Алина Углицкая
Темный дар для попаданки. Финал

Предыдущие книги серии:

Первый курс для попаданки

Тайный враг для попаданки

Глава 1

Мой первый учебный год в Академии закончился всеобщим шоком.

Сначала ректор признал меня своей племянницей, чем ввел в ступор большую часть студентов. А затем наследник трона Айзен Ленорманн объявил своей истинной парой.

Я ничего не смогла возразить. Хотя понимала, что в моем положении лучшее, что можно сделать – это все отрицать.

Но нет, я самым наглым образом целовалась с принцем у всех на глазах, включая его отца короля.

После такого разъяренный Ортред схватил обоих сыночков за шкирки и умчался в вихре портала. Не забыв бросить ректору, что ждет его на ковер. А для меня начались черные дни.

Черные в том смысле, что я стала изгоем.

В Академии были особые правила. Здесь придерживались строгого равенства всегда и во всем. Так что статус истинной пары принца не дал мне никаких привилегий. Я осталась жить в той же комнате, с теми же соседками и носить ту же форму.

Но теперь у меня не было друзей. Простолюдины обходили меня стороной, а аристократки открыто ненавидели и тайком делали гадости. То тухлой воды из-под букета под двери нальют, то среди ночи засветят в окно ярким шаром, то мой стул в аудитории вымажут магической краской.

Теперь я ходила по Академии как по минному полю. За каждым углом могла ждать подстава, а давать сдачи нельзя. И ябедничать нельзя. Я же будущая королева! Пример для подражания. За мной следят тысячи глаз.

Какой кошмар! От одной этой мысли меня в дрожь бросало.

Но дядя и Джиллиан четко объяснили, чем грозит любая неосторожная выходка. В Академии много соглядатаев короля. Они будут докладывать о каждом моем промахе.

Даже Арика меня избегала, хотя мы продолжали жить в одной комнате. Только теперь она постоянно мне кланялась и обращалась не иначе как “леди Саррах”.

Надо ли говорить, что это сводило меня с ума?

Не в силах построить с друзьями нормальные отношения, я начинала злиться. Злость усиливала мою темную силу, моего феникса. А драконица в отсутствии Айзена вновь начала хиреть.

Чтобы слить хоть немного злости, я вернулась к своим походам. Снова стала убегать после ужина в самую дальнюю часть Академии, за лес, к силовому полю. Там, в одиночестве, я могла дать волю своим чувствам. Хоть покричать от души.

И нет, я не боялась нападения. Наоборот, хотела, чтобы на меня кто-то напал: неудачливые соперницы или сам темный феникс. Здесь возле защитного купола я могла зачерпнуть сколько угодно силы. Здесь меня распирало от магии. Я чувствовала себя непобедимой. И мне ужасно хотелось попробовать свои способности в деле.

Но, как назло, ни Эльза, ни другие отвергнутые невесты не решались мстить мне в открытую. Зато подлостей исподтишка было хоть отбавляй.

А еще после случившегося с Алисией король приказал возобновить расследование. Теону забрали, магистра Бастерс тоже, хоть та и утверждала, что не давала Алисии волчий тис, мол, девчонка ее подставила. Может, так и было. Алисия вполне могла ходить на факультативы к травнице, чтобы втереться в доверие и украсть опасный ингредиент. Но это уже будут выяснять дознаватели.

Так прошла неделя. Первый курс готовился к летней практике, и я тоже. Но едва на горизонте забрезжили выходные, как меня вызвали в ректорат.

Джиллиан встретила меня сочувственной улыбкой. Это был сигнал ждать подвоха.

Так и вышло. Едва я вошла, как Драмиэль протянул мне конверт:

– Это тебе.

Конверт был сделан из самого настоящего атласа, не из бумаги, и он был в королевских цветах.

– Что это? – я подозрительно заглянула в него.

Помнится, одно загадочное письмо уже поломало мои планы на жизнь.

– Приглашение во дворец на званый вечер. Подписано лично ее величеством.

– Королевой? – оторопела я.

– Да. Похоже, она хочет познакомиться с будущей невесткой.

В конверте была карточка из плотной вощеной бумаги, украшенная оттиском с вензелями. Летящий почерк, всего три слова: “Жду в эти выходные” и подпись “Розалина Ленорманн”.

– В эти выходные? – у меня кровь отхлынула от лица. – Но это же завтра! Я не могу! Мне нечего надеть!

– А, ну это как раз не проблема. Госпожа Гилли!

Дверь в приемную мгновенно открылась. Будто секретарь стояла там наготове. Я увидела Джиллиан со знакомой коробкой в руках.

– Вы его сохранили? – мои глаза расширились от удивления.

– Чудо, правда? – проворчал Драмиэль. – А ведь собирался выбросить. Но пожалел труд швеи.

Это было то самое алое платье, которое заказывал Айзен. Позже я поняла, зачем он это сделал. Зачем хотел, чтобы все помощницы и невесты выглядели одинаково. Это до последнего сохранило бы нашу тайну.

– Кстати, – дядя прервал мои мысли, – когда Айзен его заказывал, то уже тогда планировал объявить тебя своей избранницей. Поэтому камни на нем настоящие. Ну все, иди готовься.

Я взяла коробку и послушно направилась к дверям. Но на пороге притормозила.

– Вы же поедете со мной?

– Я? – Драмиэль выглядел озадаченным. – Нет, меня не приглашали. К тому же я уже имел честь выслушать от короля много чего интересного в свой адрес. А теперь ты сама, пожалуйста.

– Но, дядя!..

От расстройства и волнения я едва не выпустила коробку.

– Не дядькай! – отрезал он. – Мне еще к вашей практике готовиться. Что-то в Оренволде совсем не спокойно, дроу и вампиры стали действовать подозрительно слаженно…

Он вдруг оборвал себя и прикрикнул:

– Иди!

Это было вчера.

А сегодня я на подгибающихся от паники ногах застыла рядом с принцем. Мы стояли под огромными двустворчатыми дверями, отделанными резьбой и золотыми накладками. По обе стороны от них вытянулись гвардейцы в красных, расшитых золотым галуном мундирах.

Мы с Айзеном не виделись с вечера бала. Нам не дали времени поговорить и обсудить наши чувства. Ни единой весточки от него, ни единого знака…

Я даже не знала, что думать. И тут это приглашение как снег посреди лета.

– Не бойся, – горячее дыхание опалило мое ухо.

Айзен склонился ко мне, будто почувствовал, что я жутко нервничаю перед знакомством с его мачехой.

– Как не нервничать? Это же королева!

– Она не кусается, – улыбнулся Айзен.

А его взгляд, как привязанный, опустился в мое декольте. Я еле сдержалась, чтобы не подтянуть платье повыше. Даже шлейфа нет, чтобы прикрыться.

– Все будет хорошо, – заверил принц. – Это просто формальность.

Но легче не стало.

– В Академии никто не рад твоему выбору, – вздохнула я. – Думаю, и здесь не обрадуются.

Айзен лишь усмехнулся, а затем взял меня за руку.

– Мне плевать на их ожидания. Вот увидишь, все будет как надо, – сказал он и сделал шаг вперед.

Двери распахнулись. Нас оглушил шум голосов.

Рука об руку мы с Айзеном вошли в огромный зал, украшенный росписью и самоцветами. Шум тут же затих. Взгляды гостей обратились на нас.

Мамочки, сколько же тут народу! И все драконы. Вон как напряглись, как начали раздувать ноздри, почуяв во мне что-то не то…

Зал был полон хищников, к которым втолкнули добычу.

По телу пробежала дрожь. Ладони вмиг вспотели, а внутри отозвался феникс. Встопорщил перья и злобно заклекотал. Хорошо, что этот клекот существовал лишь в моей голове.

– Дамы и господа! – довольно отозвался Айзен. – Приветствуйте мою невесту – Наталью Саррах, младшую леди из рода Саррах!

***

Я заставила себя улыбаться. Хотя обстановка совершенно не располагала к улыбкам.

– Приветствуем, младшая леди Саррах! – со всех сторон понеслись нестройные голоса.

Мое внимание привлекло возвышение, на котором стояла то ли богато украшенная софа, то ли кушетка. На ней полулежала королева. Ее окружали фрейлины, держа в руках блюда с фруктами и сладостями.

Атмосфера там царила самая непринужденная. Похоже, вечер был званым, но неофициальным.

Я быстро отвела взгляд, не решаясь рассматривать королеву, и наткнулась на того, кого меньше всего ожидала тут встретить!

В конце ряда придворных, почти у самого выхода, с кислым лицом стояла Эльза.

Меня будто током ударило.

А она здесь откуда?!

Рассмотрев супружескую пару возле Эльзы, я сообразила, что это ее родители – маркграф Дормер и его жена. Уж слишком они были похожи. Черты лица Эльза взяла от матери – немолодой, но все еще изящной шатенки. А цвет волос и глаз – от отца, голубоглазого блондина. Правда, сейчас его блонд уже стал сединой.

На первый взгляд ее родители казались достойными людьми, с прекрасными манерами. И откуда в их доченьке столько яда?

Эльза тоже меня заметила. Ее глаза сузились, обдавая меня холодным презрением.

Графинька вздернула кукольный нос, фыркнула, но все же склонила голову в реверансе, получив от отца строгий взгляд. Как-никак, а я теперь выше ее по положению. Просто потому что я из драконьего рода, а она – человек.

– Рада, что ты принял мое приглашение, Айзен, – голос королевы заставил меня отвести взгляд от Эльзы.

Розалина сошла со своего пьедестала и направилась к нам.

Королева была чистокровной драконицей. Высокой и статной. Длинный шлейф ее платья тянулся за ней на несколько метров и алой переливающейся рекой струился по ступенькам возвышения.

Паучий шелк! Его невозможно было спутать ни с чем иным. Ох, боюсь представить, сколько дядя заплатил за мое бальное платье, а ведь на него пошло в пять раз меньше ткани!

Розалина приблизилась. Она выглядела лет на сорок и была похожа на снежную королеву. Такая же гордая и величавая. Ее голову венчала бриллиантовая диадема с крупным алым камнем надо лбом.

– Это и есть твоя истинная пара? – спросила она, разглядывая меня с ног до головы.

Мне стало не по себе под ее оценивающим взглядом. Я ведь так и не поинтересовалась, какие отношения у Айзена с мачехой. А она совсем не похожа на счастливую женщину.

– Да, – ответил принц, крепче сжимая мою руку. – Ваше величество, это Наталья Саррах, племянница Драмиэля Сарраха.

– Наслышана, – произнесла она странным многозначительным тоном.

Ох, неужели почувствовала, что я феникс? Или такой тон из-за того, что я дочка Ротберга Сарраха – ее первой любви?

– Очень приятно познакомиться, – я поспешно сделала реверанс.

Кстати, отличная штука, когда не хочешь смотреть в лицо собеседнику или встречаться с ним взглядом. Вроде и почтение выразил и бесстыжие глаза спрятал…

Зато теперь я точно могла сказать, что Эльсанир был точной копией матери так же, как Айзен – отца. У старшего принца и короля были одинаковые ярко выраженные скулы, прямой нос, излом бровей, твердые губы. А Эльсанир плавностью черт пошел в мать.

– Что ж, я рада, что ты нашел свою истинную, – взгляд Розалины смягчился. – Деточка, твой род очень сильный и знатный, породниться с ним честь даже для нас. А как у тебя обстоят дела с оборотом? Ты же знаешь, для будущей королевы важно уметь принимать облик дракона.

Я замялась.

Айзен нахмурился. По его лицу пробежала тень.

– Всему свое время, – сказал он. – Моя суженая пока не обращалась в дракона.

Фух, значит, королева не поняла, что я черный феникс. Вот и славно. Не надо ей это знать.

– Айзен, но без оборота она не сможет выносить наследника! Хоть Саррах и принял ее в свой род, но посмотри, ее аура очень слаба.

Взгляды присутствующих тут же замерли над моей головой. Я почувствовала себя неловко.

В этом мире никто не может увидеть и оценить чужую магию, разве что последствия ее использования. Поэтому магический потенциал оценивают по ауре. Чем сильнее потенциал – тем ярче аура. Но я, наверное, единственный маг без потенциала. Потому что не обладаю магией в общепринятом смысле.

И вот сейчас все начали шептаться, удивляясь моему скромному желто-красному контуру. Желтый – цвет человека. Но в нем появились красные линии, когда на балу Айзен признал меня своей парой.

– Моя невеста сильнее, чем кажется, – процедил принц, начиная терять терпение. – Вы ее смущаете, ваше величество.

– О, здесь смущаться не стоит, – отмахнулась королева. – Ведь речь идет о престолонаследии. Это очень серьезно. Идем-ка, милая, поговорим.

Мне не оставалось ничего другого, как только бросить жалобный взгляд на Айзена и последовать за Розалиной. Ведь королевам, как и королям, не отказывают.

Розалина заняла место на кушетке, а мне указала на бархатную подушечку, которую фрейлины положили у ее ног.

Пришлось сесть. Айзен с самым воинственным видом встал рядом со мной.

– Не пугай моих фрейлин, – сказала ему королева.

Они обменялись взглядами – жесткими, цепкими. И я поняла, что их отношения не так дружелюбны, как мне показалось сначала. Наверняка Айзен недолюбливает мачеху, ведь она заняла место его матери. А Розалина с удовольствием бы сделала наследником собственного сына. Зачем ей чужой?

Тем временем королева с мягкой улыбкой обратилась ко мне:

– Это правда, что ты воспитывалась в закрытой общине без доступа к магии?

– Да, это так, – ответил Айзен прежде, чем я успела подобрать слова. – Но теперь это не важно, она член рода Саррах.

– Да нет, очень важно! – сквозь безмятежную маску на лице Розалины проступило раздражение. – Твоя невеста не просто младшая леди, она дочь Ротберга Сарраха! Он мог заполучить любую драконицу, любая пошла бы с ним, но он почему-то решил, что случайную человечку оплодотворить куда лучше.

Я сжала зубы и опустила взгляд, чтобы никто не прочитал моих мыслей.

Похоже, королева все еще испытывает обиду на Ротберга. Только за что? Это же не он ее бросил, это она отказалась бежать с ним. И очень умно поступила, если учесть, что стало потом с ними двумя. Она – вышла замуж за короля Ленорманна. Он – стал ренегатом. Что называется, карьера удалась.

Но мне все-таки неприятно, ведь речь идет о моем отце. Хотя я только недавно о нем узнала.

– Ваше величество, выбирайте слова, – угрожающим шепотом заметил Айзен. – Оскорбляя мою суженую, вы оскорбляете меня.

– Что? Ох, прости, я не хотела никого обидеть.

Ее улыбка и тон казались фальшивыми. Она хотела меня задеть и сделала это. Но мне пришлось все проглотить.

– Ну все равно, – продолжила королева и снова странно глянула на меня, – я рада, что ты нашел свое счастье. Не каждому из нас так везет, встретить свою истинную пару.

Глава 2

Я скрыла тяжелый вздох.

Да, Драмиэль принял меня в семью. И да, очень ограниченный круг знает, что я его племянница.

Однако он не признал это публично. Для всех я “младшая леди”.

Мой отец был главой рода, и по закону Ленорманна я должна стать его преемницей. Но, пока с него не сняты обвинения в измене, ни он, ни я не можем претендовать на статус главы.

Самое смешное, все преступление моего отца только в том, что он отказался жениться на принцессе Савессе – сестре Ортреда.

Это официальная версия. А неофициальная – он узнал секрет хождения между мирами.

Король мог его просто убить. Но то ли не захотел ссориться с Саррахами, то ли надеялся сам заполучить этот секрет, а Ротберг был все еще жив. Его тюрьмой стал остров. Такой крошечный, что мы с Драмиэлем даже не нашли его на картах.

Я исподтишка разглядывала королеву и все больше убеждалась в верности своих выводов. Она просто несчастная женщина, которой по воле монарха пришлось отказаться от чувств к другому мужчине и стать женой нелюбимого. Обычный брак по расчету. Точнее, династический. Ей, наверное, было непросто идти с Ортредом под венец. Ведь она знала, что он уже был женат и, возможно, любил свою первую супругу – мать Айзена.

Вообще у драконов-мужчин странные отношения с женщинами. Получается, встречаться они могут со всеми расами, и не важно, есть у избранницы магия или нет. И даже способны наделать детей какой-нибудь милой селянке. Только эти дети не будут драконами. Они унаследуют расу матери, прямо как я. Моя мать из расы фениксов, и во мне проснулся феникс.

Поэтому Розалина и переживает насчет моего оборота. Айзен должен был выбрать в жены либо драконицу, либо сильнейшую магичку Академии, чтобы она могла выносить ему ребенка-дракона. Все семь невест не просто так попали в тот список. Даже Эльза при всей ее вредности выглядит сильнее меня. И лишь я знаю, как все обстоит на самом деле.

Для всех моя аура еле теплится. Для всех я очень слабая и не гожусь в жены принцу. Ведь так должно быть по законам этого мира.

Но почему-то я ощущаю свою драконицу. Правда, очень слабо. Рядом с Айзеном или Драмиэлем это чувство усиливается, возможно, потому что она с ними связана. С Драмиэлем – близким родством, с принцем – истинностью.

Но для Розалины и других драконов я просто никчемная слабачка, которая никогда не станет ни сильным магом, ни полноценным драконом, и не сможет выносить крылатое потомство. Даже связь истинной пары тут не поможет.

– Ладно, – проворковала королева, снова принимая вид доброй феи, – отдыхайте, дети. Наслаждайтесь беззаботной юностью, ведь она очень быстро проходит.

Розалина опустила ресницы, но я успела заметить грусть, мелькнувшую в ее глазах.

– Благодарю, ваше величество, – Айзен отвесил короткий поклон.

Затем предложил мне руку.

– Кажется, я не сильно понравилась твоей мачехе, – прошептала ему, когда мы отошли подальше от трона.

Айзен подвел меня к столам с закусками и напитками. Здесь было людно и так шумно, что даже музыка тонула в гомоне смеха и голосов.

Принц склонился к моему уху:

– Выдыхай, Таша. Ее мнение вообще ничего не значит. Ни в нашей семье, ни в королевстве.

Я натянуто улыбнулась:

– Выдыхаю. А твой отец?

– За это тоже не беспокойся. Ему придется тебя принять, ты же моя истинная пара.

– Да, но никто не видит во мне дракона. Посмотри на них, – я покосилась в сторону придворных. – Они все думают, что я тебе не подхожу…

– И что? Какое мне дело до того, что они думают? Я половину гостей в этом зале не знаю, а на мнение второй половины мне абсолютно плевать.

Айзен выглядел очень уверенным. И тон звучал убежденно. Только я все равно сомневалась. Ведь встречаться со студентом-старшекурсником – это одно, а стать официальной парой наследника трона – совсем другое.

В голову лезли статьи про Кейт Миддлтон и других невесток английской королевы. Ох, у них и жизнь была! Это не надевай, туда не ходи, в яркий цвет ногти не крась и всегда веди себя идеально…

Справлюсь ли я?

