# Маска юности

Анна Роквелл

ЧТО ДЕЛАТЬ, ЕСЛИ ТЕБЕ СНОВА СТУКНУЛО СЕМНАДЦАТЬ?

Школьные будни, задиристые одноклассницы, веселые вечеринки и незапланированная трогательная влюбленность.

«Вчера Саманте было тридцать, сегодня – семнадцать, и ее цель номер один: завоевать внимание самого популярного парня школы. Заинтригованы? Отложите свои планы на сон, потому что вы не сможете оторваться от этой книги». – Сола Рэйн, автор популярных молодежных романов

Саманте тридцать, и она работает агентом под прикрытием. С помощью особой сыворотки «Маска» она может изменять свою внешность: цвет волос, глаз и даже возраст. У Саманты уже с десяток успешных контрактов, приличный счет в банке, но практически нет друзей… И вот однажды Саманта получает необычное задание. Присмотреть за семнадцатилетним школьником, пока его родители в Европе. Но во время превращения все пошло не по плану… Саманта стала семнадцатилетней собой! Старшая школа – не лучший период в жизни Сэм. К ней возвращаются тревоги юности. Но вместе с тем появляется шанс наконец-то разобраться в себе, своих чувствах и в отношениях с этим миром…

Для поклонников историй в духе Лины Винчестер, Али Хейзелвуд и Анны Джейн.

Иллюстрация на обложке и оформление Я. Соловьевой

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации:

© ArnaPhoto: somen / Shutterstock.com / FOTODOM

Используется по лицензии от Shutterstock.com / FOTODOM


© Роквелл А., 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

> Моему мужу Руслану – преданному читателю и надежной опоре на каждом шагу к исполнению мечты.


> Даше – за веру в эту историю. Ты моя фея-крестная!


> А главное – моему внутреннему ребенку,

> которому была нужна эта история,

> чтобы наконец-то стать взрослым.


## Плейлист


Ed Sheeran – «Runaway»

Ed Sheeran – «All of the stars»

Glee cast – «Mine»

Ed Sheeran – «Shirtsleeves»

Ed Sheeran – «This»

Masayoshi Yamazaki – «One More Time, One More Chance»

Ed Sheeran – «Autumn leaves»

Ed Sheeran – «Kiss me»

Walk the moon – «Shut up and dance»

Ed Sheeran – «Sunburn»

Ed Sheeran – «How would you feel»

## Date: Воскресенье, 2 августа. Place: Нью-Йорк


Я люблю свою маленькую квартирку в Бруклине. Когда из-за горизонта появляются первые лучи солнца, они моментально оказываются на моей кровати. И это одно из преимуществ жизни в многоэтажке по соседству с кварталом коттеджей. А еще с моего балкончика виден Шипсхед-Бей, и каждый раз, завтракая на свежем воздухе, я благодарю Бога и свой строптивый характер, что не послушала маминых увещеваний и купила эту квартирку. Да, она крошечная и потребовала капитального ремонта. Зато она стала моей первой инвестицией в самостоятельность и находится в Нью-Йорке. Неплохо для недавно окончившей колледж девчонки?

А сегодня, в первый законный выходной после очень длинного рабочего контракта, меня разбудили не теплые зайчики августовского солнца, а звонок из офиса. В семь утра! В семь!

Не открывая глаз, я нашарила телефон и нажала отбой. Но через секунду противная мелодия заиграла вновь. Я сбросила звонок еще раз. Но телефон снова зазвонил. Захотелось запустить им в стену, но я сдержалась. Разлепила глаза, тяжело вздохнула и нажала на зеленую кнопку.

– Саманта, какого хрена ты не берешь трубку?! – услышала я недовольный голос Чеда.

– Потому что я сплю, идиот, – беззлобно отозвалась я. – У меня первый выходной. Сегодня воскресенье. Какого черта ты названиваешь мне в семь утра?

– Уж не по собственному желанию! Мое дежурство закончилось полчаса назад, но я еще тут. А все потому, что у нас срочный заказ. Так что вытаскивай свою прекрасную попку из постели и двигай в офис. СРОЧНО! – Последнее слово он крикнул в трубку и отключился.

Я грустно посмотрела на замолчавший телефон, положила его на тумбочку и скатилась с кровати. Уныло посидела на прохладном полу и заставила себя пойти в душ.

Срочный заказ есть срочный заказ. И не важно, что мой предыдущий длился почти полгода и только вчера я полноценно отошла после введения блокатора. Я внимательно осмотрела себя в зеркало, пока чистила зубы, и поняла, что следы чужой внешности еще не до конца стерлись. Мои собственные волосы обычного коричневого цвета: не русые, и до жгучей брюнетки далеко, но кое-где еще виднелись платиновые пряди. Радужка обоих глаз была наполовину голубой вместо карей. Да и родинки еще не все вернулись на лицо. Что бы там ни говорили медики о содержании метаморфинов у меня в крови, но за последнее время восстановление после блокаторов стало проходить медленнее.

– Линзы или очки? – спросила я у своего отражения, размышляя, как лучше спрятать расцветку радужки. – Ладно, Сэм, уговорила. Будут очки.

Еще десяток минут ушел на поиски кед, футболки и джинсов нужного размера в ворохе одежды. Я нацепила на нос солнцезащитные очки, закинула в сумку пропуск и телефон и выскочила за дверь.

Наша контора располагается далеко от прекрасных небоскребов Манхэттена, в старом и неприметном здании Квинса. Консалтинговое агентство «Портер и партнеры» занимает выкупленное у муниципалитета пятиэтажное жилое здание. Кирпичное, разрисованное неумелыми граффити, с грязными окнами первого этажа и металлическими входными дверями, оно кажется скорее заброшенным, чем офисом преуспевающей компании. Никаких вывесок на фасаде, разумеется, не имеется. И на то есть причины: наше агентство предоставляет специфические услуги, весьма условно относящиеся к консалтингу.

Нет, правда, все легально, никаких законов штата Нью-Йорк или всей страны мы не нарушаем, просто о таком в обществе до сих пор не привыкли говорить. Как прячутся в маленьких неприметных офисах частные детективы, работающие грязными методами, так и «Портер» прячется за потрескавшимися окнами, хотя внутри офис мог бы потягаться с любыми зданиями на Уолл-стрит.

Чем же мы занимаемся? Постороннему человеку объяснить бывает не так уж легко, но я постараюсь. Придется начать издалека.

Лет десять назад какой-то умник, кажется из Гарварда, синтезировал удивительное вещество с невыговариваемым названием, способное влиять на ДНК человека. Мы зовем его просто «Маска». «Маска» вводится в кровь, вступает в какие-то неведомые реакции, и внешность человека меняется. Воздействие этого вещества можно программировать. Все – от цвета волос или глаз до возраста, роста и комплекции – можно исправить, были бы деньги. Чем больше изменений принесет введение «Маски», тем дороже сам препарат, что вполне очевидно. У него есть и так называемый блокатор, о котором я упоминала ранее: вещество, смешанное с изначальной ДНК клиента, позволяющее вернуть все на свои места. Обычные люди могут использовать «Маску» максимум пару раз в жизни, равно как и блокатор.

