Юрий Грушевный
S-T-I-K-S. По чужим следам

Глава 1 Не игрушки

Запой – как много страдания в этом коротком слове. Многие люди, не знакомые с проблемами алкоголизма или только встающие на этот путь, часто путают свои милые ребяческие развлечения с этим страшным состоянием. У запоя, в отличие от алкомарафонов и прочих увеселительных мероприятий с многодневным куражом и употреблением горячительных напитков, есть одна особенность – страдающий от этого ужасного состояния пьет, чтобы выжить. Да, вот прямо именно так.

Вы думали, эти бедняги с красными носами и трясущимися руками, пристающие возле «магазина у дома», хотят скрасить свой день? Им хочется забыться, а может и вовсе развеяться или повеселиться? Нет. Им хочется выжить, ибо плохо, физически и морально очень плохо. Так плохо, что не поможет ни одна таблетка. Нет сил переждать, пересидеть или перележать эти мерзкие ощущения. Кажется, что вот-вот и сдохнешь.

Недолгое освобождение дарит только очередная доза. Да и то, после пятого или шестого дня отпускает доза на два-три часа. Затем, при наличии достаточного количества «вещества», следует короткий и беспокойный сон, а после ад возвращается, и поиски новой дозы начинаются заново. Мир сужается до размеров бутылки. Единственной целью становится получить еще немного, еще чуть-чуть, чтобы продолжить свое жалкое существование. Все ограничения: социальные, моральные, нравственные, УК РФ и прочие – всё в этих поисках отходит на задний план.

Мой запой продолжался уже вторую неделю. В пору уже было вызывать врача, чтобы прокапал. Благо, деньги еще оставались, а телефоны таких специалистов висели на каждом столбу, особенно последние годы.

«Даже сериал сняли – „Капельник“. Хороший сериал, особенно сюжет про Куценко, – начался в гудящей голове внутренний монолог. – Нет, не буду. Раньше справлялся и сейчас справлюсь».

Лежа на неразобранном неудобном диване, я страдал от боли, ломающей саму мою суть, и смотрел в потолок.

«Как я дошел до такого? Как пришел сюда?» – тяжелыми шестернями крутились мысли в гудящей от многодневных злоупотреблений голове.

За каждой трагедией в этой жизни стоит человек и его ошибки. За моей трагедией, повлекшей множество личных потерь и приведшей к моему текущему состоянию, также стояла ошибка. Даже две. Гордыня и самонадеянность.

Будучи достаточно успешным и удачливым айтишником, к тридцати годам я имел уже очень многое. Несколько удачно запущенных цифровых проектов, а после хорошо перепроданных агрегаторам стартапов ВТБ и Сбера, свалили на мою голову огромные, даже по меркам столицы, деньги. К обладанию такими деньгами я оказался не готов. Богатство вскружило мне голову.

Дорогая квартира в центре столицы, шикарный дизайнерский ремонт, крутой электрокар от Порше и поездки по лучшим курортам практически ежемесячно. Это определенно был мой «Золотой век», золотые три года моей жизни.

«Видимо, тогда я прожил все лучшее в своей жизни, и теперь мне осталось только все худшее…»

Усиливающаяся головная боль заставила прекратить ностальгию, поднять тело с дивана и отправиться на кухню в поисках «анальгетика». Найдя на кухонном столе выпитую на две трети бутылку водки, носящую название славного города Архангельска, скрутил крышку и залпом выпил остатки. Горячая гадость провалилась в пустой и уже воспаленный от голодания и многодневного приема агрессивных жидкостей желудок. Живот резко и неприятно резануло.

– Поджелудка уже, что ли? – согнувшись, в поисках положения хоть немного облегчающего боль, в слух выдал я.

Поморщившись, медленно выпрямился, держась за живот, а после подошел и приложился губами к крану, включив холодную воду. Несколько секунд жадно глотал, разбавляя выпитое и пытаясь заглушить боль в животе. Начало медленно отпускать, выпитый анальгетик наконец начал действовать. Но внутренности заурчали.

В квартире есть нечего. Уже неделю я не выхожу из дома, телефон потерян или где-то валяется разряженный, доставка из-за этого также недоступна. Вчера были подъедены последние закуски, поэтому искать что-то съестное можно даже не пробовать. Чего не скажешь об алкоголе – в ящике водки, стоящем в углу пошарпанной старой советской кухни, стоит еще половина целых бутылок. Достал новый неначатый «пузырь», старый бросил в соседний ящик с мусором и пошел с бутылкой назад, к дивану.

«Хоть голову отпустило», – ухмыльнулся, быстро захмелев «на старые дрожжи».

Шестеренки заворочались быстрее. Ностальгия вернулась. Воспоминания полились в голову активнее.

Среди красивых женщин, что с радостью делили со мной бремя шальных денег, в одной из поездок в Испанию нашлась и «та самая». Милана была невероятно красива. Азиатские черты, темные волосы, высокая спортивная фигура, крепкая стоящая грудь и темные, слегка раскосые глаза, в которых я утонул. Наш роман завязался быстро, как впрочем, у меня и было все годы до этого, но продлился долго, что уже было для меня в новинку.

Вернулись с той поездки домой мы уже вместе. Красивый, веселый, тогда еще весь спортивный и рельефный, молодой и сорящий деньгами мужчина. У неё не было шансов устоять. Так не было, что по возвращению у нас появился ребенок – моя ненаглядная Айгуль. Отцовство, худеющий, несмотря на реинвестирование, финансовый баланс и растущие расходы, подтолкнули меня тогда начать что-то новое, гордыня – грандиозное.

Частые походы по врачам с малышкой, родившейся с несерьезными, но проблемами, подсказали идею – телемедицина. Возгордившись былым легким победам, я тогда подумал, что надо ворваться в это перспективное направление со своим передовым, флагманским продуктом и поставил на это все деньги.

Закон сохранения баланса денег и энергии во Вселенной отыграл – я прогорел.

Делать сырые решения и сливать их, больше, как идею, крупным игрокам и создавать свой серьезный и долгоиграющий продукт оказалось совершенно разными вещами. Вложившись в штат дорогих программистов, арендовав дорогой офис в Сити и закупив мощное оборудование, я совершенно не спланировал бюджет для игры в долгую. Занимаясь больше семьей и ребенком, мало уделял времени работе и контролю за сотрудниками. Вишенкой на торте стали «предбанкротные» метания. Когда деньги подошли к концу, я полез за инвестициями к старым и влиятельным знакомым. Те, увидев ситуацию глубже, мне ничего не сказали, а вот денег дали. Ожидаемо, уже через полгода за долги этот бизнес у меня и забрали.

Дальше историю моего падения можно не продолжать. Оказавшись не готовым к таким проблемам и привыкший к совершенно другому уровню жизни – я сломался и запил.

Требовательная красотка, увидев отсутствие денег и перспектив, ушла, забрав ребенка. Ну, как ушла. Будучи человеком достаточно порядочным, оставил им квартиру и машину и ушел сам. Разделил с бывшей семьей оставшиеся деньги и уехал.

Вернулся в свой родной небольшой городок, поселившись в старенькой квартире, доставшейся от родителей, покинувших этот мир еще десять лет назад. Квартира долго стояла непроданной за нулевой её стоимостью и отсутствием времени в целом, чтобы ей заняться. Как оказалось, своим бездействием я оставил себе запасной аэродром на случай жизненных неурядиц.

Думал, что найду здесь покой. Вспоминая о самых родных и близких людях, смогу собрать себя и вернуться к жизни, а нашел лишь бутылку. На дне которой и тонул.

Не погибнуть от интоксикации позволяли лишь две вещи: большой запас здоровья, который я наработал, занимаясь боксом да зависая в тренажёрном зале, и, главное, книги. У родителей осталась мало кому в современных реалиях нужная коллекция бумажных книг. Начиная с Кинга и Гаррисона заканчивая Лукьяненко и Каменистым. Вот так, путешествуя по выдуманным мирам и заливаясь до отключки, я и существовал. Пытаясь нащупать своё дно.

Переведя взгляд на небольшой и исцарапанный стеклянный журнальный столик, увидел там новую, еще не открытую бутылку и лежащую и раскрытую книжку «Пир для избранных» от Каменистого.

