Надя Лахман
Жена проклятого графа

Пролог

– Миледи, остановитесь, не надо! – моя служанка Лира показалась в узком проеме двери, ведущей на крышу замковой башни. Бледная, с трясущимися губами, но все еще пытающаяся прислуживать своей госпоже. Жаль, что она все-таки успела… Я надеялась, что никто не будет свидетелем того, что должно было произойти совсем скоро.

– Где же ты, Рейвен? – прошептала беззвучно, пытаясь с высоты разглядеть знакомую фигуру на огромном вороном жеребце.

Раскаленное солнце медленно садилось за горы, раскрашивая их острые, похожие на зубы дракона, пики малиново-красным цветом. Цветом, так похожим на кровь. Я посмотрела вниз, чтобы увидеть то, что происходило под стенами замка: вражеские воины притащили таран, и теперь планомерно били им в огромные, окованные металлом двери. И судя по всему, скоро и эта преграда будет взята. Дальше их ждали еще несколько линий обороны, но… нас было мало. Слишком мало для того, чтобы противостоять людям Гохана – безжалостным убийцам, всю жизнь посвятившим войне.

И все же я колебалась. Стоя на смотровой площадке и не обращая внимания на ветер, что разметал мои длинные волосы, путая их, как руки любовника, я продолжала напряженно вглядываться в даль. И ждать.

– Миледи! – на площадке появился запыхавшийся Джарет, наш старый слуга. И одного взгляда на него было довольно, чтобы мое сердце вдруг оборвалось, падая куда-то вниз. – Они уже в замке, надолго мы их не задержим. Молю, схоронитесь так, чтобы даже я не знал, где вы!

– Нет, Джарет, – я покачала головой, с любовью и грустью смотря на старика, в чьих глазах застыло отчаяние. – Нет. Им нужна именно я, и не найдя меня, они убьют каждого, пока не получат ответы на свои вопросы. Я не могу этого допустить. А так… у вас хотя бы появится шанс.

Лира громко зарыдала, вытирая глаза белоснежным передником.

– Уходите, быстрее. Ну же! – я повысила голос, и тут же тихо добавила: – Прошу… – По моим щекам скатились две одинокие слезинки.

Джарет сомневался лишь мгновение, а потом низко, с почтением мне поклонился: – Да пребудет с вами сила Всевышнего. Прощайте, моя госпожа.

Я слышала, как он тащил вниз упирающуюся и кричащую Лиру. Надеюсь, они успеют укрыться. Надеюсь, на них не выместят зло, после того как я…

Взгляд снова скользнул по долине под замком, сейчас полностью залитой зловещим красноватым светом. Надо же… Я так боялась ночи, а, оказалось, день бывает гораздо страшнее.

– Рейвен…– я заставила себя отцепить пальцы, судорожно сжимавшие край невысокой зубчатой стены, опоясывающей смотровую площадку. Ветер разбушевался уже не на шутку, и подол длинного белого платья хлопал за моей спиной, подобно крыльям диковинной птицы. Жаль только, я не умею летать, как они. – Прощай… Я буду любить тебя вечно!

Улыбнувшись солнцу, я медленно качнулась вперед…

Глава 1

Несколько месяцев назад…

– Амелия, ты меня слушаешь? – моя тетушка, вдовствующая графиня Элла Каллидора, посмотрела на меня с нарочитой строгостью, но я видела, как в глубине ее изумрудных глаз прятались озорные смешинки.

– Конечно, тетушка! – я кивнула, расправляя несуществующие складки на своем шелковом платье небесно-голубого цвета, и невинно добавила: – Так что вы там говорили о графе?

Тетушка обреченно закатила глаза. Мама, сидевшая рядом с ней, лишь покачала головой, и я улыбнулась, глядя на них.

– Я все разузнала: граф Арделиан владеет всеми землями в округе. Знатен, богат, завидный жених. И еще, говорят, очень хорош собой, – она заговорщицки мне улыбнулась, на что я лишь равнодушно пожала плечами.

Хорош собой? На таких приятно любоваться издали, может, даже позволить себе капельку кокетства… ну или две капельки. Но рассматривать в качестве мужа… Нет уж, увольте. Пусть я и не знала отца и весьма смутно представляла себе, что из себя представляет семейная жизнь с мужчиной, но мне хотелось, чтобы мой муж был для меня всем, как и я для него.

А красивые мужчины слишком избалованы вниманием женщин, чтобы хранить верность одной. Красивые и богатые мужчины, наделенные властью – избалованы им вдвойне. Мой опыт, правда, основывался исключительно на наблюдении за слугами и чтении любовных романов.

– А я слышала, граф меняет любовниц каждую неделю, – встряла в разговор моя мама и тихо добавила, будто не была уверена, стоит ли это говорить: – и что он слишком опасен.

Но тетушка лишь отмахнулась: – Не будь такой ханжой, Иветта. Все мужчины должны нагуляться перед свадьбой, – она подмигнула мне. – Просто он еще не встретил настоящую любовь. А что касается опасности… мужчинам она только к лицу.

– Вот и пусть держится подальше от нашей Ами, – мама отчего-то рассердилась. – Не стоило нам соглашаться на его приглашение.

И я была с ней полностью согласна. Замужество точно не входило в мои планы. По крайней мере, пока. И все же, сердце болезненно екнуло в груди, когда возница окликнул нас, сообщив, что мы подъезжаем.

*****

Замок графа… поражал воображение. Нет, я, конечно, знала, что подобные существуют, но одно дело знать, а другое – увидеть собственными глазами. Огромный древний исполин был воздвигнут на вершине одной из окружающих его гор, и казался, скорее, ее продолжением, чем отдельным сооружением. Острые пики протыкали закатное малиново-синее небо, и на его фоне он казался черным уродливым чудовищем с покрытой шипами спиной.

Долина, раскинувшаяся перед замком как на ладони, медленно заполнялась туманом, когда наша карета начала подниматься вверх по мощеной булыжником дороге.

– Ах! – тетушка прильнула к стеклу, вглядываясь в сгущающий мрак. – Вы видите это? Иветта, Амелия!? – Посмотрите, какой он огромный!

– Слишком мрачный и страшный, – вынесла вердикт мама. – Мне здесь не нравится.

– Перестань, – тетушка беспечно отмахнулась рукой. – Давайте как следует повеселимся, прежде чем поедем в ваше захолустье.

Она, в общем-то, была права. Мы оказались здесь, можно сказать, волей случая. Элла перебиралась жить к нам с мамой, и вот уже почти две недели мы медленно тащились через всю страну, добираясь до дома. Пока в один из злополучных дней у нашей кареты не лопнула рессора. Обоз с тетушкиными вещами двинулся дальше, мы же вынуждены были задержаться на постоялом дворе, дожидаясь починки. И дождались – не только починки, но и приглашения посетить бал, что давал хозяин этих земель.

– А я вам говорю, у графа везде есть глаза и уши, – тетушка вновь прилипла к окну, вглядываясь в приближающуюся громаду древнего замка, щурившегося на нас узкими стрельчатыми окнами. – Иначе откуда бы он мог узнать, что три прекрасные леди попали в беду и томятся от скуки?

Действительно, откуда? Я так задумалась, что не заметила, как карета плавно качнулась и остановилась. Мы прибыли в замок, носящий, как и его хозяин, имя Арделиан, что в переводе означало «огненное сердце». Впрочем, было у этого слова и другое, более пугающее, значение, как успела шепнуть мне служанка на постоялом дворе: «сосуд для крови».

… – Леди, позвольте ваши плащи, – высокий седовласый слуга почтительно нам поклонился, стоило только войти внутрь. Что там говорила мама, что замок ей не понравился? Пожалуй, я склонная была с ней согласиться – внутри он выглядел еще неуютнее и угрюмее, чем снаружи. На мгновение показалось, что моих открытых плеч коснулся прохладный легкий ветерок, и я непроизвольно поежилась.

– Прошу, проходите, гости уже собрались.

Мы прошли вперед – туда, где из высоких распахнутых дверей бил яркий свет тысяч зажженных свечей и лилась нежная музыка.

– Охх, как же давно я не была на балах! – тетушку, в отличие от нас, ничего не смущало и, подхватив юбки, она бесстрашно шагнула в зал первой, мама за ней, лишь я на мгновение задержалась на пороге. «Света и тьмы», – невольно отметила про себя, глядя на каменный пол под ногами, расчерченный тенями.

Я стояла ровно на их границе, и отчего-то не могла заставить себя сделать шаг вперед. Ветерок вновь коснулся оголенной кожи спины, лаская ее невесомыми пальцами, и, больше не мешкая, я пересекла черту. Черту, за которой начиналась моя новая жизнь.

*****

Если я думала, что в зале будет мало гостей, то ошиблась. Их было не менее сотни. Казалось, граф Арделиан собрал у себя в замке всех жителей окрестных поселков и городов. Да и публика здесь подобралась весьма… разномастная, так что зря я переживала, что мое простенькое платье не подходит для бала. Впрочем, оно было весьма симпатичным, а главное, удивительным образом шло к моим голубым глазам и белокурым волнистым волосам.

Мама и тетушка шли впереди, и я невольно залюбовалась ими. Они были родными сестрами, как и я, светловолосыми, даже сейчас не потерявшими стройность и красоту – так, что со спины их можно было принять за молодых девушек. И обе рано остались вдовами, но если у мамы была я, то у Эллы не было вообще никого.

Гости смеялись и переговаривались, отовсюду слышался перезвон хрустальных фужеров с шампанским, что разносили слуги. Кто-то уже выходил в центр зала, заслышав красивую музыку, что лилась, казалось, отовсюду. Меня тоже пару раз приглашали на танец, но я вежливо отказывала. Внутри вдруг возникло странное чувство: будто все мы ждали чего-то, или… кого-то?

– Это очень древний замок, – Элла о чем-то тихо переговаривалась с моей мамой, я же решила пройтись по залу и немного осмотреться.

Замок действительно дышал стариной: высокие потолки, теряющиеся во тьме, с которых свисали кованые люстры на толстых цепях, стрельчатые окна с каменными переплетами и витражами, изображавшими какую-то птицу.

Я задумчиво двигалась по залу, в окна которого заглядывала черная бархатная ночь. Почему мне кажется, что однажды все это уже было? Почему сердце бьется в груди всполошенной птицей и никак не желает успокаиваться? Как странно…

– Позвольте пригласить вас на танец, леди, – раздался вдруг за спиной низкий бархатистый голос, от которого я вздрогнула, а потом медленно обернулась, чтобы увидеть его обладателя.

Передо мной стоял высокий широкоплечий мужчина, облаченный во все черное. Красивый, с волосами цвета воронова крыла, что сливались с его одеждой. Твердый подбородок, высокие скулы, прямой нос и хищный разлет темных бровей. Пристальный взгляд темно-синих глаз заставил сердце замереть, а после забиться пойманной птицей.

Отчего-то захотелось позорно сбежать, спрятаться от этого опасного хищника. Потому что я знала, что передо мной стоит именно он – граф Рейвен Арделиан, хозяин этого замка. И… тот, кому не отказывают. Вот и я не смогла, иначе нанесла бы ему оскорбление. Тем более гости смотрели на нас, ожидая, что будет дальше.

– Граф, – я присела в низком реверансе, отмечая про себя, что этот мужчина плюет на условности. Мы не были представлены друг другу, как того требовал этикет, но, кажется, Арделиана это ничуть не смущало. Кажется, он привык брать то, что хотел. А сейчас он хотел именно меня – я видела это по пристальному мужскому взгляду, с интересом скользящему по моему лицу и фигуре, подмечая малейшие детали.

