Наталья Бон
Этажом выше

Пролог

5 августа 2021, Тульская область

– Ну что за день такой! – почти шёпотом недовольно проворчал Рубцов.

– Да-а-а, не рыбный! В прямом смысле этого слова. Геннадич, а, может, уже домой, на шашлычки? Дело к вечеру близится, – так же тихо спросил своего друга полковник в отставке Кузьмин. – Я мясо замариновал вчера вечером. Иришка моя борща наваристого состряпала – язык проглотишь! А то кто ж тебя, беса холостого, домашней стряпнёй накормит?

Виктор Рубцов обречённо посмотрел на зеркальную гладь пруда, туда, где покоился поплавок, и еле заметно кивнул головой. Его густые седые брови хмуро сошлись на переносице.

Они сидят в лодке почти четыре часа, а в ведёрке всего каких-то два карпа. Можно, конечно, ещё часок скоротать, но смысла особого в этом Рубцов не видел. Да и поясница начала тянуть. Хотя в свои шестьдесят два года он редко жаловался на недуги. Здоровьем бог Рубцова не обделил. Сил у него было предостаточно и с лихвой хватало как на руководство собственной компанией, так и на развитие сопутствующего бизнеса. А владел он ни много ни мало самой крупной строительной фирмой в области с главным офисом в Москве да ещё и расширяться планировал.

– Ладно, – Виктор Геннадьевич ещё раз тяжело вздохнул и принялся не спеша сматывать удочку. – Раздразнил ты меня гастрономически!

Всё-таки природа в этой местности была неописуемо красива. Вылитый пейзаж с картины Шишкина. Дубовая роща по правую сторону водоёма своим величием приковывала восхищённый взгляд, а вода в пруду была настолько чистой и прозрачной, что местами позволяла рассмотреть дно в деталях.

Не просто так два давних друга решили обосноваться неподалёку, в престижном посёлке, купив землю под строительство домов. Вот уже как более двадцати лет великолепие, тишина и покой этого волшебного места скрашивали их жизнь.

– Давай вёсла, – Игорь Анатольевич первый закончил сматывать удочку. – Не хочу мотор заводить.

– Держи! Греби вон к тому выступу рядом с камышами. Прогуляемся потом ещё минут пять до машины.

– Что с этими делать будем? – Кузьмин взглядом указал на пару несчастных карпов, барахтающихся в ведёрке.

– Да отпусти их к чёртовой матери. Ужин из них точно не получится.

– Как-то непривычно с рыбалки с пустыми руками возвращаться. Странно очень! Здесь же всегда улов хороший!

– И на старуху бывает проруха, – пожал плечами Виктор Геннадьевич и выплеснул содержимое ведра в пруд.

Тем временем Кузьмин почти догрёб до берега. Тишину живописного места нарушали лишь звуки всплеска воды от прикосновений к ней лопастей вёсел.

Когда лодка коснулась дном плотного слоя ила, мужчины взяли снасти, поправили рыболовные сапоги и один за другим шагнули за борт. По воде от их вторжения разошлись широкие круги, всколыхнув камышовую заросль.

Рубцов медленно двигался за бывшим полковником милиции, преодолевая сопротивление воды. Вдруг его внимание привлёк странный предмет, по форме похожий на кроссовок. Белое пятно чётко выделялось на фоне монотонного полотна растительности. От движения волн, созданных ими, камыши разошлись в стороны, открыв взору ужасающую картину.

– Игорь, стой! – неестественно громко окликнул друга Виктор и стремительно направился туда, где в камышах лицом вниз колыхалось изувеченное неподвижное тело.

Часть 1

Глава 1

5 июня 2016, 15:45, Орёл

– Ну, давай же! Левее! Уходи влево! Не дёргай локоть! Боковой справа! Где твоя скорость! Включи реакцию! Выйди на дальнюю! Джеб! – командирский голос Станиславского из-за ринга гремел как гром среди ясного неба. – Стоп! Разошлись! Яров, какого чёрта! Что сегодня с тобой происходит? Спустись на землю!

Саша нехотя сделал шаг назад от спарринг-партнёра и опустил руки. Челюсть гудела от пропущенного хука. Нужно было надеть шлем, но он этого не сделал. Дерьмовый день не заладился с самого утра.

– Иди сюда! – снова гаркнул тренер.

Повелительный голос Станиславского отвлёк Александра от неприятных воспоминаний. Он подошёл к краю ринга, раздвинул канаты и спрыгнул на пол, приземлившись прямо пред тренером.

– Простите, Иван Васильевич! – угрюмо пробормотал Саша.

– Опять с матерью что-то?

Последующее молчание дало понять Станиславскому, что его догадки не беспочвенны.

– Послушай, у меня есть знакомый в наркологическом диспансере…

– Всё в порядке, не стоит за меня беспокоиться, – вкрадчиво, почти шёпотом произнёс Саша.

– Не надо беспокоиться? – глаза тренера сверкнули недобрым огнём. – Как это мне не беспокоиться, когда у тебя решающий матч через две недели! Не забывай, тебе почти восемнадцать, и ты в шаге от КМС! А если будешь отвлекаться, то ни черта не выйдет! Яров, сосредоточься! Собери в кулак свою волю и продолжай делать то, что делаешь лучше всего, несмотря ни на что! Не испогань всё!

– Это не единственное, что я могу делать лучше всего… – Саша хотел было сказать, что намерен совмещать учёбу со спортом. Его аттестат об окончании школы с отличием и первые места на областных олимпиадах по математике открывали другие возможности. Он не собирался от них отказываться и намеревался воспользоваться ими для поступления этим летом на физмат.

– Да, знаю, что у тебя золотая голова! Но и редкий талант гениального боксёра! С твоей скоростью реакции и ловкостью можно достигнуть вершины Олимпа! При твоём-то весе – это исключительная редкость!

– Я выиграю матч и получу КМС!

– Если будешь отвлекаться на семейные проблемы, как сегодня…

– Всё в порядке. Я могу это контролировать.

Станиславский обречённо качнул головой.

– Саш, позволь помочь. Ей необходимо лечение!

– Я подумаю. Можно мне переодеться? Не хочу опоздать на автобус. Вы же знаете, я работаю в вечернюю смену, а до этого брата из кружка забрать нужно.

Иван ещё секунд тридцать смотрел на высокого русоволосого парня, стоящего перед ним, не проронив ни слова. Редко в его возрасте встречаются такие проворные бойцы в тяжёлом весе. Этот детина, мало того что был отлично сложен для своих лет, так ещё обладал незаурядными способностями первоклассного бойца. Давно он не встречал такой скорости и точности удара. Жаль, если этот дар полетит в тартарары из-за его мамаши! Какая несправедливость! Такой сын у такой шалавы…

– Свободен, – монотонно вымолвил Станиславский. – Жду тебя завтра в час. И не забудь про шлем!

Александр коротко кивнул и направился в раздевалку.

Челюсть поутихла. Физическая боль отступила и освободила место душевной. Той, которая была намного сильней. Яров пожалел, что не поддался ещё раз партнёру на спарринге. Может, пара лишних ударов под рёбра обеспечила бы ему забвение подольше, и воспоминания о мерзких событиях минувшего утра не вернулись бы к нему так быстро.

Ранее 5 июня 2016, 09:07, Устинск, Орловская область

Это длилось уже вторую неделю и с каждым днём всё больше отнимало у него желание просыпаться утром. Вот и сегодня Саша не поспешил открыть глаза, когда услышал за стеной своей спальни невнятное мычание. Охрипший голос, не попадая ни в одну ноту, громко завыл «Чёрный ворон».

Сука! Надежда на то, что запой матери скоро закончится, улетучилась с космической скоростью. И где она снова нашла деньги? Мизерного пособия по инвалидности, которое она получала каждый месяц, хватало ей максимум на пару-тройку пьянок. Потом на помощь приходили собутыльники. В основном нечестные, немытые неделями мужики. Позавчера он сам лично вышвырнул один такой экземпляр из кухни на лестничную площадку.

Это же дно! Днище! Как она могла докатиться до такого? Как она могла наплевать на своих детей? Да, была травма на рабочем месте. Да, было сложно! Но это никогда не оправдает её нынешнего омерзительного поведения.

Саша открыл глаза лишь тогда, когда услышал под дверью тихое всхлипывание. Он быстро встал и не раздумывая распахнул дверь. Перед ним, опустив голову в пол и вздрагивая от сдерживаемых рыданий, стоял его сводный тринадцатилетний брат.

– Никитка! Ну-ка, иди сюда.

Саша сгрёб в охапку миниатюрного для своего возраста мальчишку, занёс в спальню и захлопнул за собою дверь. Он посадил брата на край кровати, а сам присел перед ним на корточки.

– Посмотри на меня.

Яров взял в ладони лицо ребёнка и заставил его посмотреть ему в глаза. Щёки Никиты были влажными от слёз. Он вытер их большими пальцами, продолжая держать его голову.

– Перестань реветь и расскажи, что случилось.

Братишка шмыгнул носом. Его длинные тёмные ресницы вздрогнули и обнажили взгляд заплаканных глаз. Они так были похожи на глаза старшего брата и отличалась только по цвету: у Александра кристально-голубые, а у Никиты серые.

– Я есть хочу, а мама опять пьяная! Она сказала, чтобы я катился куда подальше.

– Когда ты ел в последний раз?

– Вчера в обед, один мальчик из кружка поделился со мной бутербродами…

– Прости, что накануне вечером не смог с тобой увидеться… – ком невыносимой жалости к брату и бешеной ярости к матери подкатил к горлу.

– Я ждал, но ты же был на работе! А потом я заснул.

Саша побоялся представить, что в тот момент происходило с матерью.

– Прости! Пойдём на кухню, я что-нибудь приготовлю.

– Нет! Она там! Я не пойду!

– Эй! – Александр взял Никиту за плечи и легонько встряхнул. – Тебе нечего бояться! Всё будет хорошо! Я рядом. Тем более ты знаешь, что когда она пьяна, то ещё безобидней, чем трезвая. Просто – дурная…

– Да, но мне страшно, когда я вижу её такой.

– Пойдём! Не бойся! Я отправлю её в другую комнату.

Саша протянул руку мальчику. Тот поколебался с минуту, но всё-таки вложил свою ладошку в широкую пятерню брата.

– Сашка, а ты научишь меня драться?

– Научу, конечно! Но для этого нужны силы! А для того, чтобы были силы, необходимо хорошо поесть, – Александр выдавил из себя подобие улыбки. – Идём! Я приготовлю тебе яичницу.

– А можно с сосисками?

– Можно!

Саша попытался вспомнить, купил ли он в прошлый раз в продуктовом сосиски. Вроде да! По крайней мере, парочка молочных вчера утром ещё лежала в холодильнике.

Крепко держа за руку братишку, Яров распахнул дверь, и они вышли из спальни. То, что представилось его взору на кухне, очередной волной отвращения, злости и жалости с новой силой накрыло разум.

Женщина, которой десять дней назад исполнилось сорок, с чего, в принципе, и начался очередной запой, сидела на полу под окном, облокотившись на батарею. Её лицо с когда-то красивыми и невероятно притягательными чертами покраснело и опухло. Голубой цвет глаз терялся за мутной пеленой тяжёлого похмелья. Мешки под ними буквально кричали об алкогольной зависимости. Некогда блестящие платиновые волосы пожелтели и сбились в колтуны.

В правой руке она держала бутылку пива, а культя левой пряталась под длинным рукавом замызганного халата. Возле раковины красовались две пустые бутылки, по-видимому выпитые ею недавно.

Саша отпустил брата и подошёл к матери.

– Таня, иди к себе. Не пугай ребёнка! – он протянул ей руку, чтобы помочь встать, но она никак не отреагировала.

– А-а-а-а-а, – промычала она. – Ты? – её язык заплетался так, что было сложно разобрать пьяный бред, но Яров уже привык. – Проснулся? – вдруг она непроизвольно поперхнулась, и из её рта вытекла слюна. – Дай денег!

– Я давал тебе на прошлой неделе, чтобы ты купила еды. Но вместо этого ты всё спустила на выпивку.

Александр продолжал стоять с вытянутой для помощи рукой.

Да с кем он сейчас разговаривает? Это же бесполезно! Всё равно что пререкаться со стеной. Разум матери, задурманенный этанолом, не воспринимал никакую информацию. В конце концов парень потерял терпение, подхватил её под локоть и с силой дёрнул вверх. Она, как шнурок от ботинка, повисла на его руке. Ноги еле касались пола.

– Пойдём-ка я отведу тебя в твою комнату.

– Отпусти, щенок! Я твоя мать! Как ты смеешь!!!

Но Саша не придал ни малейшего значения пьяным возгласам. Он привык. А насчёт статуса матери он бы ещё поспорил, но не сейчас, когда она в таком состоянии.

Картина, как здоровый парень силой вытаскивает из кухни пьяную мать, останется в памяти Никиты на всю оставшуюся жизнь.

– От тебя несёт, как от мусорного ведра! – процедил сквозь зубы Александр, миновав в дверном проёме младшего брата. – Прими душ!

С этими словами он завёл её в спальню, толкнул на кровать и кинул ей в лицо чистое банное полотенце.

– Весь в своего ублюдка отца!!! – Таня очень любила повторять это каждый раз, когда доходила до кондиции. Но правда в том – это единственное, что он знал о нём. Поэтому судить об этом не мог. Окей! Пусть так! Всё лучше, чем быть похожим на конченую алкашку.

Когда Саша вернулся на кухню, Никита сидел за обеденным столом, положив голову на столешницу.

– Эй, что за грусть-тоска?! – наигранно весело воскликнул парень. – С таким настроением завтрак в пользу не пойдёт! Ты же хочешь научиться боксировать?

Мальчишка нехотя поднял голову и еле заметно кивнул.

– Саша, – произнёс он тоненьким голосочком. – Это никогда не закончится?

В такие моменты Яров чувствовал только одно – непреодолимое желание придушить родную мать собственными руками. Он замолчал, потому что не знал, что ответить. Он сам – рано повзрослевший ребёнок, и ему бы тоже не помешала поддержка. Но, как ни прискорбно, ждать её было неоткуда.

– Никита, – осторожно произнёс Александр, – мама тяжело больна. Но это лечится.

