Ким Тёрн
Игра с Тьмой

Во мраке души – ни света, ни веры,

Лишь тени грехов, как острые меры.

Спасения нет, и надежды всё меньше,

Где тьма их сердец стирает границы жизни и смерти.

К.Терн

ГЛАВА 1

Ветер хлестал в лицо, забираясь под кожаную куртку, холодом пробираясь по спине. Мотоцикл ревел, как дикий зверь, разрезая ночной воздух. Диана наклонилась чуть ниже, ускоряясь, ощущая пьянящую свободу, будто весь мир принадлежал только ей.

– Давай, детка, – прошептала она, скользя взглядом по дороге.

Она любила скорость. Любила риск. Жизнь была слишком короткой и непредсказуемой, чтобы ехать медленно.

Клуб был уже близко – неоновые вывески рвали тьму, будто зловещие глаза, следящие за каждым шагом. Из открытых дверей валил грохот музыки, а смех девчонок, цепляющихся за парней, звучал как извращённый крик бездушных кукол. Диана резко вывернула руль, мотоцикл завалился боком, и в мгновение ока она оставила на асфальте глубокий след от шин, как метку, напоминающую о себе. Остановившись, сняла шлем, и её волосы, распадаясь на мокрые пряди, упали ей на плечи. Несколько парней повернулись, и в их глазах не было ничего живого – лишь тень, что отражалась в её молчаливом взгляде. Она шагнула внутрь, и гул басов ударил в грудь.

– Ди! – окликнул её знакомый голос.

Томас развалился за столиком в дальнем углу. Его пьяная ухмылка и пустая бутылка перед ним не оставляли сомнений – он уже давно в отключке.

– Опять нажрался? – Диана закатила глаза, усаживаясь напротив.

– Расслабься, сестрёнка, – Томас лениво потянулся, глотнув из новой бутылки. – Сегодня мой день. Я поднял бабок!

Диана прищурилась.

– Надеюсь, не воровством?

– Обижаешь.

Она знала, что он лжёт. Томас не умел играть честно.

– Эй, Ди, видишь того парнишку? Он сегодня в боях. Вчера по бедру нормально втащили, теперь хромает. Так что у тебя есть шанс использовать это в свою пользу и победить.

– Сегодня я не в настроении.

– Да брось, это будут легкие деньги.

– Ти, я ж сказала, что сегодня не хочу! И с тебя на сегодня хватит, пошли домой, – она схватила его за руку, но он вырвался.

– Эй, притормози! Я вообще-то собирался провести ночь с той блондиночкой. Меган! А ну иди к папочке!

Меган подошла к Томасу и, весело смеясь, села к нему на колени, словно это была её единственная роль в жизни. Диана не могла не заметить, что она выглядит, как дешёвая проститутка – вульгарный макияж, уже размазанный по лицу, ярко розовое поношенное платье, едва прикрывающее бедра, и белые ботинки на каблуках, которые, казалось, пережили не одну бурную ночь. Диана, одним взглядом окинув её, поняла, что та под кайфом – как-то слишком расслаблена, даже если в этом не было ничего удивительного. Она давно знала, кого Томас выбрал себе для таких вечеров, и, честно говоря, вряд ли ему светило что-то лучшее.

Томас когда-то был настоящим красавчиком – ростом 178 см, подкачанный, с карамельной кожей и почти чёрными волосами, которые он всегда завязывал в хвост. Его серые глаза, пронзительные, как у хищника, не оставляли ни малейшего шанса остаться незамеченным, а пухлые губы были мечтой многих девушек. Выбритые виски и пирсинг на нижней губе и правой брови только подчёркивали его брутальность. В школе его обожали, почти каждая девчонка мечтала быть с ним, но это было до того, как он сам стал частью ночи, в которой прятались все его тёмные желания. Теперь, оглядев его, Диана видела, как он угасает, поглощённый этим грязным образом жизни. В его глазах уже не было того огня, что когда-то заставлял девчонок терять голову. Всё, что осталось – это шрамы на теле и на душе, следы прошлого, которое больше не вернётся. Его нынешний выбор – это девушки, как и он сам, потерянные и зависимые. Тот парень, о котором когда-то мечтали, теперь – просто тень, утонувшая в собственных ошибках.

– Ты обещал покатать меня на своей тачке! – пропищала Меган своим визгливым голосом.

– Сначала на тачке, потом на себе, – ухмыльнулся Томас, не стесняясь, схватив её за задницу.

– Ты не сядешь за руль в таком состоянии, – холодно предупредила Диана.

– Не учи меня жизни, малявка! Если б не я, ты бы уже давно сдохла с голоду в какой-нибудь канаве.

Диана почувствовала, как внутри всё сжалось. К сожалению, Томас был прав. Пусть его методы и были грязными, но только благодаря его нелегальному заработку у них хоть как-то хватало на еду и необходимые вещи. Диана подрабатывала в дешёвом кафе, мыла посуду, но её зарплаты едва хватало на что-то, кроме хлеба и воды. На нормальную работу её никто не брал – у неё не было ни образования, ни опыта. Даже школу не закончила, а уж о каком-то университете и речи не шло. Как бы Диана не злилась на Томаса, ей приходилось мириться с его безумной жизнью, потому что других вариантов не было.

– Не забудь, сегодня день оплаты за аренду, постарайся, чтобы нас не выселили! – прокричал Томас, выходя из клуба, держась за Меган.

Диана не ответила, только молча проводила их взглядом, а потом направилась к бару.

– Том, угостишь даму каким-нибудь дешёвым пойлом? – спросила Диана, взглянув на рыжеволосого бармена.

– Ругаешь Томаса, что он садится за руль пьяным, а сама что? – усмехнулся Том, налив виски и протянув ей стакан.

– Я не напиваюсь в стельку, а просто дегустирую, – Диана сделала глоток и поморщилась от вонючего, дешёвого алкоголя. – Фу, ну и гадость. Может, раз ты такой щедрый, ещё и сигареткой угостишь?

Том с улыбкой положил перед ней пачку сигарет и спички. Диана махнула ему на прощание и направилась к выходу. Она пробиралась сквозь пьяную толпу, прикуривая сигарету на ходу. Вдруг кто-то налетел на неё, и сигарета вылетела из рук, исчезнув в темноте.

– Смотри, куда прёшь, придурок! – рявкнула Диана, пытаясь перекричать грохочущую музыку.

Парень, налетевший на неё, оказался выше её на две головы, и ей пришлось задрать подбородок, чтобы посмотреть ему в лицо. Он был пьян в хлам, и, вместо извинений, вдруг замахнулся на неё. Но Диана уже давно знала, как работают такие типы – она ловко увернулась, а потом, не раздумывая, врезала ему правым хуком. Раздался глухой звук удара, и громила завалился на пол, растянувшись среди пустых бутылок и чужих ботинок. Выходя из клуба, Диана достала новую сигарету, закурила, глубоко затянулась и тяжело вздохнула. Докурив, она молча села на мотоцикл, завела двигатель и, не сбавляя обороты, рванула в ночь. Домой. Если, конечно, это место вообще можно было назвать домом.

Диана мчалась по пустынным улицам Детройта, ветер свистел в ушах, когда она в очередной раз прокладывала себе путь через мрак города. Она ехала на своём поддержанном Кавасаки который ей подарил Томас. Когда подъехала к заброшенному складу, двери, как всегда, были открыты – старые металлические ворота, которые с трудом двигались, если кто-то пытался их закрыть. Диана легко проехала прямо в них, не останавливаясь.

Заброшенный склад был огромным, и, несмотря на то что когда-то он служил для хранения товаров, сейчас это было ничем не примечательное место, скрывающее в себе жизнь, которая, казалось, не должна здесь существовать. Мотоцикл с лёгким скрежетом встал на место рядом с импровизированным уголком для отдыха. Диана сняла шлем, её волосы упали на плечи, вздыхая от привычного усталого напряжения.

К этому моменту склад стал ее домом. Пространство, всё ещё огромное, теперь поделено на зоны, каждая из которых была обустроена для разных нужд. В одном углу стояла плетеная перегородка, скрывающая от внешнего мира их немногочисленные личные вещи. Это была маленькая зона, где Томас и его друг Люк спали – несколько потёртых матрасов, придавленных старыми одеялами, и куча разбросанных вещей. Диана никогда не любила беспорядок, но тут, среди руин, всё казалось нормальным. Центральная часть склада была занята кухонным уголком: небольшой стол с газовой плитой, покрытой чёрными пятнами от перегрева, и холодильник, который уже едва держался на ногах, но работал. Рядом стояли коробки с продуктами, часть которых Диана принесла сегодня – консервированные овощи и немного мяса. Сколько бы она не пыталась что-то приготовить, всегда все оказывалось практически несъедобным. Но здесь, среди этого хаоса, пища была лишь частью выживания. Потолок оставался тем же, покрытым ржавыми металлическими балками, которые когда-то поддерживали старую конструкцию, а теперь свисали в тени, их следы ржавчины расползались вниз. От ветра, проникавшего через трещины в стенах, Диана чувствовала холод. Но она к этому уже привыкла. В другом углу, чуть дальше, стояли несколько стульев, на которых часто сидели её брат и Люк, обсуждая что-то, что она не всегда хотела знать. Порой разговоры перерастали в споры, но, в конечном счете, в этом месте не было места для открытых конфликтов – здесь все держались на грани, поодиночке или в малых группах, чтобы не потерять контроль. Она осмотрела своё пространство, которое теперь стало чем-то большим, чем просто склад. Здесь были следы жизни: вещи, которые они забрали с собой, когда оставили свой старый дом, и попытки обустроиться среди заброшенных кирпичей и грязных полов. Мелкие, но важные детали, такие как счастливые моменты, например, старое кресло, которое Диана когда-то нашла на улице и восстановила. Или пакеты с книгами, которые брат воровал у местных продавцов.

– Всё как всегда, – пробормотала она, оглядывая помещение. – Место, где нельзя забыться, но можно жить.

В этом складе, несмотря на всё его запустение, она нашла свою жизнь. Жизнь, которая была немного не такой, как все привыкли видеть, но всё равно… жизнью.

– Наконец-то пришла, – раздался голос Люка у неё за спиной. – Пока ждал, успел накуриться, так что сил на секс нет. Придётся обойтись… иначе.

Диана сжала кулаки, пытаясь сдержать гнев. Когда ей с Томасом было негде жить, их приютил его друг Люк. Первое время всё было спокойно, но однажды он дал понять, что не намерен дальше терпеть их нахлебничество. Условия были простые: каждый месяц Диана должна «расплачиваться» с ним. Она помнит, как пыталась отказаться, как надеялась, что Томас что-то придумает. Но он не придумал. Вместо этого он убедил её, что выбора у них нет. Что либо так, либо улица. Она ненавидела его за эти слова. За то, что он позволил это. Но он был её братом. Единственным, кто у неё остался. И она не могла его потерять.

Люк уселся на диван возле старого холодильника, который служил ей кроватью. Широко расставил ноги, расстегнул ширинку и смотрел на неё так, будто у неё не было выбора. Может, его и правда не было. Диана молча опустилась на колени перед ним.

***

– Ты сегодня какая-то вялая, – протянул Люк, когда они закончили. – Где Томас?

– Собираешься пожаловаться? – в голосе Дианы было столько яда, что можно было отравить весь этот чёртов дом. – Уехал с Меган. Вставай уже с дивана, я хочу лечь спать!

– Ладно, злюка. Мне всё-равно в сортир надо.

– Как романтично, – натянуто улыбнулась Диана. – И тебе сладких снов.

Она плюхнулась на диван прямо в куртке, натянула на себя старый плед, который давно уже изодрался в лохмотья. Было холодно, но жаловаться было некому. Да и смысла в этом не было. Сейчас только ноябрь, впереди – долгая, ледяная детройтская зима.

– Нужно бы купить новую куртку. Старая уже разваливается, – прошептала она себе под нос. У неё давно появилась привычка думать вслух.

Томаса она просить не хотела. В лучшем случае он просто стащит её из магазина. В худшем – ограбит кого-нибудь. Даже если у него будут деньги, он всё равно поступит именно так. Потому что так проще. Потому что по-другому он уже не умеет. Диана долго ворочалась, не в силах заснуть. Наконец, села, вытащила из кармана помятую пачку сигарет, закурила.

– Всего двадцать лет, а уже сраная никотиновая зависимость, – снова выругалась она вслух.

Томас, в отличие от неё, не курил. Терпеть не мог этот запах. Зато крепкий алкоголь лил в себя, как воду, а иногда баловался с Люком травкой. Диане это не нравилось, но, по крайней мере, до серьёзной дряни они ещё не докатились. Она не хотела, чтобы кто-то из них повторил судьбу их матери, которая умерла от передозировки в прошлом году. Они с Томасом даже не пошли на похороны. Да и незачем было. Для них она умерла задолго до того дня, когда её тело нашли в какой-то грязной комнате с иглой в руке.

Вся их прошлая жизнь закончилась пять лет назад. В тот день, когда они сбежали из дома.

ГЛАВА 2

Диана проснулась, стуча зубами от холода, и первым делом подумала, как бы сейчас не отказалась от горячего душа. Но такие удобства в их жилье не водились. Недавно Томас с Люком стырили из какого-то парка биотуалет и поставили его возле склада – великая, мать его, роскошь. А за душем приходилось ездить в боксерский клуб.

Боксом Диана занималась уже три года, и её тренер, Родриго, давно разрешил приходить в зал в любое время. Для неё это была отличная возможность спустить пар, ну а душ – приятный бонус.

Она потянулась, протерла глаза и поднялась с дивана. Достала из потёртой тумбочки зубную щётку и направилась к ведру, которое у них служило раковиной. Проходя мимо угла, где спали парни, Диана заметила Томаса. Тот лежал на животе, в той же грязной одежде, что и вчера, и, судя по всему, всё ещё был в стельку пьян. Умывшись, она вышла на улицу, опустилась на холодный камень и вытащила сигарету. Чиркнула спичкой, затянулась, ощущая, как дым обжигает лёгкие. Утро только-только просыпалось – солнце лениво выползало из-за горизонта, разливая по улицам бледное тепло. Диана прикрыла глаза, сделала ещё одну глубокую затяжку и тяжело выдохнула, растворяясь в этом коротком мгновении покоя.

– Сигарету дай, – прервал её спокойствие голос Люка.

Она хотела сказать ему, чтобы шёл к чёрту, но решила, что он быстрее отстанет, если просто кинуть ему сигарету. Ошиблась. Люк закурил, плюхнулся рядом и заговорил:

– Классно мы с Томасом придумали притащить биотуалет, а?

Диана посмотрела на него с ледяным равнодушием. Люк сделал вид, что не заметил, и перешёл к главному:

– Сегодня вечером уличные гонки. Деньги за победу – нехилые. Как думаешь, Томас одолжит мне свою тачку?

– Даже не смей заикаться об этом Томасу, – сразу рубанула она. – Ты же знаешь, он не то что не даст тачку, а сам попрётся на эти грёбаные гонки! Если его повяжут – что тогда?

