Светлана Сологуб
Пурпурная Роза

1.

Может быть, вчера, может быть, позавчера, а может быть, лет сто назад появилась на свет Пурпурная Роза. Она выросла в уютном питомнике на окраине Амстердама, не зная ничего, кроме ласковых прикосновений Садовника, нежных поцелуев утреннего солнца и веселого журчания родниковой воды. Когда Роза была еще маленьким зеленым бутончиком, на нее совершенно не обращали внимания, потому что никому и в голову не могло прийти, что обычный розовый куст когда-нибудь породит какой-то особенный цветок. Ведь в той теплице с незапамятных времен росли только Бордовые Розы, и никакой другой цвет не смел нарушить их чванливое спокойствие.

– Да-да, – говорили Бордовые Розы любому, кто отваживался заглянуть в их царство, – мы – настоящие Бордовые Розы, не какие-нибудь там Белые или, упаси Боже, Желтые, вы видите? Смотрите хорошенько и запоминайте, потому что вам больше нигде не найти таких бархатистых лепестков, прямых стеблей и идеальных шипов.

Из года в год с рассвета до поздней ночи Садовник вместе с женой трудился, не покладая рук, в пятнадцати теплицах, и раз в две недели провожал одну из своих дочерей на городскую площадь с корзинами, полными самых прекрасных роз, каких только можно было себе представить. Сотня Бордовых, полсотни Белых и полсотни Желтых Роз изнывали от нетерпения и любопытства, пока дочка Садовника добиралась на повозке до города.

– Как вы думаете, – шептали Белые Розы, – сегодня нас купит какой-нибудь счастливчик для свадьбы? Для самой прекрасной, романтичной, веселой и шумной свадьбы на свете?

– Не знаем, – кривились в ответ Желтые Розы, – нас-то уж точно разберут, да побыстрее некоторых. Люди ведь каждый день хотят сказать друг другу «прости» и «прощай», но боятся, поэтому они покупают нас, потом суют в чужие руки, а чуть погодя мы оказываемся в канаве или на помойке.

А Бордовые Розы лишь высокомерно посмеивались, слушая болтовню своих товарок. Уж они-то точно знали, что основную выручку дочка Садовника получит именно за них. Ведь обычно какой-нибудь влюбленный глупец покупал сразу все Бордовые Розы вместе с корзиной, да вдобавок еще целовал продавщицу и оставлял сдачу. Дочки Садовника вели давний спор – на чью долю достанется больше влюбленных глупцов, готовых целоваться с цветочницей. Глупцов в Амстердаме хватало, и все они, слава Богу, рано или поздно влюблялись.

Но, право слово, мы отвлеклись. Ведь дело не в хохотушках-дочках, и не зазнайках – Бордовых Розах.

Дело в том, что однажды утром, когда солнце брызнуло первыми золотыми блестками на кудрявые макушки деревьев, Садовник, по обыкновению, отправился на обход своих благоуханных владений. Он приготовил острые садовые ножницы, чтобы обрезать лишние побеги и листья, оттягивающие соки от бутонов, большую садовую лейку, чтобы дать напиться тем Розам, которых, быть может, пропустили дочки при вечернем поливе, и специальные садовые перчатки из очень толстого сукна, чтобы оградить натруженные руки от язвительных уколов идеальных шипов. Когда Садовник уже было собрался покинуть пятую теплицу и перейти в шестую, что-то вдруг отвлекло его внимание. Садовник остановился и еще раз пристально оглядел ровные ряды кустов Бордовых Роз. Нет, кажется, все было в порядке. Садовник вновь повернулся к выходу и уже взялся за ручку двери, как опять за самый краешек его взгляда зацепился странный оттенок…

«Не может быть», – подумал Садовник, – «у Роз из пятой теплицы должны быть только бордовые лепестки. Наверное, показалось…»

Он наклонился, чтобы хорошенько рассмотреть отвлекший его внимание лепесток. И в следующее мгновение понял, что на этот раз именно в его теплице свершилось чудо.

Он уронил острые садовые ножницы, стянул специальные садовые перчатки из очень толстого сукна и бросился вон из теплицы, опрокинув большую садовую лейку.

