Юлия Рахаева
Пасека

Предисловие автора

Эта книга, хоть и является частью большого цикла, стоит обособленно от него. Её отличают и небольшой объём, и линейность повествования. Читать её можно отдельно, как и любую из книг цикла.

Идею создания «Пасеки» мне подсказал мой дядя, кандидат педагогических наук Александр Астахов. Описывая эксперимент, я вдохновлялась статьёй, которую мой дядя написал совместно с кандидатом философских наук Сергеем Гречишниковым.

Мир, в который вы попадёте и который вы можете увидеть на карте, начал создаваться много лет назад и расширялся от книги к книге. Острова Альбина, на котором начинается сюжет, вы на карте не найдёте, он слишком маленький. Но на карте есть Аранта и Чамор, и вот где-то между ними в океане и затерялась Альбина.

Моих постоянных читателей в «Пасеке» ждёт сюрприз – там появятся старые и уже любимые герои.

Весь цикл состоит теперь уже из тринадцати книг:

«Дети горькой воды»

«Дети горькой воды-2»

«Ангел и Волк»

«Мыш и его Пёс»

«Агент Майконга»

«Хозяин степи»

«Шаукар»

«Принц и Мавка»

«Брат Вереска»

«Стальная стрекоза»

«Отряд Алой лилии»

«Вереск и Полынь»

«Пасека».

Все иллюстрации, включая карту, были нарисованы моим отцом, художником Александром Рахаевым.

Приятного Вам чтения!

Часть первая. Улей

I

– Пойдём искать шерстокрыла! – захлопнув атлас, позвал Фалько.

О том, что мир на самом деле очень большой, Шукран хорошо знал из уроков географии, которые он не прогуливал в приютской школе. Он понимал, что хоть и родился в Нэжвилле, сам нортом был лишь наполовину, его внешность вообще выдавала в нём амма. Немногие в Нэжвилле могли похвастаться смуглой кожей, тёмными, почти чёрными глазами и волосами цвета воронова крыла. В приюте Шукран вообще был такой один и сразу понял, что за своё место в этом городе, да и в этом государстве ему придётся сражаться. Что он и делал всю свою, пусть пока недолгую жизнь. К своим двадцати одному году Шукран успел неплохо освоить борьбу и даже победить в нескольких соревнованиях, в том числе одолеть похожих на него внешне сарби из Шоносара и амма из Фейсалии.

Шукран знал, что кроме этих стран, есть ещё далёкая Айланорте, а также Сверигия и много чего ещё. Место, куда его привезли вместе с другими участниками эксперимента, принадлежало Айланорте на правах первооткрывателей, хоть и располагалось где-то между Сересом и Арантой. Это был большой зелёный остров под названием Альбина. Когда Шукран подписывал все необходимые бумаги, ему объяснили, что до приезда учёных остров был необитаем, но теперь на нём выстроили жильё, амбулаторию, столовую, библиотеку и даже небольшую школу.

Он никогда бы не согласился в этом всём участвовать, даже за те деньги, которые ему сулили, если бы не одно белобрысое обстоятельство по имени Фалько Айрис. Шукран взялся опекать его ещё в приюте и сам не мог себе объяснить, почему до сих пор возился с этим несносным мальчишкой, от которого были одни сплошные неприятности.

– Какого ещё шерстокрыла? – отозвался Шукран.

– Ну, ты посмотри, какой милаш! – Фалько снова открыл атлас и сунул ему под нос картинку, на которой было изображено нечто глазастое, похожее то ли на бурундука, то ли на летучую мышь.

– И ты собрался в лес?

– У нас свободное время, разве нет? Ну, Вороной?

Это прозвище прилепилось к Шукрану ещё в приюте. Сначала его пытались прозвать «угольком», но каждому, кто произносил это слово, обращаясь к нему, в итоге сильно доставалось, и тогда кто-то предложил Вороного. Фейсальские скакуны всегда были в цене, и Шукран это знал. А ещё он любил лошадей, поэтому решил смириться.

– Я бы лучше пошёл, потренировался, – сказал Шукран. – И тебе бы не помешало.

– Найдём шерстокрыла и пойдём тренироваться.

Глядя на Фалько, на его огромные голубые глазищи и совершенно невинную улыбку, Шукран, если бы сам не знал, то и подумать бы не смог, что этого парня отчислили из школы при Тайной канцелярии, в которой тот успел проучиться целых два года, после чего снова вернулся в приют. По словам Фалько, выгнали его за непослушание, но Вороной был уверен, что дело было намного серьёзнее, вот только Айрис не хотел об этом рассказывать.

Они вышли из своего маленького деревянного домика, состоящего из спальни, душевой, туалета и веранды, и под стрекотание цикад пошли по тропинке, ведущей к лесу. Из соседнего домика вышли ещё двое парней, с которыми Шукран и Фалько уже успели познакомиться. Того, что повыше, худого темноволосого очкарика звали Джордан Симз, и он сразу показался Вороному каким-то странным. Порой он словно уходил вглубь себя, отгораживаясь от внешнего мира, будто прятался в ракушку, как краб. Но то, что Джо был умнее их всех вместе взятых, Шукран тоже сразу понял. Симз сам был молодым учёным, и это стало одной из главных причин, по которым он согласился принять участие в этом эксперименте с жизнью на острове. Джо занимался зоопсихологией, а именно когнитивной этологией – это словосочетание Шукран не сразу понял, но, по словам Симза, он изучал интеллект животных.

Тот, что пониже, чуть неуклюжий блондин по имени Расти Коул, успел подружиться с Джо, пока они добирались до острова на корабле. Оба прибыли в Альбину из Айланорте. Расти был студентом-лингвистом и изучал разные языки мира. Помимо родного языка нортов, он знал язык амаргов, коренных жителей Айланорте, а также язык амма и сарби, и планировал выучить язык хани, жителей Сереса, и айни, жителей Ямато. На вопрос, зачем он согласился сюда приехать, Расти только краснел и даже начинал заикаться, но толком ничего объяснить не мог.

Фалько же считал своё согласие на участие в эксперименте гениальной идеей. У Айриса бывали периоды, когда он буквально сыпал идеями, но потом он на какое-то время замыкался в себе и не хотел никого видеть, со временем делая исключение только для Шукрана. Фалько говорил, что в школе ему сказали, что у его поведения есть научное объяснение, но не стал вдаваться в подробности, а Вороной решил не допытываться. Захочет – сам расскажет.

– Мы идём искать шерстокрыла! – радостно объявил Фалько. – Пошли с нами!

– Они ведут преимущественно ночной образ жизни, – ответил Джо. – Днём они отдыхают, повиснув на ветвях. Маловероятно, что мы кого-то из них сможем разглядеть в густой листве.

– Вот взял и всё испортил. А вы куда собрались?

– В библиотеку. Мне нужно работать.

– Но по пути зайдём в столовую за булочками, – вставил Расти.

– Булочки звучат неплохо, да, Вороной?

– Я не буду наедаться булками перед тренировкой, – отозвался Шукран.

– Ладно, уговорил, идём тренироваться. Обещаю драться по правилам.

Внезапно раздавшийся бой барабанов вмешался в планы жителей острова.

– Это ведь общий сбор? – спросил Расти. – Что-то случилось?

– Придётся пойти и узнать, – с неохотой кивнул Джо.

– Сейчас выяснится, что к кому-то ядовитая змея заползла, – предположил Фалько. – Кто вызовется её убивать?

– Убивать не обязательно, – сказал Шукран. – Можно изловить и унести обратно в лес. Если речь, конечно, о змее.

Все собрались в столовой во второй раз после заезда на остров. В первый каждый получил карту острова и поселения, а также список своих обязанностей. Так, Шукран и ещё несколько мужчин должны были каждый вечер совершать обход поселения с целью проверки всеобщей безопасности, также за ним была закреплена любая тяжёлая физическая работа, которая только потребуется медикам, поварам или другим жителям. Фалько тоже был из тех, кто совершал обход, и как человек, не успевший получить высшего образования, он должен был помогать старейшим участникам эксперимента, время от времени навещая их и интересуясь тем, что им необходимо. Подопечных у Фалько было пятеро, и после зова барабанов он первым делом пошёл в домик, где жили девяностолетняя Сюин Нинг из Сереса и почти столетняя Куаныш из Шоносара. К удивлению Фалько, обе бабушки не выглядели дряхлыми старушками, могли самостоятельно передвигаться и вполне здраво рассуждали. Вот только госпожа Нинг не говорила на языке нортов, хотя, помимо родного, владела языком сарби, на котором и общалась со своей соседкой Куаныш. А уже та выступала в роли переводчика для Айриса. Проводив бабушек в столовую, Фалько побежал за семейной парой Мельцер из Нэжвилля. Господину Дитмару было уже за восемьдесят, а его супруга Имма была на десять лет моложе. Свою пятую подопечную Олли Дорис Фалько делил с её коллегой по кулинарному цеху Иветтой, с которой госпожа Дорис жила в одном домике.

Убедившись, что все благополучно добрались до столовой, Фалько плюхнулся на стул рядом с Шукраном.

– Что-то не то, – пробормотал Джо, который сидел справа, – что-то не то.

– Что именно? – поинтересовался Шукран.

– Нас тридцать один человек, кто-то не пришёл. Тот раз нас было тридцать два.

– Как ты умудрился так быстро всех сосчитать, когда все шевелятся, ходят и пересаживаются? Ты наверняка ошибся.

– Я не ошибаюсь.

– Вообще никогда?

– Не в таких ситуациях. Нас тридцать один человек, а было тридцать два.

В центр столовой вышел Виктор Локус, учитель истории из Аранты и, призвав всех к вниманию, объявил:

– Господа! С одной стороны, я против того, что сюда пришли дети и подростки, но с другой, я понимаю, что они в любом случае скоро всё узнают. Поэтому сообщаю всем. Произошло убийство.

Собравшиеся ахнули.

– Тело одного из нас было обнаружено в лесу на пути к озеру. Наш доктор Стерн констатировал смерть от удара колюще-режущим оружием в печень. Поскольку до того, как стать учителем, я служил в сыске на своей родине, я хочу взяться за расследование этого убийства. Связь с базой у нас лишь через неделю, до этого мы даже сообщить никому не можем о том, что произошло. Надеюсь, вы все поймёте и примете моё решение, а также будете со мной сотрудничать. Это для нашего же всеобщего блага. Есть возражения? Вижу, что возражений нет, поэтому благодарю вас за оказанное мне доверие. Но мне понадобится помощник…

– Я! – подняв руку, подскочил Фалько. Шукран прикрыл лицо ладонью.

– Вы считаете, что справитесь, юноша? – спросил Виктор.

– Я два года отучился в школе при Тайной канцелярии Нэжвилля.

– Что же произошло потом?

– Меня отчислили. Но не за профнепригодность или тупость.

– А за что же?

– За импровизацию. Я поступал не по выданной повестке и мог не подчиняться приказам, полагая, что результат важнее.

– Меня вы тоже не будете слушаться?

– Вас – буду.

– Почему же?

– Потому что если я отвечу нет, вы меня не возьмёте.

Виктор улыбнулся.

– Вы приняты, юноша.

Шукран не стал спрашивать друга, зачем тому это нужно, потому что это было бессмысленно. Во-первых, Фалько всегда стремился куда-то влезть, а во-вторых, он был мастером оправданий.

– А кого убили? – подняв руку, спросила Динара. Как и Шукран, она была амма, и по её словам, она согласилась уехать на остров, чтобы избежать замужества. Динара приехала с острова Фес, где у девушек редко спрашивали, хотят ли они стать женой или наложницей.

– Господина Зедонга Минжа. Так написано на его идентификационной карточке. Среди его обязанностей были помощь с уборкой и рыбалка. Можно предположить, что он был убит, когда отправился на озеро ловить рыбу этим утром. Господа, я бы хотел, чтобы в первую очередь в поселении не было паники. Я же сделаю всё, чтобы разобраться в случившемся. Для этого я и мой помощник должны будем поговорить с каждым жителем Альбины. Сейчас я полагаю, каждый может вернуться к своим обязанностям, мы сами вас найдём.

