Ася Рейбарх
Эверина. Слезы зверя

Глава 1. Приемная дочь короля

Утренний свет назойливо лез в глаза, стараясь разомкнуть мои закрытые веки. Я зажмурилась крепче и спрятала голову под одеяло. Не хочу просыпаться. Совсем не хочу.

Ещё в течение десяти минут я то погружалась в сон, то возвращалась к реальности. Но вот сердце забилось быстрее, дыхание стало неровным. Всё, больше точно не усну.

Я встала.

– Эви, ты проснулась? – донёсся из-за двери тихий голос.

– Да, бабушка! – отозвалась я и осеклась.

Бабушка умерла позавчера. Сегодня будет прощание.

В комнату вошла горничная Мита, пожилая женщина в строгом чёрном платье и с аккуратным пучком серебристый волос.

Я стояла у окна и вытирала хлынувшие из глаз слезы.

– Эвер, милая, – тихо сказала Мита, приобняв меня за плечи, – нужно поторопиться, скоро начнут приезжать приглашённые. Нужно, чтобы вся семья была в сборе. Иди умываться, а потом я помогу тебе одеться и уложить волосы.

Я пошла в ванную комнату. Холодная вода смыла слезы, но они снова потекли горячими струйками по щекам. «Нужно взять себя в руки. Вся семья должна быть в сборе, – повторила я про себя слова горничной и зарыдала. – У меня больше нет семьи!»

Бабушка была моим единственным родным человеком. Сколько я себя помню, мы жили с ней в этом дворце – она была няней принцессы Софионы и принца Леомира. Король Велиор, когда нанимал её на службу, позволил взять меня с собой. Я была тогда совсем малюткой и оставить меня было не на кого. Я росла рядом с королевскими детьми, и в общем-то чувствовала себя почти что их сестрой. Меня никогда не обижали, король всегда делал мне подарки к праздникам, я участвовала во всех детских забавах. Даже учились мы с Лео вместе, правда, только до двенадцати лет. Потом, конечно, обучение наследника стало намного серьёзнее. Но все равно я прекрасно понимала, что не являюсь частью королевской семьи. Теперь, когда бабушки не стало, меня вряд ли оставят здесь. Мне, конечно, уже семнадцать, но ведь я совсем одна в этом мире…

– Эви, у тебя все в порядке? – от безрадостных размышлений меня оторвал встревоженный голос Миты. – Пожалуйста, поторопись.

–Иду! – я ещё раз плеснула холодной водой на лицо и вышла из ванной.

– Сегодня мы прощаемся с дорогим нашему сердцу человеком. С человеком, мудрости, доброте и преданности которого не было равных во всем королевстве. Анита была не просто няней, для нашей семьи она стала по-настоящему родной. Тепла её души хватало на всех. С ней первой делились своей болью и дети, и мы с супругой, и близкие друзья нашей семьи. Для каждого она находила слова утешения и поддержки. Сегодня наш дом осиротел. Сердца переполняет скорбь. Прощай, Анита. Ты с честью прошла свой путь до конца и оставила в этом мире свет и тепло воспоминаний. Твоя душа теперь свободна от оков земной жизни. Пусть её вечный полет будет прекрасен. А мы не перестанем помнить и любить тебя до конца наших дней. – король Велиор закончил речь и опустился на колени перед гробом бабушки.

Через несколько минут абсолютной тишины он поднялся и отошёл, чтобы пропустить остальных попрощаться. Ко мне подошёл Лео, взял за руку и прошептал:

– Давай подойдём вместе, я один разревусь, как девчонка, а потом будет стыдно.

– А со мной рядом не разревешься?

– Нет, с тобой рядом я буду успокаивать тебя.

Принц Леомир, Лео… Мы с ним почти ровесники, он младше меня всего на восемь месяцев. И почему-то с ним мне всегда было очень легко. Нет, конечно, с Софи мы тоже дружны. Она на два года старше меня, такая открытая и добрая, такая нежная и женственная, с самого детства. Я помню, как восхищалась ей лет в пять-шесть. У меня в это время синяки и ссадины на руках и ногах заживать не успевали, и ни одно платье дольше пары дней не жило, а она уже училась носить диадему и туфельки на небольшом каблуке. Софи никогда не насмехалась над моим растрепанным видом, а просто усаживала напротив зеркала и приводила в порядок. «Давай поиграем в принцесс» – предлагала она. «Софи, ты и так принцесса» – смеялась я. «Одной принцессой быть скучно, давай вместе».

Мы наряжались и примеряли украшения, устраивали приёмы, на которые торжественно приглашали Лео и мою бабушку, а иногда и короля с королевой. Королева Дианесса, правда, всегда отвечала на наши приглашения снисходительным отказом и просила не забыть убрать за собой, когда «приём» закончится. Зато Велиор, если был не занят, всегда играл вместе с нами. А с принцем мы были вообще не разлей вода. Мы исследовали, кажется, все самые заброшенные и отдаленные уголки огромного королевского дворца и дворцового сада. Однажды даже умудрились заблудиться. Король и бабушка искали нас с обеда до позднего вечера, а на следующий день Его Величество лично провел нам экскурсию по самым интересным местам, где он сам играл, когда был ребенком.

Мы подошли к гробу последними. Лео взял меня за руку.

– Эви, мы ведь её никогда не забудем, правда? – прошептал он.

– Нет… – еле слышно ответила я.

Я боялась посмотреть на покойную. Мне не хотелось, чтобы её безжизненное лицо осталось в памяти. Я запомню свою бабушку живой: серо-зелёные глаза в лучиках неглубоких морщин, тёплая улыбка, ласковый голос.

– Ты помнишь песню про лесную королеву? – спросил Лео.

– Помню, – отозвалась я, – про задумчивую королеву.

– Да. Я так любил, когда няня нам её пела.

Мы поднялись с колен и уже собирались отойти от гроба, но тут я все-таки взглянула на бабушку. И вздрогнула: она совсем не была похожа на мёртвого человека. Казалось, что она просто спит. И сон этот явно идёт ей на пользу. Кожа на щеках была светлой, с розоватым оттенком и даже морщин будто бы стало меньше. Я снова опустилась на колени и припала губами к её рукам, сложенным на груди. Они были холодны, как лёд.

– Пойдём, Эви, пожалуйста. Я не хочу расплакаться при всех. – Лео осторожно погладил меня по голове.

Прощание подходило к концу. Людей было не очень много: члены королевской семьи, ближайшая прислуга, друзья короля.

Я никак не могла до конца справиться со слезами. То отвлеклась, то вдруг опять глаза застилала пелена.

Король чутко следил за моим состоянием, и часто подходил, чтобы поддержать. А Лео и вовсе не отходил от меня ни на шаг.

Вечером, когда я уже переоделась ко сну, мне в комнату постучала Софи:

– Эви, давай сегодня спать вместе. Можно, я останусь у тебя?

Я обняла её, и мы, проплакав так с полчаса, заснули.

На следующее утро за завтраком король сказал мне:

– Эвер, задержись пожалуйста, нам нужно поговорить.

Я почтительно склонила голову в знак согласия и подумала: «Ну вот и все. Это мой последний день во дворце». Еле заставила себя поесть и сидела, не смея поднять глаза. Я боялась пересечься взглядом с Лео или Софи и разрыдаться. После завтрака король повёл меня в свой кабинет.

О, это святая святых! Нам, детям, даже приближаться к нему было запрещено. Когда мы с Лео были маленьким, мы в поисках приключений пробирались в западное крыло замка и подходили к массивной деревянной двери, украшенной бронзовой вязью.

– Отец держит там феникса, я слышал, как он каркал! – с серьёзным видом заявлял Лео.

– Феникс не каркает, – спорила я, – феникс свистит. Мне бабушка читала книжку о магических животных, я знаю.

– Ничего ты не знаешь, когда феникс злится, он каркает.

– Ну и на кого ему злиться?

– На летучих мышей.

– Эти-то что там делают? – закатывала я глаза.

– Отец учит их находить и приносить лечебные ночные цветы.

Каждый раз, специально или нечаянно оказываясь около этой таинственной двери, мы строили самые невероятные догадки о том, что же скрыто за ней. Потом, правда, наш интерес поубавился, мы стали старше. И вот сейчас моё сердце пропускало удары в страхе перед неизвестностью. Вот бы за дверью оказался дикий дракон. Он бы просто сожрал меня, и не пришлось больше мучиться!

Король Велиор открыл дверь, пропуская меня вперёд. Просторная светлая комната была поделена на две части – это сразу бросалось в глаза. Одна часть действительно напоминала рабочий кабинет политика: высокие, до потолка, книжные стеллажи, полные толстых книг в кожаных с золотым тиснением переплётах, у окна – массивный стол, стопки бумаг, письменный прибор. Настенные часы с тремя циферблатами, показывающими разное время. На стене – огромная карта, очень красочная и подробная. В центре – круглый стол, пять тяжёлых стульев вокруг.

Вторая часть, та, что находилась в глубине, дальше от входа, больше походила на лабораторию. У дальней стены, поблескивая стеклянными дверцами, стояли шкафы с посудой для химических опытов. Там были пробирки, реторты и колбы самых причудливых форм. В отдельном шкафу хранились стеклянные сосуды с жидкостями разных цветов. Длинный металлический стол, шкаф с медицинским инструментами. Пара небольших книжных полок на стенах. В углу – умывальник и зеркало. Ни феникса, ни летучих мышей, никакой другой магической или обыкновенной живности. Только две большие причудливые лианы, растущие в массивных горшках у стен друг напротив друга, тянулись вверх и переплетались под потолком, образуя арку, разделявшую части кабинета.

– Эви, давай я сначала тебя осмотрю. – сказал Его Величество.

Я привычно протянула вперёд руки ладонями вверх. Король взял их, положил большие пальцы мне на запястья.

Король Велиор обладал магией исцеления. То есть, это была его основная магическая специальность. Он лично курировал деятельность Академии магической медицины. Раньше, ещё до рождения детей, он часто сам принимал больных. Сейчас же, конечно, попасть на личный приём к королю удавалось только пациентам с редкими, исключительными заболеваниями. Благо, за время своего правления он навел порядок в медицинской сфере, и хороших образованных целителей теперь в королевстве достаточно.

Но лечением домочадцев Велиор почти всегда занимался лично.

– Так, ну физически ты здорова. На душе есть тёмные пятна, но это не удивительно: вот эти, темно-синие – скорбь, у нас у всех сейчас такие есть. А вот эти, чёрные, с равными расползающимися краями – страх. Причём сильный. – король внимательно посмотрел на меня ещё раз. – Ну ничего, ничего… Присядь, давай поговорим.

Мы сели рядом у круглого стола. Сейчас вдруг мне почему-то абсолютно не верилось, что король Велиор позвал меня в кабинет, чтобы сообщить о моем изгнании. Он же всегда заботился о нас с бабушкой, и теперь смотрел на меня с таким теплом и участием…

– Ну-ка дай ещё раз ладошки. – он снова ненадолго взял мои руки в свои – Вот, уже бледнеют пятнышки. Хорошо.

–Да, я уже не боюсь. – подтвердила я.

– Я вообще не понимаю, чего ты испугалась. Эверина, с сегодняшнего дня ты – моя приёмная дочь. Я всегда так к тебе и относился, ты ведь знаешь. А теперь, после смерти Аниты, документ составлен уже официально. Никто в этом дворце и во всем нашем королевстве не посмеет тебя обидеть.

– Правда? – пролепетала я и, не выдержав, обняла короля и расплакалась.

– Девочка моя, надо было мне сразу с тобой об этом поговорить, как же ты успела себе навредить за эти несколько дней! Запомни, миллион раз вам с Софи говорил, но все бесполезно: если телесные болезни происходят из-за воздействия внешних сил, то душу свою мы чаще всего раним сами. Но вы же девочки, вам же нужно попереживать, а потом приходится восстанавливать энергетические слои. Хорошо хоть, что они сейчас у вас очень легко и без последствий заживают.

– Я больше не буду…

– Будешь, конечно. Я же все понимаю. Главное, не доводить до сильных повреждений. Посмотри на меня, я хочу, чтобы ты запомнила то, что я сейчас скажу.

Я подняла глаза.

– Только ты сама в ответе за свою душу. Никто, даже самый сильный маг во всем мире, не сможет ее уничтожить, пока ты сама не позволишь.

Я кивнула в ответ.

– А теперь, кстати, о магии. Тебе пора определяться со специальностью. Ты ещё не думала об этом?

– Думала. У меня есть несколько вариантов… – неуверенно произнесла я .

– Хорошо. Какие?

– Мне бы хотелось стать целителем, как Вы, или заниматься чем-то, связанным с лесом, и животных я тоже очень люблю.

– Да, столько больных птичек, мышек, кошек и собак, сколько ты перетаскала сюда, пока была маленькая, этот дворец за все пятьсот лет своего существования не видел! – рассмеялся Велиор. – И ведь всех всегда спасала. Ни один зверёк, попавший к тебе в руки, не умер. Я думаю, мы можем совместить все твои увлечения. Ты ведь знаешь, что леса занимают почти половину нашей страны. Это много.

– Да, много, – согласилась я.

– И за ними надо следить.

– Этим занимаются лесничие в каждой провинции.

– Точно. Устройство государства вы, по-моему, уже проходили. И ты хорошо выучила этот предмет.

– На «отлично»! – похвасталась я.

– Ну конечно, ты же умница. – улыбнулся Велиор. – Тогда, может быть, ты заметила несовершенство нашей государственной системы в этой области?

Я задумалась. А потом начала рассуждать:

– При том, что леса составляют значительную часть территории государства, управление ими осуществляется только на местах. А ведь лес – это единый организм, ему все равно, в какой провинции он растёт. За какими-то участками следят лучше, за какими-то хуже. И, например, если где-нибудь на таких неухоженных территориях появляются вредители, они могут распространиться дальше и пострадает весь лес в целом. То же самое произойдёт и с болезнями животных.

– Ты довольно точно описала проблему. Как можно её решить, как ты думаешь?

– Нужно создать министерство леса. – предположила я.

– Молодец. Над названием мы ещё подумаем. Но суть ты поняла правильно. Нужно объединить разрозненные лесные хозяйства под началом одного человека, который был бы в курсе всего, что происходит на обширной лесной территории. Я планирую со временем доверить эту работу тебе.

– Ух ты! – совсем по-детски восхитилась я, и тут же постаралась исправиться, напустив на себя очень серьёзный вид. – Это большая честь для меня. Но работа в такой должности требует тщательной подготовки.

– Этим ты в ближайшие несколько лет и будешь заниматься. – подытожил король. – Я думаю, у тебя всё получится.

Из кабинета Велиора я уходила окрыленной. Кажется, мне можно больше не бояться собственного будущего.

Наверное, надо рассказать, откуда взялась у меня, девочки, выросшей в стенах королевского Дворца, такая любовь к лесу. Моя бабушка, ещё до того, как стала няней Лео и Софи, жила в провинции Яардаль. Отец её был лесничим. Она часто вспомнила свои детские годы, проведённые в небольшом, но очень уютном домике на окраине Яардальского леса.

«Люди думают, что такая жизнь подходит только для отшельников, а на самом деле в лесу невозможно остаться в одиночестве. – говорила мне бабушка. – Лес говорит с тобой тысячей разных голосов, нужно научиться его слышать. Я это умею с детства. Ещё совсем маленькой, лет пяти от роду, я любила играть в лесу больше, чем с другими мальчишками и девчонками. Отец, бывало, отправлял меня в деревню к тётке, но я оттуда уходила обратно в наш дом на опушке и до вечера бродила в лесу неподалёку, ждала, пока он вернётся домой. Тётя, конечно, с ума сходила, когда не дожидалась меня ни к обеду, ни к ужину. Отец в конце концов оставил попытки приучить меня к жизни в деревне и стал брать с собой. Мы уходили из дома рано утром и до самого вечера обходили разные участки. Он внимательно осматривал деревья, наблюдал за поведением птиц. На ходу делал отметки в толстой тетради. Я поначалу засыпала его вопросами, но он запретил мне болтать без умолку.

– Ты своим звонким голоском зверей и птиц пугаешь! Они прячутся и затихают. Я так могу пропустить какие-нибудь важные вещи. Пока мы в лесу, смотри, подмечай что-то, чего раньше не было, или то, что необычным покажется, а вечером дома будем обсуждать. – строго сказал он мне однажды.

И с тех пор я начала учиться слышать лес. Сначала все сливалось в монотонный шум, а потом я начала различать голоса птиц, фырканье, рычание, хруст веток, шорох опавших листьев. Стали появляться и первые лесные друзья. Один раз, выходя утром из дома, я почувствовала, как на меня с нижней ветки сосны кто-то внимательно смотрит. Подняла вверх голову и увидела двух белок. Они не убегали и не прятались, а с любопытством меня разглядывали. Я протянула им на ладошке несколько орехов. Зверьки спустились по стволу и взяли из моих рук угощение. Когда они перестали жевать и застрекотали на своём беличьем языке, мне показалось, что я понимаю, о чем они говорят.

– Мне мало, я хочу попросить ещё! – цыкнула та белка, что была поменьше.

– Не вздумай, мало ли… – отозвалась вторая.

Я сначала сама себе не поверила, но на всякий случай протянула ещё пару орехов. Маленькая белочка проворно схватила один из них. «Вот это да! Я их понимаю!» – удивилась я. Вечером я рассказала отцу о своём открытии. Он выслушал меня внимательно и погладил по голове:

– Рановато твоя магия начала себя проявлять. Но это не плохо, чем раньше начнёшь осваиваться, тем лучше. Ты будешь сильнее меня: я только чувствую их беспокойство и боль, а ты сможешь понимать точно. А деревья ты слышишь?

– Пока не пробовала. – ответила я.

– Попробуй. Хотя такой дар встречается очень редко, но может быть, у тебя получится.

Я стала ещё внимательнее вслушиваться в звуки леса. Подолгу могла стоять возле какого-нибудь дерева, почти не дыша, даже обнимала ствол и прислонялась ухом к шершавой коре. Ничего не получалось. До тех пор, пока однажды я случайно не оказалась в лесу во время грозы. Просто загулялась, отошла далеко от дома, не заметила, как начали сгущаться тучи. Мне было тогда лет восемь. Вообще-то, я грозы не боялась. Но в этот раз после самых первых раскатов грома мне стало как-то не по себе. Тревога все нарастала и нарастала с каждой минутой. И тут сквозь протяжный гул ветра я различила голос. Он был очень низким и тягучим, как смола. Слова выходили невероятно медленно, у человека даже не получилось бы так сказать – не хватило бы дыхания. Я смогла разобрать только: «беда» и «огонь». И вдруг в трех метрах от меня сверкнула молния и заполыхала высокая сосна. Меня обдало жаром, а над головой будто что-то взорвалось – это прогремел оглушительный гром. Я вскрикнула и упала на землю. Через несколько секунд опомнилась и побежала к дому. Отец уже шёл мне навстречу. «Загорелось! – прокричал он. – Скорее к дому. И сразу спустись в подвал».

Пожар тогда удалось потушить.

Я не стала рассказывать папе о том, что услышала. Мне хотелось убедиться, что мне не показалось. Но больше никогда ничего подобного со мной не случалось. Зато болтовню зверей и птиц я стала слышать отлично! Уже и сама не рада была. О спокойных прогулках по лесу можно было забыть. Правда, конечно, и помогать им стало гораздо легче. Когда обитатели леса догадались, что я их понимаю, они стали сами обращаться ко мне. Очень странно, наверное, выглядела со стороны девочка-подросток, у ног которой сидели и громко верещали серые длинноухие зайцы. Я помню, они тогда заявились ко мне всем семейством и жаловались на то, что слишком быстро пришла зима. Выпадавший снег не таял, а они не успевали сменить окрас. Я пыталась их успокоить, но ничего не получилось. На шум вышел из дома отец. Увидев эту картину, он захохотал, да так громко, что зайцы прижал уши и чуть было не дали стрекача. Я объяснила ему, в чем дело. Папа закрыл глаза, выставил правую ладонь вперёд, и все до одного зайца мгновенно побелели. Я впервые так близко увидела, как он колдует. И пришла в восторг!

– Через три дня будет оттепель, снег растает, и ляжет снова только через неделю. Если эти наглые создания опять заявятся сюда и будут требовать, чтобы ты их перекрасила обратно, посоветуй им изваляться в грязи! – сказал он и погладил меня по голове».

Бабушка рассказывала мне много других историй, но все они были связаны с её детством. Ни разу она не говорила со мной ни о юности, ни о взрослой жизни. Я иногда расспрашивала её о своих родителях, но все равно знала о них очень мало. Маму мою, как и меня, звали Эвериной, а отца… Бабушка так и не назвала мне его имени. Она говорила, что они погибли во время нападения варваров на деревню, когда я была совсем маленькой.

