Философ Д
Движение Тёмного Лорда

Никто не знал, какая встреча могла стать ключевой в то непростое время

(с) Эдан Люр

Глава 1. Суть проблемы

– Так вы будете брать?! – юного продавца лавки уже трясло от нерешительности покупателя. Раздражающий человек обвёл товар задумчивым взглядом и спросил:

– А у вас есть змеиные головы?

– Есть, – скрипнув зубами, ответил мальчик. Ему было лет двенадцать. Внешность с Южными чертами, но светло-русыми волосами и просто бешеным взглядом… а. Взгляд был таким не всегда. В любом случае, карие глаза пропитал горький жизненный опыт. Казалось бы: типичная Равильская черта, но именно на неё и не походило.

– Отлично! – воскликнул покупатель неброской, болезненно бледной внешности. Только причёска заставляла задержать взгляд: одна сторона коротко сбрита, чёрный волосы с другой топорщатся беспорядочным каскадом. – Но я ведь пришёл сюда за коровьими кишками…

Юнец за прилавком окончательно не выдержал.

– Да ты заколебал! – крикнул и крепко ударил кулаком по прилавку. Незадачливый проходимец испуганно дёрнулся назад. – Будешь брать или нет?! Иначе я сейчас твою нерешительность тебе в!..

– Оки. Прекрати, – к не случившемуся насильнику подошла молодая хозяйка лавки и положила ладонь на плечо. Крепко, бескомпромиссно, но в то же время успокаивающе. Вокруг девушки витала жёсткая, хваткая аура. Но без неё она была очаровательна: мягкие черты лица, умилительные щёчки, налитые лёгким румянцем, пронзительные ореховые глаза и поистине шикарная фигура, повествующая о долгих годах упорных тренировок. Даже мешковатая грубая рубаха и свободные штаны, заправленные в высокие сапоги, не скрывали полностью. А густые светло-каштановые волосы, заплетённые в косу, спускались аж до ягодиц.

– С… сестрица, – запнулся малец. – А мы тут… разговариваем.

– Я вижу, – собеседница многозначительно улыбнулась. – Господин, что вам нужно? – спросила, обращаясь к посетителю.

– Вы… – невольно выдохнул тот. – В, смысле! Коровьи кишки! – поспешно исправился.

– Чудно, – девушка ещё раз улыбнулась. Ещё более натянуто. – Одну минутку, – и ушла в дверь позади прилавка. Оки одарил посетителя убийственным взглядом, а затем резко нагнул за воротник с небывалой силой (пострадавший не успел и моргнуть!). Прошипел:

– Не смей даже думать о ней. Купишь и вали отсюда. Ясно?!

– Й… ясно! – испугано выпалил собеседник.

Сестра вернулась обратно, поэтому ревнивец молниеносно отпустил посетителя и взглянул на неё, мол: «Я ничего не делаю. Просто стою». Она ненадолго скривила губы, взглянув на «невинного», а после протянула покупателю бумажный пакет.

– Пятнадцать серебряков, – улыбнулась, как и полагалось радушным хозяевам.

Покупатель кивнул, быстро отсчитал нужную сумму. Положил на прилавок, напоследок взглянул на беспримерно злое юное создание (мало ли, что выкинет) и успешно ретировался.

Хозяйка лавки медленно развернулась к брату. Щёки свело неискренней жутковатой улыбкой.

– Ах ты маленький…

Оки испуганно икнул, отшатнувшись на пару шагов:

– Я! Джен! Я ничего не делал! Правда!

– Ничего не сделал, да? Я не первый год живу, – тем же тоном продолжила Раджен, приближаясь, словно грозовая туча.

– Но этот… так пялился на тебя! Что я должен был сделать?! – попытался оправдаться поборник справедливости. – Я не позволю недостойным проходимцам пожирать тебя взглядом!

– Иррилумышко моё, я сама не в восторге. Ненавижу подобное внимание. Но запугивание не помогает в торговых делах, – ещё несколько непредотвратимых шагов. – Просто научись закрывать глаза. Как я, – легонько щёлкнула брата по лбу. Последний обиженно ойкнул.

– Да ни в жизнь! – воскликнул Оки. – Эти идиоты должны знать своё место! Ой! – за подобные изречения мигом получил ещё один лёгкий щелбан.

– Он ничего предосудительного не сделал. Даже ничего такого не сказал. Скорее даже: выразил восхищение. Так что кое-кому пора завязывать с дикой подростковой ревностью, – сестра положила руки ему на щёки. – Потому что ты мой младший брат, и у тебя никогда не будет соперников на эту должность, – поцеловала в нос. Оки что-то смущённо пробормотал.

Тут в лавку ворвался белобрысый маг в лёгкой одежде песочного цвета с зелёными полосами. Верхняя часть выдавала принадлежность длиной подолов и отсутствием видимой брони. Выглядел он нелепо: несуразный, но не худой молодчик с едва заметной из-за цвета волос бородкой и большими серо-зелёными глазами. Такой, будто только-только окончил магическую академию, только-только натренировался до приличных мускулов, а теперь строит из себя мастера.

– Раджен, у нас проблемы! – выпалил с порога.

– Слушаю, Джан, – встречавшая безотлагательно отстранилась от брата.

– Около города ошивается кучка нежити, – оттарабанил маг. – Наместник считает, это дело рук некроманта.

– Да неужели. Нежить, и вина некроманта? Не может быть, – Раджен скептично изогнула бровь. – Как тебе официальная должность стражника? – спросила, повеселев.

– Сиди целый день и занимайся чем хош. Иногда приходиться драки уличные растаскивать и работой заниматься. Да и всерьёз мало кто воспринимает… а так: за-ши-бись! – с превеликим удовольствием поделился Джан.

– Рада, что ты не страдаешь, – собеседница довольно хмыкнула. – Я успела соскучиться.

Они молча смотрели друг на друга некоторое время. Оки смотрел в стену с целью насверлить пару сотен дырок.

– Остальные знают?

– Да. Встречаемся у главных ворот, – Джан кивнул.

– Отлично. Сейчас соберусь. Жди, – приказала Раджен и метнулась на второй этаж.

– Эм… – маг взглянул на надутого мальчика и неловко почесал затылок. – Привет, Оки?

– Здрасте, – огрызнулся тот.

На этом их диалог закончился.

Вскоре распрощавшись с сестрой, Оки остался один на один с мыслями. Его гложило нехорошее предчувствие. Крайне нехорошее. Внутри, в вязкой багровой жидкости, копошилось что-то малоприятное. Медленно, скребя, пугающе булькая, при малейшем стимуле грозилось закипеть, пойти пузырями и достать до разума. И тогда перещёлкнет, словно мудрёный элефский механизм. Окончательно и бесповоротно. Нав. Сег. Да.

Входной колокольчик зазвенел.

В лавку вплыла брюнетка. Невысокая, тонкая, с чёрными прямыми волосами. Глаза были необычайно остры, отливали золотом. Проведи о ресницы медленно и бережно – огладят. Позволь резкое движение – отсекут палец. На ней была то ли куртка без застёжек, то ли блузка из жёсткой ткани с прямыми облегающими рукавами, слоистая дорожная юбка и чёрные сапожки с узким носиком. От образа веяло утончённым вкусом, несмотря на все издержки.

Следом, осматриваясь вокруг, вошёл седой молодой человек с глазами сиреневого цвета. Цвет моментально вызвал вопросы, а вместе с ними напряжение. Даже после ряда предположений о том, что незнакомец принадлежит к эльфийскому роду, проклят шальной колдуньей или имеет неизвестный недуг, интуиция не успокоилась, продолжая истошно вопить: «Он опасен! Он силён! Он опасен!!». Настороженность подкрепляло ощущение, что посетитель вот-вот растает в воздухе, настолько полупрозрачной казалась внешность.

– Добрый день, – посетительница подошла к прилавку. – У тебя не найдётся порошка луноцвета?

– Единорога отпаивать? – непроизвольно вякнул продавец вроде как в шутку. Всё ещё находился в тревожном изучающем оцепенении. И сам не понял, что сказал, но способ оговаривался в древних легендах Северного континента.

Западная часть любила понапридумывать всевозможных коней. Никто доподлинно не знал, правда ли эти виды существовали или являлись плодом в меру извращённого воображения. Простоты вопросу не добавляло и отсутствие источников. Как бы там не было, единороги признавались волшебными конями с одним (удивительно) рогом. И, как бы там ни было номер два, в сомнительной шутке про единорогов что-то пошло не так. На мгновение с лица девушки сбежали краски.

– Ой… – проронил Оки, большими глазами пялясь на подозрительного молодого человека. Тот рассматривал окружение, не замечая ничего вокруг.

– Забавно, – вполне естественно отозвалась собеседница, вернув самообладание. – Мне для блеска лица. Так, есть?

Девушки любили мазать на себя всё подряд. Судя по лицу этой особы – она по крайней мере разбиралась в том, что мазать можно и выгодно. Цвет губ выдавал. Впрочем, его какое дело…

– Вот, – продавец поставил на прилавок два толстеньких мешочка. Всё, что было. Луноцветы Раджен добывала где-то на скалах в период, когда Лунра освещала небо полным кругом. Последний такой период был давно, к тому же в Арьвед недавно наведывались столичные маги.

Покупательница без колебаний отдала пятьдесят золотых монет (Оки от такой суммы ещё сильнее глаза выпучил) и сунула пыльцу в сумку, висящую на боку.

– Вы обсчитались, – как честный ребёнок известил он, подняв взгляд.

– Я так не думаю, – губы цвета тёмного вина растянулись в настаивающей улыбке. – Спасибо тебе большое, – обладательница неимоверно подозрительного спутника признательно кивнула и направилась к выходу. Следом выдвинулся и виновник напряжения, напоследок одарив Оки внимательным взглядом сиреневых глаз.

– Торговый журнал, торговый журнал… – будто умалишённый забормотал вспотевший от переживаний ребёнок, стоило тому выйти.

Поставил перьевую ручку на строку.

Голову пронзило резкой болью. Да так, что из глаз брызнули слёзы. С громкими криками: «ай-яй-яй!!» Оки покатился по полу, схватившись за волосы.

Резко остановился.

– Ё… – одна-единственная буква сорвалась с губ, аккомпанируя оцепеневшему, вперившемуся в стену взгляду.

***

Пятеро людей, затаясь, лежали на животе рядом с краем обрыва и изучали противников. Противники бродили среди светло-зелёной травы и гремели костями. Некоторые сидели на корточках. В этом даже было что-то забавное. Опасности не ощущалось, но сам факт существования подобных искажённых магией созданий неподалёку от города подрывал спокойствие населения. Да и кто мог дать гарантии, что пропитанные ра-Маан костяшки не выжидают лучшего момента для уничтожения всего живого? Были случаи, знали они этих некромантов. Всех, как на подбор: травма детства, сдвиги в мозгу, жажда мирового владычества.