Шукран не стал отказываться от запланированной тренировки и договорился о спарринге с одним крепким парнем, с которым успел познакомиться во время вечернего обхода. После Вороной занимался работой, а когда сделал перерыв на обед, к нему подсела Динара. Наверное, девушка чувствовала в нём близкого человека.

– Скажи, тебя уже допрашивали? – спросила она.

– Нет.

– А меня да. Это даже весело.

– Что ж весёлого?

– Я почувствовала себя такой важной. От того, что я скажу, многое зависело. Правда, я толком ничего не знаю. Я и убитого этого не помню. Мы, конечно, все уже виделись, но нас так много. А ты его помнишь?

– Смутно. Кажется, я видел его с удочкой. И всё же я так и не понял, чему ты веселишься.

– Я думала, что на острове будет скучно. Конечно, это всё лучше, чем замуж, но я не представляла, чем тут буду заниматься целыми днями.

– А какие у тебя обязанности?

– Помогать в амбулатории, если кто-то заболеет, и ещё работа в прачечной. Это не весело. Вот допрос – это весело.

– Ты сейчас на Фалько похожа.

– Это тот, который допрашивает вместе с Виктором?

– Да.

– Твой друг?

– Мы с детства вместе, выросли в приюте.

– Значит, ты не знаешь своих родителей?

– Нет. Знаю только, что мой отец – подонок. Купил маму в Фейсалии, привёз в Нэжвилль и обращался с ней как с рабыней. Она умерла при родах, а отцу я не был нужен с таким цветом кожи, поэтому он отдал меня в приют.

– Не хотелось найти его и отомстить?

– Хотелось. Я даже искал, но пока не вышло. После эксперимента я потрачу полученные деньги на то, чтобы нанять хорошего сыщика. Мне необходимо посмотреть ему в глаза.

– А Фалько?

– У него другая история. Он из хорошей семьи, но его родители погибли. Других родственников то ли не было, то ли никто не захотел брать на себя такую обузу, поэтому его отдали в приют.

– Мой отец, думаю, бесится сейчас, – хмыкнула Динара. – Он всегда бесится по поводу меня. Ну, и пусть. Я свой путь выбрала сама.

– А ты совсем не хочешь замуж или не хочешь за нелюбимого?

– Даже не думай, – рассмеялась девушка. – У меня есть возлюбленный.

– Там, на Фесе?

– Нет, в Айланорте. Только это секрет.

После обеда Шукран вынес подготовленный мусор из столовой и вернулся в их с Фалько домик, где скоро объявился его друг.

– Я сказал Виктору, что тебя сам допрошу.

– Да я не знаю ничего, – пожал плечами Шукран.

– А никто ничего не знает. Минж рано утром встал и пошёл на рыбалку. Всё. И в это время никто в лес не ходил. Все, кто живёт вместе, обеспечивают друг другу алиби. Я вот точно также сказал Виктору, что ты спал и никуда не выходил. Я бы проснулся, я же чутко сплю.

– Так я тоже чутко сплю, значит, я твоё алиби.

– Вот и все твердят одно и то же. Да и не каждый справился бы с таким крепким мужчиной, как Минж. Вряд ли это была женщина. У нас в поселении нет ни одной спортсменки или бывшей сотрудницы органов. Почти все женщины пошли сюда ради денег, которыми они хотят в будущем помочь своим семьям. Исключение составляют только две женщины-учёные, но они именно что учёные, а не борцы.

– И что Виктор собирается делать?

– Мотив искать. Главный вопрос: кому выгодно?

– Скажи, Фалько, а что ты вообще знаешь об этом эксперименте? – вдруг спросил Шукран.

– То же, что и ты, наверное. Что было в тех бумагах, которые мы подписывали. Но думаю, что Джо тебе лучше объяснит, ведь то, чем он занимается, как раз схоже с идеей эксперимента. Что-то про коллективный разум.

– Я в этом ничегошеньки не понимаю. Для меня это звучит, как что-то на хани, которого я не знаю.

– Так давай спросим у Джо. Он окопался в библиотеке.

– А Расти?

– Уроки у него вроде бы уже закончились, так что, может быть, тоже там.

Одной из основных обязанностей Коула было учить детей языкам, которые он знал сам, а также знакомить с литературой разных стран. Друзья действительно нашли его вместе с Джо в библиотеке. Симз выглядел резко осунувшимся, а его взгляд стал словно остекленевшим.

– Что с ним? – спросил Фалько.

– Не надо говорить в третьем лице, пожалуйста, – прошептал Расти, а громче произнёс: – Джо, расскажи нам.

Какое-то время Симз молчал, и Коул знаком призвал друзей к терпению.

– Не сходится, – наконец выдал Джо.

– Что не сходится? – спросил Шукран.

– Нас здесь должно было быть тридцать один изначально, а не тридцать два.

– Почему?

– Я понял, на чём основан выбор участников эксперимента, – глаза Симза снова стали живыми. – Старейшин у нас двое. Плюс ещё трое пожилых. За ними присматривает Фалько. Если сложить два и три, получится пять. То есть мы имеем ещё пятеро более менее возрастных людей. Складываем снова. Три плюс пять это восемь. А потом ещё пять плюс восемь и это тринадцать детей и юношей. Если всех сложить, то будет тридцать один, а никак не тридцать два.

– Откуда получилась такая последовательность? – задал вопрос Фалько.

– Один учёный норт открыл её много веков назад, это так называемый «золотой ряд».

– А как это связано с коллективным разумом? – спросил Шукран.

– Я пока не до конца в этом разобрался, но мне думается, что авторы эксперимента полагают, что нужно как-то объединить поколения, чтобы добиться некоего результата. Но я настаиваю на том, что нас должно было быть тридцать один. Этого господина убили не случайно. Он лишний.

– Зачем вообще было брать на остров лишнего? – удивился Расти.

– Это я пока не понял.

– Фалько, ты говорил, что главный вопрос был «кому выгодно?», – сказал Шукран. – Тогда выходит, что авторам эксперимента. Тем, кто собрал нас здесь.

– Они любого, что ли, убрать могли? – ужаснулся Расти.

– Нет, – уверенно покачал головой Джо.

– Значит, эти учёные выбрали жертву и назначили палача. Так, что ли?

– Предлагаю никому об этом не сообщать, – сказал Фалько. – Мы же не знаем, кто этот палач.

II

Проводив бабушек Сюин и Куаныш в школу, где они должны были поведать детям об истории далёкого Сереса и рассказать о том, как хани построили длинную каменную стену, чтобы обезопасить себя от нападения кочевых сарби, Фалько сам тоже уселся за последнюю парту, решив немного послушать. Историю он знал неплохо, ему нравилось посещать уроки и в приюте, и в школе при Тайной канцелярии, но одно дело, знать что-то из учебников, и совсем другое – из уст того, кто живёт в этой далёкой стране. Рядом с Фалько сел господин Саймон Спот, директор маленькой школы острова. Саймон не был похож на строгих директоров, с которыми уже успел столкнуться Айрис. Он даже на учителя не особо походил. Скорее, он напоминал эдакого взрослого ребёнка. У него было доброе открытое лицо, он часто улыбался и шутил, причём его юмор тоже казался Фалько каким-то детским.

– Хотел бы поехать в Серес? – громким шёпотом спросил Спот.

– Да, было бы интересно, – кивнул Айрис.

– И я бы очень хотел. Взять бы всех этих ребят и отправиться с ними в путешествие! Что они в своей жизни видели? Только приютские стены.

– А здесь все дети – сироты?

– Конечно. Или ты думаешь, что какой-то родитель в здравом уме отправит своего ребёнка участвовать в подобном эксперименте? Я поражаюсь, как администрация приютов пошла на такое. Но может, ради науки…

– Или ради денег. Вот вы ради чего здесь? Тоже ведь ради денег?

– Нет. Я хотел присмотреть за детьми. Сам попросился на эту должность. Ты ведь здесь тоже не из-за денег.

– С чего вы взяли?

– По твоим глазам вижу.

– Что же вы там видите?

– Что ты пытаешься кому-то что-то доказать, – взгляд Саймона вдруг стал совершенно серьёзным, и Фалько даже смутился. Он сам привык читать других людей, угадывать их мысли и желания, а сейчас вдруг такая осечка. Спот был не так прост. Айрис понял, что с ним надо быть настороже, как и с Виктором.

– Все мы в юности пытаемся что-то кому-то доказать, – ответил он и начал слушать Куаныш, демонстративно подперев щеку кулаком.

– Бабушка, а расскажите сказку! – вдруг попросила одна девочка, сидевшая на первой парте.

– Вам какую? – с улыбкой поинтересовалась Куаныш.

– Страшную! – закричали дети.

Хитро прищурившись, Сюин начала рассказывать, а Куаныш переводить.

– В доме одного вельможи все пребывали в страхе. По ночам кто-то приходил в дом, шумел, стонал, переставлял вещи. Домочадцам мерещилась то лисица, то дикий пёс, а то и страшный лохматый человек с горящими глазами. Вельможа приглашал жрецов, но те не могли ему помочь. Он звал даже колдунов, но и те не смогли объяснить, что происходит. Однажды шёл мимо странник в лохмотьях, у которого из вещей был один лишь посох да пустая тыква-горлянка. Попросил странник воды, и супруга вельможи сжалилась над ним, угостила рисом и лепёшками. А пока гость трапезничал, поведала ему о своём несчастье. Перед уходом странник сказал: «Под вашим домом зарыта причина ваших бед». Женщина рассказала обо всём мужу, тот приказал слугам копать под домом, и те обнаружили человеческие кости. Оказалось, там было зарыто тело давно убитого мужчины, и он превратился в могуя. Могуй – это неуспокоенный дух убитого человека. Он похож на человека, но может становиться невидимым, может принимать облик зверей, может напасть на живых и утащить с собой. Когда найденные кости отвезли на кладбище, похоронили, а жрец провёл все необходимые ритуалы, несчастья покинули дом вельможи.

Позже, провожая бабушек в их домик, Фалько спросил:

– А что, наш убиенный тоже может превратиться к могуя?

– Может, – уверенно кивнула Сюин.

Вернувшись к себе, Фалько поведал Шукрану про могуя.

– Но ты, наверное, в такое не поверишь, – завершил он свой рассказ.

– Почему же не поверю? Очень даже поверю.

– Серьёзно? Ты такой большой и сильный, целый главарь банды и веришь в какого-то призрака?

– Главарём банды я стал, потому что тот, кто заправлял на нашей улице, был настоящим отморозком. И ты это знаешь. Если бы я не занял его место, неизвестно ещё, сколько народу бы пострадало просто так.

– Да разве я сказал что-то против? Я тебя всегда поддерживал. Просто образ главаря банды не вяжется с верой в привидения.

– Хочешь сказать, что ты сам не веришь?

– Я не знаю. У нас, нортов, нет богов и… Сложно это всё.

– Норты верили в магию.

– Не существует никакой магии, Вороной, и ты сам это знаешь. Нет волшебства. Его придумали, чтобы у нас было хоть что-то, во что можно было бы верить.

– А как же тот новый год в приюте?

Фалько промолчал. Он не так давно попал в приют, а новичков там не любили. Шукран сразу встал на его защиту, но он не мог всегда быть рядом. От мамы у Фалько осталась лишь самодельная ёлочная игрушка – бумажный ангел. И приютские мальчишки её порвали. Однако в тот новый год в приют пришёл сам принц Шелдон со своими друзьями, и один из них подарил Фалько бумажного ангела, который был точь-в-точь как тот, которого ему когда-то сделала мама. Айрис до сих пор хранил эту игрушку и даже привёз с собой на остров. Знал об этом только Шукран.

– Совпадение, – наконец, произнёс Фалько. – И ни в какого могуя убитый мужик не превратится.

– Вот это хорошо бы. Нам тут только злых духов не хватает.

Но уже следующим Шукран понял, что спокойной жизни на Альбине точно не бывать. Всех жителей разбудили барабаны. На этот раз общий сбор объявили, потому что на школе обнаружилась кровавая надпись, а нашла её повар Иветта, когда шла в столовую готовить завтрак. Надпись эта была на языке хани, который из всех жителей острова знали только Сюин и покойный Минж. Фалько подвёл бабушку к школе, и та перевела написанное как «месть».

Теперь все сидели и переговаривались в столовой в ожидании, что скажет Виктор.

