Али Куросанов
Система Торговца

Глава 1 – Финиш.

Я просыпаюсь и сразу же понимаю, что всё не так, как должно быть. Тяжесть давит на всё тело. Не могу понять, где я, но запах антисептика и приглушенное жужжание приборов подсказывают – больница. Кажется, меня придавило чем-то тяжелым… или это моё собственное тело стало неподъемным.

Открыть глаза удаётся с трудом, словно веки отлиты из свинца. Свет лампы бьёт прямо в лицо, и голова раскалывается от боли. Я пытаюсь пошевелиться, но всё, что получается, – едва заметное движение пальцев правой руки. Левую вообще не чувствую. Её как будто не существует. Нога? Правая нога чуть двигается, но левая – неподвижна, словно её у меня забрали.

Что-то давит на горло. Спазм. Нет, это не спазм – это трубка. Меня подключили к ИВЛ. Я дышу, как машина, ровно и механически, воздух поступает внутрь с лёгким шипением. Грудная клетка будто раскалывается от этого давления. Каждый вдох-выдох напоминает о том, что внутри что-то сломано. Где-то в левом боку разливается тупая боль, с каждым вдохом она усиливается.

Попробовал повернуть голову – ошибка. В шее вспыхивает такая боль, что перед глазами всё темнеет. Она невыносима. Ощущение, что кто-то пытается скрутить мою шею в тиски.

Я чувствую левую сторону головы, левую щёку, но правая сторона кажется ватной. Как будто она не моя.

Это так странно. Почему я чувствую правую руку, правую ногу, но правую щёку нет?

[СИСТЕМА ТОРГОВЦА АКТИВИРОВАНА]

Мутный взгляд, видно только свет. Я не вижу абсолютно ничего на бежевом потолке. Кроме черной надписи, высветившейся передо мной.

[ПРАВИЛА]

1 – Владельцу способности запрещается сообщать третьим лицам любым способом (устным, письменным или иным) о существовании или особенностях своей способности. Также запрещается оставлять любые записи, содержащие упоминание о способности, на любых носителях или поверхностях.

Нарушение данного запрета влечет за собой автоматическую утрату способности.

2 – Владелец способности обязан использовать её исключительно таким образом, чтобы исключить возможность её обнаружения или идентификации третьими лицами.

Любые действия, ведущие к раскрытию способности, запрещены

Нарушение данного запрета влечет за собой автоматическую утрату способности, если в течение 24 часов не будет устранен человек, получивший информацию о существовании или особенностях способности.

3 – Владелец способности вправе отказаться от её использования в любой момент по своему усмотрению.

[ВЫ СОГЛАСНЫ С УСЛОВИЯМИ? ОТВЕТ ДАТЬ УСТНО]

– Да, – хрипло произношу я, даже не задумываясь. Трубка слишком сильно вогнута мне в глотку. Говорить практически невозможно, надеюсь мой хрип воспримут за ответ.

[ОТВЕТ ПОЛУЧЕН]

Ниже представлены функции и их описания. Для использования каждой функции необходимо назвать её вслух.

1 – Помощь (повтор данного сообщения)

2 – Характеристики (Описание вашего физического состояния в настоящий момент времени)

3 – Травмы (Описание повреждения вашего организма в настоящий момент времени)

4 – Продать (После прикосновения к любому предмету или его части и активации этой функции, предмет будет продан, что означает его полное исчезновение. За данную операцию на ваш счет будут начислены денежные средства в удобной для вас валюте, равные 10% от текущей рыночной стоимости предмета)

5 – Счёт (Позволяет узнать текущий баланс ваших денежных средств внутри системы способности)

6 – Вывести (Позволяет обналичить средства с вашего счёта в реальные деньги. Вы можете выбрать отправку средств на вашу карту или получение наличных купюр в ближайшем доступном пространстве, расположенном рядом с вами)

7 – Вопрос (После активации этой функции вы можете задать любой интересующий вас вопрос. Стоимость ответа будет определена системой. В случае согласия, с вашего счёта будет списана указанная сумма, после чего вы получите ответ на ваш вопрос)

8 – Задания (Ваши текущие миссии. Задания будут поступать периодически, и вы можете выбрать согласиться с ними или отказаться. Каждое задание сопровождается наградой и наказанием за выполнение или отказ от выполнения)

Текст слишком быстро пролетал мимо моего взора, пришлось закрыть глаза – так было легче прочесть. Текст стал белым на чёрном фоне.

Значит, я в игре. И у меня есть возможность восстановиться. Только от чего?

Я пытаюсь вспомнить, что со мной произошло, но мысли в голову приходят слишком туго.

Машина, да. Что-то связано с моей машиной. Если я в таком состоянии, значит, ничего хорошего

– Вопрос, – хриплю я, – Что со мной случилось?

Трубка накачивает и выкачивает кислород. У меня нет сил сопротивляться этому движению воздуха – самому дышать у меня не получится.

Я рад, что меня не тянет блевать. Видимо, меня сильно чем-то накачали.

Когда я говорю, что пытаюсь что-то сказать – я бормочу похуже, чем пациент у стоматолога. Не выходит даже звуки правильно произносить. Надеюсь, эта система сможет понимать меня дальше.

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 100 РУБЛЕЙ]

Точно, деньги. Но у меня же их нет. На карте лежало несколько сотен тысяч, в кошельке деньги тоже должны были быть. Это считается?

– Согласен.

[НА ВАШЕМ СЧЕТЕ НЕДОСТАТОЧНО СРЕДСТВ ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ОТВЕТА]

Как же болит шея. Пытаюсь снова повернуть голову, но сознание слишком сильно мутнеет. Когда у меня в детстве забирали кровь было так же. Вначале плохо, звёздочки перед глазами, а потом начинает мутнеть. Просыпаешься потом на полу из-за того, что сознание потерял.

Нет возможности даже глянуть на себя. Я разбит. Мне больно. В таком состоянии, скорее всего, не выживают.

Значит, у меня мало времени.

Нога ели двигается, рука тоже. Щека практически ничего не ощущает. Правая. Права рука и левая щека. Вправо голову повернуть я не могу, приходится лежать на левой стороне и двигаться я могу только сильнее в подушку, обратно не выходит.

Из-за того, что голова двигается только налево, а рука функционирует только правая, не могу глянуть, что мне попадается под единственную мою функционирующую кисть. Приходится полагаться на осязание, эффективность которого снижена если не полностью, то как минимум наполовину.

[ЗАДАНИЕ: ПРОЙТИСЬ ПО ПАРКУ]

Ваша задача – восстановить здоровье, чтобы в ближайшее время вы могли прогуляться по парку рядом с больницей.

Награда за выполнение задания: Улучшение способности.

Наказание за невыполнение задания: Лишение способности.

Наказание за отказ от задания: Лишение способности.

[ВРЕМЯ НА ВЫПОЛНЕНИЕ: 72 ЧАСА]

– Согласен, – стону я.

Любой, кто оказался бы рядом, услышал бы лишь слабый звук, похожий на попытку прочистить горло водой.

В голове прозвучал лёгкий звук подброшенной в воздух монеты. Видимо, он означает то, что задание принято.

Ладно, пока я ещё в сознании, нужно что-то сделать. Я начинаю ползти пальцами по простыни, пытаясь найти что-то, что можно продать. Что-то жидкое и холодное разлилось рядом с моим боком, и я даже не хочу думать, что это. Рука двигается дальше, добираясь до края кровати. Прилагаю все усилия, и рука свисает как строительный кран, тянется в сторону стены, стукается об неё ногтями.

Медленно и тяжело моргаю. А лучше просто закрою глаза.

Рука поднимается вверх по стене. Совсем немного – всего на сантиметров десять, не больше. Ногти ощущают пространство – подоконник. Средний палец, первым дотянувшийся, касается чего-то, лежащего на самом краю.

– Продать, – кряхчу я.

Звук подброшенной монеты раздаётся в голове.

[КАКТУС ЛОФОФОРА В ГОРШОЧКЕ. 873 РУБЛЯ]

“– Отлично”

Почему-то это придаёт мне надежду. Я не сомневаюсь, что кактус действительно исчез и это не предсмертный бред. Ведь если я начну сомневаться, то, вероятно, сойду с ума и действительно умру.

– Вопрос. Что со мной произошло? – Слова вырываются из горла, но они не имеют ни малейшего намека на человеческое общение. Хорошо, что хотя бы могу хоть как-то мычать. Правда, приходится ждать подходящего момента, когда воздух выкачивается из лёгких в нужную фазу ИВЛ.

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 100 РУБЛЕЙ]

– Согласен.

[ОТВЕТ]

Вы попали в аварию, стоя в пробке, когда в вас сзади врезался грузовик. От удара машину понесло вперёд, и вы врезались в автомобиль, стоящий перед вами. Все полученные травмы являются результатом этого инцидента. Рекомендую ознакомиться с перечнем травм через соответствующую функцию.

Отлично, я инвалид. Раньше я считал себя таковым только в психологическом плане, но теперь я и вправду стал настоящим овощем.

Не знаю, как на это реагировать без иронии. Стоит ли теперь вообще за жизнь бороться? Интересно, может, как-то самого себя продать можно?

Сквозь закрытые глаза потекли слёзы, капая на подушку – один глаз не выдержал.

Ладно, нельзя сдаваться. Если я получил какие-то суперсилы, стоит хотя бы попытаться выкарабкаться. Просто ради спортивного интереса.

Жду две секунды. Говорю:

– Травмы.

Перед лицом появляется длинный список.

1 – Перелом шестого ребра слева (с повреждением лёгких) – 45.000 рублей.

2 – Перелом седьмого ребра справа – 14.000 рублей

3 – Перелом восьмого ребра справа – 14.000 рублей

4 – Множественные переломы таза (с повреждением мочевого пузыря) – 150.000 рублей.

5 – Закрытая травма живота (разрыв печени, второй сегмент) – 190.000 рублей

6 – Перелом левой бедренной кости – 85.000 рублей

7 – Перелом правой бедренной кости – 85.000 рублей

8 – Перелом левого предплечья (лучевой и локтевой кости) – 60.000 рублей

9 – Повреждение срединного нерва (кисть правой руки) – 30.000 рублей

10 – Перелом левой ключицы – 20.000 рублей

11 – Закрытая черепно-мозговая травма (гематома височной доли) – 70.000 рублей

12 – Перелом основания черепа (с вытеканием цереброспинальной жидкости через носовые ходы) – 210.000 рублей

13 – Травма шейного отдела позвоночника (C3-C4, частичный паралич) – 250.000 рублей

14 – Перелом грудного отдела позвоночника (Th6-Th8) – 150.000 рублей

15 – Разрыв селезёнки – 140.000 рублей

16 – Перелом костей носа (с нарушением носового дыхания) – 18.000 рублей

17 – Разрыв мышц передней брюшной стенки – 25.000 рублей

18 – Ожог трением (второй степени) – 8.000 рублей

19 – Травма грудного отдела аорты (угроза аневризмы) – 500.000 рублей

20 – Разрыв желудка – 300.000 рублей

Чтобы вылечить рану, требуется вызвать функцию “Лечение” и указать номер травмы.

После оплаты рана будет устранена мгновенно. Рекомендуется проводить лечение в уединенном месте, чтобы избежать ненужного внимания.

