# Интуиция, которой можно доверять. Новые быстрые технологии развития

Павел Стариков

В 1904 году отставной капитан В.И. Дронов был поражен разрядом молнии. Через несколько месяцев после происшествия у пострадавшего открылся дар предвидения. А с 1905 по 1912 год, играя акциями на бирже, Дронов стал одним из самых богатых людей Воронежской губернии. Сегодня подобные случаи внимательно изучаются.

Книга рассказывает о современных исследованиях и новых технологиях пробуждения интуитивных способностей. Освещаются различные формы взаимодействия с бессознательным разумом.

Даются конкретные техники, которые помогут читателю получать четкие, хорошо различимые сигналы от интуиции. Чтение позволит настроиться на здоровье, максимум продуктивности, долголетие.

## Введение

В книге вы узнаете о новых подходах к развитию и использованию интуиции. В ближайшем будущем эти направления могут радикально изменить наше представление о возможностях человека, который учится, думает, вдохновляется и практически не стареет.

Поскольку мы с вами собираемся посетить интересную, но малоизученную область знаний, то будем опираться на проверенные факты, результаты экспериментов, эмпирический опыт практиков и иногда на рассуждения. Мы обратим внимание на современные исследования в области бессознательного разума, околосмертных переживаний, особых состояний, нейробиологии, творческих решений и предвидения.

Нами разработано несколько приложений в открытом доступе, которые позволяют в режиме биологической обратной связи научиться получать ответы от интуиции и бессознательного разума. Приложения выполнены в виде игр. Действительно, в игровом состоянии способность к предсказанию будущего, демонстрации экстрасенсорных феноменов возрастает в 3-4 раза. Такая статистика была получена в массовых исследованиях экстрасенсорики и предвидения под руководством доктора медицинских наук А. Г. Ли. Обследовав шесть тысяч человек, ученые установили, что каждый человек в моменты игры гораздо лучше справляется с предсказанием будущих событий[1].

Давайте в самом начале нашего знакомства с интуицией расширим круг представлений об этой удивительной способности и начнем с обсуждения проблематики, что происходит с людьми, «вернувшимися с того света». Феномен получил название «околосмертный опыт» (ОСО) или «околосмертные переживания».

## Глава 1. Последствия околосмертного опыта и интуиция. Что уже известно науке?

Случаи оживления людей после клинической смерти известны с самых давних времен. Сегодня, благодаря успехам реанимационной медицины, их становится все больше и больше. Накоплены свидетельства тысяч людей. Эти данные зафиксированы в протоколах интервью и опросов, тщательно систематизируются и изучаются учеными-энтузиастами.

Одно из первых подробных описаний околосмертного опыта (ОСО) рассказывает о случае, произошедшем в Воронежской губернии в 1904 году. Отставной капитан Владимир Игнатьевич Дронов в возрасте 50 лет был поражен разрядом молнии во время охоты. Особых повреждений тела замечено не было, но все металлические пуговицы на одежде таинственно испарились, а лошадь под охотником была убита. Спустя некоторое время у пострадавшего открылись необычные способности. Лечащий врач капитана Дронова описал их в брошюре "Революционные способы лечения электричеством" (1921 г.).

Автор брошюры – доктор Кулишевский, свидетельствовал, что через несколько месяцев после происшествия у Дронова на лысине стали бурно расти волосы, а на месте выпавших зубов прорезались новые. Дополнительно обнаружились экстрасенсорные способности. У бывшего капитана появилась способность снимать головную и зубную боль страждущих, немного поводив возле их головы руками. Открылся дар предвидения. Дронову стало необыкновенно везти при игре в карты, а также на бирже. Отставной капитан покупал за бесценок акции, которые вдруг неожиданно резко росли в цене.

С 1905 по 1912 год Владимир Игнатьевич Дронов, играя акциями на бирже, стал одним из самых богатых людей Воронежской губернии, а в 1913 году он переехал в США. Во время последней встречи с доктором Кулишевским перед самым отъездом в Америку Дронов сообщил врачу, показав на карту Европы и ткнув в сербский Сараево: «Под Воронежем ударила молния, которая изменила меня, а тут скоро ударит молния, которая изменит мир».

Доктор Кулишевский предполагал, что удар молнией стимулировал развитие некоторых участков головного мозга, отвечающих за способность к исключительному анализу событий и внешне проявляющих себя как феномен ясновидения. Поскольку брошюра была опубликована в 1921 году, то доктор Кулишевский выражал революционную убежденность в том, что подобные способности должны быть у каждого. Он писал: «Необходимо опытным путем воспроизвести то, что случилось спонтанно с Дроновым в 1904 году. Для этого следует воздействовать на человека искусственными электрическими разрядами, найдя среди различных комбинаций ту, которая подстегнет мозг в его развитии. И я близок к решению задачи».

Дело оказалось, однако, вовсе не в молниях и электрических ударах. В поле научного зрения все чаще стал попадать другой феномен. Независимые исследования показали, что особую роль в неординарном усилении интуиции играет околосмертный опыт (ОСО).


Что такое околосмертный опыт (ОСО)?

Часть людей, переживших клиническую смерть и вновь возвращенных к жизни, сообщает о близких по своей структуре переживаниях в момент умирания. Доктор Рэймонд Моуди первым систематизировал эти описания, выделив ряд часто повторяющихся эпизодов.

Сначала умирающий отделяется от своего тела и видит его со стороны. Затем следует полет по туннелю, пересмотр жизни, встреча с умершими родственниками, беседа с Высшим существом, излучающим любовь. Моуди придал феномену ОСО широкую известность. Вслед за Моуди врачи, социологи, психотерапевты, философы, вдохновленные перспективами научного изучения таинственной жизни человеческой души, по возможности систематично, стали изучать этот феномен. За полвека исследований было установлено, что одно из наиболее общих последствий ОСО – развитие интуитивных способностей.

Как свидетельствует Пим ван Ломмель (врач, исследователь околосмертных переживаний): «К своему изумлению и замешательству, носители ОСО часто испытывают обострение интуитивной чувствительности – ясновидение, яснослышание, ясночувствование или видят вещие сны о событиях, которым еще только предстоит произойти. ОСО, по-видимому, навсегда повышает их принимающую способность. Можно сравнить это с телевизором, который обычно показывает нам только первый и единственный канал, вещание нашего личного сознания, а после ОСО выдает нам также каналы 2, 3 и 4 с проявлениями сознания других людей»[2].

Согласно исследованиям Шери Сазерленд, у людей, имевших околосмертный опыт, наблюдается появление целого спектра интуитивных дарований[3]:

развитие интуиции – 92% случаев,

телепатия – 86%,

предвидение – 86%,

осознанные сновидения – 79%,

дежавю – 85%,

ясновидение – 71%,

целительство – 65%,

восприятие ауры – 47%.

Довольно часто те, кто прошел через околосмертный опыт (ОСО), описывают изменения своей психики таким образом: «Раньше я понятия не имел о духовности, она меня не интересовала. Но теперь я ощущаю в себе пророческие способности, благодаря которым могу помогать окружающим. У меня есть ״шестое чувство״. Со временем я научился принимать его. Оно просто стало частью моей жизни. В настоящее время я в самом деле полагаюсь на свое чутье, а как только я начинаю задумываться, все идет наперекосяк. Но моя повышенная восприимчивость также создает немало проблем, из-за нее возникает напряжение между теми, кто не понимает и отвергает ее, и любопытством со стороны тех же людей. Я научился прислушиваться к своему организму. Я безмерно радуюсь жизни. Теперь мне известно то, чего до получения опыта я никогда не замечал. Я считаю, что люди разучились жить, слушая свое сердце»[4].

У тех, кто имел околосмертный опыт (ОСО), наблюдается ряд изменений. Меняется сенсорная чувствительность, появляется синестезия (при синестезии сенсорные впечатления взаимодействуют: запахи можно видеть, звуки обретают цвета…). ОСО также приводит к повышению чувствительности к громким шумам, вызывает стремление к тишине, побуждает предпочитать умиротворяющую музыку.

Следует отметить, что способности людей, переживших ОСО, чаще всего раскрываются не сразу. Деннион Бринкли (подобно Владимиру Дронову, он также перенес клиническую смерть от удара молнии) рассказывает, что его интуитивные способности после возвращения к жизни появлялись постепенно. Сначала он стал непроизвольно читать невысказанные мысли людей, даже иностранцев. Затем стали открываться еще более необычные умения.

Деннион Бринкли начал видеть своеобразные «фильмы». Стоило ему посмотреть на кого-нибудь, как внезапно он начинал видеть отрезки чужой жизни. Или достаточно было взять в руки предмет, принадлежащий кому-нибудь, как перед глазами появлялись сцены жизни его владельца. Иногда Бринкли притрагивался к какой-нибудь вещи и видел её историю[5]. Хорошо ему удавалось предсказывать исходы спортивных состязаний. Он как бы чувствовал особую энергию будущего победителя, его заряд готовности, своеобразную силу психической энергии. Однако Бринкли не удавалось предугадывать работу механических устройств.

По свидетельству Моуди, способности Бринкли удивляли самых отъявленных скептиков. Однажды Бринкли пришел в аудиторию колледжа, где Моуди читал лекции, и назвал подробности личной жизни каждого из присутствующих студентов. «Его описания были настолько точны и детальны, что студенты слушали, раскрыв рты, а некоторые не могли удержаться от слез…»[6].

Многие способности, возникающие после ОСО, например, способность Бринкли читать мысли иностранцев, настолько не вписываются в современные научные представления, что заставляют радикально пересматривать привычные догмы. Возможно, исследования ОСО позволят увидеть в новом уже научном ракурсе и известные библейские пророчества, такие как: «Не все умрем, но все изменимся».

Существует ли разум, выходящий за пределы ограничений семантических форм, национальных языков и диалектов, потенциально единый со всей Вселенной и ее творческим началом, Высшим разумом?