– Очевидно, кто-то хочет посеять среди нас панику, – выйдя в центр, сказал Локус. – Уверен, что это тот же самый человек, который убил Минжа.

– Это могуй! – громко возразила Куаныш.

– Что? – Виктор явно не был знаком с древними ханийскими легендами.

– Могуй, – повторил Фалько. – Дух убитого Минжа. Мстить пришёл.

– Господин Айрис, вы же не всерьёз?

– Я, может, и нет, но бабушки в это верят. И не только они.

– Кто ещё здесь верит в духов? – обратился к собравшимся сыщик. Несколько человек подняли руки, кто робко, кто уверенно. Фалько насчитал минимум десятерых, а то и больше.

– Послушайте, нет никаких духов, – проговорил Виктор. – Среди нас есть учёные. Спросите у них. Любая наука отрицает наличие духов, привидений и прочей нечисти. Это всё мифы.

– Тогда как вы объясните, что надпись была сделана на языке хани, которого никто не знает? – задал вопрос Шукран. – Или вы думаете, что бабушка Сюин её сделала?

– Знать одно слово на хани не значит знать весь язык, юноша. Положим, я знаю, как пишется слово «кошка» на языке айни.

– Всё равно зря вы утверждаете, что нечисти не существует. Она, может, как раз и руководит тем человеком, кто убил.

– По долгу службы я ловлю людей, а не нечисть. С вашего позволения я продолжу искать именно человека. А уж кто им руководил, с этим разберёмся позднее. Я настаиваю на том, что цель преступника – посеять панику, запугать. Поэтому я призываю вас не бояться.

– Я читал одну книгу, – прошептал сидевший рядом с Шукраном Расти, – так в ней тоже произошло убийство, и один дядька взялся всё расследовать. В итоге он и оказался убийцей.

– Думаешь, это сам Локус? – тихо спросил Вороной.

– Да мы тут все под подозрением.

– И у всех алиби.

– Пока мы ещё ждём связи с базой, – продолжал Виктор, – я хочу попросить всех вас пройти тестирование у нашего психолога, госпожи Рассел. Каждый из вас вправе отказаться, но вы прекрасно понимаете, что тем самым вы лишь дадите лишний повод не доверять вам. Госпожа Рассел будет принимать в амбулатории. Там же есть копировальная машина, поэтому прошу вас сегодня зайти к ней, получить тест, в течение дня ответить на все вопросы и вечером вернуть тест госпоже Рассел. Если она захочет потом с кем-то из вас переговорить лично, прошу ей не отказывать.

– Чего он хочет этим добиться? – спросил Шукран.

– Выявить склонность к насилию и лжи, – ответил Джо. Вороной даже не знал о том, что Симз вообще слушал Виктора, ведь он выглядел так, словно полностью ушёл в себя.

– И что, эти тесты в самом деле могут о чём-то рассказать?

– Могут. Особенно если психолог грамотный.

– А обойти их можно?

– Можно, но сложно. Там есть вопросы, рассчитанные на проверку правдивости слов отвечающего.

– Я не думаю, что нам есть, чего опасаться, – сказал Расти.

– Ну, если там нет вопроса, убивали ли вы когда-нибудь, – пробормотал Шукран на языке амма.

– Я ведь знаю этот язык, – тихо произнёс Коул.

– Вечно об этом забываю, – криво улыбнулся Вороной.

– Я никому не скажу.

– Спасибо.

Да, Шукран убивал. Парня, который захватил власть в районе, где после приюта поселился Вороной, звали Лирой. Они с Шукраном были ровесниками, только Лирой был нортом и вырос в семье плотника, который с детства бил и его, и мать. Всё закончилось тем, что Лирой убил отца, а мать спилась от горя. Казалось, Лирой ненавидел всех, а удовольствие ему доставляло лишь унижать других. Шукран не хотел его убивать, но иного выхода он не нашёл. Сыск в уличные разборки не лез, им вечно было не до того. Да и им было проще договориться с теми, кто там заправлял, чем наводить порядок. В итоге порядок навёл сам Шукран, а Фалько ему в этом помог. Вороной и остался бы там, если бы не решение Айриса принять участие в эксперименте. В этой авантюре Шукран видел лишь один плюс – на полученные деньги он сможет найти отца. Правда, теперь он всё больше сомневался, что оно того стоило.

На вопросы теста Шукран отвечал, особо не раздумывая. Что уж там про него поймёт эта госпожа Рассел, он не знал. Психолог хоть и выглядела довольно молодо, но Вороной знал, что она годилась ему в матери. Наверное, она была опытным профессионалом. Сдав тест, Шукран вернулся в домик и увидел, что Фалько лежит на кровати, свернувшись калачиком.

– Только не это, – пробормотал Вороной.

– Что, сдал? – подал голос Айрис. Это был хороший знак.

– Сдал, а ты?

– И я. Дебильные вопросы, правда?

– Ага. Как думаешь, она выявит у меня эту самую склонность к насилию, про которую говорил Джо?

– Нет, конечно.

– Почему ты так уверен?

– Потому что у тебя нет склонности к насилию.

– Разве? Ты сам мне как-то говорил, что я порой решаю силой там, где можно было без этого обойтись.

– Это потому что ты выбираешь кратчайший путь решения проблемы. Если ты бьёшь, то делаешь это не ради удовольствия. Вот если бы эти тесты проходил Лирой, про него сразу бы всё поняли. Ты себя с ним не равняй.

– До такого я бы не додумался.

– Вот и славно.

– Тебе сегодня больше не надо к твоим подопечным?

– Нет.

– Может, чем-нибудь займёмся?

– Не хочу.

– Фалько, ты же привёз с собой лекарства?

– Ну, привёз.

– Ты будешь их пить?

Айрис глубоко вздохнул.

– Ты ведь понимаешь, что в таком состоянии тебе будет сложно выполнять свои обязанности? – проговорил Шукран. – А тебе ещё Виктору помогать.

– Я не идиот.

– Иногда я начинаю в этом сомневаться. Тебе подать твои таблетки?

– Нет! – Фалько вдруг подскочил. – Не смей лезть в мои вещи!

– Тогда сам достань и выпей.

– Я не очень люблю, когда мне приказывают, и ты это знаешь.

– Это я ещё даже не начинал приказывать. Это было дружеское напоминание.

– Беру свои слова назад. Ты склонен к насилию. Причём над своими друзьями.

– Ты начал шутить, это отличный признак.

– Если я перестану шутить, можешь потыкать в меня палочкой и проверить, не сдох ли я.

С этими словами Фалько полез в прикроватную тумбочку за таблетками.

Через некоторое время в дверь их домика постучали. Шукран открыл, и оказалось, что их гостями были Расти и Джо.

– Мы не помешаем? – осторожно спросил Коул.

– Заходите, – отозвался Вороной. Выпив свои таблетки, Фалько снова лёг, но, когда пришли гости, он всё-таки сел, хоть и молча.

– Мы снова были в библиотеке, – сказал Расти. – И у нас, вернее, у Джо, появились ещё кое-какие мысли.

– Джо, мы тебя слушаем, – кивнул Шукран.

– То, чем я занимаюсь, – немного помолчав, начал Симз, – связано с тем, над чем работают учёные, затеявшие этот эксперимент. Речь идёт о формировании совокупного интеллекта человечества.

– Как это?

– Это коллективный разум.

– Я всё равно не до конца понимаю.

– Этот термин появился в социологии не так давно при изучении феномена коллективного принятия решений. Учёные тогда определили коллективный интеллект как способность группы находить решения более эффективно, чем это сделает один человек сам по себе. То есть коллективный интеллект превосходит интеллект любого члена этой группы.

– А как это связано с тем, что ты сам изучаешь?

– У животных есть некий аналог коллективного разума. К таким животным относятся пчёлы, муравьи, термиты, волки и не только они. Все эти существа работают солидарно с целью удовлетворить потребности семьи. Они делятся друг с другом пищей и заботятся о потомстве. Самый яркий пример – это, конечно, пчёлы.

– То есть мы здесь как пчёлы в улье? – подал голос Фалько.

– Да, – кивнул Джо. – Именно так. Более того, я считаю, что убийство было заложено в эксперимент изначально как своеобразный стимул к началу нашей коллективной деятельности. Это катализатор, который запустил процесс.

– А кровавая надпись?

– Всё то же самое. Стимулировать надо постоянно.

– Тогда получается, что тот самый палач, о котором мы с вами говорили, как бы работает на учёных?

– Очевидно. Мне думается, у него есть постоянная связь с базой.

– И что ты предлагаешь?

– Можно попытаться установить слежку за причалом. Скорее всего, по ночам туда кто-то приезжает. Может, и не каждую ночь, но шанс есть.

– Жаль, мы не можем сказать об этом Виктору, – посетовал Расти.

– Мы не можем никому доверять, – сказал Шукран. – Палачом может оказаться любой, даже Виктор.

– Значит, давайте дежурить по очереди, – предложил Фалько.

– Лучше делать это парами, – ответил Джо.

– Без проблем, – кивнул Вороной. – Мы можем уже этой ночью, а вы следующей.

– Нет, – покачал головой Симз. – Для того, чтобы исключить сговор, надо, чтобы ты пошёл, например, с Расти, а я с Фалько.

– Какой ещё сговор?

– Шукран, ты мне полностью доверяешь? Если да, то зря.

– Тут ты прав, – вздохнул Вороной.

– Тогда давайте сегодня мы с Джо, – сказал Фалько.

Шукран хотел было возразить, но потом подумал, что раз его друг сам хочет куда-то пойти и чем-то заняться, то не надо его останавливать. Может, уже таблетки подействовали, так не надо им мешать.

– Договорились, – согласился он.

– Выходим через полчаса после отбоя, – предложил Джо.

– Вы уж там будьте осторожны, – проговорил Шукран.

– Знаете, как амарги жалеют удачи на нашей родине? – с улыбкой спросил Расти.

– Как?

– Солнца в дорогу!

– Но ночью нет солнца.

– Оно всегда есть. Правда, Джо?

– Правда.

III

Фалько сильно клонило в сон. Виной тому были таблетки, и он это знал. Они нормализовали не только его состояние и настроение, но и сон. Не спать по ночам после их приёма было практически невозможным. Айрис терпеть не мог это своё состояние, пытался смириться, но это было сложно. Гораздо лучше были те периоды, в которые он был полон энергии. Тогда даже спать не всегда было обязательно, хотя чаще всего он быстро проваливался в сон, спал недолго, но без сновидений и вставал бодрым и полным сил. Сейчас с наличием этих самых сил были проблемы. Фалько зевнул.

Они с Джо спрятались за раскидистым кустарником в зарослях аланг-аланга, густой высокой травы, которая росла по всему острову. Симз сидел, уставившись в одну точку, и Фалько не был уверен в том, что он вообще наблюдает за причалом.

– Джо, – позвал он. Симз не шелохнулся. – Джо.

– Мы должны сидеть тихо.

– Я спать хочу.

– Спи. Я один подежурю.

– Это несправедливо.

– Твои предложения?

– Я не знаю. Ну, а что надо сделать, чтобы сонливость убрать?

– Можно умыться, например.

– Нам нельзя сейчас выходить к воде. Вдруг засекут?

– Тогда просто можно прогуляться, размяться.

– Точно. Я немножко пройдусь по округе и вернусь.

Джо кивнул.

– Ничего ведь не случится, пока я погуляю, – улыбнулся Фалько.

Шукран той ночью уснул не сразу. С одной стороны, он доверял Фалько, знал о его умении постоять за себя, но с другой, никто не знал, чего им ожидать. Кто этот таинственный палач? И едва Вороной смог задремать, как раздался бой барабанов. Шукран подскочил и, как был, в одном белье, выскочил из домика. Сердце колотилось как сумасшедшее. Только оказавшись на улице, он сразу понял, в чём была причина сбора. Зарево пожара было видно по всему поселению. Полыхала пристройка к столовой, в которой хранились продукты, и огонь мог перекинуться дальше. Шукран бросился туда и увидел, как весь перепачканный в саже Фалько бежал с ведром от побережья, там же нашёлся и Джо. Вскоре все жители, включая детей и стариков, выстроились в цепочку и стали передавать друг другу вёдра. Позже, когда пожар удалось потушить, выяснилось, что Фалько успел вытащить два мешка: один с картошкой, другой с рисом, прежде чем дальнейшие попытки что-то спасти превратились в самоубийство.

