# Досмотри до конца

Виктория Румянцева

Снежа приехала в Москву, чтобы покорить её, а вместо этого безуспешно ходит по собеседованиям, что порой страшнее любого фильма ужасов!

Единственное спасение — кинотеатр, где можно спрятаться от реальности. Как-то Снежа пошла на сеанс фестивальных короткометражек, а там показывали фильм о ней!

То, что девушка увидела на экране, начинает сбываться.

С тех пор Снежу преследуют: заботливые родители, которые пытаются все решать за нее, даже живя в другом городе, бывший босс-манипулятор... и кошмарные сны, в которых неизвестные сущности тащат героиню в кинотеатр, уговаривая досмотреть фильм до конца!

Только Снежа отказывается играть чужую роль, даже если её жизнь - плохо прописанный сценарий!

Но как покончить со всем этим кошмаром?

## 1

Картинки и обложка созданы с помощью DALL·E (OpenAI) через платформу Sora


Снежа Верзунова любила ходить в кино. Порой хваталась за фильмы, как за буек, у которого можно было отдохнуть от заплыва под названием «Сложная и многообразная взрослая жизнь». Покупаешь кофе и попкорн, откидываешься в кресле – и переносишься в другую реальность. Если, конечно, картина стоящая или, как сейчас говорят, годная. Коль нет, тоже неплохо. Можно подмечать недостатки, а лучше – предугадывать сюжетные ходы. Снежана была киноманкой со стажем, посему считала себя тонким ценителем прекрасного. Когда-то она мечтала стать режиссером, в студенческие годы снимала с друзьями любительские короткометражные ленты.

Вот и в тот роковой день Снежа намеревалась отрешиться от всех забот и сходить в кинотеатр, который находился неподалеку.

Она и ее подруга Тая тонули в море рутинных дел и собеседований, с тех пор как перебрались в столицу, посему было все недосуг.

В кинотеатре, как выяснилось, шла неделя фестивальных короткометражных фильмов. Самое то!

Народу было немного. Девушки устроились в зале.

Свет погас, на экране стали появляться виды Москвы в черно-белом цвете. Снежа не любила, когда современные ленты делали нецветными. Если речь не идет о «Настройщике» Киры Муратовой.

С видами современной, но черно-белой столицы поплыли и начальные титры. Фильм назывался «Как Снежа Москву покоряла». Интересно и актуально! «Режиссер: сама Судьба» – хм, а создатели хотели быть оригинальными. «В ролях: Снежана Верзунова…»

Снежа подпрыгнула от неожиданности: надо же, актриса – ее тезка! «Таисия Каткова»! Ого, ничего себе! Девушка толкнула в бок подругу – мол, смотри, но Тая вперилась в экран немигающим взглядом. Словно загипнотизированная.

Снежа опять перевела взор на экран. Она увидела… саму себя. Экранная копия сидела на прошлой работе – в бизнес-школе «Тайм». Девушку словно кипятком ошпарило. Что происходит?! Она не могла и пошевелиться. Даже сердце, казалось, перестало биться, хотя должно бы колотиться от ужаса.

Экранная черно-белая Снежа вела себя нервно – облизывала губы, руки ее подрагивали. «Оригинальная» на прошлой работе такой взбудораженной не бывала.

В кабинет вошел бывший босс девушки, Геннадий Александрович. «Оригинальная» девушка отвела взгляд и поморщилась. Этот человек всегда был ей неприятен, экранная же копия что-то подобострастно говорила начальнику, тот довольно улыбался и кивал. Она и сама вымучивала улыбку, что было заметно. Экранной Снеже тоже было неприятно общение с патроном, но она притворялась.

«Это бред!» – неужели психическое расстройство могло вот так реактивно проявиться, хотя, кажется, предпосылок не было?

Снежа огляделась. Другие зрители тоже сидели неподвижно. Девушка перевела взгляд на экран. Двойник из фильма уже экспрессивно разговаривал с Таей. Звук микшировался, было непонятно, в чем состояла суть конфликта. В реальной жизни подруги жили душа в душу.

Усилием воли Снежа вытащила себя за голову из вязкого болота, словно Мюнхгаузен, потрясла подругу за плечо:

– Ты видишь то же, что и я? Тая! Тая!

– Досмотри до конца, – механическим голосом произнесла подруга, не поворачивая головы.

Снежа вскочила, пулей вылетела из зала.

Билетерша, стоявшая на выходе, схватила ее за руку:

– Досмотри до конца! Досмотри до конца! – шипела женщина.