«Точно, пир! Надо зарядить, наконец, смартфон и сделать себе барский заказ. Азбуки вкуса на наш Муходрищенск, конечно, ни одной нет, но погляжу, чего тут в доставке имеется и наберу себе лучших полуфабрикатов.»

Уселся на диван. Крышка новой бутылки полетела на столешницу, и я надолго припал к горлышку. Отлипнув от него, с трудом удержал рванувшую назад огненную воду и закашлялся.

«Вот только захлебнуться мне еще не хватало…»

С грустью подумав, что добился такого «социального успеха», что найдут меня в таком случае только по запаху, поставил недопитую бутылку оставшейся дряни на столик. С трудом встал и покачиваясь пошел на поиски смартфона. Последний, к счастью, обнаружился достаточно быстро. Лежал в санузле, спрятавшись под чашей унитаза. Поднял, включил настраиваться новый термостатный смеситель в душе, замененный по случаю моего въезда и поломки предыдущего старенького крана, пока я еще что-то соображал. Вернулся в зал, ставить некогда топовую модель корейских производителей электроники на зарядку.

Трясущиеся руки, при попытках выровнять на небольшой платформе беспроводной зарядки крупный телефон, разозлили.

– Тьфу, ёпт. В какую развалину превратился. Мерзко аж!

Убедившись, что дисплей ожил и подтвердил мне успешность операции, вернулся в ванную. Запихал грязные вещи в стиралку и прошел второй квест «общения трясущимися руками с техникой». Старенькая стиральная машина с простым кнопочным управлением быстро сдалась и отрапортовала о начале цикла стирки. Я залез в душевую под теплые струи воды, напор которой скакал из-за работы стиралки.

«Без термостата в детстве, помнится, я здесь не хило так обжегся. Также вот стиралка холодную воду забрала. Хорошо, что я его поставил. А вообще… Много чего хорошего и полезного я с того времени сделал…»

Неожиданно память со знакового события пронеслась локомотивом в пьяной голове и стало легко. Будто в голове щелкнули тумблером. Как бывает, когда решил для себя какую-то сложную задачу на подсознании, и занятые ранее вычислительные мощности отпустило, а поток гормонов счастья о еще неосознанном решении уже попал по назначению.

Точно. Сколько всего с тех пор изменилось, сколько было побед, как упростилась и усложнилась жизнь с того момента. Сколько в ней было взлетов и падений. Если тогда я стоял здесь ребенком, то теперь у меня у самого есть дочь.

«Все, пора уже себя в руки брать. Пойду ногами до магазина дойду, хоть проветрюсь. Тем более там такой сквер живописный, птички, люди, благодать…»

Выйдя и медленно вытирая себя полотенцем, разглядывал в зеркало отекшее, но еще вполне привлекательное лицо.

«Так все не закончится. Все закончится как угодно, но только не так. И не сейчас.»

Аккуратно повесив полотенце на крючок, долго и качественно чистил зубы и рот, чтобы избавиться от неприятной вони перегара. Не поможет, ибо пахнет уже изнутри, или от тела целиком, но хотя бы во рту станет приятнее. Поставил щетку на место и вернулся в комнату.

«Уже вся квартира водкой, перегаром и какой-то кислой дрянью провоняла!»

Подошел к окну и открыл его. Прохладный утренний воздух ворвался в душную квартиру. На улице еще стоял туман. Солнце еле пробивалось на высоту четвертого этажа.

«Для раннего летнего утра в нашем Мухосранске очень уж плотный туман сегодня. Видимо, ночью дождь шел. Зато, судя по пробивающимся с неба лучам, день обещает быть жарким и солнечным. Отлично для моей прогулки.»

Вернулся к шкафу и с трудом собрал себе комплект на выход. Большинство вещей было в стирке, поэтому пришлось собирать себе образ из всего, что попалось под руку. Черные папины треники, подходящие по росту, пришлось хорошо затянуть на животе, ибо некогда спортивная комплекция и потеря жира в запое сильно уменьшили объем моей талии, а у папы живот всегда был больше. И без того не самые стильные штаны при этом собрались в гармошку, а карманы, наоборот, оттопырились.

«Да-а-а. Десять лет в шкафу, это вам не здесь. Тот еще видок и запашок… Да и похрен. Я не на Ибице.»

Сверху надел одну из своих чистых футболок от Баленсиага и, завершив образ «провинциального выпендрежника с дешевой репликой именитой марки» безымянными черными носками, пошел на выход.

Смартфон успел зарядиться аж на треть, сунул его в оттопыренный карман. Не брал бы от греха, ибо в голове уже прилично шумело, но без него поход на улицу как современный человек я себе уже не представлял. А еще, я не в курсе, где мои документы и карточки. Телефоном же и оплатить можно, и фото паспорта показать, при необходимости.

Проходя мимо бутылки не стал прикладываться к горлышку, первый раз за две недели.

«Уже и так рубит не слабо. Если станет совсем невмоготу – там же в магазине себе что-нибудь прикуплю. Алкоголь здесь, в отличие от столицы, продают круглосуточно.»

Ключи, вопреки моим опасениям, нашлись на тумбе в прихожей. Думал, что найти их будет так же проблематично, как телефон, или вообще как потерянное портмоне с бумажником и документами, но жизнь здесь надо мной решила сжалиться.

«Это хороший знак… Знак для возвращения к нормальной жизни».

На минуту завис, разглядывая брелок, стилизованный в виде гранаты. По простенькой форме китайской поделки было не угадать, на что её пытался сделать похожей изготовитель. Скорее всего, какой-то китайский аналог нашей Ф-1. Папа любил военную тематику. Все же всю жизнь на госслужбе оттрубил. Оглядел старую, хоть аккуратную, но очень небогатую квартиру, и пьяно хмыкнул.

«Не зря я по твоим стопам не пошел. Всю жизнь ты этой самой жизнью рисковал. А выхлопа? Даже на хороший ремонт к пенсии не хватило…»

За родителей неожиданно стало обидно. За себя стало обидно. За их и свою жизнь. За все, что не успели дать мне они и вернуть им я.

– Я все исправлю. Обещаю! – уже вслух сказал я, вытерев скупую слезу.

Надел свои некогда новые и модные белые найковские кроссовки и вышел, защелкнув за собой дверь на замок-автомат.

***

Вопреки ожиданиям, подъезд новых запахов не принес. Вездесущий для притона алкаша запах паров этанола пропал, но кислая вонь только усилилась.

– Что это такое выкинули? Хорошо, в новых домах мусоропроводы либо заварены, либо их нет по умолчанию. Это же и крысы, и тараканы, и вонь вот такая… – бубнил я, ожидая лифт.

Зайдя в хоть и свежую, но уже исписанную и исцарапанную кабинку, начал разглядывать её убранство.

«Свеженький такой. Некисло здесь на программе реновации ребята поднимают. А чего не ТиссенКрупп? Для девятиэтажки восьмидесятых годов постройки с обшарпанными подъездами было бы самое то. Хотя… Может, это сделано папиком для той самой, живущей в подъезде Аньки. Которая, судя по нацарапанной на новой стенке надписи, кому-то дала, а обиженному автору – не дала.»

Неожиданно вспомнился детский стишок про сороку, которую Милана часто напевала Айгули: «Этому дала и этому дала, а этому не дала».

«Интересно, нашла мамаша уже замену папке? Уже дает? Хотя чего это я так токсичу. Счастья им и радости. Ни первого, ни второго я пока им дать не могу. Да и вообще, надо прекращать так минусить и себя жалеть. Никогда таким не был. Гребаный этанол, изуродовал уже и внутри, и снаружи. Но ничего, все еще впереди. Мы еще побарахтаемся!»

Двери захлопнулись и лифт тронулся, когда какая-то мысль неожиданно кольнула меня из подсознания. Так же, как получасом ранее, в душе. Только в этот раз это были эмоции со знаком минус. Какая-то неясная тревога прочно поселилась в голове.

«Гадство, точно. Забыл коробку с мусором вынести. Там остаткам еды уже неделя. Воняет, поди, не хуже этого кисляка… Кисляка?»

Приступ паники совпал с резкой и неожиданной остановкой лифта, свет также неожиданно пропал, объясняя причину резкого прекращения движения.

– Твою душу! Долбаный Мухосранск! Долбанное электричество! – выругался в голос я.

