Стивен Браст
Влад Талтош. Том 1. Джарег. Йенди. Текла

Steven Brust

VLAD JHEREG

JHEREG YENDI • TECKLA

JHEREG

copyright © 1983 by Steven K.Z. Brust

YENDI

copyright © 1984 by Steven K.Z. Brust

TECKLA

copyright © 1987 by Steven K.Z. Brust

Опубликовано с разрешения автора и его литературного агента, Литературное агентство Zeno Agency Limited (Великобритания) при содействии Игоря Корженевского из Агентства Александра Корженевского (Россия)

Перевод «Джарег» и «Йенди» В. Гольдича и И. Оганесовой

Перевод «Текла» К. Плешкова

Карта 7Narwen

Иллюстрация во внутреннем оформлении © Kere’sa “Silver” Croft, 2007

© В. Гольдич; И. Оганесова, перевод на русский язык, 2025

© К. Плешков, перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

ЦИКЛ

Феникс все больше и больше слабеет,

Крови надменный дракон вожделеет.

Лиорн с рычанием рог наклоняет,

План составляет тиасса, мечтая,

Ястреб пытливый с высот наблюдает,

Дзур незаметно в ночи пропадает.

С низким поклоном иссола разит,

Тсалмот неведомо как сохранит.

Валлиста рушит, затем созидает,

Джарег добычу чужую съедает,

Иорич забвению ход не дает,

Хитрый креота тенета плетет,

Йенди, свернувшись, незримо кусает,

Орка жестокий круги нарезает,

Текла малейшего вздоха робеет,

Джагала преображаться умеет,

Атира правит игрою умов,

Феникс восстанет из пепла веков.

Джарег

Пролог

Есть некое сходство, если мне будет дозволено прибегнуть к незамысловатой метафоре, между ощущением ледяного ветра и ощущением лезвия кинжала, когда таковые касаются затылка. Если постараться, я могу вызвать воспоминания как о том, так и о другом. Ледяной ветер неизменно оказывается более приятным. Вот, скажем…

Мне одиннадцать лет, я убираю грязную посуду в ресторане отца. Вечер выдался спокойным, в зале всего лишь несколько посетителей. Небольшая компания только что освободила один из столов, и я направился к нему.

В углу устроилась парочка – он и она. Оба, естественно, драгаэряне. Люди редко к нам заходили; возможно, потому, что мы тоже были людьми, и они не хотели это подчеркивать – не знаю. Мой отец и сам избегал иметь дело с выходцами с Востока.

У дальней стены сидели трое. Драгаэряне. Я отметил, что посетители, вставшие из-за столика, который я убирал, не оставили чаевых. И тут услышал восклицание у себя за спиной.

Обернувшись, я заметил, как драгаэрянин из троицы, что занимала дальний стол, уронил голову в тарелку, где лежала нога лиорна с красным перцем. Отец разрешил мне приготовить соус, и в первый момент – вот глупость! – я испугался, что сделал что-нибудь не так.

Двое других быстро встали – казалось, они совсем не обеспокоены тем, что случилось с их приятелем, – и направились к двери. Тут я сообразил, что платить наши гости не собираются. Я поискал глазами отца, но он ушел на кухню.

Потом я снова взглянул на стол, размышляя над тем, что сделать прежде, – помочь задыхающемуся типу или попытаться перехватить двух других, которые уходили, не заплатив по счету.

И вдруг я увидел кровь.

Рукоять кинжала торчала из горла парня, лицо которого покоилось на тарелке рядом с ногой лиорна. До меня постепенно начало доходить, что здесь произошло, и я решил – нет, пожалуй, не стоит требовать у покидающих нас джентльменов плату за ужин.

Они не бежали, даже не торопились. Просто быстро и спокойно прошли мимо меня к двери. Я не шевелился. Мне кажется, и не дышал. Помню, как вдруг отчетливо ощутил биение собственного сердца.

Неожиданно я понял, что один из них остановился у меня за спиной. Я замер на месте, мысленно вознося молитву Вирре, Богине Демонов.

В следующее мгновение что-то холодное и твердое коснулось моего затылка. Я был так напуган, что даже не вздрогнул, просто не мог. Мне хотелось закрыть глаза, но у меня ничего не получилось, я стоял и смотрел прямо перед собой. Только сейчас я заметил, что за мной наблюдает драгаэрянка. Она начала медленно подниматься со своего места. Спутник девушки протянул руку, видимо, хотел остановить, но она стряхнула ее.

Я услышал тихий ласковый голос у своего уха:

– Ты ничего не видел. Ясно?

С высоты моего нынешнего опыта могу совершенно уверенно сказать, что мне не угрожала настоящая опасность; если бы у того типа возникло желание меня прикончить, он бы уже сделал это. Однако я был молод и дрожал от страха. Я понимал, что мне следует кивнуть, но не мог. Драгаэрянка была уже почти рядом с нами – вероятно, стоявший у меня за спиной негодяй ее увидел, потому что лезвие кинжала исчезло, а в следующее мгновение послышались удаляющиеся шаги.

Меня отчаянно трясло. Высокая драгаэрянка мягко положила руку мне на плечо, и у нее на лице появилось сочувствие. Никогда прежде ни один драгаэрянин так на меня не смотрел – в некотором смысле ощущение оказалось не менее жутким, чем пережитое несколько минут назад. Мне страшно захотелось спрятать голову у нее на груди, но я сдержался. Тут только я услышал, что она говорит со мной, пытается успокоить.

– Не волнуйся, они уже ушли. Ничего больше не случится. Не беспокойся, с тобой все будет в порядке…

Из соседней комнаты выскочил отец.

– Влад, – позвал он, – что здесь происходит? Почему…

И застыл на месте – увидел тело. Его стошнило, и мне стало за него стыдно. Рука на моем плече напряглась. Я почувствовал, что перестал дрожать, и посмотрел на стоящую передо мной девушку.

Девушка? Судить о ее возрасте мне было трудно. Впрочем, поскольку она была драгаэрянкой, ей могло быть от ста до тысячи лет. В одежде преобладали серые и черные цвета, из чего следовало, что она принадлежит к Дому Джарега. Ее спутник, который направился к нам, тоже был джарегом. Троица, еще недавно сидевшая в углу, принадлежала к тому же Дому. В этом не было ничего особенного: в основном наш ресторанчик посещали джареги да изредка теклы (каждый Дом драгаэрян носит имя одного из местных животных).

Спутник девушки остановился у нее за спиной.

– Тебя зовут Влад? – спросила она.

Я кивнул.

– А меня – Киера.

Я снова только кивнул. Она улыбнулась мне, а потом повернулась к своему спутнику. Они расплатились по счету и ушли. А я принялся убирать за умершим и моим отцом.

«Киера, – подумал я, – я тебя не забуду».

Когда спустя некоторое время явилась стража, я был на кухне и слышал отца, заявившего, что никто не видел, как произошло убийство, поскольку все находились на кухне. Однако я не забыл ощущение от прикосновения лезвия кинжала к затылку.

* * *

И еще одно мгновение.

Мне только-только исполнилось шестнадцать, я шагал через пущу, что раскинулась к западу от Адриланки. До города более ста миль, наступила ночь. Я наслаждался одиночеством и чувством легкого страха, размышляя о возможности встречи с диким дзуром, лиорном или, да охранит меня Вирра, с драконом.

Земля у меня под ногами то хрустела, то хлюпала. Я не пытался двигаться тихо; наоборот, надеялся, что шум моих шагов отпугнет любого опасного зверя. Теперь я бы не стал вести себя подобным образом.

Я поднял голову, но небо над Драгаэрской империей затянула сплошная пелена туч. Мой дедушка говорил, что на нашей родине, на Востоке, не бывает такого оранжево-красного неба, а по ночам можно увидеть звезды. И я смотрел на них его глазами. Он открывал мне свой разум, обучая колдовству. Именно желание познать все тайны колдовства и привели меня в возрасте шестнадцати лет в лесную чащу.

Небо давало достаточно света, и я видел землю под ногами. Я не обращал внимания на царапины, которые оставляла на лице и руках листва. Тошнота, появившаяся после того, как я телепортировался сюда, постепенно проходила.

Получилось весьма забавно: я использовал драгаэрское волшебство, чтобы перенестись туда, где должен был проходить очередной этап моего обучения колдовству. Я поправил заплечный мешок и остановился на поляне.

Пожалуй, эта вполне подойдет, решил я. Круглое открытое пространство футов на сорок густо заросло травой. Я обошел прогалину, напрягая глаза и стараясь все как следует разглядеть. Не хватает только наткнуться на сеть креоты.

Но поляна была пуста. Я остановился и опустил мешок на землю. Достал маленькую жаровню, мешок с углями, черную свечу, палочку благовоний, мертвую теклу и несколько сухих листьев растения горинт, которое считается священным в некоторых религиозных культах Востока.

Я тщательно растер листья в порошок, потом обошел поляну и рассыпал порошок по ее границе.

Вернулся в центр. Уселся и довольно долго выполнял ритуал расслабления каждой мышцы, пока почти не вошел в транс. А когда тело сумело избавиться от напряжения, разуму ничего не оставалось, как последовать за ним. И тогда я начал медленно, по одному, укладывать угли в жаровню. Сначала некоторое время держал их в руках, стараясь ощутить форму и фактуру, так что мои ладони быстро перепачкались в саже.

Во время колдовства любая мелочь превращается в своего рода церемонию. Еще до того, как начинаются настоящие заклинания, все следует самым тщательным образом подготовить. Конечно, можно сосредоточиться на желаемом результате и надеяться на успех. Однако шансы в этом случае не слишком велики. Когда ведешь себя как положено, колдовство почему-то приносит куда большее удовлетворение, чем волшебство.

Уложив угли в жаровню, я добавил к ним благовония. Взяв свечу, долго и пристально смотрел на фитиль, приказывая ему зажечься. Естественно, я мог использовать огниво или волшебство, но мне хотелось создать у себя нужное настроение.

Мне кажется, чаща леса – весьма подходящее место для занятий колдовством. Прошло всего несколько минут, и фитиль задымился, а вскоре возник маленький язычок пламени. Я обрадовался, что совсем не почувствовал утомления, которое сопровождает любое серьезное заклинание. Еще недавно я так слабел после зажигания свечи, что мне не хватало сил даже на псионическое общение.

Я учусь, дедушка.

Потом я поджег угли при помощи свечи и мысленно приказал огню разгореться поярче. Когда пламя весело заплясало на углях, я поставил свечу на землю. Тонкий аромат благовоний коснулся ноздрей, и я закрыл глаза. Порошок из листьев горинта помешает случайному животному проникнуть на поляну и отвлечь меня. Я ждал.

Спустя некоторое время – не знаю, сколько прошло, – я открыл глаза. Угли мягко светились. Благовония напоили воздух сладостным ароматом. Звуки леса не проникали на поляну сквозь густой кустарник. Я был готов.

Пристально посмотрел на тлеющие угли, стараясь дышать ровнее, и начал произносить заклинание – очень медленно, как меня учили. Я бросал каждое слово, посылая его в пущу так, чтобы оно проникло как можно дальше. «Это старое заклинание, – говорил дед, – его используют на Востоке уже тысячу лет, не меняя ни единого звука».

Я старательно выговаривал каждое слово, позволяя языку и небу ощутить его во всей полноте, заставляя мозг оценить каждую посланную мысль. Покидая меня, они оставляли след в моем мозгу, точно сами по себе являлись живыми существами.

Последние отзвуки заклинания медленно умирали в ночной чаще, забирая с собой часть моего сознания.

Теперь я и в самом деле почувствовал страшную усталость. Как и всегда после сотворения заклинания такой силы, мне приходилось бороться с неотвратимым желанием впасть в глубокий транс. Я старался дышать ровно и глубоко. Как во сне, поднял мертвую теклу и отнес к краю поляны, где мог бы видеть ее со своего места в центре. И принялся ждать. Мне показалось, что прошло всего несколько минут, когда неподалеку послышался шелест крыльев. Открыв глаза, я увидел, как на землю рядом с мертвой теклой опустился джарег. Он смотрел на меня.

Некоторое время мы разглядывали друг друга, а потом он осторожно придвинулся к текле и отведал кусочек моего дара. Для особи женского пола джарег был среднего размера, для самца – довольно крупным. Если заклинание сработало, значит, прилетела самка. Размах крыльев джарега равнялся расстоянию от моего плеча до запястья – чуть меньше, чем от змееподобной головы до кончика хвоста. Раздвоенный язык каждый раз касался тела грызуна, словно пробуя следующий кусочек мяса. Потом джарег откусывал, медленно жевал и проглатывал очередную порцию угощения. И все время внимательно за мной наблюдал.

Когда джарег почти закончил трапезу, я начал готовиться к псионической связи. Меня переполняли надежды.

Вскоре связь установилась. Я почувствовал короткую вопросительную мысль и позволил ей вырасти. Она стала различимой.

«Что ты хочешь?» – «услышал» я с поразительной четкостью.

Вот теперь мне предстоит настоящее испытание. Если джарег явился в результате заклинания, то это самка с гнездом, полным яиц, и мое предложение не вызовет у нее приступа безумной ярости. Если же мимо пролетал самец и заметил мертвую теклу, у меня могут возникнуть серьезные проблемы. Я прихватил с собой кое-какие травы, чтобы защититься от яда джарега, однако никто заранее не знает, каким будет результат.

«Мать, – подумал я, стараясь, чтобы моя мысль была максимально ясной, – я хотел бы получить одно из твоих яиц».

Она не бросилась на меня, и я не ощутил не удивления, ни разгорающейся ярости. Хорошо. Мое заклинание привело ее сюда, и она по крайней мере готова торговаться. Я почувствовал, как во мне растет возбуждение, но отчаянным усилием воли подавил его. И полностью сосредоточился на сидящей передо мной самке джарега. Теперь все зависело от того, что джарег думает обо мне.

«Что, – спросила она, – ты можешь ему предложить?»

«Долгую жизнь, – ответил я. – И свежее красное мясо без борьбы, и еще свою дружбу».

Она немного подумала, а потом сказала:

«А что ты попросишь взамен?»

«Я попрошу помощи в моих трудах, которую способен оказать мне твой ребенок. Я попрошу поделиться со мной мудростью, и я попрошу его дружбы».

Некоторое время ничего не происходило. Она стояла рядом с остатками теклы и смотрела на меня. А потом проговорила:

«Я подойду к тебе».

И подошла. У нее были длинные и острые когти, которые больше подходили для бега, чем для схватки. После сытной трапезы часто оказывается, что джарег слишком тяжел, чтобы взлететь в воздух, поэтому ему приходится убегать, спасаясь от своих врагов.

Самка остановилась рядом и посмотрела мне в глаза. У меня возникло очень необычное ощущение: в маленьких змеиных глазках светился разум, я общался почти на человеческом уровне с существом, чей мозг не превышал фаланги моего пальца. Я довольно долго не осознавал неестественности этой ситуации.

Спустя некоторое время самка «заговорила»:

«Подожди здесь».

Потом повернулась и распростерла свои крылья летучей мыши. Ей пришлось пробежать несколько шагов, прежде чем она сумела взлететь. Я остался один.