2.

– Просыпайтесь! – кричал Садовник во все горло, врываясь в дом, распахивая все двери подряд и грохоча сапогами вверх по лестнице. – Просыпайтесь скорее! Чудо! Чудо!

Растрепанные жена и дочки Садовника в испуге выскочили из своих спален, едва успев набросить шали на ночные рубашки.

– Что?! Что случилось?! Пожар? Наводнение? Землетрясение?

Садовник еле держался на ногах, ухватившись за лестничные перила.

– Воды, – просипел он, – пожалуйста, принесите мне воды…

Обе дочки, пихаясь и отталкивая друг друга, побежали на кухню и принесли два кувшина с родниковой водой. Садовник выпил залпом один кувшин, потом, уже чуть медленнее, второй, и только тогда смог перевести дух.

– Жена, дочери, слушайте внимательно, – сказал он торжественно, – отныне на нас с вами возложена великая ответственность. Богу было угодно, чтобы в нашей пятой теплице расцвела Пурпурная Роза.

С минуту на Садовника в полной тишине взирали три пары серых глаз (между нами говоря, все три пары были на редкость обворожительными), а потом дочки так и покатились со смеху.

– Папа, ты сошел с ума! – воскликнула старшая. – Ты напугал нас до полусмерти только потому, что в одной из твоих теплиц расцвел какой-то особенно красивый цветок?

– Папа, ты что-то перепутал, – недоверчиво покачала головой младшая, – в пятой теплице испокон веку растут Бордовые розы. Они все одинаковые, цветок к цветку, листочек к листочку. Я вчера сама их поливала и ничего, ровным счетом ничего необычного не заметила.

И только жена Садовника не сказала ни слова. Она молча смотрела на мужа, кутаясь в шаль, а он, не обращая внимания на гомон дочек, так же молча смотрел на нее.

«Неужели?» – вопрошали ее глаза.

«Да, ошибки быть не может» – отвечал его взгляд.

«Что же нам теперь делать?» – ее глаза наполнились слезами.

«Нам нужно просто заглянуть себе в душу и сердце» – его взгляд тщетно пытался вернуть себе уверенность и прогнать страх.

– Быстрее одевайтесь, – перебил Садовник веселящихся дочек, – и, прошу вас, перестаньте смеяться. Над Розой Истинной Любви нельзя смеяться, это очень плохая примета.

Дочки садовника так и застыли с открытыми ротиками (между нами говоря, ротики у них были просто очаровательные), но переспрашивать что-либо им почему-то не захотелось. Может быть потому, что они впервые в жизни увидели страх в глазах у отца.

А в это время Пурпурная Роза робко открывала второй лепесток навстречу солнечным лучам, потихоньку пробравшимся в теплицу. Она с любопытством выглядывала из своего дальнего уголка, пытаясь рассмотреть мир, в котором ей было суждено родиться. С удивлением она поняла, что вокруг нет ничего, кроме стройных красавиц-роз, похожих на нее почти как две капли воды.

Пурпурная Роза пока не знала, что это маленькое «почти» очень скоро кому-то сломает жизнь, а кому-то подарит счастье.

– Смотрите внимательнее, – вполголоса проговорил Садовник, – вот она.

Он посторонился и пропустил вперед жену и дочек. Те подошли ближе к кусту, на который указывал Садовник и присмотрелись.

– Я не вижу ничего необычного, папа, – с досадой сказала старшая дочь.

– Нет, смотри внимательнее, – возразила ей младшая сестра, – как же ты не видишь?! Вот у этой розы лепестки совсем другого цвета, не как у остальных. Ее никак нельзя назвать бордовой.

– Правильно, доченька, – проговорила жена Садовника, переводя взгляд на мужа, – это не бордовый цвет. Он называется пурпурным. И не всем дано отличать Пурпурную Розу от обычных Бордовых.