Об этих нападениях я знаю из уроков истории. Раньше наши города и деревни время от времени атаковали варвары: это дикие люди, живущие глубоко в лесах или в горах, там, куда не распространяется власть ни одного из королевств. Вообще-то они не воинственны, а наоборот, очень пугливы и не любят встречаться с цивилизованными людьми. Но раз в несколько лет что-то на них находило. То ли бешеные лисы их кусали, то ли племенные шаманы до одури напивались магического зелья, и вели дикарей на войну. В любом случае, набеги их были очень неприятными. Мы, правда, давно научились справляться с их грубой незамысловатой магией. Каждый взрослый житель нашей страны с лёгкостью мог противостоять нескольким дикарям, а детей и стариков обычно успевали эвакуировать в один из миров, созданных придворными демиургами специально для этих целей. Почти никто не погибал во время таких атак. Только по роковой случайности или из-за собственной неосторожности. Так случилось как раз с моими родителями.

Нам рассказывали, что цивилизованные люди давно могли бы объявить на дикарей охоту и перебить их всех, как зверей. Но это нарушило бы баланс на земле, и хранители строго запретили убивать варваров просто так. Только в целях самообороны. Ослушаться хранителей не решилось ни одно королевство. И поэтому варваров или следы их присутствия и по сей день встречают в глухих уголках страны. Правда, они не нападали на нас уже очень давно. То сражение, в котором погибли мои мама и папа, стало последним в жизни страны. По крайней мере, пока что.

Вот так я и росла: не зная своего прошлого, с трудом представляя себе будущее, но такая счастливая в настоящем. Сейчас, когда бабушки не стало, я конечно, часто грустила и, бывало, чувствовала себя одиноко.

Хотя теперь у меня была цель: оправдать доверие приёмного отца.

Глава 2. Каждый сам находит дорогу.

– Отец говорит, что ты определилась со специальностью. Молодец! – сказал Лео, когда мы после завтрака вышли прогуляться в парк.

– Да. Я хочу заниматься лесом. – ответила я.

– А я все никак не выберу, – грустно продолжил принц. – Давно уже пора, мне тоже скоро семнадцать. Мама сердится, называет меня бездельником. А я просто не знаю, где смогу быть полезен больше всего.

– Ты очень талантливый, Лео. – мне захотелось поддержать его. – У тебя все получится.

– Не знаю. Отец спросил, не хочу ли я стать демиургом, но, когда я поделился этими мыслями с мамой, она разозлилась еще сильнее. «Ты даже в своей комнате не можешь порядок навести! Ты не сможешь создавать миры!» – вот так она мне и сказала. А ты знаешь, мне идея отца понравилась. Я и сам об этом думал.

– Лео, из тебя выйдет отличный демиург! А королева… Она же маг порядка. Конечно, ей кажется, что ты не справишься.

Демиурги в нашем королевстве, да и в других тоже, занимаются созданием тонких миров, которые могут служить убежищем на случай войны или эпидемии. Это происходит так: стариков, детей, и женщин, которые не способны держать в руках оружие и не владеют магией исцеления, отправляют в надежные подземные убежища. Там маги-лекари погружают их в сон, а демиурги помогают их сознанию переместиться в тонкие миры. Получается, что крепкие своды подземелий защищают от врагов и болезней тела людей, а тонкие миры оберегают от страхов и тревог их души.

А еще у нас принято считать, что в таких мирах могут находиться души людей, прошедших свой земной путь до конца. Конечно, никто не знает наверняка, так ли это, но нам хочется думать, что, создавая прекрасные миры, мы заботимся и о тех, кого уже нет с нами.

Обычно каждое королевство имеет от одного до пяти таких искусственно созданных тонких пространств. Создавать больше не принято – это очень трудоемкий процесс, требующих огромных затрат энергии. Обычно за жизнь демиург может создать и поддерживать в хорошем состоянии только два, максимум три мира. На большее количество не хватает сил ни у кого.

Специальность демиурга очень редкая. Да в общем, их и не нужно много. В небольших королевствах часто бывает только один такой маг, в самых крупных и влиятельных государствах – трое или четверо.

А маги порядка – такие, какой была наша королева, – это помощники демиургов. Они проверяют созданные миры на пригодность. Дело в том, что фантазия – необходимое качество для создателя мира – иногда заводит демиурга так далеко, что создание его просто не может нормально существовать. Одни законы противоречат другим, все сталкивается и перемешивается, не подчиняясь никакой логике. В этих случаях маги порядка «редактируют» тонкое пространство – приводят его в надлежащий вид. Бывает, мнения создателя и «редактора» не совпадают, и дело доходит до серьезных конфликтов.

– У твоей мамы очень нервная работа, и похоже, профессиональная деформация! – попыталась пошутить я.

– Наверно… – улыбнулся Лео.

– Выше нос! Таких фантазёров, как ты, еще поискать!

– Спасибо, – улыбнулся принц.

– А еще ты очень добрый! – добавила я и обняла его.

Принц тоже обнял меня и покраснел.

– Ну ладно! Пойдем учиться! Ко мне сегодня новые педагоги придут, по лесной магии и, кажется, исторической грамматике. Будет невежливо, если я опоздаю.

– Пошли! – подхватил Лео, а потом добавил – Спасибо. Знаешь, ты права. Я попробую. Пойду к отцу, скажу ему, что определился.

– Вел, ты сошел с ума! – королева влетела в кабинет, как разъяренный дракон. – Он не справится, он слишком несобранный, это во-первых, а во-вторых, король-демиург – это невообразимо! Ты же знаешь, сколько энергии требует эта магия. У Лео не останется сил управлять страной! Все рухнет, понимаешь ты или нет?!

– Если бы ты не была моей женой, я бы отправил тебя за дверь… прямо в дворцовую темницу. – спокойно ответил король. – А так, дорогая, присаживайся и давай поговорим.

– Ты не слышишь меня! – продолжала Дианесса. – Ты погубишь нашего сына!

– Успокойся. Ты сгущаешь краски. Лео как раз-таки сможет создавать миры. И именно потому, что относится ко всему нестандартно. Знаешь, если уж ему удается перебороть твой постоянный контроль, совладать с податливым тонким миром он сможет с легкостью.

– Ну да! Ты давно был в его комнате? Это же первозданный хаос!

– Позавчера. Всё там в порядке, мне даже понравилось. Всё под рукой.

– Всё: книги, фрукты, колба с цветочным нектаром и банка, в которой сидит одноногий кузнечик. Я, когда зашла, чуть в обморок не упала!

– У Лео еще нет своей лаборатории. Он только два дня назад сказал мне, что определился со специальностью. Но она будет, очень скоро. Сын сразу начал экспериментировать. Значит, ему и правда хочется этим заниматься. Я не пойму только, зачем он так сразу тебя в свои планы посвятил. Знал же, что ты будешь против.

– Не посвящал он меня ни во что. Сама догадалась. Ну и Парфениус в наш дворец тоже, наверно, не случайно заявился с утра пораньше.

– Он приехал? Почему мне не доложили.

– Можешь считать, что доложила. – голос Дианессы стал мягче, хотя в нем еще слышались нотки недовольства.

– Пойду встречу. – Велиор подошел к двери.

Но потом вернулся, обнял королеву и поцеловал ее в висок.

– Не переживай. Я люблю тебя.

Не смотря на всю жесткость своего характера, королева не могла злиться на мужа долго. Его спокойствие и неизменный оптимизм всегда гасили разгоравшуюся в ее душе тревогу. А умение короля вовремя напомнить ей, что она прежде всего – любимая жена, а потом уже все остальное – обезоруживало.

В конце концов, король всегда оказывался прав. Поэтому к его мнению непреклонная с другими маг порядка все-таки прислушивалась.

«Надо, наверно, пойти поговорить с сыном, – размышляла она про себя. – Или пока не надо?.. Нет, сделаю вид, что ни о чем не догадываюсь. Пусть попробует».

– Парфениус, извини, что заставил ждать.

– Ничего страшного, Ваше Величество, – почтительно ответил маг-демиург.

– Очень рад тебя видеть. Как дела в Карнакасе?

– Все хорошо. Нападений не было вот уже десять лет, а с тех пор, как наши маги стали проходить практику в Вашей Академии магической медицины, эпидемии стали редкостью.

– Отлично. Значит, я тебя не сильно отвлекаю от государственных дел?

– Нет, что Вы. Быть наставником Вашего сына – это большая честь для меня.

– Я подумал, что будет правильным пригласить демиурга из дружественного государства. Все-таки, другое видение мироустройства пойдет Лео на пользу. Наш маг не плох, и мог бы обучить его технике создания миров, но тут важна не только техника, но и новизна, другой угол зрения. Мне так кажется.

– Вы правы. Я тоже отправил своего сына учиться подальше от дома.

– Он решил пойти по твоим стопам?

– Да. Тоже собирается стать демиургом.

– Вот и хорошо. Располагайся. Тебе нужно отдохнуть. Вечером я познакомлю вас с Лео. Через два дня будет полностью готова лаборатория. Там уже заканчивают устанавливать мебель. Тогда вы сможете приступить к занятиям. А пока есть время на то, чтобы получше друг друга узнать. Я думаю, это лишним не будет.

– Конечно. Принц должен начать мне доверять, иначе обучение пойдет туго.

– Не буду больше задерживать. Мита проводит тебя в твою комнату. До вечера, Парфениус.

– Спасибо, Ваше Величество. До встречи.

Мои занятия на сегодня закончились. До ужина оставался еще час. Я вышла в сад и направилась в восточную беседку. Наше с Лео любимое место: восемь белых колонн, обвитых сиреневыми клематисами, под голубой полупрозрачной крышей. Рядом пруд с белыми лилиями. Тихий отдаленный уголок. Я специально не стала искать принца – вдруг он занят. Но все-таки надеялась его там встретить.

Беседка была пуста. Я спустилась к воде. Столько мыслей и впечатлений! Как же хотелось побыстрее ими поделиться. Новые предметы оказались очень увлекательными. На занятиях по лесной магии мы начали проходить психологию растений. Даже не знала, что такое бывает! А оказывается, есть исследования, которые помогают понять характер и настроение растений. Видимо, именно этими знаниями обладал мой прадед – лесничий. А на исторической грамматике мы говорили о праязыке. Это самый первый язык на земле, который возник в то время, когда цивилизаций еще не существовало. Как рассказал мне учитель, это была единая система звуковых сочетаний, понятная всем живым существам. Позже у людей праязык развился до первобытного человеческого наречия, не понятного для растений и животных, а еще позже наречие это превратилось во множество разных языков. Из-за этого и люди из разных уголков земли перестали понимать друг друга. А языковая связь с другими представителями живого мира считается и вовсе утерянной. По крайней мере, для тех, кто не обладает соответствующими магическими способностями. Насколько я поняла, как раз моя бабушка могла частично ими владеть. Но мне даже учитель сказал, что это очень редкий дар. Потихоньку, на уровне ощущений, в моей голове начала складываться единая картина. Это были пока только наброски, но уже становилось понятно, к чему я должна стремится, чтобы стать специалистом. Меня переполняло желание учиться! Ну где же Лео!

– Попалась! – прозвучало над самым ухом.

Я вздрогнула и рассмеялась:

– Это ты попался, я давно тут в засаде сижу!

Лео смотрел на меня и улыбался.

– Ах вот как! – он несильно толкнул меня в сторону воды, но сам же и удержал. – В последний раз спасаю!

– Да ладно! – рассмеялась я. – Давай рассказывай, что отец сказал?

– Одобрил. Приказал оборудовать лабораторию для занятий. В подвале под западным крылом. Помнишь, там такие длинные узкие коридоры и несколько запертых дверей. Вот, за одной из них, оказывается, когда-то давно была лаборатория моего пра-пра-, что ли, прадеда. Он тоже был демиургом. Там, конечно, нужен основательный ремонт и новое оборудование, но помещение надежное.

– Ух ты! – выдохнула я.

– А пока я прямо в комнате развел бурную деятельность. Нашел кузнечика без одной задней ноги. Ну, ему все равно не жить, да и вообще они всего одно лето живут…

– Ну и что ты сделал с бедным насекомым?

– Ты знаешь, все хорошо с ним. Я создал сферу, примерно метра два в диаметре, где гравитация в три раза слабее земной. Он там и на трех ногах передвигается. Правда, его пока сносит в сторону. Скачет кругами. Но зато условия удалось создать неплохие. Температура, влажность, пища – по-моему, он доволен.

– А может и лапку ему удастся отрастить?

– Я об этом думал. Пока не знаю, как. Ну а у тебя что?

– А у меня – психология растений! – с умным видом выговорила я.

– Вот это ничего себе! – с такой же интонацией произнес Лео.

– Ага. И праязык. Представляешь, когда-то давно мы могли общаться с деревьями. И все друг друга понимали.

– Не представляю, хотя тоже что-то об этом слышал.

– А к тебе приехал учитель?

– Да. Мита сказала, что приехал. Наверное, нас за ужином друг другу представят.

– Волнуешься?

– Ну есть такое.

– А королева как? Уже знает.

– Скорее всего, нет. А то она бы меня уже достала своими упреками.

– Может быть, отец ее переубедил?

– Посмотрим.

Мы поговорили еще немного и отправились во Дворец.

Вечером нас ждал очень богатый ужин – в честь демиурга Парфениуса, конечно же.

– Дорогой Парфениус, я рад представить тебе своих детей. Принцесса Софиона, принц Леомир и моя воспитанница и приемная дочь – Эверина. Дети – это наш с королевой старинный друг, магистр Парфениус, демиург королевства Карнакас.

– Мое почтение, магистр! – сказал Лео.

– Рада с Вами познакомиться! – лучезарно улыбнулась Софи.

– Большая честь для меня! – я сделала реверанс.

Все сели за стол. Королева и демиург весь вечер вспоминали одну давнишнюю совместную работу. Парфениус тогда только начал служить при карнакасском дворе и это был первый его государственный проект. У Дианессы же уже был неплохой опыт. И ее пригласили помочь начинающему демиургу.

– Когда я узнал, кто будет редактировать мою работу, я чуть с ума не сошёл от страха. О строгости Дианессы ходили самые ужасные слухи. Она никому не давала спуску. – произнес магистр.

– Я была молода и буквально горела своей работой. Ну и перегибала палку, конечно. – с улыбкой ответила королева. – Хотя, честно говоря, первые демиурги, с которыми мне довелось работать, всё это и правда заслужили.

– Наверно. Но мне как новичку от этого не легче было. Я тогда так боялся твоей оценки, что мне казалось, я под землю провалюсь, когда услышу критику.

– Да, я, помню, была настроена разнести все твои идеи в пух и прах! – рассмеялась Дианесса. – Но стройность твоих мыслей очень приятно удивила меня. Я сделала всего несколько незначительных замечаний. А вообще, для начинающего создателя твой мир был просто идеальным!

– Мне и сейчас приятно это слышать, а тогда после твоей похвалы у меня просто крылья выросли!

– Я рада, что именно ты станешь наставником Лео. Он в целом талантливый парень, но будь с ним построже.

Леомир с удивлением посмотрел на мать.

– Вот как?! – шепнул он мне еле слышно.

– Она в тебя поверила. – так же шепотом ответила я.

Магистр Парфениус был статным, начинающим уже седеть, брюнетом лет 50. В его глубоких темных глазах ясно читалось спокойствие и уверенность в себе. О мастерстве карнакасского демиурга знали далеко за пределами этого королевства. При этом держался он очень просто, как со взрослыми людьми, так и с детьми, и сразу располагал к себе любого собеседника.

– Ты над чем-нибудь сейчас работаешь, Леомир? Я ведь могу называть Вас на «ты», как своего ученика, Ваше Высочество? – обратился он к принцу.

–Конечно, магистр, – смутился Лео. – Я… Может быть, это ерунда… Я создаю комфортную среду обитания для травмированного кузнечика. У него нет одной задней лапы.

– Что ж, очень неплохо. И чего уже удалось достичь?

– Снизил в три раза гравитацию, подобрал оптимальную температуру и влажность воздуха, обеспечил рост травы и цветов. В целом, насекомое сможет выжить. Но с передвижением у него ещё есть проблемы.

– А каков диаметр сферы?

Два метра.

– А сколько дней насекомое там находится?

– Пять дней и девять часов.

– Что ж, это хорошие показатели. Столько времени сдерживать и преобразовать энергию земного существа могут только хорошо сбалансированные миры. А научиться соблюдать баланс самостоятельно, да ещё и с первого раза! Хорошо, хорошо…

– Я прочёл некоторые записи моего предка, короля-демиурга Велимира. Ну и «Основы построения…»

– А, первый учебник, настольная книга. Помню, я с ней несколько лет не расставался. Даже когда поступил на государственную службу. Пока не выучил буквально наизусть! Очень толково написано.

– Представляете, магистр, эта книга стояла в дворцовой библиотеке на самом видном месте, я сразу её нашёл. – немного наивно сообщил Лео.

Я наблюдала за их беседой молча, но так и хотелось спросить…

– Извините, магистр, – все-таки не выдержала я, – а можно как-нибудь отрастить кузнечику недостающую лапку?

Парфениус улыбнулся:

– Хороший вопрос, Эверина. Только это, увы, невозможно. По крайней мере, такая магия недоступна демиургу. Мы не меняем земные сущности. Этим занимаются маги-целители высшего уровня. Их ещё называют магами жизни.

– Не слышала о таких, – честно призналась я.

– Это редкий дар. Я думаю, Его Величество может рассказать тебе об этом больше, чем я.

– О чем? – обернулся к нам король.

– Ваши дети решили подарить новую жизнь покалеченному кузнечику. – ответил магистр. – Принц создал мир, где насекомое может жить, не испытывая почти никаких трудностей, а ваша дочь хочет возвратить бедняжка его утраченную конечность.

– Вот как! Грандиозные планы, Эви. – обратился ко мне король. – Это выходит за пределы магических возможностей медика. От природы у насекомых нет способности к регенерации. Они слишком мало живут, этот механизм был бы лишним. Существует, правда, магия жизни…

– Да, вот об этом я и посоветовал Эверине Вас спросить.

– Хорошо, я расскажу тебе. И, кажется, у нас в библиотеке есть об этом несколько научных трудов. Если завтра у меня не будет срочных дел, мы обязательно вернёмся к этому разговору.

– Можно и мне при этом присутствовать? – спросил Лео.

– Конечно. Я чувствую, вы взялись за своего питомца всерьёз. – рассмеялся Велиор. – Повезло ему с опекунами! Только не замучайте беднягу раньше времени.

– Вообще, я хочу похвалить принца. Судя по всему, его первый учебный мир достаточно хорошо сбалансирован. А ещё похвально то, что он сразу начал создавать что-то, что могло бы быть полезным. Обычно, начинающие создатели делают просто красивые, яркие, но абсолютно не нужные вещи. Что-то с фиолетовой травой и оранжевым небосводом. А Леомир создал свой мир для определённой цели.

– Я рад это слышать. Завтра обязательно зайду спросить, как поживает кузнечик.

На следующее утро я встала гораздо раньше обычного. Солнце только поднималось. Комнату заливал розоватый свет. До завтрака было три часа. Я решила пойти в библиотеку. «Магия жизни…», – вертелось в голове, – «Почему я раньше никогда о ней не слышала?»

Тяжёлая двустворчатая дверь с тихим скрипом отворилась. В библиотеке было светлее, чем в спальне. Сквозь высокие, от пола до потолка, окна на третьем этаже уже проникали первые косые лучи солнца. Я не знала точно, что мне нужно искать, и просто переходила от стеллажа к стеллажу, разглядывая корешки книг. Сколько же их здесь! Я не в первый раз была в дворцовой библиотеке, но каждый раз поражалась её масштабам. Все-таки, Эортания – великое государство. Одно из первых, кстати, где было решено давать образование всем жителям без исключения. В нашей стране даже крестьяне были грамотными и имели элементарные магические навыки. Может быть, поэтому и крупных войн не было вот уже два столетия. Другие королевства не решались на нас нападать. А варварские набеги мы отражали без особого труда. «И как же так вышло, что именно мои родители погибли в одном из таких столкновений?» – меня вдруг накрыло отчаяние, с головой, как большая волна, непонятно откуда взявшаяся в спокойном на вид океане. Я почувствовала, что вот-вот утону.

«Так, хватит барахтаться!» – я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы справиться с волнением.

За спиной раздался тихий протяжный скрип.

– Доброе утро, Эверина! – поприветствовала меня королева. – Тебе тоже не спится с утра?

– Доброе утро, Ваше Величество. – ответила я. – Я хотела отыскать что-нибудь о магии жизни, но пока не нашла.

– Давай помогу.

Дианесса подошла к одному из стеллажей, протянула руку, и сняла с полки средних размеров книгу в темно-зеленой обложке.

– Возьми для начала вот это. Здесь все с азов.

– Удивительно! Вы все здесь знаете?

Королева улыбнулась:

– Конечно, милая. Я же – маг порядка.

– А ведь Лео не случайно нашёл эти «Основы…», не помню, как они полностью называются.

– Не случайно, ты все правильно поняла.

– Но мне казалось, вы были против его решения.

Я, наверно, уже лезла не в свое дело, но остановиться не могла.

Дианесса, к моему большому удивлению, совсем не рассердилась.