Кто совершил поджог, Айрис не видел и говорил, что всем повезло, что они с Джо сидели на дежурстве, а сам Фалько пошёл погулять, чтобы не уснуть. Если бы не это, возможно, сгорела бы не только пристройка, но и сама столовая, а может, и не только она.

Виктор не стал спрашивать при всех, почему Фалько оказался первым на месте поджога, но задал этот вопрос, когда все жители поселения разбрелись по своим домам.

– Я хотел выследить преступника, – объяснил Айрис.

– Каким образом?

– Ну, он же явно действует по ночам. Вот только, к сожалению, я его упустил. Поселение у нас всё-таки не маленькое, и я не мог быть сразу в нескольких местах.

– Вот за это вас и выгнали из школы при Тайной канцелярии?

– Я хотел вам помочь.

– В следующий раз согласовывайте свои действия со мной, будьте так добры.

– Хорошо, я понял.

– Следующей ночью тоже собираетесь выслеживать преступника?

– Нет. Я следующей ночью буду спать.

– Похвально. И я бы рекомендовал вам сейчас посетить амбулаторию.

– Со мной всё в порядке.

– У вас обожжена рука и кровь на лице.

– Я тебя опять потерял! – к ним подбежал Шукран.

– Отведите вашего друга к врачу, – проговорил Виктор и зашагал в сторону своего домика.

– Не пойду я к врачу, мне просто надо помыться.

– Локус прав, Фалько. Ожог лучше обработать, потом хуже будет. А кровь… у тебя она носом пошла, что ли?

– Видимо, да. Помнишь, как тогда, в приюте? – Айрис улыбнулся.

– Тогда ничего смешного не было. Я напугался.

– А, по-моему, это забавно. Ладно, схожу я к доктору, чтобы ты не нудел.

– Я схожу с тобой, а то знаю я тебя.

– Я сказал Виктору, что сам решил выследить преступника. Про вас он не знает, так что завтра вы с Расти можете выйти на дежурство. Глядишь, вам больше повезёт, чем мне.

На следующий день Шукран и большинство мужчин поселения занимались уборкой и восстановлением подсобки. Только Расти и Саймон с утра остались присматривать за детьми и давать им уроки, а после обеда они оба присоединились к остальным. Ближе к вечеру психолог вдруг попросила Расти зайти к ней.

– Это что она там такого в его тесте нашла? – удивился Фалько. Он, конечно, догадывался, что Коул что-то скрывает, как и они все, но не думал, что из-за этой его тайны из прошлого с ним захочет поговорить госпожа Рассел. На стройку Расти уже не вернулся, а вечером в домик Шукрана и Фалько заглянул Джо. Было видно, что говорить ему трудно, но он всё-таки решился.

– Там Расти, – сказал он. – Сам не свой. Я таким его ещё не видел. Я не достаточно хорош в таких вещах. Я в теории понимаю, что ему нужна поддержка, но…

– Я всё понял, – перебил его Фалько. – Я поговорю с ним. Оставайся с Шукраном.

Джо благодарно кивнул, а Айрис поспешил в соседний домик. Расти сейчас напоминал Фалько его самого. Он лежал на кровати, свернувшись калачиком, и даже не повернул голову в его сторону.

– Ты напугал Джо, – сев рядом с ним, проговорил Айрис.

– Я не хотел, – прошептал Расти.

– Понятное дело. Знаешь, что я думаю? Что психолог и меня вызовет. Завтра, может.

– А тебя почему?

– Потому что я лгун и манипулятор.

– Что? – Расти повернулся к Фалько.

– Мне пришлось таким стать. Я же из приюта. А попал туда вовсе не младенцем. Я привык к тому, что у меня были мама и папа, которые меня любили. Я жил на всём готовом. Представь, какой я был ангелочек. У меня ещё и волосы завивались. Такой белокурый голубоглазый лапочка да ещё и в дорогой одежде. Думаешь, это там кому-то понравилось? У меня не было выбора. Ещё был вариант – драться, но этому же надо было сначала научиться, поэтому пришлось хитрить и изворачиваться. Я ябедничал, сдавал хулиганов директору, устраивал всякие мелкие пакости. Даже Шукран знает далеко не обо всём. Драться, кстати, он меня научил.

– Тебя можно понять. Тебя вынудили стать таким. В душе ты другой.

– Не уверен.

– Ты полез в огонь спасать продукты.

– Так это и ради меня самого тоже. Кушать мы все хотим.

– Я был донором, – сев, вдруг сказал Расти.

– Каким донором? Ты кровь сдавал?

– Нет. У меня был старший брат, и он был болен. Когда это выяснилось, мои родители приняли решение завести второго ребёнка, чтобы спасти первого. Так появился я. Шансы на то, что я подойду, были не так велики, но мои родители очень в это верили и у них получилось. Я подошёл. Большую часть жизни я провёл в больнице. Там я и начал учить языки. В основном сам. Мне повезло, у меня есть способности.

– Я всё равно не понял, – проговорил Фалько.

– Это трансплантация стволовых клеток. Если честно, я сам не всё понимаю, да я и не хотел в это лезть. Всегда считал, что взрослым виднее. И вообще я думал, что так и надо, что всё правильно. Брат болеет, ему нужна помощь, я должен помочь. Потом я начал что-то понимать. Я рос практически в инкубаторе. Мне нельзя было болеть. Любая болезнь могла навредить моему брату. Меня буквально изолировали от мира. У меня никогда не было друзей. Обучали меня на дому.

– И как же ты уехал?

– Брат умер, и оказалось, что я родителям больше не нужен.

– Как это?

– Очень просто. Меня же родили только чтобы спасти брата. А я не справился.

– Это ненормально.

– Госпожа Рассел тоже так сказала.

– Ты ведь с ней согласен?

– Наверное, да.

– Ты же понимаешь, что не виноват в смерти брата?

– Понимаю.

– Уже хорошо. А то, что ты оказался не нужен родителям, это они… в общем они не правы. Им бы радоваться, что у них есть живой сын. Я бы радовался, если бы мои родители были живы. Это же родные люди. Знаешь, Расти, тебе надо рассказать об этом Джо. Он беспокоится о тебе, хоть ему и трудно это показать и сказать.

– Я расскажу, – кивнул Коул. – Спасибо тебе.

– Мне-то за что?

– За то, что пришёл. И за то, что я тебе тоже не безразличен.

– Ты больше не лежи вот так, – Фалько изобразил калачик. – Это моя прерогатива.

Расти улыбнулся.

Оставив Коула одного, Айрис вернулся в их с Шукраном домик и сообщил Джо, что тот может идти к своему другу и что теперь всё должно быть хорошо.

– Тебя тоже психолог искала, – проговорил Шукран, когда Симз ушёл.

– Я так и думал, – отозвался Фалько.

– Пойдёшь?

– А куда я денусь с острова? Если только в джунгли уйти, чтобы меня там дикие звери сожрали.

– Что случилось с Расти, ты узнал?

– Узнал, но лучше бы не узнавал. Я и раньше был не очень хорошего мнения о людях, а теперь так вообще считаю, что страшнее монстра, чем человек, не существует. Никакой могуй не сравнится с живыми людьми.

И Фалько рассказал другу о том, что ему поведал Расти о своих родителях и брате. Выслушав его, Шукран выругался.

– Нельзя же так с собственным сыном, – произнёс он. – Хотя… а чем мой отец лучше? Да ничем.

– Тебе в каком-то смысле повезло, Вороной.

– Это в каком же?

– Твой отец просто сразу от тебя избавился. Он не делал вид, что ты ему нужен. А вот родители Расти воспитывали его как того, чья жизнь очень ценная, не ради него самого, конечно, но всё равно ценная. И закончилось всё тем, что его предали. Знаешь, во что это может вылиться?

– Что им легко можно воспользоваться.

– Именно. Ему повезло, что он Джо встретил на корабле, а не кого-то другого. Симз – парень со странностями, но не злой. И он не станет манипулировать привязанностью Расти. Но кто-то другой запросто мог бы задурманить Расти голову, а тот и пошёл бы за ним, как собачонка.

– Ты же не намекаешь на то, что на острове это уже произошло?

– Это ты так сказал, Вороной.

– Ты же не серьёзно?

– Надеюсь, что нет. Я пойду к психологу. Если не вернусь, ищи меня в джунглях.

Фалько зашёл в амбулаторию без стука. Госпожа Рассел сидела за столом, на котором лежали тесты всех жителей острова. Подняв глаза на Айриса, она с улыбкой предложила ему сесть на стул напротив.

– Скажите, а вы сами свой тест проходили? – спросил Фалько.

– Проходила. Но сейчас давайте поговорим о вас, а не обо мне.

– Я знал, что так и будет.

– Что вас навело на такую мысль?

– Мне уже однажды поставили диагноз.

– Кто и когда?

– Я два года учился в школе при Тайной канцелярии, там были свои специалисты. Мне и таблетки там выписали, так что я всё про себя знаю.

– Так уж и всё?

– У меня родители погибли, а меня в приют отдали. Это даже для здорового человека травма, а для такого, как я, это вообще жуть.

– Интересно, что вы с лёгкостью признаёте свою проблему и говорите о ней.

– Я молодец?

– Вы прикрываете этим совершенно другое. И вы сами это знаете.

– Что же я, по-вашему, прикрываю?

– Вы упомянули на общем сборе, что вас исключили из школы при Тайной канцелярии.

– Да, это не тайна.

– За неподчинение приказам?

– Да. Говорю же, не тайна.

– Что именно произошло, когда вы не подчинились?

– Меня исключили.

– Опишите саму ситуацию.

– Куратор взял меня с собой на следственный эксперимент. Я должен был стоять в стороне и не отсвечивать. Просто наблюдать. В случае форс-мажора у меня был приказ возвращаться в школу. Форс-мажор произошёл. Я не вернулся. Всё.

– Вы могли погибнуть?

– Мог.

– Кто-то пострадал?

– Куратор. Он потом меня защищал и голосовал за то, чтобы меня не исключали, но остался в меньшинстве.

– Вы считаете себя виновным в том, что с ним случилось тогда?

– Нет.

– Что ж, я услышала и увидела всё, что хотела. Вы можете идти, господин Айрис.

Фалько молча вышел из амбулатории и по пути к домику увидел, как директор Спот вёл за руку одного из своих учеников. Это был маленький зарёванный мальчик. Подойдя ближе, Айрис услышал, как Саймон говорил:

– Бабушке Дорис очень нужна твоя помощь.

– А я справлюсь? – неуверенно спросил мальчик.

– Конечно, справишься! Бабушка сама мне сказала, что именно ты сможешь ей помочь. У тебя будет очень важное и ответственное задание.

Фалько увидел, как загорелись глаза этого мальчишки, как он буквально расцвёл от услышанного, и вдруг почувствовал, как у самого на глазах выступили слёзы. Комок подкатил к горлу, и Айрис просто опустился в траву там, где стоял, и уронил голову на руки.

– Всё хорошо, – пробормотал он, – всё просто отлично.

Фалько вернулся в домик, когда Шукран уже собирался на ежевечерний обход с другими мужчинами поселения.

– Думал, пойду за тобой в джунгли, – проговорил он.

– Я решил, что лучше в другой раз.

– Чего хотела Рассел?

– Про болезнь мою поговорить. Как будто я сам не в курсе. И знаешь, что? Я, пожалуй, лягу сегодня спать пораньше. И удачи вам с Расти на дежурстве! Солнца в дорогу!

– А что, солнце действительно есть всегда?

– Если бы не было солнца, мы бы не видели луну.

– Хм, действительно.

Когда все уснули, они с Расти заняли своё место в тех же зарослях, где прошлой ночью прятались Джо и Фалько.

– Думаешь, в этот раз он не будет ничего поджигать или что-то в этом роде? – шёпотом спросил Коул.

– Когда-то он должен выйти на связь с базой. Почему не этой ночью?