– Тогда отвези её в больницу.

– К сожалению, всё не так просто.

– Или вызови доктора…

– Я что-нибудь придумаю. Обязательно придумаю! Обещаю тебе.

Саша открыл холодильник и не смог сдержать ругательство.

– Твою мать! – проскрипел он.

В данной ситуации ругательство имело буквальный смысл. Холодильник был пуст.

– Никита, а хочешь в кафе?

Александр обречённо вздохнул. Придётся попрощаться с большей частью заработанных вчера денег.

Каждый вечер Яров-старший разгружал вагоны товарных поездов до часа ночи. Их маленький районный городок был транзитным пунктом для приличного количества товаров, поэтому логистика играла важную роль в Устинске.

И так на всех каникулах. Но этим летом ему особенно нужны были деньги. Через месяц вступительные, и ему придётся жить некоторое время в областном центре.

– Да! Да! Хочу! – в глазах братишки заиграл интерес. – Ты купишь мне пирожное, если я хорошо поем?

– Обязательно! А к одиннадцати часам я отведу тебя в кружок.

Слава богу, единственная школа в округе каждый год на летних каникулах организовывала групповые занятия для детей по различным предметам.

– Ты сможешь меня забрать сегодня вечером?

– Постараюсь. Кто приходил за тобой вчера?

– Никто. Я дошёл до дома с мальчишками из нашего двора.

Александр стиснул зубы, чтобы снова не выругаться.

– Хорошо. Заберу тебя в шесть.

5 июня 2016, 16:30, Орёл

– «Автовокзал». Конечная! – объявил кондуктор.

Саша выбежал из троллейбуса и на всей скорости бросился к зданию центрального автовокзала. Последний автобус в Устинск отходил через пять минут.

– Извините! Простите! Извините! – восклицал он при каждом столкновении с кем-то из вокзальной толпы.

Хорошо, что билет купил заранее!

Когда он выбежал на стоянку, водитель его рейсового автобуса уже завёл мотор. Яров одним махом преодолел ступеньки транспорта и буквально запрыгнул в салон.

Его место было в правом ряду у окна. По счастливой случайности соседнее кресло пустовало до самого Устинска. Когда он вышел в родном городе из автобуса, стрелки на часах показали половину шестого.

Отлично! Он успевает! От вокзала до школы Никиты всего пятнадцать минут ходьбы. Всю дорогу Саша думал о том, что предложил ему его тренер. Может, стоит принять помощь и положить мать в диспансер? А если органы опеки узнают? Что будет с ними? Он-то уже большой, а вот Никита… Что станет с Никитой?

Терзая себя догадками, он не заметил, как оказался во дворе средней школы номер один. Странным делом было приходить сюда летом, тем более после окончания. Всё-таки как хорошо, что братишку можно было занять чем-то полезным. Да и мать в непристойном состоянии он видел меньше, чем если бы не посещал летний школьный кружок и сидел дома. Спасибо социальной программе, оплатившей большую часть занятий Никиты. Остальную сумму Саше пришлось выложить из своего кармана.

Как же он мечтал стать чемпионом, параллельно получить образование, забрать брата и переехать в другой город. Мать бы этого даже и не заметила. Он был в этом уверен.

Продолжая мечтать, парень взялся за ручку входной двери трёхэтажного здания и вошёл внутрь. Он сразу оказался в вестибюле. Для того чтобы попасть в помещение, отведённое под летние занятия, нужно было свернуть налево и пройти по узкому зелёному коридору до самого конца.

Так он и поступил. В школе стояла гробовая тишина. По-видимому, всех детей уже разобрали по домам. Надеясь, что Никита не ушёл с мальчишками, Саша подошёл к деревянной двери с табличкой «летний кампус». Какое пафосное название для такого пространства. Как ни странно, дверь была приоткрыта, и из класса доносились голоса. Один из них принадлежал, по-видимому, репетитору, а второй его младшему брату. Какая-то странная была у обоих интонация. Насторожившись, Яров остановился и прислушался повнимательней.

– Никита! Вот видишь, я же говорил тебе, что ты – очень хороший и послушный мальчик! У тебя всё получается хорошо!

– Алексей Иосифович…

– Называй меня просто – Алёша. Я же твой друг!

– Алёша, а ты принёс мне, что обещал?

– Да, конечно! Смотри, вот твой подарок! Только не забудь! Это наш с тобой небольшой секрет! Никто не должен узнать, в противном случае я не смогу больше быть твоим другом и дарить тебе такие вкусные подарки! Тебе же больше никто такого не покупает?

– Нет…

Саша перестал дышать и напрягся так, что на лбу выступили вены. Что за чертовщина!

– Но, как в прошлый раз, взамен ты должен сделать мне приятное. Я тебе, а ты мне. Помнишь?

– Да.

Александр почувствовал, как по его спине поползли мурашки от понимания происходящего.

– Потрогай меня здесь… Медленно…

После услышанного Александр со всей силы пнул дверь ногой. Она молниеносно распахнулась и с треском брякнула о стену. Его взору представилась гадкая, тошнотворная картина. Даже в самом отвратительном сне его мозг был не способен нарисовать такую. Но реальность нарисовала её во всех грязных деталях.

За рабочим столом сидел мужчина лет тридцати. Светлые волосы аккуратно зачёсаны назад гелем, будто он только что вышел из душа. Половина треугольного лица пряталась за толстыми круглыми линзами очков. Тонкие бесцветные губы растянулись в похотливой улыбке, которая моментально исчезла после раздавшегося грохота распахнувшейся двери. Никита в тот момент отдёрнул свою маленькую ручку от ширинки преподавателя.

– Какого чёрта здесь происходит? – голос Саши оглушил всех, кто находился в комнате, включая его самого.

Он с одичалым выражением лица лихорадочно перевёл взгляд с мужчины на своего младшего брата и обратно. Саша каждой клеткой своего организма и каждой фиброй души ощутил прилив такой ярости, что любое, даже самое дикое, безумие померкло бы на её фоне. Он перестал соображать.

Одним шагом Александр преодолел расстояние до стола извращенца, схватил его за накрахмаленный воротник белой рубашки и выдернул со стула. Тонкая ткань затрещала у него в руках. Рядом от испуга вскрикнул Никита.

– Немедленно выйди, закрой за собой дверь и жди снаружи! – процедил он, обратившись к младшему брату.

Саша потратил последнюю каплю разума на то, чтобы предупредить Никиту. После этого свет погас, и его рассудок погрузился в кромешную тьму. Больше он не видел вокруг себя никого и ничего, кроме пары испуганных глаз педофила за огромными линзами очков.

Факт, что Никита не двинулся с места и остался стоять неподалёку от разъярённого брата, в руках которого задыхался учитель, не остановил агонию яростной мести.

Глаза Александра налились кровью. Единственное, чего он желал, кастрировать и убить подонка. Эта мразь хотела совратить мальчишку! Его родную кровь!

– Отпустите! – глотая воздух ртом и сотрясаясь от страха, простонал мужчина. – Пожалуйста! Я ничего не сделал! Клянусь! Я не прикоснулся к нему и пальцем!

Он попытался вымолить спасение, но бесполезно. Яров-старший продолжал крепко держать того за воротник. Мольба о пощаде взбесила его ещё больше.

– Таким, как ты, место в аду! – прохрипел он, подавившись клокочущей в горле злостью.

Его правая рука отпустила воротник учителя и со всей силы сдавила его промежность с гениталиями. Тот завизжал от невыносимой боли, как живой хряк перед забоем. Удар левой сбоку пришёлся по печени. Извращенец согнулся пополам. Да, Яров знал, как и куда бить. Последующие удары по обмякшему телу мужчины он уже не считал. Находясь в агонии безумия и несвойственной ему ранее жестокости, Александр один за другим наносил точные удары по голове, туловищу, промежности.

Мужчина потерял сознание и с грохотом упал на деревянный пол. Не обращая на это никакого внимания, Яров-старший обрушил на лежащее тело серию пинков под рёбра. Изо рта учителя засочилась кровь, но одичавшего от злости парня это не остановило.

Ещё удар. И ещё один. Его дыхание участилось. Носки кроссовок окрасились в алый цвет. Туловище подонка постепенно превращалось в месиво из одежды, крови и рваной кожи.

– Саша, прекрати! Пожалуйста! Перестань! Хватит!

Тонкий голос Никиты, словно из другого мира, прозвучал откуда-то справа. Яров замер. Кровь отхлынула от мозга, что дало ему возможность слегка протрезветь от бешенства. Детская мольба сделала своё дело и привела его в чувства.

Продолжая тяжело дышать, Саша бездушным взглядом смотрел на избитое тело у его ног. Его не волновало то, что, возможно, учитель испустил дух. Это безразличие стало первым шагом к знакомству с другим собой. С той частью своего я, о которой до этого момента он и не подозревал.

Когда дыхание пришло в норму, до него наконец дошло, что он сделал. Александр обернулся в поисках брата. Никита сидел на корточках в дальнем углу комнаты, закрыв лицо руками. От страха его худенькое тельце дрожало, как осиновый лист на ветру. Парень в мгновение ока оказался возле него.

– Никита, нам нужно уходить! – тихо произнёс он, чтобы ещё больше не испугать ребёнка.

– Ты его убил? – заикаясь спросил Никита.

– Я не знаю. Быстро! Вставай!

Саша схватил младшего брата за руку и потянул за собой. Никита подался вперёд и покорно замельтешил за ним следом. Александр прибавил шаг. Он практически бежал.

– Я не могу так быстро! – пропищал за спиной детский голосок.

Александр ничего не ответил. Он хотел побыстрее выбраться наружу. Хотел, чтобы всё это оказалось игрой воображения. Он не знал, какие последствия повлечёт за собой содеянное, да и не хотел знать. Вершить самосуд – последнее дело. Но это! Грязное домогательство учителя-извращенца не имело никакого оправдания.

– Расскажи, что он заставлял тебя делать, – прорычал Яров-старший, когда они уже вышли на улицу и свернули на дорогу, ведущую к дому.

– Он просил, чтобы я его потрогал.

– Почему ты согласился, Никита?!

– Он пообещал принести мне жвачки и шоколадные батончики.

– О господи!

– Мне так хотелось! Мама никогда этого не покупала!

– Сколько раз он просил тебя… Чёрт! – Александр запнулся на полуслове. Настолько ему было противно произносить это вслух. – Сколько раз ты его трогал?

– Один раз. Вчера.

– Давно он ведёт у вас занятия?

– Второй день. Наш постоянный учитель заболел, а этот его замещает.

– Грязный подонок! – это был скорее плевок, чем обычная речь.

Через десять минут они подошли к пятиэтажному дому с одним-единственным подъездом. Яровы жили на четвёртом. Саша поднял голову и посмотрел на окна квартиры. В них было темно. Фасад здания, облицованный бежевым камнем, выглядел празднично, по сравнению с остальными домами в округе.

Александр не раз пытался выяснить у матери, как так получилось, что при их нищенском положении дел они имели жилплощадь в одном из самых престижных зданий Устинска. Но она всегда уходила от ответа, невнятно бормоча про какое-то наследство. Как жаль, что спросить больше было не у кого. По словам матери, она давно уже сирота. Так что ни бабушек, ни дедушек у братьев не имелось. В друзьях у Татьяны Яровой последние лет пять числились только алкаши, которые тоже вряд ли могли что-то знать об истории их семьи.

Когда он был маленький, такие вопросы его не волновали. Но становясь старше, с каждым годом он всё чаще думал о том, почему мать вообще мало что рассказывала о себе и ещё реже о своей семье. Не говоря уже о его отце.

Никите в этом плане проще. Он хотя бы знал своего в лицо. И не важно, что отец его сводного брата появлялся раз в год на пару дней. В их истории было всё понятно. Залётный дальнобойщик, но не до конца конченный. Ведь не забывал же!

Единственное, что он знал о прошлом матери, с её же слов, – она из Орла и прожила в нём всю свою юность. Родители её тоже из областного центра. Жили, умерли и похоронены там же.

Размышляя о судьбе семьи, Саша зашёл в подъезд. Братишка поравнялся с ним на лестнице, продолжая держать его за руку. Хорошо, что Таня не дома. Возможность перевести дух после случившегося без пьяных криков немного успокоила Александра.

Но мнимый покой длился недолго – ровно столько, сколько ему понадобилось времени, чтобы дойти до площадки второго этажа. В самом её центре на холодном каменном полу лежало неподвижное тело матери. Александр шёл так быстро, что чуть не споткнулся о её согнутые буквой «Г» расцарапанные ноги. От неожиданности он грязно выругался и машинально прижал к себе лицом Никиту, чтобы у того не осталось возможности воочию наблюдать алкогольный обморок матери. Хватит с него на сегодня.

Простояв так секунд десять, Саша осторожно отстранил от себя брата. Он не мог позволить ему обернуться и посмотреть на то, во что превратилась женщина, когда-то подарившая им жизнь.

– На, держи! – Яров вытащил из кармана джинсов ключи от квартиры и вложил в руку Никиты. – Иди домой. Я помогу ей подняться. Только не захлопывай за собою дверь. И не оглядывайся! Понятно?!

Братишка ничего не ответил. Он всё ещё был потрясён тем, что произошло в школе, поэтому без вопросов молча взял связку ключей и в точности выполнил то, что приказал Яров-старший.

Тем временем Саша присел на корточки перед матерью и нащупал на её руке пульс. Жива. Он облегчённо вздохнул и хотел было взять её на руки, но неожиданно она открыла глаза и уставилась на него мутными глазами.

– А-а-а-а-а-а-а… – протянула женщина. Саша чуть не задохнулся. От неё дико разило перегаром. – Выродок недоделанный! Не трогай меня!

– Не пугай соседей!

– Да пошёл ты! Вместе со своими соседями! На черта я вообще тебя родила? Чтобы ты мне морали читал? Кормишь их, поишь, воспитываешь, а они тебе морали! – она почти перешла на крик, брызгая слюной в лицо сына.

