Елена Шевцова
Космические пираты, или Счастье меня нашло

ГЛАВА 1

[Марс. Таония. Екатерина Звонарёва.]

– Катенька, ты великолепно выглядишь, – растянув губы в приветственной улыбке, произнесла Тамара Василькова.

Она подошла ко мне ближе и остановилась рядом. Честно говоря, я была ей очень благодарна в этот момент. Пусть даже такая, но это была поддержка.

– Лазурный тебе изумительно идёт! Особенно оттеняет твои небесно-голубые глаза, а фигурка какая… Блеск! Жаль, что тебя практически не увидишь в таком виде. Вечно бегаешь в широких джинсах и футболке, которая на пару размеров больше, чем тебе нужно. А ведь ты директор креативного отдела в фирме Петра и Олега. Ай-ай-ай! Как нехорошо скрывать такую красоту! Если бы раньше так одевалась, уже бы замужем была, – поцокала языком Тамара и неодобрительно покачала головой. – Болван Пётр, что прятал такую красоту. Ну же, девочка, – вздохнула Тома и уже серьёзно произнесла. – Выпрямись, улыбнись! Никто не должен понимать, что тебе страшно! Выглядишь, как загнанный заяц!

– Так заяц и есть, глупо отрицать правду, – пожала я плечами, но выпрямилась и попыталась нацепить на лицо светскую маску, пряча под ней растерянность и страх.

– Будешь выглядеть как заяц, найдётся хищник, который захочет сожрать! – покачала головой Тамара. – С пираньями жить – пираньей быть!

– А если зубов нет? – с иронией спросила я и бросила тоскливый взгляд на женщину.

– Отрасти, – пожала она плечами. – Не можешь отрастить сама – заведи защитника с острыми когтями и зубами. Пусть он рвёт тех, кто покусится на твою милую шкурку. С твоей фигуркой и внешностью, Катенька, это несложно, – я скривилась и закатила глаза, а Тома рассмеялась. – Я не о любовнике говорю, а о защитнике, хотя одно другое не исключает. Ты, девочка, пушистая и хрупкая, сможешь легко привлечь мальчика, у которого не будет на тебя планов, кроме как "любить и защищать".

– И где такого мальчика найти? – поёжившись, спросила я.

– Явно не здесь, – согласилась Тамара, окидывая большой праздничный зал задумчивым взглядом. Потом развернулась ко мне и, наклонив голову на бок, спросила: – Ты не ответила на вопрос. Так почему директор креативного отдела не соблюдал дресс-код? В вечернее платье там, конечно, не оденешься, но что-то приталенное, светленькое…

– Да, директор, только в этом отделе аж одна штатная единица – моя, – с иронией в голосе произнесла я, поправляя платье на плечах. Потом, вздохнув, улыбнулась Тамаре. – Что до приталенного… Зачем мне эти проблемы? Отец приставил охрану, и всех нормальных парней от меня просто…

– Нормального бы охрана просто так с дороги не убрала, – рассмеялась Тамара. – Да и не мальчик тебе нужен, а зрелый мужчина с твоими-то проблемами. Ладно, поняла я твою философию, но Петра нет, а Олег тебе теперь свободно дышать не даст, особенно после того, что сейчас увидит. Кстати, где сам виновник торжества? – она снова оглядела многочисленных гостей и скривилась. Мы стояли достаточно далеко от основной массы народа, так что могли позволить себе немного расслабиться и быть естественными.

– Понятия не имею, я уже двадцать минут тут стены подпираю.

– Вот, а должна блистать! – фыркнула Тома.

– Не моё это! – покачала я головой. – Вы, Тамара Игоревна, сегодня тоже, кстати, выглядите шикарно. Видеть вас не в деловом костюме непривычно, и колье вам изумительно идёт. Я рада, что вы прислушались ко мне.

– А как иначе, – рассмеялась Тамара. – Не могла же я явиться на званый вечер в честь презентации новой коллекции драгоценностей “Илории” в украшениях не от вашей фирмы и в брючном костюме? Мне по статусу не положено, да и сама я даже не пиранья, а акула. Могу при необходимости хребет перекусить, но этикет и хороший тон соблюсти необходимо, – Тамара провела пальцами по крупному жёлтому алмазу, который находился в самом центре колье и был гвоздём композиции. Усмехнувшись, она задумчиво смерила меня взглядом и произнесла: – Знаешь, никогда не любила жёлтый цвет, но… не жалею, что прислушалась к тебе. Когда надеваю украшения, которые ты создала для меня… у меня, словно всё внутри закипает, дышать легче становится, и… столько удачных контрактов. Как ты это делаешь, Катя?

– Дело не в цвете, точнее, не совсем в нём. Просто жёлтые алмазы и гелиодоры вам идеально подходят, хотя и не все, – пожала я плечами и неосознанно одёрнула юбку платья. Спереди оно было очень коротким с откровенным декольте, а сзади – длинным и с открытой спиной.

Мне было не по себе от этого вечера, от гостей и множества липких любопытных глаз, которые жадно блуждали по моему телу. Словно я не человек, а вещь. Я не привыкла к такому, всегда старалась быть в тени и не привлекать к себе лишнего внимания. Отец не требовал от меня публичности, прекрасно зная, что я боюсь таких скоплений людей. Это что-то на инстинктивном уровне. Но то был отец… а вот Олег Ерморский, компаньон отца и его старый друг, потребовал моего стопроцентного присутствия на этом званом вечере. Именно его имиджмейкер подобрал мне платье и туфли, сделал причёску и лёгкий макияж. Единственное, что я отвоевала, это выбор украшений. Я ограничилась небольшими серёжками с сапфирами лазурного цвета, которые сама и создала. Эти сапфиры идеально гармонировали с моей энергетикой и сейчас немного успокаивали.

– А агаты, изумруды? – вздёрнув бровь, спросила Тамара и, подхватив бокал коктейля с подноса мимо проходящего официанта, сунула его мне в руки, чтобы я бесконечно не одёргивала платье, а чем-то заняла свои руки.

– Эти камни вам не подходят, а, вообще, нужно смотреть всё индивидуально, – вздохнула я и сделала пару глотков коктейля.

– Как ты это делаешь? Честно… я не верила Петру, когда он рассказывал о твоих талантах. Ведь дело не только в красивом дизайне, тут что-то ещё… Что-то иное! Думаю, твой отец и сам не понимал, какая у него талантливая дочь. Бриллиант, но без оправы…

– Вы ещё меня ведьмой назовите, – поперхнувшись, произнесла я и отставила бокал на столик, возле которого стояли мы с Тамарой.

– Ну не в нашем веке говорить о таких глупостях и предубеждениях, – рассмеялась Тамара. – Тем более мне, живущей на Марсе в огромном мегаполисе под куполом. А ведь были времена, когда человеческая раса о таком только мечтала. А сейчас… А сейчас Земная Федерация главенствует в Содружестве Млечного Пути, и мы заключаем договора о сотрудничестве с алтийцами. Новый рынок… – прошептала она сама себе и, усмехнувшись, посмотрела на меня. – Так всё же, Катя, как? В магию я не верю…

– У меня нет ответа на этот вопрос, – пожала я плечами. – Это как озарение: просто знаю или чувствую. Клиенту остаётся либо довериться моему выбору, либо остаться при своём мнении.

– Да уж, – вздохнула Тамара, пробежала взглядом по танцующим парам, а потом снова посмотрела на меня. – Совсем неуютно?

– Как-то непривычно, – я опять пожала плечами. – И, если честно, не совсем понимаю, зачем я здесь, ещё и в таком виде.

– Ну это-то как раз понятно, – качнула головой Тамара. – Олег нервничает и не хочет, чтобы фирма просела в рейтингах и потеряла потенциальных клиентов. С исчезновением твоего отца всё легло на его плечи, а ты – единственная наследница Павла, ещё и директор креативного отдела. Пусть у тебя и немного клиентов, зато какие… Мало ли какие мысли роятся в молодой голове, а Ерморский привык всё держать под контролем. Да и ты, конфетка, можешь стать лицом фирмы. Ерморский сейчас делает то, что по тем или иным причинам не делал твой отец, но делает это очень грубо и в своей манере.

– Не понимаю, – нахмурившись, произнесла я. – Лицо фирмы Наталья и…

– Катя, светлая наивность… – рассмеялась Тамара. – Пойми, Олег хочет держать ситуацию под контролем. Может, он уже и жениха тебе присмотрел. Если бы не был женат сам… Ладно, – махнула она рукой. – Лирика всё это. О Петре так и нет никакой информации?

– Словно просто взял и исчез, как будто под землю провалился. Все вещи остались в номере, машина тоже на месте, камеры ничего не зафиксировали, но… Так ведь не бывает? Прошло полгода, а тело не нашли. Убегать отцу не было от кого, да и куда? И зачем? У него всё было в рамках закона, дела шли вверх… идут… – вздохнула я. – Ни оползней, ни обвалов там не было… на горнолыжном курорте, где он отдыхал с… – я осеклась и скривилась.

На курорте отец отдыхал не один, а с новой любовницей, которая была на два года младше меня. Мне только два месяца назад исполнилось двадцать два года.

Похождения отца меня не задевали. У нас с ним были сложные отношения: у него никогда не было времени на меня, а я внешне очень походила на мать, что в его глазах не добавляло мне баллов. Прошлое он хотел забыть, как страшный сон: там было холодно, голодно, а ещё была неизлечимая болезнь любимой супруги.

Мать покинула нас, когда мне исполнилось пять лет. Я смутно помню то время и её тоже. Только очертания фигуры, отдельные фразы… Всё, что мне от неё осталось, это фотографии и внешность. После её смерти отец с головой ушёл в работу, и успех не заставил себя долго ждать. У меня появились дорогие игрушки, платья, а ещё няньки и частные учителя, но не любовь отца. У него никогда не находилось времени на меня. С моими детскими фобиями работали психологи, но они не преуспели. Точнее, в каком-то смысле преуспели: страх одиночества исчез, зато появилась неприязнь к шумным мероприятиям и далее по списку… Фобий или страхов было много, но я предпочитала их не озвучивать и бороться с ними самостоятельно.

Последние три года отец как с цепи сорвался: был грубым и менял любовниц как перчатки, каждая новая была моложе предыдущей. Правда, в этот же период “папочка” вспомнил о моём существовании и, по-моему, даже задумывался о том, чтобы выдать меня замуж, ведь наследников мужского пола у него не было. Я – единственный его ребёнок. Он, может, и хотел обзавестись сыном, да вот только не выходило у него ничего, а врачи разводили руками.

Пришлось мне с ним договариваться. Я поступила и в ускоренном темпе окончила Академию ювелирного искусства и технологий, где изучала основы дизайна, создание эскизов и моделей. Потом для меня в фирме создали должность директора креативного отдела. На сегодняшний день я единственный человек в этом отделе, но у меня есть ряд постоянных клиентов, и Тамара как раз была в их числе.

В общем, с отцом у меня были свои договорённости: я работаю эксклюзивным дизайнером для особых клиентов, а он даёт мне возможность жить так, как хочется мне, правда, до поры до времени, а точнее, до достижения мной двадцати семи лет. Этот возраст был граничным в понимании отца для заключения мной брака. Причём брака с "правильным" человеком! Мужа он бы подбирал мне самостоятельно. Если бы я не согласилась выйти замуж, отец не пожалел бы родную кровиночку. Во-первых, вышвырнул бы меня на улицу как бездомного котёнка, перекрыв доступ к счетам. Во-вторых, на этом бы не остановился. Он бы сделал всё, чтобы я сама к нему приползла и попросила о милости.

Именно поэтому я тайком, кроме Академии ювелирного искусства, ещё экстерном закончила Международный университет космических технологий и лингвистики.

Когда я вспоминаю, как поступала в университет, мне становится немного не по себе. К счастью, я хорошо знала город и мне удалось ускользнуть от охраны. Благодаря высоким баллам меня зачислили на экстернатуру с минимальной оплатой. Однако, чтобы оплатить обучение, мне пришлось сдать в ломбард некоторые свои украшения, о которых отец уже не помнил, так как я не могла использовать свои счета. Я выбрала экстернатуру именно потому, что могла самостоятельно осваивать образовательную программу дома.