А все из-за метаморфинов, что открыл тот же ученый. Эти клетки крови, похожие на эритроциты, отвечают за способность человека успешно меняться под воздействием Маски. И, насколько я помню из вводной лекции, люди с низкой концентрацией метаморфинов в крови плохо поддаются изменениям. Они могут поменяться один раз за жизнь, и не всегда блокатор сможет вернуть все назад. У большинства населения планеты количество метаморфинов очень низкое, но бывают такие, как я или другие агенты «Портер и партнеры». У всех нас концентрация на порядок выше средней, а у отдельных личностей совершенно аномальная. Это позволяет нам меняться каждые пару-тройку месяцев, а некоторым и чаще. И, слава богу, наука пока еще не научилась синтезировать метаморфины искусственно, иначе мы остались бы без работы. А пока такого не случилось, агенты Портера нарасхват.

Так чем же мы занимаемся? Представьте себе шпионов или полицейских под прикрытием. Представили? Теперь уберите политику и взаимодействие с криминальными личностями, добавьте побольше неверных мужей и нечистых на руку партнеров по бизнесу – и получите нашу работу.

К нам приходят с совершенно разными заданиями. Кому-то нужно выяснить, действительно ли сливает корпоративные тайны обиженный заместитель финансового директора, или изменяет ли сенатору жена с его конкурентом перед выборами, или еще что-то в том же духе. На самом деле спектр проблем, для решения которых нас нанимают, очень широк. Кажется, у нас даже были военные контракты. Но у меня не тот уровень доступа, чтобы знать наверняка. Потому что для разных вопросов нужна разная квалификация и способности. И, увы, несмотря на потрясающе высокую концентрацию метаморфинов, список моих умений не такой уж выдающийся. Я не умею стрелять из всех видов оружия, как сам Портер, не владею десятком языков, как Даррелл и Пенни, не способна выжить в лесу, как Тони. Но я все еще ценный сотрудник, поскольку немногие могут меняться едва ли не каждый месяц. А это бывает нужнее любых особых навыков.

Я окончила совершенно ничем не примечательный колледж в штате Нью-Йорк по специальности «журналистика». Ничего более оригинального я после школы придумывать даже не пыталась, ибо главное – свалить подальше от родителей. За время учебы я работала в университетской газете, кафешках и библиотеке. У меня не было обширных знакомств и связей. Не любила спорт. Была одной из самых обычных студенток.

Но на последнем курсе мне попалось на глаза объявление от биологического факультета. Для медицинского исследования нужны были добровольцы. От нас требовалось только сдавать кровь раз в неделю на протяжении пары месяцев. А деньги за это платили весьма приличные. Идеальный вариант! Ты ничего не делаешь и получаешь за месяц сумму, равную твоей зарплате в библиотеке. Естественно, я побежала туда сломя голову.

А через два месяца со мной связались представители агентства «Портер и партнеры». Оказалось, что таким образом они ищут людей с достаточным уровнем метаморфинов. Они буквально умоляли меня пойти к ним на работу, а все из-за повышенной концентрации этих клеток. Я не какая-нибудь наивная дурочка и понимала, что за обещанные райские условия от меня потребуется что-то очень странное или сложное. Или незаконное. В общем, дискутировали мы долго. Я пыталась убедить их, что ничего не умею и для них не гожусь, они говорили, что им все равно, и обещали всему научить. Глупо, да? Могла бы наплевать на реальность, подписать контракт и радоваться ноликам в чеке. Но я не из таких. Я стараюсь трезво оценивать свои силы и не приукрашивать способности, только чтобы произвести впечатление на работодателя. Но в конце концов я сдалась.

После окончания колледжа, буквально на следующий же день, я приехала к зданию в Квинсе. Потопталась перед закрытыми металлическими дверями и несмело зашла в примыкающие к зданию ворота. Поблуждала среди впечатляющего автопарка, пока не нашла в самом углу двора резную деревянную дверь со старомодной табличкой. Как сейчас помню: я трясущимися от страха руками повернула латунную ручку и ватными ногами сделала шаг в свою новую жизнь.

Меня не обманули.

Ребята из агентства очень много сил и денег вкладывают во всех «полевых» сотрудников. Потому что людей, подходящих для заданий, слишком мало. Конечно, на работу не берут любого человека с улицы. Прежде чем пригласить в офис, кандидатов оценивают, проверяют, рассматривают всю подноготную. Но если уж вам прислали в письме адрес прибытия, будьте уверены – теперь вы в надежных руках.

Меня поселили здесь же, как и еще нескольких ребят примерно моего возраста. Нас тестировали. Много! Физическая подготовка, интеллектуальные способности, психологические особенности и склонности к различным профессиям. Естественно, нам вкалывали «Маску», чтобы определить, как быстро мы поддаемся влиянию, как быстро возвращаемся к прежнему виду и когда снова готовы к изменениям. Все это было очень долго и скучно. Но платили щедро. Так что с этим я худо-бедно справилась.

После всех тестов у нас были курсы стрельбы из огнестрельного оружия (на всякий случай), рукопашного боя, ораторского искусства и бог весть чего еще. И, не буду врать, я не блистала. Стрельба на четверку (спасибо родственникам за лето на ферме), борьба на тройку. Зато я умудрилась вполне сносно выучить пару языков.

Но мое секретное умение оказалось вовсе не в этом. Когда я прочитала отчет комиссии о себе, то долго смеялась. Все психологи в один голос утверждали, что я не гожусь для ведущих ролей (я не Джеймс Бонд, тоже мне удивили), зато я незаменима на вспомогательных ролях. Если уж совсем по-простому, то я «та самая милая девочка из маркетингового отдела», которая ничем не выделяется, почти все время молчит и застенчиво приносит каждому коллеге кусочки тортика на свой день рождения. Ее никто не замечает, зато она слышит и видит все. А я и правда наблюдательная. Да и на слух не жалуюсь. С детства я умела делать вид, что старательно занимаюсь своими делами, но при этом слышать каждое слово, не предназначенное для моих ушей. «Собиратель информации» – так называли мою роль в агентстве.

На самом деле я очень довольна контрактами, которые мне достаются. Они бывают разной длины, от недели до нескольких месяцев, оплачиваются не так впечатляюще, как у «Джеймсов Бондов», но зато и не несут практически никакого риска. Работай, слушай и записывай. Секретарь, стажерка, ассистентка – это все про меня. Милая, обаятельная, немного неуклюжая, но очень старательная. Мне подбирают неприметную внешность, чтобы я не вызывала лишних фантазий у мужчин или ревности у женщин. «Серая мышка» – идеальное определение.

На свое первое задание я отправилась только через год. А все предыдущее время я жила в офисе, училась и была на подхвате. Между прочим, этот год дал очень хорошую тренировку для будущих заданий. Я научилась быть полезной и незаметной, находить общий язык с любыми людьми, вести деловую переписку, в разговорах незаметно выводить людей на нужную мне информацию и варить кофе. И последнее, пожалуй, было одним из важнейших умений. В корпоративной жизни вкусно сваренный кофе открывает двери в сердца даже самых суровых начальников.

