Лев Храбров
Последний Нейромант

Глава 1

– Старик, завтрак на столе! – крикнул я с порога. – Я в рейд, буду поздно, меня не жди. Лара придет днем, один гулять не уходи!

– Шо? – донеслось из дальней комнаты.

«Вот же глухой пень!» – я скинул шнурованные ботинки и направился в спальню.

– Деда Рон, я говорю, завтрак на столе, иди ешь, пока горячий. Лара зайдет днем, я в рейд, меня не жди, – повторил я, стоя в дверном проеме.

– Ты кто? – дед сделал удивлённые глаза.

– Ворт в пальто! Хорош уже прикалываться. Ладно, старый, не скучай, я пошел. Один на прогулку не ходи, – я махнул рукой. – Давай, пока.

– Береги себя, Алан, – донеслось мне в спину.

Натянув ботинки, я толкнул плечом дверь и вышел на улицу. В небе брезжили первые лучи нашей прекрасной светло-зеленой звезды. Вдохнув полной грудью еще не отравленный утренний воздух, я бросил взгляд на небольшой стальной кубик, лежащий возле порога и усмехнулся: «Бдит железка». Грани кубика сплошь покрывали царапины, белая краска почти вся облупилась, но оранжевые буквы еще сохранились и можно было разглядеть почти стершуюся надпись: «Ворт-И».

– Ворт, снять режим охраны. За мной, дистанция два метра.

Кубик тихо запищал, слегка завибрировал, боковые пластинки исчезли, и вместо них вытянулись длинные стальные лапки. С тихим жужжанием, словно разминаясь, ворт пошевелил каждой – и ловко вскочил.

– Не отставай, жестянка, – сказал я, не оборачиваясь, и направился к месту сбора.

Проходя мимо перекошенных халуп, построенных из кусков железа, и каменных многокомнатных домишек, я с презрением взирал на узкую улочку. Мусор, грязь, воняет говном… Одним словом, помойка. Я ненавидел этот район: тут жили только нищие работяги, безработные, пьяницы и маргинальные личности всех мастей.

Дом деда стоял на самой окраине, практически за чертой города, у нас имелся свой огород – и даже небольшая территория перед домом. В давние времена дед служил при дворе короля, и, когда он ушел на покой, ему подарили, как говорилось в грамоте, «имение с земельным наделом». Ну а то, что это имение находилось в жопе мира за фабричным районом, в грамоте не упомянули ни словом.

Утренняя тишина позволяла, ни на что не отвлекаясь, окунуться в собственные мысли, и я настраивал себя на предстоящий рейд: «Надо закрепиться у этих ребят. Подойду кэпу – возьмут в гильдию. Главное, не сдохнуть». Сзади тихо шуршал лапками ворт. Вокруг царила тишина: рабочие только просыпались, чтобы начать очередной серый день на изнурительном производстве, фабрики молчали и еще не отравляли вонючим смогом воздух.

Я наблюдал, как в домах загорается свет и сонные люди, протирая глаза, начинают мелькать в окнах, и в голову невольно закрадывались мысли: «Эта жизнь не для меня, первый шаг – это гильдия, второй – нейромодуль. Я выберусь из этой помойки!»

Возле точки сбора, опершись о стену, скучал в одиночестве молодой парнишка. Вроде его звали Валеб и он был итьютором; как сказал кэп, очень талантливым для своего возраста. Вступил в гильдию в прошлом цикле, и у него за плечами уже набралось приличное количество рейдов.

Паренек был худым и выглядел взъерошенно. Мешки под глазами и отстранённый взгляд… Итьюторов легко узнавали по их болезненному виду: все они казались не от мира сего. Но в рейдах без них было не обойтись: с помощью своих мистических способностей они предупреждали об опасности, а также находили места, где можно поживиться светокри.

– Привет, э-э?..

– Алан, – напомнил я ему свое имя. – Привет, Валеб.

– Точно, Алан, – он щелкнул пальцами. – Не переживай, все в силе, кэп уже рядом, – посмотрел он отстранённо мне за плечо.

Я оглянулся, но позади меня никого не было, но если итьютор сказал, что кэп рядом, значит, так оно и есть.

– Ты же трекер?

– Да.

– Ой, а кто это с тобой? – заметил он стоящего у моих ног робота. – Это же «Ворт»? Откуда он у тебя?

– Он самый, по наследству достался, от отца.

– Ух ты, какой хорошенький! Береги его, их мало осталось, – в его голосе проскользнули печальные нотки.

«Так он еще и фанат роботов. Вот же чудик!» – вынес я заключение.

– Идет, – прошептал Валеб.

По улице пружинистой походкой шагал капитан Гордон. Высокий подтянутый мужчина средних лет. Коротко подстриженные волосы, слегка тронутые сединой, острый решительный взгляд голубых глаз, ровный нос и широкий подбородок. Капитан напоминал героев, которых изображали на старых армейских плакатах.

Звук его военных ботинок эхом разносился по пустой улице, и, подойдя к нам, кэп придирчиво меня осмотрел. Затем перевел взгляд на Валеба.

– Где сумка? – вместо приветствия спросил Гордон.

– Ты же знаешь, не умею я. Наберу хлама, а ты половину, как всегда, выкинешь, – пробубнил Валеб.

– Знаю. Познакомились?

– Да, – хором ответили мы.

– Твои вещи я взял, – скинув с плеч огромный армейский рюкзак, кэп посмотрел на меня. – Упакуй пока. Как пройдем портал, вернешь.

Я протянул ладонь и отдал мысленную команду своему имплант-рюкзаку со свёрнутым пространством. Раздался тихий свист, и рюкзак Гордона исчез.

Нас называют трекерами не просто так: мы ходячие рюкзаки, инвентарь на ножках, и это плюс. Нас берегут, как и итьюторов, ведь никто не хочет потерять весь собранный лут.

– Напомни, сколько там? – спросил капитан, провожая взглядом свой баул.

– Свободно еще девяносто семь кубов, – глядя на свой имплант, ответил я.

Кэп окинул взглядом пустую улицу, его скулы напряглись, и он кратко выплюнул:

– Опаздывают, говнюки.

– Как всегда, – вздохнул рядом со мной итьютор и, приложив палец к виску, добавил: – Но они уже близко.

Прошло десять минут, и, громко разговаривая, из-за поворота вышли остальные члены отряда. Их было трое. Инженер-техник Ролин с длинными и сальными волосами, одетый в вечно грязный рабочий комбинезон. Его слегка выпученные глаза на некрасивом лице постоянно осматривали все вокруг, и казалось, что он ни на секунду не задерживал взгляд на одном месте.

Второй – боец ближнего боя, – тихий и туповатый верзила Лоренс. Он, подражая кэпу, носил такую же прическу. Широкий сломанный нос и мелкие шрамы на лице намекали на то, что в прошлом участвовал в боях на арене. Лоренс никогда не расставался с кевларовым доспехом и плазмоклинком.

И, наконец, третьей шла темноволосая Альма, стройная и жилистая. Упругие бедра, практически плоская грудь и уродливый шрам на все лицо, оставленный когтями какой-то твари. Альма была лучницей от бога: ловко управляясь со своим кинетическим луком, она попадала со ста метров в глаз пискуна.

Представ перед кэпом, троица с интересом посмотрела на меня.

– Это наш новый трекер? – бросив в мою сторону заинтересованный взгляд, спросила лучница.

– Да, – недовольно ответил кэп.

– Тогда держи, упаковывай, – сказала она, скидывая свой рюкзак.

– Отставить! – гаркнул Гордон. – За опоздание свои рюкзаки носите сами – до конца рейда!

– Но, кэп!.. – заканючил инженер.

– Не обсуждается! – Капитан развернулся и направился в сторону входа. – За мной.

Мы вошли внутрь здания, где находились площадки телепортации, и, следуя за кэпом, прошли в комнату ожидания. Расположились на лавках.

– Идём в лаборатории, у нас большой заказ на гумус-гель, – начал инструктаж кэп. – Еще нужны платы и запчасти для роботехники, поэтому заглянем в крыло разработок. – Он окинул всех внимательным взглядом и, не услышав вопросов, продолжил: – Фарм светокри – на обратном пути.

После того как инструктаж закончился, кэп, сказав: «Ожидайте», – вышел из комнаты.

– А это что за симпатяга? – рассматривая ворта, спросила Альма.

– «Ворт-И», – ответил за меня инженер. – Автономный робот-разведчик, полезная жестянка.

– А тебя как зовут? – поднимаясь, спросила меня лучница.

– Алан.

– Меня Альма, а это Лоренс и Ролин, – представила она мне ребят.

– Знаю, кэп представлял мне вас вчера на собеседовании.

– Да? – ее глаза широко раскрылись. – Тогда почему я тебя…

– Потому что была уже в сопли! – смеясь, вклинился в наш разговор инженер.

– А-а, так ты из тех, кто последним приходил, – она скривилась, потирая виски. – Как же мне хреново! Ролин, есть что от головы?

– Держи, полегчает, – протянул инженер ей небольшой пузырек с мутной жидкостью. – Так пить нельзя…

– …надо пить больше, – закончила она его фразу.

Перешептываясь со смешками, троица вспоминала вчерашнюю гулянку. Я проверял пульт ворта и не заметил, как ко мне подсел Валеб.

– Вчера провожали погибшего трекера, – объяснил мне итьютор. – Если бы не проводы… – он украдкой глянул в сторону троицы. – Обычно кэп поступает гораздо строже.

«Трекера они провожали! Судя по лицам, их больше опечалило, что весь лут пропал вместе с ним! Зотя чему я удивляюсь? Издержки профы…» – подумал я, а вслух спросил:

– Суровый он у вас?

– Скорее строгий. Ненавидит непунктуальных людей, а еще тех, кто четко не исполняет его приказы.

Кэп вернулся и, не заходя в комнату, прикрикнул с порога:

– Все на выход, наши врата скоро откроют.

Мы вывалились гурьбой и направились в глубь коридора.

На входе в комнату телепортации нас встретил служащий врат в защитном желтом костюме. Указав, где встать, он ушёл в техническую комнату.

Врата представляли из себя огромный, толстый черный треугольник из материала, похожего на камень, внизу которого зиял полукруглый проем высотой в человеческий рост. Пока мы стояли на площадке, треугольник загудел, пол слегка завибрировал, а на потолке загорелись красные лампы. По сторонам треугольника забегали разноцветные огни, с каждым мгновением ускоряясь, пока не слились в один тонкий сплошной луч. Раздался хлопок, и в полукруглой арке образовался серебристый портал.

Лампы на потолке сменили свой цвет на зеленый, и кэп, махнув рукой, пошел первым. Мы послушно отправились за ним.

Телепортация у меня всегда сопровождалась головокружением и тошнотой, – и, похоже, не у меня одного. Как только мы вышли, инженер тут же бросился в сторону, и из ближайших зарослей послышались характерные звуки.

– Слабак, – прокомментировала Альма, подмигнула мне и, покачивая бедрами, зашагала следом за кэпом.

Нас окружали джунгли: душный, тяжелый воздух, наполненный сладкими ароматами цветов; гомон птиц и стрекот насекомых; исполинские деревья, обросшие мхом и лианами. Их кроны закрывали голубоватую местную звезду.

Я уже бывал здесь и поэтому знал, что эти места опасны, тут много жутких хищников. А еще – если пойти на север, через пару часов можно добраться до белых полуразрушенных зданий лабораторного комплекса.

Вопреки моим ожиданиям, кэп резко свернул на юг и направился не по тропинке, а в непролазные джунгли.

– Разве нам не в противоположную сторону? – спросил я у итьютора.

– На севере мало добычи – и там бродят в основном свободные.

– А на юге?

– Наша локация. Комплекс сохранился лучше… правда, и монстров больше.

Гордон остановился и посмотрел на меня. Без слов я протянул ладонь, и на листья перед ним вывалился его рюкзак. Закончив экипировку, он выдал небольшую наплечную сумку итьютору и вернул мне свой баул: «Пакуй».

Продираясь через густые заросли, мы практически не разговаривали. Покрывшись потом от духоты, спустя три часа добрались до первых разрушенных белых зданий. Кэп поднял руку, безмолвно скомандовав всем остановиться, и повернулся к Валебу.

– Куда дальше?

Парень приложил палец к виску и спустя минуту выдал:

– Туда! – махнул он рукой, указывая направление.

Когда первые разрушенные здания остались позади, мы словно прошли за невидимый барьер: звуки джунглей стихли, а воздух значительно посвежел. Передвигаться стало гораздо легче.

– Вал, что чувствуешь? – на ходу спросил капитан.

Итьютор поравнялся с ним, приложив пальцы к виску, остановился и закрыл глаза.

– Одна молодая теневая пантера слева… и, кажется, заметила нас.

– У самого порога, значит! – выругался кэп. – Лоренс, ко мне! Будешь прикрывать ребят. – Он повернулся к лучнице. – Альма, попробуй снять ее до агра.

– Есть.

Лучница убрала стрелу с зелёным наконечником в колчан, поменяв на более толстую, синюю.

Мы, медленно двигаясь и стараясь ступать как можно тише, направились в ту сторону, куда указал Валеб. Впереди высилось еще одно разрушенное здание, полностью заросшее пышными растениями и лианами. Кэп резко остановился, мы замерли за его спиной.

– Я ее спровоцирую. Альма, готова? – услышали мы полушепот.

– Да, – раздалось сбоку от меня.

Кэп достал из разгрузочного жилета металлический шарик и, провернув его в руке до щелчка, кинул в заросли, куда указал итьютор.

Шарик улетел, послышался звон удара о камни, следом раздался хлопок, и в этот миг на нас выпрыгнула огромная пантера, покрытая мелкой черной чешуей. Два её длинных хвоста нервно хлестали из стороны в сторону, а три пары желтых глаз с черными точками зрачков уставились на нас.