Признаемся честно, читатель, нам очень сложно описать цвет бархатистых лепестков той прекрасной розы. Конечно, более всего он напоминал цвет крови, толчками вырывающейся наружу из свежей глубокой раны, нанесенной тяжелым двуручным мечом, заточенным кузнецом-горбуном, чья кузница испокон веку стоит на окраине Амстердама, аккурат между скотным двором старого Юргена и заброшенным домом, в котором, по преданию, новоиспеченный муж из ревности убил свою молодую жену в первую же брачную ночь, и иногда ее призрак пугает по ночам коров Юргена, из-за чего они громко мычат, бьют рогами в стены коровника и не дают спать кузнецу и двум его помощникам.

Но ведь мы рассказываем добрую и светлую сказку, читатель, поэтому не будем расстраивать вас попусту глубокими ранами, призраками убитых жен, перепуганными коровами и невыспавшимся кузнецом-горбуном.

Мы скажем, что бархатистые лепестки той необычной Розы были цвета лучей закатного солнца, прорвавшихся на волю из-под края грозовой тучи, зависшей над потемневшим в ожидании бури морем. И еще, между нами говоря, именно такого цвета нередко бывают пухлые губки дочери скорняка, когда ранним утром она выпроваживает очередного ухажера через окно своей комнаты. Не только лепестки Пурпурной Розы поражали своей красотой. Капли влаги на ее листьях слепили глаза блеском изумрудов, а стебелек был строен и крепок, как ножка балерины, и … весь усыпан огромными острыми шипами.

– Папа, – прошептала младшая дочка, – почему у такого чудесного цветка так много страшных шипов?!

– Потому что эта Роза, – ответил Садовник, неотрывно глядя в прекрасные серые глаза жены, – предназначена тому, у кого в сердце живет Истинная Любовь. Только тот, кто любит искренне и бескорыстно, сможет взять Пурпурную Розу, не почувствовав ни единого укола. Если же за красотой пурпурных лепестков протянет руку лгун, выдающий за любовь похоть, скуку или жажду наживы, шипы дотянутся до него даже сквозь перчатки из самого толстого сукна. И убьют.

– Убьют?! – старшая дочь в ужасе отшатнулась от куста.

– Да, убьют, – не отрывая взгляд от глаз мужа, сказала жена Садовника. – Потому что в них течет яд. Яд, медленно поражающий сердце и душу. Человек продолжает жить, но сердце его превращается в черный уголек, а душа высыхает подобно цветочному лепестку под жаркими лучами солнца. И постепенно он теряет способность испытывать чувства. Ничто не радует. Ничто не огорчает. Нет слез. Нет смеха. А близкие люди не сразу замечают, что рядом с ними живой мертвец.

Младшая дочь громко ахнула.

Вязкая тишина оплела невидимой паутиной замершего Садовника, его примолкших дочерей и жену, чьи прекрасные серые глаза искали во взгляде мужа ответ на какой-то важный вопрос, но не находили.

– Подождите! – закричала Пурпурная Роза, в сильном волнении ловя каждое слово Садовника и его жены. – Вы, наверное, ошиблись! Я не хочу никого убивать!

Но, разумеется, люди не услышали голос цветка. Не всем дано слышать голоса цветов.

Поэтому Садовнику, его жене и дочкам казалось, что их оплела невидимой паутиной вязкая тишина.

Лично нам, читатель, очень жаль, что ни Садовник, ни его жена с дочками не могли слышать гвалт, поднявшийся в пятой теплице. Они, без сомнения, защитили бы Пурпурную Розу от проклятий, которыми принялись осыпать ее бордовые соседки.

– Что?! Что он сказал?! О чем говорит этот глупый Садовник?! Роза Истинной Любви, подумать только!

– Выскочка безродная! Мы – потомственные Бордовые Розы, нас во все времена выращивают для влюбленных!

– Она еще и ядовитая! Караул! Из-за нее мы все погибнем! Она отравит землю в теплице своим ядом!

Бордовые Розы возмущенно затрепетали листьями и принялись раскачиваться, пытаясь уколоть Пурпурную Розу своими идеальными шипами.

– Наверное, где-то разбилось стекло, – Садовник был рад возможности отвести взгляд, – какой сильный сквозняк.

– Как же можно быть уверенным в том, что твоя любовь истинна? – опасливо косясь на Пурпурную Розу, спросила старшая дочь.

