В плену кошмара
Юлия Валентиновна Кононова

© Юлия Валентиновна Кононова, 2025

ISBN 978-5-0065-4974-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Когда мне исполнилось восемнадцать, я почти сразу съехала от родителей на съёмное жильё. Захотелось взрослой жизни. Со съёмом проблем не возникло, так, как я работала и училась на заочном. Новое моё жилище было в самом центре города, что меня очень радовало. Да и не дорого, чему я кстати очень удивилась. Квартира с потолками по три метра высотой, тремя комнатами, огромным балконом. Красотень, да и только! Первое время всё было хорошо, правда я прислушивалась к каждому шороху. Всё таки я привыкла жить с родителями. Дома всегда был включен телевизор, мама на кухне, что-то готовила, шумела вода. Тут же я была совсем одна, никто не мог шуметь, или включать телевизор. Иногда ночью мне казалось, что на меня кто-то смотрит. Я списывала это на непривычное одиночество. Было очень жутко. В одну из таких ночей я села в кровати и стала рассматривать комнату. Мой взор привлёк висящий на стене портрет какой-то пожилой женщины. Мне казалось, что она смотрит прямо на меня. Я встала, подошла к портрету и повесила на него полотенце. Вернулась в постель, я быстро уснула. Проснувшись, я чувствовала себя совершенно разбитой. Сев в постели, я увидела, что полотенце валяется на полу. Наверное упало… Я быстро позавтракала и отправилась на работу. Чувствовала я себя весь день плохо. Слабость одолевала. Еле, как дожив до шести вечера, я поплелась в аптеку.

Придя домой я наелась таблеток и без сил плюхнулась в кровать. Обычно после ужина из лекарств мне утром всегда становилось лучше. Я надеялась, что и в этот раз всё будет отлично. Повернувшись на бок мне снова бросился в глаза этот портрет.

– Ну не смотри на меня, и так до себя… Пробубнила я портрету и еле, как поднявшись, снова закрыла его полотенцем. Утром мне не стало лучше, я позвонила на работу и сказала, что в таком состоянии не смогу работать. Было очень плохо. Я выпила лекарство и погрузилась в сон. Вдруг я почувствовала, что меня кто-то аккуратно гладит по голове. Я подняла глаза и увидела ту самую женщину из портрета. Она улыбалась, но улыбка была вовсе не доброй. Больше походила на оскал. Я хотела закричать, но не смогла. Моё тело не слушалось меня. А вместо крика, были только хрипы… Я резко дёрнулась, а потом я проснулась. Это был всего-лишь сон. Я вздохнула с облегчением. Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Я взглянула в сторону портрета. Полотенце снова лежало на полу. Мне стало совсем не по себе. Чертовщина какая-то.

В это утро я собралась с силами и всё же дошла до больницы, сдать анализы. Пройдя врача и все положенные процедуры, я почувствовала, что мне стало хоть немного, но легче. Я поймала себя на мысли, что не чувствую голода. Аппетит пропал совсем. Хотя, честно признаюсь, что покушать я всегда любила. К родителям в эти дни я не ходила, не хотела маминой этой вечной паники и суеты. Обычно она очень сильно переживает. А я не люблю чрезмерную опеку. Вернувшись домой, кое-как поделав домашние дела, ноги понесли меня в комнату на кровать. Боковым зрением я увидела полотенце лежащее на полу. Накинула его на портрет, я закрепила его маленькой заколкой для волос. Потом я легла на кровать и не заметила, как погрузилась в сон. Проснулась я, когда уже совсем стемнело. Открыв глаза, я сразу увидела, что полотенца на портрете нет. Пытаясь встать, я увидела, что в дверях кто-то стоит. В темноте я не могла рассмотреть, кто или что это. Внутри всё похолодело. Сердце бешено колотилось. Я закрыла глаза, резко открыла. Оно приблизилось.

Я вжалась в стенку за кроватью. Это была она, женщина из портрета. Послышался противный, скрипящий смех. Мне хотелось закричать, но я не могла. Она не шла, словно летела. Приблизившись ко мне, она схватила меня за лицо, руки были мокрыми и холодными. Я почувствовала, что силы совсем меня покинули. Очнулась я в больнице, на меня смотрели заплаканные мамины глаза. Мама сказала, что даже вызывали батюшку из церкви, он читал молитвы надо мной и умывал святой водой. Только тогда мне стало лучше. Врачи же только разводили руками. Что со мной случилось, никто не мог понять. Множество трубочек, капельниц и датчиков были подключены ко мне. Я не могла говорить, только смотрела на неё и не понимала, что происходит. Как оказалось, что без сознания я пролежала больше суток, а на телефон не отвечала почти неделю. То есть это длилось не три дня, а больше. Я не пила, не ела, а только спала. На лице у меня были следы, отпечатки рук. Только спустя пары дней лечения, я поняла, что в каждом моем сне, старуха из портрета, прикасалась ко мне, и мне с каждым утром становилось всё хуже. Она словно высасывала из меня жизнь. Ещё бы немного и у неё это получилось бы. Не найди меня мама в то утро. Родители забрали все мои вещи из этой квартиры и я больше не хочу жить одна. Ещё долгое время, я спала со светом в комнате. По ночам меня мучили кошмары… Я и моя семья были уверены, что на этом мои страдания закончились, но на самом деле мы глубоко ошибались.

После тех событий прошло пять месяцев, я понемногу начала приходить в себя, работа с психологом, забота родных и близких, медленно, но верно возвращали меня к жизни. Я даже стала выходить на прогулки с друзьями, где и познакомилась с интересным молодым человеком. Казалось бы, самое ужасное, самое страшное уже позади. Но это лишь казалось.

Раньше я часто ездила в деревню в Пермском крае, погостить к бабушке с дедушкой. Именно, там я всегда отдыхала душой и телом. Поэтому родители не раздумывая отвезли меня туда. В больнице приказали отдыхать, и выписали мне больничный. Поэтому я с радостью восприняла предложенную мне поездку.

Деревня совсем крохотная, всего-то из жилых, осталось домов десять. Чтобы вы понимали, там остались одни старики. Я очень хотела поехать туда со своим молодым человеком, он у меня заядлый рыбак. Познакомить его с дедушкой и бабушкой, так и не довелось. Но в этот раз у него на работе был полный завал, поэтому я поехала одна. Нужно было отвезти своим старикам продукты, да и лекарства у них закончились. Приехав в деревню, пообедав с бабулей и дедом, немного передохнув, отправилась с канистрой для воды на ключ. Погода стояла прекрасная, поэтому я особо не торопилась, шла медленно, любовалась деревенским пейзажем. Прогулявшись по деревне, я полная спокойствия и умиротворения, пошла домой. Дома меня ждал вкусный ужин, приготовленный бабулей. Господи, рай на земле, прямо, как в детстве!

После ужина, немного поговорив со своими стариками, я легла спать. Этой ночью, все случилось снова…

Я проснулась от того, что услышала тихий стук в окно. Кто может стучаться посреди ночи в такой глухой деревне? Я посмотрела на часы, было ровно двенадцать ночи. Приподнявшись на кровати, я выглянула в окно. Крик застыл у меня в горле. В окно на меня смотрела она, та самая старуха из той квартиры. Я не знаю, сколько прошло времени, мы смотрели друг другу в глаза, словно целую вечность. Ее рот медленно растекался в кривой гримасе, это было больше похоже не на улыбку, а на оскал, как тогда, в той квартире. Что было потом, я не знаю. Скорее всего я потеряла сознание.