Таша Беликова
Принцесса-дракон и чародей Костя из 11 А

ГЛАВА 1.

Маленькая принцесса Катиша стояла на коленях у постели умирающего отца и обливала слезами его холодеющую руку, протянутую к ней.

– Не плачь, доченька, – еле слышно шептал король, – будущая королева Лучезарного должна быть сильной. У нас много врагов, моя смерть не первая. Да и не последняя… Только помни, ты – принцесса славного рода, в котором никогда не было трусов. Ты обязана быть достойной этого звания.

– Ах, батюшка, не оставляй меня, я не смогу… – от страха крохотное сердце Катиши сжалось и, казалось, стало вполовину меньше. Как же она хотела сейчас, чтобы оба её отважных брата были живы и вместе с ней разделили это невыносимое бремя – провожать любимого отца в его последний путь.

Король шумно выдохнул, собрал последние силы, крепко сжал пальчики дочери. Его лоб сразу покрылся прозрачными капельками пота.

– Помни!.. – повторил он и рухнул бездыханный на королевскую постель, ставшую отныне его смертным ложем.

– …Ты принцесса славного рода, в котором никогда не было трусов… – почти беззвучно прошелестели губы Катиши.

Она зарылась носом в одеяло, укрывающее любимого отца, и тихо заплакала:

– Вот только я – трусиха, батюшка, единственная во всем роду! Я очень-очень боюсь, не оставляй меня…

Но король уже не слышал её. Светлая душа его стремительно улетала прочь от королевства, в котором осталась маленькая дочь, к великим праотцам.

– Катиша! – услышала принцесса голос тёти Луисы и обернулась. И точно: в комнату быстрым шагом вошла высокая худощавая женщина с причудливой причёской. Она остановилась у постели короля, на миг прикрыла глаза, изящным движением руки смахнула слезинку с напудренной щеки и прошептала: – Бедный братец… – Потом сжала холодными пальцами хрупкие плечи племянницы. – Дорогая, послушай, неприятель уже у стен королевства. Гибель грозит всем нам. Увы, ни принцы, ни король теперь ничем не смогут помочь. Но ты можешь!

– Ах, тётушка, что я могу? Я всего лишь слабая девочка… – Катиша в смятении поправила маленькую корону на голове.

– Ты должна воспользоваться «Заклинанием Всесилия»!

– «Заклинанием Всесилия»? – переспросила Катиша.

– В секретной комнате дворца есть «Книга Заклинаний». Иди за мной, я покажу тебе. – Повелительным жестом женщина поманила принцессу за собой.

Катиша, более не колеблясь, последовала за тётушкой. Конечно же она хотела быть полезной королевству!

Тайная дверь оказалась за одной из статуй, стоящих в зале. Принцесса и её тётя спустились по витиеватой лестнице вниз и оказались в полутёмном помещении с довольно скудной обстановкой. Здесь находился лишь небольшой столик посредине, но зато на нём лежала толстая книга.

– Вот она, волшебная книга, – прошипела на ухо Катише тётя, – скорее найди «Заклинание Всесилия»! Только оно поможет всем нам.

Катиша робко подошла к столику. Книга была большой и, судя по растрескавшейся кожанной обложке, очень старой.

– «Книга Заклинаний чародея Кости», – прочитала Катиша надпись. – Кто это? Я не знаю чародея с таким именем. Наверное, его уже и не существует, книга такая древняя… – засомневалась принцесса. – Она точно волшебная?

– Волшебная, не сомневайся, – поддакнула леди Луиса. – Найди заклинание!

Принцесса осторожно открыла книгу и пролистала несколько страниц. Нужное заклинание оказалось совсем рядом, на девятой странице.

– Ох, вот оно! – воскликнула она. – «Заклинание Всесилия». – Она быстро пробежала глазами по буквам, и лицо её побледнело. – Тётя, послушай только, что здесь написано! – Катиша нагнулась ниже и дрожащим голосом прочла вслух написанное:

– «Знак Всесилия ладонью тронь –

Сердце в пыль или в огонь –

Зависит от того, что поставишь на кон.

Слаб ты духом или силён –

Либо свинья, либо дракон».

Катиша в отчаяньи закрыла лицо руками и прошептала:

– Но я-то – ужасная трусиха! Выходит, слаба духом! Я боюсь пауков, я боюсь мышей, я боюсь… – она замотала головой, про себя припоминая всё, что когда-либо пугало её. – Я не смогу воспользоваться этим заклинанием, я погибну…

Принцессе на миг показалось, будто тётя тоже засомневалась, однако леди Луиса тут же в раздражении закатила глаза:

– А кто же по твоему должен воспользоваться им? Если ты не сделаешь этого – погибнем мы все! Ты – будущая королева и в ответе за свой народ. Скорее решайся, дорогая, разве ты не слышишь крики жителей?

Катиша прислушалась. В самом деле, даже здесь – в подземелье дворца, пусть и глухо, но были слышны крики людей. Катиша не могла распознать слов, но всем своим существом почувствовала страх и растерянность народа Лучезарного. Её любимый народ нуждался в ней. В её смелости.

«Я справлюсь. Я должна справиться!»

Она зажмурилась и поднесла ладонь к книге, к тому месту, где был изображён замысловатый Знак Всесилия, изображающий дракона, сжимающего сердце в острых когтях. Пальцы тотчас кольнуло, будто острыми иглами, однако отвести руку принцесса уже не смогла. Великая магия затягивала её в самую глубь книжных страниц, всё ближе и ближе, пока наконец ладонь Катиши полностью не легла на причудливый знак с драконом внутри.

Стало безумно душно, дыхание сбилось. Мелькнула мысль, что вот сейчас она задохнётся и умрёт, так и не сумев помочь своему народу. Тело затряслось, как в сильнейшей лихорадке. Катиша бросилась к лестнице. Вперёд – наверх, чтобы вдохнуть хоть немного свежего воздуха. Лёгкие её словно разрывало от жара. Принцесса выскочила на балкон дворца и попыталась вздохнуть. Снизу слышались вопли людей. Сейчас она отчетливо различала, как рыдает каждая из женщин внизу, как жалобно плачет каждый ребёнок. Её народ!

– Спасите нас, принцесса! Мы все умрём!

И тут внутри Катиши словно полыхнуло безумное пламя. Она закричала от невыносимой боли. И сразу же почувствовала небывалую прежде могучую силу. Как-будто позвоночник её внезапно распрямился и стал крепким столпом, и ноги превратились в мощные колонны. А сердце прежней Катиши, полное страха и сомнений, разом обратилось в пепел. И огонь вырвался из её нового сердца вместе с чудовищным рёвом ярости.

В тот же миг над Лучезарным королевством с балкона дворца взвился ввысь серебристо-белый дракон с маленькой короной на огромной шипастой голове.

…

– Костя, расскажи сказку!

Каждый его вечер до недавнего времени выглядел почти одинаково.

– Кость, ну, Костя-я-я! Расскажи сказку, пожа-а-алуйста! – Алёнка хватала брата за руку и так смешно корчила умоляющую гримаску, что Костя просто был вынужден оставаться.

Это удивительно, как легко она могла убеждать всех, кто хоть как-то пересекался с её детскими хочушками.

– Ладно, ладно, только после – сразу спать! – Костя пытался делать строгое лицо, но Алёнка знала, что строгое оно не по-настоящему.

Так случилось и на этот раз. Хорошо, что сказки как-то сами собой появлялись в его голове. Вот и эта, про девочку-дракона, возникла сразу, как только он присел на кровать к сестрёнке:

– В одном королевстве жила маленькая принцесса.

– Прям как я… – прошептала Алёнка.

Костя погладил её мягкие русые волосы и продолжил, сочиняя на ходу:

– Она жила в прекрасном дворце вместе со своими братьями и отцом. – Он запнулся на мгновение. Может не надо было про отца? Ведь у них его нет. Почти шесть лет уже… Но сестрёнка ждала, и Костя заговорил снова: – В те времена было много войн, и на королевство нашей принцессы часто нападали враги. В одном из сражений были убиты наследные принцы, да и сам король, отец принцессы. Войско без предводителя ослабло, враг легко разгромил его и двинулся прямо к воротам королевства. Испуганные жители кинулись к своей принцессе за помощью. Но что могла сделать принцесса? Ведь она была всего лишь маленькой девочкой. Однако наша принцесса хорошо понимала, что должна защитить свой народ. И она приняла единственное возможное решение. – Костя нагнулся чуть ближе к сестрёнке и перешёл на зловещий шёпот: – Принцесса немедленно спустилась в тайную комнату дворца, где хранилась великая «Книга Заклинаний». Ну, ты же знаешь, в любом дворце есть такая комната с волшебной книгой… – на всякий случай уточнил он. А потом, удостоверившись, что сестрёнка не отрицает эту часть истории, продолжил: – И когда враг подошёл совсем близко, маленькая девочка с помощью великой книги превратила себя в огромного могучего др-р-ракона! – Последние слова Костя специально произнёс с громким пугающим рёвом. Алёнка даже вскрикнула от переживаний за принцессу, а он, довольный произведённым эффектом, уже заканчивал сказку: – Принцесса-дракон вылетела за пределы дворца, рыкая огненными искрами, бросилась на неприятеля. И разогнала всех врагов! С тех пор никто не смел даже близко подойти к королевству принцессы-дракона.

Костя остановился.

– А дальше? – сразу же спросила Алёнка. – Принцесса так и осталась драконом?

Костя тихонько щёлкнул сестрёнку по любопытному носу:

– Уже поздно. Как-нибудь потом расскажу. Давай-ка, засыпай. Ты обещала.

Костя поднялся с кровати. Продолжения сказки он пока не придумал. Действительно, так и останется драконом? Хм.. Однако надо было уходить, собрать сумку, почитать физику – на завтра намечалась контрольная, и глава «Небесного странника» ждала своей очереди. Скоро сюда придёт мама, сейчас она делит комнату с Алёнкой. Раньше здесь спал он сам на соседней кровати, но в прошлом году, когда нагрузки в школе выросли до ночных посиделок за домашним заданием, Косте решено было отдать родительскую комнату, а мама переселилась в эту.

– Какая смелая принцесса! – Алёнка смотрела на брата восхищёнными глазёнками.

Она легко дала уложить себя и даже зажмурилась для лучшей засыпаемости. Уже выходя из комнаты, Костя услышал её шёпот:

– Прям, как я…

Он прошёл по коридору и немного задержался у кухни. За дверями слышались голоса. Один из них – тихий и чуть грустный – принадлежал матери, а второй – торопливый, высокий – тёте Луизе, маминой сестре.

– Не пойму я тебя, Танюша, – говорила тётка, – посмотри на себя. Ведь красотка же, а совсем себя не ценишь. Так и жизнь пролетит, только ты ничего не увидишь, кроме этой плиты своей!

– Да, что ты, Луизонька, какая красотка, смеёшься надо мной? А готовить я и правда люблю, что в этом плохого? – отвечала мама.

– Да ничего! Только надо и о себе думать! Вот хоть с Мишей бы встретилась. Человек который год за тобой ухаживает, а ты улыбнулась бы раз. Чем не жених?

Костя, даже не видя матери, почувствовал, как она сникла, и тоже непроизвольно опустил плечи.

– Какие женихи, о чём ты? Не до женихов мне сейчас. Алёнушка в этом году в первый класс идёт, а Костику поступать надо, сама ведь знаешь… – вздохнула мать.

Костя не стал слушать дальше, поспешно шагнул к своей комнате и скрылся за дверью.

Комната встретила его тоскливой тишиной. Сквозь небольшое окно тусклый свет уличных фонарей освещал выцветшие лилии на стенах и середину полосатого ковра на полу. Не зажигая вычурной люстры, доставшейся родителям от бабушки, Костя приблизился к письменному столу и тронул крышку старенького ноутбука. Когда-то давно его купил отец. Косте лет пять исполнилось. Отец искренне желал самого лучшего будущего для тогда ещё единственного сына. «В наш век интернета и компьютеризации, – назидательно говорил он маленькому Костику, – самыми востребованными специалистами будут программисты, создатели инновационных компьютерных программ. Занимайся, сын, старайся, я верю, ты преуспеешь в этой интереснейшей сфере.Ты ведь у нас такой сообразительный!»