Попробовал нажимать кнопки, в том числе и вызова диспетчера, но ничего не добился. Свет пропал во всем доме. Затуманенный мозг из-за стрессовой ситуации начал понемногу трезветь.

Застрял я, видимо, между третьим и вторым этажом. Сомневаюсь, что проехал дальше, мало слишком времени прошло. Поорав о помощи и подолбив в металлические стены, понял, что ничего не добьюсь.

«Так, дом, как и городок в целом, старый. Жильцы здесь в основном пенсионеры. Есть пара маргиналов, кто весь день, как я, бухает да родительские квартиры донашивает, и пара нормальных семей, которые здесь по своим причинам прочно осели. Первые две категории почти круглосуточно дома сидят. Значит, велика вероятность, что сейчас кто-то отключением света озаботится и в коридор выйдет. Главное – до такого или такой доораться, а там потихоньку и вызволят. Если на пенсионера попаду – вообще хорошо, это люди старой, советской закалки, которые, разбираясь в неурядицах, идут до конца. И ТСЖ вызвонят, и МЧС, и ОМОН даже, если первые не ответят.»

Минуты медленно текли, но признаков движения в подъезде слышно не было. В определённый момент выпитое перед выходом и полная темнота меня догнали, и я заснул. Проснулся от сильной жажды и головной боли. По моим ощущениям, прошло уже не меньше двух или трех часов. Глянул на телефон – и точно, почти два с половиной.

– Ну, жопа какая. Современный лифт с мощной шумоизоляцией? Мне теперь тут весь день сидеть, что ли, пока кто домой не вернется с работы или прогулки? – выругался я.

В кабинке было темно, а еще с каждой минутой становилось все душнее и душнее. Кисляк отступил, хотя скорее я принюхался, а вот пары переработанного этанола, от насквозь пропитой тушки застрявшей в лифте, за два часа этот самый лифт наполнили немилосердно.

Рискуя заново окосеть или умереть, лишившись кислорода, как мне в этот момент подумалось, я начал предпринимать активные действия.

«Ну нет. Я только жить попытался заново начать и вот вам.»

Судорожно вспоминая, что надо делать в ситуации таково вот застревания, начал предпринимать попытки выбраться. Люка на потолке в свете фонаря смартфона не обнаружилось. Решил попробовать самостоятельно разжать двери. Что-то такое как-то видел на ютубах, правда, там Отис новый был, ну чай, здесь тоже не советская техника, обновленный по реновации какой-то там «вагонзавод».

Положив смартфон у двери с включенным фонариком, доедавшим недозаряженную батарейку, просунул самый длинный Т-образный из ключей между створками. Створки, к моему счастью, поддались. Перехватив их просунутой в щель рукой, раздвинул дальше, так, что они разошлись на достаточное для пролезания головы расстояние. Однако, спешить вылазить я не стал, более того, через пару секунд созерцания ситуации на площадке, убрал голову и очень аккуратно закрыл створки обратно.

Лифт не доехал до площадки второго этажа буквально несколько сантиметров, поэтому блокиратор дверей их уже успел отпустить. Да вот только выходить, не продумав дальнейшие действия, резко расхотелось. Выглянув из лифта, я увидел входной проем одной из боковых квартир, дверь в которую была распахнута. В освещенном с улицы коридоре прекрасно просматривалась сидящая на корточках и что-то жадно уплетающая с пола фигура.

«Дочитался! Допился! Привет, делирий! Ну конечно, кисляком воняло, света нет, ибо мы уже в Стиксе, а там сейчас свежий зараженный жрет лежащую на полу жертву или крупную собаку. Или это какой-то сраный зомби апокалипсис? Но уж больно все по канонам любимой серии. Кислая вонь, густой туман…»

Сделав несколько тихих кругов по своему бункеру, еще буквально пять минут назад казавшемуся тюрьмой, я судорожно пытался понять, что происходит и что делать дальше.

«Три часа с последнего глотка водки – это причина моей головной боли и жажды. Самое простое похмелье. Кислая вонь – также вполне нормальное явление для таких старых подъездов с работающим мусоропроводом. Мужик, сидящий в коридоре над чем-то, вполне может разбирать пакет от доставщика или что-то жрать из принесенного собой же…», – постарался воспользоваться техниками аутотренинга для самоуспокоения я.

Ни попытки вернуть самообладания дыханием, ни последовательным напряжением и расслаблением различных групп мышц, успокоиться не помогали.

«Я же не слышал, как кого-то убивали, а я прислушивался, старался услышать ходящих в подъезде. Внешние звуки кабина глушит, но не так хорошо, чтобы не слышать происходящего в агонизирующем куске города. Как в подъезде, так и на улице.Или я проспал самую жару? Жёваный крот! Ну зачем я этот бред весь последнюю неделю читал без перерыва? Бухал бы, ютубчик смотрел, инет тут отлично работает. Нет, захотелось эмоций каких-то старых. Стикс, Континент. Тьфу. Сука. И что делать? Без еды и воды я здесь не высижу до момента, пока отпустит. Может, вообще без медицинской помощи уже не отпустит. Две недели жрать водку, последние дни даже не закусывая… А что будет, как свет дадут? Вылечу с зажатыми в руке ключами и начну всех валить налево и направо, с криками „Отвалите пустыши клятые!“».

Продолжил под внутренний монолог нарезать круги по лифту, стараясь его сильно не качать и не издавать никаких других громких звуков. Через полчаса, наконец, услышал еще одно подтверждение сумасшедшей теории. Где-то, относительно недалеко, истошно закричала девушка. Послышался звук приглушенных выстрелов из чего-то серьезного.

«Ну конечно! Сидя в темной пустой коробке, тебе и не такое белка нарисует. Она тебе еще и звуки долбежки в дверь лифта оформит. В самом лучшем виде!»

Словно услышав меня, кто-то начал долбиться в стальную входную дверь парой этажей выше. За дверью лифта раздалось недовольное урчание, после чего послышались приглушенные шаги.

«Ох тыж, жеваный крот! Чего началось то! Пора валить! Еще час я просто тут не выдержу. Сдохну от похмелья или уеду кукушкой, продолжая фантазировать. Надо двигаться. Тем более коридорный жрун, видимо, пошел проверить, кто там выше шумит.»

По уже проверенной схеме раздвинул лифтовые двери и протиснулся в получившуюся щель. Тело одеревенело, а еще его трясло, то ли от абстинентного синдрома, то ли от спорового голодания. Поэтому, спеша вытащить себя из лифта, я не удержал возвращающиеся створки и они гулко ударили друг о друга.

На мгновение меня сковало от ужаса. Как сверху раздалось уже слышанное ранее урчание, оцепенение прошло, но я еще какое-то время постоял, мысленно находясь между двух миров.

«Если это Улей, то голыми руками я тварь точно не свалю. Если это земля, и у меня белка, то подошедшего с вопросами соседа убивать тоже не стоит. Если это еще какая неведомая апокалиптическая хрень, то меня могут укусить во время боя и я также отправлюсь в погоню за мясом. Во всех случаях надо бежать, лучше на улицу.»

Подбежав к открытой двери в злополучную квартиру, мазанул взглядом по коридору и лежащей в его глубине кровавой лохматой бесформенной туше, с вывороченными и разорванными кишками. Потянуло запахом крови и продуктов жизнедеятельности. Замутило, но стоять и блевать было некогда.

Громко захлопнул дверь, не заходя в помещение. Страхи подтвердились.

«Как-то слишком мощно для белки. Пять дэ. Да и насрать! Надо валить пока время есть! И с мертвяком и с человеком может проканать, что я в квартиру забежал и спрятался. Это выиграет мне пару мгновений.» – подумал я, сорвавшись с места и насколько позволяло все еще деревянное тело, ускорился по ступенькам вниз, к спасительной двери из подъезда с тварью.

Глава 2 Первый день новой жизни

Дорогие кроссовки позволили мягко, быстро и тихо преодолеть два лестничных пролета, отделявших меня от выхода из подъезда. В несколько длинных прыжков преодолев тамбур, притормозил у двери и, потеряв инерцию, аккуратно навалился на неё плечом. Освобожденная от электрического замка, отсутствием этого самого электричества, стальная дверь легко поддалась и выпустила меня на ярко освещенную улицу.