Где-то на периферии зрения мелькнули лица мамы и тетушки, шокированных, кажется, не меньше моего, но и это все отошло на второй план, когда граф вывел меня в центр огромного бального зала, и тяжелая мужская ладонь опустилась на мою талию. Присваивая себе, клеймя не хуже железа.

– Мы с вами открываем бал, – раздался рядом будоражащий низкий голос, и я, подняв голову, потерялась. Потерялась в этом бушующем взгляде, в этих умелых руках, что уверенно вели меня в танце, ни на миг не давая ошибиться, хотя ноги вдруг стали ватными, и я позабыла движения. Чувствуя жар его сильного тела рядом с моим. Слишком близко. Непозволительно близко – так, будто между нами не осталось преград, а все люди в зале исчезли. И сейчас в нем кружились под музыку только мы вдвоем. Глаза в глаза. Душа в душу. Не оторваться, не спастись.

Из последних сил я цеплялась за тлеющие багровые искры, прятавшиеся где-то в глубине синевы этих необычных глаз, пытаясь понять, кто же передо мной. Мое спасение или… погибель? Права была матушка, граф Арделиан оказался опасным мужчиной. Вот только опасность он представлял не для других, а исключительно для меня.

– Вам нравится мой замок?

– Что? Ах, да, он поражает воображение, – я, наконец, отмерла, поняв, что граф обратился ко мне.

Красиво-очерченные мужские губы изогнулись в легкой улыбке, и в глазах графа сверкнули опасные звезды: – Вас легко удивить, юная леди, уверен, что смогу еще не раз сделать это.

Да что со мной такое, почему он так действует на меня?

– Мы не были представлены друг другу на этом балу, – тем временем произнес мужчина. – Граф Рейвен Арделиан, к вашим услугам.

– Графиня Амелия Флери, – ответила я, мучительно размышляя над странной формулировкой его фразы. Или мне показалось?

– Амелия…

Я могла бы поклясться, что в глубине темно-синих глаз вспыхнуло что-то жаркое, хищное, и невольно вздрогнула.

– Вам нечего бояться, графиня. Только не со мной. Не меня, – тихо добавил он.

Сердце ухнуло в пятки, стоило мне услышать эту фразу. Почему он говорит это мне? Это ведь всего лишь танец, разве нет? Почему он общается так, как будто видел меня раньше? Я точно видела этого мужчину впервые, встречу с ним было бы сложно забыть. От графа словно исходила сила – опасная, страшная. Я чувствовала ее, но не могла объяснить себе, что происходит.

Он же не мог заинтересоваться такой, как я, да? Провинциальной аристократкой из обедневшего рода, оказавшейся здесь совершенно случайно. Или… мог?

Глава 2

– Брачная ночь может многое изменить, – матушка расправила несуществующие складки на моем белоснежном подвенечном платье, и отошла, чтобы убедиться, что все идеально. – Причем как в худшую, так и в лучшую сторону. Да-да, и не спорь со мной, Ами!

Спорить с ней? Я даже не собиралась. Я вообще чувствовала себя странно, как будто все еще не могла поверить, что это происходит именно со мной.

Наш танец с графом в тот вечер на балу. И второй… тоже с ним. На грани приличия. После чего граф повел меня к родным, о чем-то тихо беседуя с женщинами, пока я стояла рядом, как завороженная. Околдованная этим странным мужчиной.

На следующий день он приехал к нам на постоялый двор, вызвав там изрядный переполох. И вновь долго разговаривал с мамой и тетей, пока меня отправили гулять в огромный, заросший сад, примыкавший к самому лесу.

Впрочем, я была этому рада. Всегда любила природу, а здесь, в этих краях, цвело вечное лето, и небесная лазурь оттеняла изумрудную зелень листвы. Я с наслаждением вдыхала запахи лета, медленно бредя вдоль дорожек и любуясь цветами, когда поняла, что больше не одна… За моей спиной стоял Рейвен Арделиан, вновь одетый во все черное.

– Граф, – я присела в положенном реверансе, приветствуя мужчину и вновь отмечая, что он нарушает этикет… как и я. Находиться наедине с мужчиной для незамужней девушки было чревато потерей репутации.

– Амелия… – я же могу к вам так обращаться? – граф не спрашивал, скорее утверждал. И вновь этот взгляд, полыхающий опасным огнем. Пугающий, мрачный.

– Да, – я разлепила пересохшие губы.

– Хочу, чтобы вы знали. Я попросил вашей руки, и ваша матушка дала разрешение. Наша свадьба состоится через две недели.

Что?? Что он сказал? Эта какая-то шутка? Да мы познакомились меньше суток назад, и вообще я… я…

– Дышите, – граф заботливо подвел меня к деревянной лавочке и усадил на нее, сам оставшись стоять напротив, в тени раскидистого дуба. Высокий настолько, что мне пришлось задрать голову, чтобы посмотреть на его лицо.

– Не понимаю, – я пристально вглядывалась в синие глаза мужчины, – зачем вам это? Почему я?

– Потому что я всегда получаю то, что хочу, Амелия, – Арделиан смотрел на меня непроницаемым взглядом. Странно… Вчера мне показалось, что с его глазами что-то не так. Но нет, наверное, лишь показалось.

– Я вам не вещь! – в груди начинал зарождаться глухой протест. Да, я понимала, что замуж мне выйти придется, как понимала и то, что я бесприданница, а значит, вряд ли могу составить хорошую партию. Но выйти вот так… Внезапно, толком не узнав друг друга. Нет, в любовь с первого взгляда я не верила. Как и в то, что графу нужна невеста без гроша за спиной. И уж тем более не верила в то, что он купится на симпатичную мордашку, чтобы жениться. Тогда… что ему нужно?

Этот вопрос я и огласила графу, но он удивил меня своим ответом, вдруг процитировав строки:

– В миг встречи волшебной ее сердцем узнаешь,

И любовь восстанет из глубин души.

Забыв о вечности, опять счастливым станешь,

Свет мой, только «да» мне скажи…*

(*стихи автора)

– Что это такое? – спросила я, прижимая ладони к пылающим щекам. Никто и никогда не читал мне стихов, тем более… таких.

– Это мой любимый сонет, Амелия, – граф едва заметно улыбнулся, и в моем сердце что-то дрогнуло. У него была красивая улыбка – хищная, опасная, но неимоверно притягательная. Перед ней было сложно устоять. И наверное, именно в этот момент тонкая мерцающая нить потянулась от меня к Арделиану – неуверенно, робко.

Пусть я и не любила пока этого мужчину, и не верила в то, что он успел полюбить меня, одно было очевидно: он давал себе шанс встретить настоящую любовь. Или… нам двоим?

…Все эти воспоминания пронеслись перед мысленным взором, пока матушка продолжала рассказывать мне о брачной ночи, и лишь когда она замолчала, я поняла, что умудрилась все прослушать.

– Ты поняла, что нужно делать, Ами?

– Конечно, матушка, – нарочито бодро ответила я, не решаясь признаться, что ее наставления прошли мимо моих ушей. Ну и ладно, сама справлюсь.

– Точно? – она, прищурившись, с подозрением смотрела на меня.

– Да! – я обняла близкого мне человека, звонко целуя ее в обе щеки. – А где тетушка?

– В местной часовне. Граф пожелал, чтобы обряд провели именно там. Ну что, ты готова? – матушка накинула на мое лицо тонкое кружево фаты.

Была ли я готова? Конечно же, нет. Но вслух я сказала совсем другое:

– Да!

*****

– Да! – эхом откликнулась я вслед за своим женихом, когда храмовник спросил, готовы ли мы связать наши судьбы, ответив согласием.

Это было так странно – стоять рядом с высоким красивым мужчиной, облаченным в парадный камзол черного цвета, украшенный галунами из черненого серебра. С хозяином этих земель, обладающим почти безграничной властью. И чувствовать, что еще чуть-чуть, и он станет и моим хозяином тоже. «Навечно», – прошептал кто-то в моей голове.

Это было так страшно – знать, что из крохотной каменной часовни, в которой мы находились сейчас, я выйду уже не как Амелия Флери, юная аристократка из обнищавшего рода, а графиня Амелия Арделиан. Я беззвучно шевельнула губами, пытаясь примерить к себе новое имя, и как раз в этот момент храмовник произнес заключительную фразу свадебного обряда:

– Объявляю вас мужем и женой, дети мои! Да пребудет с вами милость Всевышнего и его благодать! Да будут брачные клятвы нерушимы в веках, связав не только ваши тела, но и бессмертные души!

Я удивленно посмотрела на старца, одетого в белоснежные одеяния. Какие странные слова! Или в этих землях так принято?

– Господин граф, вы можете поцеловать свою юную госпожу…

Я моргнула, удивившись новой странной формулировке, и в этот момент до меня дошло, что сейчас должен будет последовать поцелуй. С ним! Сердце забилось в груди всполошенной птицей, когда сильные мужские пальцы откинули фату с моего лица. Какое-то мгновение Арделиан скользил по мне взглядом, будто пытаясь что-то понять для себя, а потом склонился, и его губы уверенно и властно накрыли мои.

– Моя… – едва слышно прошептал мужчина, так же резко отстраняясь. А может, мне просто почудилось. В любом случае я вдруг со всей отчетливостью поняла, что и обряд, и поцелуй не самое страшное – впереди меня ждет первая брачная ночь с почти незнакомым мужчиной.

Моим мужем, с которым мы теперь связаны навечно.

*****

…Свадебный прием я запомнила смутно. Мы с графом сидели во главе огромного стола, принимая поздравления от многочисленных гостей. Нам подносили подарки, говорили какие-то тосты, но перед моими глазами был сплошной туман. Я переводила взгляд с одного гостя на другого, и словно не видела их. Будто вместо людей здесь сидели настоящие призраки. Лишь пронзительные, изумрудные глаза мамы и тети Эллы сидевших поблизости, были для меня как свет маяка во тьме. И я смотрела на них, боясь отвернуться, боясь потеряться окончательно и… пропасть.

«Все хорошо, Ами! – говорили мамины глаза, – только помни, о чем я тебе говорила».

«Да!» – мысленно отвечала я ей, терзаясь смутным предчувствием надвигающейся катастрофы.

«Ами, доверься ему, он тебя не обидит», – тетушка послала мне ободряющий взгляд, и я улыбнулась в ответ. Хорошо бы, чтобы она оказалась права. Хорошо бы… чтобы вообще ничего не случилось.

В себя я пришла лишь в огромной спальне, выполненной преимущественно в багрово-черных тонах. Невысокая худенькая служанка, представившаяся как Лира, помогла мне снять подвенечное платье, принять ванну и переодеться в тончайшую шелковую сорочку.

– Вы такая красивая, миледи, – Лира с искренним восхищением разглядывала мои струящиеся волнами белокурые волосы, что достигали до талии, – я очень рада, что буду прислуживать вам.

– Спасибо, Лира, – нашла в себе силы улыбнуться я, продолжая неотрывно смотреть на дверь, в ожидании, когда она отворится, и порог переступит мой новоиспеченный муж. Лира давно ушла, а я все стояла и смотрела, не в силах сдвинуться с места.

«Не паникуй!» – приказала себе, но вышло так себе. Напротив, с каждой минутой паника захлестывала меня все больше, а это ожидание неизбежного просто выматывало. Я скосила глаза на кровать, застеленную шелковым черным бельем и усыпанную лепестками бордовых роз – такую огромную, что на ней спокойно могли бы разместиться несколько человек, и судорожно сглотнула. Охх, матушка, как мне тебя не хватает! Почему я все прослушала?

