Алексей Кравцов
Хранитель Потока

Глава 1. Дым без огня

Марфа Петровна в сотый раз дернула заслонку печи, но упрямый дым продолжал валить в комнату. Её морщинистые руки, привыкшие к любой работе, бессильно опустились. Семьдесят лет она прожила в этом доме, построенном еще её отцом, и никогда печь не выкидывала таких фокусов.

Старый дом скрипел и вздыхал, словно разделяя её досаду. Закопченные стены, знавшие лучшие времена обои, старые фотографии в рамках – всё подернулось серой дымкой. На одном из снимков улыбался её покойный муж Степан, который всегда умел справиться с любой поломкой. "Эх, был бы ты жив…" – привычно вздохнула Марфа.

Она подошла к окну, с трудом открыла тугую форточку. Холодный ноябрьский ветер ворвался в комнату, закружил сизые клубы дыма. За окном падал мягкий снег, укрывая старые яблони в саду. Марфа смотрела на белое безмолвие и думала о том, что придется звать на помощь.

Телефонная книга нашлась не сразу. Пожелтевшие страницы хранили десятки номеров – кто-то уже умер, кто-то давно уехал. Наконец она нашла нужный: "Николай Иванович – печник". Три года назад он чинил у неё печную заслонку, сделал все аккуратно, денег лишних не взял.

– Алло, Николай Иванович? Это Марфа, с Заречной…

Голос в трубке был усталым, но доброжелательным. Он помнил и дом, и Марфу, и обещал приехать, как только закончит с текущим заказом.

Николай появился ближе к вечеру, когда сумерки уже затопили старый сад. Высокий, широкоплечий, с внимательными серыми глазами и густыми темно русыми волосами. От его спокойной основательности Марфе стало легче на душе.

– Ну-с, показывайте, что у вас тут, – он деловито расстегнул потертую куртку, достал инструменты.

Марфа подробно рассказывала о своих безуспешных попытках растопить печь, о том, как дым идет не в трубу, а в комнату. Николай слушал внимательно, изредка кивая. Его руки уже ощупывали печные швы, проверяли заслонку, исследовали каждый кирпичик.

– Странно, – пробормотал он себе под нос. – По всем признакам всё должно работать…

Он выпрямился, задумчиво глядя на печь. В тусклом свете единственной лампочки его лицо казалось особенно сосредоточенным.

– Придется на крышу лезть, Марфа Петровна. Фонарик у вас найдется?

Старый фонарь нашелся в чулане. Николай проверил батарейки, удовлетворенно хмыкнул и вышел во двор. Снег все еще падал, превращая сумерки в густую белую кашу. Приставив лестницу к стене дома, Николай начал подъем.

Холодный ветер трепал куртку, снежинки таяли на лице. Николай осторожно пробирался по заснеженной крыше, держа фонарь перед собой. Печная труба темнела впереди грузным силуэтом.

Встав поустойчивее, он направил луч фонаря в трубу. И замер. Там, где должен был быть привычный закопченный зев дымохода, клубилась странная чернота. Она была густой, почти осязаемой, и казалась живой. Николай моргнул, протер глаза. Видение не исчезло.

"Может, сажа так осела?" – подумал он, протягивая руку. Но пальцы не встретили твердой поверхности. Вместо этого их окутало что-то невесомое и холодное, затягивающее внутрь. Николай попытался отдернуть руку, но было поздно. Чернота стремительно поглотила его целиком.

Падение было долгим и беззвучным. Он летел сквозь густую тьму, потеряв всякое ощущение верха и низа. Сознание мутилось, перед глазами плясали цветные пятна. А потом внезапно появился свет – яркий, зеленоватый, заливающий всё вокруг.

Глава 2. Лиара

Николай очнулся, открыл глаза и медленно поднялся с земли, чувствуя, как голова кружится от неожиданного падения. Он огляделся, пытаясь понять, где находится. Вокруг простиралась долина, залитая мягким зеленоватым светом. Воздух был напоен странными ароматами – сладковатыми, пряными, незнакомыми. Ручей, который он слышал, журчал где-то рядом, но его звук был необычным, словно вода пела на неведомом языке.

– Ты смешной, – раздался звонкий голос, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков.

Николай резко повернул голову. На большом валуне, поросшем светящимся мхом, сидела юная девушка. Её волосы струились подобно жидкому серебру, переливаясь всеми оттенками от платины до глубокого золота. Но самым удивительным были её глаза – огромные, цвета темного янтаря, словно светящиеся изнутри.

– Кто ты? – спросил Николай, пытаясь справиться с головокружением. Его голос звучал хрипло, как будто он долго не говорил.

– Лиара, – она склонила голову набок, разглядывая его с детским любопытством. – А как тебя зовут?

– Николай, – и словно пытаясь запомнить это странное имя, повторил про себя, – Лиара.

