Татьяна Солнце
Паутинные тропы судьбы

ПРОЛОГ

Множество дорог переплетаются повсюду, соединяются, растекаясь улочками, дворами, тропинками. Зачастую, не задумываясь, мы ежедневно двигаемся по ним, по тому маршруту, который определил наш выбор. Будь то школа, работа, институт – не важно. Это наш выбор, который мы выбрали сами или дали на то своё согласие, позволив за себя решить другим.

Есть те, у кого путь просчитан до минут, а у кого-то циклично прокручивается, перетекая изо дня в день. Сев в поезд, человек быстро прибывает четко туда, куда ему нужно, минуя дорожные затруднения. А если есть желание рулить самостоятельно, то дорога ожидает быть разной, от широкой магистрали, до полного бездорожья. А порою приходится протаптывать путь там, где ранее его и вовсе не было. Казалось бы, куда проще и спокойней быть пассажиром, но как быть тем, кто дышит не в такт. Кто так и не сумел в себе разобраться и не готов вверять свою судьбу никому, кроме себя.

В этой паутине жизни мы встречаемся, пересекаемся с разными людьми, которые оставляют в нашей картине жизни разные палитры красок. От темных до светлых мазков. Теплых, красочных, уютных или холодных, блеклых оттенков. Бывают и те, кто ничего не оставляет, скоротечно проскальзывая мимо, но сейчас речь не о них.

«Жизнь – Её возможности не могут не волновать,

Её глубин сколь не ныряй, не отыскать.

Но любопытство затмевает, вновь и вновь нырять заставляет,

Загадка, что на поверхности лежит, блестит

Своею красотою затмевает.

На первый взгляд – проста, но чуть шагнув, глубиною поражает,

Сколько тайн Она укрывает…

Сколько цветов жизнь приобретает, лишь стоит открыться.

И нужно идти. Душа твоя станет расти».

ГЛАВА 1. ЗНАКОМСТВО

Прохладным майским вечером я торопливо возвращалась из учебного заведения домой. Моё имя Таисия. Мне шестнадцать лет. Год проучившись на программиста в колледже, я вновь вернулась к школьной программе, потерпев крах и поняв, что компьютеризация всё же не для меня. Сдав успешно вступительные экзамены, перепрыгнув десятый класс, я поступила в одиннадцатый, а дальше, как и у всех всё по плану – институт. В старую школу возвращаться не захотела, дав предпочтение вечернему варианту обучения, которое сейчас и заканчиваю.

Мой рост без каблуков 169 сантиметров. Вес около 50 килограмм. Темные, прямые каштановые волосы чуть ниже лопаток. Темные густые брови, большие голубые глаза. Мне нравятся красивые вещи, в особенности предпочитаю юбки, платья и каблуки. Люблю писать стихи, слушать музыку, особенно ту, что позволяет парить в небесах, даруя силу мечтам. К слову сказать, она меня сейчас, как никогда, выручает. Незадолго до экзаменов, две недели назад, мои болезненные отношения с Антоном, моим бывшим молодым человеком, полностью исчерпали себя, и мы расстались уже окончательно. Что, конечно же, к лучшему, но сердцу как говорится, не прикажешь, оно тоскует, полнясь болью и нескончаемой печалью. Чего скрывать, я любила Антона так сильно, что за ним не видела себя, и это было моей ошибкой. Серьёзной ошибкой, о которой не хочется вспоминать.

«Ты не знаешь горя, боли при разлуке,

Горя от потери, которой не было никогда…

На устах звучала ложь и лицемерье,

Впрочем, так было всегда.

Ты обнимал и врал, что нужная я,

И что-то колыхало во мне,

Как ветер пламя разгоняет,

Так боль пронзила душу мне.

Не ужель летать как птица,

Не знать людское зло,

Ведь столько горя причиняет оно.»

Первая любовь. Антон был старше меня на 4 года, учился в институте. Темные коротко стриженые волосы с проклёвывающейся залысиной на макушке. В очках с сильными оптическими линзами, что делали его голубые глаза совсем крохотными. Ростом чуть больше 180 сантиметров, узкие плечи, полноватого телосложения, с проявленным животом и перевалистой походкой. Любитель штанов, рубашек, длинных пальто и плащей. Моим подругам он жутко не нравился, а я с ума по нему сходила. Эти отношения мне принесли много расстройств и боли. Где-то в глубине Души, ну где-то совсем уж глубоко, я была рада, что мы расстались, хоть и не смогла этого в полной мере осознать.

Уличные фонари освещали длинную аллею, по которой я шла. С двух сторон, одна за другой тянулись лавочки, на которых сидели люди. В основном студенты, влюблённые парочки, щебетавшие между собой. За лавочками возвышались мудрые деревья, которые кронами упирались в темное небо, с пробегавшими в спешке облаками.

На мне черная юбка выше колен, белая заправленная блузка и черный незастегнутый пиджак. Массивная сумка балансирует на правом плече. Стук моих каблуков пронзительным эхом разносился по округе темных улиц. Со стороны метро доносится еле уловимая музыка из открытого летнего кафе, куда направились ребята из моего класса. Навалившееся плохое самочувствие изрядно замучило меня. Благо дом находился не очень далеко от места учебы, всего в нескольких остановках на автобусе. Но этот путь от училища до остановки казался сегодня на редкость невыносимо длинным.

"Простуда, голодный желудок или вчерашняя пицца даёт о себе знать… Нужно внимательней относиться к своему здоровью и чаще отдавать предпочтение супам." – размышляла я, стягивая рукой на себе пиджак, переходя проезжую часть по пешеходному переходу, за которым находилась желанная автобусная остановка.

Мои распущенные длинные темные волосы двигались в унисон моей походке. И вот я на месте, но автобус явно только недавно уехал. Ждать следующий невмоготу. Подняв правую руку в сторону проезжей части, я стала ловить такси. Ждать не пришлось, подъехал черный большой автомобиль, открылось окно.

– Вам куда? – спросил взрослый мужчина, вытянувшись ко мне через пассажирское сидение.

"На вид ему лет 30. На таксиста совсем не похож. Да и машина довольно приличная. Вдруг маньяк." – замешкалась я, но банальная вежливость в компании с плохим самочувствие взяли бразды правления на себя.

– Улица Весенняя, дом 19, – неуверенно отвечаю я, переступая с ноги на ногу, хаотично прикидывая в голове шансы на успешный путь до дома. Прогноз выдаётся не радужный. Чувство самосохранения грозит указательным пальцем, велит отказаться от этой затеи.

– Садитесь. Довезу. Мне по пути.

"Ой, мамочки. Лучше бы он не согласился, – надежда соскочить развеялась как дым. – Ну не похож он на таксиста и? Что теперь всех мужчин на приличных машинах бояться что ли?! – глуша здравый рассудок, плохое самочувствие встало у руля. – Таксист тоже маньяком может оказаться, а учитывая нынешнее самочувствие, то логичней было бы быстрее до дома добраться. Ведь совсем неизвестно какой водитель встретит на следующей авто. Может, вообще мрак будет, как на той недели, когда с Наташкой вместе возвращались с гулянки. Но там я хоть не одна была. А тут вроде приличный мужчина. Машина у него хорошая. Ну зачем ему своё авто мной пачкать… Не выгодно совсем, накладно будет… Да и ехать тут всего ничего… минут 10…"

– Вы едете или как? – переспросил он.

"Не вздумай! Тебе что, жить надоело?! – встало на дыбы моё сознание, изгибаясь как кот, быстро рухнув на бок от нехватки сил.

– Нет. Мне домой хочется, да так, что сил моих нет. Готова прямо здесь и сейчас на асфальте распластаться. Тошнота в конец извела." – тихонько пробубнил мой уставший, замученный организм, глядя на притягательное автомобильное кресло, которое буквально зазывало своим комфортом.

И тут в поле моего зрения попадает соседка Антона. Того самого, с кем рассталась. Она стоит неподалеку и смотрит на меня. Секундное отрезвление, и решение принято.

"Была – не была." – уверенно открыв дверь, я запрыгнула внутрь, и мы тут же тронулись.

"К чему все эти опасения?! Будь спокойна, ты сейчас выглядишь как бледная поганка с фиолетовым отливом, как после морской качки, со знаком разряженной батарейки на лбу, вряд ли на такой шедевр этот солидный дядя решит позариться. К тому же, некрофилия не в моде." – продолжала тихонько успокаивать себя я.

Салон полнился вкусным запахом мужской парфюмерии, которая моментально заворожила, заставив забыть ненадолго о тошноте. С зеркала заднего вида свисала маленькая деревянная машинка, маячащая в разные стороны. Панель без пылинки. Ни верёвки, ни кинжалы, ни томагавки ниоткуда не торчали, а значит, жизнь продолжается… Кожаное сидение такое удобное, что мои уставшие, вытянувшиеся вперед ножки растаяли, излучая искреннюю благодарность этому миру.

Звучала приглушенная музыка, лобовая панель в унисон играла подсветкой. За окном прошмыгивали деревья и дома. Плавно затормозив, мы остановились на светофоре, за которым красовалась клумба ярких цветов. Моё воображение тут же подставило за ней памятничек с моей фотографией, и меня словно кипятком изнутри ошпарило.

– Переменчивая сегодня погода, не правда ли? То солнце, то тучи. Да и в целом, сегодня день прям насыщенный, столько всего произошло. Настроение отличное. А у вас как дела обстоят? Вы кажетесь какой-то задумчивой, – обратился ко мне водитель.

"Вот блин, он оказался из тех, кто помолчать не любит. Только разговоров мне сейчас и не хватало." – проиграла волна недовольства во мне.

– О погоде сложно судить, когда по уши в учебе погрязла… а день выдался тяжелым. Училась. Голова квадратная. Единственная мечта – это поскорей дома оказаться, – сдерживая зевоту, закрыв лицо руками, промычала я.

– Не волнуйтесь, окажетесь. Доставлю вас целой и невредимой, – улыбнулся он, поворачивая руль вправо под светофорную стрелку. Машина плавно повернула на знакомую улицу. Приближаясь к дому всё ближе. От этого на душе становилось теплее.

– Вы учились? Так поздно.

– Вечернюю школу заканчиваю. Она находится через дорогу, чуть во дворе от места, где вы меня забрали.

– О, как оказывается… Как говорится : Ученье свет, а не ученье – тьма. Сейчас кажется, что тяжело, а потом с теплом вспоминать учебные года будете. Вот увидите! Я помню, как ещё в школе за одной девчонкой ухаживал, а потом не знал, куда от неё деться. Время – огонь.

– Как по мне – то не такой уж огонь. Скорее, как забраться на высокую гору. И красоты видны, и жутко страшно не справиться, оступиться. Ошибка может развернуться трагедией.

– Ой, а я смотрю, вы – девушка пессимистически настроенная…

– Да нет, просто сильно устала за день. Вот и говорю невесть что… Не обращайте внимания. У меня бывает…

– А вам в горах побывать случалось?

– Ууу… Куда мне. Мне бы с учебой разобраться, и уже хорошо было бы. Горы – это так… Метафора – мечта.

– Есть легенда, что если забраться на самую высокую гору, то можно встретить на ней богов. Правда, к сожалению, никому из смертных это не удавалось. Уж больно она высока. Там отсутствует кислород. Её вершина скрыта за облаками. Но местный народ верит, что именно не ней живут боги. И приводят множество доводов и рассказов на этот счет.

– Как интересно, – теребя кончик ремня от сумки, улыбнулась я, поглядывая на него.

У водителя оказался приятный тембр голоса. Его произношение размеренное и спокойное, говорил в полтона, мягко. Он был ощутимо старше. Общением расположил к себе, и опасения задремали в сторонке.

– Такие места полны паломников. Такие места считаются священными для разных религий. Кто-то приходит помолиться, кто-то – найти для себя ответ… Разные цели объединяют людей.

– Это точно. Такие места загадочны и особенно прекрасны.

– Природа сама по себе прекрасна, вы не находите?

– Согласна с вами. А вы случайно не ректором в институте работаете?

– Ооо, нет. Мой профиль в другом. А почему спросили? Я на ректора похож?

– Просто предположила. А вдруг… – рассмеялась я, видя на его лице взаимную улыбку.

Подъехав к указанному мной подъезду, достала из сумки кошелек, чтобы расплатиться. Мужчина тотчас переменился в лице и интонации, сказал:

– Вы это бросьте. Не обижайте меня. Мне было по пути, вот я вас и подвез.

Бывает же такое. А день-то сегодня не такой и ужасный, как я думала.– приятно удивилась я. Засунув кошелек обратно в сумку, улыбнулась.

– Хорошо, как скажете. Спасибо вам большое, – сказала я, выйдя из машины, закрыв за собой дверь. Не оборачиваясь, вошла в подъезд.

Две недели пролетели как в тумане, учеба, учеба и учеба и наконец, приблизился долгожданный просвет в столь затянувшейся учебной волоките. Опередив будильник, проснувшись рано утром от яркого солнечного света, наполняющего мою комнату, и от волнительного напряжения, которое сложно было не учитывать. Позавтракав омлетом и выпив горячего кофе со сливками, я нанесла на свои веки немного теней, а на ресницы – черную тушь, сделав свои и так большие глаза ещё более выразительными. Слегка припудрив веснушки на своей светлой коже, плавно перешла к прическе. Закрутив длинные, чуть ниже плеч, каштановые волосы в кудри, приподняла их к макушке, зафиксировав невидимками с переливающимися цветами у основания. Отгоняя волнения, я втиснулась в новое длинное облегающее бордовое платье, с глубоким вырезом по правой ноге. При моем достаточно высоком росте, оно село на мне замечательно, а благодаря волшебству каблуков, мои и так длинные ноги стали ещё более стройными. Пару капель духов, и я готова. Я смотрела на себя в зеркало, и всё внутри взволнованно трепетало, полнясь надеждами и планами на будущее, а как же может быть иначе, ведь это был мой выпускной.

До школы меня подвез друг детства Кирилл, на своей «Хонде», что подарили ему родители на его восемнадцатилетие. Мы дружим с раннего детства. Живем в одном доме, он в первом подъезде на пятом этаже, я во втором подъезде на четвертом этаже девятиэтажного дома. Учились в одной школе, только в разных классах, потому что он на три года меня старше. А после он перешёл в другую школу с физико-математическим уклоном, но это никак не отразилось на нашей дружбе. Я его называю братом, а он меня сестрёнкой, и хоть мы внешне ну вообще не похожи, многие успешно верят, что так оно и есть. Так как мы на самом деле не разлей вода. У Кирилла русые длинные и зачастую растрепанные волосы, зеленые глаза, рост 180см с небольшим, спортивного телосложения. Носит в основном джинсы, футболки с толстовками, предпочитает спортивный стиль. Любитель рока и профи в компьютерах.

Кирилл уже несколько лет встречается с моей бывшей одноклассницей Катей, стройной блондинкой, ростом 163 см, с прямыми по плечи волосами, янтарным глазами, с покладистым характером, учащейся в поварском техникуме на повара.

У школы было много выпускников. Все были приветливы и празднично одеты. Ленточки, шарики, диплом и общее фото на память. По окончанию мероприятия одноклассники собрались шумно отмечать окончание школы в соседнем баре, но эти веселья были точно не для меня. Попрощавшись с ними, смотря на них, в глубине души я понимала, что с большей долей вероятности, вижу их в последний раз. Я никогда не славилась общительностью, больше Времени уделяя творческим увлечениям, рисованию, писанию стихов, чтению и лучшему другу. Душа полнилась тоской и радостью одновременно. Сдерживая слёзы, я с тревогой смотрела вперед, понимая, что это очередная ступень, которую мне необходимо пройти.

"Прощай школа, здравствуй, новый этап моей жизни." – попрощалась я и пошагала домой по знакомой дороге, выложенной из серой прямоугольной плитки.

Вновь и в последний раз я прохожу по этой длинной алее. Солнце пронизывало зелёную, шуршащую листву деревьев, освещая мой путь. Теплый ветерок обдувал лицо, играя с длинным подолом платья и освежая лицо в достаточно душный день. Идя прогулочным шагом, я находилась в прострации раздумий и не заметила, как подошла к знакомой остановке.

– Девушка, вы сегодня ошеломительно красивы! Позвольте вашему другу вас вновь подвезти, – раздался со стороны мужской голос.

Повернув голову, я остолбенела от удивления. Брови взлетели до небес. Глаза захлопали, имитируя крылья бабочки, нарисовав на лице заинтригованную улыбку.

Вдоль обочины дороги стояла припаркованная черная большая машина с приоткрытой водительской дверью. Из неё вышел водитель, тот самый мужчина, который не так давно подвозил меня до дома.

– Другу? Да, я даже имени вашего не знаю, – машинально ответила я, с трудом узнав его.

Захлопнув дверь машины, мужчина целенаправленно направился в мою сторону. Одной рукой копошась в кармане, а другой прочесал ладонью волосы назад.

"Какой же он здоровый! Зеленой краской пройтись по нему немного и на Халка похож будет. Богатырь настоящий! – изумленно воскликнул мой внутренний голос.

– За рулем, конечно, ощущалось, что он крупный, но чтобы настолько!.. Меня явно плющило не по-детски, раз я к такому амбалу в машину села. Взрослый такой дядечка… Крепенький. Лет под тридцать точно…" – громко рассуждало моё сознание, судорожно не зная как себя вести и как реагировать.

Мужчина оказался под два метра ростом, с широкими плечами. На нем одета не заправленная светло-бежевая льняная рубашка и светло-голубые джинсы. Темные, коротко-стриженные волосы, уложенные назад. Развалистой походкой, отдаленно напоминающей медведя, он подошел ко мне и протянул свою правую руку.

– Так вот и познакомимся. Руслан.

– Таисия, – отвечаю я, пребывая под волнительными впечатлениями, глядя на его огромную, широкую ладонь с выраженными выступающими венами, в которой моя рука тотчас утонула. Потерявшись как в море корабли, после того, как он обхватил её второй рукой. Потом, поднёс к своему лицу, чуть докоснувшись до неё губами.

– Очень приятно, прекрасная Таисия. Вот мы и знакомы. Поехали?!

ГЛАВА 2. СЛУЧАЙ

Моё сердце громко громыхало. Волнительные чувства обездвиживали моё тело, замедляя дыхание. Я стояла, как вкопанная, старательно скрывая свою растерянность.

"Вот сюрприз. Что бы это значило? Откуда он здесь? Зачем ему понадобилось меня подвозить? А почему бы и нет. Куда лучше, чем на автобусе… К тому же, помнится мне, что мужчинка он весёлый такой. Машина у него хорошая. Если кто увидит, слухи быстро до Антона дойдут, а это хорошо." – натянув на лицо улыбку, не проронив ни слова, я согласилась, кивнув головой.

Подойдя к машине, Руслан, подав руку, усадил меня внутрь, закрыв за мной дверь. Обойдя автомобиль спереди, сел за руль. Повернув ключ зажигания, спросил:

– Таисия, у меня к вам предложение. Может, вы желаете кофе, мороженного? Что-нибудь сладкого или поужинать со мной не откажитесь? Не подумайте ничего предосудительного. Просто пообщаемся немного, а потом я вас отвезу, как и обещал. Видите ли, здесь недалеко есть отличное местечко, с на редкость уютной атмосферой, где вкусно готовят. Я приглашаю. Соглашайтесь, не пожалеете. Если вы не торопитесь, конечно?

"Опаньки! – насторожилась я, расплываясь в застенчивой улыбке. Бегая глазами по сумке, машине, платью… Нее.. Староват он, чтобы в ухажёры метить… Вряд ли он что-то плохое задумал, не похож он на злодея. К тому же, мне домой совсем не хочется…" – ловлю себя на мысли, глядя на табло электронных часов на панели автомобиля. Время – 18:25.

– Думаю, можно попробовать, – выскочило из моих уст.

– Отлично. Вот увидите, вы не пожалеете, – улыбнулся он, и мы тронулись.

"Надеюсь." – сжав кулачки, подумала я.

– Вас можно поздравить? У вас выпускной?! Какие у вас дальнейшие планы? Куда планируете поступать, или, может, уже поступили?

– Как вы догадались, что выпускной?

– Догадаться было совсем не сложно, у вас колокольчик выпускника закреплен на правом предплечье. Да и выпускников сегодня на улицах довольно много встречал.

"Внимательный какой." – ухмыльнулась я, поправив ленточку .

– А вы какими судьбами тут? Как здесь оказались? Вновь проездом?

– Вы не поверите, но да. У меня друг живет в доме рядом с остановкой, на которой мне вас уже второй раз посчастливилось встретить.

"Посчастливилось!" – моментально уловил мой слух.

"Скорее, просто оговорился, с кем не бывает. Скучно ему видать было, вот он и позвал меня посидеть за компанию, – раздумывала я.

– Ну, что в этом может быть плохого? Пообщаться мужчина захотел. Он же не в лес пригласил, а в людное место, тем более, что мне домой совсем не хочется. Он вроде интересный, не скучный, а если что не понравится или надоест, то я всегда могу уйти."

Мы проехали всего пару кварталов в сторону дома, завернув на светофоре за угол торгового центра, и там и вправду оказался кафетерий. С благоухающим ароматом вкусного, сваренного кофе и свежей разнообразной выпечки, которая молниеносно пробудила во мне аппетит. Внутри играла приятная музыка.