Я тайно училась на факультете электроники и систем управления малыми шаттлами. Почему тайком? Отец был бы против, и мне пришлось изрядно ухитряться, чтобы совмещать академию и университет, а также незаметно убегать от охраны на закрытие семестров и сдачу экзаменов.

Где мне нравилось больше? Работа дизайнера мне нравилась, но заниматься электроникой было ещё интереснее. Управление малыми шаттлами казалось очень перспективным делом. Правда, управляла я ими в реальности всего десять раз, но экзамены сдала.

Ещё в мои дисциплины входили усиленные курсы по нескольким самым распространённым языкам Земной Федерации, включая три межгалактических диалекта и, естественно, всеобщий. Плюс базовые медицинские навыки, такие как наложение повязок, зашивание неглубоких ран, оказание первой помощи.

Да, я хотела сбежать!

Полгода назад мой отец, Пётр Звонарёв, исчез при странных обстоятельствах на горнолыжном курорте. Он просто пропал вместе со своей любовницей из собственного номера. Тело его до сих пор не нашли. Даже если предположить, что они с Настей умудрились покинуть гостиницу, минуя все камеры наблюдения, оползней и лавин там не было. Все трассы проложены и хорошо охраняются. Отец не был рисковым человеком и не полез бы туда, где могла грозить опасность. Адреналина ему хватало в обычной жизни. Ещё полгода он будет числиться без вести пропавшим, а дальше… Дальше мне придётся вступать в права наследницы и думать, как жить.

Хочу ли я этого? Нет, не хочу, мне страшно! Я чувствую, знаю, что дядя Олег установил за мной слежку. Просто так не сбегу, да и… Сейчас мои финансы контролируют ещё жёстче, чем при отце. Даже билет на корабль купить не смогу. Точнее смогу, но сесть на него не успею, снимут с рейса, а устроиться на работу… раскрывать карты о том, что у меня есть другая специальность, раньше времени не хотелось. Поговорить с Ерморским не получалось. Во-первых, я его боялась, а во-вторых, не доверяла. Сказать не значит сделать…

Скучаю ли я по отцу, переживаю ли из-за него? Да, переживаю, но в глубине души не верю, что он найдётся. Не верю, но очень этого хочу! Как говорится, всё познаётся в сравнении. Я любила отца, любила несмотря ни на что. И если честно… Ну, сбегу я, а смогу ли я в реальности выжить? Тамара права, я комнатный цветочек, воробушек, которого держали много лет в золотой клетке. Побег кажется романтичным и простым, но даже я понимаю, что реальность намного сложнее.

– Да не заикайся ты, – фыркнула Тамара. – Знаю я, что он там не один был, и новая его девушка тоже исчезла. Мы с Петром были любовниками, но так… ничего серьёзного. Просто иногда проводили приятно совместно время. Не верю я, что его найдут, – вздохнула Тамара и опять устремила взгляд в зал. – Ты уж извини, Катя, но говорю, как есть. Кому мешал – не знаю. Подумала бы на Олега, но… Во-первых, у него железное алиби, а во-вторых, у них с Петром там такие сложные договора подписаны, что вот такое исчезновение одного из совладельцев фирмы – это целый геморрой. Олег сволочь, но не мазохист.

– Мне хочется, чтобы отец нашёлся, но… с каждым днём я всё меньше в это верю, – прошептала я, обхватив себя нервно ладонями за предплечья.

Слёз не было, всё давно выплакано, да и, собственно, я научилась не проявлять эмоций. Истерика, конечно, где-то бродит рядом, но мне сейчас совершенно не до неё.

– Понимаю, – кивнула Тамара. – Пётр, конечно, ещё тот засранец, но у тебя кроме него никого и нет… не было, а взрослая жизнь всегда страшит. Я задумываюсь о том, чтобы открыть небольшую ювелирную фирму. Пока это не сформировавшиеся мысли, но… В общем, если что, всегда тебе рада, пригрею, вплоть до того, что станешь моим эксклюзивным личным дизайнером. Ты не спеши отказываться, – женщина бросила на меня уставший взгляд. – Подумай, в жизни всякое бывает, а предлагаю я искренне. Кому другому не предложила бы, а тебе… Странно, мы знакомы уже два года, а ты мне как родной человек. К тому же, у тебя интересные идеи как у дизайнера.

Я бросила удивлённый взгляд на Тамару. Да, она одна из бывших любовниц отца, а ещё эта сорокалетняя шикарная женщина была владелицей самого богатого и перспективного месторождения изумрудов, аквамаринов и гелиодоров на Марсе. Жаль, что отец променял её на более молоденькую девушку. Вот от такой мачехи я бы не отказалась, и собственных детей у неё не было. Эгоистично? Может быть, но кто из нас не эгоист? Из всех пассий отца Тамара, пожалуй, была самой вменяемой, да и действительно не строила она на отца серьёзных планов. Так… лёгкое увлечение для разнообразия. Слишком самодостаточная, уверенная в себе и независимая особа. Высокая, стройная брюнетка. Сейчас её волосы уложены в сложную элегантную причёску, тело облегает вечернее платье из дорогой ткани янтарного цвета. На ногах туфли на высоком каблуке в тон платью, а на шее изысканное колье из крупного жёлтого алмаза и гелиодоров, обрамляющих алмаз как лепестки цветка. Гелиодоры ложились в два ряда в форме капелек, и всё это в золотой оправе. Моя работа… Камни ей действительно очень подходили. Они стабилизировали её энергетическую структуру и даже усиливали её.

Я… я не вижу энергию буквально, но чувствую её! А что такое энергия? Это информация! Своего дара я и сама толком объяснить не могу, но он есть. Достался ли он мне от матери или нет – без понятия, у отца его точно не было. Может ли такое появляться спонтанно? Тоже не знаю.

Ещё в детстве я начала замечать и чувствовать, что одни вещи несут в себе что-то положительное, а другие – отрицательное. Это "что-то" невидимое, но ощутимое. Например, если отец надевал часы с позолотой, день у него проходил крайне плохо, а если с серебряной оправой, то успех буквально лип к нему, и домой он возвращался в хорошем настроении. Я иногда тайком прятала от него вещи, которые могли плохо на него повлиять, и никогда не ошибалась.

Как ещё проявлялся мой дар? Например, я точно знала, что в чайнике, стиральной машине или телевизоре что-то идёт не так, и прибор вскоре сгорит или его программа даст сбой. Всё это воспринималось как интуитивное ощущение или восприятие некой информации. Смутное… тут не нужно было анализировать, а просто поверить и воспринять.

Я чувствовала энергетические поля вокруг людей и объектов, ощущала возмущения в этих полях и то, что влияло на них в той или иной степени. Например, определённый камень или металл вибрирует на определённой частоте и имеет собственное энергетическое поле. Именно поэтому один камень будет лучше гармонировать с энергетическим полем клиента, а другой – наоборот.

Этот дар, кстати, помогал мне и с учёбой в университете. Я просто знала, есть ли в электронике шаттла сбой, который нужно исправлять, или нет. А найти проблему – это уже дело техники. Теория у меня отскакивала от зубов, благо память отличная.

Тамара тоже заметила, что с украшениями, созданными индивидуально под заказчика, не всё так просто. Отец это тоже понимал, но не пытался разобраться в деталях. Его интересовал только результат и наличие очень богатых, но довольных клиентов. Он пытался пару раз давать подобные заказы другим дизайнерам, но результат был не тот.

Я создавала уникальные украшения, которые гармонировали с энергетическим полем клиента, подчёркивая его индивидуальность и усиливая положительные вибрации и качества энергий. Что тут сложного? Ты просто раскладываешь перед клиентом материалы и сразу определяешь, какие камни лучше всего подходят для конкретного человека, усиливают его энергетическое поле. Потом остаётся убедить клиента, что украшение из определённых материалов будет подходить ему наилучшим образом, и для этого не нужно объяснять почему. Тамара оказалась дотошной и внимательной, а другие… им нравились камни и сам дизайн. Думаю, многие из них и не поняли, почему, например, улучшилось настроение.

Мои украшения были не просто красивыми, они помогали владельцу чувствовать себя более сбалансированным и гармоничным. Когда человек находится на пике такого состояния "счастья", у него и здоровье улучшается, и положительное привлекает положительное! Вот тебе и удача, и выгодные контракты, о которых упоминала Тамара. Эх, знал бы мой куратор в университете, как именно я так быстро находила сбои и неисправности в модулях шаттлов.

– Спасибо, Тамара…

– Только давай без отчества, – скривилась молодая женщина и бросила на меня хмурый взгляд. – Чувствую себя рядом с тобой старой! И поверь, это неприятно.

– Мне неудобно…

– Неудобно спать на потолке, одеяло падает, – фыркнула Тамара. – Ты мне не чужая, Катя. Береги себя и подумай о том, что я тебе говорю. Наследство ты, конечно, можешь через полгода принять и примешь, но… Девочка моя, ты же как ромашечка. Вся белая, пушистая, ранимая и хрупкая. Нет в тебе тех качеств, которые позволят выжить в этом бизнесе, затопчут! А Олег… как дизайнер ты ему интересна, как замена Петру – нет, но и отпустить он тебя не может. Думаю, Пётр что-то намудрил в контрактах и с тобой на случай своего исчезновения. Что-что, а юридически твой отец был хорошо подкован. А вот и он, змей-искуситель, выполз, да не один… – хмыкнула Тамара и, растянув губы в приветственной улыбке, отсалютовала ему бокалом с коктейлем.

Я проследила за её взглядом и нахмурилась. Действительно, Олег в сопровождении молодого, незнакомого мне мужчины направлялся прямо в нашу с Тамарой сторону.

– С кем это дядя Олег? – задумчиво произнесла я.

Я не знала этого мужчину. Он был высоким, с коротко подстриженными чёрными волосами. На нём был тёмно-серый костюм, а на рубашке – запонки с агатом. Почему-то на душе стало беспокойно и нехорошо. В этот момент Тамара чуть не подавилась, отвлекая меня от моих мыслей и ощущений.

– Дядя… – откашлявшись, произнесла она и бросила на меня весёлый взгляд. – Ты только Олегу этого не говори! Не дави на его “тонкую” душевную организацию.

– Почему вы его со змеем сравнили? – бросила я взгляд на Тамару.

– Потому что твой отец просто был симпатичным засранцем, но прямым как палка… – Тома вздохнула. – А Олег… Олег – порочный ангел во всех смыслах этого слова. Будь с ним аккуратна. Если предложит бизнес отца перекупить, лучше соглашайся. Деньги тебе лишними не будут, но он вряд ли предложит такое…

Договорить Тамара не успела, резко замолчала и стряхнула с моего плеча невидимую пылинку. Вовремя она замолчала!

– Катя, Тамара, – раздался совсем рядом голос Олега, заставив меня вздрогнуть и поднять глаза. Я столкнулась с его холодным и острым взглядом карих глаз. Он оценил мой внешний вид, расплылся в довольной улыбке и одобрительно кивнул мне, положив ладонь на поясницу брюнетки. – Рад, Томочка, что ты нашла время и посетила званый вечер, ещё и в таком красивом колье. Работа Катерины?

– Ай-ай-ай, Олег, – усмехнулась Тамара, не убирая его руки со своей поясницы. Она кокетничала, приняв правила игры, а я, наблюдая за этим, понимала, что действительно не выживу в этом обществе. Желание сбежать становилось всё сильнее и отчётливее. Оставалось только дождаться, какой страх победит: страх неизвестности или страх реальности. – Ты ведь видел эскизы и даже утверждал закупку камней! А делаешь такое удивлённое лицо…

– Вот я и думаю, почему ты не согласилась продать нам последнюю партию изумрудов? – приподняв одну бровь, иронично произнёс мужчина и плавно обхватил Тамару рукой за талию, прижимая к себе.

– Потому что Врунсы предложили мне более выгодный контракт с долгоиграющей перспективой, – хмыкнула Тамара, спокойно освобождаясь от рук мужчины и вручая ему пустой бокал.

– Бизнес и ничего более? – хмыкнул он и поманил к себе пальцами официанта с подносом.

– Предложи мне условия лучше, Олег, тогда будет разговор, – пожала она плечами, и сама взяла бокал с коктейлем у подошедшего к нам официанта, а Олегу ничего не оставалось, как просто поставить на поднос пустой бокал.

