# Возвращение домой

Анжелика Меркулова

Она ушла по-земному – громко хлопнула дверью, собрала чемодан, и шагнула в портал сквозь слезы.

Но билет был в одну сторону.

Она вернулась туда, где всё знакомо: стены не шепчут, часы идут, как положено.

Но внутри – тишина, в которой эхо одного имени.

Теперь утренний кофе не пахнет магией.

Звёзды не шепчут древние пророчества.

Существует ли любовь, если её больше не видно?

Если она – как звезда, потухшая давным-давно, но свет которой доходит до глаз только сейчас?

Разлука – это не расстояние.

Это когда ты говоришь вслух: «Я свободна»,

а тело помнит каждый его вздох, как священный текст.

Что, если счастье – не в том, чтобы быть вместе,

а в том, чтобы однажды рискнуть – снова?

Снова открыться.

Снова назвать его по имени.

Даже если в ответ – только тишина,

даже если он уже забыл, как ты пахнешь.

А между мирами – тонкая нить.

Не вера. Не надежда.

Просто память.

И желание вздохнуть – так, как выдыхалось только с ним.

## Пролог.

Тень – не отсутствие света. Это его искажённая, предательская копия.

А что, если свет тоже лжёт?

Они победили. Спасли планету. Навели порядок. И вернулись домой – как герои.

Но Алиса не чувствует триумфа. Только пепел разбившихся надежд.

Потому что теперь она знает правду: он снова заставил её обнажить всю глубину этих чувств. Не через слова. Не через поцелуи. Через боль. Через обман. Через то, что она снова должна была выбирать – между ним и всем остальным.

Он говорил: "Я хотел, чтобы ты выбрала сама." Но разве это выбор, если он заранее подстроил правила игры?

Они освободили захваченную планету… Или уничтожили уникальную цивилизацию? Где грань между добром и злом, когда решает тот, кто стоит вне времени?

Алиса смотрит на него – на древнего духа, которого любит сильнее жизни. И впервые задаёт себе вопрос, что боялась спросить всю дорогу:

Он действительно хочет быть с ней?

Или просто не может быть без неё – потому что только рядом с ней чувствует себя человеком?

Когда же закончатся эти бесконечные бои с вечностью? Когда она сможет просто быть счастливой – не как Хранительница, не как избранная, а как женщина, которая имеет право на покой в объятиях любимого?

Или это – последняя иллюзия, которую нельзя позволить себе разрушить?


## Глава 1. Тень разочарования.

Теплый летний вечер дышал приятной прохладой, приглашая расслабиться и насладиться тишиной. Алиса с мужем вернулись в их уютный домик, расположенный в мире Хранителя. Этот уголок был для них настоящим убежищем, местом, где они могли отдохнуть от бурной реальности и насладиться обществом друг друга.

Особняк магов стоял на краю леса, окруженный густыми зелеными деревьями и благоухающими цветами. Внутри царила атмосфера тепла и уюта. Мягкий свет магических кристаллов освещал комнаты, создавая ощущение домашнего очага. В центре гостиной трещал камин, наполняя помещение приятным теплом и уютом.

Войдя внутрь, волшебница сразу почувствовала, как напряжение последних дней начало уходить. Она сбросила туфли и прошла к большому мягкому дивану, расположенному напротив камина. Уютно устроившись на удобном сиденье, она обернулась и увидела, как Хранитель, стоящий у порога, с улыбкой смотрел на неё.

– Как приятно вернуться домой, – потягиваясь протянула Алиса, рукой подзывая мужа к ней присоединиться. Тот подошел и сел рядом, обняв жену за плечи.

– Да, здесь всегда спокойно и уютно. – ответил маг, гладя её по волосам. – Можно быть собой, без масок и обязательств.

Алиса закрыла глаза, наслаждаясь теплотой огня и мягкими прикосновениями возлюбленного. Вечер был тихим и спокойным, без лишних слов. Они просто наслаждались моментом, находясь рядом, в полной гармонии.

Ночь потихоньку вступала в свои законные права, окутывая всё вокруг мягким покрывалом тьмы. Они оставались сидеть у камина, наслаждаясь теплом и светом огня. Их разговор были легким и неспешным, касающимся мелочей, которые делали их счастливыми. В этот момент они забыли о тревогах и заботах, позволив себе просто быть вместе, наслаждаясь обществом друг друга.

Вдруг девушка поднялась с дивана и остановилась посреди гостиной, ее босые ноги слегка утонули в мягком ворсе ковра. Взгляд внимательно изучал камин, где языки пламени переливались необычными оттенками – не просто оранжевыми и красными, а с вкраплениями глубокого фиолетового и изумрудного.

– А откуда у нас камин появился? – спросила она, подходя ближе и протягивая ладонь к теплу. Кожа тут же покрылась легкими мурашками – это была не просто жаркая волна, а что-то живое, пульсирующее, словно само пламя дышало в такт ее сердцу. – Я чувствую его необычную энергию, как от твоего кресла, или от чайника, или от моего зеркала Иллюзий.

Хранитель обернулся. Его глаза отражали тот самый отблеск странного пламени, делая взгляд еще более загадочным.

– Это твоя заслуга. Ты заполучила Силу Огня и наполнила ею Чашу Созидания.

Алиса нахмурилась. В памяти всплывали последние дни – путешествия, приключения, моменты, когда магия буквально вырывалась из нее, как бурный поток. Но ничего связанного с миром Огня…

– Как? Мы же не посещали мир Огня, я не объединялась с огненным Источником. – Она скрестила руки на груди, ощущая легкое покалывание в кончиках пальцев. – И как я могу наполнять Чашу, если я оборвала свою связь с артефактом?

Уголки губ Хранителя дрогнули в едва уловимой улыбке. Он сделал шаг вперед, и тень от его фигуры удлинилась, сливаясь с узорами на полу, реагируя на его движение.

– Всё случилось несколько иначе. Ты напрямую подключилась к потоку Силы Теней, а Чаша Созидания всего лишь твой артефакт, он защищает тебя и придаёт сил. – Он наклонил голову, изучая ее реакцию. – Какой смысл разрывать эту связь?

Алиса почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она знала ответ.

– Чтобы ты не мог меня контролировать.

В комнате на мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием дров в камине.

– Алиса, – наконец произнес Хранитель, и в его голосе прозвучала странная смесь усталости и чего-то, что она не могла определить, – вряд ли хоть кому-нибудь это будет под силу. Я даже не пытался начать заниматься этим неблагодарным делом.

Она фыркнула, но в груди что-то сжалось. Он говорил правду – или, по крайней мере, в его словах была ее часть.

– Опять у тебя работа на первом месте. – Алиса отвернулась к камину, наблюдая, как искры взмывают вверх, словно крошечные фейерверки. – Мы выполняем очередную миссию, но только ты один знаешь, что на самом деле происходит.

Хранитель вздохнул, и вдруг его руки легли ей на плечи с неожиданной нежностью.

– Ты не рада, что миссия завершена? – прошептал он, и его губы почти коснулись ее уха. – Я думал, ты попросишь награду, ведь сейчас самое время, и я весь в твоем распоряжении.

Его дыхание было теплым, как тот самый огонь в камине, и Алиса почувствовала, как мурашки побежали по коже.

– Чего ты хочешь, любовь моя?

Она закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями.

– Даже не знаю. – Ее голос прозвучал тише, чем она планировала. – Давай опять выходные устроим, на горках аквапарка покатаемся?

Хранитель замер на мгновение, затем медленно отстранился.

– Боюсь, что при такой связи с Источником Теней тебе будет не так весело, как ты привыкла.

Алиса повернулась к нему, ее брови были сведены в легком недоумении.

– А что не так с Источником?

– С Источником все в порядке, – он провел рукой по воздуху, и тени на стене зашевелились, принимая причудливые формы, – но сейчас я не смогу заблокировать его воздействие на тебя.

Она пожала плечами.

– Я вроде бы ничего особенного не чувствую. Зачем что-то блокировать?

В глазах Хранителя мелькнуло что-то неуловимое – предостережение? Предвкушение?

– Давай разок прокатимся, и ты узнаешь?

Алиса задумалась, затем потянулась, ощущая приятное напряжение в мышцах после долгого дня.

– Может, все-таки завтра? Сегодня я немного устала.

Она не видела, как его взгляд на мгновение потемнел, но почувствовала, как воздух вокруг стал чуть плотнее, словно сама реальность реагировала на невысказанное. Пространство вокруг дрогнуло и сжалось в единый миг. Алиса ощутила, как её тело будто на секунду стало невесомым, словно лист, уносимый ветром, а затем мягко опустилось прямо в надувной кругляш, покачивающийся на краю водной горки. Они с мужем оказались сидящими в надувном бублике на вершине горки аквапарка, Алиса в том же своем купальнике и Хранитель в шортах.

– Один раз это быстро, я перенес нас сразу наверх, тебе не нужно будет подниматься, – произнёс Хранитель, его голос был таким же спокойным, как всегда, но в интонации пряталась игра – игривая, почти хищная. – Не хочу, чтобы потом у тебя испортилось настроение в самый разгар нашего выходного.

Алиса даже не успела ответить. Она сидела рядом с ним, в том самом бикини, которое выбрала для их первого свидания. Но прежде чем успела хотя бы осознать, что происходит, они резко двинулись вниз. Скорость ударила в грудь, заставив сердце замереть на миг, а воздух вырваться из лёгких. Они летели по извилистой горке, вспышками проносились сквозь блики и отражения волн, пока впереди не возникла точка, где всё должно было закончиться.

И тогда мир сложился в кошмар.

Ощущения и вправду оказались совсем не те. Алиса видела других людей, которые также съезжали с горок в аквапарках, и травмировались. В других людях, катающихся на горках, она начала видеть… погибающих. Мужчина, который только что смеялся, внезапно вылетел из своего круга и ударился о стену – его голова откинулась под невозможным углом. Женщина в красном купальнике закричала, когда её нога застряла между щелями, и она исчезла из поля зрения. Подросток вылетел в воздух, перевернувшись несколько раз, и приземлился с глухим треском, будто мешок с камнями. Один за одним, у кого то руку оторвало, у кого ногу, или голову, кто-то еще вылетел с горки и разбился…

– Нет! – в ужасе закричала Алиса, пытаясь хоть кого-нибудь из них спасти, остановить, предупредить, но её пальцы проходили сквозь них, как сквозь тень. – Пожалуйста, не надо!

Она чувствовала каждую боль, каждый удар, каждое последнее дыхание. Её сердце сжималось, разрывалось, как будто она сама была связана с теми, кто погиб.