Один…

Я размышлял о том, что сказал бы мой отец, будь он жив. Конечно, не одобрил бы моих действий, считая колдовство слишком «восточным» занятием, в то время как сам он старался быть настоящим драгаэрянином.

Отец умер, когда мне исполнилось четырнадцать. Я не знал матери, хотя отец изредка что-то бормотал насчет «ведьмы», на которой женился. Незадолго до смерти он безрассудно потратил все, что сумел заработать за сорок лет владения рестораном, в попытке стать настоящим драгаэрянином – купил себе титул. Так мы получили гражданство и оказались связанными с Имперской Державой. Теперь мы могли прибегать к волшебству – мой отец всячески это приветствовал. Он нашел волшебницу Левой Руки Дома Джарега, и она согласилась давать мне уроки. Кроме того, отец запретил мне заниматься колдовством. Потом он отыскал старого воина, который обучал меня драгаэрскому стилю фехтования на мечах. Отрабатывать восточную манеру отец не позволял.

Но дед еще был жив. Однажды я сказал ему, что, даже когда вырасту, буду слишком маленьким и слабым и не смогу стать хорошим мечником-драгаэрянином, а волшебство и вовсе меня не интересует. Ни словом не осудив отца, он начал учить меня фехтованию и колдовству.

Умирая, мой отец был доволен, что я научился телепортироваться. Он не знал, что после телепортации мне всегда становится худо. Он не знал, как часто мне приходилось при помощи колдовства скрывать синяки, полученные от драгаэрской шпаны, которая подлавливала меня и избивала, давая понять, что она думает о пришедших с Востока слабаках с неуместными претензиями. И он наверняка не знал, что Киера учит меня двигаться бесшумно и просачиваться сквозь толпу так, чтобы никто не обратил на меня внимания. Мне это не раз помогало. Прихватив толстую палку, я находил своих мучителей по одному и оставлял им на память несколько сломанных костей.

Не знаю. Может быть, изучай я волшебство более старательно, то сумел бы спасти отца. Не знаю.

После его смерти мне стало легче находить время для занятий колдовством и фехтованием, хотя и прибавилось работы по содержанию ресторана. Постепенно я становился хорошим колдуном. Более того, наступил день, когда дед наконец сказал, что ему больше нечему меня учить, и объяснил, как предпринять следующий самостоятельный шаг. Который заключался, естественно…

* * *

Громко хлопая крыльями, самка джарега вернулась на поляну. На этот раз она подлетела прямо ко мне и приземлилась у моих ног. В когтях она сжимала маленькое яйцо. Потом показала его мне.

Я заставил себя успокоиться. Получилось!.. Протянул правую руку, предварительно удостоверившись, что она не дрожит. Яйцо упало на ладонь. Меня поразило, что оно было теплым, легко и удобно помещалось в ладони. Я осторожно спрятал яйцо во внутренний карман кожаной куртки, рядом с сердцем.

«Спасибо тебе, мать, – мысленно поблагодарил я самку. – Пусть твоя жизнь будет долгой, пища обильной, и пусть у тебя родится много детей».

«А тебе, – отвечала она, – долгой жизни и хорошей охоты».

«Я не охотник», – возразил я.

«Ты им станешь», – сказала она.

А потом отвернулась, распростерла крылья и улетела с поляны.

В последующую неделю я дважды чуть не раздавил яйцо, которое по-прежнему носил на груди. В первый раз мне пришлось подраться с двумя подонками из Дома Орки. Во второй – я нечаянно прижал к груди коробку со специями, когда работал в ресторане.

Эти эпизоды меня потрясли, и я решил, что более не должен подвергать яйцо опасности. Чтобы защититься от неприятностей первого рода, я стал вести себя более дипломатично. А стараясь избавиться от проблем второго, продал ресторан.

Научиться вести себя дипломатично оказалось делом довольно сложным. Мои естественные наклонности этому совсем не способствовали и приходилось постоянно за собой следить. Однако со временем я обнаружил, что могу быть очень вежливым с драгаэрянином, который поносит меня самыми последними словами. Порой мне кажется, что именно это с таким трудом приобретенное качество помогло мне в дальнейшем добиться успеха.

Продажа заведения, принадлежавшего нам с отцом, принесла мне облегчение. Я управлял рестораном с того момента, как умер отец. Дела шли успешно, мне вполне хватало на жизнь, но я почему-то никогда не представлял себя в роли ресторатора.

Однако передо мной тут же встал новый вопрос: чем я намерен зарабатывать на жизнь – сейчас и в будущем. Дед предложил мне партнерство в своем колдовском деле, но я прекрасно знал, что ему самому едва удается сводить концы с концами. Кроме того, Киера была готова научить меня азам своей профессии, но ворам с Востока редко удается получить хорошие деньги у скупщиков краденого. К тому же дед воровство не одобрял.

Я расстался с рестораном и некоторое время жил на вырученные деньги. Не стану рассказывать, сколько мне удалось за него получить; я был еще слишком молод. Мне пришлось переехать в другой дом, потому что мои комнаты находились над рестораном и их тоже купили.

Я достал себе оружие – довольно легкую шпагу, сделанную по моему заказу оружейником из Дома Джарега. Тот самым бесстыдным образом завысил цену. Шпага была достаточно прочной, чтобы отражать удары тяжелого драгаэрского меча, и достаточно легкой для ответных выпадов, направленных на то, чтобы застать врасплох мечника-драгаэрянина, которые, как правило, действуют всегда по одной и той же схеме: атака – защита – атака.

Так и не решив ни одной из проблем, я сосредоточил все свое внимание на яйце джарега.

* * *

Месяца через два после продажи семейного бизнеса я сидел за карточным столом, ставил понемногу – в это заведение пускали выходцев с Востока. Впрочем, той ночью я был здесь единственным человеком. Играли за четырьмя столами.

За соседним вдруг начали говорить на повышенных тонах, и я уже собрался повернуться, но в этот момент что-то ударило в мой стул. Мной овладела паника, потому что я чуть не раздавил яйцо о край стола, и я вскочил на ноги. Паника мгновенно перешла в ярость, и, не раздумывая, я схватил свой стул и разбил его о голову типа, упавшего на меня. Он рухнул как подкошенный и остался неподвижно лежать на полу. Парень, толкнувший его, посмотрел на меня так, словно не знал, что со мной делать – благодарить или прикончить. Я по-прежнему держал в руке ножку от стула. Подняв ее, ждал, на что он решится. Затем чья-то рука легла мне на плечо, и я почувствовал уже знакомое холодное прикосновение стали к затылку.

– Нам совсем не нужны драки, подонок, – произнес голос у моего правого уха.

Адреналин кипел у меня в крови, и я чуть было не обернулся, чтобы влепить ублюдку по роже, не обращая внимания на нож, который он держал возле моей шеи. Но работа над собой, которую я проводил последнее время, принесла плоды, и я услышал свой спокойный голос:

– Приношу свои извинения. Уверяю вас, это больше не повторится. – Я опустил правую руку и бросил на пол ножку от стула.

Не было никакого резона объяснять ему, что произошло, если он сам не видел. И еще меньше, если наблюдал за нами. Когда возникают неприятности, в которых замешан человек с Востока, всем известно, кто виноват.

Я стоял неподвижно.

Прошло несколько мгновений, и я почувствовал, что нож убрали.

– Ты прав, – произнес тот же голос, – это не повторится. Уходи отсюда и больше никогда не возвращайся.

Я молча кивнул. Оставил деньги на столе, за которым сидел, и вышел, не оборачиваясь.

По дороге домой я постарался осмыслить происшедшее и ощутил тревогу. Мне не следовало бить того парня. Я позволил страху овладеть собой и действовал не раздумывая. Так поступать нельзя.

Когда я поднимался по ступенькам в свой дом, мои мысли обратились все к тому же вопросу: что делать дальше? Я оставил на игровом столе мелочи почти на золотой империал, половину недельной платы за мое жилье. Создавалось впечатление, что я умею лишь колдовать да колотить драгаэрян по голове. Вряд ли на эти таланты найдется спрос.

Я вошел в комнату и устроился на диване. Достал яйцо, подержал его на ладони, стараясь успокоиться, и насторожился. На яйце виднелась небольшая трещинка. Вероятно, она появилась, когда я ударился о стол, хотя мне показалось, что неприятностей удалось избежать.

Именно в это мгновение, в шестнадцать лет, я узнал, что такое настоящий гнев. Меня опалила вспышка белого пламени, я вспомнил лицо драгаэрянина, толкнувшего на меня своего напарника и погубившего мое яйцо. Я понял, что способен на убийство. Оставалось только найти ублюдка и прикончить его. Он мертвец – я твердо решил, что ему не уйти от ответа. Я вскочил и направился к двери, не выпуская из рук яйца…

И снова остановился.

Что-то было не так. У меня возникло совершено незнакомое ощущение – оно упорно пробивалось сквозь барьер моей ярости. В чем дело? Я бросил взгляд на яйцо и с облегчением все понял.

Не осознавая, что произошло, я вошел в псионическую связь с существом, находящимся в яйце. Я ощущал его присутствие – значит, мой джарег жив.

Гнев исчез так же быстро, как и появился, меня била дрожь. Я встал посередине комнаты и осторожно опустил яйцо на пол.

От существа, сидевшего внутри, исходило одно ощущение: упорство. Оно стремилось к одной цели. Никогда еще мне не приходилось сталкиваться с такой настойчивостью. Как столь крошечное существо может обладать такой удивительной волей?

Я отступил на шаг – вероятно, мне хотелось дать ему «побольше воздуха» – и принялся молча наблюдать.

Послышался слабый звук – «тук-тук» – трещина увеличилась. А потом, совершенно неожиданно, яйцо раскололось; в осколках скорлупы лежала уродливая маленькая рептилия. Крылья плотно прижаты к телу, глаза закрыты. Каждое крылышко размером с мой большой палец.

Оно… Оно? Он, вдруг осознал я. Он попробовал пошевелиться – ничего не получилось. Предпринял новую попытку, и его опять постигла неудача. Я понял, что должен что-то сделать, только вот не знал что.

Глаза джарега открылись, но он не мог их сфокусировать. Голова лежала на полу, потом слегка дернулась.

Я почувствовал, что от него исходят неуверенность и слабый страх. И постарался передать ему тепло, ощущение защищенности и все такое прочее. Медленно приблизился к нему и протянул руки.

К моему удивлению, он заметил мое движение. Очевидно, джарег не связал мысли, которые получал от меня, с моим приближением, потому что испугался и одновременно постарался отодвинуться. Ничего не вышло. Тогда я осторожно взял его на руки. И получил в награду первую четкую мысль и первый укус джарега. Укус был слишком слабым – как и яд, – чтобы хоть как-то воздействовать на меня, но детеныш определенно владел своими клыками. А мысль оказалась удивительно ясной.

«Мама?» – спросил он.

Верно. Мама. Я немного подумал, а потом решил ответить.

«Нет, папа», – сказал я ему.

«Мама», – согласился он.

Джарег прекратил сопротивление и принялся устраиваться у меня на ладони. Тут только я понял, что он ужасно устал – да и я тоже. Кроме того, мы оба проголодались.

С испугом я сообразил, что не знаю, чем его следует кормить. Я носил его с собой, прекрасно понимая: рано или поздно он вылупится из яйца, но мне как-то в голову не приходило, что он окажется настоящим, живым джарегом.

Я отнес его на кухню и начал рыскать по полкам. Ну-ка, посмотрим… Молоко.

Я умудрился достать одной рукой блюдечко и вылить в него немного молока. Потом аккуратно опустил рядом с ним джарега так, что его голова оказалась внутри блюдца.

Птенец немного полакал, похоже, у него не возникло никаких проблем, поэтому я поискал еще и в конце концов нашел кусочек крыла ястреба. Положил крылышко на блюдце. Джарег практически сразу его обнаружил, оторвал крошечку – у него уже имелись отличные зубы – и принялся жевать. Он жевал почти три минуты, но когда проглотил, все прошло как надо. Только после этого я слегка расслабился.

Теперь, когда мой джарег насытился, я увидел, что он совершенно обессилел, и отнес его к дивану. Улегся и положил детеныша себе на живот. Я задремал. Нам снились приятные сны.

* * *

На следующий день, около полудня, кто-то постучался в мою дверь. Распахнув ее, я сразу узнал своего незваного гостя. Это был тот самый тип, что приказал мне больше никогда не приходить в его заведение – именно он держал нож возле моего затылка, чтобы я его правильно понял.

Я всегда был человеком любопытным, потому сразу предложил ему войти.

– Благодарю, – сказал он. – Меня зовут Ниелар.

– Пожалуйста, садитесь, господин Ниелар. Я Влад Талтош. Вина?

– Спасибо, нет. Я совсем ненадолго.

– Как хотите.

Я показал ему на стул, а сам присел на диван. Взял на руки джарега. Ниелар приподнял брови, но ничего не сказал.

– Что я могу для вас сделать? – поинтересовался я.

– Выяснилось, что вчера я ошибся, когда обвинил тебя в возникших неприятностях, – ответил он.

Что? Драгаэрянин просит прощения у выходца с Востока? Может быть, наступил конец света? Во всяком случае, на моей памяти такого еще не случалось. Я был шестнадцатилетним человеком, а он – драгаэрянином, которому, наверное, исполнилась тысяча лет.

– Вы очень добры, – наконец сумел выдавить я из себя. Он не обратил на мои слова ни малейшего внимания.

– Кроме того, мне понравилось, как ты себя вел, – добавил он.

Ему понравилось? Мне – нет. Что здесь происходит?

– Я хочу сказать, – продолжал гость, – мне пригодился бы человек вроде тебя, если ты согласишься на меня работать. Насколько я понимаю, в данный момент ты особенно ничем не занят, и… – Он пожал плечами.

Мне хотелось задать ему тысячу вопросов, но я не знал, с чего начать, поэтому сказал:

– При всем моем уважении к вам, я не совсем понимаю, что мог бы для вас делать.

Ниелар снова пожал плечами.

– Во-первых, предотвращать эпизоды вроде вчерашнего. Во-вторых, периодически возникают проблемы взимания долгов. Ну и тому подобное. Обычно у меня двое помощников, но один из них на прошлой неделе стал жертвой несчастного случая, и потому в данный момент мне требуется новый работник.

Что-то в том, как он произнес слова «несчастный случай», показалось мне странным, однако я не стал тратить время на догадки.

– Со всем уважением, господин Ниелар, но мне кажется, выходец с Востока не сможет произвести должного впечатления на драгаэрянина. Не знаю, как я…

– Я уверен, тут никаких проблем не возникнет, – перебил он меня. – У нас есть общая приятельница, и она заверила меня, что ты прекрасно справишься. Так уж получилось, что я перед ней в долгу, и она попросила взять тебя на работу.

Она? Тут не могло быть никаких сомнений. Киера в очередной раз позаботилась обо мне, да помогут ей боги во всех начинаниях. Неожиданно ситуация прояснилась.

– Я буду платить тебе, – продолжал Ниелар, – четыре империала в неделю, плюс десять процентов от долгов, которые ты сможешь собрать. Точнее, половину от этой суммы, поскольку вы будете работать в паре со вторым моим помощником.