– А ты пришел через Темное Зеркало. Давно никто к нам не приходил таким образом.

– Темное Зеркало? – Николай снова огляделся, пытаясь понять, что она имеет в виду. – Где я? Что это за место?

– В центральном мире Потока, – ответила Лиара, спрыгнув с камня. Её движения были странно текучи, будто она не шла, а струилась по воздуху. Её платье, сотканное словно из лунного света, колыхалось без ветра. – Здесь живут те, кто умеет читать нити реальности и плести из них новые узоры. Мы храним равновесие между мирами.

Николай почувствовал, как земля под его ногами слегка пульсирует, словно живая. Он наклонился и коснулся травы ладонью. Она была теплой и мягкой, но при этом казалась не совсем реальной.

– Это… это сон? – спросил он, всё ещё не веря своим глазам. – Я упал с крыши, ударился головой, и теперь мне всё это снится? Или может я умер и теперь в раю?

Лиара засмеялась, её смех был похож на звон колокольчиков.

– Нет, это не сон и ты точно не умер. Ты действительно здесь. Ты прошел через Темное Зеркало, и теперь ты в мире Потока.

– Темное Зеркало… – Николай снова попытался вспомнить, что произошло. – Я был на крыше, проверял печную трубу… и вдруг эта чернота… она затянула меня…

– Да, – кивнула Лиара. – Темное Зеркало – это портал между мирами. Оно открывается очень редко, и только для тех, кто обладает особым даром.

– Даром? – Николай скептически посмотрел на свои руки. – Я обычный печник. Я всю жизнь кладу кирпичи и чищу дымоходы. Какой у меня может быть дар?

Лиара улыбнулась, её янтарные глаза светились теплом.

– Ты ещё не понимаешь, но скоро узнаешь. Ты не случайно здесь оказался. Поток привёл тебя к нам.

Николай снова почувствовал головокружение. Всё это было слишком нереальным, слишком странным. Он привык к простым вещам: к серым городским пейзажам, обычным улицам, наполненных автомобилями, к своей работе – печам, каминам и дымоходам. А здесь… здесь всё было словно из сказки.

– А как я вернусь домой? – спросил он, чувствуя, как тревога начинает сжимать его грудь. – У меня там работа, люди ждут… Марфа Петровна… её печь…

Лиара подошла ближе и положила руку на его плечо. Её прикосновение было тёплым и успокаивающим.

– Не переживай, Николай. Ты вернёшься в свой мир, когда придёт время, я думаю Марфа Петровна даже не заметит твоего исчезновения. Но сначала тебе нужно понять, зачем ты здесь. Поток не просто так привёл тебя к нам.

– Поток… – Николай снова посмотрел вокруг. – Что это вообще такое? Ты говоришь о нём, как о чём-то живом.

– Поток – это энергия жизни, которая связывает все миры, – объяснила Лиара. – Он как река, которая течёт через реальность. Мы, Хранители, следим за тем, чтобы он оставался в равновесии. Но сейчас что-то пошло не так… – её голос стал серьёзным. – Тени, которые обычно следят за равновесием Потока на его теневой стороне, стали разрушать его. И мы не знаем, почему.

Николай снова почувствовал, как земля под ногами пульсирует. Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, но в голове продолжали крутиться вопросы.

– А почему я? – спросил он, открывая глаза. – Почему Поток привёл именно меня? Я ничего не знаю о ваших мирах, о ваших Тенях… Я просто печник, может ваш Поток просто ошибся?

Лиара улыбнулась.

– Поток никогда не ошибается, просто ты ещё не знаешь, на что способен. Но я чувствую, что в тебе есть что-то особенное.

Николай глубоко вздохнул. Он всё ещё не мог поверить, что всё это происходит наяву, но чувствовал, что сопротивляться бесполезно. Если верить этой странной девушке, то он оказался здесь не случайно, и теперь ему предстояло узнать, зачем.

– Хорошо, – сказал он, наконец, смирившись. – Что мне делать дальше?

Лиара улыбнулась и махнула рукой, призывая следовать за ней.

– Пойдём со мной. Я отведу тебя в селение Хранителей. Там ты узнаешь больше.

Николай кивнул и двинулся вслед за этой странной девушкой с серебристыми волосами, отметив про себя ее красоту и изящество. Они двинулись в путь, оставляя позади долину, залитую мягким светом.

Глава 3. Селение Хранителей

Лиара вела Николая по извилистой тропе, петляющей между холмами. Чем дальше они шли, тем более странным становился пейзаж. Деревья вокруг росли причудливыми спиралями, их листья светились мягким светом. Николай не мог оторвать глаз от этого зрелища. Каждый шаг приносил новые впечатления, и он чувствовал, что его сознание едва успевает обрабатывать всё, что он видит.

– Смотри, – Лиара указала вперед, где в долине раскинулось селение.

