Астра Голд
Охотник и белый цветок

1 глава

– Ну что, опять все порченные?

Я как раз поднималась из подвала с корзиной овощей, когда Мирабель приступила к осмотру поступивших девушек.

Из раза в раз одно и тоже. Смущенные, испуганные, взгляд в пол и руки на платьях сомкнуты так, словно их прямо сейчас будут раздевать.

Пять новых девушек. Значит пять новых комнат и в пять раз больше головной боли. Уж я-то знаю, я родилась в борделе. И так сложилась судьба, что до сих пор здесь живу. А Мирабель – с виду строгая и властная дама средних лет – наша хозяйка. Суровость ей придавало строгое, черное платье и волосы, убранные в тугой пучок. Ласкового слова от нее не дождешься, но и в обиду она не даст.

История каждой девочки, попавшей в наш дом, похожа до скукоты. Обычно она из бедной семьи. Влюбилась до беспамятства, отдалась, а негодяй ее бросил. Выдать замуж порченную девушку сложно, просят большое приданное, которого у родителей нет. Если семья большая, а у нас, южан, обычно много детей и родственников, то от такой дочери стараются избавиться. Иногда девушки сами сбегали, чтобы в родной деревне не заклеймили позором. И дорога часто приводила к нам.

Вот и сейчас пять испуганных лиц боялись посмотреть на властную хозяйку. Я остановилась за ее спиной с корзиной в руках. Разглядывать новеньких всегда интересно, ведь мы будем жить под одной крышей. Первая будет долго плакать, вторая может стать звездой, ибо грудь из растрепанного декольте так и лезет. Третья доставит проблем. Сейчас она смотрит в пол, но хитрые глазки разглядывают все вокруг, а губы надменно ухмыляются каждому слову хозяйки. Четвертая полненькая, но и на нее поклонники найдутся. Пятая слишком высокая и тощая, придется сначала откормить. Мужчины не очень любят, когда одни кости торчат. Хочется ведь и подержаться за что-то.

Все девушки так похожи. Что полгода назад, что год. Одни приходят, другие уходят в поисках лучшей жизни. Но свой путь они всегда начинают с Мирабель.

– Мне совершенно все равно, что было в вашей жизни до этого дня. Все печали и страдания оставьте за дверью. – строго вещала хозяйка. – Здесь мы живем и работаем для наших гостей.

Я улыбалась и шевелила губами в такт ее словам, наизусть зная все, что она скажет.

– Вы всегда должны быть чистыми, отдохнувшими и с улыбкой на лице. Мужчины любят, когда их окружают улыбки. Недовольные лица жен они и дома увидят.

Я растянула задорную улыбку, обнажая все зубы. Несколько девушек заметили и смущенно улыбнулись в ответ.

– Мне плевать, сколько у вас было кавалеров, но знайте: мужчины бывают разные. Есть застенчивые молодые люди, к которым нужен осторожный подход.

Я достала из корзинки маленькую морковку и покрутила в руке, изображая мужской детородный орган.

– Есть солидные и требовательные господа. Вы будете делать все, что они попросят.

Я вытащила морковку побольше и потолще и начала трясти ее перед носом. Девушки сдавленно захихикали, заливаясь румянцем. Мирабель резко обернулась, нахмурила брови и недовольно прошипела:

– Мина, у тебя дел нет? Пошла! Быстро!

Пришлось как можно резвее бежать на кухню, чтобы не попасть под горячую руку хозяйки.

Но. Давайте посмотрим правде в глаза. В увеселительных заведениях весело только вечером, когда приходят посетители с горящими глазами. Они пока трезвы, скромны и только предвкушают приключения. Они жаждут волшебства и страсти. Желают задорных и на все согласных девушек на своих коленях. Готовы дать монетку только за одну улыбку. Хотят, чтобы наш маг Карнур, пока еще трезвый, творил чудеса посреди зала. Обычно он освещает стены разноцветными салютами, разбрасывает лепестки цветов и напускает густой туман, в котором прячутся парочки. Гостям этого достаточно.

Старик с растрепанной бородой появился после обеда. Он бродил по пустому залу в поисках недопитого вина – его ежедневный ритуал после бурной ночи.

– Доброе утро, дедушка!

Я на секунду остановилась возле него, чтобы чмокнуть в щеку.

– Доброе, дочка. Никто не обижал?

– Вы же меня оберегаете. Даже внимания не обращали.

– Ты хорошеешь день ото дня. Настанет время и мои чары не помогут.

– Тогда скорее наколдуйте славного жениха.

Старик вздохнул, облизывая пересохшие губы:

– Если бы все было так просто, цветочек.

Он скривил мученическую улыбку, в надежде, что я подскажу, где спрятана недопитая бутылка.

– Вон за той занавеской, – шепнула я на ухо.

– Опять дедушку спасаешь.

– Как и вы меня.

Днем мы жили самой обычной жизнью. Убирались, готовили и занимались скучными бытовыми делами. Разве что простыни меняли каждый день и прихорашивались ближе к вечеру, а не утром, как обычные девушки.

И я тоже прихорашивалась. И тоже должна развлекать мужчин. Но чаще мне удавалось увильнуть от такой работы. Мирабель часто злилась и требовала начать зарабатывать на ухажерах. Но на утро обычно успокаивалась. Потому что по хозяйству я работала больше прочих и живу здесь с самого рождения. Тем и подкупаю.

Как-то раз, в порыве очередного гнева, она даже мою невинность продала. Ну, так она думает. Карнур тогда подсыпал ухажеру снотворное в вино и мужчина был уверен, что провел ночь с непорочной девушкой. Я даже кровь сымитировала на простыне для пущего эффекта.

Потому что невинность, по словам той же Мирабель – самое драгоценное, что есть у девушки. Я это слышала всю жизнь. Чистота и целомудрие открывает многие двери. Например, успешно выйти замуж может только невинная девушка. Кто посмотрит на порченных? И тут же тыкала длинным пальцем на новеньких.

Так я прожила девятнадцать лет в борделе и смогла сохранить честь, достоинство и чистоту. Спасибо Карнуру, у него еще много сонного зелья.

Но я понимала, что вечно мое везение продолжаться не будет. Поэтому по вечерам старалась не привлекать внимания гостей, чтобы выбор не пал на меня.

Я все еще искала жениха. Настоящего. Не из посетителей. Конечно же хотелось красивого, богатого и доброго. Но такие в нашем городке не водятся. По словам девушек – в других городах тоже.

Если же вдруг в округе появится красивый, богатый парень, то до простушек ему не будет дела. А уж про бордельных девок и говорить не стоит. За все мои девятнадцать лет лишь одна уехала отсюда в качестве жены и о ней до сих пор вспоминают с завистью.