– Четырнадцать скелетов. Два с видимыми ядрами. Основное сосредоточение в центре, – шепнул спутник с биноклем в руках. После чего опустил прямоугольные очки обратно на серые глаза. Копна каштановых волос весело топорщилась рваным кругом, вместе с физиологически приподнятыми уголками губ создавая беззаботный облик. Он как будто пришёл погреться в лучах Иррилума, развалившись на спине, закинув ногу на ногу и обязательно пожёвывая длинную травинку.

– Отлично. Не всё так плохо, – сказала Раджен. – Благодарю, Тимар, – кивнула. – Жея, сможешь парализовать их всех?

– Секунд на тридцать вполне, – ответила подчинённая. Чрезмерно высокая для девушки (по мнению многих). К тому же, её будто ужали в прямоугольник: худая ровная фигура, плечи скучкованые, вечная зажатость в теле. Зато длинная шея и чудесное овальное личико, обрамлённое короткими золотистыми волосами. Большие голубые глазищи. Но чтобы увидеть – это надо было задаться целью. Большинство теряло корыстный интерес на этапе, когда взгляд утыкался в ровную грудь и отсутствие выраженной талии. В самом начале общения.

– Джан, как насчёт поддержки?

– Схвачено, – ответил тот.

– Прекрасно. Вот наш план: я спускаюсь вниз. По моей команде Жея использует заклинание. Особый упор сделаем на тех двоих. Тимар, на тебе отстреливание. Приоритет тот же. Остальным отстрели руки по возможности. Джан. Поспособствуй мне. Вылечи нас, если что-то пойдёт не по плану. Ещё одно: заметите некроманта – бросьте силы на него. Не появится – нашей основной целью останется устранение врагов за время, пока заклинание паралича действует. Всё ясно? – Раджен в ожидании воззрела на спутников.

Они коротко кивнули.

– Тогда – вперёд, – скомандовала командующая и бесшумно двинулась в сторону спуска. Троица, оставшаяся на обрыве, проследила за удаляющейся спиной. Они и не в таких передрягах бывали. Да и это не передряга вовсе – так, плёвое дельце.

…и всё-таки. Разве это нормально? Раджен одна на передней линии. Вновь.

Через пару минут мечница появилась в поле зрения. Немного погодя подбросила в воздух камень, дав сигнал к началу боя.

Жея вскочила на ноги. Руки описали полукруги параллельно друг другу. Скелеты, прежде занимавшиеся ведомыми только их хозяину вещами, замерли в той позе, в которой находились. Долей секунды позже, поднялись Джан и Тимар с арбалетом наготове. Несколько мгновений последний целился между рёбер одного из двух скелетов, в сгустки энергии. Стрела просвистела через один, заставив его лопнуть, а носителя рассыпаться кучкой костей. Арбалетчик тут же закрепил новую стрелу и вновь прицелился. Джан, не переставая что-то нашёптывать, сосредоточил внимание на зачаровании стрел и мечей. Их охватило золотистое сияние. Пропитанные так называемой «светлой» магией, они были способны разрушить заклинания «тёмной».

Раджен без колебаний отрубила несколько голов. Затем, для пущей верности, перерубила позвоночник. Могла бы смолоть в муку двумя мечами, но ни к чему – оживляющее заклинание рассеялось, а время заклинания Жеи неумолимо приближалось к концу. Надо было действовать быстро.

По истечении тридцати секунд план успешно завершился.

– Детский лепет на лужайке, – едва не наступив на череп (вовремя остановила ногу), произнесла Раджен. В глубине души она надеялась на развлечение. Такое, которое поможет отвлечься от насущных проблем вроде изменений в налоговом законодательстве, бесконечных бытовых дел, воспитания буйных подростков, подсчётов, бесплодных шатаний по лесам в поисках ингредиентов и ремонта крыши. Хотя ремонт крыши ей нравился.

Тимар опустил оружие. Джан самодовольно улыбнулся. Жея свалилась на колени.

– Жея! – обеспокоенно выпалил товарищ-маг и в мгновение подскочил к ней. Арбалетчик был следом. – Всё нормально?

– Да мне просто тааак посидеть захотелось, – не скрывая сарказм, ответила она и, опершись на их плечи, поднялась на ноги. Бросила едва заметный взгляд на белобрысого.

– Знаешь, я тебя всё-таки подлатаю, – решил Джан и, положив руку на плечо, нашептал заклинание восполнения внутренних сил. Жея чуть улыбнулась и сказала:

– Мне было трудно их сдерживать.

Глаза обоих мгновенно округлились.

– Особенно с ядрами. Такой мощной энергии давно не встречала.

Глаза округлились сильней.

– Хочешь сказать, что… – начал было Тимар, но тут же запнулся и испуганно указал в сторону: – Что за?!

Нижележащую территорию в радиусе двадцати метров покрыл вязкий, чёрный дым, закопав в себе Раджен.

– Что за?.. – на долю секунды раньше арбалетчика выдохнула она, когда дымовая завеса закрыла Иррилум. Раджен горизонтально выставила мечи вперёд и назад для защиты, а затем начала медленно отступать назад, к скале. В подобных условиях оставалось рассчитывать на чувство направления.

– А.-а.-а! – ехидно раздалось со всех сторон разом. – Бесполезно! – из тумана выплыл изящный человек с длинными волосами цвета угля. Он был безусловно красив той пугающей красотой, от которой по телу пробегали мурашки. Острый подбородок, длинный прямой нос, яркие серые глаза, лучащиеся хищным торжеством. Предельное понимание собственной силы и неотразимости. – Давайте-ка поговорим. Чем вам мешали мои костяные друзья, они здесь всего де… – незнакомец запнулся. Прекратил заниматься самолюбованием и полюбовался на Раджен.

В воздухе повисла тишина. Некромант не моргая смотрел на девушку. Ей даже неуютно стало. Это чувство перебило сосредоточенность и страх.

– Так… что вы хотели сказать? – после двухминутного молчания выдавила она.

Вместо ответа непоследовательный собеседник для начала моргнул. И правильно – за две минуты глаза наверняка пересохли.

Кое-как разлепил тонкие губы:

– Боже мой. Джен… – произнёс на выдохе.

– Вы… вы меня знаете?! – искренне изумилась она.

– Что?.. – ещё сильнее изумился он. – Знаю ли я? – идеально ровная спина прекратила таковой быть. – Джена, ты же не серьёзно?

Лицо Раджен вытянулось ещё сильнее, предельно чётко ответив на вопрос. Она резко опомнилась и, переменив выражение, наставила на него мечи.

– Твои уловки не сработают! Убери туман, – прошипела зло.

– Уже сработали. К тому же, это были не уловки, – в глазах мелькнул испуг вперемешку со страхом. Так, как обычно бывает от осознания чего-то невероятно важного. Чего-то безжалостно, травмирующе упущенного.

– Хочешь, чтобы я тебя на лезвия насадила?! – Раджен распахнула глаза. Она не любила убивать. Она никогда не убивала живых. И сейчас бы тоже этого не сделала, однако сердце билось всё сильнее, к горлу подступала паника.

На его жутковато-красивом лице, противореча выражению глаз, медленно растянулась усмешка.

– Если достанешь, – прошелестел и растворился в тумане.

– Раджен! – донёсся голос Джана. Едва заметный для командующей свет заставил туман расступиться. Раджен чуть расслабилась. Но, прежде чем успела подать голос в ответ, почувствовала человека за спиной.

– Вот вы гд!.. – Жея, ведомая интуицией и подружеским чувством, без труда отыскала пропавшую посреди магического тумана без помощи молодых людей, приказавших оставаться на скале. Только находка вызвала не ожидаемую радость, а глубочайший шок.

Некромант сжимал в объятиях ошарашенную Раджен. Одной рукой прижимал за талию, второй держал ладони, несколькими мгновениями ранее выронившие мечи. Мечница никогда, никогда не разжимала их во время боя. Команда думала, что выдрать оружие из этих рук не получится даже посмертно. Только сразу с кистью. А тут…

– Извини, – отлепившись, шепнул злодей.

Раджен впала в настолько странное состояние, что не смогла даже слова сказать. Кроме прочего, хватка у незнакомца была крепкой, несмотря на всю аккуратность. Но даже если бы было несколько секунд, минут, часов в запасе, она бы не пришла в себя. Она бы ничего ему не противопоставила. Она не могла. Сейчас она хотела ему верить. Безоговорочно и до конца. По неизвестным причинам.

– А… – выдавила Жея, не понимающая, что должна предпринять. С одной стороны, ситуация требовала немедленного вмешательства. С другой, возможно, совершенно его не требовала.

Тимар был другого мнения: стрела засвистела, стоило заметить незнакомый силуэт.

Некромант дрогнул от неожиданности – был поглощён не тем. В последний момент уклонился, не выпуская объект пристального внимания из объятий.

– У меня нет на это времени! – шикнул и быстро исчез вместе с Раджен без лишнего выпендрёжа, оставив за собой след в качестве сгустка тумана и вновь оживших трупов.

Скелеты тут же накинулись на подбежавшего Джана, показательно проигнорировав Жею. Повалили на землю, прижали руки и ноги. Насущная проблема украденного командира моментально сменилась более насущной проблемой в виде возможной безвременной кончины незадачливого мага.

Глава 2. Сотрудничество

Цефас нервно мерил комнату шагами. Эдвин наблюдал за данным процессом. Отчего-то цепляло взгляд.

От стены к стене, пальцы у подбородка. Брови хмурятся. Несколько шагов, вот уже обе руки приложены ко рту. Ещё несколько разворотов – ладони ведут ото лба к щекам, оттягивая глаза вниз.

– Я… я запаниковал! – несчастно воскликнул он, остановившись по центру и умоляюще взглянув на приятеля. Молил то ли о прощении, которое Эдвин не мог дать, то ли о понимании.

– Почему? – с энтузиазмом спросил подчинённый. Он был только рад поддержать своего господина.

– Эдвин, – серьёзно произнёс Цефас. – Эдвин, я украл человека.

– Ну э… – алхимик не знал, как правильно отреагировать. Вроде обычное дело для королевства, вроде как нормальное дело для того, кто оживляет бесхозные трупы в своих корыстных целях. – И кого?

– Её, – ладонь вновь поползла ото лба. – Я запаниковал. Очень сильно запаниковал. Меня едва не пристрелили к тому же.

– А… – Эдвин облегчённо выдохнул. Всего лишь какая-то девчонка, никто не спохватится. Женщины постоянно куда-то пропадают, а что поделать, такова жизнь. Кража одной в хорошие руки миру не навредит.

– «А»?! – вдруг рассвирепел некромант и даже швырнул в него подушкой, взятой со стула. – Я был о тебе и о себе лучшего мнения!