Увы, тетя и матушка уехали из замка, таков был обычай. И сейчас я ощущала себя особенно одиноко. Первая ночь без родных. В чужом доме. С чужим мужчиной… Так страшно…

Плечей коснулся легкий ветерок, нежным перышком ведя по ставшей вдруг странно чувствительной коже. Лаская ключицы, невесомо пробегаясь по шее и обводя скулы. Прикасаясь к щекам, губам – чувственно, нежно. Дразняще. Я судорожно вздохнула и подняла взгляд: на пороге спальни стоял он.

Глава 3

Граф тоже успел принять душ и переодеться: мокрые черные волосы до плеч были небрежно откинуты назад, мягкие домашние штаны сидели низко на бедрах, а в глубоком вырезе рубашки была видна рельефная загорелая грудь, на которой виднелась часть какой-то татуировки.

«Магия!» – отчетливо поняла я. Такие татуировки могли позволить себе лишь очень богатые, знатные люди, и каждая из них была уникальна, нося в себе массу скрытых возможностей. Каких именно – знал лишь ее владелец, да еще королевский маг, что ее делал.

Арделиан, тем временем, медленно двинулся ко мне. Так мог бы идти хищник – спокойно, уверенно, не торопясь. Удерживая жертву в плену своих глаз, подчинив ее своей подавляющей силе. С трудом я заставила себя оставаться на месте, а не отшатнуться, не сбежать позорно. А вот дрожь скрыть не удалось, и дрожала я сейчас точно не от холода, хотя в спальне было довольно прохладно.

– Вы замерзли, Ами, – к моему изумлению, граф совершенно спокойно прошел мимо меня прямо к огромному камину. Встав на одно колено, подкинул в него дров из поленницы, и только потом обернулся.

Почему мне кажется, что он прекрасно понял, от чего я дрожу, но не подал виду?

– Идите сюда, – мне протянули руку, предлагая присоединиться к нему на огромной пушистой шкуре неведомого существа, лежавшей на полу. Всевышний, дай мне сил! Он, что, собирается… прямо здесь?

– Не бойтесь, я вас не съем, – на четко-очерченных мужских губах мелькнула едва заметная ироничная усмешка, как будто граф умел читать мысли. – Ну же, Ами, не будьте такой трусишкой.

Вздохнув, я сделала шаг вперед, а после еще один, пока не оказалась напротив графа, смотревшего на меня снизу вверх. Стараясь не думать о том, что моя сорочка почти ничего не скрывает, и вновь невольно отмечая, насколько красив этот мужчина. Чисто мужской красотой – чуть резковатой, хищной. Опасной, быть может? Наверняка у него куча любовниц, готовых на все по первому требованию. Так зачем ему я?

– Присаживайтесь, – граф отодвинулся, потянувшись за бутылкой вина, стоявшей здесь же, на низком столике. – Я не хочу спать. А вы?

– Я тоже, – заверила я его вполне искренне, и мне показалось, что в синих глазах мелькнули веселые искры.

– Вот и славно. Тогда предлагаю просто поговорить, – мне протянули бокал, наполненный янтарной жидкостью с запахом фруктов. – Расскажите немного о себе.

– Боюсь, граф…

– Рейвен, – перебили меня. – Мне будет приятно, если вы начнете называть меня по имени.

– Рейвен, – послушно произнесла я, перекатывая его имя на вкус и невольно отмечая, что оно ему идет. Имя означало не что иное, как «черный ворон» – пожалуй, он действительно чем-то похож на него. – Боюсь, Рейвен, моя история покажется вам скучной. Я всю жизнь прожила с мамой в маленьком имении, доставшемся нам от бабушки.

– А ваш отец? – граф слегка нахмурился.

– Я никогда не знала его, – я осторожно попробовала вино и нашла его очень приятным.

– И ваша тетя тоже не замужем, – задумчиво проговорил граф.

– Вдова, – поправила я его, раздумывая над тем, может мне стоит выпить пару бокалов, чтобы расслабиться и принять то, что он собирался сделать со мной этой ночью? Я вновь пригубила вино, отметив, что граф к нему даже не притронулся. Ну и ладно, для него-то все происходящее в порядке вещей, в отличие от меня.

– У вас остался дома кто-то… особенный? – граф пристально следил за моей реакцией.

– Нет, – я покачала головой, – никого.

– Никого… – эхом повторил он и вдруг так резко перевел тему, что я поперхнулась вином. – Вы любите сказки, Ами?

– Д-да. Но я не понимаю…

Он что, собирается рассказывать мне сказки в нашу первую брачную ночь?

*****

– Тогда слушайте, – граф подлил мне вина и улыбнулся чисто мужской улыбкой, сделав вид, что не заметил моего ошарашенного лица.

– Когда-то очень давно на свете жил храбрый воин. Годы бесконечных тренировок не прошли бесследно, и он не знал поражений в бою, а враги, только услышав его имя, в ужасе разбегались. Но не в силе, и не в мастерстве был его главный секрет…

– А в чем же? – заинтересовалась я, садясь поудобнее. Граф невольно угадал: я не просто любила сказки, я их обожала.

– В силе духа, Ами. Она у этого воина была такова, что ничто… ничто не могло сломить его. Он не боялся ни людей, ни зверей, не боялся пыток и смерти, – граф замолчал, задумчиво глядя на огонь, а я завороженно смотрела на его профиль, выполненный, казалось, с лика древнего божества. На мгновение захотелось невесомо провести по нему пальцами, очертив высокий лоб, прямой нос и эти твердые, чуть надменно изогнутые губы…

– Но и у него нашлось слабое место, о котором узнали враги. А узнав, тут же решили воспользоваться этим, – граф вновь надолго замолчал.

– Что же было дальше? – я осторожно дотронулась до его руки, и тут же убрала ее, смутившись от собственной смелости. Наверняка, это вино виновато! Что за странные мысли приходят в голову?

– Дальше? – он перевел взгляд на меня, и столько полыхающего огня было в нем, что сердце вдруг глухо ударилось о ребра и, кажется, даже перестало биться.

Теперь я точно видела, что мне не показалось тогда, на балу! Его глаза мерцали, как будто вобрав в себя огонь из камина.

– Дальше была битва. Жестокая, кровопролитная. Воин был силен, но и он не мог сделать ничего против полчищ врагов. Он проигрывал, видя, как умирают рядом друзья и соратники – все, кого он когда-то любил.

Я сидела, затаив дыхание, не решаясь его торопить. Кажется… эта сказка не будет со счастливым финалом.

– Он потерял все. Своих людей, свои земли, которые занял враг, свой родной дом, в котором родился и вырос. Враги убили там всех, кого он знал и любил. Просто из мести. И единственным, кого ему удалось спасти, был его лучший друг, которого он вытащил с поля боя тяжелораненым, без сознания. Его бросили там, думая, что он мертв, но он был еще жив, когда воин нашел его.

Несколько дней он тащил его по лесу, не давая себе права усомниться или отчаяться. Пусть он и проиграл этот бой, потерял все, но сам он был еще жив, а рядом с ним был тот, кто нуждался в помощи.

– Еще вина, Ами? – граф невозмутимо налил вина в мой опустевший бокал и продолжил как ни в чем не бывало:

– Видимо, боги все же хранили его, потому что ему удалось добраться до удаленного горного монастыря и попросить в его стенах защиты и помощи. Но даже святые братья были не в силах совершить чудо, а ему было нужно именно оно, чтобы спасти друга и освободить свои земли. И тогда он пошел к настоятелю монастыря – мудрому старцу, давно разменявшему первую сотню лет.

– Уверен ли ты, сын мой, что готов заплатить любую цену за помощь? – спросил его настоятель.

Воин был уверен. Вера его была крепка, как никогда, как и решимость отомстить врагу, многократно превосходящему его численностью. Отнявшему у него все, что было дорого.

И тогда старец дал ему совет, как он может вернуть свои земли обратно и исцелить умирающего товарища.

– Неужели это было возможно? – ахнула я, всей душой сочувствуя герою легенды.

– Да, способ был. Но и цена была непомерно высокой.

– Но ведь у него и так ничего не осталось, – кажется, вино сделало свое коварное дело, потому что мои веки стали слипаться, грозя унести меня в мир сновидений раньше, чем закончится сказка графа.

– Ошибаетесь, Ами, кое-что у него еще было. То, чем расплачиваться точно не стоило.

– Что же? – я отчаянно пыталась не заснуть, смотря в темно-синие глаза с пляшущими отблесками багрового пламени, что завораживали и манили меня, как магнит.

Или я уже заснула, так и не услышав окончания сказки? Мне стало вдруг так тепло и уютно, что глаза закрылись сами собой, пока пространство рядом тихо раскачивалось, баюкая меня в кольце своих рук.

– Чем же он расплатился? – прошептала я, уже засыпая.

– Душой, – послышался шепот на грани сознания, и я окончательно провалилась в сон.

*****

Следующим утром я проснулась поздно. Долго нежилась под мягким, как облачко, одеялом, а потом резко села на постели. Я в замке Арделиана! В его спальне! Его постели! Скосила глаза в сторону и вздохнула с облегчением: кажется, мой муж здесь сегодня не ночевал – подушка с его стороны осталась непримятой.

Вспомнила ночь, и на мгновение стало стыдно. Наверняка у графа на меня были совсем иные планы, а я попросту отключилась, так и не дослушав его сказку. Или все же дослушала? Я сморщила лоб, пытаясь вспомнить, чем закончились злоключения воина, но так и не смогла этого сделать.

В дверь раздался деликатный стук.

– Войдите, – на всякий случай я натянула одеяло до подбородка.

В спальне показалась пожилая дородная женщина, представившаяся экономкой. Талия – так звали женщину, сразу же мне понравилось: ни в жестах, ни во взгляде не было и намека на неуважения, что граф взял в жены бесприданницу. Лишь почтение и толика любопытства. Впрочем, это то как раз было понятно – новые люди в замке всегда на виду.

– Миледи, если вы позволите дать вам совет…

– Конечно, Талия, – я искренне ей улыбнулась.

– Обживайтесь, знакомьтесь с замком, слугами, а делами займетесь чуть позже, я с радостью передам их вам по первому требованию.

Честно сказать, Талия сейчас, сама того не подозревая, очень мне помогла. Я понятия не имела, как управлять таким огромным замком, и боялась не справиться.

– Прислать вам Лиру, чтобы помогла одеться и показала ваши покои?

– Буду признательна.

… Уже через пятнадцать минут я с любопытством осматривала покои, в которых мне предстояло жить. Хвала Всевышнему, они располагались отдельно от покоев графа, хоть и на одном этаже, и состояли из большой гостиной, спальни, гардеробной и ванной комнаты. Каменные стены оживляли гобелены с изображением темного леса, мебель вторила им своей изумрудно-зеленой обивкой.

Конечно, все это выглядело непривычно мрачно, но… неожиданно мне понравилось. И большая гостиная, и спальня с небольшим камином, делавшим ее уютной и теплой. Так что я готова была знакомиться со своим новым жилищем и дальше, но прежде…

– Лира, я бы хотела навестить родных. Вели, пожалуйста, заложить карету.

– Простите, миледи, – служанка виновато потупила глаза, – но хозяин велел сказать вам, что они покинули постоялый двор рано утром, и передать это, – служанка достала из кармана передника белоснежный конверт.

Что? Как уехали? Куда? Не может этого быть! Мне столько всего нужно было рассказать маме, о стольком ее расспросить. Сегодня утром с глаз моих будто, наконец, спала пелена, и я отчетливо поняла, что все, что со мной произошло, слишком… странно.

Маме не нравился граф и его замок, что же заставило ее вот так просто отдать меня этому человеку? Его статус и деньги? Точно нет, мама бы ни за что не пошла на такое, я знаю, как сильно она любила меня. И она, и тетя…

А еще мне не давали покоя ее слова о первой брачной ночи, которые я благополучно прослушала. Как будто там было что-то очень важное, нужное мне. Но что именно? Что?