Нелокальное сознание во время ОСО

Первым ученым, как уже сообщалось, попытавшимся понять и обобщить субъективный опыт смерти, можно по праву назвать Рэймонда Моуди. Его труды бросили вызов многолетнему табу на научные исследования бессмертия и вызвали огромный интерес. Книга Моуди «Жизнь после смерти» по идеологическим соображениям была запрещена в Советском Союзе. Что же испытывают люди во время ОСО?

Рэймонд Моуди, опираясь на методы статистического обобщения, установил общее для всех:

После смерти человек переходит в бестелесное состояние. Он видит окружающих, понимает их мысли, но они не видят и не ощущают его.

Далее следует переход по тоннелю в другой мир.

К переживающему ОСО приходят души умерших родственников, друзей, чтобы помочь освоиться с новым состоянием.

Появляется существо, несущее свет и любовь. Согласно Р. Моуди, свидетели ОСО подчеркивали, что общение с этим существом было безмолвным. Они не слышали голос, физический звук, исходивший от существа, и они сами не отвечали при помощи звуков. «Все утверждали, что речь идет о прямой передаче мыслей, но в такой ясной форме, что какое-либо умалчивание или ложь по отношению к свету были просто невозможны»[7].

Сияющее существо направляло умирающему определенные мысли, трудно выразимые с помощью вербального языка. Обычно свидетели ОСО пытаются отображать эти мысли в форме вопросов. Наиболее часто:

«Готов ли ты умереть?»

«Хочешь ли ты умереть?»

«Чего ты достиг в жизни? Доволен ли ты достигнутым?»

Все опрошенные участники ОСО подчеркивали, что вопросы задавались без малейшего осуждения. В вопросах не было обвинений и угроз, от них исходили любовь и поддержка. Моуди считает, по всей видимости, такие вопросы задавались не с целью получения информации, а чтобы подтолкнуть человека к размышлению о собственной жизни, помочь пойти дорогой истины.

Затем следует обзор жизни. На огромной скорости перед умирающим разворачиваются фильмы, показывающие во всех подробностях хорошие и плохие события его судьбы. Некоторые считают, что светоносное существо преподало им урок, «подчеркивая важность двух вещей в жизни: любовь к человеку и приобретение знаний».

Часть испытуемых рассказывает, что они видели самые наполненные эпизоды жизни, когда они чувствовали себя максимально целостными, продуктивными, уникальными. В свое время Абрахам Маслоу назвал такие моменты пиковыми переживаниями. Мы до конца полностью не знаем значение подобных переживаний. По всей видимости, они совпадают с вектором развития, эволюции человека и человечества в целом. В эти мгновения люди выходят на новые, более высокие уровни своего потенциала.

Исследования ОСО вызвали яростную полемику. Ведь они подарили надежду на осмысленность человеческого существования. Действительно реальность, открываемая научным знанием, безжалостна к душе человека. Если посмотреть на жизнь в контексте космоса, то человек теряется на фоне собственной ничтожности: «Земля – одна из ста миллиардов планет, и это только в нашей галактике. А галактика – одна из двух триллионов подобных ей. Люди – крошечная часть очень большой Вселенной… По правде сказать, каждая из наших жизней банальна, незначительна и легко забывается»[8].

Напротив, получавшие околосмертный опыт радикально меняли свои взгляды на жизнь. Философ Иммануил Кант выразил когда-то эту мысль, как ощущение величия нравственного закона внутри нас, который сильнее пугающей бесконечности звездного пространства. По свидетельству Брюса Грейсона, пережившие ОСО отмечают, что самым значительным изменением стало усиление чувства духовности, то есть той части личности, которая стремится к вдохновению, осмысленности и высокой цели, к единению с чем-то большим, чем ты сам. Многих это привело к убеждению, что наиважнейшее дело в этой жизни – забота и любовь к другим людям. Вот одно из свидетельств, дающих представление о векторе перемен после ОСО: «Я могу сказать точно, что этот момент изменил всю мою жизнь. Я вернулся оттуда наполненным, вдохновленным. Я чувствовал, будто мое сердце горит, и горит любовью! Когда я покинул свое тело и окунулся в чувство любви, я унес его с собой. С тех пор оно всегда внутри. Оно не пропало и не поблекло»[9].

Важно и то, что научный интерес в изучении ОСО затронул ряд тем, чрезмерно актуальных в социальном плане. Вывод исследований околосмертного опыта – все люди равны и едины перед лицом какой-то неведомой силы, возвращающей жизни высший смысл.

В то же время, любой вправе усомниться, действительно ли субъективно переживаемый околосмертный опыт свидетельствует о продолжении жизни сознания после смерти. Ведь не исключена другая точка зрения, все видения во время ОСО есть только галлюцинации поврежденного мозга?

Дальнейшие исследования ОСО сосредоточились на поиске доказательств реальности внетелесного сознания и особого опыта.


Существует ли связь «всего со всем»?

Наше обыденное представление о мире строится на том, что все объекты (города, улицы, дома, люди …) представляют собой множество отграниченных друг от друга тел. Однако в квантовой физике 20 и 21 века постепенно сформировалось альтернативное видение. Кажущиеся «твердыми» объекты одновременно представляют собой и волны вероятности. Эти волны проникают во все области вселенной, могут взаимодействовать мгновенно, на бесконечно больших расстояниях, в различных мгновениях времени. Удивительный мир, открытый в физических экспериментах, вполне может оказаться не только сложнейшей сетью взаимосвязей, которую можно назвать судьбой, кармой, магией, но и Разумом, обладающим невероятными способностями и нелокальной природой.

Квантовая физика подготовила серьезную доказательную базу для самых невероятных концепций существования такого Разума, получившего название «нелокальный разум», то есть разум, который проникает во всю вселенную, который познает и создает сам себя. Этот разум может существовать вечно, поскольку он не связан с конкретными телами, а присутствует как часть всеобщей связи всего со всем.

Чтобы хотя бы минимально дать понять, о чем идет речь, давайте познакомимся с одним из незаурядных случаев ОСО, когда невольный участник клинической смерти захотел изучить свойства перехода от мира живых к миру мертвых (нелокальный разум).

В марте 1983 года Владимир Ефремов – ведущий конструктор ОКБ «Импульс», страдающий хроническим бронхитом, в какой-то момент сильно закашлялся. Возникла спастическая асфиксия, при которой оказалось невозможным сделать очередной вдох. «Произошла остановка сердца и переход в состояние клинической смерти. Когда до неминуемого оставались считанные секунды, пришло осознание близости неизбежного конца. Вот уже из легких вылетает последняя порция воздуха, но…  вместо ожидаемого дискомфорта и потери сознания навеки происходит мгновенное и полное переключение внимания на новые ощущения – необыкновенной легкости и полета по некому образованию, которое можно было бы отождествить с трубой»[10].

Летя по «трубе», умирающий по глубокой внутренней привычке решил экспериментировать, взял движение под контроль и начал, как положено физику-естествоиспытателю, изучать сначала свойства трубы, а затем и все новые возможности своего разума.

Ефремов отмечает, что в момент клинической смерти вместе с приходом необычной легкости, произошла разительная перемена самого сознания. Появилась не только удивительная легкость, но и глубина проникновения в суть изучаемых явлений, широта охвата одновременно множества элементов информации. Процесс мышления происходил быстро и свободно, без каких – либо усилий и затруднений, надежность памяти неизмеримо возросла, объем оперативной и долговременной памяти по субъективным оценкам увеличился в порядки раз. Наблюдалось взаимное проникновение понятийного и образного мышления, границы которых сделались неотчетливыми, размылись. По словам Ефремова, его понятийное мышление в этот момент осуществлялось в виде множества одновременно и параллельно идущих, доступных сознанию процессов, между которыми происходил взаимный обмен промежуточных результатов.

Со временем он стал осознавать ненавязчивое и не пугающее присутствие ещё одного Субъекта (Ефремов называет его Первичным Субъектом), с которым он вступил в общение без слов. Складывалось впечатление, что этот Субъект обладает неограниченными возможностями, проявляя при этом известную триаду свойств: вездесущность, всеведение и всемогущество.

Ефремов продолжил эксперименты и предпринял попытку получить информацию о каком-либо объекте уже далекого от него «земного» мира. В качестве такого объекта выбрал первое, что пришло в голову – свой телевизор, вышедший из строя за несколько дней до описываемых событий.

После того как Ефремов сформировал желание, в сознании появился соответствующий информационный массив. Он содержал огромный объем сведений, относящихся к этому телевизору. В массиве данных, открывшихся ему, можно было узнать всё об этом конкретном телевизоре, составляющих его деталях, как они изготовлялись, кто их изготавливал, технических параметрах и много более, включая данные о возникшей неисправности – пробое транзистора Т – 315 в блоке строчной развертки. Впоследствии, после возвращения и выздоровления, он заменит указанный транзистор, и устройство исправно заработает.

Напоследок Ефремовым была успешно решена сложная многокомпонентная техническая задача, которую на работе ему не удавалось решить в течение двух лет.

Обратный переход в «земной» мир по ощущениям пережившего клиническую смерть напоминал медленное принудительное пробуждение из очень глубокого сна, когда тебя кто-то отчаянно и упорно будит. Ефремов сопротивлялся и противодействовал этому, как мог, так как ему очень хотелось провести и завершить очередное исследование. Продолжительность путешествия туда и обратно фактически составила не более 5 – 7 минут, хотя ему показалось, что прошло около 55 минут.


Пересмотр жизни – счастье и страдание, которые мы причинили другим

Абсолютное большинство участников ОСО отмечали, что их видения были гораздо ярче обычных воспоминаний. Некоторые участники, наблюдавшие сцены из своей жизни, видели их как образы на киноэкране или как страницу книги. Но многие люди, как бы пережили заново прошлые события со всеми сопутствующими ощущениями и эмоциями, как будто все это происходило в реальном времени.