Пригнувшись к земле, она оскалилась, и в этот момент в ее глаз впилась стрела Альмы. Пантера взвизгнула и начала бешено кататься по листве. Спустя несколько ударов сердца, будто зевнув, раскрыла пасть во всю ширь, завалилась набок и затихла.

– Сдохла! Живучая, тварь! Осколочная прямо в мозг, а она еще рыпалась, – наблюдая за пантерой, прокомментировал инженер.

– Лоренс, срезай; остальные стоим и глядим в оба, – приказал кэп и вопросительно посмотрел на Валеба.

– Больше никого не чувствую, – отчитался тот, убирая палец от виска.

– Эй, трекер! – услышал я голос Лоренса, но не сразу сообразил, что обращаются ко мне. – Трекер! – повторил он чуть громче.

Я очнулся и направился к нему. Ловко срезав чешуйчатую шкуру ножом с широким лезвием, он замотал её в специальную ткань и протянул мне.

– Пакуй.

Я кивнул, вытянул ладонь, и сверток исчез.

– Светокри достал? – услышал я голос Альмы за спиной.

– Да, целых три, все фиолетовые, – с улыбкой ответил Лоренс, перебирая в руках переливающиеся мягким фиолетовым светом небольшие шарики.

– Молодая, а размерчик как у взрослой, – вставил свое слово инженер.

– Идём дальше, – скомандовал кэп.

Мы направились к относительно хорошо сохранившемуся зданию. Обойдя его с левой стороны, остановились перед широкой дверью входа.

– Ролин, твой черед, – обернулся кэп.

Инженер направился к двери и приложил ладонь к замку. Через несколько секунд раздалось шипение, и створки тихо разъехались в стороны.

– Прошу, – сделал Ролин дурашливый жест и поклонился.

Первым зашел Лоренс. Получив от него сигнал, мы по одному нырнули в коридор комплекса. Кэп заходил последним, и, после того как все собрались, Ролин, приложив руку к замку, закрыл за нами дверь.

– Держи, – инженер протянул мне маленький прибор. – Кэп сказал, ты пока без нейро. Это для связи; видеть группу не сможешь, но хотя бы будешь нас слышать.

Я вставил прибор в ухо и протестировал, послав мысленный импульс: «Как слышно?».

«Хорошо», «норм», «слышу», – пришли мне ответные сигналы от группы.

Гордон что-то обсудил шепотом с итьютором и обратился к нам по мыслесвязи:

«Альма идет сразу за мной, следом Валеб и Ролин, Алан вместе с Лоренсом прикрывают тыл», – озвучил кэп построение, и мы двинулись вперед.

Впереди нас ждали однотипные белые коридоры, на стенах которых были нанесены широкие полосы: указатели. Под потолком горели красным аварийные лампы, создавая полумрак – и напряженную атмосферу.

Я впервые оказался в рабочем комплексе, так как на севере все здания были обесточены. Там бродить приходилось в полной темноте, выламывая полусгнившие двери. Тут же всё оказалось заперто, а отсутствие грязи на полу говорило о том, что роботы-уборщики еще функционируют. Озираясь по сторонам и разглядывая надписи на знакомом мне языке Небесного города, я понял, что мы направляемся в ботанический отсек.

«А твой „Ворт“ умеет валить монстров?» – спросил меня Лоренс.

«Нет, но, если провести апгрейд…»

«Сможет?»

«Сможет, но все же он больше разведчик».

«Круто! – поднял боец большой палец. – Куплю себе такой же».

«Купит он, как же! Дебил, блин. „Ворта“ днем с огнем не сыщешь даже на аукционах», – проскочила у меня мысль.

Когда мы свернули в коридор с одной полосой, я предположил, что идти осталось совсем немного. Мои догадки оказались верны: впереди находилась дверь. Кэп остановился перед ней и посмотрел на Валеба. В общем канале прозвучало короткое: «Чисто». Ролин вышел вперед, приложил руку и посмотрел на нас.

«Я внес данные в защитный протокол, у нас есть полчаса».

Створки дверей распахнулись, и кэп отдал короткий приказ:

«Алан и Валеб, остаетесь, заметите что-то подозрительное кричите; остальные за мной, работаем быстро».

Команда скрылась в зале, оставив нас с итьютором одних.

«Почему нас оставили?»

«У нас нет нейромодулей, а без них система посчитает нас вторженцами».

«Система тут до сих пор работает?» – удивился я.

«Да, в аварийном режиме».

«А вы пробовали выйти с ней на связь?»

«При мне ни разу, но в гильдии говорят, был один инженер».

«И что?»

«В гильдии стало на одного инженера меньше».

Пока мы со скуки перекидывались фразами, команда вернулась с первой ходки, поставив передо мной четыре широкие прозрачные колбы, наполненные черным гелем.

«Пакуй, только без колб», – прилетела мне команда по мыслесвязи.

Я протянул руку вплотную к содержимому и упаковал в рюкзак весь гель, а команда поспешила обратно, подхватив пустые колбы. Сделали еще три ходки, после чего все направились обратно.

«А кто заказал эту черную дрянь?» – спросил я у Ролина.

«Гумус-гель? – он обернулся и, увидев, что я кивнул, продолжил: – Его хорошо скупают фермеры, одной полной колбы им хватает где-то на месяц».

«А зачем он им?»

«Все просто: разбавляют гумус пищевым гелем – и целый месяц овощи растут в десять раз быстрее», – объяснил мне инженер.

«Надо бы оставить себе чуток, для дедова огорода. Вряд ли они будут считать каждый грамм после рейда», – решил я.

«Всем быть начеку, мы подходим к крылу разработок, там система спит. Порядок сохраняем», – раздалось в общем канале.

Мы свернули в темный коридор: аварийные лампы не работали. Кэп и Лоренс тут же зажгли фонари. Остановившись перед дверью, наш итьютор замер на несколько минут.

«Возле двери чисто, дальше не разобрать», – донеслось из общего канала.

«Алан, ты же не против, если мы воспользуемся твоим „Вортом“?»

«Не против».

«Отлично. Как дам команду, отправляй его на разведку, – сообщил кэп. – Ролин, открывай».

Как только створки разошлись, я, получив кивок от кэпа, наклонился к ворту и негромко отдал приказ:

– Ворт, разведка периметра. – Глянул на ручной компас. – Направление северо-восток. Поиск любых живых сигнатур, дистанция двести метров.

Ворт тихо пискнул, приняв команду, зашуршал лапками и скрылся в глубине коридора. Пока остальные со скуки переговаривалась в общем канале, я внимательно следил за экраном на пульте управления. Рассматривая данные с камеры и датчиков, наблюдал, как мой робот, пробираясь через невысокие завалы мусора, старательно сканирует коридор. Не найдя нечего подозрительного, он развернулся и побежал назад.

«На двести метров в коридоре чисто», – отчитался я – и полушепотом отдал приказ вернувшемуся ворту следовать за мной.

Мы вошли в коридор и, пройдя сто метров, остановились возле первой боковой двери в отсек. Ролин, приложив руку к замку, тут же отошел сторону. Створка отъехала, и кэп осветил отсек фонарем.

«Заходим. Лоренс, на пост».

Мы вошли в зал.

Меня отправили помогать Ролину, и, пока мы с ним разбирали приборы с панелей, остальные обшаривали шкафчики и тумбы на предмет полезных вещей. Закончив в центре зала, свалили найденное в одну кучу, я упаковал все в рюкзак, и мы направились в следующий отсек.

После четвертого, где находилось множество офисных столов, мы услышали, что к нам кто-то приближается. Звук, доносящийся из коридора, походил на шарканье многочисленных когтистых лапок по металлу.

«Лоренс, сюда!» – прозвучало в общем канале.

Лоренс подбежал к капитану. Вдвоем они осветили темный коридор, и мы увидели, как из-за поворота выползла гигантская многоножка. Толстое, в пару человеческих обхватов, тело с кучей острых лап, покрытое на вид прочными пластинами панциря. Тварь щелкала длинными мощными жвалами, и в свете фонаря я заметил, что у нее на лбу было уродливое человеческое лицо.

«Альма, разрывные! Отступаем!»

Стрела отскочила от панциря, и возле монстра прогремел небольшой взрыв, сопровождаемый синим пламенем. Многоножка громко застрекотала и бросилась на капитана с Лоренсом.

Выбивая синие искры, сверкнул клинок, тварь, потеряв половину жвала, отпрянула, тут же ей в брюхо между пластинами вонзилась стрела Альмы. Хлопок! На стенах коридора появились мокрые, склизкие узоры из крови многоножки. Тварь стрекотала не переставая, мы же короткими шажками отступали к отсеку.

Проскочив в открытую створку, Лоренс с кэпом замерли возле стены с обеих сторон от входа, а Альма встала напротив, держа стрелу на натянутой тетиве. Тварь, показавшись в проеме, неожиданно выплюнула в лучницу струю оранжевой слизи, загорелся кинетический щит, вязкая масса осела на пол. В голову многоножки вонзилась стрела – точнехонько в уродливое человеческое лицо. Хлопок – и новый взрыв оторвал кусок стрекочущей твари.

Визг поднялся такой, что все невольно зажали уши. Беснующаяся в коридоре тварь неожиданно решилась пролезть в отсек, чтобы отомстить обидчице, и, как только ее морда просунулась в проем, сдвоенный удар кэпа и Лоренса отсекли ей голову от туловища. Та откатилась в сторону, а тело продолжало извиваться в коридоре.

«Вот это улов!» – очнулся первым Ролин.

«Голову пакуй», – приказал мне капитан.

Я подбежал к ней и отправил в рюкзак.

«Слюну собираем?» – снова включился Ролин.

«Брось, она уже почти застыла, – ответил кэп. – Валеб, сканируй коридор; Лоренс, прикрывай его».

Итьютор вышел, и через несколько минут мы услышали в общем канале:

«Еще две ползут сюда, одна из них матриарх. У нас где-то десять минут».

«Ролин, в коридор. Ставь ловушки. – Гордон повернулся к Альме: – Мины?»

«Есть, но стены не выдержат».

«Переводи на пусковой режим, взрыв по команде», – отчеканил капитан.

Отряд рассредоточился, каждый молча занялся своим делом. Нам с итьютором оставалось только наблюдать. Едва приготовления закончились, из коридора донеслось шарканье многоножки. Капитан с Лоренсом снова встали в авангарде, Альма, ловя тварь на прицел, заняла позицию сбоку от них.

Многоножка застрекотала, готовясь к атаке, но неожиданно для нее от стен коридора в панцирь ударили синие лучи. Тварь задымилась, в воздухе разлился запах гари.

«Крепкая, дрянь! Любую другую эти лучи прошивают насквозь», – донесся в общем канале комментарий Ролина.

Многоножка отпрянула, и в ее лоб впилась стрела Альмы. Раздался хлопок, и тварь, истекая кровью, завизжала. Следующая стрела попала в сочленение между пластинами на брюхе – и взрыв оторвал у многоножки пару лап.

«Лоренс, надо задержать ее в зоне лучей!» – крикнул капитан, рванув навстречу монстру.

Многоножка, застрекотав, бросилась на обидчиков. Капитан и Лоренс, ловко избегая ударов и подставляя под резкие выпады кинетические щиты, не давали ей и шанса продвинуться вперед. Бой длился недолго: когда лучи погасли, тварь уже лежала на полу и дергалась в конвульсиях. Лоренс обошёл ее и, ударив точно между пластинами, отрубил голову. Я, уже зная, для чего он это сделал, тут же упаковал ту в рюкзак.

«Отходим, на выход».

Как только мы сместились, в коридоре, откуда вылезли две убитые нами твари, раздался стрекот.

Матриарх разительно отличалась от своих товарок: в первую очередь размером. Толщина ее тела составляла около пяти обхватов, цвет панциря был практически черным, а лицо на лбу выглядело словно порванным пополам, и под ним угадывалось еще одно. Защелкав острыми жвалами, многоножка не спеша направилась к нам.

«Она прошла линьку!» – прокричал Ролин.

«Альма, отвлеки ее, отступаем, быстро!» – прозвучал приказ капитана.

В многоножку полетела стрела и, попав в нее, сразу же взорвалась, обдав тварь зеленым дымом. Мы со всех ног рванули к двери, тварь, не обращая внимания на дым, поползла следом. Добравшись до ловушки Ролина, ударившей лучами в панцирь, на секунду замерла и, резко заизвивавшись, могучими ударами тела об стены погасила лучи, подарив нам несколько драгоценных секунд.

Видя, что добыча уходит, многоножка заверещала и ускорилась.

«Кэп, мы не успеем!» – выдал прогноз итьютор.

«Альма, мины!» – прокричал в ответ Гордон.

Раздался взрыв, коридор сотрясся, нас разбросало взрывной волной. Зеленое пламя окутало матриарха. Тварь верещала, извивалась и могучими ударами пробивала стены, оголяя внутренности отсеков. Мы, помогая друг другу, снова вернули построение и продолжили отступать. В это время огонь стал стихать, и, видя это, кэп отдал приказ устроить еще один взрыв, чтобы добить тварь. Стены содрогнулись, а следом за ними тряхнуло и пол, раздался треск, и, вереща, окутанная огнем многоножка провалилась.

Коридор продолжал рушится. Меня отбросило назад. Кое-как поднявшись на ноги, я поспешил за остальными членами отряда, но вдруг плиты подо мной обвалились, и я кубарем полетел вниз.

«Алан!» – услышал я в общем канале.

«Назад!» – это уже закричал кэп.

Глава 2

Отбивая руки и ноги, я продолжал падать. Где-то сбоку пискнул мой «Ворт».

Приземление выбило у меня воздух из легких, я «поплыл» и чуть не потерял сознание. Лежа и пытаясь оценить свое состояние, пришел к выводу, что меня, наверное, пропустило через фабричные жернова. Болел каждый нерв в теле. Заставив себя перевернуться на живот, я кое-как приподнялся и сел.