Вот это да! Четыре золотых в неделю? Больше, чем я выручал, когда владел рестораном! И еще комиссионные, даже если придется делить их…

– А вы уверены, что ваш помощник не станет возражать против напарника с Востока?

Глаза посетителя сузились.

– Это моя проблема, – сказал он. – По правде говоря, я уже побеседовал с Крейгаром, он не против.

Я кивнул.

– Я должен обдумать ваше предложение.

– Конечно. Ты знаешь, где меня найти.

Я еще раз кивнул и проводил его до двери, вежливо поблагодарив за оказанную честь. Когда дверь за моим гостем закрылась, я посмотрел на джарега.

– Ну, – спросил я, – что ты по этому поводу думаешь?

Джарег ничего не сказал, впрочем, я и не ждал от него ответа. Я присел, чтобы поразмыслить относительно своего будущего: вопрос решен или только отложен? И пришел к выводу, что в данный момент должен разобраться с гораздо более серьезной проблемой – какое имя дать своему джарегу?

Я назвал его «Лойош». Он звал меня «мама». Я тренировал его, а он меня кусал. Постепенно, в течение нескольких месяцев, я обзавелся иммунитетом к его яду. Чтобы выработать хотя бы частичный иммунитет к его чувству юмора, мне понадобилось несколько лет.

Когда я приступил к работе, Лойош мне помогал. Сначала чуть-чуть, а потом весьма значительно. В конце концов, кто обращает внимание на летающего по городу джарега? А сам джарег – уж поверьте мне – замечает многое.

Время шло, и я постепенно повышал свое мастерство, мой статус рос, появлялись друзья и накапливался опыт.[1]

И, как предсказывала мать Лойоша, я стал охотником.

1. «Успех ведет к застою, застой ведет к поражению»

Я вставил отравленный дротик в специальный футляр под воротником плаща, рядом с отмычкой. Дротик должен быть слегка изогнут, в противном случае его невозможно быстро вытащить. Но изгибать слишком сильно его нельзя, иначе не останется места для гарроты. Вот так… сюда.

Каждые два или три дня я меняю оружие[2] – на тот случай, если мне придется оставить что-то на трупе или рядом с ним. Я не хочу, чтобы оружие было связано со мной достаточно долго, потому что любой колдун без особых усилий определит, кто его владелец.

Конечно, подобные действия можно назвать паранойей. Во всей Драгаэрской Империи слишком мало колдунов, да и к самому колдовству тут относятся без особого уважения. Трудно предположить, что колдуна попросят осмотреть оружие убийства и попытаться узнать, кому оно принадлежало. Более того, насколько мне известно, так не поступали ни разу за двести сорок три года, прошедшие после окончания Междуцарствия. Однако я верю в осторожность и всегда обращаю самое пристальное внимание на детали. Именно поэтому я все еще здесь и могу и дальше ублажать свою паранойю.

Я достал новую удавку, уронив старую в стоящую на полу коробку, и начал сворачивать проволоку в тугое кольцо.

– Влад, а ты заметил, – сказал голос, – что тебя уже больше года никто не пытается убить?

Я поднял глаза.

– Крейгар, а ты понимаешь, – ответил я, – что если и дальше будешь незаметно появляться у меня под носом, я когда-нибудь умру от разрыва сердца и никому не придется предпринимать новых попыток?

Он усмехнулся.

– Нет, я серьезно, – продолжал Крейгар. – Больше года. У нас не было никаких сложностей с тех пор, как этот подонок… как его звали?..

– Г’рантар.

– Да, Г’рантар. Он попытался открыть собственное дело на Медной улице, и ты с ним покончил.

– Пожалуй, – пожал я плечами. – Все действительно идет спокойно. Что из того?

– Ничего особенного, – проворчал он. – Только вот я не знаю, хороший это знак или плохой.

Я посмотрел на его семифутовую фигуру, удобно устроившуюся у дальней стены конторы. Крейгар для меня загадка. Он рядом со мной с тех пор, как я вошел в организацию Дома Джарега, и ни разу не выказал ни малейшего неудовольствия из-за того, что ему приходится выполнять приказы человека с Востока. Мы работаем вместе уже несколько лет и столько раз спасали друг другу жизнь, что успели проникнуться взаимным доверием.

– Не понимаю, как это может быть дурным знаком, – сказал я, засовывая гарроту на место. – Мне удалось показать всем, на что я способен. Я контролирую свою территорию без малейших осложнений, нужным людям заплачено, и только однажды возникли незначительные трения с Империей. Меня приняли. Человек я или нет, – добавил я, наслаждаясь двусмысленностью последней фразы. – И не забывай, что лучше всего я известен как наемный убийца – кому же захочется со мной связываться?

Он вопросительно взглянул на меня.

– Значит, ты именно из-за этого продолжаешь браться за «работу»? – задумчиво проговорил Крейгар. – Чтобы никто не забывал, на что ты способен?

Я пожал плечами. Крейгар слишком прямолинеен и поставил меня в неловкое положение. Вероятно, он это почувствовал и быстро вернулся к первоначальной теме разговора.

– Я просто подумал: мир и спокойствие означают, что ты двигаешься вперед недостаточно быстро. Вот что я имею в виду, – продолжал он, – ты сумел практически с нуля создать одну из лучших шпионских сетей в Доме Джарега…[3]

– Ошибаешься, – перебил я Крейгара. – У меня нет никакой сети. Просто многие люди время от времени охотно делятся со мной информацией, и не более того. А это совсем не одно и то же.

Крейгар не обратил на мои слова внимания.

– В конечном счете это одно и то же, если мы говорим об источниках информации. Кроме того, у тебя есть доступ к сети Морролана – а уж это самая настоящая шпионская организация.

– Морролан, – заметил я, – не джарег.

– Мы от этого только выигрываем, – сказал Крейгар. – В результате удается получить необходимые сведения от людей, которые не стали бы иметь с тобой дело напрямую.

– Ну, тут ты прав. Продолжай.

– Итак, у нас есть надежные источники информации. Наши собственные ребята достаточно компетентны, чтобы остальные принимали их во внимание. Я считаю, нам следует лучше использовать то, что у нас есть, вот и все.

– Крейгар, – сказал я, заменяя тонкий метательный кинжал в подкладке плаща, – будь добр, скажи, почему я должен сам добиваться, чтобы кто-то начал охотиться за моей шкурой?

– Ничего подобного я не говорил, – возразил Крейгар. – Просто размышляю, не является ли отсутствие таких охотников признаком того, что мы допустили ошибку.

Я вложил кинжал в ножны на правом бедре. Тонкий короткий метательный нож, который невозможно заметить, даже когда я сажусь. Разрез на бриджах также практически невидим. Удачный компромисс между хитростью и быстротой.

– Тебе что, стало скучно?

– Ну, может быть, немного. Но это не имеет отношения к справедливости моих слов.

Я покачал головой.

– Лойош, ты веришь этому типу? Он заскучал и решил, что если кто-нибудь меня прикончит, у него улучшится настроение.

Мой дружок взлетел с подоконника и опустился мне на плечо. После чего принялся лизать мне ухо.

– Да, много от тебя помощи, – сказал я ему и повернулся к Крейгару: – Нет. Когда что-нибудь произойдет, мы предпримем ответные шаги. А сейчас я намерен поохотиться на драконов. И если у тебя все…

Я замолчал. Наконец-то мой мозг начал работать. Крейгар пришел ко мне в контору с единственной целью: предложить мне выйти на улицу и спровоцировать какие-то неприятности? Нет, нет и нет. Не так. Я достаточно хорошо его знаю.

– Ладно, – заявил я. – Достаточно. Что происходит в данный момент?

– Происходит? – невинно спросил он. – А почему что-нибудь должно происходить?

– Я ведь с Востока, ты не забыл? – с иронией поинтересовался я. – У нас чутье на подобные вещи.

У Крейгара на губах появилась легкая улыбка.

– Ничего особенного, – ответил он. – Всего лишь послание от личного секретаря Демона.

Вот так! Демон, как его называли, был одним из пяти представителей некоего «совета», который, до определенной степени, контролировал деятельность Дома Джарега. Совет – собрание самых могущественных людей Дома – не обладал официальным статусом до Междуцарствия, но возник задолго до него. Совет разрешал спорные вопросы между членами организации и заботился о том, чтобы конфликты не переходили установленных границ, что могло бы привести к вмешательству Империи. После Междуцарствия у него появились дополнительные проблемы – именно эта группа сумела снова объединить Дом, когда Империя возобновила свое существование. Теперь функции и обязанности членов совета были строго установлены, и всякий, кто имел хоть какое-то отношение к организации, отдавал им часть своих доходов.

Демон – и это признавалось всеми – занимал в иерархии Дома позицию номер два. Последний раз я встречался с таким высокопоставленным функционером во время войны с другим джарегом, и член совета, который беседовал со мной, дал понять, что следует найти возможность уладить конфликт по-тихому – а иначе ему придется вмешаться[4]. У меня не осталось приятных воспоминаний о той встрече.

– Что он хочет? – спросил я.

– Желает с тобой встретиться.

– Драконье дерьмо! У тебя есть представление зачем?

– Нет. Он выбрал место встречи на нашей территории – интересно, что это значит?

– Да ничего не значит, – проворчал я. – Где именно?

– В забегаловке «Голубое пламя», – ответил Крейгар.

– «Голубое пламя», говоришь? И что тебе приходит на ум по этому поводу?

– Припоминаю, что ты там дважды «работал».

– Верно. Подходящее место, чтобы кого-нибудь прикончить. Высокие стенки кабинок, широкие проходы, слабый свет – и каждый предпочитает не совать нос в чужие дела.

– Да, точно. Встреча назначена на завтра. В два часа после полудня.

– После полудня?

Крейгар удивленно посмотрел на меня.

– Именно. После полудня. Это означает, что большинство уже покончили с обедом, а для ужина еще рано. Что-то в этом есть.

Я не стал обращать внимания на иронию.

– Ты меня неправильно понял, – спокойно сказал я и без замаха метнул звездочку, которая вонзилась в стену рядом с его ухом.

– Очень остроумно. Влад…

– Помолчи. Давай поговорим о том, что следует предпринять, чтобы прикончить наемного убийцу? В особенности того, кто старается избежать всяческой рутины в своих передвижениях?

– Что? Ну, ты назначаешь ему встречу – так, как это сделал Демон.

– Отлично. И, естественно, устраиваешь все таким образом, чтобы вызвать у него подозрения, верно?

– Хм, может быть, ты так и делаешь. А я – нет.

– Черт возьми, ты не делаешь! Ты стараешься обставить все так, словно это обычная деловая встреча. А значит, предполагается, что ты должен накормить своего собеседника. Поэтому ты не станешь назначать встречу на два часа после полудня.

Он немного помолчал, словно пытался уследить за моими несколько извилистыми рассуждениями.

– Ладно, – наконец проговорил Крейгар, – я согласен, время несколько необычное. Ну и почему Демон выбрал именно его?

– Понятия не имею. Вот что я тебе скажу: выясни побольше о Демоне, приходи сюда, и мы постараемся найти ответы на интересующие нас вопросы. Возможно, это чепуха, но…

Крейгар улыбнулся, достал из внутреннего кармана плаща маленький блокнотик и стал читать:

– Демон. Настоящее имя неизвестно. Молод, скорее всего, ему еще не исполнилось восьмисот[5]. До Междуцарствия о нем никто не слышал. Привлек к себе всеобщее внимание, собственноручно прикончив двоих – а всего их оставалось трое – членов старого совета, сумевших пережить уничтожение города Драгаэра, чуму и вторжение. Демон построил новую организацию из остатков старой и добился того, что Дом Джарега снова стал приносить прибыль. Должен добавить, Влад, – тут Крейгар взглянул на меня, – что именно ему приписывается идея разрешить выходцам с Востока покупать титулы в Доме Джарега.

– А вот это уже интересно, – заметил я. – Значит, Демону я обязан тем, что мой отец потратил все деньги, накопленные за сорок лет тяжелого труда, заплатив за то, чтобы на него плевали не только как на выходца с Востока, а еще и как на джарега. Мне обязательно нужно найти способ достойно его отблагодарить.

– Хочу обратить твое внимание, – перебил меня Крейгар, – что, если бы твой отец не купил титул, ты бы не смог стать членом Дома Джарега и открыть свое дело.

– Возможно. Продолжай.

– Больше нечего добавить. Демон не сумел покорить самую вершину. Я бы выразился так: он добрался до определенного места, после чего заявил, что это и есть вершина. Как ты, конечно, знаешь, дела тогда были весьма запутанны. Надо сказать, он оказался достаточно упорен и крут, чтобы удержать завоеванные позиции. Насколько мне известно, с тех пор как Демон занял нынешнее положение, никто ни разу на него не посягал. У него есть привычка заранее находить тех, кто может представлять угрозу в будущем, и расправляться с ними, пока они еще не набрали настоящей силы. Кстати, ты помнишь Леониара, которого мы убрали в прошлом году?

Я кивнул.

– Ну, я думаю, заказ мог поступить от Демона – через посредников. Конечно, нам никогда не узнать точно, но я уже говорил, он предпочитает решать потенциальные проблемы заранее.

– Понятно. Ты считаешь, что Демон рассматривает меня как «потенциальную проблему»?

Крейгар подумал, прежде чем дать ответ.

– Все может быть, хотя особых оснований я не вижу. Ты вел себя достаточно тихо и в последние два года двигался не слишком быстро. У тебя было единственное серьезное столкновение в прошлом году – с Ларисом[6], – но все знают, что инициатором конфликта являлся он.

– Надеюсь, ты не ошибаешься. А сам Демон «работает»?

Крейгар пожал плечами.

– Наверняка никто не знает, однако создается впечатление, что да. Раньше – определенно. Ты не забыл – Демон лично избавился от двух членов совета, когда еще только начинал.

– Отлично. Значит, в дополнение к тому, что Демон может меня подставить, он и глазом не моргнув разделается со мной собственноручно, если возникнет необходимость.

– Пожалуй.

– Все равно не понимаю… Послушай, Крейгар, не могло же это произойти с Демоном случайно, правильно?

– Что ты имеешь в виду?

– Не мог он случайно спланировать встречу так, чтобы вызвать у меня подозрения.

– Нет, не думаю… Что такое?

Наверное, Крейгар заметил необычное выражение, промелькнувшее на моем лице. Я покачал головой.

– Да, конечно, вот в чем дело.

– В чем? – спросил он.

– Крейгар, организуй для меня трех телохранителей, хорошо?

– Телохранителей? Но…

– Пусть они будут вышибалами или еще чем-нибудь в таком же роде. Сложностей не возникнет: я владею частью заведения. О чем, вне всякого сомнения, Демону прекрасно известно.

– А если он их заметит?

– Конечно, заметит. В этом все дело! Он понимает, что я буду волноваться, поэтому специально назначил встречу на необычное время, чтобы вызвать у меня подозрения, а значит, дать мне повод позаботиться о безопасности. Он словно хочет сказать: «Делай все, что сочтешь нужным, чтобы чувствовать себя спокойно, я не посчитаю твое поведение оскорбительным».

Я покачал головой. Мне стало немного не по себе.

