Тори Озолс
Безумная

Глава 1
Называй меня белой вороной

Всю свою я жизнь знала, что для отца я просто товар. Даже смело могу сказать, что товар с дефектом. Но когда он это так ярко ответное желаниепродемонстрировал, я потеряла даже ту иллюзию дома, которая у меня была. И то, что от меня как от подарка отказались, меня не удивило, пока я не услышала его голос и слова, которые перевернули мой мир.

Айла бродила по заднему двору, пока отец вел переговоры в стеклянной беседке. Этот место олицетворяло настоящую роскошь: безупречно подстриженные газоны, мраморные дорожки и экзотические растения, окружавшие сверкающий пруд с ленивыми карпами кои. Но даже среди этой красоты она не могла не чувствовать напряжение. А все из-за разговора отца с Девилом Собером, которого в теневом мире все знали, как Дьявол. Эту встречу вряд ли можно было назвать обычной встречей дельцов. И хотя её напыщенный отец вошел в дом Дьявола как равный ему, все понимали, что это лишь напускная видимость.

Две главы мафиози встретились не на нейтральной территории, как это негласно заведено. Нет, Джозефа Брауна вынудили приехать в особняк Дьявола на поклон. И для всех это значило, что он признал его авторитет над собой. На самом деле ему не оставили выбора. Тот факт, что ее отец связался с Десницей, тело которого теперь покоилось в толстых слоях бетона, поставил под угрозу истребления весь клан. Когда Дьявол разобрался со своим врагом, то пошел по головы тех, кто не только посмел с ним сотрудничать, а даже всего лишь задумывался об этом.

К счастью, Джозеф Браун относился ко второй категории. Именно это дало ему шанс выбраться живым из этой передряги и даже сохранить свою власть, но не лицо. Однако он бы так долго не руководил кланом, если бы не был достаточно умным и не видел шанс для спасения. Поэтому согласился на встречу и привез с собой то, что должно задобрить Дьявола.

Некое подношения. Веточку мира. Дань.

Ее, Айлу. Родную дочь.

О, девушка читала об этих обрядах в старину, когда проигравшее государство предлагало принцессу как заложницу победителю. Но она не ожидала, что в современном мире окажется в такой же роли. Её отец был холодным и расчетливым человеком, а для него она всегда была лишь разменной монетой. Если он надумает пойти против Дьявола, то она первая поплатиться. Ее жизнь будет гарантом безопасности и подчинения. Хотя для него жизнь дочери особо ничего не стоит, все же перед лицом всех остальных она принцесса клана. Если Девил примет ее, то своеобразная подпись на документе о мире и сотрудничестве.

Правда кому в этой жизни нужна Безумная Айла?

Это прозвище ей дали в собственном клане, и всю жизнь оно приносило ей только боль. Всё из-за её психического отклонения – галлюцинаций, которые врывались в её голову словно буря, разрывающая тишину спокойного моря. С пяти лет люди вокруг начали замечать, что она видит мир не так, как остальные. Иногда её сознание выходило за пределы реальности, и это пугало не только её бедную маму, но и всех, кто был рядом.

А вот отца это разозлило и оттолкнуло от нее. Его дочь оказалась не идеальной.

Чокнутая. Сумасшедшая. Безумная.

Как только ее не называли в клане. Отец лишь скрипел зубами. Еще бы, его законная наследница, оказалась с дефектом. Уже сам факт, что она не родилась мальчиков, принес ему разочарование в жене, но даже достойная принцесса из нее не вышла, как Айла не лезла из кожи вон, чтобы доказать обратное.

Она изучала языки, овладевала живописью, старалась превзойти всех в интеллекте и навыках. Даже надеялась когда-то стать врачом, чтобы приносить пользу клану. Но всё было напрасно. Её нестабильное психическое состояние всегда оставалось в памяти окружающих.

Айла стояла на заднем дворе, осознавая всю горечь своего положения. Она пыталась успокоить дрожащие руки. Сделать вид, что любуется ухоженной красотой сада. Рядом шелестели листья, а где-то вдалеке раздавались шаги охранников. Она знала, что за высокими стенами этого особняка решается её судьба.

Её презирали в клане, считали бесполезной и опасной. Все её усилия быть полезной и доказать свою ценность были напрасны. Если ее примут, то ей стоит готовиться к такому же отношению? Кем она станет в этом доме? Уверена не любовницей Дьявола, как бы в тайне отец на это не надеялся из-за ее миловидного личика.

Многим она напоминала фарфоровую куколку – хрупкая, нежная и утонченная. Казалось, Айла могла разбиться от малейшего прикосновения. Каждое её движение было наполнено прирожденной грацией, словно в её жилах текла королевская кровь. Все в ней кричало о воплощении женственности и загадочности, и каждый, с кем ей разрешено было встретиться, поддавался её магнетическому обаянию, пока не узнавал ее секрет.

Её большие, выразительные глаза были оттенком глубокого синего, что казалось, они могли видеть самую душу собеседника. А те, кто был в курсе ее состояния, говорили, что глаза выдают ее безумие. Длинные ресницы слегка касались щёк, создавая впечатление, что она была героиней из сказки. Тонкие, изогнутые брови и нежно очерченные скулы добавляли лицу мягкости. Полненькие губы, на которых играла едва заметная улыбка, были словно приглашением к тайнам, которые она прятала в своём сознании.

Прекрасная, безумная Айла.

Вот кем она была всю жизнь. Иногда ей казалось, что все вокруг правы. Она чокнутая.

Даже ее внешность отражала внутреннее безумство, если присмотреться и отметить все детали. Он манила, как яркий свет, но в то же время отталкивала, как что-то, скрывающее тёмные, непостижимые тайны.

Волосы были странной смесью цветов – серебристо-чёрные локоны, которые, казалось, жили своей жизнью, как неуправляемые мысли, разрывающие её изнутри. У корней они оставались глубокого тёмного цвета. Но по мере того, как пряди опускались ниже, они постепенно светлели. Этот контраст как будто символизировал ее внутренний конфликт, где ни одна из сторон не могла взять верх, и каждая прядь её волос как бы отражала эту дуальность. Такая покраска вышла у мастера случайно, Айла сказала оставить все как есть. Отец конечно был недоволен, когда увидел ее новый образ. Мама всегда была на стороне отца. Запуганная, с погасшей искрой. Однако Маркус сказал, что принцесса мафии может делать все что пожелает. Честно признаться, тогда у нее моментально возникло желание вернуться все обратно, но из чистого упрямства она не стала.

Она просто посмотрела на отца своими глубокими, выразительными глаза сине-зелёного оттенка и ответила «нет». Учитывая, что она редко отстаивала свое мнение, ее позиция удивила родителя. Он некоторое время всматривался в ее холодные и ясные, как ледяная гладь озера, глаза, но в итоге согласился. Возможно все из-за ее взгляда, который был то пронизывающе сосредоточенным, то внезапно отдалённым, как будто её мысли блуждали где-то далеко, в лабиринтах собственного сознания. Это пугало людей вокруг нее. Даже ее собственного отца.

Сегодня ее заставили нанести ярко-красную помаду на губы, которые теперь резко выделялись на фоне её бледной, почти безжизненной кожи. Они были как опасный сигнал, предупреждающий о том, что под этой красотой скрывается нечто разрушительное, что может вспыхнуть в любой момент. Но мало кто об этом догадывался.

Глубокий вырез её чёрного платья открывала тонкую, изящную шею и хрупкие ключицы, добавляя образу невинную сексуальность. Серебряный крестик, который висел на её шее, выглядел не как украшение, а как символ, напоминающий ей о внутренних демонах, с которыми ей приходилось бороться ежедневно.

Её красота была не только вызовом, но и предупреждением.

На платье конечно же настоял отец. Айла предпочла бы спрятаться в бесформенной футболке, но сегодня ей не дали права выбора. Теперь она чувствовала себя слишком оголенной, раздетой, доступной, выставленным напоказ товаром.

Вот кем она сегодня была.

И ее безумие склонялось к мысли, что лучше бы ее приняли. Может потому что она не увидела в этом особняке того, что ожидала. Дома ее часто преследовало видение крови на полу и дверях, как знак того, что происходит за стенами респектабельного жилища. Когда же они заехали на территорию Дьявола, девушка даже прикрыла глаза, боясь того, что ее мозг нарисует походите картины. Но к ее удивлению, дом словно освещался вокруг золотым ореолом, хотя по стенам расползались черные кляксы.

Чернота в позолоте, так бы она охарактеризовала ауру этого места.

Величие. Сила. Власть. И… любовь?

Девушка снова бросила взгляд на беседку, в которой на кожаном кресле развалился Дьявол, и сокрушенно покачала головой. Она слышала истории о его жене. Алекс Собер была своего рода легендой в теневом мире. Как и любовь между супругами, их преданность и верность.

Каждая женщина знала, что Алекс способно прострелить сопернице голову лишь за один призывный взгляд в сторону ее мужа, а Дьявол даже пальцем не пошевелит, чтобы спасти несчастную.

Зря, отец сделал ставку на нее.

Словно по волшебству из дому выплыла невероятно красивая девушка. Длинные, светлые волосы ниспадали на её плечи волнами золотого шелка, обрамляя лицо, словно нимб ангела. Волосы мягко сверкали при любом движении, создавая ощущение, что каждое её появление – это маленькое чудо.

Одета она была в элегантную черную рубашку с расстегнутыми верхними пуговицами, поверх которой, подчёркивая её стройную фигуру, находилось платье-корсет. Ее шею украшало золотое колье с бриллиантами. Его изысканность подсказывала, что стоимость этого украшения переваливает за рамки приличия.

Ее аура, мягкая и ласковая на первый взгляд, таила в себе скрытую мощь, словно затишье перед бурей. Она могла быть нежной, как весенний ветерок, и в то же время опасной, как скрытый ураган, готовый обрушиться на тех, кто осмелится ее недооценить. Каждое движение девушки было наполнено элегантностью, словно в её жилах текла королевская кровь.

Без сомнения, это была жена Девила Собера и его Ангел Смерти.

Спустившись по ступенькам, она остановилась, оценивающе посмотрела на Айлу и приподнял бровь. Девушку затрясло под этим взглядом. Затем хозяйка особняка перевела взгляд на беседку и решительно направилась туда.

Айла, охваченная любопытством, медленно последовала за Алекс, словно ее притягивала аура хозяйки. Подходя ближе, она не могла оторвать глаз от этой девушки, в которой сочетались грация и смертельная опасность. Когда Алекс резко развела стеклянные двери беседки настежь, врываясь в мужское уединение, Айла вздрогнула, но не остановилась.