Первым моим контрактом стала поездка в Вирджинию и работа в администрации Ричмонда, чей мэр планировал выдвинуть свою кандидатуру в Сенат. Собрать компромат, нарыть грязное бельишко. Оплачивали мой труд, естественно, конкуренты. Я проработала там пару месяцев, но так ничего интересного и не узнала. Будущий сенатор оказался до отвращения правильным. Эта работа была не самой увлекательной и насыщенной рисками, и тем не менее после первого контракта я смогла купить себе отдельное жилье, сделать ремонт и съехать из офиса. Именно после получения того чека я поняла – работа мечты найдена!

И вот прошло еще семь лет. Мне тридцать. За плечами с десяток контрактов на стажерок и ассистенток, приличный счет в банке, опустошать который все равно нет времени. У меня нет друзей и личной жизни, последний раз я виделась с родителями летом три года назад. И я счастлива. Серьезно!

Я путешествовала по миру сама и по работе, жила в разных странах, пусть и не слишком долго. Побывала низенькой и толстой блондинкой, рыжей худышкой и даже кудрявой негритянкой. Знакомилась с кучей людей и ни с кем не заводила серьезных отношений. Никаких. Потому что, скажу по секрету, я не слишком люблю людей. Вернее, я их, конечно, люблю. Но редко и по чуть-чуть. Большие шумные компании – не для меня, ежедневные посиделки с подругами за бокалом вина – не для меня. Наверное, я просто не хочу привязываться. Или, если совсем честно, боюсь привязываться. А ограниченность контрактов по времени позволяет мне не испытывать угрызений совести из-за того, что я бросаю недавно приобретенных друзей и больше никогда не звоню им, даже несмотря на уговоры. Потому что не будет никакой неловкости во время случайных встреч на улице – в следующий раз они меня просто не узнают.

Ладно, сказав, что у меня нет друзей, я, конечно, погорячилась. У меня есть друзья на работе. Но мы не ходим в бары вместе и не ездим на пикники по выходным. На работе мы знаем друг друга настоящими. Лица, голоса, характеры. Не роли и маски.

Мои лучшие друзья – Чед Мендес и Лидия Бин. Они оба мои кураторы. Не только мои, конечно, но чаще всего нас ставят работать вместе.

Кураторы – это такие супергерои в кресле у компьютера. Им всегда можно позвонить или написать, когда у тебя проблемы «в поле». Это те, кто отследит объект по уличным камерам, срочно найдет тебе приглашение на суперважную встречу, расскажет о полезных фактах биографии новых знакомых, если они внезапно могут помочь или помешать в твоем деле. Им же ты отправляешь еженедельные отчеты. Они будут твоими попавшими в больницу родственниками или прошлыми работодателями. В общем, вы поняли. Ребята дежурят в офисе по двенадцать часов в сутки, чтобы я всегда имела доступ ко всей базе знаний нашего агентства. Но в связке со мной работать не слишком увлекательно. Я редко прибегаю к их помощи, в основном справляясь своими силами. Но протокол есть протокол. И даже серым мышкам положены умники за компьютерами.

Вообще наша команда «полевых агентов» тоже довольно дружная. Мы даже пару раз устраивали корпоративы. Но в последнее время заказов слишком много и общаться получается редко. Поэтому дружить с кураторами легче. Даже несмотря на то, что слышишь ты их гораздо чаще, чем видишь.


Вернемся ко второму августа, в семь часов меня безжалостно разбудил мой дорогой друг Чед.

На второй этаж, где располагались переговорные, кабинеты начальства и кураторов, я зашла в половине девятого. У выхода из лифта меня уже ждал Чед в обнимку с любимой кружкой кофе. Я оглядела его с ног до головы. За те полгода, что мы не виделись, он сильно изменился. В плечах стал шире. Волосы отросли – он собрал кудри в объемный хвост. Смуглое лицо стало темнее обычного – это последствия отпуска у родителей в Пуэрто-Рико – да к тому же теперь было украшено широкой ухоженной эспаньолкой. Только уставшие голубые глаза остались теми же. Ну почти – прямо сейчас они смотрели на меня еще и с осуждением.

– Ты ехала очень долго, – недовольно заметил он. – Портер уже заждался тебя в третьем зале.

– Я ехала так быстро, как позволил подъем в мой выходной в семь утра, – парировала я. Мне прекрасно известно, что мой друг склонен к драматизации и как огня боится Билла Портера. Да-да, того самого, чье имя значится в названии агентства.

Факт, что высшее начальство лично ожидает меня в третьей переговорной, настораживал. Либо я в чем-то сильно облажалась, либо у нас какие-то проблемы. Но Чед сказал про срочный заказ. И тогда мне даже представить страшно, что же там такого может быть. Как видите, я и без своего друга успешно справляюсь с нагнетанием атмосферы.

– Привет, Билл! – поздоровалась я, вслед за Мендесом входя в кабинет. – Я даже позавтракать не успела. И я отказываюсь вести дела на голодный желудок.

Сидевший во главе стола мощный плечистый мужчина с проседью в коротко стриженных волосах, как обычно, вздохнул после моего замечания и толкнул ко мне тарелку с бутербродами. В компании с пониманием относились ко многим странностям агентов, и мое извечное желание обсуждать работу за едой исключением не было.

– Что случилось? – спросила я, отбирая у Чеда кофе, чтобы запить чудный сэндвич с индейкой.

Билл постучал пальцами по столу и ответил:

– Это нетипичное для тебя задание, Сэм. Я говорю об этом сразу. Но оно срочное, а других агентов у нас нет. Дарену только вчера ввели блокатор, у Джессики еще не закончился восстановительный период, а остальные сейчас на заданиях. Так что ты наша последняя надежда.

– Но я же тоже еще не восстановилась! – Я демонстративно подергала себя за белую прядь и сняла очки.

– Медики заверили, что через пару дней ты будешь готова для очередной инъекции «Маски». Так что все в порядке.

– Через пару дней? Билл, а мой отпуск? Я полгода провела секретаршей у самого мерзкого адвоката, которого только знаю! Его отвратительные пошлые шутки до сих пор звучат в ушах, а голый зад, который я случайно увидела, зайдя в кабинет, снится в кошмарах. Я не переживу, если ты снова засунешь меня следить за утечкой корпоративной информации и любовницами. Мне нужен отдых!

– Не переживай, в этом случае не будет никаких противных похотливых мужиков, – заверил начальник. – Теплый климат, приятная компания и расслабленная атмосфера. Да, срок у контракта неопределенный…

– Неопределенный?! – возмущенно перебила я. – Билл, ты обещал мне отпуск!

На самом деле брыкаться было бессмысленно – я в любом случае взялась бы за задание. Но и упустить шанс вытребовать себе какие-нибудь бонусы было бы глупо, поэтому я продолжила отпираться:

– Я обещала родителям, что проведу с ними первые недели сентября. Схожу на папин спектакль. Он впервые за последние пять лет получил нормальную роль…

– Чего ты хочешь, Саманта? – вздохнул Портер, прекрасно понимая, куда я клоню.

– Двойной тариф, – брякнула я. Мне давно хотелось сказать в переговорах что-нибудь такое короткое, но веское.

– Идет, – не раздумывая ответил шеф и широко улыбнулся. Все еще сидящий рядом со мной Чед даже поперхнулся отвоеванным назад кофе.

