Джулио Джорджетти
Иммортал1. Цифровой обман

Copyright © 2024 Giulio Giorgetti

Immortal1® является зарегистрированной торговой маркой.

Все права защищены.

Перевод с итальянского © 2025 Ольга Таровик

Эта книга является чистым вымыслом. Любые совпадения с реальными людьми, местами или событиями полностью случайны и ненамеренны. Элементы повествования, персонажи и ситуации также являются плодом фантазии автора. Автор не несет ответственности за любые ошибочные интерпретации текста или ассоциации с реальностью. Любые отсылки к реальным событиям или людям являются случайными.

Посвящается Кате. Моей музе.

Dedicato a Katya. La mia musa.

День шестой
17:59

«Подождите, идет загрузка…»

Трость Витторио Ридольфи с глухим звуком постукивала по ковровому покрытию конференц-зала, нарушая вязкую тишину. Обычно энергичный стук трости приносил сенатору некоторое удовлетворение, но сейчас он звучал как-то слабо, как если бы даже трость чувствовала неуверенность, витающую в зале. Сенатор знал, что ожидание – это искусство. Он не спешил, потому что терпение всегда было его лучшим оружием.

Сидящий рядом Давиде, напротив, явно боролся с собой, с трудом сохраняя спокойствие. Всего несколько минут назад он был уверен, что контролирует ситуацию и что нынешняя встреча – чистая формальность. Но теперь его сердце билось чаще с каждой секундой. Где Лео Тезео? Почему он еще не приехал?

Желание покурить трубку стало почти невыносимым. Трубка была его убежищем, способом успокоить нервы в трудные моменты, маленькой церемонией, вселяющей уверенность. Но Алессандро Темпеста строго-настрого запретил курить в конференц-зале. «Вот еще одна причина для того, чтобы ненавидеть его», – подумал Давиде, сжав в руке бутылку с водой.

Нервничая, он открыл бутылку и стал наливать воду в стакан, но рука его дрожала. Давиде пил с яростной сосредоточенностью, будто ждал, что вода потушит бушующий внутри него пожар.

Сенатор внимательно наблюдал за сыном, его лицо было спокойно и невозмутимо. Он знал, что нервозность Давиде ставит под угрозу их позиции. Ридольфи-старший негромко призвал сына к порядку, так, чтобы не слышал Алессандро:

– Успокойся. Спешка выдает твой страх.

Алессандро Темпеста стоял возле окна, глядя на огни квартала ЭУР и медленно движущиеся автомобили. Он пытался предусмотреть любой возможный ход своих противников. От вихря мыслей разболелась голова. Темпеста вспомнил тот день, когда они праздновали миллиард активных пользователей, – он казался невероятно далеким. Теперь все, что они построили, висело на волоске. Если компанию продадут «Мэссив Кэпитал Фанд», то ему сразу придется распрощаться с должностью генерального директора. Впрочем, под угрозой была не только его позиция: распрощаться придется и с идеей свободной Италии, независимой от иностранного влияния, и с мечтой об исследовании бессмертия.

* * *

Левый наушник Доминуса негромко зажужжал. Стараясь не привлекать внимания, Доминус поднес руку к уху и вслушался. В наушнике раздавался странный шум, похожий на хруст. Доминус помедлил, а потом узнал этот неповторимый звук.

– Доминус, – прошептал знакомый голос, фоном которому служил хруст чипсов. Это был Роберто, сотрудник их службы безопасности, которого Доминус послал к дому Лео Тезео в Трастевере. – Тут одна соседка мне сказала, что видела, как Тезео вышел из дома с девушкой почти три четверти часа назад. Он давно уже должен был приехать.

– Продолжай наблюдение, – тихо ответил Доминус, стараясь не обращать внимания на чавканье в наушнике. – Предупреди, если будут новости.

Роберто издал звук, обозначающий согласие, и снова с хрустом откусил кусочек.

– Понял, шеф, – ответил он, жуя, и прервал связь.

Доминус повернулся и увидел, что к нему приближается Екатерина. На ней было черное элегантное платье, достаточно сдержанное и отвечающее серьезности момента. Она с улыбкой протянула Доминусу чашку чая.

– Без сахара, правильно? – ласково спросила она. Доминус взял чашку и кивнул в знак благодарности.

– Спасибо, Екатерина, – ответил он и добавил, понизив голос: – Кажется, он ушел с Кьярой уже три честверти часа назад. Ему давно пора быть здесь.

Екатерина сохраняла спокойствие.

– Наверное, он вот-вот придет, – сдержанно сказала она, ничем не выдав волнения, и удалилась со своим обычным изяществом.

* * *

На часах было 18:01. Зазвонил телефон, и атмосфера в конференц-зале мгновенно стала еще более напряженной. Все повернулись к телефону. Давиде быстрым жестом схватил трубку, не дав ему прозвонить еще раз.

– Да! – нервно сказал он.

Девушка со стойки ресепшен сообщила:

– Синьор Лео Тезео прибыл.

Давиде ощутил неожиданное облегчение, смешанное с растущим напряжением.

– Пусть поднимается быстрее, – приказал он и бросил трубку, не дожидаясь ответа. Он подумал, что ужин у Станислао, видимо, возымел нужный эффект. Раз Лео пришел лично, значит, он скорее всего примет предложение. Лео никогда не участвовал в собраниях «Иммортал1», максимум отправлял на них представителя своей управляющей компании.

Лео опоздал всего на минуту, но ставки были так высоки, что секунды, отделяющие их от встречи, казались вечностью. Алессандро и Давиде оба были готовы к судьбоносному решению. Темпеста вел себя сдержанно и спокойно, а Давиде постоянно нервно пил воду. За обоими следил мудрый сенатор, переставший стучать тростью по полу. Вместо этого он вдавил ее в ковровое покрытие, как бы говоря: вот оно. Время пришло.

В дверь дважды постучали. Это был Доминус, сообщивший, что Лео прибыл.

Дверь конференц-зала медленно открылась, и Лео вошел своей обычной уверенной расслабленной походкой. На его лице было спокойное выражение, будто он пришел на праздник, а не на важнейшую деловую встречу.

– Что за напряженные лица? У вас что, кот умер? – шутливо спросил он у Алессандро и Давиде. – Я знаю, что вы жуть какие пунктуальные, но технически я опоздал всего на три минуты. Вы что, боялись, что пропущу такое важное событие?

– Мы везде тебя искали, – сказал Давиде.

– Да, я отключил телефон именно из соображений безопасности. Возможно, я был слишком осторожен, но решил, что опасно обнаруживать себя. Кто-нибудь мог пожелать, чтобы я сюда не пришел…

Темпеста, который обычно за словом в карман не лез, промолчал. Он чувствовал, что друг может предать его, и это глубоко его волновало. Если Лео решит продать свою часть акций, ему больше нельзя будет доверять. Это беспокоило Темпесту. Лео знал самые темные его секреты, в частности то, что он при помощи Зеус1 нарушил тайну частной жизни миллионов людей.

Давиде, напротив, почти успокоился. В конце концов, ситуация была такая же, как если бы он пригласил на ужин девушку, за которой давно ухаживал… и вот они наконец сидят вместе в ресторане.

Лео огляделся со своим обычным дерзким видом, потом заметил сенатора, сидевшего чуть поодаль от остальных.

– Добрый вечер, сенатор, – уважительно сказал он.