Важно обратить внимание на то, что более половины людей видели события не только своими глазами, а также с точки зрения других людей. Перенесшие ОСО не только воспринимали события с привычной стороны, как автобиографическую память, но чувствовали все мысли, эмоции окружающих людей в воспоминании, как бы одновременно перевоплощаясь в участников происшествий. Особенно остро в таком пересмотре жизни чувствовались чужие боль и страдания, причиной которых они стали. Воспринимались и эмоции благодарности, радость, позитивные эмоции тех, кому умирающий когда-то сделал добро. Три четверти людей из тех, кто пережил «жизненный обзор», признались, что этот опыт радикально изменил их жизненные приоритеты[11].

Изучение подобных свидетельств – новое понимание этики, нравственного закона, достаточно убедительно доказывает действительную нашу связь со всеми людьми, со всем миром, равно как и подтверждает обусловленность норм этики, возможность полной эмпатии, соучастия переживаниям других существ, когда чужие боль и радость ощущаются как твои собственные. В конечном счете, такой опыт и соответствующие способности обосновывают древнюю мудрость, транслируемую всеми основными религиями: «Поступай с другими, как хочешь, чтобы поступали с тобой».

Рассказывает женщина в возрасте 32 лет, пережившая ОСО во время неудачного течения хирургической операции.

«Пересматривая заново сцены из моей жизни, я каждый раз чувствовала то же, что и тогда, в реальности. Но я чувствовала и то, что ощущали другие люди в результате моих действий. Иногда это было хорошо, иногда ужасно. Но все эти чувства становились знанием, и я узнала столь многое, так многому научилась! Информация проносилась с головокружительной скоростью, она бы, наверное, испепелила меня, если бы не эта странная поддерживающая энергия. Сначала приходило знание, а затем любовь пересиливала любые мои попытки судить себя. Я получала абсолютно всю информацию о каждом событии, все мои ощущения и чувства вместе с чувствами и ощущениями всех остальных участников каждой сцены. Они не были плохими или хорошими. Просто я и мои родные люди пытались жить эту жизнь или просто выжить»[12].


Изменения восприятия во время ОСО

Переживания ОСО качественно изменяли восприятие и возможности сознания. При этом складывалось ощущение, что привычные механизмы мышления исчезали, освобождая место для более быстрых, свободных и расширенных форм осознания. Одна из переживших ОСО больных, Анита Мурджани столкнулась с околосмертным опытом, когда ее организм не смог справиться с многочисленными лимфомами. Объясняя, как мозг ограничивает наше восприятие, девушка пыталась провести такую аналогию. Она сравнила обычный режим сознания с лишенным освещением гигантским складом, по которому блуждает узкий луч фонарика. При этом можно видеть только отдельные фрагменты, на которые наведен луч света.

И вдруг в помещении включается свет, теперь вы впервые видите это хранилище «целиком, полным сияния, звука и цвета, каких вы даже не могли себе вообразить… Вы не могли бы назвать эти цвета, потому что даже не подозревали об их существовании. Широта, глубина, сложность и грандиозность всего вокруг переполняет и захватывает вас. Куда бы вы ни взглянули, пространству не видно предела, и вы понимаете, что этот волнующий, стремительный поток ощущений и эмоций гораздо шире ваших возможностей восприятия… И вы понимаете, что все это время вы принимали за реальность лишь крупицу чудесного, необъятного мира. Теперь вы замечаете, как все его многообразные части взаимосвязаны, перекликаются друг с другом, дополняют друг друга…

И даже когда свет снова выключают, вы уже не можете отказаться от понимания, ясности, ощущения чуда и красоты, удивительной живости впечатления. Ваши знания о том, что на самом деле хранится на складе, уже не стереть никогда. Теперь вам известно намного больше о том, что здесь есть, как это найти и что еще здесь может происходить, – чем раньше, когда вы только светили вокруг фонариком. Вы исполнены благоговейного трепета перед тем, что вам довелось увидеть в этот ослепляющий миг просветления. Жизнь приобрела совсем другой смысл, и все, что вы переживаете после, основано на этом осознании»[13].

Люди, отмеченные ОСО, для того чтобы передать этот невыразимый опыт, используют сравнения, метафоры, но по их свидетельству, как таковые они не могут вполне передать новый, открывшийся мир расширенного сознания. Здесь переплетаются одновременно темы любви, свободы, легкости, информации.

Стив Льютинг, вспоминая околосмертный опыт, полученный в возрасте восьми лет (когда он чуть не утонул), подобно многим другим, сравнивает разительно отличающееся восприятие в обычном мире и ОСО: «Язык, на котором говорят после смерти, неимоверно сложнее нашего. Он способен действительно воплощать переживания. Даже воспоминания, которые у меня остались после возвращения в тело, более просты и плоски. Они превратились как бы в символы того, что произошло на самом деле. Наверное, такое упрощение возникает в связи с тем, что мозг живого человека не воспринимает столь сложный и, похоже, совсем иной мир…»

Не в силах найти подходящий способ описать переживания, люди, прошедшие через ОСО, используют метафоры «золотые улицы», «жемчужные врата», «ангелы», которые только в малой степени позволяют понять, что само по себе невыразимо[14].

## Глава 2. Несколько страниц размышлений: интуиция, творчество и пиковые переживания

Наше сознание, восприятие, качество мышления в околосмертных переживаниях разительно отличаются от обычного «мирского». Более важно, в этом опыте люди обнаруживают, что новое качество сознания, открывшееся им, и есть их истинная сущность.

Почему в момент ОСО исчезают ограничения, выпуская на свободу способности расширенного разума? Зачем природа и общество не включают или наоборот отключают такие великолепные возможности осознания, понимания? На эти вопросы пытаются дать ответ различные теории и авторские концепции. Так, религиозные мифы рассказывают о грехопадении и последовавшей потере божественной благодати. Об этом повествуют библейские предания.

Один из классиков мифологии Мирча Элиаде обнаруживает разделение священного (наполненного изначальной творящей силой, энергией) и мирского (ограниченного, ущербного), как характерное для всех традиционных сообществ.

Трансперсональные психологи, начиная с Т. Лири, Р. Уилсона, Е. А. Торчинова…), видят причину в ограничениях, накладываемых на наше сознание обществом, сложившимся социальным порядком. Отдельное направление, развитое С. Грофом, связывает ограничения, наложенные на сознание, с травмой рождения, множеством ригидных психологических защит и комплексов.

Актуальные подходы к пониманию ограничений и перспектив развития человеческого сознания сегодня развиваются различными подходами: аналитической психологией, экзистенциальной философией, философией всеединства, гуманистической психологией и множеством других близких по смыслу направлений. Здесь ограничения, наложенные на человеческое мышление, восприятие, рассматриваются как постепенно преодолеваемые в ходе исторического прогресса. В этой трансформации центральную роль занимает рождение человека творящего, широкое распространение культуры творчества. В творчестве неуклонно раскрываются возможности расширенного сознания и Разума человека.

О важности такого понимания в свое время пророчествовал русский философ Николай Бердяев. В его работах суть происходящих и необходимых для мира изменений определяется как рождение этики творчества. Как писал Бердяев, творческий опыт есть нечто первичное, он – духовен в религиозном смысле слова. Творчество есть преодоление мира в евангельском смысле, преодоление иное, чем аскетизм, но равноценное ему. В творческом акте не только устраивается «мир сей», а скрыто, незримо созидается мир иной, подлинный космос. «Творчество по существу своему есть расковывание, разрывание цепей. В творческом экстазе побеждается тяжесть мира, сгорает грех и просвечивает иная, высшая природа»[15].

Этот смысл творчества отразили уже первые космогонические мифы, присущие архаическим культурам. В них повествовалось о времени, когда первый порядок был сотворен усилиями Богов и Героев. Для таких культур характерно деление времени на две части: сакральное и профанное. Сакральное время – это время первотворений, первопредметов, перводействий, когда из Хаоса был сотворен Космос. Бесчисленные ритуалы повторяли акт Творения, перенося архаического человека в мифическую эпоху начала мира, наделяя его через космогонический ритуал героическими и божественными силами. Как писал Мирча Элиаде, через исполнение космогонического мифа, воспроизведение его через песнопения, танцы, символические рисунки человек «погружается в состояние первоначального рассвета; в него проникают гигантские силы, которые in illo tempore сделали возможным сотворение мира»[16]. Отождествление с творящими Космос силами дает омоложение, исцеление, возрождение.

Именно поэтому Карл Роджерс (один из видных представителей гуманистической психологии) определял творчество как «усиление себя»[17], приписывая ему следующие свойства. Во-первых, каждый человек обладает потенцией к глубокому и конструктивному творчеству. Во-вторых, соприкосновение со своей творческой сущностью есть одновременно соприкосновение с универсумом, с универсальным источником энергии. Творчество – это интегративный процесс, который порождается всем нашим организмом, а не только интеллектом, он может приводить к созданию некоторого продукта, но может проявляться и в построении взаимоотношений между людьми, создает новые состояния сознания.

Доктор психологических наук Т. Н. Березина считает, что сегодня лишь в пике творчества, вдохновения (на короткое время) наше состояние приближается к естественному состоянию человека будущего. В такие моменты новые способности оказываются возможными для человека настоящего[18].

Близкий по смыслу подход к пониманию творчества развивал Абрахам Маслоу, соединяя смыслы здоровья, психологической зрелости, самореализации. С точки зрения Маслоу, ошибкой является попытка мерить творчество категориями «продукции», бессознательно связывать творчество только с определенными общепризнанными сферами человеческой деятельности. Маслоу ставил знак тождества между творчеством и способностью интегрировать, соединять воедино разные, противоположные элементы. Великий художник образовывает единство из несочетающихся цветов и несовместимых форм. То же самое делает и великий теоретик, когда он соединяет непонятные и противоречивые факты, чтобы мы могли видеть, что они на самом деле являются частями одного целого. То же самое совершают великий государственный деятель, великий изобретатель, великий родитель. Все они – «интеграторы», способные соединять воедино разные и даже противоположные элементы. «В отлично приготовленном супе больше «творчества», чем в посредственно нарисованной картине, … в принципе, приготовление пищи, воспитание детей или поддержание порядка в квартире могут быть творчеством, в то время как поэзия – отнюдь не обязательно; она может ничего не создавать»[19].