– Так просто? – Мне показалось, что Билл согласился слишком быстро. – В чем подвох?

– Никакого подвоха. Просто немного не твоя специфика, плюс срочность, плюс щедрость оплаты, плюс неопределенность срока. Семья Кросс – мои друзья. И им нужна помощь. На твою подготовку, бумажки, переезд и прочие формальности у нас пятнадцать дней.

Что-то в словах начальника меня зацепило и насторожило.

– Медики уже подбирают состав, Лидия ищет дом, где ты будешь жить. Здесь все, что на данный момент у нас есть по твоему заданию. Вот. – Он толкнул ко мне папку.

Я раскрыла ее, пробежалась глазами по заполненным анкетам, фотографиям счастливой семьи и каких-то подростков. Копия школьного личного дела, биографические подробности. В самом низу лежал буклет школы.

– В этот раз я отправлюсь секретарем директора в это заведение? – усмехнулась я и постучала пальцем по последней бумажке.

– Нет.

– Не в школу?

– Не секретарем.

Я подняла глаза на начальство и поймала появившееся на миг виноватое выражение лица. Черт, надо было просить тройной тариф.

На моем столе за прошедшие полгода ничего не изменилось. Это было мило и дико одновременно. С одной стороны, меня радовало, что никто не стал трогать ворох бумаг, папок, журналов и прочей макулатуры в моей рабочей зоне, а с другой, засохший кактус и жутковатая новая жизнь в банке из-под йогурта говорили, что в мое отсутствие этого уголка опенспейса для остальных даже не существовало. А я ведь просила поливать мой цветок.

Я еще раз оглядела беспорядок в моем мини-офисе и тяжело вздохнула. Как правило, перед возвращением из отпуска я просила уборщиц привести мое рабочее место в порядок. А поскольку в этот раз меня выдернули внезапно, разбирать хлам пришлось самой.

Два часа кропотливой сортировки бумажек, и у меня снова чистый стол и море синих мешков вокруг. Сил на то, чтобы выкинуть мусор, уже не хватило. Я включила компьютер и открыла оставленную боссом папку. Приступим к изучению объекта.

Не прошло и получаса, как в мой уголок заглянула Лидия. За прошедшие полгода она тоже заметно изменилась. Волнистые рыжие волосы стали короче – видимо, подруга устала спускать ползарплаты на уход. А еще изменился стиль в одежде, и теперь она походила на героиню из сериала девяностых. Только широкие черные стрелки и красная помада на веснушчатом лице остались неизменными.

– Никак не пойму, с чего бы семейству Кросс обращаться к нам, – спросила я у гостьи. К тому моменту я уже успела внимательно перечитать всю папку пару раз. – Он же чертов идеал! Спортсмен, отличник, в совете школы состоит. Боже, да он даже в театральный кружок ходит! В личном деле нет ни одного выговора. Пара замечаний не в счет. Какие с ним могут быть проблемы?

Подруга изящным движением отобрала распечатанное личное дело.

– Не знаю, какие у него проблемы. Но он симпатичный, – вынесла вердикт коллега, постукивая по портрету парня пальчиком со свежим маникюром. Степень привлекательности будущих целей ее интересовала больше всего. – Задание выйдет более чем приятным.

– Лидия, ему семнадцать лет. За воплощение твоих фантазий меня можно будет посадить.

– Так и тебе будет не тридцать, – пожала она плечами.

Я махнула на нее рукой.

– Как это ты не знаешь о его проблемах? – вернулась я к интересующей меня теме. – Вы же с Чедом оба были в переговорной, когда Портер обсуждал заказ с Кроссами.

– А родители и не упоминали, что проблемы есть. Но они подозревают, что вскоре могут появиться. Выпускной класс и все такое. Тем более один из его друзей недавно попался с кое-чем запрещенным в клубе.

– В общем, мистер и миссис Кросс желают, чтобы их сын закончил школу без приключений и поступил куда полагается.

– И для этого они обратились к нам? Собственного контроля недостаточно?

– Их бизнес требует переезда в Европу на длительное время. Возможно, на полгода или даже год. И они не хотят оставлять сына без присмотра. Откровенно говоря, невооруженным глазом видно, что миссис Кросс – помешанная на контроле дамочка. Не представляю, как она позволила сыну доучиваться здесь, а не потащила его с собой. Но не суть. Портер обсуждал с ними разные варианты реализации поставленной задачи, но в итоге пришли к тому, что есть. Проще всего отправить агента школьником. Нужно подружиться с парнем. В идеале – стать самым лучшим другом и аккуратно присматривать, защищать и оберегать. Я понимаю, что это не твой профиль. Но когда-нибудь пришлось бы браться за первые роли. Я уверена, что ты способна на большее, чем быть серой мышкой.

– Хотелось бы мне попробовать себя на более активных ролях? Да, возможно. Но начинать с такого – лучше увольте! – я поморщилась.

– Ты говорила, что у тебя остались не самые теплые воспоминания о старшей школе. Все настолько плохо? – спросила Лидия, возвращая мне папку.

– Меня до сих пор в дрожь бросает от мысли, что я туда вернусь. – По коже и правда пробежали холодные мурашки. – Я старалась забыть этот период как страшный сон. Но разве Портеру это объяснишь?

– Сэм, даже если он тебя поймет, ничего сделать не сможет. Ты действительно единственная, кто будет готов к заданию в нужные сроки.

– Да знаю я. Знаю. Придется справиться как-нибудь. – Прозвучало не слишком убедительно.

– Не переживай, у тебя все получится. Тем более босс обещал отправить тебе в помощь кого-нибудь из «мышек», как только это будет возможно.

– То есть никогда, – грустно усмехнулась я. – Если я не провалюсь достаточно быстро, он не станет расходовать ценные ресурсы таким образом. Задание продвигается успешно – зачем что-то менять? Плавали. Знаем.

– Не вешай нос! – еще раз попробовала подбодрить меня Лидия. – Я обещаю разыскать тебе классный дом и выторговать приличную машину, а не развалюху.

– Да какая мне разница? Ты же знаешь, что я даже не вожу толком. Как по мне, хоть драндулет, хоть авто из салона – одна и та же беда.

– Ну нет! Там вокруг тебя будут толпы богатеньких детишек. Лучше уж сразу вписаться, чем пробиваться с угла лузеров.

– Час от часу не легче! – закатила я глаза. – Почему в деле нет пометки об элитности школы?

– Потому что школа самая обычная. Только она в Лос-Перрос, – сообщила подруга. – Что ты смотришь на меня так? Ты что, никогда не слышала о Лос-Перрос?

Я покачала головой.

– Девочка, ты что, в лесу жила последние годы? – Изумлению Лидии не было предела. – Это же один из самых богатых городов Кремниевой долины. Туда переехала «Имеджин Студиоз», что специализируется на спецэффектах для Голливуда, а «Нетфликс» так и вообще с самого начала там обитал. Стартапов в городке не счесть. Просто рай для айтишников. Собственно, компания «Кросс-дизайн» – вторая после «Нетфликса» по отчисляемым налогам. Должно быть, в городе их обожают!

– Вся эта информация не входит в список моих интересов. А поискать я еще не успела. Меня больше всего школа волновала.