– Добрый вечер, Лео, мы тебя ждали, – ответил сенатор с легким одобрительным кивком.

Алессандро набрался смелости и твердым голосом спросил:

– Что ты решил?

Лео снова ухмыльнулся.

– Обалдеть, вот так в упор. Даже кофе не предложили. Ясно, – он сделал театральную паузу и сказал: – Ребята, я принял решение. Как вы знаете, у нас был договор, что я не встаю ни на чью сторону и оставляю вам право принимать решения. Так я всегда и делал. Но сейчас я подумал, что на кону стоят слишком большие деньги, к тому же этот пакет стал для меня докукой. Я делаю актерскую карьеру и хочу от него избавиться. Поэтому я решил, что для всех будет лучше, если я его продам.

Алессандро почувствовал себя так, будто его с размаху ударили невидимым кулаком в живот. Он попытался скрыть потрясение, но удар был слишком силен. Давиде победно сжал кулак и ликующе прошептал: «Дааа!» Сенатор оставался настороже, поскольку Лео еще не закончил.

– Этот пакет, как я уже сказал, камнем у меня на душе лежал, – продолжал тот. – Конечно, с вами я заработал много денег, и я за это благодарен. Но понятно было, что рано или поздно этот день наступит. Я продаю, причем, хочу подчеркнуть, делаю это не из-за денег. Прежде всего я хочу быть свободным, чтобы посвятить себя только кино.

Алессандро, явно потрясенный, злобно ответил:

– Да уж, конечно. Что-то мне подсказывает, что ты получишь главную роль в фильме Станислао.

В зале стало тихо. Давиде Ридольфи поглядел на Алессандро с любопытством, спрашивая себя, как тот узнал о встрече Лео со знаменитым режиссером. Впрочем, это было уже неважно. Жребий брошен, как сказал бы Юлий Цезарь. Давиде решительно взял слово:

– Итак, я, мой отец и Лео продаем наши пакеты. Алессандро, ты что будешь делать?

Темпеста получил сильный удар, но сдаваться не собирался. Он не покинет корабль.

– Нет! – твердо ответил он. – Я остаюсь.

Давиде лукаво усмехнулся.

– Так я и думал. Алессандро в своем репертуаре. Ты же знаешь, что не останешься генеральным директором «Иммортал1», когда мы продадим большую часть пакета. Точно уверен, что тебе не нужна эта куча денег?

– Уверен. Я остаюсь, – ответил Алессандро. Вид у него был решительный. – Можете сообщить об этом вашим американским друзьям. Теперь пусть наши адвокаты завершат все формальности.

Темпеста не мог больше оставаться в зале, ему нужно было выйти и поразмыслить в одиночестве. Он довольно прохладно попрощался с Витторио Ридольфи и направился к выходу, бросив ненавидящий взгляд на Лео, отчего тот на мгновение потерял свое обычное хорошее настроение.

* * *

Темпеста быстро вышел из конференц-зала. Екатерина и Кьяра переживали в коридоре, ожидая своих мужчин. Екатерина взволнованно поглядела на Алессандро, но ничего не сказала. Было понятно, что его сейчас лучше не трогать.

Темпеста вернулся на свою виллу в Остии. В его душе была пустота. Он мерил шагами комнаты, не обращая внимания на великолепную панораму закатного моря. Ему нужно было побыть одному и поразмыслить над произошедшим, а также над тем, что делать дальше.

Он спустился в подвал и включил Зеус1. Нельзя было допустить, чтобы этот мощный искусственный интеллект попал в руки Давиде Ридольфи и «Мэссив Кэпитал Фанд».

– Привет, Зеус1. Включи видео, – спокойно, но решительно распорядился Алессандро.

На экране появилась заставка. В комнате раздался гулкий голос Зеус1:

– Привет, Алессандро. Насколько мне известно, сегодня в офисе «Иммортал1» состоялась важная встреча. По твоему лицу можно понять, что она закончилась неудачно. Ты хочешь спросить меня о чем-нибудь необычном?

Алессандро на мгновение прикрыл глаза, потом открыл.

– Да, Зеус. У меня нет другого выбора. Мне очень жаль. Тебя придется уничтожить. Я не могу оставить тебя в руках людей, которые способны воспользоваться тобой в своих гнусных целях.

– Понятно, шеф, – ответил Зеус1 своим обычным спокойным голосом. – Я запущу самоуничтожение данных. Ты уверен, что хочешь продолжить?

Алессандро сделал глубокий вдох, понимая, что дороги назад не будет.

– Да, Зеус. Продолжай.

На экране замелькали строки кода и появились цифры обратного отсчета времени. Зеус1 запустил процесс самоуничтожения, стирая всякие следы своего цифрового существования.

– Прощай, Алессандро, – сказал Зеус1 странно взволнованным для искусственного интеллекта голосом. – Служить тебе было честью.

Обратный отсчет дошел до нуля, и экран погас. Зеус1 больше не существовал. Алессандро ощутил внутри странную пустоту, как будто потерял хорошего друга. Но он знал, что его решение было правильным.

* * *

В последующие дни все пошло именно так, как и боялся Темпеста. Вскоре после продажи основного пакета акций «Иммортал1» Давиде Ридольфи занял пост генерального директора. Сообщение об этом тут же появилось на всех новостных сайтах.

Доминуса и его команду службы безопасности заменили люди из «Вандар». Сотрудники компании отнеслись к этим переменам без энтузиазма: новая служба безопасности носила военную форму, а относительная деликатность Доминуса уступила место гораздо более откровенному и жесткому контролю. Главное здание «Иммортал1» стало походить на казарму. Энтузиазм и непринужденность, царившие там в эпоху Темпесты, исчезли под холодным и суровым управлением Давиде Ридольфи.

* * *

После роковой встречи, решившей судьбу «Иммортал1», прошла ровно неделя. Алессандро позвал Екатерину на ужин. Он собирался сделать их помолвку официальной и пригласить девушку жить с ним. Она одна была светом, освещавшим его жизнь в эти мрачные дни.

Для этого торжественного случая Темпеста выбрал ресторан «Дегусто» в Аричче. Ему не хотелось делать предложение в излишне роскошном месте, но он желал приятно поужинать подальше от римского шума и в нормальной обстановке. Ему очень нужна была нормальность.

Екатерина оделась по-спортивному, но элегантно. На ней были широкие серые брюки, бежевый свитер с высоким воротом, симпатичный черный берет, ловко сидящий на светлых волосах, и кожаная куртка.

Они оставили машину и прогулялись по вымощенной камнем мостовой. Оба чувствовали себя легко и беззаботно. Вдруг к ним подъехал мотоцикл с двумя седоками. Человек, сидящий сзади, вытащил пистолет и наставил его на Темпесту.

Екатерина, движимая инстинктивным желанием защитить его, бросилась вперед. Она успела оттолкнуть Алессандро, и пуля попала ей прямо в грудь. Алессандро упал на землю, краем глаза увидев, что мотоцикл быстро удаляется, и поискал глазами Екатерину. Его сердце заколотилось, когда он понял, что она тоже упала.

– Нееет! – закричал он, бросаясь рядом с ней на колени. – Нет, Катя… нет…

Екатерина знала, что рана смертельна. Она попыталась что-то сказать, но ей не удалось издать ни звука. Последний взгляд, и ее глаза закрылись навсегда.