Интересно мнение Маслоу о взаимодействии между внутренней целостностью индивида и его способностью интегрировать то, что он делает в этом мире. Насколько творчество окажется синтезирующим, конструктивным, объединяющим, во многом зависит от внутренней интеграции личности. А. Н. Лук делает следующее замечание по данной теме. Творческой личности удается соединять в себе противоположные черты: серьезность и шутливость, приверженность традициям и «бунтарство», уверенность и скромность, готовность к риску и осторожность, деятельный характер и склонность к размышлению, фантазию и реалистичность[20]. В сущности, творческие способности – эпифеномен большей целостности и интегрированности. И прежде всего, должны быть интегрированы два разительно отличающихся друг от друга мира, две стратегии обработки информации (неосознаваемой, холистической, правополушарной и осознаваемой, левополушарной). Синтез этих стратегий – условие и результат продуктивного творчества.

Такие концепции плодотворного союза сознательного и бессознательного, вторичного и первичного процессов, левополушарной и правополушарной работы мозга были созданы К. Юнгом, З. Фрейдом, Г. Бейтсоном, Р. Сперри, другими авторами.

Установилось мнение, что словесно-логическое мышление (левое полушарие) выделяет из всего обилия реальных связей между предметами и явлениями лишь немногие определенные, упрощая их для совместного использования. Без этой функции левополушарного мышления были бы невозможны взаимопонимание, коллективный труд, человеческий прогресс. Примерами результата работы левого полушария человеческого мозга могут служить: четкая и понятная инструкция; методологически выверенная теория; текст хорошо написанного учебника по естественным наукам.

Но действительный мир значительно богаче, чем его отражение в нашем сознании. Для того чтобы отразить все многообразие связей между явлениями, нужен принципиально иной способ мышления. Этой задачей занято правополушарное мышление. Оно «схватывает» реальность во всем многообразии, богатстве, противоречивости. Прекрасные примеры такого способа обработки информации: сновидения, произведения искусства, отношения между субъектами, которые невозможно однозначно пересказать словами[21].

Интересно, что среда, которая востребует, проявляет человеческую креативность, согласно исследованиям, должна обладать богатством возможностей. Творческие люди, в свою очередь, сами ищут и создают такие среды. Верно и обратное утверждение – способность легко переносить неопределенность, любовь к приключениям, открытость для опыта, сильный самоконтроль, эмоциональная стабильность и готовность к риску являются качествами, которые присущи творческим личностям. Одаренные лица способны выдерживать неловкое и двусмысленное положение значительно дольше людей нетворческого склада.

С другой стороны, сложность, неопределенность, скрытые от сознания порядки – те условия, попадая в которые человек, лишенный поддержки правополушарных стратегий испытывает тревогу. Затруднения в восприятии кажущегося хаоса и страх неведомого блокируют творческий процесс и интуицию, провоцируют стереотипизацию, унификацию человеческого поведения.

Жизнь всегда вызывает тревогу, констатируют философы-экзистенционалисты, поскольку почти все важные вещи, которые случаются с людьми, имеют неопределенный, неоднозначный и неясный исход. Рутинизация человеческого действия – естественная реакция на сложность и непредсказуемость, которая и создает иллюзию психологической безопасности. Можно согласиться с Кьеркегором, назвавшим такую реакцию на жизнь «замолкнувшей индивидуальностью». Эрих Фромм определил это состояние как бегство от свободы, хотя можно было бы увидеть бегство от сложности, непредсказуемости мира, каким он кажется всё упрощающему коллективному левополушарному сознанию.

Страх неизвестности (тесно связан со страхом смерти) определяет границу, с пересечения которой начинается пробуждение способностей, творческости на основе интеграции сознания и бессознательного, левополушарного и правополушарного способов мышления, рождая особые состояния активности человека, сопряженные с подлинным ядром его личности – идеальные состояния человеческого бытия (различные авторы описали их как пиковые переживания, потоковые состояния, Кайрос, состояния гениальности, озарения, саморегуляции). В этих состояниях соединяются вместе принцип удовольствия и принцип реальности, Эрос и Логос, личность и архетип Самости, расширяя возможности Разума человека в целостном восприятии текущего момента со всеми присущими ему скрытыми возможностями, потенциями, смыслами.

Эмпирически такие состояния одним из первых стал изучать Абрахам Маслоу, назвав их пиковыми переживаниями. Согласно феноменологии А. Маслоу, пиковое переживание – «это эпизод или прорыв, в котором все силы личности чрезвычайно эффективно сливаются воедино, доставляя интенсивное удовольствие, когда человек обретает единство»[22].

Сначала Маслоу, а затем другие авторы (М. Чиксентмихайи, Г. Бенсон, У. Проктор, Э. Ярлнес, В. Козлов и другие) выявили комплексную, холистическую природу этих особых состояний, распространенность в массовом опыте. Было установлено, что сам по себе пиковый опыт имеет универсальные характеристики, мало зависящие от социокультурной среды.

Подобно околосмертным (ОСО), пиковые переживания обладают мощной трансформирующей силой. Приобретенный в такие мгновения опыт выводит людей на все более высокие уровни целостности, раскрытия способностей и дарований.

Эмпирические исследования Маслоу выявили набор тесно связанных характеристик пиковых переживаний. Этот набор (здесь приводим его в сокращённом виде) включает следующие черты:

– Во время пикового переживания человек чувствует себя более целостным, чем в любое другое время, более целенаправленным, более гармоничным и собранным, организовавшим более эффективное и слаженное функционирование всех своих частей, более «синергичным».

– По мере того, как человек становится более целостным и более «чистым», увеличивается его способность слиться с миром.

– Во время пиковых переживаний индивид, как правило, чувствует себя на вершине своих сил, максимально используя все свои способности.

– Непринуждённость, лёгкость, грациозность. То, на что в другое время тратится множество сил и стараний, в пиковом переживании выполняется без всякого усилия, как бы само по себе.

– В это время люди выглядят спокойными, уверенными в себе и своей правоте, словно они точно знают, что они делают, и делают это без оглядки, искренне, не сомневаясь, не колеблясь. В это время есть только выстрелы в «яблочко». Великие спортсмены, художники, творцы, лидеры и руководители ведут себя именно так, когда функционируют наилучшим образом.

– Во время пиковых переживаний, больше, чем в любое другое время, человек чувствует себя ответственным, активным; он становится творческим центром как своей деятельности, так и своего восприятия.

– В это время человек наиболее свободен от страхов, опасений, сомнений, самокритики, всевозможных оков и тормозов.

– В такие моменты человек становится в большей степени творческим. Пиковые переживания можно обозначить и по-другому – как высшую точку уникальности, индивидуальности или неповторимости.

– Во время пиковых переживаний человек зачастую склонен изъясняться поэтическим, мифологическим или возвышенным языком.

– Пиковым переживаниям свойственно своеобразное бытийное веселье. Их неотъемлемыми свойствами являются лёгкость, непринуждённость, изящество, меткость, освобождение от комплексов и сомнений, умение смеяться вместе с кем-то.

– Пиковое переживание само является «интегратором», таким же, как красота, любовь и творчество. Именно в этом смысле оно является разрешателем проблем, противоречий.

– Во время пиковых переживаний, и как последействие, у людей возникает характерное чувство счастья, успеха, избранности. Как правило, после пикового переживания следует чувство благодарности. Очень часто чувство благодарности ведёт к безграничной любви ко всему сущему, к восприятию мира как исполненного красоты и добра, и зачастую к желанию сделать для мира что-то хорошее.

Пиковые переживания содержат в себе черты ОСО. Согласно опросам Маслоу, все пиковые переживания правильно понимать как «завершенные действия», или как «замыкание», о котором говорят гештальтпсихологи, или как полный оргазм Райха, или как полную разрядку, катарсис, кульминацию, свершение или облегчение. Многие люди, испытавшие пиковые переживания говорили, что эти переживания чем-то напоминали им прекрасную смерть. Маслоу предполагал, что любое совершенство, завершенность или свершение является смертью в мифологическом, метафорическом или архаическом смысле. Совершенное деяние или достижение навсегда обретает сияние вечности. Сами описания пиковых переживаний близки тем, которые обнаруживаются в околосмертном опыте.

Где-то в 90-х годах двадцатого века социологи провели исследование, определяя иерархию ценностей людей, посредством многократного повторения вопроса «для чего Вам это надо?». Допустим, человеку нужно много денег – для чего? Авторы исследования обнаружили, что у части опрошенных, кто имеет серьезные проблемы в жизни, цепочка иерархии целей обрывается. Они не знают, для чего им необходимы желаемые материальные и социальные ценности.

Психологи К. Андреас и Т. Андреас проследили цепочку целей до конца. Они своим специально сконструированным вопросом выводили людей из плоскости конкретных ценностей к ценностям бытия, ощущений, переживаний: «И что ты хочешь ощущать, имея это?» – спрашивали они. То есть переводили поиск смысла на язык состояний. Это разные языки. Язык «иметь» и язык «быть», по Эриху Фромму. Язык бытия – это язык состояний и переживаний. При помощи такого вопроса иерархия жизненных целей восстанавливалась.

Обнаружились интересные результаты. Финальной точкой, предельным желанием людей выступила определенная группа состояний и переживаний, которые были названы сущностными.