Прошло не меньше часа, когда Шукран услышал чьи-то тихие шаги. Дотронувшись до плеча Расти, он прижал палец к губам. Кто-то действительно направлялся к причалу. Это был обладатель невысокой стройной фигуры, одетый в длинную накидку с капюшоном. Как только он появился на причале, из-за скалы в северной части острова появилась лодка. На вёслах сидел мужчина, которого хоть и было очень плохо видно, но он явно не скрывал себя. У него была крепкая фигура, и уже совсем скоро он оказался у причала. Шукран присмотрелся к нему и понял лишь, что это был не норт, а среди тех, кого он встречал во время подписания договора, были только норты. Незнакомец в плаще склонился к лодке и начал что-то торопливо шептать. Мужчина внимательно выслушал его, затем что-то кратко ответил и, развернув лодку, начал грести обратно к скале.

Незнакомец поспешил покинуть причал, и Шукран решил проследить за ним, знаком попросив Расти остаться. Они уже почти добрались до домиков, когда незнакомец вдруг обернулся и громко сказал: «Бу!» Опешив, Вороной застыл на месте, а незнакомец вдруг побежал так быстро, что Шукран, сорвавшись с места, едва не потерял его из виду. Бежал он не к домикам, а в лес. Вороной подумал, что там может и не справиться со слежкой, и, достав из-за пояса нож, метнул его в незнакомца, но с целью не ранить, а припугнуть. Человек в плаще словно предвидел это и легко уклонился от ножа, а затем в Шукрана вдруг полетел дротик. Вороной едва успел отскочить в сторону, но время было потеряно, и Шукран понял, что ещё немного и слежка станет бессмысленной. Дротик, который бросил незнакомец, упал где-то недалеко, и Вороной быстро нашёл его на земле. От него исходил какой-то очень знакомый аромат, Шукран даже уловил в этом нечто фейсальское. Забрав свой нож, Вороной махнул рукой и зашагал обратно к поселению, однако не вернулся ни к Расти, ни в свой домик, а притаился за стеной одной из хижин. То, что это решение оказалось верным, Шукран понял примерно через четверть часа, когда увидел, как из леса кто-то выходит. Вот только на этот раз человек был без плаща, и Вороной узнал его. Его удивлению не было предела. Это была Динара.

IV

Из-за выпитых таблеток Фалько крепко спал и не слышал возвращения Шукрана, однако тот сам решил разбудить друга. Айрис подскочил на кровати и мгновенно выхватил спрятанный под подушкой кинжал.

– Это всего лишь я, – сказал Вороной.

– Вы кого-то выследили?

– В том-то и дело, что да.

– Ничего себе… – Фалько убрал кинжал обратно.

– Ты что, не верил, что кто-то всё-таки придёт к причалу?

– После поджога уже начал немного сомневаться.

– Это была Динара.

– Динара? – от удивления и без того не маленькие глаза Фалько стали ещё больше.

– Я сам этого никак не ожидал. У неё ещё и дротики. Но она всё отрицает. Понимаешь, человек, который встречался с кем-то на причале, был в плаще с капюшоном, и он убежал в лес. Я его упустил и решил подождать в поселении, пока он не вернётся. А возвращалась Динара уже без плаща. И она утверждает, что я её с кем-то перепутал, что на причал она не ходила, а в лес её понесло на ночных зверей посмотреть. Но я же знаю, что она врёт. Дротик у меня её остался.

– Лаборатории для проверки отпечатков пальцев у нас тут всё равно нет.

– Дротик пахнет по-фейсальски.

– Всегда подозревал, что в тебе есть что-то звериное.

– Чего?

– Ты по запаху можешь выслеживать преступников. Как собачка-ищейка.

– Сам ты собачка. Мопс.

– Протестую, я не похож на мопса.

– Ну да, внешне ты скорее болонка.

– Тогда ты доберман.

– Может, лучше поговорим о Динаре?

– Ты веришь в то, что это она убила Минжа? Она же просто девушка.

– Просто девушка? Ты слышал о шпионской сети Алима в Фейсалии?

– Да, нам в школе при Тайной канцелярии об этом немного рассказывали. Что Алим хоть и не является амиром Фейсалии, но по сути правит этой страной. Ему уже много лет и за годы своего правления он создал уникальную шпионскую сеть, состоящую в основном из девушек. Они играют роль наложниц, но при этом могут быть самыми жестокими убийцами. Одна такая шпионка убила Газиза, который не по праву первородства занял место великого шоно Шоносара, а другая пыталась убить короля Нэжвилля Фарлея, но его спас телохранитель.

– Вот я и думаю, что Динара может оказаться не так проста. Сам посуди, плащ, дротики, встреча с кем-то на причале.

– Значит, ты всерьёз предполагаешь, что это она убила Минжа?

– Пока она стала самым главным подозреваемым, разве не так?

– Если учёные, которые проводят этот эксперимент её перекупили, то да. Или она вообще двойной агент.

– Как ты считаешь, что нам делать дальше? Стоит ли кому-то рассказать об этом?

– Например, Виктору?

– Да.

– Не думаю, что из-за того, что мы теперь подозреваем Динару, мы должны перестать подозревать его. Мне кажется, надо обсудить всё с Джо и Расти.

– Тогда давай пойдём к ним прямо сейчас, потому что кто знает, что Динара может сделать.

Фалько кивнул, и друзья направились в соседний домик, жители которого тоже не спали. Шукран успел предупредить Расти об увиденном, поэтому все четверо знали о том, кто именно приходил к причалу.

– Джо, и что ты в связи с этим всем думаешь? – спросил Вороной.

– Почему она не убила тебя? – ответил Симз вопросом на вопрос.

– Чего?

– Того, кого мы искали, мы назвали палачом. Этот человек убил Минжа, затем сделал кровавую надпись, а потом совершил поджог. Не похоже, что его заботит чужая жизнь. От пожара могли пострадать люди, ведь все спали. И вот его раскрыли. Что он должен сделать? Убить того, кто это сделал.

– Но как же то, что нас должно быть ровно тридцать один человек? – вмешался Фалько.

– Справедливое замечание. Но что для палача важнее: сохранить инкогнито и не потерять связь с базой или оставить на острове тридцать одного человека? На мой взгляд, учёным ничего не стоит прислать сюда ещё одного взамен убитого. Так что мой вопрос остаётся в силе. Почему она не убила тебя, Шукран?

– Потому что не смогла?

– Минжа смогла, а тебя нет? Насколько мне помнится, Минж был крепким мужчиной. То есть получается, что она по какой-то причине решила сохранить тебе жизнь.

– Или это была не она, – предположил Расти.

– Как не она? – воскликнул Шукран.

– Я, как и ты, видел кого-то в плаще. А потом ты сам сказал, что Динара была без него.

– То есть ты веришь в это безумное совпадение?

– Но совпало же прошлой ночью.

– Что совпало?

– Фалько смог спасти и часть еды, и потом вообще всех вместе с Джо, потому что они оказались в нужном месте в нужное время.

– И что ты предлагаешь?

– Не знаю, – пожал плечами Расти.

– А я думаю, что человеком в плаще всё-таки была Динара, – сказал Фалько. – Но у меня тоже есть сомнения по поводу того, что именно она убила Минжа.

– Так она, по-твоему, не с базой связывалась? – спросил Шукран.

– Сложно сказать. Если она шпионка, то она может работать на кого-то другого.

– Вот тут я с тобой соглашусь, – кивнул Джо. – Её могли направить сюда те люди, кого обеспокоил эксперимент.

– Мы же не можем просто так сидеть и ничего не делать, – проговорил Шукран.

– К тому же, скоро связь с базой, – добавил Расти. – Виктор доложит им об убийстве. Станут ли они что-то предпринимать?

– Не станут, – уверенно ответил Фалько. – Тело заберут и всё.

– Ты так уверен?

– Этот вывод напрашивается сам собой.

– А если попытаться выяснить у них правду? – спросил Шукран.

– Не боишься стать следующим после Минжа?

– Нет. Наоборот. Тогда мы узнаем, кто палач.

– Это попахивает самоубийством. Не похоже на тебя, Вороной.

– Я не собираюсь умирать. Я буду готов к нападению.

– Хорошо, – кивнул Фалько. – Я с тобой.

– Рискованно, – произнес Джо. – Но с другой стороны, все мы тут… – он замолчал.

– Когда пчёлка кусает, она погибает, – вдруг сказал Расти.

– Хочешь сказать, что палач уже обречён? – спросил Айрис.

– Убийца всегда обречён.

– На что? На смерть?

– Нет. На смерть обречены мы все, ведь мы всё равно умрём. Но убийца обречён страдать.

– Даже если он безжалостен? Даже если…

– Иногда человек сам не знает, насколько сильно он несчастен, – не дал договорить ему Расти. – Возможно, это самое страшное.

– Вот что, – Шукран решил вернуть разговор в прежнее русло, – нам нужно определиться с тем, кто и что будет говорить тому, кто приедет на остров. Я бы сам хотел, но, может быть, я что-то не так сформулирую.

– Я помогу, – ответил Фалько. – Джо, ты тогда ещё раз расскажи нам обо всём, что ты понял по поводу эксперимента.

– Хорошо, – кивнул тот.

– Остался ещё один вопрос, – проговорил Шукран. – Что мы будем делать с Динарой?

– Я бы предложил поделиться с ней информацией, – ответил Джо. – Даже если мы ошибаемся и она связана с авторами эксперимента, в данной ситуации это может оказаться даже нам на руку. А если мы не ошиблись, возможно, мы приобретём союзника.

– Тогда я ещё раз с ней поговорю, – предложил Вороной. – Тебе спасибо за поддержку, – и он похлопал Симза по плечу. Джо вздрогнул и как-то неуклюже обхватил себя руками, словно замёрз.

– Ещё есть время поспать, – сказал Фалько. – Пойдём.

– Я что-то не то сказал? – уже на улице спросил Шукран.

– Скорее, сделал.

– Я не понимаю.

– Не надо лишний раз трогать Джо.

– Почему?

– Не знаю. Но мне кажется, ему это не нравится.

– Это как-то странно, но это не моё дело. Буду стараться себя контролировать.

– Ты иди, ложись, а я скоро приду.

– Куда это ты собрался?

– Хочу кое-что проверить.

– Мне сказать не хочешь?

– Хочу почитать записи психолога о Джо.

– Она разве его тоже вызывала?

– Вызывала.

– Но парни нам ничего не сказали.

– Когда я был у Рассел в амбулатории, я видел её блокнот. Там было кое-что написано. Хочу полностью прочитать.

– А ты не думаешь, что это… как там… врачебная тайна?

– Я уверен, что это врачебная тайна. Но ещё я уверен в том, что нам надо это знать, потому что сам Джо нам об этом вряд ли расскажет в ближайшее время.

– Так он и психологу вряд ли рассказал. Он же в ракушке.

– Она немножко его оттуда вытащила. Она профессионал, да и он уже успел адаптироваться к общению с людьми. Я хочу знать правду, чтобы не навредить Джо, понимаешь?

– Тогда я постою на шухере.

– Вот за это я тебя люблю, Вороной. Идём.

– А чего она меня не вызывала? – вдруг спросил Шукран.

– Тоже диагноз хочешь? Поживёшь со мной в одном домике ещё какое-то время, заработаешь, обещаю.

– Да с тобой у меня уже давно глаз начал дёргаться.

– Это поворотник.

– Чего?

– Ну, автомобиль знаешь?

– Конечно, знаю.

– У него фара мигает, когда поворачивать надо. Вот твоя поехавшая нервная система и включила поворотник.

– Дать бы тебе сейчас по физиономии, тоже будешь с яркой фарой ходить.

– Это ты всегда успеешь, а пока у нас есть дела поважнее.

Пробравшись в амбулаторию, Фалько не без труда нашёл блокнот госпожи Рассел и принялся листать страницы в поисках нужных записей. «Айрис – чувство вины», – бросилось ему в глаза. Рядом стояло три восклицательных знака.

– Я же сказал, что нет, – тихо произнёс он. – Бесит.

Записи о Джо были на предыдущей странице. Пробежав их глазами, Фалько покачал головой, захлопнул блокнот, вернул его на место и вышел из амбулатории.

– Нашёл? – поинтересовался Шукран.

– Нет.

– То есть как нет?

– Я ошибся. Там только комментарий по его тесту был, ну там ничего нового. Наверное, Джо всё-таки перед ней не раскрылся. Ты был прав.