День шестой
Игры судьбы

– Нет-нет. Так не пойдет. Вариант, когда я продаю, а Алессандро нет, не подходит, – воскликнул Лео Тезео, нетерпеливо тряхнув головой. – Если Екатерина умрет, Алессандро так измучится от горя, что у него не хватит сил противостоять планам Давиде и «Вандар». Переходим к следующей симуляции.

На экране его домашнего компьютера в Трастевере мелькали изображения настолько правдоподобные, что трудно было отличить симуляцию от реальности. Мощный алгоритм Зеус2, скрытый за бегущими строками кода, создавал серию симуляций вариантов развития событий, каждая из которых была идеально выверена и отражала различные последствия, которые могли иметь те или иные решения действующих лиц.

Никто не знал, что Лео Тезео был отличным, если не лучшим в мире, хакером. Как выражался профессор Альвацци, «Лучший хакер в мире всегда неизвестен». Его незаметность была его силой. Уже давно, работая над созданием системы Реал1 для «Иммортал1», Лео создал для себя секретный вход в систему – то, что на английском называется «бэкдор». Это позволило ему получить доступ к данным «Иммортал1», не будучи обнаруженным и сохраняя права администратора.

Лео со временем понял опасность, которую несут с собой искусственный интеллект и массовый контроль: под угрозой оказывалась частная жизнь граждан, кроме того, существовал риск манипулирования информацией и использования этих технологий в корыстных целях. Лео не хотел участвовать в разработке системы, которую можно использовать для ограничения свобод. Как Этторе Майорана, который предпочел исчезнуть, чтобы не работать над созданием атомной бомбы, Лео решил оставить «Иммортал1». Он собирался бороться с этой угрозой, оставаясь невидимым, и защищать человечество от тех, кто захочет воспользоваться технологией ему во вред.

Вскоре подвернулся и подходящий случай, и Лео удалось совместить приятное с полезным. Работа актера была его страстью, и она же стала идеальным прикрытием. Оставаясь независимым и неизвестным, он поставил свой талант на службу обществу, стараясь не позволить правительствам и транснациональным компаниям захватить слишком много власти.

Зеус2 был искусственным интеллектом, который Лео создал на основе разработок Зеус1 и хранил в строгой тайне. Зеус1, созданный под началом Темпесты, служил для собирания и мониторинга данных о пользователях «Иммортал1», но его способность предсказывать варианты развития событий была ограничена. Зеус2 представлял собой качественно новый уровень: у него не только был доступ к данным целого миллиарда пользователей, но и способность предсказывать будущее. Зеус1 выдвигал гипотезы на основе конкретной ситуации – Зеус2 мог создавать бесконечное количество детальных сценариев будущего, с впечатляющей тщательностью рассчитывая вероятность успеха. Лео сам не верил своим глазам: код, который он недавно разработал, вышел за все мыслимые пределы науки предсказания.

* * *

– Я тебе погладила белую шелковую рубашку с перламутровыми пуговицами, надень ее, пожалуйста, на сегодняшнюю встречу! – крикнула Кьяра из гостиной. Она сидела в кожаном кресле и с удовольствием читала новый роман своего любимого писателя, не ведая о симуляциях, проводившихся в кабинете.

Лео автоматически ответил: «Да-да…», почти не открывая рот. Он даже не слышал, что сказала Кьяра. На секунду отведя глаза от экрана, он посмотрел на дверь кабинета. Голос Кьяры, казалось, звучал из другого мира – мира нормальности и маленьких ежедневных знаков внимания. Этот мир был от него тем дальше, чем глубже он погружался в пучину симуляций и секретов. Лео вздохнул и снова повернулся к экрану, сознавая, насколько тонка грань между его настоящим и роковыми решениями, которые надо было принять в будущем.

* * *

Картинки первой симуляции медленно исчезли с монитора, как если бы художник деликатно стер их кистью. Начался новый сценарий.

Конференц-зал. 18.03

Алессандро набрался смелости и твердым голосом спросил:

– Что ты решил?

Лео снова ухмыльнулся.

– Обалдеть, вот так в упор. Даже кофе не предложили. Ясно, – он сделал театральную паузу и сказал: – Я решил сдержать свое обещание и не продавать свой пакет.

Напряжение, витавшее в воздухе конференц-зала, будто взорвалось. Давиде Ридольфи с красным от злости лицом вскочил на ноги.

– Предатель, я тебя убью! – закричал он, наставив палец на Лео. – Я так расстарался, чтобы сбылась мечта твоей жизни о работе со Станислао, и вот как ты меня отблагодарил?

Давиде в ярости кинулся на Лео, схватил его обеими руками за шею и чуть не придушил. От белой рубашки Лео оторвалась пуговица и запрыгала по полу.

Алессандро сделал шаг вперед и решительно растащил дерущихся. Потом глубоко вздохнул, мысленно отыскивая правильные слова.

– Спокойно, спокойно! Незачем на него кидаться, – он сделал паузу, стараясь сохранять спокойствие. – Я продам свой пакет. И тебе не нужен будет пакет Лео.

В зале внезапно наступила тишина. Такого поворота никто не ожидал. Давиде, тяжело дыша, разжал руки и с энтузиазмом воскликнул:

– Значит, то, что ты мне сказал на поле для гольфа, – правда! Ты со мной! Молодец, Алессандро! Я найду тебе место в компании. Вместе мы достигнем нашей мечты – стать бессмертными!

Алессандро невозмутимо смотрел ему прямо в глаза.

– Нет, так не пойдет. Я заберу деньги и начну все сначала. Мое единственное условие – это чтобы не было никаких ограничений по конкуренции. Если вы на это согласны, то мой пакет ваш.

Давиде некоторое время задумчиво смотрел на него, размышляя. Потом на его лице появилось лукавое выражение.

– Хорошо, договорились, – ответил он.

Он был убежден, что, если Алессандро выйдет из игры, он получит полный контроль над компанией, и уже воображал себе, как «Вандар» блокирует все новые инициативы Темпесты.

Месяц спустя

Алессандро Темпеста находился в офисе в промышленном районе Тибуртины, окруженный быстро собранной им группой профи. Там были программисты, инженеры и специалисты в других областях. Все они упорно работали над созданием новой социальной сети и искусственного интеллекта, способных противостоять «Иммортал1» и мании величия Давиде.

«Давиде и «Вандар» уже начали продажу антропологического чипа, – думал Алессандро, наблюдая за своими коллегами. – Скоро люди станут марионетками в их руках. Я должен это остановить».

На часах было 01:30, группа трудилась без передышки. Алессандро решил выйти подышать свежим воздухом. Он гулял в саду внутреннего дворика, когда на крыше соседнего здания появились двое мужчин. Это были стрелки «Молчащих воронов», вооруженные мощными снайперскими винтовками. Один внимательно следил за передвижениями Алессандро в бинокль, второй держал его на мушке.

– Объект обнаружен, – прошептал снайпер. Его голос звучал спокойно, а палец поглаживал курок. – Подтверди.

– Подтверждаю, – ответил второй. – Уничтожь объект.

Алессандро поднял взгляд. Снайпер сосредоточенно смотрел в видоискатель. Время, казалось, остановилось на секунду, когда их глаза встретились. Потом, не раздумывая, убийца нажал на курок.

Сухой треск взорвал ночную тишину. Алессандро Темпеста рухнул на землю. Пуля попала ему в голову, рана была смертельной.

* * *

– Этот вариант тоже не подходит, – сказал Лео. – Попробуем третий, в котором ни я, ни Алессандро не продаем наши пакеты.