Пытаясь проморгаться и отдышаться, закрыл за собой дверь и присел, упершись в неё спиной. Вряд ли удержу преследователя, но двигаться с ходу, в изменившийся мир, было немыслимо. Глаза после непроглядной тьмы лифта и полумрака обесточенного подъезда не успевали адаптироваться к яркому полуденному солнцу.

«Если это все же белка, то ломиться не глядя и ломать ноги или голову, слетев с расположенного у подъезда лестничного марша, точно не стоит. Только ускорю свое попадание в медицинские учреждения.»

Глаза неспешно адаптировались под уличные реалии, при этом в спину меня никто подгонять не спешил.

«Может сработал мой трюк с дверью, а может я все же брежу и это алкогольный делирий?»

Старый родительский дом располагался вдоль одной из центральных городских автомобильных магистралей. По ту сторону магистрали стояли двухэтажные торговые центры, забитые всевозможными магазинчиками, региональный сетевой продуктовый и автосалон китайской марки, с непроизносимым для русского человека названием. Отделявший дом от дороги городской сквер, с островками для отдыха и велосипедной дорожкой, был непривычно пуст.

Подтверждение теории, что я все-же куда-то попал, не заставило себя ждать. Вдали раздавались крики боли и ужаса, а также редкие выстрелы.

Набравшись смелости и отлипнув от двери, я в полуприседе дошел до примыкающей к дому дороги, чтобы разросшиеся кусты газона скрывали меня от посторонних наблюдателей. Выглянул и посмотрел вдоль дома в обе стороны. Мои опасения насчет наступившего в городе апокалипсиса окончательно подтвердились.

Слева вдали, в начале дома виднелась какая-то непонятная молчаливая возня. Двое крепких мужчин: один в голубой светлой рубашке и брюках, второй в бордовом свитере и джинсах, сцепившись, катались по земле. То ли кого-то сейчас начнут жрать, и он молчаливо теряет силы в этом неравном противостоянии; то ли мертвяки или зомби сцепились за приз, который я не вижу. Справа картина насторожила гораздо больше, ибо через два подъезда, на придомовой автодороге, стояла и мигала аварийкой Тойота Камри. Машина свежей модели, с еще включенным и продолжающим работать двигателем, лишилась крыши и походила на открытую мясную консерву.

«В рот компот, в трусы варенье! Вашу Машу! Я все же в какой-то адской сраке!» – начали пульсировать мысли, отдаваясь болью в голове.

Пока все очень походило на СТИКС – кисляк, обратившиеся люди, называемые пустышами из-за самого начала своей эволюции, а теперь вот последствия нападения на транспорт какого-то очень сильного хищного зверя или все же, что скорее всего, развитой твари.

«Очевидно, для пущей радости я сейчас соседствую с какой-то отожравшейся образиной! – подумал я и отбежал чуть назад. – Ну что же. Трогать развороченный автомобиль, чтобы себе что-то доказать, уже не буду. Таких тяжелых и комплексных галлюцинаций по моей памяти у людей не бывает. Я точно куда-то перенесся или провалился. Пока возьму за основную версию, что в СТИКС. Хоть поверить в происходящее до сих пор сложно…»

От осознания правоты своих размышлений стало легче, и невидимый обруч немного отпустил голову. Относительная тишина и безопасность позволили отдышаться и постараться как-то отойти от ошарашившей новости.

«Так. Если я все же сделал правильные выводы, несмотря на всю тяжесть ситуации, благодаря наличию информации в нашем мире и множеству книг по вселенной СТИКС, я попал в него уже сведущим. Такой вот стартовый бонус. Другое дело, что я сейчас еще не осознаю всю ту жопу, в которой оказался. Сейчас кажется, что благодаря авторам, многие гипотетические ситуации я уже прожил и ряд идей по спасению из них почерпнул. Но по факту, я отличаюсь от остальных местных "неудачников" лишь тем, что книжка для новичка мне не нужна. В остальном – очевидна проблема разницы теоретиков и практиков».

Раздавшаяся очередь из чего-то очень серьезного и скорее-всего установленного на технике заставила резко вздрогнуть и пригнуться, вернуться из размышлений к реальности. К несчастью, привлекла она не только меня. Дверь за спиной все же открылась, и на улицу вывалился невысокий мужичок пятидесяти лет, в окровавленной майке-алкоголичке, с перемазанным кровью лицом. Очевидно, тот самый любитель собачатины со злополучного этажа, где я покинул лифт.

Уже изменившийся пустыш, видимо, привлеченный особенно громкой стрельбой, сперва посмотрел куда-то вдаль, а после, переведя взгляд своих белесых буркал на такого близкого и вкусного меня, тихо заурчал и неожиданно резво для начинающего зараженного припустил в мою сторону.

«Ах ты ж мразь! Неужели отожрался до бегуна уже?!»

Оружия у меня не было. Что-то подхватить с земли для схватки тоже не получалось. Голыми руками, по всей моей памяти из книг, такую тварь уже свалить проблематично. Поэтому я сделал единственное, что пришло в уже почти протрезвевшую голову – рванул налево вдоль дома, туда, где короткая схватка двух мужчин уже закончилась и начался кровавый пир.

Это было в обратную сторону от такого притягательного для всех местных развитых тварей звука стрельбы из крупняка. При этом, если удастся пересечь живым сквер и трассу, я окажусь там, где та самая техника с крупняком в будущем должна будет проехать. Если механику-водителю взбредет в голову соблюдать направление дорожного движения в новом мире.

Увидев, что противостояние синей рубашки и красного свитера завершилось, превратившись в кровавую трапезу последнего, а жертва уже не сопротивляется, я на подмогу бежать потенциальному иммунному не стал, взяв правее. Перепрыгнул через невысокую ограду, отделяющую придомовую дорогу от сквера; рванул, практически не глядя под ноги, к трехполосной трассе, отделенной от сквера высокими деревьями. Обернувшись, увидел, что еще не особо расторопный пустыш из подъезда присоединился к трапезе своего более удачливого собрата. Видимо, ко мне он сделал рывок, а после, потеряв скорость до пешеходной, решил не гнаться за добычей при наличии халявного мяса у ног.

«А я испугался, что это бегун. Ну и хрен с ним! Зато теперь никто вроде не гонится. Можно чуть выдохнуть. Еще бы башка так не гудела и память работала нормально. – добежав до деревьев, прижался к стволу одного из них, – Ладно. Доберусь до живчика – улей меня подлатает. Сперва надо посмотреть, кто магазины шерстит. Вызовут доверие – попробую к ним напроситься. Главное, чтобы не завалили случайно, и доверие вызывали. Про муров я помню и по большинству книжек, первыми на сборе выживших, оказывались именно они, что логично, ибо работа у них такая, по сбору свежего мяса…»

Подождал несколько секунд, пытаясь отдышаться и унять выскакивающее из груди, уставшее еще от запоя, сердце. Огляделся, ища глазами, не привлек ли мой спринт по открытой местности кого-то еще. Особенно волновало внимание развитых тварей, ибо от прочих обитателей свежего кластера, потенциально, можно отмахаться или убежать, что я уже показал, а вот от кого покрупнее – уже не выйдет.

К моему счастью, пока мне везло. Со стороны домов ко мне никто не приближался.

Раздавшаяся снова пулеметная очередь, уже где-то совсем недалеко, заставила упасть на землю и изменить угол обзора. Выползая из-за дерева, попытался рассмотреть, что происходит на трассе и за ней, заодно прикидывая, как быстрее пересечь шесть полос, не попав в поле зрения ни тварей, ни команды сборщиков. Если с тварями все понятно, то человек может принять одинокую бегущую фигуру за бегуна и срезать очередью, от греха. Орать же что-то членораздельное и махать руками при беге – себе дороже.

Ни слева, ни справа на трассе крупных тварей не просматривалось. Чего не скажешь о мелочи, которая начала подтягиваться от домов и уже двигалась в том числе и по скверу, где я сейчас и прятался. Техники пока из-за растительности тоже видно не было, но где она располагалась по звуку я уже определил и куда бежать стало понятно.

«Эх! Была не была! Жопой чую, надо бежать и как можно быстрее!»

Подскочив, сделал пару шагов и одним удачным движением перемахнул высокую металлическую ограду с х-образными поперечинами. Приземлившись на асфальт трассы, сразу рванул к разделительной полосе. Три полосы движения пронеслись перед глазами за мгновенье.