– Если ты сомневаешься, доченька, – ответила жена Садовника, глядя в спину мужа, который тщетно пытался определить источник ветра, раскачивающего Бордовые Розы, – значит, твоя любовь точно не истинна.

Старшая дочь покраснела под стать бордовым красавицам-злюкам и поспешно отвернулась.

– Может быть, мы не будем ее срывать? – робко произнесла младшая дочь. – Пусть отцветет здесь, в теплице, и никому не будет угрожать эта страшная опасность.

– Нельзя, – голос Садовника вдруг стал хриплым и непослушным. – Пурпурная Роза расцветает специально для того, в чьем сердце живет Истинная Любовь, но душа уже потеряла Веру и Надежду. Мы обязаны сорвать ее и передать тому, кому она предназначена.

Жена Садовника еще плотнее закуталась в шаль, хотя воздух в теплице уже прогрелся от солнечных лучей, а может быть, от прерывистого дыхания ее мужа.

– Кто же понесет Пурпурную Розу на городскую площадь? – прошептала младшая дочь, прижав ладошки к своим прекрасным румяным щечкам. – Кто ее сорвет? Мне страшно даже притронуться к ней, ведь я пока не знаю, что это такое – Истинная Любовь.

– Я тоже не испытываю Истинной Любви, – глядя в сторону, проговорила старшая дочь, – и ни за что не притронусь к этой розе.

– Я сорву ее, – в один голос произнесли Садовник и его жена.

3.

Садовник повернулся к жене так резко, что сломал идеально прямой стебель одной из Бордовых Роз, задев ее полой куртки.

– Я сорву ее, – тихо, но твердо повторила его жена.

Садовник молчал.

– Я люблю тебя, – так же тихо, но твердо сказала жена Садовника. – Ты много раз упрекал меня, что я редко тебе об этом говорю.

– А ты много раз отвечала, что слова – это всего лишь слова, – дочки Садовника едва расслышали ответ отца.

– Слова – это всего лишь слова, – как эхо, откликнулась жена Садовника. – Сказать можно все, что угодно.

– Сказать можно и то, что хотят от тебя слышать.

Неужели по щеке вашего отца скатилась настоящая слеза, милые дочки-хохотушки? Та самая единственная слеза, которую имеет право пролить мужчина? Где же ваши улыбки? Почему вы обе такие бледненькие?

– Можно услышать и то, о чем молчат. Только нужно захотеть услышать.

Голос жены Садовника отдавал горечью черного перца, а глаза ее подернулись влажной серой дымкой. Она вновь перевела взгляд на Пурпурную Розу и сказала:

– Может быть, ты просто не хотел.

И протянула руку к цветку.

Дочки в один голос вскрикнули, а Садовник побледнел, как мел.

Пурпурной Розе захотелось отшатнуться, спрятаться, заслониться лепестками, но, разумеется, не всем растениям дано отшатываться, когда к ним протягивает руку человек.

– Не трогайте меня, умоляю! – закричала она (однако мы-то с вами знаем, что жена Садовника не могла ее слышать), – мне же придется вас убить!

И тут с ее шипами произошло что-то странное.

Жена Садовника ухватилась за стройный и крепкий, как ножка балерины, стебель Пурпурной Розы почти у самой земли.

– Мама! – воскликнула младшая дочка.

– Не надо! – воскликнула старшая дочка.

Садовник лишь вздрогнул, как от удара хлыстом по обнаженной спине, но промолчал.

Жена Садовника аккуратно сломала Розу.

На ее губах заиграла тихая улыбка, полная Истинной Любви.

Она взглянула на мужа лучистыми серыми глазами и проговорила:

– Знаешь, она ведь совсем не колючая. Ее шипы мягкие, словно шерстка котенка.

Садовник закрыл лицо руками. Ноги его подкосились, и он сел прямо на землю в проходе между рядами кустов Бордовых Роз.

– Доченьки, – его голос был едва слышен из-за пальцев, дрожавших точь-в-точь как листья розовых кустов на сквозняке, – идите, пожалуйста, погуляйте.

Дочери Садовника, тихонечко пятясь, выбрались из пятой теплицы на улицу. Между нами говоря, их очаровательные ротики еще долго не могли вспомнить, как правильно изгибаться в кокетливые улыбки.