– Девил! – громко заявила Алекс, её голос был холоден, но в нём сквозила нотка раздражения. – Напоминаю, что ты не принимаешь никаких подношений, особенно в виде девушек. Последняя, кто на тебя посмела позарится, получила от меня пулю в плечо. Если ещё одна попытается – пуля будет в голову.

Айла чуть не задохнулась от интенсивности эмоций, которые исходили от хозяйки особняка. Это было чистое собственничество и уверенность в своей силе. Она невольно позавидовала Алекс, потому что на её фоне Айла казалась себе ничтожной. Её не любили, ею не дорожили, и она не могла защитить себя от отца, а тем более от Маркуса.

Дьявол в ответ самодовольно ухмылялся. Другой бы мужчина разозлился на то, что жена прерывает важный разговор, да ещё и угрожает, демонстрируя свою ревность. Но нет, он, напротив, выглядел невероятно довольным её поведением. Его глаза блестели, и, казалось, он наслаждался этим спектаклем, разыгрываемым для него одной из самых опасных женщин в мире.

Вид взаимодействия между мужем и женой заставил Айлу подойти ещё ближе. Они выглядели невероятно. Цвета, которые окружали их, были похожи на фейерверк. Яркие вспышки эмоций, силы и власти завораживали девушку.

Впервые с момента приезда она захотела остаться здесь, чтобы иметь возможность наблюдать за этой парой. Мысли о возвращении домой, туда, где её снова ждёт клеймо безумной и Маркус, приводили Айлу в ужас.

Да, у их клана имелся наследник.

Маркус был харизматичным и обаятельным, но Айла чувствовала за его улыбкой скрытую угрозу. Её называли безумной, и это позволяло многим не принимать её слова всерьез, но она знала, что опасность реальна. Сейчас он находился в командировке. Отец отослал его, а после этого привёз её сюда как дань. Может, он догадывался о чём-то, по крайней мере, все знали, что Маркус будет против такого поворота. Они считали, что он её опекает. Даже не позволял отцу поднимать на неё руку, и поэтому её матери доставалось вдвое больше.

У неё язык не поворачивался назвать его братом, как бы часто он не просил об этом. Он улыбался, гладил её по голове, но она видела, как чёрные тучи кружат возле него, а в глазах такие черти, что ей было страшно, если вдруг они решат выйти наружу.

– Ангел, родная, – в голосе Дьявола прозвучала нежность, которую он Девил не стеснял продемонстрировать ее, не пытался прятаться за маской смертоносного главы, – у нас гости. Ты видишь.

Он кивнул на отца Айлы.

– Я вижу, – его супруга повернулась и в ответ кивнула на саму Айлу. – Милый цветочек у нас в саду.

– Да? Я не заметил.

И он не врал. Айла знала, что он на самом деле не обратил на нее внимание. Она не просто его не заинтересовала. Она была пустым место для этого мужчины. Эти слова кажется успокоили девушку. Ее поза расслабилась.

– Ангел, иди ко мне.

Он протянул ей руку и она словно ласковая кошечка направилась к нему, покачивая бедрами. Их синергия завораживала взгляд. Девушка устроилась на подлокотнике, в то время как Дьявол поднес ее ладонь к лицу, нежно целуя в самом центре.

– Как мой наследник?

– Наконец заснул. Почему он засыпает только у меня на руках? – нотка возмущения была разбавлена отчетливой ноткой любви.

– Собственник, как и его отец, – самодовольно хмыкнул Дьявол, а затем с его лица слетели все нежные эмоции, когда он посмотрел на своего гостя. – Ты получил ответ. Твое подношение отклонено.

Айла задохнулась от этих слов. Как будто кто-то резко и жестоко толкнул ее кулаком в живот.

Ее ждет гнев отца.

Ее ждет возвращение Маркуса.

Ее ждет жизнь с клеймом безумной.

– Это приведет к войне! – брюзжит ее отец, нервно дергаясь на диване.

Его пальмовую ветку только что растоптали, как и гордость главы клана. Это худший из вариантов, которые она предвидела.

Неожиданно по ее спине пробежал холодок, заставляя превратиться в каменную статую. Интуиция включила сигнал тревоги и в голове, сверкая красным, закрутилась вопящая лампочка. Сзади нее послышалось сдавленное рычание собак. Затылок начал покалывать. Ей пришлось сдержать дикое желание повернуться, когда возле нее прозвучал низкий мужской голос:

– Я заберу ее себе.

Глава 2
Иррациональность

Я посмотрела на этого мужчину и меня охватил калейдоскоп эмоций. Мои руки и ноги начали дрожать, а их ритм подхватил бешеный стук моего сердца. Вокруг него витала дикая, почти звериная сила, несмотря на изысканный шарм внешней оболочки. Затем мой взгляд перешел на его питомцев. Их пасти открылись в угрожающем рыке, но я не испугалась. Животные не вызывали во мне удушливого страха, в отличие от людей.

Айла вздрогнула, услышав за спиной мужской голос. Его тон был низким, глубоким и резким, с тёмными нотками, которые пронизывали воздух, вызывая дрожь в её теле. Этот голос не был похож ни на один другой, что она слышала раньше, и в нём звучало нечто первобытное, словно таилось обещание власти и силы.

Дьявол, ранее спокойный и уверенный, резко поднял брови в удивлении, как будто не ожидал такого вмешательства. Его взгляд метнулся к источнику звука, но ещё раньше Алекс, которая мгновенно стала серьёзной, посмотрела прямо на Айлу и произнесла только одно слово, как вопрос:

– Канквер?

Айла медленно повернулась, чтобы увидеть того, кто произнёс эти слова. Перед ней стоял мужчина, чей вид казался воплощением силы и опасности. Его черные волосы были аккуратно уложены назад, открывая его лицо, в котором сочетались как грубые, так и утончённые черты. Глубокие, тёмные глаза, окаймлённые густыми бровями, смотрели прямо на неё, излучая такую силу, что ей стало не по себе. На его мускулистом теле был идеально сидящий чёрный костюм, который подчёркивал его статную фигуру и каждый его мускул. На груди висели массивные цепи с крестами, что добавляло ему ещё больше устрашающего вида. Однако Айла так же отметила маленькую черную родинку, расположенную возле хряща правого уха. Она не знала, почему именно обратила на нее внимание, но туда было проще смотреть, чем в его глаза.

По бокам от мужчины сидели два черных добермана. Их строгие, почти аристократические морды были обращены к Айле, а цепи, которые заменяли им ошейники, слегка побрякивали, словно предвещая нечто грозное.

В глазах Канквера (неужели это и правда Всадник Завоеватель?) не было и намёка на страх или неуверенность. Самые леденящие глаза в этом мире. Заглянув в них, она сразу начала ощущать опасность.

Его аура буквально давила на Айлу, заставляя её чувствовать себя ещё более уязвимой. И хотя в нём не было ни грамма нежности или сочувствия, тем не менее в его словах прозвучала некая решимость, которая удерживала её на месте, не давая броситься прочь.

– Я заберу её себе, – повторил он, слегка понизив голос, но теперь его слова звучали ещё более неумолимо.

Айла ощутила, как её сердце ускорило ход, а кровь отлила от лица. Этот человек не спрашивал разрешения, он просто утверждал своё намерение, как данное.

Дьявол, до этого спокойно наблюдавший за происходящим, нахмурился. В его глазах мелькнул холодный блеск. Его слова, хоть и были произнесены с хрипловатым хмыканьем, прозвучали как предостережение:

– Неожиданно.

В тоже время отец Айлы недовольно насупился.

– Моя дочь – принцесса клан.

Девушка, почувствовав, что её сердце вот-вот выскочит из груди, прикрыла глаза, проклиная его гордость. Она понимала, что за этим высокомерием скрывалось нечто большее. Но сейчас было не время для демонстраций. Она знала, кто стоял перед ними, и тот факт, что её отец не понял этого, пугал её ещё сильнее.

Дьявол сдвинулся вперёд, его глаза стали опасно узкими, а тон – холодным, как сталь:

– Ты считаешь, что мой Всадник недостоин ее?

Айла почувствовала, как атмосфера вокруг мгновенно стала тяжёлой, словно воздух наполнился едва сдерживаемой яростью. Её отец, Джозеф Браун, выпрямился, словно пытаясь показать, что он не уступает в своём высокомерии. Но каждый его жест только усиливал напряжение. Его слова повисли в воздухе, словно стена, с которой не стоило спорить.

Доберманы, сидящие по бокам Канквера, издали низкое, зловещее рычание, словно отражая гнев за обиду своего хозяина и поддерживая его в этой негласной битве за уважение.

Айла содрогнулась, ощущая, как волна страха прокатилась по её телу. Её отец, хоть и попытался сохранять спокойствие, не смог скрыть внутреннюю дрожь. Он, возможно, не был в полной мере осведомлён о значении этого титула, но даже ему стало понятно, что за этим кроется нечто ужасающее.

– Он твой Всадник? – выдохнул Джозеф, глаза которого начали наполняться пониманием.

Все знали о Четырёх Всадниках Апокалипсиса. Эти люди были живыми олицетворениями хаоса и разрушения, которые могли уничтожить всё на своём пути. Они были верными слугами Дьявола, но, в то же время, обладали такой силой и жестокостью, что даже самые отчаянные преступные кланы старались избегать конфронтации с ними.

Слухи о их садизме, беспощадности и убийственных инстинктах распространялись в теневом мире быстрее, чем огонь по сухой траве. Каждый, кто осмеливался противостоять Дьяволу, знал, что сначала ему придётся столкнуться с этими безжалостными воинами. И это был бой, в котором никто не хотел участвовать, потому что никто из тех, кто сталкивался с ними, не выживал.

Айла посмотрела на Канквера с новым осознанием. Её глаза встретились с его, и она увидела в них не только опасность, но и нечто большее. Это был человек, который, по всей видимости, видел во всём лишь цель, а не преграду. Его намерения были чёткими и безоговорочными.

Почему он захотел ее?

– Он – семья.

И когда это говорит глава мафии, то это не пустые слова.

– Ты уверен, Канквер? – некой тревогой уточнила Алекс.

Ее взгляд перебегал с девушки на мужчину. Он подошел ближе, практически стал возле Айлы. Так, что девушка могла слышать его дыхание. Доберманы беспрекословно последовали за ним.

Сердце Айлы бешено колотилось, и она понимала, насколько она ничтожна рядом с этим мужчиной. Она едва доставала подбородком до его плеча, и его массивная фигура полностью затмевала её. В нём было что-то подавляющее, не только физически, но и духовно. Айла почувствовала, как внутри неё поднимается инстинктивное желание убежать, спрятаться, исчезнуть из поля его зрения. Но, несмотря на это, она оставалась на месте, будто прикованная невидимыми цепями.