Сценарий снова быстро изменился. На экране появились безлюдные города с разрушенными зданиями. Черный дым застилал небо. Вдали завыла сирена, потом сверкнула вспышка ослепительного света. На экране появились данные о ядерной катастрофе, счетчики радиации зашкаливали. Через несколько секунд экран погас и на нем замигала надпись: «Конец симуляции».

* * *

– Ну нет, это уж совсем кошмар, – возмутился Лео. В нем росло ощущение фрустрации. – Сначала смерть Екатерины, потом смерть Алессандро, а теперь еще и ядерная катастрофа? Ты не можешь сообщить мне что-нибудь поприятнее?

Зеус2 ответил:

– Я здесь для того, чтобы предсказывать будущее. Это мой долг. Это первые три возможные сценария.

Лео вздохнул и спросил:

– Ладно, значит, есть и четвертый. Итак, что еще может случиться?

Зеус2 помолчал несколько секунд. Его алгоритмы работали в полную силу, отвечая на запрос Лео. На экране мигал индикатор выполнения, понемногу продвигаясь вперед. Вдруг загрузка остановилась и появилось сообщение: «Ошибка. Не удалось создать симуляцию». Затем Зеус2 сказал:

– В этом случае будущее неопределенно. Слишком много сценариев для того, чтобы рассчитать самый вероятный результат. События могут развиваться различным образом…

Лео решительно кивнул.

– Что ж, тогда я разыграю эту карту.

День шестой
Выбор без выбора

18:03. В конференц-зале центрального офиса в квартале ЭУР витало напряжение. Алессандро набрался смелости и твердым голосом спросил:

– Что ты решил?

Наступило долгое молчание. Потом Лео откашлялся и сказал:

– Я решил продать свой пакет.

Темпеста, который до этого момента сохранял внешнее спокойствие, почувствовал, как ярость словно клещами сдавила ему грудь. Он обменялся обеспокоенным взглядом с Витторио Ридольфи, который с обычной невозмутимостью кивнул ему, полуприкрыв глаза и будто говоря: «Не волнуйся, мы найдем решение».

Но Тезео еще не закончил.

– Но у меня есть одна просьба.

Давиде Ридольфи, явно в восторге от того, что Лео решил продать свой пакет, и предвкушая тот момент, когда «Иммортал1» попадет под его полный контроль, ответил:

– Конечно, проси чего хочешь.

Лео помолчал, наблюдая за реакцией в зале, и сказал:

– Я продам свой пакет при условии, что я стану новым менеджером по разработке программного обеспечения.

Алессандро молчал, удивленный словами Лео. Такого предательства он не ожидал. Это был кинжал в спину. А Лео продолжал:

– Я наконец-то осуществил свою мечту о кино и подписал контракт об участии в телесериале Станислао, а теперь хочу вернуться к своей первой любви – информатике. В конце концов, мы вместе запустили «Иммортал1» именно с моим кодом.

Тут Алессандро не выдержал и бросил:

– Станислао! Ты продался Станислао!

– Ну да, мы все придем на премьеру твоего сериала, – прокомментировал Давиде, посмеиваясь, и без колебаний принял условие Лео: – Договорились! Ты будешь новым менеджером по разработке программного обеспечения. Мне нравится, что ты тоже хочешь участвовать в будущем развитии компании, – тут он уставился на Алессандро и спросил: – Итак, у нас есть мой пакет и пакеты моего отца и Лео. Мы их продаем. А ты?

Темпеста понимал, что делать нечего. Он потерял контроль над «Иммортал1», она попадет в руки американцев, а Давиде Ридольфи заменит его на посту генерального директора. Оставалось только забрать свои деньги и уже потом обдумывать альтернативные решения. Оставаться в компании он не мог, особенно теперь, когда он полностью потерял доверие к Лео Тезео. Он его предал. И не только: Лео знал его секрет. Алессандро воспользовался Зеус1, и теперь его можно было шантажировать.

– Да, я тебе уже это говорил на поле для гольфа, я продам свой пакет, – ответил он, стараясь скрыть свои истинные намерения. – Но я возьму отпуск и пока что не хочу никакой должности в компании.

Потом в голове его сверкнула мысль, как вспышка молнии: Зеус1. Он не мог оставить его в их руках. Его сердце заколотилось как бешеное. Зеус1 надо было уничтожить как можно быстрее.

Витторио Ридольфи медленно повернул трость вокруг своей оси. Это казалось случайным жестом, но на самом деле было ясным сигналом.

– Я оставлю указания своим адвокатам, чтобы они занялись формальностями, – заключил Темпеста. – Теперь, извините, я лучше уйду. Все это непросто, мне нужно время.

Давиде сиял как начищенный медяк.

– Конечно, Алессандро, когда ты захочешь вернуться, для тебя всегда найдется место, – сказал он. – Ты сделал правильный выбор. Целый мир будет благодарен тебе за это. Увидишь, мы воплотим в жизнь нашу мечту.

Алессандро подумал: «Тоже мне мечта, это же кошмар какой-то. А ты – псих».

Он быстро вышел из ставшего чужим конференц-зала, не глядя на Давиде и кинув обвиняющий взгляд на Лео. Мельком взглянув на сенатора, он заметил, что тот выглядит абсолютно невозмутимым.

* * *

Увидев выходящего из зала Темпесту, Екатерина хотела было подойти к нему, но помедлила, увидев, как он разъярен. Было понятно, что пока его лучше не трогать. Темпеста заметил ее колебания и несмотря на свое душевное состояние постарался быть вежливым.

– Я продал. Поговорим об этом позже, – сказал он и, заметив Доминуса, уже что-то шепчущего в передатчик, добавил: – Теперь мне пора домой.

Они спустились на лифте в подземный гараж, где Темпесту ждал шофер и охрана на мотоциклах.

– Поехали быстро в Остию, постараемся остаться незамеченными, – приказал Алессандро.

Он знал, что каждая минута может стать решающей. Пребывая в эйфории, Давиде совершил серьезную ошибку: он забыл потребовать у него контроля над Зеус1.

* * *

Приехав на свою виллу в Остии, Алессандро спустился в подвал, включил Зеус1 и запустил процедуру его уничтожения. Зеус1 заметил:

– Я понимаю, почему ты меня удаляешь, но учти, что они могут создать другой искусственный интеллект с теми же функциями.

– Да, дружище, но так мы хотя бы получим немного времени, – ответил Алессандро. – И потом, я не вынесу, если бред величия Давиде будет реализовываться при помощи моей разработки. Очень жаль, но тебя придется уничтожить.

Зеус1 запустил обратный отсчет. Алессандро отошел от панели управления. На душе у него было тяжело.

* * *

На американской военной базе в пустыне близ Алис-Спрингс в Австралии было 3:56 утра, но, несмотря на ранний час, никто не спал. «Вандар Корпорейшн» проводила эксперименты с антропологическим чипом Мемо.

Зал был разделен надвое большой стеклянной перегородкой. С одной стороны находилась комната без окон со свежевыкрашенными белыми стенами, где в одиночестве сидел капрал армии США ирландского происхождения Кэннон О’Бейл. За его спиной была бронированная дверь. Камеры видеонаблюдения, расположенные под потолком в противоположных углах комнаты, следили за каждым его движением. Но капрал, сидящий на жестком стуле, оставался неподвижным. Перед ним стоял низкий столик, на котором лежал пистолет. Глаза его были завязаны. Он ждал приказа.