Костя грустно хмыкнул. Мечтам отца точно не суждено было сбыться. Сына совершенно не тянуло к программированию и точным наукам. Он больше любил литературу. Читать Костя мог сутками. В основном, фэнтезийные романы. Ими была уставлена вся книжная полка, главное и единственное украшение его комнаты. Погружаться в сказочные миры оказалось намного интереснее, чем решать задачки реальной жизни. На столе рядом с ноутбуком лежал томик «Небесного Странника», начатый на прошлой неделе. Яркие приключения обыкновенного парнишки, однажды обретшего крылья, затягивали мгновенно, как только Костя открывал книгу. Вроде только начал, а поднимешь голову – за окном уже глубокая ночь. Невероятно, что могут творить книги с человеком! Костя и сам иногда подумывал о том, чтобы стать писателем. Сочинял он всегда неплохо, сюжеты рождались легко и быстро. Но вот записывать их пока как-то не получалось. Может время ещё не пришло. Да и кому будут интересны его истории, неужели станут читать их люди? Только разве Алёнку могли они заинтересовать. Даже маме Костя никогда не рассказывал о своей безумной мечте. Ей итак нелегко, тянет одна всю семью. Сын-писатель – это уж слишком… «Нерентабельно», – как говорит тётя Луиза о заранее провальных идеях. Да и с ВУЗом определились уже, он пойдёт на матфак.

«Ненавижу математику…» – подумал Костя. Он тяжело опустился на стул и уставился невидящим взглядом на тёмный экран.

– И чего тётка лезет в нашу с мамой жизнь, сами решим, что нам делать, не маленькие, – проворчал Костя, обращаясь к отцовскому ноутбуку. Но, конечно, ответа не дождался.

Костя уныло прикрыл крышку ноутбука, решать физику совершенно расхотелось. Даже читать Странника не было настроения. Задвинул ногой под стол школьную сумку: «Соберу утром…», лёг на кровать и закрыл глаза.

ГЛАВА 2.

…Огромный диск вращался и сходился чёрно-белыми кругами в пугающей тьме своего центра. Диск будто затягивал Костю внутрь, в тёмную пропасть неизвестности, заглатывал громадной зияющей пастью. Костя хотел закричать, но вместо отчаянного вопля получилось лишь еле слышное: «а» …

– А-а! – Костя подскочил на кровати, схватился за край. Сердце бешено стучало. Лихорадочно осмотрелся. Выцветшие лилии на стенах, полосатый ковёр, полка с книгами… Он дома, в комнате, это всего лишь сон! И судя по звонкому щебетанию Алёнки в коридоре, уже пора вставать.

– Жуть какая, – Костя потёр пальцами правый висок, пытаясь справится с внезапно возникшей болью. Сегодня она ему вот совсем не нужна. Третьим уроком годовая контрольная по физике, а после занятий классный час. Выдержать восемь часов в школе с головной болью – то ещё удовольствие. Он поискал глазами телефон, чтобы узнать точное время. Безуспешно. Скорее всего, его снова утащила Алёнка. Костя, пошатываясь, добрёл до двери и выглянул в коридор.

– Лариса! Какая сегодня погода у нас в садике? – сразу услышал он голосок сестрёнки. Ну, конечно, телефон у неё. Снова с Ларисой болтает – любимое занятие. Костя снисходительно улыбнулся. Лишь голосовой помощнице Ларисе под силу было выдержать шквал бесконечных вопросов его неумолкаемой сестрёнки.

– В городе ясно, плюс пятнадцать градусов, – терпеливо ответили из смартфона приятным женским голосом. Лариса безукоризненно несла свою службу. Однажды Костя даже представил, что она – самая настоящая джинша, заточённая в телефон каким-нибудь злым чародеем, и вынужденная с утра до ночи отвечать на порой глупые вопросы хозяев аппарата.

– Отдавай-ка телефон, – Костя протянул руку, – хватит мучить Ларису с самого утра. Вечером возьмёшь, поболтаешь.

– Ммм, – промычала недовольно Алёнка, но телефон отдала. И тут же схватила Костю за рукав: – Кость, Кость, а расскажешь ещё про принцессу?

– Какую принцессу?

Костя бросил взгляд на монитор смартфона. Уже семь тридцать пять! Занятия с восьми. Надо поторапливаться. Костя с повисшей на руке сестрёнкой попытался дотянуться до школьной сумки на полу.

– «Какую, какую…», – возмущённо передразнила Алёнка. – Про принцессу-дракона!

Костя наконец достал сумку из-под стола и плюхнул её на стул. Тяжёлая. Ещё бы! Семь учебников, парочка КИМов и физра… Одиннадцатый класс это вам не детский сад. Так, форму можно убрать, заменить «Химию» на «Физику», добавить «КИМ по математике» и – вуа-ля! – сумка собрана.

– Костяя! – Алёнка не отпускала рукав.

– Ну чего тебе?

– Расскажешь про принцессу дальше?

До чего ж упрямая девочка! Он уже и забыл про эту принцессу, а сестрёнке, видимо, новая сказка понравилась. Как впрочем все его сказки. Костя ласково посмотрел на Алёнку. Она единственная, с кем он мог делиться своими историями, не волнуясь, что их не поймут и не оценят.

– Расскажу, – он погладил сестру по светлой макушке, – сегодня вечером, а теперь беги к маме, не мешай собираться.

Алёнка довольно улыбнулась, бойко кивнула головой, взмахнув в воздухе тонкими косичками, и ускакала, напевая на ходу забавную песенку, которую, видимо, только что сама и сочинила:

– Кто дракона не боится –

Сам в дракона превратится!

Победит себя, и вот –

От заклятья всех спасёт,

Все-е-ех спасёт!

Костя весело хмыкнул. А ведь у Алёнки талант к рифмоплётству! Может это семейное – придумывать на ходу? Правда, ерунда какая-то получилась бессмысленная, но если копать в этом направлении, возможно в их семье появится свой собственный поэт, как знать.

На бегу глотая приготовленную мамой яичницу, Костя выскочил на улицу. Начало мая выдалось на редкость тёплым. Лариса не обманула. Утреннее солнце уже нагрело землю достаточно для того, чтобы с удовольствием расстегнуть форменный пиджак и не париться по поводу верхней одежды.

У школы небольшими компаниями по разным местам двора тусовались старшеклассники. Младшие ребята обычно к этому времени уже сидели в классах и с воодушевлением ждали учителя. А вот старшие могли позволить себе прийти попозже, к самому звонку, а то и после. Обсуждали новинки компьютерных игр, свежие вайбы тик-тока, новости популярных блогеров и, само собой, предстоящие экзамены. Костя в таких беседах никогда не участвовал. У него и друзей особо не было. И ни в одних соцсетях он не регистрировался. Книги заменяли ему собеседников, ноутбук стоял дома в основном для учёбы, а телефоном Костя пользовался лишь для того, чтобы узнать время или отзвониться маме в случае задержки, чтобы та не волновалась. Даже Алёнка чаще носилась с его смартфоном, чем он сам.

– Липатов, ну ты тормоз ва-аще! Опаздываешь, Липа!

Услышав свою фамилию, Костя оглянулся. Ну, конечно, это Влад Кумаев, племянник директора школы, и, к великому сожалению Кости, его одноклассник. Как всегда, одет с иголочки, дорогие кроссы, причёска будто только из салона. И противная ухмылка. А ещё дурацкая кумаевская манера: давать всем прозвища по фамилиям. Рядом два его вечных приспешника – Жора Федоренко и Марат Назаров. Стоят, хохочут над тупыми прибаутками Кумаева. А тот рад стараться в духе репа:

– Ну-ка, давай-давай, Липа, двигай ветками, не оглядывайся! Е-е!

Взгляд Кости на миг упёрся в чёлку Влада, уложенную витиеватой волной, такой идеальной, что казалось подобной формы не может существовать в природе. Она походила на сияющий свежим лаком изогнутый трамплин, по которому можно было бы стремительно съехать вниз какому-нибудь маленькому человечку. Например, лилипуту. Костя сразу представил такого: в остроконечных туфлях, в камзоле с крошечными золотыми пуговками и в красном берете, ловко съезжающего по трамплину-чёлке с криками:

«– Йу-ху!»

Вот только хозяину чёлки это бы точно не понравилось. Ну где забавный сказочный человечек, а где Кумаев – далеко не сказочный персонаж!

Связываться с заносчивой знаменитостью одиннадцатого «А» не хотелось. Без толку. Кумаев мог позволить себе любые выходки и выйти из них чистеньким. Дядя души не чаял в племяннике и прочил ему славное будущее. Да и сам Влад был уверен, что станет, как минимум, популярным певцом, настоящим светилой мирового шоу-бизнеса.

Поэтому и Костя давно для себя решил не отвечать на обидные дразнилки. Он быстро поднялся по ступеням. Фойе с выкрашенными в зелёный цвет стенами встретило его знакомым гулом ребят. Школьники шумно толкались в раздевалке, торопясь попасть в классы до начала занятий. Надо было спешить. Вот уже тётя Оля, грузная школьная вахтёрша, тяжело поднялась со своего стула, чтобы дать первый утренний звонок.

Кабинет алгебры находился недалеко по коридору. Костя шагнул за его порог вместе со звонкой трелью, разрывающей барабанные пенрепонки. И какой злодей придумал школьный звонок! Неужели нельзя было что-то более мелодичное приспособить? Однако, что ни говори, от такой трели сон улетучивался точно, и если кто из ребят ещё и досыпал по дороге к школе, то уж после первого звонка и мыслей о сне не оставалось.

Косте повезло, Тамара Андреевна, учитель математики, ещё не успела войти в класс. Он поскорее прошёл к парте. Лёша Зинчук, сосед Кости, со скучающим видом пошевелил пальцами приподнятой руки, приветствуя товарища:

– Костяныч Дружбаныч, хэлло. Добро пожаловать на нижний уровень. В адский Ад…

Перед мысленным взором Кости сразу поскакали пиксели компьютерной игры, в которой Зинчук был бы, наверняка, ловким гонцом, который должен донести важную королевскую грамоту в дальнее королевство, преодолевая нескончаемые препятствия. И не зря. Ведь Лёша, вправду, был заядлым игроманом и по ночам проходил уровни какого-нибудь фэнтезийного мира. Он не любил школу всей душой, считая, что она отнимает лучшее время его жизни, которое он, например, мог бы посвятить прохождению нового уровня. Именно поэтому ему совершенно некогда было заниматься домашними заданиями и прочей школьной ерундой. Лёша предпочитал домашку списывать у Кости, а взамен называл его своим другом, а чаще – Дружбанычем. Однако на этом дружба их и заканчивалась.

Костя тоже не жаловал школьную жизнь, хоть и учился хорошо. Вот только у него, в отличии от Лёши, был свой весомый повод ходить сюда каждый день.

– Привет, – Костя кивнул Зинчуку и быстро оглянулся.

Глаза моментально отыскали Её.

Катюшу Лучёву.

Она уже сидела за своей партой в ожидании урока в белоснежной, аккуратно выглаженной блузе, строго выпрямив спину и откинув за плечи длинную белую косу. Настоящая Снежная Королева! Именно из-за удивительных волос жемчужно-пепельного оттенка Катюшу всегда назначали снежинкой на новогодних праздниках, а в старших классах теперь и Снегурочкой. Но вовсе не была она холодной злюкой. Стоило только заглянуть в её глаза невероятного медового цвета и сразу можно было увидеть, как весело скачут в них добрые солнечные лучики. Даже фамилия Катина очень подходила ей.

«Самая красивая девочка в классе, – вздохнул Костя, – да что там, в классе… Во всём мире!»

Он сел за парту, делая вид, что занят учебником и болтовней Лёши Зинчука, но не смотреть на Катюшу было выше его сил. Незаметно, исподлобья, Костя тем не менее любовался своей Снежной Королевой, и мысли его были заняты лишь ей одной. Лучёва, видимо почувствовав на себе пристальный взгляд одноклассника, подняла глаза и неожиданно улыбнулась Косте.

«Показалось! – быстро мелькнуло в Костиной голове. Он моментально отвернулся, чувствуя, что предательски краснеет. – Не может быть. Это не мне. Наверняка Загорному.»