Когда их круг наконец выскочил на финишную прямую, она уже рыдала. Холодная вода приняла их, но Хранитель, как всегда, контролировал ситуацию – он легко вынес её из бассейна, помог встать на твёрдую землю и осторожно усадил на шезлонг. Его прикосновение было мягким, почти ласковым, но в его глазах не было сочувствия. Только ожидание.

– Что это было? – прошептала она, голос дрожал, как стекло перед самым разрушением.

– А как тебе кажется?

– Я видела так много смертей… Я пыталась их спасти, но у меня не получилось. – Она говорила, задыхаясь, слова путались, смешиваясь со слезами. – Это ведь не настоящие смерти, правда? Это не реально?

Хранитель молча развернул голографический экран, будто бы давно ждал этого вопроса. Он завис перед ними, мерцая цифрами и графиками, как будто жизнь и смерть были всего лишь безликой таблицей значений.

– Что ж, посмотрим нашу статистику, – сказал он, почти безразлично. – Алис, для первого раза неплохо – три из ста выжили.

– Но у тебя тысяча из тысячи? Как ты это делаешь?

– Ну, я же не первый раз так с горки катаюсь, – ответил он, чуть заметно усмехнувшись. – Сейчас переведу время вперёд.

На экране цифры начали меняться, и вскоре перед ними высветились новые данные: нули по всем графам.

– Что это значит? Никто не выжил?

– Да, как видишь. Судьбу не обманешь. Иногда мне удаётся продлить чью-то жизнь на годы, даже десятилетия. Но для этого нужно запускать сложные алгоритмы расчёта вероятности – стоит ли спасать жизнь этого человека, исходя из того, принесет ли он обществу больше пользы или вреда, или какие события его ждут в будущем. Бывали случаи, когда смерть в аквапарке оказывалась благословением. Представь себе, если бы тот парень, которого ты видела, стал причиной войны или эпидемии. Ты бы хотела его спасти тогда?

Алиса не могла говорить. Голова кружилась, мысли метались, как испуганные птицы в клетке. Каждая смерть, которую она видела, казалась реальной. Каждый крик, каждый удар – внутри неё. Как будто она стала частью всех этих судеб.

– Но почему я теперь это вижу? – прошептала она.

– Связь с Источником Теней напрямую. Разве ты не этого хотела?

Его голос звучал мягко, но в нём было нечто большее – не просто вопрос, а подтверждение. Он знал, что она не понимала ту цену, которую он платит за Силу. Хранитель то хорошо знал, каково это – видеть всё. Все до единой смерти, все ошибки, все последствия.

– Я не знала, что так будет, – призналась она, и в её голосе звучала не только боль, но и страх. Страх перед тем, что она теперь не сможет отключиться. Не может не видеть.

Маг опустился рядом, его взгляд был внимательным, почти заботливым.

– Ты просила быть равной. Это цена магии. Ты больше не сможешь просто не замечать. Теперь тебе предстоит решать. Кому жить, кому умирать. Кто достоин милости, а кто – нет.

Он говорил тихо, но в каждом слове была уверенность древнего духа, который тысячелетиями наблюдал за судьбами миров.

Алиса смотрела на него, и впервые за долгое время чувствовала не любовь, страсть и романтику – а благоговейный трепет перед величием того, к кому она привязана. И страх перед тем, что теперь ей предстоит вынести.

Магия – это не волшебство. Это ответственность. И она только начинает понимать, что значит быть Хранительницей.

Муж поднял на нее глаза, и в его взгляде Алиса прочитала что-то необычное – не вызов, не упрек, а скорее… усталую покорность.

– Если для тебя принципиально важно провести выходные в аквапарке, – продолжал маг, его пальцы медленно водили по краю сидения, оставляя за собой след из мельчайших кристалликов инея, – я постараюсь блокировать это воздействие в течение всего времени катания на горках, но тогда соответственно не смогу ничего сделать для людей.

Алиса закусила нижнюю губу, обдумывая его слова. В них сквозила странная двойственность – забота о ней, смешанная с ледяным равнодушием ко всему остальному.

– Может, оно и к лучшему – все равно чему быть, того не миновать, зачем париться из-за них?

Эти слова заставили ее внутренне содрогнуться. Она привыкла видеть его то снисходительным, то раздраженным, но такое холодное принятие было абсолютно новым.

– Нет, не надо устраивать выходные в аквапарке, – быстро ответила Алиса, отводя взгляд к шезлонгу, где снежинки медленно таяли на обшивке. – Я передумала.

Ее пальцы сжали край сидения, когда в голове всплыли воспоминания об их выходном в аквапарке – ее смех, брызги воды, его рука, крепко держащая ее за талию на крутом вираже…

– А когда мы катались в прошлый раз, ты тоже это видел?

Маг щелкнул пальцами и они удобно расположились в уютных креслах, между которыми стоял низкий столик с заварочным чайником и двумя чашками. Домашний очаг наполнял комнату теплом, а странные огни в камине отбрасывали на стены причудливые тени, которые иногда принимали очертания бегущих зверей или летящих птиц. Хранитель отхлебнул чай, и Алиса заметила, как жидкость в его чашке на мгновение приобрела странный, почти черный оттенок, прежде чем снова стать золотистой.

– Да, – ответил он просто. – С таким же результатом – тысяча из тысячи, и потом все обнулилось.

Она замерла, переваривая эту информацию. Тысяча… Сколько это на самом деле? Жизни? Судьбы?

– Получается, ты вообще никогда не отдыхаешь? – спросила Алиса, и в ее голосе прозвучало что-то новое – не просто любопытство, а почти… жалость.

Уголки его губ дрогнули в чем-то, отдаленно напоминающем улыбку.

– Я же говорил, что привык. Все в порядке.

Он наклонился вперед, и свет от камина заиграл в его волосах, создавая иллюзию, будто они переливаются серебром и бирюзой одновременно.

– Выбрала, чем займемся?

Алиса почувствовала, как напряжение постепенно уходит.

– Давай просто чай попьем?

– С удовольствием.

– А можно мне опять всяких пирожных вкусных, как в прошлый раз после миссии в Сильверморе?

Его глаза на мгновение оживились, и он даже фыркнул, будто вспомнил что-то забавное.

– Да, конечно. Я прям удивился тогда, как тебе удается сохранять аппетит после случившегося.

Алиса пожала плечами, наблюдая, как он одним взглядом заставил чайник на столе начать тихонько подпрыгивать, издавая забавный свист.

– Не знаю, я об этом не думала.

Пироги с начинками из фруктов и ягод источали сладкий аромат, смешиваясь с хрустящим запахом свежего хлеба. Сыр с ярким, почти острым ароматом соседствовал с вазой, наполненной фруктами, которые выглядели слишком идеально, будто только что сорванные с волшебного дерева.

Но главное украшение стола – это, конечно, была большая фарфоровая тарелка с пирожными. Клубничные эклеры с нежным кремом, выглядывающим из обоих концов, шоколадные конфеты с золотистыми блестками, ореховый брауни, посыпанный сверху шоколадной крошкой, и миниатюрные фруктовые тарталетки, украшенные кремовыми розочками.

Алиса потянулась за эклером, но вдруг остановилась, заметив, как Хранитель наблюдает за ней с тем странным выражением, которое она все еще не могла до конца расшифровать – смесь восхищения, недоумения и чего-то еще…

Может быть, именно в такие моменты она понимала его лучше всего – когда магия отступала на второй план, а оставались только они, чай и эта нелепая гора сладостей, которую она, конечно же, никогда не сможет доесть.

Сладкий вкус пирожного только коснулся языка Алисы, как мир вокруг внезапно перевернулся. Комната растворилась, уступив место мрачному пространству, наполненному тенями и приглушенными рыданиями. Перед ней возникли силуэты женщин – разных, но одинаково несчастных. Они стояли на весах, вглядываясь в цифры с выражением ужаса, или смотрели в зеркала, где их отражения искажались, превращаясь в карикатуры. Шепот коллег, смех одноклассников, осуждающие взгляды прохожих – все это витало в воздухе, как ядовитый туман.

Хранительница почувствовала, как ее собственное дыхание перехватило. Она видела, как руки этих женщин тянулись к сладостям, как губы сжимались после каждого кусочка – наслаждение, смешанное с отчаянием, словно они совершали преступление.

– Прости, я не смог это заблокировать.

Голос Хранителя вернул ее в реальность. Он стоял рядом, его руки легли на ее плечи, но даже его прикосновение, обычно такое уверенное, сейчас казалось неустойчивым.

– Это видение было связано с твоим каким-то очень личным и глубинным страхом. Он настолько прочно сидит в твоём сознании, что теперь, наверное, на каждую еду будет подобная реакция.

Алиса медленно опустила недоеденное пирожное на тарелку. В горле стоял ком, но она заставила себя говорить:

– Да, в нашем мире еда – это искушение. Пару лишних пирожных на ночь, и все, прощай, талия, здравствуй, целлюлит, – она попыталась улыбнуться, но получилось лишь едва приподнять уголки губ. – Мне мама так всегда говорила. Как же я по ней скучаю.

Хранитель замер. Его пальцы слегка сжали ее плечи, а в глазах вспыхнуло что-то неожиданно теплое, почти человеческое.

– Хочешь к ней вернуться?

Алиса подняла на него взгляд.

– Разве сейчас такое возможно?

– Какой же я Хранитель, если даже любимую защитить не могу? – он произнес это так тихо, что слова почти потонули в потрескивании камина. – Я всё сделаю, только скажи.

Она почувствовала, как сердце болезненно сжалось.

– А как же ты? Останешься здесь совсем один?

Он задумался, и в этот момент тени вокруг них зашевелились, будто реагируя на его колебания.

– Что если мы отправимся в путешествие вместе?

Алиса покачала головой.

– Но у тебя же столько дел! Во вселенной каждый день случается что-то плохое, каждый миг кто-то умирает. Как все это будет без твоей защиты?

Хранитель нахмурился, и вдруг в его глазах появилась странная смесь обиды и досады.

– Получается, ты не хочешь, чтобы я был рядом с тобой?

– Слишком эгоистично даже для меня, – прошептала Алиса. – Весь мир может оказаться в опасности, многие могут пострадать, и все это случится по моей вине. Но оставить тебя одного здесь я тоже не могу. Буду терпеть рядом с тобой до самого конца.

Тени вокруг них вдруг сгустились, а воздух стал тяжелым, словно перед грозой.

– Не этим ли ты только что до беспамятства запугала Адриана? – голос Хранителя звучал теперь холодно, почти металлически. – Что останешься не по любви, не по собственному желанию, а под воздействием различных внешних неблагоприятных обстоятельств?

Она замерла.

– Кажется, худшего кошмара мне не представить даже в самых опасных уголках лабиринта Страха.