В основном девушки уходят из борделей когда теряют внешний вид. Идут в швеи, поварихи, рукодельницы. Если совсем ничего не умеют, то идут скитаться.

Я такой участи себе не желала, поэтому старалась научиться всему. Признаюсь, не всегда выходило, но я никогда не опускала руки. Ведь однажды Мирабель и меня выставит за дверь, когда устанет терпеть бездельницу, не приносящую дохода.

Но сегодня еще один хороший день. Мирабель увлечена новенькими, готовит их к первому выходу. Другие девушки с интересом на них смотрели, оценивали и громко перешептывались.

Как только солнце спряталось за лесом, первые гости не заставили себя долго ждать. Молодые и в возрасте, подтянутые и расплывшиеся, с улыбками и серьезными лицами. Ох уж эти мужчины. Они, как и девушки в борделе, всегда разные, но такие похожие.

Новички, заходя в большой зал, поначалу осторожно озирались. Зачем-то вместо девушек смотрели на обстановку и чистоту столов. Завсегдатаи же идут как к себе домой – бодрым шагом, с улыбкой и полным карманом денег.

Совсем недавно Мирабель сменила протертые кресла новыми диванами с бархатной обивкой, застелила столы красными скатертями (которые я каждое утро отстирывала от еды и разлитых напитков) и повесила разноцветные полупрозрачные отрезы ткани. Они загадочно свисали с потолка до самого пола, отгораживая столики друг от друга. Получилось очень интересно, но догадайтесь, кто раз в неделю лазил по шаткой стремянке и менял испачканные куски ткани?

Сегодняшний вечер не предвещал никаких потрясений. Мирабель встречала всех гостей теплой улыбкой. Кому-то кланялась, другим позволяла поцеловать свою ручку. Веселых девушек показывали клиентам и каждый выбирал по вкусу. Даже на новеньких кто-то позарился.

А я опять делала вид, что вроде как со всеми, но сама по себе. Простенькое серое платье без глубоких вырезов и чересчур открытой спины, волосы уложены кое-как и косметики на лице почти нет. Так, совсем немного пудры, чтобы хозяйка не злилась. Гости часто принимали меня за прислугу и не лезли, потому что аппетитных красоток в соблазнительных нарядах вокруг и так хватало.

Я как раз убиралась за столиком рядом со входом, когда услышала как кудахчет Мирабель.

– Господин, господин, какая честь! Прошу, проходите!

Снова какой-то толстосум решил наведаться в наше уютное заведение. Обычно только перед такими Мирабель лебезила с удвоенной силой.

– Все, что пожелает господин, будет сделано в ту же секунду! Только скажите. У нас просторные комнаты, чистое белье, есть ванные. Любая девушка сочтет за честь скоротать с вами вечерок.

Ох, как разошлась хозяйка! Мне стало любопытно, перед кем она так распинается. Сквозь прозрачную ткань проглядывал силуэт высокого мужчины в темном плаще. Он как раз осторожно снял шляпу и осматривал зал. Вроде стройный и плечистый, но сквозь ткань сложно разглядеть лицо. Может под плащом скрывается доходяга, а может отвисшее брюхо.

Словно прочитав мои мысли, гость снял с себя плащ и передал в руки Мирабель. Буквально мгновение я видела подол верхней одежды. Пыльный темно-синий плащ.

Охотник!

Я замерла, с любопытством разглядывая силуэт. Проклятая ткань мешала, но зато гость не заметит, как я пялюсь. Хозяйка, схватив вещи, быстро подозвала кого-то из девочек и велела немедленно очистить от дорожной грязи.

– Мне бы просто комнату. Я не ищу приключений.

Безупречный и ровный мужской голос. Не слишком низкий и не высокий. Я бы сказала идеальный.

– Все, что пожелает господин! Все, что пожелает! Мы – единственные во всей округе, где вы можете остановиться с комфортом и в самых лучших условиях. Может ужин? Немного вина? Может, все же, девочку? У нас самые лучшие красавицы, на любой вкус. Вы не пожалеете. Любое ваше желание будет законом.

– Как вы умело рекламируете товар, – усмехнулся гость. – Любое желание?

– Конечно! – в голосе хозяйки послышались нотки обиды. – Любая красавица и любое желание!

Она набрала полную грудь воздуха и громко, но не срываясь на крик, позвала девушек. Возле входа тут же образовалась небольшая компания улыбающихся прелестниц.

– Девочки, у нас очень важный гость, – строго произнесла хозяйка. – Вы знаете, кто такие Охотники? Это очень уважаемые люди. Очень! Они подчиняются самому королю и имеют власть над всеми магами наших земель. Наш гость из самой столицы! Ведь так, из столицы?

Хозяйка вопросительно посмотрела на мужчину, словно сама была не уверена в своих словах. Гость в ответ молча кивнул. Среди девушек начались перешептывания и оценивающие взгляды, обольстительные улыбки появились на их лицах. Я же лишь усмехнулась под нос и продолжила убирать стол.

– Если господин подскажет какие девушки ему по вкусу, я немедленно такую найду. У нас очень большой выбор!

Гость довольно долго молчал. Ох уж эти муки выбора, когда оказался на цветочной поляне, а сорвать сил хватит один, максимум два цветочка. Все мужчины теряются, когда необходимо выбирать. Скромный тихонько скажет «любую», потому что постесняется указать пальцем на ту, которая понравилась. Посмелее же еще и пощупает каждую.

Интересно, Охотник к какому типу относится? Навряд ли он из скромных. Когда в руках почти безграничная власть и острый клинок на поясе, скромность ни к чему.

Я оторвалась от уборки и с интересом наблюдала за выбором гостя. Столько историй и легенд про этих Охотников. И надо же, один из них появился на нашем пороге. Теперь сплетен будет на неделю.

Неожиданно наши взгляды пересеклись. Пусть через свисающую ткань, но мы смотрели друг на друга не моргая. Долго смотрели. Мужчина изучал меня и для него ткань не была преградой. Его взгляд вспыхнул видимым огоньком. Я же просто боялась лишний раз шевельнуться, затаилась мышкой и смотрела в ответ.

– Ее, – Охотник указал пальцем в мою сторону.

Мирабель спохватились, подпрыгнула на месте и резким движением убрала последнюю преграду – струящуюся ткань.

Теперь я могла хорошенько разглядеть гостя. И правда высокий и плечистый. Хорош собой, я бы даже сказала красив настоящей мужской красотой. Ровные черты лица без изъянов, уверенный взгляд, гордый подбородок. На него точно обратишь внимание даже в рыночной толкучке. К тому же носит синий плащ. Люди сначала одежду увидят и ахнут, а уже после будут смотреть на лицо. Охотники и правда у нас в почете. Их боятся и уважают.