– Злая ты, Томочка…

– Злая, расчётливая и, вообще, я стерва, – рассмеялась Тамара. – Да и для тебя это не новость. Олег, я же не прошу у вас скидок, когда делаю заказ персонально для себя в вашей фирме. И заметь, камней своих не предлагаю за работу. Кто этот молодой человек, которого ты не потрудился представить?

– Виктор Роунс, мой племянник, – усмехнулся Олег.

– Приятно познакомиться, – произнёс молодой человек и выдавил из себя улыбку.

Голос у него был бархатистый и приятный, а вот взгляд – нет. Да и черты лица, мимика… он был напряжён, веяло от него негативом, а агаты в запонках… они совершенно ему не подходили!

Дядя Олег… Одет с иголочки, он полностью игнорировал драгоценности в своём стиле, вёл себя непринуждённо, но острый взгляд карих глаз выдавал матёрого хищника. Коротко подстриженные каштановые волосы, немного выпирающие скулы, нос с горбинкой, тонкие губы. Высокий, с широкими плечами. Олег был старше отца на десять лет, ему уже шестьдесят, но он следил за своим телом: поджарый, мускулистый и внешне выглядел не старше тридцати. Да и средний человеческий возраст уже давно достиг отметки ста пятидесяти лет. Так что шестьдесят – это далеко не старость, просто в мои двадцать два…

Дорогой костюм, дорогая рубашка, туфли и ироничная ухмылка… Но вся эта светская беседа и радушие – всё это фальшиво! Мне стало нехорошо, по коже пробежал мороз, но я продолжала улыбаться.

– Племянник… – усмехнувшись, произнесла Тамара и бросила на меня колкий взгляд. – А я смотрю, есть что-то общее. Предложите даме потанцевать? – она нагло вручила свой бокал Олегу, протянула руку Виктору, намекая, что отказ неприемлем.

Мужчина не растерялся и вначале поцеловал ей запястье, а потом плавно увёл в зал к остальным танцующим парам, и мы с дядей Олегом остались одни.

– Хорошо выглядишь, Катя, – задумчиво произнёс Олег, окидывая меня более внимательным взглядом.

– Скажите спасибо вашему имиджмейкеру, – проворчала я, чувствуя себя так, словно меня сейчас раздевали.

– Не скромничай, он всего лишь достал жемчужину из раковины, – рассмеялся Олег, протягивая мне руку.

Я скрипнула зубами, но шире улыбнувшись, приняла протянутую мне руку, и меня тоже увлекли в зал к танцующим.

– Ты очень красивая, Катя, – прошептал Олег, уверенно положив одну руку мне на талию и ненавязчиво прижимая к своему телу. Другая рука мужчины сжимала мою ладонь.

Олег вёл себя уверенно, и, хотя в его действиях не было ничего двусмысленного или недостойного, я чувствовала себя неуютно. Он не лапал меня и не пытался вдавить в своё тело… просто танцевал. Но его руки обжигали, а внимательный взгляд выбивал почву из-под ног и заставлял краснеть. Моё сердце то замирало, то ускоряло ритм. Мне снова стало не по себе! Олег всё это замечал и не собирался упрощать мне жизнь. Ему нравилось видеть моё смущение, страх и неуверенность… Всё это ему нравилось! А меня начинал сковывать душевный холод, и в голову лезли нехорошие мысли.

А ведь вечер только начинался, и мне предстояло провести здесь минимум ещё шесть часов!

ГЛАВА 2

[Месяц спустя. Марс. Таония. Екатерина Звонарёва.]

– Виктор, куда ты меня тащишь?! – возмущённо выдохнула я, еле поспевая за мужчиной.

– Олег хочет с тобой срочно поговорить, – хмыкнул Виктор, дёрнув меня за руку, чтобы я не задерживалась на лестничной площадке и быстрее следовала за ним. – Не создавай мне проблем!

Нас встретил длинный коридор с множеством дверей, но цель – рабочий кабинет Олега Ерморского – находилась этажом выше. Чтобы туда попасть, нужно было перейти из одного корпуса здания в другой. Проход представлял собой узкий коридор со множеством смотровых окон. В особняке Ерморского последний месяц проходили важные мероприятия: праздники, званые вечера, закрытые вечеринки, посвящённые делам или успехам "Илории".

В течение недели проходило от трёх до четырёх таких мероприятий. Некоторые из них были днём, другие – вечером, и на всех я была обязана присутствовать как прямая и единственная наследница Петра Звонарёва.

Честно? Я уже была выжата, как лимон и готова была биться головой об стену, но вряд ли это помогло бы. Моё эмоциональное состояние никого не интересовало. Правда, я умело скрывала, что нахожусь на грани истерики. Или, по крайней мере, пыталась это скрывать, так как мою нервозность было сложно не заметить.

Никогда не считала себя социофобом, но… Множество незнакомых лиц, дурацкие вопросы, наглые руки, пытающиеся меня облапать…

На все мероприятия меня подготавливал имиджмейкер Ерморского. Вечерние платья – все открытые и вызывающие: чёрные, белые, красные… А ещё постоянно круживший рядом, как коршун, Виктор! За этот месяц я начала его откровенно бояться.

Он практически не разговаривал, но смотрел на меня так, словно я уже принадлежала ему, просто ещё не разрешили фактически воспользоваться…

И самое ужасное… Я не знаю, как это произошло, просто не понимаю! Всё случилось как-то само собой, я не успела возмутиться, а потом уже было поздно что-то менять. Уже неделю я фактически живу в доме Ерморского, и это стало последней каплей! Мало мне этих вечеринок, так ещё… глаза! Кругом глаза! Прислуга, охрана, обычный персонал… Даже в выделенной мне спальне остаться наедине с собой удавалось только ночью.

Я всерьёз обдумывала, как можно покинуть Марс. Да, я уже год как совершеннолетняя, но… всё было далеко не просто! Куда лететь? На Землю? Там меня никто не ждал! Да нигде не ждали. И счета… у меня практически не было наличной валюты на руках, а кредиты… Было чёткое осознание, что если я взбрыкну, то доступ к ним мне закроют. Отец в своё время не позволил мне иметь личный именной счёт в центральном банке Земной Федерации, средствами с которого я могла бы спокойно распоряжаться без оглядки на мнение других. Даже мою зарплату с "Илории" зачисляли на специальный общий счёт, первым держателем которого фактически был отец, а вторым – дядя Олег. У меня же был ограниченный доступ к этому счёту. То есть платья, украшения, книги, технику я могла купить, но… снять квартиру или оплатить билет на космический лайнер не могла, платёж просто заблокировали бы. Теоретически я могла подать в суд на Ерморского и заставить его перечислить все заработанные мной деньги на личный счёт. Практически… Практически нужно заплатить судебный сбор и оплатить услуги адвоката, причём матёрого, а это ой как недёшево.

Была мысль продать некоторые вещи и всё же рвануть на Землю. Мне казалось, что там будет свободнее дышаться, но… на Марсе всего лишь филиал "Илории", а вот основной офис фирмы отца и Олега находился на Земле! То есть меня бы перехватили ещё на трапе космического корабля ближнего следования и либо вернули обратно на Марс, либо заперли в особняке Ерморского на Земле. Клетки разные, результат тот же.

Пролистывая вакансии пилотов шаттлов и технического штата космических кораблей гражданских, государственных и частных компаний, я поняла, что мои высокие баллы никому не интересны! У меня не было практического опыта, и претендовать без отработки я могла только на работу младшего помощника, а там условия и оплата такие… врагу не пожелаешь. Ты и грузчик, ты и уборщик, и бог ещё знает кто, и то, что ты женского пола, никого не интересует. Причём работать среди этого контингента… приставать с пошлыми предложениями точно будут!

Но даже это казалось перспективнее, чем молча сидеть здесь и дожидаться времени, когда я смогу вступить в права наследника. Да и что дальше? Связей у меня не было, влияния тоже! Единственная надежда была на то, что тогда я смогу вывести часть средств на свой собственный именной счёт, который я уже открыла в банке. Просить Тамару о помощи? Теперь ей даже просто так не позвонишь!

Да, мой коммуникатор прослушивали. Если бы я не разбиралась в электронике и не имела дара… Вначале я почувствовала, что что-то не так, а потом, поковырявшись в настройках, поняла, что именно меня беспокоит. Да и, если честно… Тамара всё же была чужим мне человеком, имею ли я право впутывать её в свои проблемы? Мне казалось, что сначала должен решиться вопрос с наследством, а уже потом можно к ней обращаться, а это ещё долгих пять месяцев. Не знаю, может, если бы она появилась на одном из званых вечеров, которые устраивал Олег, я бы решилась с ней поговорить, но Василькова покинула Таонию. У неё были срочные дела на принадлежащем ей месторождении изумрудов. Там произошёл серьёзный обвал, и пострадали рабочие. В общем, Томе сейчас точно было не до меня и моих проблем. Мысли в моей голове бродили разные, хаотичные, мрачные, а ещё душил липкий страх… он окутывал сознание, проникал под кожу…

Я судорожно выдохнула и споткнулась, чуть не упав, но Виктор даже не притормозил.

– Ай! – возмущённо воскликнула я и, наконец, осмелилась притормозить, дёрнув свою руку назад, заставляя мужчину остановиться. – Виктор, ты меня покалечить хочешь?

– Надо же, огрызаться умеешь, – хмыкнул Виктор, резко останавливаясь и разворачиваясь ко мне. – А я думал, ты совсем бесхребетная, просто красивая кукла, – он пробежал взглядом по моему телу, остановив его в районе декольте, а у меня перехватило дыхание.

Сегодня я была облачена в то же лазурное вечернее платье, в котором Виктор впервые увидел меня на вечере, организованном в честь новой коллекции. От его жадного взгляда мне стало не по себе, и я попятилась, но его пальцы тут же болезненно сжали моё запястье, рывком возвращая меня обратно.

Виктор обхватил меня одной рукой за талию, резко развернул и прижал к стене, нависая сверху. Второй рукой он схватил меня за подбородок, приподнимая мою голову, и начал наклоняться, чтобы поцеловать.

– Не смей! – взвизгнула я, наотмашь отбиваясь от него.

Он не ожидал отпора и не сразу смог перехватить мои руки. Когда ему это удалось, он вывернул их, фиксируя в болевом захвате. Я извернулась и впилась зубами в его предплечье, заставив мужчину зашипеть от боли. В ответ он встряхнул меня и, размахнувшись, с силой ударил ладонью по щеке.

У меня даже в ушах зазвенело от звонкой пощёчины, и голова закружилась. От падения спасла стена, о которую я опёрлась спиной.

– Стерва! – прошипел Виктор, растирая место укуса. Зло блеснув на меня глазами, он скривился и, грубо вцепившись пальцами в моё плечо, дёрнул на себя. Потом, поставив перед собой, повёл к кабинету Олега. – Пожалуешься на меня дядюшке, – наклонившись к моему уху, произнёс Виктор. – У нас с тобой будет другой разговор! По-взрослому! – Мы остановились перед большой дверью из красного дерева. – А теперь иди и не делай глупостей! – хмыкнул мужчина и, открыв дверь, грубо втолкнул меня в помещение.

Рефлекторно сделав несколько шагов вперёд, я замерла и пару раз моргнула, неосознанно растирая ладонью плечо. Наверное, там останутся синяки. В комнате царил полумрак. В этом кабинете Олега я была впервые. Полтора года назад Ерморский, как и мой отец, перебрался на Марс, чтобы развивать бизнес и вывести его на уровень Содружества Млечного Пути. Он обзавёлся шикарным особняком, но предпочитал работать в офисе. Наталья, жена Олега, осталась на Земле, не захотев следовать за мужем. Почему они разошлись, я не знала и не интересовалась.

На стенах тускло горели светильники, имитирующие огонь свечей. Стены были выкрашены в светло-фиолетовый цвет, на полу лежал ковёр, а вокруг стояла дорогая мебель: диван, кресла, длинный полукруглый стол, стулья с мягкой обивкой и рабочий стол, усыпанный книгами, бумагами и разбросанными по нему изумрудами с топазами. Изумруды резонировали с энергетикой Олега, усиливая её, тогда как топазы нейтрализовали их положительное воздействие. На стенах висели гравюры из неизвестного мне металла, который, казалось, впитал в себя всю окружающую негативную энергию и теперь излучал её обратно, ощутимо давя на моё сознание. Атмосфера в комнате была гнетущей и тяжёлой; что-то явно воздействовало на моё состояние, усиливая тревогу и дискомфорт.