– Надеюсь, мне не придется заиметь сукина сына в качестве врага. Он чертовски хитер.

– Это ты чертовски хитер, босс, – заявил Крейгар. – Иногда мне кажется, будто ты понимаешь драгаэрян лучше, чем они сами.

– Так оно и есть, – холодно ответил я. – И именно благодаря тому, что не являюсь драгаэрянином.

Крейгар кивнул.

– Ладно, три телохранителя. Наши собственные парни или нанять со стороны?

– Пусть один из них будет нашим, а двух других найми. Нет никакой нужды тыкать Демона носом в наших людей – вдруг он их знает в лицо?

– Согласен.

– А вообще-то, Крейгар, – задумчиво проговорил я, – мне это совсем не нравится. Ему, видимо, достаточно много обо мне известно, а следовательно, он легко сообразит, что я сумею вычислить мотивы его действий – в таком случае, считай, мы попались в хитроумную ловушку. – Я поднял руку, не давая прервать меня. – Нет, я не говорю, что именно так и думаю, просто подобную возможность исключать нельзя.

– Ну а почему бы не отказаться от встречи, сославшись на какие-нибудь срочные дела?

– Отказаться? Это пожалуйста! Только если Демон не собирается прикончить меня сейчас, он обязательно изменит свои намерения, посчитав мой отказ оскорблением.

– Не исключено, – согласился Крейгар. – А есть другие варианты?

– Можно сначала как следует поволноваться, а потом пойти на встречу. Ладно, оставим до завтра. Что-нибудь еще?

– Да, – ответил он. – Позапрошлой ночью в двух кварталах отсюда ограбили какого-то теклу.

Я выругался.

– Он сильно пострадал?

Крейгар покачал головой.

– Отделался сломанной челюстью и парой синяков. Ничего серьезного, но я подумал, что ты должен быть в курсе.

– Хорошо. Спасибо. Кстати, парня, который это сделал, еще не нашли?

– Нет.

– Ну так найди его.

– Это будет стоить денег.

– Плевать на деньги. Дороже обойдется, если наших клиентов станет отпугивать всякая шваль. Найди гаденыша и сделай так, чтобы все узнали.

Крейгар приподнял бровь.

– Нет, – я покачал головой, – случай не требует кардинальных мер… И еще: найми целителя для теклы – за наш счет. Он наш клиент, я правильно понял?

– Все в округе наши клиенты – в том или ином смысле.

– Точно. Поэтому заплати целителю и возмести потери. Кстати, сколько забрал грабитель?

– Почти два империала. А послушать – так он потерял Казну Дракона.

– Для него так оно, наверное, и есть. Вот что я тебе скажу: почему бы не пригласить жертву ограбления ко мне, чтобы я лично возместил ему потери и рассказал о том, как сильно меня беспокоит уличная преступность, как я переживаю из-за того, что с ним произошло. Он вернется домой и поведает друзьям, что встречался с замечательным, все понимающим дядюшкой Владом с Востока – в результате мы даже что-нибудь выиграем.

– Гениально, босс, – сказал Крейгар.

Я фыркнул.

– Что-то еще?

– Пожалуй, ничего существенного. Пойду организую телохранителей на завтра.

– Договорились. И постарайся найти хороших парней. Эта встреча меня беспокоит.

– Паранойя, босс.

– Угу. Паранойя и гордость.

Он кивнул и ушел. Я намотал на левое запястье Чаролом. Золотая цепь в два фута длиной была единственным оружием, которое я не менял, поскольку не собирался ее нигде оставлять. Из названия следует, что цепь противодействует заклинаниям. Если кто-нибудь вздумает применить против меня волшебство (маловероятно, даже если Демон и в самом деле решил заманить меня в ловушку), я бы хотел иметь цепь под рукой. Приятная тяжесть успокаивала. Отлично.

Я повернулся в Лойошу, который удобно расположился у меня на плече. Как ни странно, он сохранял полнейшее молчание во время моего долгого разговора с Крейгаром.

«В чем дело? – обратился я к нему псионически. – Дурные предчувствия перед завтрашней встречей?»

«Нет, у меня дурные предчувствия из-за того, что в нашей конторе появится текла. Могу я его съесть, босс? А?»

Я рассмеялся и снова занялся сменой оружия. Настроение у меня неожиданно улучшилось.

2. «Хорошие манеры можно заменить только быстрой реакцией»

«Голубое пламя» находится на улочке, которая называется Медная, неподалеку от Нижне-Киероновой дороги. Я пришел туда на пятнадцать минут раньше назначенного срока и совершенно сознательно уселся так, чтобы оказаться спиной к двери. Я решил, что если Лойош и нанятые нами для охраны ребята не смогут вовремя предупредить меня об опасности, то сижу я лицом к двери или нет, не будет иметь особого значения. Если же наша встреча замыслена в рамках закона – а я подозревал, что именно так дело и обстоит, – выбранная мною позиция демонстрировала Демону доверие, и он, в свою очередь, не почувствует никакого «неуважения», увидев моих телохранителей. Лойош уселся на моем левом плече и внимательно следил за дверью.

Я заказал белое вино и принялся ждать. Заметил одного из своих вышибал – он занимался посудой, – а определить, кто двое других, так и не сумел. Хорошо. Если мне не удалось, есть надежда, что и Демон не сможет. Я медленно потягивал вино и веселился про себя, вспоминая недавний разговор с теклой (как же его звали?), ставшим жертвой ограбления. Встреча прошла просто великолепно, если не считать того, что я едва сдерживался, чтобы не расхохотаться, потому что мой обожаемый, абсолютно надежный прирученный джарег непрерывно нашептывал мне на псионическом уровне; «Да ладно тебе, босс. Можно я его съем, ну, пожалуйста». У моего дружка просто отвратительный нрав.

Я внимательно следил за количеством выпитого вина – хотелось, чтобы реакция была в порядке. Чуть пошевелил правой щиколоткой и почувствовал на икре успокаивающее прикосновение рукояти одного из спрятанных в сапогах ножей. Пришлось немного отодвинуть от себя стол, поскольку я сидел в кабинке и не мог поставить стул достаточно удобно. Обратил внимание на то, как располагаются бутылочки со специями – они могли помешать или, наоборот, в случае необходимости легко превратиться в отличные метательные снаряды. И снова стал ждать.

Через пять минут после того, как имперские часы показали назначенное время, я получил предупреждение от Лойоша и положил правую руку на стол так, чтобы она оказалась в двух дюймах от левого рукава.

Перед моим столом возник громадный тип, сразу видно, что из охранников, кивнул, а потом сделал шаг назад. В следующее мгновение появился одетый в великолепный серо-черный костюм драгаэрянин и уселся напротив.

Я ждал, что он мне скажет. Встречу назначил он, ему и начинать. Впрочем, надо признаться, во рту у меня мгновенно пересохло.

– Вы Владимир Талтош? – спросил он, причем произнес мое имя абсолютно правильно.

Я кивнул, сделал глоток вина.

– А вы Демон?

Теперь кивнул он. Я предложил ему вина, и мы выпили за здоровье друг друга; не стану утверждать, что искренне. Я заметил, что рука, в которой я держал бокал, не дрожит. Отлично.

Демон изящно, не спеша, пил вино и разглядывал меня. Все его движения были спокойными, уверенными, точными. Я увидел, что в правом рукаве у него спрятан кинжал, и отметил несколько чуть выступающих мест на плаще, где, возможно, имелись запасы другого оружия. По всей вероятности, он сумел вычислить и мой арсенал. Надо сказать, что для положения, которое занимал Демон, он был, на мой взгляд, чересчур молод. Лет восемьсот… может быть, тысяча или около того – значит, по человеческим меркам, около тридцати пяти. Складывалось впечатление, что глаза Демона всегда остаются тоненькими щелочками, никогда не раскрываясь до конца. Совсем как у меня. Крейгар прав: это настоящий наемный убийца.

– Насколько мы понимаем, – проговорил он и принялся крутить бокал в руке, – вы делаете «работу».

Я изо всех сил постарался не выказать удивления. Неужели он собирается предложить мне контракт? Демон? Почему? Может быть, пытается таким образом притупить мою бдительность. Я не понимал, в чем дело. Если ему и в самом деле что-то от меня нужно, он вполне мог воспользоваться услугами полудюжины посредников.

– Боюсь, что нет, – осторожно подбирая слова, ответил я. – Такими вещами я не занимаюсь. – И добавил: – Но у меня есть приятель, которого предложение подобного рода могло бы заинтересовать.

Он отвернулся буквально на одно мгновение, а потом кивнул.

– Понятно. А вы не сведете меня с вашим «приятелем»?

– Он нечасто выходит из дома, – объяснил я. – Но я готов поговорить с ним, если хотите.

Демон снова кивнул и, по-прежнему не глядя на меня, спросил:

– Полагаю, ваш «приятель» тоже с Востока?

– По правде говоря, да. А это имеет значение?

– Может быть. Скажите ему, что у нас для него есть заказ, если он в данный момент свободен. Надеюсь, у него имеется доступ к вашим источникам информации? Подозреваю, что для выполнения данной «работы» они понадобятся в полной мере.

Ясно! Вот почему он пришел ко мне! Он знает, что у меня есть такие возможности получения информации, которые не снились даже ему. Я позволил себе немного успокоиться, не забывая, естественно, об осторожности. Вполне возможно, что дело у него самое обычное, законное. С другой стороны, я все равно никак не мог понять, почему Демон пришел на встречу лично.

Мне смертельно хотелось задать ему несколько вопросов вроде «почему я?» и «почему вы?». Однако сделать это напрямую не мог. Проблема заключалась в том, что он не собирался делиться со мной никакими деталями, дожидаясь от меня вполне существенных гарантий, а я не намеревался давать ему такие гарантии, пока не узнаю больше.

«Есть какие-нибудь предложения, Лойош?»

«Можешь спросить его, о ком идет речь».

«Вот этого-то я и не хочу делать. Такой вопрос накладывает определенные обязательства».

«Только в том случае, если он ответит».

«А почему ты думаешь, что он не ответит?»

«Ты не забыл, что я джарег? – с сарказмом поинтересовался он. – У нас имеется чутье на подобные вещи».

Среди прочих выдающихся достоинств Лойош обладает способностью цитировать мне меня самого. Но, что хуже всего, вполне возможно, что сейчас он сказал правду.

Демон хранил учтивое молчание во время нашего псионического разговора – либо потому что не заметил его, либо из вежливости. Я подозреваю последнее.

– Кто? – вслух спросил я.

Демон повернулся ко мне и долго меня разглядывал. Потом снова посмотрел в сторону.

– Мы готовы заплатить за него шестьдесят пять тысяч золотом, – ответил он.

На этот раз мне не удалось скрыть удивления.

Шестьдесят пять тысяч золотом! Это… дайте-ка подумать… в тридцать, нет, в сорок раз выше обычной платы! На такие деньги я смогу купить для своей жены замок, о котором она так мечтает[7]! Проклятие, этих денег хватит на два замка! Можно уйти на покой, можно…

– И кто вам не угодил? – снова поинтересовался я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и тихо. – Императрица?

Демон едва заметно ухмыльнулся.

– Вашего приятеля заинтересовало наше предложение? – Я заметил, что на этот раз он произнес слово «приятель» без кавычек.

– Если речь идет об императрице – нет.

– Не беспокойтесь. Мы не ждем Марио.

Ему не следовало этого говорить. Потому что его слова заставили меня задуматься… За такие деньги он вполне мог нанять Марио. Почему же он этого не делает?

Одна причина пришла мне в голову сразу: тот, кого следует убить, занимает чрезвычайно высокое положение, следовательно, исполнитель разделит с ним его судьбу, когда «работа» будет сделана. Они прекрасно знают, что с Марио такие номера не проходят; что касается меня… Ну да! Моя защита не настолько хороша, чтобы Демон с его возможностями не смог со мной справиться.

И еще: становится понятно, почему Демон лично пришел на встречу со мной. Если он намеревается отправить меня в мир иной после выполнения задания, ему все равно, буду я знать о его участии в данном деле или нет. Зато ему совсем не улыбается перспектива выложить карты перед членами своей организации. Нанять кого-то для «работы», а потом убить его, когда все сделано, – строго говоря, не очень благородно, но периодически такие вещи случаются.

Я на время отставил эти мысли в сторону. Мне хотелось ясно и четко разобраться в том, что происходит. У меня возникло несколько подозрений – да. Но я не дзур, чтобы немедленно начать действовать, мне нужно нечто большее, чем просто подозрения.

Так что вопрос о том, кто намеченная жертва, остается в силе. Кто-то настолько влиятельный, что его убийца тоже должен будет расстаться с жизнью… Какой-нибудь аристократ из высшей знати? Возможно… Но почему? Кто мог насолить Демону?

Демон умен, осторожен, старается не заводить лишних врагов, состоит в совете, он… минутку! Совет? Наверняка. Либо кто-то из членов совета пытается от него избавиться, либо Демону надоело играть роль второго человека. Если последнее, шестидесяти тысяч недостаточно. Я знал, за кем мне придется охотиться. Достать его практически невозможно. В любом случае меня это не привлекает.

А что еще может быть? Некто, занимающий высокое положение в организации Демона, решил поделиться секретами с Империей? Чертовски маловероятно! Демон не совершает ошибок, которые приводят к таким последствиям. Нет, это определенно кто-то из совета. А следовательно, тому, кто согласится выполнить «работу», будет очень непросто остаться в живых после ее завершения; ведь ему станет известно о внутренних дрязгах совета. К тому же он будет знать заказчика убийства.

Я уже собирался покачать головой, однако Демон поднял руку.

– Это вовсе не то, что вы думаете, – уверил меня он. – Единственная причина, по которой мы не связались с Марио, заключается в том, что данная «работа» требует выполнения определенных условий, а Марио на них не согласится. И ничего другого.

Я почувствовал, как меня охватывает ярость, но заставил себя успокоиться. Какого черта он думает, что мне можно поставить условия, которые не примет Марио? (Шестьдесят пять тысяч, вот причина.) Я снова задумался. Дело в том, что Демон известен своей честностью. Он не станет нанимать человека, а потом подставлять его. С другой стороны, если речь идет о шестидесяти пяти тысячах, значит, они находятся в отчаянном положении и готовы сделать то, что в другой ситуации было бы немыслимо.

Цифра в шестьдесят пять тысяч империалов не выходила у меня из головы. Впрочем, рядом с ней возникла и другая: сто пятьдесят золотых. Средняя стоимость похорон.

– Я думаю, – заявил я наконец, – что мой приятель вряд ли согласится убрать кого-нибудь из членов совета.

Демон кивнул, признавая мою способность к умозаключениям, а потом сказал:

– Вы почти угадали. Речь идет о бывшем члене совета.

Что? Новые и новые загадки.

– Я не знал, – медленно проговорил я, – что существует больше одного способа выйти из совета. А если ваш член совета им воспользовался, в моих услугах вы явно не нуждаетесь.

– Мы тоже не знали, – сказал Демон. – Однако Меллар такой способ нашел.

