Татьяна Пашкова
Петербург празднующий

Предисловие

Петербург рубежа XIX – XX вв. любил и умел праздновать. Однако способы празднования сильно зависели от общественного положения, размеров кошелька и сезона.

В фельетоне газеты «Новое время» от 10 февраля 1900 г. под названием «Биржа жизни» эта тема излагалась следующим образом:

«Наши русские нравы отличаются между прочим той характерной особенностью, то температура жизни у нас много раз в году повышается и понижается. Мы не живём размеренным способом, по прямой линии, которую иностранцы предпочитают вероятно потому, что она представляет кратчайшее расстояние между двумя точками. Наша линия – волнообразная, с прихотливыми зигзагами, со скачками и провалами Мы то задаём себе широкую масленицу, кутим вовсю и швыряем деньгами более или менее бессмысленно, то вдруг суживаемся, поджимаемся и уходим в какое-то пещерное существование, где нас и не видно совсем…

В декабре месяце, например, публика вдруг куда-то скрывается. Театры плохо посещаются, в дорогих ресторанах пусто. Все сидят по домам и готовятся к праздникам, а приготовление заключается в бережливости: «знают, что к празднику деньги понадобятся, вот и забились в щели». Потом – вдруг точно прорвёт всех. Жалованье получено, наградные выданы, от управляющего из деревни высланы наконец деньги за проданную рожь, и решено приступить к предпраздничным покупкам. Галерея Гостиного двора наполняется до степени давки. В каждом бумажнике, в каждой дамской сумочке – кредитки и золото. Покупают всякую дрянь…Потом – праздники. Театры работают днём и вечером. Идут на «Гамлета», на «Парашу-сибирячку», на «Меблированные комнаты Королева», и пошли бы на «Стоглав», если бы это была пьеса. Деньги раздают всем, кто только не поленится прийти за ними: сторожам, рассыльным, мальчишкам из мясной лавки, штукатуру, красившему летом дом и забрызгавшему окна…После праздников лёгкая передышка, вызванная всеобщим обалдением и необходимостью вновь наполнить бумажники и сумочки. Затем волнообразная линия жизни снова идёт вверх, и чем дальше – тем выше…»

Сезонные церковные и светские праздники

«Большое число праздников предохраняет русского человека от самоубийств»

психиатр И.А. Сикорский

Новый год

Начнём рассказ с празднования Нового года, ведь 1900-й встречали особенно торжественно, поскольку многие были несколько сбиты с толку и уверены, что с его приходом наступил XX век. На эту тему было много разговоров, горячих споров и статей в прессе. На самом же деле новое столетие должно было начаться только через год, в 1901 г.

Новогодние спектакли, балы, маскарады и карнавалы

Поскольку до 1918 года Россия жила по юлианскому календарю, Новый год праздновался после окончания Рождественского поста и православного Рождества (которое отмечали 25 декабря). Таким образом, ничто не мешало встречать наступление 1900-го года весельем и обильным застольем. Если Рождество традиционно считалось семейным, приватным праздником, то Новый год можно было встречать в гостях, в театре, каком-нибудь увеселительном заведении, ресторане и т.д. Весь период после Рождества и вплоть до дня Богоявления (Крещения) 6 января считался праздничным. В городе было великое множество площадок, предлагавших петербуржцам различные программы. Театры в целом придерживались своего обычного репертуара, зависевшего от их профиля. Например, 31 декабря и 1 января Мариинский театр ставил балет Цезаря Пуни «Конёк-Горбунок» и оперу П.И. Чайковского «Опричник»; Александринский – комедии Д.И. Фонвизина «Недоросль» и Н.И. Хмельницкого «Воздушные замки», драму «Девятый вал» по роману Г.П. Данилевского; театр литературно-артистического кружка (Малый театр) – историческую драму князя Д.П. Голицына «Максим Сумбулов» об «эпохе мятежных восстаний стрельцов, подстрекаемых царевной Софьей» и «драматические сцены из 1812 г.» А.Н. Мосолова «Вокруг пылающей Москвы» и т.д.

Ожидание у Мариинского театра

Петербургский листок.1900. № 302 от 2 ноября

Любители более «легкомысленного» репертуара могли насадиться «чрезвычайным концертом-попурри», весёлыми французскими фарсами и оперетками. Так, театр «Фарс» (бывший Панаевский) у Дворцового моста ставил в эти дни «Войну с тёщей, или Насилу за ум взялись» в переводе Д.Т. Ленского, «Даму от Максима» короля водевильного жанра Жоржа Фейдо, а также две новинки, имевшие колоссальный успех и шедшие «при беспрерывном хохоте», – переводную пьеску «Обозрение Парижа: развесёлый Париж» и фарс В. Незнамова и Н.С. Нарда «Дама из кафе-шантана»; театр «Аквариум» на Каменноостровском пр. – сочинение М.Л. Кропивницкого по пьесе Н.В. Гоголя «Вий», где в 5-ой картине зрители лицезрели «огнедышащих змеев, летающих сов, летучих мышей, ведьм, чертей, полет через всю сцену гроба, и явление Вия»; театр Неметти на Офицерской улице, 39 (ныне ул. Декабристов) приглашал публику на спектакль Флоримона Эрве «Фауст наизнанку» (пародия на оперу Гуно) и «особо выдающийся, чрезвычайно интересный большой двойной праздничный спектакль, две оперетки полностью в один вечер» – «Новые цыганские романсы» и «Гейша». Первая представляла собой премьеру «сенсационной оригинальной оперетты талантливого Н.Г. Северского, рисующей жизнь и нравы новодеревенских цыган и их поклонников».