– Они тебя примут, – продолжил принц. – Никуда не денутся. К тому же за твоей спиной весь род Саррах.

Я неожиданно разозлилась.

– О, ну да, – протянула едким тоном. – Помнится, ты предлагал мне место любовницы, пока Драмиэль не ввел меня в род. Ты ведь с самого начала знал, что я твоя истинная. Знал и молчал! Не хотел связываться с простолюдинкой.

От обиды на глазах выступили слезы.

Я хотела отвернуться, но Айзен внезапно притянул меня к себе. Его лицо будто закаменело, взгляд стал суровым и жестким. В этот миг он до ужаса стал похож на отца.

– Не смей так говорить! Мне неважно, из какой ты семьи. Но это важно всему королевству. Будь ты хоть простолюдинкой, хоть принцессой – моему дракону все равно. А его желания для меня важнее чужих ожиданий.

Я покачала головой:

– Вот именно! Давай называть вещи своими именами. Твой дракон, точнее ты, захотел меня. Истинная пара? Отлично! Простолюдинка? Плевать, подойдет на роль любовницы. Ох, племянница ректора? А, ну тогда можно и публично объявить своей парой.

Сейчас я высказывала то, что не успела высказать в день бала. Всю неделю носила это в себе. Обдумывала, сопоставляла, бесилась. И сейчас, глядя в глаза Айзена, понимала, что оказалась права.

– Таша, перестань, – он поморщился. – Признаю, я поступил отвратительно. Но давай ты не будешь наказывать меня за это всю оставшуюся жизнь?

Смерив его ледяным взглядом, я процедила:

– Подумаю.

На его лице появилась улыбка.

– Моя боевая пташка, – он прижал меня к себе. – Люблю, когда ты топорщишь перышки.

Это заставило меня нервно оглянуться. Не слышал ли кто-то, как Айзен меня назвал?

И как назло, снова наткнулась на Эльзу. Она стояла у соседнего стола и сверлила меня враждебным взглядом.

– Слушай, что она здесь делает? – спросила я Айзена.

Заметив взгляд принца, Эльза церемонно присела. Причем так, чтобы продемонстрировать глубокое декольте, грациозный изгиб шеи и узкие плечи.

– Розалина выполняет приказ отца, – пояснил Айзен, отвечая ей коротким кивком. – Король велел вызвать эту семейку из Дормервара. Но зачем – сказать не могу, извини.

– Понимаю, государственная тайна, – хмыкнула я. – Ты ведь и Эльзу выбрал в невесты, чтобы держать при себе. Но нам с ней еще три года учиться, а она, похоже, уже меня ненавидит.

– Она тебе что-то сделала? – насторожился принц.

– Нет, все нормально. Просто удивилась, увидев ее здесь…

– Точно все хорошо?

– Да.

Ябедничать я не собиралась. Уж с графинькой как-нибудь сама разберусь.

– А где Эрика? Ее не пригласили?

– Она добилась чего хотела, – усмехнулся Айзен. – И больше не свободна.

– О чем ты?

– Эрика поступила в младшую гвардию магической защиты дворца.

В этот момент заиграла знакомая музыка. У принца загорелся взгляд:

– Потанцуем?

Я усмехнулась:

– Забыл, я танцевать не умею.

– Ну, на балу ты неплохо справилась.

Он подмигнул, а потом схватил меня в охапку и увлек в круг танцующих.

И почему у меня не выходит на него долго злиться?

Может, потому что в его объятиях моя драконица расцветает? Я прямо чувствую, как она становится сильнее, как льнет к нему. Как хочет прижаться, будто кошка, скрутиться клубочком в его руках и замурлыкать…

Ой, драконы, кажется, не умеют мурлыкать…

– Чему улыбаешься? – спросил Айзен, ведя меня в танце.

Я поняла, что по моим губам и правда гуляет шальная улыбка.

– Не знаю, – пожала плечами. – Просто мне сейчас очень хорошо. Не хочу больше ссориться по пустякам.

– И не надо. Вот увидишь, у нас все будет прекрасно.

Плавная, торжественная мелодия сменилась игривой. Айзен подхватил меня и закружил. Мы были так близко друг к другу, что я ощутила жар его тела и биение сердца. Между нами словно вспыхнул огонь, который окутал нас изнутри и снаружи, заключил в один пылающий кокон.

Я смотрела в его золотые глаза. Тонула в той нежности, которую видела там…

И тут под сводами зала прозвучал оглушающий грохот…

***

Дворец содрогнулся, с потолка полетели куски штукатурки.

Одна из стен взорвалась, и град камней разбросал танцующих, словно кегли.

Языки пламени вылетели из дыры, лизнули паркет, и мне в лицо ударил горячий воздух.

Я инстинктивно вскинула руки, строя защиту. Но Айзен успел закрыть меня своим телом, а затем рухнул на пол, увлекая меня за собой…

– Что это? – полетели вопросы со всех сторон. – Что происходит?

Испуганные, встревоженные голоса перемежались с кашлем и стонами.

– Нападение! – крикнул кто-то.

У меня в ушах гудело. Глаза слезились, в горле першило. Все вокруг заволокло густым едким дымом, в котором почти ничего не было видно. Боясь потеряться в этом дыму, я вцепилась в Айзена.

– Таша, – позвал парень. – Таша, ты меня слышишь?

– Что? – еле выдохнула и тут же закашлялась.

Айзен провел пальцами по моему лицу, создавая что-то вроде щита или маски. Дышать стало легче, и резь в глазах уменьшилась.

– Ты не ранена? – спросил он.

– Вроде нет. А что случилось?

– Не знаю, но нужно выяснить. Только пообещай мне, что пока ты здесь, во дворце, то не будешь использовать магию.

– Даже если на меня нападут? – я потрясенно моргнула.

– Тебе нельзя красть чужую магию, понимаешь? – зашептал принц, придвинувшись ближе. – Мы, драконы, это сразу почувствуем. Нельзя, чтобы враги отца узнали, что ты не дракон! К тому же во дворце магия под запретом. Ее может использовать только охрана и наша семья!

– Оу… можно было и раньше сказать.

Внутри появилось странное ощущение. То ли обида, то ли досада. Хотя ничего странного, что у Ортреда есть враги. Может, когда-то кланы и выбрали его предка на роль короля общим голосованием. Но явно ведь, что за прошедшие годы их потомки много раз пожалели об этом.

– Прости. Я не предполагал, что дойдет до такого. Но теперь тебе нужно быть настороже. Вставай, идти можешь?

– Да, – кивнула я, поднимаясь с пола.

– Тут есть раненые, я должен им помочь.

– Но ты же не целитель!

– Я боевой маг, нас учат оказывать первую помощь.

Он прав. Надо помочь пострадавшим. И не важно, драконы они или люди. Нельзя никого оставлять в беде!

– Я с тобой!

– Нет, здесь небезопасно. Свод может рухнуть в любой момент. Найди королеву и держись рядом с ней, ее фрейлины вас защитят.

Я хотела возразить, но не стала. Он лучше знает, что делать. Я буду только мешать.

Наши с Айзеном взгляды пересеклись. В его глазах отразилось беспокойство. Он по-настоящему переживал за меня, хоть и не говорил вслух. От понимания этого на душе стало легче.

Только убедившись, что я действительно в порядке, принц кивнул.

– Будь осторожна! Я пройду по залу и помещу тяжелораненых в стазис. Меня тревожит…

Не договорив, он махнул рукой и растворился в дыму.

Впрочем, дым уже начал потихоньку рассеиваться. Вскоре я смогла разглядеть и пролом в стене, и груды камней, и лежащие между ними тела.

У меня внутри все похолодело. Неужели эти люди погибли? Нет, над некоторыми уже переливался контур стазиса, значит, они дождутся целителя. А принц продвигался вглубь зала, обходя тех, кто смог подняться сам, и тех, кому было уже не помочь.

Сердце в груди билось как ненормальное, пока я озиралась. Как охрана дворца могла допустить такое? И где король? Почему его нет рядом с королевой в такой момент?

Кстати, а где сама Розалина? Айзен ведь сказал идти к ней…

Я обернулась в сторону трона и увидела поток придворных, спешащих из зала. Их было столько, что они едва не давили друг друга. Оттуда слышалась ругань и злобные выкрики.

– Выяснили, кто это был? – раздался грохочущий голос, заставивший меня вздрогнуть. – Кто посмел бросить мне вызов?

А вот и король!

– Пока неясно, – донесся невнятный ответ.

Ортред стоял в провале. Сквозь не до конца рассеявшийся дым и гарь его высокая, широкоплечая фигура казалась призраком мщения.

Меня кто-то толкнул.

– Ох, простите, – всхлипнула женщина в зеленом платье.

Ее глаза слезились. Веки покраснели. Она почти не видела, куда идет. А два павлиньих пера в прическе обгорели и продолжали дымиться, распространяя удушливый смрад.

– Осторожно, – я подхватила женщину, когда та попыталась меня обойти и споткнулась о камень.

– О, благодарю вас, – пробормотала она. – Я Амалия Дормер… Вы не видели моего мужа и дочь?

– Нет… – начала я и осеклась.

Это же леди Дормер, мать Эльзы! Ох, и в каком она виде! Лицо испачкано копотью, волосы выбились из прически, на платье порваны оборки…

– Помогите мне их найти, – она вцепилась в мою руку. – Мой муж… моя дочь…

Я молча кивнула. Слов не было. На миг представила, что Эльза или ее отец могли оказаться среди тех тел, мимо которых прошел Айзен, и меня прошиб пот.

– Леди Саррах! – к нам спешили две женщины, в которых я узнала фрейлин королевы. – Ее величество послала нас за вами. Надо уходить отсюда!

– Идемте, – я потянула мать Эльзы. – Нужно идти.

– Нет! – всхлипнула она. – Мой муж… моя дочь…

– Вам нельзя здесь оставаться! – одна из фрейлин крепко взяла меня за руку. – Вы не пострадали, леди Саррах?

Я помотала головой.

Вторая бросила безразличный взгляд на леди Дормер.

– Бросьте ее, она же не хочет идти.

От таких слов у меня челюсть отвисла.

– Я не могу! Ей нужна помощь!

– У нас приказ помогать только вам! – отрезала первая фрейлина и потянула меня за собой.

А я сжала руку леди Дормер, вынуждая ее сдвинуться с места.

– Зачем вы тащите за собой человечку? – вторая фрейлина раздраженно глянула на меня. – Оставьте ее в покое.

– Нет! – я ощутила злость.

Вскинула голову и посмотрела на этих двоих. Как они могут так говорить?! Им неведомы сострадание и доброта? Ах да, они же драконы! Зачем им спасать человечку?

Внутри разгорался гнев.

– Вам же приказано мне помогать? Вот и помогайте! Мы не бросим здесь эту женщину!

Не знаю, что эти дамы увидели у меня на лице, но они вдруг притихли, а затем вторая фрейлина молча взяла под руку леди Дормер.

Так мы и пошли к выходу. А я не могла отделаться от мысли, что Эльза и ее отец окажутся среди погибших. “Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, только не это!” – шептала я, как молитву. Эльза просто чванливая дура, но она не убийца. И она не заслужила умереть в двадцать лет. Никто такого не заслужил!

Впереди на двери напирала толпа. Но фрейлины повели нас другим путем. Оказалось, за троном есть тайный ход. Наверное, как раз для таких случаев – чтобы король или королева могли беспрепятственно скрыться.

Я оглянулась, пытаясь найти взглядом Айзена. Но его нигде не было видно, а вокруг тел уже суетились целители и охрана в алых мундирах.

Сердце екнуло, но я чувствовала, что с Айзеном все в порядке. У него есть магия, он сможет себя защитить…

– Сюда, – позвала меня фрейлина.

Вслед за ней я нырнула в проход.

Глава 3

Мы долго петляли по бесконечным коридорам.

Наконец фрейлины вывели нас в огромную галерею, стены которой были увешаны портретами в массивных рамах. Здесь толпился народ. Гости дворца возмущались. Похоже, многие хотели уехать домой, но охрана никого не пускала.

– Не велено! – услышала я. – Приказ его величества!

Амалия внезапно выпустила мою руку и рванула к одному из гвардейцев:

– Офицер! Вы не видели графа Дормера? Я потеряла своего мужа!

Тот покачал головой:

– Простите, леди, я не знаю, о ком вы.

– Интересно, все люди такие настырные? – проворчала себе под нос фрейлина номер один.

Поймав мой предупреждающий взгляд, она опустила голову.

А я взяла безутешную женщину под руку:

– Леди Дормер, мы обязательно найдем вашего мужа и дочь.

– Вы так думаете? – она умоляюще глянула на меня.

– Конечно! – солгала я, не моргнув глазом.

А сама скрестила пальцы на свободной руке. Только бы мои страхи не подтвердились!

– Леди, вы должны записаться вон там, – гвардеец указал на конторку в дальней части галереи. – Затем слуга сопроводит вас во временные апартаменты. Там вы сможете отдохнуть, пока идет проверка.

– Офицер, – перебила фрейлина номер два, – эти дамы с нами. Мы сопровождаем их по приказу ее величества.

– Тогда не смею задерживать, – он поклонился и отступил.

– Скажите, а это надолго? – спросила я, прежде чем идти дальше.

– Мне неизвестно. Но его величество приказал никого не впускать и не выпускать, пока всех присутствующих не проверят.

Что именно будут проверять, он не сказал. То ли сам не знал, то ли “не велено”.

Вскоре мы попали в коридор, где было много дверей.

– Сюда, миледи, – фрейлины толкнули одну из них, пропуская нас в комнату. – Мы должны доложить королеве, что вы в безопасности.

Они ушли, а мы с леди Дормер начали озираться. Комната представляла собой небольшую гостиную.

– Ох, спасибо вам, – Амалия наконец-то отпустила мою руку.

– Не за что, – машинально кивнула я. – Рада, что смогла вам помочь.

– Мой муж граф Дормер – комендант приграничной крепости… – заговорила она торопливым, дрожащим голосом.

Похоже, у нее начиналась истерика.

Не придумав ничего лучше, я обняла ее за плечи и повела к диванчику.

– Я знаю, кто вы, – проговорила с мягкой улыбкой, помогая ей сесть, – я учусь в одной академии с вашими дочками.

Рядом с диваном был столик. На нем я нашла кувшин с водой и стакан. Налила воды и подала графине. Та сразу начала пить, перемежая глотки со стуком зубов о стекло.

Теперь я могла хорошенько ее рассмотреть. На вид Амалии Дормер было под пятьдесят. Но лицо не поплыло, и спина оставалась ровной, как у истинной леди.

Опустошив стакан, она подняла на меня прояснившийся взгляд:

– Так вы та девушка, которую наследник объявил своей парой?

– Да, – я смущенно улыбнулась.

Было ужасно неловко говорить это вслух. Особенно женщине, чья дочь мечтала занять мое место. Новый статус казался мне чем-то интимным, созданным для двоих. И в нынешней ситуации совершенно неуместным.

– Леди Саррах…

Амалия дернулась встать, но я удержала ее:

– Все нормально.

– Но…

– Не надо церемоний, я всего лишь студентка. Называйте меня Наталья, мне так привычнее.

Свои слова я подкрепила улыбкой.

– Ох… спасибо вам, Наталья. Я видела, как вы танцевали с принцем. Вы прекрасная пара, – продолжила она, вызвав у меня прилив жара к щекам.

Развивать эту тему не хотелось. Вряд ли леди Дормер обрадуется, узнав, что ее дочь могла стать будущей королевой и не стала из-за меня. Наверняка ведь Эльза или Эрика делились с ней происходящим.

– Мне просто повезло. Хотите еще воды?

Я попыталась перевести разговор в другое русло, но она сама поменяла тему:

– Ох, надо выяснить, что с моим мужем и дочерью!

Я не знала, как ее удержать, поэтому просто смотрела, как леди Дормер подошла к двери, подергала ручку и растерянно глянула на меня:

– Закрыто.

Я развела руками.

Похоже, фрейлины либо не доверяли нам, либо кто-то “сверху” приказал посадить нас под замок. Ну раз так, то будем располагаться с комфортом.

Помимо дивана, в комнате было еще несколько кресел, обтянутых бархатом, и кофейных столиков, большой стол, секретер, этажерки. Все из массива дерева и украшенное резьбой. Но я нигде не заметила тех маленьких, милых сердцу вещиц, которые делают помещение жилым. Секретер был девственно чистым, этажерки тоже. Ни книг, ни статуэток или цветов, ни письменного набора. Ничего…

Похоже, этой комнатой не пользовались. Разве что служанки регулярно вытирали здесь пыль.

Возле секретера на стене я заметила шнурок и от нечего делать дернула за него. Тотчас раздались шаги, одна из стенных панелей, к моему удивлению, отъехала в сторону, и за ней оказался слуга:

– Леди, чего изволите?

– Э… выйти отсюда? – я не сразу нашлась с ответом.

– Боюсь, без распоряжения короля это невозможно, – он покачал головой. – Но я могу принести напитки и сладости, чтобы скрасить ваше ожидание.

– Подожди! – к нему метнулась Амалия. – Прошу, узнай, нет ли в списках раненых и погибших графа Дормера и Эльзы Дормер!

Она с мольбой прижала руки к груди.

– Слушаюсь, леди.

Стенная панель встала на место. Я удивленно ее ощупала. Потом постучала. Звук был звонкий, а какой же еще – ведь с той стороны пустота!

– Это подсобные ходы для слуг, – пояснила Амалия, заметив мой интерес. – Ими весь дворец пронизан.

– Ага… – произнесла я задумчиво, отошла и уселась в одно из кресел.

Если тут есть ходы для слуг, тайные ходы для коронованных особ и еще куча других ходов, то тогда понятно, почему охрана дворца просмотрела террориста со взрывчаткой.

Я была уверена, что пролом в бальном зале сделали с помощью взрывчатки. Будь это магия, я бы почувствовала. Да и охрана увидела бы следы магического воздействия. Но их нет. Потому-то все так всполошились. Кто-то сумел проникнуть во дворец, пронеся с собой динамит или что-то похожее, и расположил его в одном из скрытых ходов.

Интересно, кому так величества не угодили?

Я старалась отвлечь себя мыслями, потому что ожидание становилось невыносимым. Еще и леди Дормер бродила по комнате как неприкаянная. Никакие уговоры не могли убедить ее сесть.

Слуга принес обещанную еду и сказал, что среди пострадавших никаких Дормеров нет. Несмотря на хорошие новости, Амалия так и не притронулась к тарелкам. Мне тоже кусок в горло не лез. Внутри зрело дурное предчувствие. Было что-то не то в том, что нас здесь закрыли. Зачем?

За окном давно стемнело. В комнате сами собой зажглись магические кристаллы. Я нервничала все больше.

Внезапно в двери повернулся ключ. Мы с леди Дормер одновременно повернулись на звук и застыли.

В комнату заглянул гвардеец. Быстро пробежал по нам взглядом и спросил:

– Графиня Дормер?

– Я! Это я! – Амалия взволнованно шагнула к нему.