– Ой, не строй из себя святошу, – усмехнулся Люк. – Ты о законах вспоминаешь только когда тебе выгодно. А так нормально живёшь на краденое и не жалуешься.

– Ты мудак, Люк, – процедила Диана. – Если скажешь про гонки Томасу, я спущу весь твой запас травы в ваш сраный биотуалет.

Она бросила окурок на землю и раздавила носком ботинка, развернулась и направилась к своему мотоциклу. Надо было валить отсюда, подальше от этого прогнившего во всех смыслах места.

Выехав на дорогу, она сразу дала газу. Улицы Детройта были почти безжизненными – город ещё спал, укрытый серым покровом рассвета. Но ей было плевать. Она неслась сквозь туманную тишину, чувствуя, как встречный ветер хлещет по лицу, пробираясь под куртку. Гул мотора заглушал всё – шум города, чужие голоса, собственные мысли. Адреналин должен был будоражить, впрыскивать в кровь эйфорию скорости, но на Диану он действовал иначе. Он её успокаивал. Диана остановила мотоцикл у боксерского клуба, заглушила мотор и прислушалась. Тишина. Как и ожидала – в это время здесь ещё никого не было. Она отперла дверь своим ключом, который дал ей Родриго, прошла внутрь и глубоко вдохнула знакомый запах зала – пот, кожаные перчатки, пыль и что-то ещё, неуловимо родное. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Здесь она была сама собой. Переодевшись в тренировочную форму, которую она всегда оставляла в клубе и даже стирала прямо в раковине, Диана подошла к груше. Сжала кулаки, ощущая, как мышцы тянутся, готовые к действию. Ей не нужно было больше ничего – ни зрителей, ни тренера, ни чужих взглядов. Только она и этот мешок. Каждый хук, каждый апперкот – это было всё, что ей нужно. Удары шли с такой яростью, что казалось, они забирают не только силу, но и всю накопившуюся боль. В ушах только её дыхание, тяжёлое и равномерное, и глухие удары, словно удар по металлу.

Время потеряло значение. Но когда в руки забились от физической нагрузки, а дыхание стало сбиваться, Диана остановилась, обессиленная, но с лёгким облегчением в душе. Пауза, глубокий вдох, и она направилась к душу. Горячая вода обжигала кожу, и с каждым струёй, стекающей по спине, у неё уходило всё напряжение.

После клуба Диана направилась в центр города. До начала её рабочей смены оставалось ещё несколько часов, и она не собиралась сидеть в душном складе, где её мысли, как и обстановка, всегда были на грани. Она часто выбиралась в город, чтобы хоть немного убежать от этой реальности. Её любимое место – старый книжный магазин на углу. Владелец, пожилой мужчина с добрыми глазами и не спешащий в этом мире, всегда встречал её с лёгкой улыбкой. Он знал её привычку просто заходить и сидеть в углу, уткнувшись в одну из книг. Она не покупала их – денег было мало, но этот уголок становился её единственным миром, в котором она могла на несколько часов забыть о суете. Она перелистывала страницы, подолгу задерживаясь на строках, позволяя себе быть кем-то иным. Иногда, прочитав пару глав, она просто уходила, а продавец, будто зная её жизненную ситуацию, не пытался предложить купить что-то.

Когда часы на телефоне показали, что пора выдвигаться на работу, Диана вышла из магазина, медленно шагая по улице. По пути она решила зайти в секонд-хенд, не ожидая найти что-то стоящее, но всё равно надеясь. В одном магазинов, среди стопок старых вещей, она наткнулась на ярко-оранжевую куртку. Немного поношенную, но крепкую, с добротной тканью, она могла бы послужить не хуже её старой, хотя не казалась столь привлекательной. Главное, что она не была порвана. Диана взяла куртку в руки, изучая её. Стоила она копейки, но именно сейчас она чувствовала, что нет ни одной другой вещи, которая бы могла заменить её. Отыскав в кармане последние деньги, она заплатила за неё, почувствовав легкую тяжесть в груди. За эту сумму она могла бы ещё пару раз поесть, но это не так важно – хотя бы теперь её не будет продувать холод. Она подумала о том, как продержится до следующей зарплаты, надеясь, что удача ещё не отвернулась от неё.

После обеда Диана добралась до кафе, где работала. Она ненавидела это место. Клиенты были придурками, начальство – ещё хуже, а зарплата – жалкие крохи. Но у неё не было выбора. Хоть эти деньги и были копейками, но, по крайней мере, честными. Она не хотела жить, как Томас, воровать ради пачки сигарет. Рабочий день тянулся медленно. Грязная посуда не заканчивалась, а Диане уже очень хотелось покурить. В какой-то момент у неё наконец появился перерыв, и Диана, не раздумывая, вышла через заднюю дверь. Воздух за дверью был густым и тяжёлым, как старая, затхлая ткань, пропитанная запахами мусора и чего-то гнилого. Диана шагнула на улицу, почувствовав, как непрошеный холод проникает в каждую клеточку её тела. Город дышал зловонием – серые улицы, заплесневелые дома и заброшенные дворы. Она отошла подальше от двери, будто желая вырваться из этого угрожающего пространства, и оказавшись рядом с мусорными баками, оперлась о холодную стену. Она опустила взгляд, наблюдая за горой мусора, которая царила перед ней. Пакеты, бутылки, старые картонные коробки – всё это сливалось в одно бесформенное пятно, словно несущественная часть заброшенной жизни. Она взглянула на эти мусорные кучи, и в её голове мелькнула одна невыносимо чёткая мысль: «Я такой же отброс». Как и этот мусор, она была забыта, отброшена, изгоем. Она всегда находилась на краю, всегда на грани. Её существование, несмотря на её усилия, казалось таким же беспорядочным и ненужным, как эти выброшенные вещи, которым нет места ни в этом мире, ни в чьей-то жизни. Диана почувствовала, как её грудь сдавливает от тяжёлых мыслей. Были моменты, когда она искала в себе хоть какое-то оправдание, но в эти моменты оно всегда ускользало, оставляя только одну правду – её жизнь была не более чем отбросом.

Когда она потянулась за сигаретами, из кармана на асфальт выпал её старенький телефон. Раздался глухой стук.

– Чёрт… – пробормотала Диана.

Она наклонилась, подняла его – экран был в трещинах, а сам телефон не включался.

– Да ёб твою… – она сердито ударила им о ладонь, но всё было бесполезно.

Злость вспыхнула мгновенно. Этот телефон и так был старый, но хотя бы работал! Теперь же он окончательно сдох. Не раздумывая, она шагнула к мусорному баку и швырнула его внутрь. Всё равно она почти никому не звонила, кроме редких звонков Томасу. Да и он почти никогда не брал трубку. Она закурила. Одну сигарету, потом вторую, в попытке хоть немного успокоиться. Но внутри всё равно кипело раздражение.

***

После полуночи Диана наконец вышла из кафе. Она почувствовала, как тело, уставшее от долгих часов на ногах, сопротивляется движению, но заставила себя не замедлять шаг. Мотоцикл ждал её, как верный друг, и когда она завела двигатель, тот мощно рванул, будто подталкивая её к свободе. Она помчалась в ночь, не оглядываясь, поглощённая лишь тем, что ждало её впереди.

Когда она добралась до склада, на улице было тёмно и пусто. Лишь одинокий свет тусклого фонаря освещал пустую улицу. Зайдя внутрь, она обнаружила, что на складе никого из парней не было. Она облегчённо вздохнула – сегодня ей не хотелось встречаться с пьяным бредом Томаса или слушать пустую болтовню Люка, которые всегда создавали вокруг неё атмосферу тяжёлого дыма и липкой грязи. Прошагав через тёмное помещение склада, она бросила взгляд на угол, где обычно оставалась её единственная территория – диван, который, несмотря на свою убогость, давал хоть какое-то ощущение уюта. Она забралась на него, вытянулась, чувствуя, как усталость постепенно покидает её тело. Вытаскивая из пакета немного еды, которую ей удалось унести с работы, она уже не думала о том, что будет завтра, и как обычно не задавалась вопросом, что ещё можно было бы сделать. Это был её первый приём пищи за весь день. Ничего особенного – просто бутерброды с дешевым сыром и какой-то сосиской, но всё равно ей было достаточно, чтобы не чувствовать голод. Она ела, не замечая времени, смотря в пустоту, как будто пытаясь слиться с этим безжизненным пространством. После еды, не поднимая глаз, она потянулась к столу, где всегда лежала её книга. Чтение – её единственная отдушина, которая давала возможность хотя бы на время забыться, уйти в мир, где не было бы этих отчаянных ночей, мусорных ям и сломанных судеб. Она открыла страницу, но слова начали расплываться перед глазами, как будто сама книга не могла больше удержать её внимание. Вскоре Диана не заметила, как её руки ослабли, и книга выскользнула, упав на пол.

Диану неожиданно разбудил резкий грохот. Она быстро открыла глаза и начала осматриваться по сторонам, но мгновенно осознала, что в темноте ей ничего не видно. Она не могла понять, который сейчас час. На складе не было часов, а её телефон не выжил после падения. Время здесь было чем-то эфемерным, и она всегда теряла счёт дням. Она медленно повернула голову, прислушиваясь к звукам ночи, но всё вокруг было тягуче молчаливо, лишь отдалённый шум города где-то за стенами разрывал её мысли. Диана напряглась, когда услышала какое-то шевеление. Оно исходило с того места, где обычно спали Томас и Люк. В первую секунду ей пришла в голову мысль, что это Люк, в очередной раз обыскивающий своё сокровище – пакеты с травкой, которые он прятал по всему складу. Но, несмотря на усталость и раздражение, Диана решила удостовериться, что это не какой-нибудь бездомный, который влез, чтобы что-нибудь украсть, ведь на складе такие лица встречались нередко. С каждым шагом, приближаясь к источнику шума, она чувствовала, как темнота вокруг будто бы становится гуще, а воздух – тяжелее. Внезапно, когда она была уже совсем близко, её взгляд застыл. Прищурив глаза, она смогла различить детали одежды. Это был Томас. Его силуэт невооружённым взглядом был легко узнаваем, несмотря на ночную тишину. Всё та же старая, грязная коричневая куртка, засаленные джинсы и поношенные кроссовки – всё было на нём, как обычно. Но что-то было не так. Что-то было явно не так.

– Ти, – слабо позвала она, голос пронзительно хриплый от ночной тишины и напряжения.

Томас резко повернулся, и в этот момент Диана почувствовала, как сердце замерло в груди. Она не успела сдержать вздох ужаса. Его лицо – напряжённое, взгляд, как всегда, стеклянный от алкоголя, но вот что по-настоящему привлекло её внимание – руки Томаса и куртка спереди были в крови. Красной, свежей, яркой. В ту секунду ей стало ясно, что случилось что-то страшное. Мгновенная паника накрыла её, и она не могла сдвигаться с места.

– Боже, Ти…

ГЛАВА 3

– Боже, Ти, – Диана сделала шаг вперёд, подходя ближе к брату, чтобы рассмотреть его в темноте. В её голосе была паника, но она пыталась скрыть её, – что случилось? Тебя ранили?

Томас, лицо которого исказилось от страха, едва справлялся с дрожью в руках. Он судорожно швырял вещи в рваный рюкзак, его движения были резкими, дергаными, как у загнанного зверя, готового сорваться в бегство. Глаза метались по комнате, словно искали выход, которого не было.

– Ди, мне надо скрыться, – произнёс он, не глядя на неё, только спешно запихивая вещи в сумку.

– Что значит скрыться? – Диана сжала кулаки, глаза её вспыхнули гневом, хотя в душе всё трещало от тревоги. – Во что ты опять, мать твою, ввязался?!

Он замолк на секунду и повернулся к ней. В его взгляде было что-то, что заставило её замереть. Глаза были пустыми, почти как у человека, который потерял связь с реальностью.

– Ди, – сказал он с дрожью в голосе, – я убил человека.

– Что?! – её дыхание перехватило, и она, как в бреду, села на корточки. В голове всё словно оборвалось, и она зажала голову руками, как будто хотела убедить себя, что это всего лишь ужасный, кошмарный сон. Но реальность не оставляла ей выбора. Это было настоящим. И её брат был в центре этого ужаса.

Она не заметила, сколько времени провела в таком положении, пока не услышала шаги. Резко открыв глаза, Диана увидела, как Томас направляется к выходу со склада.

– Ти, подожди! Куда ты собрался? Ты хоть объяснишь, что произошло?!

Томас остановился, но не обернулся. Он стоял так несколько секунд, тяжело вздохнул и, наконец, начал говорить.

– Люк рассказал мне о сегодняшних гонках, и я решил, что это мой шанс срубить бабла. Мы летели по городу на пределе скорости, но на одном из поворотов я не справился с управлением. Машина занесло, и я со всего размаха влетел в чужую тачку. Она загорелась и перевернулась несколько раз, прежде чем со страшным грохотом врезалась в бетонную стену. Я вылетел из своей машины, подбежал к горящей тачке и замер. Водитель валялся на тротуаре – без движения. Я тряхнул его за плечо, надеясь, что он хоть застонет, но уже через секунду понял: все, он уже труп. Но хуже всего было то, что, вглядевшись в его лицо, я осознал – передо мной один из сыновей Хардинга.

– Что еще за Хардинг? – Диана пыталась уловить хоть какие-то зацепки, которые могли бы дать ей надежду на спасение.

– Ди, очнись! Хардинг старший – один из самых мощных авторитетов в Детройте. Он крышует несколько нелегальных казино в городе. Ты понимаешь, что это значит? Если я не сбегу – он найдет меня и убьет.

– А как же я, Ти?

Томас обернулся и посмотрел на неё.

– Ты уже взрослая, справишься.

– Нет, не смей меня оставлять! У меня кроме тебя никого нет! Мы что-нибудь придумаем!

– Блядь, Ди, прекрати быть наивной дурой! Я убил сына влиятельного человека, и мне не скрыться от последствий.

– Тогда я поеду с тобой, – решительно сказала Диана.

– Нет. Я пока не знаю, что делать, куда сбегать, да и нас обоих не прокормлю. Вернусь за тобой, когда найду выход. А пока оставайся здесь.

Диана не могла поверить, что Томас реально собирается её оставить. Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но быстро зажмурилась, взяв себя в руки. В жизни было слишком много моментов, когда нужно было быть сильной, и сейчас был не тот случай, чтобы сдаваться. Когда она наконец открыла глаза, всё, что она увидела, – это только как медленно закрывается входная дверь. Томас ушёл, и с ним ушло всё её чувство уверенности, оставив её полностью одну.