Широко известный театральный зал Анны Павловой на Троицкой улице, 13 (ныне ул. Рубинштейна) устраивал 31 декабря для светской публики с 9 часов вечера до 4-х часов утра «грандиозный бал с танцами и сюрпризами». При входе каждому выдавался изящный отрывной стенной календарь, предусматривался ужин из трех блюд. Вход с ужином стоил 2 руб. 50 коп., без ужина 1 руб. 50 коп. (интересно, что дамам развлечение стоило дешевле – соответственно 2 руб. и 1 руб.). На следующий день, 1 января, с 10 часов вечера до 4-х часов утра зал организовал благотворительный «роскошно-фантастический» новогодний бал-маскарад. Для публики играли сразу два оркестра: бальный и военный, зал был украшен ёлкой с электрическими огнями, за изящные и оригинальные костюмы выдавались призы (первый приз – золотые часы). С 2-х часов ночи дамы должны были обязательно быть в масках. Цена на билеты варьировалась в зависимости от времени пребывания на празднике: до начала маскарада мужчины платили 1 р. 50 коп. за вход, дамы – 1 р., а с 10 часов вечера цена билета для мужчин возрастала до 3 р. 10 коп., дам – 1 р. 60 коп. Билеты можно было приобретать заранее у швейцара зала. Газеты писали, что на балу «были и легкокрылые создания в мусселиновых декольтированных платьях, и представители гостинодворской золотой молодёжи, принарядившиеся дамы, отпущенные в этот день со двора, еврейчики в белых манишках, студенты в мундирах с синими воротничками». Увеселительный зал Тумпакова на углу Гороховой улицы и набережной Фонтанки встречал Новый год «большим экстраординарным музыкальным увеселительным вечером с танцами». Перед посетителями выступали русские, французские, еврейские певицы, танцевальные дуэты, дамский оркестр, большой хор певиц в роскошных костюмах. 1 января в зале состоялся дебют русского юмориста, куплетиста и рассказчика Домбровского. Зал концертов и балов Крыловой на Бассейной ул., 4 предлагал желающим танцы до 3-х часов ночи, ужин из трех блюд (осётр империал, жаркое: фазаны и французские пулярды, салат, парфе из ананаса с ликёром), сюрпризы для дам и оркестр. Любители классического репертуара могли отправиться в зал Кононова (наб. Мойки, 61) послушать «Демона» А. Рубинштейна.

Торжественная встреча 1900-го года устраивалась и в городских садах. В «Аркадии» (Новая Деревня) в большом зале, украшенном транспарантами, гирляндами, флагами, в первый раз была устроена электрическая иллюминация и поставлена большая роскошно убранная ёлка. Ровно в 12 часов соединёнными оркестрами, хорами, в т.ч. знаменитым хором цыган под управлением Н.И. Шишкина при колокольном звоне и бенгальском освещении исполнялся «Славься, славься» из оперы Н.И. Глинки «Жизнь за царя». В Крестовском саду был организован музыкальный вечер с участием венгерской труппы Ф. Земмеля, неаполитанской труппы Анжели, итальянской труппы Карбони, русско-цыганской труппы Любского, гармониста и еврейского рассказчика Голицына, большого румынского оркестра и др. участников.

Благотворительные ёлки, ярмарки и народные гуляния

Петербургское Общество любителей бега на коньках устроило в день Нового года «фирменную» ёлку на великолепном катке Юсупова сада (Садовая ул.). Репортёры описывали её, не жалея красок. «Публика с обширной веранды любовалась на открывавшуюся перед ней волшебную зимнюю панораму. Громадный каток был богато иллюминован разноцветными электрическими лампочками, окаймлявшими бесконечными лентами фасад зимнего домика, выходивший на центральную площадь катка, гигантскую арку в глубине его и всевозможные украшения в виде звёзд, крылатых коньков, щитов и т.д. Налево от зрителей стояла гигантская ёлка, эффектно освещавшаяся сотнями разноцветных электрических огней, горевших подобно ярким звёздочкам в густых ветвях величественного дерева. Внутри ледяных башен, гротов и домиков то и дело вспыхивали бенгальские огни, придававшие катку вид волшебной сказочной феерии. Под не умолкавшие звуки двух военных оркестров сотни молодых спортсменов и спортсменок лихо проносились парами, одиночками, целыми группами по зеркальной поверхности ледяных прудов, восхищая зрителей ловкостью, грацией искусного катания на коньках. В середине вечера состоялся грандиозный забег, в котором участвовали сотни конькобежцев. В виде рождественского подарка всем детям и барышням, посетившим эту ёлку, было роздано более 600 изящных бонбоньерок с конфетами с изображением крылатого конька (эмблемы Общества любителей бега на коньках) и цифрой «1900». В 10 часов был сожжён великолепный фейерверк с эффектным заключительным номером – «1900 год», привлёкшем толпы даровых зрителей к решётке Юсупова сада».