Николай замер от удивления. Дома, если их можно было так назвать, казались выросшими из самой земли. Они струились вверх плавными линиями, словно застывшие водопады из светящегося камня. Между строениями протекали ручьи, образуя сложную сеть каналов, по которым плыли маленькие лодочки странной формы. В центре селения возвышалось огромное дерево, похожее на древний дуб, чьи ветви тянулись к небу, словно пытаясь обнять весь мир. Его ствол был испещрён светящимися узорами, которые непрерывно менялись, как будто само дерево разговаривало с миром.

– Это… это невероятно, – прошептал Николай, не в силах оторвать взгляд от селения. – Я никогда не видел ничего подобного.

Лиара улыбнулась, её глаза светились гордостью.

– Это наше селение. Здесь живут Хранители Потока. Мы следим за равновесием между мирами и стараемся поддерживать гармонию. Раньше здесь было не так много людей, но сейчас к нам стекаются Хранители с других миров, и становится тесновато.

Николай кивнул, но его взгляд привлёк что-то ещё. У подножия древнего дуба бил источник. Его воды светились мягким голубоватым светом, а вокруг него распространялась сияющая дымка, закручивающаяся в странные спирали. Источник казался живым, пульсирующим, словно живое сердце этого мира.

– Что это? – спросил Николай, указывая на источник.

– Это Источник Потока, – ответила Лиара, её голос стал серьёзным. – Он является центром силы нашего мира, хотя правильнее сказать – всех миров. Именно здесь Поток проявляется в своей чистейшей форме. Источник связывает все миры, все времена и пространства. Он – источник жизни и ключ к равновесию.

Николай смотрел на источник, чувствуя, как его притягивает эта странная, почти гипнотическая энергия.

– И вы его охраняете? – спросил он.

– Да, – кивнула Лиара. – Источник – это не просто место силы. Он – жизнь всех миров. Если что-то случится с ним, равновесие будет нарушено, и последствия могут быть катастрофическими.

– А что такое Поток? – спросил Николай, всё ещё не до конца понимая, что это значит.

– Поток – это созидающее начало Вселенной, основа жизни, – начала Лиара, её голос звучал мягко, но с оттенком торжественности. – Он пронизывает всё вокруг своими нитями. Без него материя не может быть организованной и может только разрушаться. Все живые существа во Вселенной связаны нитями Потока с Источником и получают от него сознание и энергию жизни. Можно сказать, что Источник воплощается в них своей частичкой. И я и ты – частицы Потока.

Николай слушал, стараясь не упустить ни слова. Его взгляд скользил по светящимся узорам на дереве, которые медленно пульсировали в такт Источнику. – Все равно не понимаю. В моем мире нет никакого Потока, но жизнь есть и развивается.

– Поток есть везде и в твоем мире, только его могут видеть лишь те, у кого есть Дар. Вот смотри, – Лиара подняла с земли горсть небольших округлых камешков, похожих на мелкую речную гальку, и протянула их Николаю. – Попробуй сложить их столбиком, один друг на друга.

Николай с непониманием посмотрел на Лиару, но взял камешки, присел на корточки и начал старательно ставить их один на другой. Но как он не пытался, больше трех поставить не получалось и все рассыпалось. – Это невозможно, – раздраженно сказал он после нескольких безуспешных попыток.

– А теперь я, – Лиара присела рядом, сделала странные жесты руками и быстро начала ставить камушки один на другой.

Николай с удивлением смотрел, как стремительно растет столбик. – Как ты это делаешь?

– Это не я, это Поток, – с улыбкой, ответила Лиара. – Я просто подключила эти камушки к нему. А теперь отключаю, – сказав это, она сделала взмах рукой, высокий столбик задрожал и в тот же момент рассыпался. – Теперь ты понимаешь? – пристально посмотрев в его глаза, спросила Лиара, – энергия Потока придает мертвой материи структуру и тем самым порождает жизнь.

– Пока не совсем, но надеюсь пойму, – задумчиво ответил он. – А что происходит, если Поток разрушится?

– Если Поток разрушится, жизнь прекратится, миры начнут распадаться, как этот столбик из камней, время и пространство переплетутся в хаосе, – ответила Лиара. – Именно поэтому мы должны защищать Источник любой ценой.

Николай задумался, глядя на Источник. Теперь он понимал, насколько важно это место, но по прежнему не мог понять своей роли в этом.

– А почему он светится? – спросил он, не отрывая взгляда от голубоватого свечения.

– Это энергия Потока, – объяснила Лиара. – Она проявляется в виде света. Чем сильнее Поток, тем ярче свет. Но сейчас… – она замолчала, и в её глазах промелькнула тень тревоги. – Сейчас свет стал слабее. Это значит, что равновесие нарушено, энергия утекает.