Самое удивительное, что человек может без особых усилий «добраться» до такой ключевой бытийственной ценности и пережить ее. Если последовательно задавать вопрос «И что ты хочешь ощущать, имея это?», то можно действительно приблизиться к основным сущностным состояниям, переживаниям универсальной природы. Они самодостаточны, становятся новым центром организации всей жизни человека, позволяют реорганизовать проблемные состояния, вернуть гармонию целостности. Андреас обнаружили, что таких сущностных состояний всего пять:

– существование (это состояние можно передать словами «присутствие, «полнота», «целостность», полное вовлечение и растворение в том, что люди делают);

– внутреннее спокойствие (умиротворенность);

– любовь (не страсть, а именно глубокое чувство);

– одобрение (чувство существования чего-то хорошего в вас на очень глубоком уровне; глубокое чувство значимости, которое возникает из нас истинных);

– целостность («единство», «духовная согласованность»)[23].

Найденное Андреас поле сущностных состояний соотносится с пиковыми переживаниями и ОСО. В наших исследованиях получен ряд доказательств, что пиковые переживания и сущностные состояния представляют собой единый взаимосвязанный комплекс[24]. Начатая Андреас работа продолжает развиваться усилиями многих психотерапевтов.

В работе с пиковыми переживаниями, сущностными состояниями мы встречаемся с другой, нелинейной, неповседневной логикой человеческого развития, возможностью чуда, чудесного преображения, когда соприкосновение с идеальными состояниями человеческого бытия благотворно и целительно.

Исследования различных авторов выявили множество подходов, как взаимодействовать с идеальными состояниями бытия (пиковыми переживаниями, сущностными состояниями, состояниями озарения, вдохновением…), как обретать этот важный опыт. Соприкосновение с идеальными состояниями позволяет достигать новых вершин, раскрывая способности и дарования, настраивая организм на здоровье, и подобно околосмертному опыту, пробуждая интуицию.

## Глава 3. Восприятие и интуиция

В своей менее выраженной и более часто встречающейся форме пиковые переживания можно назвать вдохновением. Состояние вдохновения дает позитивные эмоции, позволяет получать и плодотворные результаты. В состоянии вдохновения более целостно воспринимается мир, более глубоко и проникновенно, вовлекая интуицию. Например, один из санкт-петербургских психологов установил, что даже простое прослушивание стихов, переключение на поэтическое восприятие мира усиливает провидческие способности. Оказывается, когда люди читают стихи, у них как будто что-то пробуждается, очищаются какие-то важные каналы, связывающие душу человека со всем миром.

На сегодняшний момент все в большей степени развеиваются сомнения в том, что искусство, талант, вдохновение, интуиция, успешность в современном мире – это вещи, взаимодополняющие друг друга. Ведь искусство может служить чрезвычайно эффективным настройщиком, учителем человеческой души. Оно обучает ее самому главному – состоянию вдохновения. Это происходит и в те моменты, когда человек слушает по-настоящему талантливую музыку, когда созерцает гениальные картины, на создание которых было потрачено много усилий, которые сами создавались в состоянии вдохновения, какого-то пика, взлета человеческого духа, победы, совершенства, и когда настраивается на восприятие любых проявлений человеческого мастерства. Всё это помогает взлететь, внутри себя прожить особые продуктивные состояния.

Отчасти дело здесь может быть в том, что человек способен развиваться, подражая другим. Сегодня эта концепция получила дополнительное подтверждение в ходе изучения так называемых зеркальных нейронов. В мозге активируются те же самые клетки, как если бы человек сам выполнял те действия, за которыми он наблюдает. Однако сомнительно, что все можно свести к процессам прямого подражания. Сейчас очевидно, что людям доступны глубокие уровни эмпатии, контакта, проникновения. Когда человек видит, слушает, воспринимает мир особым образом, а обычно люди отучены от этого типа восприятия, тогда пробуждается вдохновение и включаются эмпатия, интуиция. Произведения искусства – парадные двери, порталы, ведущие в мир возможностей, раскрывающие потенциал человека, все его способности.

Среди ученых, кто всерьез одним из первых стал изучать эту роль искусства, можно отметить Карла Юнга. Благодаря его трудам язык искусства стал восприниматься как лекарство, необходимое для души современного человека, язык целостности, язык важнейшей информации. Здесь мы не будем заострять внимание на сложных понятиях, введенных аналитической психологией Юнга: индивидуация, архетипы, коллективное бессознательное, символы, Самость. Но в целом, главное – когда мы настраиваемся на восприятие красоты, переживая, ощущая ее, идет процесс развития всей нашей целостности, индивидуальности, сопричастности к миру. И раскрываются крылья вдохновения, открываются каналы интуитивного знания.

Почему? Прежде всего, давайте обратим внимание на существенные различия между так называемыми первичными и вторичными процессами. Это различение было сделано еще Зигмундом Фрейдом и остается как значимое для современных исследователей. Вторичные процессы – то, что человек осознает, планирует, контролирует. Это некая упрощенная версия реальности, «карты мира», по которым обычно живут люди. Вторичные процессы ограничены самим кодом социальной коммуникации, требующей однозначной интерпретации знаков.

Чтобы понять ограничения вторичных процессов, можно привести в пример сновидения. Смысл сновидений с трудом поддается нашему пониманию. С точки зрения сознания, в мире сновидений все становится неоднозначным, запутанным, нерациональным. Если и есть в этом мире сновидческих грез какой-нибудь смысл, то воспринимается он только как отдаленные намеки, ассоциации, аналогии, скрытые метафоры, смешения. Зачем такая игра человеку, науке, стремящейся к ясности и очевидности?

Как уже говорилось, первым ввел понятие первичных процессов Зигмунд Фрейд, но он считал их более примитивными по сравнению с сознанием. Действительно, на языке первичных процессов говорят симптомы, болезни, иррациональные страхи.

Для Карла Юнга первичные процессы стали не только симптомами и аффектами бессознательного, но интегрирующим в целостность языком искусства, музыки, поэзии, живописи. Символы первичных процессов выражают то, что выходит за рамки ограниченного круга восприятий, позволяют передать невыразимую простыми знаковыми средствами мудрость целого. Можно сказать, что в первичных процессах заключается тайна интуиции, творческих озарений, способ ведания самой жизни в ее наполненности бытием.

Системный аналитик Грегори Бейтсон, отмечал, что «простая целенаправленная рациональность, не поддержанная такими феноменами, как искусство, религия, сновидения и т. п., неизбежно патогенна и разрушает жизнь. Ее вирулентность возникает главным образом из того обстоятельства, что жизнь зависит от взаимосвязанных петель обуславливания, в то время как сознание может видеть только дуги таких петель, настолько короткие, насколько этого требует человеческая цель»[25].

Сознание, с точки зрения Бейтсона, которое не имеет поддержки бессознательного или первичного процесса, всегда должно тяготеть к ненависти, и не только потому, что уничтожить «того парня» весьма здравая мысль, но и по более глубоким причинам. Видя только дуги петель, индивидуум постоянно удивляется и неизбежно озлобляется, когда его тупоумные деяния возвращаются к нему как бедствия.

У сердца, или бессознательного, есть собственные рассуждения, о которых рассудок не имеет ни малейшего понятия. Эти алгоритмы сердца, с точки зрения Бейтсона, закодированы и организованы способом, тотально отличным от алгоритмов языка, такой доступ открывается, например, в сновидениях, искусстве, религии.

Искусство учит воспринимать мир по-настоящему, ближе к реальности первичных процессов, ближе к реальности мира. То есть чувствовать то, что обычно скрывается за ограничениями знаков и стереотипов. Искусство учит существовать на границе первичных и вторичных процессов, синтезируя их в непостижимую целостность.

Но бесполезно подходить к произведениям искусства с обычным, мирским способом восприятия. Этот обыденный способ видения мира, как его назвал Артур Дейкман – «объектный режим», не позволяет почувствовать целостность и сложность, скрытую гармонию связей и отношений.

Такое упрощенное, можно сказать, стереотипное видение мира функционально в том плане, что оно экономит ресурсы восприятия, делает мир понятным и социально согласованным. В то же время оно как бы велит нам не смотреть глубоко и проникновенно, ничего не знать лишнего о важных вещах, имеющих сложную природу. К сожалению, из-за информационной перегруженности (стереотипизация мира – одна из форм психологической защиты) мы отвыкаем смотреть глубоко, устанавливать контакт, прислушиваться к интуиции.

Представьте себе, что вы находитесь в картинной галерее. Отстояли очередь, например, в Эрмитаж, зашли в этот музей, и теперь нужно быстро просмотреть как можно больше экспозиций. В конце концов, такое времяпровождение может закончиться головной болью. Многие психологически устанут, и их эстетическое начало не получит подходящей ему «пищи», «божественной сомы» вдохновения.

А было бы более полезно задержаться возле заинтересовавшей вас картины. Потому что когда человек внимает, не торопясь и спокойно ожидая, тогда он может выйти за упрощенные формы поверхностного схематичного восприятия. Перед созерцающим вдруг открывается нечто более глубокое, то непередаваемое словами, простыми знаковыми средствами, что можно назвать психологической атмосферой, энергией, какое-то живое и целостное восприятие мира, когда мир видимой реальности наполняется незримыми формами и связями. Отчетливо начинают ощущаться общее настроение, «подводные» течения энергии, цвета, формы. И чем дольше вы смотрите, тем больше открывается вам этой глубины и целостности.

Талантливые художники передают через специальные изобразительные средства свои необычные способы восприятия, как бы помогая войти в них, и в этом заключается особая магия искусства – разрывать сковывающую силу стереотипов, заново обновляя восприятие, подобно мифическим героям Джозефа Кэмпбелла, возвращая застывающим формам ума гибкость и многозначность первичных процессов.