Санкт-Петербургское Городское Попечительство о народной трезвости традиционно устраивало гулянья, спектакли и беспроигрышные лотереи в Михайловском манеже (Манежная пл., 6). 31 декабря вечером шла малороссийская комическая опера И.П. Котляревского «Москаль-Чаривнык» («Москаль-чародей»), написанная ещё в 1819 г., и по-прежнему пользовавшаяся популярностью у публики, и «Арлекинада» – «волшебная пантомима в пяти картинах с танцами и превращениями». Гостей Михайловского манежа радовала роскошно украшенная электрическая ёлка и дешёвый буфет. Входная плата составляла всего 32 копейки.

1 января на территории бывшего Стеклянного завода (местность на левом берегу Невы) были организованы «общедоступные развлечения». Вечером там шла комедия В.А. Крылова «Девичий переполох» «из времён XVII столетия», в которой действие разворачивалось в доме воеводы и на мельнице. 1, 2 и 6 января на Петровском острове близ Тучкова моста можно было посетить бесплатные народные развлечения. В программе значилась пантомима, клоуны, фейерверк, каток, карусели, разные состязания на призы. Для гулявших работали дешёвые народная столовая и чайная.

Вот как описывал народные увеселения журнал «Огонёк»: «С введением в Петербурге винной монополии начало функционировать Попечительство о народной трезвости, во главе которого стоит принц Ольденбургский. И зимой, и летом попечительство устраивает для народа различные увеселения, не только заполняющие праздничный досуг, но отдававшийся прежде всецело кабаку и трактиру, но и развивающие посетителей. Минувшим летом в Таврическом саду в специально выстроенном театре народ за дешёвую плату знакомился даже с оперными произведениями. Нечего и говорить, что русский элемент преобладал в пьесах. Видное место отводится, конечно, величайшему нашему поэту Пушкину. Посетители слушали и «Барышню-крестьянку» – оперу, написанную на сюжет Пушкина, и «Сказку о золотой рыбке» в прекрасной и интересной сценической постановке и др. Зимой деятельность Попечительства не прекращается, а переносится, главным образом, в Михайловский манеж и отчасти на Петровский остров. Минувшими праздниками на острове был воздвигнут целый ледяной замок, привлекавший толпы зрителей, но больше всего публика собиралась в манеже, где за дешёвую плату в 10 копеек посетителям предлагались драматические пьесы и танцы, на особых эстрадах выступали атлеты, гимнасты и клоуны. Нечего и говорить, что водка изгнана из буфетов, устраиваемых на гуляниях Попечительства. Пиво и лёгкое вино допущены, так что от посетителей не требуется абсолютного воздержания. Интересную картину представляет гулянье. Колоссальный зал переполнен народом. Здесь и офицеры, и нижние чины, элегантный цилиндр прохаживается вблизи лихо заломленного картуза, скромный, но кокетливо повязанный платочек не стеснён соседством шикарной шляпки французского изделия. Все чувствуют себя равными и на своём месте. Толпа двигается в волнах мягкого белого света, разливаемого большими электрическими фонарями. Около лотереи с заманчивыми выигрышами в виде ламп, ваз, самоваров и других предметов домашнего обихода всегда теснится публика. В манеже несколько буфетов – подороже и попроще. Народные буфеты – недурны, накормят и горячим блюдом за дешёвую плату. Особенно много публики собирается в манеже по вечерам, когда кончаются дневные занятия большинства посетителей. В зале стоит тогда гомон, покрываемый звуками военных оркестров, без которых не обходится в Петербурге ни одно публичное увеселение».

Огонёк. 1900. № 3 от 20 января

2 января для своих 120 постоянных посетительниц устроило маленький праздник Общество попечения о молодых девицах, возникшее в 1899 г. (так называемые «живые картины» и костюмированный вечер). Средства, которыми располагали устроительницы, были самые ничтожные, но чего не сделает женская изобретательность. Сколько радости, оживления, звонкого девичьего смеха было, когда явившиеся в своих простеньких платьицах «вокресницы», вдруг преобразились при помощи дам-сотрудниц Общества в весёлую толпу ряженых. Были тут и Белоснежка, и Ночь, и Цыганка, и Трубочист, и малороссиянки, и рыбаки и т.д. На маленькой импровизированной сцене были поставлены живые картины: «Спящая красавица», «Жницы», «Мороз красный нос», «Цыганский табор», перед которыми читали соответствующие стихотворения Кольцова, Некрасова, Надсона. Затем девушкам раздали сласти в мешочках и началось чаепитие, за которым последовал бал. Несмотря на то, что кавалеры отсутствовали, танцевали с большим увлечением. Польки и венгерки сменились малороссийским казачком и хороводными играми. Под конец вечера демонстрировался фонограф.