Саша вытер рукавом лоб и осмотрелся по сторонам. Господи, хоть бы из соседей никто не вышел! И тут его рассеянное внимание привлекло какое-то движение на лестничном пролёте между первым и вторым этажами. Освещение в подъезде было хорошим, и он без труда разглядел худощавую фигурку молоденькой девушки. На вид ей было лет шестнадцать или семнадцать. Тёмные короткие волосы обрамляли миловидное личико. Она не двигаясь стояла совсем близко и вовсю глазела то на Ярова, то на его невменяемую мать.

Откуда она здесь взялась! Он видел её впервые. В данном помещении и ситуации она смотрелась как инородное тело. Явно же не местная! Всё в ней кричало об этом. И манера держаться, и фирменные шмотки, и причёска. Абсолютно всё.

– Чего смотришь! – рявкнул парень. Его нервы были на пределе, а за наигранной грубостью скрывался жгучий стыд. Он неистово хотел провалиться сквозь землю. – Что, пьяных не видела? Вали отсюда!

Девочка не испугалась и не двинулась с места. Она надменно приподняла правую бровь и с презрением посмотрела на Сашу. Её взгляд задержался на его футболке, а потом упал на кроссовки. И тот и другой предметы одежды были испачканы кровью учителя.

– Сам вали! – дерзко парировала незнакомка. – Вы мне дорогу перекрыли!

Яров смотрел на худощавую фигурку и не мог поверить своим ушам. Какого чёрта она себе возомнила!

– Чё-о-орный во-о-орон! – неожиданно завыла Таня, снова брызнув слюной в лицо сына. – Чё-0-0рный во-о-орон! Что ты вьёшься надо мной…

Саша совсем растерялся. Ситуация выглядела максимально нелепой: и комичной, и трагичной одновременно. Он со всей скоростью, на какую только был способен, поднял мать с пола.

Незнакомка ни на секунду не оторвала взгляд от жуткой парочки. Она не торопилась. Медленно, показывая всем своим видом, что для неё они всего-навсего жалкие насекомые, девочка проскользнула к следующему лестничному пролёту.

– Отбросы! – брезгливо бросила она и пошла вверх.

5 июня 2016, 21:03, Устинск, Орловская область

Саша сидел на кухне за обеденным столом и бесцельно смотрел на раковину. Дикая усталость притупила все чувства и опустошила сознание. Радовало одно – мать отключилась и больше не доставала своими криками и фальшивым пением. Никита тоже крепко спал уже как полчаса. Даже есть не попросил. Бедный! Сколько же ему пришлось пережить!

Рабочая смена полетела ко всем чертям. Хоть бы место не потерять! Он, конечно, предупредил начальника, но тот не особо обрадовался звонку в последнюю минуту.

Единственное чувство, которое не притупило усталость, – это чувство голода. Спазмы пустого желудка участились. Саша заглянул в холодильник. Пусто. Вообще ничего! Сука! Придётся топать в продуктовый.

Только он собрался выходить из дома, как тишину, доставшуюся ему потом и кровью в буквальном смысле, нарушило дребезжание дверного звонка. Яров замер. Плохое предчувствие закралось на подкорку мозга. Звонок настойчиво задребезжал ещё раз. Он не двинулся с места. Через тридцать секунд кто-то громко затарабанил кулаками в дверь.

– Откройте! Это полиция!

09 июля 2016, 13:15, Устинск, Орловская область, районный суд

– Всем встать! Суд идёт!

– Присаживайтесь, – судья сделал небольшую паузу и приступил к оглашению: – Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, считать вину подсудимого Ярова А. О. полностью установленной и доказанной. Судебным заседанием Устинского районного суда достоверно установлено, что Яров А. О. 5 июня 2016 года, в период времени с 18:00 по 19:00, находясь в состоянии аффекта, а именно: внезапно возникшего сильного душевного волнения, вызванного аморальными действиями потерпевшего Ковальчука А. И., направленными на несовершеннолетнего брата подсудимого – Ярова Н. И., причинил тяжкий вред здоровью Ковальчука А. И., не осознавая, что нанесение ударов в области расположения жизненно важных органов является опасным для жизни человека. Подсудимый Яров А. О. нанёс удары руками в области лица, головы, шеи и груди потерпевшего. Не менее двадцати одного удара. В результате его действий у потерпевшего Ковальчука А. И. образовались черепно-мозговая травма и травма шеи, которые привели Ковальчука А. И. к состоянию комы. На основании изложенного, руководствуясь статьёй 113 Уголовного кодекса Российской Федерации: «Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта», суд приговорил Ярова А. О. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 113 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на два года с отбыванием наказания в воспитательно-исправительной колонии для несовершеннолетних. До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении Ярова А. О. в виде заключения под стражу оставить без изменения. Срок отбывания наказания Ярову А. О. исчислять с 9 июля 2016 года. Зачесть в срок отбытия наказания содержание под стражей с 5 июня 2016 года по 9 июля 2016 года.

Глава 2

30 июня 2021, 03:14, Москва, ночной клуб Soho rooms

– Макс, иди сюда! Не тормози! – Лена силой затащила в кабину женского туалета блондина среднего роста и закрыла за ним дверь на замок. – Охранник не выпендривался?

– Я ему заплатил.

– Красавчик! Скажешь потом сколько, я тебе отдам. Это же была моя идея! – девушка имела в виду, что именно она предложила своему бойфренду понюхать в женском туалете. – Больше нет сил бегать на стоянку, – она вспомнила, как два часа назад Макс мастерил дорожки на зеркальце от её пудры в салоне своего «Астон-Мартина». – Порошок у тебя?

– Конечно, детка! Вот видишь! А ты не хотела! Я был на сто процентов уверен, что тебе понравится.

Да, до сегодняшней ночи Лена предпочитала напиться и плясать всю ночь напролёт. Так она могла хоть на время почувствовать себя самой собой, а не безвольной марионеткой в руках деспотичного отца.

Она знала, что Макс увлекался порошком, но её это нисколько не беспокоило. Лене было с ним весело и легко. Он предлагал ей попробовать, и не раз. Только она всегда боялась. Причём боялась не зависимости, а внутренних изменений. Она уже не узнаёт себя под давлением отца, и его действие на неё куда хуже любого запрещённого препарата. Такого аргумента, казалось, было вполне достаточно, чтобы не прикасаться к кокаину.

Но сегодняшний скандал с домашним тираном окончательно выбил почву у неё из-под ног. Он буквально силой и шантажом принял попытку выжить её из Москвы. Да если бы только из Москвы! Он хотел, чтобы она покинула Россию. Непонятно, зачем! Просто такова его воля, и она должна исполнить её не пререкаясь, как и все предыдущие: выбор профессии, друзей, интересов…

Этим летом Лена закончила МГИМО, и отец безапелляционно объявил, что в августе она переезжает в Барселону в качестве сотрудника консульства России. Её мнение по этому поводу его совершенно не интересовало. Он так решил, объяснив это тем, что выпала удачная возможность. А как же её жизнь здесь? Друзья? Привычная и понятная обстановка? Как же Макс?

Оставалось надеяться на то, что отец её парня подключит свои связи и найдёт ему место в том же консульстве. Макс, как и она, закончил МГИМО в этом году. Они были одногодками, но учились на разных факультетах и узнали друг друга только в прошлом. У обоих с родительской опекой были проблемы. Макс тоже переживал не лучшие времена, пока его отец был занят очередной любовницей, а мать не без помощи последнего проходила «реабилитацию» в психиатрической клинике.

Финансовый достаток семей давал им возможность убегать от своих проблем через бесконечные вечеринки в самых дорогих ночных заведениях.

Вот и сейчас Лена была пьяна, но отлично держалась на ногах. Состояние эйфории после последней дорожки стало сдуваться.

– Давай сюда! Не тяни! – Лена достала из сумочки пудру.

Макс был уже почти невменяем, но беспрекословно выполнил просьбу и достал порошок из заднего кармана брюк.

Позже, когда дело было сделано и Лена открыла дверь кабины, раздался предупредительный возглас уборщицы:

– Постойте! Не выходите!

Но Лена уже одной ногой была за пределами уборной кабины, в помещении, где располагались раковины. Её левая рука коснулась дверного косяка, и она с брезгливым отвращением почувствовала, что вляпалась во что-то влажное и скользкое.

– Твою мать! – выругалась девушка.

Какую-то перебравшую до чёртиков бабу вырвало прямо на дверь с обратной стороны, стену и пол. Туфля Лены за полторы тысячи долларов утонула в блевоте. Рука скользнула по отвратительной субстанции на косяке, так что блестящее мини-платье от Дольче тоже не миновало мерзкой участи. Чёрные длинные глянцевые волосы испачкались, коснувшись заблёванной стены.

Не зная, что делать дальше, девушка замерла на месте. Вонь в туалете стояла такая, что начало щипать в глазах. Бедная уборщица со скоростью света пыталась убрать помещение.

Вечер был испорчен.

Лена осторожно убрала ногу и вернулась в кабину туалета, чтобы дать возможность уборщице закончить своё дело. Она обречённо посмотрела Максу в глаза: карие, затуманенные запретным веществом.

Какое редкое сочетание: натуральный блондин с тёмными глазами.

– Увези меня, пожалуйста, отсюда.

– Как скажешь, детка. Хочешь, поедем ко мне?

Макс протянул руки к девушке, чтобы обнять, но брезгливость взяла верх, и он поспешно убрал их в карманы штанов. Лена отмотала приличный кусок туалетной бумаги и, насколько это было возможно, оттёрла им рвоту с испорченной одежды.

Через пять минут им всё-таки удалось покинуть женский туалет. Парень, охранявший женскую уборную, и бровью не пошевелил, когда увидел выходящего из неё парня. Его взгляд задержался на Лене, а она давно привыкла к тому, что на неё постоянно пялятся мужчины. И причиной тому была не только её яркая внешность: контраст чёрного цвета волос, молочной кожи и редкого фиалкового оттенка глаз, но и бешеная энергетика. Когда девушка появлялась в каком-нибудь замкнутом пространстве, всё вокруг стиралось, меркло, тускнело и исчезало под действием её несокрушимой ауры.

– Сколько ты ему дал, чтобы зайти?

– Не знаю. Не считал. Несколько сотен долларов.

Было уже почти утро. Небо окрасилось в розово-фиолетовые оттенки восхода. Они призрачным светом неуверенно заполнили зал через застеклённую веранду. Лена задержала взгляд на некогда самом дорогом танцполе Москвы и пьяных в хлам «сливках столичного общества». Ей хотелось продолжить мнимое веселье, но не в таком виде. Она взяла Макса за руку и потянула его к выходу.

Спустившись со второго этажа, парочка вышла из здания клуба. Перед входом растянулась шеренга элитных авто. Одно дороже другого. Макс достал ключ от «Астона» и нажал на замок. В нескольких метрах от них мигнули фары изумрудного спорткара. Парень отпустил руку Лены и, слегка покачиваясь, пошёл к машине.

В салоне пахло новенькой кожей.

– Нехилый подарок тебе сделал папаша просто так, – Лена провела рукой по бежевой панели, обтянутой нежной кожей.

– Нет, не просто так! – Макс расслабился на комфортном сиденье, и его язык стал слегка заплетаться. Парень запустил пятерню в волосы и зализал их назад. Светлые пряди не желали слушаться. Как только Макс убрал руку, они снова упали на лоб. – Отец привёл домой очередную шлюху. Это при живой-то жене! А чтобы я не открывал рот, всучил мне ключи от тачки.

Лена увидела, как дёрнулись желваки на его скулах. После такого откровения Макс, не предупреждая, завёл мотор, резко вдавил педаль газа и дал задний ход, чтобы развернуться. Лена схватилась за ручку, чтобы не удариться о дверь.

– Макс! Ты что творишь!

Но парень её уже не слышал. Он словно выпал из этого мира и запрыгнул в свой собственный, созданный выпивкой, наркотиками и агрессией.

Шины взвизгнули, мотор издал истошный рёв, и «Астон-Мартин» выкатился на Саввинскую набережную. Не прошло и минуты с момента, когда неконтролируемое состояние её бойфренда в одно мгновение изменило жизнь обоих.

Рассудок Макса, затуманенный кокаином, виски и ненавистью, окончательно ослепил его и не дал возможности увидеть мужчину, переходящего дорогу в неположенном месте.

Раздался громкий хлопок. На глазах у Лены тело пешехода ударилось о капот, перелетело через крышу и рухнуло на середину проезжей части сзади. Она громко вскрикнула от неожиданности и страха.

– Макс! Стой! – её голос сорвался.

Водитель резко нажал на тормоз. Автомобиль снова взвизгнул и замер.

Наступила тишина. Шоковое состояние вытесняло из организма львиную долю алкоголя. Леденящая душу действительность сковала тело Лены. Она обхватила голову руками и непроизвольно качнулась вперёд, потом назад, потом снова вперёд. Со стороны эти движения напоминали судороги Паркинсона.

– Ты убил его… – еле слышно вымолвила девушка.

Она продолжала покачиваться взад-вперёд, боясь посмотреть на водителя. Макс не шелохнулся. Он сидел, вцепившись в руль обеими руками. Позади, в сотне метрах от автомобиля, стали собираться зеваки из клуба. Макс бросил взгляд в зеркало заднего вида. Дикая паника пробрала всё его существо до дрожи.

Только бы он был жив! Если он жив, то бояться нечего. Папаша отмажет. Скрываться с места преступления не было смысла. Свидетелей целая куча. Наверняка уже кто-то вызвал полицию.

– Я выйду, – бросил он и, не дожидаясь реакции девушки, стремительно покинул салон машины.

Лена не раздумывая последовала за ним. Вскоре она поравнялась с Максом, и они дошли до злосчастного места. Картина, представившаяся взору, заставила её в ужасе отвернуться.

Тело мужчины покоилось на проезжей части в неестественной позе. Если он и был жив, то по его виду определить это было невозможно. Сколько же он получил переломов? Лужа крови вокруг тела продолжала увеличиваться. Кожа половины лица стёрлась о дорогу и представляла из себя бордовое месиво с вкраплениями из частиц грязи и асфальта.

Осуждающие возгласы из толпы резали ножом оголённую нервную систему. Издалека послышались полицейская сирена и сирена скорой помощи…

30 июня 2021, 10:30, Москва, ОВД Хамовники

– Спасибо, что приехал!

– Ты хоть понимаешь, что всё могло закончиться куда плачевней! – голос отца, как раскат грома, заставил её вздрогнуть в очередной раз. – А если бы тот несчастный умер? А если бы вы сами вылетели в реку?