Снова ограда, поставить ногу в перекрестие поперечин, перекинуть тело, приземлиться, восстановить равновесие, коротко оглянуться, выдохнуть, что продолжает везти, и рвануть дальше.

Со второй трехполоской получилось уже не так весело. При приземлении нога попала в какую-то ямку и больно подвернулась. Боль прострелила мгновенно, потеряв от всего произошедшего равновесие я завалился, болезненно приземлившись на колено. Благо носом землю не клюнул, успел подставить руки, ободрав правда ладони. Интуиция завопила во все горло. Стараясь уже не обращать ни на что внимание, рванул дальше, поднимаясь с колена. Мир вокруг сузился до открытой двери строительного магазина, располагающейся на другой стороне трассы.

Меня все же наконец заметили. Послышалась громкая и близкая автоматная стрельба, тело обдало асфальтной крошкой.

«Вы рехнулись там, что ли? Черти! Видно же, что только живой дебил может так через ограды кувыркаться! Или вы не по мне садите?»

К звукам стрельбы добавился еще какой-то звук, шлепающий по асфальту. Понимая, что времени уже совсем нет, все же добежав да противоположной обочины, я изо всех сил оттолкнулся здоровой ногой и рыбкой прыгнул в темноту открытой магазинной двери. Сделал это очень вовремя, так как за моей спиной что-то очень массивное, до жути вонючее и быстрое пронеслось мимо магазина, зацепив и выворотив приоткрытую дверь.

Рядом заработал крупнокалиберный пулемет или автоматическая пушка. Так обрабатывали место у входа, то голову я после приземления на пол небольшого предбанника, переходящего в темный коридор, поднимать не решился. Как оказалось – не зря. Тяжелые бронебойные патроны, посылаемые в тушу возле входа, прошивали коробку магазина под углом, в том числе и прямо надо мной.

Пока велся обстрел, что-то непрерывно летело со всех сторон: от деревянных щепок, до фрагментов стекол, известки и даже бетона. Я же, чисто интуитивно, пытался уползти как можно глубже от проблемного места. Добравшись на животе по небольшому коридору до внутренней развилки отделов магазина, свернул в контринтуитивный для любого правши левый из них. Заполз под прилавок и затаился.

Стрельба уже стихла. Послышались крики, а после звук взревевшего мотора и движения гусеничной техники по асфальту, который сложно с чем-то спутать. Проехав буквально несколько секунд, техника остановилась напротив злополучного входа.

Послышались шаги подбежавших к входу бойцов. На улице уже разборчиво закричали.

– Это не рубер, это элита! Молодая! – крикнул прокуренный мужской голос.

«Все же СТИКС… Сомнения развеялись окончательно. Такие совпадения по терминологии еще маловероятнее, чем попадание в выдуманный мир…»

– Чё со свежим? – крикнул другой, молодой и немного хамоватый.

Я как можно глубже вжался в полость, расположенную под стойкой кассира.

Из коридора послышался хруст стекол и мусора, после чего кто-то аккуратно прошел в соседний отдел.

«Хер их знает, по голосу так муры. Имя бы хоть одно услышать. У муров, по книгам, там сплошные тюремные погоняла.»

– Э, есть кто? Мужик, выходи! – все тем же сиплым голосом негромко спросил шарящий фонарем по стенам гость.

Громко пиликнувшая в полной тишине тангента рации заставила меня и гостя дернуться. Тот от неожиданности даже пальнул в стену.

– Тьфу ты, блять. Этот ебалай, что ли, звук даже на своем баофенге не убрал, – тихо выматерился посетитель.

Из рации раздался уже третий, властный голос, видимо какого-то местного бугра:

– Кент Хмурому, прием! О, епта. Че за пальба?

Послышалась возня и после еще одного пиликающего сигнала рейдер, или все же мур, ответил:

– Хмурый, я пальнул, но тут чисто. Наш кузнечик либо зашкерился где, либо ушел через подсобку. Тут вся постройка коридорами как муравейник соединена. Магазин в решето.

– Кент, бросай поиски и давай на броню. Пастух говорит, эта херня у входа из свиты. – не заставил себя долго ждать ответ.

Выругавшись и, судя по звукам, сплюнув, мутный Кент выскочил на улицу.

Не успел я подняться, как послышался рев двигателя и тихий стук чего-то металлического, скачущего по полу.

– Вот же бляди!

Поняв что сейчас произойдет, успел только подняться и схватившись за край ближайшего стеллажа, заваливаясь, перевернуть на себя кучу банок с краской. Сгруппировался и открыл рот, вжимаясь под прилавок, как раздался взрыв. В замкнутом помещении оглушило сильно, хоть близкая очередь из крупняка до этого и подготовила уши.

Несколько мгновений, пока я приходил в себя, хватая ртом воздух как рыба, осколки, как маленькие шальные пчелы, носились по помещению. В целом повезло, но один ужалил меня в предплечье, прикрывающее голову.

Инстинктивно схватился за место ранения и порезал палец. Выматерился, после чего нащупал некрупный, с два миллиметра, осколок металла, чудом не вошедший глубоко в мясо. Шипя и матерясь, вытащил его и аккуратно отбросил. После чего тихонько приподнялся и сел в луже разлитой белой, желтой и синей краски, медленно растекающейся и перемешивающейся новыми цветами. Вылазить из-под прилавка, чтобы осмотреться, не решился. Шуму было очень много и без этой гранаты. Если за рейдом тянется хвост из разномастных тварей – лучшим решением будет прикинуться ветошью и лежать неподвижно до темноты, воняя строительными смесями.

Захватил на больной палец побольше краски и принялся обильно поливать ею рану. В обычной жизни идея самоубийственная, так как токсичные вещества, попав в кровь, могут вызвать быструю смерть. Здесь же, помня про местную регенерацию и общую невосприимчивость к земным проблемам и патогенам, это показалось лучшей идеей для усиления конспирации.

«Это они такие подарки новичкам тут оставляют? Чтоб их Стикс за это наказал, обмудков!»

Просидев так еще несколько минут, вырубился. Слишком много эмоций на адаптирующийся к новым реалиям и восстанавливающийся после алкогольного марафона организм.

Проснулся уже в темноте. Голова болела чудовищно. Сушняк также мучал немилосердно. Прислушался – кроме трансформаторного гула в раскалывающейся голове никаких звуков рядом с магазином не улавливалось.

«Надо срочно искать живчик. Туша такой матерой уродины какое-то время будет отгонять от моего убежища самых слабых, а сильные, скорее всего, ускакали за рейдом. Там развитых иммунных достаточно, что вроде как намного вкуснее нас, новичков.»

Достал из кармана чудом не выпавший во время моих акробатических этюдов смартфон, попробовал разблокировать. Безуспешно. Девайс окончательно разрядился, став в новом мире полностью бесполезным.

«Поностальгировать на утраченное, зарядив и листая фотки семьи, разве что. Нет, прошлое лучше оставить своему оригиналу…»

Откинул ненужный девайс. Здесь нужны более практичные вещи. Глаза уже привыкли к свету ночного неба, пробивавшемуся через разбитые окна и дыры в стенах, сносно видеть можно было, но чтобы не нашуметь требовался более серьезный источник освещения. Выпрямил спину и закрутил головой.

Сувенирные фонарики обнаружились прямо возле кассы. Не вставая, прихватил один из них, самый слабый, и посветил на себя. Крови или ранений не наблюдалось, но краски вокруг натекло очень много, большая часть из которой уже успела подсохнуть. Аккуратно отодрал элементы одежды, успевшие присохнуть к краске на полу, поднялся и двинулся осмотреться, отодвигая банки и стараясь пролезть через заваленный стеллаж.

Выбравшись и выпрямившись, размял затекшие мышцы, а после, аккуратно, стараясь не ступать на громко хрустящий мусор и стекло, прошел из своего отдела в соседний, правый, куда заглядывал Кент.

«Фууух! Чудом не завалил со стеллажа оставшийся товар. Надо прибарахлиться предметами первой необходимости, да двигать за живцом, иначе башка точно развалится и я начну урчать… Нет, ну это же надо! Провалился в книжку!» – продолжил я переходить от отрицания к принятию.

Если в моем отделе были больше строительные смеси и прочие жидкости, то здесь был инструмент. Последний сейчас не висел аккуратно на стеллажах, а валялся на полу, разбросанный от сквозных попаданий. Часть из инструмента при этом сильно пострадала от неаккуратной стрельбы мудаков и была непригодна к дальнейшему использованию.

