Ксения Ладонежская, Анастасия Вечерина
Рыцари дорог. Предчувствие беды

В последнее время его не покидали мрачные мысли. То ли какое-то смутное предчувствие беды, то ли просто хреновое настроение (было из-за чего). Во всяком случае, его интуиция ясно советовала ему быть настороже. А интуиция для байкера много значит. Порой только она (да еще и опыт) помогает «читать» дорожную ситуацию, предсказывая наперед – что будет в следующий момент, как поведет себя тот или иной водитель на дороге, и быть готовым ко всяким неожиданностям. А для мотоциклиста на дороге такое умение – вопрос выживания.

Но иногда случаются дни, когда дорога как будто сама стелется под колёса. И из головы разом улетучиваются все лишние мысли, а вокруг тебя только небо, ветер, бесконечная полоса дороги, убегающая за горизонт, и глухой рокот стального зверя, послушного твоей воле. Найджел любил такие моменты. Только они и помогали ему забыть обо всём – о размолвках с лучшим другом, о потерянной любви, о трагических событиях в прошлом… Ради них он и выводил из гаража свой старенький мотоцикл, заводил мотор и откручивал ручку газа на полную, выезжая куда-нибудь за город, на свободную трассу, где поменьше машин. Где нет никого, где не надо ни о чём думать, где есть только ты, железный конь в роли верного друга, небо, ветер и дорога, убегающая за горизонт…

В такие моменты его «отпускало» – пропадали и мрачные мысли, и тяжкие воспоминания, и смутное предчувствие беды. Жаль только, что убежать от них совсем никак не получалось – всё равно приходилось возвращаться назад рано или поздно, въезжать в город с его тесными улицами и плотным дорожным трафиком, а там уже не расслабишься – приходилось быть собранным и внимательным, в постоянном напряжении и готовности к неприятным неожиданностям.

Так и в этот раз, вильнувшая через очередную развязку трасса, вдруг упёрлась в плотный поток машин. Не глухую пробку, но всё же… Скорость пришлось сбрасывать до корректных значений, а затем и вовсе тащиться с положенными 40 км\ч в общем потоке. В другой раз он, наверное, вклинился бы в междурядье, постаравшись протиснуться между рядов машин, но сейчас почему-то не хотелось. Он смиренно занял место в своей полосе, как прилежный водитель, продолжая катиться вместе со всеми – дисциплинированно и неспешно.

Вскоре очередная развязка вынесла его на объездную дорогу. Здесь крайняя левая полоса оказалась свободна, словно бы приглашая его перестроиться и взять разгон. Ничего удивительного в этом не было – дальше, спустя километр с небольшим, эта полоса уходила в город, вставая в глухую пробку, и желающих прыгать на минуту в соседний ряд, чтобы потом пытаться втиснуться обратно – было немного. Знающие водители заранее перестраивались в правую полосу, чтобы не пришлось делать это потом. А левая полоса из-за того оставалась практически свободной.

Прибавив газу, Найджел аккуратно перестроился, филигранно огибая небольшие ямы и неровности в дорожном полотне. Это доставляло ему отдельный вид удовольствия – на определённых скоростях хорошо смазанный и отрегулированный байк слушается малейшего движения руки. Вот и сейчас, стоило лишь немного сместить центр тяжести и чуть довернуть руль, как колёса огибали ямку, а спустя полсекунды возвращались обратно. Хорошо ещё, что эта полоса дороги оставалась пустой, и можно было вытворять любые манёвры (оставаясь в своём ряду, конечно), зная, что тебе никто не помешает – ни спереди, не сзади. И там, и там было ещё достаточно свободного пространства.

Найджел сместился вправо, к краю своей полосы, огибая выбоину особо крупных размеров, чтобы через пару секунд вернуться обратно – на середину ряда. Как вдруг сзади раздались резкие, истеричные звуки клаксона. Кто-то отчаянно сигналил, требуя его пропустить.

Байкер оглянулся. На скорости, вдвое превосходящей его собственную, сзади приближался огромный чёрный внедорожник. С мощным, сваренным из толстых труб (вопреки всем законным нормам и здравому смыслу) бампером. И тормозить он явно не собирался, продолжая извлекать из клаксона резкие звуки.