Мутным взглядом посмотрев по сторонам, я понял, что нахожусь в небольшом отсеке, на полу, среди обломков упавших со мной коридорных плит. Свет красных аварийных ламп постоянно мигал, дверь отсека была заперта. При взгляде наверх обнаружилось, что дыру, через которую я сюда попал, завалило обломками.

«Чуть не сдох! Пиз…ц, и что теперь делать?» – осматривая комнату более внимательно, невольно подумал я. Кроме нескольких больших открытых контейнеров, железного здесь нечего не имелось.

«Меня слышно? Я внизу в отсеке! Дыру завалило, дверь закрыта!» – послал я сообщение в общий канал.

«Ал…н, а… хр-р. Т… ы… жи…» – прошипел мне в ответ прибор и затих окончательно.

Бросив безуспешные попытки установить связь с командой, я распаковал аптечку, принял обезбол и приступил к обработке ран лечебным гелем. Пока занимался раной на ноге, сбоку от меня под камнями пропищал «Ворт». «Так вот ты где! Надеюсь, цел, железка!» – радостно подумал я и принялся откапывать своего робота. Повезло: «Ворт» остался практически неповрежденным, только обзавелся парой новых царапин на корпусе, но это фигня. Правда, еще слегка прихрамывал на одну лапку, но и это было не критично.

– Ну, что делать будем? Подождем команду спасения? – посмотрел я на своего металлического приятеля.

Тот в ответ пропищал и, прихрамывая, забегал по комнате, сканируя лазерными лучами пространство отсека.

– Это чего ты такой энергичный, жестянка?! Ворт, стой! – прикрикнул я, удивлённый поведением робота.

Ворт меня проигнорировал, подбежал к стене и указал лучом сканера на вентиляционную решетку.

– Ты предлагаешь попробовать выбраться отсюда через нее?

Ворт пропищал и стал подрыгивать на месте, цепляясь за стену в попытках добраться до решетки самостоятельно.

– Подожди, – сказал я, – сейчас, – и с трудом подтолкнул по полу один из пустых контейнеров к той стене, где бесновался мой железный друг.

Как только я захлопнул крышку контейнера, ворт тут же заскочил на неё и, цепляясь лапками за решетку, освободил себе путь. Не успел я прийти в себя от удивления, как он, ловко подпрыгнув, скрылся в вентиляционной шахте. Я забрался на контейнер и, заглянув в тёмный проём, громко позвал ворта, чтобы он немедленно вернулся. Где-то в глубине шахты раздался его писк, а затем всё стихло.

Постояв минуту и глядя в тёмный зев шахты, я вдруг осознал: «Пульт!». Я полез в карман куртки и обнаружил разбитый вдребезги экран. «Может быть, из-за пульта он так взбесился? Хотя нет, голосовые команды должны работать. Проклятая железяка!» – выругался я в сердцах и продолжил кричать в шахту. Однако мой голос не был услышан. «Ну что ж, твоя взяла! Поймаю – лапки задом наперед вставлю!»

С этой мыслью я полез в шахту вслед за вортом.

В шахте было темно, и через несколько минут свет аварийных ламп из отсека перестал доставать до того места, где я полз. Кряхтя и пробираясь в полной темноте по тесной шахте, я почувствовал, что воздух стал свежее. Ещё несколько раз крикнул, зовя своего робота, но в ответ – лишь тишина. Когда я преодолел несколько поворотов и ответвлений, впереди замаячило пятно света, и я ускорился, понимая, что нашел выход.

На краю шахты остановился, рассматривая широкий туннель, освещенный тусклыми белыми лампами. Разглядеть дно у меня не получилось, зато потолок просматривался чётко. «По ходу, свалился! Извини, отец, что не уберег наследство», – подумал я, ещё раз взглянув вниз. Заметив сбоку прочные на вид металлические скобы лестницы: «О! А вот и выход», – я, аккуратно держась за них, выбрался из шахты и, стараясь не глядеть вниз, полез выше.

Стоило мне подняться на несколько метров, как скоба, за которую я ухватился, неожиданно выпала из пазов. Матерясь и сжимая в руках проклятую железку, я сорвался. К счастью, полет мой оказался недолгим: мне повезло свалиться на паутину проводов, отделавшись лишь отбитым боком. Они спружинили, и я, не успев за них зацепиться, полетел дальше. На следующей паутине я ухитрился кое-как ухватиться, и мне удалось остановить свой полёт.

Вися на проводах и ругая проклятого ворта вместе со строителями туннеля, я из последних сил дотянулся до скоб на стене. Тщательно проверяя каждую, продолжил подъём. Добравшись до ближайшего отверстия, обнаружил, что скобы закончились. «Проклятый ворт! Вместо того чтобы подняться, я, наоборот, спустился! Тут-то меня точно найдут, ага, как же, бл…!» – ругался я про себя, влезая в шахту.

Пробираясь через повороты, вскоре я дополз до решетки и, выбив её рукой, осторожно выглянул. В этот раз передо мной лежал коридор с такими же полосками-указателями на стенах, как и выше, только свет ламп был белым. Они ровно горели под потолком, мягко освещая всё пространство. Посмотрев в обе стороны и не заметив ничего подозрительного, я, кряхтя, вылез из шахты и спустился.

Постояв в раздумьях о том, куда же идти дальше, я направился вправо, так как там виднелись открытые двери отсеков, но, стоило мне сделать пару шагов, как прозвучал тревожный сигнал и нечеловеческий голос произнёс:

– Подопытный номер зет четыреста восемь, просьба вернуться в свою комнату.

«Система работает! По ходу, я попал! Она что, приняла меня за какого-то подопытного?» – лихорадочно раздумывал я над ответом.

– Отменить! Прошу построить мне маршрут и обеспечить проход на верхние уровни, – ответил я в надежде, что система послушается.

– Отказано. Вы не являетесь сотрудником комплекса. Исходя из полученных данных, вы подопытный номер зет четыреста восемь. Повторяю, пройдите в свою комнату.

– Я не подопытный! – крикнул я.

– Вы подтверждаете отказ от статуса?

– Так, подожди. А что будет, если я откажусь? – решил я уточнить.

– Отказ от статуса подопытного запускает протокол ликвидации объекта, – спокойным голосом ответила система.

– Стоп, я не отказываюсь! Я просто забыл, где моя комната, – выкрутился я.

– Следуйте за световыми индикаторами.

На полу загорелась белая стрелка, указывая направление. «Фух, это было близко. Еще бы чуток, и я бы умер. С системой шутки плохи. Ладно, в живых тут все равно никого из персонала не осталось, значит, и опыты надо мной ставить некому. Побуду пока подопытным. Возможно, мои смогут сюда спуститься и Ролин каким-нибудь образом сумеет вытащить меня отсюда», – накидывал я план, следуя за стрелкой на полу.

Когда я добрался до отсека, куда показывала стрелка, створка передо мной отъехала в сторону, и я зашел. Комната оказалась довольно уютной: односпальная кровать, диван, стол с заблокированной панелью. Был даже санузел с душевой кабиной. Осмотревшись, я завалился на кровать и, глядя в потолок, размышлял, как мне выбраться отсюда. Перебирая в голове различные варианты, не заметил, как уснул.

Проснулся я от резкой боли в голове: сквозь веки пробивался яркий белый свет. Попытался закрыться от него ладонью, но не получилось: рука оказалась намертво прикована к постели. Повернув голову вбок, я разлепил веки, и мутная картинка постепенно обрела четкость.

Комната напоминала операционную. Яркий свет и руки-манипуляторы марки «Хирг-И» – это первое, что я смог разглядеть. Окинув себя взглядом, я увидел, что абсолютно гол и надежно прикован к столу. «Что за, бл…, мать его, шутки такие?» – задал я себе вопрос. Перед глазами на секунду потемнело и выскочила надпись: «Активация нейромодуля». Следом за ней другая: «Ожидайте…»

Зрение вернулось, и перед глазами возникла виртуальная табличка с данными от нейромодуля.

«Ух ты! Так выглядят данные с нейро?»

От нахлынувших мыслей и передаваемых данных голова начала кружиться.

«Как отключить эту дрянь, а-а-а?»

Не успел я подумать об этом, как картинка мира вернулась в прежнее состояние.

«Чуть мозги не сварились. Мысленные команды, значит… Ладно, потом разберемся. Как встать-то?» – дергая руками и ногами, думал я.

– Эй, тут есть кто-нибудь?! Выпустите меня! – крикнул я первое, что пришло на ум.

Замки на удерживающих меня ремнях щелкнули, а сами ремни втянулись внутрь стола.

– Подопытный номер зет четыреста восемь, пройдите в зал диагностики.

«Что она еще задумала? Надеюсь, это не смертельно? Но деваться некуда, я либо подчиняюсь, либо протокол ликвидации». – Успокоив мысли, я встал, ощутив босыми ступнями, что пол теплый.

Под ногами вновь загорелась указательная стрелка. Меня слегка пошатывало, снова закружилась голова, к горлу подкатил неприятный комок, я ухватился за край стола. Постоял с минуту, пока мои бастующие органы чувств не пришли в норму, и побрел туда, куда требовала система.

Пройдя в соседний отсек, я встал посреди комнаты, осматривая голые стены с белыми панелями. Дверь закрылась, и от того, что я очутился в замкнутом тесном пространстве, стало слегка неуютно.

– Трусы бы выдали, а то стою тут, причиндалами трясу… – сказал я в пустоту, чтобы хоть как-то унять тревогу.

– Начало диагностики, приготовьтесь, – прозвучал мягкий женский голос.

– Как? К чем…

Я не успел договорить.

Свет в комнате неожиданно погас, и перед глазами всплыла виртуальная картинка с различными геометрическими фигурами.

«Это еще что за хрень?» – думал я, рассматривая фигуры.

В итоге, изучив внимательно каждую, я заметил определённую закономерность. Как только я ее понял, фигуры поменяли места. Картинка моргнула зеленым, и мой нейро выдал мне следующую табличку – с различными палочками.

«Ага! Это, похоже, тест», – догадался я.

Я решал различные головоломки с помощью своего нейромодуля, и картинки сыпались одна за другой: фигуры сменялись схемами. Постепенно я стал замечать, что решения даются мне все легче и легче, скорость, с которой я разбирал ту или иную головоломку, росла с каждым пройдённым тестом.

Когда на каждый тест стало уходить меньше доли секунды, картинки пропали, в комнате зажегся свет, и одна из настенных панелей передо мной отъехала в сторону. Из открывшейся ниши выдвинулось кресло, пол под ним загорелся зеленым: недвусмысленное приглашение присесть. Как только я разместился, ощущая пятой точкой холод кожаной обивки, из спинки с тихим жужжанием вылезла металлическая рука-манипулятор и надвинула мне на лоб серебряный обруч.

«Это еще зачем?»

Не успел я понять, что произошло, как по телу пробежал разряд, меня тряхнуло. Стиснув зубы, я вцепился в подлокотники. Боль прошла, рука медленно, с тем же жужжанием, скрылась обратно, и мягкий женский голос объявил:

– Протокол «Скрижаль Небес» активирован.

Следом прозвучал знакомый голос системы, который попросил меня проследовать в свою комнату. Шлепая босыми ногами за стрелкой в свой отсек, я чувствовал, как желудок огорченно напоминает о себе. Еще бы! Как давно я ел? Неплохо было бы перекусить…

– Трусов не выдали, еще и голодом морить будут?! – обратился я к системе.

– Запрос принят, ожидайте, – ответила мне система.

«О как?! Отношения у нас с ней налаживаются; следующий шаг – свидание?!» – хмыкнул я про себя, входя в свою комнату.

Окинув взглядом помещение, своих вещей я не обнаружил. Немного расстроившись по этому поводу, развалился на кровати, гадая, чем же сейчас занята моя команда. Наконец дверь в отсек открылась, и в комнату, смешно перебирая ножками, забежали два робота, чем-то напоминающие ворта, только оранжевого цвета. Один из них положил рядом с мной несколько запечатанных пакетов, второй поставил на стол поднос.

Вскрыв пакеты, я обнаружил комплект нижнего белья из мягкой, очень приятной на ощупь ткани, комплект термобелья и мягкие тапочки. Одевшись, направился к столу: посмотреть, что же приготовила система и можно ли это употребить в пищу.

На подносе лежали саморазогревающиеся боксы с походной едой. Покрутив их в руках и изучив содержимое, я рискнул и дернул за веревку один из них. Бокс через несколько минут вздулся, сообщая о готовности. Я придирчиво потрогал его рукой: «Теплый!» – и дёрнул за вторую веревку. Коробка раскрылась, и по комнате разнесся аппетитный аромат тушеного мяса с овощами.

«Вроде не стухли».

Отломав приклеенные сбоку палочки, я принялся за еду.

«Жизнь налаживается! Вот теперь можно и за нейро взяться», – подумал я, развалившись на диване.

Послал мысленный импульс на активацию, и перед глазами возник интерфейс с вкладками.

Имя: Алан Хромир

Класс: Нейромант

Уровень: 0

Характеристики:

– Сила 4

– Ловкость 3

– Интеллект 5

– Выносливость 3

Импланты:

Свернутое пространство

Сканер

Айтемы:

Отсутствуют

Помощник:

Отсутствует связь

Изучив интерфейс, я обратил внимание, что вкладка с имплантом горит красным цветом. Когда я «провалился» туда, высветилась табличка:

Обнаружен имплант свернутого пространства, требуется прошивка оборудования с последующей синхронизацией для подключения.

Я нажал мысленно кнопку «Начать», выскочила табличка «Ожидайте». Ладонь слегка нагрелась, и перед глазами появился отчет:

Прошивка прошла успешно: увеличено хранилище до трехсот единиц, синхронизация окончена, функционирование импланта восстановлено.