Его слова повисли в воздухе, и Алиса вдруг поняла, что ранила его куда сильнее, чем могла предположить. Не магией, не силой – просто тем, что не верит, что он выбрал ее, а не долг.

И в этот момент она впервые по-настоящему осознала цену его магии. Не ту, что измеряется в заклинаниях или жертвах, а ту, что скрыта в каждом его слове, в каждом взгляде – цену одиночества, которое он несет, даже находясь с ней рядом.

– Так у нас всё и было с самого начала! Этот выбор без выбора. – Голос Алисы дрожал от ярости, которая клокотала в ней, как буря в запертой бутылке. Она стояла перед Хранителем, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. – Когда долг превыше всего и я должна безропотно принести себя в жертву, неся этот крест до скончания времён.

Она резко выдохнула, чувствуя, как магия внутри нее реагирует на эмоции – тени по углам комнаты зашевелились, а воздух стал густым, словно наполненным невидимыми искрами.

– Это несправедливо! Почему я?! Мир существовал миллионы лет до меня и продержится ещё столько же после.

Хранитель не шевелился. Он молча сидел в своем кресле, пальцы были сложены в замок, а глаза – два бездонных озера, в которых отражались лишь ее собственная ярость и что-то еще… усталость?

– Я не хочу быть той самой жертвой обстоятельств и поддаваться судьбе. Мне нужно самой выбрать свой путь.

– Кто я, чтобы останавливать тебя в столь благородном стремлении?

Его голос звучал ровно, но в нем сквозила та самая ядовитая нотка, от которой Алису передернуло.

– Не ехидничай! – она резко шагнула вперед. – Если ты взвалил на меня судьбу мироздания, то ошибся. Это твой просчет.

Тени вокруг нее сгустились, принимая очертания крыльев – огромных, темных, готовых взметнуться в любой момент.

– Я более не собираюсь здесь задерживаться. И немедленно возвращаюсь домой! Открой мне портал?

Хранитель медленно поднялся. Его тень на стене стала неестественно длинной, будто поглощая весь свет в комнате.

– Я думаю, что ты и сама справишься. Ты ведь уже взрослая и самостоятельная.

Он сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что-то опасное.

– Зачем тебе помощь такого неудачника, как я?

Алиса почувствовала, как внутри нее что-то рвется – не магия, не сила, а что-то более хрупкое.

– Хочешь удерживать меня здесь силой? – прошептала она. – Думаешь, я сама не смогу себе телепорт организовать?

Ее губы дрогнули в чем-то, отдаленно напоминающем улыбку, но в ней не было ни капли тепла.

– Это мы ещё посмотрим! Счастливо оставаться.

Она развернулась и вышла, не дав ему возможности ответить.


Лестница скрипела под ее ногами, будто жалуясь на каждое резкое движение. Ступеньки под её ногами отзывались глухим скрипучим хрустом, словно эхом её негодования. Алиса, кипящая от злости, стремительно взбежала на второй этаж, не замедляя шага, даже когда доски под ней трещали в ответ на ее ярость.

Дверь в спальню распахнулась с грохотом, ударившись о стену, а потом захлопнулась с таким же гневом, словно тоже участвовала в этом споре.

Ее комната, которая еще недавно казалась такой уютной, теперь давила на нее стенами. Каждый предмет здесь напоминал о нем: книга на тумбочке, которую он читал ей вслух, полотенце, брошенное на спинку кресла. Его он накинул ей на плечи, когда провожал через Лабиринт Страха. Даже воздух здесь пах им – древесиной, старыми фолиантами и чем-то неуловимо магическим.

Алиса стояла возле двери, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. В груди бушевал ураган – обидные слова Хранителя продолжали жужжать в голове, как назойливые осы.

"Ты сама справишься. Взрослая и самостоятельная."

“Да как он смеет?!”

Она специально закатила этот скандал, нарочно так громко хлопнула дверью – все для того, чтобы он наконец понял, как сильно ее обидел. Ждала, что он ворвется следом, схватит ее за руку, прижмет к себе и прошепчет что-то вроде: "Прости, я дурак, не могу без тебя”.

А он…

Он просто сидел внизу, спокойно попивая чай, будто ничего не произошло!

Алиса пнула ногой чемодан, валявшийся у кровати.

"Ну конечно, – мысленно шипела она, – я тут страдаю, а ему хоть бы что! Даже проверить меня не удосужился! Потому что знает – я все равно не умею порталы открывать!"

Она швырнула в стену первую попавшуюся под руку вещь – роскошную хрустальную вазу, подаренную Хранителем. Та разлетелась на осколки с мелодичным звоном.

"Совсем не ценит меня! Считает глупой девчонкой, которая никуда не денется!"

Сердце бешено колотилось. Она представляла, как утром спускается вниз с гордо поднятой головой, а он даже не повернется в ее сторону.

Или, что еще хуже, снисходительно улыбнется: "Ну что, малышка, успокоилась?"

Алиса схватила подушку и в ярости швырнула ее в зеркало.

"Ненавижу его!"

Но даже сквозь эту бурю гнева пробивалась другая мысль – обидная и колючая:

“А что если он прав?”

Что если она действительно никуда не денется? Что если все ее угрозы – пустой звук, потому что без него она даже портал открыть не сможет?

Алиса медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками.

"Так нечестно…" – прошептала она в пустоту.

Он должен был броситься за ней. Должен был умолять остаться. Должен был доказать, что она ему дорога!

А вместо этого…

Вместо этого наставник показал ей, насколько она на самом деле беспомощна.

Слезы наконец прорвались наружу – горячие, горькие, унизительные.

"Черт возьми, – думала она, утирая лицо рукой, – я и выгляжу как капризный ребенок! А он наверняка знает, что я сейчас реву здесь одна. И ему плевать!"

Но хуже всего было осознание, что завтра ей ведь придется спуститься вниз.

Придется снова увидеть его самодовольное лицо.

Придется признать, что она никуда не ушла.

Потому что не смогла.

А он…

Он даже не потрудился ее остановить.


"Как он мог?! – мысль билась в ее голове, как пойманная птица. – После всего, что было между нами, он просто отпустил меня? Даже не попытался возразить?"

"Нет, так больше продолжаться не может, – решила Алиса, резко дернув чемодан из-под кровати. Она швырнула его на покрывало, и облачко пыли поднялось в воздух. – Я не какая-то там… вещь, которую можно сначала взять, попользоваться, а потом так же легко выкинуть!"

Ее движения были резкими, порывистыми. Она хватала вещи наугад, не глядя – платья, книги, безделушки – все летело в чемодан вперемешку.

"Потом разберу где что! Пусть поймет, какого это – остаться без меня!"

Обручальное кольцо блеснуло в свете лампы, и Алиса замерла. Всего несколько дней назад он надел его ей на палец, глаза Хранителя светились тем особенным блеском, а голос дрожал, когда он произносил клятвы. А теперь…

"Нет! – мысленно крикнула она себе. – Не сметь размякать! Я видела, как он смотрел на меня сегодня! Будто я какая-то обуза, которую он вынужден терпеть!"

Комната погрузилась в молчание – тяжелое, давящее, прерываемое только ее учащенным дыханием.

Алиса неподвижно стояла посреди спальни, дрожа от ярости и чего-то еще, чего не хотела признавать. Ее пальцы сжали крышку чемодана, а в горле стоял ком, который не получалось проглотить. Пытаясь совладать с эмоциями, всё её тело напряглось, как струна, готовая лопнуть от накопившегося внутри напряжения.

Слёзы стояли у неё на глазах, но она больше не позволяла им пролиться.

Нет, она не покажет ему своей слабости.

Не сейчас.

Девушка медленно подошла к окну, будто боялась, что хрупкое стекло рассыплется от одного ее прикосновения.

Внизу был сад – тот самый, где они с Хранителем проводили время вместе, где он беззаботно смеялся, когда она пыталась поймать падающий лепесток.

Теперь это казалось другой жизнью.

Его последние слова.

Этот нелепый отказ помочь ей с порталом.

Его холодное равнодушие

Все это сложилось в одну картину – она ошиблась.

Ошиблась, думая, что он нуждается в ней.

Ошибалась, веря, что они созданы друг для друга.

Алиса глубоко вдохнула.

Пора уходить.

Пора оставить позади эту главу своей жизни и начать новую.

Незамедлительно.

Сегодня.

Сейчас.


Девушка стояла посреди комнаты, тщетно пытаясь успокоиться. Она знала, что впереди её ждёт неизвестность, но это было лучше, чем оставаться здесь, где её чувства постоянно ранят. Она решила, что сегодня же соберёт вещи и уйдёт.

Как?

Она пока не знала, но это не имело значения.

Главное – уйти.

Покинуть это место, где каждый уголок напоминал ей о том, что могло бы быть, но не случилось.

Пока не стало слишком поздно.

Пока она не разбилась окончательно.


Глубокий вдох. Резкий выдох. Она повторяла это снова и снова, будто пыталась выдохнуть из себя всю боль, всю обиду, всю эту дурацкую ситуацию, которая развернулась из-за ничего.

Ночь обещала быть долгой и неспокойной, но Алиса была готова к этому. Она оглядела комнату, затем прикрыла глаза, пытаясь заглушить шум мыслей в своей голове. Завтра начнется новый день, и она встретит его с высоко поднятой головой.

Они с Хранителем из разных миров и не могут быть вместе.

Все попытки наладить отношения будут лишь приносить им обоим страдания.

Алиса с тяжестью на сердце смотрела на обручальное кольцо, которое красиво блестело на её пальце, отражая свет лампы. Оно символизировало надежду, которую она питала, но теперь эта мечта казалась неосуществимой.

Их миры разделяла невидимая граница, и никакие старания не смогли бы соединить их навсегда.

Каждое совместное утро принесет новую боль, и каждый их вечер будет заканчиваться разочарованием.

Так не может больше продолжаться. Она рванула кольцо с пальца и швырнула его на туалетный столик, где оно покатилось с тихим звоном и замерло у основания зеркала Иллюзий.

Зеркало…

Алиса медленно подошла к нему, всматриваясь в свое отражение.

Где та девочка, полная энергии и радости, которая мечтала о приключениях и чудесах?

Которая верила, что магия – это что-то прекрасное?

Кем она стала теперь, когда реальность оказалась намного сложнее, чем детские фантазии?

Перед ней стояло печальное создание с красными от слез глазами и перекошенным от обиды лицом.

"Вот во что ты превратилась, – прошептала она своему отражению. – В какую-то истеричку, которая плачет при каждой ссоре."

Но тут же сознание посетила другая мысль.

"А что я должна делать? Сидеть и молчать, пока он окончательно перестанет меня уважать?"

В зеркале что-то изменилось.