Дрожащими пальцами я вскрыла конверт и развернула письмо, сразу же узнав мамин почерк.

«Дорогая Ами, мы с Эллой вынуждены уехать, не попрощавшись с тобой. Так сложились обстоятельства. Граф заверил нас, что с тобой все в полном порядке после сегодняшней ночи и что он будет хранить тебя, как величайшее в мире сокровище.

Не печалься и не думай о плохом. Верь своему мужу, теперь он твоя семья и опора. У нас с Эллой все будет в порядке, и знай, мы еще обязательно свидимся.

Целуем тебя и желаем счастья,

твоя мама и тетя»

Письмо выпало из моих ослабевших пальцев, плавно спикировав вниз. Я оцепенело смотрела на белоснежный лист бумаги и не могла поверить глазам. Почему они бросили меня, уехав так резко? Что за обстоятельства их заставили сделать это, или… их заставил граф? Но зачем??

И почему я чувствую странную недоговоренность, сквозящую между строк? Как будто сегодняшней ночью со мной что-то должно было произойти, чего мама боялась. Как будто она прощалась со мной… навсегда?

Прежняя жизнь рассыпалась осколками, больно впивающимися в сердце. Я знала, что ее больше не будет. Но что ждет меня в будущем, вместо нее? Каким оно будет… с ним? Этого я не знала.

Глава 4

– Это библиотека, – экономка вот уже третий час показывала мне замок, который оказался таким огромным, что здесь можно было бродить целый день. Помещение, куда мы вошли сейчас, поражало воображение: стены библиотеки до самого сводчатого потолка были уставлены темными стеллажами с древними талмудами. В центре расположился большой деревянный глобус: и двоих человек не хватило бы, чтобы его охватить. В углу, в нише у окна, стоял письменный стол со стулом, а напротив камина – диван, обитый бархатом винного цвета.

Что ж, сюда я обязательно вернусь: читать я очень любила, и наверняка в замке графа собрано множество редких книг, а пока…

– Лира, – я тихо обратилась я к служанке, семенившей следом за нами, – а ты не знаешь где сейчас граф?

Я не видела мужа с ночи и, признаться, находила странным, что он оставил молодую жену на утро после свадьбы. Пусть между нами и не было ничего… «А может, граф поехал к любовнице ночью? – нашептывал кто-то язвительный в моей голове. – Он мужчина, и у него есть определенные потребности, которые ты удовлетворить не смогла».

– Хозяина нет в замке, миледи, – мне показалось, что Лира чуть замялась с ответом, и это совсем мне не понравилось. Неужели я угадала? Но виду не подала, просто кивнула и последовала за экономкой дальше.

Мы проходили темные мрачные гостиные со свисающими на цепях коваными люстрами, залы с огромными каминами в человеческий рост, украшенными мифическими чудовищами с оскаленными пастями, и многочисленные гостевые спальни со старинными кроватями под полупрозрачными балдахинами. Везде был лишь холодный темно-серый камень, потемневшие от времени гобелены и рыцарские доспехи, стоявшие в нишах на пьедесталах.

Холод и тьма – таким мне виделся замок Арделиана. И лишь узкие стрельчатые окна, украшенные замысловатыми леденцовыми витражами, оживляли этот мрачный интерьер.

И в общем-то, это было как раз то, что я и ожидала увидеть, кроме двух вещей. В замке не было ни одного портрета предков графа Арделиана или его самого, что было довольно странно. Портретная галерея вот уже несколько лет была закрыта на ремонт, как мне рассказала Талия, а традиционные места для картин над каминами занимало висящее на стенах оружие.

Это был, скорее, замок воина, а не богатого аристократа – с минимумом безделушек, такой же мрачный и опасный, как и его хозяин. С горящими углями глаз от чадивших на стенах факелов вместо привычных магических светильников.

А еще в замке не было зеркал. Ни одного. Я поняла это, когда уже вернулась в свои покои, решив, по привычке, взглянуть на свое отражение в зеркале и убедиться, что прическа не растрепалась. Вот только смотреть было некуда.

«Очень странно», – вновь подумалось мне, и я, присев на кровать, глубоко задумалась.

…Весь этот день я была предоставлена сама себе и, наверное, должна была радоваться, что граф дал мне отсрочку, но радости я не испытывала, напротив – чем ближе был вечер, тем неспокойнее становилось на душе.

После обеда я вновь прогулялась по замку, по винтовой лестнице забравшись на крышу одной из замковых башен, с которой открывался прекрасный вид на окрестности: высокие горы, окружавшие замок, долину, что раскинулась перед ним, и бескрайнее небо, чей малиново-синий закат завораживал и манил.

Приблизившись к невысокой зубчатой стене, посмотрела вниз, и тут же отступила, борясь с головокружением: замок располагался на скале, и до земли было очень далеко. Пора было возвращаться назад, в свои покои.

Лишь когда сумерки плавно опустились на замок, а на бархатном покрывале неба зажглись первые звезды, в мою дверь постучали и, не дожидаясь ответа, в нее вошел он. Хозяин этого замка и мой муж.

*****

– Граф, – я приветствовала его, склонившись в реверансе.

– Ами, – в низком голосе, чуть отдающим обманчивой мягкостью бархата, мне послышалось легкое недовольство. – Поднимитесь. Я хочу, чтобы вы поприветствовали меня, как подобает.

А? О чем это он?

Распрямив спину, я застыла напротив, не зная, что ему нужно.

– Подойдите, – подсказали мне почти ласково. Вот только я не поверила обманчивой мягкости голоса.

На негнущихся ногах я сделала несколько шагов к нему и вновь замерла.

– Назовите меня по имени, – вновь раздался короткий приказ.

– Рей… Рейвен, – выдохнула я из себя все еще непривычное имя. Кажется, ночью все было проще, а может быть, в том было виновато вино.

– Умница. А теперь я хочу, чтобы вы поцеловали меня. Сами.

Краски схлынули с моего лица, оставив стоять мраморной статуей. Потом вернулись, заставив щеки запунцоветь от смущения, и схлынули вновь. Что он хочет? Чтобы я… сама!? Я не смогу!!

– Ами… – раздался низкий будоражащий голос, напомнивший мне голос хищника, в лапах которого я сейчас находилась. Пока он играл, но я не обманывалась. Знала, что скоро ему это надоест. – Я жду.

К ногам будто привязали тяжелые гири, а сердце в груди билось так громко, что, казалось, отдавалось набатом в ушах. Я сделаю это. Должна сделать. Он же мой муж. Ну и что, что я ни разу не целовала мужчину, вряд ли граф ждет от меня особых умений. А то, что он гораздо выше, и чтобы поцеловать его, мне придется встать на цыпочки, ухватиться за его плечи, вынуждая наклониться ко мне…

Всевышний, дай мне сил!

Граф, казалось, прекрасно знал, о чем я сейчас думаю. Он стоял, заложив руки за спину, и просто ждал. Молча, не говоря ни слова, наблюдал за мной. Красивый, высокий, широкоплечий, с черными волосами до плеч и этим пристальным взглядом темно-синих глаз, что неотрывно следили за каждым моим движением. Сердце рухнуло вниз, и мне отчаянно захотелось сбежать, да вот хотя бы спрятаться в спальне, уютной и безопасной. Но безопасной ли? Хороший вопрос!

Что-то мне подсказывало, что графа не остановят никакие двери и запоры. Этот замок принадлежал ему, как и… я. И он волен быть отдавать любые приказы. Поцелуй – это ведь не так страшно, да?

Не знаю, как дошла до него и встала напротив, вскидывая голову, и рассматривая каждую черточку лица. «Он очень красив, наверняка женщины от него без ума», – прошептал кто-то в моей голове. Но легче от этого не было. Напротив, мне казалось, что я для него как забавная зверушка – неопытная и трусливая, в подметки не годящаяся его многочисленным роскошным любовницам.

Хищная темная бровь выжидательно выгнулась, будто говоря, что граф все еще ждет своего поцелуя.

Глубоко вздохнув, я положила руки на широкую грудь, затянутую в черный камзол, под которым глухо и рвано билось сердце и потянулась к мужским губам, встав на цыпочки.

Граф, надо отдать ему должное, помог мне, чуть наклонив голову вниз, и мои губы коснулись его – твердых и, одновременно, удивительно чувственных, горячих.

Миг, и не успела я понять, что происходит, как граф отстранился, лишь в глазах мелькнули опасные багровые искры.

– Ну вот, теперь, когда вы поприветствовали своего мужа, предлагаю перейти к ужину. Вы не будете против, если нам принесут его сюда?

Я смогла лишь качнуть головой, до сих пор ощущая на своих губах его поцелуй. Было ли мне страшно? Да! Очень! Но и неприязни я не почувствовала, скорее, напротив… Предвкушение и что-то еще… Что-то, заставившее мои щеки вновь окраситься легким румянцем.

*****

– Вы совсем ничего не едите, – все то время, что мы ужинали, сидя за маленьким столиком, Арделиан пристально наблюдал за мной. Но сказать о том, что мне было рядом с ним неуютно я не могла: граф не виноват в том, что я такая дикарка. А я, по сути, именно ей и была. Жили мы очень скромно, обходясь всего несколькими слугами. После смерти отца маме пришлось пойти на это, чтобы хоть как-то сводить концы с концами.

Гостей к себе не приглашали, да и сами никуда не выезжали, тем более что наше маленькое имение стояло вдали от города, окруженное лесом. Помню, когда мама заговаривала о моем замужестве, я всегда удивлялась, за кого я вообще могу выйти замуж в нашей глуши.

Мама… В сердце вновь кольнула боль и обида.

– Хотите о чем-то спросить меня, Ами? – проницательности графу было не занимать.

– Да… О моих родных. Лира сказала мне, что они утром уехали, и передала письмо от них, но я не понимаю… – я с силой сжала столовые приборы.

– Признаться, я тоже был удивлен, узнав, что они так скоро покинули мои земли, – медленно и раздельно проговорил граф, – но… может это и к лучшему?

Я вскинула на него удивленный взгляд, столкнувшись с ответным, опасным и мрачным.

– Теперь у вас новая жизнь, главный человек в которой я. Вам придется привыкнуть к этому.

С этими словами Рейвен поднялся из-за стола и начал медленно раздеваться.

– Что вы делаете, – пролепетала я, не готовая к столь резкой смене темы. Вообще ни к чему не готовая!

– А как вы сами думаете? – четко очерченные губы изогнулись в ироничной усмешке. – Я собираюсь остаться ночевать в покоях своей жены, как-никак, у нас медовый месяц, Ами.

С этими словами граф скинул на диван камзол и принялся расстегивать рубашку.

– Не хотите помочь мне?

– Н-нет, – я поняла, что если и дальше останусь сидеть за столом, таращась на него, он разденется при мне полностью, и поспешила укрыться в ванной комнате. Бессильно прислонившись затылком к двери, я стояла, стараясь не думать о том, что за дверью меня ждет обнаженный мужчина. «Ты же не думала, что он вторую ночь подряд будет рассказывать тебе сказки?» – язвительно рассмеялся внутренний голос.

Думала ли я? Да я вообще уже не знала, что думать! Граф напоминал мне кота, вот только не домашнего, а большого. Очень большого, хищного и опасного. Которому доставляет наслаждение смотреть, как трепыхается мышка меж двух бархатных лап, пока он смотрит на нее своими мистическими необычными глазами.

У мышки есть иллюзия свободы, а большие лапы кота кажутся ей надежной защитой, вот только… Только она не знает, что меж мягких подушечек выдвигаются острые длинные лезвия когтей, а за едва заметной улыбкой расположены клыки хищника.