Сергей Дмитриевич Буровитский семимильными шагами направлялся к «мерседесу» бизнес-класса, припаркованному недалеко от ОВД. Лена еле поспевала за темноволосым мужчиной крепкого телосложения. Его идеальная осанка буквально кричала о властности и несгибаемом характере. Но в этот момент у владельца крупнейшей логистической компании мало что осталось от железного самоконтроля.

– И чёрт возьми! – рявкнул Буровитский. – Ты употребляла! Скажи, давно ты балуешься наркотиками?

– А давно тебя волнует моё состояние?

После этих слов мужчина резко затормозил, развернулся к Лене лицом и со всего размаха залепил ей увесистую пощёчину. Голова девушки откинулась в сторону. Щека сначала онемела от удара, а потом загорелась от боли.

– Не смей так со мной разговаривать! – оплеуха и металлические нотки в холодной ровной интонации отца заставили Лену повиноваться. – Нам предстоит серьёзный разговор. Говорить буду я, а ты будешь только слушать и кивать. Понятно?

Лена затуманенным ненавистью взглядом смотрела в землю. Другая бы заревела на её месте, но только не она – истинная дочь Буровитского. Ещё посмотрим, кто кого. А пока катись к дьяволу со своими угрозами, папочка! Может, переезд в Барселону – не такая уж и плохая идея? Всё лучше, чем твоё постоянное присутствие в моей жизни. Стоит пересмотреть своё отношение к скорой смене места жительства!

– Понятно? – настойчиво переспросил отец, продолжая ждать от Елены того самого покорного кивка.

Девушка еле заметно качнула головой.

– А теперь быстро в машину!

Когда они вдвоём оказались на заднем сиденье, Буровитский дал команду водителю:

– Сначала в офис, а потом отвезёшь мою дочь домой.

Девушка мысленно приготовилась к очередной тираде отца.

– Лена, – его голос прозвучал подозрительно спокойно. Она насторожилась. Обычно такая реакция не влекла за собой ничего хорошего. – В этот раз ты полностью подорвала моё к тебе доверие.

Ха! Как будто он безмерно доверял ей раньше…

– Сегодня в газетах все заголовки будут кричать о том, что сын Юрия Юсупова, депутата Государственной думы и политического деятеля, спровоцировал аварию, находясь в состоянии алкогольного опьянения и под действием запрещённых веществ, – Буровитский бросил убийственный взгляд на дочь. – Пострадавший мужчина в данный момент находится в коме, и его состояние расценивается как стабильно тяжёлое. А после последует обмывание твоих и моих костей. И не важно, что не ты – виновница аварии. Журналистам только повод дай, и они, как изголодавшиеся стервятники, вцепятся во что угодно, а ты подкинула им такой увесистый кусок мертвечины! Понимаешь, какой урон понесёт моя репутация?

Лена продолжала молчать.

– Ты понимаешь или нет?

Она слегка махнула головой. Получай свой грёбаный кивок!

– Я решил, и это не обсуждается, что до твоего переезда в Испанию тебе нужно уехать из Москвы. Исчезнуть, чтобы про тебя забыли на время.

– Я улетаю в Барселону через полтора месяца. Не вижу смысла…

– Я не давал тебе слова! – рявкнул Буровитский. – Ты даже не представляешь, к кому мне пришлось обратиться и сколько отвалить денег за то, чтобы ты не проходила свидетельницей по этому делу. Так что скажи спасибо! И не смей больше пререкаться! Завтра тебя здесь быть не должно!

Лена отвернулась от отца и отрешённо посмотрела в окно автомобиля. Она не хотела, чтобы он увидел её перекошенное злостью лицо. Они ехали по Пресненской набережной к одной из высоток, в которой находился офис компании Буровитского. Лена считала секунды, чтобы остаться одной. Ещё пять минут. Пять минут, и он выйдет из салона.

– Хорошо! – Лена проигнорировала его последнее предупреждение и спокойно, насколько это было возможно в данной ситуации, произнесла: – Я как раз вчера приняла предложение Хлое погостить у неё этим летом в Париже.

Её университетская подруга француженка на самом деле звала её в гости уже третье лето подряд, но Лена каждый раз откладывала поездку.

– Ты думаешь, после того, что произошло этой ночью, я поглажу тебя по головке и отправлю отдыхать в Европу? По-твоему, ты это заслужила?

Лена ничего не ответила. В её глазах читался немой вопрос: «А куда ты хочешь меня сплавить?»

– Думаю, тебе будет полезно оставить на время свои дорогие привычки, включая наркоту, клубы и неуправляемое окружение с праздным образом жизни!

– Ты сам выбрал для меня это окружение и образ жизни! Что? Не помнишь, как отсеивал все мои неугодные тебе знакомства? Про Макса тоже забыл? Забыл, как восхищался подходящей партией? Да, ты, папочка, дальше своих интересов и своего носа не видел и не видишь до сих пор! Всё должно быть по твоей указке! Как же мне не хватаем мамы!

– Не приплетай сюда мать! Если бы она была жива, то вряд ли бы одобрила твоё поведение.

– Если бы… – с грустью в голосе протянула Лена. – Но ты ещё её и похоронил в сотнях километров от Москвы! Я даже не могу её навестить! Зачем?

– Это была воля твоей матери! Она сама пожелала быль погребённой рядом со своими родственниками!

– А обо мне ты подумал? Ты вообще когда-нибудь задавался вопросом, что я чувствую? Чем живу?

– По-твоему, что я делаю сейчас? Или мне нужно было оставить тебя в обезьяннике вместе с бомжами и проститутками?

– Ты о своём имидже печёшься…

В машине повисло молчание, но ненадолго. «Мерседес» миновал шлагбаум и въехал на территорию Сити.

– У меня нет больше времени на пустую болтовню. Твоя выходка и так отняла всё утро. Завтра ты поедешь в Устинск и просидишь там до середины августа, как мышь. Тише воды ниже травы.

– Куда?

Глаза Лены чуть не вылезли из орбит. Он совсем рехнулся? Она ни за что в жизни не поедет в эту забытую богом дыру! Ей «посчастливилось» побывать там всего один раз, и он запомнился Буровитской на всю жизнь. Мерзкая была поездка. Её дед по материнской линии родом из Орла последние годы своей жизни провёл в этом захолустье и там же скончался пять лет назад, когда Лене исполнилось шестнадцать. Трагическое событие стало причиной её с отцом поездки в город Устинск Орловской области.

– Ты шутишь? – пребывая в шоковом состоянии, воскликнула девушка.

– Ни капли! Какие могут быть шутки, когда под угрозой наша репутация и репутация моего бизнеса?! Вот заодно и к матери на могилу сходишь!

Лена обратила внимание на то, что автомобиль, минув шлагбаум, доехал до пункта назначения и остановился у башни «Федерация».

– Мне пора. Увидимся дома вечером. Советую начать собирать вещи уже сейчас. И ещё… Забыл сказать, – отец бросил взгляд на «Патек Филип» и открыл дверь. – Я позвонил твоему дяде и объяснил ситуацию. Он тоже считает, что переждать шумиху вокруг аварии в Устинске – правильное решение. Он обещал приглядеть за тобой.

О господи! Ещё и это? Надсмотрщика решил ко мне приставить?! Ей только дяди с его тёмным прошлым не хватало до полной кучи.

– Он же бывший бандит!

– Он авторитетный в своём округе человек! По крайней мере, так я буду уверен, что ничего плохого в Устинске с тобой не случится.

Таким образом ты будешь знать о каждом моём шаге! Ни за что! Если мне предстоит провести в этом Мухосранске полтора месяца, то уж точно не под одной крышей с ещё одним тираном.

– Хорошо! Только у меня будет одно условие!

– Ты не в том положении, чтобы выдвигать условия!

– Я не хочу всё это время жить у него дома. Насколько я помню, дедушка завещал свою квартиру мне…

– Отлично! Ключи от неё заберёшь у дяди Славы.

Лена искренне удивилась тому, что её отец так быстро согласился. Наверное, просто хотел поскорее от неё отделаться, но это было уже не важно. Хоть в чём-то ей всё-таки удалось настоять на своём.

1 июля 2021, 16:10, Устинск, Орловская область

Лена сощурилась, в попытке обнаружить хоть какой-то указатель. Она ещё раз бросила нервный взгляд на экран навигатора. Всё верно. Это та самая трасса. Вот только поворот, указанный в маршруте, отсутствовал на реальной дороге.

Указатель появился из ниоткуда, как чёртик из табакерки, на долю секунды и снова исчез. Если бы не свернувшая в никуда следующая за ней машина, то Лена подумала бы, что ей привиделось. Она резко затормозила, посмотрела ещё раз в зеркало заднего вида и сдала назад.

Вот он: указатель с надписью «Устинск». Девушка скептически посмотрела на металлическую табличку. Краска на ней изрядно облупилась, а последняя буква «К» почти стёрлась. Буровитская обречённо вздохнула. На самом деле всё намного хуже, чем она себе представляла.

Дорога, ведущая непосредственно в город, плавно перешла в одну из улиц Устинска. Улица Ленина – главная улица. Кто бы сомневался? Пейзаж по обочинам дороги был совсем не радужным. Покосившиеся одноэтажные деревянные дома и череда серых заборов с кривыми калитками погрузили Лену в такую тоску, что ей захотелось взвыть от безысходности.

«Так! Куда там дальше?» Девушка попыталась переключить внимание на дорогу. Она снова бросила взгляд на экран навигатора. Дом Вячеслава Зёмова, её дядьки, судя по карте, был в паре минут езды.

А где, собственно, все жители? Сколько их там? Шесть тысяч или семь? Ни одной души. Вроде не такое уж позднее время.

Буровитская вытянула ногу, насколько позволяло пространство внизу, и покрутила ступнёй. За пять с половиной часов она сделала всего одну остановку, чтобы заправить бак. Больше всего сейчас ей хотелось забрать ключи, заехать в квартиру и вырубиться.

Вскоре на обочине, с левой стороны, показался дом Вячеслава. Хорошо, что она не забыла, как он выглядит. Строение резко выделялось на фоне окружающих его безликих построек своим дорогим фасадом. Сразу становилось понятно, что в нём живут зажиточные люди.

Ворота были распахнуты настежь. Не раздумывая Лена резко выкрутила руль и заехала во двор. В глубине двора, прямо перед самым крыльцом, стоял припаркованный чёрный «Джип-Чероки», от которого на километр попахивало нечистыми делишками. Прямо икона бандитского стиля! Девушка непроизвольно сморщила нос.

Заглушив мотор, Лена вышла из машины и направилась к парадной двери. Не успела она ступить на порог, как из дверного проёма прямо ей навстречу вышел крупный мужчина среднего роста. Он выглядел моложе своих шестидесяти лет. Каштановые, коротко стриженные волосы, почти не тронутые сединой, торчали ёжиком. Карие глаза с подоплёкой доброжелательности прятали в глубине жёсткий характер. Отлично сложен, если не брать в расчёт еле заметный живот любителя пива. Его лицо немного раскраснелось, он даже чуть запыхался.

– Леночка! – поспешил он к ней с распростёртыми объятиями, будто они близко общались всю жизнь, а виделись последний раз вчера. – Как же я рад тебя видеть! – он по-отцовски крепко обнял опешившую от такого приёма девушку, после чего отстранился и внимательно посмотрел ей в глаза. – В такую красавицу превратилась! Вылитая мать!

– Привет! – пробормотала Лена, не зная, как реагировать на неожиданное радушие. Не так она представляла приём.

– Ну, проходи же скорее в дом! Твой отец сказал, что ты захотела остановиться в квартире деда?

– Да, верно.

– Может, всё-таки передумаешь? Смотри, сколько у меня здесь свободного места. Живу я один…

Это точно, дом Вячеслава в своих размерах выглядел внушительно: три этажа общей площадью не меньше пятисот квадратных метров.

– Ты так и не женился? – скорее из вежливости, чем из любопытства, поинтересовалась Лена. – Или женился, но развёлся?

– Леночка, я холостяк по жизни, – сожаление в его голосе было наиграно.

– А как же дети?

– Видишь ли… – мужчина задумался. Его взгляд приобрёл металлический блеск.

– Ладно, не отвечай! Я понимаю.

Лена списала такое положение вещей на его мутную деятельность в прошлом. Наверное, опасно заводить детей, когда не знаешь, что может случиться завтра с тобой или твоей семьёй.

– Ну, проходи же! Давай! Не стой на пороге! Я угли разжёг в мангале на заднем дворе. Шашлыки любишь?

Лена попыталась вспомнить, когда в последний раз ела что-то подобное. Не припомнив, она неуверенно кивнула головой.

Как-то странно было наблюдать у дяди искреннюю родительскую заботу. Его репутация никак не вязалась с телячьими нежностями. На самом же деле таким он был только с очень близкими ему людьми, в остальных случаях – жёстким, резким и беспощадным. К счастью, с тёмной стороной его характера она не была знакома.

Если честно, есть ей не хотелось, а вот выспаться не помешало бы. Дело было не только в проделанной сюда дороге. Наибольшим образом на переутомление повлияли события вчерашнего дня. Но чтобы не обидеть дядю, она согласилась с ним поужинать.

Как ни странно, два часа в компании Вячеслава Зёмова пролетели незаметно. Он оказался интересным собеседником, лёгким в общении. Когда Лена поняла, что дядя не собирается лезть к ней в душу с расспросами об аварии, то моментально расслабилась и почувствовала себя более-менее в безопасности. Буровитская пришла к выводу, что, по-видимому, он сам скрывает столько дерьма в прошлом, что выворачивать наружу чужое у него не было желания.

Большую часть времени дядя рассказывал о временах, когда её мама была ещё жива. Интересные истории, услышанные впервые, дали ей возможность увидеть самого родного человека с другой стороны. Например, что в молодости она была ещё той задирой и пацанкой. Дружила исключительно с мальчишками и очень ловко ими манипулировала.

– Да, нелёгкий был у твоей мамы характер… – задумчиво протянул Вячеслав, вспомнив очередную выходку сестры.