Дима Загорный являлся победителем недавней городской олимпиады по математике и сидел он как раз позади Кости. Скорее всего, улыбка Лучёвой предназначалась именно ему. Да и с чего первой отличнице вообще смотреть в Костину сторону? В учёбе он не блистал, и внешность его не была примечательна: чуть оттопыренные уши, вечно взъерошенные волосы мышиного цвета и светло-серые глаза. В компьютерной игре Лёши Зинчука Костя наверняка был бы обычным энписи – ничем не приметным персонажем, никак не влияющим на исход игры.

Но всё же… Загорный в этот момент что-то увлечённо разглядывал в тетради, не обращая внимания ни на кого кругом, словно гном, внезапно обнаруживший россыпь алмазов в одной из своих старых пещер. Так неужели Катя улыбнулась ему – Косте? Сомнения мучили, но заставить себя вновь посмотреть на Катю, чтобы подтвердить или опровергнуть своё предположение, Костя уже не смог. Так и просидел он, уткнувшись в учебник алгебры, весь урок. И на следующем уроке тоже не поднял головы.

– Липа то у нас совсем залип на учёбе, – проходя мимо, прокомментировал Влад и демонстративно покрутил пальцем у виска. – Залип наш Липа до мозга скрипа! Е-е-е!

Федоренко и Назаров захохотали следом. Но Костя даже не посмотрел на Кумаева.

А третьим уроком была контрольная по физике, и мысли Кости, наконец, понемногу потекли в обычном рабочем русле для того, чтобы решать сложные задачи по термодинамике. Однако это было для него намного легче всех предыдущих переживаний, вызванных одной лишь улыбкой Лучёвой.

После четвёртого урока одиннадцатиклассники, обсуждая контрольную, разрозненными группками двинулись к столовой, откуда уже маняще пахло тушёной капустой и мясными котлетами. Эта перемена была самой длинной и потому любимой среди ребят. Некоторые даже домой успевали сбегать или спокойно прогуляться за школу. Костя после столовой обычно читал, стоя у подоконника, до следующего звонка. Как раз и «Небесного Странника» захватил с собой. Но, увы, сегодня путешествовать с отважным Странником у него не получилось. Пока Костя шёл к столовой, размышляя о правильности решённых задач и лояльности физички, его догнал Максим Викторович, преподаватель литературы и по совместительству классный руководитель одиннадцатого «А».

– Константин, постой, хотел поговорить с тобой.

Максим Викторович всех в классе называл полными именами. Другие учителя чаще пофамильно обращались, а он только так – Константин. Больше Костю никто не звал Константином. Это было и странно и приятно одновременно. Зато называть учителя по имени-отчеству было немного смешно. Максим Викторович был очень молод, и сам походил на своих подопечных одиннадцатиклассников. Он появился в их школе в прошлом году сразу после пединститута и заменил прежнюю классную – Ксению Петровну, благополучно отправившуюся в декрет.

– Да, Максим Викторович, слушаю, – Костя улыбнулся учителю. Максим Викторович ему нравился. Вот только интересно, что классному понадобилось от него? В активе класса Костя никогда не состоял, и олимпиад, вроде, никаких не намечалось под конец учебного года.

Учитель покивал головой, пытаясь отдышаться. Потом поправил на носу смешные очки в круглой оправе и, наконец, торжественно объявил:

– Ты же знаешь, что в конце месяца у нас «Последний звонок». Так вот. Ты обязательно должен быть ведущим!

Костя аж поперхнулся от неожиданности:

– Я? Ведущим?!

Ноги сами собой попятились назад. Нет! Он не может быть ведущим! Ни за что!

– У нас Влад Кумаев обычно за ведущего читает. Попросите его, – выдавил Костя. И зачем-то добавил: – Пожалуйста…

Максим Викторович замахал руками в знак протеста:

– Да, да, я знаю, что Владислав с удовольствием справляется с ролью ведущего мероприятий. Но и ты, Константин, прекрасно выступишь на празднике! Я же слышу, как ты декламируешь произведения на моих уроках. Конечно у Владислава есть харизма, но зато ты чувствуешь душу текста, Константин, а это важнее! – Учитель вновь покивал головой, будто соглашаясь сам с собой, и протянул Косте толстенький файл.

– Вот, это сценарий, изучи, пожалуйста.

Костя с ужасом уставился на протянутые листы.

– Но, Максим Викторович, то – художественные произведения, а это – сценарий… – пробормотал он, пытаясь предпринять ещё одну попытку отказаться от неожиданного предложения учителя.

Однако тот уже настойчиво сунул файл в Костины руки со словами:

– Душа, Константин, есть в каждом тексте! – и, смешно подскакивая, побежал догонять проходящего мимо директора школы:

– Эдуард Аркадьевич, Эдуард Аркадьевич! Есть вопрос!

Костя растерянно посмотрел вслед учителю. Фигура удаляющегося Максима Викторовича расплывалась туманом. Костя прикрыл глаза. Ну почему он? Каждый год, вот уже девять лет, на сцену в атласной бабочке ведущего выходил Влад Кумаев со своей харизмой. И всех вполне устраивало такое положение. Неужели Максим Викторович не понимает, что Костя совсем не годен для этого? Не годен для сцены!

Есть совершенно расхотелось.

ГЛАВА 3.

Косте тогда лет восемь было. Его класс выступал перед родителями на новогоднем празднике в младшей школе. Костя должен был читать стихи. У него это всегда получалось отлично. Ещё в садике маленький Костик на городском конкурсе чтецов получил свою первую пластиковую медальку, так похожую на настоящую, которой потом очень гордился и носил в садик, не снимая. А воспитатели ставили смышлёного мальчугана в первые ряды на все утренники. И он старался. Ему нравилось наблюдать, как улыбаются мама с папой, как внимательно слушают его родители других ребят. Да и в школе он успешно и с удовольствием начал выступать на разных мероприятиях с первого класса.

Но в тот раз всё пошло не по сценарию. Стихотворение про Мороза Костик знал так, что от зубов отскакивало, на репетициях Мария Семёновна, их классная, хвалила его и ставила в пример перед классом. Выступление должно было пройти просто замечательно. Однако вечером перед этим ответственным днём Костя объелся шоколадных конфет из новогоднего подарка, выданного ребятам в классе накануне. Утром у него разболелся живот. Но оставаться дома и этим подводить весь класс, он не захотел. Поэтому, не сказав ничего маме, Костик отправился в школу.

Сцена выглядела великолепно. Старшеклассники украсили синий занавес блестящим дождиком, развесили плакаты с поздравлениями и, конечно, нарядили красавицу-ёлку. Она стояла сбоку сцены и сразу привлекала внимание. Высокая, с яркой сверкающей макушкой, в новенькой электрогирлянде и игрушках, сделанных учениками младшей школы. И Костин бумажный фонарик на самом видном месте!

Настроение у ребят было сказочное. Девочки одели красивые платьица, мальчики в пиджаках и в галстучках походили на настоящих кавалеров. Несколько девочек стояло в белоснежных нарядах, они должны были исполнять танец снежинок. В зале взволнованно перешёптывались приглашённые родители младшеклассников. Живот всё ещё немного побаливал, но Костик решил не обращать на него внимания. Выступление началось.

И надо же было так случится, что именно тогда, когда дошла очередь Костиного стихотворения, живот его вдруг разболелся с новой силой, Костю затошнило и вдобавок вырвало прямо на сцену противной шоколадной жижой. О, как же он испугался тогда, что подвёл весь класс, сорвал выступление! Костик быстро стянул пиджак и кинул его на позорную лужу под ногами, в надежде, что никто не заметил эту неприятность. Но, конечно, такой инцидент не остался без внимания. Вокруг уже зафукали мальчишки, захихикали девочки, а кто-то даже заревел. Костик готов был сквозь землю провалиться. Точнее – сквозь сцену.

И вдруг одна из снежинок громко запела новогоднюю песню, ту, что они уже месяц разучивали на уроках музыки. Это была Катя Лучёва. Её уверенный звонкий голосок стал спасением новогоднего выступления. Песню тут же подхватил кто-то из ребят, а затем и остальные присоединились. И вот уже зазвучали весёлые куплеты, отвлекая зрителей от Костика, которого уводила со сцены за руку Мария Семёновна. Он шёл, слушая нестройное пение одноклассников, опустив голову, волоча за собой испачканный дурно пахнущий пиджак, и думал, что никогда больше не будет есть шоколадные конфеты! Никогда, никогда! И ещё о том, что ему очень нравятся девочки-снежинки.

Возможно, именно тогда и зародилась его бесконечная любовь к Катюше Лучёвой.

И такой же бесконечный ужас перед выступлениями на сцене.

…

Маленькая надежда на то, что он всё же сможет избежать пугающего выступления, не покидала Костю до самого классного часа. Ещё всё можно было изменить, сказать, что он будет занят весь этот день и даже на «Последнем звонке» не сможет присутствовать. Поедет к бабушке в деревню, картошку помогать сажать старушке! Или можно заболеть, в конце концов, какой-нибудь страшной заразной болезнью. Всё, что угодно, только бы не быть ведущим.

Но, увы, на классном часе после разбора предстоящих экзаменов Максим Викторович вновь вернулся к празднованию «Последнего звонка» и торжественно озвучил своё предложение уже перед всем классом:

– А ведущим мероприятия у нас будет Константин Липатов!

Лёша Зинчук, сидевший рядом с Костей, радостно ткнул соседа локтём в бок. Мол, вот Дружбаныч, новый уровень тебе, заслужил! По классу пронёсся удивлённый гул ребят. Выбор учителя стал неожиданностью.

Костя обречённо прикрыл глаза. Сейчас, вот сейчас, он соберётся с духом и скажет, что именно в этот день он очень занят…

– Почему Липатов?! – вдруг закричал Влад Кумаев. – Это моё место, что за дела!?

Максим Викторович снял очки, подышал на стёклышки и старательно протёр их синей фланелевой салфеткой.

– Да, да, Владислав, – наконец сказал он, – я наслышан о твоих талантах. И Эдуард Аркадьевич настаивает на твоей кандидатуре. Но всё же предлагаю в этом году дать выступить Константину.

– Пожалеете ведь! – снова закричал Кумаев.

– Прошу объясниться, Владислав, – Максим Викторович нахмурился.

– Да все знают, что Липу от сцены тошнит! – противный хохот Кумаева неприятно резанул по ушам.

А Влад уже привстал со стула и продекламировал под бит-бокс гудящего в кулак Федоренко:

– Липатов – феномен,

Его тошнит от всех сцен!

Только сцены в ромфантах

Могут быть в вариантах! Е-е!

Костя почувствовал, как внутри всё съёжилось. Можно было и не сомневаться, что Влад хорошо помнил тот его детский провал. Костя всегда подозревал, что Кумаев люто завидовал ему в младших классах. Ведь тогда на все праздники главным чтецом выбирали Костю, а не его, племянника самого директора школы.

– Кумаев, ну хватит уже! – внезапно за Костика вступилась Катя Лучёва.

– А что я? – Влад насупился, неожиданная поддержка отличницы и первой красавицы класса задела его самолюбие. – Максим Викторович не в курсах ведь, как он нам всю сцену разукрасил в тот раз.

– Это было во втором классе! Повзрослеть пора, Кумаев! – Лучёва была непреклонна.

Костя уныло покосился на окно. Пушистые утренние облака теперь были будто разорваны кем-то на мелкие клочки и нелепо разбросаны по всему небу. Подумать только, и она помнит тот позорный эпизод его жизни! Даже в каком классе это было.

Однако другие ребята вдруг тоже встали на Костину сторону.

– Действительно, Кость, попробуй уже, – сказал Дима Загорный. Костя знал, что ему тоже нравится Катя. Но, в отличии от Кости, у него были все шансы получить ответную симпатию Кати, ведь Дима был единственным отличником в их классе среди парней.

– Я думаю, что Константин справится, – твёрдо произнёс Максим Викторович. Он подошёл к парте, где сидел Костя, и к тому же положил руку ему на плечо, в знак полного доверия ученику.

Костя молчал. Всё, что он хотел сказать, внезапно вылетело из его головы. Он посмотрел на учителя, крепко уверенного в своём выборе. На злющего Кумаева. На ребят, ожидавших ответа от него. И, наконец, краем глаза, на Катюшу Лучёву.

