Денис Бабич
Идеальный мир

Профессор Курашев гигантскими шагами прохаживался по небольшой комнате, пересекая ее то в диагональном, то в поперечном направлении. Я пристально вглядывался в его лицо, пытаясь уловить хоть какие-то признаки безумия, которые за 25 лет работы в психоневрологическом диспансере умел определять безошибочно и даже чувствовал, как говорится, кожей. Но взгляд профессора был на удивление нормальным, чего нельзя было сказать о его речах. Если бы такое говорил ребёнок, я бы, мило улыбнувшись, посоветовал его родителям меньше позволять ему проводить время перед телевизором за просмотром современных фильмов. Но передо мной стоял, а точнее, бегал из угла в угол, взрослый человек с высшим образованием и степенью доктора наук и нёс такое, что менее опытный психиатр уверенно бы поставил ему диагноз.

– Физики давно допускают многослойность пространства, – вещал профессор, сшибая стулья, – но эти бараны из Академии даже слышать не хотят о финансировании подобных исследований. Да и черт с ними! Я всегда говорил: если есть мозги, деньги не нужны. Все гениальные открытия просты, а мир устроен проще, чем мы думаем. На кой чёрт его усложнять?! Единая формула – вот что надо искать. Все открытые нами законы природы это всего лишь следствие из Единого Закона. Откроем его и сразу получим ответы на все вопросы!

Я покорно кивал, поглядывая на часы. Просьба моего школьного друга «заглянуть к нему на полчасика» оборачивалась лекцией, на которую мне совершенно не хотелось тратить воскресный день. Тем более, что к обеду меня ждали в одном очень приличном ресторане.

– Каждое событие имеет варианты, – продолжал профессор, не обращая внимания на моё недовольство. – Оно может случиться, может не случиться, а может пойти совершенно по другому сценарию. И каждый вариант порождает новые миры. Да что там событие! Даже намерение совершить действие уже порождает другую, параллельную реальность. И таких реальностей – бесконечное множество. Пространство, как слоеный пирог, оно как бы размножает само себя.

Я решил не уточнять детали данной теории, надеясь освободиться от общества профессора хотя бы минут через двадцать. Но у моего ученого друга явно были другие планы.

– Большинство из этих миров почти точные копии друг друга, – продолжил он с интонацией лектора, – потому что различия в вариантах, как правило, незначительные. Действительно, захотел ты пройти к дому по Остоженке, а потом взял и свернул на параллельную Пречистенку. Это никак не повлияло на дальнейшее развитие событий – в итоге ты оказался дома. Но при этом возникло два варианта альтернативной реальности, и они как две капли воды похожи друг на друга. А вот если, проходя по параллельной улице, ты встретил любовь всей твоей жизни или тебя сбила машина, – профессор постучал по деревянному письменному столу и трижды сплюнул через плечо, – то в возникшей параллельной Вселенной события пойдут совершенно по другому, и она перестанет быть похожей на ту, где ты не изменил свой привычный маршрут.

Я устало кивнул. Этот бред я много раз слышал по РЕН ТВ и читал в интернете. Профессор, увидев мое разочарование, оживился.

– Так вот, – воодушевленно продолжил он, как будто итогом его рассказа должна была быть необычайная сенсация, – похожие миры, где события практически ничем не отличаются друг от друга, расположены так плотно и так близко, что мы иногда перескакиваем из одной реальности в другую, не замечая этого.

Я опять кивнул и добавил:

– И поэтому возникает синдром дежавю.

– Нет… – поморщился профессор, – дежавю не имеет к этому никакого отношения. Это я установил точно. Дежавю возникает, когда мы оказываемся в аналогичном месте при аналогичных условиях. То есть ощущение, что с нами нечто подобное уже было – не обман восприятия. Такое действительно было и сейчас повторилось в максимально похожей обстановке. Но это не важно… А важно то…

Тут профессор замолчал и загадочно посмотрел на меня, как бы размышляя, сообщать ли мне эту новость сейчас или перед этим одеться во фрак и включить торжественную музыку.

– А важно то, что во всех этих множествах похожих и совершенно разных миров есть и ты, и я, и абсолютно все люди. Мало того, даты рождения у всех этих людей во всех мирах одинаковые. Даты смерти могут различаться, а вот рождение – константа.

– Из чего сие следует? – устало спросил я.