– Здесь ваш слуга. Он сопроводит вас к мужу и дочери.

За плечом гвардейца я заметила незнакомого мужчину в скромной коричневой ливрее.

– Остар, – Амалия поспешила на выход, забыв обо мне, – что с моим мужем? Что с Эльзой?

– Они в полном порядке, миледи, – слуга поклонился. – Но очень переживают за вас.

Я тоже подошла к дверям. Но гвардеец не дал мне выйти:

– Леди Саррах, вам придется остаться здесь.

– Что? Почему?!

– Приказ короля.

У меня горло сжалось.

Определенно, происходит что-то не то. Надеюсь, Ортред не собирается обвинить меня в том, что случилось? А что, прекрасный способ избавиться от неугодной невестки…

Гвардеец хотел закрыть дверь, но я успела вставить ногу.

– А его высочество Айзен? Он знает, что я здесь?

– Кронпринц очень занят. Король доверил ему возглавить расследование.

По телу промчался озноб.

Ортред будто нарочно дал Айзену важное задание, чтобы тот не думал обо мне. Неужели на роль главы расследования не нашлось какого-нибудь опытного генерала или министра? Да их во дворце пруд пруди!

Но спорить с приказами короля – себе дороже. Кто знает, может, это просто проверка. Король проверяет мой характер, насколько я терпелива и благонадежна.

Успокаивая себя такими мыслями, я вернулась в кресло и снова принялась ждать.

С Айзеном точно все было в порядке. Я это ощущала каким-то внутренним чувством. Интуицией, если так можно сказать.

Прошло не меньше часа, прежде чем дверь снова открылась. И в этот раз на пороге стоял… король.

***

Я вскочила с кресла, собираясь сделать реверанс. Но Ортред шагнул ко мне, взял за руку и подозрительно мягким голосом проговорил:

– Ну-ну, это лишнее. Мы же здесь одни, давай без церемоний.

От такой заявочки я немного оторопела. А это правда тот самый Ортред, от ледяного тона которого у бравых вояк подгибались колени?

Он смотрел на меня с улыбкой. Но эта улыбка мне совершенно не нравилась.

– Здравствуй, Наталья, – произнес король, продолжая держать меня за руку. – Чудесно выглядишь.

Он поднес мою руку к губам, легко поцеловал и отпустил. Я едва сдержала желание вытереть ее об подол. Нельзя, это все же король! Его поцелуй – это милость, внимание – подарок судьбы, ну и так далее по списку.

– Спасибо, – пробормотала, ощущая подвох. – А где Айзен? Что с ним?

– С моим сыном все в порядке. А вот нам с тобой нужно поговорить.

В его голосе появилась знакомая сталь. По моей спине скользнул озноб, заставляя напрячься в теле каждую жилу.

– О чем? – я настороженно глянула на него.

– Ты должна отказаться от брака с Айзеном. Разорви помолвку, и я сниму обвинения с твоего отца.

О, а он не любитель ходить вокруг да около. Бьет прямо в глаз.

У меня в глазах и правда слегка потемнело.

– Отказаться от Айзена? Но почему?

Я в растерянности отступила. Наткнулась спиной на кресло и едва не упала.

– Осторожно, – все с той же милой улыбочкой король меня подхватил. – Не надо так нервничать. Мое предложение более чем щедрое. Ты же хочешь снова увидеть отца?

Он усадил меня в кресло, а сам сел напротив.

– Снова? – на этот раз я хихикнула. – Да я узнала о нем только недавно! Почему я должна отказываться от брака с любимым ради неизвестного мне мужика?

Да, это было грубо. Но в тот момент во мне говорили эмоции. Меня охватила злость. И все правила этикета, вдолбленные за год в Академии, моментально вылетели из головы.

Ортред меня шантажировал. Самым наглым образом. Теперь ясно, в кого его сыновья характером удались!

– Так будет лучше для всех, а в первую очередь для тебя, – вкрадчиво пояснил король. – Да, я знаю, вы с Айзеном истинная пара, но это не отменяет тот факт, что ты феникс. Ни я, ни главы кланов, ни наш народ не допустят, чтобы на трон Ленорманна сел черный феникс.

Он говорил, а я все больше и больше погружалась в пучину отчаяния. Каждое его слово было как острый камень, который ранил меня. Но хуже всего, Ортерд был прав. О чем я только думала, соглашаясь на предложение Айзена? С самого начала ведь было понятно, что нам не позволят быть вместе!

Вспомнилось, как дядя запретил мне видеться с принцем. Да и с его братом тоже. Драмиэль знал о нашей связи. То ли почувствовал ее, то ли просто догадался. А еще он знал, что король никогда не одобрит такую невестку, как я.

На глаза набежали слезы. Обида распирала меня изнутри, но я не хотела, чтобы Ортред увидел мою слабость. Поэтому выпрямилась, постаралась загнать чувства поглубже и почти недрогнувшим голосом спросила:

– Почему вы сами ему это не скажете? Слово короля закон. Прикажите вашему сыну отказаться от меня.

– Я не могу, – он развел руками. – Было бы все так просто, то давно бы уже приказал. Но нет закона, который заставит дракона отказаться от истинной пары. Поэтому ты сама должна разорвать отношения.

– А если откажусь?

– Хм… – он задумчиво постукал себя по губам. – Тогда с тобой может произойти несчастный случай… Или с твоим дорогим дядей, хотя нет, он мне еще нужен.

Я перебила его, напрочь забыв об уважении к титулу:

– И кто же займет мое место?

– Та, которая должна была занять изначально. Чистокровная драконица из уважаемого рода. Ты ведь умная девочка и с самого начала поняла, что этот отбор невест в Академии всего лишь спектакль, дающий надежду миленьким дурочкам.

Это был настоящий цинизм. Ничем не прикрытый.

В памяти всплыли слова Арики, что медальон одного из драконов отреагировал на нее, но парень предпочел пройти мимо, чтобы не связываться с простолюдинкой. Да и сам Айзен видел меня только любовницей, но никак не женой, пока я не стала одной из Саррахов.

– Так что, мы договоримся? Ты расстаешься с Айзеном, я снимаю обвинения с твоего отца. Пусть даст мне клятву неразглашения и будет свободен.

Я недоуменно моргнула:

– Простите, что?

– А, ты же не знаешь. Твой отец случайно узнал важную государственную тайну. Вот и пришлось держать его под замком, подальше от общества. Но теперь я готов его помиловать, разумеется, когда ты выполнишь условия сделки.

– Но я еще не согласилась. Если все так просто, почему вы раньше не потребовали у Ротберга эту клятву?

Король усмехнулся:

– У дракона нельзя вырвать клятву силой. Все наши клятвы мы даем добровольно, иначе в них нет смысла. А твой отец отказался.

– И вы думаете, что теперь согласится? С чего бы?

– Согласится, если узнает, что у него есть дочь. Он обязательно захочет тебя увидеть.

Мне казалось, что это какая-то странная шутка. Не может ведь Ортред быть настолько жестоким? Однако взгляд короля напоминал скальпель, такой же безжалостный и холодный.

Не сдержавшись, я судорожно вдохнула.

– Ну-ну, – пожурил мой мучитель, – все не так уж плохо. В конце концов, у тебя останется карьера моего личного артефактора. Да и Драмиэль будет рад узнать, что снова встретится с братом.

Я замотала головой.

– Не смогу… Я не смогу сказать это Айзену.

– Тебе придется. Наталья, не сопротивляйся, – почти отеческим тоном продолжил король. – Ты не пара моему сыну, как, впрочем, и любому другому мужчине.

– Что?!

От неожиданности я так резко подалась вперед, что едва не свалилась с кресла прямо на Ортреда.

– А ты сама не догадываешься? Ты феникс. А значит, в браке с мужчиной любой расы твои дочери тоже станут фениксами. Я не могу этого допустить. Ни один дракон не допустит.

– Но… но почему?

– Потому что мне в Ленорманне смуты не нужны.

Я не могла поверить своим ушам.

Неужели я сплю, и все вокруг – какой-то кошмар. Такого ведь не может быть на самом деле? Мне не только за Айзена, мне вообще замуж нельзя? И детей рожать нельзя? Не то чтобы я хотела прямо сейчас, но когда-нибудь, в будущем… Это мое неотъемлемое право! Да и вообще, почему какой-то дядька, которому просто повезло стать королем, указывает мне, что делать?!

Внутри поднималась буря.

– Я не стану решать за Айзена, с кем ему быть, – процедила со злостью.

Привычно потянулась к браслету – отдернула руку. Сдерживать ярость желания не было.

Король заметил мой жест, но и глазом не повел.

– Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, – проговорил он снисходительно. – Ведь как целитель обладаю еще и эмпатией, так что хорошо ощущаю твой гнев. Это именно то, о чем я говорил. Прости, ты хорошая девочка, но тьма в тебе несет угрозу всему королевству и нашему обществу. Я не могу допустить тебя к трону или позволить, чтобы фениксы вновь возродились.

Я опустила взгляд на свои руки. С кончиков пальцев поднимался легкий дымок. Тот самый, который мог уничтожить все, к чему прикоснется.

– Не стоит этого делать, – спокойно заметил Ортред. – С мной ты не справишься, а вот я могу навсегда сломать твою жизнь.

– Вы ее уже сломали, – прошептала я.

– Нет, я дал тебе шанс, хотя обычно не бываю так щедр. Откажись от моего сына, и твой отец вернется в семью. Больше никто вас не тронет. Я лично позабочусь об этом.

– А если откажусь?

Я заглянула ему в глаза и увидела в них холодный расчет. Он все продумал заранее.

– Если откажешься, твой отец умрет первым. Потом милая госпожа Гилли, хотя мне будет ее искренне жаль, потом твои подруги одна за другой. Пока ты наконец не поймешь, что королям не отказывают.

Он говорил ужасные вещи с милой улыбкой.

Я сжала кулаки, замыкая в себе магию разрушения.

Выбора нет. Даже если каким-то чудом убью его, все равно потеряю Айзена. Значит, нужно найти другой путь.

– Вы сказали, что дадите мне место артефактора? Значит, я буду работать здесь, во дворце?

– Да, в секретной лаборатории. Кстати, там некогда работал твой отец. Ротберг пытался раскрыть секрет артефактов, которые создали фениксы. О, – король рассмеялся, заметив, как вытянулось мое лицо. – Так Драмиэль тебе не сказал?

– О чем? – хмуро спросила я.

– Что твой отец артефактор.

Глава 4

Такую новость нужно было переварить.

Я покопалась в памяти, но не смогла припомнить, чтобы мы с Драмиэлем обсуждали придворную должность моего отца. Хотя про артефакты шел разговор. Кажется, мы сошлись на том, что у Ротберга было что-то, что открыло ему портал в другой мир. И что именно из-за этой штуки он оказался в тюрьме.

А теперь, после слов короля, картинка сложилась.

Если отец был придворным артефактором и работал с наследием фениксов, то вполне мог найти что-то, похожее на мой медальон. Что-то, что не до конца разрядилось и еще сохраняло в себе силу Крови.

По всей видимости, Ротберг смог активировать портал и попал в мой мир. Познакомился там с моей мамой… Бывают же такие случайности? Может, им самой судьбой была предписана встреча. И может, именно мама зарядила тот артефакт своей кровью, чтобы мой отец вернулся в Ленорманн…

Все это за секунду пронеслось у меня в голове.

– Ну так что, по рукам? – голос Ортреда вывел меня из задумчивости

Однако я молчала, не зная, что сказать. Не хотела заключать с ним эту сделку. Не хотела предавать Айзена. Но в то же время прекрасно осознавала, что король все равно добьется своего, а его слова – не пустые угрозы. У него куда больше власти и возможностей, чем у меня.

Молчание затягивалось. Ортред прожигал меня предупреждающим взглядом. Мол, даже не думай мне отказать!

Понимая, что придется что-то ответить, я нехотя открыла рот. Но не успела издать ни звука.

Меня спас шум в коридоре. Я почувствовала приближение Айзена и впилась взглядом в двери.

Король тоже насторожился.

Миг – и дверь распахнулась. На пороге стоял запыхавшийся принц. Он быстро пробежал взглядом по комнате и заметил меня.

– Таша!

– Айзен! – я вскочила и, наплевав на этикет, бросилась к нему.

Он схватил меня в охапку, прижал к себе и шумно втянул носом запах моих волос.

– Как ты? – выдохнул мне в макушку.

– Теперь все хорошо, – улыбнулась я ему в грудь.

В тот момент вообще забыла про Ортреда. А ведь он наблюдал за этой сценой! Боюсь представить, какие мысли бродили у него в голове.

– Отец, – тело Айзена под моими руками напряглось, – что ты здесь делаешь?

– Ничего особенного. Вот, выдалась свободная минутка, решил познакомиться ближе с твоей милой гостьей.

– И все?

Принц ему явно не верил. А я лишь удивилась, как легко Ортред меняет маски. Сейчас он был само благодушие. Этакий добрый папенька, заботящийся о сыне.

– И все. Мы с ней мило побеседовали, да, Наталья?

Я молчала, спрятав лицо у Айзена на груди.

Принц немного отступил и заглянул мне в глаза.

– С тобой точно все в порядке? – спросил, беря меня за руку.

– Да, – кивнула я.

– Ты просто такая бледная… Ладно, идем. Я отвезу тебя в Академию.

– Сынок, останься, – вмешался король. – Ты нужен здесь.

– Я постараюсь быстро вернуться.

– Тебе незачем ехать. Я прикажу слугам, твою невесту доставят в Академию.

– Нет, я должен сам это сделать. Хочу быть уверен, что моей паре ничего не грозит.

Ортред поморщился, будто уксуса нахлебался. Похоже, его коробило от слов “моя пара”, когда они касались меня.

– Сын мой, – заговорил он слегка раздраженным тоном. – Я приставлю к ней лучших охранников. Лучших боевых магов. Они отвезут ее в Академию, тебе не о чем переживать. К тому же ты нужен здесь, во дворце. У меня к тебе серьезный разговор.

– Разговор может и подождать, – отмахнулся Айзен. – Мы не нашли следов диверсанта. Наверняка он использовал Глаз Пустоты. А значит, это либо тот темный феникс, который орудовал в Академии, либо его сообщник.

Ох, ну и новости. Еще один сообщник? Алисия при смерти, Теону и Элегию Бастерс арестовали, хотя их вина не доказана. Кто следующий?

– Айзен, – Ортред поднялся.

Его голос стал властным и низким, с рычащими нотками.

– Это не просьба, а приказ твоего короля. Ты должен остаться здесь.

Айзен слегка побледнел. На его скулах заходили желваки, и я, кажется, даже расслышала скрип зубов. Но он выдержал взгляд отца.

Я же прижалась к нему, боясь потерять. Было чувство, что если ослаблю хватку, то весь мир просто исчезнет.

Принц будто почувствовал что-то похожее. Перевел взгляд на меня. В его глазах плескалась тревога.

– Хорошо, – выдохнул он. – Значит, Таша тоже останется здесь.

– Нет, девушка устала и хочет в Академию, – Ортред выразительно посмотрел на меня.

Я сделала вид, что не понимаю намеков.

– Отец, во дворце предостаточно комнат, – возразил Айзен. – К тому же Наталья – моя истинная пара и будущая невеста.

– Вот именно это я и хотел с тобой обсудить. Ты не можешь на ней жениться.

Дальше была немая сцена минуты на три, в течение которой король и принц мерились взглядами. Похоже, у обоих характер не сахар. Отец взрастил себе достойную смену.

А я чувствовала себя букашкой, случайно застрявшей между молотом и наковальней. Вот сейчас – бамс! – и меня раздавит…

– Это еще почему? – Айзен первым нарушил молчание. – Она моя истинная.

– Истинная – истинной, но она – черный феникс, – опять поморщился король. – Это угроза всему королевству.

Айзен нахмурился.

– Таша никому не угроза. Хватит верить в глупые сказки.

– Сказки? А нападения в Академии тоже сказки, по-твоему? – взгляд короля метнулся ко мне. – Черный феникс выпил силы четырех студенток, три из которых были твоими невестами!

– Мы уже выяснили, что это не Таша, – резко оборвал принц.

– Неужели? – голос короля стал ядовитым. – У нее нет никаких доказательств непричастности, кроме слов. А я не верю словам. Факты говорят о другом. Она была в саду, когда напали на эльфийку. На нее указала Алисия Гедвиг. И ее же обвинила Иния Веллас.

От неожиданности мое сердце пропустило удар.

Значит, Ортред знал и про Инию? Хотя было бы странно, если бы подобное скрылось от его вездесущего ока.

– Отец, твои подозрения безосновательны!

– Молчать! – рявкнул король.

Его давящая аура в мгновение ока заполнила комнату и легла нам на плечи.

– Не забывай, с кем говоришь. Наталья Саррах под подозрением. Ты не можешь с ней обручиться!

Я смотрела на Айзена, ожидая и боясь его слов. Ничто не заставит дракона отказаться от пары. Король сам так сказал, но все же завел этот разговор. Для чего? Продемонстрировать мне, что он прав?

Айзен ревниво стиснул меня.

– Она моя истинная! Я не смогу пойти против притяжения истинной пары. Отец, ты должен это понимать.

– Да я не против, – вздохнул король, устало опускаясь в кресло. – Сделай ее своей фавориткой. Но для всего королевства будет лучше, если женишься ты на другой.

***

Эти слова даже принца повергли в шок. Не только меня.

Айзен застыл напротив короля, сжав кулаки. От напряжения даже воздух дрожал. Каждый мускул, каждая жила в теле принца натянулись, словно струна. Казалось, он вот-вот набросится на Ортреда.

Ох, только мордобития тут не хватает!

– Айз… – осторожно коснулась его плеча.

Принц весь дрожал. Будто с неимоверным трудом сдерживал в себе что-то опасное. Наверное, дракона, который сейчас ревел и исходил кипящей лавой у него за спиной.

А вот король был внешне спокоен. Даже хладнокровен. Ни малейших проявлений эмоций. Точнее, от общения с ним у меня сложилось чувство, что Ортреду в принципе неведомы эмоции. А все, что выражает его лицо или голос – актерская работа, и не больше.

Иначе как он может быть так спокоен, предлагая собственному сыну жениться и завести фаворитку?

– Этого не будет! – процедил принц, хватая меня за руку.

– Но и по-твоему тоже не будет, – ровно сказал король. – Я не позволю поставить всю страну под удар ради прихоти мальчишки. Пусть даже ты мой наследник.

– Я давно уже не мальчишка, отец, – Айзен сверкнул глазами.

– Не мальчишка? Что ж, докажи это. Поступи как мужчина. Как будущий король. Поставь безопасность страны выше своих желаний!

И снова они застыли, беззвучно меряясь силами.

На стороне Ортреда были опыт и мощь. На стороне Айзена – молодость и наши чувства, от которых он не хотел отказываться.

А я не хотела знать, кто из них победит. Потому что в любом случае ничего хорошего нас не ждет.