Алхимик стойко принял удар. Затем поймал в руки.

– Подумаешь, с кем не бывало. Просто верните её, откуда взяли, если так переживаете.

– Я… я не хочу, – скрипнув зубами, признался Цефас. – Я же уже это сделал, она уже запомнила. Мне нет пути назад. Надо хотя бы поговорить.

– И впрямь, – согласно закивал Эдвин. – Иначе коэффициент полезного действия резко упадёт.

– Только что об этом скажет Тёмный Лорд… – скрип зубов, полный досады, повторился.

– Что я скажу? – раздался значимый голос. Значим он был по глубине, по наполненности, по регистру. Один раз услышишь – никогда не забудешь. Подчинит, будет являться во снах. Дружелюбный тон заставит трепетать от чувства признания, разочарованный – выйти из окна башни. Злой… лучше никогда не слышать.

– Госп… господин! – Цефас неловко расхохотался, взбежал на подиум по пяти ступеням и прижался к стулу. На возвышении было лучше видно мираж, растёкшийся по полу. Из него смотрели цепкие огни чёрных глаз. Это был еженедельный сеанс магической связи, о котором некромант забыл под действием не свойственных бурных переживаний.

– О чём я должен сказать, Цефас?

– Ни о чём, всё в полном порядке! – некромант широко улыбнулся. – Порубили моих скелетов, я порубил их. Мы с Эдвином продолжаем работать над формулами. Мою резиденцию не обнаружили, хотя наместник Арьведа оказался глазастым.

– Аж через полгода заметил твой переезд? – Тёмный Лорд хмыкнул. – Рекорд!

– Признаться, я сам виноват, – нехотя выдал собеседник. – Собирать алхимические ингредиенты очень скучно, хочется движения… Спровоцировать пару стражников, выпендриться немного. Ну, вы знаете.

– Да, я знаю. Ты за это место не держишься, тебе весь мир открыт.

– Я за это место не держусь, – гордо подтвердил Цефас.

– А стоило бы, – слова пришлись ударом по голове. – Говорил же: затаись, не высовывайся. База в Арьведе – отличное стратегическое преимущество. Не хочешь держать, так я сюда Адара выпишу!

Заявление заставило опору уйти из-под ног. Хотя Цефас прекрасно знал, что этот подпевала Адар дальше чем на Ильфейскую площадь от Тёмного Лорда не уйдёт.

– Я ценю. Ты полгода терпел, – вкрадчиво продолжил последний. – Но неужели тебе больше нечем заняться? Так хочешь нарваться на власть раньше времени?

Было ли ему, чем заняться?..

Жизнь некроманта в бегах скучна и однообразна. Ты либо отсиживаешься в тёмных зловещих местах (вот как этот особняк) либо спасаешь свою жизнь (это перестало быть сложной задачей года три назад, когда Цефас освоил быстрые перемещения в пространстве). Вот если бы можно было пожить обычную городскую жизнь, стать продавцом или преподавателем, сделать вид, что ты добропорядочный законопослушный гражданин, найти что-то по душе. Или… кого-то.

– Давай придумаю тебе новое занятие. Ты когда-нибудь пробовал вышивать гладью? Древнее равильское искусство! Хочу в тронный зал, займись.

– Не беспокойтесь, кажется, я нашёл, – задумчиво оповестил повеса. – Кое-что, что может увлечь очень надолго. Кроме сумасбродных увеселений.

Глаза на минутку искривились с неясной эмоцией.

– Влюбился что ль?

И вновь резанул. Вновь резанул!!

– Цефас, это ещё хуже, чем сумасбродные увеселения, – Тёмный Лорд поцокал языком. – Но что я за мужчина, если скажу тебе отступиться! Кто она?

– Да та же, что пять лет назад, – не было смысла в притворстве. Если господин что-то правильно понял – это труба.

– Постоянство – одно из твоих достоинств, – собеседник довольно хмыкнул. – В общем, продолжай сеять страх, раздор и разрушения. Но тайно. Как всегда, – наказал он. – Желаю удачи в захвате женского сердца! Увидимся позже. Или хочешь ещё что-то сказать?

Некромант легко вспотел от напряжения, но таки не сознался:

– До связи, господин.

– Береги себя! Придём проведать как договаривались, – мираж растворился будто капля краски в воде.

Цефас повернул голову к Эдвину:

– Эдвин… а можешь…

– Сходить проверить, как она? – с пониманием отозвался подопечный.

Прилив благодарности отразился на лице собеседника.

– Второй этаж, правое крыло, напротив моих покоев.

– Понял!

Присвистывая, радостный алхимик направился по указанному адресу. Дверь была не заперта (понятно, опыта в подобных делах у начальника катастрофически не хватало). Эдвин приоткрыл её и тут же захлопнул обратно. Помчался вниз, будто ураган.

– Господин! Это что?!

– Что? – не понял тот.

– О… она! И… и вообще, почему дверь не заперта?! Как-то вы очень странно её украли!

По мере продвижения разговора посол всё сильнее краснел со стыда. Одно дело – неизвестная женщина. Но первоклассная женщина, знакомая в Арьведе каждой собаке, а главное – ему!! Как вообще можно было! Он же только с утра у неё засушенные коровьи кишки покупал!..

– Она спит не из-за заклинания, – помрачнев, известил Цефас. – От переутомления. Ты вообще видел эти мешки под глазами? В них можно картошку хранить.

Эта женщина отрубилась в ТАКИХ условиях?! Это что, по её мнению, внеплановый отпуск?!!

Хотя… кровать удобная, постель свежая, шторы плотные, стены толстые. К тому же идеальная для сна загородная тишина: ни тебе карет, ни орущих людей, ни кидающихся камнями придурков. Если так подумать – впрямь неплохой вариант для…

Чем больше Эдвин думал, тем сильнее понятия не имел, как вести себя, когда похищенная очнётся. Появилось жуткое желание окончательно перебраться в подвал, чтобы видели только крысы и иногда господин.

***

В трактире в восточной части Арьведа за круглым столом собралась неполноценная частично потрёпанная компания. Столик предназначался для четверых, сейчас за ним сидели Жея, Тимар и попыхивающий Джан, прижимающий к глазу кусок льда. Маг, в отличие от тех двоих, выглядел печально не только по выражению лица и общему настроению, но и физически.

Хоть любимый столик удалось занять – и то хлеб. В подобных ситуациях жизненно необходимо искать поводы для радости. Хвататься за них крепко, всеми силами держать.

– Надо рассказать Оки, – тихо сказала Жея, разрушив застоявшуюся тишину.

– Думаю, он уже всё понял, – отозвался Тимар. Рот открыл неохотно, будто на силу переборол отвратительные мысли по поводу близких людей. – Согласитесь, мы последние, кого захочется увидеть в данной ситуации.

– Ты видел его взгляд? Бедный ребёнок. Слишком много на себя берут. Оба, – собеседница закрыла лицо ладонями.

– Хватит сопли распускать! – воскликнул Джан. У самого глаза были на мокром месте. Из-за переживаний и спадающих отёков. – Мы пойдём искать Раджен и скажем ему об этом! Возьмём с собой, если захочет. Лучше так, чем пустить на самотёк: этот парень похож на того, кто может вытворить нечто опасное. Это поняли. Теперь: стоит понять, что это был за туман.

– Было похоже на печать притупления, – ответила отрезвлённая его словами Жея.

Тимар едва слышно прыснул в кулак. Как бы плохо арбалетчику не было, словосочетание «печать притупления» веселило так же, как обычно. Особенно сказанное со столь серьёзным выражением лица.

– И впрямь, – маг аж рот раскрыл. – Тогда понятно, почему у меня голова закружилась. Печать притупления! Как не понял… Если бы не это, я бы наверняка!..

Тимар закрыл рот рукой в честной безуспешной попытке подавить смех.

– Неужели печать прит… неужели такая сильная? Ыыы… печать притупления! – но, повторив заветные слова самостоятельно, не смог сдержаться. Маги одновременно уставились на него не самым лестным образом.

– Харе ржать! – гаркнули оба, провоцируя усиление приступа смеха.

– Простите! Простите сердечно!.. – вытерев выступившие слёзы, взмолился Тимар. И расхохотался с новой силой, схватившись за живот.

– Кое-кого эта печать и впрямь притупляет, – обменявшись многозначительными взглядами, проговорила Жея.

Через несколько минут смехо-истерика прекратилась, остался побочный эффект в виде коротких тихих смешков.

– Как бы там ни было, мне стало легче. Рад узнать, что это не полностью из-за меня, – вздохнув, признался Джан.

– Здравствуйте, я ваша тётя, – брови Жеи взметнулись. – Ты вообще видел этого!.. Нет, ты его не видел. В любом случае: с самого начала было понятно, что наш противник проблемный.

– Ну не знаю, я его почти застрелил, – как бы между делом поделился арбалетчик.

– Тимар, – предупреждающе произнесла собеседница, развернув на него голову.

– Что? Ваша магия ненадёжна. Много раз говорил: переходите на нормальное оружие.

– Ну-ну. Помним мы тебя, когда пусковой механизм сломался. Вот тогда-то весь гонор и пропал! – припомнил Джан.

– Я и без своего арбалета на что-то годен, – Тимар помрачнел. Героически сдерживаемая грязь полезла наружу. Эта его сторона резко контрастировала с привычным выражением лица. В ней присутствовало нечто до жути пугающее, до мурашек. – А кто вы без вашей магии? Даже кинжал метнуть не сможете.

Маги едва не задохнулись от подобного заявления.

– Посмотрите-ка, чья сучность полезла наружу! – притворно «восхитилась» Жея.

– Мы с Раджен вкалывали долгие годы. Ради того, что имеем сейчас. И у нас не было никаких «стартовых бонусов», нас никто никогда не берёг, – собеседник осклабился. – Вот до чего доводит привилегированное отношение к таким, как вы. В решающий момент у вас вечно что-то идёт не так!

– А мы с Джаном, – скрипнула Жея. – Вкалывали в академии долгие годы ради того, что имеем сейчас. Магический дар без развития ничего не стоит.

– Не многое-то вы имеете, – усмешка. – Как выяснилось.

– Тимар! – глаза товарищей жутко распахнулись.

– Я выкашивал таких как вы стопками, меня создали для того, чтобы устранять зарвавшихся магов, – выражение лица Тимара переменилось окончательно. – Мне известны все ваши слабости и недостатки. Хотите подраться? Вперёд! Посмотрим, что быстрее – ваша тугая магическая соображалка или мой кулак.

Троица подорвалась с мест. Раджен была их клейстером, без неё противоречия разъедали изнутри как яд чёрного дракона кости.

– Значит, ты считаешь, что случившееся – целиком наша вина? – шипя, уточнила Жея.

– Моя вина в том, что доверился вашим поганым заклинаниям, – в ответ шикнул Тимар.