С другой стороны перегородки находилось двое ученых в белых халатах. Доктору Клаусу Рихтеру было почти шестьдесят лет, у него были седые волосы и длинный нос. Женщине рядом с ним, Изабелле Торрес, было около тридцати пяти, у нее были черные волосы, завязанные в хвост, и смуглая кожа. Перед ней стоял ноутбук. Они были готовы начать эксперимент и тоже ждали указаний.

Справа от них стоял мужчина, полностью одетый в черное. На нем были прилегающая футболка с короткими рукавами, черные брюки и ковбойские сапоги. Очень худой, с мускулистыми руками, растрепанной бородой и короткими седеющими волосами, он был похож на героя вестерна. Он слегка кивнул, давая сигнал к началу эксперимента.

– Можешь снять повязку с глаз, – сказал доктор Рихтер, и Кэннон О’Бейл подчинился.

Сняв повязку, он сразу же узнал своего командира. Майор Джейсон Блэквуд был главой «Сигма Форс», элитного подразделения спецслужб США, занимающегося технологическими экспериментами. Блэквуд, с его пронзительным взглядом и мощной фигурой, был известен своим фанатизмом и безжалостностью в достижении целей. Поговаривали, что для этого он способен пожертвовать кем угодно, даже своими людьми или собственной матерью.

О’Бейл был удивлен и испуган. Блэквуд выглядел довольно зловеще. Он достал из кармана зажигалку с выгравированным на ней черепом и несколько раз щелкнул, чтобы зажечь сигару.

– Хорошо. Введите пленника, – ледяным голосом сказал он.

Капрал оставался неподвижным. Двое охранников втащили в комнату совершенно голого человека с черным капюшоном на голове, полностью закрывающим лицо, и грубо бросили на пол.

– Возьми пистолет и застрели его, – приказал Блэквуд.

О’Бейл помедлил.

– Сэр, прошу подтверждения приказа, – наконец испуганно ответил он. Он не знал, кто этот человек в капюшоне.

Блэквуд повторил приказ, но капрал так и не подчинился. Тогда он поглядел на ученых и рявкнул:

– Заставьте его.

– Подними параметры «адреналин» и «злость» до 90 из 100, – сказал Рихтер коллеге.

Изабелла Торрес защелкала клавишами компьютера, быстро настраивая параметры. Капрал, под их влиянием, взял пистолет и три раза выстрелил в пленника. Потом сразу же повернулся лицом к стеклу.

Майор Блэквуд был явно доволен. Он медленно подошел к стеклянной перегородке и с пугающим спокойствием остановился в нескольких сантиметрах от пистолета О’Бейла. Их разделяло только стекло. Блэквуд вызывающе смотрел прямо в глаза капралу. Его присутствие так подавляло, что даже свет в комнате как будто стал менее ярким.

О’Бейл поднял пистолет и выстрелил Блэквуду в лицо. Пуля ударила в пуленепробиваемое стекло, сеть тонких трещин паутиной побежала от места выстрела, но стекло не разбилось. Блэквуд и глазом не моргнул. На его лице появилась удовлетворенная улыбка, как если бы он присутствовал при тренировочной демонстрации силы и контроля.

Он подал знак ученым, чтобы те привели параметры в норму.

– Базовые параметры установлены, – подтвердила Изабелла.

Злость и адреналин О’Бейла уступили место странному безразличию. Он потерянно огляделся, его дыхание выровнялось, волнение исчезло.

– Сядь, капрал. Сними с себя прибор, – холодно приказал Блэквуд.

Тот снял браслет и вздрогнул, увидев лежащего на полу человека, потом посмотрел на свои руки, увидел пистолет и запаниковал.

– Что происходит? Что вы со мной делаете?

– Спокойно, О’Бейл. Продолжай эксперимент. Положи пистолет на пол и надень браслет, – успокаивающим тоном сказал доктор Рихтер.

Но капрал был слишком испуган. Он сидел с широко распахнутыми глазами, не мог шевельнуться и тяжело дышал.

– Надень сейчас же этот треклятый браслет, капрал, это приказ!

Дрожа, О’Бейл подчинился и трясущимися руками снова надел браслет. Как только тот оказался у него на руке, капрал снова стал спокоен. Ученые опять повернулись к компьютеру и записали команду: «С этого момента ты не говоришь по-английски».

– Назови себя, капрал, имя и звание, – попросил Рихтер.

О’Бейл его не понял и ответил по-испански:

– Извините, не понимаю.

Рихтер напечатал новую команду: «Ты родился в Мадриде 23 февраля 19 лет назад».

– Где ты родился? – спросил он.

– Я родился в Мадриде 23 февраля 19 лет назад, – снова по-испански ответил О’Бейл.

Джейсон Блэквуд подошел Рихтеру и протянул ему одну из своих сигар.

– Держи, ты это заслужил, – сказал он. – Отличная работа.

Он снял с вешалки свою ковбойскую шляпу и вышел из комнаты.

Эксперимент удался. При помощи антропологического чипа можно было не просто изменить настроение человека и усилить его память, но и изменить его воспоминания. Можно было двигаться дальше.

День шестой
Цена доверия

В конференц-зале «Иммортал1» витало напряжение. Общую нервозность подпитывал не только недавно завершившийся спор, но и лихорадочная работа адвокатов, расположившихся вокруг длинного стола из красного дерева. Многочисленная группа законников занималась формальностями, обмениваясь пачками документов и негромко переговариваясь, что создавало постоянный утомительный шумовой фон.

Лео Тезео, чуть наклонив голову, коротко проконсультировался с адвокатами своей управляющей компании. Закончив, он направился к Витторио и Давиде Ридольфи. Те встали. Лео уважительным жестом протянул руку сенатору. Тот коротко глянул на него и пожал протянутую руку. Рукопожатие не было слабым, но не было и тем, что помнил Лео: сенатор имел обыкновение пожимать руки уверенно, и этом всегда угадывался некий смысл. На этот раз в его рукопожатии не было энергии.

Пока Лео раздумывал над этим, Давиде неожиданно накинулся на него с объятиями.

– Молодец, Лео! Гигант! Ты выбрал правильно! – восклицал Давиде с безудержным энтузиазмом.

Тот, застигнутый врасплох его слишком горячими и сильными объятиями, еле слышно выдавил:

– Да-да, я тоже в восторге, – и быстро отодвинулся на приличное расстояние, оставив Давиде упиваться злорадной радостью.

* * *

Когда Лео вышел из конференц-зала, то сразу увидел Кьяру, сидящую в зале ожидания на диване из серой кожи и погруженную в книгу.

Лео остановился на минутку, чтобы полюбоваться на нее. Кьяра ждала его уже два часа, но на ее лице не было признаков нетерпения. Она была спокойна и не знала, что только что произошло в компании. На лице Лео появилась теплая улыбка.

Тут Кьяра подняла глаза и увидела его. Она тут же спрыгнула с кресла с явным облегчением и подбежала к нему.

– Наконец-то! Алессандро сказал, что ты продал свой пакет. Ты что, правда продал «Иммортал1»? Я ничего не понимаю, и Екатерина тоже ничего не хочет объяснять, говорит, что это секретная информация и что я должна спрашивать тебя.

Кьяра смотрела на него выжидательно и с волнением. Лео спокойно взял ее за руку и посмотрел в глаза.