Наконец! Имя! Меллар, Меллар, так-так… верно. Очень крепкий парень. У него надежная, отличная организация, ясная голова; достаточно возможностей и силы, чтобы заполучить и удержать твердое положение в совете. Зачем Демон назвал мне его имя? Собирается прикончить и меня после того, как я разберусь с Мелларом? Или сознательно рискует, надеясь уговорить?

– И какой же это способ? – спросил я и сделал глоток вина.

– Забрать девять миллионов золотом из казны совета и вместе с ними исчезнуть.

Я чуть не поперхнулся.

Священные яйца императорского Феникса! Сбежать с казной Дома Джарега? С деньгами самого совета? У меня неожиданно разболелась голова.

– Когда… когда это произошло? – с трудом выдавил я из себя.

– Вчера. – Демон внимательно следил за выражением моего лица. Потом кивнул с мрачным видом. – Наглый ублюдок, верно?

Я с ним согласился.

– Знаете, – проговорил я, – вам будет чертовски трудно сохранить это в секрете.

– Именно, – не стал возражать Демон. – Долго не удастся. – На одно короткое мгновение его глаза превратились в две льдинки, и я понял, почему Демон получил такое имя. – Он забрал все, что у нас было. Разумеется, у членов совета есть собственные резервы, и для расследования данного дела мы их и используем. Но учитывая уровень, на котором нам приходиться действовать, слухи поползут довольно скоро.

Я покачал головой.

– А как только они поползут…

– Для Меллара будет лучше, если к тому моменту он уже умрет, – закончил за меня Демон. – Иначе каждый, даже самый мелкий воришка в Империи, подумает, что может нас поиметь. И какой-нибудь из них поимеет.

В этот момент мне в голову пришло еще одно соображение. Я понял, что могу взяться за «работу», не опасаясь за собственное благополучие. Как только Меллар расстанется с жизнью, уже не будет иметь значения, станет ли известно, за что его прикончили. А вот отказавшись, я буду представлять для совета огромную опасность, и довольно скоро – в этом не может быть никаких сомнений – превращусь в очень аккуратный маленький трупик.

И снова Демон, казалось, понял, о чем я раздумываю.

– Нет, – ровным голосом заявил он, а потом наклонился ко мне поближе и совершенно спокойно проговорил: – Если вы отклоните наше предложение, с вами ничего не произойдет. Я знаю, вам можно доверять – это одна из причин, по которой мы обратились именно к вам.

«Может быть, он читает мои мысли?» – промелькнуло у меня в голове.

Но подумав немного, я решил, что вряд ли. Забраться в мысли человека с Востока совсем не просто. Попробуй он, я наверняка бы что-нибудь почувствовал. Кроме того, я совершенно уверен, что обмануть Лойоша ему не удалось бы ни за что.

– Естественно, если вы откажетесь от «работы», а потом информация просочится…

Он не договорил, и мне стало нехорошо. Я еще немного подумал.

– Мне кажется, – заявил я через некоторое время, – вы не можете позволить себе терять время.

Демон кивнул.

– Вот почему мы не пригласили Марио. Его невозможно заставить действовать быстро.

– Вы считаете, что с моим приятелем вам будет проще договориться?

– Мне кажется, мы платим за срочность, – пожав плечами, ответил Демон.

С этим я не мог не согласиться. По крайней мере, в сроках они меня не ограничивали. С другой стороны, я еще ни разу не соглашался на «работу», зная, что не смогу потратить на нее столько времени, сколько посчитаю необходимым. Как спешка скажется на качестве подготовки?

– А у вас есть хоть какое-нибудь представление, где он прячется?

– Мы подозреваем, что он где-то на Востоке. По крайней мере, приди мне на ум желание отмочить что-нибудь подобное, я бы отправился именно туда.

Я покачал головой.

– Бессмыслица какая-то. С драгаэрянами на Востоке обращаются примерно так же, как с нами здесь, – даже хуже, если честно[8]. Его станут считать, простите мне эти слова, демоном. Он будет бросаться в глаза, точно клинок Морганти в Императорском дворце.

– Верно, – улыбнувшись, согласился Демон, – но там у нас почти никого нет, так что информация о нем дойдет сюда не скоро. И еще, с того самого момента, как мы узнали о случившемся, его ищут самые лучшие волшебницы Левой Руки – и не могут отыскать.

– А если он выставил защиту, чтобы его не выследили? – пожав плечами, предположил я.

– Вне всякого сомнения, он именно так и поступил.

– В таком случае…

– Вы не представляете, какие силы мы привлекли к поискам. Мы в состоянии справиться с любым блоком, к которому он способен прибегнуть. Если бы он находился в пределах сотни миль от Адриланки, мы проникли бы сквозь его защиту или по крайней мере определили бы район, где он залег на дно.

– Следовательно, вы гарантируете, что его нет в зоне ста миль от города?

– Точно. Конечно, он мог спрятаться в западной пуще, в этом случае мы найдем его через день или два. Но лично я предполагаю, что он сбежал на Восток.

Я кивнул.

– Поэтому вы и пришли ко мне, рассчитывая, что я там буду чувствовать себя увереннее, чем драгаэрянин.

– Конечно. И, естественно, нам известно, что у вас имеется исключительно сильная информационная сеть.

– Моя информационная сеть, – сказал я, – не распространяется на Восток.

Почти правда. На родине источников информации у меня совсем немного. Но я не счел необходимым ставить Демона в известность о своих возможностях.

– Ну хорошо, – заявил он. – Кроме того, вас ждет премия. Как только проблема будет решена, вы, возможно, получите нечто, чего раньше у вас не было.

Я улыбнулся, услышав это весьма тонко завуалированное обещание.

– Таким образом, – продолжал я, – вы хотите, чтобы мой приятель нашел Меллара и отобрал у него ваше золото?

– Это было бы совсем неплохо, – согласился Демон. – Но главная задача – показать всем, что воровать у нас небезопасно. Даже Киера, да будут благословенны ее ловкие пальчики, ни разу не попыталась выкинуть подобный номер. Должен добавить, что я воспринимаю происшедшее как личное оскорбление. И буду испытывать искреннюю благодарность и исключительно теплые чувства к тому, кто выполнит для меня эту небольшую «работу».

Я откинулся на спинку стула и погрузился в раздумья. Демон вежливо молчал. Шестьдесят пять тысяч золотом! И, естественно, гораздо приятнее, когда Демон оказывается у тебя в долгу, чем когда кто-нибудь проткнет тебе глаз клинком Морганти.

– Морганти? – спросил я.

– Он должен умереть навсегда, – пожав плечами, ответил Демон, – а уж каким способом, вам решать. Если в процессе вы уничтожите его душу, я не очень огорчусь. Но особой необходимости в этом нет. Главное, чтобы он умер и никто не смог его оживить.

– Угу. Вы сказали, Левая Рука пытается его найти?

– Да. Самые лучшие представители.

– С точки зрения сохранения случившегося в тайне – не очень надежно.

– Они знают, кого мы ищем, но не имеют ни малейшего понятия, почему. Им сказано, что это личное дело – касается только меня и Меллара. Возможно, вам неизвестно, но Левая Рука гораздо меньше интересуется делами совета, чем самый жалкий уличный бродяга. Так что тут нам опасаться нечего. Но если дело затянется, пойдут разговоры, что я хочу разыскать Меллара, потом кто-нибудь обратит внимание на финансовые проблемы совета, а уж сделать соответствующий вывод будет совсем несложно.

– Пожалуй, тут вы правы. Ладно. Думаю, мой приятель возьмется за это дело. Для начала ему понадобится вся информация о Мелларе, что у вас есть.

Демон протянул руку в сторону. Телохранитель, который тактично (впрочем, оставаясь начеку) стоял так, чтобы не слышать разговора, вложил в нее довольно внушительный пакет с бумагами. Демон передал его мне.

– Здесь все, что нужно, – сказал он.

– Все?

– То, что нам известно. Боюсь, тут меньше, чем вам хотелось бы.

– Хорошо. – Я быстро пролистал бумаги. – А вы не теряли времени зря, – заметил я.

Демон улыбнулся.

– Если мне понадобится что-нибудь еще, я с вами свяжусь, – проговорил я.

– Отлично. Можете не сомневаться, вашему приятелю будет оказана вся необходимая поддержка.

– Насколько я понимаю, вы намерены продолжить поиски? Вы можете воспользоваться услугами весьма квалифицированных волшебников, в отличие от моего приятеля. Следовательно, вам не следует оставлять попыток найти Меллара.

– А я и не собирался, – сухо ответил он. – Должен предупредить вас еще вот о чем: если мы отыщем Меллара раньше, чем вы, и у нас появится возможность с ним расквитаться, мы сделаем это сами. Надеюсь, вы не станете рассматривать мои слова как демонстрацию неуважения, но дело уж слишком щекотливое.

– Не могу сказать, что я в восторге, – заметил я, – но ваши мотивы мне понятны.

По правде говоря, его заявление совсем меня не порадовало. Конечно, они оплатят мои труды, однако подобный поворот событий может вызвать определенные осложнения, а мне они ни к чему.

– Думаю, вы тоже понимаете, – пожав плечами, заявил я, – и, надеюсь, не усмотрите неуважения в моих словах, но если какой-нибудь текла начнет путаться под ногами моего приятеля, он уберет его с дороги.

Демон кивнул.

Я вздохнул. Хорошая штука общение!

Я поднял свой бокал.

– За приятелей.

Демон улыбнулся и, прежде чем выпить вино, повторил мой тост:

– За приятелей.

3. «Кругом сплошные хищники»

«Работа» бывает трех видов, каждый со своим результатом, целью, ценой – и наказанием. К самому простому варианту прибегают не слишком часто, хотя иногда и его пускают в ход. Такой вид называется «стандартным». Идея такова. Ты хочешь заставить некоего индивидуума воздержаться от определенного образа действий или, наоборот, поступить так, как желательно тебе или каким-нибудь третьим лицам. В этом случае за плату, которая начинается с полутора тысяч золотых и может существенно увеличиваться в зависимости от того, насколько влиятельна и упряма жертва, наемный убийца организовывает гибель выбранного субъекта. То, что происходит после, не имеет для убийцы особого значения, но рано или поздно тело жертвы находит кто-то из знакомых или родственников, которые могут захотеть – впрочем, не всегда – оживить несчастного.

Оживление стоит дорого – в трудных случаях цена доходит до четырех тысяч золотых. Даже в самых простых требуется участие сильного волшебника, причем никогда нет полной уверенности, что дело завершится успешно.

Иными словами, жертва приходит в себя – если повезет – со знанием, что существует некто (чаще всего известно, кто именно), кому плевать, насколько длинной окажется его жизнь, и кто готов заплатить за урок не менее полутора тысяч золотых империалов.

Довольно обескураживающее знание. Со мной такое однажды произошло, когда я посягнул на территорию одного парня, который оказался чуть-чуть покруче меня. И я отлично понял, на что он намекал. «Я могу покончить с тобой в любое удобное для меня время, подонок, – вот что он имел в виду, – и сделаю это, если понадобится, только ты не стоишь больше полутора тысяч золотых».

Сработало. Меня вернула к жизни Сетра Лавоуд, когда Киера нашла мое тело в канаве[9]. Я отступил. И с тех пор никогда не беспокоил того парня. Конечно, настанет день…

Для начала вы должны понимать, что существуют довольно жесткие законы, по которым один индивидуум может убить другого: «разрешенная площадка для поединков», «имперский свидетель» и тому подобное. Убийство никогда не являлось законным способом отнятия жизни. Отсюда возникает главная и единственная проблема в том варианте, о котором я только что рассказал: жертва даже мельком не должна видеть ваше лицо. Если убитого вернут к жизни и он обратится к властям Империи (что противоречит обычаям Дома Джарега, но…), убийцу могут арестовать за совершенное преступление. Будет расследование, суд с высокой вероятностью приговора. А если тебя судят за убийство – карьере конец. После исполнения приговора тело сжигают, а пепел развеивают, чтобы никто не смог оживить преступника.

Имеется и другой вид убийства, который, впрочем, применяется крайне редко. Представим себе такую ситуацию: убийцу, которого вы наняли, схватили имперские власти, и он рассказал им о нанимателе в обмен на свою никчемную душу.

Что вы станете делать? Он мертвец – Империя не в состоянии защитить его от специалиста высшей пробы. Но этого недостаточно – ведь речь идет о мерзавце, который выдал вас Империи. Так что же предпринять? Вы собираете не менее шести тысяч золотых и встречаетесь с лучшим наемным убийцей, которого только можете отыскать, профессионалом высочайшего класса. Вы сообщаете ему имя жертвы и добавляете одно слово: «Морганти».

В отличие от любой другой ситуации вам придется объяснить свои мотивы. Даже самый холодный и злобный наемник неохотно применяет оружие, которое уничтожает душу жертвы. Весьма вероятно, что он откажется, если вы не сообщите ему, почему нужно воспользоваться именно таким оружием. Впрочем, возникают случаи, когда никаким другим способом проблему решить невозможно. Я дважды прибегал к Морганти[10]. И оба раза согласился без колебаний – уж поверьте мне, доводы были весьма убедительными.

Однако как представители Дома Джарега в исключительных случаях берутся за оружие Морганти, так и Империя в подобной ситуации действует весьма сурово. Власти вдруг забывают о законах, запрещающих пытать или насильно вторгаться в разум подозреваемых. Так что тут вы очень серьезно рискуете. А когда они с вами закончат, в дело идет клинок Морганти – в некотором роде высшая справедливость, я полагаю.

К счастью, существует некая золотая середина между клинком Морганти и роковыми предупреждениями: такие способы и приносят основной доход наемному убийце.

Если вам нужно, чтобы кто-то исчез и больше не появлялся, а вы связаны с Организацией (я не знаю таких глупых наемников, которые согласились бы брать «работу» у тех, кто не является членом Дома Джарега), следует иметь в виду, что придется выложить никак не меньше трех тысяч золотых. Естественно, это обойдется дороже в случае, когда вы хотите избавиться от серьезного соперника, до которого трудно добраться. Самая высокая цена, как я слышал (прошу меня извинить), составила шестьдесят пять тысяч. Гм! Полагаю, Марио Серый Туман получил существенно больше за убийство старого императора Феникса перед наступлением Междуцарствия[11], но при мне никто и никогда не называл конкретных цифр.

Так вот, мои дорогие начинающие наемные убийцы, вы спрашиваете, как добиться того, чтобы труп так и остался трупом, я правильно вас понял? Не используя клинка Морганти, о котором мы только что рассуждали. Я знаю три способа и за свою карьеру прибегал к каждому из них по отдельности и в комбинации.

Во-первых, можно позаботиться о том, чтобы никто не обнаружил тело в течение трех полных дней – за это время душа окончательно его покинет. Проще всего заплатить разумные деньги – обычно от трехсот до пятисот золотых – волшебнице Левой Руки Дома Джарега, которая гарантирует вам, что за требуемый промежуток времени тело никто не найдет. Или попытайтесь спрятать труп самостоятельно – весьма рискованный шаг, ведь вас могут увидеть, когда вы переносите тело с места на место. Пойдут никому не нужные разговоры.