Обхватив себя руками за предплечья, я стала искать взглядом Ерморского. Вдруг на мои плечи легли широкие холодные ладони, и сзади раздался знакомый голос. Я чуть не подпрыгнула на месте, а сердце совершило кульбит, переместившись в район пяток и не желая успокаиваться.

– Проходи, Катенька, – прошептал Олег, вроде нечаянно касаясь губами моей шеи и уха. По телу пробежала волна дрожи, и мужчина, выпрямившись, рассмеялся. – Ну что ты как не родная? Не съем я тебя. Проходи, у нас с тобой будет серьёзный и долгий разговор.

– А как же вечер? – прокашлявшись, прошептала я, позволяя Олегу проводить меня к дивану, на который он меня и усадил.

Сам он сел рядом, откинувшись на спинку дивана и закинув ногу на ногу. Развернувшись вполоборота ко мне, Ерморский задумчиво окинул меня взглядом. Я тоже смогла оценить его внешний вид: немного бледный, с лихорадочным блеском в глазах, напряжёнными скулами, губы вытянуты в ироничную ухмылку, волосы зачёсаны назад и влажные. Он был одет в атласные широкие домашние штаны и короткий махровый халат, наброшенный поверх обнажённого торса. Под халатом точно не было ни майки, ни рубашки! Полы халата немного разошлись, позволяя мне увидеть тонкую дорожку чёрных волос, которая бежала вниз… Ещё двадцать минут назад Ерморский блистал на вечере: танцевал, пил коктейли и участвовал в светских беседах. Почему он раздет? И зачем меня пригласили сюда?

Я вздрогнула и покраснела, затем отодвинулась от мужчины чуть дальше, но спиной упёрлась в подлокотник. Бежать было некуда. Олег, наблюдая за мной, тихо рассмеялся и покачал головой.

– Хорошо Пётр за тобой присматривал и воспитал, – тихо проговорил Олег и передвинулся ближе ко мне. Я, нервно втянув носом воздух, задержала дыхание, а потом, кажется, даже дышала через раз, с опаской наблюдая за мужчиной. Он приподнял руку и, чуть наклонившись ко мне, очертил подушечками пальцев мой подбородок, коснулся мочки уха, а потом… его пальцы скользнули вниз и прикоснулись к коже, очерчивая контур декольте платья. Я вздрогнула, удивлённо моргнув.

– Дядя Олег, что вы делаете? И… вечер… – прошептала я, боясь даже пошевелиться и не сводя взгляда с его карих глаз. – Почему мы здесь… почему вы… – сказать "раздеты" уже не хватило смелости.

– Официальная часть вечера закончилась, наше присутствие на нём больше не обязательно, – усмехнулся мужчина, продолжая внимательно за мной наблюдать. – Тебе очень идёт это платье и этот цвет, – хмыкнул Олег, перемещая взгляд с моих глаз в район декольте. Его пальцы поднырнули под тонкую ткань лифа, и я, чуть ли не запищав, попыталась отпрянуть от его руки, но только поставила себя в идиотское положение. Приподнявшись на локтях, я опёрлась на подлокотник дивана, и получилось полулежачее положение, чем сразу же воспользовался Олег. Он тоже приподнялся, опёрся на колено и навис сверху, переместив руку на моё бедро. Ещё и поднырнул пальцами под ткань юбки, отодвигая её в сторону.

– Что не так, Катенька? Почему трясёшься и так краснеешь? – хрипловато прошептал мужчина, поглаживая подушечкой большого пальца кожу на ноге.

– Что вы делаете? Зачем вы меня позвали? – выдохнула я и, наконец, отмерла, пытаясь убрать его руку с моего бедра.

– Говорю же, у нас будет серьёзный и долгий разговор, – спокойно произнёс Олег, одной рукой перехватив мои руки. Он прижал их к дивану за моей головой. Второй рукой мужчина дёрнул мои ноги вниз и сразу же прижал меня своим телом, фиксируя на диване.

– Дядя Олег, – выдохнула я и дёрнулась, но это ни к чему не привело. Силы явно были не равны.

– Не называй меня дядя! Раздражает, – скривился Олег.

– Так не разговаривают! Вы… – я опять попыталась заёрзать, чтобы получить свободу, но меня с тихим хмыком только плотнее прижали к дивану. Теперь я лежала на спине, а Олег сидел сверху, обхватив мои бёдра своими ногами и полностью лишив меня возможности двигаться.

– А как разговаривают, воробушек? – рассмеялся Олег. Меня ещё сильнее стал пронизывать липкий страх, который теперь оседал где-то внизу живота, а сердце отбивало барабанную дробь.

– Вы… Вы раздеты! – выдавила я, дёрнув руками, но их держали слишком крепко. – Отпустите!

– Раздет? Катя, а ты когда-нибудь видела по-настоящему обнажённого мужчину? – задумчиво произнёс Олег, развязывая свободной рукой пояс, сдерживающий полы его халата. – Не по галосети, не на картинках, а по-настоящему?

– Отпустите, – жалобно прошептала я, наконец, полностью осознавая, что происходит.

– Не видела, – удовлетворённо кивнув, произнёс Олег. – Нежный цветочек… бутон, который ещё никто не трогал, – прошептал он, протянув руку и легко отодвинув ткань лифа, прикрывающую мою левую грудь. Фасон платья не предусматривал наличие бюстгальтера.

Я сипло потянула носом воздух, зрачки расширились, и разум упорно отказывался принять происходящее. Подушечки мужских пальцев сначала аккуратно обрисовали полушарие моей груди, а затем Олег накрыл её шершавой ладонью и легонько сжал массируя. Меня затрясло, но он не отпускал меня из своих рук, снова провёл подушечками пальцев по груди и начал играть с соском.

– Пожалуйста, не надо! – почти в истерике забилась я под ним. Меня трясло, и слёзы катились по щекам. – Отпустите… не надо! Вы же женаты! Отпустите…

– Ну же, Катенька, расслабься, – прошептал Олег, наклоняясь и касаясь моих щёк, шеи и губ лёгкими поцелуями. Он пытался быть нежным, но его прикосновения только усиливали страх и отвращение. – Тебе будет хорошо… тебе понравится.

– Не надо… отпустите! – шептала я, стараясь увернуться от его губ.

Сквозь слёзы я почти ничего не видела. В какой-то момент дышать стало легче, и мои руки получили долгожданную свободу. Я не сразу осознала, что произошло, но, свернувшись калачиком, заметила, что Олег встал с дивана и теперь стоял рядом, прожигая меня злым взглядом. Я поспешно натянула дрожащими руками лиф платья обратно, села и прикрыла декольте ладонью, поправляя другой рукой задравшуюся юбку.

– А теперь слушай внимательно! – чеканя каждое слово, произнёс Олег, вытащив из кармана носовой платок и бросив его мне. – Перестань реветь и приведи себя в порядок. У тебя только два выхода, Катя: либо становишься моей любовницей со всеми вытекающими последствиями… не обижу! Либо выходишь замуж за Виктора, но учти… – криво усмехнувшись, добавил Олег. – У моего племянника вкусы немного специфические…

– Что вы… Зачем? – прошептала я, размазывая ладонями слёзы по щекам. Прикасаться к платку не хотелось.

– Чёрт возьми! – выругался Олег, шагнул вперёд, подхватил платок с моих колен и наклонился. Я дёрнулась в сторону, вжимаясь в спинку дивана. – Не бойся, сегодня не обижу, – фыркнул он и, убрав мои руки от лица, промокнул слёзы платком и вытер щёки.

– Зачем? Зачем я вам? У вас же есть жена…

– И что? – иронично произнёс Олег. – С женой у нас давно прохладные отношения. У неё своя жизнь, у меня своя. Но разводиться я не собираюсь.

– А я вам зачем? – шмыгнув носом, спросила я. Было страшно, но что-то подсказывало, что он действительно не будет меня больше трогать. – Из-за наследства? Хотите, я вам продам часть отца? – прошептала я, поймала на себе его хмурый взгляд и смутившись добавила. – Отдам.

– Катенька, если бы всё было так просто, – усмехнулся Олег, спрятав платок в карман. Он подошёл к столу, откупорил графин, плеснул себе в бокал его содержимое и выпил залпом. Затем, развернувшись, облокотился на рабочий стол и смерил меня тяжёлым взглядом. – Завещание твоего отца не позволяет просто так продать его долю. Ты можешь её унаследовать, но продать или подарить не имеешь права, и твои дети, и правнуки тоже не смогут. Доля может быть передана только прямым потомкам по крови. Если тебя не станет или ваш род прервётся, доля Петра уйдёт на благотворительность. Моё завещание примерно такого же содержания. Мы с Петром всё так составили, чтобы было спокойнее… меньше вопросов друг к другу. Так что боюсь, у нас нет другого выбора, девочка…

– Отпустите, – прошептала я, обхватив колени руками и прижав их к груди.

– Ещё "пожалуйста" скажи, – фыркнул Олег. – Значит так: время на размышление у тебя ровно месяц! Если станешь моей любовницей, будешь как сыр в масле кататься, родишь от меня ребёнка – он станет единственным наследником, которому достанется весь капитал от «Илории», и все вопросы будут закрыты раз и навсегда. Нет… – мужчина выдержал паузу. – Через месяц я буду принимать решение сам! И боюсь, оно тебе не понравится. Насиловать тебя не хочу, можно, конечно, искусственное оплодотворение устроить, но… слишком хрупкая у тебя психика, руки пачкать не хочу. Сама приходи к правильному решению! Нет… наследник от Виктора меня тоже устроит, заберу ребёнка и воспитаю как нужно. Тест ДНК подтвердит, что он моей и твоей крови.

– Вы… от жены детей заводите! – возмущение полностью перебило страх, и я вскочила с дивана, сжав ладони в кулаки.

– Не сложилось у меня с Наташей, не может она иметь детей. А заводить их от кого-то другого, кроме тебя, нерационально, – усмехнулся мужчина.

Сделав два резких шага ко мне, он схватил меня за руку, вывернул её и, дёрнув, повалил животом на стол, придавив своим весом. Я забилась под ним, и вскоре почувствовала жгучую боль в плече… инъекция! Сознание помутнело, и в глазах всё стало хаотично плясать, голова закружилась. Олег наклонился к моему уху и прошептал:

– Думай, Катя! У тебя ровно месяц. А пока, чтобы избежать неприятностей, ты посидишь на Рорге. Эта планета находится на самых задворках Земной Федерации, маленький райский курорт. У меня там куплен целый остров, никто посторонний не проникнет, и уйти просто так не получится. Согласишься, там… можно сказать, проведём медовый месяц, а потом вернёмся на Марс. Жить будешь со мной как жена, но без официального статуса. Наталью не бойся, она лишнего слова не скажет, да и вы, вообще, не увидитесь. У неё своя жизнь и свои увлечения…

– Как вы можете? – выдохнула я, ощущая, как тошнота нарастает и к горлу подступает. Олег только хмыкнул, легонько шлёпнув меня по ягодице, и отстранился. Я схватилась пальцами за край стола, чтобы не упасть, и удержать себя, так как ноги едва держали.

– Виктор, зайди! – скрипнула дверь, и Олег продолжил: – Забирай её! Она под сильным транквилизатором. Через пять минут она не будет понимать, что происходит, а через двадцать не сможет самостоятельно идти. Выведи её так, чтобы не столкнуться с гостями, но, чтобы вас обязательно увидели! Официально Катя отправляется подлечить здоровье и нервы на курорте, ты её сопровождаешь. Вся липовая переписка и документы готовы. В космопорту, в секторе семнадцать, ждёт мой личный корабль. Капитан в курсе… Вас спокойно выпустят и разрешат полёт. Всё оговорено и оплачено. Конечная точка – Рорга, вас там встретят. Присмотри за ней и не смей трогать! Яйца оторву! Ты меня понял?

– Куда уж яснее, – рассмеялся Виктор.