– О, об этом чуть позже… А сейчас о другом. Ты же слышал, – он небрежно махнул рукой куда-то в сторону, намекая на сомнительные источники информации, – что возможно перемещение между параллельными реальностями?

Я пожал плечами.

– В научной фантастике…

– Ничего подобного! Теоретическая физика давно доказала такую возможность.

– Она и перемещение во времени доказала. Теоретически, – съязвил я.

Профессор опять презрительно махнул рукой в сторону сомнительных источников информации.

– Время это пустяки. А вот возможность перемещения между параллельными мирами приводит к одному важнейшему следствию.

– К какому? – спросил я из вежливости и тут же пожалел об этом, посмотрев на часы.

– К тому, что система координат не четырехмерна. Да она и не может быть четырёхмерна!

Я выжидающе молчал.

– Подумай сам. Если у пространства есть длина, ширина и высота, то почему у четвертой координаты – времени – только одно направление? Должны быть как минимум еще два!

Я хмыкнул и покачал головой. Мне это неожиданно показалось разумным.

– Действительно… и что же это за направления?

Профессор торжественно забегал по комнате, а потом резко остановился.

– Ось Икс – это всем известное четвертое измерение – время. В одном направлении она ведет в будущее, в противоположном направлении – в прошлое. Прошлому соответствуют значения на оси Икс со знаком минус. А вот ось Игрек – это и есть движение сквозь параллели пространств. Ибо если есть параллельные пространства, то сквозь них должно быть движение, а значит должна быть и ось координат!

– Интересно, – покачал головой я, – а ось Зет?

– Зет? – переспросил профессор и поднял палец вверх, указывая привычное направление оси Зет. Увидев, что я в некотором замешательстве, он вслед за пальцем вознес к потолку глаза.

– Неужели?… – поразился я.

– Именно! Это направление в другое измерение, в мир с другими законами, туда, где существует сознание после смерти.

– Очень красивая теория, – признал я, всё еще сожалея, однако, что пропускаю званый обед.

Тут профессор изменился в лице и улыбнулся краешком рта.

– Это не теория, – произнёс он и посмотрел на меня в упор.

Увидев, что я не реагирую, он продолжил.

– Переход в похожие параллельные миры часто происходит сам собой, потому что для этого не нужно много энергии. Это может случиться даже при резкой перемене погодных условий или, например, в грозу. А вот чтобы перенестись в миры, где события кардинально отличаются от нашего мира, энергии нужно много. Нужен огромный электромагнит. В журнале «Наука и Жизнь» была статья, в которой сообщалось, что если создать электромагнит площадью с Западную Сибирь, то можно искривить пространство, и расстояние от Земли до Альфы Центавра станет равным одному метру. Так вот, автор статьи был абсолютно прав. Ошибся он лишь в одном. Этим достигается не искривление пространства, а перемещение сквозь параллельные пространства.

– По-моему, электромагнит размером с Западную Сибирь – это даже не теория, это сказка, – прервал я рассказчика.

– Получать энергию, увеличивая размер электромагнита – это чесать левой рукой правое ухо, – ответил довольный профессор, – в этом и состоит моё открытие. Я изменил принцип электромагнита, а точнее, я создал правильный электромагнит. Все электромагниты, которыми пользовалось человечество сотню лет, были сделаны как бы шиворот навыворот. А правильное расположение сердечника относительно обмотки даёт неисчерпаемый источник энергии любой величины.

– Интересно, – чуть не зевнул я, – и каковы практические результаты?

– Они в этом ящике, – торжественно произнес профессор, указав рукой на письменный стол.

– Хм, – оживился я, – там тот самый электромагнит?

– Сначала я отвечу на твой первый вопрос: откуда я знаю, что в параллельных мирах живут все те же люди, что и в нашем, и что родились они в одни и те же дни.

– Интересно, и почему?

– Потому что я сам это видел…

Вот тут я очень пристально вгляделся в лицо моего друга. Я надеялся уловить в нем признаки помешательства, которые иногда хорошо маскируются под маской чудаковатости у некоторых особо эмоциональных людей. Но глаза профессора были ясные, взгляд осмысленный и глубокий.