Николай задумался. Он всё ещё не мог до конца осознать, что происходит, но чувствовал, что этот Источник – ключ ко всему, что он видел и слышал с момента своего появления здесь.

– А что я могу сделать? – спросил он, чувствуя, как в его голосе звучит неуверенность. – Я ведь ничего не знаю о вашем мире. Как я могу помочь?

Лиара улыбнулась и положила руку на его плечо.

– Пойдём, – сказала она, протягивая руку. – Тебе нужно встретиться с Элдросом. Он старейший из Хранителей, и он сможет объяснить тебе больше.

Николай кивнул и последовал за ней. Спускаясь за Лиарой с холма, он чувствовал, как страх и неуверенность постепенно уступают место любопытству и желанию понять этот новый мир. Он понимал, что впереди его ждут испытания, но он не привык в своей жизни отступать перед трудностями и был готов встретить их лицом к лицу.

Глава 4. Мудрость Элдроса

Жилище старого хранителя находилось в древнем дереве, чей ствол был испещрен светящимися узорами. Они непрерывно менялись, как будто само дерево разговаривало с миром.

Элдрос ждал их в главной комнате. Высокий, с серебристыми волосами и глазами цвета грозового неба, он внимательно смотрел на Николая.

– Я ждал тебя, – произнес он, и в его голосе звучала древняя сила. – Поток показал мне твоё появление.

– Вы знаете, почему я здесь? – спросил Николай.

Элдрос кивнул и взмахнул рукой. В воздухе вспыхнула карта – сложная сеть светящихся линий, пронизывающих пространство. Линии переплетались, образуя сложные узоры, а кое-где темнели провалы, словно дыры в ткани мироздания.

– Это Поток, – сказал Элдрос. – Он связывает миры, пространства и даже время. Его нити – это дыхание вселенной. Каждая нить – это жизнь живого существа.

Николай смотрел на мерцающую сеть, завороженный. Он видел, как одни нити пульсировали ровным светом, другие слабо мерцали, а третьи – разорваны, словно выжженные воронки.

– Почему одни нити светятся, а другие гаснут, почему они принимают такие странные формы? – спросил он.

Элдрос провел рукой над одной из тусклых нитей, и она вспыхнула на мгновение, но затем снова ослабла.

– Поток – это не просто энергия, Николай. Это отражение всего живого. Он отражает жизни живых существ, их состояние, эмоции, переживания, радости, страхи и трагедии.  Изначально он был совершенен, но с появлением разумных существ всё изменилось. Люди… их эмоции – словно ветер, который то ласково гладит паруса, то рвёт их в клочья.

Николай нахмурился:

– Но как чувства могут влиять на саму структуру реальности?

– Представь, что Поток – это река, – продолжил Элдрос. – Чистая, глубокая, несущая жизнь. Но когда в неё вливаются мутные потоки злобы, страха или ненависти, вода темнеет. Особенно опасны масштабные катастрофы – войны, массовые смерти от катастроф, голод. Все это сопровождается выплеском большого количества разрушительных эмоций. Они создают искажения, которые могут нарушать структуру и даже разрывать нити Потока. Именно поэтому с появлением людей появились и Хранители – те, что способен очищать эти воды, восстанавливать гармонию. Но сейчас баланс нарушен, образовался Разрыв.

Лиара тихо добавила:

– И появились Тени.

– Тени… – повторил Николай. – Что это? Какие-то существа?

Элдрос покачал головой:

– Они не просто существа. Они часть Потока, только теневого, такого же важного, как и наш Поток. Они очищают старое, освобождая место для нового. Но после появления Разрыва они потеряли цель и начали поглощать всё подряд. Их задача – разрушение, но разрушение в природе бывает разным. Есть созидающий огонь, а есть беспощадное пламя.

– Можно ли их остановить? – спросил Николай.

– Остановить? Нет. Но можно направить, можно восстановить баланс, и тогда Тени снова станут частью Потока, а не его врагами.

Николай задумался. Он смотрел на карту и видел, что в ней действительно было движение, жизнь. Но там, где гас свет, начинался хаос.

– Если Тени связаны с Потоком, значит, их можно перенаправить, – вслух подумал он. – Нужно не бороться с ними, а изменить их путь.

Элдрос улыбнулся:

– Вот почему Поток привел тебя к нам.

– Но я все равно почти ничего не понимаю в вашем мире, я не вижу этот Поток, какой от меня, обычного печника из другого мира может быть толк? – спросил Николай

– Ты научишься, я буду учить тебя, а пока пойдем, я покажу тебе твою комнату– ответила Лиара.

Она повела его через плавно изогнутый коридор, стены которого мерцали слабым светом, словно вплетённые в структуру дома нити Потока дышали в такт миру. Николай чувствовал усталость – после всего, что произшло в новом мире всё, что ему сейчас нужно, это возможность немного прийти в себя.