Она долго лежала на диване, бессильно уставившись в темноту, но так и не смогла уснуть. Время тянулось мучительно медленно. За несколько часов она успела выкурить почти всю пачку сигарет, и теперь их осталось только две. А курить снова хотелось. Она знала, что денег на новые тоже не было. Весь этот круг замкнулся, и Диана чувствовала себя так, как будто её жизнь – это один бесконечный тупик. Решив, что сидеть и жалеть себя – не лучший выход, она схватила ключи от мотоцикла. Не думая ни о чём, она вскочила и понеслась по ночному городу. Мотоцикл был её единственным способом уйти от мыслей. Скорость заставляла её хоть как-то отвлечься от всего, что было в голове. В такие моменты ощущение полёта было единственным утешением, хоть и временным. Но как только она остановилась у клуба, мысли вернулись – тяжёлым грузом осели на её плечах.

Скользнув взглядом по знакомому входу, она сделала глубокий вдох и пошла внутрь. Музыка тут же ударила в уши, создавая иллюзию, что можно хотя бы немного забыться, раствориться в этом мире шумных голосов и бесконечного движения. Она направилась к бару, решив, что здесь она хотя бы на время не будет чувствовать себя такой одинокой.

– Привет, Том. Мне чего-то покрепче и пачку сигарет. Но предупреждаю сразу – бабок нет, натурой не расплачиваюсь, – Диана взглянула на него с саркастической усмешкой.

Том улыбнулся её шутке, смахнув бутылку с полки. Налил ей двойной виски и положил перед ней пачку сигарет.

– Ты просто чудо, Том! – фальшиво выдала Диана, поднимая стакан и залпом опрокидывая виски.

Том приподнял брови, наблюдая за её действиями.

– Ого, тяжёлый день, что ли?

– У меня каждый день тяжёлый. Трудно уже понять, какой из них более дерьмовый, чем другие. – Диана вытянула сигарету и закурила. – Шрам сегодня здесь?

– Ага, на своём месте.

Диана встала, даже не поблагодарив Тома за бесплатную выпивку и сигареты, и направилась в дальний угол клуба. Это был её угол, её укрытие, в котором она могла немного сбежать от всего этого дерьма. У того места была та самая чёртовски уютная атмосфера, которая притягивала её каждый раз.

Шрам был тем, кого легко было бы не заметить, если бы не его лицо – искорёженное, будто его когда-то пытались стереть с этого света, но не смогли. Глубокие борозды ожогов тянулись от висков к подбородку, делая кожу бугристой, натянутой, словно потрескавшийся асфальт. Один глаз немного провис, другой горел холодным, колючим светом. Он не был ни старым, ни молодым – что-то около сорока пяти, с жёсткими чертами и руками, чьи суставы казались разболтанными, как у старой куклы. В его облике не было ничего угрожающего, но стоило задержать взгляд на секунду дольше – и появлялось смутное чувство тревоги, словно этот человек знает что-то, чего не должен знать никто.

– Привет, Шрам. Мне нужна новая татуировка. Денег нет, – без замедлений проговорила Диана, не церемонясь.

Шрам чуть прищурил глаза, оценивая её. Потом усмехнулся:

– Черноволосая, у тебя и так весь кожаный альбом покрыт. Осталось только на лице что-то выколоть.

Диана хмыкнула, покачав головой.

– Вообще-то, есть ещё одно место, где свободно, – с улыбкой заметила она. – Но тебе туда доступа нет.

На удивление, Шрам рассмеялся – не зло, не с насмешкой, а искренне, словно на мгновение забыл, кто он и в каком мире живёт. Диана невольно замерла, сбитая с толку. В её жизни смех чаще звучал как издёвка или предвещал что-то неприятное, но этот был другим – почти тёплым, если бы такое слово вообще можно было к нему применить.

– Ну что, набьёшь бесплатно по старой дружбе? – она не отводила взгляд, ожидая ответа.

Шрам откинулся на спинку стула и пожал плечами, словно давно уже привык к её просьбам.

– Чего набивать и где?

Диана сбросила с себя кожаную куртку, затем чёрную кофту, а после без стеснения сняла лифчик, повесив его аккуратно на спинку стула. Села напротив Шрама, не скрываясь, и поджала ноги, готовясь к следующему шагу.

– Вот здесь, – она указала на место над левым соском, его кожа была почти чистой и нетронутой. – Набей слово «одна».

Шрам прищурил глаза, рассматривая её тело, а затем кинул взгляд на старую татуировку, набитую чуть выше на груди.

– Тут у тебя уже «Ти и Ди». Странно будет сразу под этим набивать «одна».

Диана вздохнула, взяв паузу, а потом сжала губы.

– Тут больше нет Ти и Ди. Здесь только я одна, – сказала она твёрдо и решительно.

Шрам молча кивнул, понимающе глядя на неё. Татуировки были для неё не просто искусством. Это были истории, которые она носила на себе, как напоминания.

Когда Шрам закончил с татуировкой, Диана не стала тянуть, сразу натянула свою одежду и выскочила из клуба, оставив позади этот мир на время. На улице её встречал холодный воздух рассвета. Улицы были уже полупустыми, а те, кто ещё брёл по асфальту, явно не спешили на работу, а скорее пытались дотянуть до своих домов после ночных гулянок. Диана шла к мотоциклу, когда взгляд случайно зацепил пару, которая бесстыдно трахалась прямо в салоне припаркованного автомобиля. Она не смогла удержаться и подошла поближе. Пара вскользь глянула на неё из окна, а Диана, с ухмылкой на лице, подняла оба средних пальца и громко выкрикнула:

– Надеюсь, вы хоть там предохраняетесь, нечего плодить таких же отбросов, как мы с вами!

Пара застыла, переглядываясь с ошарашенными лицами, но Диана уже не обращала внимания. Повертела головой, выпустив из груди последний, не менее саркастичный вздох, и пошла дальше, оставляя их наедине с их шалостями.

***

Вернувшись на склад, Диана заметила Люка, растянувшегося на её диване и затягивающегося травой, как будто это его личный уголок для релаксации.

– Нас обокрали, – проговорил он с безразличным выражением лица.

– В смысле? – Диана крутанула головой, осматриваясь, не понимая, что вообще можно было спереть с этой свалки.

– Вещи Ти пропали.

– Хах, ну и хрен с ними, – усмехнулась она. – Ти сам уехал ночью, так что никаких переживаний. Он, скорее всего, уже не вернётся.

Люк снова уставился на неё, как будто что-то пытался понять. Он чуть наклонился вперёд, щуря глаза.

– Значит, и тебе пора валить, – сказал он, и в его голосе прозвучал какой-то невидимый ультиматум.

– А это что еще за хрень? – Диана закипела. – Я, между прочим, каждый месяц тебе плачу за аренду этого твоего вонючего дивана!

– Да, а Ти платил аренду едой. Теперь Ти нет – нет и еды. А знаешь ли, сексом сыт не будешь, особенно с тобой.

Люк поджёг ещё одну самокрутку с травкой и, не отрывая взгляда, продолжил:

– Так что выбирай – либо ты как-то меня кормишь, либо уёбывай отсюда.

Диана стояла, глядя на него пустым, отрешённым взглядом, словно вообще не слышала. Внутри – сплошной вакуум. Всё это больше не имело значения. Её эмоции сдохли где-то на обочине ещё в тот момент, когда она впервые оказалась в этом месте. Теперь ей было по-настоящему всё равно. Не говоря ни слова, она развернулась, молча подошла к мотоциклу, натянула шлем и, не зная, куда направляется, просто выкрутила газ. Колёса взвизгнули, оставляя за собой лишь облако пыли, склад и всё, что с ним связано.

ГЛАВА 4

Диана сама не поняла, как оказалась возле боксерского зала. Просто забила на всё и поехала. Без лишних раздумий она достала из кармана ключи, которые оставил ей Родриго. Щелчок замка прозвучал почти символично – словно она открывала двери в своё укромное убежище. Зайдя внутрь, она сразу направилась в душ, смыв с себя остатки тревоги долгой бессонной ночи. Свежее тепло воды ненадолго вернуло её к жизни, но, переодевшись в чёрные лосины и такую же майку, она поняла, что сил заниматься просто нет. Вместо этого Диана вытащила из угла старый мат, отнесла его к стене и, разложив, рухнула на него. Каждое движение давалось с трудом, словно её тело уже приняло решение за неё. Она будто бы приготовилась отдохнуть, но даже это оказалось лишним. Тело не хотело спать – оно просто выключилось.

***

Она проснулась от того, что кто-то толкал её в плечо.

– Вставай, тут тебе не притон! – услышала она знакомый, слегка раздражённый голос Родриго.

Диана открыла глаза, пытаясь понять, где она вообще. Всё ещё полусонная, пробубнила:

– О, боже, я что, сдохла и попала в рай? Никогда не думала, что открою глаза, и увижу перед собой такого красавчика. – Сонно потёрла глаза.

– Засунь свои шуточки в одно место и вставай! Сейчас народ начнёт подтягиваться! Ты вообще что здесь делаешь? – Родриго явно был в поисках причины, чтобы её отшить.

Диана с трудом села, потрогала лицо руками, как будто пытаясь вернуть хоть каплю жизни в это тело, и посмотрела на Родриго, как будто это он был причиной её бед.

– Мне негде жить. Можно я буду ночевать тут? Обещаю, каждое утро буду уходить, чтобы не светиться перед твоими клиентами, – выдала она с таким взглядом, что Родриго едва не оскалился.

Он поджал губы, не скрывая недовольства. Прищурившись, как настоящий детектив, начал изучать её, явно задаваясь вопросом, что же с ней не так. В итоге сдался, как всегда, и сказал:

– Ладно. Но с тебя – уборка зала каждый вечер! Даже после смены в кафе, будешь оттирать тут всё, чтобы утром было чисто, как в операционной! И если я узнаю, что ты пьёшь, куришь или употребляешь что-то более серьёзное в моём зале – сразу вылетишь на улицу!

Диана, улыбнувшись, поднесла руку к виску, как будто отдавала честь, и добавила с лёгким сарказмом:

– Принято.

– Расскажешь, что случилось? Где твой брат?

– Ты же знаешь, что не расскажу.

– Окей, – сдался он, но его взгляд всё равно не отпускал её. – Может потренируемся, раз уж ты тут, а?

Диана встала и, не отвечая, прошла к рингу, чувствуя, как напряжение от событий последних дней постепенно уходит. В конце концов, на ринге ей было проще.

Родриго не жалел её. Больше часа он мотал Диану по рингу, не давая ни секунды на передышку. Удары, уклоны, шаги назад, снова удары. Всё, что она делала, он доводил до предела. Каждое её движение было под его пристальным взглядом – словно тренировал не ученицу, а бойца, который вот-вот должен выйти на главный бой своей жизни. В какой-то момент силы просто ушли в небытие, и Диана рухнула на пол, тяжело дыша. Лёгкие будто заполнились огнём, и она закашлялась так, что показалось – ещё чуть-чуть, и выкашляет их к чертям.

– Это всё твои грёбаные сигареты, – Родриго стоял над ней, скрестив руки. – Если бы не курила, уже давно держала бы удар.

Диана, лежа на спине, лишь лениво пошевелила пальцами, словно даже на ответ у неё не было сил.

– Не отбирай у меня последнюю радость в жизни… – прохрипела она, всё ещё пытаясь отдышаться.

– Вставай, мне надо позаниматься с остальными, – без тени сочувствия бросил он.

Диана нехотя приподняла голову и увидела, что зал уже не пуст. Пара парней работали на лапах, кто-то бил грушу, кто-то прыгал на скакалке. Когда они пришли? Как она вообще умудрилась их не заметить? Чёрт с ними. Она с трудом поднялась, ощущая, как ноги дрожат, будто её вот-вот снова повалит на пол. Шатаясь, направилась в душ. Захлопнув за собой дверь, она не стала даже раздеваться – просто включила горячую воду и, прямо в одежде, села на холодный кафельный пол. Горячие струи били по плечам, стекая по лицу, но облегчения не приносили. Просто нагревали её изнутри, растапливая усталость, но не стирая ни одной проблемы. Она просидела так какое-то время, потом, всё же собравшись с силами, сняла мокрую одежду и быстро помылась. А дальше новая проблема – полотенца у неё, конечно, не было. Закрыв кран, она голая прошла в женскую раздевалку и села на скамейку, позволяя воздуху высушить её кожу. Пока сидела, обдумывала, что делать дальше. Родриго разрешил ночевать в зале, но он не обещал кормить её. В кафе она работала не каждый день, и, когда у неё не было смены, еду брать было негде. А сегодня как раз был один из таких дней. Денег – ни цента. Последние копейки ушли на тёплую куртку, потому что без неё в этом городе можно запросто сдохнуть. Она нахмурилась, а потом резко выругалась вслух:

– Чёрт, куртка! Забыла её на складе…

В спешке она даже не подумала о ней, а теперь есть шанс, что Люк уже её продал, чтобы купить себе новую порцию травки.

– Сраный Люк… – пробормотала она, устало прикрыв глаза. – Ладно, придётся заехать туда позже.

Диана натянула на себя свою единственную одежду – чёрные джинсы, чёрную кофту и потрёпанную кожаную куртку. Казалось, весь её гардероб состоял из одного большого пятна тьмы, точно так же, как и её жизнь, которая с самого рождения шла исключительно по чёрной полосе, которая не собиралась заканчиваться. Любые попытки выбраться из этого болота неизменно тонули в нём же. Единственным исключением была её новая куртка – ярко-оранжевая, как дорожный конус или спасательный жилет. Она купила её не потому, что хотела выделяться, а потому что выбора у неё не было. Все остальные варианты стоили дороже, а с деньгами у неё всегда было, мягко говоря, так себе. Да и, если уж быть честной, в глубине души она надеялась, что это пятно цвета в её гардеробе каким-то чудом сможет притянуть что-то хорошее и в её жизнь.

Какой же бред. Теперь куртка осталась на складе, вместе с её дурацкими надеждами.

Она нехотя попрощалась с Родриго и вышла из зала. День только начинался, а ей уже нечего было делать. В книжный магазин идти не хотелось, да и вряд ли у неё хватило бы терпения разглядывать корешки книг, делая вид, что у неё есть деньги их купить. В итоге она просто решила поехать куда-нибудь. Без цели. Просто, чтобы прокатиться и не думать. Но стоило ей сесть на мотоцикл, как на панели замигала красная лампочка.

– Твою ж… – выдохнула она, закатывая глаза.

Бензин был почти на нуле. Денег на заправку, естественно, тоже не было. Сжав зубы, Диана слезла с мотоцикла и с силой пнула его ботинком.

– Прости, прости, – тут же пробормотала она, проводя рукой по сиденью, будто заглаживая вину перед железным другом.

Окинув улицу взглядом, она тяжело вздохнула и просто пошла вперёд, не зная, куда и зачем. Просто шаг за шагом, будто это могло привести её хоть куда-то, где она наконец-то перестанет чувствовать себя загнанной в угол. Диана брела по улице, засунув руки в карманы куртки, стараясь не думать о том, что её единственный транспорт теперь мёртв, а денег у неё не было даже на бутылку воды, не говоря уже о бензине. Город жил своей жизнью: мимо проезжали машины, где-то ругались пешеходы, вывески магазинов переливались неоновыми огнями, словно насмехаясь над ней.