– Прекрасно. Раз такой умный, то и действуй самостоятельно! – девушка крепко схватила Джана за запястье, другой рукой швырнула на стол несколько монет для оплаты, развернулась и ушла, пнув дверь коленом.

– Проклятые маги, – ненавидяще выплюнул арбалетчик, со злости пнув стул. Ловить не стал. Сунув руки в карманы, вышел прочь, предварительно оставив на столе пару монет. Трактирщик, принёсший кисло-горький морс, приятно изумился получившейся сумме. Хоть кто-то остался доволен.

***

Раджен проснулась и в полудрёме дотянулась до графина с водой, заботливо оставленного на прикроватной тумбочке. Проигнорировав стаканы, вылила часть содержимого в рот. Чудом не подавилась. Отставила обратно, повернулась на бок и заснула.

***

Айрин и её загадочный спутник остановились в небольшой таверне в северной части города. Спустились на обед, и теперь сидели друг напротив друга в ожидании. Она сидела, скрестив руки, хмурилась и нервно постукивала пальцами по предплечью. Взгляд молодого человека делался всё более обеспокоенным.

– Сейчас, Ал. Я всё сделаю, – пообещала, поймав его. – Надо было взять воды вперёд.

– Я не об этом, – голос был тише, чем обычные голоса. Он или вовсе не мог говорить громче, или привык. – Мне не нравится твоё состояние.

– А что с ним не так? – Айрин выгнула тонкую бровь. – Спокойно иду за луноцветами в сторону Хребтовых гор по наиболее удобному маршруту в относительно приятной компании, которая ищет подходящее место жительства.

– Ты слишком напряжена в последнее время.

– Мы слишком близко к Равею.

– Уже не первый день.

– И что дальше? Хочешь меня расслабить? – она криво усмехнулась.

Ни один мускул на лице собеседника не дрогнул. Он с присущим спокойствием ответил:

– Скажи как.

Айрин округлила глаза.

– Догадайся сам. Не скажу.

– Считаю необходимым отметить, что из-за непосредственной близости к тебе мои мысли извратились.

Айрин промолчала.

– Я вижу, как ты смотришь. Или ошибаюсь? – на щеках невозмутимого Аллара появился лёгкий румянец.

– Может, начнёшь говорить ещё более завуалированно? – она невольно заулыбалась, пряча улыбку за притворным недовольством, а взгляд за ресницами.

– Хорошо. Попытаюсь… выразиться, – брови дёрнулись, почти сойдясь у переносицы. Отслеживая реакцию, собеседник осторожно накрыл её ладонь своей. Покрасневшая спутница в ожидании и надежде подняла на него глаза. – Айрин. Я всё сильнее убеждаюсь в том, что лю…

В таверну влетел Оки с красными от слёз глазами. Атмосфера воркования жесточайшим образом разрушилась. Но это ещё пол беды – мальчик подлетел прямо к их столу.

– Пожалуйста… – голос дрожал. – Помогите мне, – уронив голову, попросил едва слышно. Сжал подол красноватого тёмного плаща.

Прежде чем заволновавшаяся Айрин, кривящая брови, успела возникнуть, Аллар остановил её, выставив ладонь. Обратился к нежданному гостю:

– Я слушаю тебя.

– Я… я отвратительно себя чувствую, – горло пересохло, было слышно. – Я не понимаю, что происходит. Моя сестра… она ушла из города полтора дня назад. Она – моя единственная опора. Её спутники вернулись, все до одного. Я… я просто. Не могу жить. Вот так… – добавил совсем сипло. Вдруг вскинул голову и резко сжал куртку в области сердца. Пошатнулся, как от удара по голове.

Аллар поднялся и подхватил его, заключив в объятия. Невидимая сила обвила мальчика, нежно успокаивая. Резкая головная боль и удушье постепенно сошли на нет. Мир перестал раскачиваться. Багровая жидкость успокоилась.

– Мы поможем, – Айрин озвучила общие мысли. Она выглядела предельно сосредоточенной и даже недовольной, будто развернувшаяся ситуация вызвала приступ омерзения. То была лишь видимость, особенности мимики. – Но почему ты просишь об этом нас?

– Не знаю… чувствую, – Оки поднял взгляд на Аллара. Тот глядел всё так же просто и проницательно, лицо окутывало живительное спокойствие.

– Я помогу тебе, – полупрозрачная, будто сияющая изнутри ладонь легла на левое плечо просящего. – Взамен. Получу право единожды попросить тебя о чём угодно. Ты обязуешься выполнить.

– Ал?! – Айрин не ожидала подобных заявлений в отношении отчаявшихся детей.

– Эта просьба не будет вредить жизням и посягать на свободу кого-либо кроме тебя.

Взгляд Оки, направленный на собеседника, сделался предельно сосредоточенным. Он раздумывал, кривя глазами. Не решался. Сопоставлял «за» и «против». Довериться неведомому порыву или?..

– Я… согласен, – тяжело ответил он. Тут же плечо обожгло клеймом. Безумно больно. Безумно быстро. Впрямь ли возникло это чувство или лишь показалось?

– Мне нужна вещь твоей сестры. Та, которой она часто пользовалась, – оповестил Аллар, опустив руки. Выпрямился. – Айрин? – чуть повернул к ней голову. Чувствовал, что она не одобряет.

– Я тоже хочу помочь. И, в отличие от некоторых, бескорыстно, – закинув ногу на ногу, заявила девушка, даже не взглянув. Спутник едва слышно, но весьма удручённо вздохнул. Оки вновь не понял, вправду было или показалось.

– Присаживайся. Мы отправимся на поиски сразу после обеда, – Аллар вернулся на место и отодвинул стул для гостя. – Но… ты уверен, что она всё ещё с нами? – уточнил осторожнее. В изгибе бровей читались печаль и сочувствие.

– Иного быть не может! – быстро ответил пострадавший и послушно сел.

– Как ты нас нашёл? – Айрин перенаправила тему так же, как и взгляд. Со стены на мальчика, демонстративно проигнорировав белое пятно.

– Не представляю, – ответил тот. – Иначе как чудом назвать не могу.

– Чудом… – тихо повторил Аллар, всматриваясь в душу. Видел насквозь. Видел то, о чём никто не знал.

Раздражённая по его вине Айрин буквально выдрала из рук подавальщика поднос. С грохотом поставила на стол.

– Угощайся, – растянув губы в улыбке, обратилась к Оки.

Глава 3. (Не) так и (не) туда

Пленник предстал перед тем, чьё могущество (по мнению некоторых очевидцев) не знало границ. Перед тем, чьё имя заставляло наместников икать от ужаса. Перед тем, кого боялась удача. И просто тем ещё сорокалетним обаяшкой…

«Тёмным Лордом»

Высокий, широкоплечий. Он был отлит из крепчайшего сплава, обтянутого упругой золотисто-коричневой кожей. Созерцание его фигуры вызывало трепет перед возвышенным. А стоило набраться смелости взглянуть на лицо… Встреться взглядом с чёрными как ночь глазами – разрежут напополам, поставят на колени и больше никогда не сможешь поднять голову вновь. Единственное, что сглаживало впечатление и чётко очерченные черты лица – мелкие волны волос цвета напитка из перемолотых зёрен, она добавляли образу безобидной очаровательности. Жаль, испуг не позволял оценить сие по достоинству.

– Ну здравствуй, Эдан Люр! – поприветствовал он, закинув ногу на ногу. – Распишешься в моём дневнике? Я читал твои труды. Заслуживают внимания!

– Посмертное признание? – тихо поинтересовался писатель.

– Почему же посмертное? – удивился хозяин замка. – Просто я беру тебя под принудительную подневольную защиту. И вообще, на что ты надеялся, придя сюда? А? Ну вот на что? На то, что просто уйдёшь? – весело уточнил он.

– Это действительно было глупо, – нехотя признался собеседник.

– В любом случае, ты хотел задать мне парочку вопросов. Так что вперёд, – разведя ладони в сторону в качестве приглашения, Тёмный Лорд откинулся на высокую спинку трона из морёного дуба.

– Можно зафиксировать на бумаге? – терять было практически нечего, да и писательский долг звал.

Виновник остановок сердец Равильской знати окинул пробирающим до дрожи взглядом, затем приказал:

– Адар, обеспечь гостю обстановку для писательства.

Отделившись от тени колонны слева, в зону видимости вплыл черноволосый молодой человек с идеальной укладкой, спровоцировав внеочередной приступ на силу подавленного испуга. Прямые длинные ноги плавно перетекали в красивый треугольник груди и плеч. Светлую кожу выгодно подчёркивали тёмные облегающие одеяния. Лицо было строгим, как отполированным. Светло-карие глаза отблёскивали янтарём. Внешность представителя Элефской знати, не иначе. Наверняка полуэльф.

Одной рукой Адар легко разрезал верёвки на руках Эдана. В другой принёс витой стул, его-то и предоставил пленнику. Затем вручил доску подходящего размера, отобранный блокнот, чернильницу и перьевую ручку.

Писатель, с опаской косясь на подручного Тёмного Лорда, сложившего руки за спиной, расположился на стуле, положил на колени доску и разложил инструменты.

– Достаточно удобно? Можем принести стол, – сказал хозяин.

– Не стоит. Меня… всё устраивает, – поглядев на стоящего рядом Адара, ответил Эдан.

– Адар, иди сюда. Не стой у человека над душой, – хохотнув, приказал пытальщик. Тот послушно прошествовал к господину и застыл по правую руку. – Начинай, – Тёмный Лорд кивнул.

– Итак… Я бы хотел спросить: почему вы встали на путь зл… оппозиции?

– Ооооооо, – протянул собеседник. – Это началось десять лет назад. Когда от меня ушла жена, – поведал он. – Да-да, когда-то я был мирным семьянином, основным досугом которого было земледелие, скотоводство и кузнечное дело в свободное время. А потом она начала пропадать вечерами. Я верил её неубедительным оправданиям с раскрытым ртом. Верил бы даже сейчас, если бы однажды не увидел, как она целуется с мужчиной. Да ещё не абы каким, а одним из наместников Равея. Уже бывшим. Тогда я разочаровался во властях. Честно говоря, раньше мне не было дела – а тут вдруг понял, насколько они отвратительны. После моя жёнушка вдарила меня по лицу, заявив, что уже давно не любит. С того самого момента, когда увидела, как я сажаю картошку. Мол это было не мужественно. И что ей нравятся бороды. И не нравится моё телосложение – как будто о камень бьёшься. Да и характер у меня так себе, слишком скучный. Да и… В общем, много всего интересного я узнал в тот вечер, но главное, пожалуй, что я – наивный дурак. Такой ужасной обиды, положа руку на сердце, не чувствовал никогда в жизни. Она перекрыла доступ к трезвомыслию в мгновение ока. Я ж её всё-таки любил, лучшие годы жизни отдал… – он шумно выдохнул, мимолётно взглянув на высокий потолок. – И настолько мне крышу снесло, что решил я чем-нибудь диким заняться. А тут как раз древняя книжка по древней волшбе подвернулась на глаза. Ну, той, которая до Маан и Каэны была, использовала внешнюю космическую энергию и всё такое. Кто ж знал, что к этой необузданной ерундистике у меня окажется талант. Так что уже через день я с полпинка призвал какую-то могущественную рогатую хтонь из подмирной части и заключил с ним сделку. Хотел вернуть жену. А он… пришёл и помотал головой так, как мотают лекари, не сумевшие спасти больного. Тогда я разочаровался не только во властях, но и в силах так называемого «зла». Вот тут-то в моей голове созрела превосходная мысль: почему бы не исправить разом два направления? Показать всем, как надо! И в придачу мир захватить, чтобы эта неблагодарная по мне слюной изошлась. Вот как-то так.