Нашел на уцелевшем прилавке отдел с ножами и выбрал самый надежный на вид. Снял с уцелевшей при обстреле стены простенькую черную строительную разгрузку с парой боковых карманов и парой петелек на них, и закинул в неё еще пару небольших и дорогих по меркам небольшого города ножиков, включая складной. Также взял пару отверток, побольше и подлиннее, и уже более серьезный фонарь.

Среди валявшегося на полу инструмента нашелся неплохой топор. Откинуло его туда, благо, не от прямого попадания и он оказался цел. Поэтому, симпатичный и небольшой топорик с ручкой, выкрашенной в черный и красный цвета, также отправился в одну из петель на разгрузке. Попрыгал, после чего убрал лишнюю отвертку, которая при прыжке чуть не выскочила на пол.

«Ну епта. Супер Марио! Каски не хватает для завершения образа, но брать её не буду, больно они все здесь кислотных цветов. Санита-а-ары! Санита-а-ары! Я все еще в глубине души надеюсь, что я е*анулся, а не провалился. Но уже где-то совсем глубоко…»

Медленно и аккуратно вышел в коридор, посмотрел на следы, оставшиеся от разрыва ручной гранаты.

«Видимо РГД-5, иначе от Ф-1 меня бы за прилавком в фарш превратило.»

Вспомнив матерей этих моральных уродов и прекрасно проведенные с ними ночи, подошел и медленно выглянул в развороченный дверной проем.

Город, а скорее его перенесшаяся часть, жил своей новой ночной жизнью. Где-то что-то периодически громыхало и постреливало. Где-то слышалось далекое урчание мощных глоток. Вокруг магазина на протяжении всей дороги лежала куча тел зараженных разной степени развития, но в основном начальных.

Молодой элитник, который чуть не сожрал меня, так опрометчиво решившего перебежать дорогу, лежал в метре от разрушенного и изрешеченного входа в магазин. Постояв с минуту у входа и, не заметив движения, я спрыгнул на землю, ибо чудище умудрилось снести и вывеску у входа, и лестницу, и дверь. Тихо и постоянно оглядываясь, прокрался к его башке.

«Так вот ты какой, северный олень…»

Заворожённо разглядывая чудовище из самых жутких кошмаров, я с ужасом представлял, как такую живую тварь валить даже с самыми топовыми дарами или из самого серьезного оружия. Передернуло и чуть не вывернуло.

«Не добежал бы я до магазина, если бы оглянулся. Ибо однозначно поскользнулся на собственном говне.»

На животное эта туша походила мало. Такое ощущение, что трехметрового тайдхантера из всеми горячо любимой Доты кто-то искупал в серой краске, а после обклеил в самых уязвимых местах костной чешуей, выкрашенной в тот же цвет.

Потрогал – холодная и плотная туша. Чем-то похожа по тактильным ощущениям на земноводных. Я как-то в своих путешествиях на Бали погладил крокодила по пьяни, решил показать свою удаль молодецкую очередной красотке. После чего чуть не лишился руки и узнал много новых слов от местных работников крокодиловой фермы. Здесь ощущения схожие, за вычетом того, что туша уже изрядно остыла на свежем вечернем воздухе.

Из множественных пулевых отверстий стекала вязкая темная кровь совершенно омерзительного трупного запаха. Повёрнутая на бок массивная шея демонстрировала развороченный и обобранный споровый мешок. Как и в описаниях из книг, он походил на древесный гриб. Брезговать было поздно, поэтому сунул руку внутрь. Пустая сухая и холодная дыра находками не порадовала.

«Даже нити янтаря все выскоблили, и очень качественно, я вам скажу…»

Чуда не произошло. Килограмма белого и золотого жемчуга в первой же встреченной туше не оказалось.

«Ну вот, ёбта! Хигтером мне не быть. Ну ничего, прорвемся и так. Тем более я не туплю как "нормальный" свежак и на ровном месте подставиться не должен. Но это не точно.»

Посветил под ноги и вокруг – черного жемчуга ожидаемо тоже никто из дырявой руки не выронил, как и завалящего спорана.

Рояль ждал меня ближе к разделительной полосе, куда я сделал рывок веры, на уже на удивление не болящей ноге. Нога может и не болела, но башка болела так, что шансов отступать и отсиживаться, тихо скуля от увиденных вариантов местной фауны, просто не оставалось.

Прямо на ограде разделительной полосы висел головой вниз уже голый и ощутимо измененный мужик, очень любезно подставивший свой споровый мешок всем проходящим и проезжающим мимо.

«Видимо, лотерейщик. Ну либо бодибилдер-нудист, с всю жизнь не стриженными ногтями.», – оглядел я тело подойдя, и аккуратно присев, стараясь не греметь топором.

Заозирался, а после, примерившись, всадил нож в уже сформировавшийся нарост на голове твари. Молиться или как-то сильно уповать на удачу в местной лотерее не стал. Поле бойни рейдеров с местными обитателями обещало порадовать еще как минимум парой вариантов, а именно тварями даже покрупнее, но лежащих уже значительно подальше и ближе к темному скверу, куда, как и прежде, соваться не хотелось уж совсем отчаянно.

Вытащив местные ценности из развороченного спорового мешка, все же несколько раз беззвучно проблевался. Ковыряясь в элите, с брезгливостью совладать удалось, но сейчас, запахи, сам вид туши и вывороченного затылка… Силы бороться с омерзением меня уже покинули. В желудке уже давно ничего не было, до желчи дело не дошло, рвоту удалось укротить. За все страдания был мгновенно вознагражден – вытащил тройку зеленых виноградин и один сахарок.

«Бинго! Моя прелесть! И спораны, и горох!»

Быстро рассовав добычу по небольшим закрывающимся на липучку кармашкам для гвоздей в разгрузке, замер и прислушался. Воспоминания, как на пустой дороге передо мной мгновенно материализовался элитник, не давали сильно расслабляться даже на просматриваемой в свете ночного неба во все стороны широкой трассе.

Посмотрел вдоль зданий с торговыми рядами на вход в сетевой продуктовый. Голова тут же отозвалась жутким приступом мигрени, намекая, что в другие магазины возвращаться уже буду позже. Аккуратно, двигаясь в полуприсяде, я в несколько коротких перебежек достиг входа в обнесенный рейдерами магазин.

Внутри, к моему счастью, никого не было, кроме трупов пустышей. Алкогольный лоток у касс оказался полностью обобран, из-за чего я даже начал паниковать. Не домой же к своему початому ящику возвращаться. Даже представить страшно, что там по дороге ждет. Достал свой короткий топор, приладил на разгрузку фонарь так, чтобы он освещал пространство передо мной, и двинулся в алкогольный отдел.

Удача новичка здесь взяла паузу. Уже издалека стало видно, что в ликеро-водочном отделе меня ждет разгром и всего несколько оставшихся бутылок. Подойдя вплотную, увидел, что и здесь рейдеры успели поорудовать, нетронутыми остались только бутылки с ликерами.

«Водку-то вы всю собрали с коньяками и вискарями, а вот бабские напитки не тронули. Ну че. Пацаны, ваще ребята. Благодарствуем. А я вот не гордый. Не до жиру…»

Быстро схватив куантро и уже не таясь, пошел до отдела с посудой. Убрав в разгрузку топор, взял пару полуторалитровых графинов. Дальше дошел до отдела хозтоваров и, схватив подмышку упаковку с самыми плотными и дорогими бумажными полотенцами, отправился оттуда в угол торгового зала. Рассудив, что делать живец будет безопаснее всего именно там.

«Двери не забаррикадировал… – неожиданно пришло в раскалывающуюся голову, но острый приступ мигрени, заставивший даже остановиться, прекратил все сторонние размышления, – Да и похрен. Башка болит так, что уже на все похрен…».

Глава 3 Дар или проклятие

В углу торгового зала, куда я направился, располагался отдел с хлебом и выпечкой. Как и в приличных современных сетевых магазинах столицы, здесь также стояли прилавки со свежей сдобой, за которыми находились печи для её приготовления. Жаль только, что и сдобу «рейдеры курильщика» всю выгребли.