Пройдя пару кварталов, она на автомате свернула к газетному киоску. Не то чтобы она любила читать новости – в них никогда не было ничего хорошего, особенно для таких, как она. Но привычка осталась с детства, когда Томас таскал домой старые газеты и заставлял её читать вслух, объясняя, что «даже у отбросов должен быть мозг».

Диана остановилась у прилавка, скользнув взглядом по заголовкам. Политика, экономика, спорт… и вдруг её взгляд зацепился за строчку, от которой её сердце сжалось.

«Новые подробности смертельной аварии на Уиллис-стрит: виновник всё ещё в бегах».

Чёрт.

Диана сглотнула, чувствуя, как в животе растёт неприятный холод. На первой полосе было фото: смятая в лепёшку машина и пятно крови на асфальте, едва скрытое пикселизацией. В углу снимка виднелась фигура человека в капюшоне, сделанная кем-то на телефон. Не нужно было всматриваться, чтобы понять – это Томас.

«Ну и где ты теперь?» – мелькнуло у неё в голове.

Она провела языком по пересохшим губам и почувствовала, как ладони покрываются потом. Схватив газету с прилавка и развернув страницу, она пробежалась глазами по тексту.

«Полиция продолжает поиски виновного, который скрылся с места аварии, оставив погибшего водителя…»

«…по словам очевидцев, виновник находился в состоянии алкогольного опьянения…»

Голова закружилась. Внутри всё сжалось от злости, боли и чего-то ещё, чего она не хотела признавать – страха. Она всегда знала, что Томас не был святым. Да, он воровал, да, у него были тёмные делишки. Но убить человека?..

Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

– Берёшь или нет? – буркнул продавец, старик с недовольным выражением лица.

Диана положила газету на место, резко развернулась и пошла. Только она не знала куда идёт. Живот громко заурчал, напоминая, что она ничего не ела. Деньги? Забудь. Рабочая смена в кафе? Не сегодня.

Она направилась в сторону Ист-Маркета. Там всегда можно было найти что-то дешёвое или, если повезёт, урвать еду на пробу. Улыбаясь продавцам, она сделала вид, что пробует перед покупкой кусок сыра, глоток лимонада и несколько виноградин, пока кто-то не начал её подозрительно разглядывать.

– Девочка, ты либо покупаешь, либо проваливай, – рыкнул один из продавцов.

Диана издала небрежное «ха», пожала плечами и двинулась дальше. Ну хоть что-то урвала.

***

Ближе к вечеру её всё-таки потянуло обратно на склад. Куртка. Чёртова куртка. Да и вообще, может, Люк что-то знает про Томаса? Идти было далеко, но выбора у нее не оставалось. Она кралась через задний вход, чтобы не привлекать внимания, но Люк её всё-таки заметил.

– Ты чего вернулась, а? Я думал, ты поняла намёк.

– Просто за курткой.

– Ну… с твоими вещами проблемка.

– Какая ещё проблемка? – Диана резко напряглась.

Люк лениво вытащил из кармана пару смятых купюр и потряс ими перед её лицом.

– Куртка уже не твоя. Бизнес, ничего личного.

– Ты её продал?!

– А ты что, удивлена? – он усмехнулся и сделал глубокую затяжку.

Диана сжала кулаки. Она могла бы закатить скандал, но это был Люк – человек, которому плевать. Ему важнее его кайф.

– У тебя есть хоть капля совести?

– У меня есть трава и деньги. Это важнее.

Где-то внутри Диана почувствовала, как что-то лопается. Не в первый раз, не в последний.

– Пошёл ты, Люк.

Она развернулась и вышла.

Диана добралась до боксерского зала когда уже стемнело. Она устала, была голодной и злой, но не могла вернуться к Родриго в таком состоянии, пока в зале еще оставались посетители. Она прошла в парк, плюхнулась на лавку и закинула ноги. В ночном Детройте было холодно. Сил уже не осталось. Просто хотелось закрыть глаза.

Завтра – новый день. Завтра – новая проблема.

ГЛАВА 5

Диана дождалась, когда Родриго закрыл зал и уехал. Подождав еще немного, она подошла к двери, открыла ее и улыбнулась душному и даже спертому воздуху в зале. Внутри было тепло. Ветер больше не пробирался сквозь куртку, и это уже казалось роскошью. Она глубоко вдохнула, наслаждаясь тишиной. Менять одежду не хотелось, но её уже пора было постирать. Вздохнув, она натянула свои уже высохшие лосины и майку, и принялась за уборку зала. Зал был далеко не идеальным: потрескавшиеся стены, старый ринг, мешки, набитые чем-то, что больше напоминало песок с камнями, чем нормальный наполнитель. Родриго любил это место, но денег на нормальное оборудование у него не было. И уж тем более не было бюджета на уборку.

Инвентарь состоял из трёх вещей: веник, старая тряпка и вода из-под крана.

– Ладно, – пробормотала Диана, закатывая рукава. – Кто бы сомневался.

Она начала с ринга, сметая с него песок и пыль. Потом перешла к полу, вытирая въевшуюся грязь – хотя, ей казалось, что она просто размазывает её тонким слоем. Ближе к концу у неё уже болели пальцы, поясница ныла, а ноги дрожали от усталости. Часы показывали три ночи, когда она наконец бросила тряпку.

– Готово, – пробормотала она, вытирая лоб.

Она бросила взгляд на мат, который притащила к стене. Тело требовало отдыха, но мозг не собирался выключаться. Сон опять не шёл. Диана выругалась, накинула куртку и вышла на улицу. Ночь была холодной, но после уборки свежий воздух казался приятным. Она достала пачку сигарет из кармана, нащупала спички. Пачка была почти пуста.

– Ну, супер, – буркнула она себе под нос. – Жилья нет, еды нет, бензина нет, зимней куртки нет, теперь ещё и сигарет почти нет. Прямо праздник какой-то.

Закурив, Диана глубоко затянулась, наблюдая, как дым растворяется в воздухе. Эти пять минут – её маленький ритуал. Единственное, что она могла контролировать в своей жизни. Потом она вернулась в зал, плюхнулась на мат и на этот раз отключилась почти сразу.

***

Диана вынырнула из сна от короткого, но увесистого пинка в бок.

– Подъём, спящая красавица, – раздался сверху голос Родриго.

Она застонала, свернулась калачиком и попыталась игнорировать реальность.

– Ммм… вот так привыкну к твоим нежным пробуждениям, как потом без них жить? – пробормотала она, зарываясь лицом в мат.

– Ты сначала найди, где жить, – огрызнулся он. – И вообще, заводи будильник, не хочу, чтобы какой-нибудь клиент увидел, что у меня в зале валяется бездомная девка. Мне моя репутация важна.

Диана нехотя приподнялась на локте и зевнула.

– Тогда у нас проблемка. Я сломала и выкинула телефон, так что будильника у меня больше нет.

Родриго только закатил глаза, пробормотав что-то про то, что с ней невозможно нормально разговаривать. Диана поднялась с мата, лениво запихнула его обратно в угол, потом побрела к раковине, наспех умылась ледяной водой и переоделась в свою повседневную одежду. Джинсы ещё были влажными – вчера перед сном она постирала их в раковине, и они, разумеется, не успели высохнуть.

Она сделала глубокий вдох, а на выдохе махнула рукой в сторону Родриго:

– Ну, бывай.

Тот что-то проворчал ей в спину, но она уже вышла из зала.

На улице было холодно, серо и сыро – идеальная метафора её жизни. Диана машинально посмотрела на свой мотоцикл, но даже не подошла к нему. Толку-то? Бензина нет. Вместо этого она просто сунула руки в карманы и пошла по тротуару, не задумываясь, куда. Сегодня у неё была смена в кафе, но только после обеда. До этого времени надо было как-то убить часы. Она брела по улицам, прислушиваясь к тишине в своей голове. Никаких мыслей, никаких планов. Видимо, даже её мозг устал от этой беспросветной безнадёги и просто ушёл в спячку. Диана шла, наслаждаясь редким моментом пустоты в голове, когда вдруг рядом с ней на бешеной скорости пронёсся чёрный тонированный джип без номеров, обрызгав её водой из лужи.

– Уёбок! – крикнула она машине вслед, отряхивая холодные капли с кожанки.

Но, видимо, судьба решила, что день ещё недостаточно дерьмовый. Машина резко затормозила.

– Язык мой – враг мой… – пробормотала Диана, почувствовав, как внутри всё сжалось.

Джип дал задний ход и остановился прямо рядом с ней. Дверь распахнулась, и оттуда вылетел здоровенный шкаф в строгом костюме. Двигался он быстро и чётко – явный профессионал. Диана не успела ни среагировать, ни отступить, как её голову накрыл чёрный мешок, руки выкрутили назад, а само тело швырнули в салон. Дверь захлопнулась, и машина сорвалась с места.

– Ну лааадно, извините, что назвала вас уёбками… такие обидчивые, а. – Диана решила, что острить – её единственная стратегия.

В ответ – только гул двигателя и гробовая тишина.

Она не знала, куда её везут, и уже перестала считать повороты. Монотонное урчание двигателя и мелькающий за окном мрак только усиливали чувство беспомощности. Через какое-то время машина резко замедлилась, а затем остановилась. Справа кто-то открыл дверь, и холодный воздух ворвался внутрь салона, пробирая до костей. Её похититель вышел, затем резко схватил её за руку и дёрнул, вынуждая выбраться из машины. Чувствуя себя живым грузом, Диана даже не пыталась сопротивляться. Какой смысл? Любое движение казалось пустой тратой энергии. Её руки и ноги стянули грубыми верёвками, которые больно впивались в кожу. А затем её, как мешок, без церемоний закинули на плечо. От удара воздух вышибло из лёгких, и она на мгновение зажмурилась, ощущая, как мир вокруг окончательно теряет форму.

Диана ничего не видела, но ощущала – шагов вокруг было больше, чем один или два. Глухие, тяжёлые удары подошв об асфальт сливались в ритм, усиливая её тревогу. Затем раздался скрип открывающейся двери, и холодный поток воздуха обдал её лицо. Через несколько секунд её грубо усадили на жёсткий стул. В помещении стояла напряжённая тишина. Лишь слабое эхо шагов, затухающее где-то вдали, да капли, падающие с труб, нарушали это безмолвие. Воздух был пропитан сыростью, металлом и слабым привкусом ржавчины, от которого невольно щекотало в горле. Те, кто притащил её сюда, молчали. Не было ни вопросов, ни приказов, только их молчаливое присутствие давило, словно вес, от которого невозможно укрыться.

– Вообще-то теперь вы должны начать пытать меня и диктовать свои условия, а не молчать, – усмехнулась Диана, пытаясь скрыть нервное напряжение, как будто ей не было страшно.

Но на самом деле страшно было. Она не могла вспомнить ничего хорошего в своей жизни, но и умирать ей тоже не хотелось. Вдруг чьи-то шаги подошли ближе. Диана почувствовала движение воздуха у лица, а затем резкий рывок. Грубые пальцы сорвали мешок с её головы одним движением, оставляя ощущение жжения на коже от ткани, цеплявшейся за волосы. Свет ударил в глаза, вынуждая её зажмуриться на секунду. Когда зрение наконец прояснилось, перед ней предстала группа мужчин. Их было пятеро, и каждый выглядел так, будто знал своё место в этом хищном мире. Четверо были в строгих деловых костюмах, а тот, кто стоял перед ней, был в простых джинсах и свитере. Высокий, с холодным взглядом, которым он изучал её, словно решал, представляет ли она для него хоть какую-то ценность.

Заброшенное здание вокруг неё было холодным, грязным и полным заплесневелых стен. Потолок низкий, местами с прогнившими деревянными балками, которые могут упасть в любой момент. Окна были заколочены досками, а дверь, похоже, когда-то была стальной, но теперь её сильно повело от времени. На полу было полно разбитых стекол и мусора, откуда-то сквозь щели проникал пахнущий сыростью воздух. Было видно, что это место давно заброшено, но все еще сохраняло какое-то напряжённое ощущение, что в его пустых стенах скрывается нечто опасное. Когда Диана наконец смогла встретиться взглядом с тем, кто стоял перед ней, он без предупреждения врезал ей пощечину. Оказавшись в полном шоке от силы удара, Диана чуть не упала со стула, но её поддержал один из мужчин в костюме.

– Где твой брат? – голос мужчины был глубоким и хриплым, как если бы он произносил каждое слово с усилием.

Диана на секунду потеряла слова, но потом, осознав, что у неё нет другого выбора, встретила его взгляд.

– А я откуда знаю? – её тон был спокойным, даже с долей неприязни. Она взглянула на мужчину в джинсах и продолжила: – Если вы схватили меня для этого, то тут я вам не помощник. Можете меня отпустить. Мне скоро на работу, может, подбросите?

Мужчина усмехнулся, изогнув уголок губ в ядовитой ухмылке.

– Какая бесстрашная… – его слова были как приговор, в котором слышалась угроза.

Он взял еще один стул, поставил его перед Дианой, сел напротив и открыл папку.

– Диана Грейсон, 20 лет, – начал читать он, не поднимая взгляда, – рост 163 сантиметра, вес 43 килограмма, группа крови – вторая. Хм, такая мелкая, а участвуешь в подпольных боях? Кто тебя туда вообще пропустил?

Он перевел взгляд на неё, как бы оценивая её внешний вид, и продолжил.

– Росла в неблагополучной семье, в 15 лет сбежала из дома с братом. Школу не окончила, а в университет даже не пыталась поступить. Работает в кафе в Сауст-Энде, живет в том же районе, на заброшенном складе с братом и каким-то Люком. Мать умерла от передозировки год назад, отец недавно переехал в Мелвиндейл.

Диана медленно откинула голову назад, сдавшись полному поглощению его слов, и с едва заметной ироничной улыбкой сказала:

– Ого, как ты хорошо подготовился! Знаешь обо мне даже больше, чем я сама. Представляешь, я даже не знала свою группу крови. И ещё не знала, что мой отец куда-то переехал.

Мужчина не ответил, его лицо оставалось холодным и бесстрастным, а взгляд был твердым и не поддающимся эмоциям. Диана заметила, что у него серые глаза, такие же, как у неё, только взгляд был гораздо жестче и чуждее. Волосы у него были светлые, почти пепельные, в то время как её собственные – темные, почти черные. И татуировок было явно меньше, чем у неё.

– Продолжим, – отстраненно произнес он, не обращая внимания на её слова. – Итак, Томас Грейсон. 26 лет, рост 178, вес 76 кг, группа крови вторая. О его семье и текущем месте проживания всё то же самое. Только вот он, в отличие от тебя, безработный. Зарабатывает всякими мелкими нелегальными способами, вечно пьяный, и именно в таком состоянии он убил моего старшего брата.

