# Не попадись!

Джош Аллен

Они реальны: преследуют тебя по ночам, заманивают в ловушку новеньким велосипедом и устраивают зловещие концерты. Они знают, что ты боишься.

Тринадцать леденящих душу историй поведают о том, кто скрывается в темноте, какую цену нужно заплатить за титул «Королевы» бала и что случается со средним ребенком. Даже обычное знакомство с одноклассниками может обернуться сущим кошмаром.

Опасность таится повсюду, даже в самых обычных местах.

© Лебедева Т.И., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

Josh Allen

ONCE THEY SEE YOU

Copyright © 2024 by Josh Allen

© Sarah J. Coleman (Illustrator)

All Rights Reserved

## Они всегда ждут тебя

Итан всегда верил в них.

Он точно знал, что они существуют, хоть и не мог их увидеть. Они были повсюду. Под кроватью. В шкафу. В углу.

Именно из-за них он ненавидел выключать свет в конце дня.

Как только выключишь свет, нужно в полной темноте добежать до кровати и спрятаться под одеялом прежде, чем они выползут из своих укрытий и придут за тобой.

Да, между его кроватью и выключателем была всего пара метров, но Итан знал, что они быстрые.

И они выжидали.

Они всегда выжидали.

И каждую ночь с наступлением темноты эти два метра превращались в бесконечность.

Во всяком случае, Итан объяснял себе это именно так.

Ночь за ночью он бежал со всех ног в темноте, никогда не сбавляя темп. Потому что если замедлишься… если вдруг поскользнёшься…

Тогда…

Так или иначе, он верил в это. Всегда верил в это.

В такие моменты он был похож на бандита, несущегося от света в кромешной тьме.

У него была своя стратегия.

ШАГ 1. Перед тем как выключить свет, подойти максимально близко к кровати, так чтобы до выключателя можно было дотянуться только кончиком среднего пальца. Это делало путь чуть-чуть короче, а значит, чуть-чуть безопаснее. Когда дело касалось их, даже малейшие детали имели значение.

ШАГ 2. Мысленно проложить свой маршрут, убедиться, что на сером ковре нет ни одного препятствия, чётко представить каждое своё движение: перепрыгнуть грязную футболку, приземлиться на ковёр правой ногой, прыгнуть ещё раз, прямо в кровать, и натянуть одеяло на голову, словно щит. Несколько раз прокрутить в голове, пока стоишь у лампы, практикуясь.

ШАГ 3. Сделать вдох и начать обратный отсчёт. Три. Два. Один…

ШАГ 4. Вперёд. Рвануть рычажок и приступить к выполнению плана: прыжок через грязную футболку, прыжок на ковёр, затем на кровать, одеяло сверху, вздох… и безопасность.

Он придерживался этой стратегии на протяжении многих лет. Каждую ночь. Это стало его привычкой, такой же, как переодеваться в пижаму или чистить зубы перед сном.

В одну из таких ночей, а именно в ночь перед одиннадцатым днём рождения, Итан, как обычно, встал перед выключателем и вытянул средний палец, мысленно прокладывая свой путь. Не наступить на скейт. Не поскользнуться на рюкзаке.

Можно начинать обратный отсчёт.

Три. Два. Один.

Но Итан так и не нажал на выключатель.

«Стоп», – сказал он сам себе.

Его руки медленно опустились.

Всего двадцать минут назад мама положила на диван в зале подарки, чтобы завтра утром он первым делом развернул ярко-голубую обёртку.

– Уже одиннадцать, – она посмотрела на него. – Мой мальчик совсем взрослый!

Уже совсем взрослый.

Итан заморгал от света, посмотрел на серый ковёр и на кровать в паре метров.

Мамины слова эхом раздавались в его голове.

Уже совсем скоро ему будет одиннадцать.

Сколько ещё так бегать? До двенадцати? До пятнадцати? До универа?

Он пристально вгляделся в свою комнату: в щель под кроватью, в трещину под дверью, в тень под шкафчиком.

Итан думал о них.

Они придут за ним, если он не будет достаточно быстрым. Так?

Он ведь верил в это. Он всегда в это верил.

Но в эту ночь – в ночь перед своим одиннадцатым днём рождения – он задержал дыхание и прислушался.

Ничего.

Никакого свистящего шёпота, никакого шороха за шкафом.

Только он был в комнате. Только он один.

«Их не существует», – прошептал он. Они нереальны.

И в эту же секунду он понял, что это абсолютная правда.