Помыв руки, мы сели за небольшой столик, предназначенный для двух персон. Я не успела полностью ознакомиться с меню, как подошел официант. Им был молодой человек, примерно чуть старше меня, в белой рубашке, черных штанах, черном повязанном фартуке с эмблемой кафетерия. И с бейджиком на груди, на котором крупными буквами было написано его имя «Игорь».

– Добрый день. Вы готовы сделать заказ? – спрашивает он, обращаясь ко мне.

Я молчу, в спешке глазами бегая по меню, которое оказалось огромным. Помимо большого перечня разнообразной выпечки, в нем присутствовали и основные блюда – такие, как первое, второе и салаты. Желудок мой, явно очарованный ассортиментом запахов, не дожидаясь моего решения, начал громко высказываться.

"О Силы небесные, надеюсь, что он этого не слышал." – взволнованно взмолила я, плотнее прижимая к своему животу дамскую сумочку. Кровь прилила к голове. Щеки покраснели. Не выдавая своего замешательства, я уткнулась в меню, как в доклад по истории, который, к слову сказать, дался мне с большим трудом.

– Будьте добры, ваш фирменный капучино, грибной суп пюре на сливках и пирожок с абрикосом, – сделала заказ я, невзначай поглядывая на реакцию моего доброжелателя, который решил меня сегодня покормить.

Мужчина ничуть не удивился моему аппетиту. По крайне мере, виду никак не показал.

– Пирожки с телятиной, жаркое из баранины не желаете попробовать? Их очень хвалят, – предложил официант.

– Нет. Спасибо. Я не люблю мясное.

– Как вам будет угодно. А вы что желаете? – обратился официант к сидящему напротив меня Руслану, который задумчиво заострил на мне свой взгляд.

– Суп – это интересно. Давайте сделаем так: принятый заказ повторим, организуйте всего по 2 блюда. Плюс, добавьте к нему вашу фирменную сырную лепёшку, и всех имеющихся пирожков, без мяса, по три-четыре штучки.

– Может, ещё что-то желаете? Мороженое? Морсы? – торопливо сделав пометки в книжечке, уточнил официант.

– Позже.

– Хорошо. Ваш заказ будет готов в течение 10-15 минут. Если решите что-то добавить, или вам ещё что-то потребуется, то поднимите руку, и я к вам подойду. Приятного вам вечера, – сказал официант и удалился.

Руслан вел себя загадочно. Смотрел на меня, сдержанно улыбался, тем самым заставляя меня смущенно елозить по стулу.

– Когда у меня был выпускной, единственное, что я запомнил, как с ребятами встретился, а дальше только головную боль под утро. Помню только, что точно было весело.

– Думаю, что моих одноклассников, вероятней всего, ждет та же участь, – улыбнулась я, стараясь поддержать беседу.

– Кстати, об этом местечке я узнал от своего одноклассника, который здесь частенько еду на дом заказывает. Холостячья жизнь, так сказать… У вас какие излюбленные места имеются? Куда ходите? Где бываете? – мужчина облокотился локтями на стол, сложив перед собой руки. Заинтересованно не сводя с меня глаз, приготовившись слушать. От чего мне стало ещё более не по себе. Всё-таки он чем-то походил на преподавателя. То ли возрастом, то ли манерой поведения, но что-то такое поучительное в нём точно присутствовало..

– Моя жизнь не так сказочна, как хотелось бы, и честно говоря, поделиться мне особо нечем… – заправив выбившиеся локоны за уши, неохотно призналась я.

– Но вы же где-то бываете. Всё же ходите куда-то, наверное? С подружками…

– В том то и дело, что мои все излюбленные места – дома. Люблю праздники, после них всегда множество вкусняшек в холодильнике остаётся. Люблю мамину выпечку и очень обожаю домашний борщ. Так что я вряд ли смогу пополнить ваш список приятных заведений, потому что я в них, в общем, просто так сказать, не бываю, не приходилось как-то.

– Слушая вас, Таисия, мне вспомнилось, когда я был еще мальчишкой. Тогда была ещё жива моя бабушка, я помогал ей печь пироги. Помню, как зазвонил телефон. Бабушке позвонила племянница, а я искренне решив ей помочь , начал отщипывать подошедшее тесто и аккуратно заворачивать в него цельные яйца. Я тогда спросил у бабушки: «яички класть?» Она мне и ответила: «Да, яички, яички внучек» … Ну я доставал из холодильника яички и принялся их заворачивать, а что кастрюлька рядом стояла с порезанными яйцами и рисом, как-то не сообразил. Юнец совсем ещё был. Успел в духовку самостоятельно всё это дело засунуть. Ох, надолго потом всем родным этот случай запомнился. А бабушка, когда эту всю мою стряпню доставать из духовки стала, ей тогда одно яйцо в лоб отлетело. Хоть так и не должно было произойти, но тогда почему-то случилось. Взорвалось и прямо в лоб. Бух! Хорошо, что она устоять сумела и противень не выронила, а то это событие ещё больший разворот возымело бы.

Он рассказывал так эмоционально и с таким энтузиазмом, что я словно сама там побывать успела и всё своими глазами увидела. Я слушала его истории, которые шли одна за другой, не заканчиваясь, что от смеха у меня начало сводить живот. В минутки отстранения я внимательно осматривала его черты лица: широкие скулы, покрытые небольшой темной щетиной, густые темные, дугой, брови, глубоко посаженные голубые глаза, приятную улыбку и на редкость крупные руки.

Атмосфера между нами царила такая непринуждённая, что часы пролетали незаметно. Испытываемое мной в начале общения неудобство развеялось бесследно как дым.

Доев свой суп и выпив уже вторую кружку кофе, я никак не могла оторваться от той огромной, размером с пиццу, сырной лепёшки, что он заказал. Продолжительно отщипывая по меленькому кусочку, пока не умяла её целиком в одиночку.

"О Боги, как же вкусно! – феерично восторгалась я, дожевывая последний кусочек, лежащий на белоснежной плоской тарелке. – Вот так, приглашай девушку в кафе, а она весь твой заказ слямзит, пока ты болтаешь, – довольно хихикала я себе поднос, дивуясь своим чрезмерным аппетитом.. – Ну и ладно, мне же не детей с ним растить… Тем более, он один столько сам не съест. Нужно выручать добра молодца…"

На часах уже почти десять часов вечера, заведение стало готовиться к закрытию. Официант принес в продолговатой коричневой книжечке с твёрдой обложкой счёт.

– Вам упаковать пирожки с собой?

– Не откажусь, упакуйте. Спасибо. И я хотел бы дозаказать еще две ваши фирменные сырные лепешки, только в отдельный пакет оформите.

– Сейчас уточню.

Озадаченный официант быстро удалился на кухню. Другой официант принялся аккуратно всё упаковывать в бумажные пакеты. Ждать пришлось недолго, вскоре принесли две картонные коробки с горячими лепёшками.

У Руслана в отличие от меня оказалась насыщенная жизнь. Не сбавляя темп ни на секунду, он продолжал веселить меня своими жизненными историями. От смеха щеки с животом трещали, покрываясь коликами. Глаза слезились. Давно мне не было так легко и весело. На этой же волне он расплатился и довез меня до дома.

– Что-то я разговорился сегодня, – сказал мужчина, поморщив лицо, потерев пальцами веки.

"Хи-хи, и весь обед с ужином проворонил." – подшучивала молча раззадоренная я.

– Я всё о себе и о себе, а о вас толком ничего и не узнал.

«Вас» – как же это слово заостряет мой слух. Прям как в старинные времена, но почему бы и нет, всё же есть в нём что-то, –задумалась я, отщелкивая из карабина ремень безопасности.

Мужчина был чем-то озадачен. Былой азарт подугас. Улыбка сменилась на серьёзность.

– Не сочтите за наглость. Не могу не поинтересоваться. Скажите, занято ли сердце столь очаровательной девушки?

"Опля! Ёшечки-кошечки… Стоило бы догадаться… – расстроенно вздохнула я, не довольная тем, что всё же затронулась моя не зажившая рана. – Всё до банальности просто… История стара как мир. Никто ничего не делает просто так…"

– Дело в том, что мы недавно расстались… Спасибо вам за вкусный ужин. Было приятно с вами познакомиться. Уже поздно. Я пойду. До свидания, – чуть замявшись, сдержанно ответила я, второпях выйдя из машины.

– Таисия, постойте! Вы лепёшки забыли!

– Какие лепёшки? Это вряд ли. Все лепешки точно со мной, – отшутилась я, поглаживая свой уплотнённый животик.

Выйдя следом, он занырнул на заднее сидение. Взяв бумажный свёрток, лежащий поверху большого пакета, протянул мне со словами:

– Я специально для вас их заказывал. Они же вам так понравились.

– Нет. Спасибо. Не нужно, – отпрыгнула, отнекиваясь, я.

– Я настаиваю. Возьмите! – подойдя ближе, он настойчиво вложил их в руки.

Лепёшки были ещё горячие. Чувства неудобства не заставили себя ждать. Более глупо я себя давно не чувствовала. Но не могу не отдать должного, что рядом с ним это уже становится нормой.

"Не стоило мне так активно на них налегать… Сама от себя такого не ожидала… Почему я просто домой не поехала?" – чувствуя на себе его взгляд, сгорала от смущения я.

– Спасибо, но не стоило. Как-то всё не правильно вышло. Я себя очень неудобно сейчас чувствую. Давайте, я вам за них деньги верну. Мне так спокойнее будет. Раз за ужин вы мне заплатить не позволили, – говоря, я полезла в сумку за кошельком.

– Прошу, не обижайте меня, Таисия. Мне правда было приятно с вами пообщаться вновь. Считайте, что это скромный вам презент от меня в честь выпускного.

"О да… Или паёк на дорожку. Хомячку, что схомячил твой ужин." – пролепетала моя Богиня в унисон с моей совестью, потирая румянец на щёчках.

– Ну, раз в честь выпускного… Тогда как не взять. Спасибо!

В его глазах искренний посыл, от чего мне ещё тяжелее. Чувствую себя обязанной. Я неуклюже стою перед ним, переваливаясь с ноги на ногу, сжимая в руке шуршащий пакет с едой, ощущая себя лилипутом в стране великанов.

– Чем вы занимаетесь на следующей неделе? Может, сходим куда-нибудь? Выставки, музеи любите? Может быть, театр?

"О, только не это." – промчалось в моей голове.

– Огромное спасибо. Но, нет. Мне и в правду сейчас не до свиданий. У меня всё сложно… Не стоит… Извините. Но ещё раз спасибо за лепёшки и приятный вечер, – договорив, я в спешке ликвидировалась в подъезд.

"Вот растяпа! О чем я только думала?! Угораздило же меня в такую ситуацию попасть, – осуждающе размышляла я, поднимаясь по лестничной площадке на четвертый этаж, пропуская под ногами ступеньки.

– Одна история ещё не утихла, а меня на новую потянуло. Головной боли мало.. Вот о чём я только думала? Он же взрослый! Вполне возможно, что женат, и дети есть. Ну, нет… Это маловероятно – возразило моё Я.

– Женатому ты зачем? Не стал бы он столько с тобой возиться? Может, он просто выглядит старше своего возраста? Да причем тут возраст вообще, что я к нему прицепилась-то. В любом случае, вряд ли его простое общение интересует, а больше мне ему предложить всё равно нечего."

Открываю ключом дверь, захожу в квартиру. Не успев снять туфли, как меня обступают довольные родители.

– Как всё прошло? Мы видели, что у тебя новый знакомый появился. Ты про него не рассказывала. На вид взрослый такой, и машина у него серьёзная. Откуда он? Давно знакомы? Чем занимается? – засыпала вопросами мама.

Отец стоял молча, но держал уши по ветру. Глаза у них игриво переливались в ожидании ответов.

– Всё прошло хорошо, мам. Не беспокойтесь. Никто у меня не появился, он просто подвёз. И хватит за мной в окна подглядывать, – возмутилась я. – Я устала и пойду спать. Завтра поговорим. Спокойной ночи, – сказав, я вложила лепешки ей в руки и закрылась в своей комнате.

Занавесив плотными зелеными занавесками окна, я легла на кровать, погрузившись туловищем в мягкий матрац, раскинув руки и ноги в разные стороны. Рассматривая флюрисцентные пластиковые звёзды, прилепленные к белоснежному потолку.

"Про парня-то он неспроста спросил… Неужели на что-то рассчитывал? Вот блин. Ёшечки-кошечки. Дурында я!!! Аааа! Уйййй!.... – хватаюсь за голову, и извергается изо рта непроизвольный набор звуков. Не верится что-то… Хотя, интересно было бы узнать на что? Ой, жуть, как же всё неудобно вышло." – продолжал разжевывать мой неугомонный мозг, прокручивая вновь и вновь воспоминания вечера.

Перевернувшись на бок, взгляд остановился на плюшевой собачке, стоящей на полке, которая щенячьим взглядом смотрела на меня.

"Тебя мне только не хватало. Нечего на меня так смотреть. Ты на чьей стороне не пойму?! Вообще он сам всё затеял. Нет бы, сразу спросил: парень есть? А то кушать додумался позвать… да у нас пол Москвы голодные ходят, кого не пригласи, каждый пойдет, – в свою защиту ответила я плюшевому мопсу. – Так что не надо на меня так глазеть, а то в шкаф отправлю, где забуду про тебя на веки вечные, бесконечные, – на доли секунды мне и в правду померещилось, что глаза плюшевого друга поникли, уши опустились. Приглядевшись, поняла, что это просто моё воображение разыгралось на фоне нервной почвы.

Всё, хватит! А то с ума так не долго сойти. Было и прошло. Всё во благо и на пользу! Так что подними нос выше и не расстраивайся, ничего страшного не произошло. Он дядька взрослый, не закиснет. А то, что он тебе ещё и на дорожку лепешек взял, явно свидетельствует о том, что он точно не в обиде, что ты его обед с ужином схомячила." – подбадривало себя моё самолюбие.

Полнясь думами, я подготовилась ко сну, написала пару строк в свою тетрадь и незаметно уснула.

«Порой мне страшно даже думать: о мире, счастье и любви.

Так сложно поверить, что когда-то повстречаешься мне ты.

Тучи разом разойдутся,

Светом наполнится мой дом.

Любовь без стука ворвется, напитывая целиком.

Закружиться голова от счастья,

И сердце трепетно стуча,

Душа запоёт, забыв о всех ненастьях,

Засияв ярче, чем звезда.»

Лето набирало обороты. На улицах царила очень жаркая погода. Всего две недели прошло от получения диплома, а я уже успела съездить на дачу, которая находится 150км от Москвы. Вдоволь там накупаться в красивейшем месте в природном водоёме с песчаным заходом, загореть и вернуться обратно, и даже провести целый день в компании своего лучшего друга Кирилла. Его девушка, как обычно, на всё лето уехала к бабушке в деревню за 400 км, а он, как и всегда скучая по ней, нуждался в моих дружеских ушах, еде и времяпровождении.

За окном вечерело. Мы с Кириллом сидели у меня дома. На мне домашние бежевые шорты чуть выше колен с черной майкой на тонких бретелях. На голове взъерошенный пучок волос, собранный на макушке. Я заскучала, фильм пришелся мне совсем не по вкусу. Одни зомби и никакого просвета на любовь… Кирилл, жуя попкорн, завороженно таращился в экран телевизора, практически не моргая.

– Хоть кому-то хорошо. Зомбиленд отдыхает, – проворчала я, потягиваясь, удивляясь его заинтересованностью, держа курс на кухню.

Взяв пончик и засунув его себе в рот, мой взгляд пал на мусорное ведро, которое было нещадно переполнено. Увидев меня, оно тотчас взмолило о помощи. Ну как тут было отказать… Натянув на себя голубую спортивную кофту на молнии, не застёгивая, одев на ноги шлёпки, взяла ведро, не заглядывая в зеркало, висящее в прихожей, я гордо пошагала к уличной помойке, которая находилась через два подъезда, в конце моего дома. Одним махом избавившись от мусора, шагнув пару шагов в сторону дома, меня окликнул знакомый мужской голос.

– Здравствуйте, Таисия!

Я вздрогнула. Обернувшись, увидела Руслана.

ГЛАВА 3. СЛУЧАЙНОЕ НЕ СЛУЧАЙНО

Он стоял рядом со своим черным автомобилем, припаркованного вдоль тротуара моего дома. На нём белая свободная футболка и голубые джинсы. Волосы, как и прежде, уложены назад.

"Только не это! Не верю! Быть не может!" – вихрем пронеслось осознание в голове. Внутри меня всё настороженно сжалось. Дыхание сбилось. Вытаращив на него удивленные глаза, я зависла в пространстве.

– Можно я вас украду?– спросил Руслан, подойдя ко мне ближе.

Чувство неуверенности – это слабо сказано. Чем он ближе, тем мне выше приходится задирать голову. Стоя перед ним в простых шлёпках без каблуков, я ощущаю себя маленькой девочкой перед папой. Как ни выпрямляй спину, выше стать не получается. "Ух… по грудь я ему где-то…" -подметил мой глаз, сделав пометку в памятном файле мозга.

– Прямо так? С ходу? – уточнила я, хаотично соображая, что происходит, и как быть.

"О Силы Всёмогущие, а что на мне одето? Вот, блин… Мамочка родная, снова он, и снова в краску!" – осознала я, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Во всех тональностях ощущая абсурдность своего положения. Начиная от внешнего вида, заканчивая местом и помойным ведром в руках.

– Если можно…

– Вы серьёзно? Прямо с мусорным ведром?

– Почему бы и нет. Но если оно вас сильно смущает, то я обожду, пока вы его домой отнесёте.

Смотрю на него и не понимаю, серьёзно ли он говорит или шутит.

– Вы, я смотрю, настоящий маньяк, сударь, и своих жертв ещё засветло у уличных помоек подстерегаете. Не могу не поинтересоваться, а что вы здесь делаете? Какими судьбами оказались в этих краях?

– Не хотел напугать, извините за неуклюжесть. В последнее время она со мной в ногу шагает… Уж не знаю, как от неё избавиться… Дело в том, что у моего друга свадьба в следующую субботу. Я хотел вас о помощи просить… составить мне компанию, а то одному идти как-то не правильно. Вы меня очень выручите, если согласитесь. Не подумайте ничего предосудительного. Просто как хорошие друзья. Просто пообщаться и приятно повести день. А потом я вас в целостности и сохранности домой доставлю. Даю на то своё честное, благородное слово.

Мои глаза побили все рекорды Гиннеса по увеличению. Вытаращившись на него словно филин на добычу, я пребывала в полном недоумении, не находя слов, хаотично моргая.

– Соглашайтесь. Вы не пожалеете, – добавил он.

"Только этого мне не хватало, идти на свадьбу с малознакомым мужчиной к незнакомым людям. Как он себе это представляет? Что я там буду делать?" – мой внутренний палач куда-то явно спрятался и не желает показываться, в тот момент, когда я так в нём нуждаюсь…

– Сколько вам лет, Руслан?

– Двадцать шесть.

– И вы мне хотите сказать, что вам серьёзно не с кем пойти?

– Именно так. Было бы иначе, разве я бы обратился к вам со столь деликатным предложением?! Как и у вас, у меня тоже всё не просто…

– Ох… И долго вы меня здесь, у моего дома поджидаете?

– Достаточно долго… С утра… – нехотя ответил он, и глаза его тут же забегали.

По моей спине пробежала дрожь. Множество искорок сотрясали тело. Ладони покалывало, а главное, что ничто не могло объяснить это необычное состояние, отдаленно напоминающее общение со строгим учителем.

– Ну, раз это так важно, то я вас, пожалуй, всё же выручу… В эту субботу вы сказали?

– Ура! Вы не пожалеете. Да, в эту. Желательно утром, часиков в девять уже выехать.

– Ммм… Хорошо. Значит, вы в девять заедете?

– Конечно. Какой у вас этаж и номер квартиры? Я зайду за вами.

– Не стоит. Я сама спущусь.

– Хорошо. Как скажете, но всё же давайте номерами телефонов обменяемся. Ну, на всякий случай. Если вы, конечно, не возражаете. Мало ли какие вопросы возникнут.

– Ладно. Почему бы и нет…

Его глаза улыбнулись, обрамившись морщинками. Взяв из машины, он протянул мне черную ручку и книжечку с водительскими документами, на которой крепился отрывной желтый квадратный листок. – Вот так в наше Время, почти незаметно, номера девушек добывают, – улыбалась я, записывая свой номер телефона.

– Это вам, – сказал Руслан, протянув мне черную, глянцевую визитку с изображением огненной молнии на фоне иностранного автомобиля. Где крупными красными и желтыми буквами было написано: Автозапчасти Импорт Оригинал, Петров Руслан Юрьевич, контактные телефоны и адрес электронной почты.

– Ух ты… Их тут оказывается две! – произнесла я, разглядывая их.

– Так это хорошо. Значит, вероятность потерять мой номер уменьшается. До субботы?!

– До субботы, – окинув его взглядом, я положила визитки в задний карман шорт и направилась домой.