Удивительно, но я умудрился устать, пока всё это читал. Может, от отчаяния, а, может, от простого желания поспать, я захотел прокрутить шею максимально в бок, как в тот раз, и просто остаться в царстве Морфея.

Травма шейного отдела позвоночника. Не знаю, что за це три и це четыре, но что такое “частичный паралич” – осознаю вполне. Двести пятьдесят тысяч рублей. У меня есть такие деньги, но продавать я могу только за десять процентов от цены. Сколько это? Два с половиной миллиона? Бред, я нигде не найду такое состояние. А даже если найду – лечение будет мгновенным. И как мне это скрыть от врачей?

Бред. Один сплошной бред.

Глаза закрываются, за темной пеленой моих век я вижу картину того, как ходил по лесу с отцом. Он рассказывал о чем-то своём, взрослом, я не сильно вслушивался. Моментами долетали понятные мне – ребенку – слова: грибочки, листья, лиса. Он рассказывал о том, что в детстве собирал всякие листья для своего дневника, куда клеил их скотчем.

Я ходил рядом любовался чащей. Деревья были такие большие, худые. Листья хоть и выпали, но всё равно деревья выглядели грозно даже голыми.

Почему-то, когда мне хуже всего, я вспоминаю детство. Может, это был участок того самого спокойствия в моём подсознании? Может, я чувствовал смерть как возвращение в это чувство детского любопытства и безмятежности?

Дверь в комнату открылась, я приоткрыл глаз. Моя жена, прижав руку ко рту, глядела на меня широко распахнув глаза. Я её видел слишком мутно, но движение рук выдавало её обеспокоенное состояние.

– Жень, господи… Женя, ты как?

Она подбежала ко мне, положила свою тяжелую ладонь на мою щеку. Бесполезно, правая всё равно ничего не чувствует.

– Больно, Лейла. – Кряхтел я через ИВЛ.

С трубкой что-то случилось. Может, она подвинулась? Стало говорить заметно больнее.

– Прости.

Она резко отдёрнула руку. Щека оставалась нечувствительной, но в шее всё ещё отзывалась боль от её давления.

– Кольцо.

– Что?

Я выждал, пока аппарат вгонит воздух в лёгкие, и в момент, когда воздух начал выкачиваться, постарался сказать чётче:

– Обручальное кольцо.

Глава 2 – Продажа.

Лейла аккуратно сняла кольцо со своего безымянного пальца, затем вложила его в мою ладонь и мягко сомкнула мои пальцы вокруг него.

– Я рядом, Жень.

– Взятка.

Трубка несчастно ранила глотку. Её нужно вставить поглубже. А могу ли я вообще её снять?

– Кгх! – выдавил я, пытаясь что-то сказать жене. Трубка в горле сидела так плотно, что я вынужден был прекратить попытки говорить.

– Да, Жень, я рядом. Я всегда буду рядом, – мягко сказала она, сжимая мою руку обеими ладонями, ту самую, в которой лежало кольцо.

"Вытащи трубку!" – кричал я мысленно, охваченный паникой. Мне казалось, что кислорода становится всё меньше. В груди что-то разрывалось, предвещая нечто ужасное.

Что это? Желчь поднимается в горло и меня сейчас вырвет? Или я захлебнусь кровью? Страх душил меня, пока тело всё сильнее цеплялось за каждый вдох.

– Ты в порядке, Жень?

Наконец она обратила внимание на мои выпученные в страхе глаза. Я двинул их в разные стороны. Всеми силами пытался намекнуть.

“Трубка!”

– Может, позвать врача?

– Кгх! – Последний мой хрип стал ошибкой. Трубка двинулась вверх и практически полностью перекрыло мне дыхание.

– Жень, всё в порядке?

– Кгх! Кг-х-х!

Я пытался выплюнуть её, но она держалась чем-то цепким изнутри. Лейла заметила, что меха, закачивающие мне кислород в легкие, немного замедлились.

Аппарат искусственного дыхания начал ритмично пищать, нарушая тишину палаты.

Лейла сорвалась с места, выбежала в коридор и начала звать врачей.

Сознание медленно ускользало, утягивая меня в какое-то странное, туманное состояние. Глаза начали слипаться, а мысли путались. Передо мной поплыли обрывки образов, сцены из прошлого.

Вот я стою за стойкой своей пивнушки. Этот ларёк был моим. Небольшой, но уютный. Когда я только стал его владельцем, это казалось началом чего-то большого.

Он достался мне от главы города. Раньше он принадлежал одному из местных депутатов, которого поймали на взятке и посадили в тюрьму. Я воспользовался случаем и выкупил пивнушку, пока весь шум вокруг этого дела не улёгся. Тогда это казалось удачей.

Не сказать, что он приносил мне прибыль. Я вливался с нуля, совершил много ошибок по дороге, потерял на этом кучу денег. А когда наконец-то вышел в плюс, один из конкурентов отправил ко мне человека, который разлил бензин и поджег витрину. На записях с камер было видно, как моя кассирша в последний момент выбегает из здания, спасаясь от огня. Этот случай показывали по всем новостям.

Ублюдка посадили, мне выплатили компенсацию – два миллиона, но этого всё равно было недостаточно. Пока я два года восстанавливал точку – деньги убывали.

Вдох. Перед глазами что-то мерцает.

Врачи бегали рядом, поворачивали мне голову, пихали мне что-то в рот, с сильным шумом они то ли вдували в меня воздух, то ли выкачивали слизь. Один из врачей, произнеся что-то по типу “экстубация” вытащил из моей глотки трубку. Надел на меня другую маску и принялся ждать.

Я глянул на него заплывшим взглядом, медленно сделал вдох. Наконец-то ничего мне не перекрывало дыхание. Это приятное чувство свободы смогло даже на первое время перебороть мою боль в груди, которую я ощущал, когда мышцы сокращались.

Я делал длинный медленный вдох, а потом свистящий выдох. Вдох и снова выдох. Привыкал к этим движениями, которые пару минут назад за меня выполняла машина.

Пока я вдыхал, через мутную пелену в глазах всё ещё можно было различить людей, суетящихся вокруг меня. Но стоило выдохнуть, как образы менялись: они становились ярче, чётче, но уже не принадлежали этой реальности. Это были картины из моего прошлого.

Того ублюдка, который на самом деле организовал поджог – не поймали. Исполнитель не был знаком с заказчиком лично, сказал, что его наняли анонимно, но я обо всём догадывался. Этот старик – хозяин соседней пивной – недвусмысленно злорадствовал моей утрате.

А потом от знакомых я узнал, что у него обнаружили рак. Он закрыл все свои магазины, прекратил продавать пиво, мой ларек нехило на этом заработал, но радость быстро сошла на нет, когда появились другие конкуренты, занимающиеся демпингом цен, всякими акциями и новаторскими методами разлива пива. В общем, мой маленький бизнес обанкротился.

И вот тогда я поехал подписывать последние документы, чтобы окончательно закрыть ларёк. А потом случилось то, что случилось. Авария.

Я сделал вдох, глаза медленно открылись. На улице был вечер. В комнате было пусто – жена ушла.

Теперь на моём лице сидела маска. Видимо, через неё мне подавали кислород.

Я медленно сделал выдох. Потом снова вдох.

– Вопрос. Кто-то хотел убить меня на той машине?

Я проговорил это всё немыми словами, лишь открывая беззвучно рот. На это я не получил никакого ответа от системы. Осознав, что нужно всё-таки издавать хоть какие-то звуки, я повторил вопрос, но, откровенно говоря, даже сам не понял, что сказал.

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 1.500 РУБЛЕЙ]

Дорого. Разве за ответ “нет” стали бы так много брать? Если бы моя голова так не кружилась, возможно, я бы смог обнаружить какую-нибудь закономерность между ценой ответа и приблизительным содержимым.

В любом случае, таких денег сейчас у меня не было.

Кстати, моё кольцо. Я медленно двинул единственной функционирующей ладонью по кровати.

Это было очень дорогое кольцо, перешедшее ко мне от мамы, а ей – от бабушки. Его история начиналась ещё в императорской России. Я никогда не задумывался о его стоимости – продавать семейную реликвию мне и в голову не приходило. Но сейчас мне было всё равно. Я надеялся, что это кольцо принесёт хотя бы какие-то деньги.

Ладонь наткнулась на что-то твёрдое, подвижное.

– Продать.

[МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ ФИКСАТОР ДЛЯ РЕМЕШКА. 3 РУБЛЯ]

Без понятия, что это. Мне нужно моё кольцо.

Руками обыскиваю кровать, что-то круглое попадается на пути. Большой и указательный палец ничего не чувствуют, краем среднего пальца ощущаю знакомые углубление на кольце.

– Продать.

[СТАРИННОЕ ЗОЛОТОЕ КОЛЬЦО С РУБИНОМ. 31.300 РУБЛЯ]

Копейки. Просто вшивые копейки. На них я ничего полезного не вылечу. Нога? Рука? Какой в них сейчас смысл, если у меня паралич? Травму черепа и разрыв желудка лечить слишком дорого и бессмысленно. Остаётся только шея, да и на ту надо двести десять тысяч.

Но если я смогу начать двигать головой, хотя бы осмотрюсь нормально.

Я пытаюсь повернуть её вбок, но с каждым движением муть в глазах только усиливается. Возможно, зрение вернётся, если я справлюсь с этой своей болезнью. Хоть у меня и всегда были проблемы со зрением, сейчас ситуация намного хуже. Я почти ничего не вижу, ели свет от темноты отличаю.

Одно из разбитых рёбер пробило мне лёгкое. Если не ошибаюсь, так было сказано в статусе моих травм. Если я вылечу лёгкое, мне нужна будет маска? Да, трубка, которая раньше мне была в глотку вогнута, мешала намного сильнее, но и маска доставляет мне кучу проблем. Меня за ней просто не слышно. А, если я собираюсь выбраться отсюда, мне нужно начать наконец-то нормально говорить.

– Вопрос, – шепчу я, – если я вылечу ребро… – длинная пауза, надо отдышаться, – которое мне лёгкое пробило, мне нужна будет маска?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 500 РУБЛЕЙ]

Для меня это большие деньги. Но если я не узнаю ответа, то не смогу планировать свои дальнейшие действия.

– Согласен.

[ОТВЕТ]

После того как сломанное ребро повредило ваше лёгкое, у вас развился пневмоторакс – скопление воздуха в плевральной полости. В сочетании с разрывом мышц брюшной стенки и повреждением дыхательного центра из-за черепно-мозговой травмы, лечение пневмоторакса не приведет к полному выздоровлению. Однако, вы сможете дышать через маску и восстановить силы для разговора. После лечения пневмоторакса ваш голос станет достаточно громким, чтобы вас могли слышать рядом стоящие люди.

Объясню проще, чтобы не возникло недоразумений. Воздух скопился вокруг вашего лёгкого, и его необходимо выкачать. Сейчас врачи ещё не провели рентген – вы только начинаете переходить в стабильное состояние, чтобы они могли заняться этим. Они ещё не обнаружили эту проблему, у вас куча других.

Ваши разорванные мышцы брюшной стенки также мешают вам говорить: они частично участвуют в дыхательном процессе, а их повреждение ограничивает возможности сокращения. И, наконец, проблема с дыхательным центром в мозге. Удар при травме головы оказался неудачным – без должного лечения черепно-мозговой травмы вы не сможете полноценно дышать.