Теперь я мог обращаться к рюкзаку через свой нейро и видеть содержимое. «Удобно», – мелькнула невольная мысль, пока я осматривал имущество в рюкзаке. Оставалась еще одна красная вкладка: «Помощник». «Провалившись» в нее, я прочитал сообщение:

Обнаружен помощник: модель «Ворт-И», класс модернизации один, связь отсутствует.

«Точно мой ворт! Может, система сможет его найти? Надо попробовать», – и я обратился к ней:

– Ау-у-у, система, я потерял своего робота модели «Ворт»; ты, случаем, не знаешь, где он?

– Можете называть меня София. Устройство модели «Ворт-И» обнаружено. Произвести изъятие и диагностику?

– Да.

– Запрос принят, ожидайте.

«Хорошая девочка, точно на свиданье приглашу, хе-хе! – улыбнулся я. – Так-с… Продолжим! Со свернутым пространством все понятно: это рюкзак; а откуда у меня сканер появился? Ну-ка, как он работает?» – активировал я новый имплант.

Нечего не изменилось. Я попробовал еще раз, но картинка оставалась прежней. Плюнув на это дело, я озаботился текущими проблемами и спросил у системы:

– София! А долго меня еще тут держать будут?

– Протокол «Скрижаль Небес» активирован, функционирование нейромодуля в норме, адаптация носителя, подопытного номер зет четыреста восемь, с модулем завершена.

– И что это все значит?

– Анализ сканирования. Необходимо прохождение курса подготовки «Юнит-4». Запустить курс?

– Какой еще курс? Эй, ты чё там, свихнулась? Я вопрос задал!

– Запрос принят, ожидайте.

– София, ау-у, я вопрос задал!

– Срок прохождения курса – двадцать часов, после курса подготовки, подопытный зет четыреста восемь, вы будете доставлены на поверхность.

«Недолго продлились наши отношения, увы. Плакать не буду, все равно она глючная какая-то. Но «доставлен на поверхность» – это радует. Может, получится, и сам выберусь?» – обдумывал я слова системы.

– Подопытный зет четыреста восемь, просьба проследовать в операционную.

– А можно после обеда немножко отдохнуть?

– Подопытный зет четыреста восемь, просьба проследовать в операционную, —голос Софии прозвучал более настойчиво.

– Понял-понял, не дурак.

На полу снова загорелась стрелка, и я без вопросов направился по ней. Дойдя до отсека, где мне установили нейро, я вошел внутрь, створка за мной тут же встала на место, отрезая путь к отступлению, стрелка указала на операционный стол, и зона под ним загорелась зеленым. «Что-то мне это не нравится… Нейро же установлен! Чего ей еще надо?» – с этими мыслями я разместился на столе, ожидая, когда меня зафиксируют ремешки.

Манипуляторы зашевелились, ремешки зафиксировали меня на столе, я почувствовал укол в ногу, картинка перед глазами поплыла, и я провалился в забытье.

Глава 3

Я очнулся, чувствуя себя на удивление хорошо. Тело было легким и отдохнувшим, хотелось бежать и делать все что угодно, лишь бы нагрузить себя по максимуму.

Посмотрел на данные нейро – изменений не появилось. «И что все это значит?» – Не найдя ответов, я вскочил со стола и глянул на пол.

Стрелки не было, створки отсека – открыты, и я вышел в коридор.

Уже зная, где моя комната, направился туда, так как снова оказался голышом. В своей комнате увидел робота. Сканер сработал: подсветил его зеленым и выдал, что это мой «Ворт». Он сиял новенькой краской – белой и оранжевой, – да и сам корпус видоизменили, сделав похожим на яйцо, а лапки были отремонтированы и улучшены.

– Нашлась, гадина! Ворт, ко мне! – отдал я приказ.

Ворт пропищал и послушно приблизился, ожидая дальнейших указаний. Я глянул на данные в нейро: в графе «Помощник» отображалось «Ворт», и это название горело зеленым цветом. Я «провалился» во вкладку, и передо мной возникли функции управления вортом, а еще данные с датчиков и камер. «Ух ты, четко! С нейро очень удобно», – подумал я, одеваясь.

– София, можно доставить меня на поверхность?

– Курс подготовки «Юнит-4» не окончен, проследуйте в отсек подготовки.

– Никогда такого не было, и вот опять, – проворчал я.

Следуя по стрелкам, я пришел в требуемый отсек, где находилось множество капсул. Под одной из них загорелся зеленый цвет. Не спрашивая, для чего это надо, я залез в нее и удобно разместился на ложе. Прозрачная крышка с тихим шипением опустилась, заперев меня внутри. Ожидая развязки, я постучал от скуки по крышке, и в этот момент отсек исчез, а я очутился в просторном зале.

Крышка с шипением откинулась, я вылез из капсулы. Вокруг ничего, только пол, стены и потолок, залитые мягким светом. Я оглянулся – капсула тоже исчезла. «Все интереснее и интереснее… Куда это меня закинули?» – осматриваясь, пытался сообразить я.

Посреди зала воздух слегка исказился и появился солдат в зеленом кевларовом доспехе с закрытым шлемом. В его руке возникла резиновая дубинка, и он без слов кинулся на меня.

– Эй, дружище! Ты чего?! – только успел крикнуть я, пропуская жесткий удар в бок. – Ай, мразь, больно же! Ты чего?

От злости, сам не понимая как, я перехватил дубинку рукой и пнул своего обидчика в грудь. Солдат отлетел в другой конец зала, а его дубинка осталась у меня в руке. Солдат встал и побежал на меня, а я, перехватив поудобнее свое оружие и поймав нужный момент, ударил со всей силы противника по шлему. Раздался хруст, и солдат упал как подкошенный.

«Нечего себе, сколько мощи! Знай наших, мы парни из трущоб, мать твою!» – подумал я, наблюдая, как тело солдата растворяется в воздухе.

В центре зала появился следующий солдат с такой же дубиной. Уже зная, что разговаривать с ними бесполезно, я сам бросился в атаку. Мы быстро обменялись ударами, я смог подловить его и провел удар дубиной в ногу. Солдат плашмя грохнулся на пол, и бой снова завершился ударом по шлему.

Этот противник исчез, и появился следующий. С ним я возился уже несколько минут, пропустив пару ударов по руке и ребрам. Затем – вновь смена оппонента. В этот раз солдата я победил из последних сил. Руки и ноги болели, бок горел, а из легких вырывался тяжелый хрип. «Следующий меня прикончит. Может, как-то попробовать договориться?» – обдумывал я, ожидая очередного соперника.

Вместо солдата в центре зала появился зеленый крест. Он парил в воздухе, медленно вращаясь. Я подошел к нему, и, как только коснулся рукой, он исчез, а по моему телу пробежала теплая волна, дышать стало легко, синяки и боль пропали.

Не дав мне порадоваться переменам, передо мной возник солдат, который с молниеносной скоростью зарядил мне дубиной по голове.

Из глаз посыпались искры, меня дезориентировало, я приподнялся на руках – и на спину обрушился еще один удар, уложивший меня на пол. Солдат молотил по мне, не давая нечего сделать, я свернулся в позе эмбриона и принимал удары, пытаясь только прикрыть жизненно важные органы. Наконец избиение прекратилось, и я осмотрелся: солдата не было, посреди зала порхал зелёный крест.

«Это было жестко, хренов солдатик!»

Я сидел, не решаясь подойти к кресту, и размышлял. Через некоторое время пришел к выводу, что это – обучающая программа и все происходящее мне снится. Такое умозаключение придало мне сил, и я, кое-как поднявшись на ноги, направился к капсуле.

Уже зная, что произойдет, я, едва коснувшись креста, сразу же отпрыгнул назад. Солдат не заставил себя долго ждать – и рванул в мою сторону.

Победить мне его удалось только с восьмой попытки. Следующий противник двигался с такой скоростью, что мой взгляд не поспевал за ним. Я уже сбился со счета, сколько раз этот гад меня отделывал. Валяясь на жестком полу, я не мог заставить себя встать. «Если это сон, то, значит, по идее и я могу так же быстро двигаться. Это же мой сон, в конце концов! Почему я тут огребаю?» – подумав так, я встал и направился к кресту, чтобы проверить свою теорию.

Солдат появился, я сконцентрировался, заставляя себя двигаться так же быстро… получилось! Я стал поспевать за ним! Удары теперь пропускал гораздо реже, а с пятой попытки смог победить и этого. «Может… может, теперь девушку голую представить? А вдруг сработает, сон-то мой!» – улыбаясь таким мыслям, я шел к кресту на лечение.

Миг – и отлетел в конец зала, не успев понять, что произошло. Получил следующий удар – и всем телом врезался в стену. По ощущениям – половина костей сломана. Я увидел сапоги солдата, поднял взгляд – и едва успел заметить размытые очертания дубинки, прилетевшей мне промеж глаз.

«С девушкой облом, и веселее не стало», – сплевывая кровь, я приводил мысли в порядок. Активировал крест – и сразу же ударил на опережение: туда, где появлялся солдат. Поразительно, но тот успел отпрыгнуть, тут же атаковал… скорость запредельная, я не видел ударов, только чувствовал их.

Счет моих попыток перевалил за трехзначное число. Единственное, что у меня пока получилось, – уклониться от нескольких выпадов и ответить – один раз – самому. Проклятый солдат был невероятно быстр, но я не сдавался и с безумным азартом кидался в бой.

В очередной раз, обмениваясь ударами, я заметил, что прошло уже больше тридцати секунд, а мне все еще удается избегать попаданий. Это придало мне сил, и я сумел сместить акцент боя, заставив солдата уйти в глухую оборону. Специально оставил брешь в своей защите, солдат кинулся на меня – и попался в ловушку! Я провел связку ударов, и мне удалось зацепить противника. Не давая ему опомниться, я провел быстрый выпад и зацепил соперника по руке. Дубинка выпала из его рук, и я, ликуя, завершил начатый план.

Изо рта у меня вырывался пар – притом что температура в комнате была плюсовой, – связки горели, и мышцы, казалось, словно одеревенели. Я поковылял к центру, и, как только коснулся креста, картинка перед глазами резко изменилась. Сон закончился, я открыл глаза и увидел над собой прозрачную крышку капсулы.

Крышка медленно, с шипением, отъехала вверх. Цепляясь за края, я вытащил себя наружу. Меня шатало, болело все, по венам будто пустили раскаленный металл. Связки, мышцы – каждая клеточка моего тела пылала, словно в огне, а мокрое, пропитанное потом термобелье прилипло к коже, добавляя в коктейль неприятных ощущений озноб.

– Пользователь номер зет четыреста восемь, просьба пройти в операционную.

От неожиданно прозвучавшего голоса системы я вздрогнул. Сделав пару глубоких вздохов, заставил свои ватные ноги идти вперед. Опираясь о стены коридора, добрался до операционной.

«Меня что, повысили?! Теперь пользователь, а не подопытный», – мысленно улыбнулся я, взбираясь на стол.

Закрыв глаза, услышал, как зажужжали руки-манипуляторы робота-хирурга, и долгожданный укол отправил меня в сладкое забытье.

Проснулся я бодрым. Сел и прямо на столе сделал легкую разминку. Прислушался к себе – тело было полностью отдохнувшим. Заигравшая после разминки кровь давала приятное ощущение тепла и легкости, я вскочил и продолжил упражнения. Дверь отсека была открыта, система молчала, и я беспрепятственно добрался до своего обиталища.

Первым делом сбегал в душ. Стоя посреди комнаты, распаренный и обмотанный полотенцем, я напевал задорную мелодию, думая о завтраке и новом комплекте одежды.

– София, прелесть моя, а можно мне поесть? И срамоту прикрыть не помешало бы.

– Запрос принят, ожидайте, – услышал я знакомую фразу.

Я лег на кровать и, пока мне несли завтрак, решил изучить интерфейс нейро.

Имя:

Алан Хромир

Класс:

Нейромант

Уровень: 2

Характеристики:

– Сила 6

– Ловкость 7

– Интеллект 6

– Выносливость 6

Импланты:

Свернутое пространство

Сканер

Айтемы:

Отсутствуют

Помощник:

«Ворт-И»

Пробежавшись глазами по таблице, я удивился изменениям: мои характеристики возросли вместе с уровнем. «Это бой с солдатами дал результат? Хороший такой курс подготовки… Я бы его еще раз прошел. Понять бы еще, кто такой нейромант… Может, систему спросить?» – возникла у меня мысль.

– Соф, у меня есть вопрос касательно нейромодуля. Ты можешь на него ответить?

– В рамках протокола, пользователь номер зет четыреста восемь.

– Замечательно; а кто такой нейромант?

– Протокол запрещает раскрывать данные о протоколе пользователям.

– Протокол запрещает протоколом, – передразнил я слова Софии. – Скажи хотя бы, мой курс подготовки окончен? Можно мне на поверхность?

– Доступ на поверхность разрешен; желаете отправиться прямо сейчас?

– Нет, сперва поем и оденусь. Ты в курсе, что там опасно? Мне бы оружие. Сможешь обеспечить?

– Запрос принят, ожидайте.

«Обалдеть, а если система выдаст что-нибудь из довоенных технологий, будет выгодно вдвойне!» – мелькнула у меня алчная мыслишка.

Створка отсека отъехала в сторону, и в комнату вбежала уже знакомая пара роботов. Они оставили еду и одежду и, смешно перебирая лапками, скрылись в коридоре.

Я оделся, а второй комплект упаковал в имплант-рюкзак. «В хозяйстве все пригодится; бери, пока дают», – вспомнил я наставления отца.

Сытный завтрак подходил к концу, когда в комнату вернулся один из роботов-доставщиков. Потешно перебирая лапками, остановился у кровати и закинул на нее три запечатанных пакета. Раздался писк, и робот проворно выскочил в коридор. Я проводил его взглядом и, сгорая от любопытства, направился посмотреть, что же мне подготовила система.

