# Проект: Совершенство

Нелли Штерн

Ну что, Илон, доигрался? Мы в своем XXI веке и не надеялись столкнуться со вселенной разумной. Глубокий, бескрайний, холодный и бесконечно одинокий космос? Как бы не так! Кто бы мне сказал, что я окажусь в центре вселенского заговора? Да я бы плюнула ему в лицо! И пусть мое знакомство с разумными расами не слишком задалось, эта вселенная подарила мне гораздо больше, и ради НЕГО я готова на многое... Отправиться в логово к змеям? Не вопрос! Берегите свои хвосты, чешуйчатые... Что? Ваш хвост теперь принадлежит мне? Не-не-не, не надо!

От автора: Дорогие мои! Нас ждет горячий цикл. Представляю вашему вниманию первую книгу о приключениях землянок в бескрайнем и очень обитаемом космосе. Держитесь, инопланетные мужчины! Мы идем!

## Глава 1

– Человеческая особь женского пола номер четыре тысячи сто шестьдесят два, – раздался скрежещущий голос. Он был странно глух, словно доносился до меня сквозь толщу воды. – Поступила к нам в неудовлетворительном состоянии. Волосы обработаны странным химическим составом, натуральный пигмент был вытравлен. Вульгарный, недопустимый для высших оттенок, – едва не прошипел неизвестный. Отчего же вульгарный? Мне всегда нравился мой холодный блонд. Знал бы ты, невежда, сколько сил и денег я потратила, чтобы поддерживать этот благородный оттенок?

– Что с репродуктивной системой? – Ого! А вот от второго мужчины очень хотелось держаться подальше.

– Лучше не бывает, – ответил первый. – Организм полностью оправился после снятия блоков. В этот раз гораздо быстрее и с меньшим количеством побочных эффектов в отличие от остальных подопытных. Она, без сомнения, звезда моей коллекции.

– Ты хотел сказать, моей коллекции? – и вроде бы тон изменился совсем чуть-чуть, но казалось, что даже окружающий воздух сжался от страха.

– Разумеется, господин, – разливаясь океаном подобострастия, произнес первый.

– Когда особь будет готова к загрузке программы? – вновь вернув мертвую безразличность своему голосу, спросил здешний хозяин.

– Нам предстоит еще серия стандартных процедур. Через двадцать четыре космических часа можно начинать загрузку.

Судя по вновь воцарившемуся ледяному молчанию, босс был не слишком доволен, и первый снова затараторил что-то, но на этот раз я ничего не поняла. В сон клонило все сильнее, но мне необходимо было оставаться в сознании. Отставив вполне закономерную панику, мозг собирал по крупицам всю возможную информацию, чтобы… чтобы что? Я ведь не супер-герой, а самая обычная девушка. Но и у меня хватило логики, чтобы понять всю глубину той задницы, в которой оказалась. Черт! Думала, что похищение людей, чтобы пустить их на органы, в наше время – не больше чем страшилка, и уж меня, девочку из вполне благополучной семьи, минет чаша сия.

– Мама не говорила тебе, что подслушивать нехорошо? – внезапно раздалось прямо в моей голове, прерывая хаотичные мысли. – Я знаю, что ты очнулась. Жаль, что не на долго. Какой потенциал! Какое пространство для экспериментов! Призрак не позволит, но ничего. Кое-что мы с тобой все же попробуем, и он ничего не узнает, – от предвкушения в голосе этого Джека-потрошителя стало дурно, голова закружилась. Сознание еще продолжало цепляться за реальность. – За тебя будут сражаться лучшие из лучших. Призрак оценит… – А дальше темнота...

Теневая космическая станция-лаборатория, Док

Землянка, наконец, уснула. Все-таки поразительная устойчивость к препаратам. После снятия стандартных блоков генома человека, у особи проявились необычные способности: не только срок жизни значительно увеличился по сравнению с обычным, но и организм оказался более сильным и выносливым, сопротивляемость воздействиям улучшилась. Ах, как это все было интригующе! Только Призрака не интересует посторонний шум. У него своя цель. И это печально! Какое поле для дальнейших исследований и экспериментов. Кое-что я все же смогу для тебя сделать. Знание общегалактического и языков всех высших рас. На остальные просто не хватит времени. Как только высшие поймут, с кем имеют дело, желающие просто попасть в твою постель выстроятся отсюда и до галактики Омега-135-20 – та еще дыра на границах цивилизации. Не говоря уже о браке. Ты будешь идеальной для любого, потому что кроме максимальной совместимости, которую они все так упорно ищут (истинные пары… чтоб их…), способна подарить им самое ценное сокровище во вселенной – наследника, а вернее наследников, и это увеличивает твою стоимость в разы.

Мы сделаем так, чтобы игра стала интереснее. Раньше мы нацеливались только на одну из высших рас, но сейчас я могу, нет, я просто обязан рискнуть. Представляю, какую грызню они устроят за тебя!

В их серпентарии тебе просто не выжить, но я помогу. Яд – оружие женщин, мужчины же не посмеют угрожать твоей жизни. У тебя будет иммунитет к большинству известных и неизвестных в широких кругах отравляющих веществ. Это будет больно, даже хорошо, что ты спишь. Не каждый сильный самец выдержит.

Невысокий краснокожий гуманоид с большой головой и длинными руками задумчиво изучал экран капсулы. Все его восемь пальцев на двух руках с необычными присосками на концах порхали над виртуальной панелью, задавая программу действий. Попеременно хмуря выдающиеся надбровные дуги, Док, наконец, остался доволен комбинацией и неспешно пошел прочь из лаборатории.

Хассэль Адониан, полковник службы безопасности Триирии, боевой крейсер Алинар-152

– Капитан, до выхода из гипера десять стандартных минут, – раздался голос старшего помощника в моем личном коме. А ведь только прикрыл глаза…

За последние десять дней мне ни разу не удалось нормально поспать, и даже триирийский тренированный организм дает сбой. Пятые сутки на стабилизаторах – тоже не лучшая идея.

– Капитан! – снова прозвучало из динамиков. – Срочно требуется ваше присутствие на мостике, – на этот раз, похоже, повезло.

Словно охотничий лузгер, взял след и рванул на командный пункт.

– Скарэр, доклад, – бросил помощнику капитана, входя на мостик.

– Точка выхода из гипера была искусственно смещена. По заданным координатам выход невозможен. Слишком сильное искажение.

– Поднять щиты, активировать энерго-пушки. Режим маскировки. Подозреваемых брать живыми, – отдавал команды экипажу. – Штурмовикам приготовиться.

– Выход из гипер-пространства через три… два… один… – прозвучал голос искина корабля.

Стеклянные коридоры гипера остались позади, и крейсер вырвался в привычную черноту космоса.

– Активировать поиск в искажениях, – если он здесь, мы это увидим.

– Капитан, есть цель, – с радостным предвкушением в голосе рапортовал спец по вооружению.

– Малый залп, лейтенант, – приказал ему. – Сдернем с них маскировочную сеть.

На экранах сверкнул энергетический сгусток и будто впитался в густую осязаемую черноту. Экипаж замер, ожидая.

– Смотрите! – не содержавшись воскликнул борт-инженер.

Бесконечное пространство космоса ощетинилось, пошло рябью, ударили странные молнии, и внезапно нашим глазам открылась космическая станция без каких-либо опознавательных знаков.

Не прошло и секунды, неприметные шлюзы открылись, выплевывая в пространство звено боевых истребителей. Легкие и маневренные, они могли бы хорошо потрепать нас, но Алинар-152 – боевой крейсер нового поколения, последняя из пущенных в ограниченную серию разработка наших военных. Удивительная скорость и при этом прочная броня и крепкие щиты, способные поглотить даже самый мощный залп.

– Огонь на поражение, – скомандовал я. Простые наемники нас не интересуют. Самые ценные сокровища находятся на станции. – Истребители, на вылет, – под залпами основных орудий крейсера наши пилоты встречали врага спустя каких-то несколько минут. Завязался бой. – Прикрывать атакующую группу.

– Они готовятся стрелять, – доложил специалист по вооружению.

– Поднять щиты! Всем приготовиться! Отставить ответный огонь! Ллойд, анализ структуры станции. Нам нужно обесточить их. Ищи энергоблоки.

– Есть, капитан, – отозвался инженер, и в воздухе возникла проекция космического объекта. Ловкими движениями офицер разбирал конструкцию на блоки, стремясь определить точки для удара. Теневая станция ощерилась десятками залпов. Броня пока держалась.

– Мощность щитов – восемьдесят процентов, – доложил энергетик.

– Возможные цели определены. Ввожу координаты, – отозвался инженер.

– Огонь! – приказал я.

Наши истребители успешно теснили врага, пробиваясь все ближе.

– Главный энергоблок – точное попадание. Резервный – мимо, – докладывал спец по вооружению.

– Ллойд, у тебя еще только одна попытка, – жестко бросил я. – Штурмовикам готовность три минуты.

Внутренне напрягся. Если не удастся уничтожить отсек с дополнительным питанием станции, мы снова не получим ничего. Персонал успеет уничтожить всю информацию.

– Готово, полковник, – рапортовал инженер.

– Залп, – рявкнул я и замер.

– Есть попадание! – радостно подтвердил Ллойд. – Резервный энергоблок уничтожен.

– Стыковка, – скомандовал экипажу.

Теневая космическая станция-лаборатория, Док

Как не вовремя явились триирийские ищейки. В последнее время они все чаще появляются в нашем поле зрения.

– Что с подопытной? – спросил помощницу, перенося все данные по результатам исследований на носитель.

– Внимание! Емкость второго резервного энергоблока – десять процентов, – доложил искин.

Отрыжка черных дыр! Оба основные блока были весьма профессионально выведены из строя. Пушки бесполезны. Ничего, успеем.

– До завершения загрузки программы один стандартный час, – в голосе женщины чувствовалось напряжение. Еще бы, никому не хотелось попасть в лапы службы безопасности триирийцев. Гораздо важнее не допустить утечки. Печально, все это очень печально. Но землянка… Вот уж где потеря потерь! Они не должны найти ее, и на мою яхту капсулу грузить слишком долго, не успеть.

– Док, отдать приказ об эвакуации персонала? – с надеждой спросила серокожая женщина.

– Разумеется дорогая, – мягко сказал ей и молниеносным броском схватил ее за тонкую шею, ломая позвонки. Безучастно отбросил агонизирующее тело в сторону.

– До окончания загрузки копии системы – одна минута, – сообщил искин.

Отлично. Внешние экраны показывали, что наши истребители разбиты. Боевой крейсер приближается к стыковочному блоку. Еще немного, и они отправят шаттл со штурмовиками.

– Копирование завершено, – раздался искусственный голос бортового компьютера.

Извлек кристалл-накопитель. Слабое утешение, но хоть что-то.

– Активировать баллоны с газом. Впрыск в систему жизнеобеспечения, – отдал голосовую команду и надел на лицо защитную маску. Из воздушных клапанов раздалось тихое шипение.

– Внимание! Превышена предельная концентрация опасных для жизни веществ в воздухе. Запускаю систему очистки, – сообщил искусственный интеллект.

– Отменить запуск, – бросил я и активировал самоуничтожение станции, установив минимальное время – десять минут.

Двери командного отсека с шипением разошлись в стороны. У входа лежали тела охранников. Переступил и поспешил к моей личной яхте.

– Внимание! Запущена система самоуничтожения. Персоналу покинуть станцию! – надрывался искин.

Ангар с быстроходным судном находился в противоположной стороне от стыковочных отсеков. Освещение переключилось на аварийный режим. Повсюду мигали красные лампы, выхватывая мертвых сотрудников. Еще один коридор. Питание шлюза отключилось, пришлось открывать створки вручную. Устроился в кресле пилота. Залп, и заслонка шлюза раскрывается рваными лепестками. Двигатель мерно загудел, и яхта осторожно выплыла из ангара.

– Максимальное ускорение, – скомандовал искину. – Курс на систему Листария-7, – тело вжало в кресло, и маневренное судно прыгнуло в гипер…

Хассэль Адониан, полковник службы безопасности Триирии, боевой крейсер Алинар-152

Никак не мог отделаться от дурного предчувствия. Будто упускаю что-то важное, судьбоносное. С каждой секундой крепла уверенность, что я сам должен оказаться на станции, иначе случится непоправимое. Вылетел из капитанского кресла и бросил на ходу старпому:

– Задержать штурмовиков! Я отправляюсь с ними!

– Полковник! Это может быть опасно! Целесообразнее вам…

– Отставить обсуждать приказы! – рыкнул нетерпеливо.

– Есть, – покорно ответил офицер.

Бежал по коридорам к ангару, вводя в ступор проходящих мимо военных. У шаттла переминались с ноги на ногу десантники.

– Полковник? – вопросительно произнес капитан группы.

– Я с вами, Уолш, – бросил в ответ и первым вошел внутрь малого шаттла.

– Есть сэр, – ответил десантник. – Грузимся! – скомандовал он своим, проходя следом. – Броня, капитан, – он протянул мне небольшой бокс, и я приложил его к чипу на груди. Тело облепили особые защитные пластины, голову укрыл шлем. По сравнению с тяжелыми штурмовиками, мой костюм был легче, но не уступал в прочности.

– Есть стыковка, – доложил пилот. Шаттл немного тряхнуло, замки сработали.

– Выходим, – скомандовал я и, несмотря на немое неудовольствие Уолша, ступил на станцию первым.

– Внимание! Запущена система самоуничтожения! Персоналу покинуть объект! До взрыва реактора восемь минут! – сообщил местный искин.

## Глава 2

– У нас восемь минут, – сказал командир десантников. – Делимся на две группы. Сталс, берешь пятерых и на командный пункт. Ллойд выстроил для вас кратчайший маршрут. Меня интересует любая уцелевшая информация, все, что удастся выжать из их системы. На нас – лабораторные отсеки. Живее!

– Выжившие не обнаружены, – отчитался док. Это упрощает задачу. Некому будет оказать сопротивление. – Хотя нет, подождите. Один живой объект, – сам не веря в нашу удачу, лейтенант еще раз проверил данные сканера. – В пятом лабораторном блоке четкие сигнатуры, – сердце сладко сжалось в предвкушении.

– Выдвигаемся, – скомандовал Уолш и свернул в узкий технический коридор. Так будет быстрее.

– Внимание! Запущена система самоуничтожения! Персоналу покинуть объект! До взрыва реактора семь минут! – безразлично сообщил искусственный интеллект.

Намертво задраенный люк, еще один.

– Тэнк, сюда. Замок! – скомандовал капитан взвода.

Мы все отошли назад. Штурмовик, который был выше и крупнее остальных, шагнул к закрытому отсеку и вскинул на плечо энерго-пушку. Залп, и на месте прочной переборки остались лишь оплавленные ошметки. Вместе с остальными десантниками вошел внутрь. Эту часть станции задело довольно сильно. Обшивка кое-где свисала клоками, разорванные провода искрили. Аварийное освещение мигало красным. В сейфовых шкафах царил полнейший беспорядок. Одна надежда на содержимое искина.

– Торин, займись рабочей консолью. Если возможно, оттяни взрыв реактора, – инженер кивнул и скользнул в сторону. Его пальцы запорхали над виртуальной проекцией меню. – В пятый лабораторный блок ведет всего один путь, через третий, основной, в котором мы сейчас находились, и четвертый.

У дверей в следующий отсек лежали мужчины в особых стерильных комбинезонах. Док проверил и отрицательно покачал головой. От персонала просто избавились, как от ненужных свидетелей. Но в этот раз нам повезло. Кто-то сумел выжить после зачистки.

– Внимание, до взрыва реактора пять минут! – объявил искин в динамики.