Итан сразу почувствовал, как прямо тут, перед выключателем, становится выше ростом.


Уже взрослый.

Их не существует! Теперь он знал это точно. Итан чуть не рассмеялся. Их нет и никогда не существовало!

Не было причины тянуться к выключателю кончиком среднего пальца, не было причины строить все эти планы, не было причины устраивать сумасшедшие скачки по комнате и бежать изо всех сил.

Я в порядке. Всё вокруг в порядке.

Он составил новую стратегию. Стратегию для взрослых.

ШАГ 1. Спокойно подойти к стенке и нажать на выключатель всей ладонью, а не кончиком пальца.

ШАГ 2. Постоять немного в темноте и дать глазам привыкнуть.

ШАГ 3. Не спеша пройтись по ковру, может быть, даже врезавшись в стопку книг или задев баскетбольный мяч.

ШАГ 4. Растянуться на кровати поверх одеяла и свесить руки на пол.

Это же совсем неопасно.

И никогда не было опасным.

Итан набрал в грудь воздуха и приступил к исполнению нового плана.

Не изучив комнату вдоль и поперёк. Не построив предварительный маршрут. Не проверив, есть ли что под кроватью или под шкафом. Не сделав даже обратный отсчёт. Просто выключил свет, подождал пару секунд и не торопясь начал свой беззвучный, чернильно-черный поход.

«Уже взрослый», – сказал он себе последний раз.

И в эту же секунду что-то вдруг зашуршало. Толчок. Тихое шипение.

Итан замер.

На шее появились мурашки. На полу зашевелились неясные тени.

Пространство вокруг начало сжиматься.

Итан понял: вот он, тот самый момент, которого они ждали.

Всё это время они прятались. Очень-очень терпеливо.

Ночь за ночью они ждали, когда он повзрослеет и перестанет бежать.

И вот сегодня он перестал.

Волосы на руках Итана зашевелились. Воздух стал холоднее.

Итан начал бежать, когда до кровати оставалось полтора метра.

Но на этот раз у него не было плана.

Не было маршрута.

Не было ничего.

Темнота схлопнулась.

Он попытался запрыгнуть в кровать, но приземлился на скейт.

Споткнулся. Пошатнулся. Упал.

И со скейта рухнул прямо на пол.

Они уже его ждали.

## О важности предсказаний

Если ты средний ребёнок в семье, то придётся смириться с одной неприятной вещью – тебя никогда не замечают.

Я – как раз такой случай.

Иногда мне кажется, что в нашей семье существует только мой крутой старший брат и моя младшая сестра-милашка. Все вокруг считают, что они гораздо интереснее меня.

Взять, например, Майкла. Когда он что-то делает (вообще что угодно), то он – первый в нашей семье. Пару месяцев назад он первый раз ходил на свидание. Мама и папа чуть с ума не сошли от счастья. Они сфоткали, как он идёт к входной двери, как спускается с крыльца, как садится в свой джип и даже как едет в машине.

Так было всегда, всю жизнь, сколько я помню: первый день рождения Майкла, первый футбольный матч Майкла, первое-что-угодно Майкла… У родителей на компе, наверное, целый жёсткий диск забит его фотками. И это только с теми, где Майкл делает что-то впервые.

А ещё есть моя младшая сестра Харпер.

Ей недавно исполнилось пять, и больше всего на свете мама любит напоминать отцу, что это их последний ребёнок, а поэтому они должны ценить каждую эпоху её жизни. Так и говорит – «эпоху».

Судя по всему, под этим она подразумевает развешивание по всему дому поделок и картинок, которые Харпер приносит из детского сада. Они абсолютно везде: на холодильнике, на камине, на полках с книгами. Как будто наш дом обустраивал дизайнер-пятилетка. Куда ни глянь, повсюду её каракули и картонки с налепленными на них кусочками цветных макарон.

А между всем этим затерялся я. Остин. Средний ребёнок.

Остин, которого не видят и не слышат.

Всё, что я делаю, не имеет никакого смысла, потому что:

1. Майкл это уже делал.

2. Харпер вот-вот собирается сделать нечто подобное.

А я как будто невидимка.

Вот, например, что случилось на прошлой неделе.

Мы всей семьёй были в любимом ресторане Майкла, «Золотом Драконе».