– Ладно, мне действительно пора в Академию, – пробормотала я, пытаясь забрать руку из хватки Айзена.

Но тот не спешил ее отпускать. Наоборот, крепче сжал.

– Если ты этого не сделаешь, – продолжил Ортред, не обращая на меня никакого внимания, – мне придется сменить наследника.

– Вот как, – лицо Айзена на секунду перекосило. – Делай как хочешь. У нас с Ташей все решено.

Король перевел взгляд на меня.

– Теперь понимаешь?

Да, я понимала. Даже угроза лишиться трона не заставит Айзена отказаться от меня. Но могу ли я требовать от него такую жертву? И готова ли я сама пожертвовать всем ради него?

На этот вопрос у меня не было ответа. Ведь речь шла о близких мне людях.

– О чем он? – взгляд принца метнулся между мной и королем.

– Ни о чем, – солгала я.

И тут же мысленно отругала себя.

Почему не сказала правду?

Может, потому что слова короля не простая угроза? Что сделает Айзен, если узнает, что его отец шантажирует меня жизнями близких? Гордо откажется от трона? Или наоборот, решит сбросить с трона отца?

И то, и другое не пройдет без последствий. Пострадают люди. Люди всегда страдают, когда власти устраивают переворот. А я не хочу, чтобы кто-то страдал из-за меня.

Поэтому я промолчала.

– Отлично. Тогда мы пошли, – Айзен решительно потянул меня к выходу.

Я кинула взгляд на короля. Тот стоял хмурый и смотрел мне в глаза. В его взгляде было предупреждение. Он это так не оставит. Мой отец, мой дядя, друзья, госпожа Гилли – теперь все в опасности.

И даже Айзен ничем не сможет помочь, как бы ни хотел.

Я по инерции последовала за ним.

– Вернешься – поговорим, – бросил ему вдогонку отец.

Но Айзену, судя по всему, было плевать. Он зло чеканил шаг и тащил меня за собой.

– Я не вернусь, – процедил принц, когда мы свернули за угол.

– Что?! – оторопела я. – А куда ты денешься? Айз, что ты задумал?

– Придумаю что-нибудь. Но не стану жениться по указке отца.

– Ты ведь так и собирался сделать! Что изменилось?

Он резко остановился и повернулся ко мне.

– Ты издеваешься? – его ноздри раздувались, из них едва дым не валил. – Я же предлагал тебе стать моей фавориткой. Забыла?

– Н-нет… – я немного попятилась.

Уж слишком нервно он выглядел.

– Но это было до того, как я объявил тебя своей парой. Теперь никаких фавориток. Ты станешь моей законной женой.

Он взял меня за руку и быстрым шагом двинулся вперед.

– Твой отец точно не обрадуется, – пробормотала я.

– Что он тебе такого наговорил? – прищурился Айзен.

– Ничего…

К горлу подкатил комок.

– Точно?

Я сглотнула, глядя принцу в глаза. И снова солгала:

– Точно.

На глаза навернулись слезы. Я понимала, что если сейчас скажу правду, то разожгу вражду между принцем и его отцом.

– Таша, что происходит? – повторил Айзен, когда мы сели в карету. – Что тебе наговорил мой отец?

Он пристально смотрел на меня. Целый клубок эмоций отражался в его глазах.

– Король прав. Я – черный феникс, – проговорила, малодушно отводя взгляд. – Ты не можешь на мне жениться. Ни один дракон не примет меня как свою королеву.

– Тогда я откажусь от трона, – легкомысленно хмыкнул Айзен. – Делов-то.

– А может, именно этого он и добивается?

– Кто? – насторожился принц.

– Наш убийца. Второй черный феникс.

Не знаю, почему эта мысль внезапно пришла мне в голову.

Айзен задумался на секунду, но тут же тряхнул головой:

– Ерунда. Почему бы ему тогда просто не убить меня?

– А разве он не пытался? Вспомни ранение в Оренволде. Дядя сказал, что твой отряд ждала засада. Хотя темные не могли знать, что вы там будете, если только им не сообщил кто-то из Академии.

– Мое ранение просто случайность.

– Ты сам знаешь, что это не так.

– Все, перестань, – резко прервал меня принц. – А то я решу, что ты хочешь от меня избавиться.

Некоторое время мы ехали молча, но в воздухе витала недосказанность. Айзен постоянно хмуро поглядывал на меня, а я не переставала думать об угрозах короля. И о том, что он может быть прав.

Что будет, если всем станет известно, что я черный феникс? А ведь однажды это раскроется…

– Таш, – внезапно позвал Айзен.

Я посмотрела на него и задохнулась от боли, которой был пропитан его взгляд.

Принц взял мои руки. Прижал ладони к своей груди, и эта боль словно передалась мне. Я ощутила, как мою грудь сжимают невидимые тиски.

– Что? – выдохнула почти беззвучно.

– Нет, ничего, – он покачал головой и отпустил меня.

До самой Академии мы больше не проронили ни звука.

Зато я успела раз сто прокрутить в голове, как рассказываю Айзену про угрозы его отца и про моего отца, с которым у меня появился шанс встретиться. Несколько раз даже рот открывала, чтобы начать. Но стоило глянуть на хмурое лицо принца – и слова застывали у меня на губах.

Наконец мы приехали.

– Спокойной ночи, – сказала я, выходя из кареты.

– Таша, – Айзен развернул меня к себе.

По телу пробежали мурашки, когда он заглянул мне в глаза.

– Что? – прошептала я севшим голосом.

Принц бережно взял меня за руки и притянул к себе. Его губы опустились на мои. Знакомый жар промчался по венам.

Айзен целовал жадно и мучительно. Я не стала отталкивать, наоборот, прижалась всем телом, наплевав, что кто-то увидит.

Горечь, которая накопилась во мне за этот день, требовала выхода. И я отдала ее всю с поцелуем. Сама льнула к принцу, хватала его за плечи, запускала пальцы в волосы и все глубже тонула в пламени собственных чувств.

– Ваше высочество!

Наш поцелуй прервала компания старшекурсниц. Они, наверное, возвращались с прогулки. Девушки сделали церемонные реверансы перед принцем и пошли дальше, тихо переговариваясь и косясь в мою сторону.

Мы же застыли, тяжело дыша и прижимаясь друг к другу. Айзен смотрел мне в глаза, опираясь лбом о мой лоб. Казалось, он даже не заметил тех девушек.

– Таша, – прошептал, нежно ведя пальцами по моему лицу. – Все будет хорошо.

Я стиснула зубы.

Конечно, будет. Если только я соглашусь на предложение его отца.

– Мне надо идти…

Мы вновь посмотрели друг другу в глаза. Айзен внезапно улыбнулся и притянул меня к себе.

– Я все решу, вот увидишь. Просто доверься мне.

– Только не делай глупостей. Возвращайся сейчас во дворец. Я не хочу, чтобы ты ссорился с королем из-за меня.

– Все, успокойся, Таша. Я знаю, что делаю.

Я с тяжелым вздохом кивнула.

Успокоиться мне точно нужно. Еще как.

Айзен поцеловал меня в кончик носа и наконец отпустил. Я вошла в ворота Академии. Пересекла двор, коснулась двери женского корпуса и оглянулась.

За воротами маячила фигура принца. Рядом с ним стоял кто-то еще.

Глава 5

– О, Натали, рад тебя видеть, – сказал дядя, когда я попала в его кабинет на следующий день.

Ночью глаз не смогла сомкнуть, так что теперь была невыспавшаяся и злая.

– Я тоже очень рада вас видеть.

– Мне уже сообщили об инциденте. Прости, что не смог присутствовать на приеме, меня не приглашали. Скажи, ты не пострадала? – Драмиэль окинул меня сочувствующим взглядом.

– Физически – нет. Но у меня глубокая душевная травма. Или как оно там называется, – заявила я, безуспешно пытаясь скрыть раздражение в голосе.

В глазах ректора мелькнуло беспокойство.

– Взрыв повредил твою ауру? Тебе нужен целитель? – по-своему понял он.

– Нет, скорее, мне нужно успокоительное, потому что меня буквально трясет от злости со вчерашнего дня. В этом мире все короли такие?

– Какие “такие”? – насторожился Драмиэль.

– Мерзопакостные!

Он резко побледнел, потом замахал руками, плетя усиленную защиту. А я уже не могла сдержаться. Слова потекли рекой, причем очень бурной.

– Он меня шантажировал… – говорила я, захлебываясь обидой и возмущением. – Самым натуральным образом. Угрожал навредить моим друзьям и вам тоже, если я не сделаю, как он хочет.

– Чего он хочет? – перебил дядя.

– Чтобы я бросила Айзена! Король против, чтобы мы были вместе!

Из моих глаз хлынули слезы.

Я сдерживала их вчера, сдерживала всю ночь и даже весь этот день, не желая, чтобы кто-то узнал о том, что случилось. Хватит того, что и так по Академии ширились сплетни. У всех на устах был вчерашний взрыв.

Но сейчас меня просто прорвало. Я разрыдалась, не в силах сдержаться.

Драмиэль беззвучно приблизился и, ни слова не говоря, вдруг погладил меня по голове. Я зарыдала еще горше и уперлась лбом ему в бок. Несколько минут в кабинете стояла задумчивая тишина, нарушаемая лишь моими слезами.

– Вы знали, да? – с трудом вставила я между всхлипами. – Знали, что так будет? И Эль знал, и Айзен. Все, кроме меня. Это все из-за того, что я черный феникс!

Драмиэль присел на корточки и заглянул мне в глаза.

– Эй, – сказал он, что-то ища в моем взгляде, – ты не только черный феникс. Ты еще и дракон.

– Король об этом не упоминал. Он говорил только о сущности феникса, – всхлипнула я.

Никогда не была плаксой. Что со мною случилось?

Дядя протянул мне платок и поднялся.

– Ты еще и дракон, – повторил он. – Не знаю, как так случилось, но в тебе есть обе сущности. Да, твой дракон очень слаб, но он ощущается. Если мы сможем его усилить и пробудить, то у короля не будет причины запрещать этот брак. Тем более ты для Айзена – истинная пара. Принц не сможет от тебя отказаться.

– Ага, – я невесело усмехнулась. – Он вчера уже грозился отказаться от трона.

– А вот этого ему ни в коем случае делать нельзя, – посуровел Драмиэль. – Правопреемство не должно нарушаться. Так что все, будем растить твоего дракона.

– Растить дракона? – от удивления я даже всхлипывать перестала.

– Конечно. Вырастим большого и сильного, чтобы ты могла обернуться. Это заткнет рот всем недовольным.

– Но вы говорили, что у меня не получится, что я уже слишком старая и не пластичная для оборота…

– Мало ли что я говорил, – перебил он с досадой. – Да, это практически невозможно. По крайней мере, наша история не знает таких случаев. Но она не знает и случаев, когда ребенок получал ипостаси обоих родителей. Так что в теории все возможно. Я подумаю и составлю для тебя особую программу тренировок. Это лучше, чем сидеть и рыдать.

Последние слова были камнем в мой огород.

Я обиженно шмыгнула носом и прохныкала:

– Он еще про моего отца говорил.

– И что он говорил? – прищурился ректор.

– Что снимет с него обвинения и отпустит, если я откажусь от Айзена… – призналась я.

– Вот так легко?

– Не совсем. Ротберг должен дать клятву о неразглашении, а он не хочет ее давать.

– Но даст, когда узнает о дочери, верно?

Я кивнула.

Драмиэль покачал головой:

– Я знаю своего брата. Если бы он хотел дать эту клятву, то дал бы уже давно. Там что-то очень серьезное, возможно, даже опасное для всех нас, всего Ленорманна. Иначе король не держал бы его столько лет в изоляции.

– И что же нам делать?

– Пока ничего. Выжидать.

– Чего выжидать? Вы не слышали, он угрожал моим близким! Сказал, что вы можете пострадать. И госпожа Гилли тоже!

– Ну это вряд ли, – хмыкнул дядя. – В своей академии я смогу себя защитить и Джиллиан тоже.

– Как защитили невест?

Ох, мне не стоило этого говорить. Но слова уже вырвались.

В воздухе повисло молчание.

– Ты права, – Драмиэль тяжело кивнул. – Я сделал все, что мог, чтобы защитить девушек. Но мои потуги оказались бесполезны против неуловимой силы феникса. Слишком много времени прошло с тех пор, как наш мир видел последнего из даргемцев. Мы утратили знания о них и способы бороться с ними. У вас другая, неподвластная нам магия, другое мышление, другие приоритеты. Я даже тебя не всегда понимаю. Это, конечно, не снимает с меня вины. Но король – не феникс, он дракон. Знакомый дракон. Мне понятны его мотивы.

“У вас”. Кажется, это все, что я услышала. Даже для своего дяди я до сих пор оставалась чужой.

– Отец вряд ли захочет видеть меня, – прошептала, когда он замолк. – Особенно если узнает, что моя мать была фениксом. А может, он это знал… Потому и сбежал.

– Не говори ерунды! – жестко оборвал Драмиэль. – Ты не знаешь его, не знаешь, что заставило его так поступить, и не смеешь судить.

Я упрямо закусила губу.

– Ладно, что еще говорил король?

Голос Драмиэля дрожал, выдавая нервное напряжение. Похоже, его сильно задело мое неосторожное высказывание.

– Что мой отец был артефактором и работал с наследием фениксов в секретной лаборатории. Той самой, куда король хочет отправить меня. Почему вы мне этого не сказали?

– Я сам не знал, – дядя растерянно взглянул на меня. – Точнее, я знал, что мой брат артефактор. И что у него была придворная должность. Я даже догадывался, что ему в руки каким-то образом попался запретный артефакт. Но он никогда не говорил, что работал в секретной лаборатории.

– Может, он не мог? – предположила я. – Не просто так ведь эта лаборатория секретная. Может, и клятва неразглашения, которую он так упорно не хочет давать, касается этой работы?

– Может… – произнес Драмиэль, задумчиво потерев подбородок. – Однако если все так, как ты говоришь, то король никогда его не отпустит. С клятвой или без – не имеет значения.

– Но он обещал! – возразила я.

– Да, при соблюдении двух условий. Первое: ты должна отказаться от Айзена. Второе: Ротберг должен дать клятву. А я так понимаю, ты не собираешься выполнять свою часть сделки?

Я опустила взгляд. Как бы мне не хотелось все отрицать, а дядя был прав.

– Я не могу, – прошептала пристыженно. – Я люблю Айзена. А ваш брат… он мне чужой человек.

В глазах Драмиэля отразилось понимание.

Кажется, он не осуждал меня. Но именно от этого я почувствовала себя настоящей предательницей. К глазам вновь подступили слезы. Горло сдавил комок.

– Простите, я сделала неправильную вещь… Он же мой отец, а я просто вычеркнула его из жизни. А ведь он мог бы мне рассказать о том, как познакомился с мамой, как они полюбили друг друга… были ли они вообще счастливы… А я… я так безрассудно сдалась.

***

Между нами повисла пауза.

– Натали, – вздохнул Драмиэль. – Я тебя не осуждаю. Ты права, мой брат для тебя абсолютно чужой, к тому же наш король умеет запугивать. Любой бы на твоем месте поступил точно так же и выбрал то, что ему ближе. Но если не хочешь провести всю оставшуюся жизнь в страхе, если не хочешь, чтобы угрожали твоим друзьям, то сделай, как я сказал. Стань драконом. Тогда никто, даже сам Ортред, не сможет запретить ваш брак с Айзеном.

– А если у меня ничего не получится?

Если честно, то я не верила, что у меня что-то выйдет. Ведь история Ленорманна не знает подобных случаев. Драмиэль сам мне это сказал.

– А ты не думай, получится или нет. От того, сможешь ли ты обратиться, зависит твое будущее. Так что придется приложить усилия. А пока сделай вид, что согласна на сделку.

Я подняла на него недоверчивый взгляд:

– Вы предлагаете бросить Айзена?

– Пусть Ортред думает, что ты его бросила. Это даст нам время и избавит от строгого надзора со стороны наблюдателей.

– Шпионов, вы хотите сказать.

– Пусть так. И еще. Король ведь пообещал тебе встречу с отцом?

Я кивнула.

– Вот. Соглашайся. Нам нужен Ротберг, он твой ближайший родственник-дракон. А значит, его кровь и магия усилят тебя в сотни раз больше, чем это смогу сделать я. Заодно и весточку ему от меня передашь, как выпадет случай. Хорошо?

Он внимательно посмотрел на меня.

Я тяжело выдохнула.

– Ладно, это не проблема. Попробую сделать, как вы хотите.

– Вот и договорились, – улыбнулся Драмиэль. – И не переживай. Мы приложим все силы, чтобы вызволить твоего отца с Ронгарха и пробудить твоего дракона. Но ты должна мне довериться. Согласна?

Глядя на его улыбку, я ощутила лучик надежды. Он прав, слона надо есть по кусочку. Мой первый кусочек – встреча с отцом.

Так что я просто кивнула:

– Согласна. Когда начнем?

– Смотри, это будет тяжело и опасно, – предупредил он.

– Поздно, я уже согласилась.

– Что ж, тогда не стоит откладывать. Начнем с физической подготовки.

В тот момент я еще не знала, на что подписалась.

Следующие дни превратились в настоящий ад. Я только и делала, что бегала, прыгала, подтягивалась и отжималась до изнеможения. Причем под чутким руководством Дайвана Рорха – огромного оборотня-медведя, который тренировал боевиков.

– Быстрее! – рычал он, когда у меня от усталости уже темнело в глазах, а по лицу градом катился пот. – Соберись, тряпка! Отрастила задницу на своем Бытовом, ползешь как улитка!

Уж не знаю, что ему наговорил Драмиэль, но магистр Рорх всю душу вкладывал в издевательства надо мной. А я молча кусала губы и твердила себе, что не сдамся. Я не тряпка. Если для оборота нужно крепкое и здоровое тело, я его получу. Любой ценой!

– Что, устала? – хмыкал Рорх, рассматривая меня маленькими, глубоко посаженными глазами, блестящими из-под кустистых бровей. – Может, дяде пойдешь поплачешься?

У меня и правда текли слезы. Свалившись с ног, я просто лежала на беговой дорожке полигона и смотрела на слепящее солнце.

– Не дождетесь! – злобно бурчала в ответ.

А потом, отдышавшись, собирала в кучу отнимающиеся руки и ноги, чтобы встать и продолжить бег. Или другую пытку, которую наложил мой мучитель.

У меня не было времени ни вздохнуть, ни подумать, ни заскучать. Тем более что первый курс готовился к полевой практике, а я – со страхом и нетерпением ждала встречи с отцом. Его кровь и магия помогут мне стать драконом! Это все, что крутилось у меня в голове даже в самые отчаянные моменты.

Только что на это скажет Айзен? Мы не виделись с того приема во дворце. И за все эти дни я не получила ни одной весточки от него. Видимо, король постарался, чтобы мы не общались.

– На сегодня все, – прорычал Рорх.

Как по команде мои ладони разжались, и я рухнула на песок под турником.