– Роберт, – обратился он ко мне чуть более серьезно, – я пригласил для этой беседы именно тебя. Ты – психиатр, а потому только ты сможешь поверить мне, потому что понимаешь, что я не сумасшедший. Ты сможешь объяснить всё, что в скором времени увидишь, с рациональной точки зрения, не списывая увиденное на сон или галлюцинацию. Ты-то умеешь отличать реальность от бреда.

– Несомненно, – насторожился я.

– С помощью созданного мною устройства я за этот месяц побывал в трёх параллельных мирах.

– Да?… – переспросил я, и тревога за разум моего друга многократно усилилась.

– Я знал, что потребуются доказательства, поэтому прихватил оттуда кое-что…

Я забыл про званный обед. Профессор точно сошел с ума! Такой случай будет прекрасной темой для докторской диссертации. А это стоит любого обеда.

Профессор тем временем открыл верхний ящик письменного стола и извлек оттуда цилиндрический предмет, похожий на небольшой фонарик. Из чего был сделан предмет, сказать было трудно, цвет его был неоднородный, желто-фиолетовый. Профессор сдвинул в сторону одну из его секций, направил на стену и нажал большим пальцем на небольшое углубление. Тотчас из предмета вылетел тонкий оранжевый луч, ударил в стену и исчез. Сквозь дымящиеся обои через образовавшуюся дыру в стене я увидел улицу. Луч прожег 50 сантиметров бетона за долю секунды.

– Надеюсь, у тебя не осталось сомнений? – мрачно спросил профессор.

Я прекрасно знал, что современные лазерные приборы – это либо безвредные лазерные указки, либо огромные установки, режущие тонкий металл за более длительное время, нежели продемонстрированный мне луч. Лазерное оружие подобной мощности, что было в руках у моего ученого друга, сегодня можно было увидеть только в кино.

– Что это? – еле слышно спросил я.

– Там, где я это взял, боевые лазеры существуют уже двести лет, – спокойно ответил профессор.

Тут мне показалось, что это не профессор, а я потихоньку лишаюсь рассудка.

– Я не понимаю, ты действительно…

– Я скажу тебе больше, – так же спокойно ответил профессор, – через несколько минут мы с тобой отправимся в подобное путешествие. И ты сам всё увидишь.

Даже не знаю, что я почувствовал в тот момент. Наверное, недоверие и надежду, что увиденные мною чудеса получат какое-то более трезвое объяснение.

– В истории человечества есть ряд событий – войны, революции, катаклизмы – которые изменяют ее ход, – продолжил профессор. – Чем раньше такое событие происходит, а соответственно, чем раньше возникает альтернативный вариант истории, тем большие отличия будут в этом альтернативном мире от нашего. Согласен?

Я кивнул, скорее, машинально

– Я побывал в трёх мирах. Первое мое путешествие было недалеким – в мир, где события разошлись 37 лет назад. Я попал в 1991 год. В тот его вариант, где события кардинальным образом пошли по-другому сценарию, и переворот не удался. Советский Союз удалось сохранить. Конечно, после этого было много моментов, когда история могла измениться, и путч, произошедший в 1991 году, случился бы позже. Но в том мире, где я оказался, удалось отразить атаки извне и даже перехватить инициативу в холодной войне. О том, что я узнал за неделю пребывания в Советском Союзе 2027 года, можно написать не одну книгу, настолько он отличается от той реальности, в которой мы существуем сейчас. Я, кстати, в том мире живу по этому же адресу и тоже профессор физики. Правда, семейное положение у меня несколько…

Профессор замолчал и посмотрел в пол.

– Ну да ладно, сейчас не об этом. А вот последнее моё путешествие состоялось в мир, где события разошлись, как мне удалось установить, примерно 1000 лет назад. Примерно, потому что с помощью разработанной мною технологи прицельно переместиться в какую-либо плоскость параллельного пространства невозможно. Еще только предстоит составить таблицу, в которой определённому количеству энергии, выделяемой моим электромагнитом, будет соответствовать перемещение в миры, разделившиеся в конкретную календарную дату. За неделю, что я пробыл в третьем мире, я не успел понять, когда именно могло произойти разделение. Тамошние обитатели плохо знают историю, как, кстати, и нынешние граждане, поэтому добиться от них точного хода событий тысячелетней давности было трудно. Этот мир был одновременно и похож, и не похож на наш. Я совершенно не понимал правил и традиций местных жителей. Но было и то, что совершенно не изменилось. Например, числа.