Мы только успели расправиться с нашей кисло-сладкой свининой и курицей по-китайски, как к нам подошла официантка. Ей, наверное, не было ещё и двадцати лет, у неё были чёрные кудрявые волосы и широкая улыбка. Она принесла нам серебряный поднос, на котором лежали печеньки с предсказаниями. Угадайте, напротив кого она его поставила? Официантка улыбнулась и многозначительно посмотрела на Майкла.

Кто бы сомневался.

Если честно, то Майкл со своими вечно взлохмаченными, чёрными волосами и тёмно-карими глазами и правда был крут, как раз в том понимании крутости, которая обычно нравится людям. Особенно девчонкам, которых зовут Алекс или Софи, и с фамилией типа Маккензи или что-нибудь в этом роде.

На табличке с именем было написано «Хейли». В принципе, я был не так уж далёк от истины.

Майкл улыбнулся ей в ответ.

Как только Хейли отошла, он разломал первую попавшуюся печеньку и выудил оттуда своё предсказание.

– О, круто! «Вас ждёт финансовое благополучие!» – Майкл показал нам записку, как будто требовалось какое-то подтверждение его слов.

– Ну и славно, – отозвался папа.

– И правда здорово, – согласилась мама.

Мне хотелось сказать, что всё это не имеет никакого отношения к реальности, что это всего лишь слова на бумажке, завёрнутые в кусок запечённого теста. Но я промолчал.

Мама взяла следующую печеньку и передала её Харпер:

– Твоя очередь, солнышко.

Харпер как раз закончила раскрашивать большого дракона на детском меню, которое ей вручили на входе. Я сказал ей, что ресторан называется «Золотой Дракон», но сестра всё равно почему-то сделала его синим.

Мама помогла ей вытащить бумажку из печенья.

– Что-о-о же ждёт Харпер? – нараспев спросила мама. – Харпер ждёт захватывающее путешествие! – мама захлопала в ладоши. – Звучит просто замечательно!

На этот раз я не выдержал:

– Ей же всего пять. Куда она может поехать?

Никто не ответил. Никто даже не посмотрел в мою сторону. Папа изучал чек, мама с Харпер были заняты печеньем, а Майкл… пялился на официантку. Всё как всегда.

А меня никто не видел и не замечал.

На столе всё ещё оставалось три печеньки. Мама с папой их никогда не ели, потому что «всё, что без шоколада, не считается за десерт».

Я потянулся за своим печеньем. Я знал, что это всего лишь слова на бумажках, но это не значит, что я не хотел хорошее предсказание.

Все остальные были уже на выходе. Мама одной рукой придерживала Харпер, а другой пыталась запихнуть её синего дракона в сумку, видимо, чтобы дома поставить его на пианино или ещё какое-нибудь видное место. Папа оплачивал счёт. Майкл просил номер у Хейли.

А я один сидел за столом.

Ох уж это проклятье среднего ребёнка.

За все эти годы где меня только не забывали: в кино, на заправках; забывали забрать из школы и после футбола; один раз даже умудрились оставить одного в магазине на целых полчаса.

Я взял самую дальнюю от меня печеньку. С учётом моей удачи, лучшее предсказание должно находиться на самом большом расстоянии от меня.

Я разломил печенье и развернул бумажку.

«Хоть бы что-нибудь хорошее попалось», – взмолился я.

Но моя бумажка была… пустой.

Вообще пустой. Я на всякий случай посмотрел с другой стороны.

Ничего. Ни единой буквы, ни даже эмблемы ресторана. Совсем ничего.

Надувательство какое-то. Я вздохнул. Может, сказать официантке, что мне принесли неправильное печенье?

Хейли у стойки довольно смотрела на Майкла, пока тот искал что-то в телефоне.

Тут, наверное, какая-то ошибка. Может, чернила в принтере закончились?

Почему я получил пустую бумажку вместо предсказания?

Я посмотрел по сторонам, но никто, кроме нашей семьи, ещё не получил свои бумажки с предсказаниями.

Майкл попрощался с Хейли. Папа расплатился. Мама и Харпер вышли из ресторана. Никто не заметил, что я до сих пор за столом.

В моей груди разверзлась дыра. Прямо в центре. Внушительная такая дыра, размером с мячик для гольфа. Большая, пустая дыра. Пустая, как и моё предсказание.

Интересно, когда семья заметит, что меня с ними нет? Когда дойдут до парковки? Или когда доедут до дома?

У меня не было ни малейшего желания выяснять. Я решил не испытывать свою удачу ещё раз и не стал пробовать печенья мамы и папы. Я встал и поспешил к выходу, выкинув по пути своё предсказание, вернее, бумажку с его полным отсутствием.