А еще такие мужчины редко заходят в бордели, ибо и так не обделены женским вниманием. Но к нам он пришел не за утехами, а после долгой дороги. Пыльные сапоги и копна взъерошенных темных волос намекали именно на это. Показалось, что даже на лице осела дорожная пыль и чуть заволокла желто-зеленые глаза.

– Ой, это наш цветочек! – кудахтала хозяйка, приближаясь ко мне. – Молоденькая, хорошенькая. Вы только посмотрите какое чудо! – Мирабель вырвала из рук тряпку, бросила на стол и схватила меня под локоть, чуть не силой таща к гостью. – Ну, как вам, а? Зубки ровненькие, молоденькая, сделает для вас все, что пожелаете. И цена приятная.

– Пойдет, – снисходительно кивнул Охотник.

2 глава

Я с трудом открыла дверь самой лучшей комнаты нашего борделя. Руки не слушались, ноги не сгибались. Я даже забыла, как правильно дышать. За спиной стоял мужчина и терпеливо ждал, когда же я совладаю с простым замком.

Едва зайдя в комнату, я тут же зажгла все свечи. Привычные дела хоть немного отрезвили. Я бы и кровать поменяла, вот только она и так была застелена чистыми простынями и подушки были взбиты утром моими же руками.

Надо же, какая ирония, взбила подушки для себя же.

Пока я суетилась вокруг со свечами и камином, гость остановился посреди комнаты и осмотрелся. Ночи уже прохладные, камин как нельзя кстати согреет.

Кого согреет?

Охотник сел в мягкое кресло и наблюдал за моими движениями. А я просто что-то делала, лишь бы не подходить к нему. Раздувала угли, поправляла поленья. Да что угодно, лишь бы не садится в кресло напротив!

– Мне кажется уже достаточно тепло, – заметил мужчина. – Сядь рядом, не бойся.

Ох, от взгляда Охотника ничего не укроется. Ни черная магия, ни злые помыслы, ни страхи. А мне было не просто страшно, я была готова в обморок упасть от ужаса.

Но он меня купил на всю ночь, значит я должна выполнять все его прихоти. Ведь так обещала Мирабель.

А еще не надо злить Охотника. Они веками следят за магическим порядком от имени самого короля. Много власти, много силы и полная безнаказанность. Против людей они редко выступают, ибо стоят на их защите. Но вот мир магический их не любит и побаивается.

Я хоть и отношусь к миру людей, но Охотников еще ни разу в жизни не видела и чего ждать именно от этого мужчины не знала. Но решила на всякий случай не спорить и исполнить его просьбу – села в кресло напротив, целомудренно сомкнув ножки в коленях и смущенно улыбнулась, как учили девочки.

Охотник внимательно меня разглядывал, расслабленно развалившись среди мягких разноцветных подушек. Он блуждал где-то глубоко в своих мыслях, иногда улыбался, а иногда хмурился. Зато теперь можно было разглядеть его глаза. И правда зеленые с яркой оранжевой короной вокруг черных зрачков. Он долго на меня смотрел, словно изучал и, наконец, спросил:

– Ты здесь работаешь?

– Живу. Я тут родилась.

Легкая, скорее надменная улыбка и неожиданный вопрос:

– И как же тебе удалось сохранить невинность, живя в борделе?

Ничего не ускользнет от взгляда Охотника. Должно быть они сами колдуны.

– Алкоголь.

Я стыдливо улыбнулась, а Охотник лишь чуть вздернул брови.

– А если кавалер не пьет?

– Такие сюда не ходят.

Я звонко рассмеялась, но отчего-то моему собеседнику было совсем не весело. Он даже снисходительную улыбку не соизволил натянуть. Смотрел на меня, как на скучную куклу, и спокойно ответил:

– Я не пью.

Вот тут-то до меня наконец дошло, что я вляпалась. Конечно же в бордель приходят непьющие искатели женского тепла и иногда выбирают меня. Тогда в игру снова вступает наш волшебник-выпивоха Карнур. Он умело наколдует сонное зелье хоть для вина, хоть для воды. Гость не может сидеть весь вечер и не пригубить хотя бы чай. А наутро мужчина будет вспоминать яркие сны, полные любви и страсти, принимая их за явь.

С Охотниками такой трюк не пройдет. Карнур к нему за километр не подойдет, не то, чтобы зелье подсыпать. За маленькие шалости с чаем он может сурово поплатиться.

Но все же я не растерялась. Снова повесила на лицо улыбку и посмотрела на гостя:

– Тогда я вас заболтаю!

– Ты не расскажешь мне ничего нового.

– Откуда вы знаете?

– Я видел все.

– Даже великанов?

Он кивнул.

– А снег летом? А белых волшебниц? А горные вершины, где живут золотые орлы?

– Я видел весь мир, девочка. А твой мир ограничен стенами этого заведения.

– Ну хоть имя скажите, – улыбнулась я, радуясь очередной хорошей идее. Ведь можно долго проболтать про разные красивые и смешные имена. Я даже парочку забавных вспомнила.

– Оно для тебя ничего не значит.

– Тогда вы расскажите что-нибудь.

– Я не хочу болтать.

Нет смысла спрашивать, чего же он хочет. И так ясно. Я немного поникла, потому что в голове почти не осталось дельных мыслей.

– Может вы желаете фруктов или приказать принести ужин?

Он легко повертел головой, не сводя изучающего взгляда.

Что ж, рано или поздно это должно было случиться. Жаль, что Мирабель не сможет второй раз продать мою невинность. Зато не придется придумывать истории для девчонок о том, какой невероятный любовник мне достался. А они точно устроят завтра расспрос с пристрастием. Не каждый день к нам заглядывают такие мужчины.

– Что ж, – протянула я, медленно покрываясь жгучим румянцем. – И как… Где… Что вы предпочитаете, господин?

– Если удивишь, заплачу вдвойне, – с издевкой в голосе произнес Охотник.

В этот момент меня обуяла огненная злоба. Да он же издевается! Сидит, весь из себя такой важный, и самым наглым образом измывается. Он купил меня и до самого рассвета может вытворять все, что пожелает. К сожалению, ему некуда спешить, до утра еще много бесконечно долгих часов.

– Вы же знаете, что не удивлю. Зачем же обещаете вознаграждение за невозможное?

– Да, ты права.

Мужчина, наконец, оторвал от меня колючий взгляд и посмотрел в угол комнаты, где стояла большая медная ванная – гордость Мирабель.

– Она для красоты?

– Нет. Если желаете, прикажу наполнить.

– Да, пожалуй не откажусь.