К сожалению, наша современная индустрия развлечений, да и образовательная культура приучают людей скользить по поверхности. Быстрее, больше поглотить материала, информации, знаний. Непонятно только, для чего нужно такое количество информации, нагромождений фактов. И психика современного человека старается защищаться от этого хаоса и переизбытка информации, ограничивая каналы восприятия.

В то же время есть другая возможность больше видеть, слышать, предчувствовать, но для этого следует уметь остановиться и настроиться на глубокий контакт и в таком контакте, как говорил Уильям Блэйк, увидеть вечность и бесконечность в одном мгновении.

Эта торжествующая сила восприятия незримо присутствует практически в каждой талантливой стихотворной строчке, музыке, живописи, танцевальном движении. Смысл такого глубокого проникновенного контакта пытался понять и передать Константин Бальмонт – русский поэт Серебряного века:

«Я откроюсь тебе в неожиданный миг,

И никто не узнает об этом,

Но в душе у тебя загорится родник,

Озаренный негаснущим светом.

Я откроюсь тебе в неожиданный миг…»

Современная культура – во многом массовая культура, уводящая от глубины к шуму повседневности, эрзац продуктов, как писал Бодрияр, культура соблазна, гиперреальности, соборов потребления и неизбежного разочарования. Таковы мы, современные люди, пытающиеся восстановить контакт с чем-то очень важным, энергетийным, раскрывающим крылья способностей и талантов.

Совершенно другой тип восприятия мира характерен для состояния вдохновения. Я хочу обратить ваше внимание на современные исследования малоизвестной, таинственной связи времени и восприятия. Когда мы воспринимаем мир как необычный, свежим взглядом, как дети, которые впервые смотрят на что-то, течение времени для нас замедляется. Наоборот, привычность и стереотипность как бы сжимают психологическое время. Это печально, но так с возрастом все больше сжимается «шагреневая кожа» психологического времени. Как показывают социологические опросы, все, начиная со студентов, чувствуют это. Большинство людей начинают замечать ускорение времени ближе к тридцати годам[26].

Отметим пока, что когда исчезает новизна и свежесть восприятия, все кажется знакомым и привычным, тогда время психологическое течет очень быстро. И в результате человек не успевает ничего, что мог бы сделать.

А вот когда вы выходите за рамки обыденного, стереотипного восприятия, когда вы входите в эту глубину, тогда время начинает идти медленнее, его запасы у вас увеличиваются. И это вы можете обнаружить по простым феноменам.

В незнакомой местности кажется сначала, что как будто времени стало больше. Столько событий происходит за небольшой промежуток. Потом потихонечку все исчезает куда-то. Новое становится привычным. Самое простое «злое волшебство», которое происходит с человеком.

Современный человек живет в очень сжатом, быстро несущемся времени. И это делает его неспособным улавливать какие-то тонкости, наслаждаться жизнью. И на самом деле ресурсы времени в стрессе и напряжении ограничены. Парадоксально, но вместо того, чтобы спешить, было бы лучше ввести себя в состояние созерцания, тогда времени на все – для мыслей, ощущений, чувств, обработки информации – станет как бы больше. Поэтому когда вы находите время, чтобы остановиться и глубже воспринимать, чувствовать, вы получаете дополнительный «бонус» – ресурсы времени. Волшебство новизны и глубины восприятия.

На эффекты замедления времени в особых состояниях обращают внимание многие спортсмены, достигшие мастерства. Об этом времени говорят как о нахождении в «зоне»[27]. «Создается впечатление, что время необъяснимо замедляется, как будто все вокруг начинает двигаться в замедленном темпе. Кажется, что у меня сколько угодно времени, я могу наблюдать, как ресиверы бегут по своим маршрутам… Я точно знаю, как мощно и быстро движутся эти парни, но все их движения кажутся мне похожими на танец или замедленное кино». «Если ты бежишь сотку правильно… эти 10 секунд растягиваются в 60».

Схожие эффекты замедления времени характерны для сновидений, их ближайшего «родственника» – художественного творчества, сверхвнимания, восприятия и переработки больших потоков информации, сообщает ученый Стив Тейлор.

Искусство обучает важным вещам. С одной стороны, выходить за рамки ограниченного, стереотипного восприятия к прямому контакту с первичными процессами. С другой стороны – пробуждать интуицию, ощущать целостность мира и устанавливать отношения именно с глубиной, а не поверхностью. И третье, что важно, у вас появляются ресурсы времени. Философ Пауль Тиллих определил такие моменты насыщенного времени, в соответствии с древнегреческими представлениями, как Кайрос.

В Древней Греции существовало несколько понятий, передающих контакт со Священным. Теменос – место встречи с богами и Кайрос – особый благоприятный момент удачи, особый момент полноты времени, время, как писал Пауль Тиллих, исполненное смысла. Только для абстрактного, отстраненного ума время является всего лишь пустой формой, способной вместить любое содержание. «Но для того, кто осознает динамический творческий характер жизни, время насыщено напряжениями, чревато возможностями, оно обладает качественным характером и преисполнено смысла»[28]. Такие моменты характерны и для мистического постижения, и для эмпатического вчувствования, и даже для интуитивного проникновения в узоры знаков при гаданиях. Важно не спешить.


Как войти в портал озарений

Глубокий контакт с произведениями искусства, их сжатой, потенцированной энергией – это самый, может быть, простой и доступный для всех способ открыть интуитивные каналы восприятия, обрести крылья вдохновения, получить опыт пиковых переживаний. Известный ученый, исследователь гипнотических состояний Л. П. Гримак считает, что «всякое произведение искусства, красота которого родилась в состоянии творческого экстаза, бывает навечно отмечена особой аурой», воздействует на каждого, кто с ним непосредственно соприкасается»[29].

Но как уже обсуждалось, важно не просто смотреть, слушать, ощущать, важно выйти из обыденного, повседневного режима восприятия.

Интереснейшие эксперименты по способности высочайших произведений искусства (картин художников, классической музыки в исполнении гениальных исполнителей) обучать высшим творческим состояниям были проведены в конце двадцатого века советским психологом, гипнотизером Владимиром Райковым[30].

Как считает Райков, состояние сверхвосприятия, сверхсознания легче возникает при соприкосновении с каким-нибудь по-настоящему великим произведением (Рафаэля, Леонардо да Винчи, Рембрандта).

«Человек, созерцая картину, начинает чувствовать какое-то удивительное состояние “духовного тепла и благорасположения”. Эта реакция при лицезрении прекрасных картин происходит как инсайт, как озарение, как какое-то внутренне очень приятное и радостное ощущение, так вам нужное и так для вас близкое… Возникает какое-то удивительно странное ощущение, как будто вы мгновенно и сразу, каким-то непонятным образом стали вдруг за несколько минут и душевно богаче и внутренне наполненнее и почему-то лучше…

Лучшие художники и музыканты в той или иной степени всегда чувствовали это. Они как бы иллюстрировали это своим творчеством и создавали мироощущение, вызывающее замечательное чувство благожелательности, просветленной доброты и любви к людям и жизни. Они показывали, что именно это путь наилучший и единственный, зовущий и к совершенству, и к спасению, к вневременному и вечному» [31].

В исследованиях Райкова участвовало 25 студентов различных московских вузов. Им предлагалось находиться в пассивном состоянии релаксации и слушать классическую музыку. Слушали произведения Бетховена, Шопена в исполнении Сергея Рахманинова, Иосифа Гофмана, Артура Рубинштейна, Владимира Горовица. Как результат эксперимента, испытуемые открывали новые возможности восприятия, начинали видеть все в новом свете. Многие испытуемые подчеркивали, что уже после двух таких сеансов начинали переживать удивительное ощущение «замечательности», «гармоничности» и «позитивности» окружающего мира и желание что-то делать, как-то воплотить эти творческие ощущения нового восприятия.

Здесь мы приводим выдержки из самоотчетов студентов, участвовавших в эксперименте Райкова, отмечая элементы, характерные для пиковых переживаний.

Костюкова О. (апрель 1997 г.)

«После второго сеанса. Сейчас – ощущение свежести, легкости, как в горах, как будто дышала горным воздухом. Такое ощущение однажды было – много-много синего неба и чистого воздуха. После прошлого сеанса, вечером, когда закрывала глаза, появлялись удивительно четкие картинки – цветы, но не живые, а как на полотнах импрессионистов, узоры – очень необычные и приятные ощущения. Вообще на этих сеансах мне как будто открывается ощущение радости и свободы, как в детстве, путь к себе, к источнику света, тепла, радости внутри меня, уходит холодный контроль, мешающий, строгий надсмотрщик.

После последнего сеанса чувствую себя хорошо, спокойно. Интересное чувство отсутствия переживаний по мелочам, чрезмерной, навязчивой критичности к себе, ситуаций, которые раньше вызывали неприятные чувства и в частности скованность, сейчас неприятных реакций почти нет или они для меня безразличны. Чувство спокойствия и приятной расслабленности получается вызывать произвольно, если представляю себе цветы.

Общее восприятие стало тоньше, повысилась чувствительность к музыке, цвету, вообще интерес к миру. Для меня это совершенно ново, неожиданно и очень интересно. Внутри – постоянное ощущение тепла, хорошее настроение, хочется улыбаться. И это особенно знаменательно, т. к. последние 3 месяца настроение у меня было все время неважное. Сегодня у меня был тяжелый день, и раньше под конец дня, кроме физической усталости, была и головная боль, плохое настроение. Сегодня, несмотря на легкую усталость, ощущаю подъем. Улучшилась способность обрабатывать информацию, делать выводы».

Будалов Д. (апрель 1997 г.).

«Ощущение после первого сеанса. Прекрасные чувства, ощущение полноты жизни, сократился сон на несколько часов. На следующий день после сеанса учил весь день анатомию, что со мной редко наблюдалось, чувствуется большая сосредоточенность. Мироощущение улучшилось, стало меньше депрессий.