Найджел быстро понял, что произошло. Всё-таки подобные ситуации на дороге – не редкость. Поскольку мотоцикл заметно меньше машины по габаритам (особенно в ширину), то регулярно находятся особо умные автолюбители, которым кажется, что байк занимает немного места, а значит – можно в тот же ряд всунуть и его тарантайку. Им невдомек, что байкер на дороге занимает ВСЮ полосу и регулярно маневрирует в пределах этой полосы. И что если в какой-то момент он сместился вправо (к примеру), объезжая яму или иное препятствие, то в следующий момент он может сместиться влево, или занять положение посередине своего ряда и т.д. А если какой-то водятел в этот момент постарается влезть в тот же ряд, то они непременно «встретятся», что приведет к почти гарантированному ДТП.

Видимо, водитель джипа был как раз их таких. Поспешно выскочил на свободную полосу, явно торопясь проскочить её побыстрее; когда заметил, что мотоцикл впереди сместился к краю полосы, то, наверное, решил, что его пропускают, и от души притопил педаль газа. А когда байкер, объехав яму, вернулся на своё место посередине ряда, то внезапно оказалось, что остановить такой тяжеленный джип – ох, как непросто! Похоже, водитель там вообще не собирался тормозить – то ли растерялся от неожиданности, то ли уже понимал, что не успеет, и лишь отчаянно давил на клаксон. Найджелу вообще показалось в какой-то момент, что за рулем там была девушка. Впрочем, он не был уверен, а разглядывать приближающийся джип не было времени.

Все ещё повернув голову назад, он чисто машинально открутил ручку газа на своем чоппере. Требовалось как можно быстрее увеличить скорость и постараться уехать подальше от приближающегося джипа, а Найджел помнил, что впереди него – свободный участок дороги. Движок взревел, унося байкера вдаль и увеличивая расстояния между ним и машиной, Найджел наконец-то повернул голову вперёд и… похолодел.

Никакого пространства для манёвра впереди не было. За то время, пока он, обернувшись, смотрел назад, из соседнего правого ряда вдруг перестроился небольшой фургон «Газель». Просто «перепрыгнул» в его полосу быстро и неожиданно, без «поворотников», без предупреждения – словно нарочно перегораживая ему путь. Байкер, стремительно набирающий скорость, попробовал было сбросить газ и резко затормозить, но быстро понял, что не успеет.

Он оказался «в коробочке», запертый со всех сторон. Сзади стремительно нагонял джип, несущийся на огромной скорости. Спереди его блокировала «Газель». Справа, как назло, плотный поток машин – туда не вклиниться. А слева – «встречка» с несущимися на тебя машинами. Деваться было некуда.

Найджел почувствовал, как внутри него всё сжимается в холодный ком. «Что же делать???! Может быть… нет, не успею… Неужели это всё??!!» Мысли неслись вразнобой, стремительно и хаотично, не было времени поймать и зафиксировать хотя бы одну из них. В такие моменты человек обычно впадает в одно из двух состояний – панику или бешенство. Выброс адреналина гасит любые осмысленные действия, заставляя его совершать быстрые и отчаянные, но, как правило, бесполезные поступки. И только длительные тренировки или невероятная сила воли позволяют не свалиться в бездну безумия, сохраняя холодный разум и отточенные навыки вождения, полагаясь на привычные рефлексы и… удачу.

Джип был уже совсем рядом, визг клаксона настойчиво лез в уши. Казалось, он твёрдо вознамерился расплющить об фургон впереди несчастного байкера, зажатого словно между молотом и наковальней. Найджел вдруг отпустил тормоз, наоборот – прибавил газу, на мгновение дёрнул руль вправо, затем тут же влево, получая нужную дугу заезда… И в последний момент точно рассчитанным ювелирным движением ушёл резко влево, втиснувшись в «щель» между ползущей впереди «Газелью» и «встречкой». Всё-таки поток машин на встречной полосе шёл не впритирку к фургону, между ними оставался ещё небольшой «просвет» – и вот в этот «зазор» и умудрился проскочить мотоциклист, стремительно набирающий скорость. Чуть-чуть зацепив «встречку», он обогнал «Газель», выносясь на простор свободной дороги, вернулся в свою полосу и от души открутил газ, стремясь поскорее покинуть опасный участок. Верный стальной друг взревел раненным зверем, унося его подальше от не случившегося ДТП. Позади остался противный звук клаксона, визг тормозов, плотный поток машин… а впереди опять была ровная гладь дороги, уходящая за горизонт, небо, ветер и рассыпающиеся веером брызги луж из-под колёс мотоцикла.