Он упомянул её брата, и в глазах мужчины промелькнула такая же стеклянная ярость, как в её собственных. В комнате повисла тяжелая тишина, как если бы каждое слово, сказанное им, было весомым обвинением. Диана на мгновение задержала дыхание, пытаясь понять, что делать дальше.

– Ну так где твой брат, Диана?

ГЛАВА 6

– Ну так где твой брат, Диана?

– Я не знаю, правда, – произнесла Диана тихо, её голос дрожал.

Она не могла поверить, что сидит прямо перед человеком, чью семью разрушил её собственный брат. Его глаза, стальные и холодные, излучали только ярость и жестокость. И она вспоминала слова Томаса: что их семья – это влиятельные люди в криминальном мире, и что с ними не просто иметь дело.

– Томас, мудак, – прошептала Диана себе под нос, не осознавая, что говорит это вслух.

– Что? – холодный голос мужчины всколыхнул её мысли.

Диана подняла взгляд, полный отчаяния и безысходности. Всё это не должно было происходить, но теперь она была тут, в этой ситуации.

– Раз вы брат убитого мужчины, значит, вы – мистер Хардинг, – произнесла она, пытаясь вернуть хоть какую-то осмысленность в этот кошмар. Она чувствовала, как её слова тяжело оседают в воздухе, обрушиваясь на них обоих.

– А голова-то варит! – с нотками удовлетворения произнес он, чуть усмехнувшись. – Да, я Ричард Хардинг, младший брат убитого Филипа Хардинга. Раз ты знаешь кто я, значит должна понимать, что со мной лучше не играть.

Диана почувствовала, как она сжимается внутри. Всё становилось еще более невыносимым.

– Говори, где твой брат! – неожиданно вскричал он, заставив её вздрогнуть от громкости. Его голос эхом прокатился по пустому помещению.

Диана выдохнула, отчаянно пытаясь сохранить холоднокровие.

– Говорю же, не знаю! – с натянутым голосом сказала она, чувствуя, как дрожат её губы. – В ночь аварии он собрал вещи и уехал, куда не сказал!

– Тогда позвони ему, – приказал он, его лицо теперь стало каменным.

Диана выдохнула, её плечи опустились, а глаза сверкнули непокорной искоркой.

– У меня нет телефона, – она не сводила глаз с его лица, её голос стал твёрдым. – А номер наизусть я не помню.

Ричард Хардинг наклонил голову, и его губы скривились в зловещей ухмылке. Он кивнул одному из мужчин в костюме. Диана не успела сообразить, что произошло, как почувствовала сильный удар в ребра, который заставил её закричать от боли. Тело её согнулось, и она закашлялась, ощущая, как воздух покидает грудь, оставляя её слабой и беспомощной.

– Спрашиваю еще раз, где твой брат? – его голос был холодным и беспощадным. – Подумай хорошо, перед тем как сказать мне, что ты якобы не знаешь.

Диана тихо вздохнула, её глаза встретились с глазами Ричарда. Она чувствовала, как сердце сжалось, но её взгляд оставался твёрдым, хотя внутри всё кричало о помощи.

– Но я правда не знаю, – произнесла она, снова поднимая голову, чувствуя, как её тело напрягается от боли и страха.

Ричард молчал несколько секунд, глаза не отрывались от неё, будто пытаясь понять, насколько искренне она говорит. Но, похоже, он уже принял решение.

– Значит, посидишь тут и подумаешь над своим ответом, – его голос стал ещё более низким. – Я вернусь через два дня, и поверь, если ты и тогда ничего мне не скажешь, я буду действовать по-другому. Дохлая ты, жалко оставлять тебя без еды и воды, но ты сама напросилась.

Диана, не сдержавшись, поджала губы и сжала зубы.

– Если вы так хорошо изучили моё досье, то должны бы знать, что голодать я привыкла, – с сарказмом пробормотала она, кидая взгляд, полный отчаянного вызова.

Ричард лишь усмехнулся, а его ответ был коротким и резким:

– Через два дня я вернусь. И хочу получить ответ на свой вопрос, – его голос прозвучал как приговор.

Он повернулся, отдавая последние приказы:

– Маркус, привяжи её покрепче к столбу, чтобы не сбежала!

Ричард и его люди направились к выходу, оставив её в этом холодном и тёмном здании. Маркус, огромный и молчаливый, шагнул к Диане. Он перетащил её и с жёсткой решимостью привязал её тело и шею верёвкой к толстому бетонному столбу, не заботясь о том, как она сжалась от боли. Когда он закончил, он поставил перед ней бутылку воды и, приложив палец к губам, показал жест, чтобы она молчала. Диана кивнула, оценивая его жест, и, несмотря на свою неприязнь, поблагодарила взглядом, который, казалось, мог бы рассказать ему больше, чем слова.

Оставив её одну в этом заброшенном, сыро-проклятом помещении, Маркус ушёл. Диана осталась сидеть, уставившись в пустоту, мысленно матеря своего брата, который и привёл её в эту чертову ситуацию. С каждой минутой она всё больше ощущала, как её тело теряет силы. Её руки не могли нормально двигаться, но, несмотря на это, она еле приподняла бутылку с водой и сделала пару глотков. Жажда не уходила, но хотя бы немного утолилась. Вода не помогла, её мысли продолжали тянуть её в пропасть. Жутко хотелось курить. Она чувствовала, как её нервы натягиваются, как верёвки, которые сдерживают её. Ей просто нужно было хоть на минуту почувствовать себя живой, почувствовать хоть какой-то контроль. Тихо, почти шёпотом, она выдохнула:

– Чёрт, Томас…

Она прикрыла глаза и представила, как будет выглядеть, если будет сидеть тут ещё долго. Диана сидела, наблюдая, как время растягивалось, словно густая паутина, липкая и вязкая, которая медленно, но неумолимо сжимала её со всех сторон. Каждая минута превращалась в мучительную вечность, а каждое её дыхание становилось всё тяжелее, словно воздух в комнате разряжался с каждым вдохом. Холод пробирался до костей, будто весь мир замёрз вместе с ней. Влага, осевшая на стенах, капала с потолка, разбиваясь о бетонный пол глухими ударами, которые эхом отдавались в её голове. Заброшенные стены здания, казалось, ждали, чтобы окончательно рухнуть, но пока лишь молчаливо угрожали, нависая над ней, как призраки её собственных обрушившихся воспоминаний. Иногда она пыталась закричать, но её голос растворялся в тишине. Казалось, темнота сама проглатывала её крики, оставляя только дрожащий шёпот в её собственных ушах. Она не знала, сколько прошло времени. Минуты и часы потеряли свою форму, а дни растянулись, словно месяцы. Допив последнюю воду из бутылки, Диана с силой отбросила её куда-то в темноту. Звук отскока эхом разнёсся по комнате, но быстро угас, словно ничего и не было. Она не хотела думать о добродушии Маркуса, не хотела признавать, что его помощь лишь оттягивала неизбежное.

Иногда ей казалось, что где-то рядом может быть её брат Томас. В её голове рождались образы, как он идёт, громко смеётся, не подозревая, что она находится здесь – в этом проклятом месте, в этом состоянии. Но даже воспоминания о нём были ядовитыми. Его тень всегда преследовала её – не как опора, а как постоянный напоминатель о том, что она ненавидела в их общей жизни.

Каждый новый день становился всё тяжелее. Часы давили на неё, словно камни, а одиночество медленно разъедало остатки разума. Разговоры с самой собой стали её спасением и проклятием одновременно. Она проговаривала каждое слово, будто это могло изменить её судьбу. И вот, как из мрака её мыслей, появился Ричард. Он вернулся, как и обещал. Он вошел, его шаги звучали в тишине, как удары молота по железу. Мужская фигура в дверном проеме была огромной и угрожающей. Ричард подошел к ней, остановился прямо перед её лицом, заставляя Диану встретиться с его взглядом.

– Ну что, ты подумала? – его голос был жестким, но в нём чувствовалась некая усталость.

Диана слабо улыбнулась, хотя её губы дрожали от усталости и боли. Она ещё не была готова сдаваться.

– Подумала, да, – произнесла она, слабо шевеля губами, – но ответа всё равно нет.

Ричард нахмурился, и его рука сжалась в кулак.

– Ты меня расстраиваешь, Диана, – сказал он, голос стал более низким и угрожающим. – Ты не понимаешь, во что ты ввязываешься.

Диана подняла голову, несмотря на слабость, взгляд её был твёрдым.

– Я не понимаю? – прошептала она. – Это вы не понимаете, что я не знаю, где он.

Ричард долго молчал, его взгляд будто скользил по её лицу, изучая каждую черту. Но, наконец, он снова посмотрел на неё с той же хладнокровной решимостью, которая была в его глазах с самого начала.

– У тебя есть последние 24 часа, – сказал он тихо, но с такой угрозой в голосе, что Диана поняла, что это уже не просто угроза. Это было предупреждение.

Он снова ушёл, оставив её одну в этой темной и холодной камере. Диана осталась в темноте, её сердце сжалось от страха и боли, но она всё ещё держалась, как могла.

***

На следующий день Ричард снова вернулся. Его шаги были уверенными, каждое движение выдавало решимость. Он не хотел терять время. Он подошел к Диане, не обращая внимания на её молчание.

– Ты всё еще не хочешь говорить? – его голос был холодным, как лёд, и Диана почувствовала, как он изучает её, как жертву.

– Я же сказала, что не знаю, где он.

Ричард молча достал нож из заднего кармана джинсов и подал знак своим людям. Один из мужчин подошел к Диане. Он развязал её от столба, снял верёвки с рук и ног, и, не проявляя ни малейшей нежности, принялся срывать с неё куртку. Диана не сопротивлялась. Это было неприятно, но она привыкла к боли и страданиям. Мужчина разорвал на ней кофту, оставив её только в лифчике и джинсах. Ричард, увидев её тело, остановился и присвистнул.

– Нихрена себе, сколько татуировок, даже не сразу заметно, что ты без одежды, – его голос звучал с долей удивления, почти любопытства. Но это был лишь краткий момент отвлечения.

Мужчина грубо поволок Диану к трубе и, силой перегнув её через неё, зафиксировал на месте. Ричард подошел к ней сзади, его нож коснулся её голой кожи спины. Лезвие было холодным, как вдруг она почувствовала, что Ричард остановился и замер. Диана затаила дыхание, ожидая укола боли, но вместо холодного лезвия её кожу коснулось что-то другое – горячее, грубое, живое. Это была рука. Её тепло резко контрастировало с леденящим ужасом, который сковывал её изнутри. Она вздрогнула, как будто от прикосновения её обожгло, но не посмела двинуться. Тяжесть этого прикосновения была угрожающей, словно в любой момент она могла снова почувствовать холод стали. Он резко схватил Диану за руку, повернул к себе и посмотрел в глаза. Диана молчала. Её тело оставалось напряжённым, будто каждое мышечное волокно держало её в состоянии боевой готовности. Но лицо оставалось безэмоциональным, словно она надела маску равнодушия, не позволяя страху или отчаянию проявиться наружу. Он отпустил её запястье и, отступив на шаг, тихо произнёс несколько слов своим людям. Один из них кивнул и, не говоря ни слова, подошёл к ней, бросив перед ней её куртку. Диана молча взяла её. Кофта, которая прежде скрывала её тело, теперь превратилась в рваные лоскуты, так что она накинула куртку прямо поверх лифчика. Материал всё ещё хранил её тепло, но казался бесполезным в этом мраке. Не прошло и минуты, как другой мужчина, с угрюмым выражением лица, накинул ей мешок на голову. Ткань была грубой, неприятно пахла пылью и потом, полностью лишая её зрения. Следующее, что она почувствовала, – это как её снова подняли, словно она была лёгким грузом. Перекинув её через плечо, он уверенно шагал вперёд, словно этот ритуал для него был привычным.

Когда её тело коснулось жёсткого сиденья автомобиля, а вокруг воцарилась знакомая темнота, Диана на мгновение ощутила, как её внутренний мир изменился. Всё вокруг казалось чужим, безликим, словно она больше не принадлежала самой себе. Шум колёс, монотонный и ритмичный, сопровождал её мысли. В этот момент ей показалось, что этот путь – её последнее путешествие. Машина вскоре замедлилась и остановилась. Не успела Диана осознать происходящее, как грубые руки сорвали мешок с её головы. Едва она вдохнула свежий воздух, её вытолкнули наружу, и звук захлопнувшейся двери прозвучал, как точка в этом этапе её мучений. Машина быстро унеслась прочь, оставив её одну.

Она замерла на несколько секунд, чувствуя, как ветер, пропитанный холодом ночи, обдувает её лицо. Оглянувшись, Диана увидела вокруг лишь пустоту ночного Детройта. Вдалеке тускло мерцали огни, как слабое напоминание о том, что где-то жизнь всё ещё продолжается. Высокие здания тонули в темноте, а улицы выглядели безмолвными, будто город спал и не замечал её присутствия. Она провела рукой по лицу, пытаясь стереть липкое ощущение страха, всё ещё пульсирующего внутри. Но её сердце билось. Её тело, несмотря на всё, что ей пришлось вынести, всё ещё было живым. Это осознание ворвалось в неё с такой силой, что заставило на миг выпрямиться. Она была здесь. Она жила. И это было важно.

ГЛАВА 7

Стоя посреди ночного города, Диана не имела ни малейшего понятия, куда двигаться. Она оглянулась – улицы пустые, всё будто замёрзло. Зажала руку в кармане куртки, стараясь хоть как-то согреться. Вдруг желудок предательски заурчал, и она вспомнила, что не ела уже несколько дней. Голова гудела, во рту пересохло от жажды, а живот поднимал настоящий концерт. Сигарет тоже не было, а это было уже бедой. Никаких сил, чтобы идти, не оставалось. Ноги как свинец, каждый шаг давался с трудом, а мышцы ныли так, что хотелось просто рухнуть на землю и больше не вставать.

– Блядь, вот же хрень, – выругалась она, прижавшись к углу какого-то здания. Всё болело, каждое движение ощущалось как пытка. Но останавливаться было нельзя. Да, она совсем загнулась, но жить-то ещё хотелось.

Она двинулась вперёд, на автопилоте, направляясь в сторону клуба. Том мог помочь… в очередной раз. Может, пустит за бар, даст что-нибудь сожрать, подкинет сигарет.

Дойдя до клуба, Диана на секунду замешкалась перед входом, потом толкнула тяжёлую дверь. Внутри гремела музыка, воздух был забит запахом алкоголя, табака и пота. Она прошлась вдоль барной стойки, бросая взгляд на бармена. Не Том. Какой-то лысый тип, которого она толком не знала. Диана зло выругалась себе под нос.

– Чёрт… – прохрипела она, потерев лицо.

Развернувшись, она поплелась к выходу. Снова на улицу, снова в никуда. Ноги сами понесли её в сторону боксёрского зала Родриго. Там хотя бы тепло. Может, получится хоть немного передохнуть. Но когда она дошла до зала и засунула руку в карман, внутри всё похолодело. Ключей не было. Видимо, вытащили, пока она была в плену.