– Нет! Нет! Нет! – Снежа вывернулась и побежала к выходу. Голова кружилась, страх обратился в тошнотное липкое чувство… Девушка осела на пол…

… и очнулась в кинозале. На экране завершалась очередная короткометражка – героиня сжигала книгу. Благо это была незнакомая актриса, не Снежа. Затем поплыли титры: «Режиссер: Артем Колпаков».

По всей видимости, лента была последней в программе. В зале зажегся свет.

Снежа все еще не могла прийти в себя, не хотелось подниматься.

– Как тебе подборка? – Тая встала с места. Она выглядела взволнованной. Наверное, в программе были достойные работы, коль вызвали такой эмоциональный отклик у подруги!

Снежа с трудом разлепила губы и ответила уклончиво:

– Ну… Впечатления разнятся, как и сами фильмы, – девушке вспомнились стихи Агнии Львовны Барто: «Когда мне было десять лет, я пошла смотреть балет…» Лирическая героиня потеряла номерок. Во время действа на сцене она с подругой Любой на пару лазила по полу и искала его, а завершалось стихотворение фразой «Мне очень нравится балет!» –ребятам я сказала». Вот и у Снежи так же.

– Да-а, слишком много впечатлений, – согласилась Тая. – Нет сил даже обсуждать.

И хорошо! Подруги возвращались в съемную квартиру, думая каждая о своем.


…


Снежа почти поверила, что произошедшее в кинотеатре было реалистичным кошмаром. Неудивительно в свете последних событий. Покорение Москвы – процесс сложный. Еще и этот козел Геннадий Александрович приплелся!..

Повседневность затянула в болото.

Почти каждый день Снежа ходила на собеседования. Они казались ярмаркой лжи. Если бы тщеславия!..

Какое там покорение! Зацепиться бы!

Некоторые собеседования напоминали сценки из плохо прописанной комедии с лубочными диалогами: и невысокая зарплата при запредельных требованиях, словно не офис-менеджера в контору на промзоне ищут, а помощника руководителя филиала крупной компании, и дерзновенная дамочка-кадровик, взирающая надменно, будто председатель на Страшном суде: «Почему вы не нашли себя в Ульяновске, Снежана? Отчего получили образование юриста, а не хотите работать по профессии?» Все, оправдывайся за свое существование. Недавно одна мадама вообще хмыкнула: «Кто вам дал имя Снежана? Обычно с таким идут в другую сферу, хи-хи». Форменное хамство.

Наверняка кадровик, задающий вопросы («Почему выбрали нашу фирму «Писикин production»? Чем вас вакансия привлекла?») и сам понимает: ничего воодушевляющего в зарплате 35-40 000 (в Москве) нет. Соискатель пришел именно сюда, потому что больше пока никуда не пригласили. Соответственно, эйчар понимает, что кандидатка, сидящая напротив него (в данном случае Снежана Верзунова) преднамеренно врет. И она сознавала, что кадровик все понимает. Потому плести кружево слов («Хотелось бы развиваться одновременно с компанией, занимаясь уже знакомым делом…») было неловко. Это унижало достоинство девушки.

Если фирма приличная, то изволь пройти два-три этапа собеседования. На каком-то Снежу все-таки отбраковывали.

Деньги таяли.

Можно и вернуться в родной Ульяновск, но не хотелось сдаваться. И как она оставит Таю? Подруга, правда, сразу устроилась официанткой, но продолжала искать теплое местечко в офисе, вот только пока не адаптировалась к Москве. Если Снежа уедет, Тае придется подыскивать другое жилье, ведь одна оплачивать квартиру она не сможет, или искать соседку… Снежа чувствовала, что в ответе за подругу.

Куда больше поисков работы девушку выматывало общение с матушкой. Та звонила каждый день:

– Взяли тебя куда-нибудь?

– Если будет результат, я тебе первой расскажу, мам!

– Не может быть, чтобы в столице работа не нашлась, Снежа! Я смотрю сайты с вакансиями – полно их. Вот Нелли – ну, дочь тети Гели – на 100 000 сразу устроилась, а она всего неделю назад в Москву поехала!

– Ага, конечно. Олигарха на вокзале она случайно не встретила?

– Что-о?

– Ну или мажора, который поспорил бы на нее со своим другом, а в процессе завоевания влюбился, а Нелли укатила бы в Ульяновск, сказав, что с обманщиком никогда не будет, хоть он и богач-альфач, а красавчик такой приехал бы за ней, ждал у подъезда…

– Да ну тебя, Снежа! Только и умеешь, что ерничать! Если у тебя зацепиться не выходит, это не повод обесценивать чужой опыт!

– Хорошо! Эта Нелли лучше, талантливее и умнее. Поэтому у нее получилось, а у меня пока нет.