Вскрыл каждый пакет по очереди и разложил подарки на кровати. Передо мной лежали: штаны из плотной серой ткани, кофта такого же цвета, комплект брони из прочного и легкого на вид материала, длинный плащ с капюшоном и обитые защитными пластинками высокие ботинки на толстой подошве.

В последнем пакете обнаружился короткий плазмоклинок в прочных ножнах. У него было тонкое чёрное лезвие, удобная рукоять, обтянутая материалом, похожим на кожу, и кнопка активации. Клинок словно сам просился в руки, и я не смог удержаться от искушения.

Меч тихо покинул ножны. Я представил, что передо мной стоит монстр, и, размахивая светящимся клинком, с радостью разрубил его на несколько частей. Закончив вымышленный бой криком: «На, сука!» – я стал примерять обновки. Натянув доспехи, покрутился, осматривая себя, подогнал пластины и направился к зеркалу.

Я стоял, разглядывая себя в отражении, и мне казалось, что я стал немного крупнее. Мышцы особо не увеличились, но под кофтой уже угадывался их рельеф. Я покрутился. Плащ в пол с капюшоном, новенькая броня и клинок. Непослушные, вьющиеся русые волосы, прямой нос и аккуратные брови, яркие зеленые глаза… Заканчивал этот портрет волевой подбородок.

В отражении на меня смотрел этакий загадочный рейдер. «Да я красавчик, все девки мои! Крутяк!» – с удовольствием оценил я свой новый внешний вид. Через нейро отдал команду ворту следовать за мной и вышел в коридор.

– София, я готов; показывай, куда идти.

На полу загорелась стрелка, и я направился по коридору.

Путь оказался неблизким. Петляя по переходам, я добрался до лестницы. Удивившись, что стрелка указала вниз, спустился на несколько пролетов и вышел в коридор другого уровня. Стены тут были окрашены в серый, полоски-указатели отсутствовали. Вскоре я уперся в тупик. Стоя перед стеной и не понимая, что происходит, хотел задать вопрос Софии, но в этот момент панель передо мной отъехала в сторону, открывая проход в узкую маленькую комнату.

Я вошел, стена позади меня встала на место, пол слегка дрогнул, и я ощутил, что кабина со мной поднимается. «Рабочий лифт! – вспомнил я название данного механизма. – Расскажи кому, не поверят!»

Скорость подъёма, по моим ощущениям, начала снижаться, наверху что-то загрохотало, кабина слегка вздрогнула, остановилась, раздался звуковой сигнал, и дверь погрузилась в пол, выпуская меня на волю.

От резкой смены обстановки я ненадолго замер: передо мной простирались знакомые джунгли. Ароматы цветов тут же ударили в нос, звуки зарослей после тишины комплекса били по ушам. Я вышел из кабины, оглянулся. Дверь с тихим шелестом вернулась на место, и коробка лифта медленно ушла под землю, оставив после себя лишь помятый грунт и разбросанные листья.

«Писюн пискунчика! Сколько тут таких выходов?» – невольно задался я вопросом.

С поиском направления у меня не возникло проблем: я знал, что в нейро есть функция карты. Карты эти обновляли у инженеров, причем постоянно, и стоило оно небольших денег, поэтому любой, у кого имелись мозги, всегда загружал себе свежие.

Я послал нейро запрос на карту, и перед глазами выскочила виртуальная табличка: «Обновление данных, ожидайте». Через несколько секунд раскрылась карта местности с тут и там разбросанными значками, а стрелочка показывала мое местоположение.

«Так, стоп! А откуда мой нейро сейчас взял обновление? Он что, подключен к какой-то базе данных? А может, к самой системе? Она следит за мной?» – вопросы в голове возникали, а ответов на них не было. Я махнул на это дело рукой и стал изучать карту.

Поискав взглядом телепорт, кое-как нашел нужный значок, и, стоило сфокусировать на нем взгляд, как перед глазами высветилось: «Составить маршрут до данной точки?». Я мысленно нажал «Да», карта исчезла, а вместо нее появились бледные желтые стрелки, которые указывали направление.

Теперь я стал лучше понимать, почему люди, узнавшие, что у тебя нет нейро, смотрели таким взглядом. Взглядом, полным жалости и превосходства. От этого часто возникало чувство неполноценности. Нейро дает многое, поднимая тебя на ступень выше других.

Оценив расстояние до телепорта, я, стараясь не шуметь, направился по стрелкам. Ворт послушно шуршал рядом, ловко преодолевая выступающие из земли корни деревьев. К моему удивлению, добрались мы с ним до треугольника телепорта без проблем, словно прогуливались в центральном городском парке. Нам не повстречался ни один из местных монстров.

Стоя перед вратами, я ненадолго завис, не понимая, как их активировать. Наконец, хлопнув себя по лбу, вспомнил, что другие делали это через нейро.

«Никак не привыкну».

Найдя нужную вкладку, я подключился к телепорту и отправил запрос, но треугольник молчал, не подавая признаков жизни. Я послал повторный, но все было тщетно. «Сломался он, что ли? Может, я что-то делаю не так?»

Пока я размышлял над проблемой, сзади раздался шелест травы, а затем я услышал и голоса. Резко обернулся – и увидел отряд из шести человек, которые замерли, с интересом разглядывая меня. «Свободные, а я один. Это плохо, придётся блефовать», – сориентировался я.

Глава 4

В городе существовали законы. Были и люди, которые следили за тем, чтобы их не нарушали. Конечно, это не касалось благородных… ну, почти не касалось, но видимость того, что законы едины для всех, сохранялась. Существовали, конечно, исключения, типа фабричного района, но днем и там часто можно было встретить патрули в экзоскелетах.

За пределами поселений законов не было, а в порталах так и подавно, оттого ситуация, в которую я сейчас вляпался, весьма дурно пахла. Если они узнают, что я трекер, меня убьют сразу же. По двум причинам: редкий и дорогой имплант, а вторая – в этом импланте с высокой вероятностью будет чем поживиться.

Я напрягся, внимательно следя за отрядом. Расстояние позволяло мне, если что-то пойдет не так, сбежать в джунгли. Лучше рискнуть, чем остаться на убой кучке «свободных».

Вперед из их отряда вышел один: мужчина средних лет в потертых доспехах. Его глаза превратились в щелочки и окинули меня пристальным взглядом сверху вниз. При виде ворта всего на миг расширились. Продолжая с подозрением рассматривать меня, мужчина спросил:

– Ты кто такой? – раздался довольно грубый голос.

– И тебе не хворать. Ты сам-то кто будешь? – ответил я, подражая манере собеседника.

Услышав человеческую речь, мужчина немного расслабился, но его рука продолжала лежать на рукояти клинка.

– Глава отряда, свободные мы; Джо меня звать.

– А я его знаю! – донеслось из-за спины Джо.

От группы, что так и стояла в отдалении, отошел парнишка болезненного вида. Я сразу узнал его и помахал рукой:

– О, Хью, привет.

Хью приблизился к Джо, кивнув мне в знак приветствия, окинул меня оценивающим взглядом и крикнул:

– Уже вступил к «Небесам»?

– Да, вступил; видишь, стажировку прохожу.

– Джо, это Алан, мы ходили в рейды вместе, – представил меня Хью и обернулся к группе. – Все в порядке!

«За…сь! Если бы не Хью… Ох, и выручил же меня! На гильдейского они вряд ли рыпнутся, и легенду выдумывать не надо. Угощу его при случае». – Думая так, я стоял – внешне расслабленно – и смотрел на приближающийся отряд.

Они гурьбой подтянулись к телепорту, мы обменялись рукопожатиями. Хью тихо, так, чтобы другие не услышали, спросил:

– А ты чего тут один шастаешь?

– Да не поверишь, отбился от своих. Еле выбрался, вот теперь стою и думаю, как телепорт пройти, – ответил я шепотом.

– Твои – это кто? И почему они тебя тут не подождали?

– Это «Небеса», команда Гордона. Может, и ждали, но я потерялся дня два тому.

– И выжил? Один? – глаза Хью округлились.

– Как видишь, повезло. Спроси у Джо, не против ли он, если я перейду с вами?

– Да с чего ему быть против-то? Но я уточню.

Хью отошел к Джо, что-то прошептал ему на ухо, повернулся ко мне, кивнул и махнул рукой, приглашая следовать за ними.

Я пристроился позади отряда. Тут треугольник загудел, и через несколько ударов сердца в полукруге вспыхнул портал. Когда замыкающий группы скрылся за серебристой пленкой, я ускорился и, отдав приказ ворту, шагнул следом.

Выйдя с другой стороны, мы выстроились перед служащим в желтом защитном костюме. Он поводил перед каждым из нас прибором со множеством антенн и, закончив проверку, дал добро отряду на выход. Я, как и все, направился в коридор, но служащий остановил меня, жестом велев следовать за ним.

«Гадство, но почему именно меня? Джо, что ль, успел стукануть из вредности?» – раздумывал я над причиной такого внимания.

Хью обернулся, кивком спросив: «В чем дело?» – я пожал в ответ плечами: «Не знаю», – и мы вместе с вортом пошли в противоположную сторону, рассматривая веселые надписи на кислородных баллонах, висящих на спине у работника врат.

Служащий привел меня в комнату, где стоял одинокий стол в окружении нескольких стульев. Я уже бывал здесь, поэтому без особых переживаний разместился на одном из них, ожидая специалиста по дополнительной проверке.

Спустя десять минут после ухода служащего дверь тихо открылась, и в комнату вошел худощавый старичок. Почти прозрачную, пергаментную кожу покрывали темные пятна, а это говорило, что ему больше сотни лет как минимум. Крючковатый нос и цепкий взгляд холодных серых глаз, пристально следивший за мной. Не понимая, как дед до сих пор передвигается самостоятельно, я с любопытством наблюдал за ним.

Не издав не единого кряхтения, присущего старикам в его возрасте, он присел напротив меня в кресло и заглянул в папку, которую принес с собой.

– Меня зовут лорд Диес, я уполномоченный его величества и хранитель комплекса западных врат.

Я удивился, поскольку голос лорда Диеса был звонким и ровным, такой не мог принадлежать дряхлому старику. От подобного контраста я залип, даже не поприветствовав собеседника легким поклоном в ответ, что, по сути, являлось оскорблением для человека его статуса.

– Извините, – спохватился я и слегка поклонился. – Меня зовут Алан. Алан Хромир. Чем обязан?..

Лорд заглянул в папку, кивнул сам себе, взгляд его стал теплее, и старик улыбнулся.

– Хромир… Хромир… – Диес покатал мою фамилию на языке. – Сын Безумного Рональда?

– Внук, – поправил я.

– Внук, значит. – Взгляд уполномоченного на секунду стал отстранённым, но старик резко собрался и продолжил: – Знавал я твоего деда, служили вместе. Ну и отчаянный же был мужик! Ни одной юбки пропустить не мог. Кстати, как он, жив еще?

– Жив; ему передать что-нибудь?

– Привет передай, этого будет достаточно.

Я кивнул, а взгляд хранителя снова стал цепким. Диес спросил:

– А теперь, Алан, расскажи, откуда у тебя незарегистрированный нейромодуль и почему ты, будучи свободным рейдером, бродишь по комплексу в одиночку?

«Вот же дебил! Как я мог так опростоволоситься? Вот почему телепорт не сработал!» – проскочила мысль, при этом на моём лице не дрогнул ни один мускул.

– Вы же знаете, что у свободных не так много денег. Свой нейро я установил на черном рынке, а зарегистрировать не успел, потому что ушел в рейд с командой Гордона из гильдии «Небеса», – стал выкручиваться я.

– Видимо, у вас это в крови, – собеседник постучал пальцем по столу. – Творишь безумства, прямо как твой дед. Ты знаешь, сколько людей погибает после установки нейромодуля на черном рынке?

– Двое из трех.

– И все равно пошел на это? – брови Диеса сошлись, а взгляд прожигал меня насквозь.

– Да. А что мне ещё оставалось? На пенсию деда мы едва сводим концы с концами, а он с каждым годом всё хуже. Если бы не имплант отца и мои вылазки в рейды…

– Всё-всё, достаточно, – прервал мою пылкую речь лорд. – Расскажи, как ты выжил в одиночку в комплексе. Тебе кто-то помог?

Я рассказал ему краткую историю, в которой не было Софии, зато я долго лазил по системе вентиляции, после чего мне чудом удалось выбраться. Во время рассказа Диес кивал, задавал уточняющие вопросы и, после того как я закончил, что-то отметил на листке, а затем убрал его в папку. Закрыв ее с громким хлопком, он встал.

– По закону тебе положен крупный штраф, но я закрою на это глаза: деду спасибо скажи. Можешь быть свободен.

– Спасибо за вашу щедрость, господин хранитель, – я отвесил поклон и собрался на выход. – До свидания, я прямо сейчас схожу на регистрацию.

«Пердун старый, как же бесят эти благородные!» – ворчал я про себя, выходя из здания.

Вспомнив, где находится администрация по делам рейдеров, направился туда и зарегистрировал свой нейро. После длительных бюрократических процедур и небольшой взятки офисному пискуну я не побежал в гильдию, а направился домой: время было позднее, мне же хотелось еще застать у нас Лару, чтобы заплатить ей за эти дни, да и дед наверняка переживал.

Подходя к дому, я услышал странный шум, доносящийся со двора. Открывая калитку, стал свидетелем абсурдной сцены. Мой старый дед, потея и глотая воздух, словно выброшенная на берег рыба, носился по двору в одних трусах. То и дело меняя направление, он явно пытался сбежать от Лары, которая гоняла его с мокрой тряпкой в руках.

Лара, несмотря на свою комплекцию, с завидной меткостью орудовала оной тряпкой, словно плетью, пресекая все попытки избежать своего гнева. По двору разносились звонкие шлепки по дедовской спине, прерываемые причитаниями Лары: «Я тебя до смертью забью, старый извращюга! Будешь знать, как чужих баб лапать!».