Лена ловила каждое его слово и в какой-то момент поймала себя на мысли, что начало «отбывания срока» в Устинске оказалось не таким ужасным, как она себе представляла.

После ужина дядя предложил показать ей дорогу до квартиры деда.

– Всего пять минут езды на машине от моего дома. Это тебе не Москва! Пробок точно не будет.

Лена улыбнулась. Она бы многое отдала за то, чтобы снова оказаться в московской пробке.

– Я поеду на своей, а ты за мной следом. Смотрю, отец тебя балует! – он оценивающе посмотрел на бордовый «Порш-Кайен». – Хочу тебя предупредить… Не обращай внимания, если местные будут смотреть на него как на космический корабль и тыкать пальцем. Многие из жителей нашего городка видели такие только на картинках журнала.

Отличная новость! Она станет центром ненужного внимания.

– Но ты не переживай! – подбодрил племянницу Вячеслав, уловив её реакцию. – Тебя здесь никто не тронет и не побеспокоит! Это я тебе гарантирую.

Глаза Зёмова сверкнули недобрым огнём, и Лена почему-то безоговорочно ему поверила.

Пятиэтажное здание, в котором располагалось её пристанище, выглядело вполне сносно. А по местным меркам, так вообще шик и блеск.

Дядя припарковал свой «Чероки» недалеко от парадного входа. Лена последовала его примеру и остановила машину прямо за ним. На лавочке возле пятиэтажного дома сидели две бабули и о чём-то оживлённо разговаривали. На детской площадке веселилась местная ребятня.

Ну наконец-то люди!

Вячеслав вышел из машины первым и подошёл к автомобилю Лены. Она опустила окно и высунула голову из салона.

– Это здесь, насколько я помню?..

– Да.

Вдруг внимание Зёмова что-то привлекло. В мгновение ока из добродушного родственника он превратился в незнакомца с ледяным взглядом.

«Вот это перемена!» – пронеслось у Лены в голове. Радушие бесследно испарилось. Она физически ощутила напряжение, завладевшее его телом. Девушка повернула голову туда, куда было обращено внимание дяди. Тем временем он не отрываясь пристально смотрел на высокого парня, только что вышедшего из подъезда. На вид тому было не больше двадцати трёх.

– Подожди меня в машине. Я быстро.

С этими словами он стремительно пошёл навстречу молодому человеку. Лену посетило странное чувство, что она уже видела его где-то раньше.

Парень был выше дяди почти на голову. Одет просто – в белую футболку и потёртые голубые джинсы. Но даже бесформенная одежда не могла скрыть крепкого атлетического телосложения. Широкие плечи, русые, коротко стриженные волосы…

Точно! Вспомнила! Отвратительный момент! 2016 год! Она первый раз приехала в этот город на похороны деда. Всего на пару дней. И в один из них, возвращаясь вечером в квартиру, на лестничной площадке обнаружила в отключке какую-то алкашку и склонившегося над ней мальчишку. Что-то было в его взгляде такое, что оставило яркий отпечаток в памяти Лены.

Парень, к которому подошёл её дядя, и есть тот самым мальчишка! Отлично! Эта семейка обитает здесь! Значит, она будет жить в одном подъезде с алкашами! Буровитская проигнорировала тот факт, что парень совершенно не похож на человека, злоупотребляющего спиртным.

«Ну, спасибо тебе, папочка, за такой „первоклассный“ резорт!»

Именно в этот момент, когда она мысленно поносила своего отца нецензурными словами, а злость перекосила лицо, парень неожиданно повернул голову в сторону её машины. Их глаза встретились через лобовое стекло. Хлипкий контакт продлился всего каких-то несколько секунд. Но этого ей вполне хватило, чтобы понять – он тоже помнит.

Не ускользнуло от её внимания и то, что в процессе общения с незнакомцем дядя передал ему какой-то конверт. Парень быстро спрятал его в заднем кармане джинсов, кивнул головой, ещё раз посмотрел на бордовый «Кайен» и пошёл прочь. Оставалось только догадываться, что было в том конверте.

– Ну, пойдём, племянница! Провожу тебя до двери, – вернувшись к Лене, бодро произнёс Вячеслав.

И вот он снова стал прежним заботливым дядей.

– Кто это был?

– Да так… Не обращай внимания.

*****

Где-то глубоко внутри снова родилось сомнение, что не получится. Что это слишком сложно. Но, как и в предыдущие разы, благодаря тщательно продуманной схеме всё складывалось как по маслу. Главное – уединённое место, подходящий момент и точно рассчитанная доза цианида.

Всё вышеперечисленное сошлось, и вот ещё одно посиневшее тело лежало на выцветшем шерстяном ковре. Старые, местами сгнившие половые доски предательски поскрипывали под ногами. Но бояться, что кто-то услышит скрип или заметит присутствие посторонних, не было смысла.

Этот заброшенный дом находился за пределами города. О нём давно все забыли. Нога человека сюда не ступала как минимум лет десять, если не больше. А тот, кто знал об этой хибаре в данный момент, находился внутри, готовый скрыть следы очередной расправы.

Взгляд упал на табуретку рядом с видавшим виды диваном. На ней стояла бутылка коньяка и пара пластиковых стаканчиков. Нужно избавиться от улик!

Подоткнув внушительный кусок полиэтилена под бок остывающего тела, проворные руки начали закатывать его в пакет, как в обёрточную бумагу. Никакой дрожи. Никакого колебания. Целенаправленно и чётко. Единственное, что изредка тормозило методичные движения, – это вес тела. Сложно! Слишком крупный! Впрочем, как и предыдущие. Скоро всё закончится, нужно только время. Когда упаковка будет готова, дело останется за малым: дотащить до нужного места и закопать.

Глава 3

2 июля 2021, 10:30, Устинск, Орловская область

Лену разбудил дверной звонок. Она нехотя открыла глаза и посмотрела на настенные часы. Половина одиннадцатого. Если бы не нежданный гость, она спокойно могла проспать ещё пару часов. Усталость, накопившаяся за последние два дня, не торопилась покидать тело.

В спальне, да и вообще во всей квартире, стоял запах давно не проветриваемого помещения. Пару лет назад её дядя сделал в ней капитальный ремонт. За что ему отдельное спасибо. Обстановка выглядела стильно, в бело-серых тонах, но в то же время далёкой от уюта. Может, потому что квартиру никто пока не обжил? Ну, уж эту погрешность она точно исправит.

Дверной звонок заверещал ещё раз. Лена потянулась, встала с кровати и направилась в прихожую.

После очередного звонка она внимательно посмотрела в дверной глазок. На лестничной площадке стояла какая-то шатенка приблизительно её возраста. В руках она держала накрытое полотенцем блюдо.

Это что ещё за чертовщина?

Лена было собралась вернуться в спальню, но любопытство взяло верх. Она звякнула ключами и открыла дверь.

– Привет! – радостно воскликнула стоящая перед ней незнакомка. – Не разбудила?

– Разбудила! – буркнула Буровитская. – Что за средневековье?! Здесь так принято – являться без приглашения в самую рань?

– Ой! – казалось, сожаление в карих глазах девушки выглядело искренним. – Прости! Просто уже почти одиннадцать…

– Да хоть пятнадцать! Ты кто такая?

– Меня зовут Маша. Я твоя соседка, живу напротив. Ты меня не помнишь?

Лена нахмурила брови в попытке отыскать в своей памяти хоть какие-то ассоциации, связанные с Машей.

– Пять лет назад. На поминках твоего дедушки мы сидели рядом. Ты про Москву мне рассказывала…

Мутное воспоминание лениво шевельнулось в памяти Буровитской.

– Да, вроде было такое…

– Держи! Это тебе! – девушка вручила задумавшейся Лене блюдо, накрытое полотенцем.

Той ничего не оставалось, как протянуть руки в ответ и взять его. Она вопросительно посмотрела на вручённый ей предмет.

– Это пирожки с мясом и капустой. Свежайшие! Моя бабушка испекла сегодня. Я подумала, что утром тебе захочется поесть…

– Спасибо, – пробормотала удивлённая Лена. – Не думала, что своим приездом вызову такой интерес у соседей.

– Не только у соседей. Сегодня уже полгорода сбежалось к нашему дому, чтобы поглазеть на твою машину. Сама понимаешь: населённый пункт у нас маленький и зовётся городом только на бумаге, а по факту – деревня деревней.

– Это я поняла ещё пять лет назад.

Лена заметила, что соседка как-то неуверенно переминается с ноги на ногу.

– Ну, проходи… – Буровитская прочитала мысли шатенки и жестом пригласила её войти внутрь. Маша не оставила ей выбора, навязав угощение. – Я бы предложила тебе кофе или чай, но не уверена, что они здесь есть.

Лена прошла в зал и поставила блюдо с пирожками на низкий стеклянный столик. Гостья последовала за ней.

– Присаживайся…

Маша устроилась на сером велюровом диване, и в этот момент раздался телефонный звонок из спальни.

– Подожди минуту, – бросила она гостье.

Лена исчезла в дверном проёме, а через минуту вернулась с телефоном в руке. Звонил Макс.

– Привет! – её губы расползлись в довольной улыбке.

– Привет, малыш! – голос на том конце звучал как-то странно.

– Как у тебя дела?

– Хреново. Отец выставил ультиматум.

– Звучит устрашающе.

– Он сказал, что уладит дело с аварией только в том случае, если я соглашусь переехать в Испанию. Он нашёл мне место в консульстве в Барселоне…

– Он сговорился с моим отцом! Я уверена, что это идея именно моего папочки. Он не знает, как меня сплавить! Спит и видит, когда я исчезну из его жизни!

– Радует одно! Что мы будем вместе!

– Это точно!

– Я очень скучаю по тебе, малыш! Хочу приехать, но я под долбаной подпиской о невыезде.

– Поверь, ты ничего не теряешь! Устинск ещё то болото, но я всё-таки скину тебе мой новый адрес на крайний случай. Ведь случаи бывают разные. Никто не знает, как всё обернётся.

– Надеюсь, время пролетит быстро и мы скоро увидимся.

– Я тоже надеюсь. Береги себя, Макс!

– Ты тоже.

Лена положила телефон на журнальный стол и внимательно посмотрела на свою гостью.

– Послушай… Маша, да?

– Да, – девушка широко улыбнулась.

– Спасибо тебе за угощение, но мне бы продуктов купить. Я так понимаю, ресторанами здесь и не пахнет?

– Есть одно кафе.

– Покажешь мне, где магазин? А заодно и кафе.

– Конечно, покажу! – обрадовалась соседка, но скорее не Лениной просьбе, а возможности прокатиться на крутой тачке. – Только в кафе вечером ходить не советую.

– Что так?

– В позднее время там не очень хороший народ собирается.

– Что ты имеешь в виду?

– Местную шантрапу. Возомнили себя бандитами и буйствуют там без умолку по вечерам.

– Супер! Так вы, оказывается, и в самом деле в прошлом веке застряли!

– Хотя, думаю, лично тебе ничего не грозит, учитывая то, кем является твой дядя… – задумчиво произнесла Маша.

– А кем является мой дядя? – осторожно, пытаясь не спугнуть гостью, поинтересовалась Буровитская.

– Ну, как бы это тебе сказать… – было видно, что Маша осторожничает, подбирая слова. – Да ладно! Ты что, не в курсе?!

Вдруг неожиданно снова зазвонил телефон. Лена закатила глаза, увидев слово «деспот» на экране. Это был её отец.

– Да? – бросила она холодно в трубку.

– Здравствуй. Уже освоилась на новом месте?

– Вряд ли я когда-нибудь освоюсь в этом захолустье. Вот скажи, какую ты преследовал цель, отправив меня сюда? Ты что, наивно полагаешь, что я перевоспитаюсь в одночасье? Или переосмыслю что-то? – интонация Лены становилась всё агрессивней. – Что это за дыра? А ты в курсе, что они здесь в девяностых застряли и продолжают играть в казаков-разбойников?

– Никакой цели нет. И я не прошу тебя что-то переосмысливать. Чтобы переосмысливать, нужны мозги. А я повторю ещё раз, если с первого раза ты не поняла. Это наказание за то, что своим бездумным поведением ты поставила под угрозу репутацию нашей семьи! Лучше провинциальные бандиты, чем гламурные вареники, которые заканчиваются алкоголем, наркотиками и ДТП.

– Я хочу вернуться в Москву!

– Это не обсуждается. Прими действительность и успокойся. Нужно время, чтобы всё утряслось.

– Ты вот так спокойно оставишь меня здесь на полтора месяца?

– С тобой ничего плохого не случится.

– Ты так в этом уверен?!

– Я уверен в твоём дяде, а это дорогого стоит. И давай больше не будем возвращаться к этому вопросу. Кстати, заметь, твоё содержание осталось прежним, хотя я мог его урезать за твои выходки.

– О-о-о, – надменно протянула Лена. – Спасибо, превеликий и всемогущий! Это очень кстати! Ведь здесь так много соблазнов, на которые можно потратить деньги! – съехидничала она.

– Лена, у меня нет времени на твои очередные бессмысленные пререкания. Я позвоню тебе на следующей неделе.

«У тебя никогда нет и не было на меня времени…» – устало подумала Буровитская, когда в трубке послышались короткие гудки.

– Извини… – голос соседки нарушил затянувшуюся тишину.

Лена вздрогнула. Разговор с отцом заставил её полностью потерять самоконтроль, и она совсем забыла, что не одна дома. Буровитская уставилась на Машу, как на приведение.

– Чёрт, совсем забыла, что ты здесь.

– Проблемы с родоками?

Лена ничего не ответила. Меньше всего ей хотелось обсуждать свои проблемы с новоиспечённой знакомой.

– Ну что, покажешь мне, где находится продуктовый магазин?

– Конечно! Только предупрежу бабулю, а то она у меня старенькая… Волноваться будет.

– Отлично! Я в душ. Встретимся во дворе.

2 июля 2021, 11:43, Устинск, Орловская область

Лена вела машину и периодически искоса посматривала на Машу. Её соседка пребывала в состоянии полной эйфории от салона автомобиля. Буровитская не сдержалась и широко улыбнулась.

– Ты в порядке? – поинтересовалась Лена.

– Я в восторге! – воскликнула Маша. – Это не машина, а мечта!

– Не пропусти магазин.