Затем меня подняли со стола и, обхватив за талию, куда-то поволокли. Зрение настолько помутнело, что я не понимала, куда иду и где нахожусь. Позвать на помощь не могла – язык, словно онемел. Скрип двери, лестница, музыка, голоса… Свежий воздух и прохлада немного уняли тошноту, а затем сознание покинуло меня, и я отключилась.

ГЛАВА 3

Я пришла в себя в узкой, неуютной капсуле. Вокруг витал неприятный запах медикаментов, тусклый свет и глухие звуки создавали угнетающую атмосферу, и она меня пугала. Я не спешила открывать глаза; приоткрыв ресницы, поняла, что нахожусь в регенерационной камере. Верхнее стекло было затемнено, а к моему полностью обнажённому телу было подключено множество датчиков и электродов, отслеживающих жизненные показатели. Электроды были аккуратно закреплены на коже, передавая данные о моём состоянии в центральную систему мониторинга медотсека.

Мысль о том, что кто-то прикасался ко мне, раздевал и укладывал в эту камеру, вызывала отвращение.

Сознание автоматически анализировало окружающую обстановку: не всё оборудование в медотсеке работало стабильно. Можно сказать, мне повезло, что я не выдала признаков того, что пришла в себя раньше времени. Я была не одна!

Возле камеры регенерации стоял Виктор, и он был здесь не один. С ним был ещё кто-то. Они… они пялились на меня!

– Красивая куколка, – произнёс незнакомый мужской голос. Из-под приоткрытых ресниц я не могла разглядеть этого человека, заметила только, что он был блондином.

Очень тяжело было лежать, ощущая на себе их липкие и похотливые взгляды. Хотелось прикрыться, но нельзя! Тогда они поймут, что я в сознании.

– Поделишься? – спросил блондин.

– Губу закатай, – хмыкнул Виктор. – Мне самому пока мало, что обламывается. Олег сам на неё глаз положил. Он надеется зачать собственного ребёнка с этой куклой. Да и красивая она, а главное – никто не заступится. Он месяц всё просчитывал и подготавливался, выжидая подходящего момента.

– А что мешает сейчас попользовать? Она и не узнает, пожаловаться не сможет, – хмыкнул блондин и рассмеялся, а у меня всё похолодело внутри.

– Камера регенерации девственность не восстановит, а у дядюшки на Рорге целый штат медиков, – тяжело вздохнул Виктор. – Узнает, яйца оторвёт. Он и так косо на меня поглядывает. Это же Звонарёв меня нашёл. Дядя, сестрёнку – мою мать… Он не искал и понятия не имел о моём существовании.

– Вот я не пойму, зачем Звонарёв, вообще, тебя нашёл? – задумчиво произнёс блондин. – Вряд ли он переживал о твоей судьбе.

– Плевать ему было на меня и мою судьбу, – зло произнёс Виктор. – На Олега он хотел влияние иметь.

– Какое?

– Сам догадайся.

– Н-да, – хмыкнул блондин. – А ты возьми и к дядечке переметнись.

– Кровь не водица…

– Кому-то другому это расскажи, – рассмеялся блондин.

– Не нужно было меня шантажировать, – зло прошипел Виктор и прожёг меня нехорошим взглядом, словно я в чём-то перед ним виновата. – И… закрыли тему!

– Кстати, почему она уже третьи сутки в этой камере лежит? Вроде повреждений у неё нет? Или внутренние есть? – задумчиво спросил блондин и косо посмотрел на Виктора. – Успел приласкать?

– Кроме синяков у неё ничего не было, – фыркнул Виктор. – Почему в камере регенерации? А почему бы и нет? Так можно надолго ввести её в сон и спокойно, без приключений и истерик, добраться до конечной точки.

– Хорошая ромашечка, очень хороша… – опять задумчиво произнёс блондин. – И что, бросишь всё на произвол судьбы? Будешь ждать, пока у Олега получится обзавестись собственным ребёнком, или момента, когда она ему надоест? Или попробуешь обольстить девочку? Если у твоего дяди получится, тебе может несладко прийтись.

– Она боится меня, обольстить не получится, – Виктор пожал плечами. – Но оставлять всё на самотёк я, конечно, не стану. Если девчонка станет вначале моей, дядюшке придётся считаться с моим мнением и увеличить содержание. А когда появится наследник, я буду в полном шоколаде.

– Ну и как вопрос решать собираешься?

– Я достал любимый транквилизатор дядюшки, думаю, за месяц решу вопрос… – он рассмеялся. Раздался писк, и Виктор выругался. – Твою мать, капитан вызывает к себе! Идём!

– Боишься оставлять меня наедине с этой крошкой?

– Боюсь! У тебя нет мозгов, ты же озабоченный псих, а мне потом разгребать. При мне будешь постоянно, скажи спасибо, что, вообще, забрал тебя с Земли, а то кредиторы придушили бы тебя.

– Что есть, то есть…

– Как тебя угораздило так проиграть в казино?

– А тебя как угораздило так вляпаться?

Они ушли, и я ещё несколько минут пролежала в камере регенерации с закрытыми глазами, прислушиваясь к ритму собственного сердца и каждому шороху. Затем я выдохнула и резко открыла глаза, осматривая внутреннюю часть камеры. Мой дар позволил безошибочно определить местоположение скрытых модулей управления. Приподнявшись на локте, я осторожно сняла небольшую гладкую пластину, закрывающую панель управления.

Получив доступ к управлению, я начала перенастраивать программу. Мои пальцы стремительно бегали по сенсорным кнопкам, вводя необходимые команды и технические коды. Я изменила параметры так, чтобы система не зафиксировала выход объекта, то есть меня, из камеры. Теперь никто не должен был заподозрить, что я пришла в себя и собираюсь её покинуть.

Я внесла поправки в программу и активировала открытие крышки. Как только она отъехала в сторону, я выскочила из регенерационной камеры, как ошпаренная, и принялась искать что-то, чтобы прикрыть своё тело. К счастью, на столе лежало аккуратно сложенное моё лазурное вечернее платье и туфли на высоком каблуке. Иначе мне пришлось бы обмотаться простынёй и бегать по кораблю босиком. Лучше уж на каблуках, чем повредить ступни. Пол местами был с небольшими, хоть и не острыми, шипами. Быстро одевшись, я нашла модуль, подключённый к общей системе корабля. Я была хорошим электронщиком и теоретические основы программирования тоже хорошо усвоила, плюс дар…

Отгоняя панику и страх, дрожащими руками я активировала модуль, вводя резервные технические коды, предусмотренные на случай аварии или потери доступа основной команды к системам корабля. Пальцы стремительно бегали по сенсорным кнопкам, а на голографическом экране появлялась нужная информация.

Мне не удалось получить доступ к системе видеонаблюдения медблока, чтобы удалить запись с моим участием, но я убедилась, что камеры здесь не транслируют изображение в прямом эфире на центральный сервер видеонаблюдения. То есть никто не видит, что я сейчас здесь делаю. С облегчением выдохнув, я сосредоточилась на корабле.

Система подтвердила, что корабль действительно летел на Роргу, и мы сейчас находились в гиперпространстве. Мозг лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Если я попаду на планету, всё будет точно предрешено…

– Маршрут незаметно не изменю, – прошептала я, кусая губы. – Протоколы… Если корабль выйдет из гипера и системы прыжка отключатся, система управления автоматически пошлёт сигнал с запросом помощи на ближайшие спасательные станции. АБР незамедлительно прибудут сюда! Мне нужно просто продержаться до их прибытия на корабле так, чтобы меня не нашли, – продолжала я шептать, выводя на экран все уровни корабля и мысленно готовясь прятаться в вентиляционных шахтах. От такой перспективы меня передёрнуло, а руки продолжали трястись. – Зато смогу попросить помощь! АБР зафиксирует случай, и меня так просто не отдадут Ерморскому! По крайней мере отдадут не сразу. Нужна резервная серверная… и хаос, – снова произнесла я, понимая, что отключить камеры наблюдения не получится. Защита там слишком серьёзная, а мне не хватало опыта.

Я быстро ввела несколько команд на панели управления, инициируя ложную тревогу о пожаре в инженерном отсеке. Сирены завыли, и красные огни замигали по всему кораблю. Экипаж немедленно бросится к месту предполагаемого пожара, оставив меня в этом отсеке на несколько драгоценных минут в одиночестве. Я глубоко вздохнула и направилась к шлюзу, надеясь, что мой план сработает.

Маршрут к серверной я запомнила хорошо, благо она находилась недалеко от медотсека. Подбежав к двери, я снова воспользовалась техническими кодами, чтобы попасть внутрь. Хорошо, что корабль был частным и никто не потрудился изменить резервные коды системы.

Проникнув в серверную, я быстро закрыла дверь и прижалась к ней спиной. Холодный металл отрезвил меня, и я затряслась – нервная система не справлялась. Затем я медленно сползла вниз по скользкому металлу и уселась на пол, размазывая слёзы по щекам ладонями.

Наверное, мне понадобилась минута, чтобы хоть немного успокоиться. Затем я встала, прислушалась к себе и, осмотрев серверную, нашла панель управления кораблём. Но тут меня ждала неудача!

Во-первых, чтобы получить доступ к панели управления, мне понадобилось около десяти минут – коды сбоили, и я не смогла организовать диверсию и сбить курс корабля в гиперпространстве. От злости я пнула панель ногой, а потом, присев на корточки, прислонилась лбом к закрытому защитными стеклами оборудованию и разрыдалась. В душе бушевала паника и злость, меня штормило, голова кружилась и…

Вдруг раздался треск, и по моему телу пробежали электрические импульсы. Затем всё вокруг полыхнуло синим светом. Я не знала, что именно я сделала, но была уверена, что это связано с моим энергетическим полем. Моя энергия каким-то образом взаимодействовала с энергетическим полем оборудования, передавая отрицательные волны и мыслеформы. Эти устройства, находясь в активном рабочем состоянии, имели своё информационное поле и энергию, и, похоже, моя энергетика повлияла на их работу.

На пару секунд свет погас по всему кораблю. Некоторые модули заискрились, а затем произошло резкое ускорение. Меня буквально вжало в стену, дышать стало тяжело, и нас с треском выбросило из гиперпространства. Я даже боюсь представить, где мы оказались!

Корабль замер в космическом пространстве, и часть оборудования вышла из строя, как я и планировала. Вдруг активировался голографический экран серверной. Затаив дыхание, я наблюдала, как основная система корабля отправляет сигнал бедствия. Затем по обшивке корабля сначала прошла слабая вибрация, а потом нас сильно встряхнуло!

– Что я наделала! – выдохнула я, глядя на экран и наблюдая, как данные стремительно меняются.

Нас выбросило очень далеко от сектора Земной Федерации! Мы оказались в плохо изученном секторе галактики, на который заявила права раса алтийцев. В центре системы находится звезда Вега, вокруг которой вращаются пять планет. Одна из них пригодна для жизни – на её поверхности расположен один континент, покрытый джунглями и окружённый океаном. Где-то на планете находились научные модули алтийцев, но постоянной исследовательской базы здесь нет. До ближайшей станции АБР… долго они будут до нас добираться. Но главная проблема не в этом – на нас напали пираты!

– Челноки, – выдохнула я, подскакивая на ноги. – Нужны спасательные челноки!

Паники на корабле ещё не было, экипаж, вообще, не понял, что произошло. Но я точно знала, что правый бок корабля… прошивка там не выдержит. Ещё десять выстрелов, которые не сможет погасить слабое защитное поле, и начнётся утечка кислорода. Отсек законсервируют, но дальше система окончательно посыпется!

Попасть к пиратам равноценно оказаться на невольничьем рынке. Ну или Ерморский раскошелится и выкупит меня, но… Что он потом со мной сделает, думать не хотелось, и что сделают пираты тоже. Я сомневалась, что моя психика это выдержит.

Я на негнущихся ногах побежала к спасательному отсеку, где находились эвакуационные челноки. Лучше попытать счастье на планете. Если повезёт, доберусь до научных модулей алтийцев и подам сигнал бедствия. Не думаю, что пираты станут устраивать рейд на мало изученную планету, чтобы поймать нескольких спасшихся бегством пассажиров. О том, как выживать в диких условиях, пока не думала – главное сейчас спастись.

Коридоры, светящиеся панели, писк оборудования… модули корабля умирали! Это сильно давило на моё энергетическое поле, голова раскалывалась. Завернув за очередной угол, я чуть не врезалась в Виктора!