На следующий день сразу после завтрака Фалько проводил своих подопечных и отправился в библиотеку, где нашёл Симза за работой. Взяв книгу, рассказывающую об Аранте, Айрис сел рядом и принялся читать.

– Ты хочешь о чём-то поговорить? – примерно через четверть часа спросил Джо, не отвлекаясь от своих бумаг.

– Только если ты не будешь против.

– Слушаю тебя.

– Я сделал кое-что нехорошее.

– Что? – Джо принялся вертеть в руке маркер, которым он выделял что-то в собственной работе.

– Прочитал записи Рассел о тебе.

– Зачем?

– Подумал, что мне надо знать о тебе больше, чтобы лучше понимать.

– И как? Понял?

– Да.

– Хочешь меня пожалеть?

– Ни в коем случае.

– А что тогда?

– Меня тоже считали странным. Меня в приюте не любили. Только Шукран.

– Из меня пытались сделать нормального, – тихо сказал Джо.

– Родители?

– Все. Родители, учителя, одноклассники. Они хотели, чтобы я сидел, как все, ходил, как все, писал, как все… Меня даже дружить заставляли. Даже обниматься. Когда в школе я делал не то, что от меня требовалось, учительница оставляла меня после уроков и заставляла смотреть ей в глаза и обещать, что я так больше не буду. А дома отец запирал меня в моей комнате. Не то чтобы мне там не нравилось, но туалет у нас был общий. А однажды они ушли на работу и забыли меня выпустить. В тот день была итоговая контрольная, которую нельзя было пропускать. Моя комната была на втором этаже, я попробовал выбраться через окно, но сломал ногу. Отец тогда сказал, что я очень его подвёл.

– Знаешь, понятие нормы сильно преувеличено. Это ещё неизвестно, кто более нормальный: ты или твои родители. Я склоняюсь к первому.

– Теперь я тоже. Сейчас я это знаю. Скажи, что ты ещё прочитал в записях госпожи Рассел?

– Всё.

– Там было про дедушку?

– Да.

– Я сам удивляюсь, почему рассказал ей.

– Никому не рассказывал?

– Нет.

– Может, пришло время?

– Может.

Джо по-прежнему смотрел в свои бумаги и продолжал вертеть в руке маркер.

– Сколько тебе тогда было? – спросил Фалько

– Три года. Родители уехали в отпуск и оставили меня с ним. Когда они вернулись, он был мёртв уже двое суток. Я просто сидел в углу и стоил пирамидку. Меня хотели увести из комнаты, но я устроил истерику. Потом я строил эту пирамидку каждый день. Часами.

– А от чего он умер?

– Инфаркт, и ничьей вины в этом не было. Просто стечение обстоятельств.

– Ты не злишься на меня, что я узнал об этом?

– Нет.

– Я никому не сказал. Даже Шукрану.

– Спасибо. Но если ты ему скажешь, хуже не будет.

– Когда ты решил, что станешь учёным?

– Когда пирамидку собирал, – ответил Джо, и Фалько показалось, что на его губах промелькнула еле заметная тень улыбки.

V

Господин Клод Хорнет был высоким статным мужчиной за сорок. У него было лицо властного и уверенного в себе человека, а русые ухоженные волосы были зачёсаны назад. Когда Шукран впервые увидел его во время подписания документов, то подумал, что никогда не представлял учёных такими. Этот скорее напоминал какого-то министра или владельца завода. Сейчас Хорнет прибыл на остров сам в сопровождении двух своих помощников, которые привезли провизию и медикаменты.

После разговора с Виктором, Хорнет приказал своим людям забрать тело и уже собрался покинуть остров, когда к нему подошли Шукран и Фалько.

– Вы собираетесь это так и оставить? – заговорил Вороной.

– Что именно, юноша?

– Произошло убийство, затем кто-то поджёг склад, а вам плевать?

– С чего вы взяли, что мне плевать?

– Значит, вы собираетесь что-то предпринять?

– Да, я собираюсь отправить тело господина Минжа на его родину, чтобы похоронить по местным обычаям. Деньги за участие в эксперименте будут переданы его родным. А пожар, вероятнее всего, был несчастным случаем.

– А кровавая надпись?

– Детские шалости.

– Нас ведь изначально должно было быть тридцать один человек, а не тридцать два, не так ли?

– Откуда вы взяли эти числа?

– Эта последовательность называется «золотой ряд». Нас тут пять поколений. Вы же изучаете коллективный разум, так?

– Так.

– И получается, что вы просто хотели спровоцировать нас на активные действия.

– Не вижу в ваших словах логики.

– Зато я её вижу.

– А вы, господин Айрис, согласны с вашим другом? – спросил Хорнет.

– Да, абсолютно. Выходит, что вы наняли кого-то здесь, чтобы он убил одного из нас.

– Богатая у вас фантазия, – усмехнулся Клод. – Не забывайте, что вы подписали бумаги. Если вы всё ещё хотите получить ваши деньги, то должны оставаться на Альбине и подчиняться всем правилам. Если не согласны, то забудьте о вознаграждении. И ещё вам придётся выплатить неустойку. В документах всё было чётко прописано.

– Я не собираюсь покидать остров, – ответил Шукран.

– Вот и отлично. А вы, господин Айрис?

– Я тоже не собираюсь.

– Замечательно. Господин Айрис, проводите меня до лодки. Мне нужно вам кое-что сообщить.

Шукран бросил непонимающий взгляд на Хорнета и Фалько, но друг махнул рукой, показывая, что всё в порядке.

– Чего он хотел? – спросил Вороной, когда Айрис вернулся.

– Сказал, что считает меня более благоразумным, чем ты, и попросил убедить тебя не совать нос не в свои дела и никому на острове не рассказывать о наших идеях. Если это повторится, последствия могут нам не понравиться.

– Мы всё-таки правы.

– Да. И ты почти нарвался.

– Почти? Думаешь, меня никто не придёт убивать?

– Пасечник же уехал, – Фалько обернулся на удаляющуюся лодку.

– Пасечник?

– Ну, если наш остров – это улей, то он пасечник.

– Допустим, сейчас он не успел приказать меня убить, но что ему помешает сделать это позже?

– Ничего не помешает, тут ты прав.

Шукран и Фалько не виделись весь следующий день, а поздно вечером после обхода, когда все уже собирались ложиться спать, Айрис вдруг проговорил:

– Идём со мной, я должен тебе кое-что показать.

– Что показать? – не понял Вороной.

– Там увидишь.

– Где там?

– Ты мне веришь?

– Верю.

– Тогда идём.

Окончательно что-то понимать Шукран перестал, когда оказалось, что Фалько ведёт его к скалам. Там Айрис включил фонарь, который взял с собой.

– Почему мы идём именно сюда? – не выдержал Вороной.

– Так надо, – коротко ответил Айрис.

– Кому надо?

– Ты же сказал, что ты мне веришь.

– Мы через столько прошли вместе, конечно верю.

Фалько начал подниматься наверх по каменному склону, Шукран следовал за ним. С моря дул довольно сильный ветер, Айрис всё время поправлял волосы, которые то и дело норовили упасть на глаза. Наконец, он остановился на небольшой каменной площадке и посмотрел вниз.

– Зачем мы пришли сюда? – спросил Шукран.

– Чтобы ты меня выслушал.

– А другого места не нашлось?

– Нет.

– Хорошо, я тебя слушаю.

– Палачом был я.

– Что? – Шукрану показалось, что это сказал не Фалько. Ему просто послышалось. Наверняка, это был шум ветра.

– Это я палач, – Айрис говорил это так просто, словно сообщал о том, что утром купил свежий хлеб у пекаря.

– Я не понимаю.

– Другого языка я не знаю, Вороной, – Фалько улыбнулся.

– Ты хочешь сказать, что Минжа убил ты?

– Я.

– Но почему?

– Это был приказ.

– Чей приказ?

– Пасечника. Джо всё правильно понял. Нас должно быть ровно тридцать один. Кто-то был лишний.

– Почему именно Минж?

– Потому что ему тоже был отдан приказ убить меня. Кто-то из нас двоих должен был стать палачом. Я должен был либо умереть, либо убить.

– И это всё лишь для того, чтобы запустить работу коллективного разума?

– Да.

– И кровавая надпись – это тоже ты?

– Тоже я.

– Но откуда ты знаешь хани?

– Я и не знаю. Но я же помогаю бабушке Сюин, у неё есть пара книг с её родины. Я спрашивал, как они называются. И вот одна как раз про месть.

– А кровь?

– Повезло. Я сильно волновался, и у меня кровь носом пошла. Ты сам знаешь, что у меня такое иногда случается.

– И пожар?

– Это был сигнал для пасечника, чтобы он не приезжал.

– Сигнал?

– Да. Мы же там дежурили с Джо, а у нас как раз была назначена встреча с Клодом.

– Но могли пострадать люди!

– Во-первых, я выбрал нежилую постройку, во-вторых, я вытащил еду, а в-третьих… – Фалько махнул рукой, не договорив.

– Подожди… Но у тебя же алиби! Я чутко сплю.

– Не со снотворным, Вороной.

– Ты подсыпал мне снотворное?

– Да.

– Почему ты не сказал мне правду?

– Потому я не хотел никого в это вмешивать. Особенно тебя.

– Тогда почему сейчас признаёшься?

– Потому что Джо слишком умный, а ты слишком прыткий.

– И?

– Пасечник приказал мне убить тебя.

– Так мы за этим сюда пришли? Ты хочешь меня убить?

– Это уже ничего не решит, Вороной, – Фалько снова улыбнулся.

– Ты…

– Давай драться.

– Что?

– Давай драться. Без оружия, – и Айрис положил фонарь на землю.

– Я же профессионал.

– А я твой ученик.

– Ты хочешь драться здесь?

– Именно здесь.

– А если я не захочу?

– Я тебя заставлю, – и Фалько напал первым.

Шукран не хотел драться с другом по-настоящему, и ему требовалось время, чтобы осознать, что он только что услышал, но Айрис словно куда-то спешил. И тут Вороной вдруг понял – Фалько спешил умереть. Шукран изо всех сил пытался увести друга от края скалы, но тот словно нарочно приближался к нему.

– Эй, парни! – раздался снизу знакомый голос, и Вороной обернулся. Более дурацкой ошибки он совершить не мог. Пропустив удар, он замешкался, а следующим, что он увидел, был Фалько, сорвавшийся вниз. Шукран едва не бросился за ним, но остановился на самом краю, пытаясь разглядеть хоть что-то в мрачных волнах, бьющихся о скалу.

Вороной просто стоял и смотрел, пытаясь понять, что сейчас произошло, и не понимал. Этого просто не могло происходить.

– Фалько… – выдохнул он.

– Я всё видела, – услышал Шукран рядом голос Динары. Так это она его отвлекла!

– Зачем ты… – Вороной сделал шаг назад, с трудом сдерживая себя, чтобы не ударить эту девчонку.

– Он попросил.

– Кто попросил?

– Фалько. Он попросил тебя отвлечь.

– Зачем?

– Чтобы он мог спрыгнуть.

– Ты помогла ему покончить с собой?

– Вообще всё задумывалось не как самоубийство. Там была лодка. Если у Фалько получилось спрыгнуть и не разбиться, то он сядет в лодку.

– Чтобы поплыть в ней куда?

– На остров Чамор.

– Это же пиратский остров.

– Верно. И он тут поблизости. Там временная база службы безопасности Айланорте, на которую я работаю.

– Айланорте? Не Фейсалии?

– Вы сделали правильный вывод о том, что я была шпионкой Алима. Но я уже давно живу в Айланорте и была перевербована их службой безопасности. Фалько хочет найти моих коллег и сдаться. И опять же только он знает всю правду. А служба безопасности Айланорте работает в тесном контакте с Тайной канцелярией Нэжвилля. Для всех жителей острова Фалько должен умереть. Ты расскажешь о том, что он оказался убийцей Минжа, что хотел и тебя убить, вы дрались, и ты победил.

– Я не стану этого рассказывать.

– Это для всеобщего блага, Шукран.

– Нет. Для всеобщего блага я расскажу всю правду. Они хотели коллективный разум? Они его получат.