Зайдя за прилавок и сев на кафельный пол, положил включенный фонарь и разложил перед собой комплект «юного живчеговара». Сперва открыл куантро, отпил глоток, чтобы понять, что это за напиток вообще. В коктейлях он мне встречался, но вот чистоганом я его никогда не пробовал.

«Да простят меня любители сего алкогольного напитка, но параша редкостная…»

Такое ощущение, что я смачно так откусил апельсиновой корки, запив это все дешевым самогоном. Хотя, может, его чистым и не пьет никто, только в коктейли добавляют, что для ликеров в целом свойственно.

Так как голова разваливалась из-за спорового голодания, а не из-за похмелья, то и никакого облегчения страдающему органу смачный глоток не принес. Только зря продукт перевел.

Закинул одну виноградину в первый графин и залил её ликером. Раскрутил получившийся коктейль по часовой стрелке. Виноградина достаточно быстро, не как шипучая таблетка аспирина, но все же, растворилась, оставив после себя неприятный тухлый запах и белые ядовитые хлопья.

Разорвал упаковку полотенец. Оторвал несколько от одного из выпавших рулонов. После, в несколько слоев, выстелил импровизированный фильтр в горлышке второго графина. Аккуратно перелил через получившийся бумажный фильтр апельсиновый живец, с нежными нотками двухмесячных носков. Хлопья остались на бумаге. Были опасения, что трясущимися руками все переверну, и хлопья попадут в готовый раствор, но видимо местный паразит уже начал восстанавливать мою тушку и пропитые нервы тоже. Руки уже почти не тряслись.

Завершив все приготовления, отставил грязный сосуд и присосался к графину с готовым живцом. Стараясь не облиться, сделал пару больших глотков. Памятуя о том, что много нельзя, поставил посуду рядом и откинулся, упершись головой в холодный прилавок.

«Как быстро отпускает. Даже с бодуна так опохмелиться быстро не помогает. Живая вода прям!»

Посидел несколько секунд. Приятное ощущение отсутствия жажды и отступившей головной боли позволило начать соображать, как бы смешно ни звучало, трезво.

Достал одну из отверток, постарался немного заточить об кафель на полу. Слышно было сильно, или мне казалось, что слышно сильно, поэтому прекратил этим заниматься. Измазал жало отвертки в кашице из хлопьев, оставшейся после приготовления раствора на полотенцах. Убрал отравленный инструмент аккуратно в разгрузку так, чтобы не напороться случайно самому. Достал один из складных ножей и повторил процедуру, после чего аккуратно его сложил и убрал в разгрузку, так, чтобы, как и к отвертке, оставался быстрый доступ.

«Топор мазать не буду, еще зацеплю где при беге или падении и отъеду.»

Задумался насчет гороха, надо ли его готовить или лучше отложить для оплаты жилья и питания в ближайшем стабе. Подумав, что до стаба еще надо добраться, а воевать придется уже сейчас, решил, что лучше все же залиться полезным усилением так же сейчас.

Аккуратно привстав, посмотрел в темноту магазина и прислушался. Тишина. Стараясь не водить световым пятном за пределы магазина, со своего места обшарил с помощью слабого сувенирного фонарика ближайшие торговые ряды. Ничего и никого нового в проходах между стеллажами видно не было, движения также не заметил, поэтому аккуратно двинулся за уксусом, новыми тарами под приготовление раствора из гороха и едой.

Уксуса не нашлось, с едой тоже все оказалось не очень. Рейдеры муров выгребли все подчистую. Ну, или это были рейдеры каких-то невероятных мудаков. Прикол с гранатой я так и не понял.

«Сомневаюсь, что это они меня так спасти пытались, запечатав для безопасности вход. Расчет был, что я выгляну проводить их взглядом и подорвусь. Хотя… Может, боялись, что выжив кому-то о них расскажу. Но чего они такого сделали криминального, кроме того, как обошлись со мной, пока не понятно. За хабар с элиты переживали? Погоняла надо запомнить. И дверь, наконец, хоть немного прикрыть, чтобы пока кушаю никто не завалился.»

Аккуратно прошел до входа. Стеклянная дверь была выворочена, не закрыться. Немного подумав, заслонил входной проем высокой стойкой для рекламы, или буклетницей, стоявшей до этого возле кассы. Без шума через целые и частично разбитые стекла не пройти. Теперь и через вход, не повалив импровизированную преграду, не пробраться. Обошел дальние стены, по периметру магазина. Выходы в подсобки оказались закрытыми, что порадовало. Медленно открыл одну из дверей, что казалась самой перспективной из-за своего расположения и, отпрянув, приготовился крушить бошки. На мое счастье представший за дверью коридор пустовал. В конце коридора виднелась еще одна закрытая дверь с такой же правильной эвакуационной ручкой и горящей во тьме автономной табличкой «Выход».

Убедившись в относительной безопасности места и найдя альтернативные пути для быстрого отхода, наконец, пошел искать еду. Глаза привыкли к темноте, местное небо дарило достаточно освещения, для перемещения и поиска провизии, поэтому фонари практически не использовал. Из самого сытного – нашел несколько пачек чипсов и несколько рыбных консервов, которые почему-то хранились в холодильнике, а не на полках. Из-за этого консервы не сгребли муры, при беглом сборе хабара. В холодильники здесь особо смысла заглядывать нет, без пригнанного грузовика-рефрижератора. На месте также были и снеки, сладости, закрутки с соленостями, оливки и еще куча прочего непопулярного или мало популярного товара. Порадовавшись, что все же сытно, и даже местами полноценно, поем, дошел до кассы и взял пластиковую корзинку. После, прошел по подмеченным местам и забил её до краев съестными припасами.

Вернувшись в ставший уже привычным и казавшийся относительно безопасным свой хлебный угол, уселся за прилавком и наскоро перекусил.

«Времени у меня, скорее всего, уже нет. В лифте я провел не больше трех часов, а за это время все уже начали обращаться, поэтому наш кластер, скорее всего, быстрый. Рассиживаться некогда.»

Сделав еще раз круг по магазину, нашел отдел с детскими товарами. Подхватив самый надежный на вид школьный рюкзак. Синий такой, с щенячьим патрулем. Забил его оставшимися консервами, чипсами и прочими снеками. Сникерсы и другие оставленные мурами высококалорийные батончики, распихал по разгрузке, для быстрой их доступности. Живец перелил в детский закрывающийся поильник, как самый удобный из встретившихся сосудов, после чего закинул в рюкзак и его.

«Будет в быстрой доступности – сам не замечу, как выхлебаю за полчаса. Оставшись без живца и хапнув местную передозировку».

Воды напился до пуза. Целую литровую бутылку бросил в рюкзак. Проверив, что лямки выдерживают получившийся походный набор, закинул рюкзак себе на плечи. Спать не хотелось, совсем. Весь день по два-три часа урывками дрых то в лифте, то под прилавком, поэтому ночь планирую посвятить сваливанию на ближайший кластер и поиску рейдеров «здорового человека». Ну или поиску порядочного стаба.

Хорошо в книжках – там главный герой зачастую знает, куда ему идти. Я вот в душе не чаю. Первое, что приходит в голову – это зайти в расположенный недалеко автосалон, сесть в модный китайский электрокар и рвануть по трассе. Но что-то меня терзают смутные сомненья, что мне дадут проехать хоть сколько-то. Картина с развороченным и измазанным кровью салоном Камри до сих пор стоит перед глазами. Да и заваленная машинами, трупами и мусором трасса, без серьезного оборудования, типа отвала, серьезной массы транспорта и серьезного клиренса – препятствие, скорее всего, непреодолимое.

Подошел к главному входу. Отодвинул импровизированную баррикаду. Убрал фонарь, взял в одну руку топорик, в другую длинный нож, которым наковырял себе первые трофеи в этом мире, и аккуратно выглянул из магазина наружу.

Видимо, элита дошла до той кондиции, когда из пугающего до усрачки тела она превратилась в подтухший деликатес. В туше уже копошилось сразу несколько мертвяков, благо, все еще слабого развития.

«Ну вот! В строймаг прибарахлиться уже зайти не выйдет. Думал, фляжку там какую присмотреть, да кусачки хорошие, вдруг на забор из сетки-рабицы попаду. Ну и ладно, приятного аппетита».