– Ах ты крыса! – прошипел мужчина, пытаясь схватить меня за горло. Моё тело действовало инстинктивно, отключившись от паники, которая била в мозг. – Это ты виновата в поломке корабля!

Я поднырнула под его руку, оторвала от стены металлический прут и со всей силы ударила Виктора по спине. Он споткнулся, зашипел и, потеряв равновесие, упал. Я взвизгнула, отбросила прут в сторону и развернулась, побежав дальше. И это на высоких каблуках! Что за прут попался мне в руки, понятия не имею, зачем он там висел… Главное, что он пришёлся кстати. Меня мучила совесть – я очень сильно ударила Виктора, но возвращаться и проверять его состояние не хотела, да и боялась. Добежав до шлюза, который отделял спасательный отсек от остального корабля, я вскрыла панель управления и, открыв дверь, влетела в отсек, сразу же заперев его за собой. Вовремя! Кажется, Виктор чувствовал себя неплохо; с той стороны кто-то сильно ударил в закрытую дверь, а потом начал пытаться вскрыть отсек. Это точно не был технический персонал корабля – они бы просто открыли шлюз с помощью своих кодов доступа.

– Мамочки! – с паникой в голосе прошептала я и, ведомая внутренним чутьём, побежала к ближайшему челноку.

Я быстро забралась внутрь и активировала все системы. Настроив оборудование, я запустила автоматику и сканеры для определения оптимального места посадки, желательно поближе к одному из научных модулей алтийцев. Хотя это и не шаттл, но, как говорится, в экстренной ситуации у страха глаза велики…

Индикаторы на панели управления засветились, раздался щелчок, и дверь челнока герметично закрылась. Двигатели начали запуск, а платформа, перемещающая челнок в шлюз для выхода в открытый космос, пришла в действие. Я пристегнулась ремнями безопасности к креслу и крепко ухватилась за подлокотники. С резким рывком челнок был выброшен в открытый космос. Все системы активировались: двигатели заработали на полную мощность, включилось защитное поле. Автопилот взял управление на себя, и челнок устремился к планете, слегка отклоняясь от первоначального курса для корректировки траектории.

Пираты заметили меня, и один из их шаттлов пошёл на перехват, выпустив залп по моему челноку. Я быстро схватилась за рычаги управления и отключила автопилот, чтобы начать маневрирование. Никогда не была верующей, но в этот момент, кажется, вспомнила все молитвы и всех богов.

Меня бы подбили, если бы не внезапное появление трёх крупных боевых шаттлов космического флота алтийцев, которые неожиданно вырвались из гиперпространства. Они немедленно вступили в бой, оттесняя пиратов от корабля. Один из шаттлов алтийцев отклонился в сторону от своих и… пошел мне на выручку! Пиратский шаттл, осознав угрозу, стал отступать к своему основному кораблю, оставив мой челнок в покое. Но теперь алтийцы теснили пиратов. Стоило мне выдохнуть с облегчением, как рядом с моим челноком прошел сильный энергетический разряд…

У меня закружилась голова; вероятно, нервная система не выдерживала всего, что произошло со мной за последний месяц. Я поспешно снова активировала автопилот, и когда челнок вошёл в атмосферу планеты, начала терять сознание. Но успела заметить, что кроме меня на эту планету направлялись ещё два спасательных челнока.

– Только не Виктор… – прошептала я, и затем сознание поглотила тьма.

ГЛАВА 4

[Сектор галактики Х31. Звёздная система Лэйга. Планета Паатрита.]

Малый шаттл, предназначенный для полётов исключительно в пределах атмосферы планеты, мягко приземлился на небольшой поляне, окружённой высокими деревьями и густой растительностью. Звезда Лэйга ещё не поднялась над горизонтом, время перевалило далеко за полночь, но дополнительного освещения не требовалось – естественный спутник Соль планеты Паатриты, щедро освещал всё вокруг своим мягким светом.

– К шархирам, я когда-нибудь высплюсь или это только мечты? Кир, зачем ты меня втянул в эту задницу? – недовольно проворчал Артур, отстёгивая ремни безопасности и поднимаясь с кресла.

Он проследовал к шлюзу, размял шею и машинально коснулся рукояти ножа, прикреплённого к правому бедру специальными ремнями. На левом бедре висела кобура с энерго-пистолетом высокой мощности. Что-то неуловимо беспокоило и давило на психику. Воздух казался наэлектризованным и потрескивал, в нём витал аромат неприятностей, что несказанно раздражало. Артур не привык к таким ощущениям и не мог понять – то ли это паранойя, то ли что-то ещё. К тому же он действительно не выспался, уже вторые сутки без сна! Но дело было важное, отложить его на потом не получится, и Артур ворчал просто из принципа и по привычке.

– Покой нам только снится, – иронично усмехнулся Кир, тоже перемещаясь к шлюзу и готовясь выйти наружу. – Сам понимаешь, мы не можем оставить без внимания мощную энергетическую аномалию, возникшую после сдвига тектонических плит планеты. Нужно понять, с чем мы столкнулись и чего можно ожидать. Я пока запретил исследовательским группам посещать этот район, но чуть правее от этого места Пьетр нашёл признаки того, что на глубине около пятисот метров может быть ещё одно месторождение кристаллов-усилителей. Ты знаешь, что они нужны Храму, а поскольку эти кристаллы очень недолговечны, дополнительное месторождение крайне важно. Эти кристаллы не встречаются на других планетах, или, по крайней мере, мы ещё не нашли подобных планет. Кроме того, согласно договору о сотрудничестве, мы обязаны отдавать десять процентов от добычи этих кристаллов Земной Федерации.

– А вот этого я, вообще, не понимаю, – фыркнул Артур. – Зачем было заключать этот договор? Мало было проблем с ливинтронцами и астирами? Отдать дрянь, которая способна усиливать дар…

– Они не усиливают дар, – покачал головой Кир. – Они помогают его сфокусировать, за счёт чего увеличивается мощность и дальность волны воздействия. Сам кристалл не критичен, а в технологиях ливинтронцев такой мощный эффект достигался благодаря совпадению ряда факторов. Что касается “отдать дрянь”… Я верю матери, и сам, находясь в ментисфактуме, ощущал важность этих нитей вероятности. Для наших рас критически важно укрепить связи. Ладно, это лирика. Сейчас нужно разобраться с появившейся аномалией. Она мне не нравится. Так что не ворчи, ночь звёзды – романтика…

– Ну да, романтика… – фыркнул Артур. – Вчерашнего землетрясения и обезумевших динозавров нам явно было мало для полного счастья. Кир, я уже сто раз проклял тот момент, когда Лийв, воспользовавшись ситуацией, превратил тебя в капитана флагманского крейсера “Ястреб” первой боевой эскадры военно-космических сил Алтиции, а мы все прыгнули в бездну за тобой. Это настоящий геморрой… Когда мы были вольными наёмниками, было намного комфортнее.

– В каком месте было комфортнее? – хмыкнул Кир, усмехнувшись и бросив взгляд на кривляющегося Артура. – Те же яйца, только в профиль. Артур, благодаря Лийву мы и так не выполняем свои прямые обязанности. Эскадра уже забыла, как выглядит “Ястреб”, сейчас “Пойтэй” выполняет роль флагманского крейсера, а статус всё равно числится за нами. Можно сказать, мы используем крейсер как свой личный корабль.

– Мы затычка во всех научных экспедициях! А в секторе Х-31 торчим уже почти год. Меня бесят все эти зубастые и клыкастые твари, которые тут обитают! – фыркнул Артур. – И ведь соседние системы, которые мы патрулируем, не лучше! Я соскучился по нормальным хищникам! Противным и волосатым! Хотя бы таким, как шархиры, милые кровососики, – Артур, приподняв руку, машинально погладил пальцами небольшой шрам на шее, оставшийся ему на память от вампира.

– Перемены… – пожал плечами Кир. – Моя раса начала активное освоение космоса не только в нашем секторе галактики, а у нас с тобой большой опыт. Сам знаешь, Храм Живой Энергии…

– И об этом тоже! – скривился Артур, словно вспомнил что-то очень неприятное. – Я проклинаю тот день, когда согласился пойти с тобой в этот шархиров храм и провести там кровный ритуал! Кир, ты меня подставил!

– Не нравится быть моим братом? – тихо рассмеялся Кир, бросив на Артура ироничный взгляд.

Кир понимал, видел и ощущал, что всё Артуру нравится, просто ему тяжело адаптироваться.

– Я хотел брата, а не заботливую мамочку, которая активно займётся моим воспитанием! – прошипел бывший пират. – Достаточно того, что на меня плохо влияет твоя жена! Но Лили… А ещё и Лийв!

– А как ты хотел? – продолжая смеяться, произнёс Кир. – Лийв не только советник высшего круга и представитель Алтийцкого Совета Родов, но ещё и глава рода рири Элэвэт. Пройдя вместе со мной ритуал в храме, ты теперь считаешься моим настоящим кровным братом, а значит, стал полноправным членом этого рода. Лийв строит на тебя большие планы, “братик”, – пожал плечами Кир.

– Слушай, младшенький, а если я тебя где-нибудь придавлю или шею сверну? – мрачно спросил Артур, бросив уставший взгляд на Кира.

– Станешь единственным сыном Лийва со всеми вытекающими, – ещё сильнее рассмеялся Кир.

– Так, стоп! – нахмурившись, произнёс Артур. – Я проходил кровный ритуал с тобой, а не с твоим отчимом!

– Правильно, а перед этим я в храме прошёл такой же ритуал с Лийвом и стал фактически его сыном, – вытерев слёзы, появившиеся от смеха, уже спокойно произнёс Кир. – Извини, старшенький, но вместе со мной прилагается и вся моя семья с их большими тараканами в голове. Иначе никак.

– А то, что я человек, а не алтиец? – нервно дёрнув щекой, спросил Артур.

Ритуал с Киром они прошли в храме два месяца назад, но кажется, только сейчас он стал понимать, во что вляпался, действительно со всеми вытекающими…

– Ничего не меняет, – Кир опять пожал плечами. – Выходим!

– Вы больные на голову алтийцы! – хмыкнул Артур и переместился ближе к шлюзу.

Он сразу стал серьёзным и собранным, слегка повернув голову налево, кивнул двум сопровождающим их штурмовикам. Дверь шлюза издала шипящий звук и медленно отъехала в сторону. Артур первым вышел из шаттла, внимательно осматриваясь вокруг, затем подал особый знак. Кир и штурмовики присоединились к нему, держа оружие наготове. Они быстро сформировали круговую оборону, осматривая окрестности на предмет возможных угроз.

Динозавров удалось разогнать с помощью мощной шумовой низкочастотной волны, которая воздействовала на их чувствительные органы слуха и вызывала у них дезориентацию и страх. Однако, несмотря на временный успех, Артур понимал, что это решение не является долгосрочным. Эти твари скоро начать возвращаться, привлечённые звуками и запахами, которые оставили алтийцы. Более того, низкочастотная волна могла не подействовать на всех хищников в этом районе, и некоторые из них могли уже адаптироваться к такому воздействию.

Небо было ещё тёмным, но естественный спутник планеты освещал местность мягким светом, поэтому использовать систему ночного видения не было необходимости. Артур, передёрнув плечами, достал из прикреплённой к ремню небольшой сумки портативный сканер, способный отслеживать энергетические искажения, и активировал его. Новая разработка… Сканер быстро начал анализировать окружающую среду. Уже через несколько мгновений на экране появилась информация, от которой Артур тихо выругался и скривился. Вздохнув, он перевёл взгляд на Кира и произнёс:

– Что скажет энергодоминант? Куда нам двигать дальше?

– Оборудованию не доверяешь? – иронично спросил Кир.

– Тебе доверяю больше, а оно ещё не совершенно, – усмехнулся Артур. – Показывает, что тут сплошные мутные энергетические пятна, которые стоит обходить стороной. Где будем искать источник проблемы? Прочёсываем местность?