«Успокойся! – одернула я себя, вырываясь из пучины смятения. – Откуда этот панический страх? Он твой муж, вас соединил Всевышний. Так прими свою судьбу, Ами. Прими, другой у тебя не будет….»

Через полчаса, поняв, что отсиживаться дальше бессмысленно, я вышла из ванной, переодетая в тончайшую ночную сорочку. Я шла сквозь гостиную, освещенную лишь пламенем свечей, как на эшафот. Вот сейчас все и случится. Интересно, будет ли он нежен со мной?

Вошла в спальню и… с удивлением увидела, что графа в ней нет. Облегчение нахлынуло волной, разжав тугую пружину, все это время сжимавшую сердце. Он ушел! Ушел, не дождавшись, и у меня есть еще одна ночь передышки. Захотелось улыбнуться, закружившись по комнате. Захотелось…

Легкий ветерок шевельнул пряди волос, мягко касаясь лица. И я застыла, каким-то шестым чувством понимая, что в комнате больше не одна. «Откуда он взялся?» – подумала с ужасом.

– Ами, – раздался хрипловатый голос у меня за спиной. – Посмотри на меня.

«Когда мы успели перейти на ты?» – билась в сознании глупая мысль. Сейчас я цеплялась за что угодно, кроме того, что должно было последовать дальше.

Медленно обернулась, встретившись взглядом с обжигающей, полыхающей тьмой. В полумраке спальни глаза Рейвена казались не темно-синими, а практически черными, но багровые всполохи чувств не оставляли сомнений: этот мужчина не так спокоен, как кажется.

Я заметила, что граф тоже успел принять душ и переодеться в домашнюю одежду – широкие брюки, низко сидящие на бедрах, и расстегнутую сорочку, позволяющую мне видеть великолепное мужское тело. «Значит, он просто уходил к себе, пока я пряталась в ванной» – отстраненно подумала я, наблюдая за тем, как капля воды, сорвавшаяся с мокрых волос, искрясь и мерцая, медленно скользит по загорелой рельефной груди с магической татуировкой.

Один взмах длинных ресниц, и Рейвен оказался совсем рядом. Сильные мужские пальцы сжались на моих плечах, но лишь на миг, чтобы потом нежно проскользить вниз, по предплечьям, выписывая на них горящие узоры. Я стояла, позабыв, как дышать, только тело била мелкая дрожь, и я ничего не могла поделать с собой. Сжала кулаки, чтобы не отшатнуться от мужчины, который нарушил мое личное пространство и теперь пытал меня медленной, чувственной лаской.

Мужские руки переместились на спину, плавно ведя вдоль позвоночника, прижимая меня к крепкому, полуобнаженному телу. Губы опустились к моим полураскрытым губам, властно и одновременно нежно захватывая их в плен, будто прося разрешения.

– Ами… – будоражащий бархатный шепот раздался над ухом, и меня подхватили на руки, бережно опуская на шелк простыней.

Рейвен навис сверху, пристально вглядываясь в мои широко распахнутые глаза. Страх, недоверие, смятение – вот лишь немногое из того, что он видел сейчас, чувства сменяли друг друга калейдоскопом, никак не спеша успокаиваться и определяться. Его взгляд – чисто мужской, жаркий ощущался на коже сотней раскаленных искр, как будто он прикасался им ко мне физически. Твердые губы слегка изогнулись в хищной усмешке, и граф неожиданно перекатился на свою половину кровати.

– Спокойной ночи, Ами, – легкий ветерок погасил свечи в спальне.

– Спокойной ночи… Рейвен, – я долго лежала, вглядываясь во тьму над собой, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить спящего рядом мужчину. Это было так странно… спать с кем-то в одной постели. С хищником, который снова меня не тронул.

Почему? Пожалел? Не захотел брать женщину, в глазах которой плескался панический ужас? Возможно. Хотя я была уверена, что у него было более чем достаточно опыта для того, чтобы разжечь во мне страсть этой ночью, заставить желать его, плавясь от чувственных ласк.

Нет, здесь что-то другое. Пока я не знала, что именно, одно было очевидно: как минимум мой муж разжег во мне любопытство и… благодарность.

Глава 5

Следующим утром я вновь проснулась одна: то ли граф не имел привычки всю ночь проводить с женщинами в постели, то ли он просто любил очень рано вставать.

Я рассеянно перебирала кружево на платье, пока служанка расставляла на моем столе завтрак, и все же решилась спросить:

– Лира, скажи… Почему в замке нет ни одного зеркала?

Чашка с чаем дрогнула в руках девушки, и несколько капель пролились на столешницу из темного дуба.

– Простите, миледи, я не знаю… – она опустила глаза, и я отчетливо поняла: врет!

– Лира, – я легко коснулась ее руки, – я ведь теперь хозяйка этого замка. Ты можешь мне доверять.

– Леди Амелия, пожалуйста, не спрашивайте меня! Пусть лучше граф сам вам расскажет! – Лира с мольбой посмотрела на меня.

Значит, я была права – ей что-то известно, но она боится говорить. Ладно, попробуем зайти с другой стороны.

– Вот, возьми, – я протянула ей несколько серебряных монет, когда завтрак был уже завершен. – Когда будешь в городе, купи мне, пожалуйста, в лавке карманное зеркальце. Сдачу можешь оставить себе.

Я видела, что девушка колебалась, и понимала ее – она боялась нарушить запрет.

– Лира, – я мягко ей улыбнулась. – Я обещаю, что о нем никто, кроме нас с тобой, не узнает. Я спрячу его так, что даже ты не будешь знать, где оно лежит. Договорились?

Девушка неуверенно кивнула, но монеты все же взяла, и я вздохнула с облегчением. Не знаю, зачем мне понадобилось зеркальце: да, пусть без него и было неудобно, но я смогла бы пережить его отсутствие. Но что-то толкало меня получить его. И понять, почему граф так не любит зеркала.

– Кстати, а мой муж снова уехал? – я поспешила перевести разговор на другую тему.

– Нет, леди Амелия, он сейчас тренируется на тренировочной площадке.

Видя мое заинтересованное лицо, Лира объяснила, как ее найти, и уже через десять минут я торопливо шла по длинной открытой галерее второго этажа. Здесь было красиво: толстая каменная кладка образовывала многочисленные узкие арки, в которых открывался вид на горы, освещенные лучами восходящего солнца. Они бросали разлинованные тени на каменный пол, и было ощущение, что я попеременно иду то по свету, то по тьме. Я улыбнулась новому дню, и тут же поспешила вперед, услышав лязг оружия под стенами замка.

Рейвен действительно был здесь – на широкой тренировочной площадке, окруженной деревьями. Раздетый по пояс, он стоял, держа в руках меч, отражавший рассветное солнце, отчего казалось, что тот полыхает живым огнем. Высокий, широкоплечий, с великолепной мускулистой фигурой воина без грамма лишнего жира.

Взгляд сам невольно прикипел к нему, тем более теперь, даже отсюда, я наконец-то могла увидеть его татуировку полностью: она изображала странное крылатое существо, кожистые крылья которого раскинулись на груди, а голова лежала прямо поверх сердца, будто слушая его сердцебиение. Я вцепилась пальцами в холодный серый камень, склоняясь вперед, пытаясь различить ее детали. Кто на ней изображен, дракон? Нет, не похож. Ворон? Тоже нет. Тогда… кто?

Я пропустила момент, когда рядом с графом появились другие мужчины. Трое окружили его, беря в кольцо – все рослые, вооруженные мечами. Вскрикнула, зажав себе рот рукой, пытаясь понять, что мне делать, и тут же вздохнула с облегчением: судя по всему, для графа это не стало неожиданностью, и он прекрасно знал этих мужчин.

– По одному или все вместе? – лениво бросил Рейвен, легко вращая мечом – так, будто тот ничего не весил, выписывая вокруг себя сверкающие круги и восьмерки. Мышцы на руках бугрились, шаги напоминали плавные шаги зверя, подкрадывающегося к своей добыче, и я невольно восхитилась силой и хищной грацией этого мужчины. «А ведь все это может быть твоим» – искушающе прошептал внутренний голос, но я отмахнулась от него, не в силах отвести тревожный взгляд от мужчин.

Нападавшие выбрали второй вариант, кинувшись на графа с разных сторон. Что я там говорила, что он, судя по всему, умеет обращаться с оружием? Я была не права – он владел им виртуозно, слившись со сверкающим клинком в единое целое. Движения были столь быстры и стремительны, что я видела лишь блики на стали, когда на нее попадали лучи солнце. Вспышка, и острие меча прижалось к горлу одного из нападавших, заставив его с поклоном отступить. Вспышка – и круг рассеян, двое остальных теперь кружили на безопасном расстоянии, подступая к могучему зверю спереди и сзади, но боясь приближаться вплотную.

– Терон, Каспиан, – граф выглядел расслабленным, но это было обманчивое впечатление, – это все, на что вы способны? Темно-синие глаза опасно сузились, и Рейвен сделал стремительный выпад. Только что он стоял на месте, а в следующий миг противник, что был за его спиной, уже лежал на спине обездвиженный, а граф сидел на нем сверху.

– Ты выбыл, Каспиан, – равнодушно проговорил он, и названный Каспианом с почтением поклонился и присоединился к другому своему товарищу, чтобы продолжить следить за поединком.

Теперь графу противостоял рослый мужчина, практически ничем не уступающий ему в росте и ширине плеч. Светловолосый гигант с голубыми глазами мазнул взглядом по замку, на мгновение задержал его на мне, и чему-то усмехнулся, бросаясь в атаку на противника. Мечи сверкали, высекая искры на солнце, когда мужчины сходились вплотную, и были практически не видимы, когда противники вновь расступались, выискивая слабые стороны друг друга.

Я понимала, что это всего лишь тренировочный бой, и вряд ли они собираются наносить увечья друг другу, но все равно, сердце сжималось всякий раз, когда они начинали танцевать свой завораживающий, смертельно опасный танец смерти. Казалось, никто из них не уступал друг другу в мастерстве, поэтому я удивленно моргнула, услышав слова графа, сказанные так спокойно, как будто он находился сейчас где-нибудь на светском приеме:

– Сдаешься, охотник* (*Терон переводится как охотник)?

– Не так быстро, Рейв, – светловолосый оскалился, и клинки вновь запели вечную песнь войны, мелькая так быстро, что я не могла за ними уследить.

Я видела, что Терону приходится непросто, тогда как граф, казалось, не ведал усталости, двигаясь все так же стремительно и непринужденно, и я вдруг каким-то шестым чувством поняла, что для него эта тренировка – всего лишь игра с беспомощными маленькими котятами, и то, что он до сих пор не прекратил бой, было лишь его собственным желанием, но никак не мастерством противника.

По спине пробежала ледяная волна страха. Какова же тогда его истинная сила? И хочу ли я вообще это узнать?

В какой-то миг Терон пропустил удар, и острие меча пропороло его рубашку, слегка оцарапав кожу на боку. Я испуганно вскрикнула, даже понимая, что граф вовремя остановился, как и его противник, застывший на месте.

Но я не смотрела на него, не в силах отвести взгляд от опасной синевы глаз, смотревших прямо на меня. Синевы, в которой полыхало багровое пламя, никак не могущее принадлежать обычному человеку.

…Остаток дня я вновь провела, предоставленная сама себе: гуляла по замку, знакомилась со слугами, которых оказалось, к моему удивлению, совсем немного. Как оказалось, для бала, на котором я присутствовала, их специально нанимали в городе. Надолго задержалась около запертой портретной галереи, задумчиво глядя на тяжелую дверь.

Что там говорила Талия, что она давно закрыта на ремонт? Возможно, так оно и было. Вот только тяжелая бронзовая ручка в виде оскаленной морды льва сияла, как новенькая. Как будто ее часто касалась рука. Как будто кто-то посещал эту галерею, и довольно часто.