– Да… – будто издалека услышал Костя собственный голос.

…

Все они верили в него. И Максим Викторович, и ребята, и Катя. Вот только он сам не верил. Не верил в себя. Да и как можно быть ведущим праздника тому, кто не поднимался на сцену вот уже девять лет? Все эти годы во время мероприятий Костик либо болел и оставался дома, либо тихонько отсиживался в рядах зрителей по причине невыученных из-за какого-нибудь недомогания реплик. Но сейчас всё было по другому. И он готов был попробовать всё изменить. Ради ребят, ради неё…

– Я должен сделать это, – шептал он, уговаривая сам себя, – я смогу. Ничего страшного. Это всего лишь глупая деревянная сцена.

Костя стоял у дверей актового зала школы и не мог заставить себя войти внутрь. Он пришёл сюда сразу после занятий, чтобы убедить себя в том, что нет ничего невозможного. Пришёл, чтобы попытаться поверить.

Однако верить в себя было ой как не просто.

– Ничего страшного, – в который раз повторял Костя, – вот сейчас…

Наконец он собрался с духом, приоткрыл дверь и быстро юркнул в зал, не давая себе больше возможности передумать.

Зал был пуст и от этого казался ещё громаднее. Костя тотчас вжался в стену, будто стараясь стать меньше и незаметнее под взглядом безжалостного великана. Он немного постоял у стены и двинулся дальше, к сцене. Она находилась на другом конце зала, напротив двери, и внушала ещё больший ужас, чем сам зал.

Очень медленно, почти не дыша, Костя приблизился к сцене. И сразу остановился. Будто врос в серый школьный паркет. В висках тут же застучало, сердце подпрыгнуло, мерзкий липкий страх, уже не сдерживаясь, стремительно расползался по телу, пальцы на руках предательски задрожали, к горлу подступила знакомая тошнота. Костя судорожно сглотнул и попятился назад. Нет, никак… Невозможно! В следующую минуту Костя уже выбегал из зала, затем, перепрыгивая через ступеньки, вниз по лестнице, на первый этаж, к выходу. Дальше, дальше от этого пугающего места! От школьной сцены. В глазах щипало, скакали мушки. От бессилия, от обиды на свою невероятную трусость хотелось кричать, рвать, метать и… рыдать.

Костя и сам не заметил, как со всего маху врезался в проходящую мимо девчёнку. И кто бы мог сомневаться в том, что это окажется именно Катя Лучёва, его Снежная королева? Невероятно «везучий» день!

– Липатов! Тебе что больше бегать негде? – возмущённо воскликнула она, но тут же, сощурив медовые глаза, оглядела его и участливо спросила: – Да что с тобой? Белый весь…

Пробормотав невразумительное: «Прости», Костя вылетел на улицу.

В лицо добрым другом дохнул свежий весенний ветер. Дышать сразу стало легче. Вот только на душе легче не становилось. Да и утренняя головная боль вернулась с прежней силой. Костя по привычке потёр кончиками пальцев пульсирующие виски. Бесполезное действие, так как голова от этого совсем не перестала болеть. А кругом школьный двор продолжал жить своей шумной жизнью: гудели голоса ребят, собирающихся по домам, младшеклассники, оставшиеся на продлёнке, с визгом и смехом носились наперегонки. Костя посильнее втянул голову в плечи и скорее зашагал к воротам школы.

Однако здесь его ждал ещё один неприятный сюрприз. Недалеко от школьных ворот он увидел знакомую компанию во главе с Владом Кумаевым. Хмурый Кумаев сидел на корточках, нервно поглаживая длинными пальцами серебристый айфон последней модели. Рядом стоял Федоренко, облокотившись о ствол растущей здесь берёзки, которая чуть согнулась под его немаленьким ростом, и Назаров, снимающий на свой телефон берёзку и Федоренко. Компания явно кого-то поджидала. Костя почему-то сразу понял, что поджидали они именно его.

– О, Липа! – заметил его Влад. – Подойди, не трусь, поговорим.

Костя остановился. Возможно, он и был трусом, но не глупцом. Разборки с Кумаевым не входили в его планы. Самым лучшим решением было сбежать. Рвануть через арку соседнего со школой дома, мимо нового торгового центра, прямо в рощу у парка. Правда, пришлось бы потом лишних два квартала идти до дома. Но ведь это пустяки по сравнению с неприятностями, которые ждали его от таких вот разговоров.

– Да подойди ты уже! – нетерпеливо гаркнул Влад. – Фед, помоги Липе.

Грузный Федоренко нехотя оторвался от берёзки и медленно двинулся к Косте.

– Чего тебе? – Костя не стал дожидаться, пока его схватят, и подошёл сам.

– Того! – Влад сплюнул на землю. – Не тупи, Липа, откажись от ведущего.

Костя хотел ответить, что и сам был бы рад сделать это, но внезапно Кумаев добавил:

– И на Катюху хватит глазеть. Эта девочка не для таких как ты. Погляди на себя. Ты трус и нищеброд. А Катька со мной будет. Вот на выпускном и будет.

«Не для таких, как ты!» – эхом отозвалось прямо в Костином сердце. Костя даже дышать перестал. И в то же время вдруг почувствовал, как его руки сами сжимаются в кулаки. Он так захотел ответить всё, что думает о Кумаеве, так захотел ответить…

Но почему-то, вместо этого, неожиданно развернулся и бросился бежать.

Через арку, к торговому центру, к роще…

– Стой! Трус!

Костя слышал, как Кумаев кричал ему вслед, но не остановился, не попытался даже опровергнуть его обидные слова.

Влад был прав, тысячу раз прав! Костя и сам чувствовал себя последним трусом.

…

Он долго бродил по парку, пиная камешки и ничего не видя вокруг. А когда стали сгущаться сумерки, поплёлся домой. К дому Костя подошёл уже к девяти часам вечера.Тихо открыл двери и включил свет в коридоре. В квартире пахло печёными пирожками и ещё чем-то приторно сладким. Этот неприятный дурманящий запах моментально усилил Костину и без того невыносимую головную боль. Он мучительно поморщился.

– Костя пришёл! – выбежала со своей комнаты Алёнка и радостно захлопала в ладоши.

Послышался мамин голос:

– Ой, Костик! Как хорошо!

А следом и она сама, улыбаясь, вышла из кухни вместе с тётей Луизой.

– Мог бы и позвонить, – строго сказала тётка. – Мать волнуется, а ему хоть бы что!

Костя поднял глаза на тётку. Вот запах чьих духов встретил его на входе таким тяжёлым ароматом.

– Что вы ходите сюда постоянно?! – неожиданно для самого себя со злостью буркнул он. – Ну кому нужны ваши советы? Может лучше займётесь своей жизнью?

Тётя Луиза ахнула и сразу схватилась за сердце. Костя знал, что своими словами задел её за самое больное. Личная жизнь тётки была далеко не идеальной. Хоть и работала она в администрации города в управлении благоустройства и могла считаться перспективной невестой, однако никто из мужчин не задерживался надолго в её жизни. И замуж не предлагали.

– Костя, да что с тобой? – всплеснула руками мама. – Ты не должен так разговаривать со старшими.

– Вырастили эгоиста. О матери бы подумал! – бодро поддакнула тётка, тут же забывая о сердце.

Косте и самому уже стыдно стало.

– Мам, прости, всё хорошо. Я к себе.

Он чмокнул мать в щёку, чуть припудренную мукой, и постарался побыстрее скрыться в своей комнате. Щёлкнул задвижкой замка и рухнул, не раздеваясь, на заправленную кровать.

Внезапно в кармане брюк звякнул телефон, оповещая о присланном сообщении. Костя вынул гаджет и ткнул в кнопку.

«Липа трус!»

Сомнений в авторстве быть не могло. Конечно, это от Влада. Костя раздражённо скрипнул зубами, удалил сообщение и сунул смартфон обратно, поглубже в карман. Однако надпись уже нестираемым клеймом успела отпечататься в Костином сердце.

– Трус, – обречённо прошептал он.

– Костя, пусти меня! – в двери заколотила кулачками Алёнка. – Ты обещал рассказать сказку!

– Не до тебя, отстань! – грубо крикнул ей Костя и тут же сам испугался своих слов. Никогда раньше он не разговаривал с сестрёнкой в таком тоне. Однако ничего с собой поделать Костя не мог, жёсткие слова сегодня, будто сами собой, срывались острыми булыжниками с его губ.

– А как же принцесса? – осторожно спросила Алёнка из-за двери. – Она так и останется драконом?

«Ну вот, снова она об этой принцессе! Глупая сказка!» – мысли скакали в Костином мозгу, как кошки по раскалённой крыше. Голова от боли раскалывалась на мелкие кусочки. Ему было плохо. Очень плохо.

– Да! – закричал он во весь голос. – Принцесса останется драконом! Навсегда!!!

– Ой, – жалобно всхлипнула в коридоре сестрёнка, и Костя услышал поспешный топот убегающих маленьких ног.

– Навсегда… – шёпотом повторил он и закрыл глаза.

ГЛАВА 4.

Диск вращался и сходился чёрно-белыми кругами в пугающей тьме своего центра. Диск будто затягивал Костю внутрь, в тёмную пропасть неизвестности, заглатывал громадной зияющей пастью.

Костя отчего-то отчётливо понимал – это сон, он повторялся уже дважды, но сон этот, как и в первый раз, вызывал ужас своей глубиной, бездонной, как ночное небо. Скорее это был кошмар. Кошмарный сон, как продолжение столь же кошмарного дня. Однако Костя готов был поклясться, что сейчас знакомый диск, как бы странно это не звучало, манил его настойчивее, упорнее зазывал своей темнотой. И было невыносимо страшно, и очень хотелось проснуться, но Костя вдруг отчаянно решил больше не сопротивляться чёрно-белому диску.

«Я не трус! Не трус!» – кричало всё его существо.

А коварный диск затягивал в свою жуткую пропасть. Всё глубже и глубже.

Костя вскинул руки, будто пловец перед прыжком, и храбро нырнул в самый центр черноты.

И полетел в пропасть. Он падал, не видя ничего кругом себя и не чувствуя ничего, кроме обречённого ожидания неминуемой гибели. Но пугающая тьма неожиданно быстро рассеялась и перед взором Кости вновь поплыли знакомые чёрно-белые круги. И вдруг он перестал падать.Теперь Костя легко парил, словно Небесный странник из любимой книги, будто внезапно выросло за его спиной два огромных крыла. А вокруг пролетали пушистые белоснежные облака, и удивительного вида белоснежные с чёрными полосами птицы пели так, как никогда прежде Костя не слышал.

«Сон, это сон», – говорил он себе. Но просыпаться уже совершенно расхотелось. Даже головная боль куда-то испарилась, будто и не бывало её вовсе. Костя с интересом разглядывал чёрно-белое окружение и пролетавших мимо прекрасных чудо-птиц. Птицы были такие разные: и большие, почти с Костю, и маленькие, как дворовые голуби, были птицы величиной с хорошую собаку и совсем мелкие, еле заметные, такие, что с первого взгляда и не разберёшь – птица это или муха какая. Птиц было много, все они летели медленно, некоторые иногда кружили рядом с Костей и, казалось, будто даже улыбались ему своими чёрно-белыми клювами. А одна из них, самая большая и улыбчивая, была особенно неотступна. Она летела совсем близко от Кости, так что задевала его руки своими полосатыми крыльями, и то вылетала чуть вперёд Кости, то вновь возвращалась, касалась его руки и снова бросалась вперёд, будто звала за собой. Приглядевшись, Костя вдруг понял, что чёрные полосы на птице вовсе не полосы, а исписанные рядами чернильные буквы! Только вот текст было не так легко разобрать. Да и на других птицах пестрели чернотой именно буквы, просто они были такими мелкими и сливались друг с другом, что казались издалека обычными чёрными полосами. Косте стало любопытно и он подумал, что, пожалуй, последует за этой самой большой птицей, куда бы та не повела его. Неожиданно странная птица повелительно клюнула Костю в бок и исчезла в ближайшем белоснежном облаке. Костя, не размышляя долго, нырнул в пушистое облако за настырной птицей.

И охнул от изумления.