«И к этой приставать начал! Вот же неугомонный старикан, – подумал я, наблюдая за этой сценой. – Надо его спасать, а то и вправду до смерти забьёт».

– Лара, его сейчас удар хватит! – громко крикнул я.

Лара замерла, дед, воспользовавшись временной заминкой своего оппонента, юрко подскочил ко мне и спрятался за спину. Лара, все еще красная после незапланированной охоты на старую, но юркую дичь, тыча пальцем мне за плечо, выпалила:

– Этот… – от возмущения ее мысли разбегались, и, вздохнув поглубже, женщина прокричала: – Старый извращенец!

– Тише, тише, расскажи, что случилось, – попросил я как можно мягче.

– Он лапал меня, Алан! Меня! Замужнюю женщину, мать троих детей, лапал этот похотливый старик! Я на такое не подписывалась! – начала тараторить она.

Я обернулся и посмотрел на деда, честные и круглые глаза которого в этот момент все отрицали. Я осуждающе покачал головой и обратился к Ларе:

– Ты уверена? Может, ты просто не так поняла?

– Алан, это не смешно! – она немного успокоилась. – Ты, конечно, предупреждал, что его порой переклинивает, но чтобы приставать!.. Так не пойдет, я не буду работать в доме, где ко мне пристаёт этот старикан!

– Предлагаю успокоиться и все обсудить, – я обернулся к деду. – Чего стоишь? Бегом в дом, а то простынешь, герой-любовник.

Когда дед скрылся за дверью, я со всем очарованием улыбнулся Ларе, с лица которой до сих не сходило хмурое выражение.

– Надеюсь, ты не уйдешь после этого? – я вздохнул. – Ты ему нравишься, Лара, он к тебе привык. Ты же знаешь, он не нарочно все это.

– Только из уважения к тебе, в первый и последний раз, Алан!

Лара повернулась и указала пальцем на окно, где маячило любопытное лицо старика. Дед, видя, что его заметили, словно ребенок, быстро спрятался за подоконником.

– Если этот… еще хоть раз… даже в мыслях! Ищите тогда себе новую домработницу!

– Договорились. Я поболтаю с ним, не держи на него зла, – быстро согласился я, пока она не передумала.

Мы еще немного поговорили с Ларой, она передала мне список вещей, которые надо купить, добавив, что в доме чисто и еда приготовлена на два дня. Рассчитываясь с ней, я попросил еще раз прощения и добавил к оплате несколько синтэксов со словами «купи что-нибудь сладкого паренькам».

Провожая взглядом уходящую по улице Лару, я вспоминал, с каким трудом нашел её через знакомых. Нашу первую встречу, когда, придя к ней домой, я застал, как она колотила своего запойного мужа, а рядом, громко плача и хватая её за подол, стояли трое худых пацанов.

«Лару нам потерять нельзя; где мы ещё такую найдем?» – с этой мыслью я направился в дом. Хотелось есть, и нужно было переговорить со старым озорником.

Стоя на кухне и раскладывая ложки, я прокричал:

– Старик, иди ужинать!

Звук шаркающих тапочек по коридору означал, что дед меня услышал.

– Слушай, тебе тут лорд Диес привет передавал.

– Кто? Ах, этот… Жив ещё, значит, старый х..й; жалко, – проворчал старик.

Я вопросительно посмотрел на деда, удивлённый его реакцией.

– Почему жалко?

– Да говно он, а не человек. Пустое это, внучок, забудь. – Дед махнул ложкой и принялся хлебать жаркое. – Она ведь не уйдет?

– Нет, не уйдет, но чтобы это было в последний раз, – строго сказал я.

– До она сама меня провоцировала весь день! Точно тебе говорю! Выхожу в коридор, а она стоит в позе собаки, бедрами ещё так аппетитно виляет. А ты бы видел, как она сегодня пыль вытирала! Вывалила свои сиськи! – начал оправдываться дед.

– Не прикидывайся, старый, а то я тебя не знаю. Они у тебя все специально, – я подул на ложку. – Я уже со счету сбился, сколько таких «она сама» от нас сбежали.

– Таких, как Лара, ещё не было, – сказал он виновато. – Согласен, буду держать себя в руках. Уж больно жаркое у нее хорошо выходит, почти как у бабки твоей…

– Надеюсь, – ухмыльнулся я, наблюдая, с каким аппетитом дед наяривает ужин.

– Как рейд? – откусывая хлеб, пробубнил он. – Чофто ты долго, удафно схофили?

– Жив и с лутом, – не стал я беспокоить деда подробностями.

– Слушай, внучок, а может, всё-таки в охрану, а? – запел он старую мелодию. – Меня там ещё помнят, я договорюсь с кем надо. Сгинешь ведь в рейдах, как папаша твой, вот ведь непутевый был мужик, тьфу!

– Не начинай. Обсуждали уже сто раз. Я нейро поставил, меня скоро в гильдию примут. Обещаю, ещё несколько месяцев, и мы съедем из этой помойки.

– Никуда я отсюда не съеду! – начал упираться дед. – Это мой дом! Тут я жил, живу и помру я тоже тут!

– Ладно-ладно, не кипятись, – я убрал тарелки в мойку. – Чай будешь?

– Плесни лучше, а?! – Видя мое недовольное лицо, он стал канючить, сведя почти вплотную большой и указательный пальцы: – Чуток всего, ночь уже, и я сразу спать.

– Смотри у меня, – сказал я, отпирая шкафчик.

Потом налил в два стакана, нарезал вяленого мяса и отнес на стол.

– Эх, внучок, смотрю на тебя, ты так на мать похож… Люблю тебя, дай небесные тебе здоровья, – опрокинув залпом содержимое, он прокряхтел: – Ох, хороша, зараза! Это шо, шестидесятка? – спросил старик сиплым голосом.

– Она самая, – тепло улыбнулся я. – Поздно уже, иди в душ и спать, герой-любовничек.

Дед ушел, а я, проглотив свою порцию шестидесятки, поморщился, закусил и посмотрел на ворта.

– А тебе пора на пост.

С этими словами я вышел на улицу.

Поставив ворта в режим охраны, я прогулялся по двору, заглянул в огород, распаковал немного гумус-геля и перемешал его с пищевым гелем, в котором росли наши овощи. Дед любил похвастаться своим урожаем, горделиво показывая: «Смотри, какой огурец я вырастил!». Ну вот пусть порадуется теперь; надеюсь, от этой дряни будет эффект, все руки в ней вымазал…

Я вернулся в дом, смыл гель и заглянул в спальню к деду. Тот уже мирно сопел в своей кровати, я укрыл его одеялом и направился к себе в комнату.

Отдыхая в постели после долгого и насыщенного дня, я крутил в руках войс-пластинку, доставшуюся мне в наследство от отца. Когда он погиб, гильдия передала деду всего три предмета: руку с имплантом, ворта и зашифрованную войс-пластинку. Из своих скромных сбережений дед выделил мне достаточно средств, чтобы я мог вживить себе отцовский имплант.

С вортом я разобрался довольно быстро, а вот с пластинкой до сих пор не мог ничего поделать. Обойдя множество специалистов, слышал лишь одно: «Нужен ключ или пароль», так что пластинка стала для меня просто чем-то вроде талисмана. Перед каждым рейдом я подбрасывал её в воздух, чтобы предсказать, будет ли вылазка удачной. Предсказаниям не верил, это был лишь ритуал, который помогал мне настроиться, напоминая, как погиб мой отец.

Когда я рассматривал войс-пластинку, вдруг сработал сканер, и я увидел сообщение: «Обнаружена зашифрованная войс-запись». Следом появился запрос: «Начать дешифровку?» Я мысленно нажал «Да». «Процесс дешифровки запущен, приблизительное время – десять часов», – гласило следующее сообщение.

Я сделал глубокий вздох, старясь успокоить разбушевавшиеся мысли. «Получилось! Столько лет – и наконец-то!» – крикнул я про себя. Глаза начали слипаться, и я, доделав все дела, уснул с улыбкой на лице.

…Надоедливые лучи зеленой звезды бесцеремонно слепили даже сквозь веки, и я с неохотой открыл глаза. Удивительно, но чувствовал себя бодрым. После легкой разминки, стараясь не вывихнуть челюсть от зевоты, отправился на кухню, чтобы разогреть завтрак.

Быстро закидав в себя «топливо», я, не дожидаясь старика, нацепил новые ботинки и, со словами: «Дед! Завтрак на столе! Буду вечером!» – выскочил во двор. Ворт послушно сканировал пространство на предмет нарушителей. Я отдал ему команду следовать за мной, толкнул плечом калитку и выбрался на улицу.

Глава 5

Трубы фабрик, торчащие, как остатки гнилых зубов заплесневелой старухи, уже коптили. Стоял полный штиль; смог, медленно расползаясь, затягивал небо мутной пеленой, создавая сумерки.

Втянув поглубже кислый, маслянистый сырой воздух, я бодрым шагом направился в центр города, туда, где располагались представительства гильдий и мастерских. «Дом, милый дом», – подумал я, ощущая вкус воздуха у себя во рту.

Улицы были полны народу: пьянь с опухшими лицами, слонявшаяся в поисках возможности «потушить горящие трубы», опаздывающие на свою унылую работу фабричные труженики, попрошайки, разносчики, зазывалы всех мастей… Улицы гудели, кричали, шумели, бранились на разный лад.

Солнце уже поднялось высоко. Чтобы сэкономить время, я принял решение добраться до центра на транспорте. Толкаясь на остановке в ожидании следующего трамта, направлявшегося в центр, я задумался над легендой, которую стоит рассказать Гордону.

Нейро я уже зарегистрировал и скрывать его установку смысла не имело: информацию о моем возвращении в город, скорее всего, уже переслали в гильдию. Требовалось придумать причину, почему я первым делом направился домой, а не туда, ну и вспомнить рассказ о моем чудесном спасении, который я поведал хранителю врат.

Погруженный в раздумья, я чуть было не пропустил нужный трамт, подхватил ворта на руки и успел запрыгнуть в последний вагон. «Да сколько же ты весишь? Растолстела, железяка рыжая, на диету тебя посажу!» – проскочила мысль, пока я, кряхтя, с вортом на руках пробивался к окну.

Трамт дернулся и со скрипом тронулся с места. Битком набитый человеческой биомассой вагон качнуло, раздалась ругань. Я молча наблюдал за мелькающими домами своего района. Картинка вскоре сменилась, небо посветлело, мимо пролетающие дома становились все более ухоженными, а улицы – более чистыми. Ближе к центру вагон постепенно начал пустеть, и я поставил ворта на лапки. Наконец раздался звуковой сигнал нужной мне остановки, и мы выпрыгнули на ухоженную каменную брусчатку улицы.

Воздух в центре ощущался другим: он пах дорогим парфюмом, большими деньгами и сытой жизнью. Пешеходные дорожки были пусты, так как основная масса проживающих и работающих в центре передвигалась на жужжащих энергомобилях. При взгляде на все это великолепие создавалось впечатление, что не было никакой войны и наш мир не являлся центром огромной свалки погибших миров.

Но – стоило случайному прохожему задержать свой взгляд на припаркованном энергомобиле, и он сразу же заметил бы следы многократного перекрашивания, шероховатости и потертости кузова, и все это свидетельствовало о том, что несчастный агрегат уже сто раз восстанавливали, подкрашивали и ремонтировали. Технологии выпуска были давно утеряны, заводы разграблены и разобраны на винтики. Наш мир жил на костях предыдущих поколений, цепляясь за блага, что создали наши давным-давно ушедшие предки.

Впереди замаячило двухэтажное здание гильдии, и я, ускорив шаг, перебежал улицу, стуча ботинками по камням. У входа дежурил робот-помощник «Бат-И», одетый в черный костюм, – издалека я даже принял его за человека. Он остановил меня, уточнив своим электронным голосом цель визита. Один его светодиодный глаз периодически затухал, создавая иллюзию подмигивания после каждой фразы. Улыбаясь, я ответил, зачем прибыл, и робот – видимо, получив по связи положительный ответ, – открыл передо мной дверь, пожелав на прощанье хорошего дня.

«М-да-а, не каждый может позволить себе робота-дворецкого вот так поставить дежурить на входе, не зря я положил глаз на эту гильдию. Живут они точно не бедно», – размышлял, я, шагая по зеленой ковровой дорожке к стойке администрации.

Миловидная стройная девушка, широко улыбнувшись, показала мне свои белые и красивые зубки. Я улыбнулся в ответ, но более скромно. Что тут и как происходит, я не знал, поэтому вкратце объяснил ей, чего хочу. Девушка, выслушав меня и продолжая широко улыбаться, указала мне на кресло рядом и попросила подождать.

Не успел я как следует разместить свою пятую точку на удобном сиденье, а меня уже подозвали к стойке. В этот раз ко мне обратился угловатый тощий парень в белой рубашке.

– Здравствуйте, Алан. По поводу вашего вопроса… В нашем офисе мы не сможем вам помочь.

– Э-э… тогда как мне быть? – растерялся я.

– Не переживайте, мы уже во всем разобрались, вам необходимо направиться в офис гильдии, находящийся в цеховом районе; капитан Гордон будет ожидать вас там в течение двух часов, – ответил мне парень гнусавым голосом.

– Спасибо.

– Вызвать вам энергомобиль?

– Не надо, на своих доберусь, – буркнул я в ответ и, выходя из здания, немного поругал себя за собственную тупость: «Ну конечно, дебил! Кто будет заниматься разборкой добычи в центре города? Да и слоняющиеся рейдеры тут никому не нужны». С помощью нейро отыскал на карте нужную остановку трамта и направился в цеховой район.

Людей в вагонах тряслось немного, поэтому я, чуток обнаглев, после оплаты проезда развалился на потертом кожаном сиденье и усадил ворта на соседнее. Проходящие мимо пассажиры в поисках свободных мест неприязненно косились, но моя довольная и бесстыжая физиономия отбивала у них желание делать мне замечание.