Вечером мне, как обычно, принесли ужин в покои. Я хотела спросить у Лиры, почему в замке не принято трапезничать в обеденном зале, но промолчала. Другие мысли занимали меня: я одновременно и хотела, и боялась увидеть Рейвена, в полной уверенности, что он придет ко мне вечером, как приходил до этого.

Но я снова ошиблась. Граф так и не пришел, хотя я прождала его до глубокой ночи. Круглый желтый глаз полной луны плыл по бархату неба, когда громкий стук копыт разнесся по брусчатке, и я подошла к окну, отодвигая тяжелые бархатные портьеры. Чтобы увидеть, как Рейвен пускает в галоп огромного вороного жеребца, уезжая из замка. За его спиной, подобно крыльям диковинной птицы, развивался черный плащ с багровым подбоем, и сердце вдруг сжалось от тревоги и чего-то еще. Быть может, от… ревности?

*****

Рейвен

На эту ночь у меня были совсем другие планы. Пусть Ами пока боялась меня, и я видел в ее глазах смятение и недоверие, это ровным счетом ничего не значило. Она все равно будет моей, и я собирался сделать все, чтобы это случилось как можно раньше, и этот маленький недоверчивый зверек начал есть прямо с моей ладони. Я слишком долго ждал… подожду и еще, главное, что теперь она в моем замке и в моей власти.

Я уже направлялся в ее покои, предвкушая наш вечер наедине, когда по дороге меня перехватил Терон. И одного взгляда на друга мне хватило, чтобы понять: случилось что-то плохое.

– Говори! – я мрачно смотрел на него, понимая, что свидание с Ами придется отложить.

– Дэймон и Каспиан нашли следы чужака при вечернем объезде.

Мы оба обменялись понимающими взглядами.

– Как далеко от замка?

– Рядом с Красным клыком* (*название горы): судя по всему, он останавливался на ночлег возле горного ручья.

– А его самого? – отвернувшись от друга, я оперся руками о каменный подоконник, сам не заметив того, что многовековой камень начал крошиться под пальцами, и уже догадываясь, какой ответ сейчас услышу.

– Прости, Рейв, они его упустили, – Терон покаянно опустил голову.

– Не страшно, друг, – я спрятал эмоции и знал, что выгляжу сейчас абсолютно спокойным, хотя внутри бушевал ад. Мой личный ад, сотканный из пепла разбитых надежд и горечи потерь. – Я найду его сам.

– Я поеду с тобой.

– Нет, – прозвучало чуть резче, чем я хотел. – Ты останешься в замке и проследишь, чтобы все было в порядке.

Быстрый, острый взгляд в мою сторону, и Терон кивнул:

– Все сделаю. Можешь на меня положиться.

Спустя двадцать минут я уже мчался на Дарке прочь из замка. На мгновение показалась, что бархатная портьера в покоях моей юной жены шевельнулась – так, будто девушка еще не спала и ждала меня. Но вряд ли это было правдой. Для нее я был всего лишь пугающим незнакомцем: опасным и властным мужчиной, который присвоил ее себе просто из прихоти.

А она для меня была… всем.

*****

Красный клык возвышался над кронами деревьев, пронзая синий бархат опрокинутого неба. Одинокий древний исполин, равнодушно смотрящий на то, как я привязал коня неподалеку от места, где была найдена стоянка чужака, и направился в лес. За Дарка я не боялся: знал, что все хищники поспешили убраться подальше, почувствовав рядом опасного и сильного зверя.

Меня.

Отчего-то вспомнились слова, сказанные мне когда-то одним человеком: «Тому, кто сражается с чудовищами, следует остерегаться, чтобы самому при этом не стать чудовищем». Тогда я лишь отмахнулся от них, уверенный, что все делаю правильно. Теперь я знал точно: если долго всматриваться в бездну, бездна начнет всматриваться в тебя. А я смотрел на нее уже слишком долго…

Где-то вдали ухнула птица, подавая мне знак, и я хищно улыбнулся: чужак все еще был здесь, на моей территории, и вскоре он сильно пожалеет об этом. Пространство привычно изменилось, слух и обоняние обострились до предела, когда я бесшумной тенью устремился вглубь леса, ведомый ни с чем не сравнимым звуком бьющегося сердца. Неслышно приблизившись, я встал за деревьями, пытаясь оценить, с кем именно имею дело: c простым путником, забредшим в мои земли случайно, или волком, лишь притворяющимся агнцем.

Увы, Терон был прав – передо мной был вражеский лазутчик. Нет, на первый взгляд он вполне мог бы сойти за селянина: простая одежда, состоящая из поношенных рубашки и штанов, стоптанные сапоги, шапка, нахлобученная на голову. Этот маскарад мог обмануть кого угодно, но только не меня. В каждом скупом жесте чужака, сидящего у корней огромного дуба, в каждом взгляде, быстром, как молния, я видел опасность. Что ж, пришло время оценить, насколько она велика.

Я молча шагнул вперед, давая свету полной серебристой луны осветить мою спину, и незнакомец вскинул голову, мгновенно оказываясь на ногах, подтверждая самые худшие мои подозрения.

– Серкан… – мои губы едва-заметно изогнулись в улыбке. – Какая неожиданная встреча.

– Рейвен, – поняв, что его узнали, лазутчик отбросил ставшую ненужной шапку, и теперь его серые, острые, как сталь, глаза, смотрели напряженно и пристально, ощупывая пространство за моей спиной. И я с удовлетворением отметил, что он боится.

– Зачем ты явился? – я сбросил с себя чуждую мне маску любезности, став тем, кем являлся на самом деле.

Глаза Серкана хищно замерцали в ответ.

– Хотел проверить, правдивы ли слухи, – его улыбка мало чем напоминала сейчас человеческую.

– Это было фатальной ошибкой, – бросил я спокойно, расстегивая фибулу, которой крепился мой плащ, и вытаскивая из ножен меч. – Но я все равно дам тебе шанс. Защищайся.

Серкан зло оскалился, но, надо отдать ему должное, принял мой вызов, хотя и заранее знал, что у него не было шансов. Вряд ли у кого-то могла быть скорость выше, чем скорость падающей звезды. Молниеносным движением он выхватил меч, все это время висевший у него за спиной, и мы закружили по импровизированному кругу, выискивая слабые места противника.

Я всегда уважительно относился к соперникам, даже если они были ручными шавками Гохана, моего злейшего врага. Вот и сейчас дал Серкану возможность показать себя в деле, дал надежду, что он может выиграть этот бой, а потом одним точным ударом отнял ее, равнодушно смотря на то, как стекленеют его глаза, в которых отражается черное холодное небо.

– Зря ты вернулся сюда, Серкан, – я хладнокровно переступил через его тело, вытирая меч от крови, и прикрыл глаза, сосредотачиваясь на том, что было вокруг.

Лес… Звери и птицы… Хищники, что прячутся днем, выходя на охоту лишь ночью. Мои верные слуги вот уже множество лет. Сейчас я обращался к ним с маленькой просьбой, зная, что они слышат меня и подходят все ближе. Видел их мерцающие жаждой убийства и крови глаза за ветвями деревьев.

– Уберите здесь все, – я бесшумно направился прочь, черной тенью мелькнув среди крон деревьев. Теперь оставалось лишь ждать, когда Гохан сделает следующий шаг, не дождавшись обратно своего человека.

Глава 6

Я жила в замке вот уже две недели, и каждый день был как две капли воды похож на предыдущий. Дни я проводила, изучая огромный замок, похожий на каменный лабиринт, иногда, если позволяла погода, выходя на улицу. Но здесь не было парка или, хотя бы сада, к которым я так привыкла дома, и оттого я очень скучала по пышной зеленой растительности. Здесь вообще ничего не было, кроме камней и нескольких могучих деревьев, что цеплялись за них, отчаянно желая выжить.

А еще Терона – того самого светловолосого гиганта, которого я видела на тренировочной площадке рядом с Рейвеном. Признаться, этот мужчина пугал меня, хотя он ни разу не попытался со мной заговорить. Но его взгляд – пронзительный, пристальный, следовал за мной по пятам, стоило мне только показаться на улице.

Как это ни странно, больше всего я полюбила вечера, когда граф приходил в мои покои, или я шла в одну из жарко натопленных гостиных, где холод и мрак отступали под натиском алого пламени. Обычно мы ужинали, а после Рейвен расспрашивал меня о моей жизни или что-то рассказывал о себе, и из его слов я поняла, что он много путешествовал.

Эти рассказы завораживали меня, маня своей новой, неизведанной прежде жизнью, и я готова была слушать их всю ночь напролет, но… Ночь наступала, и граф неизменно удалялся прочь, не позволяя себе ничего, кроме короткого, обжигающего поцелуя. Оставляя меня одну – в растрепанных чувствах, не понимающую, чего хочет он и чего хочу я сама.

Я видела, что в его темно-синих глазах мерцали горячие искры, когда он смотрел на меня, держа в своих объятьях, и даже с моим скудным опытом в сердечных делах понимала, что этот мужчина желает меня. Безумно. Неистово. Тогда… почему?

Я ведь смирилась с тем, что он мой муж, у меня было достаточно времени, чтобы успокоиться и осознать, как мне повезло. Граф молод, хорош собой, баснословно богат – что еще нужно для счастья? А то, что у него есть какие-то тайны, заставляющие его часто срываться из замка на ночь глядя, уносясь прочь на своем вороном жеребце, это… Наверное, подобное поведение нормально для мужчины, да?

Не знаю, сколько бы еще продлилась эта странная игра в недомолвки между нами, если бы в один из вечеров, когда мы привычно сидели за ужином, в гостиную не вошел Джарет, старый слуга графа.

– Ваша милость, к вам посетители, – старик выглядел испуганным, и это меня удивило.

– Кто? – Рейвен поднялся с кресла, на котором сидел, и на миг мне показалось, что его тень начала расти сама по себе, став огромной – настолько, что заслонила собой всю стену, раскинувшись по ней широкими черными крыльями.

– Лорд Эвандер Авичи и его сестра.

В комнате повисла зловещая тишина, я буквально чувствовала сгустившееся в воздухе напряжение.

Перевела непонимающий взгляд с застывшего яростной маской лица Рейвена на слугу, и обратно, пытаясь понять: что не так с этими Авичи? Они нежеланные гости? Казалось, на пороге замка появились не два аристократа, а худший кошмар в жизни графа.

– Проводи их в мой кабинет, Джарет. Ами, – мужчина обернулся ко мне, – прошу прощения, но мне придется оставить вас. Встретимся завтра.

– Что-то случилось? – я тоже поднялась из кресла.

– Нет, ничего, – граф мягко мне улыбнулся, но улыбка не затронула обжигающих холодной тьмой глаз. – Просто старые друзья, которых я должен поприветствовать лично, – его взгляд сверкнул мрачной синевой.

– Конечно, – я выдавила из себя ответную улыбку, ничуть не обманываясь происходящим. Эти двое, что приехали в замок на ночь глядя, совершенно точно не были его друзьями. Тогда кем они были?

*****

С загадочными гостями, прибывшими в замок, я встретилась лишь на следующий день за ужином. Впервые с моего появления в замке его накрыли в огромном обеденном зале – мрачном и неуютном, холод которого не могли скрыть даже два огромных камина, в которых ревело опасное пламя. Стоило мне войти в зал, как три пары глаз обратились на меня – оценивающе, пристально. И если во взгляде графа я уловила напряженность, то наши гости, уже сидящие за столом, не скрываясь, изучали новую хозяйку замка.