Несколько минут в зале царила тишина. Эдан привёл глаза в норму и недоверчиво уточнил:

– То есть, вы решили захватить мир, потому что от вас ушла жена?

– А я тебе разве не об этом только что рассказал?

– Ну… – Эдан скривил глаза. Что он должен был ответить? «Неправдоподобно»? А вдруг Адар его за это кинжалом вскроет? Да он и за глаза может вскрыть – по лицу заметно.

– Я в общих чертах рассказал, а то мы бы застряли на этом вопросе недели на две, – прибавил Тёмный Лорд. – А ты всё-таки устал с дороги, да и у меня дела есть.

– Хорошо… – со скрипом согласился собеседник. Может, позже докопается до истины. – А почему господин Адар перешёл на вашу сторону?

– Адар? – опрашиваемый изогнул брови. – Давай, расскажи нам, Адар, почему, – добавил с ухмылкой.

– У меня есть сестра, – начал подручный, глаза недобро сощурились в этот момент. – Она отвергла мои чувства, сказав, что наши отношения неправильны. Разумеется, это так. Но сердцу не прикажешь. В тот момент, когда я разрушил свою превосходную светскую жизнь в Ильфее непозволительными чувствами, мне встретился господин и сказал: «чего сидишь на ступенях, смотри, какие звёзды наверху», – улыбка Адара сделалась мягкой и тёплой, он даже чуть наклонил голову вниз, приложил ладонь к груди. – Меня это потрясло. До глубины души. Я взглянул и увидел… Впервые увидел. А потом…

«А потом» прозвучало со стрёкотом и опасностью. Последовала пауза. Писатель нервно сглотнул.

– ..а потом выяснилось, что мы с сестрой не родные. Да и вообще никто её никогда моей сестрой не называл, это я сам так решил. Мы между собой решили. Понимаете? – губы перекосил истеричный смешок. – Я был возрождён для общества, для которого не умирал.

Приглушённый смех усилился.

– Буквально… сам загубил себе жизнь. От и до. Потом «сестрица» сбежала из дома, предварительно заявив, что я пугаю её до предобморочного состояния. Пугаю?! Я всего лишь хотел, чтобы она была счастлива. Я делал для неё всё! А сейчас даже не выслеживаю, хотя мог бы!

Адара затрясло. Заметно.

– Спокойно, – обеспокоенно-предупреждающе протянул господин.

Подействовало моментально. Разрушитель собственной жизни вернул прежнюю сдержанность.

– Так зачем сидеть на ступенях, смотреть в траву, если наверху звёзды? Так что я отшвырнул прочь всё: бесконечную учёбу, этикет, репутацию, титул наследника, одежду из тканей, не вызывающих раздражение на моей нежной коже, жизнь, в которой всё выполняется по щелчку пальцев, мать и отца, готовых на всё ради меня, свет, меня восхваляющий… – перечисление продолжилось. Чем дальше, тем больше Эдан не понимал, каким образом эти многочисленные блага докатились до статуса «травы», а нестабильная жизнь рядом со злодеем получилась вроде как «звёзды». – …мир полон возможностей. Он стоит того, чтобы в нём жить. И я могу быть счастливым. Я понял это благодаря господину. И я пошёл за ним.

Представители зла переглянулись.

– Ни разу не пожалел, – Адар легко улыбнулся. Тёмный Лорд улыбнулся в ответ.

– Я у него просто спрашивал, где библиотека общего пользования, – вставил последний, повернув голову на пребывающего в шоке писателя. – Выяснилось, что нигде. Разве ж это честно?! Зря приходил в Ильфей! Зря, если бы не этот, – кивнул на Адара. – Нет, ну а всё-таки. Почему мы стали «злом»?

– Вы… вы у меня спрашиваете?.. – жалобно не понял Эдан. Слишком сильная концентрация ненормальных на квадратный метр.

– В плане, почему вы так считаете? Равильскя монархия грешна. Люди кое-как сводят концы с концами, на работорговлю уже даже внимания не обращают. Знать делает что душе угодно, во вседозволенности переходя любые неразумные границы. А я, например, в отличие от Его Величества, не отношусь к своим людям как к вещам, которых можно выбросить или заменить в тот момент, когда наши мнения разойдутся.

– А ещё, – выражение лица Адара приобрело совершенно особенную эмоцию. Гнев и ненависть, подрагивающие уголки губ и дёргающийся нос. Желание схватить за волосы на затылке и бить об стену, пока схваченный не потеряет сознание от кровопотери. – Ха-ха, как смешно, «тёмный», потому что кожа смуглая. «Лорд», потому что это титул управленца, который никто с бородатых времён не помнит.

– Да ладно, не закипай. Мне нравится моё прозвище. Хорошо звучит, – польщённо и довольно проговорил «ущемлённый». – Впрочем, надо связаться с Цефасом. Извиняюсь, – выкинул из кармана камень, рассыпавшийся по полу горстью порошка. Горсть разошлась идеально ровным кругом, из которого донёсся паникующий голос. Отрывок фразы:

– …скажет Тёмный Лорд… – характерный скрип зубов

– Что я скажу? – хмыкнул Тёмный Лорд.

– Госп… Господин!

После содержательного и поучительного разговора с непоседливым некромантом, хозяин положения напомнил о планирующемся визите.

– Во молодец! Не, ну молодец же? – весело поинтересовался «лорд», ища согласия Адара.

– Как скажете, – тот натянуто улыбнулся. О Цефасе он знал одно: этот выпендрёжник вечно действует по-своему. Возможная ссылка в Арьвед по вине этого дрэва тоже не прельщала.

– Вы правы, – тихо сказал Эдан, о котором успели позабыть. – У меня нет оснований клеймить вас злом. Если я должен ненавидеть вас, то власти несоизмеримо больше, – эта крамольная мысль уже давно сидела в голове, но он не осмеливался признаться в ней даже самому себе, не то, чтобы произнести вслух. – Один из наместников Его Величества забрал мою любимую два года назад

Виновник доворота сознания посмотрел крайне внимательно и стал ожидать продолжения. На удивление, писатель продолжил уверенно:

– Позвольте вам помочь, – встал со стула, опустился на колено и склонил голову.

– Эй-эй! Не надо коленопреклонства! – недовольно повелел Тёмный Лорд, с помощью ладони призывая встать. Эдан не встал. Тогда встал повелевающий, подошёл, взял за плечи, в один момент поставил вертикально и, хлопнув по ним, с улыбкой сказал:

– Добро пожаловать, Эдан Люр!

***

Джан и Жея вот уже десятый час шли по лесу. С каждым шагом они всё меньше верили в то, что идут в правильном направлении. Вот если бы здесь был Тимар, может подсказал бы чего… Нет! К чёрту! Лес не так, чтобы тёмный. Да и вообще! Какой безумный некромант в нездравом уме выберет подобное скучное, совершенно не зловещее место? Тьфу! Сплошное разочарование.

Как же не хватало этого гадкого арбалетчика и его чуйки!..

Что касалось Тимара, он шёл только третий. До этого поглядел на Оки, сидящего дома. Судя по виду мальчишки, Жея ему всё рассказала. На то и был расчёт. После Тимар рассудил: надо идти в лес, даже если он светлый и приветливый – затеряться среди густых деревьев раз плюнуть. Он бы тоже туда пошёл, если бы хотел затеряться. Для начала.

Ягода с куста улучшала настроение. Тимар рвал прямо по дороге. Впереди мелькнули две знакомые фигуры в песочно-зелёных цветах стражи Арьведа. Этих дылд невозможно было не заметить.

– Пф… – не сдержал смешка. Маги, привыкшие к цивилизации, пошли в лес. Презабавное зрелище. Продержатся дня два, потом с воплями побегут к горячей водичке и тёплой постельке. Впрочем… это же были Джан и Жея. Судя по снаряжению, даже помнили его советы. Вот так дела. Сердце кольнуло. Может, зря их оставил?.. Пропадут же, дураки. А они, в конце концов, ЕГО дураки. Смешные, нескладные и белобрысые. Тимар заключил: понаблюдать, а потом решить, показываться или нет. При этом он смел самонадеянно подумать, что является вершиной пищевой цепочки наблюдателей.

– Жея! – разрушая затянувшееся молчание, сказал Джан и резко затормозил. – Можешь считать меня параноиком, но за нами кто-то следит.

Тимар, сидящий на ветке дерева на носках, едва ягоду изо рта не выронил.

– Допустим, – с натяжкой согласилась спутница. – Что хочешь с этим сделать?

– Либо понять, кто и зачем. Либо бежать. Мало ли, вдруг засланец Тёмного Лорда!

– А ведь ты прав, – Жея напряжённо кивнула, на всякий случай достала из-за спины берёзовый посох с витиеватой загогулькой наверху. Они продолжили движение. Быстрее.

– Ну нет, – вместе с тихим зловещим хохотом раздалось сверху. Где-то сбоку от Тимара. Он всё-таки выронил ягоду.

Не заметил?! Как?!

Свет для парочки Арьведских магов погас – головы накрыли мешками, молниеносно связали по рукам и ногам.

– А ну! – в порыве чувств арбалетчик выпрямился, вскинул оружие. Ветка не выдержала подобного напора и сломалась, предоставив его прямо в руки таинственных захватчиков. Те благодарно воспользовались шансом, и, поймав, проделали все те же манипуляции, что с друзьями-дураками. Сопротивление не предоставлялось возможным: во-первых, три пары рук, по силе превосходящие его. Во-вторых, была у Тимара одна жуткая, непростительная слабость, из-за которой он потерял сознание в тот самый момент, когда голову засунули в мешок.

Тут произошло то, чего никто не ожидал.

Из кустов вылетела белоснежная лань с многогранными синими рогами, прямо на бегу закинула арбалетчика себе на спину и скрылась в неизвестном направлении.