Второй способ, если вы не страдаете жадностью, – заплатить той же волшебнице около тысячи или даже полутора тысяч из только что полученного вами золота, и она позаботится о том, чтобы никто не смог оживить данное тело. Существует и третий вариант: сжечь тело, отрубить голову… Короче, используйте воображение.

Что до меня самого, то я придерживаюсь методов, выработанных в первые несколько лет работы: долгая и тщательная подготовка, точнейший – до секунды – расчет времени и единственный, острый, бьющий в цель нож.

Я еще ни разу не совершал ошибок.

Когда я вернулся, Крейгар ждал меня. Я сообщил ему о разговоре и о том, чем он закончился. Крейгар сразу стал серьезным.

– Как жаль, – заметил он, когда я закончил, – что у тебя нет «приятеля», который мог бы справиться с такой задачей.

– Что ты этим хочешь сказать, приятель? – поинтересовался я.

– Я… – Он на минуту удивился, потом усмехнулся. – Да, у тебя его нет, – проворчал Крейгар. – Ты взялся за работу, тебе ее и выполнять.

– Я знаю, знаю. Но что ты имел в виду? Ты считаешь, нам не справиться?

– Влад, этот тип не промах. Он был в совете. И ты считаешь, что сможешь вот так, запросто, подойти к нему и воткнуть кинжал ему в левый глаз?

– Я вовсе не утверждаю, будто это легко. Придется немного поработать…

– Немного!

– Ну ладно, много. Но мы постараемся. Я ведь уже сказал, сколько нам заплатят. Ты не забыл, какой процент получаешь? Что, кстати, случилось с твоей страстью к золоту?

– Мне оно не нужно, – ответил Крейгар. – У тебя достаточно для нас обоих.

Я не стал обращать внимания на его последние слова.

– Первым делом, – сказал я Крейгару, – необходимо найти Меллара. Ты можешь предложить какой-нибудь эффективный способ выяснить, где он прячется?

Крейгар задумался.

– Я тебе вот что скажу, Влад. Давай для разнообразия поступим так: ты проделаешь всю предварительную работу, а я его прикончу. Что скажешь?

Я одарил Крейгара самым выразительным взглядом, на который только был способен.

Он вздохнул.

– Ну ладно, ладно. Говоришь, он поставил блок, препятствующий любым попыткам его обнаружить?

– Несомненно. Демон использует лучших волшебников для поиска.

– Гм. Ты предполагаешь, что Демон прав и Меллар скрывается где-то на Востоке?

– Хорошая мысль. – Я немного подумал. – Нет. Давай не будем делать никаких предположений. Нам известно только одно – за это ручается Демон: Меллара нет в радиусе ста миль от Адриланки. Будем считать, что он может находиться в любой точке вне этого круга.

– В том числе и в лесах, протянувшихся на несколько тысяч миль.

– Верно.

– Ты не пытаешься сделать нашу жизнь легче, не так ли?

Я пожал плечами. Крейгар некоторое время размышлял.

– А как насчет колдовства, Влад? Может быть, ты сможешь выследить Меллара? Вряд ли он подумал о защите, не говоря уже о том, что далеко не всякий на это способен.

– Колдовство? Дай немного подумать… Ну, не знаю. Колдовство не очень помогает в подобных случаях. Я, скорее всего, найду его – увижу и свяжусь псионически. Однако установить, где Меллар находится, координаты для телепортации или еще что-нибудь полезное вряд ли удастся. Пожалуй, мы можем испробовать колдовство, чтобы узнать, жив ли он, но, по-моему, нам и так известен ответ на этот вопрос.

Крейгар задумчиво кинул.

– Ну, – сказал он несколько минут спустя, – если ты сможешь установить псионическую связь, Деймару удастся выяснить его местонахождение. Он силен в такого рода вещах.

Неплохая мысль. Деймар довольно странный тип, но псионическая связь его специальность. Он справится с задачей, если ее вообще можно решить.

– Не уверен, что следует посвящать в это дело большое количество людей, – заметил я. – Демон будет недоволен, когда узнает, что возникла еще одна возможность для утечки информации. А Деймар даже не из Дома Джарега.

– Что ж, значит, не надо ставить Демона в известность, – предложил Крейгар. – Ведь нам необходимо найти Меллара, верно?

– Ну…

– Да брось ты, Влад. Если ты попросишь Деймара никому ничего не рассказывать, он так и поступит. Кроме того, где еще ты можешь получить помощь на таком уровне, да еще не платить за нее? Деймар любит распускать хвост, он все сделает бесплатно. Что мы теряем?

Я приподнял бровь и посмотрел на него.

– Да, тут есть некоторый риск, – признал Крейгар, – однако он не так уж велик. В особенности учитывая, что мы получаем взамен.

– Если он сумеет что-нибудь узнать.

– Мне кажется, ему это по силам, – сказал Крейгар.

– Ладно, – кивнул я, – продано. Подожди немного, я постараюсь сообразить, что нам понадобится.

Я представил себе, что потребуется для обнаружения Меллара и чем я смогу помочь Деймару определить его местонахождение. К сожалению, я мог только предполагать, как Деймар действует в подобной ситуации. Видимо, он использует прямое заклинание, которое должно сработать, если Меллар не поставил блоков против колдовства.

Я мысленно составил список необходимых предметов. Ничего особенного – у меня уже было все, что нужно, кроме одной мелочи.

– Крейгар, пусти на улице слух, что я ищу встречи с Киерой. Когда ей удобно, естественно.

– Ладно. А где ты собираешься с ней встретиться?

– Не имеет значения… впрочем, подожди! – прервал я себя и задумался.

В моей конторе действуют заклинания, защищающие от колдовства и любого проникновения извне. Я знал, что их довольно сложно преодолеть, а мне совсем не хотелось, чтобы произошла утечка информации. Не говоря уже о том, что Демон будет недоволен, узнав о моем общении с Киерой. С другой стороны, Киера… Киера. Гм-м. Трудный вопрос.

Ну и черт с ним, решил я. Придется немного встряхнуть моих ребят. Им только полезно.

– В моей конторе, если она не против.

Крейгар удивился и собрался было что-то спросить, но передумал, сообразив, что я и сам уже отбросил все возражения.

– Хорошо, – сказал Крейгар. – Теперь о Деймаре. Ты знаешь, какие возникают проблемы, когда нужно его найти; хочешь, чтобы я этим занялся?

– Нет, благодарю. О встрече с Деймаром я позабочусь сам.

– Сам? Боже милостивый!

– Нет, я попрошу помочь Лойоша. Тебе полегчало?

Он ухмыльнулся и ушел. Я встал и открыл окно.

«Лойош, – подумал я, обращаясь к своему дружку, – найди Деймара».

«Как ваше величество прикажет», – отозвался Лойош.

«Иронию можешь оставить при себе».

Телепатический смешок – штука довольно странная. Лойош вылетел в окно, а я некоторое время сидел, бессмысленно уставившись в одну точку. Сколько раз я оказывался в таком положении? В самом начале новой «работы», не понимая, что происходит и как добраться до того, кто мне нужен. Действительно, сплошная пустота, лишь одно мне было известно – чем все должно закончиться. В конце концов, остается труп. Сколько раз так бывало? Нет, вопрос совсем не риторический. Это мое сорок второе убийство[12]. В голову сразу же пришло, что на сей раз все будет иначе. Процесс, через который мне приходится проходить, таков, что я никогда не забуду ни одного из своих убийств – ведь я должен досконально подготовить все, продумать самые мелкие детали. Если бы я страдал от ночных кошмаров, пришлось бы сменить профессию.

Четвертое? Обычный бандит, который любил заказать хорошую выпивку после обеда, а потом оставлял половину бутылки на чай. Двенадцатый был мелким головорезом, обожавшим держать свои деньги в крупных купюрах. Девятнадцатый оказался волшебником – он всегда носил с собой тряпочку, чтобы полировать посох, причем занимался этим постоянно. У каждого из них имелось какое-то запоминающееся качество. Иногда это удавалось использовать, чаще незначительные детали застревали у меня в памяти просто так. Когда достаточно хорошо кого-то знаешь, о нем становится трудно думать как о случайно встреченном лице – или трупе.

Но если перейти на другой уровень, то гораздо более важным представляется сходство. Когда они возникают передо мной как имена, упомянутые в беседе за столом, а заказчик при этом передает мне кошелек, в котором лежит от полутора до четырех тысяч золотых, то все они становятся одинаковыми, и я обращаюсь с ними одинаково: обдумываю операцию, а потом ее провожу.

Обычно я работаю в обратном порядке: сначала выясняю все, что возможно, о привычках намеченной жертвы, потом устраиваю слежку – в течение нескольких дней, иногда недель, а затем решаю, где должно произойти убийство. Как правило, место определяет время и день. После чего я начинаю планировать дело так, чтобы учесть все детали. Сам процесс устранения жертвы представляет особый интерес только в том случае, если я сделаю ошибку в цепи предшествующих приготовлений.

Однажды, когда я был навеселе, Крейгар спросил у меня, получаю ли я удовлетворение, убивая людей. Тогда я ничего ему не сказал, потому что не знал ответа, но его вопрос заставил меня задуматься. Я и до сих пор не уверен. Не вызывает сомнения, что планирование операции доставляет мне удовольствие. Да и потом, когда все идет как по нотам, мне это нравится. Но само убийство? Не могу сказать, что оно вызывает у меня отвращение или радость – я просто совершаю его.

Я откинулся назад и закрыл глаза. Начало подобной операции похоже на начало сложного колдовского заклинания. Самое главное в этот момент – состояние духа. Я должен быть абсолютно убежден, что у меня нет никаких предварительных установок о том, как и где я буду работать. Они приходят позднее. Я еще даже не начал изучать жертву, так что никаких исходных предпосылок не существовало. То немногое, что мне известно, ушло в подсознание, свободные ассоциации. Образы и мысли легко возникали и так же легко отвергались. Иногда, в те моменты, когда процесс планирования уже развернулся вовсю, у меня случаются озарения, настоящие гениальные находки. В такие минуты я чувствую себя художником.

* * *

Я медленно приходил в себя с ощущением, что должен подумать о чем-то важном. Сон еще не покинул меня, поэтому прошло некоторое время, прежде чем я понял, в чем тут дело. В мозгу блуждала затерявшаяся мысль.

Довольно скоро я сообразил, что она имеет внешний источник. Тогда я предоставил ей свободу, чтобы она выросла, и я смог ее разобрать – оказалось, кто-то пытается псионически связаться со мной. Я узнал его.

«А, Деймар, – послал я ответную мысль. – Спасибо, что связался».

«Не стоит благодарности, – долетела до меня четкая и мягкая мысль. – Тебе что-то нужно?»

Деймар обладает самым сильным ментальным контролем из всех, кого я знаю. У меня не раз возникало впечатление, что ему приходится постоянно сдерживать себя, чтобы случайно не сжечь мой разум.

«Нужна твоя помощь, Деймар».

«Да?» – Он умеет так произносить свое «да», что оно длится в четыре раза дольше, чем требуется.

«Не в данный момент, – сказал я. – А вот завтра или послезавтра мне потребуется кое-кого найти».

«Найти? Как именно?»

«Я надеюсь вступить в псионическую связь с одним типом, который меня интересует. Мне нужно обнаружить, где он находится. Крейгар думает, что ты в состоянии это сделать».

«А есть ли какая-нибудь причина, по которой я не могу попытаться прямо сейчас?»

«У него блок против заклинаний, определяющих его местонахождение, – ответил я. – Думаю, что даже тебе не под силу преодолеть этот блок».

Я был абсолютно уверен, что Деймар не в состоянии пробить защиту, с которой не удалось справиться лучшим волшебницам Левой Руки, но маленькая лесть никогда не повредит.

«Ах вот оно что. Значит, ты рассчитываешь открыть связь с ним?»

«Я надеюсь, он не защитился против колдовства. А поскольку колдовство использует псионическую энергию, я оставлю на нем метку, которую ты потом найдешь».

«Понятно. Сначала ты попытаешься поймать его колдовским заклинанием, а потом я отыщу его по твоим меткам. Интересная идея».

«Спасибо. Как ты считаешь, у нас получится?»

«Нет».

Я вздохнул.

Деймар, подумал я, когда-нибудь…

«А почему нет?» – спросил я после некоторых колебаний.

«Твоя метка, – объяснил он, – исчезнет так быстро, что я не успею ее отыскать. А если ты оставишь сильные метки – он их почувствует и моментально сотрет».

Я снова вздохнул. Никогда не спорь со специалистом высокого класса.

«Ладно, – проворчал я, – а ты знаешь, что может сработать?»

«Да», – ответил он.

Я ждал, но Деймар молчал.

Деймар, снова подумал я, однажды я и в самом деле…

«Так что же это?»

«Обратная схема».

«Обратная?»

Он объяснил. Я задал несколько вопросов, и он в основном сумел на них ответить.

Я принялся размышлять о том, какое заклинание следует сотворить, чтобы добиться упомянутого Деймаром эффекта. Кристалл, решил я, а потом аналогичное заклинание и… Тут я сообразил, что Деймар до сих пор не разорвал со мной связи – а это, в свою очередь, напомнило мне, что я должен кое-что прояснить, учитывая, с кем имею дело.

«Так ты хочешь помочь мне?» – спросил я.

После короткой паузы последовал ответ:

«Конечно. Если ты позволишь мне наблюдать за тем, как будешь вершить свои колдовские заклинания».

И почему я совсем не удивился? Я еще раз вздохнул.

«Договорились. А как мне с тобой связаться? Могу ли я рассчитывать на то, что ты будешь дома, если я снова пошлю к тебе Лойоша?»

Он немного подумал.

«Скорее всего, нет. Я буду открыт для связи в течение нескольких секунд каждый час, начиная с завтрашнего утра. Тебя такой вариант устраивает?»

«Вполне, – сказал я. – Обещаю позвать тебя перед тем, как начну заклинание».

«Прекрасно. До завтра».

«Договорились. Спасибо, Деймар».

«Не за что. С удовольствием помогу».

На самом деле, подумал я, так оно и есть. Однако говорить об этом вслух было бы невежливо. Связь оборвалась.

* * *

Некоторое время спустя вернулся Лойош. Он постучался, и я распахнул окно. Почему он предпочитает стучать, не обращаясь мысленно, я не знаю. Когда Лойош влетел в комнату, я закрыл за ним окно.

«Спасибо».

«Все в порядке, босс».

Я возобновил чтение. Лойош устроился на моем правом плече и сделал вид, будто читает вместе со мной. Впрочем, кто знает? Вполне возможно, что он успел научиться, но не счел необходимым поставить меня в известность. С него станется.

Дело завертелось. Однако я ничего не мог предпринять до тех пор, пока не узнаю, где находится Меллар, поэтому решил заняться им самим. На что и ушло несколько часов, а потом в мою контору пожаловал новый посетитель.

4. «Вдохновение требует подготовки»

Наш швейцар за два года работы со мной[13] прикончил троих возле дверей конторы. Один из них был наемным убийцей, который блефовал и у которого ничего не вышло. Двое других оказались абсолютно мирными придурками, которым полагалось бы знать, что не следует пытаться его обойти.