Лестница на второй этаж казалась частью дерева, из которого, казалось, был создан весь дом Элдроса. Они поднялись, и Лиара остановилась у одной из дверей.

– Здесь ты будешь жить, – сказала она, открывая дверь и пропуская его вперёд.

Комната оказалась небольшой, но уютной. По стенам тянулись плавные линии светящихся узоров, создавая ощущение тёплого, живого пространства. В углу стояла простая, но удобная кровать, рядом – высокий шкаф, а у окна, выходившего на древний лес, располагался небольшой стол с резными ножками.

– Здесь всё, что тебе понадобится, – сказала Лиара, проходя внутрь. – А здесь можно хранить одежду.

Она коснулась стены у шкафа, и тот бесшумно открылся, словно сам почувствовал её намерение.

– Надеюсь, тебе будет здесь комфортно, – добавила она, чуть смущённо.

Николай внимательно осмотрел комнату. В ней было что-то… личное. Что-то, что говорило, что здесь долгое время жил кто-то другой.

– А кто здесь жил до меня? – спросил он, глядя на Лиару.

Она опустила взгляд и на мгновение замялась.

– Я, – тихо сказала она.

Николай удивлённо посмотрел на неё.

– Ты?

Лиара кивнула:

– Да. Когда я была младше, это была моя комната. Но потом я переехала в свой дом. А теперь… теперь здесь будешь ты.

В её голосе прозвучало что-то, чего Николай пока не мог понять. Лиара немного помолчала, потом добавила:

– Отдыхай. Завтра предстоит важный день.

Она ещё раз взглянула на него и вышла, оставив Николая одного в тишине комнаты, которая теперь принадлежала ему.

Глава 5. Первые уроки

Николай сидел на берегу светящегося ручья, пытаясь сосредоточиться на ощущениях, которые описывала Лиара. Но всё, что он чувствовал, – это лёгкое головокружение и странное покалывание в кончиках пальцев.

– Я ничего не чувствую, – вздохнул он, открывая глаза. – Может, это ошибка? Может, я не тот, кем вы меня считаете?

Лиара улыбнулась, её янтарные глаза светились теплом.

– Ты только начал, Николай. Не жди, что всё получится сразу. Поток – это как чтение. Сначала ты учишься узнавать только отдельные буквы, но со временем начинаешь составлять слоги, слова и наконец видеть целые предложения, складывающиеся в захватывающие истории.

Он хотел возразить, но вдруг почувствовал лёгкую вибрацию в воздухе. Она была едва уловимой, но он не мог её игнорировать. Николай закрыл глаза и снова сосредоточился. На этот раз он почувствовал, как что-то тянется к нему, как будто невидимые нити обвивают его руки.

– Вот! – воскликнула Лиара. – Ты начинаешь чувствовать!

Николай открыл глаза и ахнул. Мир вокруг изменился. Теперь он видел тончайшую сеть светящихся нитей, связывающих всё вокруг. Они переплетались и пульсировали в своем магическом танце, формируя неповторимые узоры. На первый взгляд их танец казался хаотическим, но сосредоточив внимание можно было уловить структуру в этих движениях.

– Это невероятно, – прошептал он.

– Это только начало, – улыбнулась Лиара. – Теперь нужно научиться взаимодействовать с Потоком.

Она протянула руку и указала ему на яркую нить рядом с ними, – коснись вот этой нити, попробуй ее почувствовать.

Николай потянулся рукой и в этот момент их пальцы нечаянно соприкоснулись. Они оба на мгновение замерли. Лиара с тенью смущения отвела руку, попытавшись сделать вид, что ничего не произошло. А Николай почувствовал, как учащенно забилось его сердце.

– Прости, – тихо сказала Лиара, убирая прядь серебристых волос за ухо. – Иногда Поток усиливает чувства…

– Всё в порядке, – ответил Николай, стараясь говорить спокойно, хотя голос чуть уловимо задрожал.

Несколько мгновений они молчали, прежде чем Лиара снова заговорила:

– Попробуй сам. Коснись нити и направь её движение.

Николай глубоко вздохнул, стараясь сосредоточиться, но ощущение от этого случайного прикосновения ещё не исчезло. Он осторожно потянулся к нити Потока, стараясь не думать о том, что только что произошло. Однако где-то внутри него вновь поселилось давно уже позабытое чувство.

Его рука коснулась нити, но в этот момент чувства сомнения и тревоги резко нахлынули и он одернул ее. – А если я сделаю что-то не так? – спросил он. – Что, если я разрушу что-то важное?

Лиара положила руку на его плечо.

– Не переживай, ты не один. Я всегда буду рядом, – а затем, словно смутившись от сказанного, поправилась. – Мы будем.