Все (кроме магов) наблюдали за этим ещё более молниеносным хищением с вытянутыми от изумления лицами. Кто-то даже челюсть уронил.

– И ладно, – пожав плечами, решил схвативший.

Тогда-то свет для двух пленников, начавших осознавать ситуацию, погас окончательно.

Вырубили ударом в подбородок.

***

Раджен проснулась, лёжа на спине. Свечение позади штор указывало на то, что Иррилум высоко на небосводе.

Нега разливалась по телу. Это была не просто удобная поза для сна. Это было лучшее положение в её жизни. Температура комнаты ласково обволакивала. А запах! Так приятно пахло… Разве она могла сопротивляться?

Закрыла глаза на минуточку.

…открыла через день.

***

– Всем стоять, руки вверх! – громогласно раздалось сверху.

Аллар, Айрин и Оки замерли и одновременно подняли головы вверх. Руки – только мужская часть компании, взрослая – замешкавшись, младшая – по инерции. Женская наоборот скрестила в полном претензии ожидании. Троица внимательно проследила, как с деревьев (до чего же они удобны в этом лесу!) спрыгнуло несколько человек и заключило их в неровное кольцо из которого, тем не менее, выхода не было.

Перед носом приземлился юноша лет семнадцати (или в детстве сильно недоедал, так часто бывало) с волосами цвета красного дерева и крайне довольной ухмылкой. С наслаждением потянувшись, он окинул путников хитрым взглядом и, шутливо наставив охотничий нож, произнёс:

– Ай-яй-яй. У вас есть разрешение?

– Какое? – Айрин властно-вопросительно изогнула бровь.

– На столь сияющую красоту, разумеется, – лукаво сощурил глаза. – У нас с этим строго.

– Могу вымазаться в грязи, если станет легче, – предложила она.

Предводителю шайки лесных разбойников неизвестного уровня подобный ответ пришёлся по вкусу.

– Нет-нет. В том не ваша вина. Не смею тревожить неправомерными обвинениями столь прекрасное создание, – решил он и попеременно перевёл оценивающий взгляд на тех, кто стоял справа от неё. – Теперь по делу.

Аллар на всякий случай взглянул на Айрин, а Оки взглянул на Аллара, чтобы посмотреть, куда тот смотрит.

– До меня дошли слухи, что где-то здесь кое-кто шастает, – ценитель прекрасного задумчиво провёл указательным пальцем по лезвию оружия. Даже если бы порезался – всё равно.

Последовала небольшая испытывающая на прочность пауза. Подействовала только на Оки. Айрин была слишком уверенной для подобного, Аллар слишком не осведомлённым о социальных взаимодействиях.

– Так вот! Простите за глупый вопрос: вам не встречались единороги? – сменил угрозу на веселье.

– Давайте заодно спросите про восьмикрылых крылатых коней, – предложила Айрин. – Гидр и драконов.

– Ясно-ясно, – при взгляде на неё карие глаза лукаво щурились. – Если, как гласят легенды, единороги в человеческом облике – непростительно прекрасные люди, стало быть, я вас раскусил.

Аллар издал очень непонятный звук или скорее его отсутствие. Вновь посмотрел на Айрин, во взгляде мелькнуло тревожное ожидание реакции.

– О, боюсь, я всего лишь прогнившая Ильфейская знать, – поспешила «успокоить» та знакомым язвительным тоном.

– Это только работает на предположение, – ссылаясь на ареал обитания рогатых коней (а именно – территории империи Элеф, Ильфей был её столицей), заприметил собеседник.

– Единорогов уже как минимум пять сотен лет никто не видел, – шумно выдохнув, произнёс Оки. Да таким тоном, будто он – тысячелетний дед, поучающий нерадивую молодёжь. А главное, до того натурально, что даже Айрин лицо проще сделала. – Уже во времена Рювия Светлобородого всего три штуки известно было, одного загнали, один пропал. Третий попался веории в науналеж, вместе с ней же канул в неизвестность. И вообще. Зачем он вам понадобился? На ингредиенты для зелий? Так вот: раздробленный рог единорога вас космические энергии покорять не научит. От любого недуга вылечит – это да. Хотя как «от любого»: каждые пару десятилетий что-то новое, колдуны к тому же новые извращения выдумывают. В общем: жестокое, часто не оправданное коневредительство. Пусть лучше бегают и создают эстетику, а то эльфы окончательно впали в уныние и интрижную жизнь. Не только из-за этого, конечно.

Воцарилось изумлённое молчание.

Оки пару мгновений поразмыслил, затем вдруг округлил глаза:

– Откуда я это знаю?..

– Кхем, – смочил горло разбойник. Не хотел ещё одной странной паузы. – Нет, никакого коневредительства. Просто всю жизнь мечтал увидеть единорога. Как будто даже помог одному выжить десять лет назад, но не уверен.

– Помогли? – Аллар насторожился.

– Прирезал парочку мерзавцев, которые его загоняли – пожал плечами. – Не следует убивать сказочных созданий, особенно в наше далеко не сказочное время. По мне не скажешь, но я тот ещё романтик.

– Да нет. В целом, жизнь в лесу, криминал, постоянный риск… своеобразная романтика, – ответил Оки.

– Отрадно слышать, что кто-то поверил в тонкость моей душевной организации, – юноша признательно кивнул. – Ладно. В плен не сдаётесь, насильно вести лень… – задумчиво покрутил нож. – Ты. Гони кошелёк, – постановил, взглянув на Аллара.

– У меня нет кошелька, – ответил тот.

– Понятно. Значит, деньги у кого-то из вас, – усомниться в искренности странного путника не представлялось возможным. Разбойник печально скривил губы. – Оббирать женщин и детей совсем нет настроения. Что за путники такие. Ни схватить, ни обворовать…

На мгновение троице бравых спасителей Раджен показалось, что он вот-вот расплачется. Так сильно расстроился. Но это только показалось:

– На чай-то можно позвать? Горно-лесные товарищи подгон сделали. Поболтаем о том, о сём. Расскажете, куда идёте. Всё такое.

– У нас нет на это вр… – мрачно начал Оки, но его прервали:

– А если я прямо ну ооооооооочень убедительно попрошу? – в такт хитрому вопросу пятнадцать штук (да, троица оценила обстановку) подчинённых сделали несколько шагов вперёд. Зажали очень плотно. Слишком широко подышишь – порез.

Убедительнее просить не пришлось.

– Господа, мы с радостью задержимся на пару часов, – мило улыбаясь, известила Айрин. – В ножичках нет нужды, –аккуратно отодвинула от себя ближайшее лезвие.

– Славно! – главарь хлопнул в ладони, остальные отступили. – Проводим наших гостей в лагерь. Да, ребята?

Глава 4. Спасители

Эдия стояла у высокого окна в пол, без размышлений созерцая округу. Она часто так делала, потому что во владениях Райдена Игнесса, одного из наместников Равея (столицы королевства), спасала лишь искусственная, через силу натренированная тишина разума.

Раньше, первые месяца два, она часто думала о жизни. Но чем дальше, тем хуже это становилось. Мысли о прошлом и грядущем сопровождались паническими атаками, тело трясло, сердце бешено стучало. Единственной опорой осталась она сама. Она должна была сохранить разум, потому и выбрала отстранённое существование, научилась без эмоций и сопротивления принимать всё, что происходило в этих проклятых стенах. У неё был дар, делающий пребывание среди алчных, жаждущих власти людей по истине невыносимым. Она слишком чутко реагировала на колебания их душ. Впрочем… раньше. Сейчас восприятие значительно притупилась. Пленница не могла больше почувствовать нити мироздания, приоткрыть завесу будущего. Что уж тут: не чувствовала и их с Эданом связи. Эта ниточка потускнела до невозможности, стоило Эдии научиться отгораживаться от всего. Такова была плата. Так древнюю нариванрайскую кровь в её жилах забила жестокая Равильская действительность.

И всё же… Эдан. Боже, бедный Эдан!

По щеке невольно скатилась слеза. Опять.

Она помнила, как он рвался к ней, вгрызаясь в стражу, как требовал, а затем молил не забирать её, унижаясь, стоя на коленях под действием сильных рук в латных перчатках. Как до самого последнего момента вырывался, пока не упал без чувств от кровопотери.

В тот момент сердце Эдии остановилось. Она забыла, как дышать.

Но она знала, что он жив, что с ним всё хорошо, что он оправился, отделавшись кучей шрамов. Что его заперли, потом сослали. Второй год он находился неизвестно где, наверняка отчаявшийся и сломленный. Первый год Райден с радостью делился с ней известиями о том, как тяжело её любимому, больше полугода подтрунивал, но вот уже несколько месяцев делал вид, что эта тема его никогда не волновала. Варианта было два: либо ему наскучило, либо Эдан неведомым образом вырвался из-под надзора после относительно недолгой опалы.

Утерев единственную слезинку, пленница вдруг слабо улыбнулась. В конце концов, господин Игнесс отчалил на целых два дня! Отсутствие главного мучителя, вопреки всем самоубеждениям, не могло не радовать. Её ожидало два дня блаженства. Размеренных и спокойных. Спрячется и никто не найдёт, она никому не нужна. Она здесь никто, просто вещь. Вещь без хозяина, пылится в кладовке – как она счастлива!

Почему же до сих пор стояла у окна?..

В поле зрения возникла большая крытая повозка. Эдия ощутила прилив давно забытой эмоции – воодушевления. Сердце застучало, но не от переживаний – от радости. Те смутные образы из снов полуторогодовалой давности: светлая грязная дуга, чёрный чешуйчатый хвост, красные расплавляющие глаза. А главное: ни с чем не сравнимое чувство защищённости. Окручивающая, заворачивающая крепость.

Из повозки вывели измученную нагу. Эдия едва не потеряла пол под ногами. Жительница Анхараша… верхняя половина человеческая, женская, крепкая и фигуристая. Нижняя – сильная, длинная, змеиная. Нага принадлежала к правящей семье подземного государства: выдавал чёрный цвет чешуи, размеры и ощущение всепоглощающей мощи, от неё исходящее. Сжимание несколько голов до треска явно не представляло сложности. Наверняка среди мирового населения для неё было сложно найти достойного противника. Но не сейчас. Сейчас величественное создание было сковано цепями, ослеплено плотной повязкой, лишено дара речи кляпом. Медленно и подневольно передвигалось в окружении двух десятков копий на подрезанном хвосте.

Эдия медленно сползла вниз, не в силах устоять на ватных ногах. Тут же подскочила и устремилась прочь. Знала, что делать. Знала, что необходимо украсть. Знала, куда поведут нагу.

Знала, что это – долгожданный шанс.

***

Цефас просто шёл на кухню. Просто шёл, и даже дошёл. Но как переступил порог – замер.

За кухонной тумбой, на табуретке, боком к нему сидела Раджен, а слева, услужливо склонившись, Эдвин подавал ей кружку с напитком.