– Понимаешь, детка, я ведь его мама. Я боюсь за него. И иногда так сильно, что даже забываю, что Леомир – будущий король. Быть демиургом трудно и опасно.

Я посмотрела на нее с непониманием.

– Очень опасно. Если маг не рассчитает свои силы, он может просто умереть от душевного истощения. А Лео такой добрый и отзывчивый. Он может затеять что-то грандиозное, чтобы осчастливить подданных, и не выдержать…

Королева явно разволновалась. Мне захотелось её успокоить.

– Он очень обрадовался, что вы его все-таки поддержали. Он вас любит, и очень дорожит вашим мнением. Я думаю, все будет хорошо. Лео – разумный человек.

– Ну ты и скажешь! – ответила королева, но было видно, что ей приятно это слышать.

– Если бы не он, я бы себе ещё лет в шесть шею свернула. Но мне повезло, что он всегда был мозгом всех наших безбашенных «операций».

– Да, почудили вы в детстве. – согласилась Дианесса. – И так быстро выросли…

После завтрака я отправилась на занятия.

– Ты, наверное, замечала, что на природе, даже здесь, в дворцовом парке, тебе становится намного спокойнее? – начал урок магистр Рейнир.

– Да.

– Это чувствуют многие, и в этом ещё нет никакой особенной магии. Дело в том, что почти все растения, а тем более такие крупные, как деревья, обладают очень сильной положительной энергетикой.

– А почему «почти»? – перебила я.

– Не забегай вперёд! – строго сказал он. Но потом все объяснил:

– У некоторых низших растений бывает отрицательная энергетика. Это так называемые никтериды. Они растут там, где солнечного света нет совсем или очень мало. И восполняют недостаток энергии за счёт других существ. Обычно для человека они не представляют серьёзной опасности. Ну, может голова закружиться или в сон потянет. Но на их основе можно сделать очень сильные и опасные зелья. Поэтому лесничим полагается раз в год обходить места, где могут расти никтериды и следить за тем, чтобы они не слишком размножались.

– А почему нельзя от них избавиться?

– Природный баланс.

– Ну да…

– Это то, за чем тебе нужно будет следить всегда! – Рейнир даже повысил голос. – Это самое важное. И если ты этого не понимаешь…

– Извините, магистр. Мне очень жаль, что я Вас перебила.

Я поняла, что увлеченный и очень преданный своему делу учитель начал заводиться.

– Да, давай продолжим. Так вот. Положительная энергетика успокаивает и даже лечит, но задача лесного мага состоит не в том, чтобы брать, а в том, чтобы замечать её колебания. Если сила леса ослабевает, нужно искать причину, если, наоборот, растёт, нужно выяснить, почему, и помочь процессу. Это чутье уже другого уровня. Но кроме ощущений, которые мы будем развивать уже на практике, то есть в самом лесу, есть ещё некоторые признаки. Их можно выучить и в кабинете.

Бывает, что с виду все в норме: цвет и размер листвы, высота стебля, целостность коры, но ты ощущаешь, что энергетика изменилась. Это бывает в самом начале эпидемий или нашествия вредителей. Когда внешних изменений ещё нет, но зараза уже поразила лес.

Здесь важно действовать быстро. Может измениться звучание леса: непривычно громкий шум в безветренную погоду, скрип стволов, дрожание листвы на отдельных ветках. Если обратить внимание на цветы, они могут прятаться или отворачиваться от солнца, могут пропадать пчелы и шмели. Лесничие, которые долго работали на своём участке, рассказывали, что иногда деревья даже хлестали их ветками, а травы крепко цеплялись за ноги. Но это уже случаи наивысшего доверия, сразу такое вряд ли возможно. Это взаимодействие уже на физическом уровне.

Я слушала Рейнира и вспоминала рассказ бабушки, как она однажды слышала голос дерева. Мне так хотелось спросить… Ну я, конечно, не выдержала.

– А бывали случаи, когда деревья говорили с людьми?

– Твоё любопытство меня доведет до нервного срыва! – очень уж громко возмутился учитель.

Я даже не ожидала такой реакции. Притихла и робко подняла на него глаза. Магистр глубоко и шумно дышал.

– Извини, – сказал он, успокоившись, – ты не виновата. Мне просто трудно находиться в четырёх стенах. Скорее бы практические занятия.

– А когда они будут? – спросила я, и прикусила язык.

– Планировал на следующей неделе, но давай начнём раньше. Я вижу, ты все на лету схватываешь, и тебе на самом деле интересно.

Вот сейчас было приятно. Я и правда старалась вникать и анализировать материал, а не просто запоминать.

– Кстати, а почему ты спросила, можно ли разговаривать с деревьями? Ты что-то об этом знаешь?

Я рассказала учителю о том странном случае с грозой и лесным пожаром, который когда-то произошёл с бабушкой.

– Анита – твоя бабушка? Странно, я думал… – Рейнир осекся. – Ладно. Я расскажу тебе об этом явлении в следующий раз. Если честно, мне нужно подготовиться. Такое случается редко, нужно полистать летописи. Ты же хочешь конкретные примеры, правда.

– Конечно, магистр.

– У тебя цепкий ум! Прямо как подмаренник!

Интересно, это был комплимент? Нужно узнать, что это такое.

Рейнир, глядя на моё ничего не понимающее лицо, рассмеялся.

– Трава такая. Посмотри в атласе. Она красиво цветет, не обижайся.

Я улыбнулась.

– Эви! Он просто бог! – Лео догнал меня на тропинке в парке, налетел, и закружил, как вихрь. – Магистр Парфениус – невероятный человек!

– Так бог или человек, ты меня запутал. – я выбралась из объятий принца.

–Он – Демиург с большой буквы! И он будет меня учить!

– Я рада тебя видеть таким, Лео. Ты весь светишься!

– Мы сегодня полдня здесь гуляли, магистр рассказал, как устроены тонкие миры в Карнакасе. Ну то есть, как он их устроил. Это просто гениально! Оказывается, они могут отличаться по плотности. Я думал, что дело только в размере. Чем больше мир, тем больше он может выдержать душ во время эвакуации и тем дольше им можно там находиться. Но это не так. Парфениус придумал, как сделать оболочку плотнее. Это почти второй дом для людей. Конечно, они тоньше реального мира, но если находящиеся там души не слишком подвержены сильным страстям, то находиться в них можно около года.

– Целый год! Это и правда много. Наши выдерживают два-три месяца.

– Вот именно! А кого обычно эвакуируют? Детей и стариков. Как раз тех, кто ещё или уже не испытывает ненависти, не страдает алчностью и жаждой власти, не ищет любовных утех… – Лео немного смутился.

– Одним словом, кому ещё или уже доступна гармония. – добавила я

– Да, вот это слово. Парфениус тоже об этом говорил. Мы как раз обсуждали с ним разницу между порядком и гармонией. То, что это принципиально разные вещи.

– Странно. Я думала, что это близкие понятия.

– Нет, я о чем-то таком догадывался, но не мог сказать словами.

– А теперь можешь?

– Попробую. Смотри: порядок – это что-то, понятное всем. Например, возьмём библиотеку. Там все книги стоят по алфавиту, строго, и любой, кто знает, что ищет, может прийти и взять нужную книгу с полки. Правильно?

– Да. – ответила я, не понимая пока, к чему он клонит.

– А как быть, если ты не знаешь, что ищешь, не помнишь автора и название, когда только интуитивно чувствуешь, что тебе хочется прочесть?

– Не знаю…

– В этом случае, алфавитный порядок не поможет.

– Тогда, можно расставить книги по жанрам.

– Да. Так будет проще искать. Но вдруг, пробежав глазами по каким-нибудь любовным романам, например, ты поймёшь, что на самом деле не хочешь их читать, а хочется тебе узнать о реальной истории любви какого-то короля древности?

– Да, я кажется понимаю, о чем ты. Никому не придёт в голову ставить исторические труды рядом с любовными романами.

– Правильно! Но так было бы хорошо, если бы реальность следовала за ходом твоих мыслей, и осознав, чего ты на самом деле хочешь, ты могла бы протянуть руку и взять с соседней полки «Жизнеописание Аматрея, первого правителя Эортании…». Ну, это к примеру.

– Но ведь невозможно предугадать, как повернётся человеческая мысль…

– Если это касается всех, тогда, конечно, невозможно. Ведь все люди разные. Но в том-то и дело, что гармония – для каждого своя. И свою собственную библиотеку ты можешь настроить под себя.

– Я так понимаю, речь сейчас не только о книгах?

– Конечно! Устроить гармонично можно весь окружающий тебя мир. Для этого только нужно знать самого себя. Не подстраиваться под общий порядок, не кривить душой, не делать вид, что тебя все устраивает, если это совсем не так!

– Какой же ты молодец, Лео, – восхитилась я.

– Это все мой учитель. Я сам бы не решился эту мысль сформулировать.

– Я очень рада за тебя, правда.

– А у тебя как?

– Тоже хорошо. Правда, мой учитель по лесной магии, почему-то, чувствует себя не в своей тарелке. Ему как будто не комфортно рядом со мной. То все в порядке, то он вдруг раздражается по пустякам. Хотя он меня хвалит, говорит, я на лету все схватываю. Не понимаю пока, в чем дело. Странно.

– Магистр Рейнир? Я слышал, что он очень хороший специалист.

– И от этого ещё непонятнее…

– Не принимай на свой счёт, Эви. Мне кажется, тут дело не в тебе. Его что-то сильно беспокоит.

– Он говорит, что не может долго находится в четырёх стенах.

– Наверное, так и есть. Ну тянет на природу человека, бывает.

– Так он во дворце четвёртый день всего! Ладно, скоро практические занятия начнутся, посмотрю, как он будет держаться в лесу. Надеюсь, он меня не покусает.

Лео рассмеялся.

– Зови, если что. Будем вместе отбиваться!

День уже подходил к концу, а король так и не позвал нас поговорить о магии жизни. Я сгорала от нетерпения. Книга! Совсем про неё забыла. Что ж, попробую разобраться самостоятельно.

«Кехидупана, или Магия жизни – безусловный вид магии. Одна из сильнейших врождённых способностей, присущая малому числу людей. К тому же, она часто остаётся нереализованной. Происходит это из-за того, что полностью раскрываются такие способности лишь в исключительных обстоятельствах. Принудительно развить их невозможно. Если способность все-таки раскрывается, можно научится ею управлять, но лишь в определённой степени.

Существуют некоторые признаки, которые могут говорить о наличии магии жизни у человека, но все они косвенные. И могут оказаться ложными.

Было замечено, что дети-кехидупаниане чаще своих сверстников находят раненых птиц и мелких животных, проявляют к ним участие, и все подопечные выживают. Также такие дети тянутся к людям преклонного возраста, отлично ладят со своими бабушками и дедушками. И как правило, родные юных магов живут дольше. Правда, подобные вещи редко привлекают внимание взрослых, и зачастую способности детей-кехидупаниан остаются нераскрытыми».

Книга была написана не очень сложным языком, и я проглатывала страницу за страницей.

«Магия жизни заключается в том, что обладающий ею может удерживать ускользающую душу в теле того, кого намерен спасти. Происходить это может неосознанно, как в случае со спасёнными в детстве животными, а может и сознательно…»

От чтения меня оторвал голос Софи.

–Эви, с тобой все в порядке? Почему ты не пришла ужинать? Отец беспокоится.

–Ой, я зачиталась. Сколько сейчас времени?

–Уже половина девятого. А что ты читаешь?

Я закрыла книгу и показала Софи обложку.

– А, учебник. Ясно. И это из-за него ты осталась голодной? – принцесса рассмеялась.

– Ну да…

– Правильно, гранит науки – низкокалорийная пища, а за фигурой надо следить.

– Пойду на кухню, вы же мне что-то оставили?

– Пойдём лучше ко мне, попьём чаю с пирожными. А то ты со своей учёбой совсем про меня забыла.

– Пойдем.

Я положила книгу на кровать рядом с подушкой. Прочту ещё немного на ночь. Жаль прерываться, но Софи напомнила мне, что я и правда очень хочу есть.

Комната принцессы поражала изысканной роскошью и идеальным порядком. Даже складки ткани тяжёлых пурпурный ночных штор были абсолютно одинакового размера. Будто их только что поправили. Такого же цвета балдахин над кроватью ниспадал изящными волнами. Книги были расставлены по цвету корешков: от самых светлых к самым тёмным. Вот интересно, Софи их брала когда-нибудь в руки? Такой же порядок был и на письменном столе.

– А как твоё обучение? – поинтересовалась я.

– Мама настояла на том, чтобы я тоже обучалась магии порядка, но я бросила два месяца назад.

– Бросила? – удивилась я.

– Да. – спокойно ответила Софи. – Пока речь шла о земном порядке, о соразмерности, сочетаемости цветов и фактур, о требованиях этикета, мне было интересно, но, когда начали изучать тонкие миры, я поняла, что это не моё. Я не хочу даже думать об этом. Бр-р-р.

– Что же тебя оттолкнуло?

– Все эти войны, болезни, души умерших… Мне неприятно думать о таком. Я хочу красоты, во всем, к чему прикасаюсь. А смерть и опасность – это жутко.

– Это, конечно, твоё дело. И что же ты в итоге выбрала?

– Посмотри вокруг? Тебе нравится?

– Твоя комната?

– Да, конечно! Здесь очень красиво.

– Это ты ещё будуар не видела. Пойдём, – Софи повела меня к двери, задрапированной лиловым шелком.

За этой дверью была ещё одна комната, поменьше. Три из четырёх стен были зеркальными, возле четвёртой, слева и справа от входа, стояли шкафы с одеждой. На столе было ещё одно зеркало. А рядом стройными рядами располагался такое множество всяких баночек и тюбиков, что у меня прямо глаза разбежались.

– Это все – косметика?

–Да, почти. Некоторые средства обычные, но очень эффективные. А в некоторых подмешано немного магии. Мои авторские рецепты.

– Ух ты!

–Ну вот, сейчас покажу. Закрой глаза.

Софи взяла одну баночку в руки и нанесла немного прохладного геля на мои веки.

– Открывай.

Я посмотрела в зеркало.

– Вот это да!

У меня от долгого чтения немного болели глаза, как будто песчинки попали, а сейчас все как рукой сняло. И тёмных кругов не стало. Если честно, я никогда не видела себя такой: ярко-зелёные глаза, тёмные длинные ресницы, на веках едва заметный перламутровый блеск.

– Софи! Ну ладно кожа, но у меня и цвет глаз ярче стал! Как ты это сделала?

– Это средство с секретом. – улыбнулась принцесса. – А усталость прошла?

– Абсолютно! Ты волшебница!

– У нас в Эортании все волшебники. А я решила заняться магией красоты.

– Это твоё, точно!

– Королева сначала меня ругала, называла пустышкой. А потом смирилась.

– Ты ей тоже глазки покрасила?

– Нет. Омолодила кожу на шее. Только никому ни слова, – Софи приложила идеальный пальчик к идеальным губам.

– Ну, может быть, для принцессы это и не серьёзно, но главное, что это занятие тебе по душе.

– Серьёзно, не серьёзно, я страной править не собираюсь, для этого есть Лео. А вот сделать людей немного счастливее могу. Разве это плохо?

– Очень хорошо, дорогая. – я обняла Софи.

– Пойдем пить чай, красотка! – сказала принцесса.

Через полчаса в дверь постучали. Я только успела третье пирожное дожевать

– Войдите! – произнесла Софи и посмотрела на меня.

Я пожала плечами.

– Вот вы где! – это был Лео. – Эви, нас отец ждёт в кабинете. Я за тобой пришёл.

– А не поздно?

– А ты уже спать хочешь?

– Сейчас уже нет! – я удивлённо посмотрела на принцессу.

– Да, есть небольшой побочный эффект. Бодрит.

– Это же здорово! Спасибо!

– Не за что. Идите учитесь дальше, трудоголики. А я спать. Для здорового цвета лица сон – лучше всех снадобий.

– Спокойной ночи, красавица. – сказал сестре Лео и чмокнул её в щеку.

– Побежали! – это уже мне.

Мы неслись, как в детстве, по коридорам дворца к таинственной двери. Вот она.

– А я – не красавица? – спросила я вдруг принца.

Если честно, сама от себя не ожидала.

– Ты – чудо. – ответил он и покраснел. – А глаза-то как горят! Как у дикой кошки!

– Да ну тебя! – рассмеялась я и толкнула его в плечо.

– Вот как! – схватил он мою руку за запястье.

– Какие же вы шумные!

Мы и не заметили, что дверь кабинета приоткрылась и король наблюдает за нами.

– Ты почему ужинать не пришла? – спросил он меня, когда мы расположился за круглым столом.

– Я читала, и забыла про время.

– «Учение о Кехидупане»?

– Да.

– Королева мне рассказала о вашей утренней встрече. Значит, ты пришла подготовленной к разговору. Молодец.

– Мне правда очень интересно.

– Хорошо. Тогда можно обойтись без предисловий. А Лео разберётся по ходу разговора.

Принц кивнул.

Велиор начал:

«Я расскажу о том, что видел сам. Мне приходилось работать в паре с магом жизни. Это было довольно давно, ещё до вашего рождения. Я тогда только окончил обучение. Страной правил мой отец. А я, принц и начинающий целитель, колесил по отдалённым провинциям. И мне довелось поучаствовать не в одном столкновении с варварами.

И как-то раз я был в провинции Геридань во время такого боя. Как всегда, лечил раненых. Госпиталь оборудовали в конюшне. Как на зло, целителей кроме меня больше не было, а раненых все приносили и приносили. Со мной работали несколько женщин из местных, но все равно было очень трудно. Я совсем закрутился. Так, что сразу и не заметил, как в конюшне появился посторонний. Я не знал его. Незнакомец переходил от одного человека к другому, как будто что-то искал. Вдруг он остановился и опустился на колени. Я подошёл к нему и увидел, что он держит за руку тяжелораненого бойца.

– А его ты почему не лечишь. Он умирает.

– Поэтому и не лечу. Пока я с ним буду возиться, остальные кровью истекут. А их ещё можно спасти.

– Я понял. Я подержу его, иди.

Я отошёл. Думать о том, откуда взялся этот странный тип, было совершенно некогда. Только через семь часов, когда все закончилось, все стрелы были извлечены и все повязки наложены, я, совершенно измотанный, обратил на него внимание.

Этот человек сидел на том же месте, и также держал солдата за руку. Вторую свою руку он положил раненому на лоб. Я подошёл, не ожидая увидеть ничего хорошего. Но солдат ещё дышал.

– Собирай и зашивай, – проговорил незнакомец.

Только сейчас я как следует разглядел ранение. Живот бойца был вспорот, часть внутренностей лежали на соломе рядом.

– Он умер… – я видел, как слабо поднимается и опускается грудная клетка, но не верил своим глазам.

– Он живой. Собирай и зашивай.

Я посмотрел на него, как на сумасшедшего, ещё раз окинул взглядом несчастного бойца, и принялся за дело. Меня не покидало ощущение, что происходит какая-то дичь. С таким ранением не выживают. Но по мере того, как я собирал, подобно конструктору, тело раненого, его дыхание и сердцебиение становились все более отчетливыми. Когда я все доделал, солдат был больше похож на спящего, чем на возвращенного с того света.

Я без сил опустился на солому рядом с незнакомцем.

– Ты вообще кто?

– Я – Вардан. Из племени Данов.

– Ты в лесу живёшь? А откуда язык наш знаешь?

– Я вырос в вашей деревне. Когда отца убили, я здесь остался. Меня воспитала Беата.

– Да, Ваше Величество, мой это парнишка.

К нам подошла одна из моих помощниц.

– Ему тогда лет 7 было, прятался лесу возле деревни, голодный, напуганный. Мне жалко его стало, взяла в дом, научила говорить по-нашему, вырастила. Он хороший. Он смерть прогонять умеет.

Я только сейчас рассмотрел его. И правда, совсем ещё юный, лет 15, только довольно рослый, вот и принял его сначала за взрослого мужчину.

– А что ты сделал, можешь рассказать?

Вардан посмотрел на меня, как на дурака. Как будто я спрашивал о каких-то очевидных вещах, которые все и так знают.

– Я не дал ему уйти. Ему ещё рано уходить. Я держал, пока ты лечил остальных.

– Но как?! С такими ранами не выживают.

– Он и не выжил бы, он почти ушёл уже. Я успел. Теперь тело заживёт, и все хорошо будет.

– Хорошо, спасибо тебе.

На следующий день к вечеру я отправился искать дом Беаты – хотел поговорить с парнем. Я вспомнил, что читал о магии жизни когда-то. И не сомневался, что Вардан – кехидупанианин. И оказался прав.

Парень был очень понятливым и сразу согласился отправится со мной. Наша работа в тандеме помогла спасти немало жизней. Вардан не позволял самым тяжёлым умереть, пока я лечил других. Да и вообще все, кого он касался, шли на поправку в разы быстрее остальных.

Вардан не умел лечить самостоятельно, а я не мог оказать помощь всем одновременно.

Мы проработали вместе почти 3 года. А потом он ушёл. Попрощался с Беатой и со мной. Сказал, что ему пора исполнить свое обещание.