Канквер же, казалось, не обращал на неё никакого внимания. Его взгляд был устремлён вперёд – на своего главу, Дьявола, и на её отца. В нём не было ни малейшего намёка на сомнение или неуверенность. Он твёрдо стоял на своём, не давая никому возможности поставить под сомнение его решение.

Айла, не смея заговорить, лишь молча наблюдала за ним, мысленно повторяя вопрос Алекс. Почему она? Что привлекло этого опасного мужчину в её ничтожной жизни? Но она не осмелилась спросить, чувствуя, что её слова могут нарушить хрупкое равновесие, повисшее между присутствующими.

Её взгляд невольно опустился вниз, и она снова посмотрела на доберманов, которые сидели у ног Канквера. Обычного человека эти звери напугали бы до дрожи в коленях. Их мощные челюсти были готовы разорвать любую цель по приказу хозяина. Но Айла чувствовала не страх, а нечто иное. В этих животных было что-то магнетическое, что-то, что притягивало её. Может быть, их абсолютная преданность и готовность защищать своего хозяина до последнего вздоха. Айла даже завидовала им. Хотелось, чтобы кто-то в её жизни был так же верен ей, как эти собаки своему хозяину.

Она осторожно протянула руку к одному из них, чувствуя, как внутри неё борются страх и любопытство. Собака, заметив движение, издала низкий рык, обнажая острые, как бритва, зубы. Это был явный предупреждающий знак, попытка проверить её на прочность. Испугается ли она? Отступит ли? Или решится сделать шаг вперёд?

Но не зря ее прозвали Безумной Айлой, ведь она всегда поступала вопреки здравому смыслу.

Она на мгновение замерла, но затем, не обращая внимания на предупреждающий рык, решительно протянула руку вперёд. Доберман, хоть и продолжал рычать, не бросился на неё. Его глаза внимательно следили за её движениями, как будто он оценивал её смелость. Внутри неё что-то дрогнуло, но она не отступила, чувствуя, что этот маленький акт смелости был важен не только для неё, но и для того, чтобы доказать себе, что она всё ещё может что-то контролировать в своей жизни.

В конце концов, её рука коснулась его грубой шерсти, и собака, ощутив её прикосновение, перестала рычать, словно признала её присутствие. Айла сжала пальцы в шерсти, чувствуя, как успокаивается её дыхание. Эта маленькая победа значила для неё больше, чем можно было бы представить. В этом жесте была её тихая борьба за себя, за своё право быть замеченной, хотя бы этой собакой.

Айла подняла глаза, и её взгляд столкнулся с глазами Канквера. Его глаза были глубокими, тёмными, словно бездонные омуты, поглощающие всё на своём пути. Она пыталась разобраться в тех эмоциях, которые скрывались за его спокойным фасадом, но это было невозможно. В его взгляде, казалось, было что-то неуловимое – смесь решимости, силы и, возможно, чего-то более глубокого, чего Айла не могла прочитать.

Её сердце пропустило удар, и, почувствовав внезапную волну беспокойства, она быстро убрала руки от собаки, боясь, что её прикосновение могло не понравиться Канкверу. Но вместо того чтобы выказать недовольство, он сделал нечто неожиданное. Его крупная рука мягко, но уверенно легла ей на плечо, будто подтверждая свои права на неё. Этот жест был одновременно пугающим и успокаивающим. В нём ощущалась неизбежность, словно Канквер говорил без слов, что Айла теперь принадлежит ему, и никто не осмелится это оспорить.

– Я уверен, – произнёс Канквер, не отводя взгляда от нее. В его голосе не было и намёка на сомнение. Это было не решение, а окончательный вердикт. – Она – моя.

Айла вздрогнула от этих слов. Возможно он думал, что получает любимую принцессу мафии и считал это достойным, но что будет, когда он поймет, что ему подсунули порченный товар?

Она никогда не скрывала своего отличия, но впервые решила, что будет делать все, чтобы не показать насколько она ненормальна. Этот мужчина не должен узнать о ее дефекте.

Дьявол, не теряя времени, перевёл взгляд на отца Айлы. В его глазах блеснуло что-то похожее на лукавство, как будто он играл в свою излюбленную игру, где он всегда выходит победителем.

– Тебе повезло, Джозеф, – сказал он с холодной усмешкой. – Сделке быть.

Отец Айлы нахмурился, его лицо стало мрачным. Это был не тот результат, на который он рассчитывал. Он надеялся на другой исход, на более выгодное для себя решение. Однако теперь, когда слово о «семье» было произнесено, у него не осталось выбора. Спорить с Дьяволом после такого заявления означало бы неуважение к его семье, и это могло бы привести к непредсказуемым последствиям.

Сдерживая своё разочарование и скрывая за внешним спокойствием внутреннюю бурю, он кивнул в знак согласия.

– Хорошо, – произнёс он сквозь стиснутые зубы, стараясь удержать остатки достоинства. – Так тому и быть.

Айла почувствовала, как на неё опустилась тишина, давящая и неизбежная.

Алекс неожиданно расплылась в улыбке, её прежнее недовольство и злость испарились, как утренний туман под солнцем.

– Прекрасно! – произнесла она с неподдельной радостью, словно всё происходящее было долгожданным событием. – Прикажу приготовить для неё комнату.

Её голос, ранее полный скрытой угрозы, теперь звучал весело и бодро, будто бы прибавив всей ситуации некую зловещую лёгкость. Она быстро повернулась к отцу Айлы, в её глазах читалось нетерпение.

– А где её вещи? – спросила Алекс, не теряя ни секунды.

– Я пришлю их в течение часа, – сухо ответил Джозеф, всё ещё обдумывая сложившуюся ситуацию.

Алекс бросила на него взгляд, в котором мелькнуло что-то ледяное.

– Все до единой вещички, – добавила она, сдавив каждое слово сталью.

Айла ощутила, как её пронзает озноб, когда Алекс, ни на мгновение не отводя взгляда, продолжила с тем же бескомпромиссным тоном:

– Единожды войдя в этот дом, она уже никогда не покинет его. Только ногами вперёд. Дороги назад не будет.

Эти слова повисли в воздухе, словно зловещий приговор. Айла почувствовала, как её тело напряглось, будто холодные пальцы обхватили её сердце. Каждый звук, каждое слово Алекс отдавались эхом в её сознании, заглушая всё остальное. И пусть она понимала, что это не пустая угроза, осознание всё равно обрушилось на неё с новой силой.

Алекс подошла ближе, но прежде чем что-то сказать, она неожиданно наклонилась и трепетно погладила собак по морде, как будто они были её давними и верными друзьями. В отличие от того, как Айла тянула к ним руку с осторожностью, собаки мгновенно изменили своё поведение. Они перестали рычать и, словно признавая хозяйку, радостно лизнули её ладонь.

Затем Алекс выпрямилась, её взгляд снова стал серьёзным, на этот раз обращённый прямо к Айле.

– Ты понимаешь, что это значит? – спросила она, её голос был твёрдым, как никогда.

Айла едва смогла кивнуть, её движения были скованными, словно её тело вдруг стало чужим. Внутри неё всё кричало о том, чтобы бежать, но она не могла двигаться, не могла вымолвить ни слова. Это был тот момент, когда всё вокруг изменилось, когда её мир стал мрачным и непредсказуемым. Тени заплясали между людьми. Лица расплылись, но какой бы пугающей не была хозяйка особняка, вместе с тьмой ее окружал и свет. Айла напряглась, молясь чтобы приступ отступил. Не сейчас. Она не могла поддаться безумию именно сейчас. Они прикрыла глаза на мгновение, попыталась найти внутренний якорь. Алекс наблюдала за ней с той же холодной решимостью, как будто она ожидала от Айлы чего-то большего, но поняла, что кивок – это все на что девушка была способна.

– Ты пугаешь ее. – Неожиданно заметил Канквер.

От звука его голоса Айла вздрогнула, осознавая, что он ощутил это своей рукой, которой все еще удерживал ее. После это он сжал ее крепче. И это привело ее в себя. Темнота отступила, как будто рассеклась от присутствия этого мужчины возле нее.

– Так и должно быть, ведь я пускаю постороннего человека в наш дом.

– Если она моя, то и вся ответственность за нее на мне, – громогласно объявил мужчина.

Фырканье Девила заставило Алекс улыбнуться.

– Не знала, что наш Завоеватель такой властный, – проговорила хозяйка.

– Так, он относится только к своим зверушкам, – добавил Девил, словно одобрял его поведение.

Айла не понимала, почему это радовала главу. Алекс усмехнулась, после чего обошла их с Канкером и направилась к дому. Скорее всего, чтобы отдать все необходимые приказы.

Затем ее отец дал понять, что смерился с условиями Дьявола, а значит на самом деле собирался оставить ее здесь.

– Раз мы пришли к соглашению, то в понедельник мои юристы пришлют договор о сотрудничестве.

Дьявол кивнул, приняв условия. Его взгляд был всё так же холоден и отстранён, будто предстоящий обмен деловыми бумагами для него не более чем рутинное дело.

– Хорошо, мои юристы рассмотрят все документы, – спокойно произнёс он, его тон не допускал возражений.

Джозеф встал, что означало лишь одно – встреча подошла к концу. Айла с трудом осознавала, что это действительно происходит – её отец принял условия Дьявола и собирался оставить её здесь, в этом мрачном особняке, среди незнакомых и пугающих людей. Он сделал свой выбор, и теперь ей предстояло смириться с этим.

Когда её отец направился к ней, в сердце Айлы мелькнула надежда на какое-то редкое проявление отцовской теплоты. Может быть, хотя бы прощальный взгляд или объятие, что-то, что бы могло напомнить ей, что она всё ещё его дочь, а не просто товар, который он обменял на выгодную сделку.

Но его губы были плотно сжаты, а лицо не выражало никаких эмоций. Взгляд его был жестким и холодным, словно перед ним не стояла его дочь, а всего лишь подчинённая, обязавшаяся выполнить свою роль.

– Не опозорь меня, – произнёс он, его голос был низким и суровым.

Эти слова, как лезвие, прорезали сердце Айлы. Она понимала, что за ними скрывается. Он требовал, чтобы она скрыла свою истинную сущность, своё безумие. Вести себя как положено принцессе мафии – покорно и уступчиво. Подчиняться.

– Да, отец, – еле слышно ответила Айла, опустив голову, чтобы скрыть свои эмоции.