Глава 6. Дар

Дни слились в странный калейдоскоп обучения. Николай проводил часы в саду за храмом Хранителей, где воздух, казалось, звенел от насыщенности Потоком. Постепенно он учился различать тончайшие оттенки энергии: золотистые нити жизненной силы, серебристые – времени. Различал сложные извилистые линии людей, более простые – животных и почти прямые как струна – растений. Каждая имела свой характер, свою "личность", как говорила Лиара.

К его удивлению, некоторые сложные вещи давались ему с поразительной легкостью. Он интуитивно чувствовал, как переплетать потоки энергии, создавая сложные узоры силы. Однако простейшие упражнения порой ставили его в тупик – например, он никак не мог научиться создавать простейшие световые сферы, которые любой начинающий Хранитель осваивал в первые дни, но при этом ему удавалось устранять восстанавливать разорванные нити – многие Хранители даже после долгих лет обучения так и не могли освоить этот навык.

– У тебя редкий дар, – заметил однажды Элдрос, наблюдая один из таких моментов, когда Николай пытался восстановить разорванную нить Потока. Старый Хранитель опирался на свой посох, и его глаза, казалось, видели что-то за пределами физического мира. – Ты чувствуешь структуру вещей, суть живых существ, движение Потока. Это… необычно. Возможно, это связано с твоей профессией.

– Я просто кладу и ремонтирую печи, – смутился Николай, опуская руки. Сияющая нить, над которой он работал, мягко пульсировала, постепенно срастаясь. – Ничего особенного.

– Печь – это ведь тоже поток, – сказал Элдрос задумчиво. В его голосе звучала древняя мудрость, накопленная веками наблюдений. – Поток тепла, дающего жизнь, поток воздуха или дыма из внутреннего пространства во внешнее. Создавая печь, ты создаёшь путь для этих потоков. Формируешь их, направляешь, управляешь ими. Ты интуитивно понимал Поток даже в своем мире, просто не осознавал этого.

Николай переступил с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом старого Хранителя. Всю жизнь он старался быть незаметным, обычным, ничем не выделяться. Это стало привычкой, частью его натуры. А здесь, в мире Потока, он постоянно оказывался в центре внимания. Его способности, его "дар" – всё это словно выталкивало его на передний план, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке.

– А теперь я вас оставлю, занимайтесь дальше, – произнёс Элдрос, словно почувствовав его дискомфорт. Старый Хранитель слегка поклонился и медленно направился к храму, его фигура словно растворялась в солнечном свете.

Николай расправил плечи и глубоко выдохнул, чувствуя, как уходит напряжение. Наедине с Лиарой он чувствовал себя гораздо комфортнее.

В голове продолжали роиться десятки вопросов об этом мире и природе его способностей, но они никак не выстраивались в стройную картину, а лишь порождали новые загадки.

– Это только начало, – голос Лиары вернул его к реальности. – Теперь попробуй коснуться вот этой нити и почувствовать ее.

Она указала на странную медленно пульсирующую тусклую нить, закручивающуюся в причудливые спирали, которая уже давно привлекла внимание Николая, выбиваясь из общей гармоничной структуры. В её движении было что-то тревожное, болезненное, словно она металась в попытках найти правильный путь. По своей структуре эта нить была похожа на человеческую.

Николай осторожно протянул руку. Как только его пальцы коснулись нити, он сконцентрировался на ощущениях, которые она с собой несла. И в этот момент мир словно перевернулся. Его захлестнула волна чужих эмоций – глубокое отчаяние, безысходность, страх. Нить задрожала от его прикосновения, начала пульсировать чаще, словно хотела убежать и спрятаться от неожиданного к ней внимания. Поток ощущений нарастал, грозя захлестнуть сознание. Боль – острая, душевная, невыносимая – растекалась по его телу, заставляя задыхаться.

Откуда-то пришло понимание. Он должен не просто прикоснуться к нити и почувствовать ее – он должен исправить, изменить её. Наполнить светом, теплом, надеждой. Показать, что мир может быть другим.

Николай закрыл глаза, сосредоточившись на самых светлых чувствах, которые мог найти в своей душе и направил их в эту странную нить …

Глава 7. Странная нить

Катя проснулась от привычного холода – батареи в квартире еле теплились. Серый рассвет едва пробивался сквозь грязное окно с облупившейся краской на раме. Она натянула потёртое одеяло повыше, пытаясь согреться, и невольно перевела взгляд на календарь на стене. Сегодня ей исполнялось четырнадцать. Когда-то этот день был самым счастливым в году – с тортом, свечками, подарками и улыбающимися родителями. Теперь же от этих воспоминаний только больно щемило сердце.

Матери и отчима дома не было. Вчера они опять устроили попойку с друзьями – такими же опустившимися, с красными лицами и громкими голосами и куда-то ушли. Катя до поздней ночи сидела в своей комнате, уткнувшись в подушку, чтобы не слышать их пьяные крики и смех. Уроки так и остались не сделанными – при тусклой настольной лампе глаза быстро уставали, да и какой смысл? В дневнике уже давно красовались одни двойки и тройки.