– Я не к тому, Снежа! Ты бы ей позвонила, Нелли-то, спросила совета. А может, она тебя пристроит в свою фирму?

– Мам, ну ты чего? Мы никогда не общались… Я вообще не уверена, ту ли девушку себе представляю. Даже если она действительно смогла устроиться на хорошую работу, при чем здесь я? Вот так свалиться на голову и сказать: «Устрой меня!» – высшая степень наглости. Наверняка Нелли была бы в ступоре…

– Ты даже попробовать не хочешь!

Матушка заочно «помогала» дочери с поисками:

– Я тебе скинула объявление! Ты звонила по этому номеру?

– Посмотрела в интернете информацию об этой фирме. В отзывах пишут, там обманывают. Поработаешь у них – еще и должна останешься.

– А ты побольше читай эти пасквили! Надо идти и самой выяснять!

– Зачем, если множество обманутых людей пишет, что лохотрон, извини за выражение?

– А вдруг это строчат конкуренты?

Снежа растолковывала матушке в который раз, как распознать контору, в которую идти не стоит, дабы в следующий снова услышать или прочитать:

– Смотри, какое я объявление нашла! «Работа в офисе! Целеустремленность, желание трудиться на результат». И опыт не нужен! Позвони туда, я сейчас номер скину.

– Наверняка сетевая пирамида, – устало объясняла Снежа. – Какой из меня продажник? Еще и самой будет нужно купить продукты компании на определенную сумму.

– Откуда такая уверенность?

– По словам-маркерам видно, – терпеливо объясняла девушка. – Я ведь два дня назад рассказывала, как понять кое-что про вакансию.

– Трудно, что ли, на собеседование сходить? Чем-то важным занята? Хорошо, папа не знает, как ты на самом деле работу ищешь! Сидишь и ждешь, как царица Савская, что тебя пригласят.

Даже уехав от родителей в Москву, Снежа никак не могла от них отделиться или, как сейчас говорят, сепарироваться полностью. Особенно от матушки. Отец зарабатывал деньги: контроль за дочерью – не его епархия. В родном городе мама даже на пару со Снежей и на собеседование сходила! Тоже не верила, что в Ульяновске сложно с работой: «Наверное, ты что-то не так говоришь! Подать себя не можешь! Вот я и посмотрю, что ты не так делаешь!»

Этот визит развеселил работодателя, ибо матушка не давала Снеже и словечка вставить. «Работать тоже вдвоем будете?» – вопросил мужчина, отсмеявшись. Неловко и вспоминать о том эпизоде!

Послушная девочка Снежа иногда пыталась бунтовать, отстаивать границы, но это не заканчивалось ничем хорошим. Например, после школы девушка собиралась поступать во ВГИК (мечтала стать кинорежиссером), а если не выйдет, то на факультет журналистики. Ради этого даже сбежала из отчего дома в столицу. Увы, истории успешного успеха («Я укатила из родного города без денег, добилась всего сама!») не вышло. Если коротко: не поступила, пыталась найти творческую компанию, даже устроилась на киностудию. Ненадолго. Была сценаристом студенческого проекта. От ее идеи только уши доехали.

Потом Снежа сняла квартиру с киношниками. Мама ужаснулась, когда дочь показала условия жизни. Отвратительная псевдобогемная коммуналка, похожая на пристанище алкашей. Впрочем, это было не так далеко от правды.

– Зато я наконец-то оказалась в компании творческих людей! – рассказывала Снежа с несвойственным ей возбуждением. – Да, денег нет у нас, зато есть идеи и общая цель! Ребята увлечены кинематографом так же, как и я! Мы начнем снимать короткометражки. А вдруг получим много призов на всяких конкурсах для начинающих драматургов? В Канны поедем… Ну, это так, визуализация цели. Не думай, я не самонадеянная «звезда полей и огородов». Работы предстоит много. Летом я попробую поступить на сценарный факультет во ВГИК… или нет… подумаю, какую еще профессию, связанную с кино, освоить. Монтажером можно, например, стать, но пройти курсы по кинодраматургии, чтобы писать интересные сценарии. Я сейчас много литературы читаю… Это шанс! Мне так сложно найти единомышленников! Я ищу себя! А вдруг у меня все-таки есть талант? Хоть зачатки! Я смогу и освоить ремесло, чтобы зарабатывать, и выразить себя. Например, через фильм. Пусть он и не станет картиной на века, зато будет моей ступенькой в Вечность. Понимаешь меня?

Пафоса сколько! Обычно маму эти умозаключения умиляли, но не в то время, когда ее дочери пришла пора строить свою жизнь, а не сидеть в клоповнике с доморощенными «творческими личностями», рассуждая о желании прочувствовать талант «из прошлой жизни».