– Какое обещание? Куда ты?

– Я обещал женится на Ксате, когда вырасту. Я вырос. Я найду её и женюсь.

С тех пор я, к сожалению, ничего о нем не слышал».

– Магия жизни у дикаря? – удивился Лео.

– Это безусловный дар, он от образования не зависит. И научиться ему нельзя, – вздохнула я.

– Да, верно. – подтвердил Велиор. – Но Вардан использовал Кехидупану осознанно. Он чувствовал её и умел управлять этой способностью.

– А ещё кого-нибудь такого Вы встречали?

– Нет. Я, правда, потом стал уже специально искать таких магов в королевстве, но больше не находил. Кто-то что-то рассказывал, меня направляли то к одному, то к другому человеку, но все они оказывались просто целителями, не имеющими отношения к магии жизни. Некоторые вспоминали, что был кто-то такой раньше, но давно уже умер. В общем, так я и не отыскал ни одного кехидупанианина во всей Эортании.

– Жаль. Это очень полезный дар, – заметил Лео.

– Я все ещё надеюсь найти мага жизни. Ведь им может оказаться кто угодно, любой крестьянский ребёнок.

–Я прочла, что этот дар часто остаётся не распознанным. А как Вардан его у себя обнаружил? Он не говорил Вам? – спросила я короля.

– Как-то раз он рассказывал мне о своём детстве. О том самом нападении, в котором погиб его отец. Он говорил, что видел этот момент, и видел душу отца, покидающую тело. Подбежал, но не успел удержать. Совсем немного опоздал, на секунду. И с тех пор начал видеть те моменты, когда душа выходит из тела.

– А он не описывал это?

– Немного, как смог. Он был немногословным, ему все-таки трудновато давался наш язык. Говорил, что видит белую дымку, которая, как пар над водой в холодную погоду, начинает подниматься над человеком. Или животным, их он тоже спасал. Это уже Беата рассказывала мне после того, как Вардан ушёл. Он спас от смерти их лошадь как-то раз, и нескольких новорождённых телят. Сидел с тяжело больными соседскими детьми, пока не приходили целители. А потом, когда стал старше, всегда находился где-то рядом с ранеными во время столкновений. Так что в тот самый первый раз, когда я его увидел, он делал привычные для себя вещи.

– Удивительно! И он никогда не пытался отомстить жителям деревни за смерть отца? – поинтересовался Лео.

– Нет. Он говорил, что это жертва, которую боги требуют от их племени. Видимо, так говорят шаманы, когда посылают дикарей на бой.

– Что же, получается, их боги в последнее время умерили аппетит? – предположил принц. – Или дурманящая трава хуже расти стала.

– А может быть Вардан сделался их шаманом, или вождём? – подумала я вслух.

–Эви! Ты умничка! – обрадовался Велиор. – А что, если это действительно так? Может быть, я смог бы его отыскать.

– Даже если это так, найти варваров в лесу очень трудно. Да и опасно. – сказал Лео.

– Это оправданный риск. Послушай, Эви. Магистр Рейнир сказал мне, что скоро вы приступите к практическим занятиям. Может быть, вам удастся отыскать следы племён. Какие-то признаки, зацепки. Я выскажу свое пожелание магистру, думаю, он согласится совместить обучение и поиски. Ты же не против?

–Конечно. – ответила я.

– Я против! Я боюсь, что Эвер может попасть в беду! – запротестовал принц.

– Вот это защитник! – улыбнулся Велиор. – Не переживай. Я дам Рейниру все инструкции на случай, если что-то пойдёт не так.

– Всё равно, это очень опасно.

Лео совсем помрачнел.

– Я буду очень рада, если удастся быть Вам полезной, отец. – отозвалась я и посмотрела на принца.

Мне так хотелось сейчас обнять его и чмокнуть в щеку. Но я удержалась.

– Сейчас уже поздно, вам нужно спать. Завтра у тебя первое занятие в новой лаборатории. Ты должен быть бодрым. – сказал он сыну. – И не волнуйся, я не дам свою дочь в обиду.

Мы с Лео покидали кабинет в смешанных чувствах. С одной стороны, найти племя Данов и наладить с ними контакт, да к тому же ещё, возможно, отыскать мага жизни, согласного служить на благо Эортании, было очень заманчиво. Но с другой стороны мы оба понимали, что это небезопасное занятие. Я, конечно, боялась меньше, за себя ведь не так страшно, а вот Лео…

– Когда у тебя практика начнется?

– На днях. Пока точно не знаю.

– Ты мне скажи, ладно?

– Хорошо, скажу.

– Обязательно скажи. Не забудь!

– Лео, – я положила руки ему на плечи, – все будет хорошо, успокойся.

Он приподнял одно плечо, прижался к моей руке щекой и посмотрел мне в глаза:

– Я все равно узнаю. Так что лучше скажи сама.

У меня сердце вздрогнуло от нежности:

– Хорошо. Спокойной ночи.

Я аккуратно высвободила руку и зашла в свою комнату.

Следующий день был просто сумасшедшим! Уже за завтраком стало заметно, как непривычно напряжены король и королева. Обычно, первая семейная встреча за столом проходит во дворце спокойно и размеренно, но не в этот раз.

Ели молча и быстро. Дианесса нервничала и даже сделала нам с Софи замечания. Мне – чтобы держала спину прямо, а принцессе – чтобы не ела сливочный пудинг чайной ложкой, для этого есть десертная. Мы с Софи переглянулись. Нас последний раз так одергивали лет в восемь!

– Дети! – обратился к нам Велиор. – Так получилось, что сегодня для каждого из вас – очень важный день. Лео, ты уже знаешь, для тебя сделали новую лабораторию. Магистр Парфениус готов приступить к занятиям прямо сейчас. И я думаю, он настроен взяться за тебя очень серьёзно. Эвер, ко мне с самого утра подошёл магистр Рейнир и заявил, что с завтрашнего дня и всегда в дальнейшем ваши занятия будут проходить в лесу. Он попросил подготовить для этого несколько охотничьих домиков, на тот случай, если придётся оставаться на ночь. Так что время от времени тебе придётся ночевать не дома, будь к этому готова. И ты, Софи…

– Позволь, я сама скажу, – попросила короля Дианесса, – Софи, дочка, мне пришёл ответ от моего кузена, короля Беллеции. Он готов предоставить тебе место в Академии эстетики и изящного волшебства. Ты же знаешь, что это уникальное учебное заведение, одно на весь мир. И как раз отвечает твоим интересам.

Софи от восторга не сразу в это поверила:

– Беллеция, Гурукс, столица мировой моды! Мама, это правда, вы отправите меня туда!

Она даже в ладоши захлопала, как в детстве.

– Ну-ну, дорогая, держи себя в руках, ты ведь уже почти студентка!

Принцесса постаралась справиться с волнением.

– Когда я должна буду уехать? – спросила она.

– В том-то и дело. Ответ задержался в пути, и, чтобы успеть к началу занятий, выехать ты должна была ещё неделю назад.

– Но ведь можно же что-то сделать? – волнуясь, спросила Софи.

– Если ты соберёшься прямо сейчас, мы можем выстроить портал до западной границы Эортании. Там уже будет ждать экипаж. Так, возможно, удастся наверстать упущенное время.

– Телепортация? С таким багажом, как у меня? Это невозможно! – возмутилась принцесса.

– Придётся взять только самое необходимое. Я думаю, там твой дядя не оставит тебя без нарядов.

Софи была огорчена, но выбора не было.

– Я хотела бы взять с собой образцы своих снадобий, может быть, там удастся их усовершенствовать.

– А вот это правильно, дочка. – Велиор ответил вместо супруги. – Исследования – прежде всего. Возьмёшь мои походные саквояжи. Они и не такие перемещения выдерживают. Все будет в целости и сохранности.

– А теперь все бегом собираться! – скомандовала королева.

– Тебе точно нужно уезжать? – спросила, она мужа, когда дети разошлись, и… расплакалась. – Неужели без тебя там не справятся?

– Ну что ты? Диди… – король нежно обнял жену. А потом сказал шутливо-строгим тоном:

– Королева Дианесса, вы что такое говорите!

– Королева все понимает, а я тебя не хочу отпускать, – она обняла мужа и уткнулась мокрым носом ему в плечо.

– У, как все серьёзно… – сказал Велиор так, как говорят с маленьким ребёнком: потеплевшим голосом и слегка растягивая слова. – Ну, хорошая моя, я должен быть сейчас в Геридани, мне уже несколько раз докладывали, что местные целители не могут определить, что это за зараза. Уже пять молодых крепких мужчин умерли, все не старше 25 лет. Это же ненормально. Нельзя, чтобы это приобрело масштабы эпидемии. Ты же понимаешь, какой катастрофой все может обернуться.

Дианесса вытерла слезы.

– Понимаю. Конечно, ты должен ехать. Но я боюсь за тебя…

– Ну, если верить тому, что говорят, я для этой гадости староват. Ей нравятся помоложе.

– Ты уже сегодня уезжаешь?

– Ночью. Проводим Софи и поеду.

Мы втроем молча поднялись на второй этаж, к своим спальням, и стояли, не решаясь разойтись по комнатам. Как будто хотели удержать неумолимое время.

– Девчонки, мы все выросли, что ли? – нарушил тишину Лео.

– Я буду скучать без вас, – тихо сказала Софи.

– Да, и я.

– Ну ты давай не пропадай в лесах насовсем. – сказал принц. – А ты, сестрёнка, смотри, не зазнавайся!

– Вот ты дурак! – улыбнулась принцесса и обняла нас обоих.

Что ж, настало время расставаться. Мы и правда выросли.

Я сидела на полу перед кучей одежды, выбирая то, в чем будет удобно. «Один костюм надену, один возьму с собой, больше точно не надо» – думала я. От размышлений меня отвлек стук в дверь.

– Эви, тебя искала магистр Марилита. Ты не могла бы спустится в гостиную. – сказала Мита, заглядывая в комнату.

– Конечно, спасибо! – ответила я.

– Эвер, здравствуй. Мы с магистром Рейниром посоветовались, и пришли к выводу, что мой курс лучше проводить позже, после вашей с ним практики.

– Жаль, что придётся ждать, мне ваш предмет показался очень интересным. – ответила я.

– Ничего, мы обязательно все изучим, только после того, как ты узнаешь лес изнутри. Я сделала для тебя небольшое пособие. Здесь – основные звуковые сочетания праязыка и их значения. Если у тебя будет оставаться время, можешь заглядывать туда и сравнивать услышанные в лесу звуки с тем, что там написано. Ищи соответствия, пытайся понять. В общем, исследуй на практике, а теорию мы с тобой потом успеем наверстать.

– Спасибо, магистр! – ответила я и взяла из рук Марилиты тоненькую книжку в бордовой обложке.

– Здравствуйте! Моё почтение, коллега. – в гостиную вошёл магистр Рейнир. – Эверина, ты готова?

– Если честно, я хотела посоветоваться с вами, что лучше взять с собой. Я немного растерялась.

– Главное, голову во дворце не забудь. Остальное – лишнее.

Я опешила. Видя моё замешательство, он сжалился.

– Всё необходимое доставят в наши перевалочные пункты, не беспокойся. Пойдём налегке. И по поводу ночевок. Не переживай. В лесу мы будем оставаться не все время, а только на две ночи, потом три – во дворце. То есть, мы будем выходить в определённом направлении. День в пути, ночёвка, ещё половину дня вглубь леса, затем поворачиваем обратно, снова ночуем, и к следующему вечеру возвращаемся во дворец. Потом отдых. И на утро третьего дня выходим в другом направлении.

– Так, по-моему, лесничие обычно совершают обходы.

– Да. А ты откуда знаешь? Дед рассказал?

– Прадед. Ну то есть, бабушка, самого прадеда я не знала.

Рейнир посмотрел на меня с сочувствием.

– Ладно, сегодня отдыхай, набирайся сил. Я пока проверю наш первый лесной домик, проконтролирую, чтобы все сделали правильно. Завтра с рассветом выходим.

О своём отъезде отец сообщил нам в обед. Ну то есть мне и Софи, Лео за столом не было. Велиор не назвал конкретной причины, но все равно мы прекрасно поняли, что происходит что-то серьёзное.

– Я буду стараться выходить на связь каждый вечер. Через видовой портал в моём кабинете. Ключ от кабинета я передал королеве.

Дианесса кивнула.

Король продолжил:

– Софи, тебе не следует беспокоиться, у тебя и без этого будет, чем заняться на новом месте. Мама будет писать тебе регулярно. Пожалуйста, находи время, чтобы ответить. Эви, для нас с тобой я заказал парные амулеты. Их должны принести к вечеру. Если что-то случится с тобой, я об этом узнаю и найду способ тебе помочь.

– А как же Лео? – спросила я.

– Парфениус попросил не отрывать их от обучения. Когда они закончат, я поговорю с сыном.

Весь остаток дня я не могла справиться с охватившей меня тревогой.

Да и не я одна. Даже слуги ходили по дворцу как-то слишком уж бесшумно. Только магистр Рейнир, появившийся к вечеру, выглядел очень уверенным и бодрым.

– Волнуешься, принцесса? – спросил он меня.

– Да. – честно ответила я, и добавила:

– Я ведь не принцесса, я воспитанница Его Высочества.

Не знаю, зачем я сказала ему это, как будто он сам не знает. Просто опять навалилось тоска, вспомнила бабушку, стало грустно и одиноко.

– Ты даже не догадываешься, чья кровь течёт в твоих венах, девочка. Ну, всему свое время.

Странно, о чем говорит магистр и чего такого я о себе не знаю? Мне захотелось пойти к королю и спросить его об этом прямо, но сейчас это будет так не кстати!

Вечером мне наконец-то удалось увидеть Лео. Он возвращался в свою комнату и выглядел выжатым, как лимон.

–Ну как ты? – я остановила его в коридоре.

– Устал, если честно, и есть хочется страшно. Мы только закончили.

– Вы все это время были в лаборатории? – удивилась я.

– Да. Мы хотели разобрать ещё одну тему, но магистру сказали, что меня ждёт Его Величество. Он решил прерваться, продолжим завтра. Интересно, зачем я понадобился отцу?

– Ты у него ещё не был?

– Нет, я хотел сначала переодеться.

– Тебе лучше поторопиться, Лео. Это срочно.

– Ты знаешь что-то, чего я не знаю? – принц насторожился.

– Да. Отец тебе сам все расскажет. Ступай к нему.

Лео кивнул и отправился в кабинет Велиора.

За ужином все молчали. Мы понимали, что не скоро теперь удастся вот так, всей семьёй, собраться за этим столом. И никому не хотелось нарушать разговорами эту объединяющую нас тишину.

– У тебя все собрано, дочка? – спросила Дианесса у Софи, когда мы уже начали расходиться.

–Да, все готово.

– Портал в парке, на центральной аллее.

– Хорошо.

– Мы с папой будем ждать тебя там.

Софи поднялась в свою комнату. Мы с Лео пошли вместе с ней. Пришли слуги, чтобы вынести её багаж: два походных медицинских саквояжа и небольшой кожаный рюкзак.

– И это все твои вещи? – спросила я.

– Да. К сожалению. Брать больше неразумно. Телепортация подходит только тем, кто путешествует налегке. – улыбнулась принцесса.

– Но у тебя было так много всяких баночек! Много пришлось оставить?

– Папины саквояжи вместительнее, чем кажутся на первый взгляд. Поместилось все, что нужно.

– Это хорошо.

– Я буду скучать по тебе! – Лео обнял сестру.

– И я! – я обняла их обоих.

– Я тоже, ответила Софи.

Мы стояли втроем посреди комнаты, когда зашла Мита.

– Дети, надо поторопиться, король и королева ждут вас.

Высокая арка портала горела и переливалась разными цветами. Внутри дрожало прозрачное марево, похожее на горячий воздух, который в жаркую погоду поднимается вверх от раскаленной солнцем земли.

Я раньше в живую никогда не видела порталов. И пользоваться ими не приходилось. Завораживающее зрелище.

Прощание было очень трогательным. Уже стемнело, но даже в слабом свете, который давали фонари в саду, я разглядела слезы на глазах короля и королевы.

Но вот силуэт Софи растворился в портале, арка исчезла. И только тёплый вечерний ветер нежно коснулся каждого из нас и полетел дальше.

Глава 3. Тяжело в учении.

– Не отставай! Ты можешь идти быстрее?! Мы в дороге всего четыре часа, а ты уже еле плетешься!

Рейнир подгонял меня, как отбившуюся от стада овцу. Я посмотрела на него исподлобья и постаралась идти бодрее. Просить этого тирана об отдыхе было бесполезно. Зачем мы идем так быстро? Я совершенно выбилась из сил. Где уж тут что-то замечать и к чему-то прислушиваться!

Не знаю, сколько еще мы провели в пути. Время уже перевалило далеко за полдень и даже в тени окружающего нас леса было жарко и душно. Пот с меня катился градом. Ноги гудели и отказывались идти дальше.

– Ну что, неженка дворцовая, сделаем привал? – спросил наконец магистр.

Рейнир совсем не выглядел уставшим, даже наоборот. Как будто это не он сейчас часов девять к ряду топал по пересеченной местности.

– Привал мне нужен был еще полдня назад. А сейчас я хочу лечь под какую-нибудь сосну и умереть! – огрызнулась я.

– Ложись!

Я посмотрела на Рейнира с недоумением.

– Я тебе серьезно говорю сейчас – ложись. Выбирай куда и ложись.

– А не все ли равно.

– Нет, не все равно. Смотри внимательно. И прекращай думать, тут чувствовать надо.

Я только-только отдышалась и смогла осмотреть место, в котором мы остановились. Высокие рыжевато-коричневые стволы сосен, мрачные темные ели с мохнатыми лапами, свисающими до самой земли, кусты можжевельника с тонкими голубоватыми иголками и мелкими синими ягодами, мягкий изумрудно-зеленый мох, резные листья папоротника, похожие на перья огромной птицы. Теплый воздух был пропитан смолистым солоноватым запахом хвои. Ноги сами понесли меня к уютному островку бархатистого мха. Я опустилась на землю, примостила голову на толстом и гладком корне сосны, выступающем из земли, и уснула.

Не знаю, сколько я проспала, но, когда открыла глаза, в лесу было почти темно.

– Магистр! Почему вы меня не разбудили! Как мы доберёмся до нашего убежища в темноте?

– Да тут недалеко, метров двести.

– А зачем тогда было спать на улице? – раздраженно спросила я.

– А сама не понимаешь? Ну-ка выключи свою думалку и почувствуй!

Судя по тону, Рейнир хотел сказать «свою бестолковую думалку», но сдержался.

Я прошла несколько метров, прислушиваясь к ощущениям. Усталости как не бывало. Ноги мягко пружинили, ступая по ковру из мха и хвои. Движения стали плавными. Тело легко уклонялось от встречающихся на пути веток. Глаза отчетливо видели в густых сумерках. Я вдохнула глубже. Плечи сами собой расправились, и казалось, что за спиной вот-вот прорежутся крылья.

– Вы правы, магистр… – тихо сказала я.

– Пойдем.

Шли мы и правда не долго. Возникший перед нами домик был точно из сказки. Островерхая крыша, покрытая мхом, была очень похожа на макушку косматой елки. Только узкая деревянная дверь и три потемневших ступеньки перед ней говорили о том, что это человеческое жилище. Внутри же оказалось очень уютно и просторно. Три комнаты: гостиная и две спальни. Камин, два кресла, невысокий столик.

– Как здесь здорово! – удивилась я. – И так много места!

– А ты думала, мы будем спать в тесной конуре на одной звериной шкуре? – рассмеялся Рейнир. – Нет уж, мне надо от тебя отдохнуть. И тебе не помешает побыть одной. Твоя комната слева. Ступай, когда ужин будет готов, я тебя позову.

Закрывая дверь в свою комнату, я увидела, как в камине сам собой разгорелся огонь. Но это уже совсем не удивляло.

Моя комната оказалась просто райским гнездышком.

На кровати, покрытой пушистым пледом цвета кофе с молоком уже лежал чистый домашний костюм. В углу – умывальник с большим зеркалом в серебряной раме. Ароматное мыло, гребень, мягкое полотенце. Все, что нужно, чтобы привести себя в порядок. А за треугольным окошком – загадочный ночной лес.

В комнату стал проникать аппетитный запах жареного мяса.

В дверь аккуратно постучали.

– Да!

– Все готово, юная леди, прошу к столу. – позвал меня Рейнир. Причём, в голосе его не было ни единой насмешливой нотки. Что-то на него не похоже.

Правда, на еду я набросилась совсем не как леди, а как оголодавший зверек. Когда же я, наконец, смогла оторваться от тарелки, магистр сказал:

– Ты молодец! Мы преодолели путь гораздо быстрее, чем я рассчитывал.

Я непонимающе посмотрела на него.

– Мы уже к полудню подошли почти к самому домику. Я тебя потом еще часа два просто кругами водил.

– Зачем? – спросила я скорее с интересом, чем с раздражением.