В Душе все необъяснимо трепетало. Странные, будоражащее эмоции окутали меня, неся на своих крыльях. Не заметила, как дошагала до квартиры. Дверь которой отворилась, и на пороге меня встретило расплывшееся от любопытства лицо Кирилла.

– Кто это был? Ты мне про него ничего не рассказывала. Не тот ли это тайный кавалер, о котором много раз упоминала твоя мама, подтрунивая над тобой?

– Ага. Он самый.

– Вот ты, какая хитрюга, оказывается. Так, значит так ты со своим братиком делишься?.. А говорила, мол, не обращай внимания… мама шутит… Ай-яй-яй, Таисия. Выкладывай! И о чем вы там так мило беседовали?

Не отставая ни на шаг, Кирилл ходил за мной по пятам. Выпив полный стакан воды, я плюхнулась на кровать. Кирилл лег рядом, искря вопрошающим взглядом.

– Ты и врямь как моя мама. Дальнозоркий. Давно фильм закончился?

– Не увиливай, давай рассказывай. Кто он? Давно знакомы?

– Месяц назад ещё, такси ловила, вот и познакомилась.

– Ничего так улов. На что ловила? Червяк, мотыль, тесто?

– Не… Наживку всю по дороге растеряла. Скорее, видом мухи, распластавшейся на лобовом стекле. Ну, той, что молит и дразнится одновременно…

– Некрофил, значит. Понятно, – ухмыльнулся Кирилл.

– Не думаю. Скорее реаниматор. В тепло усадил, в чувство привел. Приятный, юморной такой собеседник…

– И?.. Таисия, не юли! Активнее, пожалуйста, рассказывай, желательно с начала и по порядку.

Лицо Кирилла светилось словно солнышко, поблёскивая разом всеми, что ни на есть, зубами. Вот так наглядно заражает человека любопытство. – усмехалась я. – Надеюсь в такие моменты я выгляжу милее… Нужно поработать над своей мимикой. Не вываливать все мысли на лицо, – взяла на заметку я, поставив в умственном блокноте жирную галочку.

– Я же говорю, нездоровилось, ловила такси, а остановился он. Подвез, ничего особенного не было, мило поболтали, только денег он не взял.

– А имя-то у него есть?

– Вроде как есть. Руслан его зовут. Полное имя Петров Руслан Юрьевич. Зачитала я, достав визитку из кармана.

– Дай посмотреть, – выхватил из рук Кирилл. – Серьёзный кавалер такой. С серьёзным занятием. Круто.

– Так я не поняла, это хорошо или нет?! Что мне до его занятия, а человек он и в правду интересный и необычный.

– Ещё бы… На такой машине-то…

– Да что вы все с этой машиной-то заладили? Сегодня одна машина, а завтра другая. Кому какое дело-то на какой посудине он плавает…

– Да я не об этом вообще… Ладно, продолжай, рассказывай.

– А о чем тогда?

– Просто под впечатлением… Не ожидал. Ну так, и??? Что дальше-то было?

– Что «и»?… Через несколько недель встретила его снова, когда возвращалась с выпускного. Он в кафе пригласил. Мы посидели немного, разговорились. Он интересный, весёлый, а после до дома подвез.

– Ммм… Неплохо так. А сейчас?

– А сейчас выручить просит. В следующую субботу на свадьбу к его другу с ним пойду. И не нужно меня так прожигать взглядом со своей двусмысленной улыбкой… У нас простое общение. Я ему ещё в предыдущий раз обозначила, что отношения – не для меня. Он всё понимает. Да и не уверена я, что ему отношения нужны. Он всё-таки взрослый такой и на вид удачливый. Наверняка да кто-то у него есть. Он сам сегодня это подтвердил, сказав, что пойдем как друзья.

– Ладно. Допустим всё так оно и есть. Тогда объясни, если не секрет, то зачем тебе тогда он? Зачем пойдешь?

– Как зачем?! Я тоже вначале немного стушевала, но быстро сориентировалась и поняла, что именно это мне сейчас и нужно. Сменю обстановку, развеюсь, мне эта прогулка точно на пользу пойдет… Тошно мне прозябать дома. Всё о прошлом свербит, а я перевернуть страницу прошлого хочу. Хочу забыть и жизнь свою наладить. А Руслан для этой цели очень, кстати, подходит. Мне с ним необычно и интересно. Словно в другой мир попадаю.

– Ты ему про Антона рассказала?

– Нет, конечно. Как ты себе это представляешь, я могла это сделать? Знаешь, я парня одного люблю до беспамятства, но мы с ним расстались три месяца назад. По причине невозможности сосуществования вместе. И, не смотря, что наши отношения длились долго, он меня уже забыл и живет себе припеваючи, а я до сих пор жизни своей жизни без него не представляю. Так, думаешь, стоило ему сказать? А главное, зачем? Это моя боль. Поверь, она ему не интересна. Проблемы никто не любит.

– Я не имел в виду ничего такого. Просто спросил, не подумав, не серчай.

– Я понимаю, что может с одной стороны, идти куда-то с ним – это не есть правильно, но раз он сам предложил, то я с радостью воспользуюсь возможностью и с удовольствием развеюсь. Мне это только на пользу пойдет. Тем более, денежных вложений это не требует.

– Знаешь что, я полностью с тобой согласен, сестренка. Так держать, а то и в правду уже подустал смотреть, как ты киснешь. Ещё, не дай Род, забродишь, и что тогда я с тобой делать буду?! Ты не думала? А?!

– Что ты сказал? – рассвирепела, играючи, я, навалившись на него с щекоткой, которую он не переносит. Кирилл, сжавшись в клубок, активно закрываясь от моих рук, громко гоготал, моля о пощаде.

– Устал, говоришь?! А ещё другом называется. Кто бы про «киснешь» заикался. Как не стыдно! На тебе самом лица нет. Скучалка на ножках!

– Это другое. У меня временное расставание, и то места себе не нахожу. Ещё и за тебя переживаю. Только ты всё же постарайся к нему приглядеться.

– Ага! Спешу и падаю. Специально для этой цели бинокль прихвачу. С ним приглядываться будет удобней. Никуда он от меня не скроется, уверяю тебя. Рассмотрю до молекул. Не переживай.

– Я серьёзно. Вдруг он понравится тебе, и у вас чего-то получится. Сама же говоришь, что он интересный. Не руби на корню. Присмотрись. Подвёз – это ладно, а вот что в кафе пригласил и сейчас совсем не случайно здесь оказался… Свадьба эта… Нравишься ты ему – это точно.

– Всё проехали, папа Мишка. Ты что-то увлекся сегодня. Мудр не по годам стал. Тебе домой случаем, ещё не пора? А то у меня через полтора часа в салоне красоты покраска головы, по записи, а мне ещё собраться нужно и переодеться.

– Ладно, ладно. Ухожу. Позвони, как вернёшься. Быстро сориентировавшись, Кирилл натянул кроссовки, отсалютовал двумя пальцами от виска – жест напоследок, и ушёл.

ГЛАВА 4. ОХ, ЭТА СВАДЬБА

На протяжении всей недели до предстоящей встречи в субботу, чем бы я ни занималась, Руслан не выходил у меня из головы. Надо же было так нежданно-негаданно вломиться в мою жизнь! Перетянув всё мое внимание на себя. Я стала меньше вспоминать Антона и больше улыбаться, готовясь к субботе.

Накануне перед встречей я была дома одна. Родители, как всегда, уехали на дачу на выходные. Притомившись от домашних дел, легла спать пораньше. Мне приснился сон: нахожусь в своей квартире и куда-то собираюсь, как раздается звонок в дверь. Я открываю дверь, а за ней стоит Руслан. Улыбаясь ему, я говорю «привет!» Он смотрит на меня и молчит, медленно двигаясь ко мне всё ближе и ближе, не отводя глаз. Я смотрю на него и пячусь назад до тех пор, пока не уперлась в стенку. Тогда он склоняется ко мне. Его губы касаются моих губ, и … – я просыпаюсь в холодном поту и сильном мандраже. Шквал противоречивых эмоций настолько сильно переполняет мою душу, что сомкнуть глаз я больше не смогла.

Вот надо же было такому присниться, – сетовала я, потирая лицо руками, отбиваясь то и дело от проигрывавших воспоминаний перед глазами.

Не включая свет, я бродила по квартире, как привидение. Осушив стакан воды, умылась, желая привести себя в чувства, но не тут-то было. Глядя на своё отражение в зеркале, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, но волнение не отступало, продолжая потрясывать моё тело. Капли воды скатывались по лицу. Губы пульсировали, замешав сон с явью. Наворочавшись вдоволь, дождавшись восхода солнца, взболтав хорошенечко свою кровать, я налила ванну с фруктовой пеной, добавив в неё немного морской соли, полностью погрузилась в неё. Предаваясь полному расслаблению, освобождая свой перегруженный мозг от ненужных волнений, которыми одарил меня сон. Это оказалось непросто. Мой мозг словно поразил вирус, прокручивая картинки с поцелуем вновь и вновь, да так четко, что чувствовала его дыхание на губах.

Не могу сказать, что мне помогло, но уже через 30 минут я стояла на кухне, одетая в салатовые короткие шорты с тёмно-фиолетовой майкой и закрученным полотенцем на голове. Сварив крепкий кофе и съев глазированный сырок, я принялась наводить марафет. Пена для укладки волос и фен сделали своё дело, придав моим волосам нужный объем. Немного прихватов щипцами для завивки – и появились желанные завитки, спускающиеся от ушей вниз.

Не зря же я год посвятила парикмахерскому искусству на курсах повышения квалификации, – довольная результатом, похвалила себя я. Слегка припудрив лицо и нанеся тушь на ресницы, мой образ был почти завершен.

Нужно обязательно перед выходом позавтракать, – думала я, рыская в холодильнике в поисках подходящей еды. Легкая тошнота от недосыпа со мной никак не согласилась, сморщивая нос на всё найденное и увиденное.

Время близилось к выходу. Одев легкое приталенное зеленое платье по колено, без рукавов, нанесла на зону шеи пару капель духов, блеск на губы. Моё волнение стало ощутимо возрастать.

"Ой, мамочка!" – замерла я, выглянув в окно, увидев, что машина моего преследователя уже паркуется у подъезда.

(Пибимь! – пропиликал телефон)

Открываю, смотрю. Сообщение от Руслана.

– Доброе утро, Таисия. Прекраснейшее настроение и хороший день уже ждёт вас. Карета подана. :)

"Ух… – обливаюсь волнением. – Что же ты… Таисия! Что с тобой сегодня происходит? Неужели ты и дальше позволишь сну лишать себя покоя? – спрашивала себя через своё отражение, глядя в зеркало. – Конечно, нет! Глупости. И не подумаю." – ответ последовал сам собой.

Игнорируя эмоции, властвующие надо мной, я надела самые удобные туфли на пятисантиметровом каблуке. Взяла сумочку. Выпрямив спину, сжав руки в кулачки, бодренько пошла на улицу.

Погода предвещала быть приятной. Небо безоблачно чистое. Бодрящий воздух говорил об утре. Напротив подъезда на лавочке сидела престарелая соседка со второго этажа, выгуливая свою рыжую лохматую собачку. Бабуля приветливая, но, как и многие бабули из моего района, неимоверно болтливая. «Бабульный синдром», так сказать, он поражает большинство престарелых лиц, от их глаз никак не скрыться, противоядия тоже не сыскать.

"Слухов не миновать…" – поняла я, громко поздоровавшись с ней, проходя мимо.

Руслан, как нарочно, вышел из машины. На нем бежевые летние брюки и белая рубашка, расстегнутая у горла. Увидев меня, он выпрямился, сделавшись ещё выше. Улыбнулся, галантно распахнув передо мной машинную дверь.

"Ну теперь бабуси точно от любопытства сгорят, и день их будет не скучен и весел в обсуждениях моей персоны." – убеждается моё сознание.

– Доброе утро, Таисия. Вы сегодня обворожительно красивы.

– Доброе. Спасибо, – ответила я, садясь в джип, ощущая на своей спине сверлящий взгляд соседки.

Солнечные лучи, пробиваясь через листву деревьев, попадали мне на лицо, вынуждая морщиться и отклоняться, ища удобный ракурс.

– Ну что, готовы? Поехали?! – спросил Руслан, заведя машину и отщелкнув мне защитный козырек.

– Поехали, – ответив на его улыбку улыбкой, ответила я, защёлкнув ремень безопасности.

Машина тронулась, оставив позади подъезд, страхи, бабулю и дом.

Я впервые бывала на свадьбе. Она была очень пышная, яркая и радостная. После дворца бракосочетания мы огромной вереницей громко катались по улицам Москвы. Побывали на Воробьёвых горах, на Красной Площади, ВДНХ, где мы прогуливались под музыку баяна и пения всех присутствующих. Молодожены Евгений и Анна светились от счастья, заражая всё вокруг.

Евгений – жених, друг Руслана, немного ниже его ростом, с короткими темными волосами. Одетый в белый свадебный костюм с красным галстуком. С ярко проявленными скулами на лице. С узкими губами, скрывающимися за легкой темной бородой. Глаза болотные. Брови густые. Спортивного телосложения.

Анна – невеста, примерно моего роста, в белом элегантном свадебном платье. Стройная блондинка с пышной грудью, миловидными чертами лица. Волосы короткие, приподнятые в прическе с венком, украшенные белыми цветами.

После прогулок по городу, празднование свадьбы продолжилось в подмосковном трехэтажном огромном коттедже, похожем на замок, с выступающими большими белыми балконами. Под шум аплодисментов, Евгений взял Анну на руки и понес внутрь, а мы вместе со всеми гостями проследовали за ними.

Войдя в здание, я увидела высокие колонны, соединяющиеся в арках под потолком, и огромную каменную, чуть изогнутую лестницу, ведущую на второй этаж. По словам Руслана, она ведет к гостиничным номерам для тех, кто пожелает остаться на ночь. По бокам светлых, под камень, стен, на светлом глянцевом плиточном полу, стояли большие белые кожаный диваны с креслами. По центру лежал небольшой овальный ковер коричнево-бежевого окраса, на котором красовался круглый бежевый стол из натурального дерева с фигурными ножками в форме лам. Над столом свисала огромная хрустальная люстра, спускающаяся с третьего этажа.

Чуть глубже находился светлый просторный праздничный зал, со множеством круглых отдельно стоящих столов, устеленными кремовыми скатертями, на которых стояла белоснежная посуда, с разнообразными яствами. При каждом столе по четыре белоснежных мягких стула, на спинки которых накинута бежевая вуаль, завязанная со спины в огромный бант, по центру крепился белый раскрытый бутон розы.

Пять огромных люстр свисали с зеркальных потолков. Множество белых и золотых шаров с блестящими лентами возвышались над площадкой танцпола, которая находилась рядом с небольшой сценой, оснащенной цветомузыкой, где играли музыканты и выступал тамада. По другую сторону от сцены находился большой овальный стол молодоженов, стена за которым была украшена струящейся вуалью бело-бежевых цветов, со множеством сияющих светодиодов, поверх которых крепились огромные, собранные из красных воздушных шаров, два соединенных вместе сердца. Стол их украшен красно-белыми цветами. Он подсвечивался и переливался стоявшими на полу крупными светодиодными буквами слова «любовь».

В огромные, панорамные окна открывался превосходный вид на зеленую территорию, окруженную лесом, с работающим уличным фонтаном, справа от которого была открытая веранда со стеклянным потолком, подсвечиваемая множеством фонарей.

Столики в зале пронумерованы, с заранее распределенными местами для каждого, и нам был уготован столик под номером «два». Он оказался единственным столиком на две персоны и находился вторым справа по счету столом от стола молодоженов. Не могу сказать, случайность это или нет, но учитывая тот факт, что я являюсь малообщительным человеком, то я этому только обрадовалась.

Тамада быстро взял всё в свои профессиональные руки, и торжество стало набирать обороты. Развлекательная программа была насыщенной. Смех, танцы, множество подарков, конкурсов и поздравлений звучали в этот вечер. Красивые голоса певцов исполняли всем знакомые хиты в моменты трапезы. Подаваемые на наш стол блюда были неимоверно вкусными и отличались от блюд, подаваемых другим, тем, что в них абсолютно не было мяса. Запеченные овощные рулетики, корзинки с манго в нежном творожном креме, с ананасом и сыром, жульен, запеченный в тесте, жаренные на углях баклажаны с помидорами и цельными грибами на шпажках, ассорти холодных закусок на шпажках и в завернутых листах нори, фруктовые и овощные салаты с кедровыми орешками, овощное жаркое в горшочке с белыми грибами было просто восхитительным – всех блюд не перечислить. Разнообразие прохладных морсов и свежевыжатых соков постоянно пополнялось.

Волшебная непринужденная праздничная атмосфера сыграла свою роль. Напряженность ушла, и наше общение с Русланом заметно упростилось, став более легким и дружеским, словно мы друг друга давно знаем. Мы вместе зажигали на танцполе, подшучивали друг над другом, делая это как-то по-доброму. Даже умудрились спеть дуэтом пару песен. Никто из его знакомых даже не понял, что мы на самом деле не пара, включая тамаду. Руслан не выпускал меня из виду, и неустанно спасал, уводя от любых задаваемых вопросов, переводя их на себя, и старался всё Время проводить со мной рядом.

В какой-то момент, пока я доедала жаркое, тамада принес к нашему столу микрофон. В зале наступило затишье. На нас смотрело множество лиц. Руслан, взяв микрофон, встал из-за стола, одернув рубашку на груди, глядя на молодоженов, произнес речь:

– От своего лица и от лица своей спутницы поздравляю вас с этим знаменательным событием, к которому вы так долго шли и готовились.

Промокнув губы салфеткой, я отстранилась от блюда, внимательно слушая его и дожевывая всё то, что успела закидать в рот. Руслан держался уверенно, словно часто толкает речи. Только левая рука выдавала его волнение, слегка потрясываясь у стола.

– С Днем Вашей Свадьбы! С рождением вашей уже официально оформленной Семьи! Не понаслышке я знаю и вижу, как вы любите друг друга. Желаем вам сохранить и пронести через всю вашу совместную и счастливую жизнь эти чувства, что соединили вас сегодня вместе. И, конечно же, без подарка здесь не обойтись! Не судите по размеру, я уверен, что он вас порадует. Это для вас!

На вид, это была небольшая, продолговатая коробочка, размером с кошелек, обернутая, в красную бумагу с серебряным мини бантиком сверху, которую он высвободил из пакета, висящего на спинке стула. Руслан подошел к Евгению с Анной, и вручил его лично в руки, а после громко закричал, хлопая в ладоши:

– «Горько! Горько! Горько! Горько! Горько!» – гости тут же поддержали, громкими волнами наполнив зал. Молодожены вновь слились в поцелуе под совместный дружный счет:

– Раз, два, три, четыре… пятнадцать, шестнадцать, семнадцать. Ура!!! – рукоплеща, зал снова наполнился восторженными криками и посвистываниями. Ощущения восторга от всего торжества не передать. Оно было лучшим торжеством, на котором я когда-либо присутствовала.

Дело шло к вечеру. Руслан предложил прогуляться немного, пройтись, подышать свежим воздухом. Эта идея мне пришлась по душе.

Погода царила чудесная, как и всё вокруг. Солнце, сбавив жар, светило нам в спины. Трава ровным пушистым зелёным ковром покрывала Землю. Клумбы с разносортными цветами тянулись вдоль дорожки, выложенной из желтой тротуарной плитки. Прогулочным шагом мы пошли по территории, огороженной высоким кирпичным забором. Теплый летний ветер окружил своим вниманием, играя с подолом платья. Вдыхая полной грудью густой лесной воздух, я наслаждалась красотой этого места.

– Скажите, а чего вы больше всего боитесь, Таисия? – спросил Руслан, идя развалистой походкой рядом.

Этот вопрос не на шутку озадачил меня. Немного подумав, я ответила:

– Жизни. Вернее, её незнание меня пугает и ставит в тупик.

– Ну, а всё-таки… что конкретно вас страшит?

– Гм… Не справиться… не понять… не найти ответы… принять неверное решение и всё такое… Обычно каждый человек чуть ли ни с детства знает, какого пути придерживаться ему. Художник – рисования, электрик – проводов и соединений различных… водитель – того вида транспорта, которым хочет обладать: автобус то или подъемный кран, лимузин… А я, признаться, не нашла ещё себя. У меня нет одного выделяющегося предпочтения. Мне многое, на удивление, нравится… Рисовать и петь, готовить, вязать, шить, вышивать и так далее. Их много… при этом совсем не могу считать эти увлечения своей профессией… и посвятить им свою жизнь. А ведь хороша работа именно та, которая в удовольствие. Она и радость приносить будет, реализовывая твои таланты. На неё бежать, как на праздник будешь. А так всё не просто… Как бы, выбирая что-то одно, становится грустно, понимая, что упустила другое. А сидеть сразу на всех стульях, как известно, увы, крайне проблематично. А у вас как было? Как нашли себя?

– Да как-то само собой так сложилось. С детства машинами интересовался, потом армия, а потом и своё дело нарисовалось. Даже не задумывался никогда на эту тему. Просто шло и шло… Вот и всё.

– А чего вы боитесь? Знаете?

– Конечно, знаю. Как ни странно, боюсь одиночества. Хоть и сложно себе в этом признаться.