– Не с того ты начала, – покачала головой Лидия. – Не с того. Иди лучше про «Кросс-дизайн» почитай. Заодно узнаешь, зачем родители улетают в Европу. Между прочим, там сделка века!

– Лидия, если я люблю компьютерные игры – это не значит, что меня интересуют все новости мира высоких технологий. Я даже за обзорами будущих релизов не слежу. Мне некогда.

– Ой, ты совсем скучная стала после своего адвоката, – опять скривилась подруга. – Где моя любимая веселая Сэм?

– Если бы ты провела рядом с этим говнюком столько времени, сколько я, и покопалась в грязном белье стольких людей, ты говорила бы по-другому. Я просто еще не успела перестроиться. Не приставай!

– Тогда поторапливайся, чтобы из зануды превратиться в продвинутого подростка. Иначе этот красавчик точно на тебя не посмотрит. Пока!

Лидия махнула мне рукой и отправилась на свое место. Я нашла среди бумаг большую фотографию объекта.

– Райан Кросс… – задумчиво произнесла я вслух, разглядывая парня.

Русые волосы. Дерзкая модная стрижка. Высокий лоб и густые темные брови. Серые смеющиеся глаза. Широкие скулы, аккуратный нос, видимо, ни разу не пострадавший за спортивную карьеру хозяина. Тонкие губы растянуты в обаятельной белозубой улыбке. Образ довершал идеально выбритый квадратный подбородок.

Пожалуй, Лидия права. Парень хорош. Вполне подходит на роль первого красавчика в школе. От девчонок у него отбоя нет – это уж точно. Самый простой способ, на который в своих заметках намекал Портер, мне не подходил. Я не могу просто взять и захомутать любого парня или мужика. Не моя специальность. Даже если мне нахимичат чего-то сногсшибательного в «Маску».


Ладно, еще есть время придумать, как новичку подружиться с одним из самых популярных подростков в школе. А пока стоит почитать про Лос-Перрос и семейство Кроссов. Может, смогу понять, чего так опасаются родители Райана.


## Date: Понедельник, 10 августа. Place: Нью-Йорк


Тишина в лаборатории была несколько напряженной. Билл Портер внимательно разглядывал мое новое лицо.

– А я говорила, что еще слишком рано для инъекций «Маски», – наконец нарушила молчание я.

– М-да, где-то вы просчитались, ребята. – Шеф отвернулся от меня и сурово глянул на медиков. – Это явно не то, что было нужно. Вам же направили весьма подробное описание вкусов объекта.

– Извините, мистер Портер, – сухо отозвался Лео Картер, старший в сегодняшней команде ученых. – Мы сделали как было заказано. А вот умники из лаборатории ошиблись, оценивая количество обновленных метаморфинов в ее крови. Видимо, процесс возвращения исходной внешности не завершился до конца. Но получилось все равно довольно прилично. И в целом даже похоже на вкусы объекта. Волосы можно нарастить и покрасить, если брюнетка так уж принципиальна.

– А рост? А пропорции? – Билла было не провести. – Нам нужна жгучая длинноногая красотка-латина, как его последняя девушка. А получилась, прости, Саманта, опять серая мышка. Так еще и похожая на агента. Это совсем никуда не годится!

– И вовсе она не похожа на мисс Коул, – обиделся на резкий тон шефа Картер. – Вы знакомы с мисс Коул давно, вот и видите схожие черты. Но среди подростков едва ли найдется кто-то, способный опознать в ней тридцатилетнюю женщину. Саманта выглядит как подросток. Обычный среднестатистический подросток.

– А должна быть горячая девица! – повысил голос Портер. – Если ты думаешь, что спокойным тоном сможешь меня убедить, будто это не твоя ошибка, то я тебя расстрою. Ты должен был проверить результаты анализа крови. И подождать еще, если это было необходимо. Мы могли бы опоздать на недельку к началу учебного года. Зато получили бы заказанный внешний вид. Но теперь, естественно, уже поздно.

Картер фыркнул. Он всегда был заносчивой скотиной и ни за что на свете не признал бы свою неправоту.

Я посмотрела на себя в зеркало еще раз.

Девушка в отражении была хорошенькой. Русые волнистые волосы до плеч. Слегка угловатое лицо с большими карими глазами, аккуратным носом и полными губами. Рост и правда остался прежним, за что я, откровенно говоря, была благодарна. Именно изменения пропорций тела были мучительны и болезненны. В этот раз мне повезло. Зато грудь уменьшилась, хотя, судя по вкусам объекта, моя собственная подошла бы больше.

– А зачем мне бюст уменьшили? – поинтересовалась я, заглядывая под футболку. – Оставили бы как есть.

– Мы всегда строим компьютерную модель предполагаемых изменений. И с большой грудью образ слишком сильно выбивался из подросткового, – нехотя пояснил Лео.

– Занятно, – хмыкнула я. – Ты давно учеников старшей школы видел? Да нью-йоркские девчонки при полном параде выглядят взрослее, чем я без макияжа.

– То нью-йоркские, а то девчонки из Лос-Перроса. Мы тоже не дураки. Изучали снимки местных школьников. Так что нечего возмущаться. Живи с тем, что есть.

Ох уж этот Картер. Даже присутствие высокого начальника не может заставить его вести себя по-человечески.

– Ладно. Прорвемся! – подытожил Портер. – Саманта, пойдем наверх. Лидия подготовила финальный инструктаж.

Я спрыгнула с кушетки и направилась к двери.

– А тебе, Картер, неплохо бы перестать задирать нос. Еще одна такая ошибка – и вылетишь отсюда. И плевать я хотел на твой талант. Ты меня понял?

Лео ожидаемо промолчал.

Уже сидя в переговорной и дожидаясь Лидию, я размышляла, что Портер, пожалуй, прав. Я получилась слишком похожей на себя. Из любой зеркальной поверхности на меня смотрела, скажем так, моя дочь. Губы чуть полнее, нос тоньше, а глаза больше. Кожа у меня была гораздо светлее, и, видимо, теперешний равномерный загар – это запрограммированная смуглость. Зато пришедшее на смену круглому немного скуластое лицо нравилось мне на порядок больше собственного. Равно как и более тонкие и яркие брови.

– Что же они там изначально намешали? – из любопытства спросила я, отвлекаясь от созерцания себя в окне.

– Не то, что получилось, – коротко и раздраженно ответил Портер. Видимо, он все еще бесился из-за того, что вариант быстрого превращения меня в девушку объекта провалился. – Я хотел помочь. Хотел, чтобы парень сразу положил на тебя глаз и не пришлось выдумывать, как с ним знакомиться. Его родители рассказывали: вокруг Райана столько девушек, что пробиться к нему крайне сложно. Извини, Сэм, но теперь тебе придется изрядно поработать.

– Да что уж, – отмахнулась я. – Я была к этому готова. На самом деле это даже хорошо, что из меня не вышло длинноногой красотки. Я столько лет работаю серой мышкой, что без специальных тренировок не осилила бы такую роль. Вспомните, и мисс Конгениальности потребовалось долго учиться, прежде чем она смогла блеснуть. И Красотке. А с таким внешним видом я хотя бы больше соответствую самой себе. Может, путь к объекту и станет длиннее, зато меньше шансов, что я налажаю.