Его самого убили один раз, но ему удалось задержать убийцу ровно настолько, чтобы я успел героически выпрыгнуть из окна. Я почувствовал невероятное облегчение, когда мы сумели его оживить. Он исполняет обязанности телохранителя, стенографистки и делает все, о чем мы с Крейгаром его попросим. Надо сказать, что он, пожалуй, самый высокооплачиваемый швейцар в Драгаэре.

«Босс?»

«Что?»

«Пришла Киера».

«Отлично! Пусть войдет».

«Это Киера Воровка, босс. Вы уверены, что ее следует впустить?»

«Вполне, спасибо за заботу».

«Но… ладно. Мне следует сопровождать ее и присмотреть…»

«В этом нет необходимости. (“Все равно от тебя не будет никакого проку”, – подумал я.) Просто впусти ее».

«Хорошо. Как скажете».

Я положил бумаги на стол и встал в тот момент, когда открылась дверь.

В комнату вошла маленького роста драгаэрянка. Я вспомнил, что при нашей первой встрече она показалась мне невероятно высокой. Меня это позабавило. Впрочем, тогда мне было всего лишь одиннадцать. Да и сейчас Киера выше меня на голову с лишним, но я уже привык к разнице в росте.

Киера двигалась легко и грациозно, чем-то напомнив мне Марио[14]. Она подлетела ко мне и поздоровалась, наградив таким поцелуем, который привел бы в ярость Коти, если бы она отличалась ревнивым нравом. Я вел себя достойно, а потом предложил Киере стул.

У нее худое, с острыми чертами лицо, без каких-либо характерных признаков принадлежности к тому или иному Дому – очень типично для джарега.

Киера позволила мне усадить себя, а потом быстро оглядела мою контору. Ее глаза скользили по поверхностям, перебегали с одной детали на другую, она запоминала расположение наиболее интересных предметов. Меня ее поведение нисколько не удивило – Киера объяснила, как это делается. С другой стороны, подозреваю, что у нас с ней разные представления об интересных предметах.

Она наградила меня улыбкой.

– Спасибо, что пришла, Киера, – сказал я со всей нежностью, на которую был способен.

– Я это сделала с удовольствием, – ответила она. – А у тебя тут мило.

– Благодарю. Как идут дела?

– Ничего, Влад. В последнее время я не заключила ни одного контракта, но и сама неплохо справляюсь. А что у тебя?

Я покачал головой.

– Что, какие-то проблемы? – искренне обеспокоившись, спросила Киера.

– Я снова стал жертвой жадности.

– Ой-ой. Как это мне знакомо. Кто-то сделал тебе такое выгодное предложение, что ты не смог устоять, верно? Духу не хватило отказаться, и ты вляпался, точно?

– Что-то вроде того.

Киера медленно покачала головой. Тут в наш разговор вмешался Лойош, который, подлетев к Киере, уселся у нее на плече. Чтобы возобновить знакомство, она принялась почесывать ему шею.

– Насколько я помню, в прошлый раз, когда такое произошло, тебе в конце концов пришлось сражаться с волшебником-атирой в его собственном замке[15]. Нездоровые это развлечения, Влад.

– Знаю. Но вспомни: я победил.

– Тебе помогли.

– Ну… да. Помощь никогда не оказывается лишней.

– Это уж точно, – согласилась Киера. – Так, а теперь к делу, которое, по всей видимости, действительно весьма солидное, раз ты позвал меня сюда.

– Сообразительность всегда была твоей сильной стороной, – заявил я. – Дело не только грандиозное, но еще и весьма отвратительное. Никто не должен догадаться, чем я сейчас занимаюсь. Надеюсь, тебя не видели, когда ты сюда входила. Кое-кто не должен знать, что мы встречались и я тебе рассказал его секреты.

– Никто не видел, когда я сюда входила, – успокоила меня Киера.

Я кивнул, потому что знал Киеру. Если она сказала, что ее никто не заметил, стало быть, у меня нет никаких оснований сомневаться в ее словах.

– Но, – продолжала Киера, – что скажут твои люди, когда узнают, что ты пригласил меня в свою контору? Они наверняка подумают, что ты решил «отправиться в леса».

Улыбка чуть коснулась ее губ, Киера меня дразнила. Потому что знала, какой репутацией пользуется в городе.

– Никаких сложностей, – весело ответил я, – пущу слух, что мы с тобой вот уже много лет любовники.

– Чудесная мысль, – рассмеявшись, проговорила она. – Влад! Нам следовало придумать это несколько циклов назад!

На этот раз расхохотался я.

– И что бы сказали твои друзья? Киера Воровка стала любовницей выходца с Востока? Фу!

– Они ничего бы не сказали, – ровным голосом ответила Киера. – У меня есть приятель, который делает «работу».

– Кстати…

– Да. Вернемся к делу. Насколько я понимаю, ты хочешь, чтобы я для тебя что-то украла.

Я кивнул.

– Ты слышала когда-нибудь о некоем господине Мелларе из Дома Джарега? Мне кажется, официально он носит титул графа, или герцога, или что-то вроде того.

У Киеры чуть раскрылись от удивления глаза.

– А ты и правда охотишься за крупной дичью, Влад. По-моему, ты и впрямь серьезно вляпался. Я его прекрасно знаю. Пару раз оказывала услуги.

– Надеюсь, не в последнее время! – взволнованно воскликнул я, мне вдруг стало нехорошо.

Киера с изумлением посмотрела на меня, но не стала уточнять, что означает мой вопрос.

– Нет, в последние несколько месяцев я с ним не общалась. Впрочем, ничего серьезного я для него никогда не делала. Так, обмен мелкими услугами, сам понимаешь.

Я с облегчением кивнул.

– Вы с ним не друзья?

– Нет, – покачав головой, ответила Киера. – Просто мы кое-что друг для друга делали. Я ему ничего не должна.

– Хорошо. Кстати, о долгах… – Я положил перед ней на стол кошелек, в котором лежало пятьсот золотых империалов. Она, естественно, не прикоснулась к нему. Пока.

– А как ты смотришь на то, чтобы оказать мне очередную услугу?

– Я обожаю, когда ты становишься моим должником, – радостно заявила Киера. – А что ты хочешь у него отнять?

– Все равно. Подойдет что-нибудь из его одежды. Волосы – великолепно. Любую вещь, которая долго у него находилась.

Киера снова покачала головой, изображая печаль.

– Опять твое восточное колдовство, Влад?

– Боюсь, что так, – признал я. – Ты же знаешь, как мы любим всюду совать свой нос.

– Это уж точно. – Киера взяла кошелек и поднялась на ноги. – Хорошо, предложение принято. Мне понадобится не больше одного-двух дней.

– Особой спешки нет, – вежливо солгал я, а потом встал, чтобы проводить ее до двери, не забыв сначала поклониться.

* * *

– Как ты думаешь, сколько у нее на самом деле уйдет на это времени? – поинтересовался Крейгар.

– Ты уже давно тут сидишь?

– Не очень.

Я с отвращением покачал головой.

– Меня не удивит, если мы завтра получим то, что нам нужно.

– Неплохо, – заявил Крейгар. – Ты переговорил с Деймаром?

– Да.

– И что?

Я рассказал Крейгару, как прошел наш разговор. Он отмахнулся от технических подробностей, касающихся колдовства, но суть сумел ухватить. Немного посмеялся, когда я поведал ему про то, что Деймар сумел включить и себя в заклинание.

– Как ты думаешь, сработает? – спросил Крейгар.

– Деймар считает, что все будет хорошо, я с ним согласен.

Крейгара мой ответ удовлетворил.

– Значит, пока не получим известий от Киеры, нам делать нечего, верно?

– Верно.

– Отлично. В таком случае посплю немного.

– Ничего не выйдет.

– Но почему, о господин?

– Ты становишься таким же гнусным, как Лойош.

«А это еще что значит, босс?»

«Заткнись, Лойош».

«Слушаюсь, босс».

Я взял в руки листки с информацией на Меллара, которые уже прочитал, и протянул их Крейгару.

– Изучи это, – сказал я. – А потом скажешь свое мнение.

Он быстро пролистал записи.

– А тут немало.

– Угу.

– Послушай, Влад, у меня глаза болят. Давай завтра?

– Бери и читай.

Крейгар вздохнул и взялся за листки.

– Знаешь, что меня поражает, Влад? – спросил он чуть позже.

– Что?

– С того самого момента, как этот парень появился в организации, с ним было что-то не так.

– В каком смысле?

Крейгар быстро отыскал нужную страницу и продолжал:

– Он слишком стремительно продвигался вперед. Добрался с самого низа на самый верх всего за десять лет. Это чертовски быстро. Я не слышал, чтобы кто-нибудь сделал такую головокружительную карьеру, если не считать тебя, конечно, но тут есть оправдание: ты же с Востока. Смотри, – продолжал Крейгар, – Меллар начал с того, что охранял какой-то паршивенький бордель, верно? Работал вышибалой. Через год стал там управляющим. Еще через год владел десятью заведениями. Прошло восемь лет, и он уже контролирует огромную территорию, больше той, что принадлежит тебе сейчас. Вскоре он убрал Териона и занял его место в совете[16]. А еще через год заграбастал все денежки совета и испарился. Складывается впечатление, что он продумал все заранее и упорно шел к своей цели.

– Гм-м. Я понимаю твои доводы, но разве десять лет не слишком большой срок? По-моему, планировать на десять лет вперед – это уже чересчур.

– Ты снова думаешь как человек с Востока, Влад. Десять лет – совсем немного, если у тебя впереди две или три тысячи лет жизни.

Я кивнул и принялся обдумывать его слова.

– Не могу понять, Крейгар, – сказал я наконец. – Сколько золота он унес?

– Девять миллионов, – почти с благоговением ответил он.

– Точно. Это, конечно, много. Очень много. Если мне когда-нибудь доведется заполучить хотя бы десятую часть, я сразу уйду на покой. Но разумно ли отказываться от положения члена совета ради такой суммы?

Крейгар хотел что-то сказать, но потом замолчал, а я продолжал:

– Кроме того, это не единственный способ заиметь девять миллионов золотых. Не самый лучший, не самый быстрый и не самый легкий. Он мог стать наемником и за прошедшие десять лет заработать гораздо больше. Мог прибрать к рукам Казну Дракона и удвоить ее, а рисковал бы не больше, чем в этот раз.

– Верно, – кивнул Крейгар. – Ты хочешь сказать, что ему вовсе не золото было нужно?

– Ничего подобного. Я лишь предполагаю, что у него возникла неожиданная нужда в нескольких миллионах, и он не нашел иного способа собрать их в короткий срок.

– Не знаю, Влад. Стоит только присмотреться к этой истории повнимательнее, как сразу возникает впечатление, что он и в самом деле спланировал все с самого начала.

– Но зачем, Крейгар? Никто не станет бороться за место в совете ради денег. Здесь важна власть…

– Ну, тебе виднее, – съязвил Крейгар.

– …и никто не станет бросаться такой огромной властью, если только в этом не возникает особой необходимости.

– А вдруг власть ему наскучила, – предположил Крейгар. – Может быть, его развлекал сам процесс, нравилось карабкаться на вершину, а добившись желаемого, он придумал себе новую игрушку.

– Если так, – заметил я, – он развлечется по полной программе, уж можешь не сомневаться. А разве это не противоречит твоему предположению, что он спланировал все заранее?

– Думаю, противоречит. У меня появилось ощущение, что у нас недостаточно фактов. Вот мы сидим и гадаем.

– Точно. Как насчет того, чтобы заняться сбором информации, а?

– Мне? Послушай, Влад, я отдал в мастерскую свои сапоги, на них ставят новые подметки. Почему бы нам не нанять какого-нибудь паренька, пусть побегает и повынюхивает? Давай, Влад?

Я ответил ему.

Крейгар вздохнул.

– Ладно, иду. А ты что собираешься делать?

– У меня несколько дел, – немного подумав, ответил я. – Во-первых, попытаюсь придумать уважительную причину, по которой некто может неожиданно пожелать выйти из совета, причем таким способом, чтобы против него ополчился весь Дом Джарега. Еще я намереваюсь связаться с тайными агентами Морролана и парочкой наших ребятишек. Хочу раскопать побольше фактов – не повредит, если мы оба займемся одним и тем же. А после… Я думаю, следует навестить госпожу Алиеру.

К тому моменту, как я договорил, Крейгар уже выходил из двери. Неожиданно он остановился и повернулся ко мне:

– Кого? – недоверчиво спросил он.

– Алиеру э’Киерон, Дом Дракона, кузину Морролана…

– Я знаю, кто она такая. Только мне показалось, будто я ослышался. А почему бы в таком случае не встретиться с самой императрицей?

– Мне нужно кое-что проверить насчет этого типа, а в подобных вопросах Алиера разбирается просто отлично. Вот я и решил обратиться к ней. Мы уже давно друзья.

– Босс, она же из Дома Дракона. Они не одобряют заказных убийств. Считают их преступлением. Если ты к ней заявишься и…

– Крейгар, – перебил я его, – а разве я говорил, что намереваюсь заявиться к ней и сказать: «Алиера, я собираюсь прикончить одного парня, ты не поможешь мне его поймать?» Думаешь, я совсем ничего не соображаю? Поверь в мой здравый смысл. Нужно только найти какой-нибудь приличный повод, чтобы заинтересовать Алиеру, и она будет счастлива оказать нам содействие.

– Всего лишь «приличный повод», верно? Может быть, ты уже знаешь, где найти такой повод? Это я так, из любопытства спрашиваю.

– По правде говоря, – ехидно проговорил я, – отлично знаю. Нет ничего проще. Я поручу это дело тебе.

– Мне? Проклятие, Влад, ты уже поручил мне изучить подноготную Меллара. А теперь еще требуешь, чтобы я сочинил достоверную причину, по которой мог исчезнуть джарег, занимающий высокое положение в своей организации. Я не могу…

– Не сомневаюсь, что можешь. Я в тебя верю.

– Иди поешь яиц йенди. Как я это сделаю?

– Тебе обязательно что-нибудь придет в голову.

5. «Иногда опасно иметь слишком острое зрение»

До вечера этого дня произошло лишь одно событие: прибыл курьер от Демона с солидным эскортом и несколькими большими кошельками. Шестьдесят пять тысяч империалов – вся сумма целиком. Договор вступил в силу. Деваться мне теперь некуда.

Я отдал деньги Крейгару, чтобы он спрятал их в надежное место, а сам отправился домой. Моя жена поняла, что произошло нечто необычное, но вопросов не задавала. У меня нет никаких причин что-нибудь скрывать от Коти, однако я ничего ей не сказал.

На следующее утро мне передали небольшой конверт. Когда я его открыл, на стол выпало несколько человеческих или драгаэрских волос. К ним прилагалась записка:

«С его подушки. К».

Я уничтожил записку и установил псионическую связь с женой.

«Да, Влад».

«Ты занята, милая?»

«Не слишком. Тренируюсь в метании кинжала».

«Мне бы не хотелось, чтобы ты этим занималась!»

«Почему?»

«Ты и так побеждаешь меня семь раз из десяти».

«Я хочу, чтобы было восемь из десяти. Последнее время ты стал вести себя нахально. Что случилось? У тебя есть для меня “работа”?»