– Подожди, – Динара схватила его за руку. – Не горячись. Давай сделаем по-другому. Ты расскажешь всю правду только своим друзьям Джо и Расти. И я думаю, можно ещё директору Споту. И вместе вы решите, как поступить дальше и что стоит рассказать жителям поселения.

– Почему твоя хвалёная служба безопасности просто не может прикрыть этот эксперимент?

– Потому что пока мы не знаем, где располагается их база и сколько там людей. И вообще когда эксперимент только начинался, мы не знали, что здесь произойдёт убийство.

– Тебя хоть на самом деле Динарой зовут?

– Нет. Но я не скажу тебе моё настоящее имя. Рановато пока.

Шукран снова подошёл к самому краю, пытаясь высмотреть что-то похожее на лодку, но не преуспел.

– Я хочу отправиться за ним, – вдруг сказал он.

– На чём? На крыльях ветра? Это была моя лодка. На всякий случай. Она здесь единственная.

– Когда у тебя следующая встреча с коллегами? Или, может, Пасечник прибудет на встречу с Фалько, чтобы проверить, как он справился с заданием убить меня. Вот и лодка.

– Опять ты горячишься. Ступай к своим друзьям и расскажи обо всём. Джо у вас явно самый умный, так что послушай, что он скажет.

Шукран молча спустился со скалы и направился к домику Джо и Расти. Конечно, его друзья уже спали, но он всё-таки их разбудил.

– Ты меня не сильно удивил, – выслушав сбивчивый рассказ Вороного, произнёс Джо.

– То есть как?

– У меня возникли некоторые подозрения после пожара.

– И ты молчал?

– Я не склонен бездоказательно обвинять людей.

– А ты что скажешь, Расти?

– Я буду верить в то, что Фалько выжил. Он доберётся до Чамора и найдёт там агентов службы безопасности. Она в Айланорте очень хорошая, я читал. Думаю, нам нужно ему довериться.

– Я согласен, – кивнул Джо.

– А я нет!

– И что же ты хочешь сделать?

– Отправиться за ним!

– Считаешь, он один не справится? Пока он отлично справлялся, не находишь?

– Но и бездействовать я не могу. Я не привык. Да и людям надо что-то сказать.

– Тут ты прав. Бездействовать мы не станем. Нам нужно помочь узнать, где находится база.

– Как?

– Дождёмся следующего приезда Пасечника и спросим.

– Спросим?

– Нас тридцать, а он приезжает всего с двумя помощниками.

– У них пистолеты, я сам видел.

– Я тоже видел. Поэтому нам нужно будет подготовиться. У нас есть неделя на это. Думаю, времени хватит.

– Джо, а ты точно учёный?

– Точно, а почему ты спрашиваешь?

– Может, ты тоже на самом деле работаешь на службу безопасности?

– Пока нет.

– Но ты так рассуждаешь…

– Во-первых, я изучаю интеллект. Во-вторых, я неплохо играю в шахматы. И, в-третьих, я читаю не только научную литературу, но и шпионские романы. Кстати, знаешь, как пчёла-разведчица сообщает о том, где находятся цветочные поля?

– Как?

– Она танцует. Учёные назвали этот танец вербовочным. Ты готов стать пчелой-разведчицей?

– Готов.

– Тогда не будем терять времени. Бей в барабаны.

Часть вторая. Пасечник.

VI

Фалько очнулся уже в лодке. Он не помнил, как смог выбраться из воды и забраться в неё. Айрис никогда не отличался хорошим умением плавать, хотя в школе при Тайной канцелярии это был один из обязательных навыков. Однажды летом его класс вывезли на реку на юге и заставили её переплывать. Фалько справился с заданием лишь из упрямства, а, выбравшись на берег, отключился на несколько минут. И, конечно, он ни разу в жизни не прыгал ночью со скалы в бурлящие воды океана. Айрис не был уверен в том, что не утонет или не разобьётся о скалу. Когда он уже дрался с Шукраном, он вдруг чётко понял, что готов принять смерть, если так будет нужно небесам. Если это его наказание за то, что он совершил. Если он сделал всё не так и больше не нужен здесь.

Теперь Фалько лежал на дне лодки и улыбался. Он выжил. Он ещё нужен. Он сможет всё исправить. Собравшись с силами, Айрис опустил вёсла на воду. Лодка была оснащена мотором, но Фалько не хотел шуметь и планировал сначала отойти от скал на безопасное расстояние. Собственно, по словам Шукрана и Динары, именно так к острову причаливал её коллега. Всегда на вёслах.

Управлять лодкой оказалось не так просто, Айрис не сразу понял, куда вообще надо двигаться, хотя и получил чёткие указания от Динары. Компас в лодке должен был ему в этом помочь, и Фалько изо всех сил пытался ничего не напутать. От усердной работы вёслами Айрису стало жарко. «Может быть, так хоть не простужусь», – подумал он. Альбина, конечно, была тропическим островом, но ночью, да ещё и в океане было прохладно, особенно если ты весь мокрый.

Убедившись, что остров остался далеко позади, Фалько убрал вёсла, завёл мотор, взялся левой рукой за штурвал, а правой повернул рычаг вперёд. Лодка рванула с места, и Айрис, поняв, что газанул слишком сильно и резко, сдвинул рычаг чуть назад. Теперь лодка двигалась с той скоростью, с которой Фалько мог ей управлять, осознавая, в каком именно направлении он двигается.

Динара убеждала его, что при хорошем стечении обстоятельств, Айрис должен будет добраться до Чамора уже утром и что топливо рассчитано как раз на этот путь. Другое дело, что направлялся он не куда-нибудь, а на пиратский остров, и от одной этой мысли адреналин в крови буквально закипал. Фалько вдруг почувствовал невероятный подъём сил и энергии и широко улыбнулся. Его психическая особенность сейчас сработала ему на руку, и он был готов буквально горы свернуть.

Только когда над океаном забрезжил рассвет, а впереди показались очертания острова, Айрис почувствовал, как сильно он устал. Причалить оказалось намного сложнее, чем просто управлять лодкой, и Фалько едва не влетел прямо на берег. Наконец, справившись с лодкой, Айрис кое-как пришвартовался и выбрался на сушу. Его качало. Сделав пару шагов, он просто сел там, где стоял. Несмотря на то, что было ранее утро, порт уже шумел. К Фалько вразвалочку подошёл какой-то мужчина и, зажав сигарету между зубов, спросил:

– Откуда ты такой мелкий взялся, юнга?

– Мне надо в «Салун», – ответил Айрис.

– Уважаю, – хохотнул пират. – Звать-то тебя как?

– Пустельга.

Фалько назвался кодовым именем, которое он так и не получил, когда был исключён из школы.

– «Салун» ты найдёшь без труда, птенчик. Это самое красивое здание на всём Чаморе. А ещё на нём вывеска светится.

– Я не птенчик, – встав, отозвался Айрис.

– Поговори мне ещё тут.

– Тебя-то самого как звать, дядя?

– Мангуст. Я с «Барракуды».

– А я с Альбины.

– Не слышал о таком корабле. Кто у вас капитан?

– Шукран. Ещё услышишь. Ну, бывай, сурикат.

– Я Мангуст!

– А какая разница?

– Ты сейчас нарвёшься, птенчик.

– Давай я нарвусь, но попозже. Сейчас мне очень надо в «Салун».

– Я тебя найду, – уверенно кивнул пират.

Фалько зашагал через порт, не обращая внимания на свист и разного рода оклики. Он понимал, что был чересчур смазливым для пиратского острова, но всё же надеялся добраться до «Салуна» без особых приключений. К счастью, никто из местных не видел в белобрысом парнишке опасность. Драться Фалько сейчас совсем не хотелось. Для начала надо было хотя бы позавтракать. Айрис не был уверен в том, что в «Салуне» ему предложат что-то кроме выпивки, но всё-таки надеялся хотя бы на минимальные закуски. В Нэжвилле Фалько однажды бывал в подобном заведении, но там всё сильно отличалось от Чамора, и публика была иной.

Мангуст не соврал, и найти «Салун» оказалось действительно очень легко. Открыв дверь под вывеской, Айрис почувствовал убойную смесь ароматов, которая была похлеще, чем в порту или на улицах. Казалось, здесь можно было запьянеть, даже не прикоснувшись к выпивке, и получить изрядную порцию дурмана, даже не закурив. Фалько подошёл к барной стойке, за которой стоял крепкий мужчина, по виду похожий на хани.

– У тебя есть что пожрать? – спросил Айрис.

– Молока не держим, – отозвался мужчина.

– Я пожрать спросил, а не младенца напоить.

– Жареные куриные крылышки подойдут?

– Самое то.

– Пить что будешь?

– Эль есть?

– У нас всё есть, – почему-то заржал бармен.

– Тогда стакан эля и крылышки.

Вот только денег у Фалько не было, и он очень рассчитывал на то, что сможет как-то обойтись. Крылышки были холодными и отвратительными, но Айрис так проголодался, что, казалось, мог бы съесть даже дохлую курицу. Эль был неплохим, и Фалько почувствовал, как по его телу начало разливаться приятное тепло.

Бармен потребовал оплату, и Айрис широко улыбнулся.

– Запиши на мой счёт.

– Чего?

– Меня зовут Пустельга. Я позже заплачу.

– Ты хоть понимаешь, где ты находишься, птенчик?

– Сговорились вы, что ли, – пробормотал Фалько.

– Да ты сейчас натурой деньги отдавать будешь!

– Чего ты раскудахтался? – отозвался Айрис. У бармена от такой наглости глаза стали размером с плошки, а рот открывался и закрывался, словно у выброшенной на берег рыбы. – Я пошёл к мадам Урсуле. О деньгах позже поговорим.

Фалько уверенной походкой поднялся на второй этаж и нашёл там красную дверь. Всё, как описывала Динара. Айрис постучал.

– Чего надо? – послышался женский голос.

– Я от Динары.

Дверь открыла женщина лет сорока пяти, одетая в красный пеньюар, отороченный чёрными кружевами. Её светлые волосы были убраны в пучок.

– Почему Динара прислала вместо себя такого, – Урсула запнулась, – милого красавчика? Что-то случилось?

– Случилось. Мне нужны агенты Вереск и Ладья.

– Ты слишком много знаешь. Однако Динара почему-то отправила тебя ко мне, а не… Знаешь, она ведь не до конца тебе доверяет.

– Я и не ожидал от неё полного доверия. Так вы поможете мне их найти?

– Сначала ты поможешь мне.

– Это чем же?

– Как тебя зовут?

– Пустельга.

– Раз ты смог сюда добраться, птенчик, – Фалько вздохнул, в очередной раз услышав это прозвище, – и раз Динара выбрала именно тебя, ты кое-что да умеешь. Мне нужно забрать у одного здоровяка вещь, которая ему не принадлежит. Справишься?

– А у меня есть выбор?

– Нет.

– Значит, справлюсь.

– Его зовут Мангуст и он…

– Я знаю, как он выглядит, видел его в порту.

– Тогда это судьба. Сейчас он, возможно, направился в портовый трактир. Разыщешь его и заберёшь мои золотые часы на цепочке. На их крышке выгравирован медведь. Ты всё понял?

– Понял. Есть один нюанс.

– Что за нюанс?

– Я тут у вас поел немножко. Расплатиться надо.

– Какой наглый птенчик.

– Пустельга.

– Принесёшь часы, станешь Пустельгой. За бар не волнуйся. Ступай.

Когда Фалько демонстративно прошёл мимо бармена, тот не выдержал и окликнул его.

– А деньги?

– Мадам Урсула сказала, что это был мне подарок.

– А не оборзел ли ты так нагло врать? Эй, подержите-ка его! – крикнул бармен парням у выхода.

– Стоять! – один из них схватил Фалько за плечо. Айрис прекрасно понимал, что один против троих он не выстоит, особенно если они нападут одновременно, а парни явно так и планировали. Глубоко вздохнув, он резко и сильно ущипнул державшего его парня где-то в районе подмышки, и, когда тот ослабил хватку, вырвался. Но вместо того, чтобы бежать, Фалько запрыгнул на лавку, с неё на стол, а затем, к огромной неожиданности одного из парней, – прямо ему на шею и, свесив ноги, сдавил её коленями, а руками ударил по ушам. Второй замахнулся и хотел ударить, но Айрис увернулся, и удар пришёлся всё по тому же несчастному. Когда третий схватил лавку и поднял её, на лестнице появилась Урсула.