В новогодние дни проводились также разнообразные благотворительные базары. Так, 3 января в час дня в изящной квартире председательницы благотворительного общества «Врачебная помощь бедным в Петербурге» С.И. фон Таль в доме-особняке на Николаевской ул. (ныне ул. Марата) открылся великосветский базар в пользу бесплатной поликлиники Общества. Квартира представляла собой вид своеобразного музея изящных вещей. В нескольких гостиных и зале расположились киоски и столы, за которыми шла бойкая продажа всевозможных оригинальных предметов, выписанных из-за границы, произведений кустарей, вышивок и прочего. Налево от входа находилась беспроигрышная лотерея, состоявшая из 400 вещиц, большей частью пожертвованных. В базаре принимали участие многие дамы высшего общества: дочь министра путей сообщения княжна О.М. Хилкова, дочь товарища министра внутренних дел мадемуазель М. Стишинская, дочь сенатора, супруги и сыновья офицеров л.-гв. Гусарского полка и др. Они продавали выписанные из Англии предметы роскоши, парфюмерию, письменные принадлежности и бумагу, книги, вещи из терракоты, щётки и плетёные изделия, хозяйственные принадлежности. Японский стол был художественно отделан шелками и веерами. Напротив входа располагалась витрина с продажей игрушек. Там можно было видеть много весёлых детских личиков, окружённых армией бонн и английских мисс. Направо от входа на особом возвышении находился роскошный сервиз, пожертвованный для базара е.и.в. государыней императрицей Марией Фёдоровной. Сервиз стоимостью в 1000 руб. украшен живописью с видами Москвы. В двух соседних комнатах шла продажа бутоньерок, фруктов и шампанского, а также был устроен роскошно украшенный буфет с цветами, старинным серебром, севрским фарфором, вазами и пр. В первый день базар посетили более 200 лиц, среди которых было много высокопоставленных особ, в том числе лены дипломатического корпуса, сановники, дамы высшего общества, министр путей сообщения кн. М.И. Хилков, представители китайского посольства во главе с послом Янг Ю, его супругой и детьми и др. С 9 часов утра на базаре играл оркестр балалаечников.

Устраивались, разумеется, и детские ёлки и праздники. Например, 1 января в большом конференц-зале Императорской Академии наук был организован праздник для детей низшего служебного персонала Академии. После совершенного молебствия и исполнения народного гимна, последовали танцы, представления фокусников и клоунов. Под конец дети окружили ёлку и им были розданы подарки и гостинцы.

2 января состоялся праздник в Пятой мужской гимназии. Газеты сообщали, что заведующим XXIX школьным участков И.Ф. Оношковичем-Яцыной в 2 часа дня была устроена ёлка для учащихся десяти начальных городских училищ, входивших в состав участка. После пения молитв, гимна и детских игр вокруг красиво разукрашенной ёлки на устроенной эстраде оркестром любителей-балалаечников было исполнено несколько музыкальным номеров. Затем детям показали фокусника, физиономиста, жонглёров и Петрушку. Праздник закончился оживлёнными танцами, после чего были розданы гостинцы и дети, в сопровождении учительниц, в начале шестого часа разошлись по домам.

3 января в зале Павловой состоялся еврейский детский праздник в пользу Общества вспомоществования евреям-земледельцам и ремесленникам в Сирии и Палестине. Во втором часу дня детский хор исполнил народный гимн «Боже, царя храни», затем на эстраде появился лектор, прочитавший публике сказку С.Г. Фруга «Пальма. Её содержание, заключавшееся в повествовании некой пальмы о том, каких славных событий в истории еврейского народа ей пришлось быть свидетельницей, очень понравилось детям, как и сопровождавшие чтение туманные картины с видами Иерусалима, реки Иордан и т.д. Окончив с воспоминаниями о старой Палестине, лектор снова предложил публике туманные картины, изображавшие уже современную Палестину. Ряд картин представлял зрителям современную еврейскую колонию земледельцев, сборщиков винограда, работу евреев в полях и т.д. Этот номер программы имел у зрителей самый большой успех. Затем хор еврейских детей исполнил песню С. Фруга «Мы мирно росли на берегах Иордана», а также состоялось оригинальное детское шествие в костюмах и с аксессуарами палестинских евреев-земледельцев. Праздник закончился танцами и играми.

6 января слушательницы Высших женских курсов, не имея больших средств и часто сами нуждаясь, организовали при помощи добрых людей ёлку для 600 бедных детей Галерной гавани и Васильевского острова, преимущественно для учащихся городских начальных училищ. В актовом зале здания курсов (Васильевский остров, 10-ая линия) была установлена громадная развесистая ёлка, сиявшая тысячью огней. Под ёлкой и на длинных столах разложили подарки: книги, письменные принадлежности, одежду и т.п. Не обошлось и без лакомств: каждый ребёнок получил пакетик с орехами и пряниками. Под руководством и наблюдением слушательниц дети под звуки рояля пели, танцевали и играли.