То, что предстало перед ним на этот раз, было похоже на иллюстрацию из прочитанных Костей фэнтезийных романов. Теперь он находился на поляне, где с одной стороны рос лес с экзотического вида деревьями и кустарниками, словно привезёнными сюда из ботанического сада, и изумрудного цвета травой, какой никогда не видел Костя в городе, а с другой – лучезарно поблёскивал башенками под ярким солнцем белоснежный средневековый замок, окружённый домами поменьше. Но вовсе не странный пейзаж поразил Костю. Ведь он ясно понимал, что во сне не стоит удивляться такого рода чудесам, однако Костя не мог даже предполагать, что встретит здесь того, кого меньше всего ожидал бы встретить в своём собственном сне.

Посреди поляны в длинном чёрно-белом балахоне и высоком чёрно-белом колпаке с рядами букв стоял … Максим Викторович! И Костя готов был поклясться чем угодно, и это подтверждало странное одеяние учителя, что в классного на поляне обратился не кто иной, как залетевшая в облако чёрно-белая птица.

Или же учитель был обращён в птицу в чернильных надписях?

– Э… Здравствуйте… Максим Викторович? – растерянно пробормотал Костя, не понимая, как ему обращаться к птице-классному. Он уже приземлился рядом и во все глаза разглядывал странного персонажа своего сна.

– Здравствуй, Константин, – учитель знакомым жестом поправил очки на носу, – хорошо, что ты здесь.

– Здесь, это в моём сне? – сразу поинтересовался Костя.

Максим Викторович ласково улыбнулся.

– В твоей сказке, Константин. И я не твой учитель. Возможно, даже наоборот…

– Не понимаю, – Костя наморщил лоб. И даже затылок почесал, чтобы лучше соображать. Что за загадки? В какой такой сказке? И кто вообще перед ним?

– Так вы – птица? – осторожно спросил он.

В этот момент балахон, в который был одет Максим Викторович, затрепетал, будто от сильного ветра, и за спиной классного, шурша чёрно-белыми перьями, шумно расправилось два птичьих крыла. А нос преподавателя прямо на Костиных глазах стал приобретать форму очень похожую на клюв.

– У нас мало времени, – быстро ответил птица-учитель, стараясь удержать на носу-клюве круглые очки, – но я постараюсь объяснить тебе главное: что это за место, кто я, и для чего здесь ты. Это место – твоя сказка. Как ты попал сюда? А вот как. В каждом тексте, Константин, есть душа. Бывают тексты с душами совсем малюсенькими и незаметными на первый взгляд. Например, статьи в некоторых газетах. Однако, Константин, (и ты, конечно, догадываешься об этом), есть тексты с великими душами, душами, имеющими неимоверную силу затягивать человека в свой мир. А души сказок сильнее остальных. Я дух этой сказки, твоей сказки, и имею силу призвать тебя, ибо ей нужна помощь. Спаси её!.. Крю-крю-крю! – тут нос Максима Викторовича окончательно вытянулся в полосатый чёрно-белый клюв, преподаватель исчез, а вместо него закружила над Костей уже знакомая настырная птица.

– Крю-крю-крю, – настойчиво повторила она, в последний раз щёлкнула своим длинным исписанным клювом и стрелой полетела вверх, прямо к лучезарному солнцу.

– Спасти кого? – закричал ей вслед Костя.

Но не дождался ответа. Лишь откуда-то сверху упали на изумрудную траву смешные очки Максима Викторовича. Только и они тут же растворились без остатка в прозрачном воздухе Костиной сказки.

ГЛАВА 5.

– Итак, – подытожил Костя, рассуждая сам с собой, – я каким-то странным образом оказался в собственной сказке. Интересно только, в какой именно? – он наморщил лоб, будто раздумывая над данным вопросом, и тут же рассмеялся: – Какой бредовый сон! Вероятно, это от нервов. Ну, конечно! Естественно, я перенервничал, вот и снится всякая ерунда! – Костя даже плечами пожал от такого простого объяснения. И вновь расхохотался: – Это даже смешно, я – в сказке! Ха-ха! А Максим Викторович какой! Птица! Ха-ха! – Тут Костя сделал серьёзное лицо, поправил на носу воображаемые очки и голосом учителя строго произнёс: – «В каждом тексте, Константин, есть душа! Хрю-хрю!» Ой, не могу! Ха-ха!

Вдоволь посмеявшись, Костя опустился на изумрудную траву и провёл ладонью по сочной свежей зелени. Трава приятно щекотала кожу. Он сорвал одну из травинок и растёр между пальцев.

– А запах как настоящий, – улыбнулся Костя, с наслаждением вдыхая сразу появившийся аромат. Почему-то пахло маминым ягодным пирогом и ещё чем-то цитрусовым. – Удивительно… Хотя нет. Сон ведь мой, поэтому мозг выдаёт знакомые факты, всё объяснимо. А я слишком много фантазирую, от того и кажется реальным любой приснившийся мне бред.

В животе заурчало. Видимо, знакомый запах маминой выпечки напомнил желудку, что Костя не ел аж с полудня вчерашнего вторника. Да и не до еды ему было тогда. Зато теперь, не смотря на то, что он вроде как спал, есть захотелось вполне реально.

– Что ж, пожалуй, пора просыпаться, – сказал себе Костя. – Встану, тихонько пройду на кухню и поем маминых пирожков.

Он ещё раз глянул на экзотично-красивую растительность кругом, на говорливый родник, сбегающий вниз ручьём по изумрудному холму, на белоснежный замок вдали, на еле видневшиеся домишки у замка и удовлетворённо прицокнул:

– А всё-таки красиво здесь. В моём сне.

Костя поднялся на ноги и отряхнул брюки. Как же лучше всего прервать собственный сон? Ведь есть способы. Для начала он решил крепко зажмуриться, а потом открыть глаза пошире. Должно сработать. Костя так и сделал. Но, как только он открыл глаза, сразу понял, что этот способ оказался ненадёжным. Костя всё ещё стоял на изумрудной полянке.

– Ерунда. Надо просто умыться!

Он склонился над прозрачным родником, зачерпнул целую пригоршню ледяной воды и плеснул на лицо.

– Брр! – поёжился Костя. От такой прохлады сложно не проснуться! – Хм… – тут же хмыкнул он в замешательстве, потому что всё ещё не оказался в своей постеле. – А что, если ущипнуть себя посильнее? Должно помочь.

Костя крепко ухватился пальцами за кожу на руке и даже прокрутил её немного, припомнив, как в детстве ребята во дворе изображали крапиву. Но и такой многообещающий метод, увы, не сработал. Однако сдаваться Костя не собирался. Он решил объединить все возможные способы. Беспроигрышный вариант! Костя плеснул в лицо водой, зажмурился и ущипнул себя с силой, да так, что сам ойкнул от жгучей боли.

– Ну вот, теперь-то точно на кухню к пирожкам, – прошептал Костя, осторожно открывая глаза. Каково же было его изумление, когда он понял, что снова находится всё в том же месте, на том же холме с ароматной травой и тем же средневековым замком вдали. Во сне!

– Тьфу ты… – Костя даже приуныл немного. Взгляд его в растерянности пробежался по окружающему пейзажу и остановился на прекрасном замке у горизонта. С минуту Костя вглядывался вдаль, раздумывая о своём положении, и тут его осенило:

– А почему бы мне не воспользоваться этим странным сном и не прогуляться в тот городок? Или даже побывать в самом замке?

Такое решение вновь вдохновило Костю.

– Ну что я теряю? Пирожки никуда не денутся. А такие сны снятся не каждую ночь.

С такими мыслями Костя быстро спустился по изумрудному холму и зашагал вдоль ручья по чуть заметной заросшей тропе в сторону загадочного городка. Вскоре ручей превратился в настоящую реку, а неприметная тропинка затерялась в широких лугах. Чтобы не заблудиться, Костя решил идти вдоль реки, припоминая из уроков истории, что города раньше строили именно по берегам таких вот рек. Он шёл, любуясь окружающим его пейзажем: яркими луговыми цветами, весенней свежей зеленью, камешками, поблескивающими на дне реки.

«Красивые. Как золотые слитки», – думал про себя Костя. Он даже хотел достать несколько для Алёнкиной коллекции. Но решил, что сделает это на обратном пути, чтобы ненароком не замочить брюки.

Вскоре река завиляла между полей, в землях которых пробивались первые ростки то ли пшеницы, то ли – ржи. Там, за полями, уже отчётливее стал виден городок, в который так стремился Костя. Поэтому Костя свернул от реки и зашагал прямо через поля к цели своего пути.

И вот он уже с интересом разглядывал узкие улочки, вымощенные белым камнем, и аккуратные местные домишки. Сам городок сильно походил на картинку из того самого учебника «Истории Средних веков». Вот только, в отличии от нарисованных, ворота ограждения, окружающего город, совершенно никем не охранялись и были открыты настежь, будто жители совсем не боялись нападений иноземных захватчиков. Дома здесь стояли небольшие каменные вперемешку с простыми бревенчатыми, с уютными двориками и скотиной, пасущейся рядом. Вспоминая рассказанное Маргаритой Ивановной на уроках истории, Костя про себя отметил, что здешние жители в большинстве своём, скорее всего, ремесленники. И легко было понять, где дом сапожника, а где пекаря. Ясно же, что если над входом висит большой сапог, то дом принадлежит семье сапожника, а если крендель – семье пекаря.

«Вот бы попробовать местную выпечку, будет ли она такой же вкусной, как мамина? – тут же задался вопросом Костя. Желудок, напоминая о себе, заурчал с новой силой. – Теоретически, должна быть, – продолжил рассуждать Костя, сглатывая появившуюся слюну. – Ведь не может же сон выдавать вкус, незнакомый самому хозяину сна?»

Есть захотелось нестерпимо. Никогда он не думал, что можно чувствовать себя таким голодным, будучи во сне.

Не раздумывая долго, Костя постучался в двери с вывешенным над входом аппетитным кренделем. Но, к огромному Костиному сожалению, никто ему не открыл.

– Дак сейчас все на ярмарке, милок, – услышал Костя.

Он обернулся. Мимо дома пекаря, шаркая ногами, передвигалась грузная старушка в тёплом платке с серым козликом на привязи. Козлик шёл, забавно переступая копытцами, на тощей шее его была привязана красная ленточка, как символ особой любви хозяйки. Но ещё занимательнее было то, что старушка эта походила на их школьную вахтёршу, тётю Олю. Костя даже глаза протёр, не доверяя собственному зрению. Однако тётя Оля не исчезла, а добавила назидательно своим строгим голосом:

– Сегодня ведь середина недели, ярмарка. Давай-ка, Звоночек, поторопись! – любовно прикрикнула она своему рогатому питомцу. В ответ козлик вдруг громко заблеял неприятно-резким фальцетом, невероятно напоминая пронзительный звук школьного звонка.

«Это просто фантом сновидения, – смекнул Костя, потирая оглушённое ухо. – Я вижу знакомых мне людей и даже предметы в новых фэнтезийных образах. Вот и Максима Викторовича тоже…». Он решил больше ничему не удивляться и вести себя как можно естественнее.

– Спасибо, тётя О… Ой, бабушка, – вежливо ответил Костя. – А как мне выйти на ярмарку?

– Дак прямо иди на дом с красным гусем и налево до дома с прядилкой, дальше сверни к кувшину, да к заброшенной часовне, а за ней и Драконья площадь, – махнула рукой старушка-фантом.

«Занятный адрес», – подумал Костя. Он ещё раз поскорее поблагодарил тётю Олю и бодрой походкой двинулся по указанному пути, чувствуя, что его уши больше не смогут выдержать пытку блеянием неугомонного Звоночка. Да и наверняка впереди его ждало много интересного. И хоть Костя и не слишком любил приключения (кроме тех, что случались не с ним, а с героями книг), всё же жуть как захотелось посмотреть на здешнюю ярмарку.

Совсем скоро показался дом с огромной вывеской, на которой был изображён жирный гусь почему-то красного цвета и надписью, гласящей: «Жаркие лапки».

«Интересно, кто живёт в этом доме?» – терялся Костя в догадках. Может-быть мясник, а может здесь находился местный клуб для развлечений? Костя прошёл мимо таинственного дома, свернул налево в переулок и через два дома увидел избушку с прялкой во дворе.