Двери пришлось открывать вручную. Когда створки разъединились, образуя небольшую щель, штурмовики один за другим проникали внутрь и замирали на месте…

Вероника Покровская, землянка

Голова раскалывалась. Как меня угораздило выбрать такой противный будильник? Писк, переходящий в ультразвук, ввинчивался прямо в мозг. Да встаю я уже, встаю! Где же чертов телефон? Шарю рукой по краю кровати и пальцы внезапно упираются в стену. Это еще что такое? Открыла глаза и… Мамочка! Воспоминания кольнули болезненной иглой. Где я? Что меня ждёт? Я словно попала на съемки фантастического фильма-катастрофы: вокруг что-то все время искрило и взрывалось, освещение мигало зловещим красным. Капсула со стеклянной крышкой, внутри которой была заперто мое тело, как раз и издавала этот жуткий писк. Уперлась ладонями в купол и толкнула. Нехотя он поддавался, понемногу поднимаясь вверх. Спустила голые ноги на пол. Мягкое, шероховатое покрытие было неожиданно теплым. Одеждой для меня никто не озаботился. Шарила по сторонам в поисках хоть чего-то, чтобы прикрыть наготу. На стуле висел забытый кем-то комбинезон из тонкой блестящей ткани. Натянула одежду, соединяя вырез на груди руками. Подошла к дверям и в ужасе зажала рот, чтобы не закричать. На полу прямо между створок, не позволяя им закрыться, лицом вниз лежал мужчина в таком же комбинезоне, как у меня. Осторожно переступила, оказываясь в похожей комнате. Опустилась на корточки возле темноволосой головы и со страхом коснулась кончиками пальцев еще теплой шеи в надежде нащупать пульс. Внезапно упругая кожа стала плавиться прямо под моими руками. Дернулась в сторону, брезгливо отирая ладонь о шуршащую ткань. К горлу подкатила тошнота, и я приоткрыла рот, шумно вдыхая. Отвернулась, нервно натягивая рукава. Здесь у столов тоже неподвижно лежали люди, хотя нет, не люди, это точно. На стуле, откинув голову назад, сидел длинноволосый блондин с голубоватой кожей. Бледные губы приоткрыты. Казалось, он просто устал и всего на секунду прикрыл глаза. Подходить ближе не стала и с опаской двинулась дальше, едва не подпрыгивая на месте от ровного искусственного голоса:

– Внимание, до взрыва реактора пять минут! – Какого еще реактора? Где я вообще?

Внезапно створки двери, к которой я направлялась, медленно, словно нехотя, разошлись в стороны, в комнату один из другим проникали высокие, широкоплечие существа в броне, как у десантников из фантастических фильмов. Лица скрыты глухими шлемами. Инстинктивно попятилась назад, а незнакомцы, наоборот, в ступоре замирали, едва заметив меня.

Странная низкая вибрация заставила воинов расступиться, и вперед вышел еще один. Его броня отличалась от остальных и выглядела изящнее. Он медленно поднял руки, показывая, что мне не надо бояться, и стянул с головы шлем. Четко-очерченные губы проговорили:

– Не бойся, мы не причиним вреда, – но я не спешила приближаться к нему.

– Внимание, до взрыва реактора четыре минуты! – снова это пугающее сообщение.

Тяжело сглотнула и неожиданно хрипло спросила:

– Где мы?

– При всем уважении, госпожа, сейчас не самый подходящий момент, чтобы вести беседу. Прошу вас пройти на наш корабль, и там я отвечу на все ваши вопросы, – терпеливо ответил мне мужчина.

– На ваш корабль? – переспросила удивленно. – Мы что, в море?

– Нет, на космической станции, которая будет уничтожена в ближайшие несколько минут. – Признаться, что-то подобное я и предполагала. Слишком непохоже окружающее пространство на все виденное мною раньше. Слишком нереально. Мозг выдавал догадки, одна невероятнее другой.

Внезапно за моей спиной что-то душераздирающе заскрипело. В страхе я шагнула вперед прямо в объятия незнакомца, который почему-то совершенно меня не пугал, в отличие от того, что сейчас происходило там. Широкие ладони мягко и бережно обняли за талию. Подняла голову и утонула в глубоких синих глазах.

– Капитан, нужно возвращаться, – прервал наш странный безмолвный диалог один из пришельцев.

Не говоря ни слова, мой защитник прикрепил свой шлем к поясу. Еще одна маленькая заминка, и пластины доспеха на его груди стекли, открывая моему взору рельефные плечи и выдающиеся мышцы.

– Господин полковник, – укоризненно произнес все тот же голос, но господину полковнику было виднее. Он нетерпеливо отмахнулся, легко подхватил меня на руки, удивительно трепетно прижимая к себе, и, развернувшись, шагнул в развороченный проем.

Я пребывала в каком-то странном оцепенении, будто те двое что-то сделали со мной. Ну нельзя же в самом деле так спокойно воспринимать все, сказанное мне этим мужчиной, у которого я сейчас легко и непринужденно сижу на руках. Коридоры станции проносились мимо с немыслимой скоростью. Мой спаситель (хорошо бы, если так) перешел на бег. В последнем помещении с закрытой круглой дверью нас ожидала группа таких же мужчин в броне. Один из них что-то делал с замком. В очередной раз отстраненно отметила, что устройство отказывается срабатывать, оглашая пространство возмущенным писком.

– Капитан, люк заклинило. Электроника вышла из строя, – доложил тот, кто пытался открыть дверь.

– Вырезайте, – отрывисто бросил капитан, и у меня снова мурашки побежали по телу от его голоса. Собранный, решительный. Интересно, как он звучит, когда прерывается от страсти? Ох, Ника! О чем ты только думаешь? Нет, с моей головой явно что-то не так. Сбоку сердито пшикнуло, и меня развернули, пряча от происходящего за широкой спиной. Там плевалось и щелкало, а потом и вовсе загрохотало.

– Внимание, до взрыва реактора одна минута! – Да угомонишься ты, наконец, или нет! Конечно, угомонится. Вот прям через одну минуту и угомонится.

– Быстрее! – скомандовал капитан и, не спуская меня с рук, нырнул в оплавленный проем, следом за нами остальная группа.

В коридоре, так похожем на рукав, ведущий к самолету, были окна, и я замерла то ли в ужасе, то ли в восторге. Там за прозрачной поверхностью простиралась глубокая и пугающая чернота. Космос! Мозг натужно скрипел и давал сбой, выдавая лишь одно: я действительно каким-то образом оказалась в космосе. Правда есть и еще вариант. Злосчастное такси, на котором я уехала из бара, попало в аварию, и лежит сейчас мое переломанное тельце где-нибудь в палате интенсивной терапии в склифе, а все происходящее вокруг – лишь плод моего бурного воображения. Безразлично наблюдала, как меня пристегнули широкими ремнями к одному из кресел, что располагались в ряд друг напротив друга, а уже через мгновение вдавило в жесткую спинку так, что стало тяжело дышать.

– Капитан, – раздался взволнованный голос, – мы не успеем добраться до крейсера.

– Подойти максимально близко, пусть прикроют нас щитами, – напряженно скомандовал он. А я не могла даже голову повернуть. Во мне что-то заклинило или безвозвратно сломалось. Перед глазами пронеслась моя не слишком долгая жизнь, родители, старший брат, непоседливые племянники, подруги и даже работа. Что-то теплое потекло по щекам.

– Не плачь, – раздалось мягкое из-за плеча, а в следующий миг нежные чуть шершавые пальцы коснулись кожи, стирая слезы.

Вокруг все смолкло, в ушах нарастал гул, а вместе с ним странное напряжение в теле. Когда терпеть его стало невыносимо, организм просто отключился, блокируя излишнюю нагрузку.

Теневая космическая станция-лаборатория

– До взрыва реактора десять… девять… восемь…

В закрытом пятом лабораторном блоке единственная медицинская капсула уже в который раз повторяла одно и то же сообщение: «Программа загрузки не завершена. Выполнение – девяносто пять процентов. Неисправность системы. Для завершения установки необходимо продолжить в ручном режиме».

Хассэль Адониан

Стоило разжать створки четвертого лабораторного отсека и войти внутрь, как штурмовики ошарашенно замерли. Перед нами стояла молодая красивая девушка с драгоценной копной темных волос. Она комкала на груди стандартный лабораторный комбинезон, но почему-то не застегивала его, привлекая жадное мужское внимание к глубокому вырезу. «Землянка!» – подумал восторженно.

Незнакомка попятилась. Мы определенно пугали ее. Уолш едва заметно дернулся вперед, но я остановил его предупредительной низкочастотной волной и сам плавно двинулся ей навстречу. Поднял руки, показывая, что от меня нет угрозы,

– Не бойся, мы не причиним вреда, – произнес как можно мягче.

– Внимание, до взрыва реактора четыре минуты! – Гребаные черные дыры! Времени почти не осталось.

Девушка сглотнула и хрипло спросила на идеальном общегалактическом:

– Где мы?

– При всем уважении, госпожа, сейчас не самый подходящий момент, чтобы вести беседу. Прошу вас пройти на наш корабль, и там я отвечу на все ваши вопросы, – снова попытался успокоить незнакомку.

– На ваш корабль? – Судя по всему девушка абсолютно не понимала, где она. – Мы что, в море?

– Нет, на космической станции, которая будет уничтожена в ближайшие несколько минут. – Больше я не мог ждать. Необходимо срочно уводить ее отсюда.

Переборки третьего лабораторного отсека натужно заскрипели. Поврежденная конструкция может не выдержать. Именно этот жуткий скрежет заставил землянку, наконец, принять решение. Она смело шагнула ко мне и прижалась к груди. Руки сами собой притянули эту хрупкую драгоценность еще ближе, смыкаясь на талии, бережно, чтобы, не дай боги, не навредить. Проклятый доспех! Сейчас он скорее мешал. Девушка медленно подняла голову, и я пропал, окончательно потерял себя в этих удивительно прекрасных серых глазах.

## Глава 3

– Капитан, нужно возвращаться. – Уолш, я убью тебя!

Но все же потратил еще несколько секунд, чтобы модифицировать броню. Литые пластины с торса и рук стекли книзу, оставляя на мне лишь защитный второй слой из прочной и гибкой композитной ткани, плотно облегающей фигуру. Шлем повесил на особое крепление на поясе.

– Господин полковник, – снова Уолш. Недоволен, что я позволяю себе излишний риск. Нетерпеливо отмахнулся и, легко подхватив девушку на руки, шагнул в развороченный проем.

Шлюз не открывался. Сталс пытался справиться с замком, но считыватель отказывался работать.

– Капитан, люк заклинило. Электроника вышла из строя, – доложил тот.

– Вырезайте, – скомандовал уверенно и укрыл землянку от оплавленных брызг собственной спиной.

– Внимание, до взрыва реактора одна минута! – опять искин.

– Быстрее! – рыкнул я и первым нырнул в стыковочный шлюз. Девушка замерла на моих руках и, казалось, даже не дышала. Ее взгляд был прикован к иллюминаторам.

Вот и гудящий двигателями шаттл. Пристегнул свою драгоценную ношу к креслу, ближайшему к кабине пилота, и нажал маленькую кнопку на ее комбинезоне, чтобы, наконец, закрыть потрясающее тело от алчных взглядов штурмовиков. В следующий миг транспортник отстыковался, резко ускоряясь. Нам к подобным перегрузкам было не привыкать, а вот для девушки это уже слишком. Она побледнела и хрипло дышала, сжав ремни тонкими пальчиками.

– Капитан, мы не успеем добраться до крейсера, – сообщил пилот.

– Подойти максимально близко, пусть прикроют нас щитами. – Тряхнет, конечно, знатно, но поле защитит шаттл.

Пилот все набирал скорость, я с опаской посмотрел на девушку. Словно проклятая броня самовольно вернулась и сейчас решила сдавить мне ребра. Сжав губы, малышка плакала. Прозрачные капли стекали по бархатной коже. Даже представить не берусь, каково это – чувствовать ее кончиками пальцев.

– Не плачь, – умоляюще прошептал я. Ее боль разрывала мое нутро в клочья, впивалась отравленным лезвием в спину.

Протянул руку без перчатки вперед и нагло и самонадеянно посмел коснуться щеки, стирая влажные дорожки. Невероятное ощущение кожа к коже буквально вышибло меня из этой вселенной. «Моя!» – ликовал я, но вдруг девушка сжалась и обмякла, буквально повисая на ремнях. В этот момент станция взорвалась, челнок закрутило и вытолкало в защитное поле крейсера. Пилоту удалось стабилизировать борт.

– Док! Что с ней? – воскликнул я в панике.

Командный врач отстегнул ремни и быстро оказался возле землянки. Он также избавился от перчаток и потянулся вперед обнаженной рукой. Против воли выпустил слабую волну, отгоняя наглого самца от моей пары. Штурмовик нервно хохотнул и убрал ладонь.

– Я не могу проводить осмотр на расстоянии, – произнес он. – Она ведь землянка? – кивнул в ответ. – Портативные приборы не настроены на их геном, но я прошел обязательную программу обучения и в состоянии диагностировать отклонения от нормы. Мне крайне сложно даже представить, что вы чувствуете сейчас рядом со своей истинной, но постарайтесь контролировать эмоции. В конце концов, это просто напугает девушку.

В словах врача была логика, но как взять себя в руки, когда нутро просто рвет от противоречивых и мощных порывов: укрыть ее от всего мира, защитить, заботиться, спрятать ото всех и… любить.

– Она дышит, – пробивался ко мне голос дока, – пульс в норме. Скорее всего, организм просто не справился с перегрузками. На крейсере я дам точное заключение.

Ступив, наконец, на Алинар, никому не позволил коснуться девушки. Сам отнес ее в медблок, распугивая экипаж агрессивными выпадами. Только док рискнул приблизиться, отважно настраивая ренегар в моем присутствии. Он профессионально не реагировал на всплески эмоций, но потом, вдруг, строго произнес:

– Если вы не возьмете себя в руки, полковник, я сделаю это принудительно и отправлю вас поспать на пару-тройку часов.

– Нет, – зарычал в ответ. – Мне нужно быть рядом с моей парой.

– Что вам действительно нужно, так это принять отчет у штурмовой группы. Уолш уже передал добытые файлы техникам, – укоризненно покачал головой триириец.

И он был прав. Только как совладать с собой, когда нет сил даже отойти от нее на несколько шагов. Мог бы – забрался вместе с ней в капсулу, но не думаю, что девушка обрадуется такому соседству. «Землянка!» – словно боясь быть услышанным, произнес про себя и восторженно зажмурился. Невероятно! Я даже не смел надеяться, что встречу это сокровище на своем пути, и уж тем более, что она окажется моей единственной. Смотрю сейчас на нее сквозь прозрачную капсулу и не могу отвести глаз. Какие идеальные, тонкие черты лица, манящие губы, нежная кожа! Когда коснулся ее щеки, едва смог сдержать неуместное тогда возбуждение. Оно почти поглотило меня, накатывая штормовыми волнами. И только страх, дикий, всепоглощающий страх за ее жизнь вынудил жаркое томление отступить.

На руке завибрировал браслет. Это помощник капитана. Наверняка уже готов первичный анализ данных и требуется мое присутствие, а я не могу. Просто не могу заставить себя уйти, оставив ее одну.

– Капитан, – док мягко положил руку мне на плечо и легонько сжал, – клянусь вам, девушка проспит еще как минимум два часа. Раньше ренегар просто не позволит ей очнуться. Я все это время буду здесь, с ней и не впущу сюда никого, кроме вас.

Одни боги ведают, чего мне стоило отойти от капсулы и молча выйти из медблока, оставляя там свое сердце и душу.

Избавившись, наконец, от брони, устроился в кресле в своем рабочем кабинете и снова открыл файл со скудными данными. Виртуальные окна встали в ряд перед глазами, и я вновь углубился в схемы. Искин мягко тренькнул, сообщая о посетителе. Вирт показал мне напряженную фигуру старшего помощника. Разблокировал дверь.

– Капитан, – в каюту вошел старший помощник, – есть первые результаты по теневой станции.

– Докладывай, – указал офицеру на кресло напротив.

– В этот раз нам удалось восстановить некоторый объем данных. По большей части там сложные генетические выкладки и формулы, но есть неполный перечень оборудования и реактивов, доставленных на станцию, отметки о приемке, – отчитался он.

– Есть, с чем начать работу. Научные данные отправить в департамент разработок, остальное – аналитикам. Пусть ищут совпадения. По девушке что-то есть? – задал волновавший меня вопрос.

– Не все файлы нам удалось расшифровать. Возможно, как раз в том массиве содержится информация о ней, – предположил капитан Райс. – Есть еще кое-что… Перед высадкой группы мы засекли след гражданского корабля, небольшого, но очень быстрого. Предположительно яхта. Курс перехватить не удалось, сразу ушел в гипер.

– Работайте, капитан, мне нужна зацепка, – офицер кивнул и вышел.

Что ж, в этот раз разведка не подвела. Станция точно его, Призрака. Неуловимый, не оставляющий следов. По большому счету, мы так до конца и не уверены в его существовании. Все еще слишком зыбко, на уровне интуиции. Достоверной информации – крупицы. Но трагические события на одной из планет вновь протянули ниточку к неуловимому Призраку.

После внезапной смерти ниры императора Аркалиона, на планете начался хаос. Правитель не смог справиться с потерей истинной пары и ушел следом за своим светом. Погибшая императрица была беременна, но наследник так и не успел родиться. Убитый горем мужчина сгорел буквально за несколько дней. Поминальные костры еще не успели отгореть, а в империи начались беспорядки. Каждая из влиятельных семей жаждала усадить на трон своего кандидата. Совет не справлялся. Во все крупные города были введены войска, напряженность удалось немного снизить, но не более того.