– Я специально задал такой темп ходьбы – хотел проверить уровень твоей физической подготовки. Пойдет для начала. А заодно выяснял, есть ли у тебя сила воли.

– И как?

– В порядке. Не ноешь, не закатываешь истерик, стискиваешь зубы и идешь, даже когда сил почти уже нет.

– А все-таки зачем было спать на улице? – осторожно спросила я, хотя уже догадывалась, каким будет ответ.

– Чтобы ты поняла, в чем твоя ошибка.

– Ошибка? И в чем же?

– В том, что ты преодолела весь путь сама.

Нет, ну он издевается. Решил мне мозг сломать!

– Пойми, Эвер, лес – это чистая энергия. А ты ни разу ею не воспользовалась. Пока я тебя не заставил. Сейчас ведь ты чувствуешь себя хорошо?

– Да, прекрасно.

– А почему, как думаешь?

– Потому что приняла помощь леса?

– Именно. Ощутила, доверилась и приняла. И так нужно делать всегда, когда оказываешься здесь. Огромные расстояния, непроходимые чащи, лесные пожары, в конце концов – никаких человеческих сил не хватил, чтобы все это преодолеть. И здесь даже телепортация не поможет. Ведь лесничие чаще всего не знают, куда именно им надо попасть. Здесь ты все время будешь что-то искать или кого-то выслеживать: источник заражения, раненое животное, черного мага, пришедшего за кровью оленя или когтями лисицы – да что угодно.

– Я поняла вас, магистр. Поэтому вас совсем не утомило наше путешествие? Вы умеете пользоваться этой энергией. И поэтому вас во дворце все так раздражало, да?

– Да. Я уже так привык к лесу, что уже не могу долго находиться в городе. Но сейчас речь не обо мне. Хотя… Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Мы вышли из дома.

– Постой здесь, на ступеньках. – сказал Рейнир.

Он сделал несколько шагов вперед, остановился, глубоко вздохнул, раскинул руки и поднял голову вверх. Мгновение – и руки начали обрастать перьями. Взмах, еще один – и в небо поднялся большой серый филин. Он покружил в темноте над лесом и опустился на ветку высокой сосны. Склонил набок ушастую голову и посмотрел на меня огромными огненно-оранжевыми глазами.

Я стояла, почти не дыша, и не могла отвести от него взгляда. Филин расхохотался. Ну, это уже больше напоминает магистра! Птица сорвалась с ветки и на подлете к земле снова приобрела очертания человека.

– Ух ты! Я тоже так хочу! – восхищенно выпалила я.

– Научишься. – ответил Рейнир. – Пойдём спать.

Я долго еще лежала в кровати, перебирая в памяти события этого дня. Но, наконец, уснула.

На второй день мы шли, не торопясь. Магистр подробно рассказывал мне обо всем, что встречалось нам на пути. Он заставлял меня вглядываться в каждую иголочку, в каждый опавший листок, трогать, нюхать. Хорошо хоть на вкус не пришлось пробовать! Он показывал мне едва заметные звериные следы, отметины на коре, на которые стоило обратить внимание, надломленные ветки кустарников. Мы провели в лесу целый день. Голова немного кружилась от такого количества информации, но усталости не было. Даже немого жаль было возвращаться в наше убежище.

В этот раз я уснула почти сразу. И сквозь сон слышала за окном взмахи мягких крыльев.

На третий день, на обратном пути во дворец, мы молчали. Я поняла, что магистр даёт мне возможность самой увидеть и почувствовать то, о чем мы с ним говорили накануне.

Несмотря на то, что шли мы довольно быстро, я действительно стала замечать вокруг себя много такого, на что раньше не обратила бы внимания. На одной из лесных полян я увидела, что на некоторых ветках сосен, окружающих её, порыжела хвоя. Как будто здесь горел огромный костёр и языки пламени опаляли иголки. Я попросила Рейнира подождать меня и обошла каждую сосну вокруг. Действительно, все ветки со стороны леса были зелёные, а на тех, что росли со стороны поляны, были рыжие подпалины. Но следов огня на поляне не оказалось. Такое большое костровище не могло бы полностью затянуться мхом и папоротником и за несколько лет. Тогда что же опалило ветки? Я поделилась своими наблюдениями с учителем.

– Ты почти правильно все поняла, здесь действительно когда-то горел огонь. Но не обычный, а магический. Скорее всего, на этой поляне проводили ритуал, и брызги бурлящей энергии разлетелись в разные стороны, опаляя сосны.

– А что именно делали здесь и кто?

– Кто это был, мы уже не узнаем. Но скорее всего, здесь что-то готовили.

– Готовили? Без огня?

– Для того, чтобы сделать отвар, нужен огонь. А чтобы получить газ, а не жидкость, температуры обычного костра не хватит.

– Газ? – удивилась я. – Настои, мази, капли, масла – все это мне приходилось раньше видеть. Но снадобий в виде газа я точно никогда не встречала.

– В том-то и дело, что это совсем не снадобье, это даже не ядовитое зелье. Это гораздо хуже.

– А что, например?

– Есть только одно заклятие, для которого нужен газ. Опустошающее заклятие. Вообще, эту субстанцию называют чёрным туманом. Страшная гадость. Попадая в тело человека, она быстро занимает все пространство и вытесняет из него жизненную энергию. Потом просачивается в ауру и отрывает душу от тела. Это если использовать её направленно, против одного человека. А если она утечёт в открытое пространство, где много людей, то может навредить всем, кого коснётся. Сразу от небольшого количества никто не умрёт, но эта дрянь может сидеть внутри, и сама собой увеличиваться в объёме. Стоит только человеку загрустить, потерять веру в себя, разозлиться – любые отрицательные эмоции в зараженном теле быстро перерождаются в черный туман. Так что все равно рано или поздно он может погубить всех, кто однажды вдохнул его.

– Опустошающее заклятие под строгим запретом, – вспомнила я уроки права.

– Это так. Хранители запретили его использование лет двести назад. Но, видишь, до сих пор находятся те, кто нарушает их приказы.

– За это могут совсем лишить магических способностей.

– Да, аннигиляция – это как раз то наказание, которое применяют в этом случае. Но надо же сначала поймать нарушителя. А вся проблема в том, что уже через десять минут после смерти человека ни один целитель не определит присутствие чёрного тумана. Так что только вот такие улики, которые сейчас увидела ты, и ещё некоторые признаки могут навести на след преступников.

– Будем расследовать? – с интересом спросила я.

– Нет. Расскажем о своей находке кому следует, пусть профессионалы занимаются.

Я немного расстроилась, но согласилась с магистром.

К вечеру мы возвратились во дворец. Несмотря на то, что я уже успела немного соскучиться по таким родным его стенам, я почувствовала, как на меня давит замкнутое пространство. Не сильно, вполне терпимо, но все-таки ощущается.

В этот раз магистр только одну ночь провел во дворце и на следующее утро после завтрака отправился снова в лес. Как он сказал, чтобы проверить, все ли готово к нашей второй вылазке. Мне было велено отдыхать и набираться сил.

Но я, конечно, не собиралась слоняться по дворцу без дела.

Прежде всего, мне хотелось увидеться с Лео. А ещё узнать, как обстоят дела в Геридани. Но мне не удалось поговорить ни с принцем, ни с королевой. Лео поспешил в лабораторию, а Дианесса сразу после завтрака куда-то уехала. Просидев час в своей комнате за чтением «Учения о Кехидупане», я решила сходить на могилу к бабушке.

Она находилась недалеко от фамильного склепа королевской семьи. Там, где хоронили самых приближенных слуг, если их тела не забирали на родину родственники. У бабушки же кроме меня никого не было, поэтому она покоилась именно там. День был очень ясным и теплым. На кладбище в тени высоких лип было свежо. И очень спокойно. Я присела возле покрытого изумрудной травой холмика и задумалась.

Странно, казалось бы, совсем недавно я лишилась самого близкого человека, и сама была готова умереть вместе с ней. Жизнь без бабушки казалась мне невозможной. Но прошло несколько месяцев, и вот я уже полна идей и планов, жадно проживаю каждый свой день, стараясь как можно больше узнать, как можно большему научиться. И даже радуюсь. Я вдруг почувствовала себя предательницей. Наверное, нельзя было так быстро возвращаться к нормальной жизни. Я вздохнула.

Уходила с кладбища я с грустью в сердце и очень злилась на себя саму.

На одной из парковых дорожек передо мной вдруг очутился желторотый, неуклюжий воробей. Потом ещё двое. Они прыгали, пытаясь взлететь. Их мама и папа находились неподалёку, наблюдая за детьми и время от времени встревоженно чирикая.

Я долго стояла, любуясь птичьим семейством. Наконец, взрослые воробьи чирикнули что-то очень требовательно, и все пятеро взлетели на высокий дуб, растущий неподалёку и скрылись в его кроне. «Пора домой», – подумала я. И тут заметила между корней того самого дуба крохотный птичий скелет. Наверно, это птенец, выпавший из гнезда ещё давно, совсем малюткой. Действительно, молодых воробьев было только трое, обычно бывает больше.

Я задумалась. Жизнь – эгоистичная особа. Несмотря на все потери и потрясения, она все равно продолжается и перетягивает все внимание на себя. Мне стало немного легче.

После обеда принц подошёл ко мне и предложил встретиться вечером в нашей беседке.

– Мне так хочется поговорить с тобой, но магистр не любит надолго прерывать занятия. Если честно, я сегодня первый раз за эти дни пообедал вовремя. – Лео улыбнулся.

– Он тебя решил уморить голодом? – спросила я.

– Наверно. – пожал плечами Лео и рассмеялся. – Буду тебя ждать!

– И я тебя. До вечера! Учись хорошо!

– Как скажешь!

Королева ещё не вернулась. Как бы мне хотелось попасть в кабинет короля и связаться с ним. Я достала из-за пазухи кулон и в первый раз как следует его разглядела.

Это был крупный прозрачный овальный камень в витой серебряной оправе. Внутри него перемещались струйки густого белого дыма, в которых можно было различить синие и алые крапинки. Мне почему-то вспомнилось, как Велиор описывал мою ауру, когда осматривал у себя в кабинете после смерти бабушки. «Может быть, я вижу ауру короля? Так, синие пятна, это скорбь. – размышляла я. – Логично, он скорбит об умерших. А алые? Нужно найти медицинскую энциклопедию. Там наверняка есть что-то о цвете ауры».

Я отправилась на третий этаж. Дверь библиотеки привычно скрипнула.

Где искать? На «М» или на «Э»? Но оказалось, что ни то, ни другое. Книги по медицине стояли вообще на отдельной полке. Так, наверное, королю было удобнее. На поиски ушло почти полчаса, но вот большая, в бархатистой фиолетовой обложке «Энциклопедия магической медицины» лежала на столе передо мной.

По оглавлению я нашла нужный раздел.

«Алый – цвет, выражающий решимость, смелость, готовность к действию».

Я пробежала глазами всю статью до конца. Нужно бы выписать себе все значения. Ведь если в этом амулете и правда отображается аура моего названного отца, мне лучше знать, что с ним происходит. Я сходила в комнату за своим дневником. Я всегда брала его с собой, в том числе и тогда, когда уходила в лес. Хотя, может быть, это не аура короля, а моё собственное состояние. Тоже вполне подходит. Ну, в любом случае, такие знания лишними не будут. Я стала переписывать. Не быстрое дело, конечно. Закончила я только к вечеру.

Ой, засиделась, меня же Лео ждёт! Я поставила тяжёлую книгу на место и побежала в парк.

Принц действительно уже был в беседке. Он держал на ладони сиреневый цветок и задумчиво его разглядывал.

– Извини, засиделась в библиотеке. Давно меня ждёшь?

– Не очень. Я вот смотрю на этот цвет и не понимаю, как добиться такого же. Он идеальный ведь, правда?

–Да, красивый.

– У меня такой не получается. То слишком холодный, то ярко-розовым отдает. Не то.

– О, а давай посмотрим, что он означает. – Я открыла дневник. Пробежала глазами по строчкам. – Сиреневый – чувство щемящей нежности, лёгкой грусти, ностальгии.

– Хм, интересно. А откуда это?

– Из медицинской энциклопедии. Я как раз над ней сидела сейчас. Ты же помнишь, как король диагноз ставит по цвету ауры. Мне интересно стало, решила побольше об этом узнать.

– Попробую завтра создать такой цветочек. Вот вспомню о тебе, и попробую, может быть получится.

– Я вызываю у тебя ностальгию? – улыбнулась я.

– И нежность, – тихо добавил Лео.

Я смутилась, но на сердце стало очень тепло.

– Слушай, может быть ты разбираешься в этих штуках.

Я достала кулон и показала его Лео. Принц посмотрел на амулет так, как будто знал, что именно его я сейчас и покажу.

– Амулет душевной связи. Хорошая вещь.

– А что он показывает? – я взглянула на камень.

Крапинок стало меньше, а те, что ещё оставались, посветлели.

– Он может показать состояние того, о ком ты думаешь. Если у этого человека есть такой же.

– Значит, я не ошиблась, я действительно видела душевное состояние отца?

– Да.

– Скорбь и решимость. Он борется с этой заразой. Сейчас, правда, цвет стал бледнее.

– В Геридани сейчас уже ночь, там на четыре часа позже, чем у нас. Наверное, спит.

– Правда, хорошая вещь.

Принц провел рукой по рубашке на своей груди и мне показалось, что он хочет что-то сказать. Но Лео молчал.

– Как твоё обучение? – спросила я.

– Хорошо. Тяжеловато, конечно. Парфениус конкретно за меня взялся. Но это правильно. Тяжело в учении – легко в бою.

– Да, у меня такой марш-бросок в первый день был, чуть не умерла! – хмыкнула я. – Рейнир, конечно, фанат своего дела. А знаешь, он в филина превращается. И меня обещал научить.

– Ой, давай только не в филина, жрать мышей девочке не к лицу!

– Обязательно слопаю парочку, когда научусь. Тёплые мягкие мыши, мммм…

– Пойдём пока чего следует поедим.

Мы успели как раз к ужину.

Наконец-то вернулась Дианесса. Нам троим было не по себе оттого, что семья за столом не в полном составе. Очень не хватало наших родных.

– Есть новости от Софи, Ваше Величество? – обратилась я к королеве.

– Да, перемещение прошло гладко. Она сейчас на полпути к Беллеции.

– А от его величества? – спросила я.

– Мы выходили на связь прошлой ночью. Он сказал, что все действительно серьёзно. Причину гибели людей пока не удается выяснить.

– Как бы я хотела его услышать…

– И я бы с удовольствием поговорил с отцом, – добавил Лео.

Королева посмотрела на нас и задумалась.

– Хорошо, попробуем связаться с ним послезавтра в 4 часа утра. Эвер, вы же с магистром позже выходите?

– Да, мы с рассветом пойдём. В 5.30.

– Ну, значит успеем. Если король сможет, то поговорим с ним все вместе.

Весь следующий день я провела в мучительном ожидании. И еле заставила себя уснуть вечером. Поспать получилось бы всего четыре часа. Сначала я вообще не собиралась ложиться, но как представила предстоящую нам с Рейниром «прогулку» по лесу, сразу поняла, что отдых мне необходим. Конечно, нормально уснуть не получилось, я лежала в полузабытьи, боясь проспать. Несколько раз смотрела на часы. Час двадцать пять, два десять, три пятнадцать. Все, больше не было смысла закрывать глаза. Я села на кровати. Голова была тяжёлой. Нужно умыться и привести себя в порядок. Вот бы сейчас здесь оказалось то средство, которое придумала Софи! Взбодриться не помешало бы. Я пошла в ванную. И очень удивилась, когда на столике у зеркала обнаружила небольшую стеклянную баночку с розоватым густым гелем внутри. Под ней лежал сложенный вдвое листок бумаги. Я развернула его:

«Дорогая сестрёнка! Это – маленький подарок тебе. На случай, если ты будешь пренебрегать сном ради учёбы. А я знаю, что будешь. Учись хорошо, красавица, но и не забывай отдыхать». Софи! Надо же! Она обо мне позаботились. Наверно, перед отъездом попросила Миту отнести записку и снадобье в мою ванную. Очень приятно.

Я нанесла средство на веки и посмотрела в зеркало. Все-таки, ярко зелёный цвет глаз мне очень к лицу. Усталость прошла. На часах было уже без четверти четыре. Пора идти к кабинету Велиора.

Высокая резная дверь была приоткрыта. Я быстро и почти бесшумно проскользнула внутрь. Лео в кабинете не было. За столом, спиной ко мне, сидела королева. Она опустила голову на руки, плечи вздрагивали. Она плакала беззвучно, я не слышала всхлипов. Тихо покашляла, чтобы выдать своё присутствие. Дианесса не подняла головы. Я подошла к ней и погладила по спине.

– Ваше Величество, уже почти четыре.

Она посмотрела на меня.

– Да, пора. Извини. Я очень за него переживаю. – голос её ещё был непривычно тихим, но слезы уже не текли. Все-таки, выдержки нашей королеве не занимать. Когда через минуту в комнату вошёл взъерошенный спросонья принц, по лицу Дианессы уже невозможно было догадаться, что она только что плакала.

Королева подошла к лианам, разделяющим части кабинета. Она коснулась веток, вылила в оба горшка какую-то жидкость голубого цвета и произнесла заклинание. Лианы начали тянуться друг к другу, увеличиваясь в размерах, их листья и ветки сплелись, совсем скрыв от наших глаз вторую часть кабинета, где находилась лаборатория короля. А когда они начали расходиться в стороны, возвращаясь к своим привычным размерам, перед нашими глазами предстала довольно бедно обставленная небольшая комната, за окном которой светило солнце.

– Лео, Эви, только не вздумайте шагнуть туда. Этот портал видовой, а не пространственный. Вы в лучшем случае окажетесь в какой-нибудь отдалённой части дворца, скорее всего где-то в подземелье. А вообще этот портал может выбросить вас куда угодно.

– Хорошо, не будем. – ответил Лео. Он, конечно, был уже знаком со свойствами этих лиан.

– Это комната его величества? – спросила я.

– Да. Геридань – небогатая провинция. Но уж для короля могли бы приготовить более подходящее пристанище. – недовольно заметила Дианесса.

– Отец всегда находится там, где его помощь нужна больше всего. И ночует он тоже там. Значит, беда случилась в какой-нибудь деревне. А для крестьянского жилища это вполне нормальная комната. – заметил Лео.

Дианесса не стала спорить с сыном. Он, безусловно, был прав.

Через несколько минут в комнате появился и сам король.

Вид у него был очень усталый. Он даже не сразу заметил портал.

– Здравствуй, дорогой… – тихо сказала королева.

– О, семейство, это вы?! – улыбнулся Велиор. – Решили меня проведывать?

– Да, мы же договаривались накануне, что свяжемся в восемь утра по вашему времени, – напомнила ему Дианесса. – Но ты, кажется, ещё не ложился.

– Ночь выдалась очень тяжёлая. Ещё одна смерть. Я ничего не смог сделать.

–Опять молодой? – обеспокоенно спросил принц.

– Да, угас прямо на глазах. Правда, между всеми жертвами нам удалось обнаружить связь. Они все были знакомы между собой. И все полтора месяца назад были на одном и том же празднике. Кажется, это была деревенская свадьба. Но там же и другие люди были, на свадьбах обычно вся деревня гуляет.

– Может быть, это какое-то ядовитое вещество замедленного действия? – предположила я.

– Пока ничего конкретного не удалось выяснить.

– Как ты сам себя чувствуешь? – спросила королева

– Не считая усталости, я в полном порядке. Кажется, это не заразно. Эпидемии не будет. Но все, кто был на тот злосчастном празднике, под угрозой. Я должен во всем разобраться.

– Ваше Величество, отец! – вдруг выпалила я.

– Да, Эви. – Велиор внимательно посмотрел на меня. Я даже через портал ощутила на себе его взгляд.

– Мы с магистром Рейниром кое-что обнаружили в лесу.

– Следы данов?

– Нет. Скорее всего, нет. Мы нашли место, где делали чёрный туман для опустошающего заклятия.

– Правда? Кто же решился! А ведь это может быть причиной… – король задумался.

–Дорогой… – окликнула его королева.

– Да, да… Спасибо, Эви. Это очень ценная находка.

– Ты выглядишь очень уставшим, – обеспокоенно сказала Дианесса.

– Да, милая, я сейчас обязательно лягу спать. Не переживай. А когда проснусь, мне будет, о чем расспросить местных жителей.

– Береги себя, отец, – произнёс Лео.

– Конечно, сынок. Как твоё обучение?

– Всё в порядке. Магистр Парфениус – настоящий профессионал.

– Ещё бы! Пережить критику твоей мамы и не сломаться! Такое мало кому под силу! – Велиор рассмеялся.

– Вел, ты как всегда! – улыбнулась Дианесса. – Опять стараешься меня поддеть! Значит, все с тобой хорошо. Главное, постарайся выспаться.

– Обязательно, моя королева! – Велиор посмотрел на неё с такой нежностью и любовью, что мы с Лео невольно отвели глаза от портала.