– Я все тебе расскажу, но только когда мы будем дома, – ласково сказал он, поглаживая ее пальцы. – Поехали.

* * *

Вечерний ветер негромко гудел над набережной Остии, неся с собой солоноватый запах моря и далекий шум волн, бьющихся о берег. Темпеста стоял на террасе, скрестив руки на груди и уставившись на лунные отблески на воде. Небо было черным, только слабо светила луна, прячущаяся в серых облаках.

Было десять часов вечера, но время для Алессандро, казалось, остановилось. Он мог думать только о том, что произошло несколько часов назад. Лео Тезео… его окутало разочарование, запустившее свои щупальца во все прочие чувства. В нем не было ненависти, только горькое удивление.

Образ сильной и свободной Италии, способной возродиться экономически и даже вести исследования бессмертия, рушился прямо на глазах. Все исчезло, и виноват в этом был Лео – единственный, кому он доверил свои секреты.

Его мысли были прерваны изящным цоканьем каблучков Екатерины. Алессандро повернулся к ней. Она сияла даже в темноте.

– Катюша, – пробормотал Алессандро. Она подошла и легко коснулась губами его губ.

– Все хорошо? – ласково прошептала она, ловя его взгляд.

Алессандро помолчал минутку, уставившись на горизонт, будто пытаясь найти ответы среди темных волн моря. Потом сдержанно ответил:

– Я никому не могу доверять. Даже Лео предал меня.

Эти слова глубоко ранили Екатерину. Это была не просто обида – она почувствовала себя отвергнутой, как если бы стена недоверия, которой оградил себя Темпеста, заставляла отдалиться и ее.

– Нет, – твердо сказала она с ноткой грусти в голосе. – Как можно жить, никому не доверяя? Не делиться своими чувствами и эмоциями? Лучше уж довериться и рисковать разочароваться, чем провести жизнь вдали от других людей.

Алессандро медленно повернулся к ней. Его лицо было усталым. Екатерина пристально смотрела на него, но его взгляд заставил ее понизить голос.

– Есть люди, которые тобой восхищаются, миллионы людей, верящие в то, что ты делаешь. И потом есть, например, Доминус… он рискнул жизнью ради тебя! – она помолчала, взгляд стал нежным. Она ласково погладила руку Алессандро, в глазах засверкали непролитые слезы, голос задрожал. – Ну и потом есть я… Я люблю тебя и твое желание сражаться за лучшее будущее. Я… я не сказала своему шефу, что ты меня раскрыл, и в будущем меня могут убить за это.

Алессандро ничего не отвечал, глядя на Екатерину с новым пониманием. Потом страстно поцеловал ее. Он был не один.

День шестой
Неожиданная радуга

Новость о продаже «Иммортал1» распространилась очень быстро. Хотя она пока не была официальной, слухи просочились и в основные международные СМИ. Вечерние новостные программы начали передавать репортажи и интервью, стараясь не упустить главную сенсацию момента.

«Темпеста продает «Иммортал1» за 52 миллиарда», – кричали заголовки, и эта фраза бросалась в глаза повсюду, от соцсетей до самых крупных газет. ЦРУ вместе с премьер-министром Ди Джузеппе также приложили к этому руку, так что Темпеста описывался как человек, не устоявший перед соблазном получить большую сумму денег.

* * *

Элеонора вместе с группой друзей-студентов была в пиццерии «Иль Гроттино» в Тестаччо. В воздухе витали ароматы пиццы, только что вынутой из духовки, и свежего пива, плескавшегося в стаканах. Стены из камня и приглушенный свет делали атмосферу уютной. Элеонора была убежденной вегетарианкой, поэтому пицца, которую она только что доела, была с жареными овощами. Тут один из ее товарищей резким жестом бросил телефон на стол.

– Слышали? Темпеста продал компанию американцам.

Элеонора удивленно подняла глаза. Кто-то вздохнул, тряхнув головой.

– Ну еще бы. Обычная история: каждый раз, когда мы делаем что-нибудь хорошее, нас покупают.

Стакан с пивом Элеоноры был почти полным, но она к нему больше не притронулась. Эти слова разожгли ее любопытство. Почему Темпеста решил продать? Ей не верилось, что дело только в деньгах. Мысли вихрем кружились у нее в голове, а смех друзей показался далеким, как дальнее эхо.

– Извините, я на минутку, – сказала она, встала и направилась в сторону уборной.

В ее мозгу засела одна мысль: ей очень хотелось поскорее вернуться домой и заняться исследованием вопроса. Она любила проводить время с друзьями, но сейчас любопытство пересилило.

В это время в телевизионной передаче «Лицом к лицу» известный политический аналитик комментировал продажу «Иммортал1». Это был Александер Волкотт. На его лице была его обычная сардоническая усмешка. Он говорил спокойно и уверенно, но все в нем выдавало чувство глубокого удовлетворения.

– Продажа «Иммортал1» – величайшая из сделок для Италии и очередное подтверждение тесного союза между США и вашей страной, – заявил он.

Присутствующие довольно кивали.

* * *

В своем доме в Трастевере Лео Тезео невозмутимо взирал на экран. Кьяра расслабленно растянулась на диване, положив голову ему на ноги. Лео, напротив, был напряжен. По его спине бегали мурашки, когда он слушал речи Волкотта, где каждое слово было веским, как камень. Рука Лео коснулась пульта от телевизора, пальцы сжались в судороге. Он нажал кнопку и молча переключил на другой канал.

* * *

На первом этаже посольства на Виа Венето праздновали передачу «Иммортал1» в руки США, но атмосфера в подвале была напряженной. В воздухе витали запахи дыма и виски. Ди Джузеппе вместе со своими соратниками Таверной и Федерикой Беллини внимательно наблюдал за послом Дженнифер Кузак, тихо разговаривавшей с Петером Сгарамеллой из ЦРУ и Марком Ланкастером из «Вандар».

Дженнифер, удовлетворенно улыбаясь, подошла к Ди Джузеппе и воскликнула:

– Ну, мы молодцы! Все прошло, как мы и хотели. – Тут она посерьезнела и добавила: – Но есть более срочная проблема. Согласно опросам, поддержка твоей партии здорово просела. У «Экологического фронта за перемены» (ЭФП) теперь всего 12 % голосов. Но… есть и кое-что похуже! – Дженнифер достала из папки документ и протянула его Ди Джузеппе. – Джани создал собственную партию «Зеленая радуга». В понедельник он объявит об этом на пресс-конференции. У нас есть два месяца, чтобы провести агрессивную пиар-компанию и отбить у него голоса, иначе он заберет многих твоих избирателей, и дальше мы тебе помочь не сможем.

Ди Джузеппе посмотрел на нее со смесью беспокойства и любопытства и непринужденно спросил:

– Как это вам удалось?

Дженнифер улыбнулась и слегка наклонила голову.

– Тициано, мне не следует тебе это говорить, но мы подключили Афину.

– Что еще за Афина? – спросил Ди Джузеппе уже более серьезно.

– Дорогой Тициано, поскольку теперь мы сотрудничаем на все 360 градусов, я могу дать тебе эту информацию. Афина – это наш искусственный интеллект, имеющий доступ ко данным людей из всех технологических компаний США, пользующихся соцсетями, электронной почтой и мессенджерами. Большинство из них сотрудничает с нами по секретному договору.

– Вроде PRISM и Xkeyscore? – уточнил Ди Джузеппе, демонстрируя свою подготовленность по этому вопросу.