Проведенное расследование ничего не дало. Девушка-землянка была абсолютно здорова, просто вдруг сильное, молодое сердце остановилось без видимых причин. Не вдруг, и в этом мы почти уверены. Эксперты заключили, что все дело в неизвестной аркалионцам болезни, которая унесла жизнь ниры правителя. Ведь мы до сих пор так мало знаем о людях. Единственное, что нам доподлинно известно, – именно в этих хрупких девушках наше спасение.

Первая землянка появилась в поле зрения высших около пяти лет назад. Ее капсулу нашли на заброшенном руднике вблизи погибшей системы Ленокс. Межгалактический патруль перехватил сигнал бедствия и поспешил на помощь. В медблоке законсервированной исследовательской станции обнаружили девушку, и вот тогда началось самое интересное. Стоило только штурмовикам открыть крышку, как рарх, командир группы, признал в землянке истинную пару, а затем и его старший брат – капитан патрульного крейсера среагировал на нее. Досталось тогда им троим знатно. Это же был первый случай среди высших за триста лет! Девушку едва не разобрали на атомы, а уж сколько усилий стоило ее избранникам отбить свою пару у абсолютно всех заинтересованных служб, мне даже представить страшно. Пожалуй, их спасла только беременность землянки. С одной стороны – это вызвало новый ажиотаж, но с другой, беременная женщина неприкосновенна. Тут уже подключился Совет Высших Рас, потребовавший минимизировать вмешательство в жизнь необычного союза. Они даже направили наблюдателей, чтобы контролировать исполнение директивы. Среди прочих был и представитель Триирии. Я лично встречался с ним по возращении, и такого восторга от женщины мне еще никогда не доводилось видеть. Его глаза горели огнем, грудь высоко вздымалась от волнения, когда он рассказывал об этой хрупкой, но несгибаемой малышке. Он даже мечтал когда-нибудь заявить о своем желании ухаживать за ней. Рархи – весьма агрессивная и суровая раса. Своих женщин они ревностно охраняют от излишнего внимания и настойчивости.

Поначалу я не поверил его словам, но тщательно собранная информация и редкая, по большей части, тайная гало-съемка убедили меня. Землянка не похожа на наших женщин. В ее маленьком, но таком большом сердце жила любовь, которую она щедро дарила обоим своим избранникам. Это открытие поразило меня! Что уж тут говорить, даже я увлекся девушкой. Восторгался издалека ее твердостью, ее преданностью своим мужчинам. Каких только предложений не получала она за прошедшие годы, но на каждое непременно звучал отказ. Девушка всегда выбирала свою семью. Возможно, если бы кто-то еще среагировал на нее, результат был бы иным. И даже постоянно устраиваемые ушлыми политиками «как бы» случайные знакомства с разными кандидатами, ничего не дали. Зато у их четырехлетней прелестной дочурки уже есть трое избранников-рархов. Ее родителей постоянно подталкивают к новому зачатию, ведь все медицинские осмотры подтверждали эту невероятную возможность. Но и тут мужчины встали на защиту своей женщины, запрещая делать из нее инкубатор.

## Глава 4

Дети – высшая ценность для любого из нас. Последний появившийся на свет малыш был рожден в истинном союзе, и сейчас ему уже больше трехсот лет. Наши женщины будто утратили способность к зачатию. Ни одно исследование не смогло выявить научную причину, но многие уверены: все дело в истинных парах. Еще далекие предки говорили нам: только в свете истинной любви возможно появление желанного потомства. Со временем мужчины просто перестали искать тот самый свет, выбирая избранницу исходя из совершенно других соображений, далеких от возвышенных чувств. И в таких браках тоже рождались дети, но с каждым годом все реже. А появление на свет девочки вообще стало сродни чуду. Высшим грозило вымирание, и вот тут такой подарок вселенной. Конечно, абсолютно все загорелись идеей найти ту самую Землю. Ведь не исключено, что все женщины этой неизвестной планеты обладают нужным геном, что делает их привлекательными для наших мужчин, но, сколько бы мы ни пытались найти Солнечную систему, ничего не выходило. Правительства отправляли экспедицию за экспедицией, параллельно грызясь за разделение сфер влияния на еще не найденной планете. Многие предлагали подвергнуть население Земли тотальной проверке и разводить истинных, словно зверей в эко-парках. И все во имя благой цели – остановить вымирание высших рас. Но цена?.. Это недопустимо, просто неприемлемо! Хорошо, что мои мысли останутся только со мной. За подобное сопротивление позиции властей можно и должности лишиться. Я даже рад, что загадочную планету Земля все еще не нашли. Даже представить не берусь, чем именно могли бы закончиться для населения планеты благие намерения Союза Высших Рас.

Открыл файлы, что переслал мне старший помощник, и углубился в их изучение.

Вероника Покровская

– Нет… не надо… пожалуйста… я не хочу, – шептала сухими губами, пытаясь вырваться из крепкой хватки мужчины.

Тот, кто еще несколько минут назад был исключительно вежлив и обходителен, теперь силой пытался затолкать меня в такси. Странный болезненный укол в шею, и я обмякла, не желая больше сопротивляться. Послушно расположилась на заднем сиденье и безразлично уставилась в окно.

– Что, не сработали твои феромоны в этот раз? – похабно хохотнул водитель, оглядываясь на меня. – Какая сочная, – восхищенно протянул он. – Может, оставишь ее мне? Я бы нашел, чем занять эти пухлые губки.

Внешне я ничем не проявила свои эмоции, но внутри меня выворачивало на изнанку от ненависти и брезгливости. Кто они? Что им нужно от меня?

– Док тебе голову снимет за нее. Мы так долго искали эту звездочку, так что даже не проси, не дам. Через три часа мы должны прибыть на точку, поднажми.

За окном мелькала вечерняя Москва, потом платка, и еще дальше в область. Вы и представить себе не можете, какой это ужас – осознавать все, что происходит, но не иметь власти над своим телом. Сознание, запертое в беспомощной физической оболочке – что может быть страшнее?

Распахнула глаза. Сердце готовилось разбить в клочья грудную клетку.

– О, господи! Опять голая и опять в стеклянном гробу. Теперь каждое мое пробуждение будет таким? – прошептала с горечью и зажмурилась, пряча слезы за пушистыми ресницами.

Секундная слабость осталась позади. Мне нужны ответы, и я их получу. Уперлась руками в крышку. Странный механизм мелодично тренькнул и стеклянный купол открылся, позволяя мне выбраться. Спустила ноги и…

– Прошу вас, госпожа, аккуратнее, – раздался рядом низкий, но весьма мелодичный голос.

– Кто вы? – с опаской спросила мужчину, который подошел ко мне, но предусмотрительно не касался.

– Я – доктор Мирэнс. Служу на боевом триирийском крейсере Алинар-152. Мы сейчас находимся в медицинском отсеке, – мягко ответил он. – Мне нужно сообщить капитану, что вы очнулись, – безразлично кивнула.

Мужчина снова отошел от меня.

– Господин полковник, – снова раздался его голос, – наша гостья пришла в себя.

В ответ послушался неожиданный грохот, будто визави доктора начал что-то крушить. И чем, интересно, вызвана столь бурная реакция? Уже через несколько минут белоснежные двери разъехались в стороны впуская того самого мужчину, что вынес меня на руках с погибающей космической станции. Сейчас я соображала не в пример лучше, и мне нужны были ответы. Судя по всему, именно этот человек, хотя нет, не человек способен мне их предоставить. Заинтересованно скользила взглядом по черному кителю, который идеально подчеркивал выдающиеся плечи и широкую грудь, опустилась дальше к ровным длинным ногам в узких брюках. Тишина вокруг стала какой-то слишком напряженной, и я поспешила вернуться к глазам. Синие, глубокие, просто невероятные!

– Счастлив приветствовать вас, госпожа, на борту Алинара-152. Позвольте представиться, Хассэль Адониан, полковник службы безопасности Триирии, – и, сделав осторожный шаг вперед, он бережно подхватил мои пальчики и коснулся мягкими губами.

Причем сделал все с такой грацией и достоинством, словно мы на светском приеме, а на мне одна только легкая простынь, которую я удерживаю одной рукой на груди. В животе призывно защекотало. Слишком близко ко мне находился этот шикарный мужчина.

– Позволите узнать ваше имя? – глядя на меня снизу-вверх, спросил капитан и медленно распрямился.

– Я бы предпочла говорить с вами одетой, – спокойно ответила ему, а полковник внезапно покраснел.

Смуглые широкие скулы покрыл нежный румянец смущения! Невероятно!

Эта эмоция на его красивом лице выглядела особенно притягательной. Он легко прочистил горло и развернулся к доктору Мирэнсу.

– Если не возражаете, мне бы хотелось остаться, – мягко попросил капитан, передавая в мои руки уже знакомый тонкий серебристый комбинезон. Пожала плечами в ответ, забирая одежду.

Док понимающе вышел, оставляя нас наедине. Незнакомая ткань успокаивающе шуршала, скрывая мое обнаженное тело. Только вот я так и не узнала, что делать с глубоким вырезом на груди. Замерла в нерешительности. Попросить об этом мужчину? Боюсь этот опыт станет для нас обоих слишком волнующим.

Хассэль медленно повернулся ко мне лицом и тяжело сглотнул, скользя тяжелым горящим огнем взглядом по обнаженному телу.

– Позволите помочь вам? – хрипло спросил он. Кивнула в ответ.

Подрагивающая широкая ладонь потянулась вперед, осторожно обхватывая край воротника. Пальцы почти невесомо сжались на клочке ткани, и края комбинезона быстро притянулись друг к другу.

– Благодарю, – несмело улыбнулась полковнику.

– Теперь вы назовете мне свое имя? – со странным и совершенно неуместным восхищением спросил полковник.

– Вероника Покровская, – твердо произнесла я.

– Ве-ро-ни-ка, – по слогам повторил он, словно перекатывая каждую букву на языке, пробуя на вкус, как изысканный десерт.

– У меня такое чувство, что все это не настоящее. Такого просто не может быть, – пробормотала чуть слышно без сил оседая на пружинистую кровать, с которой только что поднялась.

– Прошу вас, Вероника, успокойтесь. Я постараюсь вам все объяснить. Не возражаете, если мы выпьем что-нибудь? Чай? Кофе? – полковник будто хотел обнять меня, но сдерживался всеми силами.

– Хорошо, – покладисто согласилась. Надо ведь, в конце концов, выяснить, где я оказалась.

Хассэль прислонил широкий браслет к считывающему устройству, двери в медицинский блок с шипением открылись. В коридоре ждал доктор, сложив руки на весьма выдающейся груди. Увидев нас, он выпрямился и неожиданно твердо потребовал:

– Я, как врач, должен присутствовать при вашем разговоре и контролировать состояние нашей… хм, гостьи.

Из груди полковника вырвалось самое настоящее рычание, а потом он сделал что-то еще, и Мирэнс упал на колени и со стоном сжал руками голову. В страхе смотрела и не могла сдвинуться с места, а потом, повинуясь странному порыву, обхватила широкое запястье Хассэля и проговорила тихонько:

– Не надо.

Капитан крупно вздрогнул всем телом и опустил неверящий взгляд на мою руку. Доктор, кряхтя, поднялся.

– Только ваше нестабильное положение удерживает меня от того, чтобы немедленно отправить жалобу в службу собственной безопасности, – высоко задрав подбородок, прошипел Мирэнс.

И в его страшном голосе было столько темного обещания, что мне стало не по себе.

– Ты хотел угостить меня кофе, – обошла капитана, становясь прямо перед ним, не размыкая пальцев.

Не знаю, зачем я это сделала, но почему-то посчитала важным, даже необходимым. Хассэль поднял на меня несколько растерянный взгляд, а потом, словно оттаял, с такой бесконечной нежностью и восторгом глядя на мои пальцы на своем запястье.

– Знаешь, я люблю с такой плотной молочной пенкой и корицей, – продолжала заговаривать ему зубы и тащила куда-то.

– Моя каюта в другой стороне, – широко и как-то по-мальчишечьи улыбнулся полковник, мягко направляя меня обратно.

Послушно прошлепала босыми ногами в противоположном направлении.

– Простите за временные неудобства, Вероника, – виновато произнес полковник своим шикарным низким голосом. – В самое ближайшее время я обязательно решу этот вопрос, намекая на отсутствие обуви.

Дальнейший путь проходил в молчании. Встреченные нами офицеры провожали нас удивленными взглядами, пока капитан с явной неохотой не переместил мою руку на свой локоть, и в более привычном виде мы двинулись по коридору, ярко освещенному белыми лампами. Коридор оканчивался широкими дверями. Браслет снова скользнул по считывателю, и мы прошли внутрь.

Заинтересованно огляделась. Довольно просторная комната, отделанная темными панелями, небольшой диван, пара кресел, рабочая зона, а дальше огромное окно, за которым таилась бесконечная чернота космоса. В горле пересохло, и я, распахнув глаза, тяжело сглотнула.

– Значит, правда… – протянула потерянно. Соленые капли скользнули с ресниц по щекам.

– Не плачь, моя девочка, – с болью пробормотал Хассэль и неожиданно крепко прижал меня к себе, – мне не вынести твоих слез.

От того, как много вдруг закрутилось внутри, опешила и замерла, раскладывая эту бурю на составляющие. Странный капитан излучал мягкое тепло, оно будто обволакивало меня, обещая защиту.

– Что это? – спросила тихонько, закрыв глаза и наслаждаясь забытым чувством абсолютного спокойствия и уверенности, совершенно неуместного здесь и сейчас.

– Это моя сила, она приняла тебя и оберегает, – прошептал он в мою макушку.

– Сила? Какая еще сила? – спросила, отстраняясь.

– Я все тебе объясню. Только сначала сделаю кофе. Хорошо? – капитан подтолкнул меня к дивану, на который я опустилась, а сам отошел к стене. Там стояла кофе-машина будущего. Активировав что-то на сенсорной панели, он подставил белоснежную чашку. Прибор тихонько загудел, воздух наполнился чудесным ароматом кофе с так любимой мной корицей. Вкус дома. Снова едва сдержала слезы.

– Вот, держи, – Хассэль двигался грациозно и совершенно бесшумно. – Понимаю, что все это непросто для тебя, – продолжил он, едва я отпила немного. – Ты – не первая землянка, оказавшаяся в нашей вселенной, и как бы мы не пытались, нам не удалось обнаружить твою планету.

– Я вспомнила кое-что, – ответила капитану. – В последний вечер в баре со мной познакомился мужчина. Мы провели вечер вместе и даже обменялись номерами телефонов, чтобы продолжить знакомство. Он вызвался проводить меня до такси, а потом силой затолкал в машину и вколол что-то в шею. Это было страшно – чувствовать себя безвольной марионеткой, запертой в собственном теле. Он должен был доставить меня к доку.

– Доку? – нахмурившись, переспросил полковник.

– Да, он говорил именно так. А еще, что они искали меня слишком долго.

– Все девушки оказались здесь не по своей воле. Каждая твердила о похищении. Кого-то находили случайно на заброшенных станциях, кого-то выкупали на незаконных рабских аукционах, кого-то спасали из лап пиратов. Способы всегда разные, но результат один. Любая из вас идеально подходит нашим мужчинам.

– В каком смысле идеально подходит? – напряглась я.

– Истинная пара, – благоговейно произнес Хассэль.

– Что за бред?

## Глава 5

– Скорее недостижимая мечта для каждого мужчины высшей расы, – мечтательно проговорил полковник.

Замолчала, переваривая информацию. Какой-то странный сюр. Может, я и вправду в коме, а все окружающее – плод моей слишком бурной фантазии?

– Не знаю, как еще убедить тебя, что ты не спишь, – устало потер переносицу капитан.

– Хорошо, – устало выдохнула. – Допустим… – и в его невероятных синих глазах зажглась надежда, – допустим, все это происходит на самом деле. Тогда главный вопрос: зачем меня похитили? Какая цель была у этого Дока? Зачем ему надо было что-то сделать со мной?

– Понимаешь, землянки – главная ценность нашей галактики. У вас максимальная совместимость с мужчинами высших рас. За ваше внимание сражаются самые влиятельные самцы. Так вышло, что у Триирии – моей родины – еще не было шанса принимать у себя девушку с Земли, но теперь… – и он вдохновенно вздохнул, – теперь все изменится. Ты… сила шепчет мне, что ты – моя единственная. Она рвется из груди, впервые с момента принятия причиняя боль, – Хассэль устало осел на диван рядом со мной и опустил голову.