– Да чтоб вас… хорошо хоть ключи от мотоцикл додумалась оставить в зале… – Диана устало выдохнула и с силой пнула дверь. Бесполезно.

Руки дрожали. Голова кружилась от голода и усталости. Дышать становилось тяжело. Она отошла от двери, села на бордюр, упёрла локти в колени и просто опустила голову. Сон подкрался незаметно.

***

– Ты что, сдурела?!

Резкий голос прорезал тишину, вырывая её из мрака. Диана вздрогнула, когда кто-то грубо толкнул её в плечо, заставив инстинктивно поднять голову. Она сразу узнала этого человека. Перед ней стоял Родриго – угрюмый, как грозовая туча, с руками, скрещёнными на груди, и взглядом, полным ярости. Он смотрел на неё, как будто она была чем-то грязным, что случайно попало ему под ноги. Молча, но с таким презрением, что даже воздух вокруг становился тяжёлым.

– Где ты, нахрен, пропадала? И почему спишь под дверью зала, как последняя бомжиха?!

Диана с трудом сфокусировала взгляд. Горло пересохло, губы потрескались. Она провела языком по ним и осипшим голосом выдавила:

– Потеряла ключи…

– Потеряла? – Родриго прищурился, прожигая её взглядом. – Ты серьёзно, Ди?

Он шагнул ближе, тяжело выдохнул, сдерживая злость.

– Чёрт, да ты себя видела? Вся чумазая, от тебя воняет… – он покачал головой. – Опять вляпалась во что-то?

Диана опустила голову. У неё не было сил объяснять.

Родриго зло цокнул языком.

– Всё. Вали отсюда. Ты меня достала. Я тебе не нянька.

– Подожди… – Диана посмотрела на него снизу вверх, голос дрогнул. – Дай мне просто душ принять… пожалуйста.

Родриго молчал. Напряжённый, взбешённый. Но, кажется, что-то в её голосе заставило его смягчиться. Он раздражённо провёл рукой по затылку, тяжело выдохнул.

– Чёрт с тобой. Пять минут. Быстро.

Тёплая вода струилась по её телу, смывая не только усталость, но и всю грязь, что въелась в кожу за эти дни. Холод, что сковывал её, растворялся, а боль от побоев ощущалась как нечто далёкое, почти чуждое. Диана закрыла глаза, позволяя себе хоть немного забыться, хотя бы на миг. Погрузиться в ощущение тепла и покоя, которые были ей так необходимы. Когда она вышла из душа, воздух в комнате показался ей более насыщенным, как будто всё, что она пережила, немного отступило. На столе перед Родриго лежал бургер и бутылка воды. Он сидел рядом, погружённый в экран телефона, не обращая на неё внимания. Она не стала прерывать его. Тишина между ними была почти ощутимой, как невидимая стена.

– Это мне? – спросила она хрипло.

– Нет, блядь, Санта-Клаусу. Конечно тебе. Ешь и вали.

Диана взяла бургер, разворачивая его дрожащими пальцами, словно каждый жест требовал усилий. Когда она наконец откусила, не сдержалась и застонала от наслаждения. Этот первый укус наполнил её тело какой-то невероятной силой. Она жадно пережевывала, не обращая внимания на то, как со стороны это может выглядеть. Родриго сидел неподалёку, наблюдая за ней с каменным выражением лица. Он молча хмыкнул, как будто её голод был чем-то забавным. В его взгляде не было сострадания – скорее, любопытство.

– Ты выглядишь, как выброшенное дерьмо, – заметил он. – Слушай, я серьёзно. Забирай свои шмотки и больше не приходи сюда.

Диана подняла на него взгляд, прожигая глазами. Он был серьёзен. В его голосе не было ни капли шутки.

– Я уже сделал для тебя слишком дохера, – резко отрезал он. – А ты только вляпываешься в дерьмо глубже. Я устал от тебя, Ди.

Диана сглотнула, но не сказала ни слова. Просто продолжила есть, понимая, что в этот раз спорить бесполезно. После еды она заберёт свои вещи. И пойдёт. Куда? Неважно. Главное – двигаться.

Диана сидела на скамейке в парке, укрывшись от пронизывающего холода, но ничто не могло прогнать ощущение, что всё это – лишь отголоски пустоты. Ветер казался ледяным кинжалом, впивающимся в кожу, и даже воздух был тяжёлым, как гробовая тишина. Она поджала колени к груди, пытаясь найти хоть какое-то утешение в этом жестоком мире. Последняя сигарета тлела между пальцев, дым едва поднимался, будто сама жизнь иссякала с каждым её выдохом. Всё вокруг казалось чужим, но она не могла уйти, не могла двигаться. Оставалось только ждать, как будто сама жизнь сжалась до этой самой минуты.

После обеда Диана вошла в кафе, но едва она переступила порог, как менеджер встретил её хмурым взглядом, его глаза скользнули по ней с нескрываемым раздражением.

– Зачем припёрлась? Ты уволена, – проговорил он, даже не вставая с места.

– Чего? – в голосе Дианы зазвучало возмущение, она сделала шаг вперёд, не понимая, что происходит.

– Ты не выходила на работу несколько дней. Мы уже нашли тебе замену.

– Да какого хрена?! – рявкнула она, не в силах сдержать ярость. Резким движением она пнула стул, и тот с грохотом отлетел в сторону, привлекая всеобщее внимание.

– Не надо устраивать сцены, – его тон был ледяным. – И выплачивать отработанное тоже не буду. Свали.

Диана выдохнула через зубы, её тело сжалось от злости, но она сдержала себя, развернувшись и вышла из кафе. Оказавшись на улице, она остановилась, стиснув кулаки до белых костяшек. Вскинув лицо к небу, она не сдержалась – её крик прорвался, резкий и полный отчаяния. Мир вокруг казался вдруг ещё более чужим, и в голове царила одна мысль: что теперь? Только одно оставалось очевидным – ей придётся вернуться на склад к Люку и принять все его условия.

***

Диана из последних сил дошла до склада. Дорога была длинной, и каждая мышца в теле кричала от боли, будто её тело пыталось сказать, что не выдержит больше. Возвращение сюда было последним, чего она хотела, но выхода не было. Как только она вошла внутрь, её моментально охватил знакомый запах – перегар, дешёвые сигареты и какой-то химический, едкий привкус в воздухе, который заставлял её чувствовать себя чуждой всему этому. В тусклом свете она заметила Люка, развалившегося на старом диване, который когда-то был её укрытием. Он был голым, с полузакрытыми глазами, и на нём скакала девушка – будто она была всего лишь частью его безжизненной картины. Её движения были механическими, лишёнными смысла, и она едва понимала, что происходит. Диана скривилась , но шагнула вперёд, как будто её ноги двигались сами по себе, притягиваемые этой гнилой атмосферой.

– Люк, надо поговорить, – её голос звучал резко, с подчёркнутым вызовом, словно она готова была сразиться с ним за каждое слово.

Люк медленно повернул голову, и его взгляд был таким же пустым и угрюмым, как всегда. На лице появилась ленивое, почти издевательское усмешка.

– Соскучилась по мне, Ди? – он хлопнул девушку по бедру. – Проваливай.

Девушка пробормотала что-то невнятное, но, заметив холодный взгляд Люка, не стала спорить. Она с трудом поднялась, натянула на себя какие-то тряпки и шатаясь вышла. Дверь закрылась, оставляя их наедине. Люк даже не потрудился одеться. Развалился на диване, закинул руку за голову и ухмыльнулся.

– Ну? Слушаю.

Диана замешкалась. Слова застряли в горле. Она ненавидела себя за то, что вообще произносит это вслух.

– Я… Я согласна, – выдохнула она.

Люк вскинул бровь.

– На что конкретно?

Диана крепче сжала кулаки.

– Покупать тебе еду. Оплачивать аренду, как раньше. Только позволь мне остаться здесь.

Он усмехнулся, наклонив голову.

– А на какие шиши ты будешь покупать еду, а?

Диана ожидала этого вопроса. Пока шла сюда, уже продумала ответ.

– Продам мотоцикл.

Люк присвистнул.

– Нихера себе. Значит, всё у тебя настолько плохо?

Диана промолчала. Только смотрела на него исподлобья, сжав губы. Люк сделал вид, что раздумывает, потом лениво кивнул.

– Ну, хрен с тобой. Живи. Но оплата начинается прямо сейчас. – Он ухмыльнулся шире. – Ты ж мне сцену ревности устроила, бабу выгнала. Теперь сама и доделывай то, что она не успела.

Диана стиснула зубы. В голове билась только одна мысль: «Терпеть». У неё нет другого выхода.

***

Диана села на диван спустя какое-то время, натянула на себя одежду и обхватила плечи руками. Казалось, что склад стал ещё холоднее, чем был раньше. Люк, довольный собой, закурил, лениво наблюдая за ней.

– Завтра с утра толкнёшь мотик, у меня уже есть покупатель,– сказал он, выдыхая дым. – И мне пару баксов сразу отстегнёшь.

Диана не ответила, лишь кивнула.

– Продать мотоцикл… Что дальше? Чем я ещё могу платить за своё существование? – начала шептать Диана.

– Эй, ты точно нормальная? Наркоман вроде я, а разговариваешь сама с собой у нас ты…

Она сжала кулаки, ощущая злость, смешанную с беспомощностью. Когда-то она давала себе слово не скатываться так низко, а теперь… Теперь она сидит на холодном складе, без гроша в кармане, без надежды на будущее.

ГЛАВА 8

Утром она снова дошла до боксёрского зала, где был припаркован мотоцикл, и привела его в порядок насколько могла. Чистая тряпка оставила разводы на матовом чёрном корпусе, но Диана всё равно протёрла его ещё раз. Этот байк был её единственным утешением, но сейчас он превратился в ненужную роскошь. Роскошь, которую она не могла себе позволить. Покупатель подошёл в ровно назначенное время. Он был невысоким, коренастым, с бритой головой и оценивающим взглядом. Обошёл байк кругом, заглянул в двигатель, проверил пробег.

– Движок норм, но резина лысая, – заметил он. – Сколько хочешь?

– Две тысячи, – без эмоций ответила Диана.

Мужик хмыкнул.

– Одну. И то, потому что ты мне симпатична.

Она сжала зубы.

– Полторы. Ниже не опущусь.

Пауза. Покупатель взвесил взглядом её и мотоцикл, потом кивнул.

– Лады. Деньги на руки или на карту?

– На руки.

Он достал пачку купюр, пересчитал их на глазах у Дианы и протянул. Она взяла деньги, почувствовав в руках что-то настоящее, осязаемое. Хоть какая-то гарантия того, что она сможет продержаться ещё немного.

– Ключи, – напомнил покупатель.

Диана бросила их ему. Он сел на байк, завёл двигатель. Тот заурчал, словно протестуя против нового хозяина. Мужик не обратил внимания, развернулся и укатил прочь, оставляя после себя след дыма. Диана осталась стоять на пустой улице, зажав деньги в ладони. Байка больше нет. Теперь у неё нет ничего, кроме этой пачки купюр и жизни, которой она не могла управлять. Она глубоко вдохнула и пошла обратно на склад.

По пути она зашла в продуктовый магазин, почти автоматически набирая продукты. Три пачки сигарет, немного еды – этого хватит, чтобы кое-как продержаться какое-то время. Расплатившись, она взяла пакет с продуктами, как груз, который ей не по силам нести, и пошла дальше.

Когда дошла до склада, остановилась у двери. Поставила пакет на землю, достала сигарету и закурила, не обращая внимания на холод, который всё сильнее пронизывал её. Дым стёр все ощущения, обжигая горло, но вместо того чтобы снять напряжение, он добавил пустоты. Курить было уже не способом расслабиться, а просто потому что не было больше ничего другого. Она сделала очередной затяжку, и эта боль, знакомая и безысходная, словно впитывалась в её тело. Внутри было всё пусто, и даже утренний туман не мог скрыть её одиночество. Внезапно сзади кто-то грубо заломил ей руки. Диана дернулась, пытаясь вырваться, но чужие пальцы уже шарили по её карманам.

– Какого хрена?! – рванулась она, готовая бить локтем в живот, но в последний момент обернулась и узнала этого ублюдка. – Люк?!

Он стоял, ухмыляясь, а в руках держал её деньги.

– Чё ты там бормочешь? – лениво протянул он.

Диана сжала зубы.

– Отдай. Это деньги за мой мотоцикл.

Люк хмыкнул, лениво достал из пачки десятку и бросил её ей под ноги.

– На, купишь себе ещё сигареток. Остальное я забираю.

– Ты охренел?! – Диана шагнула вперёд, злобно сверкая глазами. – Я на них еду покупать собиралась! Еду для тебя, мудак обкуренный!

Люк ухмыльнулся, засовывая купюры в карман.

– Ну, значит, придётся искать новый способ заработать.

Он прищурился и склонил голову на бок, разглядывая её с насмешкой.

– Только учти, проституция не твой вариант. Ты, мягко говоря, хреновая в постели.

Диана почувствовала, как темнеет в глазах от ярости. Кулаки сжались, и ей хотелось прыгнуть на него, нанести удар и вырубить – просто потому, что в этот момент её тело требовало мести. Но взгляд метнулся в сторону от склада, и она заметила, что Люк был не один. Там стояли его друзья – такие же наркоманы, что всегда таскались в одной компании, готовые избить кого угодно, как только выпадет шанс. Диана знала, что не сможет одолеть их всех. Но она умела драться. Этот факт прочно засел в её сознании, и вдруг она ощутила, как что-то внутри неё зашевелилось – некая холодная уверенность, шанс на выживание. Её навыки не были идеальными, но для того, чтобы пережить в этом аду, их было достаточно. Жизнь на улице научила её выживать, Родриго научил драться, и сейчас она вдруг поняла, что это может быть её единственным шансом вырваться из этой бездны. Диана смотрела в спину уходящего Люка и впервые за долгое время знала, что будет делать дальше.

***

Диана шагала по узкому коридору, её шаги эхом отдавались в тишине, но в голове был хаос – мысли мешались, перекрывая друг друга. Она не собиралась останавливаться. С работы её выгнали, деньги за мотоцикл забрал Люк, и теперь оставался только один путь: найти деньги любой ценой. Пусть этот путь будет быстрым, грязным и опасным – других вариантов уже не было.

Она стояла у дверей арены, слушая рев толпы, ощущая, как его вибрации пронизывают воздух. Зачем она сюда пришла? Вопрос мелькнул в голове, но ответа не было. Не было времени на сомнения – ей нужно было найти способ выжить. Как только дверь распахнулась, она оказалась в самом центре этого кошмара. В воздухе висел запах пота, алкоголя и чего-то ещё – неприятного, запредельно чуждого. В углу стоял парень, здоровенный, почти в два раза выше её, его тело было как выточенное из камня, мышцы напрягались даже без всякого усилия. Он даже не взглянул на неё, просто стоял, ожидая сигнала, готовый к бою. Диана сглотнула, оглядываясь на толпу. Внутри всё сжалось, но она не могла повернуться назад. Если она уже здесь, значит, не осталось выбора. Она сделала шаг вперёд. Раз пришла, значит, надо рвать когти.