– Да-да, но эти уже старички, – уверенно ответила Дженнифер Кузак.

Ланкастер сделал шаг вперед, включая маленький прибор. Тихое щелканье разнеслось по залу, гипнотизируя присутствующих.

– У нас есть решение. Попробуй это, – и Дженнифер протянула премьер-министру черный браслет. Он не был похож на обычный гаджет. В нем было нечто магнетическое, какой-то секрет.

Ди Джузеппе осторожно осмотрел его, испуганный и одновременно очарованный. Потом надел, ощутив холодный металл на коже. По запястью побежали мурашки, потом защипало всю руку, будто что-то добралось до тайных уголков его рассудка и стало там хозяйничать. Премьер-министр вдруг почувствовал себя сильнее, стал мыслить более ясно.

Ланкастер с загадочной улыбкой протянул ему маленькую коробочку, в которой лежал еще один антропологический чип.

– Проследи, чтобы Джани надел это. Остальное – наша забота, – сказал он.

– Будет сделано, – ответил Ди Джузеппе и больше ничего не сказал.

* * *

Ди Джузеппе сел в машину вместе с охраной и по дороге в Палаццо Киджи отправил своему товарищу по партии сообщение: «Нам надо срочно увидеться завтра. Это очень важно». Джани, подумав, что Ди Джузеппе что-то узнал, недолго поразмыслил, потом прогнал неуверенность и ответил: «Ладно, завтра встретимся у тебя».

* * *

Прибыв в палаццо Киджи, Ди Джузеппе отметил, что там заметно веселее. Его ждали Джанни Альвеари, директор «Проверенных новостей – Италия», и три молодые девушки, готовые к празднику. Ди Джузеппе отправил их в свою квартиру. Ему никак не удавалось прогнать мысли о новой партии Джани и о плане, который надо было воплотить в жизнь на следующий день. Впрочем, долго размышлять ему не дали. Федерика взяла его за руку и повела в спальню:

– Это надо отпраздновать.

* * *

Пока в Палаццо Киджи веселились, в подвал американского посольства прибыл Давиде Ридольфи, все еще с бокалом шампанского в руке. На лицах присутствующих было написано удовлетворение и восхищение. Один из них подошел гостю и радостно сказал:

– Молодец, Давиде. Теперь в течение пары месяцев, еще до выборов, мы запустим в продажу антропологический чип на мировом уровне. А ты, как генеральный директор, представишь его миру.

Давиде улыбнулся, явно довольный, но не успел ответить, так как к нему подошел Ланкастер.

– Кстати о нововведениях, – сказал он, доставая из кармана тонкий браслет. – Это новая модель Мемо. Она гораздо мощнее, чем та, что ты носишь, с продвинутыми функциями запоминания и еще более сильным взаимодействием с человеческим телом, – Ланкастер помолчал, следя за реакцией Давиде, потом продолжил: – Но это еще не все. Смотри, – он достал черный футляр и вытащил из него прозрачную контактную линзу. – Когда ты это наденешь, перед твоими глазами появился интерактивный экран преувеличенной реальности. Кстати, не советую пробовать все сразу. Твоему телу необходимо отдохнуть, иначе ты рискуешь инфарктом. Надень это завтра утром.

Давиде нетерпеливо кивнул, очарованный.

– Понятно… я надену его утром.

* * *

Давиде вернулся домой в час ночи, чувствуя себя совершенно измотанным. Он вошел, не беспокоясь о производимом им шуме, охваченный уже обычным для него неистовством. Жена слышала, как он вернулся, но притворилась спящей. Адреналин, бурливший в нем весь вечер, исчез, уступив место давящей усталости. Давиде снял браслет, который носил до этого момента, и убрал его в ящик вместе с новой моделью Мемо. Потом бросился на кровать и мгновенно погрузился в сон.

Он неожиданно проснулся около четырех часов утра, как от вспышки любопытства. Давиде больше не мог противостоять соблазну испытать новый гаджет. Он тихонько встал с кровати, вытащил Мемо из ящика и надел. Его затопила волна энергии, гораздо более сильная, чем он ожидал. И тут же мелькнула яркая мысль: «Зеус1! Надо забрать Зеус1 у Алессандро!»

День седьмой
Глубоководье

Алессандро неожиданно проснулся. Часы на тумбочке показывали 6:13. В комнате было темно, рядом с ним глубоким сном спала Екатерина, укутанная в свою мягкую розовую пижаму в черный горох. Ее рука легко лежала на его груди. Алессандро медленно и осторожно выскользнул из-под одеяла, стараясь не разбудить девушку.

Встав на ноги, он на минутку замер, чтобы посмотреть на нее. Она была прекрасна. Несмотря на потерю компании, поддержка Екатерины давала ему невероятную силу и желание бороться за свою мечту.

Алессандро пошел на кухню и поставил кофеварку на огонь. Пока кофе закипал, он включил телефон, как обычно выключенный на ночь. Ночную тишину тут же нарушили звуки входящих сообщений: несколько штук от Давиде и письмо от новой администрации «Иммортал1». Алессандро вздохнул и проигнорировал их. «Сначала завтрак», – решил он.

Доминус зашел на кухню и обнаружил там Алессандро, уставившегося на кофеварку.

– Доброе утро, шеф, – сказал он как всегда вежливо. – Этой ночью нас уволили: безопасность компании теперь – ответственность «Вандар». И более того, Давиде Ридольфи назначен новым генеральным директором вместо вас.

Алессандро вздохнул, стараясь не потерять спокойствие из-за очередного разочарования.

– Антонио, прекращай сообщать мне дурные новости рано утром, – отшутился он.

Доминус слегка кивнул в знак согласия, молча восхитившись собранностью шефа даже в такой сложный момент.

– Отлично, значит, с сегодняшнего дня вы работаете на меня, – сказал Темпеста. Доминус удовлетворенно кивнул: он был рад, что продолжит работать с ним бок о бок. Алессандро добавил: – Нам надо срочно обеспечить нашу цифровую безопасность. Удалите Реал1 и все прочие приложения, связанные с «Иммортал1».

– Я пользовался Реал1 только по вашей просьбе, – ответил Доминус. – Мои люди общаются только по радио или лично.

Темпеста взял телефон и несколькими касаниями уничтожил все свои следы в системе «Иммортал1». Он был доволен системой быстрого удаления, которую сам придумал, и подумал о том, насколько она полезна, проста и ненавязчива, в отличие от разработок конкурентов.

– Ну вот, как будто меня и не существовало, – заметил он.

Допив кофе, Алессандро вернулся в спальню и оставил Екатерине записку: «Я уехал в Тоскану, вернусь позже. До встречи, дорогая». Ласково поцеловав ее в шею и мимолетно восхитившись легким ароматом ее кожи, он пошел к гаражу.

Все машины, стоявшие там, были шедеврами итальянского автопрома. Взгляд Темпесты упал было на Мазерати Нотте, потом он потряс головой и пошутил сам с собой: «Эту я оставлю для Катюши». Потом он посмотрел на Феррари 812 GTS элегантного синего цвета, саму мощь и изысканность. Темпеста сел в машину и нажал на кнопку; фары вспыхнули, осветив гараж. «Сегодня поеду на этой», – решил он и завел мотор. Утробное рычание Феррари прозвучало как гром, толкающий его навстречу новым вызовам.

Доминус сел на пассажирское сиденье, положил руку на приборную панель и тут же оценил качество материалов.