– Нууу… это вам не грозит…

– Это вы зря так думаете. Порой даже у самых занятых людей, и казалось бы очень общительных и интересных, действительно нехватка в близких… Не для красивого словца и не для шумных мероприятий, конечно. Для отвода глаз таких всегда полно. А действительно близких по духу…

– Тут мне повезло больше, у меня есть Кирилл, друг детства. И мы с ним, во истину, на одной волне, всегда рядом, всегда поддерживаем друг друга. Болтаем не пойми о чем и никогда не устаём друг от друга. Выросли вместе, так сказать. Он мой брат, пусть не по крови, но по духу точно.

– Он младше вас?

– Нет. Отнюдь. Он старше на три года. У него девушка есть, если вы об этом…

– Значит вы считаете, что дружба между мужчиной и женчиной возможна?

– Конечно. Не только считаю, но и являюсь ярким доказательством того, что она действительно существует. Того притяжения и симпатии полов между нами нет. Мы просто две родственные души, которых свела жизнь и место жительства, так как мы и живем в одном доме, но в разных подъездах.

– Я его девушка его к вам не ревнует?

– Нет, конечно. Ну что вы… Она из нашей же песочницы. Моя одноклассница. Его первая любовь. Он так по ней сох в младших классах, а я помогла им сойтись. И теперь они счастливы. Их отношениям можно позавидовать, так как они идеальные, лёгкие и непринужденные. Да и вообще они молодцы. Им повезло. Я рада за них.

Мы шли, отстранившись от былой суеты.. Неторопливо шагая по дорожке, смотря куда она нас приведет. Шли вдоль пролеска, а потом и через лес, оказались у небольшого водохранилища, где плавали утки. Мы много шутили, смеялись, делились историями.

Руслан поведал мне, что Евгений – не просто друг, он ещё и сводный его брат. Когда Руслан родился, его отец, поняв, что семья – это не для него, ушел к другой женщине, переехав к ней в другой город. И больше они с матерью его не видели. Ходили слухи, что у него где-то ещё были дети, но насколько это достоверно, никто не знает.

Маму Руслана звали Валентиной Сергеевной. По его словам, она добрая, заботливая и очень красивая женчина. Когда ему было семь лет, на дне рождении подруги, она познакомилась с Романом Дмитриевичем, вдовцом, отцом Евгения, которому на тот момент было 5 лет. Они поженились. Руслан с Евгением сдружился. Но, к сожалению, три года назад она внезапно умерла из-за сердечной недостаточности. Отчим Роман, спустя полгода с её смерти, заметно сблизился с соседкой по лестничной площадке – Ларисой, с подругой его матери, которую он знает столько, сколько себя помнит. Отчима Руслан не винит. По его словам, тот имеет право жить, как хочет, но общаться Руслан с ним больше не может. А с Евгением они по-прежнему дружны, поддерживают друг друга и часто видятся, созваниваются.

Анна – его первая серьёзная любовь. Она ждала Евгения из армии и дождалась. Хоть по возвращению со службы тот сильно изменился, их любовь с этим смогла справиться, и вот теперь мы на их свадьбе. А так же я узнала, что он предприниматель, занимается любимым делом, связанным с иностранными автозапчастями. Жены у него нет, живет в своём подмосковном доме, который находится недалеко от Москвы. Животных у него тоже нет, но есть небольшой бассейн с баней. А так же он поведал, что на самом деле, он абсолютно нормальный и совсем не такой неуклюжий, как сегодня и в последние разы, когда мы виделись. Что неуклюжесть его преследует только при общении со мной. Я была растрогана таким признанием, но в ответ откровенничать особо не спешила.

Идя рядом, слушая его, наблюдая за его мимикой, жестами, привычкой проводить рукой по волосам, зачесывая их назад, меня наполняли странные чувства, в которых я терялась. То ли его крупное телосложение с высоким ростом, то ли ощутимая разница в возрасте давали о себе знать. Не смотря на неоспоримую лёгкость общения, нотки закрытости не покидали меня ни на минуту. Вспоминая совет Кирилла присмотреться к нему, этот совет казался мне нереальным. Разница между Русланом и ребятами, с которыми я общалась, была кардинальная. В моём мировосприятии Руслан, скорее, занимал место учителя, чем друга. Такого доброго, молодежного учителя истории, к примеру. И как бы там ни было, невидимый барьер между нами я отчетливо ощущала.

Вскоре наша тропинка вновь привела нас обратно. Не успели мы присесть на лавочку во дворе, как всех позвали угоститься фондю, приглашая в уличную беседку. Потолок этой постройки светился из-за множества свисающих вниз светодиодных проводков. На накрытом белой скатертью столе стояли два огромных четырёхъярусных шоколадных фонтана: с белым и молочным шоколадом. По сторонам от них располагались небольшие подносы с подготовленными, очищенными, порезанными на небольшие кусочки фруктами, ягодами. Различными зефирками, печеньками и вафельками, нанизанными поштучно на кончики длинных тонких деревянных шампуров. Взяв понравившийся шампурик и поднеся его под стекающий глянцевый шоколад, начинка равномерно обволакивалась выбранным шоколадом. Вкус получался очень интересный, как и само занятие оказалось увлекательным. Особенно наблюдать, как этот взрослый мужчина любит сладенькое, уплетая его за обе щеки. Ну и как это часто бывает, аккуратность где-то заснула на лавке. Обсявкиваясь шоколадом, нашему веселью не было конца, мы обоюдно воспользовались доброжелательностью уличного фонтана, омывшись в его прохладных струйках воды. После чего, став на половину далматинцами, мы беззаботно смеялись, отпуская шутки над собой. Взгляд Руслана порой был так пронзителен, что мне становилось не по себе.

Тамада в микрофон всех пригласил вернуться в зал, поддержать молодоженов, которые исполнили свой первый медленный танец. А после и всех гостей попросили присоединиться к ним, разделить их счастье.

– Пойдем, потанцуем, – предложил Руслан, протянув мне руку.

Внутри всё меня замерло. Не выдавая волнения, улыбнувшись, я кивнула головой.

Легонько придерживая меня за спину, мы за считанные секунды оказались на танцполе. И вот он уже прижал меня к себе, приобняв за низ спины рукою, отведя мою левую руку чуть в сторону, нежно заключил в свою ладонь. Правая рука рефлекторно оказалась у него на плече. Как корабль, покачиваясь на волнах, мы стали двигаться в унисон мелодии.

Я – как натянутая струна. Голова кружится, как в первом классе впервые вышла к доске, дух захватывает. Моя рука утонула в его ладони. Находясь в плену его приятных духов, чувствую через тонкую ткань рубашки его крепкое тело. Ощущаю его горячее дыхание на себе, мне становится не по себе. Музыка делается невыносимо долгой…

"О Силы Небесные! Что со мной?" – я старалась выровнять взбунтовавшиеся мысли, выходящие из-под моего контроля. Которые как истребители атаковали с разных сторон, внося смуту. Мои глаза истерично бегают в поисках убежища, избегая его взгляда.

– Твои волосы вкусно пахнут, Таисия… Сладким, знакомым таким… Таким приманивающим запахом.

– Наверное, фондю сегодняшним.

– Что, прости, не расслышал?

– Говорю, что скорее всего, волосы пахнут сегодняшним фондю. Шоколадом! Искренне надеюсь, что его нет в моих волосах, – звонко рассмеялась я.

– Мне нравится твоё чувство юмора. Ты очень интересный, солнечный человек, Таисия.

– Спасибо, я знаю. Сама от себя в шоке.

– Заметила? Мы уже перешли на «ты»… Признаюсь, я очень рад этому. Надеюсь, ты не против?

– Не против, конечно. Так даже лучше. Хоть и непривычно слегка.. – урывками поднимая глаза, ответила осмелевшая я, томясь то ли от смущения, то ли от стеснения, а может, и всего сразу. Стеснения, приправленного красным жгучим перцем у меня внутри, проступая наружу краснотой на щеках.

– Ты говорила, что поступила в институт. Если не секрет, то на какую специальность?

– Бухучет я выбрала. Прошу, только не спрашивай, почему. Потому, как на этот вопрос у меня нет ответа. Сама не знаю… Стыдно признаться, но нет у меня рвения ни к чему. Честно говоря, и никогда его и не было, а диплом нужен… Как-то невзначай разговорилась с одной знакомой. Олесей её зовут. Мы с ней в одном классе учились. В соседних домах живем. Вот и решила с ней за компанию документы подать. Так само собой и закрутилось всё… Экзамены сдала. Поступила. Теперь вместе туда кататься будем.

– Главное, чтобы преподаватели попались хорошие, и интерес к знаниям у тебя был, а всё остальное само сложится. Вот увидишь.

– Ну, математика всегда давалась мне легко. Поэтому проблем быть не должно.

– Ты умница, Таисия. Поздравляю с поступлением! С меня подарок.

– Спасибо, но не стоит. Давай без подарков. Будем считать, что этот день и был твой подарок, потому как он чудесный. Давно мне так здорово не было. Спасибо тебе, – сказала я, утопая в его глазах.

На доли секунды улыбка сошла с его лица, придав его взгляду серьёзности. Табун мурашек со свистом и грохотом копыт пронёсся по телу, я тут же отвела взор на тамаду, который взяв в руки фужер, принялся стучать по нему вилкой, собирая внимание гостей.

Песня закончилась. Приподняв мою руку к своим губам, погружаясь в мои удивлённые глаза, Руслан поцеловал её.

Официанты вкатили в зал трехъярусный белый торт, украшенный разноцветными цветами, и стоящей статуэткой молодоженов сверху. Анна и Евгений под благие напутствия родителей вместе отрезали себе первые кусочки сладкого шедевра. Вскоре угощение разлетелось по столам. Под плотной белой глазурью оказался черный, как сажа, бисквит с воздушным розоватым кремом и с сочными кусочками клубники.

На часах было уже около 10 вечера. Молодожены покинули зал под шквал аплодисментов. Доев торт, мы тоже решили не засиживаться. На улице было комфортно. На небе проклёвывались местами звезды, музыка отдалялась, а здание в потемках выглядело ещё интереснее. Руслан, как и обещал, отвез меня до дома. Доехали мы быстро, вспоминая яркие и приятные моменты проведенного дня.

Подъезжая к дому, я заглянула в свои окна на четвертом этаже, свет в них не горел.

"Это значит, что родители или с дачи не приехали, или легли уже спать." – задавалась догадками я, переживая, что бардак, который я учинила перед уходом в своей комнате, был рассекречен.

– Спасибо за чудесный день. Он воистину был сказочный, – душевно произнесла я, собираясь уйти, взявшись за дверную ручку после того, как машина остановилась, поравнявшись с подъездом.

– Тебе и правда всё понравилось?

– Да, конечно, даже очень.

– Я не утомил тебя своими разговорами?

– Нисколечки! Всё было просто чудесно, – сказав, я открыла дверь, сделала шаг на улицу.

– Ты так и уйдёшь? Не попрощавшись?! – раздались удивлённые нотки, направленные мне вслед.

В груди ёкнуло, по телу пронёсся разряд. Не выдавая эмоций, я улыбнулась. "Здравствуй, солнышко, я тут! – моя чуйка, подставив руки в боки, взглянула своим пронзительным взглядом с подтекстом: – Ну я же говорила! Клеится!"

– Почему же не попрощавшись?! Пока, Руслан! – с улыбкой сказала я, закрыв дверь автомобиля, и ушла в подъезд. В душе неспокойно. Колотит страх, что его дверь вот-вот откроется, и он пойдет следом. В мозгу 250 возможных вариантов, что сказать и как отказать, но, поднявшись на второй этаж, взглянув в подъездное окно, увидела, что машины уже не было. Он уехал.

"Йес!!! Так-то лучше." – облегченно выдохнула я, отпустив всё накопившееся напряжение вон.

Тихонько открыв дверь ключом, я увидела в прихожей родительскую обувь. В холодильнике стояла трёхлитровая банка деревенского молока. Выпив кружечку, я на цыпочках прошмыгнула по длинному коридору в свою комнату. Меня жутко переполняли эмоции от насыщенного дня. Звонить Кириллу мне не хотелось, хоть и обещала ему накануне. Поделившись с дневником своими эмоциями и переживаниями, я, свернувшись клубочком на кровати и полнясь думами, не заметила, как уснула.

Утром меня разбудил рингтон телефона, назойливо пиликая неподалёку от уха. Лениво открыв глаза, я ужаснулась – на часах было уже 11 часов утра. Не вникая, кто звонит, я подняла трубку.

– Слушаю!

– Я не могу. Я скучаю, – нежно промурлыкал в ухо голос нового знакомого.

– Ууу… Это ты зря. Я же сразу предупредила, что отношения мне не нужны.

– Какие отношения? Я ни про какие отношения и не говорил. Пойдешь в следующие выходные в театр со мной? У меня есть несколько увлекательных представлений на примете.

"Вот блин." – одернулась я, полностью вернувшись из воздушного мира снов, потирая глаза, приняла сидячее положение, схватившись за взъерошенную голову.

– Спасибо, но нет. Не стоит… Я не могу.

– Значит, я всё-таки вчера перегнул и сильно тебя утомил. Так и знал…

– Нет, конечно. Не говори так. Не было ничего такого. Это на самом деле был шикарный и незабываемый вечер. Мне очень-очень всё понравилось, словно в сказке побывала. Правда! Кстати, как там молодожёны? Не знаешь? Поздно все разбрелись или до утра кутили?

– Знаешь, я как-то не в курсе. Ещё ни с кем не созванивался. Но ведь многие там на ночь остались, так что празднование могло для каждого по-разному продлиться. Это ты сама, думаю, что понимаешь… – хихикает он.

– Ооо, это дааа. Понятно. Многие вчера жару хорошего дали. Думаю, что на утро им будет что вспомнить…– посмеиваюсь, вспоминая, я как одна пара друзей жениха отжигала на танцполе, а знакомый со стороны невесты, на эмоциях, сделал при всех предложение руки и сердца девушке, с которой только познакомился, официантке… Хотя они – официанты, наверное, люди привычные, и подобные нюансы у них, скорее всего, достаточно частое явление…

– Но Женька с Анютой точно ушли сразу после сладкого, это я точно знаю. И у них там всё хорошо, и они всем довольны.

– О, это главное… – радостно подхватываю я.

– Гм… Не пойму тогда, в чем причина отказа? Если, как говоришь, нигде не наседал особо, и всё хорошо прошло…

– Понимаешь, ну неправильно всё это… К тому же, изрядно накладно…

– Таисия, ты не устаёшь меня удивлять. Растраты меня вот меньше всего сейчас беспокоят. Поверь! Давай договоримся с тобой раз и навсегда, что этот аспект я беру на себя. Суббота тебе подходит?

– Пойми ты наконец, я, может быть, и рада была бы, но мне совершенно нечего тебе предложить…

– Ты, на редкость, очень интересный человек, Таисия. Не лишай меня своего общения из-за каких-то суеверий, тем более, об этих спектаклях, на самом деле, отзываются шикарно. Заеду за тобой ровно в два часа дня. Договорились?

– В два часа? А сейчас сколько времени?

– Сейчас, если быть точным, то 11 часов 15 минут и 45 секунд …

– А начало сеанса во сколько?

– А говорила, что в театрах никогда не была, – вздыхает он. – Всё верно, начало в 19:00, но принято приходить заблаговременно, минимум минут за 40. А перед представлением прогуляемся, пообщаемся, если ты не возражаешь? Договорились?

"Ой, блины-блины–оладушки." – я пыхчу в трубку, чувствуя, как всё внутри меня замешивается в однородную липкую массу, тянущуюся в разные стороны, но возвращающуюся в исходное положение.

– Соглашайся! Не пожалеешь. Обещаю, тебе понравится. Просто ещё один день приятно и непринужденно проведем. Ведь в этом ничего плохого же нет. Вчерашнее освежим. Новыми эмоциями напитаемся. Договорились?!

– Подожди, так ты вроде про субботу вначале спрашивал, так при чем здесь сегодня. Я что-то запуталась немного или не проснулась ещё…

– Всё верно. И про субботу тоже. Одно другому не мешает, – смеётся он.

– Брр…. То есть и сегодня, и с субботу? Так что ли?

– Если нет возражений, то да. Как я понял, ты сегодня не занята, так почему бы немножко не развеяться. Я заеду за тобой в два. Буду ждать у подъезда.

– Ммм… Вот как. Ну хорошо. Давай попробуем. В два, так в два. Не опаздывай, – обалдевая от происходящего, усыпаясь эмоциями, я не могла понять, что происходит. Но мне нравился его подход и манера вести диалог. К тому же, мне действительно было с ним интересно, хоть местами и напряжно…

– Вот и отлично. Я никогда не опаздываю. Значит, до встречи, Таисия!

– До встречи, Руслан.

Отложив телефон в сторону, я с воздушным шлепком рухнула обратно на спину. Извиваясь и стуча кулаками по матрацу, издавая разносторонние звуки, которые свободным потоком высвобождались изнутри.

ГЛАВА 5. ПОВОРОТ СУДЬБЫ

В тот момент, положив трубку, я даже предположить не могла, что этот поход в театр выльется во множество более частых встреч: кино, кафе, посиделки на природе и даже отмечания моего дня рождения, который стал для Руслана явным потрясением. Он был убежден, что мне лет 19, и именно по этой причине я окончила именно вечернюю школу, куда, в основном, идет разновозрастной контингент. Это меня ничуть не удивило, ведь я всегда выглядела заметно старше своего возраста. Увлечения модой, каблуками и платьями сыграли свою роль. На этот счёт я никогда не переживала, а скорее, наоборот. Новость о моём семнадцатилетии он воспринял розыгрышем, после которого ему ещё долго пришлось приходить в себя. Хоть мне и не ясен, даже немного как-то неприятен его пунктик на возрасте. Но на моё удивление он быстро оправился и вернулся в строй. Как ни в чем не бывало, он украл меня вечером, после празднования с родителями и Кириллом. Подарив мне незабываемую вечернюю прогулку на теплоходе по Москве-реке.

Родившись и живя столько лет в этом чудесном красивом городе Москве, я подумать не могла, насколько он прекрасен, особенно ночью. Множество уличных фонарей и различных подсветок, лампочек придавали городу восхитительный шарм, подчеркивая его величие и неповторимость фактуры строений, которая синхронно отражаясь в воде, дополняла его волшебство.

Находясь на открытой палубе теплохода, под звуки игравшей песни я пританцовывала, тихонечко подпевая себе под нос, придерживаясь за перила. В тот вечер, под эту самую музыку, Руслан подарил мне бархатный красный футляр с красивым золотым кулоном в форме птицы с раскрытыми крыльями, который я тут же одела, присовокупив к своей подвеске. Дуэт получился неплохой и вполне сочетаемый: Птица и солнце. А так же подарил красную розу с крупным бутоном. Весь вечер я не выпускала её из рук, а после засушила, положив в книгу на память о самом ярком дне рождении в моей жизни.

Воспоминания прошлых отношений потихоньку приглушались. Наше общение набирало обороты и происходило настолько легко и непринужденно, что сильная разница в возрасте притупляла свои границы и больше так сильно мной не ощущалась. Мы сдружились, став видиться чуть ли не каждый вечер. Встречи с ним не походили на обычные привычные прогулки, как было с Антоном. Они были насыщенные, простроенные, заранее запланированные, что нельзя было не заметить. Не было больше необдуманных слоняний по улицам, не зная, чем заняться и куда пойти. Были пешие прогулки, но они, скорее, были как завершение вечера или перерывом между мероприятиями, что было вполне уместно. Отчасти я даже моментами скучала по улице, и зачастую сама настаивала просто посидеть на лавочке и покормить прожорливых голубей в ближайшем парке. Руслан внёс свои коррективы в мою обыденную жизнь, делая её интереснее. Он с ювелирной аккуратностью потихонечку выуживал информацию о моей жизни, о бывшем молодом человеке и о болезненном спонтанном расставании, о дальнейших планах на будущее и о многом другом. Так незаметно пролетел месяц.

Сегодня один из таких дней, который мы вместе провели в подмосковном парке. Пикник на свежем воздухе. Лежа на плотном черном пледе, мы уже проговорили несколько часов. Высокие деревья мощными кронами упирались в голубое небо, изящно танцуя на ветру. Белые, как вата, облака, то и дело играли с моим воображением, принимая различные образы. Привычки с детства никуда не делись, и я постоянно пожевывала тростинки осоки, заплетала косички из её длинных стеблей.

«Прильнув к Земле, дыхание затаю,

На мир другим взором смотрю.

Всё вокруг колышется, активной жизнью живет,

Каждое творение своей дорогой идет.

С травинки на травинку кузнечик свой путь осуществляет,

Дивной мелодией всё вокруг одаряет, стрекочет, поёт,

А вот муравей ползёт.

Всё в заботах торопливых, среди них явно нет ленивых.

Телек, пивко через травинку не сосёт,

Каждый чувствует Времени ход.

Ветер игриво листвой шелестит,

Шмель в унисон куда-то летит.

Я же лежу, живой наполняюсь,

Величием Земли любимой вдохновляюсь».