– До встречи! Мы тебя очень любим! – сказала за всех нас королева.

Изображение задрожало и начало бледнеть. Сквозь полупрозрачную пелену стали проявляться очертания королевской лаборатории.

– Мне пора, – спохватилась я, взглянув на часы на стене. На одном из циферблатов было 4.55, на другом – 8.55, а на третьем – 12.00.

– Тебе нужно позавтракать перед дорогой, – сказал Лео. – Пойдём, я составлю тебе компанию. Пойдёшь с нами, мама?

– Спасибо, сынок. Пока не хочу. Я постараюсь уснуть хотя бы ненадолго.

Я посмотрела на королеву. Теперь, когда уже рассвело, стало заметно, как сильно она устала. Совсем не спала этой ночью. А может быть, это уже не первая ночь без сна. Всё-таки, какой бы строгой не была Дианесса, прежде всего она – любящая жена.

Я попрощалась с королевой, и мы с Лео отправились на кухню.

– Слушай, всегда хотела спросить, что за время на этих часах? На двух циферблатах я поняла, это у нас и в Геридани. А на третьем?

– Сейчас эти часы показывали время в моем мире. Ну в том, учебном, который мы с магистром создаём.

– Сейчас там полдень?

– Полночь. Там всегда полночь в то время, пока я им не занимаюсь.

– А ты, значит, умеешь эти часы настраивать?

– Неа. Если честно, они умнее меня. Они сами настраиваются на то, что сейчас важнее для тех, кого находится в кабинете правителя. Их создал Велимир. Ну, мой пра- пра… Я тебе рассказывал, помнишь?

– Помню.

Прошло две недели. Жизнь шла своим чередом. Мы с принцем учились. От Софи начали приходить первые письма: она прибыла в Беллецию и тоже приступила к занятиям.

Король сообщил, что скоро вернётся домой.

Тайну внезапных смертей ему удалось разгадать. Действительно, виной всему оказался чёрный туман. А причиной, заставившей одного из гериданских парней так грубо нарушить закон, стала банальная ревность.

Парень этот был влюблен в девушку. А та собралась замуж за другого. Ревнивец решил убрать соперника. Уехал подальше от дома и в глухих лесах, как ему казалось, совершил тёмный ритуал. Преступник не знал, что лес этот не глухой совсем, а относится к столичному лесничеству и находится под надзором самого магистра Рейнира.

Он взял колбу с туманом с собой на последнюю холостяцкую пирушку, устроенную женихом перед свадьбой. Хотел убить только соперника, но так напился, что нечаянно разбил её прямо в разгар веселья. Вот все и надышались этой дряни. Он сам умер первым. Потом ещё несколько друзей жениха. Сам жених выжил. В его душе было столько любви и радостных ожиданий, что туман не смог разрастись.

Когда причина смертей стала ясна, король нашёл способ вылечить всех оставшихся в живых заражённых. Теперь оставалось найти и наказать того, кто надоумил ревнивого идиота так поступить. Не мог крестьянский парень сам до такого додуматься. Да ещё и правильно провести ритуал, двести лет бывший под строгим запретом. Здесь явно был замешан опытный маг, и нельзя было спускать ему с рук такую подлость.

Король должен был сделать последние распоряжения по поимке преступника и его дальнейшей участи.

– Эви, ты здесь! Мне надо с тобой посоветоваться… – Лео выглядел очень взволнованным.

Мы с магистром только что вернулись из очередного похода, и больше всего мне хотелось отправиться в свою комнату и упасть на кровать, но отказать другу я не могла.

– Хорошо. Через пятнадцать минут в нашей беседке. Только переоденусь с дороги. – ответила я.

Наступала осень, и вечера стали прохладным. Клематисы отцвели. Листья на парковых липах начали желтеть и падать золотыми чешуйками в тёмную воду пруда. Скоро вся его поверхность пожелтеет и станет похожа на огромного, вздрагивающего во сне дракона. Я поежилась. Вскоре пришёл Лео. Он принёс с собой два мягких пледа и горячий шоколад.

– Замёрзла? – заботливо спросил он, укутывая меня и протягивая пузатую дымящуюся кружку.

– Почти.

– Слушай, я закончил работать над учебной моделью мира. Она получилась довольно крепкой, мне кажется, туда можно отправится на час-полтора, чтобы все как следует проверить изнутри.

– Молодец. А о чем ты хотел посоветоваться? – напомнила я ему.

– Ну как, посоветоваться… Скорее, попросить. Пойдёшь со мной? – Лео посмотрел на меня с надеждой.

Вот это да! Никогда не бывала ни в одном тонком мире.

– Конечно!

– Тогда завтра после обеда. У меня как раз будет время для самостоятельного обучения. Магистр, конечно, вряд ли одобрит нашу совместную вылазку. Но мне хочется узнать твоё мнение.

– А почему не одобрит?

– Ну я должен сам решить, готов мир или нет, эта моя ответственность. Нечестно перекладывать её на тебя.

– Ты и не перекладываешь. Просто хочешь показать, чему научился и получить одобрение, так ведь?

– Да…

– Учти, если будет так себе, я тебе это скажу.

– На твою честность я и рассчитываю. – улыбнулся Лео. – Расскажи, как ты?

– Освоилась. И кое чему уже научилась. Хочешь, покажу.

– Хочу.

– Пойдём.

Мы спустились к пруду. Я села у воды, закуталась в плед и закрыла глаза. Полностью расслабилась. И… Вдруг вокруг стало совсем темно. Что-то мягкое и тёплое накрыло меня с головой. Я попробовала пошевелиться. Ноги путались в ткани. Так, не ноги, а четыре лапы. Значит, обратиться удалось. Только в кого? Я-то хотела стать лисицей. Но для неё явно была мелковата. Я наконец то выпуталась из пледа и осмотрелась. Все вокруг казалось очень большим. Прибрежный кустарник, сам пруд, старые липы поодаль. И Лео, хохочущий во весь голос. Я прошмыгнула мимо него к воде. Посмотрела на свою усатую мордочку в отражении. Куница. Ну вот! Я фыркнула и убежала в парк. И через несколько минут возвратилась на берег уже человеком. Лео все ещё вздрагивал от смеха.

– Страшная зверюга!

– Я вообще-то лисой стать хотела!

– Очень миленько получилось!

– Просто слишком уютно! Плед ещё этот!

– Вот почему ты не далась погладить! Такая шерстка мягкая! И мордашка, и хвооост! – принц уже всхлипывал от смеха.

– Ну, знаешь, не трогай мой хвост! – мне тоже сделалось очень смешно.

– Пойдём домой, грызун.

– Я не грызун!

– Угу, – хмыкнул Лео.

Когда мы подходили к дворцу, он наконец взял себя в руки:

– Я хотел спросить, не нашли ли вы следов присутствия дикарей. А тут такой грызун очаровательный вдруг! – Лео снова посмотрел на меня смеющимся взглядом.

– Куница – хищник вообще-то. Нет, пока ничего. Думаю, в этих лесах искать бесполезно. Нужно идти дальше, к границе.

– Наверное, так и есть. Значит этим займутся лесничие приграничных провинций.

– Неет… – протянула я.

– Почему это? – возмутился Лео.

– Магистр воспринял просьбу отца очень серьёзно. Мы отправимся в поисковую экспедицию примерно через месяц.

– Он с ума сошёл!

– Рейнир считает, что к этому времени я буду готова к такому путешествию.

– Ну точно псих!

– Не злись, пожалуйста. Я ведь и правда должна изучить не только ближайшие угодья. Я буду отвечать за все леса Эортании. Мне нужно их знать не понаслышке.

– На это может уйти целый год! А то и больше. Тебе и другие предметы нужно изучать!

– Магистр все продумал. Мы будем уходить на месяц. И месяц после этого я буду дома. Как раз на все хватит времени. Всего четыре провинции: Азурра, Рекида, Яардаль и Геридань. Семь месяцев. Ну может быть восемь, если с запасом, к тому же в перерывах я успею выучить историческую грамматику. Меньше года. Не так уж и много.

– Всё равно это как-то неправильно. Ты не должна подвергать себя опасности. Я буду сидеть здесь, во дворце, а ты скитаться по лесам за тысячи километров от дома.

– Это моя будущая работа, Лео. Так надо.

– Ладно, пойдём. Ты замёрзла уже. Без шерсти осенней ночью не жарко? Да, зверюга?

Я улыбнулась. Если бы он знал, что больше всего я боюсь не далёких странствий, а долгой разлуки с ним.

Когда я наконец добралась до своей кровати, то просто упала на неё без сил. «Интересно, какой он, первый мир, созданный моим Лео?» – с этой мыслью я уснула.

И проспала почти до обеда. Странно, почему никто не пришёл меня разбудить?

Я вышла из комнаты. Внизу были слышны голоса.

– Ваше Величество, при других обстоятельствах я бы ни за что не изменил условия нашего договора, но сейчас долг повелевает мне вернуться на Родину.

– Я прекрасно вас понимаю, магистр. И полностью с вами согласна.

В гостиной были магистр Парфениус, Лео и королева. Я остановилась на последней ступени лестницы, не решаясь подойти к говорящим. Принц заметил меня первым.

– Здравствуй, Эви.

– Доброе утро, то есть день.

Он посмотрел на мать, видимо, спрашивая разрешения отлучится. Та одобрительно кивнула.

– Привет, соня. – сказал Лео, когда подошёл ко мне. – Ты все проспала.

– Что именно?

– А то, что я больше не буду целыми днями торчать в подземелье и ждать, пока ты нагуляешься по лесу!

– Что случилось?

Несмотря на то, что Лео старался говорить непринуждённо и даже весело, я чувствовала, что ему не по себе.

– Магистру Парфениусу нужно срочно уехать. Умер король Карнакаса. Он обязан быть рядом с новым молодым правителем.

– Вот как! Значит, у тебя будут затяжные каникулы?

– А вот и нет! Я еду с ним. Моё обучение продолжится в Карнакасе.

– Вот это да! Лео! Серьёзно?

Я, конечно, была за него рада, но как же так? И когда мы теперь увидимся?

– Когда вы отправляетесь?

– Этой ночью. Магистр подготовит портал.

– Так скоро? – мне стало просто невыносимо грустно.

– Да. Но мы ещё успеем сделать то, что вчера собирались. Мне сейчас ещё сильнее нужна твоя поддержка.

– Тогда пойдём.

– Подожди меня у себя, пожалуйста, я за тобой зайду.

Я кивнула и поднялась обратно. Мысли путались в голове. Лео уезжает в Карнакас. Конечно, прерывать обучение сейчас было бы неправильно. А королева? Она ведь сначала была вообще против того, чтобы принц стал демиургом, а теперь отпускает его так далеко. Карнакас был дружественным государством, но у Эортании не было с ним общих границ. Наши страны разделяли обширные нейтральные леса. Сам Карнакас занимал жаркие пустынные земли на востоке. Это, правда, не мешало варварам время от времени совершать набеги на его западные провинции. Но, как рассказал Парфениус, последнее столкновение было больше десяти лет назад. Ну что ж, по крайней мере, там должно быть безопасно.

В дверь постучали.

– Прости, что задержался. Мы обсуждали, что необходимо взять с собой. – сказал Лео, входя в комнату. – Ты же ещё не завтракала? Я принёс тебе хлеб, сыр и холодную телятину. Поешь.

Это было очень трогательно. Если честно, аппетит у меня пропал. Так всегда бывает, когда я сильно волнуюсь. Но, чтобы не обидеть принца, я съела немного сыра и мяса.

– Пойдём?

– Да, пошли.

Лео повёл меня в подземелье. Я не очень хорошо помнила эти тёмные, освещенные редкими факелами, каменные коридоры. Мы бродили здесь в детстве, но это было давно.

Шли мы достаточно долго, и мне начало казаться, что мы заблудились. С каждым пройденный метром, подземелье казалось все более и более заброшенным. Факелы на стенах стали встречаться реже, а потом совсем пропали. Лео зажёг небольшой фонарь, который взял с собой. Его света хватало только на то, чтобы осветить путь на несколько метров вперёд. Под ногами начали попадаться обломки камней. Стены коридора казались совсем обветшалыми. И вот мы зашли в тупик.

– Лео, мы точно пришли туда, куда нужно? Ты же говорил, что в лабораторию ведёт дверь, а здесь какая-то стена.

– Подожди немного, сейчас ты сама все увидишь.

Принц выставил вперёд правую ладонь и начал делать круговые движения. Темно-серые камни, из которых была выстроена стена вдруг начали таять, как куски шоколада. И эта вязкая жидкость вслед за движениями принца стала медленно закручиваться в воронку. Постепенно материя начала светлеть и искриться. Это было немного похоже на портал, но вход был абсолютно круглый и не касался земли. И внутри все так же продолжало крутится, прочем все с большей и большей скоростью.

– Сейчас эта штука начнёт нас втягивать внутрь себя. Не пугайся и не сопротивляйся. Так нужно. – предупредил Лео. Он взял меня за руку.

– Держись за меня и наслаждайся полётом.

Я почувствовала притяжение. Ноги оторвались от земли. Мы с Лео стремительно полетели внутрь светящийся воронки. Сначала я ничего не могла разглядеть из-за слишком яркого света. Только чувствовала, что Лео все так же держит мою руку в своей. Потом глаза привыкли, и я стала различать перламутровые потоки, которые закручивались по спирали. Внутри них вспыхивали и гасли разноцветные искры, как будто горящий фейерверк затянуло внутрь внезапно налетевшего смерча. Странно, что при такой скорости вращения меня совсем не тошнило и даже не кружилась голова. Наоборот, было очень легко. Я посмотрела на Лео. Он держал мою руку в своей и при этом летел, лёжа на спине, совершенно расслабленно, а я сжалась в комок и вцепилась в его ладонь, как обезьянка.

– Не бойся. Ляг рядом.

Не отпуская его руки, я выпрямила ноги, расслабила плечи и откинулась назад.

– Я как будто на облаке лежу. Ничего не держит, но и не падаю. – поделилась я своими ощущениями.

– Не бойся. Не упадёшь. Посмотри вверх.

Я подняла глаза. Вращение совсем перестало ощущаться. Стало казаться, что мы действительно просто лежим, а вокруг нас вспыхивают и гаснут миллионы разноцветных искр.

Но вот скорость полёта стала уменьшаться. И мы начали, медленно покачиваясь, как осенний листок, опускаться вниз. Осторожно положив нас на землю, потоки втянулись обратно внутрь светящегося круга. Он постепенно сузился до точки, похожей на яркую звезду. Потом и она исчезла.

Мы лежали на мягкой зелёной траве. Над нами голубым куполом возвышалось небо. Оно было очень похоже на настоящее, земное, только намного прозрачнее. Если приглядеться, сквозь ярко голубую пелену можно было разглядеть далекие звезды.

Я почти не чувствовала своего тела.

– Здесь гравитация слабее, чем на земле, да?

– Ты почувствовала?

– Да.

– Все мы в детстве мечтали научиться летать. Здесь это возможно.

– Правда? Можно, я попробую.

– Конечно. Если ты уже отдышалась, вставай.

Я встала на ноги. Попробовала оттолкнуться. Получилось неуклюже.

– Подожди. Пройдись сначала, тебе нужно привыкнуть. – сказал Лео.

Я пошла вперёд. Трава будто пружинила под ногами и каждый раз, отталкиваясь от неё, я немного отрывалась от поверхности, а шаг получался немного шире, чем должен быть. Я попробовала пробежать. Да! Вот оно! То самое ощущение, которое я часто испытывала во сне. На бегу отталкиваться получалось намного дальше. Метров на пятнадцать. Я взлетала над землёй, а потом плавно опускалась, отталкивалась и опять взмывала вверх. Это почти полет. Впереди, посреди цветущего луга, я заметила каменные изваяния. Это были довольно грубо вытесанные фигуры. Некоторые выше, некоторые ниже. И все вместе они составляли широкий круг. А в центре этого круга высилась белоснежная колонна с небольшой круглой площадкой наверху.

«Вот от чего можно как следует оттолкнуться!» – пришла мне в голову мысль. Я разбежалась получше. Одна каменная глыба, другая, третья. Я взлетала все выше и выше, пока, наконец, не угодила прямо в центр площадки. Ох ты! Как высоко! С трудом удержав равновесие, я все-таки смогла устоять наверху.

Я села, скрестив ноги, и оглянулась вокруг. Вдалеке виделась серебристая извилистая полоска реки. На одном её берегу я смогла разглядеть несколько невысоких домиков, а на другом темнел лес. Он тянулся вдоль линии горизонта и упирался в синеватые хребты гор.

– Ну как тебе вид? – откуда-то сверху донёсся голос принца. Он завис в воздухе надо мной.

– Как у тебя так получается? – восторженно спросила я.

– Сейчас расскажу, – ответ Лео и медленно опустился рядом со мной.

– В последний раз отталкивайся сильнее и взлетай на вдохе. Задержи дыхание, и получится зависнуть на несколько секунд. Потом медленно выдыхаешь и опускаешься.

– Как здесь здорово! А для кого те домики у реки?

– Только для нас с тобой. Это учебный мир.

– Здесь никто никогда не поселится?

– Нет, это просто модель.

– Жалко. Здесь красиво.

– Пойдём дальше?

– Ты хочешь сказать, полетели?

– Ну, можно и так.

– А спускаться страшно.

Я посмотрела вниз и перед глазами все поплыло.

Лео взяла меня за руку.

– Не бойся, здесь невозможно упасть.

Мы шагнули с платформы. И правда, спуск получился плавными и медленным. А когда ноги коснулись земли, мы снова поднялись вверх.

Весь путь к реке получилось преодолеть за несколько минут.

Деревенька на берегу оказалась очень уютной. Небольшие домики, окружённые плодовыми деревьями и пестрыми клумбами, приветливо смотрели на нас своими блестящими окнами. Казалось, что здесь кто-то живёт: настолько ухоженным было это место. К воде спускались извилистые тропки. А поодаль на небольшом полуостровке, окруженном с трех сторон водой, стояла беседка. Восемь белых колонн, обвитых сиреневыми клематисами.

– Наша беседка! – воскликнула я.

– Совсем, как наша, – поправил меня Лео. – Давай отдохнём. Выбирай любой дом.

– Вот этот, – показала я.

Деревянный бревенчатый дом с большими окнами, открытой террасой и двускатной крышей, покрытой густой травой, выглядел очень заманчиво. Там наверняка тепло, уютно и обязательно пахнет пирожками с малиной.

Так и оказалось. Внутри нас ждал накрытый стол. Мягкий деревенский сыр, круглый, ещё тёплый ржаной хлеб, мед в пузатом глиняном горшочке и целое блюдо румяных пирожков.

– Вот это да! Как ты все это сделал? – спросила я принца.

– Это не я, это ты. Здесь очень легко воплощать предметы. Достаточно просто представить их себе. Я бы мед не стал воображать. Я его не люблю.

– Да ничего ты не понимаешь. Мед с чёрным хлебом и травяным чаем – это… божее-фф-твенно! – сказала я с набитым ртом.

Лео улыбнулся:

– Ешь, зверёк голодный.

После еды мы решили отправиться дальше.

С лёгкостью перескочив через реку, мы понеслись над лесом. Оказалось, если включить воображение, можно отталкиваться и от верхушек деревьев. Я просто представила лес шумящим внизу зелёным морем, а самые высокие сосны – мачтами дрейфующих в этом море кораблей. И ноги мои действительно находили твёрдую опору, вместо того, чтобы провалиться в пустоту сквозь зыбкие кроны.

А вот и горы. Без особых усилий мы взобрались на небольшой уступ почти у самой вершины. Лео предложил присесть и полюбоваться закатом.

– Уже вечер? Тебе же пора уезжать! – спохватилась я.

– Не волнуйся, здесь время идёт иначе. На земле всего 3 часа дня.

– Вот как? Тогда все в порядке.

Мы устроились на плоском сером камне и посмотрели на горизонт. Светило этого мира медленно опускалось все ниже и ниже. При этом небо расцвечивалось все ярче и ярче. Оно переливалось оттенками розового и фиолетового. Лёгкие облака, постоянно двигаясь, сплетались в немыслимые узоры. Но вот этот красочный танец подошёл к концу, стемнело и все звезды, которые раньше только угадывались за полупрозрачной пеленой небосвода, ярко зажглись у нас над головой.

– Как красиво! – прошептала я.

– Я здесь ни при чем. Это настоящие звезды.

Мы посидели ещё немного в тишине.

–Пора. – сказал Лео.

Он встал и протянул вперёд руку. Свет звёзд стал собираться в яркие полосы и закручиваться в спираль. Светящийся круг приблизился к нам. Лео сжал мою ладонь. Срываясь со скалы и устремляясь внутрь световой воронки, я вскрикнула от страха.

– Трусиха. – спокойно сказал принц, когда мы оказались в подземном коридоре. – У меня в ушах звенит от твоего визга.

– Ну извини, – проворчала я.

Но дулась я не долго:

– Это чудесно! Как здорово, Лео!

– Понравилось?

– Ещё бы!