Она медленно оделась, словно раздумывая. Старые джинсы с протёртыми коленками, растянутый свитер, который когда-то был маминым. В зеркале отражалось бледное лицо с тёмными кругами под глазами и спутанными русыми волосами.

– С днём рождения, Катька, – вздохнув, сказала она своему отражению, и губы предательски задрожали.

На кухне царил привычный беспорядок: грязные тарелки в раковине, окурки в пустых банках из-под консервов, недопитые бутылки. Есть не хотелось – в животе противно крутило от запаха перегара и несвежей еды.

Катя подошла к окну и посмотрела вниз с высоты десятого этажа. На мгновение она представила, что лежит там внизу, на мокром асфальте и весь этот ужас, называемый ее жизнью закончен. Отогнав эту мысль, она механически собрала учебники в потрёпанный рюкзак, некогда розовый, а теперь какого-то неопределённого цвета и вышла из дома.

В последнее время такие тяжелые мысли приходили всё чаще. Особенно по ночам, когда она лежала без сна, вслушиваясь в пьяные крики за стеной. Может, лучше было бы совсем не просыпаться? Никто ведь даже не заметит… Мать давно живёт в каком-то пьяном тумане, только и может, что повторять "Отчим тебе добра желает" после каждой выволочки. А папа… Три года прошло с момента, когда родители развелись. Мама говорила, что он уехал на заработки далеко на север. Наверное там у него уже другая семья, а может и другой ребенок. Зачем ему помнить о ней?

Осенний дождь монотонно барабанил по карнизам. Катя брела по лужам, не разбирая дороги. В школу не хотелось – там её ждали только насмешки. "Нищебродка", "оборванка" – эти слова преследовали её в коридорах. Особенно старалась Ленка, у которой каждые полгода был новый телефон и брендовые вещи.

Катя остановилась, посмотрела на небо и подумала, "Бог, если ты есть на небе, то почему ты так несправедлив ко мне, в чем я виновата?" От этой мысли сердце сжалось и хотелось заплакать, она опустила взгляд и пошла дальше.

Внезапно детский смех и жалобный визг вырвали её из тяжёлых мыслей. За углом обшарпанной пятиэтажки трое мальчишек лет десяти окружили что-то, пинали ногами и гоготали.

– Прекратите немедленно! – Катя сама не узнала свой голос, обычно тихий и робкий. Сейчас в нём звенела сталь. Мальчишки, не ожидавшие такого, испуганно переглянулись и бросились врассыпную.

На мокром холодном асфальте, дрожа всем тельцем, сжался в комочек щенок. Грязный, худой, с взъерошенной шерстью, он поднял на Катю глаза, полные такого знакомого страха и отчаяния. Она замерла. В этих карих глазах она увидела отражение себя – такую же одинокую, брошенную, растоптанную и никому ненужную. Сердце сжалось от острой жалости к этому беззащитному комочку и к самой себе, на глазах выступили слезы.

– За что же они так с тобой, маленький? – воскликнула Катя. Не раздумывая, она подхватила щенка на руки. Он был совсем лёгкий, просто кожа да кости. Прижавшись к её куртке, он перестал дрожать и тихонько заскулил – не от страха, а словно благодаря.

Дома Катя налила в тазик тёплой воды и осторожно вымыла щенка. Под слоем грязи проступила рыжеватая шерстка с белым пятнышком на груди, будто звёздочка. Она аккуратно вытерла его, проверила его лапки, спинку – вроде ничего не сломано.

– Я не знаю, как тебя зовут, но теперь ты будешь Рыжик, – сказала она улыбнувшись и скармливая ему кусочек заветренной колбасы, которую берегла на обед. Щенок ел жадно, давясь и облизываясь, а Катя гладила его по голове, чувствуя, как в груди растёт что-то светлое и тёплое. Первый раз за долгое время она была кому-то нужна.

Грохот входной двери заставил вздрогнуть их обоих. Тяжёлые шаги отчима, спотыкающиеся, нетвёрдые. Сердце Кати замерло от ужаса.

Отчим увидел сидящую на полу падчерицу с щенком и двинулся к ним, даже не закрыв входную дверь.

– Ты что за шавку притащила в дом?! – его пьяный рёв ударил по ушам. От него разило перегаром даже через весь коридор. Катя схватила Рыжика и кинулась в свою комнату, забилась в угол между шкафом и стеной. Прижала к себе дрожащего щенка, закрыла голову руками и зажмурилась. Сейчас начнётся… Она уже чувствовала фантомную боль от будущих ударов.

Шаги приближались.

– Ну погоди, дрянь такая…

Катя вжалась в стену ещё сильнее, чувствуя, как колотится сердце Рыжика рядом с её собственным.