– Прекратите! – громко проговорила она. – Пусть он уйдёт.

– Благодарю! – Фалько с улыбкой отсалютовал мадам и спрыгнул на пол.

Покинув «Салун», Айрис отправился в сторону порта. Заглянув в трактир, он увидел Мангуста за одним из столов. Перед ним на тарелке лежали довольно аппетитные на вид рёбрышки, и Фалько понял, что совсем не наелся теми тощими крылышками в баре. Усевшись напротив Мангуста, Айрис молча оторвал одно из рёбрышек и принялся довольно жевать.

– Э, птенчик! Тебе морская болезнь совсем мозги высосала? Мелкий ты пожиратель рыбьих потрохов!

– Ты что-то сказал, сурикат? – прожевав, спросил Фалько.

– Я Мангуст!

– Точно. Помнил, что какая-то куница.

– Ну, всё! – пират поднялся.

– Подожди, – Айрис вытянул вперёд руку. – Я по делу.

– Какому ещё делу?

– Меня Урсула прислала.

– На кой?

– Вообще-то забрать часы. Но, наверное, ты их не захочешь ей отдавать.

– Это мои часы.

– Ясно. Вопросов больше не имею. А чего она вдруг захотела их себе заполучить?

– Потому что баба.

– Мне очень нравится твоя логика. Уважаю. Может, выпьем?

– Ну, давай.

Мангуст позвал подавальщика, и вскоре на столе уже красовались две кружки рома.

– Не люблю баб, – поднял свою Мангуст.

– Аналогично, – присоединился к тосту Фалько.

– Ты же понимаешь, она ж мне подарила эти часы в знак любви и верности. А потом… а сама… – и пират осушил кружку до дна.

– Я бы не смог потом с этими часами ходить, – вздохнул Айрис, подперев кулаком щёку. – Напоминали бы мне о её предательстве.

– Вот ты меня понимаешь! Понимаешь, как мне больно!

– А то! Давай ещё выпьем!

Увлёкшись ромом и печальными воспоминаниями, Мангуст не обращал никакого внимания на то, что пьёт только он один, а у Фалько была всё ещё первая кружка рома. Наконец, пират вспомнил о том, что ему нужно было возвращаться на корабль, поднялся и, покачнувшись, упёрся обеими руками в стол.

– На «Барракуду»? – уточнил Айрис. Мангуст был способен только кивнуть. – Ну, пойдём.

Фалько довёл пирата до самого корабля, где передал его в руки заботливым товарищам, которые громко заржали, увидев Мангуста, обнимающегося с Айрисом. Фалько помахал пиратам рукой и пошёл по направлению к «Салуну». Часы лежали у него в кармане.

Когда Айрис снова появился в борделе, бармен был на месте, а вот его приятели уже разошлись.

– Не волнуйся, я к мадам, – проговорил Фалько.

– Надеюсь, твой корабль отходит уже сегодня, – процедил сквозь зубы бармен.

– А это как капитан решит, – и Айрис начал подниматься по лестнице.

– Твоему капитану надо бочонок рома подарить, чтобы нервишки подлечил, которые ты ему наверняка треплешь.

Урсула, казалось, не ждала Фалько так быстро. Айрис протянул ей часы и улыбнулся.

– Что ты сделал с Мангустом?

– Подружился.

– С кем?

– С сурикатом этим вашим.

– Ты хоть знаешь, за что его так прозвали?

– Нет.

– Он ядовитую змею голыми руками убил.

– Бедная змея.

Урсула рассмеялась.

– А ты мне начинаешь нравиться, Пустельга.

– Если я заслужил это имя, то, может, заслужил узнать, где искать агентов?

– На постоялом дворе «У русалки». Лучшее место на Чаморе. После моего «Салуна, разумеется.

Не то чтобы Фалько в своей жизни видел много постоялых дворов, но этот действительно казался приличным. Айрис подошёл к крепкому парню за стойкой и проговорил:

– Я ищу Вереска и Ладью.

– Морской царь тебе в помощь.

– Я знаю, что они здесь.

– Ну, и как твоё имя?

– Пустельга. Я с Альбины.

– Не слышал о таком корабле. Жди здесь.

Парень ушёл, но очень быстро вернулся.

– Комната восемь, – сказал он.

Дойдя по коридору до нужной двери, Фалько решил не стучать и открыл. На него были направлены сразу два пистолетных дула.

– Я тоже рад вас видеть, – проговорил Айрис. – Я от Динары.

– Это что такое должно было произойти, что она рассказала тебе о нас? – блондин опустил пистолет.

– Вы же знаете про убийство? Так вот это я убил.

– Смотри-ка, братец лис, в нашем полку психов прибыло, – улыбнулся блондин. – Но ты проверь его.

Смуглый брюнет опустил пистолет и встретился взглядом с Фалько. Айрис сразу понял, что его пытались загипнотизировать, но отвести глаза в сторону никак не получалось. Его учили отвлекаться, переключать внимание, и Фалько начал читать старую детскую считалочку:

– Белка собирала шишки

Для бельчонка и для мишки.

Белка шишки собирала,

Очень белочка устала.

Прилегла она поспать,

Надо снова начинать.

Белка собирала шишки…

– Всё, братец лис, хватит, – рассмеялся блондин. – Я хочу записать этот стишок.

– Ладно, – пожал плечами брюнет. – Сам с ним разбирайся.

VII

Шукран не был уверен в том, что идея собрать всех, даже детей, была правильной, но что-то менять было уже поздно. Сейчас на него уставились почти тридцать пар глаз и все ждали, когда он объявит причину общего сбора.

– Все мы хотели узнать правду об убийце Минжа, – наконец, решился он. – Так вот я его знаю.

– Ты так уверен в этом? – к Шукрану вышел Виктор.

– Оглянитесь вокруг. Сколько нас пришло на встречу?

– Нас ровно тридцать, – не дожидаясь, пока Локус всех пересчитает, проговорил Джо. – И я в этом уверен.

– Кого же не хватает? – снова задал вопрос Вороной.

– Вашего друга Айриса, – понял Виктор.

– Верно.

– И где же он?

– Я не знаю, даже жив ли он, но очень верю в это. Последний раз, когда я его видел, он прыгал со скалы в море.

– Прыгал? Но зачем?

– Чтобы сесть в лодку, которая там была спрятана, и отправиться на остров Чамор за помощью.

– К пиратам? – крикнул один из мужчин. – Какая от них может быть помощь?

– На Чаморе сейчас временная база службы безопасности Айланорте. Фалько должен их найти и рассказать обо всём, что происходит на Альбине.

– У меня два вопроса, – снова заговорил Виктор. – Почему это решил сделать именно Айрис и откуда здесь лодка? Вернее, не так. Откуда он узнал про лодку и про службу безопасности?

– Я ему рассказала! – Динара поднялась со своего места, бросив на Шукрана недовольный взгляд. – Раз уж всё повернулось именно так, то я признаюсь. Я работаю на службу безопасности. Когда в Айланорте и Нэжвилле узнали б эксперименте, было принято решение отправить сюда своего человека, чтобы проверить, насколько всё происходящее законно. Изначально всё действительно выглядело довольно безобидно. Пока кто-то не убил Минжа.

– Мальчик, ты сказал, что знаешь имя убийцы, – проговорила бабушка Куаныш. – Назови же его.

– Настоящий убийца – Пасечник. Тот, кто собрал нас здесь. Клод Хорнет.

– Почему Пасечник? – спросил Виктор.

– Потому что все мы здесь живём как пчёлы в улье. Каждый выполняет свою задачу. Смысл эксперимента в чём? В том, чтобы мы начали использовать коллективный разум, как пчёлы. И для этого нам нужен был стимул. Что-то вроде общего врага. Страх всегда побуждает к действию. Вот поэтому Пасечник и выбрал такой способ. Он приказал двум жителям Альбины убить друг друга. Если бы один из них не убил, то сам стал бы жертвой.

– А что помешало этим двум жителям договориться не убивать друг друга? – вдруг задал вопрос директор Спот.

– Договориться из них двоих мог только один. Второй собирался убивать. У первого не осталось выбора.

– Выбор есть всегда. Он мог рассказать о том, что его жизни угрожает опасность. Разве вы бы его не защитили? Вы же его друг.

– Он не хотел никого вмешивать. Да, это его ошибка. Но вы правы, он мой друг. Я зол на него, но я его простил. И я надеюсь, что все здесь присутствующие поймут его мотив и не осудят.

– Значит, это Фалько убил Минжа? – тихо спросила Куаныш.

– Да. Он сам рассказал мне об этом.

– Бедный мальчик. Я чувствовала, что его что-то гложет.

– Значит, я была права, – проговорила психолог Рассел.

– В чём правы? – переспросил Виктор.

– В том, что его чувство вины стало гипертрофированным. На события из детства наложилось недавнее убийство. Происходящее просто съедало его изнутри. Люди в таком состоянии способны на отчаянные поступки.

– Он такой и совершил, – кивнул Шукран. – Он спровоцировал меня на драку на скале. Прыгая в воду, он не знал, выживет ли. Фалько был готов погибнуть.

– Значит, теперь мы должны ждать, пока служба безопасности прибудет на остров? – снова задал вопрос Локус.

– Мы не должны бездействовать. Служба безопасности не может вмешаться в наш эксперимент, потому что они не знают, где находится база Пасечника. И сколько там людей, они тоже не знают. Нам нужно выяснить это самим. До следующего приезда Хорнета осталась неделя. А ответ на все вопросы есть только у него.

– Вы предлагаете взять его в заложники? – поинтересовался Спот.

– Мы можем проголосовать, если кто-то против.

– Мальчишка дело говорит, – громко произнесла Куаныш. – Этот Хорнет спокойно забрал тело Минжа, как будто ничего не случилось. Мы тут в самом деле как пчёлы. Но у пчёл есть жало. Давайте покажем это нашему пасечнику.

Шукрану было непривычно оставаться в домике одному, и с наступлением ночи он просто лежал в постели и не мог уснуть. Мысли о Фалько не оставляли его. Не утонул ли он и не разбился ли о скалы? Получилось ли у него добраться до Чамора? И если да, то как его принял этот пиратский остров? Поверили ли ему агенты службы безопасности? Вороной не знал ответа ни на один из мучивших его вопросов, но очень хотел верить в то, что Фалько со всем справился.

Когда у Шукрана уже почти получилось задремать, он услышал бой барабанов. Вороной подскочил на кровати, не понимая, что ещё могло произойти. Когда все жители Альбины снова собрались в столовой, оказалось, что их поднял директор Спот.

– Простите, что разбудил вас, – заговорил он. – Но ждать до утра не было возможности.

– Нас двадцать девять, – прошептал сидевший рядом с Шукраном Джо.

– Этой ночью пропал ребёнок, – объявил Саймон. – Одна из наших девочек. Триша Флейк.

– Она из того же приюта, что и мы с Фалько, – вспомнил Вороной.

– Это целиком и полностью моя вина, – продолжал Спот. – Я отвечаю за всех детей, и я не доглядел. Но сейчас важно её найти. Нам нужно организовать отряд из тех, кто отправится на поиски Триши в лес. Толпой идти я смысла не вижу – жизнь в нашем поселении не должна останавливаться. Нескольких мужчин хватит.

– Я пойду! – поднялся Шукран.

– И я, – присоединился к нему Расти. – Это и моя вина. Я ведь учитель.

– Я с вами, – кивнул Виктор.

– Думаю, достаточно, – проговорил Спот.

– Учёный вам тоже не помешает, – тихо, но довольно уверенно прозвучал голос Джо.

– Хорошо, – согласился Спот. – Тогда нам нужно переодеться, вооружиться фонариками, медикаментами и…

– Ножами, – добавил Шукран.

– Мне кажется, я должна пойти с вами, – подала голос Динара. – Хоть вы и сказали, что идут только мужчины.

– Спасибо, но нас уже пятеро, и этого хватит, – ответил Саймон. – Да и намного лучше будет, если ты останешься в поселении на тот случай, если мы сильно задержимся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.