Новогоднее застолье

В отличие от советских и постсоветских времён, до революции не было каких-то особых блюд, прочно ассоциировавшихся со встречей Нового года (как салат оливье или селёдка под шубой, например). Состоятельная публика отправлялась встречать праздник в ресторан, однако можно было также заказать на дом не только «все для встречи Нового года: шампанское всех марок, отборные устрицы, вина и фрукты», но и полную сервировку стола серебром (т.е. серебряной посудой и приборами) и живыми цветами. Рекомендуемое обычным домохозяйкам новогоднее меню можно найти в кулинарных книгах, адресованных широкой публике. Например, в издании Екатерины Авдеевой «Полная поваренная книга русской опытной хозяйки, или Руководство к уменьшению домашних расходов» предлагалось 31 декабря подавать на стол следующие блюда: суп-пюре из сушёного горошка, куропатки с капустой, жаркое из лосины, пылающий пудинг. Пожалуй, только эффектный пудинг из этого перечня был чем-то необычным и праздничным. Приведём здесь полные рецепты названных блюд, возможно, что кто-нибудь из читателей захочет из воспроизвести.

Суп-пюре из сушёного гороха с ветчиною, или из свежего гороха

Сварить бульон из 2½ фунтов говядины и 1 фунта жирной копчёной ветчины; процедить. 2 стакана гороху налить водою, разварить хорошенько, а если долго не будет развариваться, то прибавлять понемногу холодной воды, развести бульоном, процедить сквозь сито, подогреть, но не кипятить; можно прибавить поджаренный в масле лук.

Куропатки с капустой

Возьмите кочан капусты средней величины, разрежьте его на-двое и обварите в кипятке; затем выньте из воды, дайте ей стечь, остудите капусту, и обвяжите оба куска ниткой или верёвочкой с двумя куропатками, хорошо очищенными и выпотрошенными, и даже нашпигованными; положите на дно кастрюли несколько ломтей шпеку, капусту, 2 или 4 сосиски, 2 моркови, столько же луковиц, обсыпьте все солью, перцем, покройте шпеком, и поставьте кастрюлю на слабый огонь. Когда все совершенно сварится, выложьте капусту на полотно и дайте воде с неё стечь и даже несколько нажмите, чтобы весь бульон вышел. Положите на блюдо куропаток, и обложите их кругом капустою, изрезанною на ломти, на которые положите по половине сосиски и по небольшому куску шпека; разрежьте на кружки морковь и обложите ими блюдо, подогрейте остаток жижи в кастрюле и облейте ею капусту.

Жаркое: лось или серна

Выбить кусок лося или серны, положить в муравленый (глазированный) горшок, налить остывшим уже уксусом, вскипячённым с солью и пряностями, так, чтобы покрыло мясо. Поставить в холодное место, каждый день переворачивать. Потом вынуть мясо, нашинковать шпик, обвалять его в истолчённом английском и простом перце, в гвоздиках и майоране, прорезать ножом небольшие отверстия в мясе, вложить в них шпик. Обложить весь кусок ломтиками шпика, обжарить слегка в горячей печи, переложить в кастрюлю, облить стёкшим с него соком, сняв с него сперва жир, влить 1½ стакана уксуса, ½ стакана вина, кусок сухого бульона, накрыть плотно крышкою, тушить на лёгком огне до мягкости. Когда будет готово, сложить на блюдо, остудить, убрать ланспиком (концентрированный застывший бульон) или покрыть соусом, в котором тушилось жаркое; этот соус надо в таком случае уварить хорошенько и сбить на льду, чтобы погустел.

Пылающий пудинг

Возьмите полбулки пшеничной муки, сотрите мелко на тёрке и всыпьте в кастрюлю; влейте туда полбутылки сливок и положите 4 лота (лот – 12,8 гр.) мелко истёртого сладкого миндалю, 4 лота мелкого сахару, и варите это, мешая беспрестанно, чтоб не пригорело. Потом простудите и влейте в массу 4 лота распущенного чухонского масла, вбейте 2 цельные яйца и 3 яичных желтка, вымешайте хорошенько, прибавьте 3 лота изрезанного цуката, а если есть, то зелёного грецкого ореха, варёного в сахаре, вишнёвого варенья, сбейте на пену 3 оставшиеся яичные белка, и влейте в массу, и все снова перемешайте. Потом положите массу в жестяную форму, вымазав ее сперва маслом. Форма должна иметь в середине отверстие, в вид трубы или цилиндра. Вставьте форму, в тёплую печь, и дайте пуддингу печься час времени. Когда пуддинг готов, выложите на блюдо, перевернув форму, украсьте поверхность ошпаренным сладким миндалём, цукатом, лимонной коркой, варёной в сахаре, а в середину, в отверстие, положите несколько кусков сахару, налейте рому, и перед дверями столовой, когда надобно подавать пуддинг, зажгите ром. Пудинг этот подаётся обыкновенно в то время, когда обедают при свечах, для большего эффекта.