Я тут же схватила со стола колокольчик и уже через двадцать минут две девушки таскали ведра с горячей и холодной водой, медленно наполняя емкость.

Чудесные минуты спокойствия! Охотник разглядывал девушек, что трудились для его удовольствия и иногда бросал быстрые взгляды в мою сторону. Я же сидела и радовалась, что с каждой минутой утро все ближе.

Когда последнее ведро горячей воды было вылито, Охотник лениво поднялся с кресла и подошел к наполненной ванне, опуская руку.

– Попросить еще горячей воды? – тут же отреагировала я, желая еще пару минуточек спокойствия.

– Нет. В самый раз, – мужчина оглядел комнату с нового ракурса и остановил взгляд на мне: – Подойди.

Сердце неприятно екнуло. Но я покорно встала, пряча взгляд в пол и поплелась навстречу мужчине. Другие девушки наоборот смотрят гостям в глаза и много улыбаются, чтобы они думали только о ней и утром отблагодарили лишней монетой. А мне совсем не хотелось, чтобы Охотник обо мне думал. Хотелось поскорее закончить и убежать в свою каморку. Там-то меня точно никто не достанет.

– Ну, что же ты стоишь? Раздевай.

Я поджала губы и смиренно потянула руки к мужчине. Грубый кожаный жакет расстегнуть не составило труда – всего три застежки. Следом посеревшие пуговицы на белой рубахе свободного кроя. В нее бы поместилось две, а то и три меня.

Под рубашкой пряталось удивительно красивое тело. Широкие плечи, напряженные от долгой дороги вены и рельефные мышцы, обтянутые чуть смуглой кожей. Особенно интимно смотрелась ямочка между ключицами. Отчего-то ни обнаженная грудь, ни поджарый живот с видимыми кубиками не вызвали во мне такого восторга, как эта ямочка.

Из вещей на мужчине остались только штаны и пыльные сапоги. Он смотрел на меня сверху вниз, чуть приподняв уголки губ. Видимо, ему до жути было любопытно, как же я справлюсь с его штанами.

Не все сразу, дорогой гость.

Я медленно села на пол и протянула руки к сапогам. Один, второй. Я никуда не спешила, потому что после сапог все равно придется возвращаться к штанам. А Охотник тем временем послушно приподнимал то одну ногу, то другую, но хитрого взгляда не сводил.

Когда с обувью было покончено, пришлось вновь подниматься и все же тянуть руки к застежкам. Одна пуговка, вторая, третья. Ну почему же их так мало!

Штаны легко слетели с бедер, представляя моему взору все то, что обычно скрыто от посторонних глаз. Я лишь мельком взглянула на чуть возбужденный пенис и тут же отвернулась, делая вид, что ищу полотенца.

Не стану скрывать, что Охотник был далеко не первым обнаженным мужчиной, которого мне доводилось видеть. Все же в борделе всякое бывает, в том числе и через чур разгоряченные гости могут выйти из комнаты в чем мать родила. Но впервые я видела обнаженного мужчину наедине.

Весь он – от кончиков взъерошенных темных волос и до самых ступней – был прекрасно сложен. Без единого грамма жира, только мышцы и сила. Охотники другими и не бывают. Они с юных лет, как только поступают на службу, неустанно тренируются физически и умственно.

Охотник, заметив мои метания по комнате, не стал дожидаться пока я снова подойду и медленно опустился в горячую воду. Я тут же принесла свернутое полотенце и осторожно подложила под шею. Он откинул голову на мягкую ткань, сполз поглубже и довольно улыбнулся.

– Что-нибудь еще желаете, господин? – осторожно спросила я, стоя над головой и стараясь не смотреть на темное пятно под водой в середине ванны.

– Конечно. Помой меня, – последовал невозмутимый ответ.

Ну, это не сложно. И можно растянуть надолго.

Я покорно села рядом на тканный коврик, смочила небольшое белоснежное полотенце и нанесла несколько капель ароматного масла. Осторожно обмотав ее вокруг волос мужчины, взялась за второе.

Я намеренно медленно водила ароматной тканью по плечам, стараясь не пересекаться взглядом. Он все время следил за мной, но ничего не говорил. Просто наблюдал, как я касаюсь его тела, краснею и не смею посмотреть.

Не так уж и сложно не смотреть в глаза, когда прямо передо мной прекрасная впадинка под шеей. Ею можно любоваться бесконечно долго. Особенно сейчас, когда он положил руки на края ванны, отчего ямочка стала еще рельефнее, утопая в плену ключиц.

Покончив с плечами и грудью, я сняла полотенце с влажных волос и нарочито медленно вытирала их от пыли. Ох, если бы можно было помыть каждый волосок по отдельности, я бы так и поступила.

Но мужчина не оценил медленного подхода. Он поддался вперед, подставляя широкую спину. Только сейчас я смогла разглядеть несколько глубоких шрамов, изуродовавших нежную кожу. Меч или кинжал когда-то оставили память о себе.

Когда и со спиной было покончено, Охотник грузно поднялся из воды и предстал передо мной в полный рост. По упругому телу бесстыдно стекали ручейки крупных капель, повторяя изгибы мышц. Прямо над моей головой красовался его пенис, который не собирался успокаиваться, а лишь больше набирал силу.

Пришлось вставать с пола, чтобы дотянутся до живота и не сгорать от стыда при виде возбужденного полового органа. Возможно, если бы сейчас с нами в одной комнате были другие девочки, мне бы не было так неловко. Но мы двоем и до самого утра без приглашения никто не войдет.

И от этого осознания внутри меня страх боролся с предвкушением неизвестности. Я не знаю, что будет дальше. Я не знаю нежен ли он или груб, заботится ли об удовольствии дамы или думает только о себе.

Из болтовни девушек я знаю почти все о поведении мужчин в постеле. Но не представляю, кто же достался мне. Остается лишь надеяться, что зная мой секрет, он поступит разумно и не сделает слишком больно.

Рука с полотенцем медленно опускалась по животу, стараясь как можно дольше не касаться интимного места, из которого прямо на меня смотрел готовый к удовольствиям член. Не знаю считается ли он большим или маленьким, но по мне так просто огромный. С выпуклыми венками, с розовой головкой, что не просто просит, а уже требует ласк.

В какой-то момент мужчина устал ждать когда же я дойду до самого интересного. Он осторожно взял запястье с зажатым полотенцем и положил на основание пениса. Я сжалась от ужаса и волнения. Почему-то меня до конца не оставляла надежда, что грудью и спиной его мытье закончится.

Что ж, мой покупатель решил иначе. Его право.

Его рука поверх моей начала медленно водить влажное полотенце от основания до самой головки и обратно. Пенис чуть дернулся от приятных ощущений и, как мне показалось, стал еще больше.