Кир не ответил. Его глаза поменяли цвет с серого на насыщенный-синий, а зрачки начали пульсировать. Он медленно повернул голову вправо, вглядываясь в тёмные кроны деревьев и густые кустарники. Через минуту Кир словно очнулся, тряхнул головой и посмотрел на Артура, вздохнув, махнул рукой в сторону, куда только что всматривался:

– Нам туда, аномалия именно там, – сказал Кир, поёжившись. – Много отрицательной энергии и очень агрессивный фон. Артур, давай сами прогуляемся? Наши парни без дара. Я прикрою тебя, да и кое-что тебе передалось с моей кровью – можно сказать, у тебя есть иммунитет. К тому же, ты сам оказался одарённым, и ритуал в Храме пробудил твой дар. С тобой проще… Четверых мне сейчас будет сложно прикрыть. Много энергии уходит на стабилизацию Леи.

– Ещё бы, беременная… – Артур хотел сказать "баба", но скривился и оборвал себя на полуфразе, затем зло выдохнул. – Беременный эмпатик в такой дыре – это что-то! Отправь жену к матери на Алтицию! Ей через месяц рожать! Дай хоть полгода мне и парням спокойно выдохнуть.

– Ты сам знаешь, что она без меня никуда не улетит, а я сейчас не могу последовать за ней на Алтицию. Да и… улетим мы, вы же все за нами через пару недель… припрётесь, – улыбнулся Кир.

– Фи… – наигранно вздохнул Артур. – И это говорит высокородный алтиец! – произнёс он, тихо рассмеявшись. Затем присел на корточки, провёл рукой по высокой траве, словно пытаясь что-то понять или почувствовать, и уставился задумчиво в то место, куда указал Кир. После того, как они покинули шаттл, на душе стало ещё муторнее.

– Вдвоём пойдём или просить у Лийва в помощь пару интуитов? – вздохнув, спросил Кир, его голос дрожал от напряжения.

– И ждать пару недель, пока они к нам доберутся? – покачал головой Артур. – Ты прав, эту дыру нужно проверить по горячим следам. Если верить головастикам, тектоника ещё не стабилизировалась. Говоришь, агрессивный фон? – задумчиво произнёс Артур. – Это ведь не может быть система воздействия на психополе? Ливинтронцы…

– Никогда не восстановят эти знания и саму систему. У них не осталось материала в виде мозгов интуитов, оборудования тоже, а основная лаборатория уничтожена, – покачал головой Кир. – Здесь что-то иное, но оно агрессивное и тоже может отрицательно влиять на энергетику и сознание. Не так как система, медленно… – задумчиво произнёс капитан "Ястреба". – Я не совсем понимаю, что это. Оно… словно и чуждое планете, и в то же время родное. Странно…

Артур нахмурился, пытаясь осмыслить слова Кира.

– Если тектоника ещё нестабильна, это может объяснить аномальные энергетические выбросы. Но агрессивный фон… Это что-то новое для этой планеты. Может всё проще? Возможно, это связано с геомагнитными аномалиями? – бросив взгляд на Кира, спросил Артур.

– Возможно, но я чувствую, что здесь что-то большее, – задумчиво произнёс Кир.

– Теперь понятна атипичная активность хищных ящеров в этом месте, – размяв шею, произнёс Артур. Он посмотрел на своих ребят и добавил: – Слышали капитана? Ноги в руки и потащили задницы обратно на шаттл. Нос не высовывать, за условный периметр не выходить, ждёте нашего возвращения и… защитный энергетический купол от греха подальше активируйте.

– Может, нам всё-таки сопроводить? – нахмурившись, произнёс высокий брюнет с коротким ёжиком волос, его звали Ромс.

– И, если вы попадёте под воздействие этой гадости, мне потом придётся не только от динозавров отстреливаться, но и от вас? Динозавров мне не жалко, а вас придётся вырубать так, чтобы шкурку не попортить. Это время! А если, не дай бог, покалечу? Где я потом таких штурмовиков найду? Полгода отшлифовывал… Вопрос закрыт! Через три часа рассвет, а нам к десяти уже нужно быть на базе, – Артур выключил и спрятал сканер обратно в сумку, кивнув ребятам на люк шлюза.

Те молча вернулись на шаттл, а Кир и Артур начали медленно пробираться в нужном направлении. Джунгли вокруг них были наполнены непривычными звуками.

– Ты прав, – через некоторое время сказал Кир, когда они углубились в лес. – Атипичная активность хищных ящеров может быть связана с аномалией. Их поведение изменилось… возможно, из-за воздействия на их нервную систему, но… странно… Тут всё странно!

Артур кивнул, держа руку на рукоятке своего оружия.

Густые джунгли с высокими деревьями, переплетающимися лианами и плотным подлеском создавали ощущение замкнутости пространства. Влажный воздух был насыщен запахами растительности и разлагающейся органики. Вокруг слышались звуки ночных животных и насекомых, создавая непрерывный для сознания фон, который только усиливал внутренние напряжение.

Местами почва становилась болотистой, и приходилось осторожно пробираться через топкие участки, стараясь не увязнуть в них. Артур внимательно следил за каждым шагом, чтобы не попасть в ловушку. Периодически ему чудилось, что за ними наблюдают, и это напрягало, так как реальных признаков наличия рядом хищников он не видел.

Вмонтированный в коммуникатор сканер ближнего действия шипел и мерцал, но не показывал наличие рядом биологических видов. Сбоил? Уже через пять минут назойливого тихого писка Артур его отключил. Достаточно того, что он и так был на грани… хотелось от души выругаться и что-то сломать. Чем дальше они продвигались, тем отчётливее чувствовалось воздействие аномалии. Воздух становился тяжелее, и что-то невидимое давило на психику, отвлекая и вызывая чувство тревоги. Артур чувствовал, как его мысли становятся рассеянными, а концентрация снижается. Он знал, что это влияние аномалии, и старался держать себя в руках, но это было непросто.

Кир, идущий впереди, тоже ощущал это давление. Он остановился на мгновение, чтобы перевести дух, и посмотрел на Артура.

– Мы близко, – сказал он тихо.

Артур кивнул, сжимая и разжимая кулаки.

Минут пятнадцать они ещё двигались молча и осторожно, постоянно осматриваясь и прислушиваясь к окружающим звукам. Время от времени останавливались, чтобы осмотреться и убедиться, что не упустили ничего важного. Вскоре они вышли на небольшую поляну, окружённую высокими деревьями. Это место казалось странным и неприятным, выбивающимся из естественного окружения и, словно чужеродным.

Местность вокруг поляны была неровной, с трещинами и разломами в земле, оставшимися после недавнего тектонического сдвига. Некоторые деревья были повалены, а почва местами выглядела взрыхлённой, как будто её недавно вскопали. Влажный воздух усиливал ощущение тревоги.

В центре поляны виднелся вход в старую шахту, частично заваленный обломками и землёй. В метрах ста от неё находились руины какого-то очень древнего, частично мегалитического строения. Каменные блоки, покрытые мхом и лишайником, казались древними, словно пролежали здесь тысячи лет.

Кир замер у самой кромки поляны и хмуро уставился на шахту, которую сейчас хорошо освещал свет спутника. Артур остановился рядом, внимательно осматривая окрестности.

– Мы просканировали эту планету вдоль и поперёк ещё год назад, но упустили из виду нечто очень интересное, а точнее просто не нашли это, – задумчиво произнёс Артур, присаживаясь на корточки и зарывая пальцы в землю. – Кажется, землетрясение вскрыло то, что было давно захоронено, и повредило некий механизм… устройство, создававшее здесь слепую зону. Мне это не нравится. Всё это выглядит слишком старым! Явно не рук астиров.

Он поднял горсть земли и внимательно её осмотрел. Почва была необычно рыхлой и влажной, как будто её вскопали. Стихия? Динозавры? Артур нахмурился, пытаясь понять, что могло вызвать такие изменения.

– Если это действительно так, – продолжил он, – то мы имеем дело с чем-то гораздо более сложным, чем просто тектонические сдвиги. Тебе не напоминает это Тиосию? Возможно, здесь есть древние функционирующие технологии или структуры, которые мы не смогли обнаружить при первоначальном сканировании.

Кир кивнул, его взгляд оставался сосредоточенным на шахте. Артур поднялся, стряхивая землю с рук.

– Шахта не была полностью погребена под землёй. Скорее, здесь действительно был какой-то защитный купол, но… визуально всё это очень древнее. Странно… Почему информационное поле планеты молчало? – задумчиво произнёс Кир, медленно направляясь к шахте. – Источник агрессивной энергии находится именно в шахте.

– Шархир меня побери… – выругался Артур, следуя за Киром. – И что там? Ещё какие-то кристаллы? Хорошо, что астиры не нашли это место, когда планета находилась под их патронажем. Кто знает, что это всё в себе несёт.

Кир остановился у входа в шахту, внимательно осматривая её:

– Если здесь действительно был защитный купол, то он мог скрывать не только саму шахту, но и её энергетическое излучение. Это объясняет, почему наши сканеры ничего не обнаружили и почему я не чувствовал это место раньше.

Артур нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное:

– Но почему информационное поле планеты молчало? Это ведь должно было оставить следы. А ты ведь синхронизировался с биополем Паатриты!

Кир кивнул, его взгляд оставался сосредоточенным на шахте.

– Возможно, эта технология настолько продвинута, что маскировала своё присутствие даже на уровне информационного поля планеты. Я не уверен…

– Кто-то переплюнул вашу расу? – удивлённо спросил Артур.

– Скорее, мы ещё не доросли до этого, – пожал плечами Кир. – Хотя, учитывая, что мои предки создали ментисфактум… Знаешь, в прошлом во вселенной произошло нечто такое, что заставило продвинутые разумные расы откатиться назад. Об этом не принято говорить… скорее, никто не хочет это признавать.

Шахта выглядела очень старой, возможно, действительно древней. Каменные стены покрыты мхом и лишайниками. Вход обрамляли массивные потрескавшиеся каменные блоки с металлическими вкраплениями, некоторые из которых сместились из-за недавнего землетрясения. Он был широким, но частично заваленным камнями и землёй, и внутри могли быть завалы и новые обвалы. В глубине шахты виднелось розовое тусклое свечение.

– Ну и что это за гадость? – раздражённо хмыкнул Артур.

– Не понимаю, – прошептал Кир.

Его глаза снова изменились, поменяв цвет на насыщенный синий. Он присел и положил ладонь на массивные камни, прислушиваясь к себе.

– Что ты делаешь? – нахмурился Артур.

Здесь его буквально выворачивало наизнанку, а внутренности скручивались в тугой узел. Лёгкий гул в голове раздражал, но контролировать себя вполне получалось. Однако почему-то подмывало поговорить.

– Хочу более подробно прощупать энергетику, – кашлянув, произнёс Кир. – Ты хорошо держишься, Артур.

Артур кивнул, стараясь сосредоточиться, но вот это уже получалось плохо.

– Меня Лея потом не убьёт? После твоего “прощупывания”?

– Артур… – скривившись, произнёс Кир.

– Что Артур, а младшенький? – хмыкнул Артур, положив ладонь на рукоять ножа и всматриваясь в окружающие джунгли. Опять появилось навязчивое ощущение, что за ними наблюдают. – Слушай, Кир, а тебя не смущает, что мы так легко и без приключений добрались до этого места? Я понимаю низкочастотный шум, но их это надолго не отпугнуло бы. Где зубастики? Их тут должна быть тьма!

– Я немного их отогнал, но три особо настырные твари всё равно бродят где-то совсем рядом, – немного раздражённо произнёс Кир, прикрывая глаза.

– Ага, а когда будем идти назад… тоже без приключений?

– А в обратном направлении у нас будет забег с препятствиями, потому что я уже на пределе, – фыркнул Кир, распахнув веки и уставившись на Артура. – Слушай, или помолчи, или исчезни на пару минут. Отвлекаешь! Причём очень сильно!

– Какие мы нежные и нервные, – проворчал Артур. – А что будет, когда Лея будет рожать? Да ещё на нашей базе в этой дыре, окружённой…

– На “Ястребе” она будет рожать! – нервно выдохнул Кир и скривился, словно съел кислый лимон.

– Ну да, ну да… ты сам в это веришь? – фыркнул Артур, разворачиваясь в сторону. Неприятное и назойливое ощущение чужого взгляда раздражало и нервировало его, постоянно смещаясь в пространстве.

– Артур!

– Ладно, прогуляюсь я действительно к развалинам, посмотрю, что да как, – вздохнув, произнёс Артур и перевёл взгляд обратно на Кира. – Ты это чувствуешь?