Глухой удар. Потом второй, словно что-то тяжёлое рухнуло на пол. Катя осторожно приоткрыла глаза и не поверила увиденному: отчим лежал на полу, а над ним возвышалась знакомая фигура, потирающая кулак. Под мышкой – белый плюшевый медведь с красным бантом.

– Папа! – пронзительный крик вырвался из ее груди. Она не помнила, как вскочила, как бросилась к нему. Уткнулась лицом в куртку, пахнущую дорогой, осенней сыростью и таким родным запахом и зарыдала. – Папочка, любименький, где же ты был? Почему тебя так долго не было? Мне так плохо без тебя…

Сильные руки прижали её к груди, и она почувствовала, как часто бьётся отцовское сердце. – Прости меня, доченька, – его голос дрожал, Катя подняла глаза, полные слез и увидела, что отец тоже плачет . – Прости, я не знал…. Мама говорила, что у вас всё хорошо, не разрешала с тобой общаться. Господи, если бы я только знал!

Отец осмотрелся по сторонам, посмотрел на отчима, лежащего без сознания, и решительно добавил, – я ни за что не оставлю тебя здесь. Собирай свои вещи, мы уезжаем. Немедленно.

Катя оглядела свою комнату. Старая одежда, потрёпанные учебники, выцветшие обои с содранными уголками – ничего этого ей не было жаль. Только дневник со стола, в котором она записывала свои самые сокровенные мысли… – Пап, а можно Рыжика с собой? Он совсем маленький, я буду о нём заботиться!

– Конечно, можно, – отец ласково погладил щенка по голове.

Через пять минут их машина выезжала со двора. Катя сидела на заднем сиденье, прижимая к себе притихшего Рыжика, и смотрела, как исчезают за поворотами знакомые улицы. Серые дома, облезлые заборы, грязные лужи – всё это оставалось позади, превращаясь в далёкий страшный сон. Мелкий моросящий дождь закончился, и сквозь разрывы в облаках выглянуло солнце. Его луч озарил Кате лицо и принес ощущение тепла. Она посмотрела на него сквозь прищуренные глаза, улыбнулась и шепотом сказала: "Спасибо, Бог. Теперь я знаю, что ты есть." Потом задумалась на минутку, снова улыбнулась и добавила: «С днем рождения, Катька»

Глава 8. Переплетенная нить

Неожиданно, ощущения от нити резко изменились, словно издалека пришел ответ, принеся с собой чувство ответной любви и благодарности. Николай открыл глаза и увидел, как цвет нити изменился, она стала ярче и прекратила пульсировать. Ее форма изменилась, и развернулась в чудесный узор, вплетаясь в многообразие соседних нитей, словно заново нашла своё место среди других.

Лиара, смотревшая на это все время завороженным взглядом вскрикнула:

– Ты… ты переплел её! Это невероятно! Даже не все Хранители умеют это делать! Ух… это же чья-то жизнь сейчас изменилась, ты понимаешь?

Николай молча смотрел на свои руки, прислушиваясь к собственным ощущениям. Это был совершенно новый, странный опыт, словно он действительно со скоростью калейдоскопа только что прожил чью-то жизнь. Вдруг пришло осознание: это был не просто навык, не просто дар. Это была его суть. Он мог не только чувствовать Поток, но и управлять им, исправлять поврежденное. В глубине души возникло глубокое чувство удовлетворения от проделанной только что работы.

– Теперь ты понимаешь? – с тихим восторгом сказала Лиара. – Ты не просто Хранитель. Ты Мастер. Пока я не знаю Мастер чего, ведь у каждого мастера своя специализация. Кто-то работает со стихиями, кто-то управляет материей или временем. Ты можешь не просто срастить разорванную нить Потока, но и переплести ее, изменять судьбы!

В её взволнованном голосе звучала смесь восторга и надежды.

Николай задумался, глядя на свои руки. Он чувствовал, как внутри него пульсирует новая сила, но всё ещё не до конца понимал, что это значит.

– Лиара, – начал он, – ты говорила, что Тени разрушают Поток. Но что они такое? Почему они появились?

Лиара вздохнула и села рядом с ним на берег светящегося ручья.

– Я уже говорила тебе, что Поток – это созидающее начало Вселенной, основа жизни, – начала она. – Он пронизывает всё вокруг своими нитями. Без него материя не может породить жизнь и только разрушается. Каждое живое существо во Вселенной связано нитью с Источником.

Николай слушал, стараясь не упустить ни слова.

– Да, это я уже знаю, а Тени? – спросил он.

– Тени – это разрушающее начало, стремящееся превратить все в мертвую пыль. – ответила Лиара. – Мы – Хранители светлой части Потока, несущей жизнь, и наша задача – поддерживать его, восстанавливать структуру. Еще есть Хранители теневого Потока. Тёмные сущности, которые выполняют ту же работу, но по ту сторону Потока, на его теневой стороне.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.