– Смотрите, какая мелкая! – посмеивался один из зрителей. – Смотри, не сдохни тут сразу.

Тонкие пальцы Дианы сжались в кулаки, и она приняла свою позицию. Слишком уж многие видели в ней слабую девчонку. Но она не собиралась быть пушечным мясом.

Звук гонга. Первый раунд.

Ее стратегия была простой – избегать прямых ударов, двигаться. Но с каждым его выпадом она все сильнее ощущала свою беспомощность. Здоровяк прыгал на нее, как медведь на зайца, размахивал руками и топал ногами. Она увернулась, но не достаточно быстро. Тело качнуло от сильного удара в грудь. Внутри все закололо, дыхание замерло. Толпа зашумела, но Диана не собиралась падать. Стиснув зубы, она вцепилась в его шею, пытаясь дотянуть до удачного положения, но это было все равно, что бороться с горой. На несколько мгновений ей удалось его сдержать, но сил не хватало. В следующий момент ее отбросило на пол, и она почувствовала, как хрустнула шея. Слишком поздно, слишком тяжелый для нее соперник. Вспышка боли – и все. Судья поднял руку ее соперника, и она поняла, что проиграла. Толпа воскликнула, а она лишь сжала кулаки и попыталась встать.

– Подумаешь, – прошептала сама себе, вытирая кровь с губ. – Не сегодня, так в следующий раз.

Диана, несмотря на всю боль, медленно поднялась на ноги. Молча, сжимая челюсти, она вытерла кровь с губ и осмотрела свои руки. Дрожал только один палец, но она сдерживала себя. Шум толпы всё ещё стоял в ушах, но её взгляд был направлен только вперёд, на лицо её соперника. Он стоял, с широко растянутыми руками, будто ожидая почёта за свою победу. Но Диану это не волновало. В её голове не было места для сожалений. Сейчас было не время думать о поражении. Нужно было выжить.

– Не сегодня, так в следующий раз, – сказала она себе ещё раз, прокачивая внутреннюю уверенность, которая с каждым словом становилась крепче. Она пришла сюда не для того, чтобы сдаться. Её сердце било быстрее, но не от страха – от желания. Желания выжить. Желания не быть слабой. Желания сломать этот мир, если надо. Толпа затихла, и, как бы это ни было смешно, судья протянул ей руку. Он ожидал, что она возьмёт её, сдастся – как все остальные. Но Диана не собиралась играть по правилам.

– Не будет второго раунда, – сказала она, глядя на его протянутую руку. – Но я не сдаюсь.

Судья сжав губы, посмотрел на неё с оттенком насмешки и пожал плечами. Диана обернулась, глядя на толпу, которая, казалось, просто искала очередного спектакля. Но она уже не была той девчонкой, которую они ждали увидеть. Она не была ни жертвой, ни слабой. Она была тем, кто выживает. Тем, кто не отдаст себя в руки этого грязного мира. Она сделала шаг к выходу, чувствуя каждый удар в своём теле, но не позволяя боли остановить себя. Диана знала, что ей предстоит ещё много таких ночей, ещё много боёв – с собой, с этим миром, с теми, кто будет пытаться её сломать. Её взгляд был холодным и решительным, как никогда. Если она должна была пройти через это, она пройдёт. И никто не остановит её.

Диана вернулась на склад после боя, её тело ломило от боли, с каждым шагом чувствовалась усталость, но она всё равно не могла себе позволить сдаться. Всё было по-прежнему, тусклый свет, пыль и запах старых вещей. Люк с друзьями сидели за столом, их разговоры мгновенно стихли, когда она вошла.

– Ну вот, снова ты, – сказал Люк, поднимаясь. Его глаза блеснули, и в его голосе было что-то, что заставило Диану насторожиться. Другие парни тоже молча смотрели на неё, и Диана почувствовала, как напряжение в воздухе стало ощутимым.

Она всё же подошла к своему дивану, стараясь не смотреть на них, но ощущение опасности не отпускало. Диана сжала кулаки, не поддаваясь панике. Она знала, что Люк не оставит её в покое. И его друзья – это не просто наблюдатели. Они были частью его игры, частью того, что сделает её жизнь ещё более невыносимой, если она не будет осторожной. Люк резко приблизился, и его взгляд стал ещё более опасным. Он наклонился к ней, словно заготовив какую-то ловушку.

– Как насчет поразвлекаться? – голос стал угрожающим, и она почувствовала, как его дыхание касается её лица. Он был близко, слишком близко.

В этот момент один из его друзей подошёл сзади и схватил её за руку. Диана не успела среагировать, когда он резко дернул её, подводя к столу. Она почувствовала, как её рука затекла от крепкого захвата, а её взгляд встретился с взглядом Люка. Он ухмыльнулся.

– Да ладно, не ломайся. Все знают, что ты шлюшка, – его слова звучали как приговор. Остальные парни уже окружали её, блокируя все пути к выходу.

Диана почувствовала, как её дыхание сбивается, но она не могла позволить себе слабость. Её руки сжались в кулаки, но она знала, что сейчас ей нужно не драться, а искать выход. Она посмотрела в сторону, заметив в углу небольшой ломик, который можно было бы использовать как оружие.

Но прежде чем она успела сделать шаг, Люк поднял руку и с жестоким выражением лица сказал:

– Не думай, что тебе удастся уйти от нас. Ты будешь играть по нашим правилам, понимаешь?

Она застыла. В его голосе не было ни малейшего намёка на шутку. Ситуация действительно стала опасной. Диана постаралась взять себя в руки, несмотря на то, что напряжение в воздухе с каждым мгновением становилось всё более ощутимым. Люк стоял перед ней, его друзья стояли вокруг, ожидая её реакции. Она сглотнула и быстро сообразила, что, возможно, это её единственный шанс вырваться.

– Слушай, Люк, – её голос был твёрдым, но внутри было напряжение. – Тебе же нужны деньги на травку? Давай договоримся. Завтра я выиграю бой, и весь выигрыш отдам тебе. Не трогайте меня сейчас, и всё будет.

– Хм, – заинтересованно посмотрел на нее Люк. – Ладно, посмотрим, как ты это сделаешь. Но если завтра не принесёшь – я твою задницу порву, поняла?

Диана кивнула, её сердце билось быстро, но она пыталась выглядеть спокойной. Её план был ясен – найти деньги, но она не могла позволить себе ошибиться. Теперь она играла на время.

Люк хмыкнул, похлопал одного из своих приятелей по плечу и, наконец, сделал шаг назад.

– Ладно, мелкая. Завтра увидим, насколько ты серьёзна.

ГЛАВА 9

Диана снова стояла у двери арены, сжав кулаки. Прошлый бой не был для нее победным, но этот день обещал быть лучше. Сегодня ей повезло, среди участников – мелкие парни. Она сделала шаг вперёд, её ботинки тяжело стукнули по грязному полу, и она почувствовала, как взглядов становится больше. Толпа шумела, нетерпеливо ожидая, кто выйдет на бой. Откуда-то из темного угла арены доносились приглушённые звуки шагов. Почти все вокруг были одержимы этим безумным зрелищем, этим насилием. Её руки были крепко сжаты, дыхание глубокое и ровное. Она знала: если сегодня она не победит – она проиграет всё. Люк, деньги, и шансы вырваться из этого дерьма. Этот бой был её единственным выходом.

Противник был как-то неубедителен, даже не пытался скрывать свой страх. Он дергал руками, нервно отводил взгляд. Но Диана не собиралась недооценивать его. Но теперь не было времени на сомнения. Включился гонг, и она сделала первый шаг, уверенная в том, что сегодняшний бой не станет её последним.

Диана была молнией. Она чувствовала, как адреналин пульсирует в венах, и в тот момент, когда прозвучал сигнал гонга, всё вокруг замедлилось. Парень перед ней был нервным, его руки еле успели подняться, чтобы хоть как-то прикрыть лицо. Он не был готов. Она знала, что у неё нет права на ошибку. Резким рывком она сделала шаг вперёд и нанесла удар в живот. Его тело съёжилось от боли, глаза вылезли из орбит, и он с трудом пытался удержать равновесие. Но она не дала ему передышки. Несколько быстрых боковых ударов – он скривился от каждого, как будто терял контроль над собой. Его плечи сжались, а дыхание стало коротким и поверхностным. Он пытался отворачиваться, но Диана была слишком быстра. Она видела это: он сдавался. Он сгибался вперёд, чтобы восстановить силы, но её следующая атака была молниеносной. Её кулак врезался в его бок, и его тело, как кукла, поднялось в воздух, подскочив от силы удара. Толпа в ярости вскрикнула, как будто сами они почувствовали этот удар. Его ноги не удержались, и он рухнул на землю с таким глухим звуком, что на секунду весь зал замолчал. Диана стояла, тяжело дыша, но ощущала, как внутри неё всё пульсирует. Это был её момент, её победа. Она не могла остановиться, пока не сделала это. Каждая клетка её тела кричала от усталости, но это было не важно. Она уперлась руками в колени, пытаясь отдышаться, но в её глазах было огонь. Толпа ревела, как в урагане, и её имя, хоть и не произнесённое, звучало в их восторженных криках.

Диана, получив свои сорок баксов, подошла к мужчине за столом возле ринга, на лице её застыла злобная гримаса.

– Эй, это что за шутки? Где остальные бабки? – с огненным взглядом спросила она.

Мужчина повернулся к ней с нахальной усмешкой.

– Вали отсюда, или заберу и эти. Ты что, думаешь, кто-то тут тебе больше заплатит?

Она дернула плечом и, не сдержавшись, показала ему средний палец, развернувшись и выйдя из арены. Внутри всё кипело, кровь пульсировала в висках, и ей стало так отчаянно невыносимо. Этого мало. Да, 40 баксов в кармане, но она чувствовала, что это ничего не решает. Этого даже не хватит на продукты, не говоря уже о том, чтобы заплатить Люку, который, скорее всего, ожидает, что она принесёт ему больше.

– Теперь мою задницу точно порвут, – прошептала она, и её сознание заполонила угроза.

Медленно шагая по улице, она пыталась справиться с тревожными мыслями, но вдруг почувствовала что-то неладное. Шаги замедлились, будто она инстинктивно почувствовала, что её преследуют. Тень, которую она заметила на своём пути, была слишком реальной, а её сердце, как всегда, резко сжалось. Стоило ей сделать пару шагов по улице и свернуть в сторону склада, как кто-то схватил её за плечо.

– Куда торопишься, крошка? – услышала она грубый голос.

Два парня схватили ее за руки и потащили в темный переулок. Она пыталась вырваться, но один из них, здоровый как бык, врезал ей в живот, и все пошло к черту. Удары, крики – ее пихали, толкали в стену.

– Где Томас? – рявкнул один из них, что-то держа в руках.

Диана захрипела, как будто еще не совсем осознавая, что происходит.

– Да чего вам всем сдался этот Томас? – прохрипела Диана. – Почему косячит он, а отдуваться приходится мне? Не знаю я, где он!

Парень снова ударил ее, и Диана почувствовала, как кровь начала хлестать из носа. Он приставил нож к её горлу, а другой мужик тут же начал рыться в ее карманах. Она ощутила холод железа на своей коже и пыталась сопротивляться, но парень был слишком силен. Он вытащил 40 баксов и усмехнулся.

– Слушай внимательно. Сорок баксов забираю сейчас, а завтра отдашь нам остальные три штуки баксов. Раз не знаешь где Томас, значит будешь платить за него сама. Поняла?

Диана выпучила глаза.

–Что?! Какие еще три штуки?

– Твой братец задолжал нам за наркоту, – один из мужиков усмехнулся, обводя ее взглядом.

Диана застыла. Это не могло быть правдой. Наркотики?

– Не пизди! Томас никогда не баловался наркотой! – начала кричать Диана.

Один из мужиков засмеялся, скривив губы.

– Ты что, не в курсе? Он всегда был моим лучшим клиентом, только вот смылся, а долг не оплатил. А ты лучше закрой свой рот, милая, а то в следующий раз я тебя заставлю им поработать.

Он подошел поближе, сжал кулак и ударил ее по животу с такой силой, что она не смогла удержаться на ногах. Диана упала на асфальт, едва не теряя сознание.

– Раз Томас съебался, значит долг отдашь ты. Завтра.

Диана пыталась встать, но мир как будто растворялся перед глазами. Ей показалось, что она услышала выстрелы, но все вокруг резко стало туманным, и в этот момент ее сознание отключилось.

***

Диана очнулась в мягкой, уютной постели, но не могла пошевелиться. Тело болело так сильно, что каждое движение причиняло ей боль. Казалось, будто каждый сантиметр её кожи был покрыт синяками и ссадинами. Еле поднявшись, она огляделась по сторонам и почувствовала нарастающую тревогу. Она лежала в комнате, которая была чересчур роскошной для того, чтобы быть реальной. Белые шелковые шторы, роскошная мебель, картины на стенах… Всё это было таким чуждым её обычной жизни.

– Что за хрень? – пробормотала она, пытаясь понять, что произошло. – Я что всё-таки сдохла и попала в рай?

Она с трудом встала с кровати и подошла к окну. На улице было светло, и её сердце сжалось, когда она поняла, что находится на третьем этаже какого-то огромного особняка. Это было очень далеко от того места, где она привыкла быть. Она подошла к двери и попыталась открыть её, но замок оказался заперт. Диана стиснула зубы и начала стучать в дверь кулаком, но в ответ – тишина. Она пыталась снова и снова, но ничего не происходило. Сдавшись, она опустилась на пол и облокотилась о дверь. Закрыла глаза, и её мысли вернулись к последним событиям. В голове вновь пронеслись образы тех барыг, ударов, унижений и слов, которые они сказали. Томас. Наркотики. Всё это не могло быть правдой. Он, Томас, наркозависимый? Это была нелепость. Она никогда не замечала чтобы он был под кайфом. А если это правда? Что если он действительно задолжал? И где он сейчас? Диана почувствовала, как её голова начинает гудеть от беспокойства.

Вдруг дверь неожиданно распахнулась, и она, потеряв равновесие, с сильным грохотом упала на спину. Боль ударила по всем её мышцам. Подняв глаза, она увидела Ричарда, всё с той же ухмылкой на лице.

– О, как я рад тебя видеть! – с сарказмом произнес он, наблюдая за её мучениями. – Что, так быстро сдалась и уже валяешься у моих ног?

Диана, пытаясь сдержать боль, приподнялась и посмотрела на него с презрением.

– В задницу меня поцелуй, придурок!

Ричард усмехнулся, а затем подошёл ближе и с силой поднял её за плечи, несмотря на её сопротивление. Он затащил её в центр комнаты и швырнул на кресло. Диана сидела молча, чувствуя, как её тело ужасно болит, но старалась не подавать вида. Ричард сел в кресло напротив и внимательно оглядел её с ног до головы, словно изучал что-то интересное.