Но прежде чем он успел уйти, её рука неожиданно метнулась вперёд и схватила его за лацкан пиджака. Это было действие, продиктованное отчаянием, последняя попытка удержать его, хоть как-то вернуть себе ощущение безопасности.

– Маркус… – прошептала она, её голос дрожал.

Отец, не глядя на неё, хладнокровно сбросил её руку.

– Его я возьму на себя, – холодно пообещал он и быстро удалился, не дав ей возможности сказать больше.

Как только его фигура исчезла из её поля зрения, Айла почувствовала, как её охватывает жуткое одиночество. Но прежде чем она успела осознать всё произошедшее, возле её уха раздался тихий, почти шепчущий голос, слова которого заставили её пробежаться мурашками.

– Если он появится здесь – он труп, – произнёс Канквер.

Глава 3
Мышь

Всю свою жизнь я старалась не акцентировать внимание на себе, но оно словно само находило меня. От кудрей и странной покраски волос до брата, с его опасным, маниакальным вниманием. Я повторяла про себя, что я маленькая мышка. Тихая и не приметная, но у судьбы были другие планы на этот счет. И я не знала, радоваться или огорчаться, что именно Завоеватель обратил на меня внимание?

Ей не послышалось? Его низкий, бархатный голос проник под ее кожу заставляя вздрогнуть от угрозы. Он звучал настолько уверенным и спокойным, что у Айлы не оставалось сомнений – он говорил всерьёз. Эти слова пронзили её, заставляя замереть от ужаса.

Почему он так сказал?

Знал ли Канквер о Маркусе?

Или его угроза относилась к любому, кто осмелится появиться здесь, включая того, кого она так сильно боялась?

Девушка открыла рот, пытаясь что-то сказать, но слова застряли в горле. Внутри неё боролись страх и любопытство. Ей отчаянно хотелось выяснить, что Канквер знает о Маркусе, а главное – что он знает о ней самой.

Дошел ли до него слух о ее прозвище «безумная»?

Отец всегда старался скрыть её «дефект» от посторонних, и Айла надеялась, что ему это удалось. Вполне вероятно, что окружающие считали её просто избалованной и капризной, а не по-настоящему ненормальной. И те, кто все же слышал подобное не придавали этому особого значения.

Она почувствовала, как Канквер изучает её своим глубоким и проницательным взглядом, словно он видел её насквозь. Его темные глаза лишили её всякой уверенности. Губы моментально пересохли, и она машинально облизнула их, не зная, что должна сказать.

Наконец, Канквер прервал молчание:

– Ты будешь жить в моём крыле. Я несу за тебя ответственность, поэтому держать тебя рядом с хозяйским крылом было бы неразумно. Если твой отец рассчитывал, что ты будешь следить за Дьяволом, то он сильно ошибся.

Слова мужчины прозвучали как приговор, и Айла невольно сглотнула, чувствуя, как по её телу пробегает дрожь. Ей нужно было ответить, объяснить свою позицию, но всё, что она смогла выдавить из себя, это:

– Мне не давали таких указаний…

Канквер усмехнулся, его лицо оставалось непроницаемым.

– Прекрасно, – сказал он, – потому что ты всё равно не будешь общаться с отцом. Теперь ты – собственность другого клана. Все другие связи мертвы.

Он намекает на Маркуса?

Для всех он ее брат, поэтому она априори должна хотеть увидится с ним. Однако внутри она обрадовалась, что в дальнейшем избежит столкновения с наследником их клана.

– Хорошо, – склонив голову соглашается Айла, но Канквер прищуривается.

Ее покорность выглядит для него подозрительно.

– Я не хочу стать причиной кровавой войны, – быстро добавила она.

– Ты правильно оценила последствия своего неповиновения, – проговорил Канквер, его голос был безразличен, как будто он говорил о чём-то совершенно обыденном.

Айла почувствовала, как её сердце замерло на мгновение, когда слова Канквера, полные холодного одобрения, пронзили её. Она поняла, что её покорность выглядела странно для него, но в данный момент у неё не было другого выбора. Айла осознавала, что он видит в ней угрозу. Возможно, он считает её шпионом, посланным отцом, чтобы следить за Дьяволом или за ним самим. Но она не могла позволить себе проявить слабость. Сейчас от её самообладания зависело слишком многое.

– Я просто хочу, чтобы всё прошло мирно, – тихо произнесла она, стараясь не выдать своё волнение. – Раз мне придётся теперь жить здесь, – продолжила Айла, надеясь, что её слова прозвучат достаточно уверенно.

Канквер, казалось, внимательно вслушивался в её слова, его тёмные глаза холодно заблестели. Он наклонил голову, словно раздумывая над её замечанием, а затем снова заговорил с ледяной уверенностью:

– Не «придётся», Айла. Ты уже здесь. И это не временное пребывание. Ты – часть этого дома теперь, навсегда.

Айла нервно сглотнула, ощущая, как слова Канквера словно приковали её к этому месту, как цепи. Её страх и беспокойство только усилились, но вместе с ними проснулось и жгучее любопытство. Почему он так настаивает? Почему её присутствие здесь так важно для него?

– Зачем я тебе? – вырвалось у неё, прежде чем она успела остановиться. Вопрос прозвучал почти отчаянно, но она не могла больше сдерживать это. – Я думала, что Дьявол откажет, и я вернусь домой…

Канквер усмехнулся, его губы растянулись в тонкой, почти насмешливой улыбке.

– Ты сообразительнее своего отца, – похвалил он, наблюдая за её реакцией. – Но кое-чего ты не учла.

Его слова вызвали у Айлы смешанные чувства. С одной стороны, ей льстило, что он признал её ум, но с другой стороны, в его словах скрывался намёк на то, что она всё ещё не видит картины всей ситуации.

– Чего же? – спросила она, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё сжималось от страха, смешанного с любопытством.

Канквер наклонился к ней, и Айла почувствовала его тёплое дыхание на своей коже. Его пальцы внезапно подхватили один из её пружинистых локонов, и он начал медленно закручивать его на палец, его взгляд неотрывно следил за её реакцией.

– А если я решил сделать тебя своей любовницей? – шепнул он, в голос мужчины прозвучала игривая угроза. – Что тогда, Айла?

Её сердце застучало быстрее, и она ощутила, как кровь прилила к лицу. Она знала, что должна что-то сказать, но слова застряли в горле. Его близость, прикосновение, сам факт того, что он так легко играет с её страхами, сбивало её с толку.

– Ты ведь не станешь противиться, верно? – продолжил Канквер, тоном, которым был одновременно насмешливым и серьёзным, и Айла догадалась, что он не просто забавляется. Он проверял её границы, испытывал её на прочность.

– А если стану? – прошептала она, хотя её голос дрожал.

Канквер чуть сильнее потянул за её локон, заставляя посмотреть ему в глаза. Она столкнулась с темным, глубоким взглядом и в нём Айла увидела нечто, что заставило её сердце замереть.

– Тогда ты познаешь, что такое по-настоящему бояться, – прошептал он, отпуская её локон и выпрямляясь. – Но я уверен, что ты умная девочка и не допустишь этого.

Он смотрел на нее с молчаливым, маниакальным интересом, почти таким же, который она встречала в глазах Маркуса. Впервые Айла задумалась о том, что возможно она не одна «безумная» в этом теневом мире. Этот мужчина тоже своего рода чокнутый, как и предводитель его клана.

Её тело напряглось, и она едва сдержала дрожь, когда позади раздался голос хозяйки дома. К ее нормальности у девушки тоже были вопросы.

– Жаль прерывать вас, но я хочу показать Айле комнату, – она звучало спокойно, но все же в словах ощущалась непоколебимая уверенность в своей власти, словно даже Канквер не имел права оспорить ее приказ.

Канквер бросил взгляд поверх головы Айлы, но не отпустил ее локон, словно ему нравилось играться с их пружинистой особенностью. Он натянул несчастный локон, который оказался у него в плену, затем отпустил, не сводя с неё глаз, его взгляд был тёмным и опасным. Локон отпружинил, отзываясь чем-то тяжелым внутри девушки.

– Ангел, она не твоя игрушка, – почти прорычал мужчина.

В голове Айлы проскользнули мысли, что у него есть похожие качества со своими питомцами. Они словно олицетворяли мужчину.

– Да, я знаю, что она твоя игрушка, но мне интересно понять, зачем ты её завёл, – хозяйка дома склонила голову набок, внимательно рассматривая девушку.

Айла бросила на неё быстрый взгляд через плечо, чувствуя, как тяжесть этих слов давит на неё. Они говорили о ней, как о вещи, как о чём-то, что можно использовать и владеть. Это расстраивало, но с другой стороны в этом не было ничего непривычного для нее. Разве отец всю жизнь вел себя не так же?

Пусть данный факт ее угнетал, но в то же время казался ей знакомым, даже привычным. Отец всегда относился к ней так же – как к инструменту, как к чему-то, что можно контролировать и направлять.

– Пойдем, дорогая, – предложила Алекс своим сладким, мелодичным голосом.

Такой мог принадлежать настоящей сирене. Он располагал к себе, зазывал. Айла тоже повелась на его силу, поэтому развернулась к девушке, вырываясь с плена Канквера. Её ноги казались ватными, но она заставила себя двигаться, следуя за хозяйкой особняка. Мужчина остался стоять на месте, смотря им след. Он засунул руки в карманы, а его любимцы вольготно расселись по обе стороны от него.

Алекс завела ее внутрь особняка. Не останавливаясь, они пересекли просторный холл, в котором зеркала и мраморные полы отражали величие этого места. Черно-белый дизайн интерьера словно отражал борьбу света и тьмы. Сам особняк был невероятно огромен, словно он создан для того, чтобы удивлять и внушать трепет. Девушка вела Айлу через гостиную, где царила уютная роскошь, затем они свернули в длинный холл, по которому тянулись бесконечные двери. Пока не подошли к лестнице с резными перилами, выполненными из тёмного дерева, что вела на верхний этаж.

– Это боковая лестница, ведущая к крылу Канквера, – пояснила Алекс, когда они поднялись на второй этаж. – Твоя комната, как ты слышала, расположена рядом с комнатой нашего Завоевателя. Остальные всадники обзавелись своими семьями, поэтому с нами живёт только он. Но все они частые гости в этом доме. Это их второй дом. Ты скоро познакомишься с ним.

Айла молча слушала, не зная, что ещё сказать. Её мысли вертелись вокруг того, что её комната будет рядом с Канквером, и это наполняло её сердцем странной смесью страха и неизвестности.

– Все твои вещи, которые отдал твой отец, уже внутри, – продолжила Алекс.

Когда они остановились перед одной из дверей, она внезапно повернулась к Айле и посмотрела ей прямо в глаза. Её взгляд был серьёзным, проницательным, и Айла почувствовала, как в её присутствии становится тяжело дышать.