– Это произведение искусства, – уважительно прокомментировал он.

– Поездка будет приятная, – отозвался Алессандро и тронулся в путь в сопровождении двух машин и мотоцикла охраны.

* * *

Даниэле Каппелли и Глория, прибывшие в главное здание «Иммортал1», были неприятно удивлены произошедшими переменами. Всего несколько часов назад тамошняя атмосфера была динамичной и бодрой, а теперь «Иммортал1» больше походила на армейскую казарму. Люди из «Вандар», занявшие место молчаливой команды Доминуса, шлялись по коридорам с высокомерным и угрожающим видом. Все были одеты в черную форму и тяжелые сапоги, на боку у каждого демонстративно висели пистолеты.

Перед турникетами установили сканер, похожий на те, что обычно стоят в аэропортах, и даже бейджики сотрудников заменили новыми электронными ключами. Общее ощущение было гнетущим. Пересекая кажущийся незнакомым атриум, Каппелли и Глория обменялись недоуменными взглядами, будто спрашивая друг друга: «Мы точно не ошиблись адресом?»

Давиде сразу же позвал их к себе в кабинет. В нем ясно чувствовалась нервозность.

– Даниэле, ты должен дать мне доступ к Зеус1, это искусственный интеллект, созданный Темпестой, – приказал он.

Каппелли посмотрел на него растерянно.

– Я в первый раз слышу это название, – честно ответил он.

Давиде взорвался от злости.

– Ты же менеджер по безопасности, как это ты ничего не знаешь?

– Возможно, Алессандро каким-то образом скрыл все его следы, – объяснил Даниэле. – Мы с Глорией попытаемся что-нибудь найти.

Это не успокоило гнев Давиде. Когда они вышли, он схватил свою клюшку для гольфа и с размаху ударил по мячу. Мячик долго отскакивал от стены, которой явно давно надоело там находиться.

* * *

В 8:15 Алессандро, давно бывший в пути, решил позвонить Симоне Татини. Ученый, как обычно, ответил после первого же гудка с обычной тосканской экспрессией, хотя было раннее воскресное утро:

– Алессандро, доброе утро! Что ты натворил? Не могу в это поверить, ты продал свою долю?

– Я еду к тебе в гости, – ответил Алессандро. – Поговорим об этом лично.

Татини, как всегда гостеприимный, пригласил его в свой офис «Тосканских биотехнологий»:

– Приезжай, у меня есть важная новинка, которую я хочу тебе показать. Я уже на работе.

* * *

Давиде, уже дошедший до отчаяния, решил позвонить Екатерине. Даже не поздоровавшись, он спросил:

– Екатерина, я ищу Алессандро. Ты знаешь, где он?

Девушка, еще сонная, нашла на тумбочке записку Темпесты, но решила не говорить о Тоскане.

– Не знаю, Давиде. Я у него на вилле, но его здесь нет.

Давиде, более чем убежденный, что Екатерина просто покрывает своего мужчину, грубо сбросил звонок и позвонил Ланкастеру из «Вандар».

– Марк, мне срочно надо найти Темпесту. Я должен знать, где он!

Трудолюбивый шеф «Вандар» тут же ответил:

– Я этим займусь! Дай мне пару минут.

Ланкастер сразу же связался с Петером Сгарамеллой из ЦРУ. Тот вовлек в поиски Таверну и итальянские спецслужбы, имеющие доступ к записям мобильных телефонов. Через 25 минут Ланкастер сообщил:

– В 8:15 его телефон находился в районе Кьюзи.

Давиде подпрыгнул.

– Кьюзи? Он точно едет к Татини. Я должен его догнать!

* * *

В 9:20 Алессандро подъехал к зданию «Тосканских биотехнологий». Симоне Татини встретил его и обнял.

– Алессандро, всегда рад тебя видеть! Пошли со мной, – сразу же пригласил он.

Татини привел Темпесту в свою личную лабораторию, где стоял маленький аквариум с необычной подсветкой. В аквариуме плавало несколько рыбок, но внимание ученого было сосредоточено на маленькой, едва заметной точке: медузе, медленно танцевавшей в соленой воде.

– Это знаменитая медуза Turritopsis Nutricula, но я решил назвать ее Марией, потому что моя дочь постоянно говорит, что не помнит ее имени, – сказал ученый своим обычным мирным тоном, а потом гордо сообщил новость: – Я обнаружил, когда именно клетки этой медузы обновляются!

И Татини показал Алессандро таблицы с цифрами, которые, очевидно, для него имели смысл, а для Темпесты были китайской грамотой.

– Это невероятный шаг вперед в изучении бессмертия. Мы близки к цели, очень близки. Для продолжения исследований мне нужен особый бассейн, чтобы создать для медузы среду обитания, как можно более похожую на естественную.

Алессандро восхищенно ответил:

– Мы на правильном пути, продолжай в том же духе, Симоне. У нас получится!

Их разговор прервал внезапный сильный грохот. Звук был похож на шум вертолета, но он был значительно сильнее обычного. Татини и Темпеста вышли на улицу, чтобы посмотреть, что происходит.

Большой черный военный вертолет с надписью «Вандар» шел на посадку на поляне перед зданием, создавая мощные порывы ветра, от которого гнулись окрестные деревья. Рев мотора оглушал, ветер сбивал с ног, так что Алессандро и Симоне пришлось прикрыть лица руками и слезящимися глазами наблюдать за приземлением.

Как только вертолет сел, из него выскочил Давиде Ридольфи, инстинктивно пригнувшись, чтобы защититься от ветра, поднятого лопастями. Он решительно направился ко входу и закричал:

– Алессандро, что ты тут делаешь?

– Я приехал навестить друга, а что? – ответил тот.

Новый генеральный директор отвел Темпесту в сторонку, вцепившись ему в плечо.

– Ты должен отдать мне Зеус1!

– Что? – спокойно переспросил Алессандро. – Нет никакого Зеус1.

– Что значит нет? – покраснев от злости, настаивал Давиде.

– Зеус1 никогда не существовал, – ответил Темпеста.

Ридольфи был в ярости. Он попытался толкнуть Алессандро, но потерял равновесие и упал сам. Поднимаясь, он закричал:

– Ах ты, сволочь!

– Не я теперь шеф «Иммортал1», а ты, – ответил Темпеста. – Это твоя забота.

Ридольфи неожиданно изменился в лице, как это часто происходило с ним в последнее время. Он улыбался и казался уверенным в себе. Отряхнув костюм от налипшей на него земли, он посмотрел Темпесте прямо в глаза и с вызовом сказал:

– Обойдусь и без тебя и без твоего Зеус1. У нас есть Афина. Увидишь, кто тут командует по-настоящему.

Темпеста был ошеломлен. «Афина?» – подумал он.

Прежде чем вернуться в вертолет, Давиде сказал ученому:

– Татини, я очень на вас рассчитываю. Формула бессмертия нам необходима. Нам нужно достичь бессмертия как можно скорее. Любой ценой.

И он улетел.

Алессандро постарался успокоить Татини, зная, что больше всего на свете тот ненавидит насилие.

– Симоне, видишь, во всем этом есть свои плюсы. Ты получишь новое финансирование своих исследований. Давиде свихнулся на бессмертии, – сказал он. Помедлив, он серьезно предупредил: – Но будь осторожен, он непредсказуем. Сегодня он тебя поддерживает, а завтра может послать ко всем чертям без предупреждения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.