществовать. Уж я что-нибудь придумаю. Мне не терпелось приступить к делам прямо сейчас, но приходилось подчиняться обстоятельствам.

– Очень, – согласилась Тафи. – А теперь расскажи мне подробнее про тот праздник, после которого тебя занесло к нам.

Сейчас я уже немного успокоилась и могла систематизировать события, не скатываясь в эмоции. Это ночью мой рассказ был не слишком хорош. Сейчас – другое дело!

Я в красках описала и наряд, и карету. Не забыла про банкетный зал со множеством гостей. Особенно упомянула про того парня лет восемнадцати, который смеялся при виде меня, а в результате был вынужден выплясывать вместе со всеми.

Когда разговор дошел до встречи с широкоплечим брюнетом, преградившим мне путь, Тафи попросила остановить рассказ. Она принесла газету и развернула ее перед моим носом так, что скрылся не только заголовок, но и текст:

– Кто-нибудь из них тебе напоминает тех людей с праздника?

– Он… И он… – Я ткнула пальцем в коротко стриженного брюнета, за плечом которого торчала голова моего резвого танцора.

– Ты уверена? – спросила Южная.

– Вполне. А тот, что за плечом, еще ржал как конь, когда я читала стихи.

– Он не конь. – Тафи отогнула верх газеты, и я прочитала: «Принц Данияр Родеонский и принц Гердослав посетили…»

– И кто они? – Я затаила дыхание, уже догадываясь, что ответит Тафилис. Про коня слышала, собаку видела.

– Оборотни. Волки. Но не обычные, а наделенные магией, оттого и правят Родеоном много веков, – сообщила модистка.