– Один из ящеров подошёл к нам слишком близко, – кивнул Кир. – Где-то тут ещё два, но точно сказать не могу, где именно. Сканер не покажет. Кажется, это место вызывает сбои в электронике. Артур, мне нужно сосредоточиться, иди действительно прогуляйся.

– А если…

– Меня не тронет, и он, в отличие от тебя, молчит, а вот ты будь аккуратен, а лучше не отходи от меня дальше пятидесяти метров.

– Кир, почему мне кажется, что на нас смотрит что-то разумное? – выдохнул Артур, чувствуя, как у него в затылке прожигают дыру.

– Разумное? – нахмурившись, произнёс Кир и задумался. – Разум – понятие сложное и относительное, но… не думаю. Я ощущаю только динозавров, мелких… не выше метра. А, вообще… Твоя энергетика становится мощнее и фонит, сейчас она создаёт даже для меня помехи. Возможно, все твои ощущения просто неправильно тобой интерпретируются, сравнивать тебе не с чем. Вы, люди, не видите энергию, только чувствуете её. Нужно будет, чтобы тебя Лея тщательно осмотрела.

– Понял, не совсем дурак, – хмурясь, произнёс Артур, рассматривая Кира. – Что совсем хр…

– Сложно настроиться на это место, а синхронизироваться с биополем планеты не хочу. Ты меня потом до шаттла не дотащишь, и вот тогда Лея уже и тебе, и мне голову действительно оторвёт. Её сейчас очень сильно штормит на эмоциональном уровне, а дар эмпатика пробивается даже через поставленные мной блоки, – проворчал Кир, снова закрывая глаза и сосредотачиваясь.

– Метров, шметров… энергии и другая гадость… – проворчал Артур и побрёл в сторону развалин. – И вот оно мне было надо?

Развалины находились недалеко, дальше, конечно, чем пятьдесят метров от Кира, но сидеть рядом с ним Артур не собирался. Кира тварь не тронет, пока он в состоянии глубокой медитации и с активным даром, а за себя Артур не боялся. Он не мальчик, за плечами у него такой опыт, а метровый хищник… это не условный спинозавр. Вот то редкостная тварь! Кросс на отлично сдашь, даже если раньше ползал как улитка.

Паатрита… Она кишела этими рептилиями, и на ней всё смешалось! Ящеры были похожи на земных динозавров как две капли воды, но все периоды их существования на Земле здесь переплелись. На Паатрите спокойно соседствовали представители мелового и юрского периодов, а также других эпох.

Хорошо, что крупных ящеров удалось отпугнуть. Алтийцы установили вокруг базы специальное оборудование, излучающее низкочастотные звуки, которые действуют только на ящеров размером более двух метров. В результате особо крупные твари не забредали в эти места, а с мелкими уже могла справиться охрана базы и исследовательских групп. Можно было, конечно, заморочиться и полностью зачистить территорию, но это нарушило бы биобаланс местности, а раса алтийцев предпочитала не играть с такими вещами. Уже обожглись…

Ящеры здесь живут, это их территория, а они – гости, и не стоит об этом забывать.

Землетрясение, произошедшее сутки назад, действительно вскрыло часть древних руин, которые ранее были частично погружены под толстым слоем почвы и густой растительности. Сейчас Артур это отчетливо видел и… чувствовал!

Эти обвалы… скорее всего, в бывшем храме ещё функционировало какое-то оборудование, которое делало это место невидимым для сканирования до землетрясения.

Год назад они тщательно проверили эту планету, хотя вглубь не копали. Позже несколько раз проводили сканирование, отслеживали популяции крупных хищников и изучали планету. Исследовали воздух, воду, почву, микроорганизмы… Но этих развалин они не нашли! А теперь… вот тебе аномалия прямо под носом и нечто такое, что взрывает мозг!

– Шархир меня побери! – выдохнул Артур. – Это же какая пакость и как давно обитала на этой планетке?

Перед ними возвышались массивные каменные стены, сложенные из огромных блоков, каждый из которых был покрыт мхом и лишайниками. Некоторые из стен были частично разрушены, и обломки камней лежали вокруг. В местах, где стены обрушились, виднелись остатки колонн и арок, которые когда-то поддерживали крышу храма. Почему храма? Ассоциации… Эти колонны были украшены сложными резными узорами, которые теперь были частично стёрты временем и природными факторами.

Кроме странных узоров, здесь были гладкие плиты с выемками, очень сильно напоминающими очертания ладони. Только ладонь эта предполагала наличие шести пальцев, окаймлённых острыми когтями! Из всех представителей разумных рас Артур не встречал шестипалых, и это его озадачило.

– Хорошо потрясло, – прошептал Артур, более тщательно осматриваясь по сторонам.

Некоторые деревья были повалены, их корни торчали из земли, обнажая подземные слои почвы. Вокруг руин росли густые кустарники и лианы, которые частично скрывали остатки древних сооружений.

Артур скривился и выругался, затем активировал на руке коммуникатор и, включив функцию записи, стал снимать всё, что привлекало его внимание и казалось важным. Как ни странно, камера работала без сбоев. Да, он не учёный, головастики потом сами будут здесь основательно копаться, но записи можно будет посмотреть в спокойной обстановке, чтобы оценить масштаб трагедии или будущих проблем. Копаться в прошлом нужно тоже с умом! Тем более, если это прошлое непонятно кому принадлежит и от их изысканий веет агрессией.

– Интересно, – прошептал Артур, выключая коммуникатор и присаживаясь на корточки.

Его внимание привлекли небольшие жёлтые прозрачные камни, россыпью лежавшие возле одного из наиболее пострадавших каменных блоков руин. Такие же камни были и на самом блоке в виде вкраплений. Артур поднял один жёлтый камень, приблизительно четыре сантиметра в диаметре, внимательно его рассмотрел, затем усмехнулся и спрятал камень в карман. Интуиция подсказывала, что пригодится, и он не стал сопротивляться.

Переведя взгляд на блок, Артур заметил, что жёлтые вкрапления, если хорошо присмотреться и провести воображаемые линии, соединяя их между собой, напоминали какие-то символы или… созвездия? Но совершенно ему незнакомые!

– Интересно… – снова прошептал Артур и почесал лоб.

Он увлёкся… настолько, увлёкся, что успел отреагировать в самый последний момент. Шорох, а потом… из кустов выскочил небольшой динозавр. Тварь отдалённо напоминала компсогната, она издала рокочущий звук и прыгнула на Артура с невероятной скоростью.

Артур успел частично увернуться, но один из когтей ящера задел его плечо и прошёлся по предплечью, оставив длинный, неглубокий порез. Коготь прорезал кожу и мышцы, но не достиг костей. Артур почувствовал резкую боль, но быстро собрался и среагировал.

Несмотря на боль, он левой рукой выхватил нож из ножен и быстрым, точным движением нанёс удар в сторону динозавра, целясь в его шею. Динозавр отскочил назад, избегая прямого удара, но Артур всё же задел его по касательной, разрезав кожу возле когтистой лапы и переходя на рёбра.

Зверь и человек замерли, уставившись друг на друга и готовясь к атаке или её отражению.

Невысокий, всего метр в высоту, динозавр был покрыт чешуйчатой кожей, напоминающей кожу обычных рептилий, с оттенками зелёного и коричневого, что помогало ему сливаться с окружающей средой. Длинные, острые когти на передних лапах выглядели угрожающе. Глаза динозавра были большими и яркими, с вертикальными зрачками, а его пасть была заполнена острыми зубами.

Артур сильнее сжал рукоять ножа, принял ещё более устрашающую позу и оскалился, издав шипящий звук. Динозавр моргнул, издал резкий рокочущий звук и медленно отступил в кусты, оставив Артура одного. Затем послышались шорохи и топот – ящер ушёл.

– Чтоб ты сдох! – зло выплюнул Артур, возвращая нож на его место и, тяжело дыша, осмотрел свою рану.

Скривившись, он залез здоровой рукой в свою сумку и достал оттуда небольшую бутылочку. Эта мазь алтийской медицины обеззараживает и останавливает кровотечение. Вскрыв зубами крышку, Артур щедро нанёс на ранение гелеобразную зеленоватую субстанцию, а потом равномерно размазал её по ране.

Сначала ощущалось лёгкое жжение, которое вскоре сменилось ощущением холода, подобного морозу. Рана, словно подверглась криотерапии: кровь действительно перестала выступать, и боль исчезла.

– Артур? – раздался за его спиной голос Кира.

– Старею, мать твою! Шархир меня укуси! Ещё один незаметно подобрался… – выругался Артур, вздрогнув и быстро спрятав баночку обратно в сумку. Он развернулся и бросил взгляд на Кира. – Ваша… энергетика мне все инстинкты сбила! Хреново выглядишь! – произнёс Артур, окинув друга мрачным взглядом.

Кир действительно выглядел плохо. Скулы запали, кожа, обычно имеющая медный оттенок, посветлела, глаза лихорадочно блестели и были серого цвета, а на лбу выступили капельки пота. Артур уже не раз видел Кира в таком состоянии и знал, что тот тяжело приходит в себя. Значит, новоиспеченный братик не выдержал и всё же синхронизировал своё энергетическое поле и сознание с энергетическим полем планеты.

– Ты не лучше, – фыркнул Кир. – Я же предупреждал!

– Засмотрелся на эту гадость, – Артур кивнул в сторону развалин. – Я так понимаю, это должно оставаться секретом и не выходить за пределы? Людей на базе нужно будет чем-то занять, иначе информация быстро выйдет наружу. Я не эксперт, но это точно не принадлежит ни расе алтийцев, ни человеческой, и другие известные мне разумные существа здесь тоже явно не отметились.

– Надо связаться с Храмом и Лийвом, – тяжело вздохнул Кир.

– Значит, мы тут застряли надолго, – констатировал Артур очевидное. – Фиксируем шахту и к шаттлу?

– Сразу к шаттлу, – кивнул Кир, отбрасывая с глаз длинную чёлку. – Я больше не отпугиваю хищников, и сюда уже спешит что-то достаточно крупное, больше двух метров. Прорвалось через заслонки и не реагирует на отпугиватели.

– Ну, тогда побежали… оставим зверушку без сытного завтрака!

ГЛАВА 5

[Сектор галактики Х31. Звёздная система Лэйга. Планета Паатрита. Медблок.]

– Как вас угораздило? Один теперь в регенерационной камере восстанавливает свою энергетику, другой… – Лея скривилась и придвинула свой стул ближе к Артуру, направив специальную лампу на его рану.

– Колобок, не ворчи, у мальчиков такое иногда бывает… – фыркнул Артур, удобнее усаживаясь на кушетке и наклоняясь чуть вперёд, чтобы Лее было удобнее осматривать его ранение.

– Артур, мне тебя ещё зашивать! Ещё раз назовешь колобком… – многообещающе произнесла Лея, приподняв голову и посмотрев на друга.

Да, Артур был другом, даже больше, чем другом – семьёй! Можно сказать, что именно благодаря ему они с Киром сейчас вместе. Если бы Артур тогда не выкрал её и не вернул Киру…

– Язва мелкая, – добродушно рассмеялся Артур. – Ты себя в зеркале видела? Ты на восьмом месяце! Сначала в помещение заходит твое пузо, потом ты. Мои штурмовики крокодильими слезами плачут, когда я их к тебе на медосмотр направляю! Взрослые мужики, которые голыми руками ящеров… – Артур кашлянул. – Не хочешь с Шином местами поменяться? Кир к тебе каждый вечер телепортироваться будет. Сам лично братику пинка под зад давать буду, честно!

– Пусть Шин на “Ястребе” сидит, и это не обсуждается! – прошипела Лея, сощурившись. – И почему же твои мальчики…

– Почему? Лея, а вдруг ты рожать начнёшь? Что потом с тобой делать? – рассмеялся Артур. – Мне страшно! Им тем более!

– То есть детей делать этим лбам нравится, а беременную женщину они боятся? – приподняв иронично одну бровь, спросила Лея.

– Им не детей делать нравится, им процесс нравится, – хмыкнул Артур. – Ладно, закрыли тему. Упрямая…

– Какая есть, – пожала плечами Лея, кряхтя склонилась над его плечом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.