Вместо ее отражения появился знакомый сад – ее родной дом.

Она вспомнила тот особенный летний вечер, когда всё началось.

Маленькая Алиса в голубом сарафанчике бегала между клумбами, смеясь над чем-то, ожидая возвращения родителей. В тот момент её жизнь была простой и понятной. У неё была семья, стабильность, мечты о будущем.

"Вот оно, – поняла она. – Ответ! Надо вернуться туда, где все просто. Где не было этих сложных чувств, этой дурацкой магии, этих вечных выборов между долгом и…"

Она не договорила даже мысленно.

Алиса поняла, что ей нужно начать все с начала.

Вернуться к тому моменту, когда она впервые ступила на этот опасный путь, ведущий её в никуда.

Возможно, именно там она найдет ответы на свои вопросы.

Что она ищет в этой жизни? В чем ее истинное предназначение?

Решимость охватила ее. Она знает, что делать.

Пальцы сами потянулись к зеркалу. Поверхность его стала теплой, мягкой, будто живой.

"Я просто… ненадолго. Разобраться в себе. Понять, чего я хочу на самом деле," – убеждала она себя, чувствуя, как магия зеркала обволакивает ее, как теплые объятия. Она сделает шаг назад во времени, в тот самый летний вечер, когда всё началось. Там она найдёт ответы, которые ей нужны, и, возможно, обретет желанный покой.

Алиса шагнула в портал, оставляя позади свою нынешнюю жизнь и все связанные с ней страдания. Впереди её ждал путь к самопознанию и исцелению.

Один шаг.

Еще один.

И вот она уже падает в этот сверкающий водоворот времени, оставляя позади разбросанные вещи, незакрытый чемодан и…

Кольцо.

Лежащее одиноко на полированной поверхности.

Ожидающее, когда за ним вернутся.


## Глава 2. Летний вечер.

Летний вечер в родительском саду казался Алисе вырезанным из старой сказки – таким же сладким и обманчивым. Солнце, лениво сползающее за горизонт, подобно кисти мастера, раскрашивало небо в приторные розовые и золотые тона, словно стараясь угодить ностальгическому настроению Хранительницы.

Легкий бриз, игривый и нежный, будто нарочно, трепал ее любимое детское платьице – то самое, которое мама называло "слишком детским". Наряд был совсем скромным, но сейчас для неё он означал так много, напоминая о тех временах, когда ее жизнь была проще и легче. Ветерок касался листьев деревьев, заставляя их шептаться между собой, будто обмениваясь тайнами прошедшего дня. Воздух был напоен ароматами спелой малины, нагретой за день земли и многочисленных цветов, раскрывающих свои лепестки навстречу последним лучам. Клумбы, словно маленькие островки радости, пестрели яркими красками – розы тянулись к небу своими бутонами, крупные лилии склоняли головы, отдавая дань уважения уходящему дню. Ветер приносил с собой тонкий запах свежести, смешивая его с благоуханием сада, и создавая атмосферу покоя и умиротворённости.

В ветвях деревьев ещё слышалось щебетание последних птиц, которые, казалось, пытались продлить этот волшебный миг, добавляя свои ноты в симфонию вечера. Их голоса переплетались с шелестом листвы, создавая гармоничную мелодию, которую можно было услышать лишь в такие мгновения тишины и спокойствия. Всё вокруг дышало томной негой, приглашая насладиться этой красотой и забыть обо всём на свете.

"Вот я и вернулась, – мысленно процедила Алиса. – К точке отсчета."

Скрип качелей на соседнем участке, смех ребятни, доносящийся оттуда – все было до боли знакомым. Таким же, как в тот день, когда в ее жизни появился Он.

Алиса топнула босой ногой по теплой траве.

"Хранитель, – губы сами сложились в презрительную гримасу. – Да какой он защитник? Обманщик!"

Она пнула камешек, наблюдая, как тот подпрыгивает по садовой дорожке.

"Стоило мне закатить истерику – так сразу должен был на колени встать! Клясться мне в вечной любви! Обещать все звезды с неба достать!"

Алиса сжала кулаки, чувствуя, как жар стыда разливается по щекам. Где-то в глубине души она понимала – она опять вела себя как избалованный ребенок. Но разве это было так уж важно?

"Ведь должен же, правда?" – прошептала она в пустоту, сама осознавая абсурдность своих ожиданий.

Она же не требовала звезд на самом деле. Все, чего ей хотелось – чтобы он просто обнял ее в тот момент. Сказал что-то вроде "Я с тобой" или "Мы справимся". Вместо этого – ледяная стена, которую она так отчаянно пыталась пробить своим криком.

Горечь подкатила к горлу.

"Сожалеть уже поздно," – подумала Алиса, глядя вдаль на огненный закат.

Она сама активировала телепорт, сама сделала этот глупый, импульсивный шаг.

А он…

“Он даже не попытался меня остановить.”


Вспомнилась их ссора – его холодный взгляд, сжатые губы. Она ждала, что он закричит, будет спорить, доказывать… Вместо этого – лишь равнодушное пожатие плечами.

"Ты и сама справишься."

Фраза жгла сильнее любого заклятия.

"Как же это бесило!" – Алиса схватила первую попавшуюся шишку и швырнула ее в яблоню. Ту самую, под которой они впервые разговаривали. Брошенный предмет с глухим стуком отскочил от ствола.

Но сейчас, в тишине родительского сада, сквозь гнев начала пробиваться другая мысль.

“А что, если он просто… устал?”

Устал от ее вечных претензий, от этих эмоциональных качелей, когда сегодня она требует абсолютной свободы, а завтра – тотального внимания.

Может, он и правда решил, что так будет лучше – отпустить и забыть?

Пальцы сами потянулись к обручальному кольцу, которое она все таки сняла.

"Идиотка," – мысленно выругалась на себя Алиса.

Но было уже поздно.

Где-то там, в другом времени, в другой реальности…

Он, наверное, даже не искал ее.

"И что мне теперь делать? – мысленно кричала она. – Я что, должна была остаться? Смириться? Терпеть его высокомерные взгляды?"

Ветер внезапно стих, будто сад затаил дыхание.

Даже птицы замолчали.

А солнце наконец скрылось за горизонтом, и сад погрузился в сумерки.

Осталась только она.

И страшное осознание:

“Он пришел за ней тогда. Сам. А сейчас даже не попытался догнать. Неужели все кончено?..”


Мысль ударила в виски, как молот. Алиса стояла, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони, но эта физическая боль была ничтожной по сравнению с тем, что разрывало её изнутри.

Сумерки сгущались, окрашивая сад в синеватые тона, и с каждым мгновением детали вокруг становились всё менее четкими – будто сама реальность растворялась вместе с её надеждами.

Она закрыла глаза, и воспоминания нахлынули, как прилив.

Первый раз, когда он предстал перед ней в человеческом облике – высокий, загадочный, с глазами, в которых мерцали целые галактики. Как он тогда улыбнулся, увидев её детский восторг.

"Ты особенная, Алиса." – говорил он ей.

Ложь. Всё оказалось ложью.

Она представляла себя могущественной волшебницей, его верной спутницей, равной ему. А стала… кем? Капризным ребёнком, которого терпят из вежливости?

Горькая усмешка исказила её лицо.

“Какой же я была наивной… Думала, что смогу быть ему под стать? Помочь древнему духу, который видел расцветы и падения всех цивилизаций?”

В груди что-то болезненно сжалось.

"Неужели единственный выход начать все заново?" – прошептала она в пустоту.

Глаза её наполнились жгучими слезами, но она вновь не дала им пролиться. Вместо этого Алиса вдохнула полной грудью запах родного сада – спелых ягод, нагретой солнцем земли и маминых любимых роз.

“Хотя бы не отвлекаю его теперь, – промелькнула в голове мысль, острая как шип. – Не мешаю выполнять ту самую великую миссию, ради которой он существует.”

Она вновь сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

“Может, всё и к лучшему. Как же он, наверное, устал от моих капризов, от всех этих глупых обид…”


Но даже сквозь эту боль пробивалось странное чувство – будто где-то глубоко внутри, под всеми обидами и страхами, теплилась искорка надежды.

Может быть…

Алиса закрыла глаза, позволяя воспоминаниям нахлынуть на неё.

Первая их встреча в этом самом саду. Его улыбка, когда она, маленькая и восторженная, мечтала что волшебный пушистик научит её летать. Тайны, в которые он её посвящал, его драгоценные подарки. Она помнила каждый миг, проведённый с Хранителем, далекие миры и опасные приключения. Когда-то она и сама грезила о великих деяниях, представляла себя принцессой в сказочном королевстве, отважной путешественницей, исследующей неизведанные земли, и могущественной волшебницей, сражающейся со злом. Эти мечты всегда наполняли её душу радостью и вдохновением. Но в реальности все это оказалось не таким, как она себе представляла.

“Это всё было игрой. И когда пришло время для настоящего подвига… я оказалась не готова.”

Теперь, стоя на пороге новых возможностей, она чувствовала странное спокойствие.

“Я вернулась туда, где всё начиналось. К самой себе. К той Алисе, которая ещё не познала разочарования.”

Возможность начать всё с чистого листа казалась теперь не поражением, а… освобождением.


Девочка открыла глаза и посмотрела на сад, который всегда был для неё местом силы и утешения. Она улыбнулась, чувствуя, как лёгкость и свобода наполняют её сердце.

"Я смогу," – прошептала она, и впервые за долгое время её губы дрогнули в настоящей, а не вымученной улыбке.

Впереди ждало новое путешествие. Без магии, без древних пророчеств. Просто – её жизнь.

“Мама…”

Сердце ёкнуло от внезапной нежности.

Казалось, она не видела родителей целую вечность. Сколько всего произошло с тех пор! Сколько она могла бы рассказать…

Нет.

Ничего рассказывать не нужно.

Просто обнять. Просто быть рядом.

Алиса уже представляла, как накроет стол к их возвращению – мамин любимый фарфор, изысканные столовые приборы. Приготовит тот самый пирог с вишней, по старинному рецепту, найденному однажды в интернете. С нетерпением предвкушая встречу с родными после долгой разлуки, любящая дочка уже собиралась войти в дом, чтобы подготовиться к их прибытию. Она знала, что скоро они вернутся, и её сердце наполнялось теплом и радостью, уже предвкушая как они удивятся ее сюрпризу.

“Они так обрадуются…”

Лёгкость и свобода наполнили её сердце, как свежий ветер после долгого заточения.

Но тут…

Тихое мяуканье, похожее на всхлип потерявшегося ребенка, вырвало её из размышлений.

Она медленно повернула голову.

В густой листве что-то шевельнулось…

Алиса вздрогнула. Звук доносился из кустов жасмина – жалобный, дрожащий.