– Тут фрукты еще остались. Хочешь, мандарин тебе почищу? – спросил Руслан, дождавшись, пока я допишу и спрячу свой блокнот в сумку.

– Нет, спасибо. Я виноградом увлеклась, и что-то мне нехорошо… Кажется, что я переусердствовала с ним… Опять тошнота проявилась…

– Странно, я вроде хорошо всё помыл, в проверенном магазине его брал.

– Да это не из-за этого, а скорее, от того, что кому-то стоит поменьше есть, – подшучиваю я, отломив кусочек сахарной булки и, направив её в рот, запиваю с причмоком соком.

– Что ты там пишешь постоянно? Расскажешь?

– Ничего особенного. Свои мысли. Привычка. Не обращай внимания.

– Хочешь, шоколадка есть. Вкусная! С орешками. Открыть?

– Нет, спасибо. Ничего не нужно. Если что, то я сама возьму.

– А может, мне за тобой поухаживать хочется… Такой вариант ты не рассматривала?

– Это лишнее. Я и сама со всем неплохо справляюсь, – ответив, я допила гранатовый сок и отставила стакан в сторону, надев его вверх дном на бутылку. Строя при этом забавные рожицы. Выпучивая глаза и раздувая щёки, но это явно не возымело успеха. Сжав губы, чуть нахмурившись, Руслан поглядывал на меня из-под бровей.

– Давай лучше я тебе помогу, к примеру, сложу всё в сумку, и мы пойдем потихонечку к машине. Ну если, конечно, у нас в планах нет разжечь костёр, а то уже вечереет и становится прохладно.

– Как скажешь. Согласен, – произнес Руслан, встав с пледа, разглаживая руками черные классические брюки, обрамленные черным узорчатым ремнем, и поправляя бледно-голубую рубашку, заправляя её в брюки.

В отличие от Руслана, приехавшего с работы, я оделась в более подходящую одежду для прогулки. Джинсы, черную футболку с V-образным вырезом и белые кроссовки. Хлопковая темная толстовка, повязанная на бедрах.

Погода изменилась. Ветер усилился. Небо обволакивало пасмурные тучки, приближавшиеся к нам с запада. Оперативно собравшись, уложив всё в пакеты, мы пошли по проселочной дорожке обратно к машине.

Глубоко вдыхая густой зеленый воздух, я продолжала наслаждаться природой, старательно фиксируя её в памяти, поглаживая и пропуская траву через пальцы. Всё вокруг завораживало естественной красотой.

Тысячелистник, осока, пижма, луговые ромашки, как и многие другие растения уже говорили о своей зрелости. Полынь, налившись мудростью, полнилась множеством округлых, пушистых семян. Хоть всё вокруг и было еще зеленым, природа уже начала подготовку к встрече осени. Уже скоро сентябрь сменит август, и начнется новый учебный год. При этих мыслях на душе стало тоскливо. Сойдя с тропинки, мои кроссовки утопают в ковре разнотравья.

– Ты радуешься траве, как ребёнок. Ты знаешь, что на тебя очень приятно смотреть, Таисия?

– Я люблю природу. И это, к слову сказать, не просто трава – это целый волшебный мир. Ведь ты знаешь, что все деревья между собой общаются, и ничего нигде не растет на земле просто так?

– О… ты прям как Гендальф из «Властелина Колец» говоришь, – воодушевлённо подмечает он, довольно поглядывая на меня. А если серьёзно, то, конечно, знаю. Помню ещё со времен школы, а может, и сам читал где-то. Что и грибы вырастают в симбиозе с деревьями на их корнях, питая тех влагой и питательной средой, а деревья, в свою очередь, обеспечивают их энергией солнца.

– Верно, моя прелесть. Умный хоббитц, – отшутилась я, интонацией с мимикой пародируя Голлума из одноимённого рассказа, срывая цветы, собирая их в руку.

– Что-то я начинаю уже волноваться, точно ли виноград не забродивший был…

– То ли ещё будет. То ли ещё будет, ай-яй-яй! – пропела играюще я. – А вообще, огромный скрытый мир у нас под ногами, а мы ходим и зачастую даже не задумываемся об этом. Всё вокруг дышит и живет. Общается и взаимодействует, и это по истине прекрасно.

– Не спорю. Насколько мне помнится, что старые деревья, перед тем как погибнуть, отдают свои жизненные ресурсы молодым побегам. Хотя не всё так просто, у них тоже есть система, когда опять же выживает сильнейший. Впрочем, как и у всего животного мира.

Приближаясь к машине, я успела насобирать небольшой букетик цветов. Распущенные волосы то и дело норовили оказаться на лице. Я упрямо их откидываю назад, собирая за ушами.

– Замерзла? – спросил Руслан, закидывая пакеты в багажник автомобиля.

– Нет, – ответила я, надевая кофту, застегнув молнию до горла. – А ты?

– У меня пиджак в машине. Хотел тебе предложить его накинуть.

– Нее… Не стоит. Спасибо. Мне тепло. Одень его сам.

– Да не… Мне как раз комфортно. Я его лучше для тебя приберегу, – передумав доставать пиджак, Руслан захлопнул дверь и подошёл ко мне. – Как тебе удаётся всегда пребывать в хорошем настроении? Научишь?

– Да нечему учить. Мне хорошо, вот я и улыбаюсь.

Мне не хотелось торопиться уезжать. Теребя букетик, стоя на краю возвышенного холма, я рассматривала округу.

– Удачное место, не правда ли? Пейзаж здесь красивый открывается. Особенно у воды.

– Бесспорно, тут чудесно. Откуда ты о нем узнал? Часто здесь бываешь?

– Ты не поверишь, но впервые.

– Это как это… впервые?

– Ты упоминала не раз, что тебе больше менее людные парки нравятся, вот я и поискал. Признаться честно, самому здесь понравилось. Учитывая тот факт, что неподалеку дома под аренду сдают. Крайне странно, что здесь так мало людей, – двигая плечами, откидывая их назад, ответил Руслан. – Я ночью плохо спал, поздно лег. Думал, что костей не соберу, полежав на земле, но не тут-то было. Усталость как рукой сняло. Чувствую себя отдохнувшим. Хоть снова в бой…

– Какой бой, солдат?! Отбой! Давай лучше меня домой доставь, а то мне, в отличие от некоторых, завтра рано вставать.

– Куда, если не секрет, собралась?

– С Катей… Ну, девушкой Кирилла, мы с утреца по магазинам решили пробежаться. В «Молодую Гвардию» заглянем, некоторые обучающие материалы в ней посмотрим. Потом кое-какие вещи нужно прикупить. К учебному году подготовиться, в общем, дел нежданно-негаданно на целый день набралось… Поехали?! – сказала я, шагнув к машине.

– Подожди, у тебя что-то здесь… На плече… – остановил меня Руслан, заботливо потирая со спины мою кофту.

– Что там? Надеюсь, не репейник?

– Нет. Ничего страшно. Просто испачкалась, – продолжая усердно отряхивать, ответил он.

– Ну, кто бы сомневался. Я в этом мастер! Как поросёнок, везде грязюку найду, – сокрушалась я своим талантам. – Всё?!

– Нет, ещё немного…

– Сильно, значит, вляпалась?!..

– Нет. Просто плохо отряхивается…

– Ну что же там такое может быть? – вывернулась я назад, заглядывая за плечо, натягивая кофту со спины на себя.

Не успела я опомниться, как его дерзкий язык тут же оказался в моём рту. Ладонь, обхватившая моё лицо, проскользила в волосы, приподнимая голову выше, сильнее притягивая к себе за шею. Куча искр отчертило тело, взрываясь, как фейерверки, обжигая огнём, сгущаясь внизу живота. Не понимая, где земля, а где небо, нахожусь в водовороте чувств и эмоций, полностью поглотивших меня.

– Нет. Не нужно так делать. Нельзя, – выпалила я, оттолкнув его.

Сердце предательски колотится. Стою в полном недоумении, собирая по частичкам рассыпавшееся сознание.

– Не нужно! Не нужно что???

– Я не могу. Не знаю. Не хочу… Прости. Не знаю что сказать…

– Тебе не понравилось?

– Дело не в этом… Мы разные. Не стоит… Извини…

Эмоционально передернув плечами вверх вниз, разведя руками в стороны, Руслан жестами посадил меня в машину, закрыв дверь. Не проронив ни слова, молча повез домой. Между нами ощущалось мощное напряжение в более, чем 1000 кВ. Ни комарик, ни пылинка не могли пролететь незамеченными, тут же превращались в прах. Руслан то и дело скачет с волны на волну, переключая радио. Моя Богиня, выключив внутренний голос, спряталась в своём убежище, закрывшись на засов. На моё счастье дорога до дома оказалась без дорожных затруднений, и мы доехали быстро.

– Пока, – промолвила я, не сумев посмотреть в его сторону. Не дожидаясь ответа, захлопнула дверь, и тут же устремилась домой. Сжимаясь изнутри, как черносливка, в страхе, что он воспрепятствует, желая объяснений или разговора, а мне абсолютно нечего ему сказать. Да и чувствую себя и так довольно глупо.

Тело безудержно лихорадит. Душа бушует, переливаясь драгоценными цветами, запуская в небеса салюты. Захлопнув дверь квартиры, не сдержав бурлящих эмоций, я громко заликовала радостными визгами, писками вперемешку с завываниями, вовсю пританцовывая. Скинула обувь, вбежала в комнату и рухнула в беспамятстве на кровать.

"О Силы Небесные!!! Что это было?!" – распирало меня изнутри, изливаясь пронзительным смехом.

Я вновь и вновь проводила рукой по своим губам, вспоминая поцелуй. Вновь и вновь погружаясь с головой в фонтан будоражащих эмоций.

"Что со мной? Быть не может. Неужели я влюбилась? Нет, конечно. Глупости." – оспаривал мой мозг, давая отпор шквалу вопросов к нему.

Ночь меня ждала мучительно бессонной. Я снова и снова ощущала вкус его губ, возбужденное дыхание. Вновь и вновь вздрагивала в отчетливом воспоминании, как его язык проник в мой рот, уверенно властвуя в нём. Как его руки ненасытно прижимали к себе, а моё тело не возражало. Более того, оно откликалось. Кровь неустанно вскипала, приливая к низу живота и голове. Моё тело реагировало, и мне от этого становилось не по себе. Задремав под утро, я внезапно проснулась от мелодии будильника.

Синяки под глазами, но бабочки в Душе, находясь в полной прострации – так начался мой день. За ним второй и третий….

Ни душ, ни Кирилл с посиделками у меня дома, ни прогулки по магазинам мне не помогли отвлечься. Телефон молчал. Руслан не объявлялся. Слабость, легкая тошнота, частые головокружения зачастили, заставив меня напрячься не на шутку. Дождавшись начала следующей недели, я пошла к врачу.

– Вы беременны, – сказал мне врач-гинеколог, произведя осмотр.

– Как беременна?!

– Всё верно. Последний менструальный цикл был у вас четыре месяца назад. Вас ни на какие мысли этот факт не навел?

Мир покачнулся. Огромная пирамида под названием «Жизнь» рассыпалась на множество мелких кубиков.

– У меня сдача экзаменов достаточно напряженная была. Да и сбои менструальные и раньше довольно часто были, а потом всё налаживалось само… – подавленно говорила я в поисках объяснений для себя самой же… – Да и у подруги тоже недавно задержка в пару месяцев была, а потом всё наладилось.

– Речь сейчас не о подруге, а о вас! Вы уже где-то на четвертом – пятом месяце беременности. Более точный срок поможет установить УЗИ, – не поднимая на меня глаз, говорила врач, параллельно производя запись осмотра в личную карту.

– Вам крайне необходимо в кратчайшие сроки серьёзно подумать и принять решение. Посоветоваться с родителями. В частности, с мамой… Вы же ещё несовершеннолетняя… Сообщить отцу ребенка. И принять осознанное, серьёзное решение. Вы меня понимаете, Таисия?

– Да, – говорю я, изливаясь слезами, которые, не зная конца, потоком лились из моих глаз. – Что же мне теперь делась?.. Я погибла…

– Не переживайте так! Поговорите с отцом ребенка. Сыграете свадьбу. Будете молодыми родителями. Много было таких случаев на моей практике, – улыбнувшись, постаралась подбодрить меня врач.

– Но мы расстались… У него уже давно другая жизнь. И в ней нет места для меня. А ребенку, тем более, – всхлипывая, тяжело выдыхаю я. Собирая слёзы трясущимися руками в бумажный платок, который я достала из сумки. Благо была новая упаковка платков, а то одного явно было мало.

– Как бы там ни было, он – отец ребенка, и должен об этом знать. Ответственность лежит на вас обоих. В жизни всё бывает, пересмотрит свою жизнь, также как и вы. У вас же общий ребенок будет. С кем вы на данный момент проживаете? Родители у вас есть?

– Конечно. С ними и живу.

– Это хорошо. Поговорите с ними.

– Вы не понимаете… Как же я им это скажу? Я пропала…

– Во-первых, вам нужно успокоиться. Дети – это не конец жизни. Взять себя в руки и серьёзно подумать. Принять взрослое решение. Слезами делу не помочь… Что сделано, то сделано. Неужели вы сами не чувствовали, что беременны? Плод уже достаточно крупный, даже уже по животу заметно. Уже толкания должны ощущаться.

– Нет. Думала, что гормональный сбой какой-нибудь… и само пройдет…

– Само такое не проходит… – вздохнула врач и отстранилась от записей, глядя на меня. – Какими контрацептивами вы пользовались с партнером, будущим папой?

– Презервативы.

– Стопроцентной гарантии от зачатия ребенка не существует! Презервативы, увы, не исключение.

– Как же мне быть? У меня институт… учеба начинается на следующей неделе. Я не могу быть беременной. Я не готова…

– Послушайте меня внимательно, Таисия! Прежде всего, вам нужно успокоиться и всё хорошенечко обдумать. Дело касается сейчас не только вас, но и жизни внутри вас. Вам нужно решить. Если ребеночка решаете оставить, то сразу ставим вас на учет по беременности. Будет необходимо пройти перечень специалистов и сдать соответствующие анализы. Но если вы всё же решитесь прервать беременность, что крайне нежелательно, то вам необходимо знать, что эта процедура проводится не позднее двадцати недель. Учитывая ваш случай, столь серьёзное решение необходимо принять уже в ближайшие дни.

ГЛАВА 6. ПЕРЕКРЕСТОК

На улице моросил дождь, я словно шла между мирами. Проезжающие мимо машины, проходящие люди были черно-белыми отголосками заднего плана. Огромный мир померк. Я не видела и не слышала ничего вокруг себя. Не помню, как ушла от врача и оказалась дома.

« Знаете, Мама, я вновь умираю…

Почву под ногами не ощущаю.

Скукожась от боли Душа завывает,

О счастье повседневно мечтает.

Рутина проблем меня поглотила,

Не выбраться из сети, что захватила…

В череду мук свою жизнь превратила,

А радости пути ещё не ощутила.

Скажите мне, Мама, где же хранится мой счастья кусок?

Вы о нём не раз говорили,

Я прошла уже столько дорог…

Скажите мне, Мама! Тепла не жалейте,

Согреться мне нужно, не бейте…

Глупа я, видать,

За ошибки платить не перестала…

Душа рвется от мук,

Она страдать устала.»

Слезы матери, шок отца. Слова Кирилла, которые, не долетая до моего мозга, пролетали мимо, растворяясь в пространстве. Антон, которого мне никак не удавалось полностью стереть из своего сердца, не обрадовался новости о моей беременности, предложив мне помощь в её устранении. Держа руки у себя на животе, я ощущала крохотную жизнь внутри себя, к которой я была совсем не готова, а избавиться – и подавно.

Шли дни. Мама беспробудно плакала, передвигаясь как приведение. Словно похоронила меня живьём, не понимая моего отказа от, так называемого, тихого избавления от проблемы. Боясь, то ли за моё будущее, то ли осуждения соседей, коллег по работе. Но, тем не менее, я не желала становиться палачом для собственного малыша. Не хотела перекладывать ответственность на его крохотные плечи.

– Аборта не будет! Пускай отказываются от меня. Пускай отворачиваются от меня, стесняются меня – своего решения я не изменю. И обсуждать его я ни с кем больше не намерена, – сказала я в разговоре с Кириллом.

– А как ты будешь жить? На что?

– Устроюсь на работу. Все же как-то живут, и я смогу.

– А как же институт? Без высшего образования тебе туго придется… Нормальную работу без него не получить.

– Отложу на потом. Рожу, а там видно будет. Разберусь как-нибудь. Справлюсь, – говорю, ловя себя на мысли, что не имею не малейшего представления как…. что делать, как жить, и что меня ждет дальше, в будущем. Храбрюсь под стук собственных коленок.

– Ой, сестренка… Страшно мне за тебя. Антон не объявлялся?

– Нет. И не объявится. Он полон планов, в которых меня нет. Да и не было никогда, наверное. Зачем я ему?! У него девушка есть, и не одна. Учеба на взлете. Его жизнь многообещающая, а зная его, он на всё пойдет ради своей цели. Так что не вспоминай его. У него всё хорошо. За него волноваться не стоит, по-другому и быть не могло.

– А как же ты?

– А что я?! Сама виновата. Своя голова должна быть на плечах. Я знала, что с ним у меня ничего хорошего быть не может. У нас изначально не было будущего. Просто хотелось верить в другое… Умудрялась успешно находить оправдания, чтобы быть с ним. Заниматься самообманом никому ещё не помогало. О чем я только думала… – устав накручивать круги у окна, я рухнула спиной на кровать, с досадой потирая лицо рукой. Осознавая в сотый раз, в какую передрягу я вновь попала по своей же глупости. При этом, стараясь не впадать в депрессию, и рассуждать по-взрослому. Не понимая толком, что означает это «по-взрослому»…

– Просто ты влюбилась… Как бы банально это ни звучало, но любовь многих разума лишает. И ты – не исключение. Только мне до сих пор не понятно одно, что же ты в нем нашла? Почему он? Понял бы, если бы он на лицо или фигуру удался… Но нет. Похуже еще не было?

– Не говори так…

– Около тебя всегда столько парней вьётся, а тебе его подавай. Секрет кроется в кровати? Да? Я прав? Ну скажи честно, раскрой, наконец, хоть сейчас эту тайну.

– Не думаю. Скорее, в чем-то другом. И если говорить открыто, то я и сама до конца не понимаю, что в нем нашла. Рада была бы стереть его из своей памяти, но не получается. Не выходит…

– Вот жесть. Ещё и в кровати не очень. Тогда я тебя ещё больше не понимаю, – разочарованно высказался Кирилл.

– Не ты один. Меня никто не понимает. Вот такая уж я уродилась. Куда деваться.

– Не обижайся. Я не в обиду ляпнул. Просто само собой вырвалось.

– Знаю.

– Ну всё же. Раз тему начали, то всё же скажи, прямо вообще всё плохо было у вас там? Ну с этим… С волшебством.

– Не парься. Стыдно признаться. Даже думать об этом не могу, но хуже некуда. Поэтому давай закроем эту тему. Не будем её больше касаться. Мне и так плохо. Мутит постоянно, а тут ещё ты подлезаешь… Нашёл о чем поговорить, блин…

– А как же Руслан?

– А что с ним? Он-то здесь причём?

– Ты же с ним столько недель пропадаешь. До тебя дозвониться проблематично, когда ты с ним. На смски не всегда отвечаешь. Постоянно проводите время вместе.. Куда-то ходите, ездите. Ранее ты ни с кем так не зависала надолго. Ну, не считая меня, конечно. Между вами ведь что-то есть? Не правда ли?

– Не угадал, – хихикнула в трубку я. – Нет, и быть не может. Мы просто стали хорошими друзьями. Задрав ноги на стенку, тепло вспомнила минувшие дни, покусывая губу.

– Гм… Не пойму тогда одного. То ли ты хитришь и продолжаешь утаивать от меня правду, что честно говоря, мне не понятно и как-то даже обидно что ли… То ли серьёзно не осознаёшь, что такого, как у нас с тобой, между вами быть точно не может.

– Почему не осознаю? Всё я прекрасно вижу. Ты у меня один такой. Не парься.

– Шутки шутками, Тась, но серьёзно. Руслан смотрит на тебя платонически, будто съесть хочет. Понимаешь? У друзей такого не бывает. И только не говори мне, что ты этого не замечала. Ни за что не поверю.

– Да причем здесь Руслан вообще! Был и сплыл. Нет его. Забудь, – дали слабину мои растрепанные нервы.

– Как это нет его? А где он? Ты ничего об этом не говорила. Вы поругались? Что произошло?

– Не ругались мы. Просто он пропал, и это к лучшему. Не до него мне сейчас. Поверь.

– Верить-то верю, но как это пропал? Прям взял так на пустом месте и испарился? Это странно.

– Вот так. Не звонит, не пишет уже пару недель. И я писать не буду. Да и если бы захотела, то смысл в чем? Привет, поздравь меня, я беременна. Скоро мамой буду. Так что ли? Глупости. Не пишет, и хорошо. Меньше головной боли.

– Ладно, тебе виднее. Давай сходим сегодня куда-нибудь, прогуляемся… Развеяться тебе нужно. Не хочу тебя одну оставлять.