На парковке я обнаружил, что все уже сидели внутри и пристёгивали ремни. Мама заводила машину.

Я дёрнул одну из дверей на себя. Она открылась с оглушающим звуком.

Все обернулись и удивлённо подняли брови, как будто хотели сказать: «А, ты. Точно. Чуть не забыли».

Я забрался в машину и начал возиться с ремнём безопасности.

Казалось, что я невидимка.

* * *

Я, как обычно, сидел на кухне за алгеброй, как вдруг ворвался Майкл. Он был весь взволнованный, красный, с горящими глазами.

– Никогда не угадаете, что случилось!

Мама и Харпер отвлеклись от очередного шедевра из бумаги и ваты.

– Я нашёл двадцать баксов на улице! – Он выхватил их из кармана и радостно замахал перед нашими лицами. – Прикиньте, это само собой получилось, я просто заметил их, пока сидел перед домом, представляете?

Он всё продолжал тыкать нам в лицо зеленоватыми бумажками, как будто без этого мы бы ему не поверили.

Где-то я это уже видел. То, как счастливый Майкл показывает нам какие-то бумажки, было до странности знакомым.

И тут я понял. Его предсказание.

«Вас ждёт финансовое благополучие!»

Я уставился на деньги.

Не может быть.

Это, конечно, не какая-то заоблачная сумма… но выходит, предсказание из «Золотого Дракона» сбылось?

Дыра в моей груди снова заныла. Теперь она была больше.

«Это просто слова из печенья», – напомнил я сам себе.

– Как раз хватит, чтобы пойти с Хейли в кино. – Майкл всё не унимался и продолжал размахивать деньгами. – Пойду напишу ей.

Наконец он засунул баксы в карман и выбежал из комнаты.

Я схватился пальцами за переносицу.

Предсказание Майкла и правда сбылось!

Но моё было пустым…

«Просто совпадение, – пытался я успокоить сам себя. – Эти печеньки не имеют ничего общего с жизнью».

И вообще, непохоже было, что предсказание Харпер тоже может сбыться.

«Вас ждёт захватывающее путешествие!»

Харпер как раз заканчивала развешивать свою инсталляцию из ватных шариков вместе с мамой. Каждый день её жизни выглядел примерно одинаково. Сходить в детский сад. Прийти домой. Показать свой очередной «шедевр». Довольно похлопать в ладоши, когда мама поставит его на самое видное место.

Абсолютно ничего захватывающего.


Так что всё должно быть в порядке.

Через пару часов папа позвал всех ужинать.

Когда я пришёл на кухню, то обнаружил, что на столе стоит всего четыре тарелки, а не пять.

Четыре тарелки, четыре чашки, четыре вилки и четыре ножа для мамы, папы, Майкла и Харпер.

Но для меня не было ничего. На моём месте было совершенно пусто. Как и в моём предсказании.

– Э-э-эм…

Папа поднял голову, когда я указал на пустое место. Папа нахмурился:

– Остин… – Он посмотрел на стол, потом снова на меня. – Я забыл, наверное…

Он поставил передо мной тарелку с приборами:

– Прости, Остин.

Я молча принялся за свой куриный пирог. Стоило мне закрыть глаза хоть на секунду, как передо мной вставал тот самый кусок бумаги. Пустой, как моё место. Там, где должно было быть моё многообещающее предсказание, совсем ничего не было.

Я вновь почувствовал пустоту в груди. На этот раз она была размером с воздушный шар.

«Это всего лишь дебильное предсказание», – я продолжал твердить себе это всю ночь.

Конечно, мне бы хотелось какое-нибудь хорошее, правдивое предсказание. Но вместо этого я почувствовал, как расползается то самое нехорошее чувство в моей груди, теперь добравшееся до шеи.

Вдох-выдох.

За мою жизнь семья забывала меня везде, где угодно: на площадках и на концертах, в торговых центрах и простых магазинах. В прошлом году, например, папа забыл меня забрать с дня рождения друга, и мне целый час пришлось ждать его на крыльце.

Такое уж оно, Проклятие Среднего Ребёнка. Ничего не поделаешь.

Наверное, такое случается со всеми средними детьми.

На обеде меня просто, как обычно, забыли. То, что Майкл нашёл деньги, – совпадение. И моё пустое предсказание, вернее, особенно моё пустое предсказание, тоже ничего не значило.

Всё как обычно. Просто я средний ребёнок. А это просто была печенька со словами внутри.