Что-то в этом зове заставило её сердце бешено забиться.

"Кто там?" – её голос прозвучал хрипло.

Естественно никто не ответил. Только ветер шевельнул листьями, и в воздухе поплыл сладковатый аромат цветов.


Девочка сделала шаг вперёд, затем ещё один. Она осторожно приблизилась к растениям и заглянула внутрь. Колючие ветки цеплялись за её платье, царапали босые ноги, но она почти не чувствовала боли.

То, что она увидела, заставило её замереть на месте. Среди зелёных листьев прятался крошечный невероятно пушистый котёнок необычного персикового цвета. Его большие карие глаза смотрели на Алису с мольбой и страхом. Сердце девочки мгновенно растаяло от жалости.

"Ты… откуда ты здесь?" – Алиса опустилась на колени, протягивая руку.

Котёнок жалобно мяукнул, и в его глазах мелькнуло что-то… слишком разумное.

Ледяные пальцы сжали её сердце.

"Не может быть…"

Алиса резко вдохнула.

"Хранитель?" – мелькнула в голове безумная мысль, и сердце тут же заколотилось чаще.

Котёнок дрожал, но не убегал.

"Это ты? – прошептала она. – Ты пришёл… за мной?"

Но котёнок лишь прижал уши и вновь жалобно мяукнул.

Она тут же мысленно отругала себя за эту глупую надежду.

"Опять! Опять я ищу его следы в каждом случайном звуке! – с досадой подумала Алиса, но все же осторожно раздвинула ветви. – Нет, это точно не он. Слишком… просто. Слишком беззащитно. Его гордость никогда бы не позволила ему принять такой облик, даже чтобы найти меня. Это была бы какая-нибудь ловушка, вызов, игра. А это… просто его подарок на прощанье.”

Среди изумрудной листвы свернулся крошечный комочек персикового меха. Котенок поднял на нее огромные карие глаза – в них читался такой немой укор, что Алиса невольно ахнула.

"Бедняжка…" – она автоматически протянула руки, и малыш тут же забрался к ней на ладони, дрожа всем своим крошечным тельцем.

Шерстка оказалась неожиданно теплой и мягкой, как пух только что вылупившегося птенца. Алиса машинально прижала его к груди, чувствуя, как часто бьется его маленькое сердечко.

"Неужели он…" – снова предательски шевельнулась надежда, но Алиса тут же прогнала ее.

"Прекрати! – мысленно крикнула она себе. – Это просто котенок. Случайный. Не ищи тайных знаков там, где их нет!"

Но когда малыш уткнулся холодным носиком ей в ладонь, на глаза навернулись предательские слезы.

"Почему я не могу просто забыть? – думала она, гладя дрожащую спинку. – Почему каждое мгновение напоминает мне о нем? Ветер в листве – его шепот. Тени от облаков – его улыбка. Даже этот несчастный котенок…"

Малыш вдруг замурлыкал, и этот звук странным образом успокоил бурю в ее душе.

"Пойдем домой," – прошептала Алиса, чувствуя, как в груди что-то теплеет.


Она представила реакцию родителей – папины возмущенные возгласы, мамины недовольные вздохи. Она была уверена, что родители категорически откажутся приютить питомца. У папы вообще аллергия на кошек и он будет очень зол на дочку за то, что та в очередной раз без спроса притащила в дом живность.

Но выбросить беззащитного малыша на улицу Алиса ни за что не позволит. Придется что-нибудь придумать, чтобы родители разрешили ей его оставить. В душе девочки зарождалась новая мечта – о том, как она будет ухаживать за своим новым другом и как они станут неразлучными спутниками.

"Придется отмывать тебя от садовой грязи," – улыбнулась она котенку, который уже смело залез ей на плечо.


И вдруг поняла – впервые за этот вечер думает не о том, что потеряла, а о том, что нашла.

Этот крошечный пушистый комочек, такой беззащитный и доверчивый, напомнил ей самое главное – жизнь продолжается. И даже если Хранитель действительно отпустил ее, мир не рухнул.

Она осторожно прикрыла ладонью маленькое существо, оберегая от вечернего ветра, и шагнула к дому.

«Мы справимся» – прошептала она, и в этих словах не было ни вызова, ни мольбы. Было лишь тихое, горькое и такое одинокое обещание.

Не ему.

Не прошлому.

Себе.

Обещание, что даже если эксперимент под названием "их любовь" завершился провалом, эксперимент под названием "ее жизнь" – только начинается.


## Глава 3. Тени прошлого.

Тишина в доме была обманчивой, словно предгрозовое затишье, когда воздух становится густым, а каждый звук отзывается эхом. Алиса накрыла на стол, стараясь создать уют, который, как ей казалось, мог бы порадовать родителей и спасти ее нового пушистого друга от надвигающейся опасности быть выброшенным на улицу. Свечи мерцали, отбрасывая теплые блики на фарфоровые тарелки, а аромат свежеприготовленного ужина витал в воздухе, смешиваясь с тревогой, что сжимала ее сердце.

Она ждала.

Ждала, как ждут чуда, которое вот-вот должно произойти.

Но вместо привычного звука ключа в замке, дверь распахнулась с такой силой, что стены содрогнулись. Родители ворвались в дом, словно два шторма, сталкивающихся в открытом море. Их голоса, резкие и громкие, перебивали друг друга, превращая тихий вечер в хаос.

– Ты никогда меня не слушаешь! – кричала мать, ее слова, словно острые лезвия, резали воздух.

– А ты думаешь, что тебе все можно, да? – парировал отец, его голос звучал глухо, как отдаленный гром.

Алиса замерла, словно маленький корабль, застигнутый врасплох разбушевавшейся стихией. Она пыталась вставить слово, но ее голос потерялся в этом вихре эмоций. Мечты о теплом семейном вечере рассыпались, как песочный замок. Она видела, как ее родители, некогда такие близкие, теперь стали чужими, разделенными пропастью, которую, казалось, уже невозможно преодолеть.

Стол, накрытый с такой любовью, оказался ненужным и лишним. Свечи догорали, их пламя трепетало, словно последние искры ее надежды. Алиса смотрела на родителей, и в детских глазах отражалась боль, которую она не могла выразить словами. Она хотела крикнуть, чтобы они остановились, чтобы вспомнили, что когда-то их объединяло нечто большее, чем эти бесконечные споры. Но она молчала, понимая, что ее слова уже ничего не изменят.

Мать резко повернулась и ушла в спальню, хлопнув дверью так, что стекла задрожали. Отец остался стоять посреди гостиной, его плечи были опущены, а взгляд устремлен в никуда. Алиса подошла к нему, пытаясь найти в его глазах хоть каплю тепла, но увидела лишь пустоту.

– Пап… – прошептала она, но он недовольно махнул рукой, словно отгоняя не только ее, но и все, что осталось от их семьи.

Его взгляд – холодный, отчуждённый без слов рассказал ей всё, что нужно было понять.

"Он всё узнал", – промелькнуло у нее в голове, и сердце сжалось так, что стало трудно дышать.

Тяжелая тишина повисла в пустой комнате после ухода отца. Алиса уже едва стояла, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Его взгляд – такой знакомый и вдруг совершенно чужой – обжег её сильнее, чем любое обвинение. Она медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками. В голове крутились обрывки воспоминаний:

Мамин испуганный шёпот: "Никогда не говори ему, слышишь? Никогда!"

Собственные ночные кошмары, где отец отворачивается от неё с отвращением.

Книги по психологии, украдкой прочитанные в библиотеке, в поисках ответа на вопрос: "Как жить с такой правдой?"

Алиса сжала веки, пытаясь остановить предательские слёзы.

Она осталась одна в полумраке гостиной, где еще недавно царили тепло и свет, теперь комната казалась ей ледяной пустыней. Девочка медленно опустилась на стул перед остывающим ужином, её пальцы бессознательно сжимали край скатерти. Теперь здесь было холодно, как в заброшенном доме, где давно не слышали смеха радости.

Она поняла, что ее мир, такой хрупкий и знакомый, уже никогда не будет прежним.

Именно в этот злополучный вечер скандал достиг своего пика, потому что накануне утром отец Алисы случайно прочитал в ее дневнике неприятные подробности из жизни его супруги. Он наткнулся на откровенные записи, в которых его дочь, сама того не желая, описала тайны матери, скрываемые годами. Эти строки стали последней каплей, переполнившей чашу терпения. Он чувствовал себя преданным, обманутым, и теперь его гнев выплескивался наружу, разрушая последние остатки их некогда крепкой семьи.

А между тем внутри семейный конфликт начался задолго до этого летнего вечера. Каждая мелкая размолвка постепенно углубляла трещину в отношениях между родителями Алисы. Всё началось с мелких разногласий, касающихся бытовых вопросов, но со временем споры становились все более ожесточенными, затрагивая более глубокие темы.

"Я же не виновата… Не я выбирала… Почему он смотрит на меня, будто это я его предала?"

Мысли путались, как клубок змей. Она вспоминала тот день, когда случайно застала маму с другим мужчиной. Как тогда не решалась взглянуть отцу в глаза, боясь, что он прочитает правду в её взгляде.

Алиса подняла голову и глубоко вздохнула, вспоминая с чего все началось.

"Он добрый. Заботливый. Почему мама…?"

Дочка не сообщила об отцу о случившемся, и, поговорив по душам с матерью смогла понять, что та, несомненно, находилась в сложной эмоциональной ситуации. Ее чувства, вероятно, были противоречивыми и запутанными. С одной стороны, она должна была испытывать глубокую признательность к мужу за обеспечение финансовой стабильности и благополучия для их семьи. Ведь она чувствовала себя защищенной и была уверенной в будущем своего ребенка благодаря богатству мужа. С другой стороны, отсутствие любви и эмоциональной близости в отношениях с супругом приводило молодую женщину к глубокому чувству одиночества и отчаяния. Заботливая мать часто мечтала о том, чтобы ее дочь выросла в окружении роскоши и достатка, которых она сама была лишена в детстве, и в будущем смогла бы устроить свою жизнь наилучшим образом, благодаря связям и щедрому приданому. Измена была для нее всего лишь проявлением простого стремления к исполнению важных человеческих потребностей, которые она не получала от своего брака.

Всё чаще между супругами возникали ссоры и дискуссии. Их споры становились всё более острыми и напряженными. Отец Алисы был строгим и жестким человеком, который любил контроль и послушание. Он хотел, чтобы дочь активнее развивалась и больше времени посвящала учебе. Он верил в порядок и структуру, считая, что только через дисциплину можно достичь успеха.