После душа поплелась в столовую. Есть хотелось зверски, но мое внимание привлекла толпа под стендом, на котором обычно вывешивали распоряжения деканов и магистров.

Наверное, там наконец-то появились списки с распределениями по отрядам для практики.

Я неторопливо приблизилась. Кто-то заметил меня, раздались шепотки, и толпа расступилась. Однокурсники искоса поглядывали то на меня, то на стенд. Я заметила Фаселию, та опустила взгляд, покраснела и исчезла за чужими спинами. Зато Рильгер, брюнет из свиты младшего принца, смотрел так, будто был очень доволен.

От его взгляда внутри зародилось нехорошее чувство. Я подошла ближе к стенду и стала просматривать списки, ища свое имя.

– Не там смотришь, – ухмыльнулся Рильгер и ткнул пальцем в список Боевого факультета. – Поздравляю, ты теперь одна из нас.

Я изумленно вытаращилась на свое имя в этом списке. Причем его еще и трижды подчеркнули. Будто тот, кто писал, переживал, что я не замечу.

Это мог сделать только Драмиэль. Что ж, я должна была сама догадаться. Если хочу стать драконом, то должна учиться с драконами. И на практику отправиться тоже с ними.

Рильгер встал у меня за спиной и начал шептать прямо в затылок:

– Что, уже поджилки дрожат? Не бойся, мы, драконы, горячие, но нежные. Будешь умницей – не обидим.

Я скрипнула зубами, потом повернулась к нему. Мы столкнулись нос к носу.

– А ты почему до сих пор здесь? – едко спросила. – Неужели Эль забыл своего фаворита?

– Не забыл, – парень сразу перестал ухмыляться. – Я тут, чтобы присматривать за тобой.

– А за мной надо присматривать?

Вопрос был риторическим. Я не ждала ответа. Отодвинула нахала плечом и пошла прочь.

Эльсанир так и не появился в Академии после бала. И на званом вечере во дворце его тоже не было. Я подозревала, что он наказан. Похоже, королю не понравилось коварство младшего сына. Хотя Эль, по сути, ничего плохого не сделал. Просто не предупредил отца, что у старшего брата образовалась неправильная истинная. И уж слишком явно радовался этому факту. Не потому ли, что знал: Ортред не одобрит такую невестку, а Айзен быстрее откажется от трона, чем от меня. Может, Эль хочет стать королем в обход брата?

В любом случае в списках на практику он был. Значит, мы скоро встретимся. А вот чего я там не нашла, так это имени Эльзы.

Впрочем, это меня совершенно не удивило. У нее был предлог, она ведь пережила такой стресс! Взрыв во дворце чуть не лишил ее жизни!

Это была официальная версия, которую передавали из уст в уста по всей Академии. Так что графинька вернулась домой, лечить нервы до начала второго курса.

А вот о моих нервах никто не беспокоился. Ну и пусть. Я не собиралась никому рассказывать о том, что пережила. Лучше сосредоточить все силы на тренировках.

Впереди ждала нелегкая встреча с королем, и я должна быть к ней готова. Не представляю, как скажу ему, что согласна отказаться от Айзена. Даже думать об этом больно…

Мне безумно хотелось увидеть старшего принца. Больше всего на свете. Что-то внутри меня протяжно выло при мысли о нем.

В тот же вечер мое желание исполнилось. Я сидела за ужином и ковырялась в тарелке, когда в столовую вбежала Арика, бросилась ко мне и на весь зал таинственно зашептала:

– Таша, там принц приехал!

Глава 6

Я вскочила со стула и пулей вылетела из столовой. Мне было плевать на любопытные взгляды. Пусть думают, что хотят. Мое сердце отчаянно билось: Айзен! Я наконец-то увижу Айзена!

Толпа возле входа в главный корпус подсказала, что он там. Принц стоял в холле, когда я, задыхаясь после бега, вошла туда.

– Таша, – он с улыбкой шагнул ко мне и крепко обнял. – Прости, что заставил ждать. Я не мог раньше приехать.

Он был в дорожном плаще. От него пахло мокрой землей, костром и еще чем-то едким.

– Понимаю, – я жадно прижалась к нему. – Где ты был?

– Участвовал в рейде. Понял, что не смогу вернуться во дворец, вот и записался в отряд боевых магов.

– Из-за отца?

Я подняла голову, и наши взгляды встретились.

– Ага, – шумно выдохнул Айзен. – Он рвал и метал. Но мне плевать.

Он произнес это таким тоном, что я вздрогнула. У него был такой же жесткий взгляд, как у отца.

– Ладно, главное, что сейчас все хорошо, – поспешила его успокоить.

– Это точно.

– А твой рейд… Это что-то опасное?

– Ничего опасного, не переживай, но жить в палатке та еще романтика.

Он рассмеялся.

Взявшись за руки, мы пошли в парк. Там было только одно место, где мы могли поговорить, не боясь, что нас подслушают. Это лабиринт из зарослей люстинцеи.

– А ты как? – принц с нежностью смотрел на меня. – Готовишься к практике? Я слышал, тебя перевели на Боевой.

– Да. У меня тут усиленные тренировки, – я смущенно шмыгнула носом. – Пытаюсь раскрыть в себе силу дракона.

Глаза Айзена вспыхнули.

– Таша, я ведь могу помочь! Точнее, наша связь истинной пары.

Мои щеки стали горячими. Вспомнилось, как перед самым балом принц затащил меня к себе в комнату. Не то чтобы я была против…

Но от одной этой мысли меня бросило в жар, а по телу заскользили мурашки.

– И как ты будешь мне помогать? – с опаской поинтересовалась я.

– Есть один способ. Я уже о нем думал. Раз мы истинные, то можем пройти обряд Единения душ. Тогда мой дракон сможет призвать твоего и подпитать своей силой. Ничего сложного.

Я похлопала ресницами. Айзен говорил так, будто и в самом деле ничего сложного. Однако я ощутила, как напряглись его руки, которые обнимали меня.

– Ты что-то темнишь. Признавайся, в чем дело?

– Ни в чем.

Принц отвел взгляд.

Похоже, интуиция меня не подвела.

– А если честно? Айзен, что это за обряд? Он опасен?

– Ну не то чтобы…

– Тогда почему ты так смотришь?

Он поморщился и вздохнул:

– Потому что это все равно, что жениться. Отец будет в ярости, он наверняка лишит меня статуса наследника. Но я уже сам решил отказаться от трона. Пусть Эль станет кронпринцем, а мы с тобой уедем куда-нибудь…

– Нет.

– Нет? – он вопросительно взглянул на меня. – Ты хочешь стать принцессой?

– При чем тут это? – сердито фыркнула я. – Дядя сказал, ты не должен отказываться от трона. Это важно для безопасности страны.

– Но мы не сможем скрыть Единение. Даже если проведем обряд тайно, любой дракон узнает о нашей связи, едва посмотрев на нас.

– Значит, не будет никакого обряда.

– Но это единственный шанс усилить твою драконью сущность! – принц начал закипать.

– Не единственный. Можно еще использовать кровные узы, – напомнила я. – Рядом с дядей моя драконица тоже ощущается сильнее. Не так, как рядом с тобой, но все же…

– Дядя? – Айзен скрипнул зубами. – Ничего не выйдет. Ваше родство недостаточно близкое. Нужен родственник первой крови!

– Он есть. Мой отец.

Принц разжал руки и отступил, глядя на меня с недоверием:

– Это безумие. Ротбергу запрещены свидания с кем бы то ни было. Ты что, хочешь пробраться на защищенный остров?

– Нет, конечно. Король обещал мне встречу с отцом, если я выполню его требование и откажусь выходить за тебя. Поэтому нам надо расстаться.

По мере того как я говорила, мой тон становился все менее уверенным, а взгляд принца – все более вопросительным. Под конец он уже не мог сдержать эмоций и просто меня оборвал:

– Расстаться? Ты хочешь со мной расстаться?

Его голос сорвался на рык. Черты лица подернулись дымкой, сквозь которую проступила серебристая чешуя. А ногти на пальцах превратились в острые когти. Он спрятал руки за спину, но я успела заметить.

– Да нет же! – запальчиво возразила. – Это все понарошку. Пусть все думают, что мы расстались. Можем даже поругаться для виду. Я же все равно через две недели отправляюсь на практику, тебя там не будет.

– Зато там будет мой брат.

Глаза Айзена ревниво сверкнули.

– Не придирайся к словам! Давай лучше решим, как правдоподобнее объявить о нашем расставании.

– Я не буду этого делать.

Я недоуменно уставилась на него. В первый миг даже показалось, что слух подвел. Но Айзен с непробиваемым упрямством повторил:

– Я не буду подтверждать наш разрыв.

– Но почему?! – воскликнула я. – Нам ведь это только на руку! Ты помиришься со своим отцом, а я встречусь со своим. Так и ты трон не потеряешь, и я получу своего дракона. А когда стану драконом, то никто не запретит нам быть вместе.

Он покачал головой. В его глазах появилась горечь:

– Вот, значит, в чем дело. Тебе важен трон.

Я слегка растерялась:

– При чем тут трон? Думаешь, я с тобой, потому что ты наследник?

От такого предположения у меня в груди появился неприятный комок.

– А я не прав? – прищурился Айзен.

– Не прав!

– Так докажи. Поехали со мной прямо сейчас, пройдем обряд Единения. И все, после этого нас никто не разлучит. Даже король!

Он стоял, смотрел на меня и ждал.

А у меня в голове пронеслось все, что наговорил мне его отец. Боюсь представить, что сделает Ортред, если мы пойдем против его воли. Что ему помешает осуществить все угрозы? А Айзен ведет себя так, будто не понимает этого. Как маленький мальчик, который решил насолить отцу.

Недавно Эль поступил точно так же. Но от младшего принца я ничего другого и не ждала. А вот старший… Мне казалось, что он умнее. Неужели ошиблась?

– Это плохая идея, – произнесла очень тихо. – У твоего отца неограниченная власть. Я не хочу попасть в список его врагов.

– Даже ради меня?

К глазам подступили слезы. Рот наполнился желчью. Но я должна была это сказать:

– Даже ради тебя, Айзен. Прости, но я не хочу ставить под удар ни себя, ни своих близких, и не хочу жить потом в вечном страхе.

Его рот скривился в усмешке:

– Знаешь, а ведь Розалина Гринхард сказала твоему отцу то же самое, когда он предложил ей бежать. Испугалась, что мой дед, тогдашний король, будет мстить.

– И разве она была не права?

– Ну почему же, права, – он пнул камешек, попавший под ногу. – Теперь она королева.

– А мой отец в тюрьме! И я не хочу потерять его снова, даже не увидев.

– Значит, ты не поедешь со мной?

Он все еще ждал, что я соглашусь. Но я покачала головой:

– Не могу.

– Ладно. Тогда нам не о чем говорить.

Его лицо стало строгим, взгляд – сухим. У меня по спине пробежал холодок, когда Айзен шагнул ко мне и порывисто обнял. Я замерла в его руках, не понимая, что происходит. Он обиделся и бросает меня? Или между нами все по-старому?

– Я… я выращу своего дракона, – произнесла срывающимся голосом.

Объятия Айзена стали крепче. Он шумно выдохнул мне в макушку:

– Это не так легко, как ты думаешь. Пока ни у кого не вышло.

– А у меня выйдет! Вот увидишь!

Ну почему сейчас, когда мне нужна поддержка, он говорит, что у меня ничего не получится?

– Что ж… – сказал он, отступая. – Зря ты отказываешься от моего предложения. Лучше еще раз все обдумай. Но я не буду тебя принуждать. Единение должно быть добровольным.

В глазах Айзена застыла боль. Он отпустил мои руки, которые петлями повисли вдоль тела.

– Айзен… – прошептала я, но принц уже развернулся и направился к выходу.

***

Больше мы в тот день не увиделись. Да и на следующие тоже.

Позже от Драмиэля я узнала, что старший принц отправился на границу к Вильдернарру. Там разведка обнаружила передвижение войск дроу, и Ортред приказал усилить оборону. Айзен вызвался возглавить один из боевых отрядов. Король ему отказал, но это не изменило решения принца. Он просто уехал.

Когда я узнала об этом, то почувствовала укол в сердце. Ходила, днями напролет думая, что он поступил так из-за меня. Из-за моего отказа.

Ради меня он пошел на ссору с отцом, ради меня предложил пройти Единение…

А я вот так…

Мне было тяжело. Я жалела о своих словах. Было чувство, что они мне еще аукнутся, и это ощущение каменной глыбой висело на сердце.

Даже усталость от тренировок и злость на насмешки Дайвана Рорха отошли на задний план. Я действовала на автомате: бегала, прыгала, подтягивалась, отжималась… А все мысли были только об Айзене. И о его последних словах.

Приближалась дата отправки в Оренволд, где у нас будет практика. Девушки с Боевого факультета не проявляли желания общаться со мной, а бывшие подруги вообще начали сторониться. Я чувствовала себя персоной нон грата.

Еще и магистр Рорх как назло поставил меня в связку с Миркулой. Той смуглой высокомерной девчонкой, которая жила в комнате с Фаселией. Вот уж она была “рада”, когда вместо законного отдыха ее заставили мне помогать.

– Тебе просто повезло, – сказала она в первый день. – Повезло, что ты истинная пара принца. Но это не твоя заслуга, так что нечего строить из себя принцессу. Ты никто.

Вот тогда я поняла, что именно так все и думают. Мне повезло. Я получила свой приз, не приложив никаких усилий.

Но больше всего угнетало отсутствие известий из дворца. Я надеялась, что король свяжется со мной и напомнит о сделке. Но с каждым днем надежда меркла все больше и больше.

Я почти перестала ждать, почти убедилась, что Айзен был прав, и надо было соглашаться на его предложение. Но именно в этот момент Драмиэль вызвал меня к себе в кабинет.

– Здесь приглашение во дворец, – он протянул мне бумагу. – На этот раз для двоих. Я тоже еду с тобой.

Я быстро пробежала глазами написанное и посмотрела на дядю:

– Это то, что я думаю?

– Возможно. Не будем загадывать заранее.

– А если это ловушка?

Лист с гербовой печатью дрогнул в моей руке.

– Спокойно, Натали. Не беспокойся, – Драмиэль подхватил меня под локоть и усадил в кресло. – Я прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось.

По спине пробежала дрожь.

– А если он передумал? – я посмотрела Драмиэлю в глаза.

– Если бы король передумал, то не стал бы высылать приглашение с личной подписью и печатью. Поверь. Тем более, раз приглашение касается и меня, а я твой законный опекун и ближайший родственник, значит, дело особой важности. Королю нужен свидетель.

– А там будет Айзен? – спросила я с робкой надеждой.

– Насколько я слышал, – ответил дядя после непродолжительной паузы, – он все еще на границе. Там неспокойно.

– Но ведь с ним можно связаться?

Стоило упомянуть принца, как сердце неистово забилось в груди. И вновь навалилось ощущение, что я его сильно обидела.

Драмиэль покачал головой:

– Боюсь, что нет. Их местонахождение засекречено. Есть подозрения, что кто-то передает Темным информацию.

– Предатель?

– Скорее всего, адепты нашего темного феникса. Такие, как Алисия.

Я от изумления резко выпрямилась на стуле:

– Алисия?! Так, значит, это была она?

– Да. Королевский менталист снял слепок с ее памяти. Все, как мы и предполагали. Она действительно подлила яд Виктории, а потом подкинула флакон своей помощнице, чтобы отвести подозрения. И это именно ее ты видела в фиолетовом плаще.

– Так, подождите… А что насчет нападения на меня? Как она это провернула?

– С помощью Глаза Пустоты. Похоже, феникс по какой-то причине не захотел сам на тебя нападать и дал ей артефакт. Ты своей темной магией повредила ауру Алисии, но она была под действием артефакта, поэтому ни ты, ни Айзен ничего не заметили. Феникс дождался, пока вы уйдете, и просто забрал артефакт. Заодно он забрал и остатки жизненных сил Алисии.

– Чтобы она ничего не смогла рассказать…

– Скорее всего. Но это и к лучшему. По официальной версии ее убил темный феникс, а не ты.

Я помолчала, пытаясь переварить услышанное.

– А как же Теона и магистр Бастерс?

– Они чисты. Но после такой нервотрепки я дал им обеим отпуск до начала следующего учебного года.

– Значит, я ошиблась… – пробормотала тихонько.

– В чем? – Драмиэль цепко взглянул на меня.

– Да так, ерунда. Магистр Бастерс так ко мне относилась, что я решила, будто она и есть наш феникс.

– Элегия? – его глаза изумленно расширились, а потом ректор расхохотался. – У нее на это силы не хватит. Она просто травница, правда, высшего уровня, но это не делает ее сильным магом.

Я пожала плечами. Что ж, одним подозреваемым меньше – уже хорошо.

На следующий день с утра мы отправились в столицу. Для сокращения пути дядя использовал портал. Тот выплюнул нас под стенами города, а внутрь пришлось идти пешком, выстояв очередь и предъявив охранникам приглашение. Уже за стенами мы наняли экипаж и на нем доехали до дворца.

Я заметила золотисто-красное марево в небе и спросила, что это такое.

– Наверное, ты видишь защитный купол. После взрыва король приказал усилить охрану дворца и столицы, – пояснил Драмиэль. – Поэтому портал выкинул нас перед стенами, а не внутри.

Еще одна проверка, более тщательная, ждала возле дворца. Но когда все процедуры и обыски были пройдены, нас передали личному камергеру короля.

– Прошу за мной, – сказал он с поклоном и больше за всю дорогу ни разу не оглянулся.

Казалось, ему все равно, идем мы следом или уже потерялись в коридорах дворца. Наконец он распахнул перед нами тяжелые двустворчатые двери, поклонился и жестом пригласил войти. А потом беззвучно исчез.

Мы оказались в полутемном кабинете. Единственный светильник висел над массивным письменным столом, освещая мрачное лицо короля и огромное количество бумаги. Все остальное тонуло во мраке.

Ортред скрипел пером, не обращая на нас никакого внимания. Будто вообще не заметил, что мы вошли. Нам оставалось только покорно ждать. Видимо, в этом мире тоже знали про тактику изматывания врага ожиданием.

Но ожидание затянулось, от стояния на одном месте затекли ноги, и я от скуки начала перекатываться с пятки на носок.

Подо мной скрипнул пол.

– А, господин Саррах, – король посмотрел на нас. – Леди Саррах.

– Добрый день, ваше величество, – на лице Драмиэля появилось облегчение. – Спасибо, что приняли нас.

– Ну, не очень-то обольщайся. Условия нашей сделки слегка изменились, – Ортред перевел на меня взгляд.

Я почувствовала внутри холодок. Что он еще придумал?

– Я слышал, ты отказалась от предложения моего сына, – продолжил король. – Похвально. Обряд Единения не дал бы тебе ничего, кроме лишних проблем.

Я не могла скрыть изумления.

Откуда он узнал? Мы же разговаривали в лабиринте тишины! Сразу вспомнилась фраза, что у короля везде есть наблюдатели.