Он никуда не спешил, а лишь с легкой ухмылкой смотрел на меня сверху вниз. Казалось, его забавляет наблюдать, как я краснею от смущения, опускаю плечи и прячу от него взгляд.

Свободной рукой мужчина вытянул полотенце и моя ладонь оказалась на теплом, упругом пенисе. Направлять движения он не перестал, напротив, вел чуть быстрее. Он сжимал мою руку, чтобы я почувствовала каждую венку, оттягивала крайнюю плоть, целиком оголяя головку и снова вверх, закрывая ее влажной рукой и сжимая сильнее. До тех пор, пока из его губ не вырвался довольный стон.

От каждого движения пенис то напрягался, то немного расслаблялся. Мне уже самой стало интересно, как долго он может так делать. Судя по прикрытым глазам и тяжелому дыханию, ему все нравилось. Настолько, что в какой-то момент он отпустил мою руку, позволив продолжать двигать рукой так, как научил.

И я старалась. Потому что надеялась, что этого ему точно хватит.

Как же я ошибалась.

Ладони легли на мою голову, нежно погладили, словно прилежную ученицу, и потянули вниз, так что теперь мое лицо было напротив возбужденной головки, по которой легко скользила рука.

– Открой ротик, – прошептал он, притягивая мою голову ближе.

Я подчинилась. И сразу почувствовала прикосновение влажной плоти. Мужчина был осторожен и сначала нежно водил головкой по губам, медленно погружая ее в рот. Понемногу, по чуть-чуть, то введет чуть поглубже, то снова вернется к губам. И снова в ротик, пока мои губы не сжались вокруг крайней плоти.

Он глубоко выдохнул, не скрывая удовольствия, и двинул бедра вперед. Пенис мягко уткнулся в горло. Я попыталась отстраниться, но руки крепко держали голову, но позволяя выпустить пульсирующую плоть.

Еще один глубокий толчок и тихий стон удовольствия над головой. Хотелось вырваться, вдохнуть полной грудью. Он знал, что для меня его плоти слишком много. Знал и не отпускал. Ладони уперлись в его напряженные ноги, но силы были неравны.

Я боялась задохнуться, но в то же время внизу живота медленно завязывались узелки странного наслаждения. Мужчина знает, что нужно делать для удовольствия. Мое дело лишь подчиняться и учиться. Возможно, чуть позже он покажет, как должна получать удовольствие женщина. А пока надо учиться выполнять его прихоти. Раз хочет полностью погрузить свою плоть в меня, надо впустить. Пусть во рту больше нет места, но с каждым толчком я чувствовала, как головка прокладывает путь все глубже, а стоны мужчины становятся все протяжнее.

Пенис легко скользил по влажному рту, то ударяясь о горло, то вырываясь из крепко сомкнутых губ. Он то ускорял движения бедрами, то замирал, снова и снова добираясь до горла.

В очередной раз освободив рот, он позволил мне сделать глубокий, жадный вдох и тут же погрузил пенис назад. На этот раз он быстро скользнул по небу и смог преодолеть упругие мышцы горла. Мой нос утонул в черных, жестких волосках его лобка. Нечем было дышать, не было сил вырваться.

Под юбкой, по напряженным ногам медленно стекали струйки моего сока. Страх и страсть так странно сочетаются. Хочется оттолкнуть мужчину, освободить рот от его плоти и отдышаться. Но в тот же момент я хотела, чтобы он оставался внутри так долго, как сможет. Хотела чувствовать, как пульсирует головка в узком горле, как дергается венка вдоль пениса, что уперлась в язык и позволяет ласкать ее самым кончиком.

Мужчина отпустил руки с головы, зная, что я не посмею шевельнуться и быстро собрал мои растрепанные по спине волосы, обмотав их вокруг руки. Теперь он толкал мою голову сзади, словно надеялся пробраться еще глубже.

В какой-то момент его тяжелые вздохи снова обрели голос, хрипло выталкивая воздух из легких. Я чувствовала, как пенис внутри напрягается, словно сейчас взорвется прямо во рту.

Но вместо победного стона, Охотник резко остановился и высвободил член из моего горла.

– Что еще за колдовство! – воскликнул он, наклоняясь к моей спине.

Я не понимала что происходит. В моей промежности все горело и сжималось от наслаждения, сок тек по ногам ленивыми струйками, требуя немедленного продолжения. Влажный блестящий пенис все еще стоял перед глазами, готовый вот-вот извергнуться семенем. Но его владелец словно забыл, зачем он здесь.

Мужчина отбросил спутанные пряди и рывком стянул рукав платья, оголяя спину и разглядывая родимое пятнышко на лопатке. Всего лишь забавная родинка. Неужто она стоит того, чтобы прерывать страстную встречу?

Охотник выпрыгнул из ванны, подошел со спины и пододвинул так, чтобы мерцающие всполохи свечей падали именно на проклятую родинку.

Я изнывала от желания, особенно когда он проводил пальцем по коже. Была готова на все, лишь бы продолжить.

Мне почему-то казалось, что он специально остановился, чтобы не закончить слишком быстро. Еще минутка, еще мгновение и он придумает следующую сцену страстного спектакля. Возможно теперь моя очередь получить удовольствие? Плевать на невинность! Я готова! Внутри меня все горит и требует продолжения!

– Откуда это?

За спиной раздался серьезный голос. Не сладкий вздох, не стон, а именно ровный и строгий голос. Словно и не было волшебных минут обучения невинной девочки премудростям удовольствия.

– Всего лишь родимое пятно, – прошептала я, возвращаясь в реальный мир. – Оно со мной с рождения. Извините, если вам не по нраву. Я не могу это исправить.

Охотник тер мою спину, словно хотел избавиться от проклятого пятна. А мне было стыдно и неловко. Я, должно быть, настолько плоха в удовольствиях, что какая-то родинка привлекла куда больше интереса, чем все мои старания.

– У тебя имя есть, цветочек из борделя?

Голос мужчины стал спокойнее, но я все равно не решалась повернуться и посмотреть на него.

– Мина.

– Это полное имя?

– Все так зовут, господин.

– А полное есть? – раздраженный голос раскатом грома прокатился по комнате.

Я ссутулила плечи и обхватила себя руками, чтобы чувствовать хоть какую-то безопасность. Разгневанный Охотник – это страшно. Ведь никто не придет на помощь, если он потеряет контроль. А утром лишь хмыкнут под нос – ну что поделать, он же Охотник.

– Тельмина, – одними губами произнесла я.

3 глава

Какая жестокая насмешка судьбы! Много лет Охотники ищут Белый Цветок королевства, а она, похоже, затаилась в борделе.