Садовник отнял ладони от лица, сжал непослушные пальцы и через силу бросил несколько слов, упавших тяжелыми камнями под ноги его жены.

– Может быть, ты отдашь Пурпурную Розу мне? И я сам отнесу ее на городскую площадь?

– Не нужно, – голос жены Садовника невольно вызывал воспоминания о сотне невесомых пуховых перин (на которых, как известно, однажды мучалась бессонницей одна Настоящая Принцесса), – я не хочу отдавать Пурпурную Розу тебе. Ведь ты сомневался, что я смогу ее сорвать. Поэтому я сама отнесу ее на городскую площадь и дождусь того, кому она предназначена. Того, кто не побоится ее взять.

И больше никогда в жизни Садовник не смог взглянуть в серые глаза своей жены.

Вы, видно, думаете, что на этом история Пурпурной Розы заканчивается? О, разумеется, нет. Вся ее история еще впереди.

4.

Лето в Голландии выдалось непривычно жарким и засушливым. Цветочники и цветочницы старались распродать свой товар как можно раньше, пока нежные лепестки и листья сохраняли сочную свежесть. Кто-то из них возвращался на площадь вечером, но в сумерках, когда зной сменяла вожделенная прохлада, уставшие жители Амстердама уже не могли (а может быть, и не хотели) по достоинству оценить изящество линий и утонченность ароматов.

В тот день городская площадь была вновь залита ярким солнцем. Как всегда, все цветочницы и цветочники после полудня принялись собирать нераспроданный товар в большие корзины и расходиться.

Только жена Садовника осталась на своем привычном месте – между булочной и аптекой. Она спрятала поглубже в корзину оставшиеся Желтые и Белые Розы (все Бордовые, как всегда, одним махом купил какой-то влюбленный глупец) и бережно извлекла из-за пазухи аккуратно завернутую в шелковый платок Пурпурную Розу.

– Ну вот, – сказала она, – теперь твоя очередь, милая.

Почему-то жена Садовника была уверена, что Пурпурная Роза слышит и понимает ее слова.

– Солнечные лучи тебя не страшат, верно? Ведь не вода питает твои пурпурные лепестки, а только Истинная Любовь. Всех, кроме тебя, Истинная Любовь иссушает сильнее, чем полуденное солнце… Я уберегла тебя от взглядов обычных влюбленных глупцов, не способных уловить разницу между бордовым и пурпурным, понимаешь? Тот, кому ты предназначена, должен появиться именно сейчас. Ведь Истинная Любовь гонит на улицу в самое неподходящее для прогулок время. Темной ночью. В проливной дождь. В пробирающую до костей стужу. Или – вот как сейчас – под палящий зной. Подожди немного. Он обязательно придет.

И будто бы в ответ на ее слова где-то в конце улицы раздался ритмичный глухой стук. Жена Садовника даже приподнялась на цыпочки от нетерпения. Ей хотелось поскорее рассмотреть того, кто приближался со стороны ратуши. Ведь он шел к Пурпурной Розе, хотя сам пока и не подозревал об этом.

Худая долговязая фигура в обтрепавшемся плаще, кое-как залатанных штанах и видавших виды сапогах больше походила на привидение или порожденный зноем мираж, чем на человека. Юноша брел, едва переставляя ноги, опираясь на суковатую палку, такую же длинную и нескладную, как он сам. Ударяя по булыжной мостовой, палка издавала глухой стук, который и привлек внимание жены Садовника.

– Видишь, – сказала жена Садовника Пурпурной Розе, – я была права.

Разрешите, уважаемый читатель, мы будем называть его просто «юноша». Или «наш герой». Хотя, между нами говоря, геройского в нем маловато. Если уж совсем честно, для нас самих большая загадка, почему именно он – и вдруг герой. Да, конечно, он наверняка хорош собой, высок и прекрасно сложен, просто сейчас под грязным плащом его трудно разглядеть. Но, по нашему мнению, одной красоты недостаточно, чтобы быть героем. Тем более героем доброй и светлой сказки. Ну да ладно. Он, так он.