– Моя племянница очень разумная девушка, – вставил Драмиэль. – По крайней мере, я на это надеюсь, – добавил он, бросая на меня сердитый взгляд.

Видимо, недоволен, что узнает подобные вещи в таких обстоятельствах.

– Я тоже, – ровно ответил король.

Но взгляд у него при этом был жесткий. Какое-то время они смотрели друг на друга, а я ощутила напряжение в воздухе. Будто где-то в иных эфирах шла невидимая борьба между двумя драконами.

Первым взгляд отвел дядя. Но, думаю, не потому что оказался слабее, а потому что не захотел бросать вызов правителю.

– Итак, – хмыкнул король, – Натали, я считаю, что, отказав Айзену, ты подтвердила свое согласие на сделку со мной. Скажи, если я ошибаюсь. Тогда вас сейчас же отправят в Академию, но господину Сарраху придется сложить с себя полномочия ректора, а тебе навсегда забыть о встрече с отцом.

Я опустила взгляд и стиснула зубы. Все во мне сопротивлялось давлению. Драмиэль незаметно нащупал мою руку и сжал. Это меня немного приободрило.

– Но если я правильно тебя понял, – продолжил Ортред вкрадчивым тоном, – то сейчас же выпишу ордер на посещение Ронгарха. Это остров, где держат твоего отца. Так что ты ответишь?

Узор на паркете подернулся дымкой. Я не сразу поняла, что это слезы на глаза набежали. Шумно втянула носом воздух, чтобы не разреветься от злости, вскинула голову и, глядя королю прямо в глаза, четко сказала:

– Я согласна на сделку.

Айзен ведь столько раз говорил, что дракон не может отказаться от истинной пары. Клянусь, я стану драконом! Чего бы мне это не стоило. Даже если придется убить феникса внутри себя – плевать. Но тогда никто не сможет запретить мне быть с тем, с кем мне хочется. Никто не посмеет встать между мной и Айзеном.

Только бы он понял меня и простил!

Глава 7

– Не спеши! – Драмиэль с силой сжал мою руку.

Я ойкнула, а он перевел взгляд на Ортреда:

– Вы сказали, есть изменения в условиях сделки. Озвучьте их, ваше величество.

– Ваша племянница уже согласилась, лорд Саррах, – усмехнулся король.

А я мысленно застонала и едва не шлепнула себя рукой по лбу. Ну вот кто за язык тянул? Он же сразу сказал, что условия изменились!

Но мой дядя совершенно не волновался.

– Ее слова ничего не значат, вы это и без меня знаете, – ответил он с железобетонным спокойствием. – Она несовершеннолетняя. А поскольку я глава ее клана, ближайший родственник и опекун, то именно я должен подтвердить ее согласие. Вы же для этого меня пригласили?

– Что ж, вас сложно провести, лорд Саррах, – Ортред посмотрел на меня. – А вот ваша племянница наивна и импульсивна. Вам нужно тщательнее присматривать за ней. И объяснить, что не стоит разбрасываться словами, тем более, когда от них зависят чужие жизни.

Последнее он произнес с особым нажимом, прожигая меня острым взглядом. Я даже испытала желание спрятаться за широкую спину дяди.

– Обязательно учту ваши пожелания, монсеньер, – Драмиэль чуть поклонился.

– Конечно, учтешь, – Ортред внезапно перешел на “ты”.

Я вздрогнула от скрытой угрозы в его голосе. Дядя тоже напрягся.

– Значит, так, – продолжил король, – я дам разрешение на свидание с отцом. Вот оно.

Он показал на бумагу, которую подписывал перед нашим приходом.

– Но сначала Натали должна кое-что сделать. Есть одна вещица, артефакт фениксов, которую нужно зарядить. Для нее это не составит труда.

Мы с Драмиэлем переглянулись. А Ортред щелкнул пальцами, и на столе перед ним возникла шкатулка. Он кивнул мне:

– Открой.

Мои руки слегка дрожали, когда я поднимала крышку. Внутри, на черной бархатной подушке, лежал перстень из блестящего бледно-желтого металла, похожего на мой медальон. В его центре, обрамленный мелкими прозрачными камешками, тускло поблескивал большой черный камень.

– Это обсидиан, – заговорил король, наблюдая за мной. – А камни вокруг – бриллианты. Металл – очень редкий. Мы называем его даргемий. Похож на золото, но намного тверже, чем оно, и намного лучше подходит для создания артефактов. А единственное месторождение, как ты уже догадалась, находится на территории бывшей Даргемии. Только вот беда, никто не знает, где именно. Потому что его невозможно обнаружить магическим способом, а за последнюю тысячу лет мы там уже все перерыли.

Пока он говорил, я достала перстень из шкатулки, чтобы рассмотреть подробнее. Пришла мысль, что, наверное, мой медальон тоже из даргемия, а не из золота, как я думала все это время. Интересно, это имеет какое-то значение или нет?

– Надо его просто зарядить? – спросила, поднимая взгляд на короля.

– Верно.

– Тогда мне нужно что-то, чтобы пустить себе кровь.

– Натали! – одернул Драмиэль. – Я еще не дал согласия. Ваше величество, позвольте узнать, для чего предназначен этот артефакт?

– Вы меня спрашиваете? Этому перстню больше пяти тысяч лет, и все это время он деактивирован.

– А если это что-то опасное?

– Беспокоитесь за мою жизнь? – Ортред прищурился и откинулся в кресле. – Не стоит, я хорошо защищен. А кровь пустить можно этим.

Он положил ладони на стол. На моих глазах его кисти подернулись дымкой и начали плавиться, увеличиваясь в размере и вытягиваясь. А через миг вместо человеческих рук я увидела две драконьи лапы, покрытые черной, с металлическим отблеском чешуей. На них было по четыре пальца, и каждый палец венчал острый коготь.

Я невольно сглотнула. Вид был впечатляющий.

– Мой дядя… он сам мне поможет, – произнесла сиплым голосом.

– Извини, Натали, но я не имею права проводить полный или частичный оборот в присутствии королевских особ, – вздохнул Драмиэль. – Если, конечно, не хочу бросить вызов.

Ортред внимательно посмотрел на него и хмыкнул:

– А ты не хочешь.

Я тоже перевела взгляд на дядю:

– Так что мне делать? Соглашаться?

По лицу было видно, что он сомневается. Я бы согласилась без раздумий, но как сказал сам Ортред, нельзя так бездумно разбрасываться обещаниями. Так что пусть Драмиэль решает. Он взрослый, он лучше разбирается в интригах этого мира. И он мой опекун.

– Хорошо, – выдохнул он, махнув рукой. – Я даю разрешение. Натали, заряди артефакт, но не полностью. Капли крови вполне хватит. Мы должны убедиться, что он не опасен.

Я протянула руку королю. Тот крепко сжал мое запястье драконьей лапой, а затем посмотрел мне в глаза и, не отводя взгляда, медленно провел когтем по ладони.

Меня немного перекосило. Вот обязательно делать разрез именно там? Место неудобное. Теперь неделю заживать будет!

Кровь заполнила разрез и побежала в разные стороны. Ортред резко перевернул мою руку. Алые капли упали на перстень, который перед этим я положила на стол. Металл зашипел и вдруг вспыхнул, озаряя полутемный кабинет ярким сиянием. Точно так же, как мой медальон, когда я испачкала его кровью!

– Все, хватит! – от неожиданности я резко дернулась, вырывая руку из пальцев короля.

Но ничего не вышло.

– Еще секунду, – заявил он, накрывая мою раненую ладонь своей, уже человеческой ладонью.

А я ощутила щекочущее тепло.

– Вот теперь все, – Ортред отпустил меня.

Вид у него был довольный. Взяв перстень, он покрутил его перед глазами и надел на палец. Я же растерялась, не зная, то ли поблагодарить короля за лечение, потому что порез пропал без следа, то ли возмутиться самоуправству.

Хотя… он же король! Самоуправство – его второе имя.

Тем временем заговорил Драмиэль:

– Ваше величество, моя племянница сделала, как вы пожелали. Можем мы теперь получить разрешение?

– Подожди, – процедил Ортред, крутя перстень на пальце. – Сначала я хочу знать, как эта штука работает.

Он крутил перстень снова и снова, снимал, надевал, менял пальцы, стучал по камню – но ничего не происходило. Магия фениксов не желала работать в лапах дракона.

Сказать ему об этом?

Судя по взгляду, Драмиэль думал о том же. Он незаметно покачал головой, мол, не стоит. Пусть король сам догадается.

Тот догадался. Потому что с рычанием сорвал перстень с руки и швырнул его в стену:

– Бесполезная железка!

– Можно я попробую, ваше величество? – предложила чуть слышно.

Уж слишком угрожающе выглядел Ортред. У него едва дым из ноздрей не шел.

Он долго и мрачно смотрел на меня, размышляя. Потом кивнул:

– Попробуй. Но без сюрпризов.

– Таша… – начал Драмиэль взволнованным голосом.

– Я осторожно, – заверила его.

Затем пошла в темный угол, четко ощущая местонахождение артефакта. Он горел маленькой белой звездочкой, но это сияние видела только я.

Подобрав перстень, надела его на палец. Он моментально ужался до нужного размера, а до меня внезапно дошло: камни – обманка! Они не содержат магии, магический тут сам металл. Так же, как и на моем медальоне.

И как же его активировать?

Ответ пришел сам собой.

– Это портал! – сказала я, потрясенная внезапным открытием.

– И ты знаешь, куда он ведет? – насторожился король.

– Нет, – солгала, не моргнув глазом.

– И не знаешь, как его активировать?

Я отрицательно замотала головой.

– Жаль. Эту вещь сделали для моего предка. Она бы мне весьма пригодилась, – процедил Ортред буравя меня пристальным взглядом.

– Может артефакт сломался, – я развела руками. – Все-таки прошло пять тысяч лет.

Ох, надеюсь, он мне поверит.

Я нервничала, но ничего не могла сделать. Нам с Драмиэлем оставалось только ждать. Причем все это время мы стояли на ногах, как провинившиеся школьники перед завучем. Присесть нам никто не предложил.

Спустя минут пять томительного ожидания король наконец сказал:

– Ладно, вот мое решение. Отправляйтесь на Ронгарх, у вас есть три дня для свидания с Ротбергом. Когда вернетесь, ты, Натали, выяснишь, как работает эта штука. С твоей силой Созерцания и магией Крови это будет легко.

– Простите, ваше величество, – вмешался Драмиэль прежде, чем я успела открыть рот, – но это невозможно. Мою племянницу ждет практика, а ее никак нельзя пропустить.

– Практика? – Ортред с легким недоумением поднял брови, затем нахмурился. – Ах да, я и забыл. Что ж, тогда немного изменим планы. Натали, приступишь к своим обязанностям артефактора после практики, еще месяц я подожду, так и быть. А теперь верни кольцо.

Отдавать перстень желания не было, но оставить его себе я не могла. Начала нехотя стаскивать с пальца и почувствовала странный укол. Казалось, артефакт тоже не хочет со мной расставаться.

С тоскливым вздохом положила перстень обратно в шкатулку. Ортред резко захлопнул ее, едва не прищемив мою руку. Затем щелкнул пальцами – и шкатулка исчезла.

А внутри меня поселилось сосущее чувство. Будто я что-то утратила.

– Все, вы свободны, – король махнул в сторону выхода.

Я на деревянных ногах развернулась, но вспомнила про разрешение. Оглянулась и увидела, что бумага уже у Драмиэля в руках.

– “Один сопровождающий”, – прочитал он вслух и спросил: – Ваше величество, вы же не против, если этим сопровождающим буду я?

Разумеется, Ортред ответил согласием.

***

Похоже, ни король, ни Драмиэль ничего не заметили. Я не знала, хорошо это или плохо, и всю дорогу до городских стен поглядывала на дядю. Ждала, что он вот-вот спросит, почему я солгала. Но он молчал.

Ладно, придется, видимо, самой во всем признаваться. Иначе любопытство просто сожрет меня. Я должна выяснить, почему портал в кольце ведет в…

– Натали, будь готова завтра утром, – Драмиэль прервал мои мысли. – Не будем оттягивать вашу встречу. Мой брат и так долго ждал.

– А? Да…

Черт, и как начать разговор? В лоб спросить? Но карета уже остановилась, хороший момент упущен. Теперь вокруг слишком шумно и людно, несмотря на вечернее время. Да и сам Драмиэль выглядит озабоченным. Будто решает дилемму.

Он первым вышел из экипажа и подал мне руку.

Мы снова попали в очередь, только на этот раз жаждущих выбраться из столицы. И снова дядя предъявил охраннику гербовую бумагу. Тот всмотрелся, цокнул языком и кивнул:

– Проходите, лорд Саррах.

Ну, хоть без очереди прошли. Все же у драконов есть свои привилегии.

В Академию нас перенес портал. Я только там поняла, что была напряжена все то время, пока находилась во дворце. Будто сами стены давили на меня. А здесь даже дышалось легче. Было что-то особенное то ли в воздухе, то ли в магии зданий, то ли в деревьях или, может, в земле… Но оно, однозначно, придавало мне сил.

Если бы я не покинула Академию на это короткое время, то даже не поняла бы, как к ней привязалась.

– Волнуешься?

Дядя по-своему понял мой жадный вдох.

– Не знаю, – честно ответила я. – Наверное, слишком устала для этого.

– Тогда иди отдыхай.

Попрощавшись с ним, я двинулась к общежитию.

– Натали! – внезапно раздалось вслед.

Я обернулась.

Он внимательно смотрел на меня.

– Ты что-то хотела сказать мне? В карете.

Вот он, идеальный момент.

– Да, я насчет того…

– Господин ректор! Господин ректор! Вот вы где! – закричали сразу несколько голосов.

К нам с дядей бежали запыхавшиеся люди в зеленых плащах целительского факультета.

– Что случилось? – тут же напрягся он.

– Эти олухи из алхимической башни! Хаос их раздери! Опять напакостили! Пустили веселящий газ, теперь половина студентов как пьяные, а у второй половины икота от смеха!

Они галдели что-то еще, причем все хором, но я уже не слушала, потому что отправилась дальше. И так понятно, что с Драмиэлем в этот вечер не удастся поговорить.

Ничего, еще будет время.

Так я думала вечером. А наутро загадочный перстень и портал вылетели из головы. Теперь мои мысли занимало другое.

После завтрака мы с Драмиэлем порталом перенеслись в приморский город с огромным портом.

Городок был раскинут на трех холмах и спускался к морю лесенками домов и серпантином улиц. Его стены были невообразимо белыми, а камень дорог – поразительно черным. Сверкающие металлические шпили башен уходили в самое небо, будто хотели его проткнуть, и везде было много зелени и цветов.

В гавани мерно покачивались корабли. Огромные парусники с двумя, тремя и даже пятью мачтами. Я такие видела лишь на картинках да в фильмах про пиратов. Поэтому крутила головой, как вертолет, желая запомнить все, что вижу. Кто знает, когда еще мне доведется здесь побывать?

А дядя уже вел меня по узким сходням на борт корабля.

К ночи разыгралась непогода. Волны хлестали по кораблю. Небо затянуло серыми тучами. Казалось, сама природа нервничает вместе со мной.

На палубе мельтешили матросы. И что самое интересное, мне удалось даже с некоторыми из них познакомиться. Оказались весьма милыми ребятами. Даже рассказали несколько баек про свои морские приключения и про то, каких тварей они встречали на пути. Даже про водных драконов. Только те, в отличие от наземных – не превращались в людей.

В общем, в путешествии я не скучала. А Драмиэль по-настоящему удивил. Мало того, что он то и дело использовал магию для поддержания корабля, так еще умудрился напиться на пару с капитаном. Я слышала, как они долго и громко спорили насчет верного курса.

Такого я от дяди точно не ожидала. Мне всегда казалось, что он выше этого. Похоже, я ошибалась.

Может, он тоже нервничал? А с другой стороны, не мне осуждать. Он взрослый мужчина. Может себе позволить.

Признаться, я бы тоже с радостью напилась, чтобы избавиться от назойливых мыслей. Но мне никто не предложил даже глоточка вина.

Поужинав в капитанской каюте и оставив мужчин дальше ругаться, я отправилась спать. Но уснуть не смогла. Мешали качка, удары волн о борта, поднявшийся ветер и моя тревожность, которая усиливалась с каждой минутой.

Сердце ухало и стучало, выбивая неровный ритм. Я все еще не могла поверить, что наконец-то встречусь с отцом. Родным! Настоящим! Жаль только, что Айзена не получилось предупредить. Он должен знать о таком. Но мы с ним поссорились…

Едва рассвело, я уже стояла на корме, нервно сжимая свой медальон, и вглядывалась в даль.

Что принесет мне встреча с отцом? Поделится ли он со мной силой и кровью? Смогу ли я стать драконом?

Меня пугала предстоящая встреча. Но этой мой отец. Пусть я даже не знала его и никогда не видела – он знал мою мать. Может, он даже знал, что она была беременна мной?

Все ответы были там, впереди, за низко стелющимся сизым туманом.

Скоро я все узнаю.

А если он откажется помогать? Внутри меня все сжималось только при одной мысли об этом.

На глаза навернулись слезы, но я сдержала себя. Все будет хорошо. У меня все получится.

А остров приближался.

– Дальше нельзя, – внезапно сказал капитан, – море здесь опасное, много подводных скал.

– Вы предлагаете мне лететь на своих двоих? – хмыкнул Драмиэль.

– На своих двоих нельзя, – капитан явно не понял сарказма. – Стража решит, что это нападение, и собьет вас еще на подлете.

Ректор иронически выгнул бровь.

– Тогда высадите нас на берег.

– Корабль не может пристать к этому берегу. Нас просто разнесет о скалы. Вам придется самим добираться.

– Вплавь? – содрогнулась я.

На меня тут же уставились удивленные взгляды.

– Что вы! На лодке, – капитан показал на небольшую посудину, с которой уже снимали парусиновый чехол.

Драмиэль тяжело вздохнул и опустил взгляд на свой идеальный костюм.

– Ладно, раз другого выхода нет… – проворчал он.

Я переводила взгляд с него на ту хлипкую лодочку и обратно. Между кораблем и островом было больше километра темной бурлящей воды, покрытой белыми барашками пены.

А если лодка не выдержит? Наткнется на эти самые скалы и треснет? Или еще хуже, ее унесет в море?

– Страшно, – призналась я.

– Все будет хорошо, – заверил Драмиэль. – Я защищу лодку магией.

Как хорошо, что мой дядя – сильный дракон. Рядом с ним мне бояться нечего.

– Только аккуратно, – предупредил капитан. – Стража на острове не дремлет и чует драконью магию. Пока вы не предъявите разрешение от короля, лучше их не нервировать.

Ректор кивнул. Мы сели в лодку, где уже были двое матросов, и нас спустили на воду.

Глава 8

Едва это случилось, как лодку качнула волна. Брызги полетели мне в лицо, но Драмиэль успел поднять руку, и наше суденышко окутало бледно-голубое свечение. Моряки что-то забормотали, бросая то на него, то на остров нервные взгляды.