Новогодние подарки, визиты и посылка визитных карточек

В конце XIX в. люди много писали друг другу: записочки, письма, поздравительные открытки. Это была в значительной мере эпоха рукописной культуры. Поэтому хорошим подарком на Новый год как для дам, так и для господ помимо книг вполне могли быть разнообразные письменные принадлежности: набор дорогой писчей бумаги, карманная ручка с золотым пером и резервуаром для чернил, письменный прибор в кожаном футляре, отделанный атласом, деревянный пенал из бука или ореха с инкрустацией, дорожный бювар для бумаг и т.д. Барышень можно было порадовать альбомами для вклеивания фотографий, изящным ящиком акварельных красок или особым рисовальным прибором в коробке с тиснением, набором открытых писем с видами Москвы и Петербурга. Взрослым дамам дарили всевозможные духи и украшения: броши, браслеты, серьги, кольца. Мужчины получали на праздник серебряные спичечницы и портсигары, янтарные мундштуки для папирос, золотые брелоки и карманные часы. Шутливым и одновременно практичным подарком могла послужить особая трость с выпивкой, в которой была специальная выемка для маленькой рюмочки и ёмкости, в которую можно было налить водку, коньяк или вино. Практичным подарком были также стенные или отрывные календари: с портретами членов царской семьи, русских писателей и т.д.

В магазинах столицы предлагались товары на любой вкус и кошелёк. Если говорить о детях, то мальчики и девочки, конечно же, больше всего хотели получить какую-нибудь новую игрушку или игру. Магазинов игрушек в Петербурге было полным-полно: только выбирай. Некоторые из них имели собственные названия: «Базар польза и забава» на Симеоновской (ныне ул. Белинского), 5, «Детский рай» на Кадетской линии Васильевского острова, «Золотое детство» на Невском, 54, «Мать и дитя» на Пантелеймоновской (ныне ул. Пестеля), 17, «На помощь матерям» на углу Караванной и Итальянской, «С.-Петербургская мастерская учебных пособий и игр» на Троицкой ул. (ныне ул. Рубинштейна), 9 и др. Мальчикам младшего возраста предлагались паяцы, жокеи, барабаны, жестяные стойла с лошадьми, бадейки с рыбой и сачком, летающие птицы, деревянные стада, лошадки для комнатной езды, всевозможные механические игрушки. Детям постарше можно было подарить пароход с паровой машиной внутри, который можно было запускать в пруду, или паровоз с регулятором для поворотов, со спиртовой горелкой, двигающийся по полу. Девочки традиционно мечтали о куклах, которые также были представлены в большом изобилии. Парижские куклы продавались в магазинах Пьера Баргоэна на Невском, 18 и Большой Морской, 3. Много было также игрушек, предназначенных, как бы мы сейчас сказали, для ролевых игр. Можно было играть в плотника, скульптора, столяра, портниху, хозяйку дома, заниматься рукоделием, письмом и т.д. В ассортименте были также самые разнообразные образовательные игры: всевозможные лото, игры с картами, фокусы, настольный театр, мозаика. Игра в пословицы, например, состояла из 15 картинок художника А.В. Троицкого на темы «человек», «дети», «гости», «дом» и 170 карточек с отдельными пословицами; игра «Силуэты» включала в себя матовое стекло в раме (пантограф), которое прикреплялось на дверь, на нём отображался уменьшенный в четыре с половиной раза чей-нибудь силуэт и его можно было затем зафиксировать с помощью чёрной и переводной бумаги, вырезать и наклеить на специальный бланк. В то же время о содержании некоторых тогдашних детских забав мы сегодня можем только гадать: например, «игра в обезьяны», «игра отшельник», «метаморфоза для смеха», «пришёл, увидел, победил», и т.д.

На Новый год было принято делать многочисленные визиты родственникам, знакомым, начальникам. Нужно было также одаривать личную и домовую прислугу (кухарок, горничных, судомоек, прачек, дворников, швейцаров и т.д.).

***

Шутки на тему

– Что это вы, Анна Петровна, прислуге отказали всей?

– Решила, что выгоднее на время праздников самой в прислуги идти.

***

Образ выбившегося из сил визитёра не сходил со страниц юмористических журналов.

Бываю я везде и всюду,

Слуга обычаев и мод,

Я никого не позабуду,

Но … ненавижу Новый год!

Вот муки ада и терзанье!

Лишился я последних сил,

За что такое наказанье

И чем его я заслужил?

Надежда всякая убита,

Что силы я верну свои…

Я сделал двести два визита,

Везде давая на чаи.

Ко всем являясь на минутку,

Я отдохнуть нигде не мог,

И уж к обеду ни на шутку

Совсем не чувствовал я ног.

Другой такой ужасной кары

Никто не выдумает нам…

Повсюду дворники, швейцары,

Служанки здесь, лакеи там.

Вся эта кухонная свита

Карманы чистила мои…

Я сделал двести два визита,

Везде давая на чаи.