– В этом особняке находится наше самое дорогое сокровище, – сказала Алекс, её голос стал низким и угрожающим. – Мой сын, Девид Майкл Собер. Ему скоро исполнится год, и я не позволю никому, особенно чужачке, подвергать его опасности. За каждым твоим шагом здесь будут следить, потому что мы с Дьяволом не намерены рисковать его жизнью. Учти это.

Слова Алекс были как лезвия, холодные и острые. Айла вздрогнула, её горло пересохло, и она с трудом сглотнула. Она знала, что в глазах этих людей её психическое состояние могло представлять опасность. Что будет, когда они узнают правду? Это была мысль, от которой ей стало страшно.

Но в то же время, она невольно восхитилась той силой, которая исходила от Алекс. Женщина была как грозная волчица, готовая разорвать любого, кто посмеет навредить её детёнышу. Айла неожиданно для себя поймала себя на мысли, что хотела бы иметь такую маму. Маму, которая была бы готова на всё ради своей дочери. Но, увы, ей не так повезло.

– Я никогда не обижу ребенка, – тихо произнесла Айла. – Я постараюсь жить в этом доме так тихо, словно мышь.

– Мышь? – окинув ее взглядом переспросила Алекс. – Ты знаешь, что очень часто мыши как раз и наводят больше всего шороху. Но сделаем вид что ты услышала мое предупреждение.

Айла кивнула в подтверждение, после чего Алекс взяла за ручку двери и медленно её открыла. Девушка затаила дыхание, её мысли всё ещё заполняли слова Алекс, когда она сделала шаг вперёд, входя в комнату. Перед ней открылось просторное помещение, наполненное светом. Её взгляд тут же упал на три чемодана, стоявшие у стены. Всё, что уместилось в них, было её прошлой жизнью – сейчас казалось таким незначительным.

Айла медленно огляделась. Она ожидала увидеть нечто мрачное и угрюмое, отражающее хозяев особняка, но вместо этого перед ней предстала просторная спальня, оформленная в пастельных тонах.

Стены были окрашены в нежный бежевый цвет, что придавало комнате уюта. Окна, почти от пола до потолка, пропускали мягкий дневной свет, хотя тяжелые, но изысканные шторы с золотыми кистями слегка притупляли яркость естественного освещения.

Большая кровать с мягким изголовьем из светло-розового бархата занимала центральное место в комнате. Белоснежное постельное белье и несколько декоративных подушек с золотыми акцентами сочетались со шторами. На полу лежал пушистый ковёр кремового оттенка, который приятно приглушал шаги.

У одной из стен стоял изящный туалетный столик с зеркалом в изысканной раме. Он как-будто был рассчитан на то, что гостей этой комнаты станет девушка. Алекс заметила её удивление интерьером, поэтому спокойно сказала:

– Если ты задержишься в этой комнате, со временем можно будет изменить дизайн под твои собственные предпочтения.

Эта оговорка насторожила Айлу. Она чуть нахмурилась и спросила, не скрывая тревоги:

– Что вы имеете в виду?

Алекс лишь хитро улыбнулась, не спеша с ответом:

– Просто помни, что комната Канквера за стеной.

Айла хмуро посмотрела на Алекс, осознавая подтекст её слов. Невольно в ней даже вспыхнула искра любопытства, а что их себя представляет логово этого мужчины, но девушка быстро подавила ее.

– Я обязана стать его любовницей? – голос Айлы прозвучал тише, чем она ожидала, в нём была смесь страха и смятения.

Алекс вздохнула, её выражение стало более серьёзным:

– Мы с Девилом не будем вмешиваться в то, что будет происходить между вами. Теперь ты на попечении Канквера. Он решает, кем ты станешь в этом доме.

Слова Алекс были холодны и бесстрастны, как будто она объясняла что-то само собой разумеющееся. Айла почувствовала, как внутри всё сжалось. Она тяжело сглотнула, чувствуя себя маленькой и уязвимой.

– Я поняла, – выдавила она, пытаясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё бурлило. Айла осознала, что теперь она совершенно одна, брошенная отцом как залог перемирия, и подобрана мужчиной с непонятными намерениями. Это было как в ловушке, из которой не было выхода.

Алекс, заметив её состояние, лишь кивнула, а затем добавила:

– Твои вещи уже здесь, как видишь. Если понадобится что-то ещё, просто скажи. Через полчаса у нас обед. Я пришлю за тобой прислугу.

– Хорошо, – тихо ответила она, понимая, что сейчас у неё нет другого выбора, кроме как подчиниться. Её голос прозвучал как будто издалека, словно она наблюдала за собой со стороны.

Алекс окинула её внимательным взглядом, словно пытаясь определить, сколько правды скрывается за этим спокойствием. Наконец, она кивнула, принимая решение.

– Пока можешь осмотреться и отдохнуть, – сказала она, делая шаг назад. – Уверена, ты скоро привыкнешь к нашему дому.

Алекс вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Щелчок замка показался Айле слишком громким в тишине.

Она осталась одна, стоя посреди этой просторной комнаты. Вокруг было тихо, даже слишком тихо для такого огромного дома. Айла прислушалась, надеясь уловить хоть какой-то звук, но кроме собственного дыхания не слышала ничего.

Подойдя к кровати, она опустилась на неё, чувствуя, как мягкий матрас немного прогнулся под её весом. Её взгляд снова упал на чемоданы у стены. Наверное, ей стоит разобраться их. И это казалось ей странным. С самого начала, когда отец велел ей собрать вещи, она не думала, что всё зайдёт так далеко. По правде говоря, она была уверена, что вскоре вернётся домой.

Она вздохнула и потёрла виски, пытаясь унять головную боль, которая начала подниматься. Вещи нужно было разобрать, но мысль о том, чтобы разложить их по новым полкам и ящикам, казалась пугающей. Это означало бы признание того, что она действительно здесь. И останется здесь навсегда.

Глава 4
Хаос, который заполнил мою жизнь

Когда всё вокруг кажется чужим и враждебным, остаётся только одно – найти опору внутри себя. Но что делать, если эта опора нестабильна с рождения, а хрупкое спокойствие может в любой момент обернуться хаосом? Особенно, когда мужчина, которому меня отдали, заявляет на меня свои пара. К подобному я точно не была готова.

Айла успела разложить вещи из одного чемодана, стараясь хоть немного привести свои мысли в порядок. Её напряжение немного спало, когда она переоделась в более удобную и простую одежду: закрытую темно-синюю рубашку и серую джинсовую юбку длиной до колен. Красную помаду она стерла, но серебряные висячие серьги с крестиками и крестик на шее оставила.

Когда в дверь тихо постучали, Айла уже была готова. Прислуга, молодая девушка с вежливым, но слегка натянутым выражением лица, вошла в комнату.

– Могу я помочь вам разобрать оставшиеся вещи? – предложила она с дежурной улыбкой, окидывая взглядом чемоданы.

– Не нужно, я сама, – быстро ответила Айла, чувствуя, как внутри что-то неприятно ёкнуло. Мысль о том, что кто-то другой будет прикасаться к её вещам, царапала её изнутри, словно когтями. Она старалась скрыть своё беспокойство за вежливостью, ведь никто не виноват, что ее психическое состояние не позволяло ей равнодушно относится к тому, что ее вещи будут трогать.

Прислуга, казалось, не заметила или сделала вид, что не заметила напряжения Айлы. Она просто кивнула, принимая её решение без лишних вопросов.

– Тогда позвольте проводить вас к обеду, – предложила она.

Айла последовала за прислугой, но почти сразу начала теряться в бесконечных коридорах особняка. Каждый поворот, каждая лестница казались ей похожими, создавая в голове странный лабиринт. Это вызвало в нее головокружение и проявления галлюцинаций. Ее врачи говорит, что, когда ее воспалённый начинает открашивать все в своих цветах, он сигнализирует о своей работе. Это ее способ справится с окружающим миром, обработать полученную информацию, расставить все на полочки. Поэтому сейчас ее встревоженный мозг, перебравшийся в режим повышенной готовности, раскрашивал стены в броские тона, и она не могла понять, есть ли эти цвета на самом деле в интерьере или это игра её сознания. Айла вдруг осознала, что если ей придётся самой найти дорогу назад, она заблудится. Мысль о том, чтобы остаться в одиночестве в этом огромном доме, вызвала лёгкую панику.

Ей необходимо было запланировать внеочередную поездку к своему психиатру, доктору Коллинз. Резкие изменения в её жизни всегда сопровождались риском рецидивов, и сейчас её состояние может ухудшится, что никоим образом нельзя допустить. Но как она объяснит свою ситуацию доктору? Айла вдруг поняла, что даже не уверена, разрешат ли ей такие поездки, когда она находится здесь на чужой территории.

Они вышли в большую столовую, и Айла замерла на пороге. Просторная комната была залита светом, отражающимся от полированных поверхностей мебели. В центре стоял длинный стол, за которым уже находились люди. Во главе сидел Девил, его выражение лица было непроницаемым, рядом – Алекс, с привычной холодной улыбкой на устах. Между ними, в детском стульчике, сидел мальчик. Айла заметила на нём синий резиновый слюнявчик с имитацией бабочки на шее и пуговицами. На столике перед ребёнком стояла тарелка с отдельными отделениями: кусочки авокадо, курицы и шарики из рисовой каши. Он восседал на своем троне как настоящий маленький принц, размахивая детской вилкой как скипетром.

Айла была так поражена видом ребёнка, что даже не заметила темноволосую девушку, сидящую рядом с Алекс. Зато девушка внимательно разглядывала её, пройдясь с ног до головы оценивающим взглядом. Айла также не обратила внимания на Канквера, пока тот не повернулся к ней и не положил руку на стул рядом с собой.

– Садись, – сказал он мягко, но властно.

Айла вздрогнула, вырванная из своего ступора. Она посмотрела на Канквера, и её взгляд натолкнулся на его глаза. Их темный омут неожиданно словно заземлил ее, возвращаясь сознанию устойчивость. Он был в одной черной рубашке с закатанными до локтей рукавами, что демонстрировало его жилистые руки и татуировку вдоль левой руки. Рисунок привлек Айлу. н выглядел агрессивно, под стать мужской ауре: чёрные витиеватые лозы с острыми шипами обвивали его руку, создавая впечатление, что они проникают под кожу. Между тёмной листвой яркими мазками выделялись алые розы, их лепестки казались каплями крови на мрачном фоне. Среди лоз и цветов проступала изображение рычащей собаки, оскалившей свои острые клыки, из пасти, казалось, вырывался звук ярости. К сожалению, из-за рукава рубашки она видела лишь часть изображение. Лоза тянулась туда же, скрываясь под ткань вместе с мелкими надписями. Те, что Айла заметила были на незнакомом языке, другие формировали слова, которые она не могла разобрать.