– Давай направо и прямо, до того столба. Видишь? Там по левую сторону будет магазин, а с ним рядом как раз то самое кафе.

Выбор продуктов в местном супермаркете оставлял желать лучшего. Увидев прилавок, Лена безнадёжно вздохнула.

– Это что? Остатки после нашествия татаро-монгольского ига?

– Если хочешь разнообразие, придётся ехать в областной центр.

– Сколько до него?

– Минут сорок, не больше.

– А как у вас здесь молодёжь развлекается?

– Ну, по-всякому. Кто пьёт, кто в клуб местный ходит. Там на выходных по вечерам дискотека.

– Я имела в виду не деревенские забавы.

– Тогда опять же придётся ехать в Орёл…

– Там можно нормально отдохнуть?

– Можно, но это недёшево.

Лена прикинула, сколько оставляла за ночь в московских клубах. На эту сумму можно было запросто арендовать на всю ночь любое орловское заведение со всеми потрохами.

– А что пользуется спросом? Ну, что-нибудь этакое, необычное…

– Ты что, наркоманка?

– Я этого не говорила!

– Странная ты какая-то! Я же ведь не осуждаю…

– Я имела в виду какие-нибудь шоу или ивенты.

– Ив… Чего?

– Забудь! – Буровитская тяжело вздохнула.

– Понимаю… – её новая знакомая смутилась. – Вас, москвичей, ничем не удивишь, хотя…

Буровитская с интересом и надеждой посмотрела на Машу.

– Ну, говори! Не тяни!

– Есть одна тема… Ею занимается один мой знакомый. Он, – Маша сделала серьёзное лицо, – из Орла.

Ну, конечно, если он из Орла, то для её соседки это неоспоримый авторитет и икона рекомендаций.

– Короче, тебе лучше самой всё увидеть! – решительно выпалила Маша.

Лене было невдомёк, что соседка тоже преследовала свой личный интерес.

– Не люблю сюрпризов.

– Так ты хочешь чего-то особенного или нет?

– Я хочу развлечься!

– А твой дядя не будет против?

– Это меня волнует меньше всего!

– Я бы на твоём месте с ним не шутила.

– Ты не на моём месте.

– Тогда предлагаю в субботу вечером прокатиться до Орла. Нужно только предупредить моего знакомого, чтобы он достал нам пару пропусков. Мероприятие обычно начинается в восемь вечера. Выехать нужно часов в семь.

– Только никаких маргиналов.

– Не переживай! О маргиналах не может быть и речи.

– Смотри, если втянешь меня в какое-нибудь дерьмо… – Лена представила выражение лица папаши, если он узнает, что она выкинула что-то в провинции.

– Успокойся! Я же не самоубийца!

– Что ты имеешь в виду?

– Не что, а кого! Зёмова, конечно! Ещё до твоего приезда уже каждый в городе знал тебя в лицо и кто ты такая. А также то, что с твоей головы не должно упасть ни одного волоса. Он же у тебя что-то типа теневого главы Устинска. Причём очень влиятельного. Даже в Орле вес имеет. Его все здесь боятся и уважают.

– А вот с этого места поподробней!

– О-о-о, нет! Даже и не проси! В его личные дела и ваши отношения я лезть не собираюсь. Думаю, ты знаешь о нём то, что тебе положено знать, и не больше. А остальное только из его уст. Не хочу, чтобы мне потом влетело за болтовню.

Лена на минуту задумалась о своём реальном положении в этом городе. В принципе, не всё так уж и плохо. Какая разница, чем занимается Зёмов, если это ей обеспечивает такого рода безопасность.

«Выясню позже, если возникнет желание». А желание у неё было пока только одно: чтобы поскорее пролетели следующие полтора месяца.

С этими мыслями Лена оплатила на кассе более-менее пригодные для употребления продукты и направилась к выходу. Маша последовала за ней.

– Послушай! – обратилась Лена к соседке, после того как убрала покупки в багажник. – Я такая голодная! Слона бы съела. А пошли-ка в кафе. Я приглашаю.

Маша замялась, но её нерешительность длилась недолго. Через несколько секунд она кивнула головой в знак согласия.

– А чем ты занимаешься? – спросила Буровитская соседку.

– Я учусь в ОГУ. Ещё один год остался. Поскорее бы уже.

– Понимаю! А родители?

– Они в разводе. Отец сам из Орла, сейчас живёт в Питере со своей новой семьёй. Мать тоже вышла замуж и переехала в Курск, а я тут летом за бабулей присматриваю.

– Так ты родом не из Устинска?

– Нет. Я в Орле родилась. А ты чем занимаешься?

– Закончила МГИМО, – коротко ответила Лена. – А это что такое?! – она вдруг резко остановилась и уставилась на ободранную доску с объявлениями прямо перед входом в кафе.

На ней были наклеены выцветшие от времени фото четырёх молодых парней приблизительно одинакового возраста, а выше красовалась надпись: «Пропали без вести». Хотя один снимок казался ярче остальных, что указывало на его недавнее здесь появление.

– Это что за хрень? – её искреннему удивлению не было предела. – У вас город за десять минут можно обойти! А вы тут четырёх здоровых мужиков найти не можете!

– Ой! – Маша непроизвольно понизила голос. – Ты знаешь, эти ребята не из Устинска, а из области. Поговаривают, орудует маньяк.

– И что, совсем никаких следов?

Эту новость точно стоит сообщить любимому папочке! Может, чувство страха за собственную дочь заставит его изменить решение, и он позволит ей вернуться домой?

– Я подозреваю, их не очень-то ищут, – задумчиво протянула Маша. – Все ребята из малоимущих и неблагополучных семей, а некоторые вообще сироты.

– Да уж. Не зря говорят: в тихом омуте черти водятся.

Маша ничего не ответила. Она бросила мимолётный взгляд на доску с объявлениями и неопределённо пожала плечами.

– Ладно! Пойдём есть.

С этими словами Лена взялась за ручку входной двери, переступила порог и оказалась в кафе с идиотским названием «Шальные шампуры». Осталось только догадываться, во что эти шампуры втыкались помимо шашлыка.

Глава 4

5 июля 2021, суббота, 18:10, Устинск, Орловская область

– Какое у тебя сногсшибательное платье!

Маша восхищённо посмотрела на стройную, идеально сложенную фигуру Буровитской, облачённую в золотое мини-платье с длинными рукавами и закрытом горлом. Оно блестело, словно чешуя, открывая взгляду только длинные ноги девушки. Изящные шпильки бежевого цвета делали их визуально ещё длиннее. Чёрные локоны глянцевым каскадом рассыпались по плечам, а сзади они доставали почти до пояса.

Лена использовала минимум косметики. Её яркая природная красота не требовала вмешательства извне. Единственное, что она позволила себе, – это красную помаду.

– Спасибо! – вежливо ответила на комплимент девушка.

– Я на твоём фоне – серая мышь… – расстроилась Маша.

Они стояли перед зеркалом в спальне Буровитской и внимательно разглядывали свои отражения.

– Это Версаче! На его фоне тускнеет абсолютно всё! Но я могу спасти твой прикид.

В глазах её устинской подруги блеснул интерес. Тем временем Лена подошла к шкафу и вытащила из него похожее платье, только бордового цвета.

– Примерь. Тебе должно подойти! Как раз под цвет моей тачки. Сшито домом Прада на заказ.

– О боже! Я в жизни такого в голове не держала, не то что в руках. Спасибо огромное! – соседка в порыве благодарности чмокнула её в щёку.

– Наслаждайся!

Лена улыбнулась и вышла из спальни, дав Маше возможность переодеться.

5 июля 2021, суббота, 19:30, Орёл

Бордовый «Порш-Кайен», не превышая скорости, двигался по Московскому шоссе, потом по Московской улице, пока не вырулил на Комсомольскую.

Здесь тоже люди обращали внимание на её машину. Конечно, не так, как в Устинске, но всё-таки проявляли интерес. В большей степени, наверное, к московским номерам, чем к самому автомобилю.

– Твой знакомый точно нас не кинет?

– Нет, он проверенный малый!

– Может, скажешь уже, что за мероприятие?

– Подожди! Немного осталось!

– Что за секретность такая?

– Никакой секретности. Просто хочу удивить москвичку. Не только в столице можно пощекотать нервишки…

– Пощекотать нервишки?!

– Ну да! Обещаю! Эмоциональный заряд сегодня вечером тебе гарантирован! Налички при тебе достаточно?

– По этому поводу не переживай. Чтобы закрыть орловский клуб на частную вечеринку – достаточно.

– Это не совсем то, что ты думаешь… И наличка нужна не для этого.

– В смысле?!

– Это не клуб. Точнее, клуб, но не ночной… Вот здесь сверни направо, а потом сразу налево. Ещё пятьдесят метров. Видишь во-о-он то здание с красной неоновой вывеской?

Да уж! Что и говорить! Соседке явно удалось её заинтриговать. Посмотрим, что будет дальше.

Лена подъехала к указанному месту и припарковала машину рядом с такой же, как у неё, только чёрного цвета. Ну хоть публика будет нормальная. Остальные автомобили, припаркованные поблизости, тоже выглядели вполне достойно.

– Нам туда? – Лена кивнула головой в сторону вывески с надписью «Этажом выше: без правил».

Название заинтриговало Буровитскую ещё сильнее.

– Да. А вот и Вован! – Маша указала рукой на невысокого худощавого парня в бейсболке.

По-видимому, это и был тот самый тип, пообещавший привезти пропуска. Козырёк кепки скрывал почти половину его лица. Из-под него торчал только длинный нос и острый подбородок. Он стоял немного вдалеке от толпы на входе в заведение.

– Привет, Вовчик! Принёс? – спросила Маша, когда они подошли к парню.

– Держи! – он протянул ей два тиснённых золотом билета. – С вас двадцатка!

– Нехило! – удивилась та и кинула на Буровитскую вопросительный взгляд.

– Я достал стоячие места в первом ряду, они больше всего пользуются спросом, – нервно пояснил Владимир. – Это огороженная зона. Впечатлений точно получите по максимуму.

На пропусках не было никакой информации, кроме одной-единственной надписи: «Аренда плаща».

– Что значит «Аренда плаща?» – неизвестность наконец-то пробудила в Лене инстинкт самосохранения.

– Это… – парень открыл рот, чтобы ответить, но Маша его перебила:

– Аренда плаща не обязательна. Это всего лишь необходимость, чтобы не запачкаться… Сейчас сама всё увидишь! Давай деньги.

Необходимость? Зачем ей плащ? Тем более внутри? Запачкаться во что?

Лена вытащила из сумки двадцать тысяч и отдала Володе.

Буровитская прекрасно осознавала, что ввязалась в эту авантюру из-за скуки. А подсознательно всё-таки, чтобы снова насолить отцу. Поэтому она позволила Маше сплести вокруг сегодняшнего вечера интригу. Хоть какое-то развлечение!

Но что-то в этом её всё-таки настораживало, и она никак не могла понять, что именно. В последнюю минуту Лена чуть было не послала этих двух куда подальше. Она была в шаге от того, чтобы сесть в машину и вернуться в Устинск.

Мимолётное желание испарилось под напором соседки. Она уже тащила её за руку к странному заведению.

– Пропуск? – монотонно отчеканил один из амбалов на входе.

Маша протянула билеты охраннику. Тот внимательно посмотрел на бумажки, вернул обратно и надел им на руки браслеты, как в любом уважающем себя ночном клубе. Только вот её соседка сказала, что это не ночной клуб…

На первом этаже располагался классический бар с огромным ассортиментом алкогольных напитков. Барную стойку уже облепила куча народу. В зале играла ритмичная музыка, но не на всю громкость, благодаря чему она никак не мешала поддерживать разговор.

– Смотри! – Маша указала рукой куда-то вправо. – Вон свободный столик! Давай быстрее, пока нас кто-нибудь не опередил.

Когда они с облегчением вздохнули, заняв стол, к ним подошёл официант.

– Добрый вечер! Желаете что-нибудь выпить? – вежливо поинтересовался он.

– Бутылку «Дом Периньон», пожалуйста, – сделала заказ Буровитская в надежде на то, что её любимое шампанское есть в наличии.

– Вы у нас первый раз?

– Да.

– В клубе действуют правила…

Лена ничего не ответила в ожидании продолжения.

– Нужно оплатить депозит.

– Сколько?

– Пятьдесят тысяч.

– Карты принимаете?

– Конечно! Подождите секундочку!

Официант исчез в толпе. Девушки не успели и глазом моргнуть, как он уже стоял перед ними с терминалом в руке.

Лена оплатила депозит, и через пару минут бутылка шампанского стояла в ведёрке со льдом рядом с их столиком.

– Неплохой сервис для провинции… – прокомментировала Буровитская.

– А ты думаешь, что только в одной Москве с шиком погулять любят?

– Я думаю, – пренебрежительно бросила Лена, – что вокруг обычного бара в одном из закоулков Орла слишком много таинственности.

– Не торопи события.

– Это же просто бар! Окей, я согласна, что он высокого класса, но всё-таки остаётся баром!

– Скажи, твоя вредность врождённая или приобретённая? – Маша иронично улыбнулась.

Лена беззлобно улыбнулась в ответ. Она привыкла к тому, что люди, только начинающие её узнавать, не отходя от кассы вешают на неё ярлык – «высокомерная богатая сучка». Ну и хрен с ними! Если они так думают, то пусть так и будет. Зачем тратить свои силы на какие-то жалкие объяснения?! У неё есть Макс и ещё пара студенческих подруг, которые знают её настоящую, без всякой мишуры. И ей вполне этого достаточно.

– Вскормленная с золотым молоком матери и бензином из папиной бензоколонки, – ловко парировала она.

– Ого! Твой отец нефтяник?

– Нет! – Лена звонко расхохоталась. – Это была шутка, но он тоже непрост.

Лена высокомерно приподнял правую бровь.

– А чем он занимается?

– Много будешь знать, скоро состаришься.

Обмениваясь бессмысленными фразами со своей знакомой, Лена не заметила, как бутылка шампанского опустела.

– Хочешь ещё выпить? – не дожидаясь ответа, Буровитская подала знак официанту.

– Я уже пьяна… – подала голос Маша.

– Слабенькая ты!