– Спасибо, но я откажусь. Желания нет никакого. К тому же, после того, как с Антоном поговорила, слухи разные поползли… Не хочу никого видеть. Не готова я ни на чьи вопросы отвечать. Понимаешь?!…

– Ох… Даже так… Нехорошо вышло. Отморозок он конченный, вот кто он. Что же мне с тобой делать?! Приходи ко мне тогда, вместе киношку вечерком посмотрим. Катюшка к нам присоединится. Давай? Придешь?

– Спасибо, мой хороший. Я ценю всё, что ты для меня делаешь. Спасибо, но мне сейчас и вправду ни до чего. Завтра к врачу пойду. На учет по беременности встану. Анализы сдам… пора начинать двигаться. Нужно собой заняться. Я же теперь не одна. Во мне живет ещё одна крохотная жизнь.

– Ух… Никак не привыкну, что ты будешь мамой. Совсем не укладывается это в голове. Ты тоже для меня очень дорога. Жаль, конечно, что сегодня ты не с нами… Если передумаешь, то приходи. Хорошо?

– Хорошо. Договорились. Но точно это будет не сегодня.

– Тебе виднее. Ну тогда, если что нужно будет, или поговорить захочется, то звони.

– Как скажешь. Спасибо тебе ещё раз. Правда. Я очень рада, что ты у меня есть.

– Это лишнее… ты же моя сестренка, и я люблю тебя. Ты же это знаешь.

– И я тебя.

– Тогда на связи. Не вешай нос. Дай знать, если что…

– Договорились, – сказала я, положив трубку, и по щеке вновь скатилась слеза.

Боль. Отчаяние не отступало, ходя за мной по пятам, пронзало до глубины души, вырисовывая в моём сознании бесконечный хаос. Планы на будущее разбились вдребезги, открывая впереди полную неизвестность, в которую я шагала, сжимая кулаки и отгоняя страх. Все вокруг меня знали правильное для меня решение, и казалось бы, уже всё для них было очевидно и решено, но не для меня.

« Кричит Душа…

Несправедливость её терзает,

Стекает по щеке слеза.

Такую боль не каждый понимает,

Прощать обидчика нельзя.

Как понять то, что убивает,

Лишая голоса тебя.

И вот берёшь большой кусок, с корнями вырываешь,

Со слезами уйдет привязанность твоя.

Кому нужны сейчас: честь, совесть?

Лишь на словах человек порой силён,

А как приходит время спроса….

И вот опять ты одинок…»

Новость о моей беременности разлетелась быстро по всему району, побуждая каждого облагоразумить меня пока не поздно. Казалось, словно весь мир ополчился против меня. Всеобщее убеждение, что ребенок сломает мою жизнь и мое будущее, впрочем, как и теория избавиться от ребенка для моего спасения от позорного осуждения окружающих и их клеймения не переубедили меня. Осознав, что с учебой на данный момент провал, я, недолго думая, устроилась на работу в небольшой магазин, находящийся в нескольких автобусных остановках от дома. Для официального оформления мне понадобилось письменное разрешение матери из-за того, что я на момент трудоустройства была несовершеннолетняя.

Работа, хоть и ненадолго, стала неким спасательным кругом, отличной возможностью уйти из дома, чтобы перестать ловить на себе жалостливые взгляды родителей и избавить себя от их расстроенных лиц и пессимизма. Долго скрывать беременность на рабочем месте не вышло, и уже через две недели всем было о чем поговорить, обсуждая мою беременность в столь юном возрасте.

Осень сменила лето. Деревья переоделись в яркие осенние краски, усыпая дороги радужными листьями. Мой животик рос, активно толкаясь, напоминая, что я больше не одинока в этом огромном мире. Где-то в глубине души у меня, не переставая, теплилась надежда, вера в то, что всё обязательно наладится и будет всё хорошо.

В воскресенье утром мы с Кириллом пришли из магазина прямиком ко мне домой. Кирилл любезно донёс мои сумки с продуктами на кухню, и как всегда, не смог отказаться от свежей выпечки моей матери. Усевшись на кухне поудобней, он уминал пирожки за обе щеки под налитый мною ему горячий кофе. Включив телевизор, Кирилл приостановил поиск на канале с сурдопереводчиком, стал пародировать его действия.

– Ты опять? – подметила я, стараясь перехватить из его левой руки пульт, который он наотрез отказывался давать, продолжая ребячество.

– Это не смешно и не забавно. Хватит. Переключай давай, – убедительно сказала я, но он так увлёкся, что тормоза юмора явно у него отказали.

– Хорошо, мистер, – наигранно обидевшись, я отставила блюдо с пирожками от него на окно.

– Эээ… Ну зачем же так жестоко-то. Переключаю, переключаю уже. Верни пирожки. Вкусно же…

– То-то же. Так бы и сразу, – довольная, села я на соседней стул, придвинув миску с ореховым миксом.

– Знаешь, на тебя беременность странно влияет. Ты совсем разучилась смеяться и шутить. Как-то чересчур слишком серьёзно ко всему относиться стала. Так не считаешь?

– Кто, я? Нет. Я – сама радость, – возразила я, выхватив у него пульт, убавив громкость на минимум.

Раздался телефонный звонок. Смотрю и глазам не верю. На экране высветилось «Руслан». Внутренняя паника, схватив стопки салфеток, стала бегать с воплями «караул!», раскидывая их повсюду. А смелость вжалась в стул, на котором я так удачно сидела.

– У тебя всё хорошо? Что ты в нем увидеть-то хочешь? Ответить на звонок не пробовала? Обычно по этим аппаратам путем разговора общаются, а не переглядок, – подтрунивал Кирилл.

– Остроумно, умник, – отвечаю я и принимаю звонок:

– Алло.

– Привет, – доносится мне в ответ бодрый голос старого знакомого, и по спине пробежали мурашки.

– Привет, – ответила я, не скрывая своего удивления. Всё внутри меня настороженно притаилось.

– Как жизнь? Как дела? Что нового?

"Ух. Прям в точку попал." – ухмыльнулось моё сознание.

– Да много всего. В двух словах и не расскажешь. Да и не думаю, что тебе это всё будет интересно.

– Оу… Прямо так… сразу… (пауза) Чистку салона заезжал делал… Знаешь, ты помаду забыла у меня в машине. Хотел тебе её вернуть. Заодно, может, увидимся, поболтаем.

– Аааа… Вот куда эта пропажа запропастилась… Весь дом перерыла и не нашла. Теперь понятно, куда она улизнула. Ну и ладно. Фиг с ней. Незачем тебе ехать так далеко. Не парься. Не стоит. Выкинь её лучше. Тем более, я давно уже себе новую купила…

– Это ты всерьёз???

– Конечно, а что тебя удивляет? Косметических магазинов везде полным-полно…

– Да я не про косметику, я про нас..

– В смысле? Ты о чем?!…

– Ты серьёзно не понимаешь? Или вновь играешь со мной?… Неужели я тебе на самом деле настолько прям не интересен?

– Гм… Почему? Я этого не говорила! Ты сам сказал о помаде, вот я и ответила. В чём сложность, не пойму?

– Сложность в том, Таисия, что помада являлась предлогом тебе позвонить. Ну и впоследствии увидеться… – нависла небольшая пауза. Слышу его дыхание, но не нахожу слов. Не знаю, что ответить. Тру пальцем стол, а Кирилл вопрошающе посматривает на меня. Я отмахиваюсь, отворачивая от него лицо.

– Гм… Всё так глупо получилось… Я вспылил… Попробуем всё наладить?! Друзья – так друзья, как скажешь. Прошу, только верни себя в мою жизнь. Вдруг с девушками не заладится, а ты, глядишь, мне подскажешь… Советом поможешь. Ммм? Мир?

– Ну раз так, то, конечно, мир, – напряжение резко переформировалось в смех, и я громко засмеялась.

Кирилл пристально смотрел на меня, пытаясь угадать, с кем я разговариваю, подводя своё ухо к телефону всё ближе и ближе. Отстраняясь от него в сторону, я встала из-за стола. Подошла к окну, стараясь не потерять суть разговора. Всячески жестикулируя Кириллу об этом, строя злостные мордочки.

– Какие планы на сегодня? Может, в кино сходим?

– Давай лучше в парк…. В «Березки». У меня тут рядом, через дорогу есть. Там хорошо. Площадь большая, и посидеть есть где. Только ненадолго. Мне завтра рано вставать.

– Хорошо. Как скажешь. Договорились. В полтретьего буду у твоего подъезда. Сможешь?

– Отлично. Полтретьего мне в самый раз. Тогда до встречи.

– До встречи, Таисия, – услышала я перед тем, как завершить разговор.

Положив трубку, я машинально прижала её к груди. Чувство радости окутало меня в пушистое покрывало. Мне стало так тепло и легко на душе, словно груз былых дней рассеялся, и вновь вышло солнце. Я радостно завизжала, затопав ножками.

Кирилл, треская пирожки, не переключал своего внимания с меня. Зрелище это точно не для слабонервных. Сидя на кухонном стуле, облокотившись локтями на стол, Кирилл соединил пальцы обеих рук воедино. С набитыми щеками, как у бурундука, он расплывался в улыбке, при этом судорожно подмигивая глаз, содрогаясь от любопытства.

– Это же был Руслан? Я угадал?

– Угадал. Он самый, – кивая головой, согласилась я.

– Ты мне не рассказывала, что вы продолжаете общаться. Он знает о ребенке?

– Неа… Не знает, но сегодня узнает.

– Чисто случайно, ничего мне рассказать не хочешь?

– Нет вроде. Ты о чём?

– Ладно. Не хочешь, и не говори. Ну, хоть потом расскажешь, что да как там у вас будет?

– Ладно. Но я и сама пока ничего не знаю. Предполагаю, что не так радостно, как сейчас…

– Это понятно. Ситуация щекотливая. Чуваку не позавидуешь, но мало ли… Я уже ничему не удивлюсь.

– Очень смешно, – произнесла я, чувствуя, как моё хорошее настроение стремительно теряет высоту.

– Всё будет хорошо. Не унывай. Если что, звони… Я тогда побежал. Курьера дождаться нужно, и с Катюшкой сегодня романтик запланирован. Пиццу закажем и всё такое… Так что пожелай мне удачи, – бодро прощебетал Кирилл, направляясь в прихожую.

От него веяло влюблённостью, которую он питал к своей девушке. Их отношения всегда были безоблачные, напоминая розовую сладкую вату. Я была искренне рада за него, его эмоции трогали мою душу, от чего на лице расцветала улыбка.

– Конечно, удачного вечера вам. Давай, беги скорей.. – приобнявшись на дорожку, я закрыла за ним дверь.

Мысли штурмовали. Волнения перетекали в тошноту. Переставив пустую посуду со стола в раковину, я направилась в свою комнату прилечь и привести мысли в порядок. Но проще сказать, чем сделать. Я плескалась в океане собственных эмоций, а берегов было не видать. На губах проснулся былой поцелуй, оставивший след в моём сознании. Каждый раз ставя меня под бодрящий душ эмоций. Мысли носили меня нещадно по прошлому, возвращая в настоящее. Затронув Антона, напомнив о Руслане, вернув к ребенку, активно проявляющегося внутри.

Стрелки часов показывали, что пора собираться. Расчесав волосы, продолжительно крутилась у зеркала, рассматривая свой округлившийся живот.

– Вот и всё, Петров Руслан Юрьевич. Закончится сегодня наша с тобой история. Разойдутся наши пути, как в море корабли. Не будем расстраиваться. Чему быть, того не миновать… – сказала я вслух, глядя в своё отражение, и подошла к окну. Его машина уже стояла у подъезда.

– Даже раньше, чем договаривались, – грустно пробубнила я, заглянув в телефон. Смсок нет. Всунула его в сумку.

Натянула поверх джинсов рыжие сапоги, обернула в несколько оборотов горло цветным шарфом. Надела черное до колен пальто, застегнув его на три пуговицы. Перекинула через голову длинный ремень рыжей сумки, свесив её с боку. Сделав несколько мазков губной помады, глубоко вздохнув, спустилась на улицу, где меня уже ждал Руслан с букетом крупных красных роз.

– Здравствуй, красавица моя! – раскинув руки в стороны, он, как и прежде, приветливо встретил меня. Нежно обнял и поцеловал в макушку.

Я немного напряглась, думая, что он заметит изменения фигуры или ощутит, прижавшись, живот, но нет. Он и глазом не дёрнул, словно я ничуть не изменилась.

– Не подумай ничего предосудительного, это просто жест извинений. Не мог иначе.

– Спасибо. Красивый такой жест, – подметила я, приняв букет. На лице моём расцвела улыбка. К щекам прильнула кровь.

Мне трудно было отвести от него взгляд. В нём что-то изменилось, а вернее, тот самый поцелуй что-то изменил. Рядом со мной стоит высокий, плечистый, видный мужчина. Как всегда, солидно одетый и неимоверно вкусно пахнущий. На нём черное пальто, чуть ниже пояса, небрежно перекинутый на горле шарф, черные в стрелку штаны и начищенные ботинки. Волнения отступили на задний план. Я была рада ему.

– Ты хорошо выглядишь. Откуда-то едешь или для меня так приоделся? – не смогла удержаться, чтобы не подтрунить малек.

Напряжение прошмыгнуло по его телу, но на лице не сказалось. Не смутившись вопросом, подал мне руку, усаживая в машину.

– В первую очередь, конечно, для тебя, а во вторую, со встречи еду.

Из включенной радиоволны звучала до боли знакомая песня из кинофильма «Красотка», отголоски её слов проскальзывали на губах, приподнимая дух и побуждая пританцовывать тело. Покачиваясь из стороны в сторону, я ненароком зацепила фанатическую волну, поддавшись позывам и преобладающему позитиву.

Мой настрой порадовал Руслана, который с улыбкой сел за руль, завел машину, сделав музыку погромче, и мы тронулись, проехав мимо Кати, которая куда-то направлялась.

– Если цветы мешают, то скажи. На заднее сидение их положим. Они там хорошо размещаются. Не падают. До тебя они там и ехали, – заботливо предложил он, дождавшись окончания песни, чуть убавив радио.

– Нет, спасибо. Они сказали, что им у меня удобней.

– Ещё бы. Понимаю! Видишь, даже цветы чувствуют к тебе притяжение. Что же говорить о нас… о людях… – поблёскивая глазками, произнес он. – Сделать погромче?

– Угу, – кивнула я, углубившись в мелодию, предаваясь ещё более раскрытым завываниям в такт, но уже другой песни. Душа возносила высоко-высоко, парила над Землёй, наслаждаясь музыкой.

– Как встреча прошла? Что интересного? – спросила я, дослушав песню до конца.

– Ты очень солнечный человек, Тась, – сказал Руслан, убавив звук потише. – Ты только глянь, как тут оказывается людно. Уверена, что сюда хочешь, может, в Царицыно лучше съездим? Там пруды красивые и места исторические.

– Неохота никуда ехать, если честно. К тому же, мы же ненадолго… Тут тоже неплохо.

– Как скажешь. Тут, так тут, – согласился он, прочесывая парковочные ряды в поисках свободного места.

– Ну вот. Видишь, и для нас местечко нашлось, а ты переживал, – подметила я после удачной парковки.

В парке сегодня и вправду оказалось на редкость много людей, ездили велосипедисты. На детских площадках шумно играли дети. Гул стоял такой, что из-за большой разницы в росте мы друг друга плохо слышали, и приходилось порой повторять или то и дело переспрашивать. Но мы не расстраивались, скорее, нас это даже веселило. Погода благоволила, оказавшись солнечной и почти безветренной, что крайне редко встречается в конце сентября. Время летело незаметно. Людей поубавилось. Мы прошли прогулочным шагом полпарка и уже направились обратно, делая повторный круг в сторону машины.

– Ладно. Не буду больше грузить тебя. Хватит с тебя на сегодня. Давай поговорим лучше о нас.

– О нас?

– Именно. Как тебе учится на новом месте? Интересно? Познакомилась уже со всеми? Освоилась?

"Вот и началось." – грустно вздохнула я, приготовившись к намеченному плану, нацепив панцирь и одев на голову шлем.

– Ну как тебе сказать. Освоиться-то освоилась, но только не там, а на работе.

– Как на работе? Ты работать устроилась? Кем? А как же учеба? – его глаза округлились. На лице искреннее удивление со смесью обеспокоенности.

– Я забрала документы и убрала их в долгий ящик. Вот так. – А что-то случилось?

– Случилось… и многое..

– Что же ты сразу не сказала? А я-то, дурак, своей болтовнёй на тебя навалился. То-то я смотрю, ты задумчивая такая. Рассказывай скорей. Не томи. Глядишь, помогу, чем смогу.

Остановившись, он развернул меня к себе и с тревогой вглядывался в моё лицо. Его зрачки прыгали «с глаза на глаз». Нижняя губа выехала вперед.

"Шерлок Холмс." – угадав образ, заликовала внутренняя Я, заливаясь аплодисментами. В Душе – беспокойство, в планах – решимость.

– Не нужно стоять посреди дороги. Давай лучше к лавочке пройдем, – предложила я, указав на скамейку, стоящую в паре метров от нас.

"С чего бы начать?" Идеи, как нарочно, оставили меня, сбежали прочь. По спине пробежал холод. Дыхание участилось. Вздыхая, я никак не могла подобрать подходящие слова.

– Дело в том, что мне нужно тебе рассказать кое-что очень важное, – начала я, пробивая стоящий в горле ком. – Ты не пугайся так, ничего страшного нет. Все останемся живы. На самом деле, эта новость всё изменит и станет для тебя настоящим облегчением. Заранее предупреждаю, что я всё прекрасно понимаю и к этому готова. Поэтому эта наша с тобой встреча станет, скорее всего, последней…

Мы стояли вдоль скамейки. Справа от нас деревья, слева спортивная площадка. За его спиной садилось солнце, лучи которого отблёскивали на разноцветных листьях, насыщали пейзаж. Небо полнилось разнообразием красок.

"Таким я тебя и запомню, Руслан." – поймала себя на мысли я, запечатлив его взглядом.

– Позволь, угадаю. Ты со своим бывшим парнем помирилась? – засунув руки в карманы, настороженно спросил он.

– Нет. Не помирилась. Просто я жду ребенка и скоро стану мамой.

Его глаза увеличились вдвое. Эмоции катались волнами по его лицу.

– Ты шутишь так?! Да? Зачем?

– Нет. Не шучу. Такими вещами не шутят. Я беременна.

– Ребенок? Откуда?… У тебя был кто-то всё это Время? – его изумление набирало обороты, творя страшное с мимикой. Неохотно водя голову из стороны в сторону, он поджимал нижнюю губу. Выпучивал глаза, смотря то мне в лицо, то на мой живот.

– Нет конечно, не было. Получилось так, что ещё в первую нашу встречу с тобой, в день, когда мы познакомились, я уже была в положении. Вот только я не знала об этом… И даже не догадывалась. Именно тошнота и головокружение побудили меня в тот день ехать домой на такси, а не дожидаться автобуса. Всё это Время мои периодические недомогания и изрядное обжорство были вызваны именно беременностью, а не неправильным питанием, как я думала.

Лицо Руслана побледнело. Он сел молча на скамью, опустив голову, не переставая водить ею из стороны в сторону, закрывая и открывая глаза.

Мой голос дрожал. Видя его реакцию, мне становилось дурно и хотелось плакать, но нельзя. "Я должна быть сильной. Выбора нет." – осознавала я, продолжая разговор.

– Если честно, то я устала извиняться и оправдываться за то, что не оправдала надежд и ожиданий близких и знакомых людей. Я совершенно не расположена к лекциям и жалостливым взглядам. Поэтому сразу предупредила, что всё понимаю, и мне пора домой. Не провожай меня, не надо. Я дорогу знаю, справлюсь сама. Всё будет хорошо. Прощай!

В спешке я ушла по тропинке через лес, которая коротким путем вывела меня на нужную мне дорогу, ведущую прямо к дому. Я родилась и выросла в этом районе, окрестность хорошо мне была знакома. Хоть ещё не потемнело, уличные фонари уже освещали улицы. Опавшие листья шуршали под ногами. На душе мела метель, было грустно и тоскливо. Слезы накатывались, сдавливали грудь. Громко выдыхая, я прогоняла плохие мысли прочь, крепко прижимая к себе букет, как память, как частичку его в этих цветах.

"Вот таким я тебя и запомню, Руслан. Высоким, всегда вкусно пахнущим брюнетом, в начищенных ботинках, в полурасстегнутом пальто, из-под которого выглядывал серый свитер, и с тем потерянным взглядом, которым ты одарил меня перед моим уходом."

Почему всё так жестко…

Кусают больно, болит Душа…

Как будто нужно этому миру остаться вовсе без меня.

Хожу, брожу – не понимаю, как такое может быть…

Напасти кажутся безгранны,

Как будто не могу их остановить.

Ну как так? Стойте! Уж позвольте…

Мой путь творить, самой решать.

Своей рукой, Душой и волей

Судьбу свою буду менять.