Девушка подавила вспыхнувшее желание подойти к нему и сорвать рубашку, чтобы изучить всю ту зловещую красоту, которую он нанес на свою кожу.

– Айла, – он с нажимом проговорил ее имя, заставляя оторваться взгляд от его руки.

Она машинально кивнула и направилась к стулу, чувствуя, как внутри всё сжалось.

– Кто это? – Поинтересовалась девушка, которая сидела напротив нее.

Айла ощутила смущение от обращенного не нее внимания, но не могла в ответ не рассмотреть девушку. Она отметила ее притягательную внешность. Темно-каштановые волосы беспорядочно спускались на плечи, создавая лёгкий, естественный объём. Глаза глубокого карего цвета смотрели с лёгким прищуром, словно пытались разгадать. Чёткие, выразительные брови подчёркивали её открытый лоб и придавали лицу уверенность. Черты лица были утончёнными, с высокими скулами и аккуратным носом. Её образ излучал одновременно хрупкость и силу, оставляя впечатление женщины, которая знает себе цену.

– Это Айла. Она моя. – Просто ответил ей Канвер.

Его грубый голос ни капли не испугал собеседницу, наоборот она изумленно выгнула брови. Даже Девил иронично хмыкнул.

– Вот это поворот, – с улыбкой выдохнула девушка.

– Это Айла Браун, дочь Джозефа. Принцесса его клана, – решил пояснить Девил, пока его жена была занята тем, чтобы наколоть кусочки курицы на детскую вилку и засунуть в рот сыну.

– Ничего себе. Принцесса Южной братвы здесь, с нами за столом, – выдохнула гостя.

Или по правде сказать, это Айла была гостьей, а девушка выглядела так, словно навещала свою семью. Она была здесь своей.

– Меня зовут Сабрина, я жена Хангера, – представилась она и Айла широко открыла рот от удивления.

Хангер был еще одним Всадником. Всадник Голода. Поговаривали, что он сумасшедший, по крайней мере ее отец часто называл его чокнутым психом. В этом у Айлы с ним было что-то общее.

– Приятно познакомиться, – вырвалось у Айлы, ведь надо было что-то сказать.

– Как она здесь оказалась? – Сабрина повернулась к Девилу, ожидая ответа.

– Она подношение в качестве залога о мире. Но я от нее отказался, а Канквер забрал себе.

– Зачем? – Теперь Сабрина непонимающее посмотрела на Канквера, от чего Айла нервно заерзала на стуле.

На самом деле от него никто не ждал объяснения. Канквер был замкнутой личностью, который больше времени проводил со своими собаками, нежели с остальными.

– Алекс постоянно твердила, что мне нужна своя женщина, что я не могу оставаться холостым в кругу вас, женатиков, – неожиданно выдал он настолько спокойным голос, словно в этом не было ничего удивительного.

Повисла тишина. Все уставились на мужчину, а затем Девил закинул голову назад и громком засмеялся, а Сабрина подпрыгнул на месте, затараторила «боже мой» и потянулась к телефону. Алек застыла, держа вилку в воздухе и просто смотря на мужчину, а ее сын, Девид Майкл, решил присоседится к отцу в веселье. Его звонкий смех заполнил гостиную.

– Я должна сообщить об этом Хангеру, а затем девочкам, а они расскажут свои мужьям, – приговаривала Сабрина, пока пальцы порхали по экрану телефона в быстрых движениях.

– Подожди, ты серьёзно, Канквер? – наконец прервала тишину Алекс, убирая вилку и откладывая её в сторону. Её глаза были пристально направлены на мужчину, а лицо выражало смесь удивления и лёгкого недоверия.

Ее сын, лишившись внимания матери начал активно бить по стульчику и Девил быстро подхватил его, пересаживая к себе на колени.

– Тише, Девид, позволь маме насладиться результатом своей работы, – в этих слова чувствовался укол.

– Абсолютно, – спокойно ответил Канквер, не сводя глаз с Сабрины, которая всё ещё строчила что-то на своём телефоне. Его голос был ровным, и ни один мускул на лице не дрогнул, словно его слова были самыми обычными в мире.

– Боже мой, – снова выдохнула Сабрина, на мгновения подняв голову, после чего снова вернулась к переписке.

Айла ощутила, как её лицо вспыхнуло. Она почувствовала себя полностью растерянной, не зная, как реагировать на это заявление. Её сердце учащённо забилось, и она пыталась осознать происходящее, но мысли путались. Она никак не ожидала, что Канквер скажет нечто подобное, и уж тем более в присутствии этих людей.

Айла считала, что будет его заложницей, возможно, любовницей, но и то эта мысль причиняла ей неприятный холод внутри. Она старалась не думать о возможных сексуальных отношениях с ним, надеясь оттянуть их как можно дальше. Но его заявление полностью переворачивало её представления о своей роли. Он не может говорить серьёзно, подумала она, глядя на его непроницаемое лицо. Как такое вообще возможно?

– Подожди, что ты имеешь в виду, Канквер? – вмешалась Алекс, нахмурив брови. – Ты хочешь сказать, что собираешься завести с Айлой отношения?

– Я собираюсь жениться на ней, – спокойно ответил Канквер, глядя на всех так, будто сказал что-то совершенно обычное и не требующее дополнительных объяснений.

Айла резко мотнула головой, её глаза расширились от ужаса. Она хотела возразить, крикнуть, что не согласна, но знала, что её мнение здесь ничего не значит. Слова Канквера висели в воздухе, словно тяжёлый груз, опускаясь на её плечи и сдавливая грудь. Она искала поддержки в лицах остальных, но наткнулась на смех Девила, который вновь расхохотался, заложив голову назад.

– Это уже слишком, – сквозь смех проговорил он, хватаясь за живот. – Канквер женится! Вот это поворот!

– Девил, прекрати, это не смешно, – строго отдёрнула его Алекс, хлопнув его по плечу. Её взгляд был направлен на Канквера, полон серьёзности и лёгкого укоризны. – Ты серьёзно? Ты понимаешь, о чём говоришь?

– Да.

Канквер даже в подтверждение кивнул, его лицо не выражало ни капли сомнения в своем решении. Айла почувствовала, как пол уходит у неё из-под ног, её голова закружилась от нахлынувших эмоций. Его заявление совершенно выбило ее из колеи.

– Если бы я не явилась на обед, то так бы и не узнала об этом, – воскликнула Сабрина, подняв глаза от телефона и пораженно глядя на Айлу и Канквера. – Такие новости! Я-то думала, ты всегда будешь предпочитать своих псов человеческому обществу.

– Я же всем в общем чате прислала приглашение на ужин, чтобы познакомиться с Айлой, – напомнила Алекс, обескураженная происходящем. – Ты как всегда, наверное, пропустила сообщение, слишком занятая поиском очередных игрушек для ваших извращений.

– Эй, не надо завидовать нашей с Хангером сексуальной жизни!

Сабрина закатила глаза, но в её улыбке мелькнуло озорство.

– Ладно, ладно, признаю. Просто не ожидала, что этот ужин будет таким насыщенным событиями, – проговорила она, явно довольная неожиданным поворотом. Затем повернулась к Айле и добавила: – Добро пожаловать в семью, дорогая. Надеюсь, ты готова к нам, сумасшедшим.

И Айла вдруг подумала, что возможно правда, не она здесь чокнутая, а они.

Айла была настолько поглощена своими мыслями, что даже не заметила взгляда, который Канквер бросил на неё. В его глазах сверкнул интерес, когда он увидел, как её пальцы судорожно сжимают ткань джинсовой юбки, а взгляд упирается в пустую тарелку перед ней. Словно она пыталась спрятаться от всех, укрыться в своей маленькой скорлупе, чтобы никто не мог достучаться до её мыслей.

Канквер поджал губы, его лицо оставалось спокойным, но внутри закипало раздражение. Ему не нравилась эта её отстранённость, словно его слова не имели никакого значения для неё. Как будто Айла была просто наблюдателем в этой ситуации, а не её участницей. Он привык, что его приказы и желания выполняются безоговорочно, и это безучастие вызывало в нём протест.

Но Канквер знал, что у него есть время. Он был уверен, что скоро Айла изменит своё отношение. В конце концов, ему всегда удавалось добиваться желаемого, поэтому он так хорошо в дрессировки собак. На девушке он решил использовать те же навыки, что и с животными.

– За это надо выпить, – предложил Девил, и моментально по его велению в столовую зашла прислуга с бокалами шампанского. – Можете также подавать обед, – добавил он, когда бокалы были расставлены.

Девил поднял бокал, явно наслаждаясь всей этой сценой.

– За Канквера и его новоиспечённую невесту! Надеюсь, твои псы не заревнуют, брат!

Айла, не поднимая глаз, сжала руки ещё сильнее. Она чувствовала на себе взгляд Канквера, и её сердце забилось ещё быстрее. Может, это всё просто сон? Какой-то жуткий кошмар, из которого она вот-вот проснётся?

Однако она не могла противится воле главы клана, поэтому взяла свой бокал в руки и потянулась, чтобы чокнуться с остальными.

– Это будет весело, – осушив бокал, добавил Девил, не отводя от них взгляда.

Глава 5
Растерянность и не принятие

Абсурд… вот чем были для меня слов Канквера о нашем браке. До сегодня мы даже никогда не встречались, а этот мужчина уже решил сделать меня своей женой! Возможно, другая бы приняла это за честь. Особенно после того, как меня ему подарили, но я не могла… Он не знал, какая я, не знал, что я вижу… Никто из них не знал. И что будет, когда они наконец узнают правду обо мне?

К счастью для Айлы после тоста Девид Майкл Собер перетянул на себя внимание, а именно потянулся вперед, чтобы ударить ладонями по столу. Тарелки и приборы громко затарахтели, а Алекс тяжело выдохнула. Словно по ее приказу рядом нарисовалась няня.

– Нина, я думаю он наелся. Переоденешь его?

– Конечно, госпожа.

Девушка потянулась чтобы забрать ребенка и то как он доверчиво перешел с рук отца в ее говорило, что такое происходило часто.

– Я скоро присоединюсь к вам, – бросила им вслед Алекс.

– Обычно ты уходишь вместе с ними, – заметила Сабрина.

– Сегодня слишком интересно за обедом, чтобы так быстро покидать вас.

– Хочешь сказать, что обычно с нами нудно? – Наигранно возмутила Сабрина.