– Где я? – Диана попыталась нарушить тишину.

– Ты в моем доме, дорогуша, – ответил Ричард с ухмылкой, его голос был всё таким же насмешливым. – Добро пожаловать. Но не вздумай чувствовать себя как дома. Ты все еще моя заложница.

Диана стиснула зубы, стараясь не выдать своего раздражения.

– Зачем я здесь? – её голос был холодным и полным недовольства.

Ричард немного потянулся в кресле, словно собирался долго поговорить.

– После того как мы тебя отпустили, мы продолжали следить за тобой, думали, вдруг Томас выйдет с тобой на связь или хотя бы ты его найдешь.

Диана не стала отвечать, но её глаза сузились от злости.

– А вчера вечером Маркус привез тебя сюда. Говорит, увидел, как тебя избивают, и решил помочь, – Ричард усмехнулся, но его лицо стало чуть более серьёзным. – В общем, он убил тех парней и привез тебя сюда.

Диана чуть не задохнулась от шока, но потом внутри что-то щелкнуло. Она надеялась, что если те мужики мертвы, значит ей не придется отдавать долг. Если, конечно, она вообще останется жива и Ричард сам её не убьёт.

– В общем, Маркус смог убедить меня, что если ты умрешь, тогда мы точно не найдём Томаса. А нам он всё-таки нужен.

– Или же у вас больше шансов поймать его, когда придет проведать мою могилу, потому что Томас не вернется за мной, – Диана усмехнулась, пытаясь скрыть свою злость.

Ричард пристально посмотрел на неё, будто бы пытаясь увидеть, что она на самом деле думает. Но Диана не поддавалась этому хищному взгляду.

– Кстати, – продолжил Ричард, – откуда у тебя столько шрамов? Ты их специально татуировками забила?

Диана удивлённо посмотрела на него, но быстро поняла, что он видел её шрамы, когда приказал раздеть в том заброшенном помещении.

– Завидуешь? – съязвила она.

Он рассмеялся, и вдруг встал с кресла.

– Ванная вон там, – он указал на дверь рядом с кроватью. – Из этой комнаты выходить тебе запрещено. За дверью всегда будет охрана.

Диана взглянула на дверь и поняла, что снова оказалась в ловушке.

– Сколько я здесь буду? – спросила она, пытаясь понять, что ей теперь делать.

– Пока не объявится Томас. Или пока ты не станешь мне ненужной. – Ричард вновь ухмыльнулся. – В любом случае, здесь ты под моим контролем.

И, не дождавшись её ответа, Ричард вышел из комнаты, оставив её одну среди этих роскошных стен, которые теперь стали её тюрьмой.

ГЛАВА 10

Диана смотрела на закрытую дверь и выругалась, при этом еле сдерживая боль, которая пробегала по её телу при каждом движении. Всё болело: плечи, спина, живот, даже руки, как будто её только что пронесли через мясорубку. Как же она устала, как же ей надоела вся эта ситуация. Всё это насилие, избиения, предательство… Томас, Люк, наркотики, этот проклятый Ричард и все остальные ублюдки. В её голове был один большой кошмар. А что теперь? Теперь она тут, в какой-то роскошной клетке, как подопытный кролик.

– Чёрт с ними, пойду в душ, может, хотя бы на какое-то время забуду обо всём этом дерьме, – решила она, несмотря на боль в теле.

Пару шагов – и вот она у двери ванной комнаты. Её палец коснулся ручки, и она с трудом открыла её. Но то, что она увидела, заставило её буквально замереть на месте.

– Хера се.

Ванная была просто неприлично шикарная. Это было как из какого-то фильма для богатых, а не из реальной жизни. Стены из светлого мрамора, пол такой же холодный, будто лед. В центре комнаты – огромная круглая ванна, вся в изысканном дизайне. Её челюсть почти упала, когда она заметила рядом отдельный душ. И всё это – в какой-то комнате, в которой её держат, как в клетке. Диана чуть не рассмеялась от того, насколько абсурдной была её ситуация.

– Тот ещё вонючий рай, да, Ди? – усмехнулась она саркастически. – Не знаю, что хуже: умирать на улице, но быть свободной, или быть тут заложницей.

Диана решила, что ей нужно не просто освежиться под душем, а по-настоящему расслабиться. Раз уж она оказалась здесь, почему бы не воспользоваться ситуацией? Подойдя к ванне, она повернула кран, и вода, журча, начала заполнять её. Её руки дрожали, когда она начала стягивать с себя одежду. Каждое движение отзывалось болью, словно тело протестовало против любого прикосновения. Рваная, вытертая до дыр ткань соскальзывала с неё, как ненужная, грязная оболочка. Одежда упала на пол, образовав бесформенную кучу.

Диана подошла к зеркалу и замерла, взглянув на своё отражение.

– Ну и видок, – горько усмехнулась она.

На неё смотрела девушка с дико спутанными волосами, синяками под глазами и щуплым телом, как у бродяжки. Постоянный недосып, вечный голод и вся эта жесть сделали своё дело. На себя она уже мало походила. Жизнь её сильно потрепала.

– Жаль, телефона нет, – пробормотала Диана, ухмыляясь. – Сделала бы селфи на фоне всего этого рая.

Она смотрела на своё отражение, внимательно изучая шрамы, которые теперь стали её второй кожей. Ну и ладно, зато синяков под тату почти не видно – уже неплохо. Хоть что-то радовало в этом кошмаре.

Вода всё ещё наполняла ванну, но ждать, пока она станет полной, не было сил. Диана опёрлась на край и, сжав зубы от боли, медленно забралась внутрь. Как только тёплая вода коснулась её кожи, всё тело немного расслабилось. Боль, что жгла её, начала отступать, как будто вода вытягивала её изнутри. Тепло обволакивало её, как что-то давно забытое… как забота. Настоящая, искренняя забота, которой ей так давно не хватало. На какой-то момент она просто закрыла глаза и позволила себе почувствовать это. Тело словно говорило ей «спасибо», отдаваясь этому маленькому моменту покоя. Диана лежала в воде, пока она не остыла до неприятного холода. Всё вокруг казалось странным, почти сюрреалистичным. Вот она – в шикарной ванной огромного особняка, где каждый уголок словно из журнала про богатую жизнь. И в то же время она всё так же была пленницей, стиснутой в невидимые, но слишком ощутимые оковы. Мысли в голове крутились без остановки. Что теперь? Как выкрутиться? Как выжить? И главное – как выбраться отсюда? Её сердце билось быстрее от тревоги, но она знала, что не может дать себе права развалиться. Не сейчас. Не здесь. Когда вода стала холодной и больше не приносила ни капли комфорта, Диана нащупала на полке баночку с шампунем. Она выдавила немного на руку и начала мыть волосы. Всё механически, на автомате, почти не чувствуя своих движений. Просто делала, чтобы сделать, чтобы хоть как-то отвлечься от гремящих мыслей.

И всё же одна мысль не отпускала. Томас. Этот сукин сын исчез, оставив её одну. Куда он подевался? Почему всегда так? А она теперь сидит тут, в этой золотой клетке, как дура, и даже не знает, что будет дальше.

Диана вылезла из ванны, обернувшись мягким полотенцем. Вода стекала по коже, оставляя следы на полу, когда она босыми ногами направилась обратно в комнату. Воздух был прохладным, и каждая капля, скатывающаяся с её волос, казалась ледяной. Она села на кровать, даже не думая вытираться, – просто рухнула, обхватив себя руками. Вода с волос медленно впитывалась в простыню, оставляя тёмные пятна. Но ей было всё равно. Сейчас всё вокруг словно исчезло. Комната была пугающе тихой, только звук её собственного дыхания напоминал, что она ещё здесь. Но в голове шумело.

– Ну, что мне теперь делать?– этот вопрос она повторяла снова и снова.

Проблема была в том, что на первый взгляд не было никакого выхода. Всё казалось замкнутым кругом, и каждый вариант был хуже другого.

Диана сидела на кровати, запутавшись в своих мыслях. В голове гудело, всё смешивалось – страх, злость, пустота. Она так погрузилась в свои размышления, что вздрогнула, когда тишину нарушил еле слышный скрип двери.

В комнату вошёл Маркус, неся поднос. Его шаги были уверенными, но в движениях чувствовалась усталость. Диана машинально подняла взгляд, и первое, что бросилось ей в глаза, – синяк под его правым глазом. Тёмное пятно расползалось на обычно бесстрастном лице, явно свежее, ещё не до конца успевшее поблекнуть. Она сразу подумала, что это последствия той драки, когда он буквально вытащил её из лап тех ублюдков. Маркус прошёл через комнату с обычной непроницаемой маской на лице. Он поставил поднос на журнальный столик, явно намереваясь сделать своё дело и тут же уйти. Его внимание было сосредоточено на чём угодно, но не на Диане, пока он вдруг не поднял взгляд. И тогда их глаза встретились. На мгновение он застыл, словно кто-то нажал на паузу. Его привычная хладнокровность дала трещину, едва заметную, но всё же. Потом его взгляд, словно по инерции, скользнул ниже – по её мокрым волосам, обнажённым плечам, и, наконец, задержался на полотенце, которое еле держалось на её теле, открывая больше, чем скрывало. Диана заметила это мгновенно. Её губы чуть дёрнулись, и она едва удержалась от усмешки. Внутри что-то приятно кольнуло: даже этот хладнокровный, будто высеченный из камня Маркус на секунду дал слабину.

Диана впервые позволила себе внимательно рассмотреть его. Он был высоким, с худощавым телосложением, которое, несмотря на свою кажущуюся хрупкость, таило в себе силу. Её взгляд задержался на его руках – длинные, тонкие пальцы, жилистые, с мелкими царапинами и заживающими порезами. Лицо Маркуса казалось слишком юным для того мира, в который он явно был втянут. Каштановые волосы, немного растрёпанные, падали на высокий лоб, а глаза – глубокого карего оттенка – смотрели на неё спокойно, но в то же время как будто с какой-то скрытой болью. Острые скулы подчёркивали линию подбородка, а лёгкая тень щетины придавала облику чуть больше суровости. Синяк под глазом контрастировал с его светлой кожей, делая внешний вид немного неуклюже опасным, как будто он сам ещё не осознал до конца, во что ввязался. Маркус уже почти подошёл к двери, но её тихий голос остановил его. Он замер, не оборачиваясь, но оставался в тот же момент как будто в ожидании. Диана вздохнула, почувствовав странное смущение, которое она сама себе не могла объяснить. Но всё же слова вырвались.

– Спасибо за то, что вытащил меня вчера. Когда те уроды меня колошматили… Я бы без тебя, наверное, и не выбралась.

Она не знала, как это будет воспринято, но сказала вслух, несмотря на всё. Слова, которые она обычно держала внутри, вдруг прозвучали честно и открыто. Маркус долго молчал, не давая ни одного признака того, что эти слова как-то затронули его. Но он всё же обернулся и посмотрел Диане в глаза. Его лицо было по-прежнему непроницаемым, но в глазах мелькнуло что-то, что она едва успела заметить, прежде чем он снова отступил в свою привычную маску.

– Не стоит благодарности, – проговорил он с такой холодностью, что Диана почувствовала, как его слова отскакивают от неё, не оставляя следа.

Не собираясь затягивать момент, он развернулся и быстрым шагом направился к выходу, не оглядываясь. Диана не удержалась и подколола его:

– Ага, да ты прям герой, да ещё и с синяком на лице. Теперь-то хоть знаешь, как быть на моём месте?

Маркус замер у двери, но, как всегда, не дал ей никакого ответа. Он лишь мелькнул взглядом в её сторону, словно что-то пытался понять, но не произнёс ни слова. Секунду он ещё постоял, потом тихо закрыл дверь, не нарушая своего холодного молчания. Диана услышала глухой щелчок замка, и всё, что осталось – это пустота, заполнившая комнату. Она осталась одна, снова окружённая тишиной. В голове снова закружились мысли, а её тело как-то тяжело опустилось на кровать. Все эмоции, которые она пыталась сдерживать, теперь накатывали волнами – и злость, и отчаяние, и всё, что она так долго скрывала.

Диана подошла к подносу, стоявшему на журнальном столике, и, осмотрев содержимое, не могла сдержать лёгкую ухмылку. Хлеб, суп, чашка чая и столовые приборы – всё, что ей нужно было для того, чтобы почувствовать себя почти как в нормальной жизни. Почти. Она поднесла нож к руке, чувствуя его тяжесть, и с хитрым взглядом пронесла его к кровати. Аккуратно, чтобы ничего не выдать, она спрятала нож под подушку. Это было почти инстинктивно, без лишних раздумий.

– На всякий случай, хрен его знает, что дальше будет, – пробормотала она, убирая нож, как будто это было совершенно нормальное дело. Как будто жизнь подсказывала ей, что в таких местах лучше быть готовой ко всему.

Диана вернулась к столу, села прямо на пол. Она сделала паузу, оглядывая обстановку, и вдруг её охватило странное ощущение: она сидит в роскошном доме, ест еду и даже пьёт чай. На первый взгляд, ничего страшного, даже какое-то спокойствие.

– А может, неплохо быть пленницей. Еда, все удобства. На воле мне о таком даже мечтать не приходилось, – тихо проговорила она, отрывая кусок хлеба. В её голосе проскользнул ироничный оттенок, а смех, едва сдерживаемый, был скорее горьким, чем веселым.

Но, чёрт возьми, если посмотреть со стороны, то всё это было не так уж и плохо. Качество жизни здесь, конечно, спорное, но удобства не так уж и плохи. Хотя в глубине души она всё ещё не могла отделаться от мысли, что, возможно, это всего лишь очередной кошмар. И что, может быть, вскоре она проснётся в своей «нормальной» жизни, где всё будет по-другому. Как бы то ни было, голод был утолен. Диана почувствовала, как живот наполняется теплотой, странной сытостью, которую она давно забыла. Это ощущение было как глоток свежего воздуха после долгого времени взаперти. Вроде бы такая мелочь – поесть, но для неё это было нечто большее. Когда она доела, просто легла на мягкий ковер рядом с кроватью. Лежала, не двигаясь, не думая о чём-то конкретном, просто вцепившись в момент. Она не верила, что наконец-то наелась. В пустой комнате, окружённой роскошными стенами, это было вроде бы не так уж и важно. Но сама сытость – вот она была настоящей редкостью в её жизни, и сейчас это было тем, что так сильно контрастировало с остальным. Она встала и пошла в ванную, Остановилась у раковины, чтобы помыть руки. И тут её взгляд упал на свою грязную одежду, которая валялась на полу, как старый хлам. Не раздумывая, она взяла её в руки и, по привычке, решила постирать в раковине. Когда она достала из карманов сигареты и спички, её настроение изменилось. Это единственное, что у неё осталось. Она села на корточки, не отрывая взгляд от вещей, и задумалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.