«Нет, такой удачи мне не привалило. Зайди в контору, и я тебе расскажу».

«Прямо сейчас?»

«Как только тебе будет удобно».

«Ладно. Я скоро».

«Отлично. Встретимся в лаборатории».

«Договорились», – сказала она, и я прервал связь. Я предупредил швейцара, что в течение ближайших двух часов не намерен ни с кем разговаривать, и спустился на несколько пролетов лестницы. Лойош невозмутимо восседал на моем левом плече, поглядывая по сторонам так, словно проводил инспекцию. Я подошел к небольшой комнате в подвале и отпер дверь.

В этом здании замки в качестве средства, мешающего проникновению внутрь, практически бесполезны, но они заменяют таблички «Без приглашения не входить».

Я оказался в маленькой комнате с низким столиком в самом центре и несколькими лампами на стене. Я их зажег. Бросил мимолетный взгляд на небольшой сундук в углу. Посреди стола стояла жаровня, в которой осталось несколько недогоревших углей. Я их выбросил и достал из сундука свежие.

Сосредоточился на одной свече и был вскоре вознагражден затрепетавшим пламенем. С ее помощью запылали другие, после чего я погасил лампы.

Посмотрел на часы – выяснилось, что еще остается время до связи с Деймаром. Я проверил положение свечей и некоторое время наблюдал за мерцающими тенями.

Достал несколько предметов из сундука, в том числе и палочку благовоний, расставил все необходимое на столе рядом с жаровней, а благовония положил между углей. Сконцентрировался на мгновение, и над жаровней загорелся огонь. Аромат благовоний начал наполнять комнату.

Вскоре появилась Коти и приветствовала меня своей солнечной улыбкой. Коти – крошечная хорошенькая женщина с Востока, с черными, как дзур, волосами и быстрыми грациозными движениями. Если бы она родилась в Драгаэре, то могла бы принадлежать к Дому Иссолы, да еще и научить их всех «изысканности манер».

Ее маленькие, но сильные руки легко достают нож прямо из воздуха. Глаза сверкают озорным огнем – как у шаловливого ребенка, а иногда их наполняет холодная страсть профессионального убийцы или ярость драконлорда, идущего на битву.

Коти являлась одним из самых беспощадных наемных убийц. Она и ее партнерша, лишенная титула драконледи, составляли едва ли не самую известную команду наемных убийц в Доме Джарега. Они называли себя несколько мелодраматично – «Меч и Кинжал». Я был невероятно польщен, когда один из моих врагов счел меня настолько достойным противником, что не пожалел денег и нанял такую классную команду. Я весьма удивился, когда пришел в себя после успешного покушения и обнаружил, что они не покончили со мной навсегда[17]. За это мне нужно благодарить расторопность Крейгара, быстроту и мастерское владение мечом Морролана и удивительные способности Алиеры, без участия которой меня бы не сумели оживить.

Некоторые пары сначала влюбляются, а кончают тем, что пытаются убить друг друга. Мы сделали наоборот.

Коти тоже умелая колдунья, хотя и не такая сильная, как я. Я объяснил ей, что потребуется делать, а потом мы немного поболтали.

«Босс!»

«Да, Лойош?»

«Я бы не хотел мешать…»

«Черт возьми, ты нам не мешаешь».

«Пришло время связаться с Деймаром».

«Уже? Ладно, спасибо».

«Всегда рад помочь».

Я начал думать о Деймаре, сконцентрировался, вспоминая «ощущение» его разума.

«Да?» – отозвался Деймар.

Он один из немногих телепатов, связываясь с которым можно услышать его голос. В других случаях эго происходит потому, что ты просто хорошо знаешь того, с кем налаживаешь связь, и воображение делает свое дело. Но у Деймара псионическая сила особенно велика.

«Ты не хочешь нас навестить? – спросил я. – Мы начинаем».

«Отлично. Сейчас… мне только нужно засечь ваши координаты. Скоро я буду с вами».

«Подожди минуту, я сниму защиту. А то сюда сбегутся все мои ребята, как только ты к нам телепортируешься».

Я приказал на несколько секунд снять защиту от телепортации. И тут же передо мной возник Деймар – он парил в воздухе, скрестив ноги, футах в трех от пола. Я закатил глаза, Коти печально покачала головой. Лойош зашипел. Деймар пожал плечами и, опустив ноги, встал на пол.

– Ты забыл сверкнуть молнией и громыхнуть, – сказал я.

– Попробовать еще раз?

– Ладно, не имеет значения.

Рост Деймара составляет примерно семь футов и три дюйма. У него острые, хорошо вылепленные черты лица, характерные для Дома Ястреба, хотя и не такие жесткие, как у большинства других ястребов, с которыми мне приходилось иметь дело. Он удивительно, до прозрачности, худ. Создается впечатление, что его глаза никогда не бывают сфокусированы, кажется, он смотрит куда-то вдаль или, наоборот, его взор устремлен внутрь себя. Мы дружим с тех самых пор, как я чуть не убил его за проникновение в сознание одного из моих людей[18]. Он сделал это из чистого любопытства и, как мне кажется, так и не понял, что меня возмутило.

– Ну, – спросил Деймар, – так кого ты хочешь найти?

– Джарега. Если мне повезет, я сумею оставить на нем метку. Подойдет?

Я протянул Деймару кристалл, вынутый из сундука. Он тщательно осмотрел его – будь я проклят, если понял, что он там искал. Деймар кивнул и вернул мне кристалл.

– Я видел и лучшие экземпляры, но этот меня устраивает.

Я аккуратно установил кристалл справа от жаровни. Потом открыл конверт, присланный мне Киерой, достал оттуда несколько волосков и положил их слева от жаровни. Остальные оставил на тот случай, если придется повторить заклинание.

Любопытно, подумал я, как сильно колдовство напоминает убийство и как мало они оба похожи на волшебство.

Чтобы использовать волшебство, нужно подсоединиться к Имперской Державе, позаимствовать энергию, придать ей определенную форму, а потом выпустить ее. Однако с колдовскими заклинаниями требуется тщательное и точное планирование, чтобы не пришлось в последний момент искать недостающий компонент.

В комнате стало дымно от благовоний. Я встал перед жаровней, Коти автоматически оказалась справа от меня, и я жестом показал Деймару, чтобы он расположился слева и немного позади. Расслабившись, я послал Коти сигнал готовности. В прямой физической связи не было никакой необходимости – именно поэтому я и люблю с ней работать. Одно из очевидных преимуществ колдовства над волшебством состоит в том, что в создании одного заклинания может участвовать несколько колдунов. Я почувствовал, как моя энергия ослабела и усилилась одновременно. Странное объяснение и еще более невероятное ощущение. Я положил несколько листьев на угли, послышалось знакомое шипение. Это были большие широкие листья дерева хейкен, растущего только на Востоке. Их следовало предварительно вымачивать в очищенной воде в течение нескольких часов, а потом подвергнуть определенным заклинаниям. Над жаровней поднялся большой сгусток пара, и Коти принялась почти неслышно произносить слова заклятия. Когда листья почернели и загорелись, я нащупал левой рукой конверт и волосы, кончиками пальцев быстро скатал их и понял, что колдовское заклятие начало действовать. Все мои чувства были обострены до предела. Теперь я словно видел каждый волос и мелкие отличия между ними. Бросил их на горящие листья. Бормотание Коти стало более отчетливым, я уже почти понимал отдельные слова.

Вдруг мой разум ощутил прилив мощной силы. Я почувствовал головокружение и наверняка бы сбился, если бы приступил к своему заклинанию, потому что именно в этот момент услышал псевдоголос Деймара:

«Не возражаешь, если я тебе помогу?»

Я не ответил, стараясь справиться с потоком псионической энергии, – мне никогда не приходилось сталкиваться с такой мощью. Я подавил отчаянное желание сказать «Нет!» и отбросить всю энергию обратно к Деймару – на него это не произвело бы никакого впечатления, разве что немного обидело. Я словно со стороны наблюдал за своим гневом – естественной реакцией на непрошеную помощь.

Любое заклинание, даже самое простое, до некоторой степени опасно. В конечном счете ты черпаешь энергию из собственного разума и манипулируешь ею, как если бы она пришла к тебе извне. Случалось, колдуны сходили с ума из-за того, что неправильно обращались со столь могучей силой. Деймар, естественно, не мог об этом знать. Он вел себя как обычно – хотел посодействовать и потому вмешался.

Я заскрипел зубами и попытался при помощи своего гнева взять под контроль вызванные нами силы, чтобы направить их в нужное русло. Где-то рядом изо всех сил сражался Лойош, делая свою часть работы. Лойош и я так тесно связаны друг с другом, что, если со мной что-нибудь случится, с ним произойдет то же самое. Соединение ширилось, по нему текла все новая и новая энергия, и я понял: либо мы с Лойошем совладаем с ней, либо наши разумы будут сожжены. Я бы испугался, как текла, если бы гнев не блокировал страх, а моя ярость не поддерживалась знанием о подступающем страхе.

Возникло равновесие, и время растянулась по обе стороны горизонта. Я продолжал слышать доносящийся издалека монотонный голос Коти – она не сдавалась, не сбилась с ритма, хотя наверняка почувствовала волны накатившего на меня потока. И она тоже помогала. Я должен был направить энергию на заклинание, в противном случае она вырвется на свободу иным способом. В этот момент я подумал: «Деймар, если ты повредишь разум моего Лойоша, считай себя мертвым драгаэрянином».

Лойош напрягался изо всех сил. Я понял, что он на пределе, пытается поглотить энергию, овладеть ею и послать в нужном направлении. Именно поэтому колдуны и заводят себе дружков. Вероятно, он меня спас.

Я почувствовал, как постепенно подчиняю ситуацию, наступил момент, когда я сумел сосредоточиться на чарах. Мне захотелось ускорить следующий шаг, но я справился с искушением. Ни в коем случае нельзя форсировать фазы колдовского заклинания.

Волосы горели, дым смешался с паром. Я стремился определить, какая именно часть дыма содержит эманации от сгоревших волос, а следовательно, создает неразрывную связь с Мелларом. Я поднял руки вверх так, что ладони касались края дымного серо-белого облака. Потоки энергии потекли от меня к Лойошу, Коти, Деймару и обратно. Я позволял им окутывать мои ладони, пока дым не перестал подниматься – первый видимый признак того, что заклинание начало действовать. Я подержал руки в неподвижности еще несколько мгновений, потом принялся медленно сводить их вместе. Дым передо мной сгустился, и я швырнул всю находившуюся в моих руках энергию сквозь него…

Послышался крик «В атаку!» – и пять тысяч драконов бросились на укрепленные позиции армии Востока[19]… Мы с Коти впервые занимаемся любовью – самый первый момент соития, а не последующее расслабление. Приходит мысль: а не собирается ли она убить меня еще до того, как мы закончим[20]? Но разве это имеет значение… Герой из Дома Дзура приходит в одиночку к горе Дзур и видит на своем пути Сетру Лавоуд с живым Ледяным Пламенем в руке… Маленькая девочка с большими карими глазами смотрит на меня и улыбается… Энергетическая молния черной волной устремляется ко мне, и я взмахиваю Чароломом, не зная, сработает он или нет[21]… Алиера появляется перед тенью Киерона Завоевателя – там, в Чертогах Правосудия, на Дорогах мертвых, за Водопадами Врат Смерти[22]…

Вместе с этими образами я удерживал в сознании все, что знал о Мелларе, и гнев на Деймара, но еще и свою страсть, свою волю и надежду. И я метнул их в маленькую тучу дыма и пара, поднимающуюся над жаровней; и потянулся сквозь нее, за нее, к тому, кто был привязан к ней.

Коти продолжала читать заклинание, ее голос оставался уверенным и твердым, но слов я все еще не мог разобрать. Лойош – внутри меня, часть меня – продолжал поиски и охоту. И Деймар, отдельно от нас и все же наша частица, стоял, как яркий маяк, за который я ухватился и сумел наконец прорваться.

Я почувствовал ответ. Медленно, очень медленно, на фоне дыма начал формироваться образ. Я окутал его энергией, и он стал более отчетливым. Я заставил себя не обращать внимания на само лицо, которое сейчас только отвлекало. С мучительной медлительностью… опустил… свою… правую… руку… и… начал… терять… контроль… над… заклинанием…

Однако Лойош в самый последний момент успел его перехватить. Теперь моим главным врагом была усталость, я с ней яростно боролся. А джарег взял на себя всю энергию и управлялся с ней, клянусь зеленой чешуей Барлана!

В первый раз я позволил себе посмотреть на образ, и моя правая рука нашла маленький кристалл. Лицо представителя Дома Дзура среднего возраста. Я поднял кристалл на уровень глаз, окончательно перестал контролировать заклятие и затаил дыхание.

Образ обрел постоянство – я хорошо выучил Лойоша. Коти замолчала. Она сделала свою часть работы и теперь готовилась помочь мне на завершающей стадии. Я смотрел на образ сквозь кристалл, закрыв левый глаз. Естественно, лицо исказилось, но это не имеет значения – черты оставались достаточно четкими, чтобы их можно было идентифицировать. Мгновение полнейшей концентрации, я потянулся к энергии, которую предлагали мне Коти и Деймар, и выжег лицо внутри кристалла. На секунду правый глаз перестал видеть, и у меня слегка закружилась голова. Коти вздохнула и расслабилась. Я оперся спиной о стену, а Лойош прижался к моей шее. Потом вздохнул Деймар. Внутри кристалла клубился молочный туман. Я знал – мне даже не требовалось проверки, – стоит только пожелать, и появится лицо Меллара. Более того, возникла связь между Мелларом, где бы он теперь ни находился, и кристаллом. У него практически нет шансов узнать о существовании этой связи. Я удовлетворенно кивнул Коти, пока мы в течение нескольких минут приходили в себя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

  См. «Талтош», «Дракон», «Йенди» и Tsalmoth.

Вернуться

2

 См. «Йенди».

Вернуться

3

 См. «Йенди».

Вернуться

4

  См. «Йенди».

Вернуться

5

  Согласно роману The Baron of Magister Valley, около тысячи двухсот.

Вернуться

6

  См. «Йенди».

Вернуться

7

 См. Tsalmoth.

Вернуться

8

 См. «Джагала» и Brokedown Palace.

Вернуться

9

  См. Tsalmoth. Об участии Киеры там не сказано.

Вернуться

10

  См. «Талтош». Второй эпизод пока не описан.

Вернуться

11

  См. Five Hundred Years After.

Вернуться

12

  Возможная отсылка к Д. Адамсу «Автостопом по Галактике».

Вернуться

13

  Мелестав нанят на работу в «Йенди», т. е. около четырех лет назад.

Вернуться

14

  Живьем с Марио Влад повстречается лишь в «Дзуре».

Вернуться

15

  См. «Талтош».

Вернуться

16

  И в «Йенди», и в «Фениксе», и в «Дзуре», и в Hawk Терион жив и является действующим членом совета.

Вернуться

17

  См. «Йенди».

Вернуться

18

  См. «Дракон».

Вернуться

19

  См. «Дракон».

Вернуться

20

  См. «Йенди».

Вернуться

21

  См. «Талтош».

Вернуться

22

  См. «Талтош».

Вернуться