Цеховой район хоть и соседствовал с моим фабричным, но воздух здесь был почище, отсутствовал этот маслянистый кислый привкус. Найдя с помощью нейро на карте здание гильдии, я неспешным шагом двинулся туда, разглядывая пешеходов и снующих туда-сюда роботов-ремонтников всех мастей.

Район специалистов. Тут ремонтировали, восстанавливали, чинили всё, найденное за пределами города. Огибая мастерские, где работники, громко гогоча, обменивались непристойными шутками и крутились возле поломанных энергомобилей, я добрался до здания гильдии. Оно выглядело гораздо скромнее своего собрата в центре: возле входа не было робота, да и двери – обычные створки, снятые с какого-то космического корабля.

Войдя внутрь, я направился к стойке, где девушка в легком кевларовом доспехе, сидевшая на высоком барном стуле под светом лампы, что-то записывала в журнале. Не отрываясь от записей, но явно заметив меня, она спросила:

– Чего тебе?

– Мне нужен Гордон.

– Дальше по коридору, вторая дверь справа. Она всегда открыта, найдешь, – ответила она, продолжая выводить закорючки в журнале.

Я хмыкнул и направился в указанном направлении. Дверь действительно оказалась открыта, и, подойдя ближе, я услышал знакомые голоса. Помимо Гордона в комнате отдыха – а ничем другим ее назвать было нельзя – на обшарпанных диванах и креслах разместился мой бывший отряд. Лоренс и Альма сидели рядом, передавая друг дружке никотрон, и с блаженными улыбками идиотов выпускали в воздух струи зеленоватого дыма. Валеб сидел отшельником и молча пил горячий чай из глиняной кружки, Ролин увлеченно рассказывал капитану какую-то историю. Гордон, внимательно слушая инженера, периодически хмурил брови и кивал по ходу рассказа. Заглянув в проем, я скромно спросил:

– Можно?

– О-о-о, штраф нашелся! – дуэтом, ликуя, прокричали Альма с Лоренсом.

На веселую парочку опустился тяжелый, хмурый взгляд капитана, и они тут же притихли, сделав вид, что кричал кто-то другой. Гордон пристально осмотрел меня снизу вверх, словно до сих пор не веря, что я жив, здоров и даже сам нашелся. Прочистив горло кашлем в кулак, он кратко велел:

– Присаживайся и рассказывай.

Найдя взглядом удобное свободное кресло, я разместился в нем и, ловя на себе пристальные внимательные взгляды, спросил:

– С чего начать?

– С момента, когда мы разминулись, а точнее, когда ты провалился, – ответил мне кэп.

Я практически слово в слово повторил свой рассказ, который был озвучен ранее хранителю врат. Слушатели мне попались хорошие и ни разу не перебили. Когда же я закончил, в комнате наступила минутная тишина, которую прервал звук шипения никоторона и громкий выдох Альмы.

– Трогательная история, – жестко сказал Гордон. – Расплачиваться с нами как будешь?

Резкая смена настроения капитана ввела меня в ступор, и единственным, что я смог выдавить из себя, было:

– Это что, шутка такая?

– Никаких шуток, – подключалась Альма. Ее злой взгляд уперся в меня. – Кинул нас и с наглой мордой заявился со сказками?! Так не пойдет; да, ребята?

Остальные, кроме капитана, кивнули, поддерживая, и тут до меня наконец дошло, что происходит. Возвращается чудесным образом пропавший трекер: физиономия довольная, установил нейро, приоделся, а с ним еще и ворт, прошедший апгрейд. Пазл тут же сложился в моей голове, я усмехнулся и нагло ответил:

– Ты нечего не перепутала? Это вы меня кинули, бросив там умирать! – Я сделал злое лицо и выпалил: – Встречный вопрос: как вы расплачиваться со мной будете?

– Да ты ох…л! – Лоренс хотел вскочить, но тяжелая рука капитана, опустившаяся ему на плечо, вернула бойца на место. По комнате разнесся гул недовольных голосов.

– Молчать! – гаркнул Гордон. – Ты хочешь сказать, Алан, что вся добыча при тебе?

– А я говорил, что слил ее скупщикам? По-вашему, выходит, я покрасоваться сюда пришел?

– Ответь на вопрос, – кэп сменил тон на более спокойный и добавил: – Пожалуйста.

Посмотрев на капитана, Альма округлила глаза, рядом сидящий Лоренс подавился дымом и громко закашлялся. Видимо, слово «пожалуйста» звучало из уст кэпа очень редко, подметил я – и ответил, делая вид, что все еще злюсь.

– Конечно, при мне; ее тут распаковать? – протянул я ладонь.

– Не стоит, – ответил капитан, вставая. – Пошли, остальные ждут тут.

Я послушно вышел вслед за капитаном в коридор, бросив взгляд на Валеба. Он все так же сидел отшельником, попивая свой чай, и в целом вел себя, будто нечего не произошло. «Вот же чудики эти итьюторы», – проскочила у меня мысль.

Мы добрались до тяжелой металлической двери, которая сильно выбивалась из общего интерьера коридора. Капитан прислонил ладонь к панели, через секунду та загорелась зеленым, и дверь с шипением приоткрылась. Дернув за ручку, капитан потянул ее на себя. Мы зашли в просторную комнату, где у стены за рабочей панелью гала-монитора в перекошенном офисном кресле, спиной к нам, сидел тучный мужик в грязной рубашке.

– Хэл, прими добычу! – крикнул капитан.

Толстяк вздрогнул и обернулся.

– Ах, это ты, Гордон… Что там у тебя?

Глянув на его заплывшие щеки, два подбородка, масляный от пота лоб и нос, я подумал: «Неужели еще остались такие? При всех возможностях… Неужели ему нравится быть таким?»

– Вторая часть с последнего рейда, – сказал капитан и, глянув на меня, продолжил: – Наш трекер слегка задержался.

– Секунду, кэп.

Кресло под толстяком мучительно заскрипело. Он, кряхтя и охая, заставил себя подняться и направился к нам. Глянув на меня, спросил:

– Прошивка с сортировкой установлена?

– Да, – кратко ответил я.

– Замечательно; говори, что там у тебя.

Я вывел картинку содержимого рюкзака перед глазами и прочитал ее.

Толстяк кивнул, колыхнув свои подбородки, и грузной походкой скрылся в проеме подсобки. Там что-то загрохотало, и через минуту мы услышали: «Кэп, помоги».

Гордон покачал головой и ушел вслед за толстяком. Спустя несколько минут они вдвоем вынесли большой пластиковый контейнер и разместили его на весах посреди комнаты. Указав пальцем-колбаской на него, толстяк бросил короткое: «Гумус-гель сюда», – и отошел в сторону.

Я последовал его указанию, после чего толстяк протянул ладонь, и контейнер исчез. Следом я вывалил головы многоножек, которых толстяк обозвал трудно выговариваемыми словами «сколопендроморф первой стадии эволюции». На шкуре теневой пантеры он задержался, внимательно рассматривая чешуйки, а на хлам, что мы собрали в отсеках, не обратил никакого внимания, отправив нас за дверь со словами «не мешайте с расчётами».

Идя обратно по коридору, кэп резко остановился и посмотрел мне в глаза:

– На ребят не сердись, косяк мой.

Я кивнул, и мы молча зашли в комнату отдыха.

В комнате за время нашего отсутствия появилась пара неизвестных мне личностей, которые стояли особняком от отряда. Увидев капитана, кивнули ему в знак приветствия и продолжили свой разговор. Я разместился в том же кресле и вопросительно посмотрел на капитана.

– Хочешь узнать, почему мы тебя не спасли?

– Хотелось бы, – криво улыбнулся я.

Капитан посмотрел на итьютора, но тот упорно делал вид, что его это не касается.

– Валеб! – не выдержал капитан.

Итьютор вздрогнул, его плечи поникли, он нехотя встал и, нарочито медленно шаркая башмаками по полу, направился к нам.

– Извини, Алан, – первое, что я от него услышал. – Мы искали спуск на нижний уровень, но потом твоя сигнатура резко пропала, я совсем не чувствовал тебя, поэтому и сказал ребятам, что ты мертв.

Он опустил глаза в пол, словно ребенок, который спер из кармана матери синтэксы, чтобы спустить их с друзьями в игровой комнате.

После минутной тишины капитан встал и оглядел свой отряд.

– Все свободны! Кому нужен расчет сегодня, ждите. – Затем обратился ко мне: – Давай пройдемся, устрою тебе экскурсию.

Заметив, как Ролин показывает мне поднятый большой палец, я поспешил за кэпом.

Поравнявшись с ним в коридоре, спросил:

– А зачем мне экскурсия, кэп? Неужели…

– Да, – перебил он меня. – Я знаю, что ты писал прошение на вступление.

– То есть…

– Да, – не давая открыть мне рот, ответил капитан. – Мы не берем кого попало, не разочаруй нас, парень.

– Тогда…

– Приписан к нам в команду.

Манера общения капитана раздражала, но новость о том, что меня приняли, сглаживала на данный момент все. В голове заметались планы на то, что делать дальше, мечта выбраться из вонючего фабричного района становилась все ближе.

– Оружейная, – голос капитана вернул меня в реальность.

Я посмотрел на стальную крепкую дверь с табличкой, и мы направились дальше. Обойдя все комнаты, добрались до конца коридора на втором этаже и остановились перед ободранной деревянной дверью без таблички.

– База знаний гильдии, – махнул рукой на дверь капитан.

– Можно мне туда?

– Отдел кадров запомнил? Сперва регистрация и допуск, – указал Гордон рукой на панель замка.

– Тогда мне…

– Свободен, сбор завтра в десять.

«Как же он бесит порой!» – подумал я, пожимая его руку.

Попрощавшись с капитаном, я поспешил в отдел кадров. Это оказалась тесная комнатушка, пропахшая дешевым парфюмом, сплетнями и разочарованием в мужской половине человечества. За четырьмя рабочими столами с панелями сидели женщины средних лет, круглощекие, с ярко накрашенными губами, носившие похожие прически. «Они сестры, что ль?» – подумал я, ища глазами ту, кого можно было бы потревожить.

Завидев меня, дамы оживились, их спины и плечи выпрямились. Бросая на меня заинтересованные, томные взоры, они продолжали ловко стучать своими длинными ухоженными коготками по панелям гала-компьютеров. Одна, окинув меня взглядом, приятно мне улыбнулась.

– Девоньки, смотрите, какого красавчика к нам занесло, – посмотрела она на своих коллег так, будто те меня не заметили.

– Новенький? – подключилась вторая.

– Да. Гордон сказал, надо пройти регистрацию.

От их взглядов я почувствовал, как у меня вспыхнули щеки.

– Присаживайся. Да не робей ты так, стесняшка! – игриво промурлыкала она. – Имя?

– Алан Хромир.

Ловко стуча ноготками, она внесла мои данные в компьютер, особо акцентируя внимание на вопросах, женат ли я и есть ли у меня дети.

Одна из дам предложила мне кофе и достала сладости. Слушая мой рассказ о последнем рейде, женщины театрально хватались за сердце и вздыхали. Пока я рассказывал, они сняли мои биометрические данные с помощью сканера.

Когда процесс регистрации был окончен, я, кое-как отбившись от новых расспросов и сославшись на то, что у меня осталось совсем мало времени, смог покинуть эту обитель нехватки мужского внимания. Под обещание, что обязательно загляну в гости, получил талон и направился на склад.

В прокуренной темной комнате хмурый кладовщик в обмен на этот талон выдал мне повязку с гербом гильдии и два металлических жетона. Один необходимо было носить на шее, второй служил удостоверением.

Бюрократические процедуры закончились, и теперь я стал официальным членом гильдии. Глянув на часы в нейро: «Заскочу ненадолго», – я поспешил в кабинет базы знаний.

Глава 6

Я приложил ладонь к замку, услышал тихий щелчок, и дверь открылась. Внутри небольшого кабинета, выложенного белыми плитками, царили полумрак, прохлада и пахло озоном.

Тихий гул покрытых белой керамикой будок со светодиодными лампами смешивался с писком неизвестных мне приборов, стоящих на тумбах. На одной из них в зеленоватой колбе плавал мозг, опутанный тонкими проводами. Судя по его размерам и форме, он не принадлежал человеку.

Осмотревшись, я заметил в углу стол с гала-компьютером. Не теряя времени, направился к нему. Приложив ладонь к панели, почувствовал, как она мигнула и разблокировалась.

– Даров, чел! – раздался жизнерадостный голос с потолка.

От неожиданности я чуть не полетел со стула. Вскочив, начал оглядываться по углам, пытаясь понять, откуда исходит звук.

– Я здесь! Левее, на тумбе, на колбу смотри, – подсказывал голос, помогая мне.

– Ты тот самый мозг?

– Зови меня Амп. Извини, что напугал. Не знаю почему, но я просто обожаю так делать.

– Алан, – буркнул я, продолжая пялиться на комнату.

– Тут только мы. Понимаю, что в это сложно поверить: плавающий в колбе мозг, который еще и разговаривает. Но что поделать, такой уж я.

– Кто ты? – спросил я, все еще не веря своим глазам.

– Автономный модуль памяти, сокращенно Амп. Испугался говорящего мозга? Не переживай, я тоже вижу тебя впервые. Ха-ха!

– А ты всегда был таким?

– Сколько себя помню. Не заморачивайся. Я привык. Зачем пришел?

– Узнать кое-что хотел, – честно ответил я.

– Ты по адресу, ха-ха! Спрашивай меня или отправляй запрос через гала-компьютер.

– Угу.

– Не против, если я иногда буду задавать тебе вопросы? Меня редко навещают, а тут так скучно.

– Валяй, – разрешил я, составляя данные по запросу.

«Говорящий мозг в банке, которому скучно. Какой извращенец такое придумал? Ладно, поищем в первую очередь, кто такой нейромант», – текли мысли, пока я тыкал в клавиши.