Парень, обслуживающий их стол, уже стоял рядом с блокнотом в руке. В этот момент свет в заведении потух и из динамиков колонок раздался мужской голос:

– Дамы и господа! Рад приветствовать вас в нашем особенном заведении! Надеюсь, вы уже немного разогрелись? Готовы броситься в пекло самого горячего шоу этого города?

По залу пробежал возбуждённый шёпот публики.

– Не слышу? – голос говорившего в микрофон повысился на пару тонов. – Готовы?

– Да-а-а! – в унисон протянули гости.

– Не слышу!

– Да-а-а! – после последнего «да» Лене захотелось заткнуть уши, настолько возглас толпы был оглушительным.

– Тогда начинаем программу!

После анонса кто-то погасил последние горевшие лампочки по ту сторону барной стойки и темнота поглотила в свою бездонную прорву всё помещение. Потолок, фосфоресцирующий сотнями миниатюрных лампочек, создал иллюзию ночного звёздного неба. Из колонок вырвалась барабанная дробь, словно перед средневековой смертной казнью.

Во мраке по правую сторону стойки стали еле заметно видны контуры лестничных ступенек, ведущих куда-то наверх. Их подсветка была всё ещё слабой, но способной привлечь внимание всех, кто находился в зале.

Лена с интересом следила за происходящим, ловя себя на мысли, что ей ещё ни разу не приходилось присутствовать в своей жизни на подобных интригующих мероприятиях.

Вдруг барабанная дробь стала возрастать, а вместе с ней в такт каждому последующему удару начала поочерёдно зажигаться яркая подсветка каждой ступени.

Бум: первая…

Бум: вторая…

Бум: третья…

И так до самого конца вверх.

Алый неоновый свет будто прокладывал дьявольскую тропу в ночное небо. Происходящее гипнотизировало и завораживало одновременно. Контраст между полумраком, царившим в баре, и неоновым кровавым светом ступенек создавал атмосферу таинственности и неизбежности грядущих роковых событий.

Когда вся лестница утонула в алом неоне, снова из динамиков раздался уже знакомый голос:

– А теперь позвольте пригласить вас в адский котёл «Этажом выше»! Никаких правил! Никаких ограничений! Прошу всех в порядке строгой очереди подняться на второй этаж и занять свои места в соответствии с местами, указанными на ваших пропусках.

– Котёл? – автоматически переспросила Лена. Она всё ещё пребывала под впечатлением от увиденного и услышанного. – Что за котёл?

– Это метафора! – Маша тоже полностью погрузилась в таинственную атмосферу. – Значит, что наверху всем будет жарко от увиденного.

Буквально за пару минут перед лестницей выстроилась длинная очередь. Посетители один за другим начали медленный подъём на второй этаж. Лена и Маша последовали их примеру.

Когда последняя ступенька осталась позади, перед девушками из ниоткуда возник охранник. Буровитская заглянула в зал через его плечо и оцепенела.

– Ты серьёзно? – бросила она с упрёком в лицо подруги. – Всё это ради банальных боёв?

В глубине зала располагался ограждённый металлической сеткой ринг. Над ним, под потолком, в самом центре, висело крепление в виде квадрата, стороны которого представляли из себя жидкокристаллические экраны. Пространство за чертой ринга по окружности шириною в метр было огорожено стеклянной прозрачной стеной. За ней, как в цирке, ряды с креслами до самого верха.

– Тебе не нравится? – в недоумении спросила Маша.

– Что именно? Наблюдать, как дегенераты бьют друг другу морды до смерти? Или то, что другие дегенераты наблюдают за этим с открытыми ртами, находясь по ту сторону ринга?

– Это самое крутое развлечение во всей округе на сегодняшний день! Здесь собираются самые состоятельные люди! После шоу можно будет пообщаться с бойцами…

– Перед тем как осуществить сюда визит, тебе бы стоило задаться вопросом: нужно ли это Лене?

– В клуб всегда много желающих попасть, но не все могут…

– Зачем? Это же зрелище для мужиков!

– Чтобы завести знакомства… Посмотри вокруг! Сколько достойных кандидатов.

– Ты папика хочешь себе здесь найти? Ну, тогда понятно, зачем ты меня сюда притащила!

– Почему сразу папика?! Есть и молодые. Кстати, здешние боксёры тоже отлично зарабатывают.

– Ок! Я поняла, в чём ты видишь для себя перспективу! – Лена закатила глаза под потолок. Выпитое шампанское усилило возмущение.

– Не все рождаются с золотой соской во рту…

– Если тебе нужны были деньги, чтобы попасть сюда, почему ты просто не попросила? Зачем было делать из этого квест?

– Прости, но я на самом деле думала, что тебе понравится идея.

В перепалке девушки совсем забыли про охранника, который терпеливо ждал, когда они предъявят билеты. Но в конце концов его терпению пришёл конец.

– Вы собираетесь проходить внутрь?

Маша неуверенно посмотрела на Буровитскую.

– Ну, давай, доставай билеты, раз уж мы здесь! – недовольно проворчала та.

Соседка неуверенно протянула здоровяку пропуска.

– Успокойся! – Лена сбавила тон, заметив, что Маша на самом деле испугалась её реакции. – Я не злюсь, – соврала она. – Просто в следующий раз никаких загадок и тайн. Хорошо?

Маша благодарно кивнула головой и выдохнула с облегчением.

– Вам положены плащи, – подал голос охранник, – можете получить их на кассе, с левой стороны, где делаются ставки.

– Это ещё зачем? – возмутилась Лена.

– Чтобы не заляпать дизайнерские шмотки кровью, – насмешливо, с долей ехидства бросил парень.

– Отлично! Именно об этом я мечтала всю свою жизнь! – с иронией сквозь зубы прошипела девушка.

На кассе парень выдал им два прозрачных клеёнчатых плаща, очень похожих на дождевики.

– Планируете делать ставки? – вежливо поинтересовался он.

– Я не знаю, кто ваши бойцы и на что они способны, – ответила Лена. – Где можно получить эту информацию?

– До начала шоу я не вправе разглашать имена участников, но перед каждым боем вы сможете увидеть на экранах краткий ролик-презентацию каждого из боксёров.

– Понятно…

– Если вы в первом ряду, то для того, чтобы сделать ставку, дайте знак тому парню, – он указал на мужчину в чёрном костюме, который, по-видимому, обслуживал гостей только в первом ряду, – он подойдёт к вам и сделает всё необходимое.

Облачившись в плащи, девушки подошли к месту, где стоял тот самый парень в чёрном костюме. За его спиной находился проход к первому ряду, который был ограждён от остального зала стеклянной стеной. За прозрачной перегородкой расположились сидячие ряды.

– Зачем было брать стоячие места в первом ряду? Тем более что мы здесь словно в аквариуме, у всех на виду.

– Это самые дорогие места!

– Весомый аргумент, – поддела Машу Буровитская.

Она уже перестала считать, сколько раз за вечер пожалела, что согласилась на эту авантюру.

Соседка показала билеты очередному охраннику. Он приподнял цепь, перекрывающую проход в коридор первого ряда, и пустил их к своим местам. Местами были метки на полу в виде квадратов с цифрами. Отыскав свои, они заняли позиции, обозначенные в пригласительных: двенадцать и тринадцать.

– Давай я стану на тринадцатое место! – буркнула Лена. – Хуже уже вряд ли что-то случится.

И не дожидаясь одобрения со стороны Маши, стала на квадрат с цифрой тринадцать.

Через пять минут раздалась торжественная музыка и на ринг вышел ведущий с микрофоном в руке.

– Добрый вечер, дамы и господа, – Лена узнала его голос. Это он делал объявление в баре на первом этаже. – Позвольте ещё раз поприветствовать вас и поблагодарить за то, что нашли время на посещение нашего мероприятия. Для новичков, которые сегодня с нами первый раз, хочу сделать отдельное объявление: всё, что вы увидите и услышите сегодня, должно остаться в стенах этого клуба. Любые видеосъёмки запрещены. В противном случае, если кто-то из вас решится нарушить правила, организаторы мероприятия будут вынуждены принять особые меры.

– Это что, угроза? – Лена цинично поджала нижнюю губу.

Маша ничего не ответила. На экране появились фото боксёров.

– А теперь позвольте представить вам первую пару бойцов. Тимур Басурдинов!

На экранах появилось фото парня лет двадцати трёх кавказкой внешности. В зале послышались одобрительные возгласы и аплодисменты.

– Тимур с нами уже второй год, и это его двадцатый бой на нашем ринге. Четырнадцать из них он выиграл. Его соперник – Иван Сомов! Иван с нами совсем недавно, но уже успел проявить себя как непобедимый боец. Это его седьмой бой, и, как вы уже догадались, семь из них победных. Дамы и господа, у вас есть пятнадцать минут до начала боя, чтобы сделать ставки.

– Будешь ставить? – спросила Маша, не отрывая взгляда от экрана с портретами боксёров.

– Нет. Я не азартный человек. Игромания – не моя стихия. А вот выпить я бы не отказалась.

Лена покрутила головой в поисках бара и увидел за стеклом официанта. Он вышколенно держал поднос, на котором красовались бокалы с шампанским. Девушка сделала знак рукой. Парень незамедлительно направился в её сторону. Проскользнув в коридор первого ряда, он добрался до их мест и вручил обеим девушкам по бокалу.

Лена залпом выпила половину. Напряжение не ослабло. Она покосилась на Машу, осознавая, что не протянет здесь и десяти минут.

– Дамы и господа! – раздался голос ведущего. – Объявляю начало первого поединка!

Снова зазвучала барабанная дробь, и под неё на ринг вышли объявленные ранее боксёры.

Буровитская не успела и глазом моргнуть, как к её ногам отлетел кавказец. Удар Сомова был настолько реактивен и силён, что застал Басурдинова врасплох. Лену от кавказца отделяла только металлическая сетка ограды ринга. Она с ужасом смотрела на распростёртое тело, пытающееся встать на ноги. Из разбитого носа хлестала кровь.

– Вот это удар! – прохрипела Маша.

Лена пристально посмотрела на свою новую подругу, удивившись её кровожадности. Та, как загипнотизированная, смотрела на поднимающегося с мата бойца. Её глаза блестели от возбуждения. Через пару секунд противники снова стояли друг напротив друга на «челноке».

После серии ударов кавказцу удалось нанести Сомову хук справа. Челюсть парня дёрнулась, забрызгав кровью мат. Но дестабилизация продлилась недолго. Сомов обрушил на противника серию точных молниеносных ударов, а последний апперкот отправил Басурдинова в нокаут. Ведущий вышел на ринг и объявил победителя. Парня в отключке унесли на носилках. Он так и не пришёл в сознание на публике.

Бой длился всего несколько минут, а у Лены сложилось впечатление – вечность. По её предыдущим расчётам, десять минут пребывания в этом месте оказались переоценёнными. Буровитской захотелось убраться отсюда прямо сейчас, сию минуту. Нет, она не была слабонервной, и её не пугало насилие и наличие крови. Она просто не видела во всём этом смысла. Абсолютно бесполезное зрелище для примитивных созданий.

Лена повернулась к Маше, чтобы сообщить о своём решении уйти, как раз в тот момент, когда ведущий объявил вторую пару бойцов. Её внимание на экране привлекла фотография одного из них. Русые волосы, коротко выстриженные по бокам, а в верхней части головы чуть длиннее. Чётко выраженная линия квадратного подбородка, выдающая волевой характер. Прямой нос, тёмные брови и эти глаза… Именно они уже третий раз в жизни заставили Буровитскую остановиться и замереть на мгновение. Первый раз шесть лет назад, второй – пять дней назад – и сейчас. Было в их идеально чистой синеве что-то необъяснимо притягательное и зловещее одновременно. Именно этот парализующий контраст заставил её снова остановиться и дослушать ведущего.

– А теперь позвольте представить вам следующую пару бойцов. К сожалению, у нас произошла непредвиденная замена. Вместо Сергея Демидова на ринг выйдет Леонид Зарубин! Свою профессиональную карьеру Леонид завершил громким титулом чемпиона республики Беларусь в тяжёлом весе. Сегодня в нашем клубе состоится его третий бой. Два предыдущих принесли чемпиону победу.

Свист и топот ногами толпы в зале не оставили ни малейшего сомнения в том, что это достойный боец.

– И, наконец, – сделав многозначительную паузу, произнёс ведущий, – боец, за которым кровавый след тянется до самой преисподней, – последовала ещё одна пауза. – Вы готовы услышать его имя?

– Ну, давай, не тяни! – возгласы из зала смешались с аплодисментами.

– Итак, дамы и господа, встречайте! Его фамилия говорит сама за себя! На ринге Александр Яров! Позвольте напомнить, у вас есть пятнадцать минут, чтобы сделать ставки.

– Это наш бывший сосед! – воскликнула Маша.

Невозможно было не заметить восхищение, сверкнувшее в её глазах.

– Ты его знаешь? – подозрительно спросила Буровитская.

– Да. Я так хотела попасть на его сегодняшний поединок!

Лена вдруг почувствовала себя тупоголовой пешкой. Соседка использовала её, как наивную первоклассницу, для достижения своей цели.

– Отлично! Я рада, что за мой счёт ты организовала себе отличный вечер.

– Неправда! Я хотела, чтобы мы вместе повеселились.

– Да уж! Вокруг сплошное веселье! Так весело наблюдать, как эти идиоты бьют друг другу морды! Знаешь… – Лена сделал вид, что принимает важное решение. – Сделаю-ка я всё-таки ставку!

– На кого будешь ставить?

– Точно не на соседа! – с этими словами она отыскала глазами в толпе парня в костюме, принимающего ставки, и направилась к нему.

Когда Буровитская вернулась на своё место, бойцы в ожидании схватки уже находились на ринге в противоположных концах. Так получилось, что Яров сидел в дальнем углу напротив, лицом к девушкам.

– Ты назло мне не поставила на Ярова? – обиженно пробормотала Маша.

Лена ничего не ответила, она бесцельно блуждала взглядом по металлической сетке. Но сколько бы она ни вкладывала усилий в данное действие, её глаза невольно раз за разом возвращались в дальний угол ринга и впивались в блестящее мускулистое тело.

– Зря ты так поступила. Он не проиграл ни одного боя!