Он был так уязвим в своем откровении, что я просто не могла, да и не хотела пройти мимо. Осторожно накрыла его напряженный кулак своей рукой, погладила теплую сухую кожу кончиком большого пальца. Он неверяще повернулся ко мне, укутывая мою ладошку своей.

– Вероника…

– Так что с Доком? – тема истинности сейчас была слишком смущающей и непонятной для меня, нужно сосредоточиться на чем-то другом.

– Их мотивы до сих пор остаются загадкой для нас. Я бы сказал, что ваше появление здесь – подарок судьбы, но многолетний опыт работы в службе безопасности нашептывает: не все так просто. Мы пристально следим за судьбой переселенок с Земли. Пока больше всего вопросов вызывает смерть императрицы Аркалиона. Без видимых причин и слишком быстро, она сгорела буквально за несколько часов. Императорский лекарь склоняется к версии о некоей неизвестной болезни, что свойственна лишь людям. Естественно, всего нам не сообщили. Внезапно все кровеносные сосуды в головном мозге разорвались, а сердце остановилось, и даже наша передовая медицина не смогла ей помочь.

– Я не доктор и не могу ставить диагноз. Но кое-что знаю. Вряд ли такое возможно. Скорее, кто-то искусственно воздействовал на процесс, – протянула задумчиво.

– Мы тоже склоняемся к этой мысли. Только доказательств нет. Совету Высших Рас предоставили заключение: никакого вмешательства из вне, ничего подозрительного обнаружено не было.

– Значит просто ваши возможности не безграничны, – просто пожала плечами. – А что муж погибшей думает обо всем этом?

– Уже ничего. После гибели любимой супруги он так и не пришел в себя. Ушел вслед за ней…

– В каком смысле ушел? – поначалу не поняла я.

– В вечность за своей единственной.

Дура! Идиотка! Мужчина не пережил смерть возлюбленной, просто не смог.

– Мы не живем без души, – добавил он, пронзительно глядя в глаза.

Это его правда, и он так легко говорит, ни капли сомнения, ни сожаления.

– А что с остальными землянками? – после продолжительного молчания хрипло спросила полковника.

– Их исследовали вдоль и поперек, разве что на атомы не разобрали, – ничего. Все абсолютно здоровы, – произнес Хассэль.

– И это еще более подозрительно, – подхватила его мысль.

– Возвращаясь к Доку… никто кроме тебя не говорил ни о каком Доке, но они и не помнили ничего, не считая своего похищения. Каждая пришла в себя уже здесь, у нас. Может, ты вспомнишь еще что-то?

– Было еще кое-что… в порядке бреда. Я не могла открыть глаза, но слышала прекрасно, и этот Док был не один. Он называл его Призраком. Жуткий тип. У меня от него кровь стыла в жилах. Так вот он говорил, что я – звезда его коллекции, а еще о какой-то программе, которую нужно будет загрузить. Не знаю, успели ли они что-то сделать или нет, – замолчала, пытаясь уловить какую-то мысль, которая хаотично мельтешила в голове, никак не желая принимать понятные очертания и вдруг судорожно подскочила, заходив по каюте. – Что если это не болезнь, а какая-то программа, которую загрузили в нас, землянок? Не знаю… код, наноботы, что бы это ни значило. Для меня это все из области фантастики, но ты так живешь, – полковник шагнул ко мне и утянул обратно на диван, успокаивающе поглаживая по плечам.

– Никто из мужчин не позволит ставить над своими парами эксперименты. Тем более из доказательств у нас только твои слова.

– Но ты веришь мне? – спросила с надеждой.

– Разумеется, и по прибытии на Триирию мы что-нибудь придумаем, обещаю тебе. Здесь в космосе наши возможности ограничены, а вот на планете я постараюсь использовать свои связи, но, умоляю тебя, не говори о том, что еще запомнила никому кроме меня.

Док, система Листария-7

«Гребаные триирийцы! Столько времени комете под хвост!» – ругался гениальный ученый-медик, один из немногих уцелевших галонейцев после военного конфликта, разрушившего их родную планету. Его однопланетники разлетелись по всей вселенной, пытаясь устроиться в новых реалиях. Док решил податься в теневой сектор. Именно там было все для продолжения его научной деятельности: деньги и полное отсутствие моральных норм.

Он мягко сбросил скорость и сейчас маневрировал возле огромного осколка некогда цветущей планеты. Пройдя астероидный пояс, ученый уверенно вел яхту к шлюзу. Идентификация пройдена. Корабль плавно вплыл в подсвеченный огнями зев шлюза. Толстые створки сомкнулись, становясь вновь неотличимыми от рельефа. Дополнительная проверка, очередное подтверждение личности, и галонейец выбрался из корабля.

– Добро пожаловать, господин, – безэмоционально приветствовал ученого помощник-андроид. – Как добрались? – не то, чтобы бездушную машину действительно интересовал этот факт. Просто программа требовала максимального сходства с живыми.

Док нервно отмахнулся.

– Вы подготовили систему моделирования для нового поиска, как я распорядился? – раздраженно спросил галонейец.

– Разумеется. Как только вы введете исходный код, можно будет начать, – ответил помощник.

Хоть одна хорошая новость. Столько дней работы и бесконечный отбор материала, и где это все теперь? Среди обломков исследовательской станции? Вряд ли триирийцы успели найти ее и вытащить до взрыва. Так быстро даже этим исчадьям черных дыр не справиться. Широкие створки лабораторного комплекса с шипением разъехались, пропуская Дока. Сотрудников пока не оповестили о прилете начальства. Есть вещи, которые ученый ревностно оберегал даже от тех, с кем вынужден был работать. Он снял с шеи кристалл-накопитель и расположил в предложенном андроидом адаптере. Загрузка данных началась.

В главном хранилище станции уже скопились сотни тысяч образцов крови – бесценные сокровища, пополняемые с завидной регулярностью. Жаль, но основная масса из них никуда не годилась. Найти среди гор мусора сияющий бриллиант было настоящей удачей. Теперь, когда, наконец, появилось четкое понимание искомого генома, выбирать будет гораздо легче. И никакие манипуляции с кодом тут не помогут. Только чистые гены без всяких искусственных улучшений. Первые эксперименты были неудачными. Расходный материал привозили сотнями особей прежде чем начало хоть что-то получаться. И вот теперь одна досадная случайность снова отбрасывает исследования на несколько этапов назад.

Из задумчивости ученого вывел входящий сигнал искина.

– Док, с вами желает говорить Призрак, – прозвучал мелодичный голос искусственного интеллекта станции.

– Соединяй, – с внутренним напряжением и даже страхом велел ученый.

– Что с землянкой? – ледяной и на первый взгляд безразличный голос сдавил виски, пробираясь за грудину. Пожалуй, не имей Док столь мощно развитого инстинкта самосохранения, его давно бы уже нашли по частям в разных концах галактики, или не нашли. Но он не был глупцом, прекрасно осознавая, что жив, только пока полезен этому жуткому существу.

– Потеряна, – склонив голову, смиренно произнес ученый.

– Подробности? – потребовал хозяин.

– Боевой крейсер триирийцев внезапно вышел из гипера прямо рядом со станцией, будто эти ублюдки точно знали, где искать. Одним залпом они разрушили нашу маскировку, а затем вывели из строя реакторы. Я отправил вам запись происходящего, – сухо ответил Док.

– Надеюсь, свидетелей не осталось? – от обещания расправы, сквозившей с виртуального экрана, красная кожа ученого покрылась острыми пиками.

– Нет, – уверенно ответил галонейец.

– Искин и девушка? – задал очередной вопрос Призрак.

– Система уничтожена мной, девушка была в капсуле. Я не успел забрать ее. Погибла вместе со станцией.

– Почему ты думаешь, что триирийцы не успели вытащить ее? – выражение лица пугающего собеседника невозможно было рассмотреть под глухим шлемом.

– Слишком мало времени оставалось до взрыва станции. Даже они не справились бы, – уже не так уверенно ответил Док.

– Ты недооцениваешь представителей этой расы, друг мой, – Призрак словно расслабился, уже придумав, как обернет ситуацию к своей выгоде. – Я жду от тебя результат в кратчайшие сроки. Мне нужна еще одна особь, – и разорвал связь, не дожидаясь ответа.

Призрак, где-то на просторах вселенной

Док облажался, упустив такую ценную землянку. Никогда не поверю, что триирийцы не вытащили ее. Значит, жива, и, кажется, подвернулась прекрасная возможность проверить особь номер четыре тысячи сто шестьдесят два. А еще все же очень интересно, как они вычислили координаты станции? Кто их информатор? Пожалуй, стоит связаться кое с кем на Триирии…

Хассэль Адониан

Вероника выпила кофе и немного успокоилась. Даже улыбнулась благодарно, вызывая столь неуместное сейчас возбуждение. Не хватало только, чтобы девушка увидела, что делает с моим телом. Хорошо, что длинный китель скрывал откровенные реакции.

– Я обязан отправить отчет о произошедшем в Главное Управление Службы Безопасности Триирии и в связи с этим хотел бы просить тебя принять мое покровительство. Мне претит сам факт того, что приходится давить, но я видел, на что способны высшие, читал донесения, как мужчинам, которых выбирали землянки, приходилось сражаться за них, иногда в прямом смысле этого слова. Меня бросает в дрожь, стоит только подумать, что ты можешь стать разменной монетой в большой политической игре.

– Принять покровительство – это значит признать тебя своим любовником? – гневно сузила прекрасные серые глаза Вероника.

– Что? – переспросил удивленно. – Нет! Конечно, нет! – с жаром возразил ей. – Никто из мужчин не смеет принудить женщину.

– Физически, нет, – фыркнула она сердито, – но кто мешает просто не оставить выбора, как делаешь сейчас ты?

– Послушай, – развернулся всем корпусом к ней и постарался добавить в голос мягких нот, – покровительство – это нечто иное. У тебя нет семьи, которая могла бы позаботиться о тебе, представлять твои интересы, защитить, если возникнет такая необходимость. Официально заявив, что ты приняла мое покровительство, я смогу обеспечить тебя всем необходимым, защитить в случае опасности. У них просто не получится не считаться со мной. Но у тебя все еще есть выбор. Любой мужчина высшей расы может предложить тебе такую помощь, не имея прав требовать что-либо взамен. Клянусь тебе своей силой, я не потребую ничего, но не откажусь от возможности ухаживать за тобой и добиваться твоего расположения.

– Я не успеваю за вашей скоростью развития событий, – горестно пробормотала Ника и покачала головой.

– Ни один высший в здравом уме не откажется от своей истинной, дарованной звездами, и я не исключение.

## Глава 6

После волнительного разговора мне нужно было собраться с мыслями и все хорошенько обдумать, и Хассэль предоставил мне такую возможность. Он не напирал, не требовал решить все прямо сейчас, наоборот, после сказанного оставил меня в покое и занялся составлением отчета для начальства, а я понимала, что времени для маневра у меня почти не осталось. Поэтому, решила задавать вопросы.

– Скажи, Хассель, если соглашусь на твое предложение, буду ли обязана тебе чем-то по вашим законам?

– Нет. Не будешь. Ты даже можешь отказаться жить в моем доме, и я обязан буду обеспечить тебя достойным жильем. Кроме полного твоего материального обеспечения, я имею право от твоего имени общаться с мужчинами, которые захотят ухаживать за тобой. Но ни давить, ни вынуждать принимать того или иного кандидата не смогу, – спокойно ответил Адониан.

– То есть ты уверен, что кандидаты будут?

– Безусловно. По нашим законам любая женщина должна выбрать для себя троих мужчин.

– Сколько? – переспросила его, не поверив собственным ушам, а полковник опустил глаза и тяжело сглотнул.

– Троих, Вероника, – подтвердил он. – И это нижняя граница выбора.

– А как же все твои слова об истинных парах? Ты вообще в курсе, что пара значит двое и никаких трое, четверо или даже пятеро? – распаляясь все сильнее, спросила Хассэля.

– Ни одна из наших женщин не встретила своих истинных в течение последних трехсот лет в отличие от землянок. У каждой из девушек, попавшей к нам, минимум трое супругов, а у невесты наследного принца империи нагов уже четверо мужчин, – спокойно ответил полковник. – Нас уже давно во много раз больше, чем женщин. И каждый мечтает получить свой кусочек счастья. Мы так живем, это – наша реальность. Неужели плохо, когда сразу несколько супругов любят тебя, относятся как к величайшей драгоценности, никогда не унизят и не причинят боль? Или так уж ужасно стать центром вселенной для троих?

– Ты сказал, империи нагов, – решила пока переключиться с нервирующей темы, хотя в голове почему-то возникла очень жаркая картинка девушки, зажатой с двух сторон обнаженными идеальными телами. С воображением у меня всегда было все в порядке, иногда даже более чем. – А наги – это?.. полузмеи? – спросила в страхе.

– В какой-то степени, – подтвердил мои опасения Хассэль. – Они обладают привычным тебе человеческим телом, а могут заменять ноги на змеиный хвост или полностью превратиться в огромную змею. Это их боевая ипостась. Не дай боги встретиться с ними в истинном обличье. Их ярость и сила не знает предела.

– Признаться, я очень боюсь змей, – дернула плечами, будто наяву услышав недовольное шипение.

– Повторю еще раз: никто не вправе тебя принудить. Даже если какой-то мужчина среагирует на тебя, он не сможет заставить силой принять его. Станет добиваться? Безусловно! Никогда не сдастся? Тысячу раз да! Но только не против воли, – серьезно добавил Адониан.

– А если я все же не приму эту вашу истинность? – тихо спросила полковника.

На красивом лице на мгновение застыло отчаяние и глухая безграничная боль.

– Все, что ему останется – вечное одиночество, если, конечно, воля его сильна. После отказа, мужчина медленно угасает, теряя интерес к жизни, и в один момент его сердце просто перестает биться, потому как больше не видит для этого причин.

– Но это же не справедливо! – воскликнула, в ужасе прикрывая рот ладошкой. – Так нельзя! Я не хочу! – истерика медленно, но верно подступала к горлу, сжимая тисками грудь, перекрывая дыхание.

– Тише, девочка, тише, – Хассэль затащил меня на свои колени и, прижав к груди, ласково гладил по спине, успокаивая.

А я неожиданно всхлипнула, утыкаясь носом в его шею. Аромат кожи с ноткой цитруса и еще чего-то свежего, как морской ветерок, с острой перчинкой вскружил голову. Зажмурила глаза, вдыхая столько, сколько смогла, и даже еще чуть-чуть, укутываясь в этот запах, словно в надежный кокон. Шокировано замерла, не понимая реакций собственного тела.

– Я совсем запуталась, Хас, – пожаловалась ему в грудь, страшась встретиться с глубоким синим взглядом. – Меня пугают мои реакции, – добавила шепотом.

– Это нормально в твоем состоянии. Я удивлен, насколько ты спокойно и вдумчиво реагируешь на происходящее, – ответил он, продолжая медитативно пробегать широкой теплой ладонью по позвоночнику.

Эх, знал бы ты, полковник, о чем именно мои мысли, вряд ли бы счел их нормальными.

– Расскажи мне, пожалуйста, как ты понял, что я – твоя истинная пара? Что почувствовал? – попросила его.

Капитан аккуратно поднял мой подбородок, чтобы смотреть мне прямо в глаза и со счастливой улыбкой сказал:

– Стоило мне только увидеть тебя, и я подумал, что не встречал женщины прекрасней. А когда коснулся, сжал в объятиях, меня словно вышибло из этой вселенной, разом разрывая все ставшие абсолютно ненужными связи, создавая новую, с тобой. Я чувствую тебя вот здесь, – и он положил мою ладошку в центр своей груди. Мягкая волна тепла проникла под кожу, растекаясь по всему телу, успокаивая, нашептывая, что все будет хорошо. – Звезды не могу ошибаться, Ника, – от того, как он произнес мое имя, за ребрами приятно защекотало. – Они подарили мне шанс, уникальный, единственный, и я не собираюсь его упускать.

– Очень похоже на зависимость, – буркнула, не справляясь с откровениями мужчины.

– В какой-то степени так оно и есть. Но это не все. Главное – мы идеально подходим друг другу. А как распорядиться столь щедрым даром, решать только нам с тобой. Хотя, мое мнение ты уже знаешь, – игриво подмигнул он мне.

– Что чувствуют ваши женщины? – не скрывая любопытства, спросила его.

– То же, что и мы. И, кстати, по той информации, которой я обладаю, землянки также ощущали интерес и физическое влечение к своим избранным. Ни одна не осталась равнодушной, ни одна не отказалась от пары, – вот же жук! Это он так намекает, что другие девушки согласились с новыми реалиями.