«Прядилка!» – сразу вспомнил он слова старушки.

Без сомнения, этот деревянный домик, принадлежащий трудолюбивой прядильнице, и имела ввиду фэнтезийная тётя Оля. Теперь, с её слов, надо было отыскать некий кувшин. Костя остановился у калитки с прялкой и задумчиво потёр лоб. Никаких кувшинов рядом не наблюдалось.

«Ну и квест, – обескураженно вздохнул он, – не хватало мне ещё заблудиться в собственном сне. И куда дальше?»

К счастью, долго гадать не пришлось. В этот момент мимо прошло двое – мужчина и парень, о чём-то оживлённо беседуя. Костя тут же последовал за ними: по обрывкам разговора он понял, что мужчины тоже направляются на ярмарку. К тому же, один из них, тот что помоложе, очень напоминал Лёшу Зинчука – Костиного соседа по парте. Или Косте так показалось. Со спины сложно было разобрать.

Костя шёл неторопливо, чуть позади, делая вид, что точно знает, куда идёт, будто он сам из местных, и даже слегка насвистывал себе под нос. Парень раз оглянулся на него, но не приметив в Косте ничего подозрительного, сразу потерял интерес.

– Думаешь, это сделала Дракониха? – услышал Костя его вопрос товарищу.

А второй, тот, что постарше, мрачно сплюнул на землю:

– Хватит болтать ерунду! Не верю я этому.

– Но ведь говорят… – засомневался первый.

– Много что говорят! Ты, Лехан, меньше бы в своих фантазиях плутал и всякие вымыслы слушал, а больше бы о работе думал! – отрезал второй.

– Так гонцы не требуются сейчас, – попытался оправдаться тот, что помоложе.

– Это так… – вздохнул старший. – Давненько о нас не вспоминали. Но только Дракониха – не враг нам, не она это.

«Ох, неужели здесь живут настоящие драконы? – подумал Костя. – А Драконья площадь, выходит, не просто прикольное название…»

На такое он точно не подписывался. Он даже притормозил, соображая: не легкомысленно ли с его стороны вот так смело топать на площадь со звучным, но пугающем теперь названием? Но мужчины впереди продолжали путь, и Костя сказал себе: «В конце концов, если в этом месте есть драконы, то они такие же безобидные фантомы, как и Лёша Зинчук, и Максим Викторович, и тётя Оля с козой, и все в моём сне. Просто фантомы. Мне нечего бояться.»

Тут его взгляд упёрся в странный монумент впереди. Костя даже хмыкнул от удивления. Это был сияющий солнечными бликами жёлтый кувшин! Точнее статуя в виде кувшина в два человеческих роста в высоту.

«Постой-ка, где-то я видел похожий? – смекнул Костя. – Конечно, такой же кувшин стоит у нас в кабинете изо! Ну, или почти такой…»

Само собой в школе кувшин был самым обыкновенным, глиняным. А этот, похоже, был покрыт настоящим золотом.

«Надо же, как у меня разыгралось воображение, – хихикнул Костя про себя, – преобразовать учебный материал в такую дорогущую махину!»

Его попутчики уже ушли вперёд, но Костя на этот раз особо и не рвался за ними. Ведь кувшин он уже нашёл, значит и до Драконьей площади рукой подать. Костя с любопытством обошёл жёлтый монумент, удостоверившись в поразительном сходстве с оригиналом, а потом, довольный собой, побежал по улице дальше. Совсем скоро он увидел и заброшенную покосившуюся часовенку, о которой говорила старушка с козликом, а чуть погодя услышал весёлый гул толпы и понял, что наконец достиг своей цели. Через минуту Костя оказался на широкой площади, полной снующего взад-вперёд народа. По всему периметру и в центре располагались многочисленные лавки ремесленников с разнообразным товаром. А напротив площади величественно возвышался белоснежный королевский замок с огромным балконом, нависающим над частью площади.

От обилия товара разбегались глаза. Костя шёл вдоль красочных лавок и любовался предоставленным товаром. Чего здесь только не было! Яркие ткани и платки, обувь разного вида, деревянные игрушки, сладости и даже оружие. Около лавки с ножами Костя не мог не остановиться. Долго разглядывал рукоятки и восхищался качеством клинков. Пока знакомый запах выпечки не отвлёк его от просмотра.

«М-м-м, – подумал Костя, с аппетитом потягивая носом воздух, – пирожки! Где-то совсем близко!»

И правда, лавка пекаря оказалась рядом, всего через пролёт напротив оружейной. А в ней – ароматные булки, хлеба, расписные пряники, завитые крендельки, пончики, посыпанные пудрой, мясные расстегаи и, конечно, вожделенные пирожки. За прилавком стоял полненький человечек и широко улыбался.

«Фантом пекаря, – смекнул Костя, – похож прям на персонажа какой-то игры. Как там Лёша называет их? – вновь припомнил он одноклассника-игромана. – А! Энписи!»

Человечек выглядел весьма дружелюбно, и Костя тоже улыбнулся ему:

– Э-э, привет..! Я, пожалуй, съел бы парочку ваших пирожков.

Пекарь ничего не ответил, продолжая мило улыбаться.

– Энписи! – уверенно прокомментировал Костя. Выходит, что и спрашивать ему было вроде как некого. – Что ж, пришло время узнать, какие вкуснее – мамины или эти? Ставлю на то, что одинаково! – уже представляя себя дегустирующим изделия весёлого пекаря, пробормотал он. – Надеюсь, я не проснусь, пока не доем хотя бы один из этих чудесных пирожочков.

И правда – вероятность проснуться в самый неподходящий момент присутствовала.

«Надо поспешить», – решил Костя, хватая ближайший к нему пирожок. Пальцы сразу почувствовали приятное тепло свежей выпечки. Аромат стал ощутимее и притягательнее. Не сдерживаясь больше, Костя с упоением впился зубами в золотистое тесто, капля жирного сока брызнула на лацкан школьной рубашки, ароматная начинка оказалась бесподобной – смесь маминой выпечки и ещё чего-то невероятно вкусного!

– М-м-м! Объедение! – причмокнул он.

– Два рубна, милейший, – вдруг подал голос молчавший до этого розовощёкий пекарь и улыбнулся шире прежнего.

– Кхе-кхе..! – чуть не подавился Костя от неожиданности, а, когда откашлялся, удивлённо переспросил: – Вы что-то сказали?

– Стоимость пирожка, милейший, – терпеливо объяснил пекарь. – Два рубна.

«Местная валюта», – сообразил Костя, он с трудом проглотил кусок пирога и смущённо промычал:

– Э-э… Да… Сейчас…

Костя порылся в карманах брюк, куда обычно складывал мелочь, и вытащил мятую пятидесятирублёвую купюру.

– Вот возьмите, – протянул он деньги, – простите, я думал, вы – энписи, фантом… А так я бы ни за что не взял без оплаты…

Пекарь выхватил купюру, повертел её в руках, даже понюхал с подозрением. Его взгляд внезапно стал тяжёлым, а прежняя счастливая улыбка мигом слетела с лица. Лоб и щёки покраснели, а последние даже увеличились в размере, будто их владелец собирался лопнуть прямо в этот момент, как упругий воздушный шар.

– Фантом?! – взвизгнул он. – Сейчас я покажу тебе фантом, бессовестный воришка! Федун, поди сюда!

Широкоплечий высокий парень, прежде стоящий спиной у соседнего прилавка с сахарными леденцами, нехотя оторвал взгляд от блестящих карамелек, развернулся к пекарю и басисто протянул:

– Ну чего, батя?

– Федоренко? – пробормотал Костя, отступая на шаг назад. Ну как тут было не удивиться, если сын пекаря походил на его одноклассника – Жору Федоренко!

– Убегает! Держи вора! – по-своему понял движение Кости разъярённый пекарь.

Не дожидаясь помощи малохольного сына, он сам выскочил из-за прилавка и сделал то, что Костя меньше всего ожидал от него. Пекарь наклонил голову вперёд, как свирепый бык перед нападением, и лягнул ею прямо в живот Кости! Пухлая, на первый взгляд, физиономия пекаря оказалась на редкость твёрдой.

Костя возмущённо вскрикнул:

– Ой! Что вы делаете?!

– Плати! – брызгая слюной, заверещал пекарь.

На мирного энписи он теперь совсем не походил, да и живот от его удара заболел вполне себе по-настоящему.

«Что за сон такой?» – Костя невольно напрягся.

– Но послушайте, – миролюбиво постарался он уладить ситуацию, – я же спрашивал у вас разрешение взять пирог!

– Врёшь! – вновь закричал пекарь. – Ты говорил со мной иноземным языком! Ниписи, прывет… – коверкая Костины слова, перечислил он. – Совал мятые лоскутки дрянной ткани вместо рубнов! Воспользовался тем, что я не мог понять тебя, а сам тем временем стащил товар у честного торговца! Кто теперь будет платить за мой вкуснейший пирог? – Пекарь вновь пригнул голову, словно собираясь к новой атаке.

Костя инстинктивно съёжился и попятился назад.

– Держи вора, Федун, вали его! – вновь заверещал пекарь сыну.

Копия Федоренко закатил рукава рубахи, колесом выпятил могучую грудь и грозной скалой двинулся к Косте.

И Косте ничего не оставалось, как на самом деле броситься наутёк! Ведь в этой ситуации и ежу было понятно, что народ на площади больше поверит местному улыбающемуся пекарю и его сыну, чем странному иноземному парнишке без единого рубна в кармане.

Именно поэтому Костя побежал, ненарочно расталкивая посетителей ярмарки и нечаянно переворачивая встречные лавки с товарами. Уже через минуту за ним гнался не только пекарь, но и ещё с десяток торговцев и неравнодушных гостей ярмарки.

– Простите… Извините… – только и успевал вскрикивать Костя, роняя очередную стойку с товаром. – Извините! Простите! – восклицал он, врезаясь в очередного зазевавшегося пешехода. В глазах рябило от множества лиц, и будто в бреду ему показалось, что промелькнуло даже несколько знакомых: одноклассника Назарова Марата, соседа со второго этажа, продавца ближайшей к его дому Пятёрочки. Голова кружилась, мозг отказывался понимать, что происходит, только ноги добросовестно выполняли свою работу – несли его прочь от возбуждённой толпы.

Так Костя пересёк Драконью площадь и выскочил к деревянным домам, бросился в кустарники между ними, проскочил какой-то двор, пробежал ещё несколько, юркнул под телегу, прислонённую к старому сараю, и только тут замер отдышаться и прислушаться. К его великому облегчению, преследователи отстали. Вероятнее всего, торговцы вернулись к своим товарам, а покупатели не захотели пропускать ярмарку ради дальнейшей беготни за незнакомым парнем.

– Ну вот и поел пирожка, – вздохнул Костя, мотнул головой и тут же больно стукнулся затылком о телегу под которой сидел. – Ой! – Удивительный полосатый сон с каждой минутой превращался во всё более дурацкое сновидение. – И проснуться никак, что за ерунда… Куда теперь идти? Вернуться на поляну с изумрудной травой? И оттуда уже снова попробовать выбраться из этого кошмара.

Вернуться в первоначальную точку показалось Косте очень правильным решением. Ведь когда-нибудь на чудесную поляну мог прилететь птица-учитель Максим Викторович и подсказать, как закончить это затянувшееся сновидение. Или же Костя сам попробует каким-то образом вновь оказаться в проплывающем мимо белоснежном облаке, а через него – в своей привычной жизни подростка-одиннадцатиклассника. И пусть там ждали его Кумаев со своей компанией и пугающее выступление на сцене, зато всё понятно и предсказуемо. А здесь? Драконы, фантомы знакомых, злющие торговцы, птицы-тексты… Брр… Не смотря на всю его любовь к фэнтезийным историям, сам Костя, как бы грустно не было это признавать, оказался не готов к настоящим приключениям. К тому же у него ещё нещадно ныл живот и, кажется, на затылке прямо сейчас росла огромная шишка. Осторожно, избегая нового удара по голове, Костя ползком выбрался из своего укрытия. И тут понял, что ко всем прочим неприятностям совершенно не знает, в какой стороне теперь находится его первоначальная точка. Дома вокруг были не знакомы ему, и улица совсем не походила на ту, по которой он шёл на ярмарку.