С третьего или четвертого раза я смог дочитать этот текст до конца. Белые буквы на темном фоне – единственное, что я видел четко через этот затуманенный взгляд.

Значит, надо лечить ребро, а вместе с ним и лёгкое. Я вызвал функцию “Травмы”, чтобы убедиться, что всё понял правильно. Да, сломано шестое ребро с повреждением лёгких. Значит, если я его вылечу, смогу наконец-то нормально разговаривать. Только цена – сорок пять тысяч. У меня сейчас… Сколько у меня там денег было? Ничего не помню

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 31.576 РУБЛЕЙ]

Не хватает ещё четырнадцати тысяч. Сто сорок, если переводить на настоящие деньги. У меня есть машина, в нынешнем состоянии миллион должна стоить, но я до неё не доберусь. Как я понял, для использования способности надо касаться к предмету.

У меня в кошельке лежало тысяч сорок, я всегда держал крупные купюры про запас на случай форс мажоров. На карте, без учетов денег жены, тысяч четыреста. Если снять с кредитки – в сумме пятьсот пятьдесят. Плевать на последствия, если будет возможность – сниму всё, что смогу, а закрою когда закроется. Мне сейчас жизнь важнее коллекторов.

У жены ещё тысяч триста должно быть. Ещё в доме в шкатулке украшений где-то на тысяч двести. Телевизор, приставка, компьютер. Если бы я смог сейчас продать всё, что у меня есть – накопил бы пару лямов. Или же двести тысяч в игровой валюте – ровно столько, сколько надо для шеи.

Попросил бы родителей, друзей и всех остальных одолжить мне денег. Того гляди полностью здоровый вышел бы из больницы.

Только вот это всё привлечет внимание. Даже если я каким-то чудом смогу изъяснить свои мысли, меня же обязательно спросят – для чего я всё это беру, если и так в больнице лежу.

Я могу ответить, что это просят врачи. Без денег не будут лечить. Коррупция, все дела. Я пытался тогда сказать об этом жене. Но кроме слова “взятка” ничего не смог из себя выдавить.

Но где гарантия, что они правильно всё поймут? Вдруг решат дать взятку врачу напрямую? Или обратятся в полицию? Я не уверен, как поступят все остальные, но жена, если бы я ей сказал, что врачи требуют деньги для нормального лечения, пошла бы взятку давать лично.

Четырнадцать тысяч. Осталось меньше половины, чтобы вылечить лёгкие. Но что мне продать в этой чертовой комнате, если я двигаться не могу? Кушетку?

Или, может быть, ИВЛ?

Нет, глупость, на это быстро обратят внимание. А, если заметят, то я потеряю свою суперспособность. Умру в этой больнице, как побитая собака.

Вот бы узнать точно про эту громадину рядом со мной. Её уберут, после того, как из моего горла вытащили трубки? Аппарат переносной или стационарный?

– Вопрос, – шепчу я, – ИВЛ уберут в ближайшее время?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 1.000 РУБЛЕЙ]

“Сколько? Почему так дорого?” – звучит у меня в голове.

Неадекватные расценки.

Ладно, на самом деле не имеет значение, когда его уберут. Мне важно другое.

– Вопрос. Могу ли я продать запчасть изнутри ИВЛ так, чтобы это не было заметно снаружи?

Я прекратил пытаться говорить, теперь же я просто шевелил губами. Надеялся, что система меня всё-таки услышит, но ответа от неё не последовало.

Значит, придется тужиться.

Я медленно вдохнул, набрал кислорода в лёгкие и прошептал что есть силы.

– Вопрос. Могу ли я продать запчасть ИВЛ скрытно?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 300 РУБЛЕЙ]

– Согласен, – Успел сказать последнюю фразу, пока кислород ещё был внутри. Звёзды промерцали перед глазами.

[ОТВЕТ]

Чтобы продать предмет вам нужно к нему прикоснуться. Обычно, если вы просто используете функцию “Продать” без уточнений, предмет исчезает полностью. Но также у вас есть возможность продавать любой предмет по частям. Для этого нужно вызвать функцию “Продать” и в тот же момент уточнить, какую именно запчасть вы хотите выбрать. К примеру, если вы прикоснетесь к наручным часами и скажете “Продать пружинный механизм” часы останутся невредимыми снаружи, но прекратят функционировать в тот же момент. А вы получите деньги за проданный механизм.

В конечном счете: вам достаточно прикоснуться к объекту. Не обязательно прикасаться к самой части напрямую. Главное – точно назовите ту часть, которую вы хотите продать.

Если бы я мог улыбнуться, я бы это сделал.

Это мой шанс.

Эти аппараты не зря так дорого стоят, у них внутри сложная электроника. Всякие импортные запчасти.

Только есть одна проблема. Я абсолютно не представляю, как они называются.

– Вопрос, – шепчу я, – Какие запчасти ИВЛ самые дорогие?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 7.000 РУБЛЕЙ]

“Сколько!?”

Это издевательство! Была бы у меня возможность, я бы и сам узнал. Это буквально две минуты в интернете глянуть.

Это и вправду издевательство. Семьдесят тысяч рублей – слишком много.

Чёрт, ну и что внутри этой махины может быть дорогим? Я не собираюсь за это отдавать свои деньги, которые заработал таким трудом.

В комнату внезапно кто-то зашел. За мутной пеленой кроме белого силуэта ничего не было видно.

– Вы меня слышите?

Мужской низкий голос. Меня больно трясут за плечо.

Я глубоко вдыхаю и тихо кряхчу. Боль разливается по всему телу. Ещё минут десять назад она не ощущалась так остро – возможно, обезболивающее перестаёт действовать.

– Вам плохо? Хуже становится? Мы сняли вентиляцию лёгких, потому что вы очнулись. Если тяжело дышать, можем вернуть трубку.

– Нет.

Сколько же у меня усилий стоило сказать одно слово. Но всё это было бесполезно, доктор, видимо, меня не услышал.

– Вы можете дышать?

Доктор повторил вопрос громко и чётко. Думает, что у меня проблемы со слухом.

Я быстро поднял и опустил единственную функционирующую руку.

– Хорошо. Хирург почти приехал, продержитесь чуть-чуть, он скоро будет. Рядом с койкой медсестра, вот здесь кнопка, – врач положил небольшой квадратик мне под руку, – жмите, если станет хуже.

Я промолчал. Разговаривать или даже двигать рукой не стоило таких усилий.

Врач постоял ещё немного и ушел. Дверь он не закрыл – плохо, могут заметить.

Средним и безымянным пальцем я осматривал квадратик под моей ладонью, подключен он был, видимо, к стене, из него провод торчал и шел приблизительно в ту сторону.

Подумав немного, я осознал, что ловить тут нечего, единственное, что я могу с помощью этой кнопки продать – медную проводку. Пропажу которой быстро заметят, да и денег я достаточно не получу.

Зато ИВЛ всё ещё не выходил у меня из головы. Что в этом аппарате может быть дорогим? Если я ошибусь с выбором детали, пропадёт ли весь аппарат целиком? Или способность не сработает? А, может, продастся что-то другое, похожее на выбранную запчасть?

Я бы спросил об этом, но у меня даже на вопрос нет сил.

Ладно, Жень, думай. Что такого дорогого внутри? Насосы? Там точно есть где-то внутри насос, раз уж меха раздуваются. Только вот я абсолютно не уверен в том, что его пропажу не заметят. Вдруг, она половину всего аппарата занимает?

Если есть насос, должен быть и компрессор, наверное. Не уверен. Я всегда был плох в инженерии. Да кто вообще мог знать, что от этого будет зависеть моя жизнь?

Трубки продавать смысла нет. В лучшем случае подумают, что потеряли где-то, а в худшем – что-то заподозрят. Вероятность, как мне кажется, не в мою пользу.

Динамики? Звук же откуда-то пищал, когда тревога сработала. Но получу я за них сущие копейки. А пропажу будет заметить не намного сложнее трубки.

Я ведь собирал компьютер дома, вспоминай же, на что ты больше всего потратился. Видеокарта, процессор, оператива. Но всего этого нету в ИВЛ!

Или, может, есть. Электроника, в ней всегда есть платы. Надо просто правильно выразиться. Чип управления? Плата управления? Если не ошибаюсь, должна быть плата.

Я сгибаю руку в локте и медленно двигаю им по животу в сторону своего лица. Где-то сзади должен быть аппарат.

Вдыхаю кислород, напрягаюсь, выдыхаю. Опять вдыхаю кислород, напрягаюсь, выдыхаю..

Рука сантиметр за сантиметром ползет по моей шее дальше наверх, чувствую, как мышцы в моей подмышке сопротивляются такому неестественному движению.

Палец стучится обо что-то твердое, металлическое. Скорее всего аппарат.

Как же мне не хочется рисковать. Если вдруг я совершу ошибку, потеряю возможность к реабилитации.

– Вопрос. Я прикоснулся к ИВЛ?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 100 РУБЛЕЙ]

Дешево. Но ответ может быть как “да”, так и “нет”

– Согласен.

Рука на моей шее почти что перекрывает дыхание. Она сильно дрожит, пока я держу её в напряжении

[ОТВЕТ]

Да, в данный момент вы прикасаетесь к аппарату искусственной вентиляции лёгких

– Продать плату управления ИВЛ.

Последнее слово – аббревиатура из трёх букв – на неё у меня не хватило воздуха. Я сказал её беззвучно, рука слишком сильно давила на шею.

Система не считывает мои команды, пока я не прикладываю хоть какие-то усилия для того, чтобы выразить мысль вслух. Как же я надеюсь, что на этот раз она смогла понять, что я имею ввиду.

Если вместо платы продастся весь ИВЛ – я мёртв. Даже если меня вытянут врачи, овощем я жить не собираюсь, я покончу с собой самостоятельно.

[ПЛАТА УПРАВЛЕНИЯ АППАРАТОМ ИСКУССТВЕННОЙ ВЕНТИЛЯЦИИ ЛЁГКИХ. 16.600 РУБЛЕЙ]

Глава 3 – Голос.

Лейла аккуратно сняла кольцо со своего безымянного пальца, затем вложила его в мою ладонь и мягко сомкнула мои пальцы вокруг него.

– Я рядом, Жень.

– Взятка.

Трубка несчастно ранила глотку. Её нужно вставить поглубже. А могу ли я вообще её снять?

– Кгх! – выдавил я, пытаясь что-то сказать жене. Трубка в горле сидела так плотно, что я вынужден был прекратить попытки говорить.

– Да, Жень, я рядом. Я всегда буду рядом, – мягко сказала она, сжимая мою руку обеими ладонями, ту самую, в которой лежало кольцо.

"Вытащи трубку!" – кричал я мысленно, охваченный паникой. Мне казалось, что кислорода становится всё меньше. В груди что-то разрывалось, предвещая нечто ужасное.

Что это? Желчь поднимается в горло и меня сейчас вырвет? Или я захлебнусь кровью? Страх душил меня, пока тело всё сильнее цеплялось за каждый вдох.

– Ты в порядке, Жень?

Наконец она обратила внимание на мои выпученные в страхе глаза. Я двинул их в разные стороны. Всеми силами пытался намекнуть.

“Трубка!”

– Может, позвать врача?

– Кгх! – Последний мой хрип стал ошибкой. Трубка двинулась вверх и практически полностью перекрыло мне дыхание.