Иногда юмор богов не просто понять.

Если девчонка окажется Цветком, то Альвису придется долго объяснять, что его член делал в ротике почти божества.

Белые Цветы – девушки, защищающие королевство от больших бед.

На протяжении многих столетий каждую четверть века на земле рождалась девочка с отметиной на коже в виде белого цветочка. С виду обычный ребенок, но именно такая девушка необъяснимым образом могла поддерживать равновесие сил.

Равновесие – вещь шаткая, словно маятник. Стоило ему отклониться в темную сторону, как на земли королевства обрушивались черные дни. Мор, голод, войны – лишь малая часть напастей. Качнется к свету – и наступит ленное блаженство. Люди перестанут работать, размножаться и потеряют интерес к жизни.

Во всем должно быть равновесие. Белые Цветы приходили в мир, чтобы крепко держать маятник ровно посередине. Задача божественных созданий укрощать Белые воды, что стекают с заснеженных вершин Древних гор. Легенды гласили, что эти воды – слезы богов, и лишь Цветок мог утешить их печаль.

Старейшины королевства беспрестанно следили, чтобы избранная девушка ни в чем не нуждалась. Ее селили в лучших покоях замка и исполняли почти любую прихоть, лишь бы она приходила на закрытую площадь в сердце замка, которую разрезал ровно пополам ручей Белых вод.

Если прогуляться по замку, тот можно найти десятки картин с одним сюжетом: девушка в белом платье окунает ладонь в бурлящий поток Белых вод. Так Цветки и делали: приходили на площадь, садились в беседку рядом с водой и проводили время, слушая шепот воду. Им дозволено читать, рисовать, петь, учить науки – все, что пожелают, но недозволенно покидать замок и любить, пока не найдут следующую богиню. Старейшины считали, что любовь и дети будут отвлекать Цветок от обязанностей, а путешествия таят опасности для жизни. Так что цветочки покидали замок невинными созданиями и уже сами решали, как устраивать свою жизнь после окончания службы.

Сотни лет каждые двадцать пять лет в замок приносили новую малышку с отметиной. Родители знали, что у девочки будет власти больше, чем у короля, а у ее семьи все возможные привилегии. Никому из жителей королевства даже в голову не могло прийти прятать ребенка. Ведь это большой праздник не только для семьи, но и для всего народа. Да и навлечь гнев богов мало кто желал. Поэтому малышки прибывали в замок регулярно.

Но в этот раз что-то пошло не по плану.

Девятнадцать лет продолжаются поиски нового Цветка. Первые несколько лет Старейшины не сильно переживали, да и Цветок был еще молодой женщиной, способной удерживать равновесие.

Но шли года, а в замок так никто и не пришел. Тогда король и старейшины поручили поиски девочки Охотникам. Они все равно странствуют по миру, заодно и Цветок поищут. Но даже им не удалось найти следов божества.

Меж тем Цветок в замке медленно угасал, теряя силы. Ее срок давно прошел, отметила расплылась и поблекла, она желала свободы, любви и счастья, но продолжала исполнять свои обязанности. Иначе и быть не могло, ведь от нее одной зависели жизни всех людей.

У бордельной девки по имени Тельмина отметка была яркой и четкой. Как же ее раньше не заметили подружки? Как не заметили родители?

– Ты знаешь, как переводится твое имя?

Альвис тер пальцами родимое пятно на ссутуленной спине в надежде, что это просто грязь. Девушка перед ним тряслась от страха и постоянно извинялась за некрасивый порок.

– Просто имя. Оно никак не переводится, господин.

– Отчего же? На древнем языке оно означает Белый Цветок. Не знала?

– Простите, я не знаю древних языков.

Альвис сделал шаг назад, разглядывая проступающие очертания цветка на красной коже. Не грязь. Он скользил внимательным взглядом по растрепанным русым волосам, хрупким плечам и стройной талии. Ему было интересно, есть ли еще похожие отметки на теле девушки.

– Сними платье, – приказал он.

Она вздрогнула и медленно обернулась, умоляюще глядя на господина большими голубыми глазами:

– Может вы позволите продолжить, как в ванной? Пожалуйста, господин. Я сделаю все, как скажите, только не заставляйте…

Альвис резко перебил ее блеяния:

– Раздевайся.

Она обреченно вздохнула и последовала приказу. Сначала на пол полетел изношенный корсет с потертыми веревками. Оказалось, что платье под ним больше походило на длинную рубаху. Но и оно оказалась на полу. Последняя вещь – юбка, пусть и не сразу, но все же сползла по округлым бедрам и упала в ногах.

Мина стеснительно прикрывала грудь и черный треугольничек в основании ног. Приятное зрелище для мужского взора.

Но прямо в эту минуту Альвиса мало интересовало, что спрятано у девушки между ног. Он взял подсвечник и начал изучать каждый сантиметр бархатной кожи. Шея, плечи, спина. Напряженная фигурка стояла неподвижно и не смела отрывать мужчину от странного занятия.

Грудь. Молодая, упругая. Розовые соски напряжены, аккуратные ореолы в свете язычков пламени отливали шелковым блеском. Альвис почувствовал новый прилив сил в паху, хотя и старый еще не прошел. Внизу все крутило, требовало ласк, страсти, выхода. Но сейчас не до похоти.

Он опустился на колени, водя пальцами по бедрам и опускаясь ниже. Других отметок не было. Темные точки обычных родинок и не более того.

– Господин, что вы хотите найти? – прошептала Мина.

Альвис, стоя на коленях, скользнул взглядом по ногам, остановился на темных волосках лобка и поспешил увидеть лицо. Румяное, смущенное. Глаза прикрыты, волосы едва прикрывали прекрасную грудь.

– Есть еще отметки, как на спине?

Она прикусила губу и едва заметно кивнула.

– Где? Покажи.

Она занервничала, переминаясь с ноги на ногу, и дрожащим пальчиком указала как раз на аппетитный лобок. Мужчина тут же поднес к нему свечи, но никаких отметин не увидел.

– Тут ничего нет, – недовольно ответил он.

– Внутри, – Мина отставила ногу в сторону, указывая на внутреннюю часть бедра.

Поднести свечи к укромному месту не так-то просто, поэтому Альвис приказал лечь на кровать. Девушка нехотя подчинилась и легла на спину, отбросив в сторону копну волос. Красивый жест, он всегда заводил мужчину. Вот и сейчас пенис взбодрился против воли хозяина.

Он же до сих пор голый! И со стоячим естеством разглядывал перепуганное божество!

Прежде чем залезть между ног, Альвис накинул на тело рубаху, чем вызвал еще большее удивление в глазах Мины. Пусть дружок похотливо выглядывал из под краев, все же номинально на нем хоть что-то надето.