Лишь въехав в город и скинув скорость, Найджел на мгновение выдохнул и перевёл дух. Адреналин стремительно уходил из вен, руки заметно подрагивали, ноги были как ватные…Но, кажется, на этот раз пронесло.

«А что будет в следующий?» – промелькнула вдруг предательская мысль. Но он постарался отогнать её, заглушив двигатель и ставя мотоцикл на подножку. «Выкрутился – и ладно! Чего ещё теперь…» Однако смутное предчувствие чего-то надвигающегося никак не хотело оставлять его…

* * *

Река, протекавшая через весь город, делила его на две почти равные части. Северная, расположенная на левом берегу, почти сплошь состояла из новостроек, торговых центров, высоких офисных зданий из стекла и бетона, да редких скверов. Южная же, расположенная на высоком берегу, наоборот, помнила ещё прежние времена и была застроена старинными домиками, деревянными «памятниками архитектуры», советскими «хрущёвками», парками, набережными и широкими бульварами.

Возможно, из-за этого как-то само собой получилось, что на севере обитали преимущественно суровые дядьки на брутальных чопперах, поклонники хрома и стали, под предводительством властного Вадима по прозвищу Викинг. А на юг тянулись весёлые и бесшабашные поклонники спортивных да иных «пластиковых» мотоциклов, которыми руководил Боярин. Так появилось два мото-клуба – «северные» и «южные».

Разделение было неформальным, и не сказать, чтобы соблюдалось строго. Исключений хватало по обе стороны реки. Но всё же негласно город делился на «там» и «тут». Большой вражды между клубами не было, всё-таки байкеры старались дружить между собой, но разделение на «ваших» и «наших» само по себе накладывало определённый отпечаток. У вас своя тусовка, а у нас своя… Хватало и мелких инцидентов (когда кто-то из «тех» что-то не поделил с «этими»), и просто чисто внешних различий. «Северные» считали себя настоящим мото-клубом, эдакой бандой с жёстко выстроенной иерархией, принципами и понятиями. «Южные» же были весёлыми раздолбаями, подчас напоминающими расшалившихся подростков. Первые частенько пеняли вторым за их несерьёзность и глупую вольницу, на что вторые смеялись и говорили, что кто-то тут просто пересмотрел западных фильмов и заигрался в суровых гангстеров.

Ходили слухи, что когда-то давно президенты клубов были лучшими друзьями, но потом их жестоко развела судьба, после чего каждый пошел своей дорогой. А бывшие друзья, как известно, слишком легко становятся непримиримыми врагами. Так ли это было или нет, и что они не поделили в то время – сейчас уже никто не помнил, а спрашивать было как-то не с руки.

Всё это усиливало противоречия между клубами, но до прямой вражды и открытых столкновений пока не доходило. Тем более, что время от времени клубы всё же объединялись для каких-то совместных дел – как это было, например, в истории с непризнанным мотоклубом «восточных». Тогда компашка отщепенцев, с которыми никто не хотел иметь дело, изгнанных из мото-тусовки за какие-либо провинности, собралась на восточной окраине города, назвалась «Вольными» и решила поссорить между собой два старых клуба. Чтобы ликвидировать оба и занять их место в городе. Главным инициатором той дерзкой затеи был главарь «восточных», известный интриган и хитрец по кличке Мазарини. Рядовые байкеры из «восточных» зачастую даже не знали о его планах, их просто использовали «втемную». Когда же всё вскрылось, то реальность оказалась настолько неприглядной, что многие из них, мучимые угрызениями совести, поспешили покинуть город. Оставшиеся, лишённые своего хитрого вожака, разбрелись кто куда. Клуб «Вольных» распался сам собой и перестал существовать¹. Впрочем, признанным мото-клубом он никогда и не был, в мото-тусовке на «восточных» всегда смотрели косо и всерьёз не воспринимали.

Та заварушка заметно сдружила «северных» и «южных», на короткое время сгладив существующие между ними разногласия. Однако, Найджел, принимавший в тех событиях деятельное участие, вскоре поссорился с президентом «северных» – властным и суровым Викингом. После чего покинул их мото-клуб.