– Жень, всё в порядке?

– Кгх! Кг-х-х!

Я пытался выплюнуть её, но она держалась чем-то цепким изнутри. Лейла заметила, что меха, закачивающие мне кислород в легкие, немного замедлились.

Аппарат искусственного дыхания начал ритмично пищать, нарушая тишину палаты.

Лейла сорвалась с места, выбежала в коридор и начала звать врачей.

Сознание медленно ускользало, утягивая меня в какое-то странное, туманное состояние. Глаза начали слипаться, а мысли путались. Передо мной поплыли обрывки образов, сцены из прошлого.

Вот я стою за стойкой своей пивнушки. Этот ларёк был моим. Небольшой, но уютный. Когда я только стал его владельцем, это казалось началом чего-то большого.

Он достался мне от главы города. Раньше он принадлежал одному из местных депутатов, которого поймали на взятке и посадили в тюрьму. Я воспользовался случаем и выкупил пивнушку, пока весь шум вокруг этого дела не улёгся. Тогда это казалось удачей.

Не сказать, что он приносил мне прибыль. Я вливался с нуля, совершил много ошибок по дороге, потерял на этом кучу денег. А когда наконец-то вышел в плюс, один из конкурентов отправил ко мне человека, который разлил бензин и поджег витрину. На записях с камер было видно, как моя кассирша в последний момент выбегает из здания, спасаясь от огня. Этот случай показывали по всем новостям.

Ублюдка посадили, мне выплатили компенсацию – два миллиона, но этого всё равно было недостаточно. Пока я два года восстанавливал точку – деньги убывали.

Вдох. Перед глазами что-то мерцает.

Врачи бегали рядом, поворачивали мне голову, пихали мне что-то в рот, с сильным шумом они то ли вдували в меня воздух, то ли выкачивали слизь. Один из врачей, произнеся что-то по типу “экстубация” вытащил из моей глотки трубку. Надел на меня другую маску и принялся ждать.

Я глянул на него заплывшим взглядом, медленно сделал вдох. Наконец-то ничего мне не перекрывало дыхание. Это приятное чувство свободы смогло даже на первое время перебороть мою боль в груди, которую я ощущал, когда мышцы сокращались.

Я делал длинный медленный вдох, а потом свистящий выдох. Вдох и снова выдох. Привыкал к этим движениями, которые пару минут назад за меня выполняла машина.

Пока я вдыхал, через мутную пелену в глазах всё ещё можно было различить людей, суетящихся вокруг меня. Но стоило выдохнуть, как образы менялись: они становились ярче, чётче, но уже не принадлежали этой реальности. Это были картины из моего прошлого.

Того ублюдка, который на самом деле организовал поджог – не поймали. Исполнитель не был знаком с заказчиком лично, сказал, что его наняли анонимно, но я обо всём догадывался. Этот старик – хозяин соседней пивной – недвусмысленно злорадствовал моей утрате.

А потом от знакомых я узнал, что у него обнаружили рак. Он закрыл все свои магазины, прекратил продавать пиво, мой ларек нехило на этом заработал, но радость быстро сошла на нет, когда появились другие конкуренты, занимающиеся демпингом цен, всякими акциями и новаторскими методами разлива пива. В общем, мой маленький бизнес обанкротился.

И вот тогда я поехал подписывать последние документы, чтобы окончательно закрыть ларёк. А потом случилось то, что случилось. Авария.

Я сделал вдох, глаза медленно открылись. На улице был вечер. В комнате было пусто – жена ушла.

Теперь на моём лице сидела маска. Видимо, через неё мне подавали кислород.

Я медленно сделал выдох. Потом снова вдох.

– Вопрос. Кто-то хотел убить меня на той машине?

Я проговорил это всё немыми словами, лишь открывая беззвучно рот. На это я не получил никакого ответа от системы. Осознав, что нужно всё-таки издавать хоть какие-то звуки, я повторил вопрос, но, откровенно говоря, даже сам не понял, что сказал.

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 1.500 РУБЛЕЙ]

Дорого. Разве за ответ “нет” стали бы так много брать? Если бы моя голова так не кружилась, возможно, я бы смог обнаружить какую-нибудь закономерность между ценой ответа и приблизительным содержимым.

В любом случае, таких денег сейчас у меня не было.

Кстати, моё кольцо. Я медленно двинул единственной функционирующей ладонью по кровати.

Это было очень дорогое кольцо, перешедшее ко мне от мамы, а ей – от бабушки. Его история начиналась ещё в императорской России. Я никогда не задумывался о его стоимости – продавать семейную реликвию мне и в голову не приходило. Но сейчас мне было всё равно. Я надеялся, что это кольцо принесёт хотя бы какие-то деньги.

Ладонь наткнулась на что-то твёрдое, подвижное.

– Продать.

[МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ ФИКСАТОР ДЛЯ РЕМЕШКА. 3 РУБЛЯ]

Без понятия, что это. Мне нужно моё кольцо.

Руками обыскиваю кровать, что-то круглое попадается на пути. Большой и указательный палец ничего не чувствуют, краем среднего пальца ощущаю знакомые углубление на кольце.

– Продать.

[СТАРИННОЕ ЗОЛОТОЕ КОЛЬЦО С РУБИНОМ. 31.300 РУБЛЯ]

Копейки. Просто вшивые копейки. На них я ничего полезного не вылечу. Нога? Рука? Какой в них сейчас смысл, если у меня паралич? Травму черепа и разрыв желудка лечить слишком дорого и бессмысленно. Остаётся только шея, да и на ту надо двести десять тысяч.

Но если я смогу начать двигать головой, хотя бы осмотрюсь нормально.

Я пытаюсь повернуть её вбок, но с каждым движением муть в глазах только усиливается. Возможно, зрение вернётся, если я справлюсь с этой своей болезнью. Хоть у меня и всегда были проблемы со зрением, сейчас ситуация намного хуже. Я почти ничего не вижу, ели свет от темноты отличаю.

Одно из разбитых рёбер пробило мне лёгкое. Если не ошибаюсь, так было сказано в статусе моих травм. Если я вылечу лёгкое, мне нужна будет маска? Да, трубка, которая раньше мне была в глотку вогнута, мешала намного сильнее, но и маска доставляет мне кучу проблем. Меня за ней просто не слышно. А, если я собираюсь выбраться отсюда, мне нужно начать наконец-то нормально говорить.

– Вопрос, – шепчу я, – если я вылечу ребро… – длинная пауза, надо отдышаться, – которое мне лёгкое пробило, мне нужна будет маска?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 500 РУБЛЕЙ]

Для меня это большие деньги. Но если я не узнаю ответа, то не смогу планировать свои дальнейшие действия.

– Согласен.

[ОТВЕТ]

После того как сломанное ребро повредило ваше лёгкое, у вас развился пневмоторакс – скопление воздуха в плевральной полости. В сочетании с разрывом мышц брюшной стенки и повреждением дыхательного центра из-за черепно-мозговой травмы, лечение пневмоторакса не приведет к полному выздоровлению. Однако, вы сможете дышать через маску и восстановить силы для разговора. После лечения пневмоторакса ваш голос станет достаточно громким, чтобы вас могли слышать рядом стоящие люди.

Объясню проще, чтобы не возникло недоразумений. Воздух скопился вокруг вашего лёгкого, и его необходимо выкачать. Сейчас врачи ещё не провели рентген – вы только начинаете переходить в стабильное состояние, чтобы они могли заняться этим. Они ещё не обнаружили эту проблему, у вас куча других.

Ваши разорванные мышцы брюшной стенки также мешают вам говорить: они частично участвуют в дыхательном процессе, а их повреждение ограничивает возможности сокращения. И, наконец, проблема с дыхательным центром в мозге. Удар при травме головы оказался неудачным – без должного лечения черепно-мозговой травмы вы не сможете полноценно дышать.

С третьего или четвертого раза я смог дочитать этот текст до конца. Белые буквы на темном фоне – единственное, что я видел четко через этот затуманенный взгляд.

Значит, надо лечить ребро, а вместе с ним и лёгкое. Я вызвал функцию “Травмы”, чтобы убедиться, что всё понял правильно. Да, сломано шестое ребро с повреждением лёгких. Значит, если я его вылечу, смогу наконец-то нормально разговаривать. Только цена – сорок пять тысяч. У меня сейчас… Сколько у меня там денег было? Ничего не помню

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 31.576 РУБЛЕЙ]

Не хватает ещё четырнадцати тысяч. Сто сорок, если переводить на настоящие деньги. У меня есть машина, в нынешнем состоянии миллион должна стоить, но я до неё не доберусь. Как я понял, для использования способности надо касаться к предмету.

У меня в кошельке лежало тысяч сорок, я всегда держал крупные купюры про запас на случай форс мажоров. На карте, без учетов денег жены, тысяч четыреста. Если снять с кредитки – в сумме пятьсот пятьдесят. Плевать на последствия, если будет возможность – сниму всё, что смогу, а закрою когда закроется. Мне сейчас жизнь важнее коллекторов.

У жены ещё тысяч триста должно быть. Ещё в доме в шкатулке украшений где-то на тысяч двести. Телевизор, приставка, компьютер. Если бы я смог сейчас продать всё, что у меня есть – накопил бы пару лямов. Или же двести тысяч в игровой валюте – ровно столько, сколько надо для шеи.

Попросил бы родителей, друзей и всех остальных одолжить мне денег. Того гляди полностью здоровый вышел бы из больницы.

Только вот это всё привлечет внимание. Даже если я каким-то чудом смогу изъяснить свои мысли, меня же обязательно спросят – для чего я всё это беру, если и так в больнице лежу.

Я могу ответить, что это просят врачи. Без денег не будут лечить. Коррупция, все дела. Я пытался тогда сказать об этом жене. Но кроме слова “взятка” ничего не смог из себя выдавить.

Но где гарантия, что они правильно всё поймут? Вдруг решат дать взятку врачу напрямую? Или обратятся в полицию? Я не уверен, как поступят все остальные, но жена, если бы я ей сказал, что врачи требуют деньги для нормального лечения, пошла бы взятку давать лично.

Четырнадцать тысяч. Осталось меньше половины, чтобы вылечить лёгкие. Но что мне продать в этой чертовой комнате, если я двигаться не могу? Кушетку?

Или, может быть, ИВЛ?

Нет, глупость, на это быстро обратят внимание. А, если заметят, то я потеряю свою суперспособность. Умру в этой больнице, как побитая собака.

Вот бы узнать точно про эту громадину рядом со мной. Её уберут, после того, как из моего горла вытащили трубки? Аппарат переносной или стационарный?

– Вопрос, – шепчу я, – ИВЛ уберут в ближайшее время?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 1.000 РУБЛЕЙ]

“Сколько? Почему так дорого?” – звучит у меня в голове.

Неадекватные расценки.

Ладно, на самом деле не имеет значение, когда его уберут. Мне важно другое.

– Вопрос. Могу ли я продать запчасть изнутри ИВЛ так, чтобы это не было заметно снаружи?

Я прекратил пытаться говорить, теперь же я просто шевелил губами. Надеялся, что система меня всё-таки услышит, но ответа от неё не последовало.

Значит, придется тужиться.

Я медленно вдохнул, набрал кислорода в лёгкие и прошептал что есть силы.