– Посмотрим… – вздохнул Билл.

В комнату влетела запыхавшаяся Лидия.

– Извините, принтер барахлил! – оправдывалась она, раскладывая перед нами бумаги.

– Бог с ним, начинай уже, – велел начальник.

– Знакомьтесь: Саманта Баркер. – Коллега указала на меня. – Кстати, ты уверена, что не хочешь в этот раз сменить имя? Оформление документов еще не закончено.

– Нет! – ужаснулась я. – Ты же знаешь, я патологически не откликаюсь на чужое имя. Я прокалывалась на этом дважды. Боюсь лишний раз рисковать в таком сложном для меня деле.

– Видите, мистер Портер, я пыталась. – Она покосилась на босса. – Не говорите потом, что я этого не делаю. Продолжим. Саманта Баркер. Семнадцать лет. Дочь Лизы и Тома Баркер. Родители заняты в строительстве и дизайне интерьеров, поэтому частенько отсутствуют. По-хорошему, стоило бы к тебе прикрепить кого-то из взрослых, но у нас нет свободных кадров. Так что веди себя хорошо и не доводи до вызова родителей в школу. Семья ваша недавно переехала в Лос-Перрос. И, прости, Сэм, но достаточно уединенным, чтобы у соседей не возникало лишних вопросов, был только один дом. И тебе он не понравится. Но, повторюсь, вариантов не было. Если появится кандидатура на родителя, то можно будет и переехать. А пока придется пожить в старом поместье.

Извиняющееся лицо Лидии заставило меня пролистать бумаги до своего нового жилья. Блин, ну и дыра! Когда-то дом был красивым особняком в средиземноморском стиле, но он явно знавал лучшие времена: краска облупилась, окна разбиты, совершенно неухоженный сад. Я поморщилась. И бог с ним, с ремонтом, но дом еще и огромный! А я терпеть не могу пустые необжитые комнаты. Кажется, со здоровым сном мне придется распрощаться.

– Ты не пугайся. Сейчас там вовсю идет ремонт. К твоему приезду лоск наведут. Должны успеть. Но дом очень большой. Я знаю, что ты такие не любишь. Но придется привыкать. – Подруга вздохнула. – Зато я выторговала для тебя хорошенькую машину!

Я перелистнула страницу и посмотрела на свой новый транспорт.

– О! Кабриолет «мини»! Да еще и оранжевый! – Тут Лидия меня приятно удивила. Я очень люблю эти машинки.

– Не просто «мини», а крутой «мини». Под капотом с миленькими гоночными полосками прячется заряженный спортивный движок. А ты на обвесы посмотри! А какие литые диски! Любой парень будет тебе завидовать!

Я равнодушно пожала плечами.

– Мне все равно. Я вожу как черепаха и от полиции улепетывать не собираюсь. Так что сколько лошадиных сил в этой малышке, мне дела нет.

– Тебе нет, а парням в школе – есть. Так что будь добра выучить назубок характеристики своей машины. Мы должны использовать любые возможности, чтобы быстрее наладить отношения с объектом.

– Что водит мистер Кросс?

– Чаще всего – «Джип-Вранглер». Сафари-стиль в чистом виде. Но девушек предпочитает катать на новеньком «Додже-Челленджере». – Лидия мечтательно вздохнула. Она чертовски любила дорогие и быстрые тачки.

– Посадили бы и меня за руль чего-нибудь такого. Быстрее бы нашли общий язык.

– Нет. Я все тщательно изучила. «Челленджером» там никого не удивишь, даже несмотря на то, что их не слишком много. А твой «мини» – штучная машинка. Тебе подарили ее на день рождения в прошлом году, после того как ты выиграла что-нибудь. Что именно – придумай сама. Это не принципиально. Машина хоть и женская, но крутая. Незамеченной не останется.

Я закатила глаза, давая Лидии понять, как высоко я ценю ее усилия. Коллега недовольно фыркнула и продолжила:

– Я сделала всю грязную работу за тебя и записала на все доступные предметы, где ты будешь пересекаться с мистером Кроссом. Набор получился странноватым, но что поделать. Ознакомься на досуге. Поменять ты уже ничего не можешь. Надеюсь, у тебя все в порядке с программированием, – виновато улыбнулась она и добавила: – Кстати, на дополнительные занятия тебе тоже нужно ходить. Пока у меня получилось записать тебя только в драмкружок. Но если появятся еще шансы – не зевай. Чем больше…

– Да-да! Поняла! – перебила я, внутренне холодея от перспективы снова оказаться на сцене. – Давай дальше.

– Прочие рекомендации по учебному процессу ты найдешь в файлах. Там же краткие досье на всех учеников. Людей слишком много, а информации они о себе оставляют еще больше. Так что я собрала основное. При желании можешь побродить по их страничкам в соцсетях. Тебе следует завести хотя бы инстаграм и твиттер[1]. Я завела бы раньше, но без твоего лица это немного бессмысленно.

– Я справлюсь. В случае чего буду косить под чудика, первый раз увидевшего смартфон, – криво пошутила я.

– Не смешно, Сэм! Это же дети! Они своей жизни без фоток и твитов не представляют. Как ты планируешь вливаться?

Я вспомнила часы, которые провела за просмотром всех современных и не очень фильмов и сериалов соответствующей тематики, и, вздохнув, ответила:

– Я проводила исследования. И, думаю, сумею справиться с подростковыми способами коммуникации.

– Как скажешь, – кивнула Лидия. – Мы с Чедом в любом случае всегда готовы прийти на помощь. Что там еще? Ах, ну как обычно: его любимые места, фильмы, хобби и прочее – все в файле. Теперь готова ответить на любые вопросы.

– Когда уезжают родители?

– Двадцатого августа. Так что в ближайший выходной, двадцать второго августа, в доме Кроссов планируется вечеринка. Тебе обязательно нужно на ней быть. Делай что хочешь, но раздобудь приглашение.

– Райан остается один?

– Нет, – подал голос молчавший все это время Портер. – За ним должен приглядеть дядя. Он как раз вернется из Европы в конце августа. Он хороший парень. Помехой стать не должен. Хотя и о затее старших Кроссов ничего не знает.

– Имя у дяди есть? – Я пролистала распечатанный файл до конца, но ничего о нем не нашла.

– Оливер Мерфи. В папке ничего нет. Джуди только сегодня сообщила, что ее брат согласился приглядеть за племянником. Лидия подготовит тебе досье и вышлет позже.

Я кивнула. Имя показалось мне подозрительно знакомым: так звали одного из моих одноклассников. Было бы забавно, если бы он оказался в родстве с Кроссами. Хотя, с другой стороны, это не самое редкое сочетание. Оливеров Мерфи в Америке – миллионы.

– Мы закончили? Я могу отправляться за одеждой и паковаться? – спросила я, собирая бумаги и готовясь подняться.

– Да. Самолет у тебя послезавтра. Полетишь налегке, остальное доставят позже.

– О’кей, босс! Разрешите идти?

Портер милостиво махнул мне рукой.

Что ж, испытания начинаются!