– Прошу прощения за опоздание, – я прошла к столу, и мужчины поднялись мне навстречу, тогда как женщина осталась сидеть, глядя на меня чуть насмешливо.

– Ами, – Рейвен поцеловал мне руку, обжигая кожу горячим дыханием, – позволь представить тебе графа Эвандера Авичи, и его сестру, Элору Авичи.

Я перевела взгляд на лорда, стоявшего рядом. Высокий молодой мужчина – навскидку я дала бы ему не более тридцати лет, коротко мне поклонился. Безупречные манеры безошибочно выдавали в нем аристократа, а богатый вечерний камзол черного цвета, оттеняющий белоснежную рубашку, говорил о том, что этот мужчина любит и умеет производить впечатление.

– Графиня, вы само очарование, – мужские губы изогнулись в улыбке, демонстрируя белоснежные зубы с чуть заостренными клыками. Совершенно бесстыдный взгляд жгучих, как сама тьма, глаз, медленно прошелся по мне, оценивая каждую черточку внешности, каждый изгиб фигуры, и я невольно вспыхнула. Тем более что на мне было одето довольно открытое вечернее платье из серебристо-голубого шелка. Улыбка графа стала еще более наглой, но он скрыл ее, приложившись губами к моей руке, на мгновение касаясь кожи кончиком языка и щекоча ее. Явно провоцируя на эмоции.

Лишь усилием воли я не отдернула руку, а продолжала стоять, глядя на этого наглеца, чье выражение лица вновь сделалось вежливым и невозмутимым. Взгляд невольно задержался на необычном цвете его волос – светлом, с золотистым отливом.

«Он явно прибыл издалека», – подумалось мне. Я как-то читала о жителях одной страны, что с трех сторон обнимало суровое море: все они описывались именно с этим оттенком волос.

Перевела взгляд на женщину, с легкой улыбкой наблюдавшую эту сцену, и отчетливо поняла: она все понимает, а еще… они близнецы! То же красивое лицо с аристократическими тонкими чертами, того же цвета волосы – цвета светлого золота, белоснежная кожа, яркие, чувственные губы и на контрасте с ними – черные, как сама ночь, глаза.

– Амелия, – раздался чарующий голос, напоминающий тягучий янтарный мед, – рада познакомиться с новой… – она сделала едва-заметную паузу, – женой Рейвена. Вы же позволите вас так называть? Мы с вашим мужем давние друзья… – и вновь эта многозначительная пауза. – Очень давние.

Я перевела взгляд на Рейвена, что стоял рядом, натянутый как стрела, готовая выстрелить. Ему явно не нравились эти гости и их слова. Тогда зачем он пригласил их за стол?

Двери распахнулись, и слуги, под предводительством Талии, начали разносить блюда. Разговор пришлось ненадолго прервать, чему я была очень рада. Эти двое мне совершенно не понравились, я буквально чувствовала исходившую от них опасность и что-то еще… Что-то, чему я пока не могла дать объяснение.

Рейвен сидел напротив меня, как и полагается хозяину замка, обмениваясь редкими, ничего не значащими фразами с Элорой, которая откровенно кокетничала с ним. В другое время это расстроило бы меня, но сейчас другое занимало мои мысли: он не видел, как Эвандер Авичи периодически смотрел на меня. Чисто мужским, горячим взглядом. Многообещающим.

Как бесстыдная порочная улыбка трогала его губы, когда я смущалась, не в силах выдержать этот взгляд. Легкий ветерок играл прядями моих волос, перекидывая их с груди на спину, невесомо проходясь пальцами по ключицам, подбираясь к часто-вздымающейся груди в глубоком вырезе платья.

Я с силой сжала вилку и нож, опуская голову вниз. Не желая видеть. Не желая чувствовать это. Потому что я точно была уверена, что они – все трое, абсолютно точно не люди. Как была уверена и в том, что сейчас не Рейвен заигрывает со мной, а тот, другой, чей обжигающий взгляд липкой тьмой касался меня на всем протяжении ужина.

*****

Мои подозрения возникли не на пустом месте, и с каждым новым днем, проведенном в замке графа Арделиана, я все больше убеждалась в своей правоте.

Взять хотя бы то, что граф обладал нечеловеческой силой и скоростью. Я видела сильных, крепких мужчин и раньше, но ни один из них даже близко не мог сравниться с ним. Второе, что я не могла не отметить, были его глаза. У людей таких глаз просто не бывает: c живым пламенем, живущих в их загадочных глубинах, как будто из них на меня периодически смотрел не он, а тот другой, смертельно-опасный зверь.

К тому же Рейвен явно обладал магией, и те невесомые прикосновения к моей коже, которые я поначалу приняла за сквозняк, были именно ей. Получается, он может управлять стихиями? Или здесь что-то другое?

В нашем мире не было людей с подобными способностями, а маги – настоящие маги, были так редки, что все они состояли на службе у королей. И я была отчего-то уверена, что граф магом не был, а его способности совсем иного рода. Возможно, татуировка на груди могла бы что-то объяснить, если бы я знала ее смысл и силу, которую она в себе заключала, но увы, мы с графом были не в тех отношениях, чтобы он рассказал мне о ней.

Были и другие незначительные детали, которые по отдельности не значили ничего, но все вместе заставляли задуматься. Зеркала, которые граф не любил настолько, что ни одного из них в замке не оказалось. Слуги, которые явно что-то знали, но скрывали даже от меня, не спеша доверять. Слишком малое количество людей для такого огромного замка, и то, что все трое друзей Рейвена, проживающие в нем, были, как и он сам, скорее, воинами, нежели аристократами. Но кого или чего они опасались? И кто опасался их? Ответов на эти вопросы у меня не было.

Я пока не знала, с кем именно имела дело, но намерена была это исправить. И что-то говорило мне, что наши гости были из той же породы, что и граф. Почему? Все просто. Из-под кружева платья Элоры выглядывала до боли знакомая татуировка, с той лишь разницей, что у леди она была гораздо меньше и изящнее. Но крыло этого загадочного существа с когтем на конце я видела отчетливо и была уверена, что под белоснежной рубашкой ее брата скрывается точно такая же татуировка. Впрочем, лицезреть голую грудь лорда Авичи у меня не было ни малейшего желания.

*****

Едва дождавшись окончания ужина, после которого мы все переместились в гостиную, я высидела минимально положенное по этикету время и поднялась, прощаясь с нашими гостями.

– Хорошего вечера, – я вежливо улыбнулась странной паре, сидящей рядом на диване, вновь невольно отметив их сходство. Какое-то чувство неправильности всего происходящего царапало острыми коготками изнутри, но я постаралась не выдать себя, переведя взгляд на Рейвена.

– Я присоединюсь к тебе позже, Ами, – мне показалось, или это прозвучало с намеком, отчего сердце вдруг забилось быстрее?

Правая бровь Эвандера Авичи удивленно выгнулась, и он вальяжно откинулся на спинку дивана, с интересом наблюдая за мной и мужем.

– Хорошо, – я нашла в себе силы развернуться и покинуть гостиную, ничем не выдавая волнения, и лишь отойдя подальше, позволила себе прислониться к холодному камню стены.

Я поняла! Поняла, что было неправильно в этих двоих. Несмотря на явное сходство, не оставляющее сомнения в их родстве, они вели себя скорее как любовники. И рука Эвандера, что по-хозяйски расположилась на плече Элоры, будто она и он…

«Всевышний!» – я приложила руки к пылающим щекам. До этого мне не приходилось слышать о подобных вещах, но что вообще я знала об этой стороне людских отношений? Ничтожно мало. По сути, ничего. Но разве такое возможно?

Я покачала головой, продолжив свой путь по безлюдному темному замку, который вел меня своими коридорами все дальше, и на очередном повороте неожиданно налетела на кого-то. Медленно подняла взгляд – по черному вечернему камзолу, белоснежной рубашке, твердому подбородку и порочно-изогнутым мужским губам, что сейчас предвкушающе улыбались. И выше – к черным, как сама ночь, глазам.

Передо мной стоял наш гость, и его бесстыдный взгляд и улыбка не оставляли сомнений, что он повстречался мне отнюдь не случайно.

Глава 7

Первой мыслью было: как он мог оказаться здесь раньше меня? Ведь когда я уходила, он оставался в гостиной! Но ее тут же смыло другой – панической, заставившей меня сделать шаг назад. Крошечный, почти не заметный, как будто мое тело заранее знало о том, что ему предстоит спасаться бегством от этого не…человека.

Мерцающие тьмой глаза графа Авичи смотрели хищно и опасно, что не вязались со словами, которые он произнес:

– Амелия… Какая приятная неожиданность встретить вас снова так скоро.

Приятная? Я бы так не сказала. Да и неожиданной наша встреча была разве что для меня, и ухмылка графа была тому подтверждением.

– Доброй ночи, граф, – я попыталась обогнуть мужчину, но он снова заступил мне путь.

– Зачем же так спешить? Ночь только началась, и она действительно может быть доброй, если вы будете благосклонной.

Что?? Он только что предложил мне?..

Краски схлынули с моего лица, вновь нахлынули, заставив щеки заалеть, и вновь схлынули, оставив после себя возмущение и желание ответить что-нибудь резкое. Какое право он имеет предлагать мне подобное? Мне, хозяйке этого замка? Жене своего друга?

– Какие эмоции! Сколько страсти! – граф осклабился, сипло втянув в себя воздух, и в глазах его промелькнуло какое-то безумие. На миг мне показалось, что радужка полностью затопила белок, являя мне его истинную суть. – Мотылек… такой невинный, хрупкий, – завораживающий мужской баритон c каждым словом все больше погружал меня в подобие транса, когда этот хищник медленно, словно смакуя каждую секунду моей беспомощности, двинулся ко мне.

– Он же еще не прикасался к тебе, я прав? – длинные сильные пальцы коснулись светлой пряди моих волос, пропуская их шелк сквозь себя. Граф стоял почти вплотную, задумчиво глядя на меня сверху вниз – настолько он был выше. – Ами-ии, – чужие пальцы коснулись подбородка, вынуждая запрокинуть голову вверх, навстречу его лицу. Очертили линию губ, нажимая подушечкой большого пальца на нижнюю, невесомо коснулись скул, и граф улыбнулся, явно довольный тем, что я не сопротивляюсь его воздействию.

– Послушная девочка, мне это нравится. Рейвен глупец, раз до сих пор не взял тебя, но мы это быстро исправим.

«Мы!? – билась на краю сознания паническая мысль, пока я стояла, спеленутая странной магией Авичи, не в силах пошевелиться и что-то ему возразить. – Рейвен, где же ты? Рейвен, помоги мне!»

– Идем, – меня приобняли за плечи, и граф наклонился к моему уху: – Уверен, тебе понравится то, что я тебе предложу. Сначала я сам наслажусь тобой, а потом к нам присоединится Элора.

«Нет!» – мне казалось, что я вложила в этот крик все отчаяние, пока граф вел меня куда-то по коридорам, крепко сжав плечи. Но на самом деле я не произнесла ни звука, с ужасом понимая, что мое тело мне больше не подчиняется. Мне оставили лишь сознание, как будто для того, чтобы сполна насладиться тем ужасом, что я сейчас испытывала, став безвольной марионеткой в чужих руках. И все это происходило в моем доме!

Авичи втолкнул меня в какую-то богато обставленную комнату с огромной кроватью, запер дверь на ключ, и лишь потом обернулся ко мне.

– Извини, мотылек, пока ты останешься под моим контролем. Не люблю, знаешь ли, истеричек в постели. Но чуть-чуть свободы я тебе дам: нам же не нужно, чтобы ты лежала бревном, да? – черный камзол полетел на пол, следом за ним отправился шейный платок.