Везде и всюду развлеченья,

Куда теперь ни загляни.

А я, увы, терплю мученья

И слёзы лью все эти дни.

Балы, спектакли и собранья

На каждом вижу я шагу.

Но несмотря на все желанья,

Купить билет я не могу.

Сижу без денег и кредита

И воду пью я как Аи…

Я сделал двести два визита,

Везде давая на чаи.

Я полон горя и тревоги

И третий день лежу, крича:

«Отдайте мне скорее ноги!»

Вчера решил позвать врача.

И он, взглянувши еле-еле,

Весьма небрежно говорит:

«Неделю над быть в постели…

Позвольте деньги за визит!»

Я возразил ему сердито:

«Зачем визиты мне твои?

Я сделал двести два визита,

Везде давая на чаи».

Начало года – время балов и маскарадов

Первой неделей Нового года веселье в столице, разумеется, не ограничивалось. Весь январь и февраль в Петербурге традиционно являлись временем великосветских балов и маскарадов. Фактически сезон зимних развлечений длился до конца Масленицы и начала Великого поста. Устраивались они на самых разных площадках чуть ли не ежедневно; балы были как общественные, так и организованные в частных домах; некоторые из них имели благотворительный характер.

Придворные балы

Тон и своеобразный старт бальному сезону задавали, конечно, придворные балы в Зимнем дворце и во дворцах членов императорской фамилии. В 1900-м году в главной императорской резиденции, Зимнем дворце, грандиозные балы, в которых принимали участие от восьмисот до трех тысяч человек (придворные, высшие военные и гражданские чины, офицеры гвардии и флота, дипломатический корпус и др.) были устроены 12, 20 и 27 января.

Вот как описывали газеты первый из этих праздников. По величественным сеням Иорданского подъезда, между длинной колоннадой которых с обеих сторон длинной цепью белеются художественные изваяния, мраморные статуи и группы, тянулась бесконечная блестящая вереница военных всех форм, всех родов оружия, и по роскошной извивающейся Иорданской лестнице поднималась в Аванзал; в сенях и на маршах лестницы стояли в нарядной с гербами ливрее придворные служители, егеря и доезжачие. На других подъездах, открытых для бала, также на маршах лестниц, стояли служители императорской охоты.

К 9 часам вечера в Николаевском зале в 16 огромных окон на Неву, роскошно убранном тропическими растениями и залитом светом электрических лампочек, собрались приглашённые лица: придворные и городские, имеющие приезд ко двору, дамы, придворные и высшие военные и гражданские чины, дипломатический корпус, лица Свиты государя императора и великих князей, офицеры гвардии и флота – всего около 3 тысяч человек. У каждого окна горел электрическими огоньками огромный, в сажень вышины, хрустальный канделябр, с плафона спускались 10 хрустальных люстр; у дверей в Концертный зал блестели матовым блеском в виде закрытых, овальной формы, чаш, чудные хрустальные канделябры с четырьмя такого же вида малыми подвесками-чашами по сторонам. Напротив портрета Николая I была воздвигнута красиво декорированная малиновым бархатом эстрада для придворного оркестра; у его подножия – клумба благоухающих разноцветных гиацинтов.

В Военной галерее, Ротонде и малом Аванзале были устроены открытые убранные цветами буфеты с шампанским, вином, крюшоном, прохладительными напитками, фруктами, конфетами, пирожными и чаем. Во всю длину Военной галереи были выставлены столы, на которых красовались серебряные, редкие по своей величине и художественной работе, вазы с фруктами, конфетами и цветами.

В половине десятого вечера придворный оркестр заиграл полонез из оперы «Жизнь за царя» и из внутренних покоев в предшествии новопожалованного обер-церемониймейстера графа В.А. Гендрикова и гофмейстерины статс-дамы светлейшей княгини М.М. Голицыной через Концертный зал вышли государь император в форме л.-гв. Казачьего полка в Андреевской ленте и государыня в белом шитом серебром бальном платье при Андреевской ленте и в ожерелье и диадеме из бриллиантов и жемчугов. За их величествами следовали государь наследник и великие князья с великими княгинями. Камер-пажи следовали за августейшими дамами, бывшими в белых шитых серебром платьях.

Огонёк. 1900. № 4 от 27 января

По окончании танцев в залах дворца был подан ужин. Для высочайших особ, высших чинов и чинов дипломатического корпуса – в Гербовом зале, для приглашённых – в Портретной галерее, Георгиевском зале, Пикетной комнате, Александровском зале, Белом зале. Стол, за которым заняла место её величество, находился на возвышении и имел форму подковы. Перед прибором императрицы было устроено плато из живых цветов. По правую руку от государыни заняли места турецкий посол, в.кнг. Мария Павловна, германский посол, в. княжна Елена Владимировна, великобританский посол, супруга германского посла, посол Северо-Американских Соединённых Штатов, супруга великобританского посла. По левую руку – французский посол, принцесса Гогенлоэ-Лангенбург, итальянский посол, супруга французского посла, австро-венгерский посол, супруга итальянского посла, испанский посол, супруга посла Северо-Американских Соединённых Штатов. За высочайшим столом заняли также места особы 2-го класса по Табели о рангах.