– Нельзя! Нельзя магию! – волновались они.

– Это всего лишь водонепроницаемый щит. Не хочу промокнуть, пока доберемся до берега, – отмахнулся Драмиэль.

– Спасибо, – тихо шепнула я.

Вряд ли он беспокоился о себе. Его надежно защищал длинный плащ из непромокаемой ткани. А на мне был тактический костюм, предназначенный для полевых тренировок. Как раз накануне я получила новую форму красного цвета. Это значило, что меня официально зачислили на Боевой факультет.

Лодка направилась к острову, осторожно петляя между бурунами. Я до рези в глазах вглядывалась в скалистый берег. Он казался изрезанным, как скандинавские фьорды. А на самой вершине темнело строение.

Я видела зубчатую стену, сложенную из крупного камня, и три высокие круглые башни с крошечными зарешеченными окошками под островерхой крышей. В зубцах стены поблескивали жерла пушек, а от здания веяло безнадежностью и тоской. Наверное, это и есть тюрьма, где томится Ротберг Саррах…

– Ну что, Натали, готова? – Драмиэль поймал мой взгляд.

Я кивнула. Да, точно готова.

Лодка подошла к небольшому причалу. Один из матросов ловко вскочил на скользкий деревянный настил, второй бросил ему толстый канат. Через минуту конец каната уже был обмотан вокруг металлической тумбы, которую Драмиэль назвал кнехтом.

– Идем, – дядя ступил на пирс и протянул мне руку.

Я поставила ногу на борт, и лодку с силой качнуло. Меня швырнуло назад. Я бы упала, но Драмиэль успел схватить меня за руку.

– Осторожно! – он осуждающе покачал головой.

А потом вытянул меня на пирс. Я даже не поняла, как это случилось. Только что была в лодке – и вот я уже стою на берегу, растерянно озираясь.

А растеряться было от чего.

Если море выглядело неприветливым и холодным, а небо над ним – затянутым тучами, то здесь веял теплый ветерок, светило солнце и в целом атмосфера казалась дружелюбной.

Казалась – ключевое слово. Я ни на миг не забывала, что это тюрьма.

– Удивлена? – усмехнулся Драмиэль. – Признаться, я тоже. До последнего не верил, что мой брат здесь.

– Почему?

– Ронгарх не просто тюрьма. В замке на вершине скалы когда-то держали преступников королевских кровей. Если Ротберг здесь, значит, Ортред его по-настоящему опасается.

– Тогда вообще ничего не пойму. Если опасается, то почему не убьет? Давно бы уже несчастный случай подстроили – да и все, – проворчала я, идя за дядей вдоль берега к лестнице. – И не надо говорить, что король не хочет ссориться с Саррахами. Тут что-то другое.

– Я тоже так думаю. У Ротберга есть что-то, из-за чего он все еще жив. Надеюсь, сегодня мы все узнаем.

Мы остановились у подножия лестницы. У нее отсутствовали перила, а узкие каменные ступени были выбиты прямо в скале. Над вершиной скалы, над замком светило солнце. Мне пришлось прикрыть глаза рукой, чтобы разглядеть верхнюю часть лестницы.

А я точно туда залезу? Может, есть другой путь…

– Нам туда, – подтвердил Драмиэль мои опасения. – Странно, что нас никто не встречает.

– Может, все чем-то заняты, – вздохнула я. – Или охрану не предупредили о нашем прибытии.

– Или предупредили, – дядя посмотрел наверх.

Его лицо стало серьезным, взгляд – колючим.

Мое сердце екнуло.

С вершины скалы к нам спускались три мужские фигуры. Одна шла чуть впереди, легко преодолевая ступеньки. На двух других виднелись металлические кирасы. Это явно были охранники, я даже шлемы смогла разглядеть.

А сердце тем временем застучало, убыстряя свой ритм. Во вмиг пересохшем горле образовался комок.

Лица мужчин оставались в тени. Но я уже чувствовала – там, с ними, тот, ради кого мы проделали весь этот путь. Сейчас я его увижу…

Еще несколько ступенек, и солнце выхватило из тени лицо идущего впереди.

Да, это он. Ошибиться я не могла, уж слишком они с Драмиэлем похожи друг на друга: та же стать, те же черты лица, те же серебристые волосы. Только у дяди они спускались длинной косой, а у отца были обрезаны чуть ниже плеч, и сейчас их лохматил ветер.

Я вспомнила, что читала о традициях драконов. Коса – знак принадлежности к древнему роду, знак доблести и благородства. Преступникам косу отрубает палач.

Сердце сжалось, когда мужчина подошел поближе. У него был усталый взгляд и мешки под глазами, будто он не спал несколько суток.

– Драмиэль? – по его лицу мазнула тень улыбки. – Не верю, что это ты!

Он даже не взглянул на меня! Не заметил! Обошел, как пустое место, и протянул руку брату.

– Ротберг, – дядя резко обнял его, затем отпустил. – Я уже не чаял, что свидимся.

– Признаться, я тоже почти утратил надежду.

А я забыла, что надо дышать.

Просто стояла, открыв рот, и жадно разглядывала такого знакомого незнакомца. Передо мной был мой отец, моя родная кровь. Тот, кто знал мою мать и мог пролить хоть немного света на то, как мне жить дальше…

– Ты сильно изменился, – заметил Драмиэль, тоже разглядывая его. – Как ты тут?

– С переменным успехом, – уголки губ Ротберга дрогнули в скупой улыбке.

Он наконец перевел взгляд на меня.

Я от волнения стиснула руки.

– А это кто? Новый секретарь? Неужели ты уволил госпожу Гилли?

– Нет, – медленно произнес Драмиэль. – Это не секретарь. Познакомься, это Натали Саррах. Она недавно вошла в наш род.

– Вошла в род?

Взгляд Ротберга изменился. Стал слегка отчужденным, будто его обладатель утратил ко мне интерес.

– Не слишком ли она молода для твоей жены? – продолжил он с каким-то больным нажимом. – Хотя ты же ректор Королевской Академии, тебе и не такое можно…

Я лишь беспомощно глянула на Драмиэля.

Мой отец вел себя странно. Он выглядел сломленным. Даже увидев собственного брата, он не обрадовался. Наоборот, казалось, наше присутствие его тяготит.

– Я по-прежнему не женат, – хмыкнул Драмиэль. – А эта юная леди – твоя дочь.

– Дочь?!

Глаза Ротберга округлились. Он резко шагнул назад, увеличивая расстояние между нами. Я же осталась на месте, уже не зная, что думать. Меня захлестнули разочарование и обида.

Похоже, я не ошиблась. Мой отец совсем не рад меня видеть.

Он нахмурился, пристально вглядываясь мне в лицо.

– Но… как?

– Брат, ну ты и сам знаешь, как дети делаются, – Драмиэль развел руками.

– Я не о том! Кто ее мать?

У меня задрожали губы.

Такого вопроса я точно не ожидала. Кто моя мать? А что, могут быть варианты?

Судя по взгляду Ротберга – могут, и не один. Похоже, он сам растерялся, силясь припомнить всех, с кем грешил.

– Катерина, – прошептала я, не скрывая обиды. – Катерина Синичкина.

Пусть только посмеет сказать, что не помнит ее! Не посмотрю, что он мой отец, что за его спиной два охранника с мечами. Выцарапаю глаза!

Я враждебно уставилась на него. Пальцы сжимались и разжимались, будто желая вот-вот выпустить когти.

Но лицо Ротберга все сказало без слов.

Услышав имя, он побледнел. Нет, посерел. Затем подался ко мне.

– Кати? – выдохнул тихо и хрипло. – Но… как… откуда… Что с ней? Она тоже здесь?

Охваченный внезапным порывом, он сжал мои плечи.

А я ощутила злорадство. Подняла голову, заглянула ему прямо в глаза и, увидев там смесь страха, надежды и ожидания, четко произнесла:

– Нет. Она умерла. Потому что ты ее бросил!

***

Мне хотелось быть жестокой. Хотелось причинить ему боль. Чтобы он ощутил хотя бы сотую долю того, что пришлось мне пережить.

Но его лицо не изменилось. Он не ощутил удара, а может, слишком хорошо владел собой.

Как бы то ни было, Ротберг продолжил сжимать мои плечи и смотреть мне в глаза, пока Драмиэль не положил руку ему на плечо и не сказал:

– Здесь только Натали – твоя дочь. Она выторговала у короля встречу с тобой.

Вот теперь по лицу Ротберга прошла судорога. Будто само упоминание о короле было ему неприятно. И он наконец-то меня отпустил.

Я повела плечами. Надеюсь, синяки не останутся.

– Простите за резкость, – нехотя выдавила из себя и отвела взгляд. – Не хотела быть грубой…

Кажется, я поспешила с обвинениями. Он ведь может отказать в моей просьбе. А мы только ради его помощи сюда и прибыли.

Ротберг продолжил молча пожирать меня взглядом. И чем дольше затягивалось молчание, тем острее я ощущала, что в окружающем мире что-то не так.

Точнее, это “не так” появилось сразу, едва мы с Драмиэлем ступили на берег. Но поначалу я не обратила внимания, слишком была занята собственными переживаниями. А теперь вдруг остро осознала, что не чувствую присутствия драконов.

Как так?

Вот же они, стоят рядом со мной на расстоянии вытянутой руки! Драмиэль и Ротберг. Уж дядя-то точно сильный дракон, я всегда ощущала его приближение. Но почему же сейчас ничего не чувствую? Что происходит?

Я прислушалась к своим ощущениям. Нет. Ни единого намека на близость драконов. Но что еще хуже – драконьей магии тоже нет. Казалось, сам остров впитывает ее, будто губка. Но разве такое возможно?

– Здравствуй, – будто через силу выдавил Ротберг. – Это ты меня прости. Я… я оказался не готов…

Было у него в голосе что-то проникновенное, что заставило меня поднять голову. Наши взгляды встретились, и внутри меня будто вспыхнуло пламя.

Жар надежды и узнавания окутал меня, заставив натянуться и задрожать каждую жилку. Но это длилось всего лишь мгновение. Ротберг моргнул и отвел глаза. На лице отразилась усталость.

– Что ж, – сказал он со вздохом, – я вам зачем-то нужен, раз вы проделали такой путь. Идемте, поговорим в более приятной обстановке.

Развернувшись, он первым направился вверх по лестнице. Драмиэль пропустил меня вперед, я же покосилась на охранников. Они, как две тени, следовали за Ротбергом и за все это время не издали ни звука. За закрытыми шлемами не было видно лиц. Вообще невозможно было понять, есть ли там кто-то внутри доспехов. Но магией охранники точно не обладали. Я не почувствовала даже наличия артефактов. И это дополнило копилку странностей.

– Все в порядке, Натали? – спросил Драмиэль, когда я замешкалась на нижней ступеньке. – Тебя что-то тревожит?

– Я в норме, – кивнула, глядя на удаляющуюся спину отца. – Если не считать мелочей, знакомство прошло успешно.

– Тогда пойдем. Нет смысла волноваться. Ротберг неплохой, ты поймешь, когда познакомишься с ним поближе.

– Давно вы не виделись? – мой голос внезапно сел.

Глаза защипало, к горлу подкатил нежданный комок.

Только этого мне не хватало! С чего это я вдруг расчувствовалась?

– Давно, – кратко ответил Драмиэль.

Я отвернулась, чтобы незаметно смахнуть слезы с лица. Наверное, все дело в здешнем воздухе или в атмосфере обреченности, которая шлейфом стелется по земле за Ротбергом Саррахом.

– Пойдем, – дядя подставил мне локоть.

Я приняла его, и мы начали подниматься вслед за отцом и его охраной.

Лестница была крутой и неудобной. Тот, кто ее делал, не позаботился о перилах. Зато ступеньки были довольно высокими, так что уже на середине пути у меня заболели ноги. Но я молча шла дальше, потому что ни Драмиэль, ни отец, ни охранники не предложили передохнуть.

А еще, чем выше мы поднимались, тем тяжелее становилось дышать. Казалось, сам воздух уплотнялся и давил на грудь. Но я не могла понять почему. Магии здесь и не было, а других причин я не видела. Кроме неприятного сладковатого запаха, который становился все гуще по мере того, как мы поднимались.

Наконец эта пытка закончилась. Тяжело дыша, я преодолела последнюю ступеньку и оказалась на узкой дорожке, вьющейся между странных растений. Они были похожи на папоротник, только красные и росли здесь в изобилии.

– Держись поближе ко мне, – предупредил Драмиэль, оглядывая густую растительность.

Не успела я спросить почему, как из ближайшего красного куста выстрелила лиана. Дядя подставил руку. Лиана коснулась ее и, зашипев, резко отпрянула.

– Что это? – ужаснулась я.

– О, всего лишь красноцвет. Или, как его называют в народе, драконья погибель, – ответил он с таким видом, будто речь шла о сущей ерунде.

Мы двинулись по тропинке. Лианы продолжили нападать, но Драмиэль лишь вскидывал руку, и они тотчас отставали от нас. Отец и охрана шли впереди.

– А их почему не трогают? – задала я резонный вопрос.

Драмиэль тяжело вздохнул.

– Скажи, ты ничего странного не заметила? Когда ступила на остров.

– Заметила. Здесь нет магии. И я больше не чувствую в вас дракона.

– Все верно. Красноцвет недаром назвали драконьей погибелью. Его запах ослабляет и усыпляет наших драконов, а листья впитывают магию. Видишь, как он буйно растет? Он питается драконьей магией.

– То есть… этот сладковатый запах – от красноцвета? – догадалась я.

– Да. Теперь понимаешь, в чем весь ужас пытки? Здесь даже сильнейший из драконов становится слабее человеческого младенца.

Я нервно сглотнула.

– А как же охрана? Они не драконы?

– Нет. Это обычные люди.

– И даже не маги! – поразилась я. – То-то мне показалось странным, что у них нет никаких артефактов.

– Они им не нужны. Единственный способ покинуть остров – это улететь. Но, как ты понимаешь, ни один дракон не сможет здесь обратиться. Даже я уже чувствую слабость. Мой дракон засыпает.

Я прислушалась к себе, однако, кроме усталости от крутого подъема, ничего не заметила.

Да, драконица не отвечала. Но это было ее естественное состояние. А феникс ощущался четко и ясно. Особенно его неуемное любопытство. Его, то есть меня, так и подмывало протянуть руку и поймать одну из красных лиан, мельтешащих вокруг нас. Или сорвать лист красноцвета.

– Мне пока нормально, – озвучила я. – Только ноги устали.

– Значит, магистр Рорх тебя мало гонял, – хмыкнул Драмиэль. – А если без шуток, то, видимо, твоя сущность феникса компенсирует утрату драконьих сил.

Я кивнула, хоть и стало тревожно.

Здесь не нужны замки и кандалы. Не нужны артефакты или оружие. Отсюда не убежать, не уплыть и не улететь. Попавший сюда дракон обречен провести остаток жизни в теле человека. Причем человека без сил и без магии.

Похоже, этот остров и правда идеальная тюрьма для драконов.

За разговором мы не заметили, как оказались у стены, которую я видела с берега. Вблизи она выглядела еще мощнее и суровее, чем снизу.

Я задрала голову и невольно сглотнула. Стена была высотой с восьмиэтажный дом.

Отец и охрана ждали возле кованых ворот.

– Проходите, – сказал Ротберг, указывая внутрь.

За стенами оказался мощеный двор и множество зданий, среди которых были и круглые башни. А еще там было довольно людно. Я обратила внимание, что мимо нас проходили не только мужчины в латах, но и обычные торговцы с лотками, женщины в белых чепцах, с набитыми зеленью корзинами, вот пробежала стайка чумазых мальчишек, проковылял дед, таща за собой козу на веревочке…

Мы будто попали в маленький городок. Но уж точно не в тюрьму!

Обойдя площадь, наша компания остановилась рядом с башней. Ее двери были распахнуты, а к ним вело крыльцо с каменными ступенями, на которых стоял мужчина в темной одежде. Завидев нас, он поклонился:

– Рады приветствовать вас на острове.

– Конрад, не стоит, – поморщился Ротберг. – Это тюрьма, а не остров.

Затем обернулся к нам:

– Проходите. В доме будет полегче.

Только тогда я обратила внимание, что у Драмиэля измученный вид. Похоже, ему гораздо сложнее, чем он пытался мне показать.

– Вы ведь знали про красноцвет? – сердито шепнула я. – Знали и все равно отправились со мной! Надо было вам остаться на корабле.

– И пропустить встречу с братом? – тяжело усмехнулся он. – Нет, ни за что. Тем более, что мне есть о чем с ним поговорить.

А вот сам Ротберг, похоже, не проявлял ни малейшего желания с нами общаться. И вообще выглядел так, будто мы ему уже порядком надоели.

– Вот моя скромная обитель, – сказал он и, не поворачиваясь к нам, вошел в дом.

Глава 9

Мы сидели в небольшом зале за накрытым столом. Слуги подали обед, и воздух наполнили аппетитные запахи.

Я только тогда обнаружила, как сильно проголодалась. Правда, было подозрение, что мой голод не столько от прогулки пешком, сколько от того самого красноцвета. Если это растение вытягивает силы, то вполне логично, что организм будет искать способ компенсировать утрату. А самый простой способ пополнить запасы энергии – поесть.

Мои догадки подтвердились, когда Ротберг и Драмиэль с жадным видом набросились на еду. Блюда были в основном мясными, и я сама, едва не урча, запустила зубы в сочащийся жиром стейк. Никогда прежде мясо не казалось мне настолько безумно вкусным.

Некоторое время над столом стояла тишина, нарушаемая лишь звоном посуды. Но я то и дело ловила на себе взгляды Ротберга. От его пристального внимания по моему телу пробегала пламенная дрожь, а внутри что-то сжималось, не давая расслабиться.

– Как ты тут? – спросил Драмиэль, когда первый голод был утолен.

Слуги подали вино и десерты.

– Как видишь, – Ротберг обвел взглядом зал. – Немного скучновато.

– Король позволил тебе держать слуг.

– Скорее, шпионов, – прозвучал жесткий ответ. – Которые докладывают о каждом моем шаге и о каждом слове, сказанном в этих стенах.

Я с тревогой глянула на Драмиэля.

Слова отца прозвучали слишком хлестко, чтобы быть преувеличением. Но если он прав, то тогда понятно, почему Ортред так легко согласился на нашу встречу. Король с самого начала ни о чем не беспокоился. У него тут все схвачено. Весь наш разговор будет записан и передан прямиком в высочайшие уши.

– Главное, что ты жив, – Драмиэль ловко обошел скользкую тему. – И что мы наконец-то увиделись.

– Может быть…

– Кажется, ты не слишком рад нашей встрече?

Драмиэль напряженно смотрел на брата. А тот изучал меня, уже не пытаясь скрыть дурного настроения. Даже сытный обед и бокал вина не сделали его мягче.