Отблески свечи скользнули по внутренней части ног. Он раздвинул их шире, чтобы не обжечь кожу и снова продолжил исследование.

Но как можно искать отметины, когда прямо перед глазами появился сочный, розовый цветок с все еще влажными лепестками. Похоже невинной девочке понравилось, когда рот занят делом.

А может и сейчас нравится, как ловкие пальцы касаются бедер, приближаясь к блестящим половым губам, что едва прикрывают вход, где еще никогда не было мужчины.

От вида женских прелестей пах Альвиса запульсировал, напоминая о неоконченном деле. Он всего на мгновение потерял контроль, а его пальцы уже касались нежных складок, то поднимаясь к вершинке клитора, то осторожно обводя влажный вход.

Мина напряглась всем телом, согнутые в коленях ноги крепко сжали плечи мужчины, но сомкнутся не могли. Она прерывисто вздыхала и иногда поднимала голову, чтобы разглядеть, чем же занят ее клиент.

Нежные ласки заставили клитор моментально затвердеть. Девочка отзывалась на его прикосновения, что заводило, кружило голову и отключало мозги. Отметина никуда не денется, ее можно найти чуть позже. Прямо сейчас его волновал только розовый цветок, готовый распуститься под действием опытных мужских рук.

Альвис отставил подсвечник в сторону, о чем моментально пожалел – его вожделенный цветочек погряз во мраке. Но пальцы чувствовали влагу и едва заметные сокращения. Особенно у самого входа. Нет, он не испортит невинную богиню, но определенно сможет доставить удовольствие иным способом.

Он обхватил напряженный бедра и рывком придвинул к себе. Не теряя ни секунды, он схватил губами твердый клитор, всасывая его, словно сладкий нектар из спелого фрукта. Мина протяжно застонала, выгибая спину, двигая бедрами и без остановки бормоча:

– Что вы творите, господин! Что же вы делаете!

Альвис сам не отдавал отчета своим действиям. Делал то, к чему призывало возбужденное до предела нутро. Одуматься? Остановиться? Не сейчас!

Вслед за языком и губами, до горящего лона добрались пальцы. Ему стало интересно, до какого предела можно довести целомудренный цветочек.

Девушка изгибалась под ним, протяжно постанывая, глубоко вдыхая воздух и напрягаясь всем телом, словно невидимые плети хлестко опускались на нежную кожу.

Она сама потянула руки к его голове, нежно обхватила и придвинула к своему лону. Она хотела больше, глубже и интенсивнее. Ее бедра непроизвольно двигались, то отстраняясь, то припадая к губам и умелым пальцам.

Альвис не посмел погрузить палец в само лоно, но водил вокруг, в поисках чувствительных точек. Он боялся повредить ее, но, в то же время, желал доставить удовольствие невинной девочке, какого она еще никогда не испытывала.

И она отвечала на ласки. Как голодное животное на вкусный кусок. Из ее рта вырывался то стон, то вдохи, руки крепче держали голову, не прося, а требуя довести дело до яркого финала.

Его палец скользнул вниз и остановился у не менее интересной дырочки. Старейшины требуют невинности Цветка? Что ж, они ее получат. Условно.

Одно легкое нажатие и кончик пальца исчез в узкой дырочке. Мина вздрогнула, но противиться не стала. Зато теперь он чувствовал, как внутри нее все сжимается и пульсирует от удовольствия. Невинное божество перестала дышать, откинула голову и беспорядочно цеплялась руками за простынь. Похоже, она впервые ощутила что это такое – быть в объятиях опытного мужчины.

4 глава

Я не понимала, что происходит с моим телом. Удовольствие волнами проходило по коже, будоража каждую клеточку. Сознание улетело куда-то далеко. Я смотрела на себя со стороны и видела девушку, которая то забывала как дышать, то стонала, задыхаясь от наслаждения.

Понадобилось много времени, прежде чем я вернулась в свое тело и осмотрелась. Охотник все еще лежал между раздвинутых ног, довольно улыбался и медленно водил пальцем по внутренней стороне бедер. Как только он приближался к горячей и влажной промежности, я вздрагивала, а он лишь шире растягивал улыбку.

– Тебе все понравилось?

– Это… Это… – я забыла слова, а мысли все никак не могли собраться в голове. – Так и должно быть?

– Если понравилось, то да.

– Очень, – на выдохе ответила я. – А как же вы, господин?

– У тебя остались силы?

– Не уверена, но для вас найду.

Мужчина легко поднял меня с кровати и усадил на самый край. Голова все еще кружилась после удивительного опыта, но я очень хотела завершить начатое в ванной.

Охотник встал напротив и рывком сбросил с себя рубашку. Определенно без одежды он бесподобен. Между моих ног опять поднималась странная, немного колющая волна удовольствия. Его пенис перед моим лицом был все такой же горячий, твердый и требовательный. Все та же венка, что наверняка хотела ласки языком.

Стоило мужчине нависнуть надо мной, как я начала целовать шелковистую головку. Теперь я знала, что надо делать. Влажным языком я провела по нежной поверхности и осторожно погрузила в рот, не переставая проводить кончиком по уздечке. Мужчина томно выдохнул, медленно погружая пенис все глубже. Пока снова не уткнулся в горло.

На этот раз он не держал голову, а позволил все делать самой. И я старалась. Сжимала и разжимала губы, играя языком с головкой и двигаясь все быстрее и быстрее.

Я чувствовала, как внутри меня его плоть наливается кровью и пульсирует. Охотник в какой-то момент обхватил мою голову руками и сам начал контролировать скорость и глубину.

Ему явно нравилось все, что происходит с ним и его пенисом. Он тяжело дышал, переходя на стон, снова и снова прорывался в узкое горло и двигался все быстрее.

А потом замер. И я впервые почувствовала, как из пульсирующей плоти вырывается горячий поток семени, разливаясь по горлу и рту. Струйка его спермы вытекла из уголка губ, падая густыми каплями на волосы и грудь.

Пенис выскользнул изо рта и Охотник обессилено упал на кровать. Его грудь тяжело вздымалась, на лице застыла едва заметная улыбка.

Вернувшись в реальный мир, он сгреб меня с края кровати и положил рядом с собой, одаривая плечи и шею легкими поцелуями.

– Ты смогла удивить, – прошептал он в ухо, все еще тяжело вздыхая. – За это я заберу тебя с собой.

Я устало улыбнулась:

– Вам никто меня не отдаст.

Мужчина повернулся на бок и провел пальцами по груди, сделав оборот вокруг соска.

– Ты же знаешь о Белых Цветах королевства?

– Что-то в детстве рассказывали. Это, вроде, принцессы, которые живут в замке и помогают магам.