Во время ужина его величество государь император, в сопровождении министра Императорского Двора, обходил залы, в которых ужинали приглашённые лица. После ужина их величества и их высочества перешли в Николаевский зал и в начале второго часа изволили возвратиться во внутренние покои, после чего начался разъезд приглашённых.

Два больших бала состоялись у их императорских высочеств в. кн. Владимира Александровича и в. кнг. Марии Павловны 16 января и 11 февраля. Роскошные апартаменты дворца на набережной Невы (сейчас во дворце располагается Дом учёных) были красиво освещены электрическим светом. Рядом с танцевальным залом тянулась галерея, в которой был расположен буфет с редкими фруктами, конфетами, прохладительными напитками, шампанским, чаем и всевозможным печеньем. По словам репортёров, «во всём видно было поистине русское гостеприимство августейших хозяев бала». Розы, ландыши, орхидеи, гиацинты были расставлены среди роскошных сервизов. Съезд гостей начался в исходе девятого часа вечера. Дворцовые залы начали наполняться гостями. Чины высочайшего и великокняжеских дворов, придворные дамы, государственные сановники, представители дипломатического корпуса, цвет высшего общества, генералитет, офицеры гвардейских частей были в числе приглашённых. Августейшие хозяева встречали гостей при входе в зал и удостаивали милостивых слов. В. кнг. Мария Павловна была в роскошном жёлтом туалете, шитом золотыми колосьями. Чудные бриллианты дополняли украшение дивного туалета. Шею украшало роскошное колье с бриллиантами и жемчугом. Великая княжна Елена Владимировна была в розовом бальном туалете, украшенном гирляндами полевых цветов. На плече её высочества выступал дивный аграф из бриллиантов, а на шее нить крупных бриллиантов. На хорах расположились оркестры музыки. В десятом часу во дворец прибыли их императорские величества государь император и государыня императрица Александра Фёдоровна с принцессой Александрой Гогенлоэ-Лангенбург. Августейшие хозяева встретили их величеств. Государь император был в форме л.-гв. Гусарского его величества полка, а государыня императрица в роскошном белом туалете с черными кружевами, на шее бриллиантовое колье, а в волосах перья и цветы из бриллиантов. Принцесса Александра Гогенлоэ-Лангенбург была в белом платье шитом золотом, на шее роскошное бриллиантовое колье. Их величества проследовали в залу, где происходили танцы. Е.и.в. государыня императрица Александра Фёдоровна, в. князья, в. княгини, в. княжна и принцесса принимали участие в танцах. Танцы были весьма оживлены. Следовали кадрили, чередуясь с вальсами и другими танцами. Мазурка красивое зрелище представляла собой мазурка, в которой было множество цветов и фигур. На балу царили необыкновенная роскошь и оживление. По окончании мазурки их величества под руку с августейшими хозяевами и присутствовавшие под звуки марша прошли в большую столовую, где был сервирован ужин. Столы были накрыты в большой столовой зале, малой столовой и апартаментах нижнего яруса. После ужина танцы возобновились. В начале второго часа их величества отбыли с бала. Блестящий во всех отношениях бал отличался необыкновенным радушием и гостеприимством и закончился в начале третьего часа.

Во время второго бала состоялась своеобразная «историческая часть». 12 пар танцующих разоделись в костюмы времён французской империи Наполеона 1. Дамы были в бальных платьях того времени, кавалеры – в форме офицеров улан и польской лёгкой кавалерии.

5 февраля на бал в свой заново отделанный особняк на Михайловской площади приглашал столичный бомонд первый обер-церемониймейстер высочайшего двора граф В.А. Гендриков. На него было разослано до 300 приглашений. Бал удостоили своим присутствием государь с государыней и другие августейшие особы, были также лица свиты, представители высшего света и дипломатического корпуса.

9 февраля состоялся роскошный праздник на 700 гостей у адъютанта е.и.в. в.кн. Сергея Александровича князя Ф.Ф. Юсупова во дворце на Мойке – «памятнике старинного величия русского барства». На мраморной лестнице приглашённых встречали лакеи в золотых ливреях и крымские татары в национальных костюмах. Играли румынский и военный оркестры. Бал почтили своим присутствием императорская чета и другие члены дома Романовых. Первую кадриль Николай II танцевал с хозяйкой дома, супругой князя Юсупова, а Александра Фёдоровна – с самим князем. Гостям были предложены целые бассейны из льда, освещённые изнутри электрическими лампочками, а в них – шампанское и крюшон. На сцене домашнего театра Юсуповых был изображён сад в лунную ночь, посредине бил фонтан и далее река катила свои волны. Здесь был сервирован ужин для высокопоставленных гостей, сервированный на золотой посуде. В нижнем этаже дворца была устроена курительная комната, в которой посетители могли любоваться всевозможными редкостями и драгоценностями, а также картинами современных и старинных художников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.