ГЛАВА 7. ДЕЖАВЮ

Пришел ноябрь месяц, запорошив все улицы белым пушистым первым снегом. Словно в новогодней сказке, снежинки медленно спускались с небес, накрывая пуховым покрывалом дремавшую землю, окутывая деревья и выступающие подоконники у окон домов. Мой животик заметно вырос. Ребеночек активно толкался. Я ждала девочку. Маленькую хорошенькую дочку. Снимок УЗИ стоял в рамочке, возле моей кровати. Кто бы мог подумать, что детки, находясь в животе, так необычно выглядят. На приёме у врача я долго вглядывалась в монитор, стараясь разглядеть её лучше, но не получилось. Черты лица не видны, а так хотелось бы, чтобы она была полностью похожа на меня и не имела от своего отца ровным счетом ничего.

Меня жутко тянет на всё мятное. Пряники, конфетки засыпаются в меня фургонами. Заснуть не получается, пока вкус мяты во рту не почувствую. Главной и самой существенной проблемой в моей жизни стал туалет. Да-да, именно он. Без него не получается обходиться больше 30 минут. И это никак не связано с тем, сколько жидкости я пью. Пора уже поселиться в нём. Учитывая, что в моей квартире санузел совмещен, родители посещают ванну только после моего благословения, а иначе я способна вынести дверь. С работой тоже сложно. Туалет там капитально далеко. Пока вернёшься на рабочее место, то уже снова нужно идти обратно. Поэтому я стараюсь отсиживаться на больничных, благо беременным в них не отказывают.

На часах 11 утра. День недели – среда. На мне розовый спортивный костюм с крупным изображением Чебурашки. Он нравится мне, хоть и не первой свежести. Потертый, но любимый. Не знаю почему, но мне кажется, что у меня с ним сейчас много общего. Я тоже не знаю, кто я, и как жить, но в тоже время, не перестаю улыбаться и быть на редкость неуклюжей во всём и везде.

Волосы заплетены в косу. Натянув поверх домашних штанов сапоги, я надела белую шапку с милыми торчащими ушками, которую недавно приобрела в местном магазине. Длинный пуховик голубого цвета, и намотала на горло разноцветный шарф – вот мой прикид. Взяв переполненное мусорное ведро, пошла прогуляться до уличной помойки.

На улице свежо и морозно. Снежинки крупными хлопьями щедро осыпали с головы до ног, задерживались на ресницах, ограничивая кругозор. Благополучно справившись с задачей по ликвидации мусора, как пингвинёнок, запорошенный снегом, переваливаясь из стороны в сторону, чтобы не поскользнуться, я потопала по дорожке из своих же следов домой. Сделав несколько шагов навстречу к подъезду, словно гром среди ясного неба, мой покой потревожил мужской голос.

– Привет, Таисия! Тебя и не узнать стало. Отлично выглядишь.

От неожиданности я немного подпрыгнула на месте.

"Да неужели! Быть того не может.. Только б не он. Силы Небесные, только б не он!" Сжавшись, как краб-отшельник, в куртку, как в ракушку, нехотя обернулась. В метре от меня стоял Руслан. Он одет в коричневую дубленку чуть ниже пояса, синие джинсы и болотно-коричневые ботинки на рельефной подошве. Без шапки, волосы чуть припорошены снегом, как и прежде, уложены назад.

"Вот, блин. Вот бы снегом посильней меня засыпало бы! Нужно научиться в зеркало смотреть прежде, чем на улицу выходить, – кукожась от неудобства, осматривая себя с ног до головы, недовольно понимала я.

– Ну надо же так попасть… Ведь уже не в первый раз. Стоит пересмотреть своё отношение к помойке и более не выходить к ней в чем попало.." – продолжая сетовать, сгорая от неудобства, впопыхах дергаю бегунок куртки вверх, желая застегнуть молнию до конца, чтобы глаз Чебурашки перестал подглядывать. Ведь именно в него смотрел Руслан и улыбался. Молния, как нарочно, заела, зажевав подкладку…

"Спокойствие и только спокойствие!" Стянув левой рукой куртку на груди, изобразив на лице полное умиротворение, я сделала пару храбрых шагов к нему навстречу.

– Привет. Ты прямо в своём репертуаре, – смеюсь я. – Место встречи изменить нельзя. Ох, эта роковая помойка… Дежавю какое-то… Какими судьбами к нам на этот раз пожаловал?

– Тебя повидать захотел, вот и приехал.

– Ммм… Тоже вариант, – улыбаюсь я, чувствуя, как моё волнение сказывается не лице, кидая в жар. – А позвонить не проще было? Предупредить, я бы тогда, глядишь, подготовилась, может, и на чай пригласила бы…

– Гм… А пригласила бы? Точно?

– Не знаю, – рассмеялась, задумавшись, я.

Улыбка, как спичка, ярко зажглась, не задержалась надолго на его лице, быстро сошла на нет. Чуть помявшись с ноги на ногу, Руслан достал из кармана ярко-красный футляр, который вылез вместе с подкладкой куртки, не желая его отдавать. Открыл его и протянул мне, опустившись в снег коленом. Внутри меня всё содрогнулось. Сердце застучало, в голову прильнула кровь. В футляре было кольцо с крупным центральным прозрачным камнем, по обе стороны находились ещё по два камня меньших размеров.

– Выходи за меня?! – произнёс он, то и дело моргая, так как снежинки, не утихая, спускались и спускались одна за другой.

Потеряв дар речи, я стояла как вкопанная. Душу заволокло тревогой. Я окончательно растерялась в этом огромном мире. Логика, помахав на прощание белым платочком, уехала в теплые края, взяв длительный отпуск. Руслан был такой родной и чужой одновременно. Одна моя половина жутко радовалась ему, а другая не понимала его появления. Его глаза, как и прежде, тепло смотрели на меня, обрамляясь мелкими морщинками.

"Мамочка моя! Не верю своим глазам. Он сумасшедший! Зачем ему это? В чем подвох? Неужели ему нужна я? Звезда во лбу у меня вроде не сияет, ну а если бы сияла, то мой живот в раз её бы затмил." – старался шутить вскипевший мозг, испуская из ушей клубы пара.

– Я серьёзно, Таисия. Давай поженимся? Не мучай меня, не молчи. Соглашайся.

"О Боги! Неужто он серьёзно?" Мой живот от волнения напрягся. Голова закружилась. Ноги словно вросли в землю. Я понимала, что нужно что-то сказать, но не получалось выдавить из себя ни слова. Ответа у меня не нашлось.

Нависла глупая неловкая пауза. После которой он встал, отряхнув себя, продолжая сжимать футляр в руке.

– Отец ребенка объявился? В этом проблема? Да?

Я молча покачала головой, потерянно жестикулируя «нет».

– Ты его до сих пор любишь? Верно?

– Нет, не объявился. Ребенок ему не нужен, – подсаженным голосом пробубнила, нехотя, я.

– Любишь его?

И тут моё напряжение нашло выход. Слезы водопадом хлынули из моих глаз. Меня настигло неприятное, жутко неловкое чувство отчаяния и стыда. Руслан, приобняв меня за плечи, подвел к машине, посадил в салон. Достал из бардачка пачку салфеток, положил мне их на колени. Придвинулся как можно ближе, склонив мою голову на свою грудь. Было не удобно, но я не возражала, то и дело собирая слезы в квадратные бумажные свертки.

– Знаешь что, а поехали-ка сейчас ко мне? Проведу тебе небольшую экскурсию по дому. Посмотришь, что у меня и как. У меня пластинки есть. Фильмы интересные найдутся. Покушать по пути заедем купим, а я приготовлю, –поглаживая по плечу, воодушевленно предлагал он. – Между прочим, я очень вкусно готовлю! Если, конечно, не боишься, что очарую тебя своими кулинарными талантами. Поехали? Соглашайся!

Чувствую себя не в своей тарелке. Глупо и беспомощно. Слова не спешили на выручку. Я потерянно молчала.

– Ты завтра работаешь?

– Нет, не работаю. Я на больничном сейчас. Слабость и тошнота замучила, – всхлипывая, пробормотала я, вытирая слёзы и скомкивая использованные салфетки в свою ладонь.

– Тем более. Возьми всё, что тебе там нужно, и поехали. Можешь на ночь остаться, если захочешь. Не бойся, приставать не буду, конечно, если сама не попросишь, – отшутился он.

– Ха-ха-ха! Да ты смешной.

– Стараюсь. Пока салон ещё не до конца затоплен. Нужно спасать ситуацию, а то прям вместе и потонем тут молодыми и красивыми.

– Кто бы говорил тут о молодости. Дядя.

– Дядя-то дядя. Но молодой дядя пока ещё. Много всего могу и умею. Хочешь покажу?

– Нет. Спасибо. Мне не настолько плохо.

– Тогда не всё потеряно. Поехали? Или желаешь, чтобы я тебя подольше поуговаривал? Это я могу.

– Не сомневаюсь, но, пожалуй, и столько достаточно на сегодня.

– Отлично. Тогда поехали?

– Шустрый какой. Сейчас сумочку захвачу и вернусь.

Его идея мне пришлась по душе. Радостно покачав головой, я вышла из машины, подобрала стоящее на снегу мусорное ведро и пошла домой за вещами.

– Может, мне сходить с тобой? Помочь? – окликнул меня вслед Руслан.

– Нет. Подожди меня лучше здесь. Я быстро.

– Ты же вернёшься? Да?

– Конечно, вернусь, я же уже сказала.

В душе бабочки, в мыслях приятный кавардак. В глазах так и стоял его ошеломительный поступок, который не прошел бесследно, покорив мою душу. Его взгляд в те минуты так теплился надеждой, так манил, будоража во мне необъяснимые чувства.

"Я его не люблю. Нет. – отнекивалась я, пытаясь разобраться в собственных чувствах и эмоциях.

– Хорошо. Тогда почему меня к нему так тянет и тяжело дышать? – на доли секунды закрыв глаза, я вновь ощутила сорванный с моих губ тот поцелуй и это кольцо… – Нет. Глупости. О чем ты только думаешь, Таисия? Какая любовь? Какие чувства? – у тебя живот, как арбуз круглый. Ребенка скоро родишь. Опомнись! Руслан для тебя кто угодно – друг, приятель, кто хочешь, но точно не твоя половинка. Взгляни на него. Он взрослый! Скорее всего, он сам не знает, что на него нашло. Ну посуди сама, ну зачем ему малолетка, да ещё и беременная от другого? А? Или серьёзно думаешь, что тот поцелуй его с ума свёл, и поэтому он сейчас на тебе жениться надумал? Так? Да у него до тебя этих поцелуев целый фургон и маленькая тележка была. И где они сейчас все?! Логично взвесь его и себя. Он – состоявшийся мужчина. Всё при нем. А ты? Да к тому же, признайся честно, что об Антоне твоё сердце плачет, но никак не о Руслане."

Освежив лицо прохладной водой, я положила в рюкзак чистую футболку с кофтой и нижним бельём.

"Да не буду я переодеваться. И так нормально. Пугать – так пугать. Зачем мелочиться-то." – приняла решение я, изрядно покрутившись перед зеркалом и поняв, что такой огромный живот уже никак не скроешь.

Прихватив сумочку с целым складом витамин и таблеток, не забыв косметичку. Более-менее приведя себя в порядок с помощью пудры и туши для глаз, я вернулась в машину и мы поехали.

– Тебе удобно? Может спинку отрегулировать как-то? Ты скажи!

– Нет, спасибо, вроде и так всё хорошо. Незачем.

– Уверена? Смотри, мне не тяжело.

– Ага. Абсолютно.

– Нет. Позволь всё же отрегулирую. Нужно было сразу устроить тебя поудобнее, – остановившись у обочины, он второпях направился ко мне. Нажав куда-то, кресло подо мной ожило, слегка жужжа стало двигаться, меняя наклон спинки и сидения.

– Так? Или, скорее всего, так? Скажи, как удобнее, – спрашивал он.

– Верни, как было до этого… Вот, вот…. Сейчас хорошо. Спасибо.

– Уверена?

– Конечно, спасибо, – улыбнулась я, еле сдержав слезы эмоций, переполнявших мою Душу. Ведь я уже успела отвыкнуть от какой-либо помощи или заботы. Тем более, когда о ней не просишь, а она приходит.

– Извини, что не сориентировался. Я постараюсь быть внимательнее. Но если что, то сразу говори. Вдруг тошнит или соленого захочешь. Или ещё что-то там нужно или хочется, то сразу скажи. Хорошо? Договорились? – вернувшись за руль, сказал Руслан, положив свою ладонь мне на колено.

– Угу… – кивнула я, не сводя с неё застывший взгляд. Он тут же одернул руку, и мы тронулись.

– Прям целый сервис, это приятно. Спасибо, – договорив, я положила руку на живот. Потому как ребенок вел себя неспокойно, что вполне логично, когда его мама изрядно нервничает.

– А мне приятно, когда ты рядом. И выть хочется, когда тебя нет.

От этих слов сердце сжалось, а кожа покрылась мурашками.

– Так будь рядом. Я же не против. Правда, не уверена, что тебе всё это нужно…

– Мне нужна ты!

– Гм… Не понимаю! Куда умнее было бы держаться подальше от меня…

– Значит, я не умный, но меня это не смущает.

– Не говори так. Как раз ты ещё какой умный, в отличие от меня. Ты уже столького добился в свои 26 лет. У тебя есть будущее. Ты можешь выбирать. Тебе есть, куда расти. А со мной всё сложно. Хотя, стоит признаться, что правильной я никогда и не была…

– Ты чудесный человек, Таисия. И не менее чудесная девушка. Не стоит грустить. Всё ещё нормализуется и тысячу раз наладится. Меня гложет один вопрос. Не знаю, когда его лучше задать… Если не хочешь говорить, то не надо. Я пойму. Но задать я его должен… – односложными фразами говорил Руслан. – Скажи, ты сказала, что ребёнок твоему бывшему не нужен… У вас был разговор? Он сказал так, или это твоё предположение всё же?

– Ух… – тяжело вздохнула я. Касаться этой темы мне совсем не хотелось. -Конечно, он сказал. Предложил за его счет аборт сделать, но я не захотела.

– Прости, что спросил. Прям чувствую, как тебе неприятно этой темы касаться… Если захочешь, то сама всё как-нибудь расскажешь. А пока давай предстоящий праздник обсудим. Как тебе первый снег? Ощущаешь уже предновогоднее настроение?!

– Настроение не ощущаю, а снегу рада. Люблю, когда он под ногами хрустит, но боюсь упасть. А ты как?

– Не стоит тебе падать, это уж точно, – сэмоционировал Руслан. – А приближение нового года уже ощутил, когда сегодня на сервисе колеса менял.

– Так толпа же целая машин сейчас. Как же ты уловчился?

– Так у меня же свой имеется. Забыла?

– Аааа… Вот ты какой, цветочек аленький. Точно! Совсем из головы вылетело, – смутилась я, глядя на него, как он ведет машину, улыбается, увлеченно рассказывая о буднях, о неурядицах и планах на будущее. Я понимала, что мне хорошо, спокойно и очень интересно с ним. Мне нравилось его слушать, хоть половину я не до конца охватывала, особенно, касаемо запчастей и машин. Мне нравилось всё, что он говорил и делал. Запах его одеколона, как валерьянка для кошки, не оставлял меня равнодушной, пронизывая моё сознание вкусными чарующими нотами.

Руслан жил в небольшом посёлочном городке в подмосковье, за МКАДом. Въехав на асфальтированную огороженную территорию за высоким кирпичным забором, меня встретил трёхэтажный кирпичный дом необычной формы. С чрезвычайно удлинённой правой стороной, заканчивающейся гаражом, и с ломаной, нестандартной крышей. Участок был с оригинальным ландшафтом по всему периметру. По участку вдоль забора росла вереница деревьев и кустов разного размера и формы, запорошенных снегом. В дальнем его углу виднелась полуоткрытая беседка в форме ромба с двумя высокими глухими стенами, граничащими с ограждением из композиции красного кирпича и светлого дерева. Её открытый угол смотрел на дом, заканчиваясь кирпичным столбом то ли с печью, то ли с массивным мангалом. Внутри вдоль её закрытой стены стояли три кресла с небольшим столом той же мебельной садовой линейки. По двум сторонам от беседки виднелись каменные фигуры, похожие на львов, тоже укрытые снегом. Вдоль тропинки у входа стояла кованая узорчатая лавочка с деревянными перекладинами.

Площадка у дома, как и все дорожки, выложена из тротуарной прямоугольной плитки разных оттенков, которая с трудом проглядывалась через снег. Сам вход в дом находился на небольшом возвышении в три ступени. По склону которого росли низкорослые кусты с былой растительностью. Ступени в дом, как и площадка перед входом в дом, выложена из более крупной темной плитки. С двух сторон крыльца свисали уличные светильники, сделанные под старинку так же, как и уличные фонари на участке.

– Мы приехали. Знакомься, Таисия, это мой дом, – произнёс Руслан, въезжая на участок. Заглушил машину, встав прямо перед ним.

– Вау! Это твой дом?! Ты, наверное, шутишь? – не утаивая ошеломления, воскликнула я, быстро выйдя на улицу. Я впервые была в столь ухоженном месте. К моему стыду, понятие «дом» – это был небольшой деревенский домик с печкой или камином, как у меня на даче. Но никак не огроменный кирпичный особняк с обложки глянцевого журнала и нарисованной территорией вокруг.

– В смысле, шутишь?! Конечно, мой. Есть, конечно, над чем ещё поработать, но как бы так… Тебе нравится?

– Ещё бы. Да ты крут! У тебя тут всё первоклассно, как в фильме, – кружась на месте с открытым ртом, восторгаюсь я.

– Спасибо! Твоя похвала неимоверно приятна и ценна для меня. Особенно, потому что дизайнер и проектировщик всего, что ты видишь – я. Не без помощи разных компаний, конечно, но тем не менее. Это всё было моей мечтой, жившей в моей голове долгие годы до тех пор, пока я не воплотил её в жизнь. В нем всё удобно, и всё под рукой. Пойдем, я всё тебе покажу, – он придерживал меня за спину и за руку, и мы поднялись по ступеням.

Эмоции продолжали бить ключом. Руслан открылся для меня с новой стороны. С той стороны, о которой я даже не подозревала.

– Сам – это, в смысле сам? Сам заработал прям и построил? Не родительский дом?

– Тебя это удивляет?

– Гм… Ещё бы. Сколько же нужно работать, что бы на такое накопить..

– Я о нем с детства мечтал, и вот он у меня есть.

– Ты молодец! Нет слов. Твои родственники, наверное, гордятся тобой… – сказав это, мой внутренний червячок взгрустнул, хмуря мордочку: “Вот бы и тебе бы стоило научиться так реализовывать мечты…”

– Ну, про родителей и про брата я тебе рассказывал, а больше у меня никого нет. Бабушка была раньше, но умерла за год до смерти матери. Дедушку я даже и не помню уже. Помню только, что он ворчливый был очень и бабушку ко всем ревновал. Пойдем в дом, пока не замерзла, а то простуда тебе сейчас ни к чему.. – Руслан зазвенел ключами, открывая массивную железную дверь, а за ней и ещё одну после небольшого пустого помещения, распахнув её до упора.

– Добро пожаловать. Проходи. Располагайся. Вот здесь я и живу, – пропуская меня вперед, сказал он.

Внутри дом был просторный. В зале стены идеально ровные и высокие, молочного оттенка. На окнах по левой стороне висит прозрачная тюль с тяжелыми однотонными темно-бежевыми шторами. На стене слева, между окон, находится огромный телевизор с электронными приспособлениями по обе стороны. В начале комнаты возвышается квадратная колонна до потолка, по двум сторонам от неё, зонируя пространство, стоят две длинные, открытые темные тумбы. За ними по центру комнаты лежит на серо-бежевом полу квадратный огромный ковёр, цвета мокрого асфальта, со множеством бело-бежевых вкраплений. На нём размещён массивный коричневый кожаный угловой диван, два небольших кресла-стула той же расцветки и прямоугольный журнальный стол. Напротив, у стены, находился камин, обложенный вместе со стеной серо-белым камнем. Справа и слева от этой стены находятся арки с проходом на большую просторную кухню с тремя большими окнами. По правую сторону от входа, вдоль окна, красуется угловой рабочий стол из массива дерева с выдвижными ящиками по обе стороны. За ним стоит высокий офисный шкаф и массивное кожаное черное кресло. В конце комнаты, вдоль правой стены, прямая лестница, ведущая на второй этаж. Боковая её сторона между ступенями и перилами была полностью прозрачной, сделана из противоударного утолщённого стекла. Лестница подсвечивается встроенными в стену маленькими квадратненькими светильниками, которые расположены по всей её длине, через ступень друг от друга. Под ней встроенный шкаф с несколькими дверками и выдвижными ящиками.

– Ну как тебе моё гнездышко? Нравится?

– Ещё бы. Как тут может не понравится. Очень уютно, стильно, что глаза разбегаются. Я раньше никогда не была в столь огромных домах. Значит, наверняка ты здесь гулянки шумные устраиваешь? Ну как в американских фильмах показывают.

– Нет… Ты что… – изумленный моим предположением, возразил он. – Мой дом -это моё личное пространство. Он не для гулянок, отнюдь… Иначе бы оно давно перестало быть личным, – ответил он, снимая с меня куртку, повесив её во встроенный шкаф слева от входа, следом за своей.