– Вопрос. Могу ли я продать запчасть ИВЛ скрытно?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 300 РУБЛЕЙ]

– Согласен, – Успел сказать последнюю фразу, пока кислород ещё был внутри. Звёзды промерцали перед глазами.

[ОТВЕТ]

Чтобы продать предмет вам нужно к нему прикоснуться. Обычно, если вы просто используете функцию “Продать” без уточнений, предмет исчезает полностью. Но также у вас есть возможность продавать любой предмет по частям. Для этого нужно вызвать функцию “Продать” и в тот же момент уточнить, какую именно запчасть вы хотите выбрать. К примеру, если вы прикоснетесь к наручным часами и скажете “Продать пружинный механизм” часы останутся невредимыми снаружи, но прекратят функционировать в тот же момент. А вы получите деньги за проданный механизм.

В конечном счете: вам достаточно прикоснуться к объекту. Не обязательно прикасаться к самой части напрямую. Главное – точно назовите ту часть, которую вы хотите продать.

Если бы я мог улыбнуться, я бы это сделал.

Это мой шанс.

Эти аппараты не зря так дорого стоят, у них внутри сложная электроника. Всякие импортные запчасти.

Только есть одна проблема. Я абсолютно не представляю, как они называются.

– Вопрос, – шепчу я, – Какие запчасти ИВЛ самые дорогие?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 7.000 РУБЛЕЙ]

“Сколько!?”

Это издевательство! Была бы у меня возможность, я бы и сам узнал. Это буквально две минуты в интернете глянуть.

Это и вправду издевательство. Семьдесят тысяч рублей – слишком много.

Чёрт, ну и что внутри этой махины может быть дорогим? Я не собираюсь за это отдавать свои деньги, которые заработал таким трудом.

В комнату внезапно кто-то зашел. За мутной пеленой кроме белого силуэта ничего не было видно.

– Вы меня слышите?

Мужской низкий голос. Меня больно трясут за плечо.

Я глубоко вдыхаю и тихо кряхчу. Боль разливается по всему телу. Ещё минут десять назад она не ощущалась так остро – возможно, обезболивающее перестаёт действовать.

– Вам плохо? Хуже становится? Мы сняли вентиляцию лёгких, потому что вы очнулись. Если тяжело дышать, можем вернуть трубку.

– Нет.

Сколько же у меня усилий стоило сказать одно слово. Но всё это было бесполезно, доктор, видимо, меня не услышал.

– Вы можете дышать?

Доктор повторил вопрос громко и чётко. Думает, что у меня проблемы со слухом.

Я быстро поднял и опустил единственную функционирующую руку.

– Хорошо. Хирург почти приехал, продержитесь чуть-чуть, он скоро будет. Рядом с койкой медсестра, вот здесь кнопка, – врач положил небольшой квадратик мне под руку, – жмите, если станет хуже.

Я промолчал. Разговаривать или даже двигать рукой не стоило таких усилий.

Врач постоял ещё немного и ушел. Дверь он не закрыл – плохо, могут заметить.

Средним и безымянным пальцем я осматривал квадратик под моей ладонью, подключен он был, видимо, к стене, из него провод торчал и шел приблизительно в ту сторону.

Подумав немного, я осознал, что ловить тут нечего, единственное, что я могу с помощью этой кнопки продать – медную проводку. Пропажу которой быстро заметят, да и денег я достаточно не получу.

Зато ИВЛ всё ещё не выходил у меня из головы. Что в этом аппарате может быть дорогим? Если я ошибусь с выбором детали, пропадёт ли весь аппарат целиком? Или способность не сработает? А, может, продастся что-то другое, похожее на выбранную запчасть?

Я бы спросил об этом, но у меня даже на вопрос нет сил.

Ладно, Жень, думай. Что такого дорогого внутри? Насосы? Там точно есть где-то внутри насос, раз уж меха раздуваются. Только вот я абсолютно не уверен в том, что его пропажу не заметят. Вдруг, она половину всего аппарата занимает?

Если есть насос, должен быть и компрессор, наверное. Не уверен. Я всегда был плох в инженерии. Да кто вообще мог знать, что от этого будет зависеть моя жизнь?

Трубки продавать смысла нет. В лучшем случае подумают, что потеряли где-то, а в худшем – что-то заподозрят. Вероятность, как мне кажется, не в мою пользу.

Динамики? Звук же откуда-то пищал, когда тревога сработала. Но получу я за них сущие копейки. А пропажу будет заметить не намного сложнее трубки.

Я ведь собирал компьютер дома, вспоминай же, на что ты больше всего потратился. Видеокарта, процессор, оператива. Но всего этого нету в ИВЛ!

Или, может, есть. Электроника, в ней всегда есть платы. Надо просто правильно выразиться. Чип управления? Плата управления? Если не ошибаюсь, должна быть плата.

Я сгибаю руку в локте и медленно двигаю им по животу в сторону своего лица. Где-то сзади должен быть аппарат.

Вдыхаю кислород, напрягаюсь, выдыхаю. Опять вдыхаю кислород, напрягаюсь, выдыхаю..

Рука сантиметр за сантиметром ползет по моей шее дальше наверх, чувствую, как мышцы в моей подмышке сопротивляются такому неестественному движению.

Палец стучится обо что-то твердое, металлическое. Скорее всего аппарат.

Как же мне не хочется рисковать. Если вдруг я совершу ошибку, потеряю возможность к реабилитации.

– Вопрос. Я прикоснулся к ИВЛ?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 100 РУБЛЕЙ]

Дешево. Но ответ может быть как “да”, так и “нет”

– Согласен.

Рука на моей шее почти что перекрывает дыхание. Она сильно дрожит, пока я держу её в напряжении

[ОТВЕТ]

Да, в данный момент вы прикасаетесь к аппарату искусственной вентиляции лёгких

– Продать плату управления ИВЛ.

Последнее слово – аббревиатура из трёх букв – на неё у меня не хватило воздуха. Я сказал её беззвучно, рука слишком сильно давила на шею.

Система не считывает мои команды, пока я не прикладываю хоть какие-то усилия для того, чтобы выразить мысль вслух. Как же я надеюсь, что на этот раз она смогла понять, что я имею ввиду.

Если вместо платы продастся весь ИВЛ – я мёртв. Даже если меня вытянут врачи, овощем я жить не собираюсь, я покончу с собой самостоятельно.

[ПЛАТА УПРАВЛЕНИЯ АППАРАТОМ ИСКУССТВЕННОЙ ВЕНТИЛЯЦИИ ЛЁГКИХ. 16.600 РУБЛЕЙ]

Глава 4 – Друг.

Я лежал на полу, вокруг меня суетились люди, меня аккуратно переложили на простыню, три женщины взялись по краям одеяла и положили меня на кушетку обратно.

Я почувствовал каждым участком своего тела этот твёрдый медицинский матрас. Но вовсе не был опечален, даже не так, мне пришлось силой скрыть свою улыбку. Я снова чувствовал своё тело. Боль практически в каждом его уголке. Яркий свет, бьющий мне в глаза, и стреляющие по лёгким рёбра.

Меня пытались закрепить на кушетке, затягивали ремень, но всё никак не могли найти кольцо, за которое этот ремень надо прицепить. До меня не сразу дошло, что я его продал ещё тогда, когда искал обручальное кольцо.

– Что случилось!? – кричал хирург, войдя в палату, – Что ты сделал?

– Я упал, – прохрипел я.

– Ты же умрёшь, дурак.

Хирург отодвинул медсестёр, глянул на меня, потрогал мою грудь, прокрутил шею, открыл в удивлении глаза.

– Вроде ничего не сломал, здоровый весь. Даже кожа порозовела.

Никто не обращал внимания на то, что возле моей кушетки больше не было аппарата ИВЛ. Я краем глаза глянул в ту сторону, где он должен был стоять. Не осталось ничего – даже шнура питания. Рядом со мной находился другой аппарат, который через маску накачивал меня кислородом. Эта маска слетела, когда я упал, и медсестра старательно надевала её обратно.

Другая медсестра, не найдя кольцо для ремня, воспользовалась металлической трубкой, которая шла вдоль моей кушетки сбоку – что-то вроде оградительной стенки – она скрутила ремень вокруг трубки и завязала в узел.

– Мне плохо, – прошептал я. Надо отвлечь их от ИВЛ.

– Потерпи до завтра, Евгений, – сказал хирург, – Мы тебя прокапаем, а потом уже будем думать. Сейчас уже поздно для операций. И у тебя нет ничего такого срочного, чтобы пришлось экстренную делать. Дождись завтра, отоспись.

– Х… Хорошо.

– Не снимай маску только, слышишь? Ты сейчас только благодаря ей и дышишь. Кстати, – он оглянулся. – А где ИВЛ?

– Светлана утащила, скорее всего, – произнесла медсестра, которая стояла раньше у моей двери.

Теперь я мог её увидеть. Она была молодая, худая, в розовом чепчике и с зеленой медицинской маской. На груди был бейджик “Жанна”. Не знаю почему, но я ей благодарен. Как минимум за то, что она, вроде как, переживала за меня.

– Не жмет? – спросила другая медсестра, которая завязала ремень.

– Нет, всё в порядке.

– Ладно, проспись сейчас, если в туалет надо будет – скажи. Пить и есть пока давать тебе не будем, потерпи немного, надо ещё твой желудок проверить, есть страх, что ты его повредил. А в остальном – только ждать.

– Хорошо, я понял. Мне, вроде, чуть-чуть легче.

Врач ещё поговорил с медсестрами на какие-то отстраненные темы, напрямую ко мне не касающиеся. Я даже успел прошептать “Счет”, чтобы узнать, сколько у меня осталось денег после того, как я вылечил свою шею. Сто девяносто тысяч.

Мне повезло, что я решился продать свою почку. Денег едва хватило. После того, как я попросил вылечить шейные позвонки, паралич почти полностью исчез, остался только в ногах. В тот момент я быстро переполз через кушетку и повалился на пол, чтобы привлечь внимание к себе, а не к сигналу аппарата ИВЛ. К счастью, медики решили, что кто-то перетащил его, хотя, как по мне, это было нелогично. Возможно, это просто эффект того, что люди в первую очередь верят глазам, а потом уже своей памяти.

Хирург и медсестра ушли, хотя, как я понял по разговору, даже не все из них медсестрами были. Одна – санитарка, а другая – ординатор с ночевкой.

Мой друг, который ждал, когда весь медицинский персонал выйдет, зашел после них ко мне. В руках у него был обычный пакет из продуктового магазина, в другой руке он нёс мою карту.

Карту он положил на кошелек, пакет, оглянувшись, протянул ко мне. Взяв его, я сразу почувствовал твёрдый сверток внутри.

– Спасибо, Тём, – прохрипел я глухим голосом и улыбнулся. Тёма грустно улыбнулся в ответ.

– Надеюсь, они сделают всё, что смогут.

– Думаю, меня быстро тут на ноги поставят, Тём, не переживай.

Я оглянулся в другую сторону, через закрытые жалюзи в ночной улице можно было разглядеть парковку. Я был всё-таки на втором этаже, провода от машины не дотянулись бы.

– Если тебе что-то надо будет, звони, ладно? Я тут, ты знаешь.

– Конечно, Тём, – я спрятал пакет под одеяло, – иди сюда.