Пурпурная Роза была очень разочарована. «Неужели, – думала она, – этот оборванец и есть тот, кому я предназначена? Как бы мне хотелось, чтобы меня взяла ухоженная нежная рука, облаченная в шелковую перчатку… Такую руку не захочет уколоть ни одна уважающая себя роза. Разве приятно, когда до тебя дотрагиваются грубые, грязные пальцы бродяжки?»

Тем временем юноша тоже заметил Пурпурную Розу. Его глаза широко распахнулись от удивления, губы изумленно приоткрылись и прошептали:

– Боже милосердный! Это она! Неужели я нашел ее?!

Жена Садовника улыбнулась. Юноша выпрямил спину, расправил плечи и поудобнее перехватил палку. Шаги его стали широкими и уверенными.

– Послушайте, – горячо обратился он к жене Садовника, – я прошу, умоляю, отдайте мне эту Розу! Я так долго искал ее! У меня совсем нет денег, но я готов заплатить всем, чем угодно, лишь бы получить Розу Истинной Любви!

– Ты знаешь, что это за цветок? – превосходно разыгрывая удивление и недоверие, спросила жена Садовника.

– Конечно! Посмотрите на меня! Разве вы не видите, что Истинная Любовь иссушила мое тело и измучила душу?! Я встретил Ту Единственную, чей облик светел и прекрасен, как тихая гладь озера в предрассветной дымке, а движения плавны и грациозны, как полет лебедя в небесной дали… Ради Нее я был рожден на этот свет! Я должен быть рядом с Ней, я должен любить Ее, я должен оберегать Ее от холода и ветра, зноя и дождей!

– Облик? – задумчиво поглаживая лепестки Пурпурной Розы, спросила жена Садовника. – Движения? А ты знаешь, на что похоже ее сердце? Может быть, оно похоже на сморщенное червивое яблоко, или на кусок черного угля? А может быть, оно подобно твердому бриллианту, помещенному в красивый оклад?

– Нет! – юноша отшатнулся, – вы не смеете так говорить про Нее! Ее сердце должно быть так же прекрасно, как и Она сама!

– Зачем же тогда ты так долго искал Пурпурную Розу? Или прекрасное сердце твоей избранницы – о, безусловно, такое же прекрасное, как и она сама – не слышит тебя? Ее прекрасные глаза не видят, что Истинная Любовь иссушила твое тело и измучила душу? Почему она не протянет тебе свою прекрасную руку и не позовет за собой? Почему ты бродишь по свету в поисках Розы Истинной Любви, вместо того, чтобы быть рядом с той, ради которой ты был рожден на этот свет?

– Я.., – юноша насупился, – я не…

– Не веришь в силу собственной любви? Не надеешься, что вы будете вместе несмотря на и вопреки? Не веришь, что именно тебя она увидела среди толпы? Не надеешься, что придет твое время? – вопросы жены Садовника один за другим вонзались в грудь юноши, словно острые стрелы. Он сгорбился и начал судорожно всхлипывать, все глубже втягивая голову в плечи.

– Истинная Любовь иссушила твое тело и измучила душу, а сердце отказывается верить и надеяться?

– Перестаньте! – что было сил крикнул юноша.

Капля влаги скатилась с изумрудного листочка, упала на булыжную мостовую под ногами юноши и тут же испарилась под невыносимо жарким голландским солнцем.

Жена Садовника молчала, продолжая ласкать бархатистые лепестки Пурпурной Розы.

Юноша вздрагивал, уткнувшись лицом в мятую грязную шляпу.

Пурпурная Роза плакала вместе с ним. Как бы ей хотелось попасть в руки той девушки, чей облик светел и прекрасен, как тихая гладь озера в предрассветной дымке, а движения плавны и грациозны, как полет лебедя в небесной дали… Конечно, думала Пурпурная Роза, ее сердце не может быть черным угольком или твердым алмазом. Она, разумеется, поймет, что именно этот юноша был рожден на свет только для того, чтобы быть рядом с ней, что Он должен любить ее, Он должен оберегать ее от холода и ветра, зноя и дождей. Пусть Он только подарит своей избраннице Розу Истинной Любви, и она, разумеется, увидит, что перед ней Тот, кто предназначен ей самой судьбой!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.