Со временем напряжение между родителями стало невыносимым. Конфликт вышел за рамки простого обсуждения мелких бытовых вопросов и затронул личные чувства каждого из супругов. Отец обвинил мать в измене, когда случайно прочитал в дневнике Алисы о том, что она от него скрывала. Мать в свою очередь обвинила мужа в черствости, чрезмерной занятости на работе и отсутствии его участия в домашних делах семьи.

Горькая правда осенила дочь: брак родителей никогда не был счастливым.

“Мама… мама просто пыталась выжить.”

Обеспечить дочери будущее, о котором сама могла только мечтать.

Алиса закрыла глаза, чувствуя, как по щекам катятся предательские слёзы.

"Я перед папой ни в чём не виновата. Не я выбирала, кто будет моим отцом. Не я лгала…"

Но от этого не становилось легче.

Глупая, детская часть её души кричала, что нужно бежать – к маме, к Хранителю, к кому угодно, лишь бы не оставаться одной с этой болью. Но другая, более мудрая, уже знала правду:

“Некоторые вещи нельзя починить. Некоторые раны не заживают. И это нормально.”

Она вспомнила, как месяцами изводила себя вопросами:

“Почему мама так поступила?”

“Разве папа не заслуживал правды?”

“Что во мне не так, если даже родной отец…”

Но однажды – после особенно тяжёлой ночи – к ней пришло странное успокоение.

“Если человек готов отвернуться только из-за строчек в ДНК-тесте – значит, он никогда по-настоящему не любил. Ни меня. Ни маму. Никого.”

А она… она любила. Искренне, по-детски безоговорочно. И эта любовь была настоящей – пусть и не основанной на кровном родстве.

"Так почему я должна чувствовать себя виноватой?"

С этим осознанием пришло и воспоминание о Хранителе.

Он так яростно ревновал её к Адриану, так кипятился из-за каждой детали их встречи… А ведь она никогда не лгала ему! Никогда не давала повода сомневаться в искренности своих чувств!

"Но разве теперь это важно?" – горько усмехнулась она про себя.

Люди, а похоже и маги, видят то, что хотят видеть. Её отец видел в ней только чужую кровь. Хранитель – потенциальную измену. А правда…

Правда всегда где-то посередине.

“Мама, должно быть, тоже когда-то любила отца… Пока любовь не умерла под грузом невысказанных обид.”

Спустя месяцы мучительных раздумий маленькая Алиса наконец поняла: если человек способен возненавидеть её только за отсутствие общих генов – значит, им просто не по пути. Она-то любила отца всем сердцем, несмотря ни на что.

"А маме… просто нужно было поговорить. Объясниться. Не врать, не прятаться – а честно сказать, чего ей не хватает…"

Именно поэтому теперь, вспоминая холодность Хранителя, она чувствовала скорее недоумение, чем обиду.

"В жизни бывает куда хуже, – думала она, наблюдая, как котёнок на её коленях перебирает лапками. – А она… вела себя так, будто мир рухнул из-за одной маленькой ссоры."

Её губы дрогнули в слабой улыбке.

Книги, которые она когда-то читала в поисках утешения, теперь казались мудрее любого мага. Любовь – это не про совпадения в днк. Не про долг. Не про обязательства.

Это про выбор.

И если Хранитель не понимает этого… если его любовь – это цепь из принуждения и контроля, а не свободный выбор каждый день…

Значит, все равно ничего не выйдет… и такой союз ничем не лучше брака ее родителей. И в таком случае, ее бегство не ошибка, а спасение.

"Нет. Так больше продолжаться не может."

Она встала, отряхнула платье и твёрдо направилась к двери.

С мамой нужно поговорить. Честно. Без криков и обвинений.

С отцом… Если он захочет слушать.

С Хранителем… Если она вообще ещё хоть раз сможет его увидеть.

Но главное – она наконец поняла:

Любовь – это не про собственность. Не про "ты должен". И уж точно не про "я тебя вырастил, теперь ты мне обязана".

Любовь – это когда ты принимаешь человека целиком. Со всеми его тайнами. С его прошлым. С его правдой.

И если кто-то не способен на такое…

Котёнок, спокойно отдыхающий у нее на руках, вдруг поднял голову и уставился на неё своими огромными умными глазами.

"…Значит, это просто не твой человек", – закончила мысль Алиса и потянулась погладить малыша.

Впервые за долгое время в её душе было спокойно.

Потому что теперь она знала – какие бы бури ни бушевали вокруг, самое главное остаётся неизменным:

Ты не виновата в чужих выборах.

Ты заслуживаешь правды.

И ты достойна любви – просто так, без условий и ярлыков.

А всё остальное…

Всё остальное придёт. Или не придёт. И это тоже нормально.

Котёнок вдруг поднял голову и уставился куда-то за её спину.

Алиса обернулась.

В дверном проёме стояла мама – бледная, с красными от слёз глазами.

– Алиса… – её голос дрожал. – Собирайся!

И в этот момент девочка поняла: какой бы трудной ни была эта правда – она готова её принять.

Потому что именно так – честно, открыто, без лжи – и должны строиться настоящие отношения.

С родителями.

С любимыми.

С самой собой.

По иронии судьбы как раз в тот летний вечер, наступил момент, когда обе стороны поняли, что их различия слишком велики, чтобы продолжать совместную жизнь. Они пришли к выводу, что расстаться – это единственный выход из сложившейся ситуации. Мама очень любила Алису и старались минимизировать влияние развода на её жизнь, но понимала, что девочка всё равно будет переживать из-за случившегося.

В тот теплый летний вечер, родители Алисы объявили о разводе.

– Мы больше не можем быть вместе, – сухо произнес отец, его голос звучал холодно и отстраненно.

Алиса, стоя в дверях, чувствовала, как ее мир рушится. Она смотрела на маму, которая плакала, и на отца, который уже собрал их вещи. Ей хотелось кричать, протестовать, но слова застряли в горле.

– Мы переезжаем к бабушке, – объявила мама, ее голос дрожал. – Здесь нам больше нечего делать.

Девочка, почувствовав, как слезы подступают к глазам, лишь кивнула. Она не могла поверить, что все ее привычная и комфортная жизнь разрушилась в одночасье.


В итоге дочка с мамой ждали на вокзале уже несколько часов. Девочка сидела рядом, положив голову на колени молодой женщины, печально смотрящей вдаль. Они ждали денежный перевод от бабушки, которая должна была помочь им в этой тяжелой ситуации. При них были лишь два небольших чемодана с немногочисленными вещами и слабая надежда на лучшее будущее.

Вдруг мама услышала заветную смску. Она была благодарна пожилой женщине за то, что та согласилась помочь им, ведь без ее поддержки им было бы очень трудно добраться до родной деревни матери Алисы.

Спустя несколько часов ожидания поезд прибыл на станцию и пассажиры смогли занять свои места. Алиса ласково гладила своего котенка и с интересом смотрела в окно, наблюдая за пейзажем, а ее мама, Лариса Анатольевна, с закрытыми глазами думала о своем новом жизненном пути. Она была готова начать все с чистого листа, оставив позади негативное прошлое.


Поезд медленно двигался прочь от города, но для мамы и дочки он представлял собой долгожданный путь к новой жизни. Впереди их ждали новые надежды, новые возможности для счастья. И, наконец, когда их транспорт прибыл к месту назначения и они вышли на платформу, обе вздохнули с облегчением, радуясь что вернулись домой.

Лариса, женщина с добрым сердцем, но строгими правилами, первой выразила сомнение:

– Алиса, миленькая, ты же понимаешь, что мы не можем просто так взять животное в дом? – мягко, но уверенно сказала она, подходя к дочери и поглаживая её по голове. – Сейчас у нас самих нет денег ни на еду, ни на одежду, кроме этого ты даже не потрудилась узнать, есть ли у этого котенка хозяин. Он определенно породистый и очень дорогой.

Бабушка Алисы, Василиса Степановна, женщина с довольно сложным характером и отменным чувством юмора, встретила родных на вокзале и сразу поддержала внучку, предложив более мягкий подход:

– Ну, давай не будем спешить с выводами, внученька и так сегодня слишком много пережила – сказала она, наклоняясь, чтобы рассмотреть котёнка поближе. – Давайте сначала посмотрим, здоров ли малыш. Если всё в порядке, можем оставить его пока, а потом решим, что делать дальше.

Алиса, чувствуя поддержку бабушки, но опасаясь реакции матери, вмешалась:

– Пожалуйста, можно его оставить? Он такой славный и беззащитный. Я обещаю, что сама буду заботиться о нём, если вы мне разрешите.

Мама колебалась, но увидев искреннюю просьбу дочери и мягкость в глазах своей мамы, смирившись согласилась:

– Хорошо, хорошо, – уступила она, чуть-чуть смягчаясь. – Пусть остаётся. Но завтра мы обязательно выясним, нет ли у него хозяина. Понимаешь, Алиса? Если никто не объявится – лучше всего будет просто котенка подать. Богатые новые хозяева намного лучше смогут о нем заботиться, и нам в текущем положении деньги не окажутся лишними.

– Никого мы продавать не будем! – резко вмешалась бабушка. – Пусть оставит котенка себе, если ей этого хочется. Справимся как нибудь и вообще – не в деньгах счастье. Я тебе говорила, что зря ты затеяла этот брак, вот твой результат. Только ребенка жалко. Поэтому котенок ей сейчас однозначно поможет все это пережить.

Алиса кивнула, сияя от счастья, получив разрешение оставить котенка. Хоть эта радость и была крошечным островком в безбрежном океане её горя. За один вечер она потеряла отца, дом и веру в прочность семейного очага. Одно пушистое существо не могло заполнить такую пустоту, но теперь появилась слабая надежда, что когда-нибудь это станет возможным.

Внучка обняла бабушку, благодарная за ее доброту и понимание. Вечером они все вместе накормили малыша молоком и устроили ему уютное местечко в коробке с одеялами. Правда спать Алиса уложила питомца рядом с собой – не хотела расставаться с новым спутником ни на минуту. Она пообещала, что непременно найдет способ сохранить его в семье, ведь теперь у нее был верный друг, которого она спасла.


## Глава 4. Приятное знакомство.

Алиса сидела на кровати у окна в своей маленькой комнате, обхватив колени дрожащими пальцами и чувствовала, как ее сердце разрывается на части. За стеклом расстилались бескрайние деревенские поля, залитые золотом заката, но в её душе царила лишь ледяная пустота. Мир, некогда такой яркий, теперь казался выцветшим, словно кто-то вымыл из него все краски.

"Как же так получилось?" – проносилось в голове.

Переезд в деревню к бабушке стал для нее настоящим шоком. Вместо уютного и просторного дома в черте города она поселилась в старом, похожем на сарай, строении со скрипучими полами и запахом запустения.

Вместо друзей и привычных мест отдыха – тишина и одиночество.