– Есть ли какие-то сроки, в течение которых я должна выйти замуж? – сидя на коленях у капитана, рассуждать об этом было не так страшно.

– Запомни, Ника, ты никому ничего не должна, в том числе своим истинным. На поиски супругов женщинам дается десять лет. Причем с каждым обретением срок сдвигается, – терпеливо ответил Хас, захватывая пальцами мой локон.

– Так значит, шанс есть, что я вообще больше не встречу истинных кроме тебя? – воодушевилась неожиданно.

– Я бы не стал на это рассчитывать, – с печальной улыбкой произнес Адониан. – Сами боги ведут каждую из вас в нашем мире, сталкивая с идеально подходящими мужчинами.

– Значит, отсидеться за твоей широкой спиной не получится, – неожиданно пробормотала и вскинула голову, наблюдая невероятную счастливую улыбку на лице полковника.

– Признаешь меня своим защитником? – с лукавыми огоньками в глазах, спросил Хассэль.

– Только если сразу же не потащишь меня в ЗАГС или куда тут у вас тащат, чтобы официально оформить отношения, и не станешь давить, – буркнула обреченно.

– Не потащу, – хохотнул он в ответ, – но буду очень стараться, чтобы это случилось как можно скорее. Так значит, я могу подготовить контракт на оформление покровительства? – осторожно спросил Адониан.

А он не теряет времени зря! На ходу подметки режет. Но чего уж. По сравнению с туманными перспективами на этой его планете, капитан здесь, рядом и… черт его знает, почему, но я доверяю ему.

– Готовь, – разрешила милостиво.

Хассэль Адониан

С большим трудом подавил в себе порыв немедленно вскочить с моей драгоценной ношей с дивана и закружить ее, а потом зацеловать так, чтобы глубокие серые глаза искрились счастьем и желанием, а припухлые губы буквально кричали всем и каждому, кому принадлежит эта прекрасная женщина. Но вместо этого лишь прижал ее к себе и прошептал в мило порозовевшее ушко слова искренней благодарности.

Мне не терпелось отправить запрос своему юридическому консультанту, и я ерзал, не решаясь спустить ее с колен.

– Иди уже, – понимающе хихикнула Ника, – отправляй документы, – но внутри все воспротивилось, стоило только землянке попытаться пересесть.

Решительно поднялся вместе с ней и под ее изумленный вздох разместился в кресле у рабочей консоли, выискивая нужный документ. Даже не знаю, что именно меня подтолкнуло еще две недели назад обсудить с Люком, моим юристом, контракт на покровительство. Почему я решил сделать его максимально выгодным для гипотетической девушки, несмотря на недовольство консультанта? Да, наши мужчины научились виртуозно использовать все возможные лазейки, чтобы быть рядом с подопечной, иметь больше привилегий по сравнению с другими мужчинами. Я заставил друга вычеркнуть все эти пункты и теперь не мог не порадоваться. Уверен, землянка бы обнаружила эти завуалированные возможности, и тогда мои слова превратились бы в ничто. А мне важно, чтобы Вероника доверяла мне. Не хочу интриг в семье. Этим нас и так под завязку обеспечат на Триирии. Хоть я и рвался вернуться домой, но чувствовал, что просто не будет. Правда тогда мне и в голову не могло прийти, сколь фатальными окажутся последствия моего решения.

Еще раз пробежав текст контракта на покровительство, перебросил документ на планшет и прислонил свой браслет, подтверждая условия со своей стороны. Передал устройство Веронике и вместе с ней снова перебрался на диван. Девушка поерзала, устраиваясь поудобнее, а я чуть слышно выдохнул сквозь зубы, сдерживая жгучее желание вжать ее упругую попку в свой пах.

– Здесь текст договора. Если тебя все устраивает, приложи палец вот сюда, – добрался до самого конца документа и указал ей на небольшой круг для подтверждения условий с ее стороны.

Девушка покивала и углубилась в чтение. Я не мешал, только замирал каждый раз, когда она хмурилась или снова возвращалась к изучению одного и того же абзаца. Наконец, Ника закончила изучение.

– Вместе с заявлением на покровительство ты отправишь заявку на гражданство Триирии для меня? – спросила землянка.

– Разумеется, – подтвердил я.

– Не слишком ли ты рискуешь, Хассэль Адониан? – спросила девушка, с любопытством глядя на меня, но, не дождавшись понимания, продолжила: – Согласно этому договору ты обязан выполнить любое мое желание по первому требованию.

– И? – все еще не понимал, к чему она ведет.

– А если я захочу… – она задумалась на минуту, постукивая длинным пальчиком по подбородку, – скажем, межпланетный крейсер?

– Все-таки ты самая необычная девушка, – весело расхохотался в ответ. – Любая из триирийек немедленно потребовала бы гарнитур с лахтурскими розовыми гемматами или скоростной флайт, дом на берегу Олтарских озер, а тебе крейсер подавай.

– Вот такая тебе досталась пара, – игриво улыбнулась девушка.

– Самая лучшая, – подтвердил я, а она приложила кончик пальца к документу, заверяя его.

## Глава 7

Главное Управление Службы Безопасности Триирии

– Господин советник, позвольте? – в кабинет вошел личный помощник генерала. – Пришел отчет от полковника Адониана.

Мужчина в глухом черном кителе нетерпеливо протянул руку, прищелкивая пальцами. В крепкую ладоньлег планшет. Глаза быстро перебегали со строчки на строчку, тонкие губы растянулись в торжествующей улыбке.

– Значит, землянка. Наконец-то, – протянул он и закрыл глаза в предвкушении. – Мне нужен полный список членов команды Алинар-152. Немедленно.

– Есть еще кое-что, – произнес помощник. – Юридический консультант господина Адониана подал прошение об оформлении покровительства и гражданства Триирии для госпожи Вероники Покровской.

– Вот как, – нахмурился советник по безопасности. – Быстро он подсуетился, – генерал недовольно побарабанил крепкими пальцами по столу. – Рассмотрение прошения затянуть насколько возможно, с гражданством также повременить.

– Но советник… – возразил было капитан. – С гражданством никак не получится. Все документы оформлены по всем правилам, и советник Гастэнс уже в курсе.

– С Гастэнсом я лично договорюсь. Он не откажет, – довольно протянул генерал. – Мне нужны списки членов экипажа, Рой. Живее.

Помощник вышел за дверь, самое время связаться со службой гражданских состояний.

– Советник Тилариус, – растянув губы в приветливой улыбке, произнесла проекция Гастэнса. – Чем могу быть полезен?

– Друг мой, у меня к тебе просьба. Дело государственной важности, – молвил генерал.

– Слушаю очень внимательно…

Боевой крейсер Алинар-152

У каюты капитана нерешительно переминался с ноги на ногу доктор Мирэнс. Врачебный долг внутри него боролся с негласным законом всех мужчин высших рас: не вмешиваться в обретение истинной. Вздохнув, он все же активировал комм на двери.

– Господин капитан, это доктор Мирэнс. Мне необходимо проконтролировать состояние пациентки.

Ему никто не ответил, но офицер не терял надежды, снова и снова пытаясь достучаться до полковника. Когда он уже собрался уходить, панель загорелась, пропуская обрадованного доктора в каюту.

– Мирэнс, – натянуто, но вполне спокойно произнес Хассэль, – прошу.

Врач осторожно приблизился к сидящей на диване землянке. Выглядела девушка вполне довольной, даже мягко улыбалась. Док медленно провел вдоль ее тела портативным сканером. Показатели были в норме.

– Удовлетворены, док? – немного язвительно спросил Адониан.

– Вполне, – кивнул офицер.

– В таком случае жду от вас перечень разрешенных продуктов. Наша гостья голодна, – распорядился кэп.

– Слушаюсь, сэр, – Мирэнс поднялся и грациозно поклонился землянке. – До скорой встречи, Вероника.

Вероника Покровская

Стоило только дверям каюты закрыться на замок за местным доком, как я, не выдержав, хихикнула, а потом и вовсе открыто рассмеялась в голос, вызывая на лице сурового капитана светлую восторженную улыбку.

– Видел бы ты себя! – никак не могла успокоиться я. – Думала, ты ему эту руку вместе с прибором по локоть откусишь, когда он проверял мое здоровье.

Хассэль только фыркнул добродушно и добавил, мол, нечего его на прочность проверять. А в меня будто вселился кто-то. Подалась вперед и провела пальчиками по жестким волосам мужчины. Синие глаза вспыхнули, как два драгоценных сапфира, а распоясавшаяся рука была мгновенно перехвачена сильными пальцами, и горячие губы прижались к прохладной коже, опаляя. Мощный импульс буквально пронзил все тело, растекаясь сладкой негой за ребрами, требуя немедленно коснуться его, больше, сильнее, прижаться грудью к обнаженному телу… Мама дорогая! О чем я вообще? Не готовая к такому шквалу ощущений, осторожно вытянула ладонь из плена, но Адониан ничуть не расстроился. Наоборот, смотрел понимающе, даже чуть снисходительно, позволяя мне пройти весь путь принятия самостоятельно, не настаивая, но и не переставая добиваться. Да. Чтобы сбавить градус неловкого момента, снова начала говорить:

– Скажи, что меня ждет на Триирии?

– Для тебя открыты абсолютно все дороги. Хочешь, можешь путешествовать по планете, знакомиться с нашим укладом, бытом, обычаями и традициями…

– В твоем присутствии, разумеется, – не могла не поддеть его я.

– Ты имеешь что-то против моей компании? – несмотря на игривую улыбку, глаза его были серьезны и буквально прошивали насквозь, требуя ответа.

– Нет, – произнесла с готовностью.

Мужчина немного расслабился и продолжил:

– После мы могли бы вместе выбрать тебе дом, если мой не устроит. Ты можешь жить, как тебе захочется, в свое удовольствие.

– А если мне захочется работать? – осторожно уточнила я. Кто его знает, что у них там за отношение к работающей женщине. Большое тело напротив меня напряглось, губы недовольно поджались. Вот и первая реакция. Но к чести Хассэля, он очень постарался взять себя в руки и не выглядеть первобытным человеком: за волосы и в пещеру – это не для меня.

– Наши женщины, как правило, не работают, но некоторые ведут свой вполне успешный бизнес, – ответил он ровно. – Чем ты занималась на Земле?

– Я была помощником руководителя.

– У нас эти должности принадлежат мужчинам, – резче, чем хотелось бы, выдал полковник. А мне представился шанс проверить, насколько этот мужчина может быть гибким и сдвигаться со своей позиции правоты.

– Хорошо, но ты только представь, какие преимущества будут у девушки! Если, как ты говоришь, к женщинам относятся крайне уважительно и стараются угодить, насколько легко ей будет решать вопросы там, где у мужчины не было бы и шанса.

Я уговаривала и, признаться, как раз воздействовала на капитана, будто невзначай погладив ладонь, которой он упирался в диван. К его чести он снова взял себя в руки и, подумав немного, произнес:

– В твоих словах, безусловно, есть логика. Только вот наши мужчины не допустят, чтобы вокруг их женщины крутилось так много свободных самцов, добиваясь ее внимания.

– Вы настолько не доверяете своим женщинам? Не чувствуете их любви? – снова задала вопрос и попала точно в цель, сковырнув многолетний нарыв в душе, как оказалось, каждого мужчины в этой чертовой вселенной.

– Наши женщины не любят в том понимании, в котором это делаете вы, землянки. Они во всем ищут выгоду, статус или власть. Уважение, привязанность, страсть, похоть, но не любовь. Теперь я точно это знаю, – с болью ответил Хас.

Жалость – плохое чувство в данной ситуации. Но мне было искренне жаль сильных и достойных мужчин, вынужденных заменять нужду, потребность в любви жалким суррогатом. Возможно, женщины сами по себе и не слишком виноваты. Просто за столько лет они уже не знают, как это по-другому.

– Мне много раз доводилось видеть, как девушки с Земли относятся к своим мужчинам, как неожиданно закрывают собой, поддерживают. Какой нежностью лучатся их глаза. Многие стали отказываться от договорных браков в угоду нереальной, почти несбыточной мечте.

– Сколько нас оказалось здесь за последние годы? – тихо спросила его.

– Очень мало. Всего пятнадцать, с тобой шестнадцать, – еле слышно прошептали его губы.

– Ты же не думаешь, что мы сумеем что-то кардинально изменить, правда? – задала осторожный вопрос.

– Разумеется, нет, – с грустной улыбкой ответил он. – Но это еще ничего не значит. Впервые за триста лет у нас появилась надежда.

– То есть получается, что Док и Призрак – просто благодетели какие-то? – недоверчиво прищурилась я.

– Не получается. Могло бы быть правдой, если бы эти двое обратились в Совет Высших Рас, предлагая решение проблемы. Они же используют вас для каких-то неизвестных нам пока целей, а это риск.

– Ты рискуешь, выбирая меня? – спросила я, и голос дрогнул.

– Скорее всего, – спокойно признал он, – но я ни за что не откажусь от тебя. Помни об этом всегда.

Хассэль игриво щелкнул меня кончиком пальца по носу, сбивая серьезный настрой, чем тут же и воспользовалась, придвигаясь ближе к мужчине, почти касаясь грудью его широкой груди.

– Так значит, возьмешь меня своим личным помощником? – хитро улыбаясь, спросила его.

– Мое ведомство слишком специфично, – тяжело сглотнув, ответил он. – Но я постараюсь придумать для тебя что-то другое. Если работа личным помощником сделает тебя чуточку счастливей, я организую ее для тебя, – твердо заявил Адониан.

И вот тут я действительно прониклась и зауважала этого сильного триирийца. Что-то мне подсказывает, что слова у него не разойдутся с делом, как это часто бывало у земных мужчин. Может и есть в истинности нечто положительное.

За размышлениями не заметила, как в каюту капитана снова просочился доктор, принеся с собой внушительный поднос. И только умопомрачительный аромат горячей еды вернул меня в реальность. Живот скрутило голодным спазмом, и этот предатель громко и надрывно застонал, заставив меня смутиться, а мужчин едва ли не забегать по стенам от беспокойства.

Мирэнса удалось вытолкать из каюты только после еще одного осмотра и заверения, что я просто очень голодна, а Хассэль, похоже, занялся целью скормить мне все, что притащил док. Причем он едва ли не рычал, когда я пыталась проявить самостоятельность и, гневно стреляя глазами, выхватывала у него вилку, чтобы справиться с едой, как привыкла. Отжав у меня обратно несчастный столовый прибор, он накалывал для меня тушеное нежное мясо в сладковатом соусе и настойчиво держал у губ, пока я со вздохом смирения не перехватывала кусочек, с наслаждением пережевывая. В конце концов, и я могу пойти на уступки. Если ему так хочется накормить меня, пусть. Тогда мне и голову не пришло, что во всем этом может быть некий сакральный смысл. Чем дальше я ела, тем спокойнее становился полковник. Он довольно и счастливо смотрел на меня, едва не урча, а я просто махнула на все рукой. В конце концов, Хас сам обещал ни на чем не настаивать и не принуждать. Так что, можно расслабиться. Тарелка опустела, а меня стало клонить в сон. Глаза просто слипались, и это было странно, ведь все последнее время я только и делала, что спала. Хотя, организму виднее. Поэтому, когда сильные руки подхватили мое расслабленное тельце на руки, я совершенно не сопротивлялась. Адониан отнес меня куда-то вглубь каюты, где за перегородкой пряталась вполне себе обычная кровать и даже весьма широкая. Капитан осторожно усадил меня на край матраса и открыл совершенно незаметную нишу в стене. Развернулся, передавая мне мягкую футболку.

– Справишься сама? – тихо спросил он, намекая на помощь с раздеванием.

И так велик был соблазн отдаться в умелые сильные и такие нежные руки, но сама же себя одернула. Рановато как-то. Тем более учитывая тот факт, что под этим серебристым комбинезоном на мне больше ничего нет. Горестно вздохнув, кивнула, а он улыбнулся, похоже, понимая гораздо больше меня, и мурлыкнул:

– Я не буду смотреть.

Хассэль по-военному четко отвернулся и принялся ждать. Разморенное тело не желало слушаться и собираться в кучу, но я упрямо нащупала волшебную кнопочку, открывающую большой вырез на комбинезоне, и стащила шуршащую ткань с плеч. Подпрыгнула на попе и спустила костюм по ногам. Наклониться уже просто не было сил, и я, помогая себе ступнями, сбросила осточертевшую тряпку прямо на пол. Натянула футболку и пробормотала:

– Готово.

Адониан развернулся, подтащил мена под руки повыше на подушки, и укрыл сверху легким одеялом.