Пока на заднем фоне происходил этот разговор, Айла молча сидела в полной растерянности, сжимая бокал недопитого шампанского. Его пузырьки камнями осели в желудке. Слова Канквера звенели в её голове, словно разбитое стекло, осколки которого невыносимо царапали сознание. Она чувствовала себя попавшей в гребанную ловушку. Это заявление перевернуло всё с ног на голову. Они ведь даже не были знакомы до сегодня.

Какой мужчина после первой же встречи заявляет, что женится?

Только ненормальный!

Айла прикусила губу, пытаясь скрыть свои эмоции. Она не могла позволить себе показать слабость, особенно сейчас, когда все взгляды были устремлены на неё. Поэтому почувствовала облегчение, когда слуги начали подавать еду.

Перед ней поставили тарелку с аппетитно пахнущей пастой карбонара, густо посыпанной сыром и украшенной веточками зелени. Она бросила беглый взгляд на тарелки других. У Алекс и Сабрины были пасты из морепродуктов, украшенные креветками и мидиями, а у мужчин, как и у неё, – карбонара. Айла нахмурилась. Они что, знают о её аллергии на морепродукты? Как они вообще могли это узнать? Айла украдкой бросила взгляд на Канквера, но, встретившись с его холодным и оценивающим взглядом, не решилась задать вопрос.

– Айла, ты какая-то молчаливая, – заметила Сабрина, играючи покручивая вилку в руках. – Расскажи что-нибудь о себе. Чем увлекаешься?

– Вот Сабрина, например, любит цепи, – пошутила Алекс.

Айла с удивление уставилась на утонченную девушку. Что это значило? У нее не было возможности подумать об этом. Под ожидающими ответа взглядами она замерла, ощущая, как паника снова поднимается в груди. Что сказать? С чего начать? Она не привыкла говорить о себе, особенно в такой напряжённой обстановке, когда казалось, что каждое её слово будет оцениваться.

– Ну, – начала она, ощущая, как горло перехватило от волнения, – я…

– В её досье указано, что она часто занимается благотворительностью, – неожиданно перебил её Девил. – Привозит еду в приюты животных и помогает с раздачей. Но помимо этого, она редко выезжала за пределы клана.

Ах, у них имелось досье на нее. В этом не было ничего удивительного, но все же она напряглась.

– Это так? – уточнил Канквер, скорее для того, чтобы услышать ее голос нежели для подтверждения.

– Да, – сорвалось с ее губ.

– Почему животные, а не люди? – пытливо поинтересовалась Сабрина.

– Они не виноваты в то, что брошены и всегда искренны в своих эмоциях, – честно выдала Айла, при этом смущенно заправило кучерявую прядь за ухо.

Это был невольный жест, на который она даже не обратила внимания, но Канквер обратил.

– Интересная точка зрения, – отметила Алекс.

– Это мило, – добавила Сабрина, заинтересованно наклонившись вперёд. – А что ещё?

– Еще, – продолжил Девил с насмешкой, игнорируя удивление Сабрины, – Айла стабильно, раз в неделю, посещает психиатра.

Айла почувствовала, как кровь приливает к лицу, щеки вспыхнули от стыда и негодования. Её рука непроизвольно сжалась на вилке, заставляя металл больно впиться в ладонь. Она не смогла встретиться ни с чьим взглядом, уставившись на свою тарелку, словно спасение могло быть только в этом простом блюде.

– Зачем? – в этом вопросе нет осуждение, только любопытство.

Девушка облизала пересохшие губы и после этого выдала заученный с детства ответ.

– ГТР.

– Что это? – нахмурилась Алекс.

– Генерализованное тревожное расстройство, – быстро расшифровала Айла.

– Да, так и указано в досье, – согласился Девил, но смотрит на нее с прищуром, словно оценивает ее на детекторе лжи.

– Достаточно, – вдруг прорычал Канквер, прерывая разговор. – Вы мешаете ей есть.

– Что? Нет, все нормально. На самом деле я не голодна, – начинала тараторить Айла под улыбками.

– Ты не ешь, – строго констатировал мужчина, смотря в ее тарелку. – Ты должна поесть.

– Я…

Айле надо было признаться, что из-за своего диагноза она не способна есть в компании чужих людей, но под его взглядом стушевалась. Особенно когда он обхватил губами свою вилку, съедая накрученную на нее пасту. Она тяжело сглотнула от вида его рта. То как он ел смахивало на кое-то порно-шоу о еде. Подобное сравнение вдруг заставило ее покраснеть, поэтому она схватила свою вилку и быстро заполнила рот едой, стараясь выбить из головы пагубные мысли.

Она ловит искорку одобрения во взгляде Канквера. И почему-то под его влиянием она не заметила, как снова потянулась вилкой за очередной порцией. Наверное бы, так и съела все, если бы Девил снова не стряхнул ее мир своими словами:

– Я дам указания подыскать тебе нового психиатра.

Вилка выпала с рук Айлы и ударилась об тарелку со звонким звуком.

– Зачем? Доктор Коллинз со мной давно. Всю мою жизнь. Мне не нужен другой врач.

Айла затараторила так неожиданно и быстро, что удивила присутствующих. Она почувствовала, как её дыхание участилось, а ладони стали влажными от страха.

– Вот ты и заговорила, – хмыкнул хозяин дома.

– Девил! – отдернула его Алекс, видя как всполошилась девушка.

Мысли Айлы метались, словно загнанные в угол зверьки. Она не могла представить себе другой жизни без доктора Коллинза. Этот человек был её опорой, единственной стабильной точкой в её хаотичном мире. Перспектива сменить врача, которому она доверяла всю свою жизнь, показалась ей невыносимой, и это вызвало у неё всплеск тревожности.

– Пожалуйста, я не хочу никого другого, – её голос дрожал, словно натянутая струна. В глазах блестели слёзы, которых она пыталась сдержать. – Мне нужен доктор Коллинз. Она знает меня лучше всех.

Девил спокойно склонил голову набок, его лицо оставалось невозмутимым.

– Доктор Коллинз – это врач, которому платит клан твоего отца, – спокойно пояснил он, его голос звучал уверенно и рассудительно, словно он объяснял очевидные вещи. – Мы не можем позволить себе оставаться зависимыми от специалистов, связанных с другими кланами. Это вопрос безопасности и контроля. Мало ли что она сможет выведать у тебя во время сеансов.

– Нет, нет, – Айла замотала головой. – Она не будет. Она четко придерживается докторской этики.

– Слишком наивное заявление, – проговорил Девил.

В порыве паники она бросила взгляд на Канквера, словно искала у него защиты, и, не задумываясь, схватила его за руку, которая лежала на столе. Её пальцы вцепились в него, как утопающий цепляется за спасательный круг. Она смотрела на мужчину с мольбой в глазах, надеясь, что он сможет исправить ситуацию.

Канквер опустил взгляд на её руку, сжимающую его. На его лице промелькнула странная смесь удивления и удовлетворения. Айла невольно продемонстрировала своё доверие к нему, хотя они едва знали друг друга. То, как она искала у него защиты, словно он был её единственное надеждой, вызывало у него чувство триумфа. Айла, возможно, не осознавала, что уже начала считать его ответственным за свою судьбу. На его лице появилась лёгкая улыбка.

– Хорошо, – сказал он мягко, не отрывая взгляда от Айлы. – Ты пойдёшь к доктору Коллинз, как обычно.

– Канквер, – голос Девила был предупреждающим, будто он не ожидал подобного поведения от него.

– Что? – Канквер пожал плечами, взглянув на Девила с выражением невинности. – Мы просто перекупим врача и переведем его в нашу клинику. Это решит все вопросы.

Девил на мгновение замолчал, оценивая слова Канквера. Затем его губы тронула лёгкая улыбка.

– Довольно хитро, – пробормотал он, словно признал в этом решение, которое ему не пришло в голову.

Айла чуть не сползла со стула от облегчения. Она всё ещё держала руку Канквера, и её хватка начала ослабевать, но неожиданно он провернул руку и переплел их пальцы.

– Я выполнил твою просьбу достаточно быстро, – констатировал он.

– Да-а, – протянула Айла, еще не улавливая подвоха.

Зато Девил, Алекс и Сабрина насторожились моментально. Они с предвкушением ожидали, что потребует Канквер взамен.

– Теперь ты должна выполнить мою.

– Какую? – с опаской уточнила девушка.

– Ты будешь кормить моих собак вместе со мной, – заявил Канквер, его голос прозвучал твёрдо и обязывающе, словно он предлагал сделку, от которой невозможно отказаться.

Айла тут же начала отрицательно махать головой, как ребёнок, отказывающийся есть невкусные овощи.

– Нет, нет, я не могу, – её голос дрожал, и она попыталась выдернуть руку из его хватки, но Канквер держал её крепко, словно закованной в железо.

– Ты ведь ездишь в приют и кормишь там собак, значит, ты их не боишься, – напомнил он, слегка сжимая её руку, чтобы подчеркнуть свои слова. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась стальная уверенность, с которой Айла понимала спорить бесполезно.

– Эти собаки другие, – взмолилась девушка, её глаза расширились от испуга. – Они… они не такие, как твои. Те дружелюбные, а твои натренированы, как машины смерти. Я видела, как они тебя слушают. Они могут напасть на меня в любой момент.

Канквер приподнял одну бровь, и его губы растянулись в легкой улыбке.

– Тем не менее, сегодня ты уже протянула руку одному из них, – заметил он, и в его голосе слышалась нотка удовлетворения, как у человека, нашедшего слабое место в чужих доводах.

Айла замерла.

– Я бы сказал, что это было глупо, – продолжил Канквер.

– Ты прав это было глупо, – быстро согласилась Айла, – поэтому я не хочу приближаться к твоим псам.

– Поздно. Отныне ты моя, и они должны привыкнуть к тебе, – Канквер сказал это с такой непреклонной решимостью, что у Айлы не осталось и тени сомнения в его словах.

Ее сердце бешено заколотилось в грудях. Она понимала, что спорить бессмысленно. Взгляд Канквера говорил о том, что отказа невозможен. Слова застряли в её горле, не находя выхода. Она попыталась вдохнуть глубже, чтобы хоть немного унять охватившую её панику.

– Я не смогу… – прошептала она, её голос был едва слышен, как лёгкий шёпот.

Канквер мягко сжал её руку, которую все так же продолжал удерживать с момента как она вцепилась в него. Его пальцы были тёплыми и крепкими.

– Не бойся, – его голос был почти успокаивающим. – Они не причинят тебе вреда. Я берегу то, что принадлежит мне.