– Одна. И не принцесса, а именно Белый Цветок. Думаю, это ты.

Я звонко рассмеялась:

– Кто же пустит девушку из борделя в королевский замок?

– Еще как пустят. Если пройдешь последнее испытание, станешь следующим Цветком.

Теперь настала моя очередь повернуться к мужчине и проводить пальцем по его сильной груди.

– Спасибо за вашу лесть, господин, но для меня она необязательна. Вы меня купили на эту ночь и вправе делать все, что пожелаете. Оставьте сладкие слова свободным девицам.

– Это не лесть, девочка. Завтра ты отправишься в столицу вместе со мной.

– Хозяйка меня не отпустит.

– Твоя хозяйка не откажет Охотнику.

Мне было приятно слышать маленькую ложь из уст мужчины. Не знаю, зачем он решил меня разыграть, но раз ему доставляет удовольствие рассказывать сказки наивным девушкам – пусть развлекается.

А пока он рассказывал милые небылицы про девушек из замка, к которым относятся как к королевам, я прижалась к нему обнаженным телом и забылась в сладкой дреме.

***

Проснулась от того, что меня кто-то бесцеремонно толкал. Сквозь сон подумала, что кавалер хочет продолжения встречи и даже улыбнулась во сне.

Но когда открыла глаза, увидела недовольную физиономию Мирабель. Она нависла над моим обнаженным телом и трясла, что было силы. В свете утренних лучей осеннего солнца ее опухшее лицо выглядело старше лет на двадцать.

– Вставай, лентяйка! – тормошила она. – А ну, немедленно! Тебя ждут!

Я с трудом открыла глаза, пытаясь понять, что происходит и чего это Мирабель так нервничает?

– Я не понравилась Охотнику?

– Понравилась, не понравилась… Вставай уже и одевайся!

– Встаю, встаю, не ворчи.

Я приподнялась на локтях, демонстрируя хозяйке все прелести своего тела. Ни Охотника, ни его одежды нигде не было. Жаль. Мне понравилось то, с какой страстью и осторожностью он со мной обращался. Даже его сказки про Цветочки понравились.

Но я же живу в борделе и волшебные сказки из уст мужчин буду слышать часто. Главное, не сильно обращать внимание. По словам девушек, мужчины любят привирать о своих заслугах даже в компании доступных девушек.

– Мина, одевайся уже! – прорычала хозяйка, бросая платье в лицо. – Развалилась тут принцессой!

– Куда мы так спешим?

– Твой Охотник за тебя заплатил.

Сонный взгляд тут же сменился на испуганный:

– В смысле заплатил?

– Купил! – рявкнула Мирабель. – Сказал, в столицу тебя повезет. Поздравляю, повезло тебе.

Значит, не сладкие песни пел ночью Охотник. Но зачем я ему нужна? Из-за дурацкого пятна? Нет, нет, что-то он недоброе задумал. Где это видано, чтобы странствующие Охотники забирали девушек из борделя? Разве что хочет сделать приманкой для ведьм или колдунов. Вот это больше похоже на правду.

– Я никуда не поеду!

Хозяйка встала посреди комнаты и уперла руки в бока:

– Ты мне тут зубки не показывай. За тебя заплатили, так что собирайся и на выход! От тебя все равно никакого дохода нет.

– Он же Охотник! Зачем ему я? Он меня убьет или скормит великанам. Мирабель, не отдавай меня!

Но женщина не слушала. Она стащила меня с кровати вместе с мятой простыней, чуть не пинками поднимая с холодного пола. Все же Мирабель порой бывает невыносимой гадиной.

Хозяйка позволила взять с собой только личные вещи и под удивленные взгляды проснувшихся девушек вывела на улицу. Недалеко от входа стоял Охотник, держа в рука поводья от огромного вороного коня. Шикарный, как и хозяин в темно-синем плаще. Оружие на поясе, серьезный взгляд, густая шевелюра едва развевалась на легком утреннем ветерке. От ночного любовника не осталось и следа. Теперь передо мной стоял настоящий Охотник.

Редкие утренние прохожие бросали в его сторону заинтересованные взгляды. Девушки из борделя прилипли к окнам и наблюдали, как хозяйка передает меня, как какой-то товар, в руки опасного человека.

– А вещи? Плащ или накидка? Осень на дворе, – недовольно произнес покупатель, разглядывая все то же платье, что и вчера вечером.

В ответ Мирабель наигранно охнула:

– А нет ничего у нашей бедняжки. Она ж сирота, мать при родах умерла и наследства никакого не оставила. Вот все, что есть, – она указала на небольшой сверток в моей руке. – Вот это ее.

Охотник недовольно вздернул брови, пока хозяйка нелепо улыбалась. Ее руки подталкивали в спину, словно на плаху палача. Меня обуял такой ужас, что я забыла как дышать и передвигать ногами. Вцепилась в свой сверток, где лежала серебряная брошь матери да пару монет, и не сводила взгляда с мужчины.

Он легко меня поднял над землей и посадил в седло. Я впервые оказалась на коне и не очень представляла, что надо делать. Запуталась в подоле платья, кое-как перекинула ногу через круп и вцепилась свободной рукой за небольшой выступ седла. Ноги не доставали до стремян и я раскачивалась из стороны в сторону, как последний листок на ветке. Еще и высоко, страшно упасть. А мужчина смотрел на меня снизу вверх и усмехался. Как люди вообще ездят на лошадях? Это же невероятно сложно!

Охотник цокнул коню, легко дернул поводья и молча пошел с сторону центральной дороги, идущей через весь наш городок. Хозяйка кричала вслед, чтобы берег и не обижал, но фальшь в голосе скрыть не могла. Ей было совершенно наплевать, что со мной сделает незнакомый мужчина.

Мы молча шли по центральной улице и я постоянно ловила на себе взгляды прохожих. Ну конечно, они увидели Охотника и девушку в седле его лошади. Никак колдунью поймал и везет на казнь.

Мы бы так и продолжали идти неспешно и молча, если бы кто-то из прохожих не кинул в меня огрызок яблока, сопровождая звонким «ведьма!». На этот выпад Охотник злобно зыркнул в сторону прохожего, ловко вскочил на коня позади меня и пришпорил его.

Меня трясло из стороны в сторону, подбрасывало и даже начало тошнить. Пришлось вжаться в грудь мужчины и схватить его за штаны, чтобы хоть как-то удержаться в седле.

Через двадцать минут мы покинули границы города и только тогда Охотник остановился и спустился на землю. Я попыталась слезть следом, но вместо изящного спуска просто шлепнулась на землю. Какое же позорище! Ни сидеть в седле, ни спуститься с лошади не могу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.