– Спи крепко, мое нежданное счастье, – прошептал он и целомудренно мазнул губами по щеке.

Так тепло и спокойно мне стало от его слов, что я мгновенно исполнила его просьбу, погружаясь в сон.

Темная фигура, явно мужская, преследовала меня, буквально наступая на пятки. С ужасом понимала, что мне нельзя попасться, нельзя позволить ему поймать меня. В страхе я бежала вперед в еще более непроглядную тьму, загривком ощущая его ледяное дыхание.

«Тебе не спрятаться от меня, Вероника», – этот голос, кошмарный, мертвый, услышав его всего один раз, запомнила навсегда.

Призрак! И ему нужна была я.

## Глава 8

Рывком поднялась на кровати, тяжело дыша. Воздух с хрипами вырывался из горла. На теле еще чувствовалась его ледяная хватка. Меня трясло, словно в сильнейшей лихорадке, и вдруг на плечи опустились тяжелые ладони. Я взвизгнула от страха и стала вырываться, но меня только крепче прижимали.

– Тише, маленькая, это сон, только сон. Иди ко мне, девочка моя родная, – Хассэль все ближе притягивал к своей груди, буквально обволакивая собой.

– Там был он, он поймал меня, – глотая слезы, выдавила я.

– Успокойся, любимая. Никому тебя не отдам. Слышишь? Никому! – решительно заявил полковник.

Его уверенные слова, жар его тела приносили такое нужное мне сейчас спокойствие, постепенно возвращая в реальность.

– Вот так, ты умница, – поощрял мои старания Адониан. – Принесу воды, – сказал он и попытался отцепить мои руки от своей футболки, но проще было бы снять ее, чем заставить меня разжать пальцы.

Подхватил меня под попу, а я сжала его ногами за талию. Триирийец легко поднялся вместе со мной с кровати и грациозно шагнул к столику. Одной рукой он взял меня поудобнее, а второй поднес к губам стакан, помогая сделать глоток. Зубы противно стучали по стеклянному боку.

– Спасибо, – пробормотала я, возвращая воду.

– Идем в постель, еще слишком рано, – мурлыкнул мужчина. – Я буду охранять твой сон.

Хас забрался обратно и затянул меня на себя целиком. Близость его тела, большого и сильного вселяла уверенность. И подумать не могла, что так удобно лежать сверху на ком-то. Большая рука гладила по волосам. Он бормотал мне что-то успокоительное, но это все было скорее фоном. Просто общее чувство спокойствия накатывало волнами. Сама от себя не ожидала, что смогу уснуть так быстро.

А полковник еще долго лежал с открытыми глазами и боялся лишний раз вдохнуть, чтобы не потревожить свою маленькую земляночку, свое негаданное счастье.

Боевой крейсер Алинар-152

В медицинском блоке сработал сигнал экстренной связи с Триирией. Доктор отвлекся от изучения анализов землянки и недоуменно уставился на экран виртуального монитора. С чего бы вдруг кому-то понадобилось связываться с ним лично, да еще по линии правительственной связи?

– Доктор Мирэнс, – в медицинском блоке возникла проекция советника по безопасности Тилариуса, – светлых звезд.

– Приветствую, господин советник, – напрягся док. – Чем обязан?

– Доктор, у меня к вам дело вселенской важности, и кроме вас Совету не на кого положиться, – серьезно глядя на медика, произнес Тилариус.

– Слушаю вас, – с готовностью ответил офицер.

– Совету не нравится, что полковник Адониан единолично завладел вниманием землянки. Кроме того, он всеми силами пытается оградить ее от внимания других более достойных мужчин. Поэтому нами было пронято решение убрать его из круга общения госпожи Покровской.

– Но это невозможно. Капитан признал в девушке истинную пару. Он ни за что не отдаст ее, – возразил доктор.

Советник нахмурился и разочарованно поджал губы:

– Я был о вас лучшего мнения, Мирэнс, – раздраженно выдал он. – Тут нужно действовать тоньше. Спровоцируйте его, чтобы землянка испугалась, и сама отказалась от него. – Совет рассчитывает на вас. Сделайте, что должно, и мы согласуем ваше прошение о переводе на должность руководителя лаборатории, – и отключился.

Вероника Покровская

Ночь прошла на удивление спокойно, и даже то, что я проснулась одна, не убавило оптимизма, а чашечка ароматного кофе на тумбочке возле кровати вообще взвинтила мое настроение до небес. Значит, думал обо мне. Справившись с душем, вернулась в комнату. Конструкция, к слову, почти привычная, за исключением отсутствия воды. Как сказал Хассэль, в кабинке встроен особый испаритель, он удаляет с поверхности тела всю грязь. Для зубов есть специальный раствор. Достаточно минуту пополоскать рот, и свежее дыхание на весь день гарантировано, а уж зубы сияют, как после процедуры чистки.

На диване обнаружился комплект одежды: трикотажные лосины и кофта, а также спортивные тапочки. Все подошло идеально, на мой взгляд даже слишком. Наряд подчеркивал мои формы так, что у самой аж дух захватывало. Не знаю, как мне вообще в этом выйти отсюда.

Воздух вокруг ощутимо сгустился, волоски на моем теле, как по команде, встали по стойке смирно, губы мгновенно пересохли. Это страх? Не-е-е-е-т, это не он. Возбуждение, предвкушение, ожидание и… да… Крепкие руки тисками сдавили талию, прижимая к широкой грохочущей груди. Захотелось мурлыкнуть и потереться всем телом об этого огромного хищника. Уложила свои ладони на его и погладила ласково. Он щекотно заурчал мне в шею.

– Светлых звезд, моя девочка.

Черт! Что же со мной делает его голос? Просто что-то невероятное!

– Доброе утро, – зажмурилась я, устраиваясь поудобнее в таких надежных объятиях.

– Хотел пригласить тебя на завтрак, но не уверен, что это испытание, – и он многозначительно обвел глазами мою фигуру, – мне по плечу.

– Я верю в вас, мой капитан, – игриво ответила ему. – Да и не хотелось бы весь полет просидеть в каюте, пусть и в твоей.

– Тогда идем, – тяжело выдохнув, выдавил из себя Хассэль.

Дверь пиликнула, открываясь на сигнал браслета Адониана.

– Да, чуть не забыл, – и он ловко застегнул на моей руке похожий браслет только тоньше. – Это даст тебе доступ в общие помещения, и в мою каюту, кроме того, через него можно будет связываться со мной и не только. Я тебе все покажу.

Мы шли по довольно просторному коридору с искусственным освещением, обшитому темными панелями. Один поворот налево, и мы оказались перед открытым проходом, за которым обнаружились столы, занятые военными, и все они, как по команде, повернулись в нашу сторону, разговоры стихли установилась гнетущая тишина.

Хас напрягся, но потянул меня за собой к пустующему столику в углу и еще чуть дальше, где можно было выбрать себе завтрак.

– Док проинструктировал меня, какие продукты тебе можно, и мы внесли некоторые изменения в традиционное меню. Теперь здесь нет ничего опасного для тебя, – инструктировал меня капитан. – Я не могу провести аналогии с привычными тебе земными названиями, но вот это мясо, здесь овощи, а тут яйца наших птиц. Все это воссоздано расщепителем из особых капсул.

Проходила вдоль больших подносов и подозрительно принюхивалась. Действительно, очень похоже на наш омлет, а вот эти кусочки точь-в-точь наша ветчина. Одуряюще сладкий аромат дыни привлек мое внимание, но на моей тарелке и так было много всего, а за дыней и вернуться можно.

Стоило только нам присесть, как рядом возник один из мужчин. Он галантно поклонился мне и водрузил на стол пиалу с той самой дыней, которая привлекла мое внимание.

– Я заметил, что эта корла заинтересовала вас, прекрасная госпожа, – буквально пожирая меня глазами, произнес незнакомец. – Итан Холбрук к вашим услугам. – Какой настойчивый триирийец! – Я готов исполнить любое, даже самое откровенное ваше желание. – Призывно скользнув языком по губам и явно намекая, о каком моем желании идет речь, этот бессмертный или очень глупый мужчина неожиданно подхватил мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Дока Хас едва не убил и за меньшее. Что сейчас будет…

Нечеловеческий рык разорвал напряженную тишину в небольшой столовой. Стены завибрировали, посуда жалобно звякнула. Едва я успела прижать к груди свою тарелку, как стол с грохотом был отброшен куда-то в сторону, а мой незадачливый поклонник, взревев, бросился на капитана. Он пытался достать Хаса, молниеносными атаками, метя то в челюсть, то куда-то в живот. Уверенная подсечка, и Итан падает лицом в пол, а после Адониан подхватывает его за китель и швыряет через всю столовую к выходу. Он громыхает уже где-то в коридоре. Никто не посмел вмешиваться. Расправившись с соперником, Хассэль развернулся ко мне. Признаться, в тот момент я даже испугалась его невменяемого взгляда. Азарт схватки разгорячил мужчину. Ноздри раздувались, мощная грудная клетка высоко вздымалась, широкие ладони то и дело сжимались в кулаки. Вот он делает шаг ко мне, и я замираю, напряженно следя за каждым его движением.

– Капитан, – с предупреждением произнес доктор Мирэнс, поднимаясь со стула, – вы пугаете Веронику. Я не имею права оставлять вас с ней в таком состоянии. Будет лучше, если девушка пойдет со мной в медблок, пока вы не успокоитесь.

– Будет лучше, если ты не будешь вмешиваться в процесс обретения, и никто из вас, – весомо произнес Адониан.

Кэп обвел выразительным взглядом экипаж. Многие из мужчин почтительно склоняли головы, признавая правоту Хассэля, но были и те, кто продолжал сверлить разъяренного мужчину упрямым взглядом. И вот это мне совсем не понравилось. Я-то надеялась, что очередные гипотетические избранники мне грозят только на Триирии.

– Идем, Вероника, – произнес капитан, протягивая мне руку, – мы возвращаемся в каюту.

Послушно встала, все еще прижимая к себе тарелку с завтраком, и с некоторым опасением вложила свою ладонь в крепкий, но бережный захват. Не проронив больше ни слова, мы покинули столовую. Как только двери его логова за нашими спинами с шипением закрылись, Хас с мучительным стоном вцепился в собственные волосы и осел на диван. Он склонил голову и виновато пробормотал:

– Прости, девочка, прости! И не бойся меня. Я никогда не причиню тебе вреда. Как видишь, я не справился. О, боги! Это невыносимо тяжело – сдерживать себя, смотреть, как другой открыто предлагает себя и ничего не делать.

Он все еще был слишком напряжен и никак не мог расслабиться.

– Могу я чем-то помочь тебе? – спросила осторожно, не рискуя приблизиться.

– Нет, малыш. Одно твое появление в моей жизни – уже величайшее из чудес, и я не смею ни на чем настаивать или просить, – печально ответил Хас и поднял на меня синие глаза, полные невыносимой муки.

Я вздрогнула и отшатнулась, а мужчина снова опустил голову.

– Вынужден оставить тебя сейчас. Постараюсь выбить всю дурь из головы в тренировочном зале. Очень прошу, не выходи никуда сегодня и не впускай никого, пока меня не будет. Поесть я занесу тебе сам. На планшете я приготовил для тебя файлы с информацией о Триирии.

Чем дольше говорил Хас, тем сложнее ему это давалось. В конце он просто перешел на рык, ярость снова захватывала мужчину. Он рывком поднялся, и я с трудом удержалась, чтобы не отступить. Подошел к столу в рабочей зоне и активировал планшет, проведя браслетом вдоль экрана.

– Данные открыты. Если устройство выключится, просто приложи свой браслет, и оно снова станет активным.

Дольше сдерживаться он не мог и буквально вылетел из каюты.

Вот и позавтракали…

## Глава 9

Механически проглотила еду, даже не чувствуя ее вкуса, и залезла на диван. После утренних перегрузок мне нужно собраться. Такие перепады настроения Хаса пугают. Теперь получается, каждого, кто на меня как-то не так посмотрит, он будет на кусочки рвать в прямом смысле слова? И это никогда не изменится? Триирийцы, чтоб их! Как понять эту расу? Может, подсказки будут в тех файлах, что оставил для меня Хассэль? Взяла планшет и активировала экран. Пришло время попробовать получить ответы. Несколько раз в каюту капитана пытался прорваться доктор Мирэнс и тот самый Итан, который не терял надежды добиться моего расположения, но я их не впустила. Чудного завтрака мне вполне хватило. А еще в каюту был доставлен для меня обед и ужин. Но таинственный доброжелатель не счел нужным явиться сам. Срабатывал сигнал открытия дверей, дальше внутрь протискивался поднос, и двери быстро закрывались. Значит, полковник еще не успел успокоиться.

Хассэль Адониан

Какого вообще происходит на моем корабле? Что случилось с экипажем? Массовое помешательство? Жить надоело? Что за разрушительная тяга к самоубийству? По-хорошему, я мог бы уже отправить жалобу в службу гражданских состояний, если бы гребаные крючкотворы, наконец, ответили хоть что-то вразумительное по моему прошению о покровительстве. Даже заявку о гражданстве они оставили без должного внимания. Запустил боевого андроида на программу повышенной сложности. Мне не мешало бы как следует прочистить мозги. Позволил себе непозволительную ошибку, снова отвлекся, вспоминая события сегодняшнего утра, и получил весьма ощутимый удар по корпусу. Тренировочный доспех крякнул, но выдержал, а я, наконец, очистил разум и погрузился в процесс.

Пару раз выходил из зала, чтобы отнести Веронике обед и ужин, но трусливо сбегал, едва втолкнув поднос с тарелками. Никто из экипажа меня не беспокоил. К наступлению нового дня по корабельному времени я основательно загонял себя. В мышцах чувствовалась приятная усталость, а мозг прояснился и принялся анализировать ситуацию. И чем дальше я думал, тем более скверно выглядело происходящее. По всему выходило, что кто-то в моем ведомстве сознательно саботирует процесс получения гражданства Вероникой, а также не дает хода заявлению на покровительство. Виза Советника по безопасности обязательна в обоих случаях. Похоже, у господина Тилариуса свои виды на мою Нику, а это сулит дополнительные неприятности. И тогда провокация в столовой вполне укладывается в общую схему. Им нужно, чтобы Вероника сама меня оттолкнула, чтобы осталась одна, без защиты. А этого никак нельзя допустить.

Стоило мысли до конца оформиться, как последние искорки ярости рассеялись словно сами собой. Выбежал из зала и бросился к своей каюте. На браслет мне исправно приходили сообщения о попытках дока и Холбрука проникнуть к Нике, но девушка исправно выполняла мою просьбу никого не впускать. В очередной раз убедился, что она куда как разумнее меня. Покачал головой. Вот же горе-полковник. Совсем мне мозги вышибла эта связь. Мне было бы гораздо проще, если бы Вероника приняла меня, как мужчину, но я ни за что не стану давить на девушку. Но соблазнять ее мне никто не запретит. Тем более, ее тело уже откликается, тянется ко мне. Осталось только, чтобы разум смирился.

Провел браслетом по электронному замку и вошел. В каюте царил полумрак. На столике аккуратной стопкой были сложены чистые тарелки. Неужели сама сообразила, что испаритель в душевой можно использовать и для очистки посуды? Хотя, чему я удивляюсь? Она же землянка. Эти девушки уже не раз поражали меня.

Стащил с себя форму и бросил в очиститель. Как же в таких полетах не хватает нормального душа. Ощущения водных струй на измученном за день теле не заменит никакой испаритель. Вероника уже спала, отодвинувшись на самый край весьма широкой кровати, и свернулась под одеялом. Осторожно лег, чтобы не побеспокоить девушку, ей и так сегодня досталось. Накинул на бедра свободный край покрывала и, не сдержавшись, наклонился, чтобы вдохнуть одуряющий аромат тяжелых кудрей. В груди запекло, счастье переполняло, грозя разорвать ребра к черным дырам. Широкая улыбка растянула губы, и я опустился на подушку. Моя звездочка завозилась и внезапно перевернулась ко мне лицом, чтобы в следующий миг уютно расположиться на моей груди. Длинная ножка по-хозяйски устроилась на бедрах. Маленькая собственница удовлетворенно вздохнула и снова задышала ровно и спокойно, погружаясь в крепкий сон. Осторожно обнял рукой свою прекрасную пару и зажмурился, моля богов, чтобы дали нам еще немного времени наедине.

Вероника Покровская

Рука скользила по чему-то гладкому и очень приятному. Ощущение упругого бархата под пальцами будоражило. Я потерлась носом о мою невероятную подушку и шумно вдохнула, коротко простонав от удовольствия, мне вторило странное шипение.