Граф, похабно улыбаясь, приближался ко мне, пока я, получив хоть какое-то жалкое подобие свободы, медленно пятилась от него назад. До тех пор, пока не уперлась ногами в кровать. Ухмылка мужчины стала еще шире, но она не затронула его глаз – абсолютно черных, и именно это было страшнее всего.

– Ну что же ты, – Авичи стал расстегивать пуговицы на рубашке, оголяя крепкое поджарое тело, и я невольно сглотнула: я была права, думая о татуировке. У него она тоже была, и теперь я могла рассмотреть ее во всех подробностях. Это действительно было странное крылатое существо черного цвета с огромными кожистыми крыльями, раскинувшимися по груди, тогда как голова лежала четко на области сердца.

Но было и отличие от той, что была у Рейвена, и поняв, в чем именно оно состояло, я едва сдержала крик ужаса: если у моего мужа это существо просто спало на груди, то у Авичи оно, казалось, пожирало его сердце. Маг, что делал татуировку, мастерски изобразил огромную пасть и клыки, погружающиеся в плоть, жадно вгрызаясь в нее, обагряя жуткую звериную морду кровью. Меня замутило от отвращения.

– Чего же вы ждете, дорогая? – издевательски протянул граф, оказываясь вдруг вплотную ко мне и возвращаясь к светскому тону. – Или вам помочь снять платье? Уверен, без него вам будет гораздо удобнее.

Его руки властно легли на мои плечи, утягивая ткань платья вниз, оголяя верхнюю часть груди, вздымающейся в тесном корсете, перед вспыхнувшими предвкушением жгучими черными глазами.

– Нет! – я попыталась оттолкнуть его, но куда там! Мужчина был гораздо сильнее меня и смел мое сопротивление, даже не заметив. Одной рукой он перехватил оба мои запястья, удерживая их за спиной, тогда как пальцы второй неспешно, словно пытая, вели узоры по шее, ключицам, медленно спускаясь вниз.

– В другой раз я бы обязательно поиграл с тобой, мотылек, – хрипло прошептал мужчина, наклоняясь ко мне, – но, боюсь, у нас не так много времени. Моей сестрице вряд ли удастся надолго отвлечь твоего мужа.

Что!?

Если до этих пор я как-то держалась, то теперь из моих глаз медленно потекли слезы. То есть Рейвен сейчас… Он и Элора… Я ведь видела, как она смотрела на него за ужином. Возможно, даже, эти двое раньше были любовниками.

Я вновь задергалась в хватке мужских рук, но сделала, кажется, только хуже. Глаза Авичи сделались абсолютно безумными, страшными, заблестев сатанинским огнем, и оскалившись, он навис надо мной.

*****

Дверь покоев с грохотом распахнулась, щепками разлетаясь в разные стороны, и черный вихрь оторвал от меня Авичи, впечатав того в стену с такой силой, что на пол попадали стеллажи с тяжелыми книгами. На Рейвена было страшно смотреть, столько необузданной, дикой ярости плескалось в его глазах. И я с ужасом поняла, что его глаза тоже стали полностью черными, с ревущим багровым пламенем внутри, грозящим вот-вот вырваться наружу.

– Как. Ты. Посмел?

Авичи зло оскалился, несмотря на то, что стальные пальцы смыкались на его горле. Глаза мужчины по-прежнему горели тусклым сумасшедшим светом, явно свидетельствуя о том, что он не в себе.

– Что с тобой, Рейвен? Ты до сих пор не попробовал собственную жену? Думаешь, мы бы не узнали и…

– Замолчи!

Авичи хрипло рассмеялся, кажется, поняв то, что пока не понимала я – застывшая возле дверей и наспех поправляющая сползшее с плеч платье.

– Она ведь не знает, да? Совсем ничего?

Что я не знаю? О чем они говорят? Несмотря на весь ужас пережитого, мне мучительно хотелось понять, что вообще происходит.

Пальцы Рейвена еще сильнее сжались на горле мужчины, заставив того захрипеть, проглотив следующие слова, и я дернулась вперед.

– Рейвен, не надо…

Медленно, очень медленно мой муж повернулся ко мне, не на миг не ослабляя хватки на горле Авичи. Застывшее ледяной маской ярости лицо, полыхающий багрянцем взгляд, за которым мне вдруг почудилось грозящее вырваться наружу чудовище, заставили меня шумно вздохнуть. Я видела… чувствовала, что он готов был убить того, кто посягнул на мою честь, но не хотела, чтобы он сам становился преступником.

– Не надо… – прошептала, боясь подходить ближе, чувствуя давящую силу вокруг него, жаждущую одного – убивать.

– Возвращайся к себе, Ами, – Рейвен медленно прикрыл глаза, а когда открыл их, они вновь стали обычными, темно-синими, и добавил уже мягче: – и дождись меня.

Авичи хрипло, издевательски рассмеялся, услышав это, и Рейвен перевел на него взгляд, в котором вновь стал разгораться багрянец.

«Он сумасшедший? – думала я, спеша в свои покои. Кажется, Авичи получал какое-то извращенное наслаждение, выводя Рейвена на эмоции, провоцируя его. – Неужели он не боится, что граф просто убьет его в порыве ярости?» Вновь и вновь я прокручивала в голове случившееся, только сейчас понимая, какой жуткой участи избежала: быть взятой против воли чужим мужчиной, у которого с моим мужем какие-то давние счеты.

Всевышний! Я стремительным шагом вошла в свою гостиную и тут же заперла дверь на тяжелый засов: я больше не чувствовала себя в безопасности в этом замке. Не вызывая Лиру, сняла с себя одежду и забралась в горячую ванну, чувствуя, что меня начало знобить. Сидя в ней, обняв колени руками, я впервые с момента попадания в этот замок заплакала: от своей беспомощности, от понимания того, что стала просто игрушкой в чьей-то странной игре. От осознания того, что вряд ли моя жизнь будет спокойной и безмятежной, как мне казалось еще совсем недавно. Кажется, я очень много не знаю, и совсем не уверена, что это знание принесет мне покой.

Выбравшись из ванны, я переоделась в тонкую ночную сорочку и пеньюар, и села на диван перед камином, расчесывая свои длинные волосы, заструившиеся по плечам и спине тяжелой серебистой волной. Я помнила, что Рейвен просил дождаться его и… ждала. Волнуясь, переживая. Отчего-то предчувствуя, что эта ночь многое изменит для нас двоих. Что она изменит все.

*****

Кажется, я все же заснула, потому что разбудили меня невесомые, легкие прикосновения к плечу, с которого сползла шелковая ткань пеньюара. Я медленно открыла глаза, понимая, что дрова в камине почти прогорели, погрузив гостиную в таинственный полумрак. Но… как? Разве я не запирала дверь на засов?

– Рейвен?

Граф Арделиан стоял перед диваном, склоняясь надо мной. И в его взгляде, что я ловила в отсветах пламени, было столько всего – и дикая жажда во мне, и ярость, и боль, что внутри что-то зазвенело, вновь натянувшись между нами двумя тонкой мерцающей нитью.

– Рейвен, – прошептала, понимая, что больше всего на свете сейчас я хочу, чтобы этот красивый сильный мужчина остался со мной, успокаивая и защищая.

– Ами, – выдохнул он, еще ниже склоняясь к моим губам, нежно касаясь их, даря блаженство. Покоряя одним своим взглядом, в котором тлели багровые искры: опасные, но… такие манящие. И я, как мотылек, полетела на них, не боясь обжечься.

И Рейвен тоже понял это, мгновенно углубляя свой поцелуй, стискивая в своих объятьях с такой силой, что я невольно застонала.

– Прости… – мужчина на миг отстранился, дав мне возможность вздохнуть и пряча уже вовсю разгоревшуюся страсть в глазах под черными полуопущенными ресницами. Его пальцы мягко заскользили по нежной кожи скул, шеи, рисуя замысловатый узор, опускаясь все ниже и ниже, и я прикрыла глаза, позволяя ему ласкать мое тело. Губы нежно коснулись кожи за ушком, поцелуями спускаясь вниз, заставляя меня трепетать от совершенно новых для меня ощущений, вызывая тихие стоны.

Пеньюар плавно сполз и полетел куда-то в сторону, как и рубашка Рейвена, когда я почувствовала нежное прикосновение к груди, рассыпающее по телу острые искры желания. Его руки, губы были везде, выводя замысловатые узоры языком, не пропуская ни одного участка на коже. И на каждом из них вспыхивало и загоралось пламя, заставляя тело плавиться в его объятьях, изнемогая от желания чего-то большего. Того, что мне мог подарить только он.

– Рейвен, – простонала я, ловя его взгляд, в котором красиво мерцали багровые отсветы пламени, разгорающиеся по мере того, как взгляд его медленно скользил по моему обнаженному телу на темном бархате дивана, по разметавшимся волнам белокурых волос и припухшим от поцелуев губам. Мужчина был обнажен по пояс, татуировка на груди, казалось, спряталась в тени, и я вдруг увидела четыре длинных глубоких царапины, пересекавших всю его грудь до самого плеча.

Что за?.. Это сделал Авичи?

Я хотела было спросить, но мне не дали шанса этого сделать, накрыв своим телом. Глядя на меня так, что где-то глубоко внутри начало собираться странное тепло, распространяясь все дальше, снося все барьеры и установки, что были прежде – нерешительность, смущение. Боязнь проявить свои чувства, быть может?

Сердце, и так ускорившее свой бег, колотилось теперь как сумасшедшее, норовя вырваться из груди. На долю секунды я вновь осталась одна, когда Рейвен отстранился, но уже в следующее мгновение он вновь прижал меня к своему обнаженному телу, давая почувствовать всю силу его желания, прижимая всем телом к себе.

Это была длинная ночь, полная чувственной неги и страсти. После гостиной мы переместились в спальню, и мой муж бережно уложил меня на холодный шелк простыней, откровенно лаская взглядом мое тело, заставляя невольно смутиться.

Мужские губы вновь нашли мои, полураскрытые, как лепестки роз, властно и одновременно нежно захватывая их в плен, увлекая меня в совершенно новый чувственный мир наслаждений. Мир, который открывал для меня мой муж этой ночью. Один на двоих. Навечно.

Глава 8

Под утро я проснулась от того, что какая-то птица с силой ударилась в окно, темным пятном упав вниз, в пропасть под замком. Я невольно оглянулась: Рейвена рядом не было, лишь смятая подушка говорила о том, что все это мне не приснилась. Наша совместная ночь… Первая и такая незабываемая. Вспомнив все, что он творил со мной недавно, я невольно приложила ладони к пылающим щекам: до этого я даже не представляла, что близость между мужчиной и женщиной может быть так… восхитительна.

Я вздохнула, понимая, что ночь закончилась, а для меня начался новый день, такой же, как и все остальные. Или нет? Неужели после вчерашнего наши гости все еще остаются в замке?

Оказалось, что нет. Пришедшая Лира принесла мне завтрак, а заодно и последние сплетни:

– Граф и графиня Авичи на рассвете покинули замок. Милорд с друзьями отправился сопровождать их до границы своих земель.

Вот даже как? Я задумчиво отпила ароматный жасминовый чай из тонкостенной фарфоровой чашки. Получается, Рейвен отправил их восвояси и решил лично убедиться, что они уедут отсюда. Но почему? Чем так опасны брат с сестрой, что он взял с собой сопровождающих? Эвандер Авичи вряд ли мог представлять опасность для моего мужа, да и его сестра…

Я надолго задумалась, глядя в окно, за которым разгорался рассвет нового дня. Оранжево-красный, обжигающий. Или это было жарко мне? Казалось, что тепло, что я почувствовала еще ночью, плавясь в мужских объятиях, никуда не делось, наоборот, лишь усилилось. Неужели я заболела?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.