Девочка чувствовала себя потерянной и подавленной, её привычный радужный мир пошел трещинами, и она не знала, что теперь делать. В голове крутились вопросы, на которые она не могла найти ответы. Сердце сжималось от боли так сильно, что дыхание перехватывало, слезы готовились политься из глаз, но она старалась держать себя в руках. Она вновь вспоминала о таинственном маге, который уже навсегда поселился в ее сердце.

Алиса безумно по нему скучала. Это было не просто грустное чувство, а физическая пустота, холод, пронизывающий все вокруг. Ей не хватало его присутствия так остро, что даже воздух казался безвкусным, а краски мира – тусклыми. Каждая вещь, каждый звук напоминали о нем.

Она закрыла глаза, и перед ней вновь возникал его образ – высокий, загадочный, с глазами, в которых мерцали звёзды. Хранитель. Тот, кто однажды ворвался в её жизнь, как вихрь, и остался в ней навсегда – даже теперь, когда его не было рядом.

– Так вот почему он пришёл за мной так рано… – прошептала она, и голос её дрогнул.

Без него всё рухнуло бы окончательно. Без его света её собственная надежда угасла бы, как свеча на ветру. Без его участия в моей жизни расставание родителей навсегда погасило бы мой свет. Я попросту перестала бы верить в любовь, в людей, в добро и в то, что счастье возможно. Когда самый близкий и родной человек холодно указывает тебе на дверь, любой ребенок может навсегда потерять способность мечтать и верить в чудеса.

"Только он, наверное, не знал…"

Губы её дрогнули.

"Он не догадывался, что я уже давно живу с этой тьмой внутри. Всё моё детство прошло как на пороховой бочке – в страхе, в ожидании, когда же грянет взрыв. Сначала я боялась. Плакала в подушку, не понимая, почему мама и папа больше не смотрят друг на друга с теплотой. А потом… Потом это осознание."

Она сжала пальцы в кулаки, вспоминая тот день, когда поняла, что Дед Мороз – не настоящий.

"А какой же ещё мог прийти к ненастоящей дочери?

Самое страшное – понять, что ты не виновата. Но все равно все пошло не так. Без моего участия. И я ничего не смогла бы изменить, хоть бы и попыталась…

Не я выбирала своего отца. И не могла раскрыть мамины тайны, даже тому, кто заботился обо мне.

А сейчас… я вообще перестала верить. В любовь. В брак. В то, что два человека могут быть счастливы вместе."

Горькая усмешка скользнула по её губам.

"Жаль, что магический компас привёл его именно ко мне. Хранитель заслуживает чего-то светлого… а не тысячекратно разбитого сердца ещё до начала нашей истории."

Вдруг что-то тёплое и пушистое коснулось её руки. Алиса вздрогнула и опустила взгляд. Персиковый мейн-кун – её верный спутник в эти тяжёлые дни – ласково тыкался мордочкой в её ладонь, будто чувствуя её боль.

– Мур-р… – тихо урчал он, усаживаясь ей на колени.

Его огромные янтарные глаза смотрели на неё с такой преданностью, что комок подступил к горлу. Котенок прижался к её груди, словно пытаясь согреть то, что уже давно оцепенело.

"Странно… будто он понимает…"

Она провела пальцами по его шелковистой шерсти, и на мгновение ей показалось, что в его взгляде мелькнуло что-то… слишком человеческое.

Но нет. Это просто кот.

Просто кот, который никогда не оставит её одну.

– Надеюсь, сейчас Хранитель сможет наконец-то стать счастливым… – прошептала она, глядя в окно, где уже зажигались первые звёзды.

Но даже эти слова звучали фальшиво. Потому что где-то в глубине души она знала – счастье для неё уже навсегда связано с ним.

А раз ушла – значит, лишила себя этого шанса.

Возвращаясь в прошлое, расставаясь с Хранителем, она надеялась начать все с чистого листа. Но реальность оказалась куда более жестокой, чем она могла представить. Алиса уже не раз пожалела, что поссорилась с любимым, но проситься обратно из-за маленьких жизненных неурядиц конечно же не собиралась. Хватит его уже мучить, он и так настрадался со мной.

– Но как мне теперь жить дальше? – прошептала она, глядя в окно на бескрайние поля.

Ее мысли были хаотичными, а душа – разорванной на части. Она чувствовала себя потерянной, как будто ее вырвали вновь из привычного мира и бросили в чужой и непонятный.

Только инициатором этой затеи была сама Хранительница.

– О чем мне теперь мечтать? – спрашивала она себя, но ответа не находила.

Ее чаяния о счастливой семье, о любви, о будущем – все это казалось теперь таким далеким и недостижимым. Она чувствовала, что ее жизнь потеряла смысл, и не знала, как его вернуть.

– К чему мне стремиться? – продолжала она спрашивать себя, но ответа по-прежнему не было.

Она чувствовала, что все ее цели и планы разрушены, и не знала, как начать все заново.

– Где искать счастье? – прошептала она, чувствуя, как слезы снова подступили к глазам.

Она знала, что ответ не придет сам по себе, что ей нужно найти свою цель, собственный смысл всего в этом мире, но как это сделать, когда все вокруг кажется таким чужим и враждебным? Опустив голову, она почувствовала, как ее сердце сжимается от боли, понимая, что путь к познанию себя будет трудным, но также знала, что должна найти в себе силы, чтобы начать все заново.

Маленький котенок стал её единственной поддержкой и постоянным источником радости. Он был счастливым напоминанием о ее волшебной жизни в мире Иллюзий, маленьким символом стабильности среди навалившихся перемен.

Новая жизнь сильно отличалась от привычной роскоши, которая всегда ее окружала.

Изменения начались буквально с первых дней жизни в деревне. Девочка оказалась в сельской местности вместо элитной частной, где всё было совершенно иначе. Она потеряла связь со своим прошлым, потому что переезд нарушил все ее планы и надежды. И скучала по привычной праздной атмосфере, по комфортной жизни, полной благ, которые раньше казались такими естественными.

Первые дни в деревне казались Алисе настоящим кошмаром. Она чувствовала себя растерянной и несчастной, просыпаясь по утрам в чужой комнате, смотрела на потрескавшиеся обои бабушкиного дома и не понимала – как её жизнь могла так стремительно измениться? Город, развлечения, привычный комфорт – всё осталось в прошлом. Даже Хранитель…

Она сжимала кулаки, глядя в потолок. "Как же так получилось? – думала она. – Мама, ведь умная, красивая, сильная… Почему она поставила на кон всё ради денег?"

Мысли путались. Вспоминались отцовские подарки – дорогие, но бездушные. Мамины глаза, терявшие блеск с каждым годом брака. И этот страшный момент, когда правда всплыла наружу…

"Она выбрала роскошь вместо любви, – осознала дочь. – И проиграла вдвойне."

Алиса встала с кровати, подошла к зеркалу. Отражение смотрело на неё усталыми глазами.

"Никогда так не поступай, – прошептала она себе. – Никогда не продавай свою свободу. Особенно в золотые клетки."

Развод родителей стал для неё жестоким, но ценным уроком. Он открыл ей глаза на важность понимания и принятия различий между людьми. Через этот опыт она научилась ценить компромисс и умение находить общий язык, несмотря на разные точки зрения. Она видела, как два, казалось бы любящих друг друга человека превращаются в чужих из-за невысказанных обид, непонимания, гордыни.

"А ведь всё можно было исправить, – думала Алиса, помогая бабушке поливать огород. – Если бы они просто поговорили. А не копили злость. Не пытались друг друга перехитрить."

Вспомнился Хранитель. Его холодный взгляд в их последний разговор.

"Ты и сама справишься."

Губы Алисы дрогнули.

"Справлюсь, – твёрдо сказала она вслух. – Обязательно справлюсь."

С каждым днём деревня становилась ей роднее. Простые радости – свежий хлеб из печи, прогулки по лесу, вечерние разговоры с бабушкой – постепенно залечивали душевные раны.

Однажды утром, подметая дорожки у крыльца, ведь бабушке уже тяжело было делать это самой, Алиса вдруг осознала – она счастлива. По-новому, по-другому.

Без роскошных апартаментов.

Без магических артефактов.

Без него.

И в этот момент, несмотря на всю боль и отчаяние, она почувствовала, что где-то глубоко внутри нее все еще теплится надежда. Надежда на то, что однажды она найдет свое истинное предназначение, даже если сейчас это кажется невозможным.

"Я сильнее, чем думала, – улыбнулась она, глядя на собственное дыхание, тающее в прохладном воздухе. – И свободнее."

Мысль о Хранителе больше не вызывала боли. Только лёгкую грусть – как о прекрасном, но пролитом вине.

"Если это была любовь – она вернётся. Если нет… значит, лучшее еще впереди."

Она распрямила спину, вдохнула полной грудью утреннюю свежесть деревенских просторов.

Где-то там, в большом мире, её ждали новые приключения. Новые встречи. Новая жизнь.

И она была готова.

Как никогда.

И, с течением времени, Алиса поняла, что она способна справляться с проблемами, возникающими на ее пути. Она смогла найти в себе силы чтобы начать все сначала и не сдавалась.

Девочка освоилась и даже полюбила деревенский образ жизни, несмотря на то, что изначально воспринимала его как наказание. Её жизнь стала насыщенной новыми событиями, интересными занятиями и впечатлениями. Сельская жизнь научила её искать радость в мелочах, таких как прогулки по окрестностям, походы в лес, общение с природой. Алиса получила новый опыт, который изменил ее восприятие мира.

Она нашла смысл в новой жизни, поняла, что счастье заключается в маленьких вещах, которые помогают нам чувствовать себя живыми. Приняла перемены, которые произошли в её жизни, и начала строить планы на будущее. Алиса научилась радоваться каждому дню, находить удовольствие в простых занятиях и наслаждаться каждым мгновением, несмотря на трудности.

В уютной деревне, окруженной зелеными лугами и высокими холмами, дом бабушки Алисы стоял на краю леса, и прямо напротив находился старый, но ухоженный дом, в котором жил таинственный мальчик с длинными пепельными волосами. Лишь мельком увидев его пару раз, девочка решила непременно с ним познакомиться. Но удалось ей это не сразу, потому что он редко выходил на улицу.

Однажды солнечным утром Алиса вышла во двор и заметила, что тот самый соседский мальчик как раз стоит у калитки, задумчиво глядя вдаль. Девочка набралась смелости и подошла к нему.

– Привет! – сказала она, слегка волнуясь. – Меня зовут Алиса. Я живу здесь совсем недавно, – она указала на свой дом.

Мальчик повернулся к ней и улыбнулся. Его глаза были удивительно глубокими и прозрачными, словно два озера среди серых туч.