Глаза распахнулись, остатки сладкого сна, трусливо поджав хвост, сбежали, оставляя меня один на один с жаркой реальностью. Прямо передо мной, закусив губу, лежал Хассэль. Великолепное сильное тело напряглось, синие глаза полыхали огнем. Спустилась взглядом по невероятно широкой груди, жадно облизала кубики пресса и замерла на внушительном бугре между ног, укрытом тонким одеялом. В горле мгновенно пересохло, глаза против воли распахнулись еще шире. О, боже! Наша близость вообще технически возможна? ЭТО в меня ни за что не поместится.

Мой затравленный вид заставил мужчину мягко рассмеяться. Дышать сразу стало легче. Тяжелая волна желания схлынула, оставляя вместо себя странную неловкость.

– Иди сюда, малыш, – нежно улыбаясь, протянул Хас и, ухватив за руку, снова затянул меня на себя. – Ну чего ты испугалась, милая? – ласково спросил он, поглаживая ладонью по волосам, а я не могла отвести взгляд от вставшего колом одеяла.

– Он просто огромный, – с трудом выдавила в ответ.

Адониан развернул меня за подбородок, вынуждая смотреть прямо в его глаза.

– Мне приятна твоя лесть, девочка, – довольно мурлыкнул он, – но он точно не огромный. Да, довольно большой. Уверен, мы справимся. Хочешь посмотреть на него? – провоцировал меня полковник.

– Нет, – нервно выкрикнула, буквально отпрянув от мужчины, и начала медленно отползать назад. – Я пока не готова к таким экспериментам.

– Как скажешь, детка, – призывно улыбнулся он и ошпарил обещанием в синих глазах.

Ноги, наконец, почувствовали под собой твердую опору, и я поспешила встать с постели.

– Я в душ! – бросила бодро и бросилась к спасительной дверце.

Хассэль Адониан

Наша утренняя игривая пикировка взбудоражила. После столь лестного для мужского самолюбия признания малышка решила спрятаться от меня в кабинке испарителя, а я лежал возбужденный сверх меры. Член и яйца ломило, но глупая улыбка не сходила с лица. Дал ей немного времени прийти в себя и успокоиться, а потом аккуратно постучал в дверь.

– Я уже выхожу, – все еще напряженно выкрикнула Ника. – Подай мне одежду, пожалуйста.

Послушно просунул в узкую щель новый комплект, а вчерашний опустил в емкость очистителя. Через три минуты смущенная девушка вышла, освобождая мне место. Привел себя в порядок в кратчайшие сроки и вышел, не желая заставлять ее ждать.

– Идем на завтрак? – предложил я и подал ей руку.

Стоило нам войти в столовую, как навстречу поднялся Итан Холбрук. Вероника скривилась. Даже поесть девочке не дадут.

– Господин полковник, я вынужден поднять вопрос о вашей мужской состоятельности, – язвительно скалясь, выдал этот урод.

Вероника Покровская

Да они издеваются что ли? Меня от размера мужской состоятельности Хассэля до сих пор потрясывает.

– Ваша связь не подтверждена. Каждому триирийцу это ясно, – продолжил наглец. Интересно, как они это определяют? У меня должна появиться какая-то метка после нашей близости или у Хаса? Ничего об отношениях между мужчиной и женщиной в файлах, оставленных мне Адонианом, не было. – Я хочу воспользоваться правом замены, – опять что-то неизвестное. И почему вдруг так тихо? Медленно повернула голову и поежилась.

На лице полковника читалось явное желание убивать. Он зло оскалился, а потом воздух ощутимо сгустился, окружающее пространство словно замерло на несколько секунд, а после Итан и все, кто стоял рядом с ним, просто упали и корчились на полу от боли. Еще пара секунд, и мужчины потеряли сознание.

– Капитан, – предостерегающе протянул доктор Мирэнс, – вы же понимаете, что это не выход. Вас в любом случае обяжут пройти процедуру подтверждения состоятельности, я мог бы провести ее здесь, не откладывая.

– Воздержусь, – отрезал полковник.

– Вам хорошо известны наши законы, господин Адониан. Я ведь могу и силой заставить пройти процедуру, – продолжил угрожать Мирэнс.

– А хватит ли у тебя этой силы, док? – вкрадчиво спросил Хассэль.

– Внимание команда! Код три один, – жестко бросил врач, поднимаясь, и вместе с ним встали со своих мест еще несколько мужчин.

Капитан стоял недвижимой скалой и снисходительно наблюдал за происходящим.

– Отставить! – гаркнул представительный офицер, который мог бы поспорить разворотом плеч с моим Хассэлем.

«Моим?» – удивилась собственным мыслям.

– При всем уважении, Мирэнс, ты перегибаешь. Я свидетельствую о недопустимости твоего приказа. Капитан не представляет опасности для экипажа. Миранда?

– Слушаю вас, старший помощник Скарэр, – из невидимых глазу динамиков раздался приятный женский голос.

– Собрать доказательства намеренных провокаций капитана в процессе обретения пары, – распорядился мужчина.

– Слушаюсь. Записи отправлены на ваш личный коммуникатор. Копия переслана капитану, – отчитался искусственный интеллект крейсера.

– Ты пожалеешь, Скарэр, что ввязался в это, – прошипел Мирэнс. – Взять капитана! – в ужасе распахнула глаза и уставилась на четверых здоровенных мужиков, которые двинулись в сторону Адониана.

Хас даже не стал подпускать их ближе просто сжал кулаки и снова воздействовал этой своей странной волной, раскидывая офицеров, как котят. Он шагнул ко мне с жутким кровожадным оскалом на лице, и я напряглась, инстинктивно отступая назад. Но вдруг его лицо разгладилось, и он весело подмигнул мне. Мозг лихорадочно заработал. У него все под контролем! Нужно просто подыграть, сделать так, чтобы все видели, что я напугана.

– Идем, Ника, – грубо рявкнул Хас и потянул меня за руку.

– Отпусти меня! – рявкнула не хуже него и сделала слабенькую попытку вырваться из жесткой, но бережной хватки.

– Капитан, девушка не желает идти с вами, – неуверенно протянул один из тех, кто продолжали сидеть за столом.

– Хочешь помешать мне, Алекс? – снова зарычал Хас, но прежде шепнул мне на ухо, так, чтобы слышала только я: «Верь мне».

– Отпустите Веронику, – не сдавался этот Алекс, поднимаясь. Вслед за ним встали еще несколько мужчин.

Адониан рванул к выходу, таща меня за собой. Офицеры бросились нам наперерез, но не успели. Похоже, они пытались воздействовать на полковника своей силой, но ничего не вышло, а, может, боялись задеть меня. В любом случае, мы оказались в коридоре. Я снова рыкнула:

– Отпусти меня! – И даже стукнула кулачком по твердому плечу.

– И не подумаю! – самодовольно бросил он и перекинул мою тушку через плечо.

– Остановите капитана! – крикнул выбежавший следом доктор, привлекая внимание группы офицеров, шедших нам навстречу.

Пока они недоуменно переглядывались, пытаясь решить, стоит ли им исполнять распоряжение Мирэнса, Хассэль снова выпустил свою волну, придавливая подчиненных к полу. Обойдя очередную скульптурную композицию, он ускорился, ныряя в следующий коридор, а я залипла на крепких аппетитных ягодицах, что двигались прямо перед моими глазами. Возникло странное, почти невыносимое желание куснуть аппетитную половинку и игриво шлепнуть.

Рука сама собой скользнула вниз по широкой спине и умостилась на его заднице. Очнулась только тогда, когда наглые пальцы уже вовсю сжимали упругую половинку, а я тихонько урчала от удовольствия.

Хассэль сбился с шага и рвано с шипением выдохнул. Двери каюты капитана открылись, и мы повалились на пол прямо на мягкий ковер. Адониан крепко удерживал меня руками и пристально смотрел в глаза, а потом вдруг расхохотался, да так заразительно, что я просто не смогла удержаться и засмеялась.

– Надеюсь, теперь ты объяснишь мне, что это было? – внезапно утратив всю веселость, твердо спросила его.

## Глава 10

Хассэль Адониан

Вероника снова оказалась на высоте. Не задавая лишних вопросов, она весьма убедительно разыграла нежелание подчиниться мне, а я, будто дикарь, утащил ее в свою каюту. По дороге пришлось немного помять нескольких офицеров экипажа, да и прихвостням Мирэнса досталось от меня. Интересно, что ему пообещал советник по безопасности в обмен на маленькую услугу? Почему я уверен, что это именно его происки? Все просто. В моем ведомстве ничего не происходит без его ведома. Значит, у нас весьма серьезный противник. Теперь становится абсолютно понятным, почему служба гражданских состояний не особенно спешит удовлетворить прошения юридического консультанта. Надеюсь, при моем личном присутствии все пойдет быстрее.

– Хас, я жду ответа, – напомнила о себе Вероника.

Тяжело вздохнув, потянул девушку за руку, помогая встать с пола. Усадил ее на диван, а сам отошел подальше от своего личного искушения.

– Прошение о твоем гражданстве и заявление на покровительство так и не было рассмотрено, – мрачно начал я.

– Так понимаю, это не нормально, – задумчиво протянула Ника.

– Верно. А вместе с тем, что док явно провоцирует меня в не самый стабильный период, – не просто не нормально, а подозрительно. Вывод напрашивается сам собой: кому-то очень не хочется, чтобы ты стала полноценной гражданкой Триирии.

– И ты знаешь, кому именно? – проницательно спросила девушка.

– Доказательств, конечно, у меня нет… пока, но, как только прилетим домой, я их обязательно добуду. Там мои руки будут развязаны, а здесь, в открытом космосе, мне нельзя рисковать.

– Получается, все, что было в столовой уже второй день подряд – это спектакль, разыгранный специально для тебя? Но какая цель? Ну позлишься ты, ну подравняешь нахалам физиономии, а дальше что? – задала вопрос Вероника.

– Цель – сделать так, чтобы ты не приняла меня, чтобы испугалась моего темперамента и отказалась. Одна, без защиты, ты будешь легкой добычей, – пояснил для нее.

– Со мной они явно просчитались, – уверенно заявила моя девочка. – Я не склонна к поспешным выводам и решениям. А уж после того, как мы поговорили, все встало на свои места. Что предлагаешь? – деловито спросила она.

– Подыграем пока. Только прошу тебя, без меня ни с кем не говори, не ешь и не пей ничего, что я лично не проверил, – серьезно настаивал в ответ.

– Думаешь, меня попытаются отравить? – удивилась девушка.

– Не в том смысле, в котором ты подумала. В арсенале Мирэнса есть спец средства для подавления воли, контроля сознания, сильнейшие стимуляторы физического влечения и агрессии, – перечислял я. – Не пройдет и пары стандартных секунд, как ты окажешься в постели с Итаном, например, где он со всем старанием подойдет к процессу подтверждения вашей связи. С учетом отсутствия у тебя гражданства, ты станешь его бесправной рабыней, точнее игрушкой в руках советника по безопасности.

– Какие ваши мужчины, однако, затейники, – нахмурилась девушка.

– Прости меня, малыш, – покаянно склонил голову, – я надеялся, что у нас есть в запасе хотя бы несколько дней, думал, что мое положение станет гарантией твоей безопасности, но просчитался.

– Как нам теперь быть? – Вероника подняла на меня испуганные глаза.

– До прилета – следовать их планам, а на планете у меня есть доверенные триирийцы, вместе мы справимся, – ответил ей, сознательно утаивая кое-что еще.

– Хорошо, надеюсь, это сработает, – неуверенно произнесла землянка и зябко передернула плечами.

Мгновенно шагнул обратно к дивану и затянул Нику к себе на колени. Обнял, крепко прижимая к себе, стараясь передать ей уверенность, которой и сам не испытывал.

– Все будет хорошо, вот увидишь. Тебе еще понравится у нас на планете, – уговаривал ее или сам себя?

– Расскажи мне о Триирии, – попросила девушка. – Хотя нет, лучше расскажи, почему едкие и неприятные замечания других мужчин так взрывают твое спокойствие? Почему ты так бурно реагируешь? Что за странные обвинения в мужской несостоятельности? – Вероника так и сыпала неудобными вопросами.

И как ответить ей, если решил не давить? Ведь причина моего поведения проста – незакрепленная связь. Энергия, найдя, наконец, избранницу, требует соединиться с ней физически, установить прочную связь. Для триирийек в близости с мужчиной нет ничего такого. Очень многие из них, прежде чем вообще рассматривать очередного кандидата, проводят с ним ночь, проверяя, насколько искусен потенциальный муж или любовник. Но землянки другие. Это я понял из немногочисленных данных, которые удалось собрать. На них ни в коем случае нельзя давить. А уж если попробовать заставить, принудить, используя достижения нашей науки, это гарантированно отвратит девушку. Ненавидеть они умеют.

Кроме того, что мой внутренний источник успокоится, у нас появится неоспоримое доказательство принадлежности друг другу. Метка, видимая в особой комбинации лучей спектра. Ее не спрятать, не стереть. При наличии такой метки, служба гражданских состояний обязана подтвердить брак с автоматическим присвоением гражданства. Да, это бы решило массу проблем, но вряд ли остановило бы советника по безопасности.

Вероника терпеливо ждала моего ответа, а я игриво коснулся пальцем кончика ее ровного носика и произнес, улыбаясь:

– Как много вопросов, звездочка моя! Все дело в наших различиях, – решил ограничиться полуправдой я. – То, что нормально для нас, вызывает в тебе недоумение и даже шок и наоборот. Но не волнуйся, со временем мы во всем разберемся и научимся лучше понимать друг друга. Ты изучила файлы, которые я оставил тебе? – решил перевести тему.

– Нет, конечно, – рассмеялась она. – Мне там, похоже, на всю жизнь хватит. Но в них не было ничего о взаимоотношениях ваших мужчин и женщин. А еще о правах и обязанностях, которые я получу вместе с гражданством, разумеется кроме брака с тремя мужиками.

– Ты обязательно еще увидишь кучу плюсов в таком союзе, – хитро подмигнул ей, а она тяжко вздохнула. – Сейчас мне нужно идти на мостик. В последние дни мой помощник, Скарэр, и так взял все управление на себя. Ему нужен отдых. Прости, что вынужден снова оставить тебя и очень надеюсь на твое благоразумие, – напомнил ей еще раз.

Девушка явно хотела что-то возразить, но так и не решилась, и просто кивнула.

Доктор Мирэнс, медицинский отсек на Алинар-152

– Как успехи? – не утруждая себя приветствием, спросил советник по безопасности, едва только Мирэнс ответил на срочный вызов.

– Полковник нестабилен. Благодаря усилиям Итана Холбрука и других доверенных офицеров он совершает ошибку за ошибкой. Их связь с землянкой еще не закреплена. Сегодня я обвинил Адониана в мужской несостоятельности и настаивал на проведении необходимых тестов, но он отказался, – рапортовал док.

– Подозревает что-то, – нахмурился Тилариус. – У вас осталось два дня до прилета на Триирию. Что еще? Как ведет себя девушка?

– Она боится его, не желает быть рядом, но он не слушает ее, каждый раз утаскивая к себе в каюту и запирая там.

– Почему не заберете девушку к себе? – раздраженно спросил советник.

– У нас нет возможности вскрыть каюту капитана. Инициация протокола три один не удалась. На сторону кэпа встал старший помощник Скарэр. Сама Вероника нам не открывает, – ответил Мирэнс.

– Нужно действовать более решительно, – поджав губы, выдал советник. – Адониан должен получить такую дозу возбудителя, чтобы не смог контролировать себя.

– Господин Тилариус, в таком состоянии он может навредить девушке, – испугался доктор.

– Ничего, в капсуле сам все исправишь. Главное, чтобы землянка отвергла Хассэля, остальное – допустимые потери, – холодно отбрил триирийец и оборвал связь.

Не думал врач, что его амбициозные планы обойдутся так дорого. Но теперь для него нет пути назад. Тяжело поднялся и открыл сейф, достал из него бокс и откинул крышку. Внутри находились несколько ампул для инъектора. Взяв нужную, заправил в небольшое устройство. Если использовать всю, возбуждение будет приносить сильнейшую физическую боль, туманя разум, вынуждая сделать все, чтобы получить разрядку и не единожды. Все самые скрытые, потаенные желания и темные фантазии выбираются наружу, требуя удовлетворить их. А что скрывается внутри всегда собранного, холодного и даже чуть отрешенного полковника даже представить сложно. На секунду доку даже стало немного жаль землянку, ведь сегодня ей придется встретиться лицом к лицу со зверем, но лишь на секунду. Себя Мирэнс жалел куда больше. Советник Тилариус злопамятен и мстителен. Рука привычно убрала ампулу в карман формы, и врач вышел в коридор, привычно заблокировав медицинский отсек.