– Числа? – очнулся я от ступора.

– Да. Я сейчас живу в доме номер шесть, в двенадцатой квартире. В том мире я тоже обитаю в некоем строении (дома там имеют несколько другой вид и принцип, поэтому назову это строением), которое было шестым от края дороги и двенадцатым по счёту от центра Усадьбы. На территории Усадьбы жила большая семья. А я был в той семье…учителем.

– Невероятно, – выдохнул я.

– Да, я жил в отдельной пристройке, в соседних располагались другие работники, причем одного из них я совершенно точно несколько раз встречал на нашей лестничной площадке в этом мире.

– То есть внешность людей не меняется? – переспросил я.

– Совершенно. Только выражение лица сильно отличается. Очень сильно. Это иногда меняет лицо до неузнаваемости. Я как-то прогуливался по городу, который у них зовется Городня, и с помощью тахеометра, который захватил с собой в путешествие, определял координаты знакомых мест. В районе моего НИИ, в нашем мире это улица Донская, я встретил своего коллегу. Я с трудом узнал его. Он же не узнал меня вовсе. В этом мире он доцент, в том – Страж, вроде нашего милиционера. У него-то я и «одолжил», не совсем честным путем, этот лучемёт, как они его называют.

– Лучемёт? – переспросил я, – то есть язык в том мире русский?

– В общем, да, – ответил профессор, – только очень непривычный акцент. Так у нас говорят в некоторых дальних деревнях, сначала ничего непонятно, потом привыкаешь. Есть, конечно, совсем непонятные слова. Но общий смысл вполне ясен.

Слушая профессора, я всё больше сомневался в правдивости его рассказа и пытался найти объяснение боевому лазеру с позиций современной науки. Одного я не мог понять: зачем профессор несёт эту околесицу? Но в глубине моего сознания таилось слабое сомнение: а вдруг всё это правда? И я не знал, искать ли мне мысленно подтверждение словам моего друга или решительно отвергать сказанное им.

– Сегодня же мы совершим более удивительное путешествие, – прервал мои мысли профессор.

Я насторожился.

– Я хочу проверить мощность моего магнита, хочу отправиться в самую дальнюю точку расхождения событий.

Я почувствовал, что дело пахнет чем-то небезопасным, в чём замешено высоковольтное электричество. Мне стало не по себе. Я еще раз решил проверить ученого на психическую вменяемость.

– Дорогой профессор, – произнес я как можно более мягко, – а зачем это надо? Какой практический смысл от подобных путешествий? Я понимаю – перемещение во времени. Можно изменить прошлое, чтобы улучшить будущее. А насколько я понял, события параллельных миров никак не влияют на наш мир. Тогда зачем их исследовать?

– Хороший вопрос, – ответил профессор, – я тоже задавал его себе. Кроме этого лазера я пока не увидел ничего перспективного в таких путешествиях. Но, во-первых, если научное открытие сделано, его надо всесторонне исследовать, тем более, что данная технология перемещения по координате Игрек, о которой я говорил, тесно связана с перемещениями и по координате Икс, и по координате Зет, а во-вторых, знания более развитых миров очень могут помочь в нашем мире. Где-то наверняка уже придумали и лекарство от рака, и двигатели для дальних межзвездных полётов.

– С этим трудно не согласиться, – также мягко сказал я. – Но зачем в этих путешествиях тебе понадобился я?

– Очень понадобился, – оживился профессор. – В одиночку подобные эксперименты проводить опасно. В третьем мире мне пришлось применить лучемёт, чтобы остаться живым. Не зная местных обычаев, можно попасть в неприятную ситуацию. А ты, насколько я помню, мастер спорта по самбо. И вообще, вдвоём как-то веселее…

Я снова не увидел признаков сумасшествия в речах «пациента», и во мне шевельнулась некоторая уверенность в правдивости его рассказа.

– И что нам нужно для такого путешествия, – спросил я.

– Я всё приготовил, – ответил профессор. – Главное, захватить с собой лучемёт. Я, правда, не знаю, каким образом он заряжается и насколько в нём хватит заряда, но, думаю, больше одного раза нам не придётся им воспользоваться. Если что, лучше сразу сбежим.

– Куда же мы отправимся? – заинтересовался я, до конца всё еще не веря в возможность такого путешествия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.