## Date: Пятница, 14 августа. Place: Лос-Перрос


Когда Лидия говорила об уединенности моего будущего жилища, она не шутила. Совсем! Новый дом буквально стоял посреди леса! Пусть не слишком густого, но леса. И до ближайших соседей пришлось бы идти пешком почти десять минут.

Я переживала зря: меня не обманули и особняк действительно успели привести в отличный вид. Знаете такие дома, что изобилуют коваными балкончиками, большими окнами, колоннами, а в укромном внутреннем дворе у них прячется бассейн? Если знаете, то это как раз мой. Выкрашенный свежей краской, с рыжей черепичной крышей и большой резной дверью. С цветущими кустами и зеленым газоном перед крыльцом. Идеальный коктейль из того, что я терпеть не могу. Глядя на всю эту садовую красоту, я пришла в ужас. Они подумали, как я буду за ней ухаживать? Может, мне и садовник положен в этом городе богачей? И, видит Бог, ему действительно лучше прилагаться к дому. Иначе я буду долго и громко возмущаться.

Как несложно догадаться, после почти семичасового перелета и грабительской поездки на такси из Сан-Франциско я была, мягко говоря, не в духе. Почти двести пятьдесят баксов за час езды и разговорчивого водителя! Конечно, я все стребую с компании, но сейчас-то пришлось расплачиваться из своего кошелька. А могли просто оставить мою машину в аэропорту, и я бы доехала сама. Но нет! Лидия побоялась, что кто-нибудь рискнет угнать оранжевый «мини». Да кому это в голову-то может прийти? Такую тачку разыскать не составит никакого труда. Тьфу!

И сейчас меня, стоящую под палящим солнцем на подъездной дорожке, совершенно не радовал по-настоящему крутой внешний вид моей машины. Я недовольно позвенела связкой ключей и все-таки пошла в дом.

Внутри было прохладно и уныло. Кое-где еще валялся строительный мусор, потому что клининговая компания прибудет вычищать дом только завтра. Мебель доставить не успели, мои вещи тем более не доехали из Нью-Йорка. В результате – в доме десяток огромных и совершенно пустых комнат. У меня даже мурашки по коже побежали – вот насколько я не люблю такие дома.

Более или менее обжитыми были только кухня и небольшая зона со столиком около бассейна. Прогулявшись по дому и не найдя даже простенького матраса, я решила, что ночевать тут не останусь. На полу я еще не спала! Поэтому я закинула свои немногочисленные пожитки на заднее сиденье «мини» и, доверившись навигатору, поехала в ближайшую приличную гостиницу.

Лос-Перрос – типичный провинциальный город Кремниевой долины. Крошечный исторический центр с занятной колониальной архитектурой, пальмы вдоль дорог, обычная малоэтажная застройка в странных пропорциях мешалась с шикарными домами. Офисы крупных компаний не блестели на солнце синим стеклом, а, наоборот, очень умело мимикрировали под превалирующий колониально-средиземноморский стиль. Место сосредоточения стартапов больше напоминало студенческий городок, чем деловой центр. Очень уютно и по-домашнему. А может, причина крылась вовсе не в архитектуре, а в теплом воздухе, пахнувшем цветами, а не мусором. И все это было очень непривычным после того же Чикаго, в котором я проработала последние полгода.

Глядя на прохожих в майках и шортах, легких сарафанах и соломенных шляпах, я чувствовала себя весьма неуютно в своей клетчатой рубашке и джинсах. Кажется, я серьезно ошиблась в выборе одежды. Хотя, с другой стороны, мне и не следует так быстро вливаться в местное общество. По легенде, мы переехали из Нью-Йорка, так что я должна выглядеть как недовольный жизнью подросток, которого выдернули из центра мира и запихнули в жалкую провинцию. Кеды, рваные джинсы и наглухо застегнутая рубашка подходили идеально. И хмурые брови, куда же без них. Хотя под калифорнийским солнышком хмуриться вовсе не хотелось. А вот скинуть с себя все и плюхнуться в бассейн – еще как! Или купить в ближайшей кафешке огромный рожок мороженого и с блаженным видом поедать его, сидя на траве в ближайшем парке. Но это выбивало бы меня из образа, а значит, так делать не стоило. Немного подумав, я нацепила на нос зеркальные очки и хмуриться перестала. Будем надеяться, что я не успею встретить никого из будущих одноклассников и смогу вкусить немного летнего удовольствия до начала учебного года.

Навигатор наконец-то привел меня к небольшой и скромной на вид гостинице «Вестерн-Инн». Я окинула здание взглядом, пожала плечами и припарковалась. Если в ней чистая постель и есть горячая вода в номерах, этого будет вполне достаточно, чтобы здесь остановиться.

За стойкой регистрации стояла милейшая бабушка с круглыми очками на носу и читала книгу. При моем появлении она подняла голову, моргнула пару раз и спросила:

– Ты кого-то ищешь, девочка?

– Не-е-е-т, – протянула я, не заподозрив ничего странного в обращении. Конечно, в ее возрасте все окружающие – девочки и мальчики. – Я хотела бы снять у вас комнату.

Старушка внимательно вгляделась в мое лицо и участливо поинтересовалась:

– А где твои родители?

И тут до меня дошло, что я вовсе не миниатюрная тридцатилетняя женщина, а настоящая девочка-подросток, выглядящая даже младше своих предполагаемых семнадцати лет.

«Черт!» – выругалась я про себя, понимая, что комнату мне здесь не получить. Но сдаваться так легко не собиралась.

– А зачем вам мои родители? – делано удивилась я. – Я вполне взрослая для того, чтобы остановиться в отеле в одиночку. Мне уже давно есть восемнадцать.

– Можно твои документы?

– А можно я заплачу наличными?

– А можно я позвоню в полицию?

– Я заплачу вдвойне! – выпалила я. Старушка нахмурилась и поджала губы, но через секунду раздумья потянулась к телефону.

– Черт! – выругалась я и бросилась к выходу.

Боже, я успела забыть, как сложно быть подростком! И что мне прикажете теперь делать? Спать на полу?

Проклиная транспортную компанию, затянувшую с доставкой мебели, я отправилась на поиски ближайшего магазина с туристической экипировкой. Придется разжиться надувным матрасом и спальным мешком.

По возвращении из торгового центра на парковку я нашла свою машину в окружении нескольких парней. Они весьма эмоционально обсуждали оранжевый «мини» и громко вопрошали у небес, кому же посчастливилось водить это чудо. Я замерла на дороге, так и не дойдя до парковочного места. Встала как вкопанная, рискуя показаться полной идиоткой, но и заставить себя двигаться дальше не смогла: среди парней был Объект!

У Райана был низкий голос, обаятельная улыбка и чертовски красивое лицо. И в тот момент, когда он отвлекся от автомобиля и встретился со мной глазами, я почувствовала себя как самая настоящая семнадцатилетняя девчонка. Кончики ушей должны были стать ярко-красными, потому как горели огнем, а я молилась, чтобы хоть щеки не залило краской. И весь мой прошлый опыт общения с мужчинами спасовал перед взглядом его серых глаз. Я что-то не припомню, чтобы омолаживающий эффект «Маски» опускал интеллектуальный уровень до соответствующих лет!