– Хорошо. Вроде бы, все работает так, как я и задумывал. Мы правда до водопада не добрались. Я побоялся оставаться там дольше. Все-таки, это первый мой мир. А мы с тобой – живые люди. Если бы он нас не выдержал, неизвестно, куда бы нас отбросило после взрыва.

– Там ещё и водопад есть?! -восхищенно спросила я.

– Это тебя волнует больше всего? – рассмеялся принц. – А то, что мы могли бы оттуда не вернуться, это ничего, нормально?

– Я тебе доверяю.

Я посмотрела ему в глаза. В неярком мерцающем свете факела они казались почти черными, с золотистыми искорками, тёплыми и такие родными… Вот бы он сейчас наклонился и поцеловал меня…

Сердце бешено колотилось. Кончики пальцев сделались холодными, как лёд. Мне кажется, я даже задержала дыхание… Но Лео отвёл взгляд.

– Пойдём?

Внутри у меня что-то оборвалась и полетело в чёрную пропасть.

– Пошли, – тихо отозвалась я.

Войдя в свою комнату, я заперла дверь, упала на кровать и разрыдалась. Да что же со мной! Почему так больно? Я уткнулась в подушку и пролежала так до самого вечера.

Очнулась оттого, что в дверь постучали.

– Эви, у тебя все хорошо? – это был голос Лео.

– Да! Минуту, сейчас открою.

У меня же глаза, наверное, все красные и опухли! Я бросилась в ванную. Должен был ещё остаться крем. Ура! Быстро намазала веки и посмотрела на себя. Уф, ну и чудище! Но средство Софи снова сработало безупречно. Уже через двадцать секунд следов безутешных рыданий совсем не осталось.

Я открыла дверь.

– Ты спала? – спросил принц.

– Да, – сорвала я, стараясь говорить спокойно и медленно, будто спросонья.

– Мы скоро отправляемся. Проводишь?

– Конечно, – встрепенулась я.

И снова пришло время прощаться. Снова на тёмной аллее – мерцающая арка портала. Королева крепко обняла сына. А я? Мне тоже хотелось броситься ему на шею. Но вместо этого я просто коснулась его плеча и прошептала: «Учись хорошо!»

Лео прижался щекой к моей руке и ответил: «Как скажешь».

Портал растворил его очертания и исчез. Вокруг – только холодная осенняя ночь.

Мы с Дианессой стояли посреди аллеи, растерянно глядя по сторонам, как потерявшиеся дети. Королева первой взяла себя в руки.

– Пойдём, Эвер, уже поздно. Ты выглядишь очень усталой.

Странно, и правда, я чувствовала себя, как выжатый лимон. Наверное, снадобье принцессы справилось только с внешними следами переживаний. Унять боль в моем сердце ему оказалось не под силу.

За весь следующий месяц ничего значительного не произошло. Может быть, это мне не хватало душевных сил, чтобы чем-то по-настоящему увлечься.

Конечно, я старалась прилежно учиться. Во время походов в лес с магистром Рейниром слушала его внимательно, но такого восторга и интереса, как раньше, наши занятия у меня уже не вызывали.

Единственным приятным событием за эти дни стало письмо Софи. Когда в один день после завтрака Мита принесла конверт в мою комнату, я сначала очень удивилась. До этого письма отдавали Дианессе, и она читала их вслух за ужином. А это было адресовано именно мне.

«Привет, сестрёнка!

Я по тебе соскучилась. Как ты там в своих лесах? Надеюсь, тебе все нравится.

А я просто в восторге от Академии. Это моё место! Как же я рада, что мама поняла меня и приняла мой выбор!

Здесь так прекрасно! Если честно, я только недавно перестала на каждом шагу замирать и любоваться тем, что вижу. В Академии каждый предмет – произведение искусства. Двери, окна, светильники, лестницы, мебель, да даже пол и стены!

Когда я только-только сюда прибыла, доходило до смешного. Представляешь, шла я как-то с утра в классную комнату, остановилась, чтобы рассмотреть витражное окно в холле и опоздала на урок!

А магистр вместо того, чтобы отругать меня, просто поинтересовался, что меня так задержало.

Я честно призналась, и он меня даже похвалил за наблюдательность и рассказал об этом витраже мне и всем моим однокурсникам.

Здесь и люди – просто чудо. Вежливые, деликатные. Даже мои ровесники.

Я живу в одной комнате с местной девушкой, так у неё первые три дня все время глаза были на мокром месте. То и дело, когда мы оставались вдвоём у себя, у неё слезы текли. Я как-то спросила, почему она плачет. Оказалось, у неё аллергия на лилии. А мне большой букет подарили. Вот я его в комнате и поставила. Ну можно же было сразу сказать! Нет, она боялась показаться невежливой.

Да, я же тебе не рассказала. Представь, когда я только приехала в Беллецию, меня вместе с ректором Академии и старшей наставницей встречал какой-то молодой человек. Странно, назвал меня по имени, а сам не представился. Сказал, что наслышан обо мне и очень ждал моего приезда, вручил букет, поклонился и ушёл. Я в суматохе его не остановила, не спросила, кто он такой. А потом как-то не до этого было. Интересно, кто же это был?

А, да! Ещё я решила тебе написать, потому что очень волнуюсь. И нужно с кем-нибудь поделиться. Но друзьями я здесь ещё не обзавелась.

Почему волнуюсь? Потому что послезавтра наш первый бал. Студенток Академии представят высшему свету.

Приглашены сыновья короля Беллеции. А их, между прочим, четверо.

Столько принцев сразу, ты только представь!

Я даже не знаю, хочу ли я им понравиться. Вдруг там какие-нибудь избалованные снобы окажутся. А если нет? А вдруг это моя судьба – стать королевой Беллеции? Рано я размечталась, да?

Но все равно, пожелай мне удачи, сестрёнка!

Целую тебя, твоя Софи».

Я дочитала письмо. Конечно, Софи достойна того, чтобы стать королевой. Ведь она настоящая принцесса. Тем более, в такой стране, где изящество и красота – на уровне государственного закона. Она для этого создана.

Я была за неё рада.

А меня саму все это время волновала только одна мысль: неужели Лео не любит меня? Почему он относится ко мне исключительно как к сестре? Нет, конечно, он в общем-то и был моим братом, но ведь названным, а не родным. А что, если он знает что-то такое, чего не знаю я?

Я вспомнила слова Ренира: «Ты не знаешь, чья кровь течёт в твоих венах…»

Неужели?.. Я сначала решила, что обязательно поговорю с королём об этом, как только он вернётся. Но когда через неделю после отъезда принца Велиор прибыл во дворец, от моей решимости ничего не осталось. Как я подойду и спрошу у него: «Вы и есть мой настоящий отец?». Нет, это невозможно.

На следующий же день после своего возвращения, король решил лично осмотреть всех домашних.

Я очень волновалась, входя в его кабинет.

«Дай-ка мне ладошки» – привычно, совсем как в детстве, произнёс Велиор. И через несколько секунд воскликнул:

– Это не аура, это картина сумасшедшего художника! Что с тобой?!

Как я могла ему ответить? Я и сама плохо понимала, что происходит внутри меня: любовь и тоска, страх и любопытство, надежда и отчаяние… Каких только чувств я не испытывала за эти дни.

– Расскажи мне, пожалуйста, что с тобой происходит. – попросил Велиор.

Нужно было что-то соврать, причём так, чтобы самой поверить в свои слова. Иначе целитель почувствует фальшь.

– Я боюсь отправляться в лес на целый месяц… – пролепетала я.

Король сделал вид что верит мне, кивнул и спросил:

– А ещё?

– А ещё очень этому рада. Представляю, сколько открытий нас ждёт!

– И все? Все мысли об учёбе? – спросил он, хитро прищурившись.

– Да… – неуверенно сказала я.

Не умею я врать! Сложности предстоящей экспедиции меня беспокоили в последнюю очередь. А о том, какие чувства бурлили в душе на самом деле, из-за чего моя аура вся покрылась хаотичными разноцветными пятнами, я бы ни за что ему не рассказала.

– Ну что же, похвальное рвение. – вздохнув, произнёс король. – А вообще, ты вполне здорова. Ничего опасного и разрушительного я не увидел. Тебе бы собраться с мыслями и не волноваться по пустякам. Если захочешь мне что-нибудь рассказать, я всегда готов тебя выслушать.

Но я так и не собралась поговорить с отцом по душам.

Глава 4. Вдали от дома

Наступил день моего отъезда.

– Сначала отправимся в Рекиду. Это на юге. Там сейчас ещё тепло. Не хочу, чтобы ты простудилась в первой же экспедиции. – Рейнир был, как обычно бодр и полон энтузиазма. – Будь готова к тому, что там уютные домики на каждом шагу нам встречаться не будут. Придётся ночевать в лесу.

Как будто я сама не догадывалась!

Зря магистр считает меня избалованной неженкой. Трудности меня не пугают. Да к тому же я уже хорошо научилась обращаться. Зверю или птице найти в лесу место для ночлега не трудно. Вот только я ещё не пробовала спать в таком виде. А вдруг я, когда усну, снова стану человеком? Надо будет спросить у Рейнира.

Мы отправлялись в путь в привычное время – в пять тридцать утра. Правда, сейчас светало намного позже. Поэтому было ещё совсем темно. И холодно. Трава в парке покрылась инеем.

– Ненавижу этот способ передвижения, – ворчал магистр, хмуро поглядывая на мерцающий портал. – Если бы не ты, я бы долетел до Рекиды за три дня. Но ты ещё не готова к таким продолжительным обращениям.

Король и королева вышли нас проводить.

– Вот и разлетелись все птенцы, – грустно сказала Дианесса.

Король обнял её и поцеловал в волосы, а потом подошёл ко мне:

– Эви, мой амулет с тобой?

–Да.

– Не снимай. Так я всегда буду рядом.

Я кивнула.

– Удачной экспедиции.

Велиор крепко обнял меня, пожал руку магистру, и мы с Рейниром шагнули в портал.

Я даже не успела ничего понять. Это было совсем не так, как с перемещением в тонкий мир, созданный Лео. Никакого полёта, никаких разноцветных искр. Просто шаг из тёмного и морозного осеннего утра в душный пасмурный летний день.

Мы уже несколько часов шли по скользкой после недавнего дождя дороге, проложенной сквозь густой лиственный лес. Грязь чавкала под ногами, увесистый рюкзак давил на плечи. Так себе прогулка. У нас в лесу – песок и хвоя, там не бывает такой слякоти. Я чувствовала, что Рекида не станет моим любимым местом в королевстве.

– Как здесь жарко и влажно… – сказала я, вытирая со лба капельки пота.

– Здесь в конце сентября всегда так. Зато не холодно.

– Я бы сейчас с удовольствием стала лягушкой. Я уже и так вся мокрая и липкая.

– Ну и о чем ты будешь квакать с Бергеном?

– Со здешним лесничим?

– Да. А ты откуда знаешь?

– Слышала это имя от короля. Мы к нему сейчас?

– Да. Надо поговорить. Он мог бы нам помочь с поисками. Расспросим его, он должен знать, заходят в эти места дикари, или нет. Ну и переночуем заодно.

Мысль о цивилизованном ночлеге и даже, может быть, тёплой ванне придала мне сил.

– Ты, кстати, опять допускаешь ту же ошибку. – поговорил Рейнир.

– Я пока не чувствую этот лес. Никогда не бывала в таких. Здесь и пахнет совсем по-другому.

– Ладно, давай отдохнём. Заодно осмотришься.

Мы сняли рюкзаки и поставили их на траву у дороги.

Трава здесь вообще была очень высокой. А ещё густой подлесок и какие-то цепкие колючие кусты. Пахло прелой листвой, дождём и чем-то сладким. Я сошла с дороги. Ноги запутывались в траве, рукава проходной куртки цеплялись за колючие тонкие ветки. Зато на одной из них я увидела красные ягоды. Это малинник? Так и есть!

– Здесь полно малины! – крикнула я и принялась рвать мягкие ароматные ягоды. – Вкусная!

«Сейчас бы обратиться медведем…» – подумала я про себя и самой смешно стало.

Ну нет, медведь – это уже слишком.

Зато к этому месту я потихоньку начала привыкать. Не так уж и плохо здесь.

Я посмотрела вперёд и мой взгляд отыскал путь среди множества спутанных тонких веток. Идти стало легче. Я больше не лезла напролом, а будто скользила по этому затейливому зелёному лабиринту. И так увлеклась этим занятием, что не заметила, как споткнулась о неприметный трухлявый пенёк. Сильно ударилась ногой. Пришлось сесть на землю и осмотреть её. Нет, ничего не сломала, вроде бы. Под этой самой несчастной корягой я заметила что-то белесое, напоминающее тонкую закрученную в спираль проволоку и потянула. Эта штука легко оторвалась, кусок её остался в пальцах.

Я вышла на лесную дорогу, где сидел, прислонившись спиной к своему рюкзаку, магистр.

– А что это такое? – показала Рейниру свою находку.

– Выброси эту гадость.

Белая спиралька полетела в траву.

Я почувствовала, что пальцы, которыми я её держала, онемели. Надавила на подушечки ногтем другой руки, но ничего не почувствовала.

– Не хватай никтериды голыми руками!

– Это растение?!

– Да. Ты где его откопала?

– Под гнилым пнем.

– Ну Берген обленился! Совсем запустил рекидские угодья. Это сколько же здесь никтерид, если они уже сюда просочились. На будущее, будь осторожнее.

– Хорошо. Хватать что попало больше не буду.

– Договорились.

Лесничий Рекиды Берген был на удивление крепким стариком. Несмотря на то, что ему уже давно перевалило за восемьдесят, он сам регулярно обходил вверенные ему угодья, всегда вовремя отчитывался в столице о положении дел и вообще был, насколько я знала, на хорошем счету у отца. Поэтому мне с трудом верилось, что это он виноват в том, что никтериды так разрослись в этом лесу.

Лесничий встретил нас радушно, но я заметила, что он нервничает. Слишком много суеты: предложил нам присесть, схватил и потащил куда-то наши вещи. Потом попросил встать, передвинул кресла ближе к столу. Раз пять спросил, удобно ли нам. Пока наливал воду в умывальник, расплескал немного на дощатый пол.

Рейнир наблюдал за стариком с недоумением.

– Берг, старина, с тобой все в порядке? Я тебя не узнаю. Ну-ка успокойся и присядь с нами.

Лесничий устало опустился на стул.

– Что-то случилось?

Берген молчал. Потом вздохнул. Его тёмное, изрезанное морщинами лицо было все ещё очень мужественным и по своему красивым. Но сейчас на нем читалось смятение.

– Случилось. Причём заметил я это совсем недавно и не успел вас предупредить. Боюсь, вам сейчас нельзя идти в эти леса.

– Так, рассказывай все по порядку и без поспешных выводов. – спокойно сказал Рейнир.

– Три дня назад я обходил лес к востоку отсюда и вдруг почувствовал себя плохо. Голова закружилась, в глазах потемнело. Я присел на поваленное дерево. А когда попробовал подняться, ноги совсем не слушались. Я свалился на бок, и, когда падал, чуть сдвинул трухлявый ствол с места. А под ним все кишело длинными белыми червями. Только это оказались не черви, а никтериды. Их было так много! Я сразу понял, почему мне стало плохо. На счастье, противоядие я всегда с собой ношу, давнишняя привычка. Я накапал лекарства себе под язык, полежал ещё немного и пошёл осматривать другие гнилые коряги. И везде было полно этой мерзости. Ещё весной здесь ничего такого не было. Я каждый год проверяю все самые укромные уголки и у меня всегда чисто. Уже много лет. Только в пещерах на самой границе с нейтральными землями я оставлял несколько растений, чтобы не исчезли полностью – так предписывают правила. А тут под каждым пнем клубки этих белых ниток. Как будто кто-то нарочно высаживал.

– Когда мы шли сюда, я нашла такой стебелек, сорвала его и пальцы онемели. – пожаловалась я.

– Ох, девочка, значит и они и на запад расползлись. Вот ведь несчастье. Кто же это вредит лесу? Кому они нужны?

– Тому, кто умеет их использовать. – проговорил Рейнир.

– Чёрный маг?

– Я думаю, да. Он мог уже после весенней проверки посеять.

– Да как же! Это же не на один день работы! Я бы заметил, что кто-то чужой в лесу копошится.

– А что, если он появился здесь только один раз, рассеял споры, и ушёл, а остальное сделала грибница. – предположил магистр.

– Какая грибница? Никтериды – растения… – не поняла я.

– Конечно! – оживился Берген, – Можно на споры бледной поганки приживить некоторые виды никтерид. Сырье получается не таким качественным, но зато много и быстро.

– А это как? Можно поподробнее? – спросила я у лесничего.

– Можно взять споры бледной поганки – остальные не выживают в соседстве с семенами этих растений, а у этого вида хватает своего собственного яда, чтобы ослабить их губительное действие. В общем, споры и семена перемешивают, читают над ними заклинания и оставляют на месяц в темном месте. Потом эту смесь рассеивают по лесу. Семена на свету погибают, а споры проникают в землю и начинают формировать грибницу. Она расползается под землей, как паутина, и поднимается к поверхности там, где темно и сыро. Только вместо грибов на ней появляются тонкие бледные ростки. Такие никтериды слабее тех, которые растут сами по себе. Зато их может быть очень много. За грибницей невозможно проследить и никак не узнаешь, где эта гадость решит вылезти.

– Понятно. Значит, каждая гнилая коряга сейчас под подозрением?

– Да. Ума не приложу, как с этой напастью бороться. И для вас это может быть опасно.

– Успокойся. Три лесных мага лучше, чем один. – сказал Рейнир и посмотрел на меня. – Ну не три, два с половиной. Мы с ученицей поможем тебе истребить заразу, а ты нам расскажешь, давно ли в этих лесах видели дикарей.

Берген кивнул:

– Ладно. Все завтра. А сейчас вам нужно отдохнуть с дороги.

Горячий ужин, ванна и тёплая постель оказались как нельзя кстати. Я уснула сразу, как только моя голова коснулась подушки. И утром поднялась ещё до рассвета.

В Рекиде погода стояла совсем летняя. Я вышла из дома лесничего и решила немного прогуляться. Сразу за плетёным забором начинался лес. В прозрачном сумраке раннего утра он выглядел немного пугающе. Густые заросли, седые от обильной росы, стояли передо мной непроходимой стеной. Если бы я решилась пойти сквозь них, то наверняка бы вся поцарапалась и насквозь промокла. Я постояла немного в растерянности. Лес не принимал меня. «Нужно с ним договориться» – подумала я. Закрыла глаза и прислушалась. Через некоторое время сквозь монотонный шум я стала различать то ли скрип, то ли стон. «Тебе плохо?» – спросила я, еле слышно – «Ты болен? Я постараюсь тебе помочь, если ты меня пустишь». Мне показалось, что я расслышала протяжный вздох. А когда открыла глаза, то сразу разглядела едва заметную тропку. И пошла по ней вглубь леса. Воздух здесь был очень важным и сильно пахло грибами. Но это был не привычный мне терпкий запах, а горьковатый, гнилой. Я огляделась. Но не увидела ни старых, ни свежих грибов. «Никтериды…»– догадалась я. Присев на корточки, я стала всматриваться в покрытую травой и почерневшей листвой землю. И услышала тихий треск. Как будто под этим покровом расползались, прогрызая себе дорогу, тонкие черви. Я взяла палку и прочертила на земле полосу, подняв слой листвы. То, что я увидела, было очень противно на вид. Тонкие, как белая паутина, нити грибницы, покрывали землю. Они двигались совсем как живые. Я прикоснулась к одной из них кончиком пальца. Нить скрутилась в комочек, и я услышала тонкий писк. «Ага, боишься меня!» – подумала я. Через пару минут свет сделал свое дело. Нити перестали двигаться, потемнели и рассыпались. Значит, это и правда была зараженная грибница. Обычная не боится света. Я почистила от листвы небольшой кусок земли вокруг себя. И везде – то же самое зрелище: копошащаяся паутина, погибающая через несколько минут. Я снова услышала писк. Только теперь уже немного громче. Он доносился отовсюду.

«Что, не нравится?» – злорадно усмехнулась я. Как же избавиться от этой дряни?

Понятно, что действовать надо с умом, то есть использовать магию. Просто вручную убрать это все невозможно. Но что нужно делать? Я знала оживляющее заклинание, которое можно прочесть над увядшим цветком или возле засохшего дерева. А вот убивающего не знала. А что, если…

«Грибница-то заражена!» – меня вдруг осенило. – «Её нужно не убивать, а лечить!» В голове начал складываться план действий. Прочесть заклинание над каждым клочком земли не получится. «Хотя грибница – это ведь единый организм. Просто очень большой…» От размышлений меня оторвал голос Рейнира.

– Ээ-веее-риии-нааа!

Я, наверное, засиделась в лесу, и магистр меня потерял.

– Идуууу! – крикнула я.

– И где ты пропадала с утра пораньше? Я проснулся, а тебя нигде нет. Уже успел испугаться.

– Гуляла…

– Предупреждать надо!

– Вы спали, мне не хотелось вас тревожить.