– Привет, Алиса. Меня зовут Кристиан, но ты можешь называть меня просто Крис. Рад с тобой познакомиться, – ответил он мягким голосом. – Я живу здесь со своей мамой.

Алиса заметила, что его длинные волосы действительно выглядят необычно для деревенского мальчика, но в них было что-то очаровательное и загадочное. Он почему-то снова напомнил девочке Хранителя, но она быстро прогнала от себя это наваждение. “Хватит с меня и котенка в подарок. Мейн Кун с таким окрасом уж точно не мог случайно появиться в моём саду. Теперь все это уже в прошлом, мне остаётся только поблагодарить его за все и улыбаться навстречу новому дню. Сама выбрала свой путь, так иди же смелее!” – мысленно настраивала себя Хранительница на нужную волну.

– Почему у тебя такие длинные волосы? – спросила девочка, не скрывая любопытства.

Кристиан рассмеялся, и его смех прозвучал, как ласковый звон небесных колокольчиков.

– Моя бабушка говорила, что длинные волосы приносят удачу. А мне просто нравятся, как они выглядят. Я не подстригался с тех самых пор, как ее не стало. – объяснил он.

– Ой, мне так жаль. – выразила Алиса свои соболезнования.

– Это часть жизни. Ничего не длится вечно, со временем все проходит. Но, пока я помню о ней, она всегда остается со мной, в моем сердце.

Алиса почувствовала, что этот мальчик не такой, как все остальные. Он был добрым и открытым, и ей сразу стало так комфортно рядом с ним.

– Хочешь поиграть? – предложила она.

Крис кивнул, и они отправились на лужайку возле ее дома. Дети играли в прятки, бегали наперегонки и рассказывали друг другу веселые истории. Время пролетело незаметно, и когда солнце начало садиться, Алиса поняла, что обрела нового друга.

– Было здорово провести время с тобой, Крис, – сказала она, прощаясь.

– Мне тоже понравилось, Алиса. До завтра! – ответил Кристиан, помахав ей рукой на прощание.

С тех пор они стали лучшими друзьями и проводили вместе много времени, исследуя окрестности, придумывая игры и делясь секретами. Их дружба стала настоящей, и никто не мог понять, почему этот необычный мальчик с длинными пепельными волосами так понравился Алисе. Но, возможно, именно в этом и заключалось его очарование. А такая простая и лишенная магии дружба, была ей нужна, чтобы по-настоящему встать на ноги.


## Глава 5. Новая школа.

Алиса волновалась перед первым днем в новой школе. Она встала рано утром, тщательно выбрала одежду и аккуратно уложила книги в рюкзак. Кристиан обещал встретить её у ворот и проводить до школы. Мальчик уже учился здесь пятый год, и она надеялась, что он поможет ей освоиться. Когда она вышла из дома, её новый друг уже ждал свою одноклассницу. Он улыбнулся и предложил пойти вместе. По дороге они разговаривали о том, какие предметы будут изучать и каких учителей ждут.

– Не переживай, Алиса, – сказал Кристиан, заметив её волнение. – Всё будет хорошо. Я помогу тебе, если что.


Девочка поблагодарила его и вошла в школу с чувством уверенности. Первый день прошёл довольно гладко: учителя были дружелюбны, а одноклассники казались вполне нормальными ребятами. Однако Алиса заметила, что некоторые мальчики косо смотрят на ее лучшего друга и шепотом переговариваются, когда он проходит мимо.

После уроков друзья вместе собирались идти домой. Но Кристиана остановила группа старших мальчишек. Один из них, высокий и крепкий парень, шагнул вперед и ухмыльнулся.

– Эй, длинноволосый, – сказал он, указывая на Кристиана. – Что, опять решил прийти в нашу школу с этими лохмами? Я же тебя предупредил, что с тобой будет, если не одумаешься? Ещё и подружился с новенькой городской? Сегодня тебе точно не поздоровиться.

Остальные засмеялись. Несколько ребят схватили мальчика за руки и удерживали, пока главный хулиган достал ножницы и бесцеремонно остриг длинный хвост пепельных локонов.


Алиса почувствовала неладное, когда не увидела друга в назначенном месте. Она отправилась на его поиски, а сердце ее начинало биться быстрее, предчувствуя беду. Вдруг девочка увидела окруженного хулиганами Кристиана и поняла, что с ним произошло.

– Немедленно отпустите его! – больше не контролируя гнев закричала она, делая резкий шаг вперёд прямо к главному дебоширу.

Старшие мальчики удивлённо посмотрели на маленькую девчушку, а затем снова засмеялись ещё громче.

– Ну, ты посмотри, защитница нашлась, – гогоча произнёс парень с ножницами.

– Ты об этом пожалеешь… – Кинжал материализовался в руках десятилетней девочки в одно мгновение, обжигая ладонь знакомым холодом. Воздух вокруг загустел, запахло озоном и древней пылью. Глаза её потемнели, став бездонными, как сама ночь. Она привычным движением вывернула руку обидчика и приставила холодное лезвие прямо к горлу подростка. Тот абсолютно не ожидал ничего подобного и испытал настоящий ужас от произошедшего. Кристиан же, напротив, не отшатнулся от лезвия у горла обидчика. Его взгляд не был испуган, а… грустен. Будто он уже видел эту сцену уже тысячу раз.

– Алиса, не надо! Он этого не стоит. – неожиданно для всех вмешался юноша. – Я давно хотел новую стрижку. В жизни наступают моменты, когда следует отпустить прошлое, как бы это не было тяжело. Нужно двигаться дальше.

Ласковые слова друга помогли Хранительнице обуздать свой гнев. Она ювелирно скользнула лезвием ото лба к темечку, оставляя смешную неровную лысину на голове у обидчика и грубо отшвырнула обмякшего паренька прочь. Магический срез навсегда заблокировал рост волос по линии соприкосновения.

– Просите прощения, жалкие ничтожества. – Устами маленькой девочки говорила сама Тьма, она с трудом смогла удержать энергию Хаоса и не совершила массовое убийство прямо возле деревенской школы. Ведь эти негодяи тоже чьи-то дети и просто не понимают, что творят. Но если позволить Теням поглотить свою душу, пути назад уже не будет. Алиса отчётливо поняла, от чего только что ее спас Кристиан. Причем в ущерб своей жажде справедливого возмездия. Тепло от этого осознания мгновенно наполнило ее сердце светом и любовью, она опустила кинжал и вновь обрела контроль над собой.

Дебоширы стояли в полном оцепенение. Первым очухался так называемый главарь.

– Простите пожалуйста, я больше не буду, я не хотел, я не знал. Простите, простите. – Он невнятно бормоча кинулся в ноги Кристиана и начал трясти его за штаны жестом мольбы. Следом за ним с тем же невнятным блеянием в ноги мальчику бросились и остальные хулиганы.

– Убирайтесь отсюда! – прогнала шпану Алиса, поднимая рюкзак своего друга. Слёзы текли по щекам девочки, когда она стряхивала от дорожной пыли хвост отрезанных пепельных волос.

– Прости, что втянул тебя в это, – тихо произнес Кристиан.

– Ты прости, что так поздно, – ответила Алиса, взяв его за руку. – Как они могли? Вот мерзавцы!

Вокруг неё снова опасно клубился фиолетовый туман. Юноша ласково положил свою ладонь на плечо подруги.

– Алиса, я в порядке. Правда. Все хорошо.

– Никто не имеет права обижать тебя, тем более из-за твоей необычной внешности.

– Некоторые перемены неизбежны. Не стоит их бояться. Что-то уходит и на смену ему приходит новое. Не отказавшись вовремя от того, что нас удерживает в прошлом, можно упустить свой шанс стать счастливее в будущем.


Кристиан загадочно улыбнулся ей, и друзья вместе продолжили свой путь домой. В этот момент Алиса поняла, что готова защищать своего нового друга, несмотря ни на что. Ведь истинная дружба – это не только общие интересы, но и поддержка в трудные минуты.


После случившегося инцидента Кристиан пригласил свою спасительницу зайти к нему в гости. Комната мальчика была простой и уютной, отражающей его скромное происхождение и близость к природе.

Алиса никогда раньше не бывала в комнате Хранителя, и когда она впервые переступила порог жилища Кристиана, её глаза широко раскрылись от удивления. Комната оказалась вовсе не такой, какую она ожидала увидеть у обычного деревенского парня. Вместо типичных подростковых атрибутов, постеров рок-групп или спортивных трофеев, её взор привлекли многочисленные полки, уставленные старинными книгами, гербариями, кристаллами и другими таинственными предметами.

Пол был покрыт деревянными досками, а стены – грубоватой штукатуркой, местами украшенной рисунками странных символов, сделанными хозяином этого жилища. Алисе эти знаки показались смутно знакомыми. Ее друг пояснил, что это магические руны защиты – благодаря им никакой враг не проникнет в его жилище. На одной стене висел небольшой амулет, вырезанный из дерева, который, как мальчик объяснил, сделал сам, вдохновившись легендами о древних магических существах. На другой висел огромный календарь лунных фаз, а на столе стояли стеклянные флаконы с разноцветными жидкостями, каждая из которых была помечена все теми же загадочными символами. В углу комнаты находилась небольшая коллекция старых часов, некоторые из которых тикали вразнобой, создавая атмосферу таинственности.

В углу стояла простая деревянная кровать, покрытая теплым одеялом. Рядом с кроватью находился небольшой столик, на котором лежали несколько странных книг, которые выглядели так, словно были получены мальчиком от старого лесного жителя, обучавшего его основам магии. Эти книги, как рассказал Кристиан, были для него бесценными сокровищами, и он с удовольствием проводил долгие часы, увлеченно изучая их страницы, освещенные пламенем свечи.

На стенах висели самодельные ловцы снов, сплетенные из трав и перьев птиц, найденных в лесу. Они служили не только украшением, но и защитой от дурных сновидений, которые могли нарушить его покой. Мальчик верил, что эти простые предметы обладают особой силой, способной отразить любые негативные влияния. В комнате также находились различные обереги, сделанные из природных материалов: камней, костей животных и кусочков коры деревьев. Эти предметы были заряжены магической энергией, собранной в лесу, и служили защитой от темных сил, которые могли угрожать его маленькому миру.

Хотя комната была скромной и простой, она обладала особым шармом и теплом. Здесь ее хозяин чувствовал себя в безопасности, окруженный предметами, наполненными магическим значением. Как будто бы знал, и что однажды он станет великим магом, способным влиять на мир вокруг себя. Детская комната Кристиана отражала его стремление к знаниям, веру в магию и желание защитить себя и своих близких от опасностей внешнего мира. Этот простой уголок был началом великого пути, полного тайн и загадок.