Честно говоря, Найджел вообще довольно прохладно относился к клубным правилам и жесткой иерархии. Ему претила жизнь «по понятиям», а суровые традиции и принципы мото-тусовки он воспринимал, скорее, как забавные причуды не повзрослевших мальчишек. Дескать, выросли они, а в солдатиков в детстве не наигрались, а потом еще западных боевиков насмотрелись, вот и тянет их всё поиграться в суровых волков на чопперах. Взрослые мужики, а туда же… Ну какие в наш век могут быть мото-банды? Тем более, не на Западе, а у нас, в России? Это вам не Калифорния и не приключенческий боевик.

Однако, его старший друг – Вадим (он же Викинг) – воспринимал всё это весьма сёрьезно. И клуб строил по западным образцам – чтоб как в кино, чтоб суровые «Сыны Анархии», жизнь по понятиям и неписанных правилам мото-братства. Найджел на это смотрел с изрядной долей иронии. Но так уж вышло, что между ними с давних пор сложились отношения старшего и младшего брата – ещё с детства, когда они, будучи подростками, гоняли на стареньком дедушкином «Урале». Поэтому когда Викинг чуть ли не за шкирку притащил его в свой мотоклуб, Найджелу хватило ума запрятать поглубже свой скепсис и не отсвечивать. На людях он принимал главенство Викинга и слушался его беспрекословно, не оспаривая авторитет президента клуба. В душе, правда, изрядно посмеивался – сложно воспринимать всерьёз напускную суровость того, кого на твоих глазах когда-то пороли крапивой по голой заднице за детские проказы.

А может, дело было в том, что Найджел уже достаточно повзрослел, чтобы самому за себя отвечать, и настойчивая опека «старшего брата» всё больше и больше становилась ему в тягость.

Так или иначе вчерашние друзья недавно сильно повздорили, после чего Найджел ушёл из «северных», решив для себя, что в гробу он видал все эти традиции и правила мото-клубов². Пусть ими забавляются те, кто не наигрался в детстве. Он же предпочитал вести жизнь одиночки, особо не контактируя ни с кем из мото-тусовки.

Так что когда на пороге его гаража вдруг нарисовались Боярин с Боцманом (президент и сержант «южных») – он был изрядно удивлён. Но виду не подал. Продолжая задумчиво переставлять потрёпанные фигуры на шахматной доске. В последнее время даже в шахматы ему приходилось играть в одиночку. Но он не расстраивался, подолгу просиживая за партиями сам с собой.

– А вот ежели мы вот эдак походим? – сходу двинул фигуру на доске Боярин, не утруждая себя приветствиями. – Чтой-то ты на енто сумеешь возразить, добрый молодец? Куды поскачешь?

Найджел чуть заметно усмехнулся. Манера Боярина говорить старинным вычурным слогом, как в древних былинах, была общеизвестна, но всегда забавляла его – словно перед ним был персонаж из детской сказки, эдакий древне-русский богатырь.

– Моя пешка е2-е4, твоя е7-е6, – задумчиво проговорил Найджел вслух. – Тогда моя пешка с2-с4, а твоя d7-d5, нападая сразу на две мои? Ну что ж, пойдем в размен – сxd5.

– Съел?? Слопал, стало быть, мою пешку и не побрезговал даже? – усмехнулся президент «южных». – Ну дык и мы тебя тем же – exd5…

– Тогда шах! Ферзь на Qa4+, – решительно двинул фигуру Найджел.

– Эко ты прытко начал! – поскрёб в затылке Боярин. – А ежели мы офицером закроемся? Съесть ты его не смогёшь, а токмо сам под удар попадёшь, во эдак вот… Тогда что?

Он двинул слона на Bd7.

Найджел молча переставил ферзя назад – Qb3.

– Отступаешь, стал-быть? Драпаешь? Ретируешься? Да ищо на пешку мою облизываешься, причем сразу с двух сторон… Токмо это нам ничто, нешто испугать нас таким вздумал? Твоя-то пешка без защиты осталась, вот мы её щаз и того…

Боярин сходил dxe4. Найджел, казалось, не обратил никакого внимания на потерянную пешку, а вместо этого двинул слона, выводя его на атакующую позицию – Вс4.