Тёма подошел, я обнял его одной рукой, он постарался меня сильно не трогать, чтобы не разбить до конца. А я похлопал его по плечу.

– Спасибо тебе за помощь, Тём.

– Я всегда помогу, ты же знаешь.

– Спасибо… Можешь, пожалуйста, телефон с кошельком передать?

Тёма оглянулся, взял всё что нужно и передал мне.

Я хотел машинально схватиться левой рукой, но после первой же острой боли понял, что это была глупая идея. У меня же там кости сломаны.

– Ладно, Жень, если всё у тебя в порядке, я поехал.

– Да, Хорошо. Если вдруг что, я тебе позвоню. Спасибо ещё раз.

Тёма улыбнулся чуть более доброй улыбкой.

– Пожалуйста.

Он вышел, я остался наедине со своим кошельком и телефоном. Я сразу же набрал Лейлу.

– Алло, – прозвучало с того конца телефона. У Лейлы был усталый голос, видимо, хотела спать.

– Привет. Это я.

– Женя! Господи, тебе лучше?! Давай я приеду.

– Пока не надо. Завтра встретимся. Да, тут врачи очень хорошие, – я всё ещё говорил хриплым голосом, но после того, как разобрался с шеей, стал говорить бодрее, – В общем, завтра увидимся. Я это, хотел спросить, вот часа полтора назад ты ко мне не заходила?

– Я? Нет, Жень, только утром. Ты не помнишь?

– Помню, ты мне ещё кольцо отдала. Просто… Ладно, не важно. Что там родители? Мои что-нибудь знают?

– Пока по новостям не показывали, но моей маме я уже всё рассказала.

– Моей тогда пока не говори, я потом сам всё объясню.

– Хорошо. Тебе легче?

– Да.

Долгая пауза, не знал, что мне нужно было сказать. Попросить ещё денег?

Да ну.

Когда у меня есть зрение и голова больше так не болит – я сам смогу выпутаться.

– Ладно, спокойной ночи, Жень, я завтра заеду.

– Хорошо. Целую.

– И я тебя. Держись.

Телефон потух, я положил его рядом под одеяло. На груди лежал кошелек, я вытащил оттуда все деньги и положил их в пакет.

– Продать пакет с деньгами.

[ПАКЕТ С ДЕНЬГАМИ. 138.000 РУБЛЕЙ]

Отлично, так дело продвигается быстрее. Кстати, обратил внимание, как быстро исчезает продаваемый предмет: без всяких спецэффектов и искр, просто в один момент он был, а в другой – уже нет.

Про спецэффекты немного наврал, каждый раз, когда я что-то продаю, в голове звучит звук подбрасывания монеты. На самом деле, у мне к этому звуку даже больше вопросов, чем к способности.

– Помощь.

Наконец-то я могу изучить всю систему не в состоянии овоща.

Ниже представлены функции и их описания. Для использования каждой функции необходимо назвать её вслух.

1 – Помощь (повтор данного сообщения)

2 – Характеристики (Описание вашего физического состояния в настоящий момент времени)

3 – Травмы (Описание повреждения вашего организма в настоящий момент времени)

4 – Продать (После прикосновения к любому предмету или его части и активации этой функции, предмет будет продан, что означает его полное исчезновение. За данную операцию на ваш счет будут начислены денежные средства в удобной для вас валюте, равные 10% от текущей рыночной стоимости предмета)

5 – Счёт (Позволяет узнать текущий баланс ваших денежных средств внутри системы способности)

6 – Вывести (Позволяет обналичить средства с вашего счёта в реальные деньги. Вы можете выбрать отправку средств на вашу карту или получение наличных купюр в ближайшем доступном пространстве, расположенном рядом с вами)

7 – Вопрос (После активации этой функции вы можете задать любой интересующий вас вопрос. Стоимость ответа будет определена системой. В случае согласия, с вашего счёта будет списана указанная сумма, после чего вы получите ответ на ваш вопрос)

8 – Задания (Ваши текущие миссии. Задания будут поступать периодически, и вы можете выбрать, согласиться с ними или отказаться. Каждое задание сопровождается наградой и наказанием за выполнение или отказ от выполнения)

Так, я использовал все функции, кроме второй – характеристики. Глупое упущение, надо изучать.

– Характеристики.

[ЧТОБЫ РАЗОБРАТЬ ХАРАКТЕРИСТИКУ ПОДРОБНЕЕ – НАЗОВИТЕ ЕЁ ВСЛУХ]

[ИМЯ: ЕВГЕНИЙ]

[ВОЗРАСТ: 29]

[СИЛА – 10]

[ЛОВКОСТЬ – 10]

[ИНТЕЛЛЕКТ – 10]

[ЗДОРОВЬЕ – 10]

[СПОСОБНОСТЬ – СИСТЕМА ТОРГОВЦА]

[НЕДОСТАТОК – ТРУДОГОЛИК]

[НЕДОСТАТОК – ЧУТКИЙ СОН]

[НЕДОСТАТОК – АЛЛЕРГИЯ]

[НЕДОСТАТОК – СЛАБЫЙ ИММУНИТЕТ]

[НЕДОСТАТОК – НЕПЕРЕНОСИМОСТЬ ЛАКТОЗЫ]

[ПРЕИМУЩЕСТВО – ОБЩИТЕЛЬНОСТЬ]

[УМЕНИЕ – ВОЖДЕНИЕ 10]

[УМЕНИЕ – ТОРГОВЛЯ 10]

[УМЕНИЕ – ИГРЫ 9]

Вот оно как. Ну, что сказать, обидно за умения и преимущество. Не думал, что я настолько бесталанный человек. Зато недостатков сколько, обзавидуешься. После имени, видимо, идут мои атрибуты. Всего четыре и все на десяточке.

Написано, что можно подробности узнать, проговорив то, что меня интересует.

– Сила, – произношу я.

[СИЛА]

[АТРИБУТ ОТВЕЧАЕТ ЗА РАЗВИТИЕ МЫШЕЧНОЙ СИСТЕМЫ И СЕРДЕЧНО-СОСУДИСТОЙ]

[ЦЕНА УЛУЧШЕНИЯ – 100.000 РУБЛЕЙ]

Ого, вот оно как тут значит. Я могу это всё покупать. Какая же это капиталистическая система всё-таки

– Интеллект.

[ИНТЕЛЛЕКТ]

[АТРИБУТ ОТВЕЧАЕТ ЗА РАЗВИТИЕ ВЫСШЕЙ НЕРВНОЙ СИСТЕМЫ]

[ЦЕНА УЛУЧШЕНИЯ – 100.000 РУБЛЕЙ]

– Ловкость.

[ЛОВКОСТЬ]

[АТРИБУТ ОТВЕЧАЕТ ЗА РАЗВИТИЕ СВЯЗОЧНОЙ СИСТЕМЫ И РЕФЛЕКСОВ]

[ЦЕНА УЛУЧШЕНИЯ – 100.000 РУБЛЕЙ]

– Здоровье.

[ЗДОРОВЬЕ]

[АТРИБУТ ОТВЕЧАЕТ ЗА РАЗВИТИЕ ОРГАНОВ И ИММУННОЙ СИСТЕМЫ]

[ЦЕНА УЛУЧШЕНИЯ – 100.000 РУБЛЕЙ]

Значит, всё по одной цене – это хорошо. Я бы, может, и стал бы качаться, если бы не мои травмы, которые ещё надо лечить.

Всё остальное по характеристикам я, так или иначе, интуитивно понимаю, поэтому всё читать пока смысла нет.

А вот разобраться с травмами надо.

– Травмы.

1 – Невусы – 7.000 рублей

2 – Перелом седьмого ребра справа – 14.000 рублей

3 – Перелом восьмого ребра справа – 14.000 рублей

4 – Множественные переломы таза (с повреждением мочевого пузыря) – 150.000 рублей.

5 – Закрытая травма живота (разрыв печени, второй сегмент) – 190.000 рублей

6 – Перелом левой бедренной кости – 85.000 рублей

7 – Перелом правой бедренной кости – 85.000 рублей

8 – Перелом левого предплечья (лучевой и локтевой кости) – 60.000 рублей

9 – Повреждение срединного нерва (кисть правой руки) – 40.000 рублей

10 – Перелом левой ключицы – 20.000 рублей

11 – Закрытая черепно-мозговая травма (гематома височной доли) – 70.000 рублей

12 – Перелом основания черепа (с вытеканием цереброспинальной жидкости через носовые ходы) – 210.000 рублей

13 – Отсутствует левая почка – 2.200000 рублей

14 – Перелом грудного отдела позвоночника (Th6-Th8) – 150.000 рублей

15 – Разрыв селезёнки – 140.000 рублей

16 – Перелом костей носа (с нарушением носового дыхания) – 18.000 рублей

17 – Разрыв мышц передней брюшной стенки – 25.000 рублей

18 – Ожог трением (второй степени) – 8.000 рублей

19 – Травма грудного отдела аорты (угроза аневризмы) – 500.000 рублей

20 – Разрыв желудка – 300.000 рублей

Очень интересно, теперь вместо первого и тринадцатого номера стоят другие болезни. Насчет почки всё понятно, но вот что такое невус и почему он стоит так дешево – хочется узнать.

Ищу в интернете и узнаю, что это просто родинки. Господи, а название какое придумали страшное. Я уже думал выкупать.

Так, не хочу пока переходить на другое меню, поэтому попытаюсь в голове посчитать сколько у меня приблизительно денег. Если не ошибаюсь, в системе сейчас триста пятьдесят тысяч рублей

Если мне надо выйти на улицу, то надо разобраться с несколькими проблемами: во первых – это позвоночник, без него я ходить не смогу; во вторых – перелом таза; уверен, и без этого тоже ничего не получится; ну и в третьих – обе бедренные кости починить.

По моим подсчетам выходит приблизительно пятьсот тысяч, а в запасе у меня триста пятьдесят.

Ну, ладно, с чего-то нужно начинать.

– Лечение четыре, лечение четырнадцать.

[ЛЕЧЕНИЕ ТРАВМЫ – Множественные переломы таза (с повреждением мочевого пузыря)]

[ЛЕЧЕНИЕ ТРАВМЫ – Перелом грудного отдела позвоночника (Th6-Th8)]

[ЦЕНА ЛЕЧЕНИЯ 300.000 РУБЛЕЙ]

[УБЕДИТЕСЬ, ЧТО ВАС НИКТО НЕ ВИДИТ]

– Согласен.

Звук подброшенной монеты, что-то внутри меня начало передвигаться, одна секунда и ноги налились кровью. Я начал их чувствовать.

Я подвигал пальцами ног, чтобы убедиться, что в них проблем нет.

Отлично. Я заново вызвал функцию “Травмы”, но ничего нового больше не было. Правда, теперь вместо четвертого и четырнадцатого номера стоял кариес на зубах. Ну, что-что, но вот это точно в последнюю очередь, как и в реальной жизни.

Решив, что нужно встать и походить, я попытался раскрутить ремень, который закрутила та женщина вокруг моей койки, но она сделала это так профессионально хорошо (или плохо), что его невозможно было снять. Я пытался как мог одной рукой её раскрутить, но, поняв, что по нему меня точно вряд ли как-либо вычислят, решился просто его продать.