– О, – похищенная заметила хозяина краем глаза и повернула голову. Нервная улыбка алхимика сделалась шире.

Некромант медленно поднял указательный палец вверх, готовясь давать объяснения. Уже почти открыл рот.

– Спасибо вам за предоставленную возможность отдыха. Несмотря на обстоятельства, – Раджен его опередила. Смотрела спокойно. – Не знаю, зачем я вам понадобилась, но если бы вы хотели вытащить из меня душу, сделали бы это раньше.

– О, это великое заблуждение, – поспешно вставил Цефас, сгорбившись. – На самом деле некромантии как таковой не существует, я всего лишь могу передавать объектам частичку жизненной и не только энергии…

– А я?.. – Эдвин моментально вытянул лицо. Чисто по-философски потерял онтологический статус.

– А… а твою душу я просто задержал от ухода в мир иной, а тело от разложения, – количество нервно улыбающихся увеличилось. – По твоей же просьбе.

– Хм?.. Как бы там ни было, – внимательно выслушав, продолжила собеседница. – Сколько я здесь?

– Три дня, – ответил пленитель.

Глаза Раджен мигом округлились, но она вернула их в норму.

– Что же. Это объясняет, почему ваш подручный принёс мне ряженку…

Цефас незаметно показал Эдвину палец вверх. Эдвин польщённо кивнул. Человека, не евшего три дня, надо начинать кормить осторожно и правильно. Тем более, раз они так вовремя промышляли не только алхимическими составами, но и кисломолочкой.

– Чёрт, меня наверняка пошли искать, – шикнула Раджен, закрыв лицо ладонью. Всё-таки не выдержала. – Но это я виновата. Это я виновата в том, что довела себя до подобного состояния.

– Нет-нет, это всё моя вина, это же я вас украл, – моментально принялся отговаривать некромант, подняв ладони.

– Нет, я бы уже давно сбежала, – невольная гостья удручённо покачала головой. – Я не волнуюсь за друзей, они не пропадут. Но вот мой брат…

– У вас есть брат?! – Цефас подприсел. Пять лет назад никакого брата не было!

– Очень надеюсь, что всё ещё есть, – она неопределённо зыркнула на него. – Что вас удивляет?

– Когда мы познакомились, никакого брата не было, – честно признался собеседник.

– Давайте с начала, – теперь уже она подняла руки. Останавливала. – При нашей первой…

– Не первой.

– …встрече на той поляне вы выглядели так, будто знаете меня. Я же вас совершенно не помню. Но с вами рядом чувствую себя на удивление безопасно. Я даже смогла уснуть в вашем доме, игнорируя ситуацию, здравый смысл и чувство самосохранения. Я… я выспалась! А ведь у меня ужасные проблемы со сном, – сердце билось всё чаще. Она смотрела в обеспокоенные серые глаза и чувствовала себя дурно. – Поэтому расскажите мне. Расскажите о нас с вами, а потом верните домой.

Он недолго помолчал. Опустил взгляд.

– Хотелось бы верить, что вы не помните меня, потому что в те года я одевался как портовый грузчик и волосы заплетал в хвост, – взглянул вновь. С надеждой. – Может ещё выглядел как… а… шпендик, – продолжил с куда большим скрипом. – Ещё с щёчками, не в той… э… физической форме. С высыпаниями на лице, недостатком переднего зуба, потому что молочный поздно выпал?.. – перечислял и всматривался в её лицо, надеясь, что всколыхнёт воспоминания. Раджен становилась всё более сосредоточенной. – Хорошо! И ещё у меня половины брови не хватало! – сдался окончательно.

– Я… – сглотнула, задумавшись. Сердце приподнялось в надежде. – Я не помню, – рухнуло.

– Ладно, – по щеке скатилась скупая мужская слеза, в том числе из-за мысли, что Эдвину отныне известно его неприглядное прошлое.

– Может, вы расскажете, как мы познакомились? – предложила Раджен.

– О, это было не так примечательно, – не веря в успех операции, согласился Цефас. – Вы бегали вокруг деревни по утрам, я тоже. Когда бегал я, мне говорили, что есть ещё одна такая ненормальная. Когда бегали вы – наоборот. Как-то раз двое ненормальных встретились и начали бегать вместе.

– И… – ещё более осторожно уточнила она, всматриваясь внимательнее. – У нас всё было серьёзно?

Вопрос встал ребром.

Что он должен был ответить? Он не был уверен.

– Мы собирались открыть лавку.

От данного заявления Раджен будто молнией ударило.

– И я… я ничего не помню?! – ошарашено воскликнула она, едва с табуретки не упав. Оба бросились ловить. – Если бы всё было настолько серьёзно, я бы запомнила! – встала на ноги.

– А я бы запомнил, если бы у вас был брат! – вставил Цефас. – Откуда у вас взялся брат?!

– Он всегда у меня был!

– Нет! – некромант протестующе рассёк воздух рукой. – Нет, и я склонен думать, что причина провалов в вашей памяти близко! Потому что мой юношеский вид был незабываемым, а вы смогли его полюбить!

Воцарилось молчание.

– Отведите… меня домой, – тихо сказала Раджен.

– Отведу, – ещё тише ответил он, отвернув голову. – Извините, что похитил. Тогда вы пропали слишком неожиданно. Хотел разобраться.

– Я подумаю об этом, когда увижу брата.

***

Снежок во всём своём великолепии лежал рядом с троном и смотрел на Хозяина. Он делал так часто, каждый день, потому что этот прекрасный во всех отношениях и по всем параметрам человек был тем, кем белоснежный пёс восхищался всей преданной душой.

«Из всех людей, которые мне встречались, Хозяин самый лучший! Для меня честь быть рядом с ним!» – гордо думал он.

– Что такое, чудо моё? – улыбнувшись, спросил Властелин собачьей души.

Это был самый прекрасный голос во Вселенной.

– Я не могу перестать восхищаться тобой. Ты невероятный! Позволь мне быть рядом всегда, вечно! – тут же поделился мыслями Снежок. Жаль, его слова многие не могли понять, для некоторых они и вовсе были раздражающим громким звуком. Они говорили: «Шшш!», «Тихо!», «Чего разгавкался?!».

Но Он понимал, Он всё понимал!

Поэтому лицо Хозяина, прекраснейшее во всех проявлениях, приняло такое же лучшее, как и все, но всё-таки самое лучшее выражение лица. Он тепло улыбнулся, заставляя хвост бешено замотаться из стороны в сторону. Так, словно пёс вот-вот взлетит или хотя бы пробьёт пол.

– А кто такой хороший мальчик? – улюлюкнул любимый собеседник, нагнулся и расставил руки, приглашая в объятия.

Мёд! Мёд для ушей!

Снежок, словно буран, понёсся к нему, замедлился перед самым торсом, мягко врезался головой в живот, а потом принялся вертеть ей в попытке уплотнить контакт с совершенством.

– Ты ж мой маленький! Ты ж мой пушистенький! – сохраняя равновесие вопреки наплыву любви (это было трудно, учитывая немаленькие размеры пса), продолжил Хозяин, чеша за ушами, гладя по голове и целуя в нос, когда тот оказывался в удобном для этого положении. – Ты не хороший мальчик. Ты лучший мальчик!

– Нет, это ты лучший мальчик! – ответил Снежок, поставив лапы ему на колени. Тёмный Лорд обхватил его руками. Пёс упёр лапы на уровень ключиц, а голову положил в дугу между плечом и шеей. Она была создана именно для этого, никаких сомнений. Иначе почему было так удобно?

Прерывая идиллию, дверь в зал распахнулась. Хозяину было всё равно, но Снежку хотелось, чтобы тот выглядел солидно, поэтому он, как по команде, выскользнул прочь из рук и вернулся на прежнее место. Раздался вздох.

«А что поделать, тебе надо сохранять репутацию!» – умные глаза пса воззрели на расстроившегося собеседника. – «Я и сам не рад».

Тёмный Лорд покивал в ответ на пояснение.

Люди, слушающиеся Хозяина почти так же хорошо, как Снежок (но кстати этих людей Единственный и Неповторимый не чесал за ушками, так что никаких поводов для беспокойства), привели в зал слащавой внешности человека. Привели насильно – тот упирался и что-то доказывал. Внешность и впрямь была мерзенькая. Как будто с первого взгляда в ней ничего такого не усматривалось: симпатичная, характерная для Равильцев, светлая. Но как-то… то ли разрез глаз, то ли выражение губ. Хотя, нет. Что-то явно было не так.

– Ааааа! Что это?! Куда вы меня привели?! – испугано возопил схваченный. – Т… тёмный Лорд?! – едва с чувствами не расстался.

Снежок всё сильнее чуял неладное, но до конца понять не мог. Даже на Хозяина перестал смотреть. А тот – наоборот. Обратил внимание на перемену в настроении.

– Драгоценнейший Райден, – переведя взгляд на подневольного подозрительного гостя, начал Тёмный Лорд.

– Д… – наместник Равея не нашёл, что ответить. – Да вы ничего не понимаете! Я вовсе не тот, кто вам нужен!

– Мой невероятный Хозяин ничего не понимает? – недовольно заворчал Снежок. – Он может чего-то не знать, но понимает всё. Всегда.

– Тссс, – любимая жилистая рука успокаивающе погладила по голове. – Господин Игнесс, я ведь многого не спрошу. Всего лишь планы Равейской Магической Академии, – улыбка была мягкой, предупреждающей. В ней клокотала мощь и угроза.

– Зач… зачем вам! – икнул собеседник, побелев. – Н… не дам!

– Ну конечно не дадите, – Тёмный Лорд с готовностью кивнул. – Мы уже приготовили для вас место в подземелье. Вы пока подумайте, дня через два я вас навещу. Решим, что делать дальше, – несколько раз махнул рукой.

Господин Игнесс таки хлопнулся в обморок, обмякнув в руках недо-любимцев Хозяина.

– Эх, все одно да потому. На словах дракон большой, а на деле пень простой, – пальцы приятно почесали макушку.

Что ж. Пора на обход.

Ткнувшись в ладонь Хозяина носом, Снежок отправился выполнять ежедневные обязанности.

Что касалось Адара – тот как всегда зарывался в бумаги. Он был не только советником, но ещё и подручным, архивистом, казначеем, логистом, писарем, ответственным за почту, тайным засланцем и законоведом. А что поделать, если по долгу безупречного Ильфейского образования всё перечисленное давалось ему безукоризненно!

К тому же мог завтраки готовить. Этому научился уже после отказа от наследства.

Адар с честью и достоинством нагребал и исполнял свою ношу. Никому кроме него не хотелось заниматься всеми этими подсчётами, планами, бюджетом, бумажками и прочей бюрократией. Никто не осознавал их значимости. Но Адар прекрасно знал: случись с ним что – всё развалится.