– Заблудился… – понял Костя и обречённо прислонился к злополучной телеге. И хоть он никогда себе не позволял подобного, в этот момент захотелось отчаянно ругнуться. Костя уже даже вдохнул побольше воздуха в лёгкие, чтобы так и сделать, но тут неожиданно услышал слова очень знакомой песенки:

– Кто дракона не боится –

Сам в дракона превратится!

Победит себя, и вот –

От заклятья всех спасёт,

Все-е-ех спасёт!

Звонкий детский голосок заставили Костю вскочить на ноги.

– Алёнка?!

И действительно, мимо сарая, у которого он притаился, весело подпрыгивая и размахивая корзинкой с цветами, мчалась его маленькая сестрёнка.

ГЛАВА 6.

– Алёнка! – Костя бросился наперерез сестрёнке и руки пошире расставил, чтобы точно не промчалась мимо.

И правда, девчушка сразу остановилась, насупилась вся и с недоверием посмотрела на Костю. Потом быстро нагнулась к земле, схватила увесистый камень, угрожающе подняла его над головой и буркнула:

– Ты кто это?

Вид у Алёнки при этом был такой воинственный, что Костя даже не засомневался в серьёзности её намерений зашвырнуть этим самым камнем прямо в его глупую голову.

– Нет, нет, не надо! – Костя скорее выставил руки вперёд и замахал ими, стараясь успокоить девочку. – Всё хорошо! Я просто ошибся, принял тебя за сестру. – Теперь-то он и сам понял свою ошибку. Конечно, эта девчушка-копия сестрёнки, совсем не являлась реальной Алёнкой. Одета она была в красивое платьице с аккуратным фартучком, на голове у неё белел кружевной чепец. А его Алёнка ни за что бы такой не надела, да и платья она терпеть не могла до жути. – Просто в этом сне всё так перепутанно… – Костя грустно пожал плечами. – И песенку ты такую пела, Алёнкину…

– Это не песенка, а предсказание из волшебной книги, – сурово поправила его девчушка. – Так ты что-ли иноземец? Заблудился? – В её голосе неожиданно появились сочувственные нотки. Она опустила руку с камнем и теперь внимательно разглядывала Костю. – Ну, точно иноземец. Одежда у тебя странная. Штаны смешные, с морщиной… – Она кивнула на школьные брюки с отутюженной стрелкой и весомо, словно была совсем взрослой, добавила: – Наши мужики таких штанов не носят.

Костя улыбнулся. Его Алёнка тоже любила делать весомые выводы.

– Да, ты права, я иноземец, – он решил не разубеждать девочку. Будет неплохо подружиться с ней. Эта маленькая копия сестры могла бы помочь ему выйти отсюда. Он приветливо протянул ладонь и представился: – Меня зовут Костя. А тебя?

Девчушка широко распахнула глаза и даже чуть подскочила на месте:

– Костя?! – удивлённо воскликнула она. – Чародей Костя?! Тот самый?

– Э-э-э… – Костя смутился. Он хотел сказать, что, конечно же, никакой он не чародей, а обыкновенный неудачник, школьник, заблудившийся в собственном сне.

Но девочку уже было не остановить:

– Ну, да, да! Ты – тот самый! Чародей из волшебной книги! Мы так сильно просили тебя появиться. И вот ты здесь! Здравствуй в мире! – затараторила она. – Скорее! Нам надо к принцессе. Как же она обрадуется! О! – девчушка быстро откинула грозный камень в сторону, цепко ухватила Костю за рукав рубахи и настойчиво потянула за собой.

Немного опешивший от такого натиска Костя последовал за девочкой. Из всего сказанного ей он лишь сообразил, что находится в королевстве, а не в городке, как думал поначалу, и здесь есть настоящая принцесса. И ещё, что сопротивляться маленькой тараторке бесполезно.

– Не представляешь, как ты нужен принцессе, чародей Костя, – продолжала говорить она, таща его за собой по каменной мостовой. – Только ты можешь помочь. Больше никто-никто! Ведь она теперь каждую ночь превращается! Раньше не так. А только, когда нападали. А сейчас не нападают, а она превращается! – Тут девочка остановилась, выдохнула, оглянулась, словно остерегаясь посторонних ушей, потом притянула Костю поближе и с гримасой ужаса на личике прошептала: – Принцесса боится, что однажды она останется такой навсегда!!!

–Какой такой? – тоже прошептал Костя, теперь уже точно ничего не понимая. – В кого превращается?

Девочка посмотрела на него так, что Костя почувствовал себя не совсем нормальным. Она осуждающе покачала головой и даже прицокнула, возмущаясь его фантастической глупости.

– В кого, в кого… В дракона, само собой.

– В дракона? – Костя судорожно сглотнул.

Так значит это правда. Дракониха! Вот о ком говорили те мужчины с ярмарки! Мозг Кости словно взорвался от внезапного озарения. Принцесса, превратившая себя в дракона! Это же его сказка! Выходит, что Максим Викторович (он же – чудо-птица, он же – душа сказки) прав, и Костя не во сне. Он в своей сказке! В сказке о принцессе-драконе! Но как такое возможно?

– Меня, кстати, Алана зовут, ну, или Аланка можно, – услышал Костя будто издалека голосок попутчицы.

– Да, да… А меня – Костя… – пробормотал он, всё ещё пытаясь прийти в себя от странного открытия.

– Я поняла уже, что ты – Костя, что чародей, – надула губки Аланка, – не маленькая! – она снова потянула его вперёд. – Только давай поторопимся, вечереет уже.

Они прошли ещё несколько домов, завернули за угол одного из них и оказались у Драконьей площади.

– Не, не, я туда не пойду, – запротестовал Костя. А потом добавил, чтобы она ненароком не начала расспрашивать его о причинах: – Ты ведь сама сказала, что нам надо спешить.

Аланка бросила на него удивлённый взгляд:

– А сегодня на площади ярмарка, это весело. Но ты прав. Нам надо идти к принцессе.

Костя согласно закивал. Ему совершенно не хотелось сейчас оказаться пойманным знакомым пекарем. Пусть даже это для кого-то могло показаться и весёлым.

– Я была на ярмарке утром, меня принцесса отпустила, а потом я к маме бегала. Она у меня вон там живёт, на краю леса. – Аланка махнула куда-то в сторону. Костя понимающе кивнул. Он бы сейчас тоже с удовольствием оказался дома, рядом с мамой и сестрёнкой, а не шёл, непонятно зачем, своими собственными ногами в лапы ужасной драконихи. Даже если она и принцесса… Костя лихорадочно стал припоминать, что он там насочинял, в своей сказке: «…В одном королевстве жила маленькая принцесса… Так. Она ещё девочка, причём превратилась в дракона для защиты от врагов. А я не враг, и это не взрослая дракониха. Я могу не бояться», – рассудил он. Он даже попробовал представить смешную маленькую драконочку, больше похожую на домашнюю кошку, чем на сказочное чудовище. И от этого ему стало совсем не страшно. Да и, по-честному, было немного любопытно увидеть выдуманного им самим же персонажа – принцессу-дракона. Какая она?

Тем временем, они прошли мимо Драконьей площади и вышли прямо к белоснежному замку. Тому самому, которым любовался Костя, стоя на изумрудном холме. Вблизи замок выглядел ещё более завораживающим. Его высокие стены с тремя башнями из белого камня окружали широкую центральную башню, от которой и выходила церемониальная площадка-балкон над Драконьей площадью. Купола всех башен были отделаны золотом, и в этом не было сомнений, так красиво блестели они в лучах заходящего солнца. Над башнями колыхали оранжевые флаги, а колонны по периметру замка утопали в зелени и цветах. Главные двери украшало изображение белого дракона с такими сияющими в закате глазами, что было сразу ясно, что сделаны они из чистейших золотых слитков. Всё выглядело действительно богато. Но, к удивлению Кости, и вход в замок принцессы, так же как в само королевство, оказался почти без охраны. Лишь на ступеньках у самых дверей дремал одинокий мужчина безобидного вида. Чуть в стороне от него валялась длинная пика. Костя с интересом присмотрелся к спящему и понял, что тот невероятно похож на их школьного сторожа и, по совместительству, учителя труда – дядю Пашу. А потом отметил про себя, что уже и не пугается таким чудесным совпадениям.

– Эй! Дядюшка Пуш! – Аланка легонько толкнула стражника в плечо, и мужчина нехотя приоткрыл глаза. Конечно, он сразу узнал Аланку и благожелательно махнул ей рукой, приглашая в замок.

Но вот на Костю мужчина посмотрел подозрительно, даже привстал и потянулся за пикой. А когда грозное оружие оказалось в его руках, недовольно проворчал, топорща густые усы:

– Кто такой?

Костя предусмотрительно сделал несколько шагов назад. Мало ли что могло прийти в голову этому лихому вояке. Костя сразу вспомнил, как любил гонять метлой школьников-сорванцов всамделишный дядя Паша.

– Он со мной, – Аланка изобразила строгое лицо. Мужчина тут же опустил пику, и Костя быстро прошёл следом за девочкой.

– А ты важная шишка тут, – с улыбкой отметил он.

– Я – любимая служанка принцессы, – чинно объяснила девочка. – И вообще-то, – она приосанилась и к тому же задрала подбородок как можно выше, – её лучшая подруга!

– Ага, – Костя сделал вид, что искренне верит малышке. Подружка принцессы? Ну и вруша! Хотя, возможно и не врёт. Обе почти одного возраста, получается, вот и общаются друг с другом.

Они поднялись по ступеням, немного прошли по коридору вперёд и свернули в другой коридор, пошире, с витражными окнами и резными дверями-арками по бокам. Вероятнее всего, каждая дверь вела в отдельный зал или комнату. Тут Аланка остановилась и шепнула:

– Сейчас главное, чтобы тебя Луиса не заметила, а то начнёт выспрашивать, вынюхивать, кто да что.. – Девочка повертела головой, будто прислушиваясь. Но, судя по всему, ничего подозрительного не услышала, поэтому продолжила уже чуть громче: – Луиса – это тётя нашей принцессы. Такая вредная! У-у-у! Луис-с-са… – зловеще прошипела Аланка и сузила глаза. – Даже звучит, будто змеюка какая свистит.

Костя тоже оглянулся. На всякий случай. Змей он никогда не видел вблизи, только по телевизору и в интернете, но точно знал, что такая встреча ему бы совсем не понравилась.

Во дворце было тихо.

«Странно, – подумал Костя, – а где же снующие повсюду слуги?»

Почему-то он всегда считал, что в королевских замках не должно быть так безмолвно. Конечно, можно было предположить, что все обитатели замка в это время уже готовятся ко сну.

– Слуг что-то не видать, – всё же вслух отметил Костя.

– Сбежали они все, – хмуро ответила Аланка.

– Как так? – не понял Костя. – Почему?

– Трусы, – обрезала девочка.

Костя осторожно кивнул, чувствуя, что вновь начинает напрягаться. Однако дальше расспрашивать о побеге приближённых принцессы он не решился.

«Всё нормально, – размышлял Костя. – Познакомлюсь по-быстрому с принцессой, а потом попрошу Аланку-Алёнку отвести меня на холм. Дождусь душу сказки и сразу домой!»

С такими мыслями шагал он по полутёмному коридору за девочкой в чепце и желал только одного – поскорее выбраться из этой жутко непредсказуемой сказки-сна.

Аланка между тем приблизилась к одной из дверей-арок и помахала Косте, приглашая его за собой.

За дверью оказался самый настоящий тронный зал.

– Впечатляющий дизайн! – присвистнул Костя, с любопытством осматриваясь. Стены здесь были покрыты мозаикой и позолотой, по низу шли небесного цвета бордюры, пол устилал мягкий ковролин с диковинными геометрическими узорами. На потолке – лепная фреска, изображающая герб с оранжевым солнцем и голубым сердцем в нём. А посредине зала на небольшом возвышении располагался королевский трон, украшенный ещё тремя солнцами с сердцами. Прекрасное место для правительницы прекрасного королевства.

Однако на троне никого не было.

Костя подошёл ближе и с восхищением провёл ладонью по шероховатому изображению мастерски вырезанных солнц.

– Ну и где наша драконочка? – спросил он, оборачиваясь к попутчице.