Ощущение после второго сеанса. Необыкновенное чувство легкости, радости. Такое ощущение, как будто весь организм очистился, заполнился каким-то светом, жизненной энергией. Картины воздействуют очень сильно, замечаю сильную энергию, красоту, исходящую от них».

Коротков И. (апрель 1997 г.)

«Во время прослушивания ощущал невыразимое чувство умиротворенности. <…> После окончания музыки я ощутил свое возвращение в мир, но с радостью обнаружил какой-то сильный прилив энергии, несмотря на то, что я сегодня не выспался. Появилось также чувство легкости и готовности к новым событиям сегодняшнего дня.

Мне сложно говорить о глубине и смысле музыки, но она произвела несколько другое впечатление, чем до сеанса. Я полностью «вошел» в музыку, мне понравилась ее красота и глубина. Я не могу передать все свои ощущения, но они очень необычны. Даже сейчас вся эта серость и мрачность за окном воспринимаются по-другому. Да и просто настроение стало лучше.

Контраст ощущений до и после сеансов заключается главным образом в том, что после, да и во время сеанса, появилась большая глубина и полнота красок, появилось ощущение, что я в какой-то мере слился с музыкой: или я «вошел» в музыку, или она – в меня. Появилось ощущение легкости и работоспособности.

После сеанса я как будто в первый раз увидел картины на стене. Можно сказать, что, когда я вошел в эту комнату, я даже не заметил эти картины. Как-то совершенно по-новому и намного глубже стали ощущаться цвета, насыщенность красок, возникать ассоциации. Кажется, что получаешь совершенно другие впечатления от увиденного. Видишь и восхищаешься тем, что раньше не замечал и даже не подозревал о его существовании. Ощущается какая-то полнокрасочность, мудрость и величие этих картин. Это просто чудо!!!

После 4 сеансов я стал гораздо меньше спать, хотя 4–5 часов в сутки мне вполне достаточно, чтобы выспаться и отдохнуть. Стал также меньше кушать, хотя чувство голода не возникает. Учиться стало гораздо легче, в том плане, что улучшилась память, появилось чувство интереса к предметам и самому процессу обучения. Появилось чувство постоянной мобилизации. Стал чаще слушать музыку и чаще брать в руки гитару, и иногда даже появляются новые мелодии, на которые ложатся стихи. Остается чувство готовности к каким-то будничным задачам и проблемам. Память улучшилась так, что, если постараться, можно вспомнить в мельчайших деталях те события, которые произошли, например, 1,5 года назад. Появилась какая-то тяга к искусству. Находишь смысл в тех вещах (например, картины, музыка, или маленькая статуэтка), на которые смотрел раньше, как на обыкновенную повседневность».

Григорьевская З. (апрель 1997 г.)

«Когда я только вошла, все картины на стенах показались мне просто бессмысленной мазней. Теперь, после сеанса, в голове появилось ощущение какой-то глубины. Я воспринимаю все цвета совсем по-другому. Картины как будто входят в меня, и я вижу их глубину и продуманность. Я будто сама погружаюсь в них и испытываю от этого чувство блаженства. Раньше я никогда такого не видела».

Коваленко Л. (апрель 1997 г.)

«Сначала я видела музыку в виде тонкой струны, жгута, несколько изогнутого. Этот жгут вворачивался в меня, я сама как бы оборачивалась вокруг него (скрипка), я ощущала его.

Пианино, рояль: музыка в виде фрагментов, похожих на листья, лепестки которые кружились вокруг меня, исходя из меня (из моей головы, груди), наоборот, входили в меня. Ярко чистые, до белизны, лепестки, похожие на бабочек.

Я не могу припомнить, испытывала ли я когда-нибудь такое наслаждение от музыки, такое удовольствие.

На работоспособность не обратила внимания, но память определенно улучшилась: за 2 дня выучила пол-учебника гистологии.

Во время сеанса. Мне казалось, что музыка – это я, мои эмоции, то, что я говорю, пытаюсь выразить. Хотелось даже жестикулировать, чтобы полнее выразить эмоции. Видела белый, красный цвет. Чувствовала, что гуляю по саду. После сеанса – покой, умиротворение».

## Глава 4. Искусство и вдохновение – техники усиления интуиции

В истории цивилизации принадлежность к аристократии всегда была тесно переплетена с эстетическим развитием. В современном обществе взаимосвязь между так называемым культурным капиталом и экономическим показал известный французский социолог Пьер Бурдье.

Эта связь искусство – вдохновение – эктраординарные способности не для всех очевидна и понятна, ранее в истории становилась ограничительным барьером, отделяющим привилегированные высшие классы от низших слоев общества. Существует и примитивизирующая, отупляющая часть культуры, так называемая массовая культура. Легко отличить их друг от друга, искусство проявляет глубинные силы человека, освобождает гармонию в самых разнообразных формах и проявлениях, включает интуицию. Массовая культура насаждает стереотипы и ярлыки.

Задача подлинного искусства – увести человека от привычного способа восприятия мира, того типа восприятия, который характерен для обыденного мышления. Типа восприятия, вызывающего скуку, утомление и, к сожалению, отключающего интуицию. Необходимы специальные усилия, возвращающие способность видеть, слышать, чувствовать.

Мы рекомендуем несколько техник-медитаций, обучающих восприятию, для обретения ценного опыта пиковых переживаний, а также развития интуиции, способности более глубоко, проникновенно чувствовать окружающий мир. Сегодня многие авторы пропагандируют искусство осознанности, но важно понимать, что ресурсы осознанности – переход на необыденный, глубокий способ восприятия.

Попробуйте поэкспериментировать с одной из гештальт-техник, чтобы лучше почувствовать состояние глубокого восприятия, полной осознанности. Возьмите какую-нибудь картину, которая вам нравится. Начинайте смотреть на выбранную картину не в целом, а обращая внимание на отдельные фрагменты: на линии и контуры, независимо от изображенных объектов; потом, отдельно, – на цветовые пятна и оттенки. Обратите внимание на узор из пустот между контурами основных объектов. Можно рассмотреть узоры, создаваемые каждым из цветов в отдельности, скажем, красным или голубым. Если картина создает иллюзию трехмерного пространства, попробуйте последовать за удаляющимися планами, что вдали. Проследите узоры света и тени. Обратите внимание на фактуру, на технику мазка. Лишь после этого посмотрите на то, что изображено в целом.

Если вы проделаете все предложенное с выбранной картиной, вы обнаружите, что она обретет для вас новую красоту и очарование. Отдельные детали и их единство станут очевидными без болезненного отделения и собирания. Это целостное, непосредственное восприятие означает, что вы вошли в глубокий контакт с картиной, языком первичных процессов.

Для настройки на состояние вдохновения, открытия каналов интуитивного знания мы предлагаем руководствоваться рядом простых правил.


Правила контакта

Лучше, если выбранная для упражнения картина воспринимается как близкая вам лично, соответствующая вашему настроению. Если художественное произведение не соответствует эмоциональному тону, не воспринимается как близкое, созвучное, то его прослушивание, просматривание кажется долгим, рождает гротескные, механические образы, требует контроля внимания. В ходе созерцания не рождаются ощущения легкости, подъема энергии, очищения (катарсиса), наоборот, растет напряжение и чувство усталости. Это правило является верным для восприятия и живописи, и музыки.

Удачно подобранное произведение вызывает эмоциональный резонанс, погружает в восприятие без усилий, «растворение» в процессе слушания или смотрения, способствует синестезии. Если это картина, то она как бы приближается, увеличивается в размерах. На это обстоятельство указывает В. Ф. Яковлев в разработанной им технике исцеляющего трансового искусства[32]. Может исчезать ощущение времени, возникать ощущение гармонии и единства. Музыка и картины воспринимаются как вдохновляющие. Как итог, ощущается подъем энергии, нарастает чувство легкости, целостности, восприятие меняется на более глубокое, проникновенное.

Отсутствие спешки, отдаление от ритма повседневных забот и тревог – еще одна рекомендация. Обратите внимание, что кажущаяся неторопливость включает другие режимы функционирования человеческого сознания, когда, наоборот, замедляется психологическое течение времени, растет глубина и качество восприятия, за небольшие периоды обрабатываются огромные массивы информации.

Позволить себе осознавать и высказывать истинные чувства, что действительно чувствуется и ощущается – также является условием проявления творческой спонтанности, пробуждения восприятия. Например, в гештальт-терапии это условие понимается как решение конфликта долженствования и спонтанности. Позволив себе выразить чувство негодования по поводу того, что нужно что-то делать, свой протест, стряхнув с себя маску «послушного ученика», человек достигает более продуктивных состояний. Так, Мольер, перед тем как писать свои произведения, срывал с себя парик и топтал его ногами.

Аналогичным образом действует смех и юмор, который снимает очаги напряжения, возвращает свежесть и новизну восприятия. Как показывает С. Вербин, после того, как человек от души посмеется, мозговая деятельность возрастает в несколько раз, резко улучшается память, человек принимает верные решения, легче творит. Даже простое изменение образа мыслей на радостный, вспоминание чего-нибудь приятного, улыбка дают положительную динамику по всем показателям деятельности мозга[33].

Длительная концентрация внимания на одном объекте меняет режим восприятия. Обучение этому навыку занимает важное место практически во всех духовных практиках. Например, методика раджа-йоги опирается на следующие ориентиры. Если удается сосредоточить свой ум на чем-либо 12 секунд – это дхарана, 12 таких дхаран есть дхиана, 12 дхиан дают самадхи (состояние просветления и единства). В то же время использование традиционных техник концентрации внимания создает значительные трудности из-за скуки и однообразия. Попробуйте не отвлечься или не заснуть, выполняя эти упражнения.

С нашей точки зрения, одним из главных препятствий становится отсутствие увлеченности, насилие по отношению к психике, которое используется в такого рода тренировках.