К счастью, мое затмение длилось всего пару мгновений и не превратилось в неловкую сцену. Я опомнилась и гордо прошествовала к машине. Оттеснила одного из парней плечом, открыла багажник и закинула туда покупки. Чересчур громко и демонстративно захлопнула дверцу, смерила собравшихся недовольным взглядом и, не говоря ни слова, села за руль. Не потому, что я решила сыграть высокомерную стерву, а потому, что моя тупая голова не смогла родить ни единой адекватной фразы. Нет смысла отрицать, что к столь скорой встрече с Райаном Кроссом я готова не была. Черт его дери, я до сих пор не привыкла к тому, что выгляжу как подросток и должна вести себя соответственно, а тут еще и коммуникацию выстраивать нужно. И уж лучше я буду высокомерной сучкой, чем бормочущей какую-то ерунду чудилой.

Парни присвистнули мне вслед и посторонились. Я резко сдала назад, чуть не врезавшись в стоявший в соседнем ряду автомобиль. Испугалась, переключила передачу, резко отпустила педаль сцепления. Конечно же, машина дернулась вперед и заглохла. Краснея от стыда, я завела ее снова и поспешно ретировалась под громогласный хохот парней. Будь проклята Лидия с ее машиной на механической коробке. От такого позора не отмоешься!

Домой я вернулась в отвратительном настроении. Мало того что мне предстояло ночевать на полу огромного пустого дома, так еще и машина мне все нервы вымотала: «мини» слишком резво отзывался на педаль газа и норовил «поцеловать» автомобили впереди. Я извелась, пока доехала домой по вечерним пробкам (о да, здесь они тоже имелись, хотя и не такие долгие, как в Нью-Йорке), припарковала машину на подъездной дорожке, громко хлопнула дверцей, пнула колесо и, захватив покупки, потопала на кухню. Раскладывая продукты в холодильнике, который шел в комплекте с кухней, я немного успокоилась и даже расхотела звонить Лидии, чтобы обматерить ее на чем свет стоит. Еще благодушнее меня сделала паста с тунцом, под которую отчаянно не хватало бокала вина. Но теперь, когда я несовершеннолетняя, не видать мне его как своих ушей. Может, попросить друзей заказать ящик красного от имени моих родителей? Я же умру здесь от скуки и одиночества, а до начала учебного года еще столько времени! Стоило хорошенько поразмыслить над этим.

Преимущество уединенного проживания в том, что бассейном можно наслаждаться без купальника. Я просто скинула порядком надоевшие за день вещи на шезлонг и с разбега плюхнулась в воду. К сожалению, ожидаемого облегчения я не получила: вода прогрелась и не отставала по температуре от воздуха. Ну и ладно. Зато настроение еще немного выправилось.

Через час плавания я окончательно выдохлась и отправилась спать, хотя часы, кажется, еще и девяти не показывали: в пустом доме было слишком скучно и одиноко, чтобы засиживаться допоздна.


## Date: Понедельник, 17 августа. Place: Лос-Перрос


Зря я боялась, что мне будет нечем заняться до начала учебы. На следующий день привезли мебель, потом доставили вещи из Нью-Йорка. После подоспела клининговая компания, чтобы вычистить дом. Все взрослые сначала окидывали меня удивленными взглядами и спрашивали про родителей, но, увидев деньги в моих руках, прекращали задавать вопросы и спокойно принимались за работу.

Надо признать, Лидия в этот раз постаралась от души. Она даже вытребовала мне дизайнера, чтобы тот превратил особняк в достойную обитель профессионалов в дизайне интерьеров. А поскольку дом был не просто большой, а огромный, деятельная дамочка по имени Сьюзан Купер проторчала тут со своей командой до самого начала учебного года. Они постоянно что-то привозили, увозили, примеряли, переставляли, пока не создали уютное-уютное гнездышко из пустого и холодного особняка. И, естественно, я как привязанная сидела дома, отлучаясь только за продуктами.

Но это еще было терпимо и почти весело.

А потом началась школа.

Я стояла перед всем классом и нервничала, пока меланхоличная учительница испанского писала на доске мое имя. Ладони вспотели, сердце бешено колотилось, колени слегка подрагивали. Да, именно настолько я боялась вернуться в школу. Хорошо, что первый курс, который достался мне по милости Лидии, был без Объекта, в противном случае я и двух слов бы не связала. А я ведь вполне неплохо говорю по-испански.

– Саманта Баркер! Знакомьтесь! – представила меня миссис Гарсия.

В ответ я услышала вялый и нестройный хор приветствия.

– Занимай свободное место! – велела женщина и махнула в сторону парт.

Скрывая волнение за хмурой и неприветливой рожей, я проследовала к единственной свободной парте в середине класса.

Пока все шло замечательно. Я не интересовала решительно никого. Ни одного шепотка или кривого взгляда. Появление нового ученика никак не тронуло моих сокурсников. И это было прекрасно!

Я плюхнулась на стул, а миссис Гарсия тут же начала рассказывать, что же такого интересного нас ждет в этом году. Чтение книг, коллективная работа и тесты. Ничего не поменялось с тех пор, как я сама выпустилась.

И тут, наверное, стоит уже рассказать, за что же я так сильно не люблю старшую школу.

Как это часто бывает, мои родители вместе учились в школе и рано поженились. Не нужно долго гадать, чтобы назвать причину брака в восемнадцать лет. Да-да, это я.

Они всю жизнь прожили в Лос-Анджелесе. И знаете, мой папа… Мой папа воплотил в себе все стереотипы о молодом человеке из ЛА, мечтающем об актерской карьере. Бесконечные прослушивания, мелкие роли, идиотские постановки и прочая ерунда.

А мама, напротив, была очень приземленной. Она бесконечно любила мужа и шла на любые жертвы. Она работала на износ ради двух вещей: моего содержания и папиной карьеры. В нашем доме иногда с трудом хватало денег на еду, но папа никогда по-настоящему не работал.

– Ему нельзя! Он же актер! Творческий человек! Обычная работа его погубит, – повторяла мне мама. Но сдается, что на самом деле она повторяла это себе.

Чем старше я становилась, тем чаще мне удавалось подслушать их тихие разговоры про необходимость перемен. «Пора перестать гоняться за несбыточной мечтой!» – говорила мама. Отец в ответ кивал и обещал больше не искать ролей, а найти нормальную работу. А через пару дней с горящими глазами прибегал и сообщал об очередных пробах в проект, который обязательно принесет ему успех. И мама загоралась вместе с ним, забывала все свои претензии. И все начиналось заново.

Я не хочу сказать, что наша семья была несчастливой. Нет!

В целом я люблю родителей, они – меня. У нас не было громких ссор, насилия или еще каких-то ужасов. Мы не голодали, хотя и жили очень скромно.

Но было одно обстоятельство, которое наложило отпечаток на всю мою жизнь: отец считал, что в борьбе за карьеру все средства хороши. И я была одним из них.

Частные школы!

С самых ранних лет меня отправляли учиться в те места, где можно завести приличные связи. И если в начальной школе я не придавала этому особого значения, то в средней все изменилось. Я была достаточно умным ребенком, чтобы понять, как меня использует отец.

# Примечания

1

Здесь и далее запрещенные в РФ организации