– А чему я должен быть рад? – процедил он, отставляя бокал. – Тому, что заперт здесь до конца своей жизни? Тебе известно, что значит для дракона не иметь возможности обернуться. Я чувствую себя калекой, как если бы у меня отнялась рука и нога. Вот они, вроде бы есть, но толку от них никакого.

С этими словами он согнул в локте правую руку и несколько раз сжал и разжал кулак.

Горечь в его голосе полоснула меня по сердцу.

– Да, мне это известно, – абсолютно спокойно сказал Драмиэль. – А также известно, что тебе незачем страдать. Ты здесь только из-за своего упрямства, брат.

– Следовательно, о предложении короля ты тоже знаешь, – Ротберг мрачно сверкнул глазами. – Но этому не бывать! Так что я на пожизненном.

Драмиэль нахмурился.

– То есть это твое окончательное решение?

– Да, – кивнул мой отец. – Ортред никогда не получит то, что он хочет. И если вы прибыли, чтобы заставить меня передумать, то у вас ничего не выйдет.

Он враждебно посмотрел на меня. Мне стало неуютно и холодно под его взглядом.

– Мы прибыли, чтобы ты помог своей дочери, – вздохнул Драмиэль.

– Я вижу ее впервые в жизни, – жестко отрезал Ротберг. – И вообще не уверен, что она моя дочь.

От такой заявочки у меня глаза округлились.

– Конечно, из-за красноцвета ты не чувствуешь вашей связи, – кивнул Драмиэль, – но она действительно твоя дочь. Моя родная племянница. Я ощутил наше родство сразу, как только ее увидел. Думаю, она тоже что-то почувствовала, – он с полуулыбкой посмотрел на меня, – хотя на тот момент даже не понимала причины своих ощущений.

Я кивком подтвердила его слова. А он продолжил, глядя уже на брата:

– Король подтвердил наше родство. Так что Наталья официально член нашей семьи.

– И наследница? – уголки губ Ротберга резко дернулись вниз.

Драмиэль покачал головой:

– Нет. Младшая леди. И на то есть причина.

– Какая?

– Она полукровка.

– Полукровка?!

Ротберг подался ко мне. Теперь его взгляд буравил меня.

– Да. Ты не чувствуешь, но в ней не одна, а две сущности. Первая досталась от тебя, а вторая – от матери.

– Но это невозможно! – произнес отец. – Если ее мать Кати, то у той не было никакой сущности, я готов в этом поклясться! Но и мою сущность она не может наследовать, потому что всего лишь дочь!

– Всего лишь? – не выдержала я.

Драмиэль глазами показал, чтобы я помолчала. И вновь обратился к брату:

– Натали пришла из другого мира. Там нет магии, поэтому ты не чувствовал сущность ее матери. Подозреваю, ты и свою-то не чувствовал, пока там находился.

Ротберг нехотя кивнул, но продолжил сверлить меня взглядом.

– И как же она попала сюда?

Он говорил с Драмиэлем так, будто меня здесь не было.

– Видимо, как и ты. С помощью межмирового портала. Думаю, ты и без нас хорошо знаешь, кто и когда создавал такие порталы. Твоя дочь, возможно, единственный представитель той расы…

В зале повисла тишина. Такая пронзительная, что стало слышно, как снаружи в окно бьется муха.

– Не может быть, – тихо выдохнул Ротберг.

Поднявшись, он обошел стол и остановился рядом со мной. Потом убежденно повторил:

– Не может быть!

– Может, – усмехнулся Драмиэль.

– Значит… Кати была фениксом? Но это невозможно! Брат, ты и сам знаешь, что драконы и фениксы несовместимы! У нас не может быть общих детей, не может быть отношений. Мы взаимоисключающие виды!

– Похоже, пришла пора открыть тебе правду.

– Какую правду?

– Горькую. Все, чему нас учили о фениксах – ложь.

Ротберг на секунду оторопел. Это читалось по его лицу. С ошеломленным видом он перевел взгляд на брата:

– Что значит “ложь”?

– То и значит, – Драмиэль развел руками. – Похоже, не всех фениксов истребили в великой войне. Кое-кто смог уйти и скрыться в других мирах. Например, в том, откуда родом Наталья. В мире без магии.

Он замолчал, но слова были уже не нужны.

Мы с отцом настороженно смотрели друг на друга, прекрасно осознавая, что осталось недосказанным.

Ротберг Саррах – дракон. Встреть он мою мать в своем мире, то, наверное, обошел бы десятой дорогой. Но они встретились на Земле, где нет магии, и не почувствовали враждебных сущностей друг в друге. Это были просто мужчина и женщина, между которыми вспыхнули чувства. Была ли это любовь или просто сиюминутная страсть? А может, и то, и другое…

В любом случае вместе они были недолго. Он даже не знал, что она забеременела…

А сейчас он искал в моем лице знакомые черты и все еще не верил тому, что услышал.

Вздохнув, я полезла за шиворот и достала медальон. Сняла его с шеи и положила на стол.

– Вот. Эта штука досталась мне от мамы, и она же перенесла меня в этот мир.

Ротберг побледнел и уставился на медальон как на тарантула. Протянул руку, будто желая коснуться, но в последний момент отдернул ее.

– Я подобное уже видел, – прошептал так тихо, что я с трудом расслышала. – В тайной лаборатории короля множество таких медальонов. Не хочу даже думать, откуда они там взялись.

– Были сняты с убитых, – сорвалось с моих губ.

Мне вдруг стало безумно жаль тех несчастных мужчин, женщин и детей, которых истребили драконы.

– Возможно, – произнес Ротберг, глядя мне в глаза. – Я много думал об этом. Это одна из причин, почему я нахожусь здесь и почему не хочу давать королю клятву молчания. Не хочу, чтобы это все повторилось…

***

Его слова эхом отдались в моей голове. Сердце нервно стукнуло, замерло и ухнуло вниз.

– Повторилось? – услышала я собственный шепот. – Что значит “повторилось”?

– Брат, объяснись! – потребовал Драмиэль.

В его глазах застыла тревога.

А Ротберг вдруг усмехнулся. Усмешка вышла усталой и горькой, она состарила его сразу на несколько лет.

– Вам же известно, как давно Ленорманн пытается подчинить себе Вильдернарр и Руртранарк? Конфликт уходит корнями в такую седую старину, что из ныне живущих уже никто не помнит, с чего все началось. Но темные с каждым годом становятся все смелее и сильнее. На каждый наш боевой артефакт они создают свой, против каждого нашего мага они выставляют своего. И у них это отлично получается! Драконам даже пришлось отступить и оставить часть Оренволда, хотя еще десять лет назад мы были уверены, что почти захватили его. А тут еще нападение на наследника…

– Откуда ты это знаешь? – перебил Драмиэль.

– Земля слухами полнится. А если серьезно, то новости я получаю ежедневно. Ортред даже таким способом пытается заставить меня подчиниться.

– Чего же он хочет?

– Победы.

Ротберг произнес это так, будто речь шла о чем-то обыденном. А потом повторил, с силой сжимая бокал:

– Победы любой ценой!

Раздался треск. Бокал лопнул в его руке, между пальцев хлынуло густое вино, так похожее на кровь.

Я замерла, внутренне сжавшись. Слишком много холодной ненависти прозвучало в этих словах. Драмиэль тоже молчал, только заметно побледнел. А Ротберг тихо выругался, взял салфетку и с кривоватой улыбкой посетовал:

– Ну вот, руку порезал. А регенерация из-за красноцвета так себе.

Ох, точно ведь! На этом острове драконы ничем не отличаются от людей. Ранить их так же легко и раны заживают так же долго.

Но я не могла найти слов, чтобы посочувствовать. Или сил, чтобы встать и помочь. В горле застрял комок, а все мышцы словно заиндевели, пригвоздив меня к стулу.

Потому что я вдруг осознала то, что хотел сказать Ротберг и не сказал. Сопоставила услышанное здесь с тем, что уже знала ранее. С тем, что говорил сам Ортред. И с тем, что рассказывал дядя.

– Артефакты… Он хочет восстановить боевые артефакты фениксов.

Я сама не заметила, как произнесла это вслух. Слова повисли в воздухе ощущением бремени.

Драмиэль поперхнулся. Ротберг понятливо хмыкнул. А я закрыла глаза, мысленно называя себя полной дурой.

Ну конечно! Зачем еще королю, чья страна тысячелетиями ведет завоевательные войны, нужно собирать наследие исчезнувшей расы? Зачем ему я? Ответ был очевиден с самого начала. Это все знали и понимали. Айзен, Эльсанир, Драмиэль, даже Сайрус это понял, догадался, когда я призналась, что вижу иллюзии. Потому и сказал мне молчать.

Все знали!

Одна я оставалась слепа. Может, потому что мне так было удобно? Моя жизнь и покой в обмен на жизни каких-то там Темных. Да кто вообще станет переживать о вампирах и дроу?

Нам на первом курсе кратко дали историю этих рас. Так что о непрекращающемся конфликте я знала.

Дроу откололись от эльфов, причем не особо давно по меркам эволюции. Примерно три-четыре тысячи лет назад.

Никто не знает, что случилось, но у эльфов вдруг начали появляться дети с темным даром. Они не могли жить в лесах, само их присутствие убивало растения. Поначалу эльфы пытались сдерживать их силу с помощью магии и артефактов. Но вскоре стало понятно, что этим проблемы не решить. Темных с каждым годом становилось все больше, и у них рождались темные дети. Тьма распространялась как зараза, передавалась как вирус, и от нее не существовало лекарства.

К этому времени раздробленные эльфийские княжества объединились в Светлое королевство Силлерианию. И первый король принял решение: всех дроу изгнать из страны и возвести вокруг королевства магические стены, не пропускающие носителей темных сил. А если таковой рискнет и проникнет обманом, его уничтожит сам воздух Силлериании, потому что теперь им могут дышать только светлые.

Исход дроу подавался в учебниках как необходимая мера. Как спасение расы эльфов. Тогда же были созданы гигантские кристаллы-артефакты, их установили по всему королевству, чтобы они генерировали особый спектр светлой магии. Эта магия со временем заполнила атмосферу Силлериании, так что дети с темным даром перестали рождаться.

Те артефакты до сих пор работают. Их заряжают сильнейшие светлоэльфийские маги.

А дроу оказались вытеснены в Вильдернарр – горный кряж. Пока они научились обуздывать свои силы, леса, покрывающие горы, исчезли. Обнажился бесплодный камень. Так что дроу ничего не оставалось, как только строить пещеры и продвигаться вглубь скал. Вот они и продвигались, пока внезапно не вышли на свет с другой стороны. В местности, которую называют Оренволд. Но на этот клочок земли уже претендовали драконы и вампиры.

Когда я впервые услышала про вампиров, на ум пришли красавчики Каллены. Но нет, в этом мире никто никого не кусает, чтобы обратить. И умирать для этого тоже не нужно.

Вампиры такие же живые существа, как все остальные. Просто питаются кровью. Она их источник жизни и магии. Разумеется, Темной магии. Только история их возникновения такая же мутная, как и у дроу.

Вампиры рождаются у магов-людей. Точнее, рождались пару тысяч лет назад, пока эльфы не научили людей делать специальные защитные амулеты для генерации светлой магии.

Такие амулеты надевают беременным как защиту от сглаза и порчи. Это давно уже стало традицией, но бабки до сих пор шепчутся, что без такого амулета женщина-маг может родить вампира. Ребенка, который будет пить кровь, а не молоко. Темного ребенка с темной душой.

Я, честно, думала, это сказки. Но ведь сказкам не будут учить в Академии!

А сейчас мне внезапно пришло на ум, что все как-то странно. И дроу, и вампиры появились после исчезновения фениксов, которые, кстати, были единственной темной расой своего времени! Но прошла тысяча или чуть больше лет после их гибели или изгнания – и вуаля! – у эльфов и людей начинают рождаться темные дети. Со временем дети этих детей создали две полноценные расы, живущие по своим законам, со своими традициями и убеждениями. И жутко ненавидящие всех остальных, включая друг друга.

Хотя нет, последнее уже не актуально. Дроу и вампиры начали действовать сообща. Словно их кто-то объединил.

– Умница, – голос Ротберга нарушил тишину. – Быстро соображаешь.

Я вздрогнула, выпадая из размышлений, и глянула на него.

– Моя мать была фениксом королевских кровей, – произнесла чуть дрожащим, но вполне уверенным голосом. – Я унаследовала ее дар и могу зарядить древние артефакты. Поэтому королю нужна моя кровь. Но что ему нужно от вас?

– Да, брат. Что ему нужно от тебя? – Драмиэль подался вперед. – Что ты так яростно защищаешь?

И снова повисла пауза.

Ротберг не спешил отвечать. Он подождал, пока подбежавший слуга уберет осколки и заменит испачканную скатерть. Позволил другому слуге перевязать раненую ладонь. Отпил из нового бокала, поданного взамен лопнувшего, посмаковал, прикрыв веки, будто прислушивался к внутренним ощущениям… и, наконец, сказал:

– Артефакт, открывающий порталы в другие миры. Точнее, принцип его работы.

Мы с Драмиэлем забыли, что надо дышать.

Ротберг наслаждался вином и нашим ошеломленным видом.

– Тот артефакт такой, как у меня? – настороженно спросила я и посмотрела на стол, где еще недавно был мой медальон.

Разумеется, он уже исчез. Вернулся на свое место, то есть на мою шею.

– Почти, но не совсем, – сипло произнес Драмиэль, не сводя с брата расширенных глаз. – Твой портал одноразовый, с заданной точкой выхода, и ты активировала его своей кровью. А тот, о котором речь…

– Да, многоразовый. И с изменяемой системой координат, – Ротберг аккуратно отставил бокал на стол. – Он способен в одно мгновение перебросить на огромное расстояние целую армию с амуницией, обозами и боеприпасами, включая животных. Но главное, от него ничем не защититься. В нашем мире нет силы, которая могла бы ему противостоять. Он проникает сквозь миры, что ему какие-то магические стены.

Глава 10

Я мысленно ахнула.

Речь шла о кольце, которое я недавно держала в руках. Его скрытую мощь невозможно было не почувствовать.

Надеюсь, я сделала правильно, стерев координаты последней точки выхода и промолчав об этом. Странно только, что король не смог им воспользоваться. Неужели есть еще какой-то секрет?

Но в этом месте лучше ни о чем не спрашивать. Не хочу, чтобы слуги донесли Ортреду то, о чем я промолчала во дворце.

– Ого, – выдохнул Драмиэль и провел дрожащей рукой по лбу. – Я такого точно не ожидал. Ты… ты нашел эту штуку, когда работал с наследием фениксов?

– Да, – кивнул Ротберг. – Вышло случайно. В королевской лаборатории много любопытных вещиц. При мне в некоторых еще теплился заряд, вот я и начал их изучать. Там же хранились чертежи и инструкции, изъятые в Даргемии.

Он заметил мой пристальный взгляд и понял по-своему:

– А ты думала, все уничтожено, да? Нет, наши предки были не дураки. Самое важное они сохранили, чтобы самим потом воссоздать. Только не рассчитали, что фениксы заряжали свои артефакты не магией, а собственной кровью. Впрочем, какими бы сильными они ни были, все решила случайность.

– Предательство, – поправила я.

– Да, предательство, – брови Ротберга удивленно взмыли. – Не буду спрашивать, откуда ты знаешь. Просто запомни свои слова, они пригодятся. Так вот, насчет того артефакта. Он единственный из сохраненных артефактов, которым я смог воспользоваться. В нем еще теплился заряд, оставленный кровью феникса. А для управления подошла моя магия. Это навело меня на мысль, что делали его фениксы не для себя.

– А для кого? – я нервно стиснула руки.

– Хороший вопрос. Сама-то как думаешь?

– Для… драконов?

Предположение было бы глупым, если бы я к этому времени не знала ответ.

– Поверь, я тоже был удивлен, когда это понял, – Родберг невесело хмыкнул. – Долго ломал голову, пытаясь понять, зачем фениксы создали такой артефакт. Ведь наши расы всегда враждовали. Зачем давать врагу силы? Но мне повезло, у меня был доступ к Архиву и к хроникам тех времен. А в них – описание захвата столицы Даргемии.

Он замолк и с ожиданием уставился на меня. Будто я могла что-то знать…

Но я ведь действительно знала!

Предательство…

Старший сын и наследник короля Даргемии сдал столицу драконам. Открыл им врата.

Открыл врата… самого защищенного города мира. Города фениксов, которых драконы веками не могли победить!

И ему никто не помешал…

Истина обрушилась на меня холодной лавиной. Все стало ясным и четким.

– Речь шла не о буквальных воротах! – выдохнула я, не осознавая, что говорю вслух. – Принц Гардерий и его пособники создали тот артефакт, чтобы драконья армия захватила столицу!

Ротберг уставился на меня в немом изумлении. Драмиэль нахмурился. Он-то знал, откуда мне все известно. Ему я все рассказала.

– А ты полна сюрпризов, дочь… – произнес отец после паузы. – Не думал, что ты так хорошо осведомлена о вещах, которые являются государственной тайной.

Я опустила взгляд.

Только бы он не начал расспрашивать! Не хочу подставлять Драмиэля и Айзена. Королю обязательно донесут, кто раскрыл мне секретные сведения. Боюсь представить, что тогда будет.

– Но ты права, – продолжил Ротберг, заставляя меня облегченно вздохнуть. – Тот артефакт помог драконьей армии проникнуть в столицу. Никто из фениксов этого не ожидал, сопротивление было сломлено моментально. А потом все пошло не так, как было задумано, но это к нашему делу уже не относится.

– А что относится? – тихо спросила я.

“Все пошло не так”, – это он, наверное, об отказе фениксов признать власть драконов. И о гневе, который заставил драконьего короля отдать чудовищный приказ.

Это случилось пять тысяч лет назад. Но у меня тревожное чувство, что история может повториться. Ортред способен совершить то же самое, уничтожить другую расу ради своих амбиции. Ему нельзя владеть тем кольцом!

– То, что я выяснил, как работает тот артефакт. Это было еще при Викорте, отце Ортреда. Я отправился к королю с докладом, но не успел рта раскрыть, как получил приказ жениться на принцессе Савессе. Это был даже не приказ, а ультиматум. Причем буквально за день до этого я попросил руки младшей леди из рода Гринхард. Я был так обескуражен и сбит с толку, что забыл про артефакт. Сунул коробочку с ним в карман и весь вечер умолял короля отозвать приказ. Разумеется, мои мольбы были впустую.

Ротберг замолчал, мрачно глядя перед собой. А меня кольнула ревность: вдруг он думает о Розалине? Вдруг до сих пор любит ее? А моя мать была случайным приключением…

– И вы воспользовались тем артефактом, чтобы избежать свадьбы с принцессой? – поторопила я его исповедь.

– Да. Только не думал, что меня занесет в другой мир, – он хмыкнул.

Я озадаченно покачала головой: почему же кольцо не сработало в руках короля? Но вслух сказала другое:

– Понимаю. Я тоже такого не ожидала. Но почему вы вернулись? Почему не остались в моем мире с моей… мамой?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.