– Нейромант? Впервые слышу! Это специализация рейдеров?

– Может, ты подскажешь, кто это?

– Конечно! Сейчас пораскину мозгами. Ха-ха! Я вывел на экран все известные специализации рейдеров… упс, а нейроманта там нет.

Я уставился на экран, где красовался список специализаций. «Так… «Итьютор – человек, прошедший мутацию, обладает сверхспособностями по обнаружению». Это мы и так знаем. «Установка нейромодуля блокирует их способности». Ага, так вот почему они все без нейро ходят. Кто там дальше? «Трекер – он же грузчик или носильщик, имеет имплант свёрнутого пространства от пятидесяти кубов, обязательна прошивка импланта до возможности сортировки». Понятно, ну это про меня», – вчитывался я в список специализаций.

Далее шли лучник, медик, классы бойцов – тяжелый и средний, – всё это я и так знал, но нейроманта или чего-то схожего по названию, как и сказал Амп, среди них не было.

– Слушай, Амп, у тебя есть информация по протоколу «Скрижаль Небес»?

– Хм, ну и запросы у тебя! Впервые мне дают два запроса подряд, на которые я не в состоянии ответить, – голос его на мгновение утратил жизнерадостность, и мозг ненадолго умолк. – «Небес», «Небес»… это связано с Небесным городом?

– Не знаю; всё таинственное в этом проклятом мире так или иначе связано с ним, – сказал я с грустью.

– Выше нос, Алан! Я перетрясу все архивы по Небесному городу. Если найдется хоть одно совпадение, отложу файл для тебя!

– Спасибо… э-э-э… Амп.

– Хоть я сейчас и чувствую себя безмозглым – ха-ха! – что еще поискать?

– Думаю, пока ничего. Ладно, бывай! – направился я к выходу.

– Стой, Алан! Можно тебя кое о чем попросить? – поинтересовался мозг тихим, заговорщическим тоном.

– А? Смотря что. – Мне стало любопытно.

– Будешь на черном, купи мне пару войс-пластинок с музыкой, пожалуйста. Любые, на свой вкус.

– Эм… любые?

– Да, если не затруднит.

– Ладно, но с тебя инфа по Небесному городу!

– Заметано, братуха! Ха-ха! Ой, то есть Алан. Я поищу.

Сбежав из логова говорящего мозга, я спустился на первый этаж и заглянул в комнату отдыха. Отряда Гордона там не было, и я логично предположил, что их уже рассчитали, а раз так, надо и мне наведаться к казначею.

Отстояв небольшую очередь и показав значок в бронеокне, я получил свои первые заработанные в гильдии синтэксы. Похрустев новенькими купюрами, раскидал их по карманам и направился на выход.

«Сто тысяч за короткую, по сути, вылазку! Ох и не зря я сюда рвался! Жирно живут гильдейские».

Мысль о деньгах грела душу.

Часы сказали мне, что я пока еще успеваю заскочить на черный рынок. Не теряя времени, я поймал энергомобиль. Хмурый пилот, узнав о точке назначения, указал на заднюю дверь со словами: «Если робот испортит сиденье…». Я кивнул и разместился сзади, усадив ворта на коврик. Энергомобиль плавно тронулся с места и, сигналя нерасторопным прохожим, повез меня на рынок.

Черный рынок – это центр торговли в столице Тринополиса, поистине атмосферное местечко. Тут торгуют всем и вся, проводят подпольные аукционы, устраивают бои на арене, делают ставки. На окраинах находятся закрытые клубы – на любой, самый извращённый, вкус, а также есть «красная» улица и переулок с подпольными клиниками по установке имплантов.

Рассчитавшись с пилотом, я устремился к торговым рядам. Ленивые продавцы, понимая, что сегодня будний день и покупателей под вечер уже можно не ждать, начали убирать товар с прилавков и запирать киоски. Торговые ряды практически пустовали, и мы с вортом быстро добрались до нужного магазинчика. Открыв дверь, известившую о моем приходе звяканьем колокольчика, я вошел внутрь.

За прилавком скучала молодая девушка с ярко-розовыми волосами, уложенными в прическу в стиле пикси, – я знал это, хотя сей шедевр и не было видно из-под накинутого на голову капюшона балахонистой, безразмерной кофты. Длинные пушистые ресницы, за которыми прятались большие голубые глаза; аккуратный, слегка вздернутый носик; розовые щечки и пухлые губы. Она листала ламинированные довоенные картинки и периодически качала головой в такт играющей в магазине музыке.

При виде меня ее и без того огромные глаза расширились, ротик приоткрылся, показывая ровный ряд белых зубок.

– Ал! – закричала она.

Выскочив из-за прилавка, девушка с разбега запрыгнула на меня, обхватив ногами мои бедра. Ее губы впились в мои, и, когда наш поцелуй закончился, она, взяв в ладони мое лицо, посмотрела в глаза.

– Ты куда пропал?!

– Прости. Рейды, дела… Замотался немного, – ответил я, покрепче стискивая ее упругую попку.

Девушка вывернулась и встала на ноги. Посмотрев на меня, серьезно произнесла:

– Я так волновалась, Ал! Ты никогда не пропадал так надолго. Что-то случилось?

– Можешь меня поздравить! – гордо выпятил я грудь, где красовался значок гильдии.

– Ви-и-и! – раздался радостный визг. – Я так счастлива за тебя! Поздравляю!

Она запрыгнула на меня во второй раз, и мы продолжили целоваться. Когда наконец отлипли друг от друга, она опустила взгляд.

– О, а это еще кто с тобой?! – Ее брови мило нахмурились. – Ты куда моего малыша дел?!

– Это он и есть! Апгрейд прошел. Нравится? – посмотрел я на ворта. – Ворт, помаши Эллиоре лапкой. Ну давай, как мы учили!

Я запустил алгоритм через нейро, ворт поднял лапку и помахал ею в знак приветствия. Эллиора присела на корточки перед вортом и погладила его по корпусу.

– Хороший мальчик. Кто у нас тут такой красивый, новенький, гладенький, а? – мило воркуя, Элла продолжала поглаживать робота.

– Слушай, я сейчас ревновать начну.

– Посмотрите на него, какой большой бука! Ревнует он! Может, пойдешь ко мне жить, малыш? – не унималась Элла.

Ворт пискнул и пробежал пару кругов вокруг нее. Она вскочила и засмеялась.

– А я тебе говорила, что он меня больше любит!

– Еще бы! Разве тебя можно не любить? – Я любовался Эллой и, пытаясь убрать с лица улыбку блаженного идиота, спросил: – Чем займемся? Может, сходим отметим?

– Не выйдет, Ал, извини, – ее глаза погрустнели. – Отец просил не задерживаться: к нам кто-то из родни приехал.

– Да ладно, нет так нет, – я театрально поклонился. – Позволите вас проводить, моя принцесса?

Элла улыбнулась и, сделав реверанс, ответила:

– Позволяю, мой храбрый рейдер. – Она развернулась и направилась к подсобке. На ходу кинула, не оборачиваясь: – Подожди, только магазин закрою.

– Постой! Элла, у тебя еще остались те войсы с «Грозовым монахом»?

– Зацепили? – она хитро улыбнулась. – Я же говорила, вещь! А куда ты старые дел?

– Да это не для меня, ты не поверишь…

Я убрал стопку войс-пластинок с музыкой в карман и, пока Элла закрывала магазин, рассказал ей, как меня приняли в гильдию и для кого купил музыку.

– Мозги в банке попросили тебя купить музыку послушать? Ты меня точно не разыгрываешь?

– Его зовут Амп. Ага, представляешь, он еще и шутить пытается! Впервые вижу такой модуль.

– Знаешь, Ал, – тихо сказала Элла, – вот смотрю я на них порой, – она опустила взгляд на идущего с нами ворта, – и мне кажется, что они как будто живые, все понимают и умеют чувствовать.

– Может быть, – я улыбнулся и крепко прижал ее к себе.

Мы взялись за руки и направились на выход с рынка. Я поймал энергомобиль, под ворчанье пилота усадил ворта с Эллой назад, а сам прыгнул вперед и назвал адрес. Не знаю почему, но во мне постоянно возникал протест, когда мне предлагали положить ворта в багажник.

Элла жила в элитном районе на востоке, где в основном обитали небедные граждане, такие как владельцы магазинов, крупные мастеровые, члены гильдий, которые занимали высокие посты, иногда на улицах встречались и благородные.

Наблюдая за мелькающими за окнами электромобиля ухоженными частными домиками и прохожими, чья одежда стоила как месячная зарплата фабричного работника, я представлял, что и сам однажды поселюсь здесь.

Энергомобиль плавно остановился возле дома Эллы, я, не отпуская пилота, вышел первым и открыл ей дверь. Элла уже хотела страстно поцеловать меня на прощанье, но, заметив, что на пороге стоит ее отец, скромно чмокнула в щеку и со словами: «Жду тебя в магазине», – направилась к двери. Провожая ее взглядом, одетую в безразмерную кофту и широченные штаны, я знал, что под ними скрывалась обалденная фигура и стройные гладкие ножки.

Злой взгляд ее отца прожигал меня насквозь, но я с наглой улыбкой кивнул ему в знак приветствия и запрыгнул на задние сиденье.

Узнав следующий адрес, пилот недовольно поморщился и, буркнув: «Только до границы района», – развернул свой энергомобиль.

Солнце уже давно село за горизонт, когда мы подкатили к этой самой границе. Я сунул пилоту пару купюр и пожелал хорошей дороги. Как только выбрался из салона вместе с вортом, пилот, резко дав по газам, исчез из моего поля зрения. Запах родных улиц тут же ударил в нос, я поморщился и, бодро шагая по грязным улицам, направился домой.

Решив срезать, я пробирался по узкой улочке, зажатой между домами. Под ногами то и дело попадались кучи мусора, а в них – спящие бездомные. Я старался не наступать на них, но каждый раз, спотыкаясь, слышал недовольную ругань. Уже почти выбравшись на центральную улицу, наткнулся на троих. Они стояли, перекрывая дорогу, как будто ждали меня.

Трое. Оборванцы, от которых несло дешевым пойлом и потом. Один с куском ржавой трубы, другой – с «розочкой». Третий, ближайший ко мне, пытался крутить в руках нож, но тот раз за разом выскальзывал из его пальцев, со звоном падая на асфальт.

Я сделал шаг назад, притворившись испуганным. В памяти всплыл взгляд отца Эллы – холодный, оценивающий. «Сюда, мои овечки, – прошептал я, и на губах сам собой появился оскал. – Дядя Алан сегодня не в настроении, и вы ему поможете».

– Эй, урод! – начал ближайший, но закончить не успел.

Рывок – и я уже вплотную к нему. Удар в челюсть, хруст, и он падает на своего товарища с «розочкой». Оборванец с трубой только успевает замахнуться, как я уже рядом. Мой ботинок со всей силы врезается ему в колено. Его нога выгибается под неестественным углом, и он валится на землю с криком.

Остается один – тот самый, с «розочкой». Он скидывает с себя своего оглушенного напарника и смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

– Ну, чего ждешь? – спрашиваю я, чувствуя, как адреналин пульсирует в висках.

Он делает шаг назад, потом еще один, разворачивается и бросается наутек.

– Не в мою смену, – бросаю я ему вслед и устремляюсь за ним.

Бежать ему пришлось недолго. Через пару десятков метров я догнал его, пнул по ногам, и он упал на асфальт, скуля, как пискун, которому прищемили хвост.

Я стоял над ним, понимая, что сегодня ночью кто-то явно ошибся адресом. Пару раз хорошенько пнул его, да так, чтобы понял: нападать на людей ради пары синтэксов – плохая идея. Жизнь в этих трущобах научила меня постоять за себя. Я не раз дрался с такими же бродягами, и сегодняшний случай не исключение.

Идя по этой узкой улочке, я даже где-то внутри надеялся, что кто-то из этих мразотных бандюг мне попадется. И что они первыми спровоцируют драку.

Жалеть их? Нет. Если бы не я, им мог бы попасться какой-нибудь рабочий, уставший после смены. И тогда я не уверен, что все закончилось бы так же. А со мной они получили урок, и, возможно, их жизнь после этого изменится, а нет – так туда им и дорога. Нарвутся в конце концов на того, кто не станет церемониться, а просто забьет их до смерти.

Мне полегчало, и, напевая про себя ритм любимого трека «Грозового монаха», я бодрой походкой направился к дому.

Во дворе было тихо. Свет в спальне намекал, что дед, скорее всего, засел за чтение со старой книгой в своем кресле. Я, оставив ворта на охране, открыл замок и дернул ручку двери.

– Я дома! – крикнул с порога, скидывая ботинки. – Старый, ты есть будешь?

– Буду! – донеслось из спальни.

Я разогрел еду, накрыл на стол и позвал деда. Первым делом похвастался, что меня приняли в гильдию. Рассказал, что забегал к Элле. Дед тут же запел свою песню, что пора уже ему стать прадедом.

– Ты же знаешь, она из Краунов.

– А мы Хромиры, че такого-то?

– А то, что Краунам принадлежит половина фабрик в нашем районе!

– И чаво? Упустишь ведь девку.

– Все, давай не будем! – сказал я раздражённо.

– Тогда жетон доставай, обмоем! – дед хитро прищурился. – Дело такое, обязательно обмыть надобно.

Я не стал спорить: повод и вправду был. Открыл замок шкафчика и достал особую шестидесятку. Купил я ее еще пару лет назад, пятьсот синтэксов отдал, между прочим. Разлил нам с дедом по стаканам, нарезал закуску и поставил все на стол.

Глаза деда аж заблестели, он заерзал и сказал:

– Ну, чего ждешь? Кидай уже жетон.

Я подчинился, снял с шеи значок гильдийца и опустил его в стакан вместе с цепочкой. Дед поднял руку перед собой, мы чокнулись и на выдохе выпили залпом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.