Буровитская продолжала сохранять молчание. Не потому, что обиделась – такой бессмысленной чертой характера природа её не наградила. Просто в какой-то момент Яров вставил капу, поднял голову и посмотрел прямо на Лену. Их глаза встретились. Буровитская замерла под действием эмоций, зародившихся в их ледяной синеве. Что это было? Удивление? Презрение? Страх? Что всё это значит?

Она повернула голову в сторону Маши и увидела, что её соседка тоже обменивается многозначительным взглядом с бойцом. Реакция Александра на Машу была совсем другой. В его глазах отчётливо читалась необузданная ярость. Буровитская сделала глубокий вдох и приготовилась спросить у подруги, что это значит, но именно в этот момент ведущий объявил начало поединка.

Прогремел гонг судейского колокола. Противники сошлись в центре ринга и предстали друг перед другом. Александр оказался чуть выше противника, но оба были приблизительно одинакового телосложения и веса.

Первым удар нанёс Яров. Свинг с дальнего расстояния амплитудным размахом, нацеленный в левый бок противника, обрушился на Зарубина железным кулаком. Ответ не заставил себя ждать. Эта пара заметно отличалась от предыдущей молниеносной скоростью боя. Удары, наносимые Александром, оказались проворней, и ему с лёгкостью удалось войти в ближний бой.

Кровавые ссадины появлялись на телах бойцов с такой же скоростью, как сыпались их удары.

Вот они уже стоят в обнимку. Оба тяжело дышат. Пот струями скатывается по разгорячённым рельефным телам. Александр заносит руку. Зарубин уклоняется и тут же наносит левый хук в печень Ярова. Этот удар заставляет второго дёрнуться, но он сохраняет равновесие.

То, что следует дальше, бросает зрителей в оцепенение. Александр наносит с десяток реактивных ударов с правой и с левой под рёбра Зарубина и завершает очередь ударом в височную область. Противник с рассечённой головой падает без сознания на пол. Ведущий выходит на ринг и объявляет победителя. Второго бойца уносят с территории боя на носилках.

– Я же говорила! – воскликнула Маша. – Нужно было ставить на Ярова!

Лена проигнорировала досадный вопль соседки, провожая взглядом парней, уносящих носилки со вторым бойцом. Через минуту они исчезли за неприметной дверью в глубине зала.

– Мне кажется, – обратилась Буровитская к Маше, – я достаточно увидела, чтобы составить своё личное мнение о подобных сборищах. Ты, если хочешь, оставайся до конца, а я спущусь в бар и выпью чего-нибудь.

– Как знаешь! – внимание Маши снова было приковано к борцовской клетке. – Увидимся позже.

Лена покинула своё место, обменялась парой слов с охранником в костюме, вручила ему плащ и направилась к лестнице, утопающей в алом неоне.

В баре никого не было, кроме бармена и пары официантов. Лена заняла стол, который находился ближе всего к барной стойке, и подала знак одному из них.

– Слушаю вас, – парень в белой рубашке и чёрных брюках уже стоял рядом с ней.

– «Кровавую Мэри», пожалуйста.

– Не выдержали нервы? – вежливо поинтересовался он.

– Вовсе нет! – надменно бросила Лена. – Я здесь по ошибке. Это просто не моё зрелище.

Официант, как ей показалось, понимающе кивнул головой и пошёл к бармену, чтобы передать заказ.

Где-то минут через сорок шум толпы со второго этажа стал постепенно возрастать, а через следующие пять минут на алой лестнице показались первые спускающиеся гости.

Ну наконец-то. Лена прищурила глаза, пытаясь разглядеть в растущей толпе свою соседку. Выпитые ею две «Кровавые Мэри» после шампанского безапелляционно ударили в голову, и она опьянела. Может, стоит заночевать в отеле? Повторение истории с пьяным Максом, который сбил человека, казалось ей убогой перспективой.

Зал быстро наполнился гостями. Вскоре Буровитская увидела Машу. Спускаясь по лестнице, она оживлённо болтала о чём-то с победителем первого поединка. Лена помахала девушке рукой, и та подошла к её столику. Боец не отставал от неё ни на шаг.

– Познакомься! Это Иван Сомов!

– Привет! – равнодушно произнесла Лена.

Вдруг из ниоткуда за спиной Маши возникла высокая широкоплечая фигура. Буровитская подняла голову выше и встретилась взглядом с Яровым. Его ясные синие глаза метали молнии, широкие прямые брови сошлись на переносице.

– Какого чёрта ты её сюда притащила! – его голос прокатился по залу, как раскат грома, и тут же затерялся в шуме толпы и играющей музыки. Он не отрываясь смотрел на Буровитскую, но обращался к Маше.

Соседка вздрогнула от неожиданности и резко повернулась в его сторону.

– Саша? – её глаза округлились. – Я потом тебе всё объясню!

Удивлённый таким поворотом событий, Иван Сомов сделал шаг назад.

– Не хочу вам мешать, – бросил он Маше. – Я буду на баре. Присоединяйся, если будет желание.

С этими словами Иван нырнул в толпу и исчез.

– Какой у тебя отличный ухажёр! – злая насмешка Александра ни капли не задела Машу.

– Не твоё дело!

– Может, кто-нибудь мне объяснит, что это значит? – возмутилась Лена. Её язык предательски заплетался.

– Так, она ещё и пьяна в стельку! – желваки на скулах Ярова заходили ходуном.

– А ты что, моя нянька, что ли? – ехидно прошипела Буровитская. Да что он о себе возомнил? И какого чёрта он делает возле её стола? – Вали отсюда! – Лена внезапно почувствовала прилив тошноты. Всё-таки шампанское плюс водка – не самые лучшие приятели. – Ты что-то перепутал! Я не твоя мамаша-алкашка!

Она не забыла! Ту сцену на лестничной площадке пять лет назад. Саша смотрел на красивое ухмыляющееся лицо, обрамлённое глянцевыми чёрными локонами, и ему хотелось только одного – стереть её с лица земли. Только это было чревато дерьмовыми последствиями. Смазливая, богатая, избалованная сучка! Он автоматически сжал кулаки.

– Что, ударить хочешь? – Лена разошлась пьяным смехом. – У тебя мозгов только на это хватает?

В перепалке никто из них не заметил, как Маша тихо отошла в сторону и тоже куда-то исчезла вслед за Сомовым. А Лена, находясь под действием алкоголя, совершенно потеряла контроль. Её инстинкт самосохранения тоже валялся пьяный в стельку на окраине сознания. Она попыталась встать, тогда как шпилька одной туфли зацепилась за шпильку другой. Буровитская пошатнулась, но вовремя схватилась руками за стол. Правда, ей так и не удалось удержать равновесие. Лена стала заваливаться назад, а стол в её руках медленно, но верно надвигался на неё. Если бы не Александр, неизвестно, чем бы это закончилось. В долю секунды он схватил стол с противоположной стороны. Движение прекратилось. Лена пошатнулась ещё раз и отпустила столешницу. А в следующую долю секунды он уже стоял рядом с девушкой, держал её под локоть.

Кульминация этой абсурдной сцены увенчалась тем, что Лену вырвало на подол платья и на кроссовки Ярова.

– Твою мать! – в голосе парня было столько злости и отчаяния, что, казалось, вот-вот, и он придушит висящую у него на руке девушку. – Это твоё? – Александр кивнул головой в сторону её сумки и, не дожидаясь ответа, взял её в руки.

Как же он ненавидел пьяных женщин! Больше всего на свете. Отвращение, которое он испытал, невозможно было описать никакими словами. Его самого мутило от одного её вида. И даже её неоспоримая физическая красота теряла свою ценность на фоне омерзительного поведения.

– Отдай! – Буровитская подняла руку, чтобы отобрать принадлежащую ей вещицу, но снова зашаталась и, вместо того чтобы вцепиться в сумку, с силой вцепилась в его бицепс.

– Заткнись! – Саша силой потянул девушку к выходу.

– Куда ты меня тащишь! Отпусти, я сказала! Где Маша? Где моя соседка?

Яров стремительно продвигался к парадной двери, не обращая никакого внимания на пьяные возгласы. Когда они оказались на улице, он достал из миниатюрной сумки ключи от машины, отыскал бордовый порш, затолкал её на пассажирское сиденье, а сам сел за руль. Минуту спустя Лена затихла и отключилась.

Часть 2

Глава 5

6 июля 2021, воскресенье, 11:25, Устинск

Она жива? Или нет? Если жива, то где она? А если мертва, то, по-видимому, это ад. Свинцовое похмелье обрушилось на её голову в самый чувствительный момент – минуту пробуждения.

Лена медленно открыла глаза. Вокруг всё плыло и слегка подпрыгивало. Что это за место? Буровитская проснулась со стопроцентной уверенностью того, что легла спать в загородном доме своего отца под Москвой.

Она повернулась на бок и поняла, что окружающая обстановка мало чем напоминает её огромную спальню. Где я вчера напилась? И с кем? С Максом? Макс… Постепенно стали всплывать на поверхность отрывки событий прошедшей недели. Её мозг, находящийся под действием алкоголя, изо всех сил сопротивлялся напору памяти. Одурманенный и ослабленный, он всё-таки выстроил логическую цепочку из отдельных эпизодов: Soho Rooms, Макс, порошок, авария, обезьянки, отец, Устинск, соседка Маша…

И тут же в голове замигала неоновая красная вывеска «Этажом выше: без правил».

– Вот чёрт! – промычала Лена вслух.

Произнесённые слова ударили по вискам, как молот по наковальне, и громким эхом прокатились по всей черепной коробке. Буровитская обхватила голову руками и попыталась сесть.

Ситуация ухудшилась, но в большей степени из-за того, что она отчётливо вспомнила все детали вчерашнего вечера! Как же так! По идее, после выпитого ею количества спиртного она не должна ничего помнить. А тут всё как на ладони! Господи, лучше бы она не помнила! Это же чистой воды наказание!

Перепалка с Яровым. Как она докатилась до такого? Да ещё и на его кроссовки наблевала! А где платье? Она пощупала грудь руками, чтобы удостовериться в его наличии, но чуда не случилось. Она сидела на кровати в одном нижнем белье.

«Твою же мать! Это кто меня раздел и уложил баиньки? Да неужели?! Только не это! Яров?»

Лена, хоть и находилась в комнате одна и никаким заносчивым боксёром тут и не пахло, всё равно раскраснелась от смущения и стыда.

Буровитская, мыча от головной боли, встала с кровати, подошла к окну и посмотрела во двор. Её машина стояла недалеко от подъезда. Получается, он привёз её на её же машине домой, открыл дверь её ключом, снял облёванное платье и положил в кровать. Отлично! Последний раз такие манипуляции проделывала с ней её мать во младенчестве, когда она срыгивала ей на кофточку молоком.

Надо бы собраться с силами и съездить к ней на могилку. Буровитская более-менее помнила, как добраться от дома до кладбища. На похоронах матери она не присутствовала, так как её отец посчитал, что на тот момент она была слишком мала для подобного рода церемоний, а вот на похороны дедушки они приезжали вместе.

С этими мыслями Лена направилась на кухню в надежде найти там что-то вроде аптечки. Таблетка аспирина ей бы не помешала. Нужно ещё заглянуть к Маше, узнать, как она добралась до дома. Но только она сделала шаг, как послышался приглушённый звонок мобильного. Он доносился из прихожей, по-видимому, из её сумки.

Лена доковыляла до прихожей и машинально покрутила головой. Её миниатюрная сумочка лежала на пуфе у входной двери. Она была открыта. Девушка запустила внутрь руку и вытащила наружу нервирующий гаджет. Дядя?! Только его сейчас ей не хватало для полного похмельного апокалипсиса.

– Да, – бросила она в трубку. Её голос сел и сделался хриплым. В горле пересохло.

– Какого чёрта ты делала вчера в Орле? – гаркнул с ходу Вячеслав.

Вот тебе на! Ни «привет», ни «как дела?», а прямо с ходу тяжёлая артиллерия. Лена замялась. Замедленная реакция – последствие атмосферного утра. Анализировать бурную речь родственника оказалось нелёгкой задачей.

– Твой отец прислал тебя сюда не для того, чтобы ты разъезжала непонятно с кем по сомнительным местам!

– Я же не под домашним арестом!

– Ты под моим присмотром! А это значит, что я за тебя головой отвечаю!

– Со мной ничего не случилось! Вот она я – жива-здорова!

– Ещё одна такая выходка, и я приставлю к тебе охрану. Так что не удивляйся, если вдруг под окнами заметишь подозрительных ребят.

– Да на черта мне в этом захолустье охрана?! – Лена истерически рассмеялась, чем вызвала ещё большее негодование Вячеслава.

– Рад, что у меня получилось тебя развеселить!

– Ну не плакать же?

– В твоих интересах не доводить меня до такого состояния, чтобы после нашего разговора тебе пришлось заплакать.

– Дядя Слава! – Буровитская напряглась. – Ты что, меня запугиваешь?

– Я просто предупреждаю. Твоя безопасность для меня важнее, чем твоё эмоциональное состояние, – Зёмов тяжело вздохнул и немного смягчил интонацию. – Если тебе что-нибудь нужно, скажи! Я завезу вечером.

– Аптечку с препаратами первой необходимости, – буркнула она.

– Хорошо. А сейчас отоспись лучше. Мне кажется, я твой перегар через трубку чую.

После колкого выпада послышались короткие гудки.

Откуда он узнал, что вчера она ездила в областной центр? Вот деревня! На одном конце чихнёшь, на другом тут же «будь здоров» желают. Как она спалилась? Или её кто-то спалил?

Мысли беспорядочно кружились в мозгу в надежде зацепиться за одну из извилин, но тщетно. Головная боль не унималась. Может, у Маши есть аспирин?

Лена натянула на себя первую попавшуюся футболку и одёрнула её так, чтобы прикрыть ягодицы. Отлично! Искать что-то более подходящее в гардеробе у неё не было сил. Девушка вышла на площадку, не закрыв за собою дверь.

Подойдя к квартире Маши, она нажала на кнопку звонка. По ту сторону было тихо, и казалось, что никого нет дома. Лена позвонила ещё раз. Послышалось глухое шарканье чьих-то шагов. Так мог шаркать только пожилой человек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.