[РЕМЕНЬ – 3 РУБЛЯ]

Я приподнял своё туловище вертикально и тело начало ломать. Болели лёгкие, очень сильно колол бок, под грудиной что-то ныло, левая рука, свиснув вдоль туловища, тоже болела, из носа начало сильно течь прозрачной жидкостью.

Я всё понял и лёг обратно на кровать, вставать так быстро – было явно ошибкой. Тем более, когда у меня бедренные кости не срослись. Зачем я вообще решил это сделать именно сейчас? Может, гематома в моем мозгу тоже как-то влияет на меня?

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 78.569 РУБЛЕЙ]

Мало. И где мне ещё денег достать? Пакет с продуктами от Тёмы рядом с койкой слишком дешевый, этот аппарат, который через маску мне кислород закидывает, может что-то и стоит, но он мне сейчас нужен. Койку продавать смысла нет. Телефон тоже. Кошелек, может быть? Да нет, он мне тоже нужен, там карты, неудобно будет. Да и получу я с него всего-лишь рублей четыреста.

Оглядываюсь, ничего путного найти не могу. Правда, на противоположной стене есть кварцевый аппарат, который к самой стене прикреплен, но я не знаю, сколько он стоит.

Достал телефон, поискал в интернете – в лучшем случае тысяч тринадцать. Слишком рискованно, он большой и заметный.

Рядом стол, там сейчас ничего нет, только ключи какие-то и прочая мелочевка. У шкафа стоит странный аппарат, похожий на дефибриллятор из фильмов, несколько склянок с лекарствами, шприцы и всякая прочая медицинская утварь.

Тоже не подходит.

В этой комнате самое ценное было ИВЛ, а остальное всё – бессмысленное.

Мне надо выбираться, а продавать нечего. Может, из моего организма что-то ещё продать можно? В голову приходит только одна мысль – семенники, но их жалко. Понятное дело я их в будущем вернуть смогу. Но а вдруг способность сломается? Или я не выполню задание? Я планирую в будущем иметь детей, будет грустно этого лишиться.

Разве что, в крайнем случае, можно продать один. Интересно, сколько это будет стоить.

– Вопрос, сколько стоят мои семенники?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 800 РУБЛЕЙ]

Почему так цены выросли? Это же не такой сложный вопрос. Да ну его, лучше сам поищу.

Ещё немного покопался в интернете, на черном рынке, как я правильно понял, от ста тысяч до трёх миллионов. Интересно, и сколько же стоят мои?

Неужели мне действительно надо продать их, чтобы выбраться? Чёрт, ну почему…

А обязан ли я так торопиться?

С одной стороны нет, на выполнение задания у меня осталось чуть больше двух дней, но с другой стороны я что-то слишком поторопился и чересчур себя вылечил. Поддался эмоциям, да и страдать уже устал как-то.

И вот чем это оборачивается.

Теперь завтра, если вдруг хирург меня решит навести – а он почти гарантированно навестит – врачи увидят, что мое состояние кардинально поменялось. Из неподвижного овоща я превратился в обычного пациента. Скорее всего система это сочтет подозрительным и лишит меня способности. А если и нет, то вопросы начнут задавать сами врачи, что в итоге может привести к тому, что меня на опыты отправят. Немного параноидально, но исключать тоже не стоит.

То есть, в идеале, завершить задание сейчас. И без помощи я не справлюсь.

У меня простая задача – прогуляться по улице. То есть, если меня под мышки возьмет друг и по траве потаскает – тоже должно сработать.

Два часа ночи, поздновато, но объективно говоря – времени у меня осталось только до утра.

Надо звонить. Артём должен мне помочь.

Я взял телефон, а потом остановился.

И что я ему скажу? “Друг, потащи меня по улице и отвези домой?”. Нет, это глупо. Всё-таки просить помощи нельзя, я никому не смогу объяснить мотивацию поступков.

Неужели в моем организме остается только семенник на продажу? Никаких других парных органов нет? Я знаю, что печень половину пересадить можно, но у меня она разорвана. Может, глаз? Господи, раздумываю между глазом и семенником. Почему выбор настолько сложный?

А может гланды? Да кто их купит… Волосы? Тоже копейки…

Я потрогал ноги. Хоть цена лечение у них была одиннаковой, одна нога всё-таки была куда здоровее другой. Правую – сильно перекосило и было видно, где отломилось кость, а вот на левой этого заметно не было.

У меня не хватает совсем немного, чтобы вылечить одну из ног. Может, я могу как-то доковылять с одной?

Всё-таки я решил продать всё, что мог. Кошелёк, пакет с продуктами, даже кислородный концентратор, который помогал мне дышать. Продал катетер, чтобы не утруждая себя его снятием, и, как ни странно, умудрился продать даже бутылку с мочой.

Раз уж начал, то довести дело надо до конца.

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 85.659 РУБЛЕЙ]

Тютелька в тютельку.

– Лечение семь.

[ЛЕЧЕНИЕ ТРАВМЫ – Перелом правой бедренной кости]

[ЦЕНА ЛЕЧЕНИЯ 85.000 РУБЛЕЙ]

[УБЕДИТЕСЬ, ЧТО ВАС НИКТО НЕ ВИДИТ]

– Согласен.

Звук монеты и кость моментально встала правильно в ноге. Я могу теперь ею нормально двигать.

Мне нужно на что-то опереться. Я взял этот большой штатив для капельницы, продал все лекарства, получив за это двадцать рублей, схватился за него поудобнее и встал.

Да, это было плохо в самом очевидном значении этого слова. Тело ломит, из носа что-то течёт, в глазах тускнеет.

Одно движение ногой, а потом медленное переставление штатива, потом снова ногой, потом снова штатив.

На мне только тонкая синяя рубашка из какого-то полиэтилена, доходящая до пола. Она заметно просвечивает, но меня сейчас мало волнует чужое мнение. Однако я беспокоюсь, что это может привлечь лишнее внимание, если на улице кто-то окажется.

Я бы постарался найти другую одежду, но из моих вещей, которые принесли, были только ключи, сломанные очки и шапка.

Я продвинулся к двери, как вдруг что-то перед глазами замельтешило.

[ЗАДАНИЕ: СТАРЫЙ ДРУГ]

Ваша задача зайти в соседнее отделение онкологии в палату 217, там вас ждет старый знакомый. Ваша задача получить из его рук любой предмет, который вы должны продать после получения

Награда за выполнение задания: 90.000 рублей.

Наказание за невыполнение задания: 40.000 рублей.

Наказание за отказ от задания: Нет.

[ВРЕМЯ НА ВЫПОЛНЕНИЕ: 1 ЧАС]

Что за "старый друг"? Без понятия, о ком речь. И что он забыл в этой палате?

Я стоял перед дверью, перечитывая сообщение.

Обязательно ли отвечать прямо сейчас? Вроде, могу двигаться.

Открыв дверь, я одним глазом выглянул в коридор. Никого.

– Ладно, принять, – прошептал я, шмыгнув носом.

В голове прозвучал тихий звон подброшенной монеты.

Решившись, я распахнул дверь и вышел в коридор. Взглянув вверх, заметил табличку. Да, два корпуса. Я сейчас в отделении интенсивной терапии, а слева по коридору – онкология. Справа – выход на лестницу.

Я медленно потянул за собой капельницу и двинулся в сторону онкологии.

Шаг за шагом, движение за движением. Двести пятнадцать, двести шестнадцать… Наконец, двести семнадцать.

Осторожно открыл дверь, оглянулся – никого. Шмыгнул внутрь.

В палате было темно, но глаза быстро привыкли. Я постарался двигаться тише. Подойдя ближе, разглядел на кушетке полноватого старика.

Тот самый мужик. Тот, кто организовал поджог моей пивной лавки.

Он лежал на спине, подключённый к капельнице. Рядом – бутылка с катетером, наполненная красноватой мочой.

Какое же совпадение и какая же ирония – оба в одной больнице совсем рядом друг с другом, оба в плачевном состоянии, но на этот раз ему хуже, чем мне.

"Старый друг", значит. Умирает от рака. И мне ещё нужно что-то у него попросить ради задания?

Нет уж. Я с ним никогда не дружил и не собираюсь начинать. Из-за него я разорился. Из-за него поехал в глушь, где меня сбили. Все мои проблемы – из-за него.

Я положил руку ему на плечо. Лёгко, чтобы он не заметил.

Он всё равно скоро умрёт. Пусть хотя бы раз будет полезным. Если в мире есть такая магия в виде этой системы, может быть есть и карма. Тогда тем более мужик всего этого заслужил.

Проверив, что касаюсь именно его, а не одежды, я прошептал:

– Продать…

Глава 5 – Рак.

Я положил руку ему на плечо, убедившись, что не прикасаюсь к одежде.

– Вопрос, – прошептал я. Но, уверен, даже если бы говорил громко, мужик меня не услышал бы, – Я могу продать его раковую опухоль?

[ЦЕНА ОТВЕТА НА ВАШ ВОПРОС СОСТАВЛЯЕТ 500 РУБЛЕЙ]

– Согласен.

[ОТВЕТ]

Когда вы продаете часть тела человека, система, в рамках исключения, предотвращает серьезные осложнения от удаления органа.

Например, вы недавно продали свою почку. Вам стоило учитывать, что она связана с множеством вен и артерий. И при внезапном исчезновении почки без дополнительных мер человек мог бы погибнуть от внутреннего кровотечения. Однако система автоматически закрывает кровеносные сосуды, связанные с удаленной частью тела, предотвращая кровотечения.

Важно отметить, что это исключение распространяется исключительно на кровеносные сосуды.

Теперь к вашему вопросу: да, раковую опухоль почти всегда можно продать. Но важно точно определить её местоположение. Например, если опухоль прорастает через стенку сердца и вы её продадите, это приведет к смерти человека, так как из миокарда начнет вытекать кровь. Если опухоль находится в легких, после её удаления останется отверстие, так как легочная ткань не относится к кровеносным сосудам. Последствия в таком случае будут очевидны.

Поэтому сначала уточните локализацию опухоли, а затем принимайте решение о “лечении”.

У меня не осталось больше денег, я не могу позволить себе дополнительные вопросы. А мне надо узнать, где у него этот рак пророс.

Я не собираюсь его убивать в любом из случаев, я не для того пришел. Да, он сломал в некоторой степени мою жизнь, но я уверен, что он не хотел бы моей смерти. По крайней мере, хочется на это надеяться.

– Продать опухоль, которая не принесет плохих последствий для организма этого человека, в случай своего исчезновения.

Всегда хотелось попробовать функцию продажи с условиями. Если не получится, я не буду его трогать – и просто уйду. Если выйдет – значит выйдет.

Но в итоге ничего не произошло, оно и понятно. Если бы так было можно, я бы не парился насчет поиска названий запчастей ИВЛ. Просто попросил бы продать “дорогую деталь, которую не видно снаружи”.

Я убрал ладонь и выдохнул. У меня там наказание за невыполнение задания сорок штук. Всё-таки стоит старика разбудить. Обида обидой, но сорок тысяч – это почти полмиллиона.

Я положил ему в левую руку, в которую капельница была подключена, какие-то таблетки, которые нашел на столе рядом с его койкой.

Потряс его за плечо, он тяжело открыл глаза, повернулся на меня и сузил взгляд, рассматривая.

– Отдайте таблетки, пожалуйста, – попытался я произнести в приказном тоне, но вышло слишком хрипло и жалко.

Я постучал указательным пальцем по его ладони, в которой были таблетки.