Она опустила взгляд, пытаясь спрятать свои эмоции, но ощущение страха всё ещё пульсировало в её груди.

– Знаешь, я тоже через это прошла, – раздался голос Алекс, прерывая напряжённую тишину. Она смотрела на Айлу с доброй улыбкой, как на испуганного ребёнка. – В своё время Девил заставил меня кормить этих псов. Я боялась не меньше твоего, но теперь они – моя семья. Особенно Шакс. Собаки чувствуют, когда ты искренен, и они примут тебя, если увидят, что ты рядом с Канквером.

Айла подняла взгляд на Алекс, удивленная ее рассказом. Девушка все еще не могла понять, как хозяйка дома ставится к ней. Но Айла оценила ее поддержку в эту минуту.

– Хм, – Девил неожиданно прервал молчание, его глаза сверкнули интересом. – Теперь я вижу, что твои слова о браке не были пустыми. Ты действительно намерен связать себя с ней, если собираешься подпустить Айлу к своим питомцам. Ведь всем известно, что ты не позволяешь чужакам находиться рядом с ними.

Канквер бросил взгляд на Девила, но не стал ничего говорить, его молчание говорило само за себя. Он лишь слегка сжал руку Айлы, как бы подтверждая правоту Девила. Айла почувствовала, как её дыхание сбилось, когда она осознала всю серьёзность ситуации.

Канквер не шутил.

Он был настроен на этот союз и сделал свой первый шаг.

– У тебя всё получится, – мягко сказала Алекс, глядя на Айлу с ободрение.

Оставалось только поверить ей на слово.

– Алекс, я думаю, что перееду на время жить к вам, – вдруг провозгласила Сабрина. – Это так забавно.

– Я сомневаюсь, что Хангер тебе позволить, – рыкнул Канквер.

– У меня есть свои способы воздействия, – подмигнула девушка.

– Он просто переедет вместе с ней. В их комнату, – буркнула Алекс.

Айла было так непривычно слышать, как они подшучивают друг над другом и кидают колкости. Как настоящая семья. Внутри нее все сжалось. Она чувствовала себя среди них не к месту, чужой. Ей вдруг захотелось сбежать.

– Я наелась. Могу теперь вернуться в свою комнату?

На ее удивление, Девил и Алекс посмотрели на Канквера. Это подтверждало слова Алекс о том, что именно он будет решать, что делать с ней.

– Я отведу тебя.

– Что?

– Ты еще не изучила дом, поэтому я проведу, – пояснил он, а затем поднял со стула. – Пойдем.

Айла с ужасом уставилась на его протянутую руку. Его ладонь казалась огромной и сильной, смуглой, покрытой мелкими шрамами. Эта же рука могла с лёгкостью сжимать металлические цепи, что удерживали его мощных псов, или умело орудовать пистолетом, хладнокровно наводя его на цель. Теперь эта же рука протягивалась к ней, предлагала поддержку, хотя Айла не могла избавиться от ощущения, что это ловушка.

Её комната казалась единственным местом, где она могла спрятаться от чуждых взглядов и неприятных разговоров, где могла почувствовать себя в безопасности. Но идти туда вместе с Канквером означало остаться с ним наедине.

– Пойдем, – повторил Канквер мягче, как к зверьку, которого собрался приручать.

Айла всё ещё колебалась, взгляд её метался от его руки к лицам Девила и Алекс. Но они лишь молча наблюдали за происходящим. Ее отдали Всаднику Завоевателю и никто не спасет ее от него.

Ей не оставалось ничего другого, кроме как протянуть свою дрожащую руку и вложить её в его ладонь. Тепло его кожи обожгло её пальцы, и Айла вздрогнула, но не стала отнимать руку. Канквер мягко, но уверенно сжал её пальцы. Он удерживал ее, словно боялся, что она попытается вырваться и сбежать.

– Не бойся, принцесса, – тихо сказал он, наклоняясь ближе, так что она могла почувствовать его горячее дыхание у себя на щеке. – Я не кусаюсь.

Глава 6
Ты в моем личном пространстве

Не знаю, чего я ждала от разговора с этим мужчиной, но только не этого. Не таких приказов. Не такой власти и давления. Своим неполноценным разумом я понимала, что принадлежу ему, но все во мне сопротивлялось его диктатуре. Он был лишком властный, доминантный, пугающий. Настоящий альфа самец. Только такой и мог спокойно дрессировать своих собак, но я не была его питомцем. По крайней мере, я так считала.

Канквер вел ее в комнату в полной тишине. И это еще больше нервировало. Вызывало давящее чувство неловкости. Айла опустила голову, немного отстав, следуя за ним словно тень. От её осторожности Канквер недовольно поджал губы. Мужские, широкие плечи напряженно двигались, словно бы каждое движение отдавалось сдерживаемой силой. Его шаги были тяжёлыми, уверенными, а она едва поспевала за ним, стараясь не отставать. Она чувствовала, как его раздражение нарастает с каждым её шагом, и от этого становилось не по себе.

Все так же молча Канквер довел её до двери комнаты. Он остановился перед дверью, и, повернув ручку, открыл её. Айла поспешно проскользнула внутрь, надеясь, что теперь он уйдёт и она сможет выдохнуть.

– Спасибо, что проводил, – быстро сказала она, стараясь не смотреть ему в глаза. – Я… я скоро выучу дорогу и…

Ее слова резко оборвались, когда Канквер сделал шаг вперёд, переступая порог комнаты.

– Что ты…

Ей хватило смелости чтобы спросить. Она предполагала, что Канквер проводить ее и уйдет, а вместо этого ей пришлось рефлекторно отступить назад, чтобы предоставить ему место. В комнате резко стало тесно. Его присутствие казалось всепоглощающим, заполняя все пространство, вытесняя воздух и лишая её возможности нормально дышать.

Он захлопнул дверь за собой, и звук щелчка замка раздался как выстрел. Айла зажмурилась, словно этот звук обжёг её. Внутри что-то оборвалось, как натянутая струна, и ей пришлось сделать глубокий вдох, чтобы взять себя в руки.

Теперь они были наедине. Никаких свидетелей, только она и он. Тишина стала ещё гуще, почти ощутимой. Айла стояла на месте, не зная, что делать дальше. Ей хотелось спрятаться, исчезнуть, стать невидимой, чтобы не чувствовать его напряженного взгляда, который, казалось, прожигал её насквозь.

Канквер стоял прямо перед ней, заполнив собой всё пространство. От него веяло чем-то тёмным и опасным, как от хищника, готового в любой момент броситься на свою добычу. Его присутствие было слишком реальным, слишком близким, и это пугало её до дрожи.

– Мне не нравится эта блузка. Юбка тоже не годится.

– Что? – Айла опешила, не веря своим ушам.

Слова Канквера прозвучали так неожиданно, что она на мгновение утратила дар речи. Сделав шаг назад, она старалась сохранить хотя бы какое-то расстояние между ними. Бросив взгляд за спину, она поняла, что там находится дамский столик, поэтому особо отступать было некуда.

Его слова показались ей настолько абсурдными, что она невольно выдохнула:

– Ты серьёзно?

Канквер лишь кивнул, как будто её реакция была ожидаемой и вполне нормальной. В его глазах читалась та же уверенность, что и всегда, и это выводило Айлу из себя. Она нервно сжала кулаки, не зная, как ответить на его требование. Как будто не было достаточно того, что он вторгся в её личное пространство, теперь он ещё собирается диктовать, что ей носить?

Ее только что выгнали из собственного дома и оставили в чужом как подарок, так кроме этого она попала в руки какому-то тирану?

– К вечеру переоденься, – спокойно произнёс он, словно не замечая её возмущения. – Надеюсь у тебя есть что-то другое.

На эти слова Айла не смогла сдержать вспышки гнева. Она неожиданно для самой себя разозлилась, сложила руки на груди и вздёрнула подбородок.

– Что именно?

– Например платье, в котором ты приехала.

– Этот откровенный шлак. Ты хочешь, чтобы я выглядела как шлюха?

Её вопрос повис в воздухе, а сердце забилось быстрее, как будто предупреждая её о возможных последствиях.

– Ты не шлюха, пока не ведешь себя соответственно, – хмыкнул он. – Или твой отец чего-то о тебе не знал, принцесса?

Айла едва не задохнулась от возмущения, слова застряли у нее в горле. Гнев бурлил внутри, горячей волной поднимаясь к щекам. Она чувствовала, как её тело напрягается, как сердце колотится в груди, будто готово выпрыгнуть наружу.

– Да как ты смеешь! – её голос сорвался на крик. – Это он натянул на меня то платье, чтобы продемонстрировать товар! – Слова, такие тяжелые, словно камни, вылетели из её рта. Слишком поздно она поняла, что проговорилась. Слова, которые не должны были быть произнесены.

Канквер не отреагировал на её вспышку гнева. Он стоял перед ней спокойный, уверенный, будто её слова нисколько его не касались. Да и почему его должно было волновать, как к ней относился родной отец? Однако на секунду ей показалось что в его холодных глазах промелькнула ярость. Но она так быстро исчезла, так что девушка не была уверена, что она не плод ее фантазии.

– Тебе не помешает одеваться более женственно, – сказал он ровным голосом, как будто говорил о чем-то обыденном, как о погоде или времени дня. – А не закрываться от мира, как напуганный зверёк. – С этими словами он сделал шаг вперёд, словно хищник, загоняющий свою жертву в угол.

– Ты знаешь, принцесса, что случается с этими зверьками?

Айла почувствовала, как её тело инстинктивно отступает, пока она не уперлась попой в край столика. Столик холодно надавил ей в поясницу, не давая возможности уйти дальше. Она сжала его край руками, пытаясь найти хоть какую-то опору. Её дыхание участилось, и она ощутила, как ладони начинают потеть. В горле пересохло.

Он выдержал паузу, прожигая ее взглядом.

– Их съедают более сильные звери.

Она не знала, что ему сказать на это в ответ. Слова отказывались вырваться наружу.

– И помада, – неожиданно добавил Канквер, немного разряжая пугающую обстановку.

Вот только то как его голос опустился на тон ниже, стал хрипловатым, почти интимным, тоже не предвещало ничего хорошего. Он подошел совсем близко, настолько, что Айла чувствовала его дыхание на своей коже, едва уловимый аромат мужского одеколона. Древесная горечь, цитрус и едва заметные ноты табака.

Он курил? Когда? Возможно до обеда.

Мысли об этом испарились, когда его рука поднялась к ее лицу. Подушечка большого пальца коснулась её нижней губы. Это прикосновение было лёгким, едва заметным, но от него по всему телу прошла дрожь. Большой палец чуть надавил, оттягивая её губу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.