– Ладно, пойдём в дом.

После завтрака Рейнир и Берген собрались в лес.

– Сегодня останешься здесь! – сообщил мне магистр. – Мы должны разобраться, насколько опасны сейчас эти места. К вечеру вернёмся. Не скучай и ничего не бойся. Дом лесничего заговорен. Ни зверь, ни человек с дурным умыслом сюда не проникнет. И не вздумай без нас уходить!

«Ну вот ещё!» – решила я для себя, но вслух ответила:

– Конечно, магистр.

Рейнир, знавший меня уже достаточно долго, не очень-то верил в мою покорность. Он посмотрел на меня в упор:

– Это может быть очень опасно! Особенно если наш таинственный агроном решит прийти за урожаем. Черные маги не любят свидетелей.

Сначала я и правда решила его послушаться. Пошла в свою комнату и улеглась на кровать с книгой заклинаний. Полистала страницы. Нашла оживлящее заклинание.

«Распустись нежным цветом, сухая трава,

Заструись по стволам, сладкий сок.

Пусть увядшая суть станет снова жива…»

Я его знала почти наизусть.

Нашла несколько исцеляющих заклинаний, для разных случаев. Но думалось мне сегодня не очень хорошо.

Нет, вот так вот сидеть целый день на одном месте – невыносимо! Я вышла на улицу. На вид – обычное деревенское хозяйство. Уютный сад, несколько небольших построек: курятник, сарай для инструментов и всякого необходимого барахла и какой-то ещё то ли домик, то ли сарайчик с маленькими окошками под самой крышей, крепкими бревенчатыми стенами и массивной дверью на железных петлях и с тяжелым навесным замком. Интересно, что там? Я подошла к непонятной постройке. Встала на цыпочки и попробовала заглянуть в окно. Нет, высоко. Я огляделась вокруг. Рядом с поленницей лежало неплохое бревнышко. Можно подставить его. Так я и сделала. Сначала в полумраке ничего не удавалось разглядеть. Но потом мне показалось, что внутри что-то зашевелилось. Что-то большое и чёрное. А через несколько секунд прямо перед собой я увидела звериную пасть и маленькие черные глаза. Раздался такой оглушительный рык, что стена, разделяющая меня и это существо, задрожала. Я отшатнулась и свалилась с бревна. Зверь продолжал рычать и кидаться на дверь изнутри. Замок вздрагивал и глухо позвякивал. Я отползла подальше от этого страшного сарая. Кого здесь прячет лесничий? По-моему, это медведь. Большой. Ну мало ли, может он болен, а Берген его лечит и держит здесь на карантине. Фух, хорошо, что этот домик такой крепкий.

Я побродила по участку. Зверь скоро утихомирился, только время от времени недовольно порыкивал в своей темнице. А мне страшно надоело слоняться без дела. А что, если я обернусь каким-нибудь небольшим животным? Кто меня сможет заметить? Ничего же не случится плохого.

Я вышла за забор, закрыла за собой калитку и углубилась в лес. Сегодня он принял меня на удивление хорошо. Густая трава шелком скользила по ногам, идти было легко. Я съела горсть лесной машины и, разглядев впереди небольшую поляну, улеглась на землю. Было мягко, но сыро. Скоро вся кожа стала влажной. А потом на руках появились зеленоватые чешуйки. Я вздрогнула всем телом и обратилась ящерицей. Вот это очень кстати! Такое юркое и неприметное существо точно не попадается никому на глаза. Снизу все выглядело иначе. Это был лес внутри леса. Стебли травы, как высокие деревья, тянулись к самому небу.

Петляя между ними, я заскользила, туда откуда сильнее всего пахло грибами. Пару раз острое обоняние ящерицы приводило меня к настоящим бледным поганкам. Пока я не почуяла наконец тот самый горьковатый запах, который был мне нужен. Я выбежала к огромному поваленному ураганом буку. Ветер выворотил его из земли вместе с корнем и на том месте, где он когда-то рос, образовалась глубокая пещера. Для человека, конечно, это была просто яма, но не для маленькой ящерицы. Я юркнула внутрь. Глаза отлично видели в темноте, поэтому в глубине я отчётливо разглядела клубки никтерид.

Я решила к ним не приближаться, хотя, похоже, холодная кровь рептилии не привлекала их. Я не чувствовала себя хуже. Зато, оббегая яму по краю, заметила несколько дохлых мышей. Им не повезло.

Я отбежала в сторону и уселась на пне, размышляя, куда отправиться дальше. Совсем близко послышалось шаги. Я соскользнула вниз и спряталась. Высокий худой человек в чёрном плаще с капюшоном, скрывающем лицо, подходил к поваленному буку. В руках у него был нож и наполовину заполненный плотный чёрный кожаный мешок.

Незнакомец опустился на колени перед ямой и пополз вглубь.

«Пришёл собирать урожай» – догадалась я.

Маг провозился под деревом минут пять и выпрямился. Мешок был полон. Он крепко затянул завязки, взвалил на плечо свой улов и замер. Потом медленно обернулся. Из-под капюшона сверкнули злые ярко-жёлтые глаза. Взгляд скользил из стороны в сторону, будто что-то искал. А потом уставился прямо на меня.

Я знала, что ящерицу в густой траве не было видно, но незнакомец точно чувствовал где я.

– Подглядываешь, тварь! – прошипел он. – Я найду тебя.

У меня перехватило дыхание. Убежать или замереть? Ещё минута прошла в напряжённом ожидании. Колдун все ещё не мог меня разглядеть, хотя явно ощущал моё присутствие. А я боялась пошевелиться. Но вот он сделал шаг в мою сторону. Я бросилась наутек, отчаянно перебирая короткими лапками.

«Стой, дрянь, я раздавлю тебя!»

Он бросился вдогонку. Мне вслед полетели огненные шары. Они падали на землю совсем рядом, прожигая сырую траву насквозь, как тонкую бумагу. Мне чудом удавалось увернуться. Я выбежала из леса и бросилась к забору. То ли от яркого солнечного света, то ли от вида человеческого жилища чары рассеялись и к забору я подбежала уже человеком. Не знаю, как мне удалось так ловко через него перелезть, наверно, от страха. Маг остановился в метре от плетня.

– Только выйди наружу, девка! Что, боишься? Правильно делаешь! Тебе все равно не жить… – плевался он ядом, чувствуя свое бессилие. Я перевела дыхание, и, стараясь не обращать внимания на угрозы, стала его рассматривать. Капюшон слетел. Узкий лысый череп был покрыт чёрными узорами. Изрезанный морщинами лоб, злые глаза, длинный белесый шрам на половину лица, от левого виска до подбородка. Левый глаз наполовину прикрыт изуродованным веком. Мерзкий тип. За моей спиной послышался звериный рык. Медведь бесновался в своём заточении.

– Заткнись ты, жалкий выродок! – рявкнул маг. – Твой папаша надёжно тебя запер! Ничего ты мне не сделаешь!

Сарай с окнами под потолком ходил ходуном. Но постройка выдержала натиск.

Маг был так зол, что не заметил, как Берген и Рейнир подошли у дому. Только когда лесничий позвал меня, он, злобно сверкнув глазами, скрылся в лесу.

–Эвер! Что здесь происходит? – испуганно спросил старик. – Ты цела?

Рейнир тоже подошел ко мне.

–Берг, успокой, пожалуйста, Урса. Я позабочусь о девочке.

Лесничий кивнул и пошел к медвежьему сараю.

А магистр взял меня за руку, усадил на лавочку и сам сел рядом. Он долго смотрел на меня молча, потом глубоко вздохнул:

– Ну что ты мне скажешь?

– Чуть хвост не отбросила со страху! – отшутилась я.

– Теперь будешь знать, что от мага не спрятаться в чужом обличии. Я так и знал, что ты обязательно во что-нибудь вляпаешься.

– Зато я хорошо его разглядела. У него столько особых примет! Хоть отбавляй! Я думаю, мы сможем найти его в два счета.

– Если это его настоящая внешность…

– Я думаю, он был слишком взбешен, чтобы маскироваться.

– Ну хорошо, опиши.

Я рассказала магистру о странных узорах на лысой голове, о шраме и неестественном цвете глаз.

– Хорошо. А больше ты ничего не разглядела?

– У него в руках был нож. С изогнутым лезвием.

– А на самом лезвии были какие-то символы?

– Само лезвие мне, к счастью, близко не довелось рассмотреть. – съязвила я.

– К счастью, конечно. – ответил магистр. – Но все-таки.

Я напрягла память:

– Да, кажется были. Тонкая черная вязь. Не разобрала, что именно.

– Я понял. Этого достаточно. Знаю, кто это. Не ожидал, что он здесь объявится. Обычно этот негодяй промышляет в Яардали и Геридани. Кто-то его оттуда спугнул.

– В Геридани? Тогда, наверно, королевская сыскная служба.

– А, точно, ведь того самого мага еще не поймали. Ну вот он и объявился. Сможешь связаться с отцом?

– Постараюсь.

– Хорошо.

Рейнир наклонился и провел пальцем по моему носу.

– Чешуйка осталась… – улыбнулся он. – Нужно тебе поподробнее рассказать об обращениях. Займемся этим после обеда.

Мы сели за стол.

– Зря ты не послушалась магистра, Эверина. – сказал лесничий. – Ох, зря! Ты могла бы сейчас уже быть мертва. Понимаешь?

Я смутилась. Конечно, он был прав. Рейнир ответил вместо меня:

– Она обнаружила преступника, которого ищет все королевство.

– Да? А что этот подлец натворил?

– Опустошающее заклятие… Слышал о таком?

– Читал. Его уже давно не применяют.

– А этот решил блеснуть талантом. И в результате шестеро молодых парней отправились на тот свет. И это только то, о чем мы знаем.

– Вот ведь! И занесла же его нелёгкая в мои земли. Ну ничего, отсюда он не уйдёт безнаказанным.

– А что ты сделаешь? Его может уже и след простыл.

–Думаешь, он оставит здесь столько сырья? Зачем тогда выращивал? Нет, он ещё вернётся.

– Нужно вызвать в Рекиду отряд. Одним нам его не поймать.

– А как? Пока письмо дойдёт, он будет уже далеко. У него здесь от силы на три дня работы.

– Придумаем.

– Можно использовать мой амулет, только я пока не знаю, как. – предложила я.

– Я думал об этом. Можно его рассмотреть поближе? – попросил магистр.

– Конечно.

Я сняла с шеи кулон.

– Хм, занятная вещица. Она реагирует на твоё состояние? – уточнил Рейнир.

– Да.

– Ну что. Проще всего тебя довести до слез, чтобы Велиор сам здесь появился.

– Ты шутишь? – взволнованно перебил его Берген.

– Конечно, шучу. Разве я смогу обидеть ребёнка? Тем более, у нас здесь есть тот, чья аура просто шокирует Велиора.

– Урс? Ты хочешь надеть амулет на него?

– Медведь? У животных совсем по-другому устроена аура, кулон не среагирует. – удивилась я.

Рейнир и Берген переглянулись.

– На этого – среагирует.

– Ладно. Но отец может очень сильно испугаться за меня. Я не хочу так с ним поступать. Я сама ему скажу. Портал отсюда вы сделаете. А там он сам меня обратно отправит.

– Нет, так часто нельзя проходить, тем более ребёнку. – запротестовал лесничий.

– Нельзя. – подтвердил магистр.

– Должен быть какой – то другой выход. Не надо пугать Его Величество. Верните амулет!

Я попыталась выхватить кулон из рук Рейнира.

– Угомонись. Я придумал. Сейчас объясню. Слушай.

Рейнир встал, откашлялся и запел:

«Печаль и радость, покой и страх.

Я потерялась в твоих глазах.

Побыть с тобою наедине

Давно мечтаю, приди ко мне-э-э…»

«Так себе песенка, и поёт он фальшиво.» – подумала я.

– Это песенка нашей с Велиором молодости. Он должен вспомнить и догадаться. Только тебе нужно будет очень хорошо сыграть роль. Сможешь?

– Печаль и радость, покой и страх… Я поняла. Если я вызову у себя эти эмоции именно в таком порядке…

– Да, и лучше несколько раз подряд… – добавил магистр.

– Король обратит внимание и вспомнит эту песню. И появится здесь, так?

– Надеюсь, что так.

– Ну ты даёшь! – восхитился Берген. – Я бы до такого не додумался!

– Сможешь, Эви? Только нужно быстро перестраиваться, чтобы амулет короля прямо мигал. Тогда он точно обратит внимание.

– Хорошо. Мне надо настроиться. Я выйду.

– Иди.

Что ж, вызвать эти четыре чувства не так уж сложно. Я медленно прохаживалась взад – вперёд между яблонь в саду и размышляла. Печаль… Лео меня не поцеловал. Печально? Да, очень. А радость? Когда я в первый раз обратилась. Покой… Тот момент, когда мы с принцем только оказались в его мире. Эти несколько первых минут. Моя ладонь в его надёжной руке и ощущение невероятной легкости… Страх? Да сегодня, бррр. Жёлтые колючие глаза. Жуть, да и только.

Я попробовала глубоко прочувствовать каждую из этих эмоций. Главное, сосредоточиться и ни на что больше не отвлекаться.

Один раз, второй, третий… пятый … Ещё один. И ещё.

Не получилось. Я вздохнула и вернулась в дом.

– Не вышло? – спросил Берген.

– Нет.

– Жаль.

– Ладно, будем сами его выслеживать. – решительно сказал Рейнир.

– Тогда очистку леса придется пока отложить. Спугнем.

– А вы уже придумали, как бороться с никтеридами? – поинтересовалась я.

– Пока что нет. Мы сегодня пришли посмотрели, насколько все серьезно.

– И насколько?

– Да ужас просто. Зачарованная грибница расползлась повсюду. Мелкие грызуны гибнут в чудовищном количестве. А из-за этого совсем скоро расплодятся вредители. Хищники начнут умирать от голода. Лесу грозит страшная опасность.

– Отравить грибницу можно. – задумчиво произнес Берген. – Но тогда пострадают и другие. А оставить лес совсем без грибов – тоже плохо.

– А если не убивать ее, а лечить? – предложила я.

– Лечить? – переспросил старик.

– Да. Ведь она заражена этим колдовством, а заразу можно вылечить. Так?

– Надо подумать. – отозвался Рейнир. – Грибницы мне еще не доводилось исцелять. Но, наверно, это возможно. Это же тоже живой организм.

– Да. Причем единый. – добавила я. – Если справимся – эта напасть отовсюду пропадет.

– Ты права. Молодец. Соображаешь.

– Я пойду. Надо посоветоваться кое с кем. – предупредил лесничий и вышел.

Мы с магистром остались вдвоем.

– Ну что, если ты не устала, давай поговорим об обращениях.

– Давайте! – с радостью согласилась я.

– Так вот. Самой технике ты уже научилась. Но многого еще не знаешь. Расскажи, как ты сегодня опять человеком стала?

– Не знаю. – честно призналась я. – Само собой получилось. Я вообще-то и не собиралась перевоплощаться.

– Вот! В стрессовой ситуации ты перестаешь держать нужную форму. Твое сознание возвращается к привычному и наиболее удобному для себя состоянию. А представь себе, что было бы, если бы ты в этот момент была птицей и летела бы, а не бежала по земле…

– Я бы разбилась.

– Да.

– А как научиться это контролировать в любой ситуации?

– Тебе нужно решить, в каком обличии ты чувствуешь себя наиболее естественно. И много тренироваться. Чтобы даже в самом непредвиденном случае ты осталась в нужной оболочке, а не стала неожиданно сама собой. Ну, то есть, чтобы эта оболочка и была твоей второй кожей.

– И вы какой образ для себя выбрали.

– Ночами – филин. Его ты уже видела, а днем – сапсан.

– И что, теперь ни в кого больше не превращаетесь?

– Почему? Если будет нужно, смогу ненадолго. Но я и этими формами легко обхожусь.

– А, я хотела спросить вас… То есть, уснуть и остаться при этом животным не получится?

– Нет. Во сне настолько сильно контролировать разум не получится. Даже у меня не выходит.

– А вы пробовали?

– Да.

– А с деревьев во сне падали?

–Да… – Рейнир рассмеялся. – Представь себе картину!

Я тоже расхохоталась.

– Весело у вас! – сказал Берген, вернувшись в дом.

– Здравствуйте! – поприветствовал нас кто-то низким приятным голосом.

Я подняла глаза и увидела за спиной старика довольно красивого парня. Он был высоким, крепко сложенным. Темные глаза, жесткие густые волосы почти что черного цвета. Незнакомец выглядел немного неуклюжим из-за очень широких плеч и длинных мускулистых рук. Но улыбка у него была светлая и добрая.

– Знакомься, Эвер. Это Урсус, мой сын. – сказал лесничий.

– Медвежонок Урс? – спросила я, лукаво улыбнувшись.

– Ты догадалась? – пробасил парень.

– Ты почти не изменился. – продолжала кокетничать я.

Рейнир прыснул со смеху.

– Моя ученица! Отстань от бедолаги, он только в себя пришел.

Берген и Урсус сели за стол.

– Мы как раз об обращениях говорили. Урс, если не сложно, поделись с девочкой опытом. – попросил магистр.

– Да, сынок, расскажи. Эверина станет сильным лесным магом. Я чувствую. Пусть она знает обо всех подводных камнях.

– Ну хорошо. – парень вздохнул.

Было видно, что ему не очень хочется говорить на эту тему.

– Технику обращений я освоил рано, лет в десять. И почти сразу выбрал обличие медведя. В нем я себя всегда чувствовал себя очень комфортно. Это сильное животное, быстро бегает, умеет лазить по деревьям, плавать, преодолевать большие расстояния. У медведя очень тонкий нюх. То, что нужно, чтобы стать хорошим лесничим. Я стал помогать отцу в работе. Уходил далеко от дома и даже научился спать, не превращаясь обратно в человека. Это и сыграло со мной злую шутку.

– Теперь у тебя не получается вовремя расколдоваться? – догадалась я.

– Да. Бывает. Тогда отец запирает меня в сарае. Там всегда лежит ключ. Когда я прихожу в себя, то открываю изнутри потайную дверь. Медведь справится с ней не сможет, а человек – запросто.

– Вот это да!

– Нужно быть осторожнее, Эви. – подытожил Рейнир наш разговор. – Грань очень тонкая. Ты должна научиться в совершенстве управлять этой способностью.

– Понимаю… -тихо сказала я.

На улице уже почти стемнело. Я вышла в сад. На ум пришла та самая песенка:

«Печаль и радость, покой и страх.

Я потерялась в твоих глазах…»

Я бродила, мурлыча ее себе под нос.

А что, если попробовать еще раз. Я сосредоточилась.

– Ты звала меня, дочка?

Я обернулась на голос. Король стоял у крыльца и улыбался, глядя на меня.

Он увидел! Он понял! Я подбежала и бросилась ему на шею.

– Звала! Ура! Получилось!

– Умница моя! Как ты додумалась?

– Это магистр.

– Рейнир? Ладно, пойдём поговорим с ним. И Бергена я очень рад буду видеть.

Мы зашли в дом.

– Ваше Величество! – лесничий первым нас заметил. – Вы здесь!

Из своей комнаты вышел Рейнир.

– У нас получилось! Эви, ты умница! Ваше Величество, у Вас – замечательная дочь!

– Я знаю. – довольно проговорил король и обнял меня. – Ну как вы тут устроились.

– Хорошо! – ответила я.

– Здорово ты придумал, Рей! Я еще днем обратил внимание, что что-то не так с амулетом. Но совсем не было времени. А сейчас, когда Эви снова меня позвала, я сразу сообразил. Песня нашей студенческой молодости! Печаль и ра-а-адость, покой и стра-а-а-х… Ее в то время только немые не пели!

– Точно!

– Ваше Величество! Мы посмели Вас потревожить по очень важному делу. – Берген повернул разговор в деловое русло.

– Конечно. Я слушаю.

– Сегодня Эвер встретила в лесу Гавара.

– Одноглазого демона? – удивился Велиор.

– Да.

– Ему удалось скрыться. Но мы думаем, он не ушел далеко. У него еще есть дела в Рекиде. Надо бы прислать сюда ваших людей. Одним нам его не поймать. Очень изворотливая тварь.

– А он разве демон? Я думала, просто черный маг.

– Это кличка.

– Понятно.

– А мне не понятно, – голос отца неожиданно сделался строгим, – как тебя угораздило оказаться в лесу в одиночестве в такое неподходящее время? Он мог тебя убить. Для него человеческая жизнь – мусор. Магистр!

Король посмотрел на Рейнира так, что тот вжал голову в плечи.

– Я сама ушла. Я нарушила запрет, отец. Учитель не виноват.

– Охотно тебе верю. Ладно, потом разберемся. Я переброшу сюда отряд этой же ночью. Мы уже долго охотимся за Гаваром. Его причастность к массовому убийству на гериданской свадьбе нам удалось доказать, но он скрылся от правосудия. Мои солдаты с удовольствием схватят эту нечисть. И сразу же проведем аннигиляцию. Нечего церемониться!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.