Ах, это ни с чем не сравнимое чувство собственной важности! Эта бесконечная благодарность в глазах господина!..

Адара всё более чем устраивало. По крайней мере, первые шесть часов каждого дня. Затем становилось нормально. Потом, ближе к ночи (в дни особенной загрузки) когда глаза слипались, а мозг не соображал, он проклинал эту рутину вдоль и поперёк словами различной степени неприличности сразу на трёх языках. Мужественно доводил дело до конца. Затем спал. На утро как новенький перерождался к свежей бумажной волоките.

Но сегодняшний завал просто бил рекорды. Со вчера на сегодня Адар не спал. Работал, не сомкнув даже один глаз. Близился к завершению нелёгкого дела. С вожделением думал о мягкой кровати, ждущей за дверью. Дааа… свеженькая постель, взбитая высокая подушка, новое одеяло. Этот лекарь Брам был великий кудесник. В прошлый раз, когда давал советы по здоровью, взялся следить за сменой принадлежностей для сна. Жизнь с тех пор сделалась ещё светлей, ещё счастливей. А эти его крема для кожи!..

В общем, забежавший в комнату Снежок застал его согнувшимся в три погибели.

Псу всегда нравился Адар. По тем же причинам, по которым он нравился Хозяину. Но ему не нравилось, что любимец номер два (после него, разумеется) постоянно замученный. В этом он тоже разделял хозяйскую позицию. Так что завершающая часть сегодняшнего обхода была посвящена попытке поднять Адару настроение. Это было трудно: Снежок его совсем не понимал. Даже суть слов. Они говорили на разных языках. Ориентироваться приходилось по интонации голоса и эмоциям на лице. Помимо прочего имела место проблема, не известная белоснежному Лордовскому чуду. Её просто не существовало в псовой картине мира.

Адар не любил собак.

Совершенно.

Его раздражал дёргающийся хвост, слюни, а больше всего – лай. Говорить об этом открыто подручный не имел права: расстроит господина. Оставался единственный выход: избегание.

Как бы Снежок ни старался, что бы не предпринимал – всё тщетно. Изменить Адаровское отношение к своему славному роду так и не смог. Однако время от времени, в те редкие моменты, когда неуловимый человек попадал в поле зрения, вновь и вновь пробовал вступить в контакт из самых лучших пробуждений.

Адар не любил не только собак. Их – сильнее всего. Следующей позицией шли змеи, потом мыши, потом осы, ослы, козлы, коровы, жаворонки, соловьи, хомяки, канарейки и ещё около пятнадцати наименований. Несмотря на обширный список, он таки любил кое-кого всем сердцем. Кошачьих. Ещё коней. Но кошачьих больше. Адар с детства мечтал о пушистом коте (или кошке), который смотрел бы на него, как и все коты. Как на жалкого никудышного человечишку, который должен благословить судьбу за то, что ОН любит такого дирлира как ОН непонятно за что.

И в чём, скажите, был бы не прав?!

При мыслях о кошачьих на лице Адара появлялась глупая мечтательная улыбка. Такие появлялись всего в двух случаях помимо этого. Когда он воображал иное развитие событий по поводу «сестры» или то, как поможет господину достичь великих целей.

Снежок подошёл ближе и дружелюбно поинтересовался:

– Что делаешь?

От внезапного приветливого лая Адара знатно тряхнуло. Он чуть лбом об стол не ударился с перепугу. Затем одарил пса замученным взглядом. Попросил:

– Пожалуйста, помолчи. И так голова раскалывается, – опёрся на столешницу локтями и помассировал виски.

Непонятно, что сказал. Понятно, что замучился. Конечно! Столько сидеть на одном месте! Ему была жизненно необходима небольшая динамическая пауза.

Снежок подошёл ближе и взглянул на стопку бумаг на столе. Помощник Хозяина постоянно подравнивал их.

– Умоляю, уйди… я просто хочу закончить это… – практически простонал засидевшийся бедолага и уткнулся лицом в стол. Будь у него полномочия – уже давно прогнал бы пушистую нечисть. Но не было ни сил, ни полномочий. Оставалось просить и страдать.

И снова ничего не понятно кроме того, что собеседник ужасно заколебался.

«Всё. Ему просто необходимо отвлечься» – решил Снежок и, пока бумажных дел мастер лежал носом вниз, аккуратно стащил документ.

Самую важный и трудновосстановимый.

Адар мигом встрепенулся и уставился полными немого ужаса глазами. Затем аккуратно потянулся рукой, намереваясь забрать заветную бумагу. Пёс, радостно завиляв хвостом (ещё бы, в кой-то веки этот недотрога обратил на него столь пристальное внимание), отбежал к дверному проёму и, выпустив лист изо рта, прижал к полу лапой. Воодушевлённо гавкнул.

Глаза Адара округлились от шока. Он медленно поднялся со стула и начал осторожно подходить на полусогнутых ногах.

– Стой. На месте, – тихо попросил, примирительно выставив руки вперёд. – Просто верни мне эту бумагу и мы сделаем вид, что ничего не было.

Снежок игриво наклонил голову. Снова радостно гавкнул. Отвлекаемый на секунду крепко зажмурился, после продолжил движение.

– Вот так. Хороший мальчик… – пробормотал он, практически добравшись до коварного похитителя бумажных ценностей.

– Ты только что… назвал меня хорошим мальчиком?! – пёс просиял. Может, он и не понимал Адара, но эту фразу невозможно было не распознать. – Мы теперь друзья, да?! Мы наконец-таки друзья!

Адар скуксился от лая, будто чернослив, медленно присел и ещё более медленно начал тянуться к украденному. Уже коснулся кончиками пальцев.

– Почти…

Но тут счастливый Снежок решил, что раз уж он теперь хороший мальчик, то Адар вряд ли откажется от весёлых бегов наперегонки.

Когда несчастный уже схватил докУмент ватными пальцами, пёс выхватил его зубами и стрелой вылетел в коридор. Там остановился, взглянул и радостно завилял хвостом.

– Ах ты!.. – самообладание затрясшегося Адара пошло трещинами. Большими и глубокими. Во взгляде читался всепоглощающий гнев.

– Бегать! Бегать! – заявил Снежок и помчался.

– …ТВАРИНА БЕЗБЛОХАЯ! – истошно заорал подручный Тёмного Лорда. Самообладание треснуло окончательно. В следующую секунду он мчался за похитителем близко к скорости звука. – Я тебя на пирожки пущу! Исчадье замировое! Верни листок!!! – вопил уже на бегу. – Посмей сожрать! Только посмей! Я тебя на месте прирежу!!

«Ему действительно нравится со мной бегать!» – обрадовался получатель проклятий, наблюдая за бурной реакцией. Ещё несколько минут они бегали по всему дому: Снежок бежал весело, А Адар не очень, да ко всему прочему сдерживал дикое желание сделать из собаки нерезаной собаку нарезанную.

Доведённый до отчаянья невозможностью завершить позорные догонялки. Униженный осознанием того, что наглая псина вертит им как хочет. Валящийся с ног от усталости.

За что…

За что ему всё это?!

Замок сотрясло громогласное:

– СТОЙ, ГАДИНА!!!

Глава 5. Кажимость

Степень удивления Тимара была поистине невообразима. Он обнаружил себя лежащим на большом пне. А перед собой – заинтересованную мордочку прекрасного создания. Данная находка едва не спровоцировала подпрыгивание – слишком неожиданно, да ещё и близко. Тимар перешёл в сидячее положение, вцепившись в ложе. Только что его схватили какие-то неуловимые лесные разбойники, теперь их уже нет, зато есть сияющий а-ля Северное сияние бело-голубой то ли олень, то ли лось, то ли ещё какое рогатое млекопитающее (лесной гость плохо разбирался) с ветвистыми сапфировыми рогами. И… алмазными копытами?!

– А проснулся ли я вообще?! – прямо в морду выкрикнул ошарашенный Тимар. Изначально хотел спросить «как долго я спал?».

В ответ лань очень выразительно моргнула. Но в морганиях животных собеседник тоже не разбирался.

– Ай, ладно! Чёрт с тобой! – сплюнув, решил арбалетчик, прокрутившись и свесив ноги с пня. Приготовился вставать.

Подумаешь, сказочный лось, главное – признаков агрессии не выражает. А если выразит, то… Минутку.

– Где… – Тимар резко повернул голову обратно. – Где мой арбалет?!

Арбалета не было!

Взгляд наполнился гневом. Втянув воздух сквозь сжатые зубы и скривлённые губы, неблагодарный (за спасение) человек твёрдыми шагами, едва не выжигая траву, приблизился к прекрасному созданию.

– Так. Шутки шутить со мной не советую. Мне всё равно, что ты за зверь. Да даже если человек.

Помолчали.

Для Тимара неземной собеседник (или собеседница?) не переменился в выражении вытянутой мордашки ни на дюйм. Опять-таки: он очень плохо понимал в морганиях. А те содержали в себе не просто всё, они содержали абсолютно ВСЁ.

– Короче. Хватит пудрить мне мозги, – ссылаясь на большие космические глаза, оказывающие нехилое моральное давление, приказал нахмурившийся Тимар и положил руки на бёдра. – Выводи меня отсюда.

Лань отрицательно помотала головой.

От подобных понятных жестов арбалетчик аж глаза округлил.

– Что значит: «нет»?! – выпалил он.

Олень тяжело вздохнул.

– Лады. Ровно на меня. Но! Подумай о моих идиотах! – Тимар хлопнул себя по груди. – Хотя какое тебе дело до двух жалких магов… Хотя они на поддержке специализируются, так что… а, в прочем. Да какая разница! – не видя иного выхода, он опустился обратно на пень и запустил ладони в волосы. Продолжил безрадостный бубнёж:

– Чёрти где. Убью тебя – а что мне это даст? Проклятый лось! – последнее выкрикнул, подняв голову. – Если просто пойду – ну я-то конечно выйду рано или поздно. А вот что с этими полудурками? – продолжил, опустив обратно. – Это не дело, мне их надо найти. Этот олень меня угнал? Почему так просто отпустили?.. – снова поднял голову, посмотрел уже подозрительнее. – Серьёзно. Как часто косули угоняют людей посреди бела дня? Да ещё так ловко. Э не, брат, ты какой-то сильно подозрительный, – изучающе сощурился.

Лань вдруг пошла на него. Тимар решил показать, что не боится и схватился за пень сильнее. Врал, причём неубедительно. Олень был с него ростом, без учёта рогов. Тонкий, чарующий. Его окружала неведомая ласковая сила. Пахло цветами дикой яблони.

Невесомые звенящие шаги застыли. Глаза оказались в опасной близости. Арбалетчик не мог даже моргнуть от нахлынувшего трепета. Лань осторожно ткнулась розовым носом в его лоб.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.