В этом смысле богатая, интересная, насыщенная смыслом, потенцированная творчеством среда более благоприятна для упражнений сосредоточения внимания, дает больше возможностей для управления вниманием «с мыслящим сердцем», что соответствует общему состоянию вдохновения, в которое входит участник. Возможность погрузиться в восприятие художественного произведения, почувствовать сложнейший язык символов, энергий, эмоциональной атмосферы, гармонии отдельных элементов и целого – это и есть идеальная обучающая среда для пробуждения крыльев вдохновения, творчества, увлеченности и спонтанного развития интуиции. В эти моменты человек выходит на новые уровни развития.

Важно использовать и сериальный подход, когда участник переходит от одного произведения к другому, третьему. В ходе такой серии постепенно растет глубина, проникновенность восприятия, способность войти в продуктивные состояния единства и целостности. Желательно начинать работу с теми произведениями, которые, резонируют с эмоциональным состоянием, заключают в себе вызывающие живой интерес символы.

Использование языка символов, изучение общей эмоциональной атмосферы. Язык символов – сложнейший язык психологического взаимодействия, тесно связанный с первичными процессами. Прежде всего, это есть особым способом организованный язык энергии, которому большое внимание уделяется в китайской культуре. Практика восприятия и использования подобных энергий (в общем виде Ци) называется искусством фэн-шуй. Причем в опыте фэн-шуй энергия Ци имеет множество разных оттенков, которые не поддаются механической логике унификации, сложения и вычитания. Эта энергия напрямую связана с состояниями, символами, психологической атмосферой.

Важно работать с восприятием, исходя из представления, что каждый художник хотел выразить на картине то, что трудно передать словами, нечто большее: целостность, глубину, психологическую атмосферу, энергетическое поле. Помогающая задача – проникнуть в дух картины, проникнуться той атмосферой, которая создана человеком-творцом, энергетикой, настроением, множеством скрытых смыслов и посланий, которые хотел выразить художник.


Сеансы активного воображения для развития интуиции

Мы дополнительно предлагаем воспользоваться языком символов, который созвучен первичным процессам, бессознательному разуму, для более быстрой настройки на глубокие режимы восприятия. Эти методы подойдут тем, кто обладает развитым зрительным воображением. Если подобное вам не свойственно, то далее мы расскажем о других перспективных и эффективных подходах.

Одна из разработанных нами техник управляемого воображения – «Погружение в глубокое восприятие с помощью лестницы релаксации, вдохновения».

В этой технике участники прослушивают выбранное музыкальное произведение, управляя своим восприятием с помощью образов. Включив и настроив звучание на комфортную громкость, они позволяют своему воображению создать лестницу, которая символическим языком передает ощущения освобождения, релаксации. Мы назовем ее индивидуальной лестницей релаксации.

Как известно, на языке символов спуск по лестнице означает избавление от психического напряжения. Другое символическое значение лестницы – изменение онтологического статуса человека. Согласно словарю символов Дж. Купера, лестница означает «переход от одного плана бытия к другому, переход на другой онтологический уровень». Лестница имеет значение axis mundi – мировой оси, Космического Древа, связывающего миры. Лестница символизирует непрерывную связь между человеком и Богом, которая, с грехопадением была утеряна.

Создав такую лестницу в воображении, далее участники могут спускаться или подниматься по ней. С каждой пройденной ступенькой тело становится все более свободным от напряжения, погружается в состояние отдыха, легкости.

На определенном этапе спуска или подъема участник воображением создает дверь, на которой имеется надпись «Моё вдохновение» или «Моя интуиция». Открыв и пройдя сквозь неё, участник оказывается в особой психологической атмосфере этого места и может слушать, осознавать на более глубоком, целостном уровне восприятия. Он может почувствовать и впитать в себя, если понравится, атмосферу образов, навеянных музыкой. Важно настроиться на полное ощущение, восприятие в момент прослушивания музыки. Если это позволяет развитое воображение, то можно увидеть и образы картин, других произведений искусства.

Сама символика двери, портала означает трансформацию эмоционального состояния. Можно обратиться к словарям символов, где открытие дверей метафорически означает обретение нового понимания, получение доступа к новому уровню восприятия. Дверь символизирует возможность перехода из одного состояния в другое, вход в новую жизнь. Открытие двери обозначает возможность и освобождение. Проход через двери символически означает быструю, внезапную трансформацию состояния человека.

Техника открытия дверей, наделенных определенным значением, была развита в практиках аутотренинга высшей ступени. Благодаря этому приему можно получать бессознательную информацию о себе, своих проблемах и ресурсах. Вы также можете использовать этот метод, чтобы метафорическим языком дать своему подсознанию инструкцию, как плодотворно и эффективно использовать интуицию, например, наведя порядок в помещении за дверью «Моя интуиция», создав комфортную для вас лично атмосферу в воображаемом помещении средствами дизайна.

# Примечания

1

Ли А.Г. Формирование особых состояний сознания для раскрытия экстрасенсорных способностей человека. – М.: Фонд парапсихологии им. Л.Л. Васильева, 1994. – 161 с.

2

Ломмель П. Сознание за пределами жизни: наука о жизни после смерти / Пер. с английского и нидерландского У. Сапциной. – Москва: Эксмо, 2021. – C. 361-362

3

Sutherland C. Transformed by the light: Life after near-death experiences Paperback. – Random House Australia, 1992. – P. 116.

4

Ломмель П. Сознание за пределами жизни: наука о жизни после смерти / Пер. с английского и нидерландского У. Сапциной. – Москва: Эксмо, 2021. – С. 78.

5

Бринкли Д. Спасенный светом. – М.: ВЕЧЕ. АСТ, 1997. – С. 118.

6

Моуди Р. Предисловие к книге «Спасенный светом» – М.: ВЕЧЕ. АСТ, 1997. – С. 10.

7

Моуди Р. Жизнь до жизни. Жизнь после жизни. – К.: «София», Ltd., 1994. – С. 258.

8

Меслер Б. Иллюзия правды. Почему наш мозг стремится обмануть себя и других? – «Individuum», 2021. – С. 9.

9

Брюс Грейсон После. Что околосмертный опыт может рассказать нам о жизни, смерти и том, что будет после / Пер. с английского языка. – М.: Эксмо, 2021. – С. 316.

10

Ефремов В. Г. Исследования за порогом жизни // Сборник статей «Преклонение перед истиной», материалы второй международной научной катарсис-конференции. – 2000, СПб.: ЗАО «ПИК», 2000. – С. 30 – 50.

11

Брюс Грейсон После. Что околосмертный опыт может рассказать нам о жизни, смерти и том, что будет после / Пер. с английского языка. – М.: Эксмо, 2021. – С. 68.

12

Брюс Грейсон После. Что околосмертный опыт может рассказать нам о жизни, смерти и том, что будет после / Пер. с английского языка. – М.: Эксмо, 2021. – С. 69.

13

Брюс Грейсон После. Что околосмертный опыт может рассказать нам о жизни, смерти и том, что будет после / Пер. с английского языка. – М.: Эксмо, 2021. – С. 203.

14

Брюс Грейсон После. Что околосмертный опыт может рассказать нам о жизни, смерти и том, что будет после / Пер. с английского языка. – М.: Эксмо, 2021. – С. 80.

15

Бердяев Н.А. Смысл творчества: Опыт оправдания человека.– М.: Изд-во АСТ, 2004. – С. 146.

16

Элиаде М. Аспекты мифа. – М.: Академический проспект , 2001. – С.52.

17

Роджерс К.Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека.– М.: Прогресс, 1994. – С. 413.

18

Березина Т. Н. Тренинг интеллектуальных и творческих способностей. ‒ СПб.: Речь, 2010. ‒ 189 с.

19

Маслоу А. Психология бытия. – М.: Рефл-бук, 1997. – С.173.

20

Лук А.Н. Психология творчества. – М.: Наука, 1978. – 126 с.

21

Ротенберг В. Сновидения, гипноз и деятельность мозга. – М.: Издательство Центр Гуманитарной Литературы «РОН», 2001. – 254 с.

22

Маслоу А. Психология бытия. – М.: Рефл-бук, 1997. – С. 132.

23

Андреас К., Андреас Т. Сущностная трансформация: Обретение неиссякаемого внутреннего источника. – Воронеж: Изд-во НПО «МОДЕК», 1999. – 320 с.

24

Стариков П.А., Порхачева Е.П., Лыкова С.Н. Методика комплексного анализа смысловых ассоциаций в изучении "креативного этоса" современной студенческой молодежи // Образование и наука. – 2013. – №7. – С. 105-118; Стариков П.А. Опыт исследования вдохновения и сопряженных с ним эмоциональных переживаний в творчестве студенческой молодежи // Педагогика. Вопросы теории и практики. – 2022. – Т. 7. – № 3. – С. 249-258.

25

Бейтсон Г. Экология разума. Избранные статьи по антропологии, психиатрии и эпистемологии. – М.: Смысл, 2000. – С. 177.

26

Тейлор С. Покорение времени: Как время воздействует на нас, а мы на время. – М.: Альпина нон-фикшн, 2010.

27

Тейлор С. Покорение времени: Как время воздействует на нас, а мы на время. – М.: Альпина нон-фикшн, 2010. – С. 93.

28

Тиллих Пауль Избранное: Теология культуры. – М.: Юрист, 1995. – С. 217.

29

Гримак Л.П. Тайны гипноза. Современный взгляд. – СПб.: Питер, 2004. – С.189.

30

Райков В. Л. В сб. Психологические исследования творческой деятельности. – М.: Наука, 1975. – С. 183.

31

Райков В. Л. Биоэволюция и совершенствование человека. – М.: Грааль, 1999. – С. 203.

32

Яковлев В. Ф. Виртуальные миры трансового рисунка, или «Я требую, чтобы меня пожалели». – М.: Независимая фирма «Класс», 2006.

33

Вербин С. Наука принятия решений. – СПб.: Питер, 2002. – 154 с.