– Енто ты чаго это тут удумал? И ферзём, и офицером сразу на короля моего нацелился? – охнул Боярин. – Токмо не пройдёт у тебя эдак складно-то, как ты хотел. Нет, не думай! Мы таперича ферзя позовём на подмогу! Вот! Съел?

Боярин двинул ферзя – Qe7, защищая соседнюю с королем клетку от возможных атак. Однако Найджел неожиданно сходил Qxb7 – съев незащищенную пешку и выводя своего ферзя на атакующий простор. Теперь он угрожал одновременно и ладье, и коню черных, не говоря уже о такой мелочи как пешки.

Боярин охнул и поспешил двинуть слона на защиту – Вс6. Теперь он одновременно угрожал ферзю белых и прикрывал собственную ладью. Коня черных в свою очередь страховала ладья, а атакующего слона – все тот же конь. Казалось, всё схвачено, и Найджелу некуда деться, кроме как отступать.

Однако он внезапно сходил Qc8+. Ферзь очутился на последней клетке, угрожая королю, а от ладьи черных его прикрывал собственный мешающийся конь.

– Шах!

– Эко ты прыгнул! – поморщился Боярин. – Испужать нас вздумал? Токмо мы не испужливых! У нас тожить ферзь есть!

Ферзь черных прикрыл короля, одновременно угрожая своему белому коллеге – Qd8. Но тем самым он снял защиту с прикрытой ранее пешки, чем незамедлительно и воспользовался Найджел. Его слон ринулся в атаку, уничтожая пешку черных и угрожая королю – Bxf7+.

– Шах!

– Ах вон ты чаго… Опять шах??? Настырный какой! Токмо таперича ведь твой офицер ничем не прикрыт, не защищен… Ферзь-то твой ускакал со сдвоенной линии! А ну как слона твого мы скушаем? Ась? – Бярин занёс было руку над своим королём.

– Тогда ты теряешь ферзя, – холодно бросил Найджел.

– А и правда, – убрал руку Боярин. – Ну и ладно, тады мы таперича вот эдак походим…

Он двинул короля на Ке7, одновременно угрожая и ферзю, и слону белых.

Найджел небрежным движением переставил ферзя – Qe6#.

– Мат!

– Чшта??? Ась… Дык как жешь енто??? – недоуменно воззрился на шахматную доску Боярин.

– Дык вот так енто! – усмехнулся Найджел, насмешливо наблюдая за изумлением своего оппонента. – Надо было ферзя отдавать. Пожертвовав им, оставался бы ещё шанс, можно было бы ещё побегать… А так – всё! Куда ты денешься?

Боярин удручённо вздохнул. Деваться и правда было некуда.

– Ладно. Не про то и речь вообще. Мы об чём, собссно, погутарить-то хотели с тобой…

– Нет, – перебил его Найджел.

– … Эээ, что нет?

– Я не пойду в ваш клуб. Давайте просто сэкономим вам время на долгие уговоры. Мой ответ – нет.

– Эээ… пояснишь свою мысль? Потому как тут треба того…

– Вы узнали про мою ссору с Викингом. И о том, что я покинул мото-клуб «северных». И пришла к вам в голову светлая мысль о том, что теперь я, возможно, захочу вступить в другой клуб. Именно этим и следует объяснить ваш внезапный визит, не так ли?

– Хм… ну коли эдак ты вопрос ставишь… Да чего там! Раз таперича ты не с ними, то – может статься, мысль-то и правда светлая, а? У «северных» тебе тяжко было со всеми их запретами и ограничениями, но у нас-то вольностей куда поболее супротив ихнего буит! Так шта… Нам таких людей треба – головастых да с понятием. Вон как с «Вольными» ты разобрался в своё время. Опять жа – идей у тебя свежих полно, Байк-Такси там и ваапче – много чего ты удумал, я знаю. Токмо в том-то клубе всё это без надобности было, а у нас… И с Викингом опять жа у тебя разлад, а промеж нас-то никогда ссор не было. Аль не так?

– Так. Ни с кем из ваших я не ссорился. Только дело ведь не только в Викинге, – мрачно вздохнул Найджел.

– А в чем же ищо?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Подробнее об этом – см. повесть «Рыцари дорог и Ночные ведьмы».

Вернуться

2

Подробнее об этом – см. рассказ «Рыцари дорог. Игры в благородство».

Вернуться