Он слегка повернул голову к груди и поднял руку, чтобы эти таблетки мне отдать.

Я их взял, спрятал руку под койкой, чтобы он не видел, и прошептал:

– Продать.

[СЕДАЛГИН. 14 РУБЛЕЙ]

[ЗАДАНИЕ ВЫПОЛНЕНО – СТАРЫЙ ДРУГ]

[НАГРАДА: 90.000 РУБЛЕЙ]

Я взялся единственной функционирующей рукой за штатив, повернулся, чтобы выйти, как вдруг услышал сзади из койки голос старика.

– Евгений?

Я остановился.

Как же его там звали? Удивительно, как быстро мой мозг начал забыть очевидную информацию из-за травмы. Вроде бы…

– Да, Артур, это я. Вспомнил?

Я не повернулся к нему, когда ответил. Но и идти дальше не стал. На самом деле, лучше вылечить ногу тут, чтобы выйти из палаты уже без каких-то преград.

– Лечение… – прошептал я.

Вдруг он перебил:

– Прости меня, Евгений.

Я остановился. С явным усилием я повернул штатив так, чтобы развернуться.

– Что значит прости, Артур? Та девушка на кассе могла погибнуть, ты этого не понимал? Ты бы не откупился от полицейских, Артур. Тебя бы тогда посадили точно так же, как и посадили того ублюдка.

– Я понимаю, – его голос моментами был даже тяжелее моего. Если я просто глухо разговаривал, он общался с булькающей хрипотцой, – Я говорил ему тогда быть осторожным. Он не сделал так, как я сказал.

– Вот был бы у меня с собой диктофон, Артур, тебе бы мало не показалось.

Я развернулся опять. На самом деле такие трюки с шестом мне плохо даются, надо уже выходить из палаты.

– Лечение… – снова пытаюсь проговорить я.

– Я умираю, Евгений. Меня всевышний наказал, – он тяжело откашлялся, – Я хочу извиниться перед тобой.

– Да не умрешь ты. Мама мне всегда говорила: “такие гады, как ты, не дохнут”.

Он молчал, я смог наконец-то запросить лечение левой бедренной кости. Заплатил за это восемьдесят пять тысяч и нога вновь вернулась в строй.

Я отложил свою капельницу в сторону, сделал пару свободных шагов до двери и взялся за ручку.

– Я прощаю тебя, Артур.

Он ничего не ответил. Я открыл дверь и вышел в коридор.

Здесь было пусто. В темноте мерцали красные точки камер. Я ещё раз огляделся, чтобы убедиться, что за мной никто не идет, затем вернулся к своей палате, но зашел в следующую дверь.

У меня был план – начать продавать аппараты ИВЛ, хорошенько заработать денег и сбежать. Но, войдя в комнату, я увидел, что один из аппаратов был уже подключен к мужчине. Кожа мужчины была абсолютно желтой.

Я подошел ближе. Его глаза были открыты, а склеры приобрели оранжевый оттенок. Он смотрел в потолок и хрипел, когда аппарат загонял воздух в его легкие. Это было жуткое зрелище.

Я осмотрел палату в поисках чего-нибудь полезного. Сам аппарат ИВЛ продавать я, конечно, не собирался – он ведь был подключен к человеку.

Пробежав взглядом по комнате, я быстро понял, что ничего интересного тут нет. Я вышел в коридор оглядеть всё ещё раз.

Я уверен – я просто не нашел нужную комнату. Где-то тут должен быть кабинет со всей это техникой.

Открыл дверь – пустая палата, ещё одну – палата. Открыл очередную дверь и вот она – комната то ли главной медсестры, то ли ещё кого-то. Впереди стоял дорогой стол с монитором на нём, позади ещё два столика с компьютерами. Большой черный кожаный диван лежал у стены справа. Слева – куча шкафчиков.

Из носа потекла жидкость, я взялся за лицо, чтобы прекратить поток. Сел на диван.

Я всё ещё в плохом состоянии, мне нужно починить мой череп. Если я смогу это сделать в скором времени, то и сбежать отсюда смогу.

Оставаться уже поздно – я почти здоров. У врачей будет слишком много вопросом, если они меня обнаружат без переломов.

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 5.448 РУБЛЕЙ]

Левая рука всё ещё не двигается ниже плеча. Нос всё ещё не дышит, грудь и живот – вообще отдельная история. Ломит сильно, но я терплю. По крайней мере это всё намного лучше, чем когда я ничего не видел и практически не двигался.

Вылечить левую руку – шестьдесят тысяч, нос – восемнадцать, основание черепа – двести десять. Слишком много мне надо чинить срочно, а денег нет. Больше всего неудобно ходить с одной рукой – лучше всего начать тогда с неё.

Подхожу к компьютеру, тяжело спускаюсь на одно колено перед ним. Не смог в такой позиции долго просидеть, в конечном счете упал просто на колени.

Пытаюсь вглядеться в системный блок.

Молю, только бы не дешевка какая-то.

Больница дорогая, техника импортная. На компьютерах не должны были сэкономить, тем более за таким крутым столом.

Кладу ладонь на перфорированную крышку системного блока.

И что мне продать? Запчасть какую-нибудь дорогую, или можно больше не переживать и продавать весь системный блок разом? И то и то будет заметно, только в одном случае подумают, что компьютер сломался, а во втором – что он пропал. И что из этого лучше? Наверное, всё-таки то, что сломался. Пойдут мастеров звать, потратят время, а меня тогда уже не будет даже рядом с этой больницей.

Сумеречное зрение меня подводит, в мраке почти ничего не вижу. Стекло прозрачное, но какие там компоненты не разбираю. Включать свет долго и небезопасно. Вдруг, кто-то дежурит – а я почти что уверен, что кто-то это точно делает – заметит ещё меня и придется объясняться. Ладно, тогда пока так.

Я нажал на кнопку включения компьютера, ярко загорелся монитор сверху – на столе, а сам системный блок тускло засветился изнутри.

Я повернул голову, чтобы глянуть, но разочарованно хмыкнул, заметив, что там нет ни видеокарты, ни дорогой оперативной памяти. Да и сама материнская плата выглядела старой и дешевой.

Одним словом – продавать этот ширпотреб по запчастям точно того не стоит. Если и пытаться с него что-то заработать, то целиком. Допустим, будет тысяч тридцать за блок. Всего блоков три – девяносто тысяч, или девять тысяч внутрисистемных. Мало, но уже что-то.

Но стоит ли игра свеч? А вдруг заметят?

Шагов в коридоре я ещё не слышал, но рисковать слишком сильно не хотел.

Я планировал всё как следует обдумать, как вдруг что-то внутри меня сжалось и мне стало так больно, что я упал на бок. Боль разлилась порезами по всему телу изнутри, чуть ниже рёбер.

Дрожащими губами я прошептал “Травмы”.

Вылез список, и вначале мне показалось, что ничего не поменялось. Но внезапно я заметил, что в графе травм вместо номера шесть, где был недавно кариес какого-то зуба, теперь было написано “внутреннее кровотечение”. Цена – сто тысяч.

Один миллион рублей. Вот во что мне обошлось то, что я решил встать раньше времени с койки.

Не могу разогнуться, мне больно. Лежу, сложившись в позу эмбриона, так ещё и единственная функционирующая рука держится за живот в жутчайшем спазме.

Дрожащей рукой прикасаюсь к системному блоку, говорю:

– Продать!

[ОФИСНЫЙ СИСТЕМНЫЙ БЛОК. 2.850 РУБЛЕЙ]

Системный блок исчезает, шнуры от всякой гарнитуры, подключенные к нему раньше, ритмично шлепаются по столу. Замечаю прямо перед носом удлинитель, к которому что-то ещё подключено. Видимо, соседние компьютеры тоже сюда подходят.

Система мне сказала, что я могу через провода продавать машину. Значит, и через подключенные в удлинитель шнуры – продавать системные блоки.

– Продать, продать, продать!

Я быстро перебрал все шнуры, один за одним системные блоки за моей спиной начали исчезать. Стало слегка шумно, появился звук бьющихся проводов и полет листьев на пол.

[ОФИСНЫЙ СИСТЕМНЫЙ БЛОК. 2.500 РУБЛЕЙ]

[ОФИСНЫЙ СИСТЕМНЫЙ БЛОК. 3.100 РУБЛЕЙ]

[ОФИСНЫЙ ПРИНТЕР. 1.150 РУБЛЕЙ]

Всё ещё мало, очень мало.

Сознание начинает уходить, оглядываюсь, как вдруг замечаю под столом сейф.

Точно, сейф, там же что-то должно находится. Их просто так не ставят.

Пытаюсь прикоснуться рукой, но боль раздается с такой силой, что не могу отпустить от себя руку. Достаю голой ногой – хорошо, что я был в тапочках – до сейфа.

– Продать сейф с содержимым.

[СЕЙФ С: ПРЕПАРАТАМИ, ПОДЛЕЖАЩИЕ КАЧЕСТВЕННОМУ УЧЕТУ; НАРКОТИЧЕСКИМИ И ПСИХОТРОПНЫМИ ВЕЩЕСТВАМИ; АНТИДОТАМИ И ПРЕПАРАТАМИ ДЛЯ ЭКСТРЕННОЙ ПОМОЩИ; РЕЦЕПТУРНЫЕ БЛАНКАМИ И ЗАПАСНЫМИ КЛЮЧАМИ. 142.472 РУБЛЯ]

– Лечить шесть!

[ЛЕЧЕНИЕ ТРАВМЫ – Внутреннее кровотечение]

[ЦЕНА ЛЕЧЕНИЯ 100.000 РУБЛЕЙ]

[УБЕДИТЕСЬ, ЧТО ВАС НИКТО НЕ ВИДИТ]

– Согласен! – шепчу я на последнем издыхании.

И тут боль прекращается. Накатывает огромная волна эйфории, рука расслабляется и сдвигается куда-то вперед.

На секунду моё тело становится воздушным, голова чистой, приятная дрожь бродит по телу, отдаваясь удовольствием к каждому участку. Но быстро это чувство притупляется, а потом и вовсе исчезает.

Боль от остальных органов снова занимает своё место внутри груди и живота.

Точно, сейфы. Как же я мог забыть, что лекарства дорогие. Тем более те, которые нельзя достать просто так.

Я медленно встал, оглядывая, что осталось после меня. На самом деле не так всё плохо и, если не приглядываться, ничего заметить со стороны двери сразу не выйдет.

– Счет.

[НА ВАШЕМ СЧЕТУ 57.470 РУБЛЕЙ]

Отлично, почти хватает на руку. Думаю, раз уж мне деньги нужны, а времени искать источники незаметных продаж нет – стоит всё-таки продать мониторы. Так будет даже лучше. Когда заметят пропажу мониторов, подумают, что куда-то унесли вместе со всем остальным.

Медленно, не торопясь, я тщательно продаю каждую гарнитуру от компьютера, чтобы не оставить ничего лишнего.

Если бы компьютеры перетаскивали, то клавиатуры и мышки тоже не оставили на месте.

[КОМПЬЮТЕРНАЯ МЫШЬ. 30 РУБЛЕЙ]

[КЛАВИАТУРА. 42 РУБЛЯ]

[КОМПЬЮТЕРНЫЕ КОЛОНКИ. 70 РУБЛЕЙ]