– Алана, это ты? – неожиданно со стороны входа раздался приятный девичий голос. – А я ждала тебя на балконе. Ты задержалась сегодня.

– Катя?! – изумлённо воскликнул Костя. В растерянности он отступил назад, нечаянно поскользнулся и рухнул прямо на сиденье стоящего за ним трона.

Костя прищурил глаза, стараясь рассмотреть обладательницу до боли знакомого голоса, только от полумрака коридора, из которого показался силуэт девушки, сделать это было совсем непросто. Однако говорящая уже приближалась к трону сама, и ему оставалось только, затаив дыхание, ждать её появление.

– Её лучезарная светлость – принцесса Катиша! – торжественно объявила Аланка. А потом бросилась навстречу вошедшей.

– Я нашла его! – радостно завопила она. – Он поможет тебе!

Уже вместе они вышли на свет, и Костя понял, что совершенно потерял дар речи и даже способность шевелить частями тела, а возможно, и способность дышать. Так он был изумлён от увиденного. Ведь Аланка вела девушку, о которой Костя и мечтать боялся в своей настоящей жизни, девушку – тайну его влюблённого сердца, одноклассницу, отличницу – Катюшу Лучёву!

Она медленно приблизилась к трону и чуть вздёрнула левую бровь, разглядывая странного незнакомца, бессовестно восседающего на троне. Одета Катюша была в белоснежное платье с длинной юбкой и широкими рукавами, которое невероятно шло к светлым волосам, заплетённым в затейливые косы. На голове её поблёскивала небольшая корона, с голубым камнем в виде сердца посередине.

«Это и есть моя маленькая принцесса? – Костя попытался привстать, но не смог. Словно прилип к трону. Зато мысли его ошалело кружились в каком-то восторженном танце: – Самая красивая девушка в классе… Ой. Во всём мире!.. Во всех мирах!» – Он почувствовал, как неумолимо краснеет под её пристальным медовым взглядом.

А она в непонимании обернулась к маленькой служанке. В глазах принцессы застыл немой вопрос.

– Да это же он! – подпрыгнула Аланка. – Чародей Костя из книги!

Принцесса громко вздохнула и вскинула руки к груди.

– Чародей Костя? – прошептала она. Казалось она никак не могла поверить в такую удачу.

– Да! Он самый! – радостно захлопала в ладоши Аланка. – А я что говорила! Он услышал, как мы звали его!

– Вы и вправду чародей? – с надеждой спросила принцесса. – Здравствуйте в мире! Невероятно… Я думала, что чародея Кости уже давно нет в мире живых или ему по крайней мере лет сто… А вы – юноша, мой ровесник. – Она задумчиво покачала головой, но тут же вдруг весело рассмеялась: – Да это и не важно! Главное – вы здесь, и теперь всё можно исправить! Разрушить драконье заклятье! Пока не поздно…

Принцесса бросилась к Косте и сделала то, что он меньше всего ожидал от неё – крепко обняла. Он почувствовал приятный запах её волос, её дыхание на своей щеке, и совершенно растерялся:

– Э-э-э… Я не тот… Э-э-э…

Принцесса отодвинулась от него, и вновь её левая бровь с подозрением поползла вверх.

Костя быстро сполз с трона и смущённо разгладил рукой брючину.

– Никакой я не чародей. Просто Костя, – сказал он. Конечно, сейчас ему очень хотелось наврать и приукрасить слегка свой статус. Но Костя решил быть честным с девушкой-мечтой.– Да с чего вы взяли вообще про чародея?

Принцесса нахмурилась, потом молча взяла его за руку и потянула за собой. «Ну вот, опять…» – вздохнул Костя, однако сразу послушно зашагал следом. За Катей он готов был идти без раздумий и куда угодно. Пусть это была и не совсем его одноклассница, а её копия. Но нельзя было не признать, что она ему тоже безумно нравится, не меньше настоящей Катюши Лучёвой.

«Брр… Что-то я запутался совсем! – Костя потёр на ходу лоб. – Лучше, наверное, об этом пока не думать», – решил он и попытался сосредоточиться на пути, по которому они шли. А тем временем они уже спускались по витиеватой лестнице вниз и вскоре оказались в небольшой подземной комнате. За принцессой подоспела и Аланка с зажённой свечой в руках. Теперь Костя мог разглядеть странное помещение. Здесь было довольно просторно, но холодно и неуютно. Посередине комнаты стоял лишь небольшой столик с толстой книгой в кожаном переплёте на нём. Принцесса подошла к книге и поманила за собой Костю. Он, с опаской оглядываясь по сторонам, приблизился к девушке и тоже нагнулся над впечатляющем своей толщиной монускриптом.

На растрескавшейся от старости кожаной обложке золотыми буквами было выведено: «Книга Заклинаний чародея Кости».

ГЛАВА 7.

– Это произошло, когда я была маленькой. Наверное, как Алана сейчас, – начала свой рассказ принцесса. – В те времена мы много воевали. Лучезарное, так называется наше королевство, всегда славилось плодородными землями, трудолюбивыми людьми. А Золотая речка с незапамятных времён дарует нам самородки золота.

Костя ошалело моргнул. Выходит, те блестящие камешки на дне реки действительно были настоящим золотом!

– …поэтому со всех сторон на наше королевство нападали соседние короли и иноземные захватчики, – продолжала принцесса. – В бою погибли два моих брата, а следом за ними и отец. Горе помутило мой разум. В тот ужасный день тётя и предложила воспользоваться «Заклинанием Всесилия». – Она быстро пролистала книгу до девятой страницы и ткнула пальцем в небольшое стихотворение на пожелтевшей странице.

Костя сразу уставился на картинку рядом, изображающую дракона с сердцем в когтях.

– Знак Всесилия… – пробормотал он и тут же удивился, откуда ему знать об этом? Ведь картинку эту видит в первый раз в жизни! Костя перевёл взгляд на текст и почти процитировал его, казалось слова сами сыпались с его языка, можно было даже не заглядывать в книгу. Он знал это заклинание! Но будто только сейчас вспомнил об этом.

– «Знак Всесилия ладонью тронь –

Сердце в пыль или в огонь –

Зависит от того, что поставишь на кон.

Слаб ты духом или силён –

Либо свинья, либо дракон». – Костя перевёл дух и тихо заметил: – Жёсткое условие. Вы могли легко погибнуть.

– Да, я понимала это, – грустно подтвердила принцесса. – Но воспользовалась заклинанием. И стала драконом.

Костя кивнул. Теперь он с большим почтением смотрел на девушку напротив. Легко было поверить, что в момент превращения Катиша совершенно не думала о себе, все её помыслы были заняты народом Лучезарного, и именно это придавало ей необходимого силы духа.

А принцесса продолжала:

– Мы победили в той битве. И в следующей за ней. Так повторялось несколько раз: на нас нападали, я превращалась, и враг сдавался без боя. А потом все вражеские королевства поняли, что не в силах победить Лучезарное, и перестали пытаться захватить нашу землю. Наступил долгожданный мир. Долгие десять лет я не превращалась в дракона. И даже решила, что смогу навсегда забыть об этом. Но вот два месяца назад стало происходить что-то странное. Неожиданно для себя в одну из ночей я вновь превратилась. Но никакой видимой опасности для королевства не было! Я решила, что это нелепая случайность. Однако через неделю всё повторилось. И ещё через неделю. А спустя месяц я стала превращаться через ночь, – принцесса схватила Костю за руку и крепко сжала его ладонь. – Я не в силах контролировать превращения! В этом месяце я становлюсь драконом уже каждую ночь! И даже не помню, что вытворяю в эти ночи! А что если я начну превращаться и днём тоже? А что если я совсем перестану быть человеком и останусь лишь драконом? Навсегда!

Её пальцы были холодны, а голос дрожал. Костя тотчас вспомнил, как совсем недавно он сам безжалостно озвучил страшный приговор: «Останется такой навсегда!» – так он кричал Алёнке, когда та пыталась узнать об участи принцессы-дракона.

Навсегда! Ну что за идиот!?

Косте стало очень стыдно за свою роковую несдержанность.

Но откуда он мог знать, чем всё обернётся? Откуда он мог знать, что рассказанная им сказка вовсе не сказка! Точнее, не совсем сказка… Костя понял, что вновь начинает путаться.

– В этом году пришла моя семнадцатая весна, в день полной луны после равноденствия, по нашим обычаям, я должна стать королевой. Осталось всего три недели. Но в обличии дракона это будет невозможно! Вы сможете остановить заклятье? – принцесса сильнее сжала его ладонь, её глаза были полны мольбы.

– Но как? – он беспомощно моргнул. Костя и сам не знал ответа.

– Так ведь есть предсказание! – тут в разговор вступила Аланка, скромно молчавшая, пока говорила принцесса. – Моё любимое из волшебной книги, – она перевернула страницу со Знаком Всесилия и указала на следующий стих. – Вот! Ты же слышал его. Я пела по дороге от мамы, когда встретила тебя, чародей Костя. Ты должен просто сам стать драконом и всех спасти.

Костя почувствовал, как бледнеет. Самому стать драконом?! Нет, нет! Он не может! В отличии от принцессы, силой духа Костя похвастаться точно не мог. Он припомнил, как ужасно боится сцены, вспомнил, как уже много лет не решается рассказать о своих чувствах Катюше Лучёвой, и позорный эпизод с Кумаевым, и недавний – с пекарем, когда удирал во весь свой дух, вместо того, чтобы попробовать объясниться.

Да «Заклинание Всесилия» сотрёт его в пыль!

Ну, или, в лучшем случае, превратит в поросёнка. А уж этим Костя принцессу точно не спасёт.

– Я бы и сама давно превратилась и всех спасла, – вздохнула Аланка. – Только вот Катиша не разрешает.

– И думать об этом не смей! – оборвала её принцесса. – Я запрещаю! – она вдруг топнула ножкой и даже нахмурилась.

Но Аланка нисколько не обиделась, напротив она пылко обняла венценосную подругу.

– Да, я знаю, ты переживаешь за меня, – по-детски мило пролепетала она.

– Безумно переживаю, – Катиша нежно обняла девочку в ответ. – После того, как все покинули меня, ты – моя единственная верная подруга. Я не переживу, если с тобой случится что-то плохое. Не представляешь, как ты меня напугала, когда пришла позже обычного сегодня.

– Но я никогда-никогда тебя не покину! – горячо пообещала девочка. – Просто немножечко задержалась в гостях у мамы. Ничего страшного, да? К тому же всё закончилось так удачно: я привела к тебе чародея!

– Да, – принцесса уже улыбалась. – Ты большая умница, Аланочка. Теперь всё можно исправить! – Она радостно обратилась к Косте: – Обещаю, после всего пожаловать вам титул героя Лучезарного королевства! Однако нам лучше выйти на балкон. Поверьте моему опыту – когда вы начнёте превращаться, здесь станет тесновато.

– Ура! – захлопала в ладоши Аланка. – Превращение!

– Нет! – быстро замахал руками Костя. – Никаких превращений! – Он постарался изобразить суровое лицо, чтобы никто не догадался о его настоящих, далеко не геройских, мыслях. – Хватит превращений. Есть и другие способы. И не спорьте! – Костя выразительно посмотрел на Аланку, которая уже разочарованно надула губки.

– Но это твоя книга, выходит, ты сам и придумал так, – протянула она.

Это было справедливое замечание. Получалось, что все заклинания в книге его собственного сочинения, сложно было противоречить этому факту. Однако Костя ничуть не смутился:

– В конце концов, кто из нас чародей! Вы или я?

– Ты, само собой… – хмуро согласилась девочка.

– То-то же, – Костя удовлетворённо кивнул. – Но давайте, всё же, поднимемся наверх. Здесь прохладно.

«…и жутковато!» – добавил он про себя. Но вслух, конечно, этого не сказал. И совершенно естественно, что около принцессы, удивительно похожей на девушку его мечты, Косте хотелось выглядеть не меньше, чем супергероем. Да и не может быть трусом могущественный чародей! А по всему выходит, что он и в самом деле своего рода чародей, создатель этой сказки, этого мира. Великий демиург! Ведь без него не существовало бы ни принцессы, ни королевства. Он придумал мир прекрасной девушки-дракона, значит он и спасёт этот мир!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.