Хассэль Адониан

– Хас, ты же знаешь, что я всегда на твоей стороне, – дождавшись, пока мы остались на мостике вдвоем, проговорил мой старший помощник. Я только кивнул, изучая навигационные карты, составленные штурманом.

По его предложению выходило, что мы сможем попасть домой почти на четверть стандартных суток быстрее, чем по принятому маршруту. А всего-то и надо было обогнуть туманность Самера по измененной траектории и пройти через систему Гора мимо первой планеты. Риск быть притянутыми гравитационным полем увеличивался, но Алинар справится. Ресурс нашего двигателя позволяет и не такое.

– Что у вас там происходит, объясни мне? – продолжил Скарэр.

– О чем ты? – все еще размышляя, безразлично спросил помощника.

– Хватит, Хас! – рыкнул триирийец, заставляя меня встрепенулся. – Объясни мне, какой глосс укусил нашего Мирэнса за его худосочную задницу?

Тяжело вздохнул и поднял глаза на друга.

– Все сложно, – наконец, выдавил я. – Не поверишь, но мне думалось, у меня будет хоть немного времени, пока мы не вернемся на Триирию, но сложности начались уже сейчас.

– Говори яснее, – не сдержавшись, потребовал Скар.

– Веронику планируют забрать у меня и вовсе не те твари, с чьей базы мы ее достали. Хотя их тоже нельзя сбрасывать со счетов. Угроза исходит с самого верха, – многозначительно ответил ему.

– Мирэнс замешан, – полуутвердительно произнес старпом.

– Я в этом уверен, – ответил ему.

Двери на мостик с тихим сигналом раскрылись, впуская очередную смену дежурных офицеров, и Скарэр бросил мне:

– Будь осторожен.

Распорядился изменить курс по новой навигационной карте и, воспользовавшись перерывом, собрался отнести Нике обед. Никого из экипажа уже не было в столовой. Методично расставил на подносе тарелки, поднял его и развернулся к выходу.

– Я уже отнес поесть Веронике, раз вы не в состоянии позаботиться о девушке, – нагло ухмыляясь, заявил Итан Холбрук, неспешно двигаясь между столами прямо ко мне.

Ярость и страх снова подняли свои уродливые головы, туманя разум. Что, если ей уже подсыпали что-то в еду? Желание убивать стало столь сильным, что я едва сдерживал себя. Я должен был покарать наглого мальчишку, дерзнувшего покуситься на самое дорогое. Отставив поднос, сделал резкий замах и ударил прямо в челюсть, истово желая стереть бесящую улыбку с лица соперника. Голова Итана мотнулась назад, по инерции он сделал шаг от меня, в тот момент мне показалось, что его глаза сверкнули триумфом, но я не мог быть в этом уверен. Картинка перед моим лицом смазалась и потемнела. Потеряв ориентацию, качнулся, пытаясь удержаться на ногах и помотал головой. Колени подогнулись, устоять я уже не мог. Что, к черным дырам, происходит? Сознание помутилось. В себя пришел резко.

– Капитан! Эй! Капитан! Как вы? – озабоченно спросил Итан, склонившись надо мной и хлопая по щекам. – Может, вам все же не стоит упрямиться и посетить медблок? С вами явно что-то не то.

– Сам разберусь, – зло рыкнул и тяжело поднялся, опираясь на руку.

– Как угодно, – безразлично бросил Холбрук и, как ни в чем не бывало, покинул столовую.

Странный жар распространился по телу, стекая крупными каплями по позвоночнику, скапливаясь в копчике, опоясывая низ живота, вызывая невыносимое возбуждение, до боли, до сведенных пальцев, до судорог. В горле пересохло, но мозг еще продолжал сопротивляться сильнейшему воздействию. Взвыл раненным зверем и попытался связаться со Скарэром, но ничего не вышло. Перед глазами все плыло, пальцы не попадали в нужные пункты меню на коммуникаторе, голос отказывался подчиняться. Вместо слов получались неясные хрипы. Отчаявшись позвать на помощь, шатаясь и держась за стены, я медленно двигался по коридорам крейсера, стараясь добраться до камер для перевозки опасных преступников, но не успел. Сознание помутилось, осталась единственная мысль, ставшая навязчивой идеей, – мне нужна моя Вероника.

## Глава 11

Следующее прояснение рассудка случилось, как только я вошел в собственную каюту, а землянка шагнула мне навстречу, но резко затормозила. Мне о подобной роскоши можно было только мечтать. Буквально впечатал ее в свое тело, жадно запуская пальцы в волосы, хрипел что-то в аккуратное порозовевшее ушко, а пальцы уже пытались избавить ее от одежды.

Вероника Покровская

Хас набросился на меня ураганом. Крепко прижимая меня к себе, он скользил ладонями по моему телу, хрипя в беспамятстве:

– Я так хочу тебя, маленькая. Яйца сейчас просто разорвет.

Руки резко дергали мою одежду, а я перехватила его лицо и пристально посмотрела в глаза. Зрачок полностью заполнил радужку и странно пульсировал, дыхание было тяжелым и сиплым, губы пересохли, на висках проступили капельки пота.

– Хассэль, что с тобой? – спросила его, но он, похоже, вообще не слышал меня.

И тут в голове возник фрагмент нашего с ним утреннего разговора о спецсредствах, способных лишить любое существо разума. Черт! Его отравили!

Тем временем полковник ловко развернул меня к себе спиной и подтолкнул к дивану, вынуждая опуститься на него коленями и прогнуться. К попке прижался напряженный пах. Хас потерся бедрами и заскулил, а в следующий момент лихорадочно начал стаскивать мои штаны.

– Нет! Остановись! – воскликнула я и попыталась вырваться, но куда там. Проще сдвинуть с места тяжеленный шкаф, чем возбужденного триирийца. – Не надо, прошу тебя! – старалась докричаться до него самого и изо всех сил удерживала штаны на месте.

Адониан рыкнул и просто разорвал мешавшую ему ткань. От бессилия слезы брызнули из глаз.

– Если ты сделаешь это с нами, – зло рыкнула я, глотая горечь, – я возненавижу тебя! Борись, черт тебя дери!

На несколько мгновений полковник замер и ослабил хватку. Этого было достаточно, чтобы я вывернулась и отпрыгнула от неадекватного мужчины подальше.

– Ника, – растерянно произнес он, в ужасе глядя на мою разорванную одежду, – прости меня, я не хотел. Это сильнее меня, – он отошел к двери и с силой приложился затылком о прочный материал, пытаясь через боль вернуть себе способность мыслить адекватно. Он крепко стиснул зубы, на щеках заходили желваки. – Возле стола есть закрытая ниша, в ней заряженный инъектор. Быстрее… ты должна вколоть мне препарат, иначе в течение ближайших часов пяти я буду насиловать тебя, – Хас буквально выталкивал слова из горла, пытаясь справиться с воздействием.

Подбежала к рабочему столу и провела браслетом по стене. Едва заметный индикатор противно пискнул и зажегся красным.

– Не выходит! – воскликнула в отчаянии.

– Гребаные черные дыры! – зарычал Адониан, а потом мучительно застонал, прижимая ладонью внушительную выпуклость на штанах.

Шаг, другой, он, словно пьяный, пошатываясь, шел ко мне, в глазах вновь ни грамма сознательности.

– Хас, ты пугаешь меня, – прошептала я, вновь отступая, со всей неотвратимостью понимая, близость между нами неизбежна. Даже Адониану не под силу побороть воздействие препарата. Значит, либо мы оба получим удовольствие, либо он действительно возьмет меня силой, перечеркивая тем самым наше общее будущее. Приняв для себя решение, я вдруг успокоилась. В голове сформировался четкий план действий.

– Раздевайся, – приказала ему.

Мой полковник замер, помотал головой и по-военному четко выполнил приказ, разоблачаясь за несколько секунд. Большой возбужденный член с бардовой головкой поднялся еще чуть выше и дрогнул, будоража своим размером. В расселинке сверкнула прозрачная капля.

– Ложись на кровать, – вновь скомандовала я.

Повернувшись ко мне спиной, Хассэль прошел в спальную зону, прекрасный в своей наготе. Упругие ягодицы притягивали взгляд. Широкая мощная спина, узкая талия, длинные ровные ноги… М-м-м-м-м, сама себе завидую. И этот шикарный мужчина прямо сейчас умирает от желания. Упершись коленом в матрас, выставляя соблазнительные половинки напоказ, триирийец лег на спину и вопросительно посмотрел на меня. Под вновь затуманившимся взором сорвала с себя тряпки, бывшие моим костюмом, и шагнула к нему.

– Не двигайся, – предупредила его, устраиваясь на коленях между широко разведенных ног.

Длинный толстый ствол подрагивал в нетерпении. Потом, позже, я обязательно поиграю с этим великолепным телом, буду дразнить, доводить до исступления, но не сейчас. Сейчас самое время перейти к главному блюду. Склонилась над яркой алой головкой и широко лизнула нежную влажную кожу. Хас зашипел и вцепился пальцами в простыню. Ткань жалобно затрещала и треснула. Обняла губами навершие и скользнула вниз по толстому стволу, перевитому венами, вбирая этого здоровяка как можно глубже. Мужчина громко и протяжно застонал, хватаясь руками за изголовье. Тугие мышцы на руках натянулись, грудная клетка выгнулась. Пробежала пальчиками по кубикам пресса, обводя каждый, спустилась к лобку и обернула ладонь вокруг массивного основания, помогая себе рукой. Я скользила языком по всей невероятной длине, прихватывала кожу губами и снова втягивала в рот, наращивая скорость. Хассэль уже просто рычал, умоляя не останавливаться. Сжимая губами твердую плоть, опустила руку на твердые яички, разминая и лаская чувствительное местечко, и еще дальше к промежности. Надавила указательным пальчиком и провела между половинками до самого копчика и обратно. Хас вскрикнул, член увеличился еще немного и запульсировал, выплескиваясь в мой рот.

Выпустила слегка опавший ствол изо рта и внимательно посмотрела на мужчину. Триирийец тяжело с хрипами дышал, его грудь высоко вздымалась. Ресницы затрепетали. В синем взгляде плескалось невероятное удовольствие и вина, закручиваясь в невообразимый коктейль.

– Маленькая моя, – сумел выдавить он, – прости меня…

– Не пойму тебя Хас, ты извиняешься за то, что кончил? – лукаво подначила его.

– Не-е-е-е-ет, – восторженно протянул он, – за то, что не оставил тебе выбора.

– Об этом мы поговорим после, – отмахнулась я. – Сколько еще будет действовать та дрянь, которой тебя накачали.

– Судя по концентрации, одного раза будет явно недостаточно, – покачал головой Адониан, вновь опаляя жарким взглядом.

– Тогда продолжим, – с предвкушением мурлыкнула и стянула трусики.

Триирийец тяжело сглотнул. Черный зрачок вновь заполнил всю радужку и даже больше, ритмично пульсируя в так сбившегося дыхания, вгоняя меня в гипнотический транс. Спортивная маечка отлетела в сторону, выпуская тяжелую грудь. Соски сжались в тугие вишенки, и я беззастенчиво прошлась самыми кончиками пальцев от солнечного сплетения к ямочке пупка и нырнула между влажными губками, с силой обводя напряженный клитор. Хассэль пошло облизал губы, жадно рассматривая меня.

– Ты ведь не против доставить своей женщине удовольствие? – томно протянула я, но на вменяемый ответ уже можно было не рассчитывать. Короткий момент просветления закончился, моим полковником сейчас снова владело желание.

Затолкнув куда подальше некстати вынырнувшее смущение, соскочила на пол и шагнула к изголовью кровати. Не давая себе и шанса передумать, развернулась к мужчине спиной и перекинула ногу через широкую грудь. Прогнулась, опускаясь на подрагивающий от напряжения живот, бесстыдно открывая себя алчному взору триирийца. Он еще не коснулся меня, просто смотрел, но это ощущение голодного темного порочного взгляда буквально придавило меня к великолепному торсу, заставляя еще шире развести бедра.

Первое широкое уверенное движение гибкого языка, как ядерный взрыв. Хасу пришлось удерживать мои бедра на месте. Ноги задрожали, не справляясь с накалом чувств, и я хрипло выдохнула прямо в подрагивающую перед моим лицом головку большого члена. Умелый язык распалял меня все сильнее, облизывая промежность, дразня вход самым кончиком. Внутри все горело от необходимости быть заполненной им. Пожалуй, сейчас я очень хорошо понимала его одержимость. Когда к языку присоединились пальцы, растирая нежную набухшую плоть, обводя клитор и снова возвращаясь к жаждущему ласки лону, мои губы плотно сомкнулись вокруг розового навершия. Опустила голову, стремясь к абсолютно гладкому лобку, с силой вбирая твердый подрагивающий ствол в рот до самого горла. Хас томно выдохнул и дразняще проник внутрь одним пальцем совсем немного. Так чертовски мало! Возмущенно двинула бедрами, пытаясь получить больше, и с пошлым звуком выпустила член изо рта. В этот же миг сразу два пальца вонзились в лоно, упираясь костяшками во вход. Он надавил чуть сильнее. Я почти потеряла голову от остроты ощущений, словно его огромный мощный член пытается протиснуться в узкое нутро. Хассэль развернул ладонь и согнул пальцы внутри, стимулируя заднюю стенку. Задрожав, я облизала толстый горячий ствол языком, обводя каждую вену, прихватывая губами кожу. Триирийца словно взорвало изнутри. Он исступленно двигал во мне уже тремя пальцами, раздвигая их внутри, расширяя, готовя для себя. Его руку сменял гибкий язык, проникая в лоно и облизывая влажные складочки. Я стонала в его твердую плоть, подмахивая бедрами. Позвоночник ошпарило кипятком, лавиной устремившимся к низу живота. Тело выгнулось. Хас удвоил свои усилия, заставляя огненный океан внутри закипеть. Я снова склонилась к его члену и жадно втянула в рот. Качала головой в такт движениям Адониана. Сжала ладошкой яички и надавила на чувствительную точку сразу за ними. Мужчина как-то беспомощно вскрикнул, наполняя рот своим освобождением, тем самым подстегивая мой собственный великолепный оргазм. Лоно судорожно пульсировало, затягивая умелые пальцы Хаса еще глубже, в глазах потемнело, и я без сил упала на него. Мужчина осыпал промежность нежными поцелуями, успокаивая, и с низким стоном удовольствия откинулся на подушку.

– Надеюсь сейчас перерыв будет подольше? – спросила его, устраиваясь на широкой груди. – Да, кстати, как у вас обстоят дела с контрацепцией?

– Не волнуйся об этом, – мурлыкнул Хассэль. – Каждый мужчина делает специальную инъекцию.

Он притянул меня ближе к себе и развернул за подбородок, пристально глядя в глаза.

– Ты решилась?

– Не вижу смысла тянуть, – ответила ему. – Тем более в твоем состоянии.

Лицо Адониана помрачнело.

– Меньше всего я бы хотел, чтобы все произошло вот так. Я был готов ждать, сколько угодно, дать тебе время принять нашу связь, а на деле…

Прервала его, кладя пальчик на пухлые губы, и произнесла:

– Знай, я ни о чем не жалею.

Призрак

– Мой господин, – в кабинет зашел слуга, низко кланяясь, – триирийцы забрали землянку и летят с ней на свою планету.

– Кто командир корабля? – уточнила массивная фигура в глубоком капюшоне.

– Полковник Хассэль Адониан, – доложил мужчина.

– Интересно, – протянул хозяин и задумался.

Прислужник молча ждал дальнейших указаний, но Призрак не спешил, прикидывая варианты. По всему выходило, что столь ценную особь необходимо вернуть. У него были на нее грандиозные планы, и совет Триирии, который обязательно попытается заполучить девушку, в них совершенно не вписывался. Пора задействовать особые рычаги. Махнув рукой слуге, он активировал рабочую консоль. Выбрав нужного абонента, Призрак активировал программу шифрования и блокировки сигнала. Вызов прошел, и мужчина терпеливо ожидал, пока нужное существо ответит. А вот, наконец, и он.

– Ваше Высочество, – ровно произнес мужчина, как только проекция его собеседника появилась в рабочем кабинете.

– Кто вы? – нахмурился длинноволосый брюнет с удивительно белоснежной кожей.

– Это не имеет никакого значения. Мне нужна от вас небольшая услуга. Поверьте, в ваших же интересах сделать все так, чтобы я остался доволен, – ответил Призрак.