– О как, всё серьёзно, – пошутила неуклюже я, поняв какую глупость сморозила.

– Обопрись на меня, – нагнувшись у моих ног, сказал он, схватившись руками, стянул с меня поочередно сапоги, попутно подставив под ноги новые тапочки. Этикетку с которых при мне сорвал.

Он не переставал меня удивлять. Это было непривычно и в новинку, но очень приятно.

– Наверное именно так и ухаживают мужья за беременными женами, – голодно мысленно предположила я, рисуя в голове воздушные замки и мечты, которым в моём случае попросту не суждено сбыться.

– Скажи, а где в этих апартаментах туалет? – настойчиво напомнила мне моя беременность, да так, что срочно и не терпела отлагательств.

– Понял. Пойдем, провожу, – приобняв, он повел меня в арку справа от лестницы, в широкое пространство, величиной в мою комнату. Впереди открывался вид на длинный коридор. По всей длине которого, по двум стенам, под потолком висели светильники, дизайном похожие на миниатюрные старинные уличные фонари. Свет от которых отражался на светлом плиточном полу. В самом начале коридора, в небольшом ответвлении слева, ютился встроенный шкаф с зеркальными дверцами до потолка, а так же располагался просторный санузел с окном. Которому я была больше всего на свете рада, влетев в него, словно пуля, защёлкнув за собой дверную защёлку.

По левой стороне от окна, друг за другом находились беде, туалет и квадратная раковина на высокой подставке. Всё выглядело как витринный образец в белом цвете.

"О, мой милый добрый белый друг! Я тебя нашла! – восторгалась я, а хор мальчиков-зайчиков брал верхние ноты припева песни «Прекрасное далёка».

– Какое блаженство! – ликовал мой мозг под журчащие звуки. – Видимо, нужно забеременеть, чтобы осознать всю прелесть этого занятия." – очередной раз я поймала себя на мысли.

Не смотря на снежную погоду, свет струился через открытые полозья жалюзей, освещая пространство величиной чуть больше моей кухни. Стены поделены на верхнюю и нижнюю часть, уложенные в мелкую плиточную мозаику. Верхняя часть – в разноцветный кубик, состоящий из бежевого, серого, коричневого, песочного, болотного оттенка. Нижняя часть – только серый кубик. Пол бежевый, уложен ромбом. Выключатель, к моему удивлению, находился внутри помещения, но в нем нужды не было. Под окном проходила батарея. Изогнутый бронзовый кран у раковины был с отдельными встроенными с разных сторон вентилями. Над раковиной висело прямоугольное зеркало в широкой бронзовой рамке с рисунком в виде множества ромбов. Левее к двери на стене располагался изогнутый тремя волнами полотенцесушитель того же оттенка. Над зеркалом в ряд находились три белых встроенных круглых светильника.

Мыло из прозрачного дозатора пахло вкусно, чем-то зелёным и свежим. Вытерев руки полотенцем, я задержалась немного у зеркала, поправив растрепавшиеся волосы, вновь переплетя их в косу, освежив щеки и шею, запястья водой.

Я вышла. Руслан стоял за углом, под аркой, что-то делая в своём телефоне. При виде меня убрал его в карман, и мы прошли через зал на кухню.

В ней было светло. Окна выходили на ту же сторону, что и санузел. Плодовые деревья и кустарники, за которыми был глухой красный забор и видна крыша постройки соседей.

"Вот это кухня! Моя большая комната и то в разы меньше будет." – ахнула я, восхищаясь её размерами.

Широкое пространство прямоугольной формы. Светлый кухонный гарнитур из натурального дерева отлично вписывался, не загромождая пространство. На полу глянцевая светлая плитка в завиток. Стены однотонно-бежевого цвета с одной единственной огромной картиной по центру, обрамленной в белую рамку с высокими бортами. На ней изображена пустыня, верблюды. Под пальмой в тени сидел странник, а на его коленях лежала девушка. Лицо её наполовину закрытое полупрозрачной вуалью. Длинные волосы распущены. Ноги её оголены, чуть согнуты. На красивом декольте блистало колье. Её выразительные глаза смотрели не него. Их взгляды соединялись. Художник хорошо передал любовную линию. Картина была словно живая.

– Понравилась? Эту картину мне мама подарила. Долго ей места найти не мог. Не знал, куда её пристроить. Пока тут не повесил.

– Отличное место. Красивая. Словно живая, – не могла не подметить я, рассматривая её до мелочей. Меня всегда манили пески пустыни. Пирамиды и всё волшебство, и загадочность тех мест, которые были так далеки от меня и от места моего обитания. Всегда мечтала там побывать, но, учитывая сегодняшнее своё положение, это произойдет совсем не скоро…

– Ну, я не особый знаток живописи, мне она больше ценна как память.

– Понимаю, – грустно ответила я, направляясь к стулу, который он выдвинул для меня, показав жестом, что мне стоит присесть.

Усадив за стол, Руслан достал из кухонных шкафчиков упаковки с орешками, печенья, вафли, булочки, из холодильника сырную нарезку, абрикосовый и клубничный джем. Налив нам горячего чая, сел напротив за стол, мило улыбаясь.

– Кушай, Таисия. Кушай. Не стесняйся.

– Неужели я так похожа на голодную, что в тебе проснулся долг накормить меня? Я абсолютно не голодна и честно постараюсь не умирать от голода в ближайшие часы точно, – не успев договорить, как раздался звонок. Руслан поднял трубку.

– О! Как раз вовремя! Открываю, – встав из-за стола, он покинул кухню.

Щелканье дверного замка, тишина на несколько минут, и вот он вернулся. От него веяло холодом, а в руках пакеты. Доставили его заказ.

– Сейчас всё будет, – довольно произнёс он, поставив на кухонный стол и частично вынув содержимое из пакетов.

Заказ оказался по истине царский. Пироженки, закусочки, пирожки, пакет сока, салаты в прозрачных контейнерах. И большой фольгированный противень с горячими, запеченными овощами с грибами под гранатовым соусом.

– Как раз всё в срок. Знаешь, что… Давай переберёмся в зал. Там будет поуютнее. Захвати, если не сложно, пожалуйста, противень, а дальше я сам со всем разберусь, – суетливо попросил он, наваливая в свои руки пирамиду из контейнеров, направился в зал.

Взяв противень, я пошла за ним. Запах доносился божественный. Атмосфера царила интригующая. В голове куча вопросов, корзинка напряжения и приподнятое настроение не покидало, то и дело отражаясь улыбкой. Мне было приятно и интересно всё, что происходит. Не хотелось говорить, не хотелось делать выводов из этого безумного дня, но он точно побил рекорды во всех других днях. И кольцо сегодня сверкало, и предложение звучало, а сейчас и ужин аппетитный назревает, что будет дальше я не знаю, но и не хочу знать. Мне сейчас хорошо, а это главное, наверное, – тихонечко размышляло моё Я, смотря как Руслан оперативно распределяет еду по столу.

– Забирайся на диван и устраивайся поудобней, – предложил он, освободив мои руки. – Тебя ждет приятный незабываемый вечер в компании с самым очаровательным и обаятельным мужчиной, находящимся в полном расцвете сил. Как ты поняла, я говорю о себе.

– Как скажете, сударь. Не откажусь, – подыграла я его настрою, сев в угол дивана и подобрав под себя ноги, обняв выпирающий живот руками.

Руслан принес с кухни бокалы, разлил в них сок. Включил на виниле старую и очень знакомую музыку. А после вальяжной походкой подошел ко мне, взяв за руку, потянул к себе.

– Миледи, разрешите вас пригласить на танец.

– Какой танец? Ты что?! У меня живот на нос налезает. Как ты себе это представляешь? – отнекиваюсь активно я.

– Очень просто. Не капризничай. Иди ко мне. Сейчас покажу.

Смотрю на него и понимаю, что выбора у меня нет. "Ух, опять эта его двусмысленная улыбка. Только этого мне сейчас не хватало." – пробубнило внутреннее Я, нехотя поднимаясь с мягкого дивана.

Встав, я поправила кофту, опустив её ниже. Чувствую себя крайне неуклюже перед ним. Не знаю чем, но меня напрягают его прикосновения, сердце от них бьётся сильнее. И вот он меня нежно приобнимает. Взял мою левую руку в ладонь, не торопясь, играючи, плавно ведет моё тело, покачивая из стороны в сторону. Мой взгляд безудержно утыкался в его грудь, точнее, в его белоснежный мягкий свитер, маячащий у меня перед глазами. Красивая вязка. Отчетливо вижу множество сплетений нитей, преобразующихся в общий рисунок. От него веет жаром. Я то и дело дотрагиваюсь до него животом, и это сильно смущает. Без каблуков едва макушкой достаю до его шеи, чувствуя себя при этом весьма неуверенно, хрупкой и маленькой. Что было для меня при моём росте 170 см. весьма не характерно. При всём при этом, в этой воронке противоречий, незримое притяжение царит между нами. От него исходит необъятное тепло и обволакивающая забота. От чего хочется прижаться к его широкой груди и свернуться клубочком, как маленький слепой котеночек.

– Скажи, почему всё же нет? Что во мне не так? – спросил он, нарушив молчание.

– Ох… Дело тут совсем не в тебе, а в помойке! – гордо выдала моя сообразительность, первое, что пришло ей на ум. – Есть ряд вещей, которые у помоек не делают, и это одно из них. Да и не то Время сейчас совсем. Просто не готова я сейчас ни к чему подобному…

– Ладно… Размялись немного, а теперь давай праздновать, – оживленно предложил Руслан после окончания песни, которая довольно резко перескочила на более динамичную, что тоже было кстати.

– Что празднуем? – уточнила я, обрадовавшись смене темы и вновь потеряв нить того, что происходит.

– Как что. А ты не знаешь? – держа интригу, спросил Руслан.

– Гм… Честно признавшись, не особо…. – неуверенно ответила я, чувствуя своё упущение, поглядываю на него. Он, недоумевая, смотрит в ответ, взяв бокал в руку.

– Как что? То, что ты здесь, со мной, у меня дома. Вот что!

– Вау! Какой замечательный повод, – выдохнула я, подняв бокал с гранатовым соком. – Так, значит, за первые гости!

– И надеюсь, что не последние! – ответил Руслан под звон бокалов.

Сделав пару глотков, отставила фужер в сторону. Сок был вкусным и насыщенным, без излишней кислотности. Как я люблю. Руслан заботливо положил мне запеченных овощей в тарелку. Блюдо было ещё довольно теплым. От него шел пар. И приступил к еде.

– Скажи, а почему ты раньше к себе никогда не приглашал? – отправив первую вилку в рот, спросила я. Жаркое буквально таяло во рту и имело неповторимое послевкусие, чем-то напоминая орешки Макадамия.

– Я редко кого в свой дом привожу. Как я уже говорил, это моё личное пространство, – активно налегая на еду, ответил Руслан.

– Почему тогда сегодня пригласил?

– Потому что ты далеко не чужой мне человек, Таисия.

– Ммм… Как вкусно. И часто ты такой вкуснятиной лакомишься?

– Я рад, что тебе понравилось. К слову сказать, на свой страх и риск, впервые это блюдо заказал. Вернее, этот ресторан я давно знаю. Они хорошо себя зарекомендовали и ни разу ещё не подводили. Просто сейчас данное меню для меня так же ново, как и для тебя. И вправду вкусно. Вот эту штучку попробуй, она бомба вообще, – сказав, он положил мне в тарелку сразу два кружочка на шпажках.

– А это что?

– Так ты попробуй.

Кусаю и не понимаю, что ем. Тесто хрустящее, а начинка тягучая, сырная, с чем-то там ещё… По наполнению отдалённо напоминало конфеты Раффаэлло, а по вкусу смесь сыров с копченостью.

– Вкусно, – бубню я, извазюкавшись как ребенок, беря салфетку, которую Руслан любезно протянул мне. А после и вовсе целую стопку положил рядом со мной. – Видать, я воистину произвела на него сегодня неизгладимое впечатление, – подшутил надо мной мой внутренний голос, сдувая румянец с щек.

– Такой огромный дом для одного… Ты здесь не скучаешь? Не блуждаешь?

– Нет, конечно. Скучать мне некогда. Я здесь работаю и отдыхаю. В этом доме есть всё, что мне нужно. Проект дома тоже я составлял. В нем учтены все мои пожелания.

– Какой ты умный. У меня с этим сложно. В собственной комнате порядок поддерживаю с трудом. Да что в квартире, видел бы ты, что я в собственном шкафу могу учудить… ты бы содрогнулся от ужаса..

Руслан рассмеялся и подлил сок.

– Ты нравишься мне, Таисия. Очень! Люблю, когда ты в таком настроении и жутко скучаю, когда долго не слышу твоего смеха.

– Как всё запущенно…. (качаю головой из стороны в сторону) – Ну, со смехом у меня сейчас напряжёнка. Не смешно как-то совсем стало… Досмеялась.

– Не говори так. Всё у тебя наладится. Прижмёшь к груди ребеночка, и всё будет хорошо. Кстати, а кто у тебя будет? Уже знаешь? Девочка? Мальчик?

– Девочка, – поглаживая живот, отвечаю я.

– Дочка – это хорошо. Значит, будет такая же красивая и славная как её мама.

– Гм.. Ты на самом деле считаешь меня такой положительной? Почему?

– А ты не согласна?

– Ох… Сложно сказать. Я, скорее, всесторонняя. Во мне есть любовь и ненависть, радость и боль, отвага и отчаяние… Меня часто считают смелой, но, на самом деле, у меня коленки трясутся, просто я об этом никому не рассказываю, – признаюсь я, раскручивая сок по бортам бокала. – В чем же я славная? Скажи? Если я бросила институт и без пяти минут мать-одиночка… Раскрой мне секрет….

– Таисия, я общался и общаюсь с огромным количеством людей. Мне постоянно кажется, что каждому из них чего-то не хватает. Кому-то терпения, кому-то стремления. А в тебе есть полный комплект. Ты бесповоротно околдовала меня. С момента нашего знакомства у меня столько энергии, я столько всего успевать стал. Никогда такого не было.

– Приятно, конечно, что ты свои успехи ко мне свёл, но если это было бы так, то от меня парень не сбежал бы, – ухмыльнулась я, делая очередной глоток, задерживая сок, смакуя во рту, а потом глотая.

– Я же сказал, что у всех есть недостатки и, походу дела, он – не исключение.

– И чего по-твоему ему недостаёт? – спросила я, слившись с ним взглядом. Ответ пришёл сам, и через доли секунды мы вместе залились дружным смехом.

– Раньше, когда я жил с мамой, Романом и Женей в трёхкомнатной квартире на Вернадском проспекте, мне тоже было сложно. И особенно сложно давалось делить одну маленькую комнату на двоих. Я по природе своей не особо люблю делиться. Всё пришло с возрастом. Где-то армия внесла свои коррективы. На удивление, с большим пространством справляться оказалось куда проще, чем с маленьким.

– О как. А ты давно живешь один?

– Гм… Как с армии вернулся, так всё в жизни и завертелось. Работа хорошая подвернулась. Дом построил. Должен признаться, я всегда к машинам неравнодушен был. Начинал с малого, а потом один мамин друг позвал к себе автозапчастями заниматься, и всё как-то само собой раскрутилось. Вернуться на старое место жительства никогда не тянуло, а сейчас, когда матери не стало, то и подавно. Та квартира, как память. В неё заходишь, и кажется, что мама до сих пор там и вот-вот вернется домой. В ней её запах. Кстати, этот дом она мне помогала обставлять. Точно, я же обещал тебе экскурсию… Не передумала ещё? Пойдём?

– Было бы здорово. Пойдем, конечно.

Запихнув в рот оставшийся кусочек эклера, перед моими глазами мелькнуло недовольное лицо гинеколога с её запретами и диетами. Отмахнув её рукой, глотнув сока, я пошла за Русланом, одергивая постоянно задирающуюся кофточку на животе.

– С чего начнем? Можем со второго этажа, если интересно. Там три просторных комнаты, живописный вид из окон, правда, я ими не пользуюсь и даже не помню, когда последний раз там был.

– А где ты тогда спишь?

– На первом этаже, в спальне. Пойдем, покажу. Изначально она планировалась как гостевая, но потом она очень мне приглянулась, и я обосновался в ней.

– Ой, извини, но мне снова нужно навестить уборную. Я быстренько. Туда и обратно. Никуда не уходи, – сказала я, не сумев пройти мимо, вновь нырнув в свой самый излюбленный уголок этого большого дома. "Не могу в сотый раз не обратить внимания на то, что ничто не даёт такого блаженства, как туалет в нужном месте и в нужное время. Хотя после родов я его, наверное, возненавижу, так как за последние месяца провожу в нем больше времени, чем хочется, и изрядно от этого замучилась. Эти ночные пробежки – они же жесть. Хотя спать на боку я тоже устала. И просто мечтаю лечь на живот, вытянув ноги. Аааа… Кайф! Ещё немного осталось, и всё это сбудется." – поглаживая живот, делюсь мыслями с малышом, пока перед глазами ангелы распевают серенады.

Сполоснув руки, я вернулась к Руслану, который по традиции встретил меня улыбкой.

Пройдя дальше, вглубь коридора, по левой стене находилась дверь в его комнату, которую мне хотелось больше всего увидеть. К моему удивлению, в комнате я не увидела ни наборов детских оловянных солдатиков, ни собрания детских коллекционных железных машинок, как у многих сверстников. В ней не было ничего, напоминающего о детстве. Не было даже фотографий. Она оказалась обширной и холодной.

Стены белые. Декорированный потолок полон встроенных светильников. Темные распахнутые однотонные тяжелые шторы свисали до пола. Черная огромная квадратная кровать с высоким черным мягким изголовьем стоит посередине комнаты. Светлое постельное бельё хорошенечко взбито. Подушки хаотично разбросаны. Угол темного покрывала небрежно свисает сбоку. В стене по двум сторонам от изголовья небольшие квадратные углублённые полочки со встроенной, в их верхнюю часть, подсветкой. Между полочками, от изголовья кровати до потолка идут полукруглые черные глянцевые брёвна, которые плавно переходят со стены на потолок и располагаются не дальше конца кровати. На этих потолочных брёвнах крепятся дополнительные свисающие белые светильники. Черные прикроватные тумбочки стоят по обе стороны от кровати. Между окон, в белом углублении стены находится встроенный большой телевизор. Так же в комнате за раздвижными дверьми располагается приличных размеров гардеробная, со множеством висящих пиджаков, рубашек. А также множеством полочек, выдвижных ящичков, серых тонов.

Напротив, в противоположном конце комнаты, находится огромный санузел с двумя окнами. Заглянув в него, я ахнула. Пространство в нём делится на четыре зоны. В крайнем левом углу душевая, с надстроенной не до потолка третьей правой стеной, деля комнату как бы надвое. Полностью уложенной в шахматном порядке маленькой плиткой разных зеленых оттенков. Четвертая сторона душевой, тоже не высокая, как и дверь душевой, из плотного прозрачного стекла, открывалась наружу. С серебристой ручкой с двух сторон. На пристроенной стене вверху, перед дверью, двойной серебристый крючок для полотенец. По низу стеклянной стороны, во всю длину от стены до стены, невысокая ступень для отвода воды. Также на левой стороне, в крайнем левом углу от входа, находилась угловая, глубокая белая ванна, полностью заложенная со всех сторон плиткой. С большими отступами от стены и от края, делая эти места пригодными для сидения или для использования в виде узких столешниц. Над ней небольшое окно с двумя створками и жалюзями. Между ванной и душевой встроенная тумбочка с выдвижными ящиками, высотой с ванну. Цветом ясень.

Третья секция находилась в дальнем правом углу. Проход в неё был по центру, справа от душевой. Она отделялась невысоким, полутораметровым надстроенным прямоугольным выступом от основной правой стены, полностью обложенным со всех сторон той же плиткой, которая огибала весь правый угол, упираясь в стену душевой. Выше, по всей правой стороне, включая это пространство, зеленая плитка не поднималась, заканчиваясь узорчатым ободком. Выше стена была белая, как и потолок, по центру которого свисала люстра, а по бокам находились встроенные квадратные светильники. В правой отделённой зоне, вдоль правой стены, стояли друг за другом биде и туалет, а сбоку на стене, граничащей с душем, располагалось окно, такого же размера, как и над ванной.

В четвертой зоне, по правой стене, прямоугольная раковина, встроенная по центру в широкий массивный комод, стоящий на изогнутых ножках. Ширина которого начиналась от перегородочной стены и упиралась в высокий, но не широкий, массивный шкаф, стоящий в углу у входа. С верхней и нижней секцией. Цвета ясень. Во всю длину комода, гранича с плиточной каёмкой, висло длинное прямоугольное зеркало, обрамлённое в серебристый ободок. Над зеркалом свисали дополнительные светильники от стены. Над раковиной из стены выходил серебристый длинный кран.

Не смотря на то, что в помещении было много всего, оно отнюдь не выглядело загромождённым, а даже просторным. Чувствовалось, что в нём тоже было всё предусмотрено до мелочей. Никогда ранее я не видела такие шикарные дома, большие ванные, большие кухни. Глядя на них, начинаешь чувствовать себя на самом деле Чебурашкой, живущем в коробке.