Очень медленно и очень аккуратно вернулся обратно. Поставил на место буклетницу и, стараясь не шуметь, ибо ту толпу я точно не вывезу, двинулся к уже увиденному запасному выходу. Как видимость упала до нуля, заменил нож на фонарь.

Открыл дверь в подсобку. Тихо прошел до конца коридора, чтобы не взбудоражить изменившихся работников, которые вполне могли притаиться за дверями в различные хозяйственные помещения-ответвления. Встал и прислушался у выходной двери. За дверью было тихо.

«Ну, что. Очередной рывок веры. Много их будет еще, если буду аккуратен.»

Выключил и убрал в разгрузку фонарь. Занес топор для быстрого удара и, навалившись тазом на эвакуационную ручку, начал медленно отодвигать свободной рукой дверь. Свет от местных звезд и свежий воздух начали пробиваться из небольшой щели. Запаха мертвечины не было, поэтому надавил сильнее, ускорив процесс. Дверь меня неожиданным скрипом не подвела, но чуть не подвело сердце, пропустив удар.

В свете звездного ночного неба, на небольшом пятачке, служившем, видимо, для погрузо-разгрузочных работ магазина, открылась пугающая картина – на коленях стоял мужчина, с опущенной головой. Сперва перепугался, завидев этот "памятник самому себе", но осознав картину целиком, выдохнул.

Выйдя полностью, осмотрелся. Дворик был закрыт забором с откатными воротами, все из глухого, выкрашенного в зеленый, металлического листа. В левой его части стояли неразгруженные паллеты, плотно упакованные, по сему не различить, что там в коробках под пленкой. В правой части располагалась свободная площадка под разгрузку, посреди которой и находился зловещий экспонат.

«Забор – это хорошо, лишних глаз меня видеть не должно».

Медленно закрыл за собой дверь, понимая, что уже второй магазин становится для меня недоступным, ибо, подергав ручку, понял, что с улицы эта дверь открывается только ключом.

«Надеюсь, ничего критичного не вспомню. Живец есть. Высококалорийный перекус есть. Чистая вода есть. Аптечку или аптеку бы еще, но здесь ничего, кроме пластырей, не продавалось, даже автомобильных аптечек с бинтами не нашел.»

Достал фонарь и посветил на мертвого, очевидно, мужчину. Первым фонарь высветил уродливую дырку в голове, с торчащими из неё кусками черепа и прилипших к ним мозгов. Видимо, бедолаге выстрелили в лицо из чего-то серьезного, почти в упор.

Мужчина был одет в армейские штаны и оливковую, залитую натекшей с головы крови, армейскую футболку. Даже надпись на ней была «Армия России». Обошел горемыку и увидел, что руки у него за спиной затянуты на две серьезные строительные пластиковые стяжки.

«Блять. Вот, что точно надо было взять. Хомуты! Хотя бы пару. Чем же ты им насолил так, что даже на органы не забрали? Свидетель чего-то, что даже свои не примут? Или это все же не муры? Накосорезившие рейдеры с нормального стаба? Теперь хоть немного прояснился прикол с гранатой…»

Отбросив размышления, начал осматривать тело. Из всего увиденного в неприглядной картине порадовало наличие новеньких оливковых берц и оттопыренные боковые карманы на испачканных кровью и непригодных для меня армейских тактических штанах.

«Я не мародер. Я собиратель трофеев! Прости, незнакомец, тебе это уже все равно не пригодится, а я, может, еще поживу.»

Аккуратно завалив мертвеца на землю, стянул с него модные летние берцы с треугольничками по бокам. Посмотрел размер – мой. Улыбнул бренд – «Лова». Наверное, какие-то жутко тактикульные. Не к месту в голове заиграла старая дурацкая песня «Когда каждый мечтает с тобою лова, лова…». Переодел испачканные краской кроссы на более подходящую для местных реалий обувь, после чего плотно зашнуровал новое приобретение.

Продолжил обыск. В правом боковом кармане у трупа обнаружилась небольшая стальная плоская фляжка, миллилитров на двести или двести пятьдесят. Потряс – фляжка почти полная. Открыл, принюхался, скривился.

«Надеюсь, со временем я стану воспринимать этот запах иначе. Были же на Земле любители вонючих сыров. Но подгон барский. Благодарю, путник.»

Отхлебнул глоток. Не мой модный фреш из протухших апельсинов, но покойному, видимо, попался неплохой коньяк, вкус которого боролся, безнадежно проигрывая, с «изысканным» вкусом и запахом спорана. Сунул себе фляжку в разгрузку. Во втором кармане ожидал найти белый жемчуг или карту от места, где он лежит, дабы начать свою квестовую цепочку в новом мире, но нет. В нем нашлись лишь очень короткая и простая брошюрка новичка, моток оливковых ниток с толстой иглой, чудом не уколовшей меня при досмотре кармана, и батончик шоколада «Степ». Брошюрку взял полистать, остальное распихал по разгрузке.

На четырех страницах были тускло и криво отпечатаны основные тезисы о местном мире. Все совпадало с информацией Артёма из его книг. Это хорошая новость. Вопросы об осведомленности Артёма оставлю в том мире. Отдельно заинтересовала надпись в конце брошюрки, в которой была информация по стабу «Конечная», с ориентирами по поиску его расположения и заверению, что там новичку обязательно помогут.

«Ага, Конченная. Судя по вашим рейдерам. Или не вашим? Станция ж/д бывшая, что ли? И как понять теперь, муровская это замануха или реально безопасное место? Вопросы…»

Сложил и быстро запихнул брошюрку в карман к продолжавшим там лежать ключам. Есть не просят, поэтому пусть и дальше лежат, как память о былом.

Наличие у меня местной Библии новичка очень порадовало.

«Отличное приобретение. Теперь хоть можно будет свою излишнюю осведомлённость оправдать. Народ здесь подозрительный, не докажешь, что не вражеский шпион, косящий под новичка. Другое дело, что могут спросить, с кого я эту бумажку снял… Ну, что-то придумаем. Ментаты если что подтвердят, что я парня не убивал. Опять же, если другой свежак на удачу попадется, можно будет быстро просветить, с пруфами».

Ускорения выбору дальнейшего пути придал отдаленный гулкий звук падения буклетницы.

«Ой, как нехорошо-о-о. Это они в магазин жрать заморозку приперлись? А может, и вовсе по мою душу. По запаху там идут или еще как. В любом случае слышно грохот было далеко. А это внимание. Ненужное.»

Поднялся и подбежал к забору. Щель между листами оказалась не особо большая, но дорога за магазином хорошо просматривалась. За дорогой сразу начинался уродливый забор из плит и натянутой по верху колючей проволоки. Насколько помнил, там располагался какой-то местный автопарк с крупным ангаром и техникой для города. Вот там машину уже можно найти поинтереснее, чем китайский паркетник. Для местных реалий, конечно, поинтереснее.

«Хотя… Нет. Пока один и нет крупняка – пешком. Технику оставим на самый крайний случай…»

Толкнул ворота и понял – они закрыты. Почувствовал себя в ловушке. Тревога начала нарастать. Уже подумал, как буду перелазить, как заметил ручной засов, блокирующий их открывание.

«Дебилизм новичка? Или мозги успел пропить? Надеюсь, и в первом, и втором случае они здесь со временем восстановятся. Ум всегда, наоборот, был моей сильной стороной.»

Пока возился с заевшим засовом, услышал звук распахивания двери в подсобный коридор. На ней также эвакуационная ручка, поэтому долго возиться тупым зараженным не пришлось.

«Ай, нашумел! А может, там кто уже и эволюционировать успел, на богатом-то местными витаминами «элитном» рационе питания. Двигается теперь за мной, целенаправленно!»

Придавшие ускорения размышления вынудили отдернуть засов быстро и неаккуратно, с громким, для местной тишины, стальным лязгом. Уже не думая о конспирации, я откатил оказавшиеся тяжелыми ворота и, закатив их обратно, до щелчка ненавистного засова, припустил рысью направо, вдоль дороги.

Дорога проходила между автопарком и торговыми зданиями, заканчивалась тупиком с одной стороны и выходила на еще одну широкую улицу с другой. Поэтому выбирать долго не пришлось и я припустил к просвету с видневшейся улицей.

К моему счастью, с этой стороны зданий на дороге никто не шатался, и я быстро пробежал вдоль здания автосалона с китайской техникой, о которой недавно размышлял, добежав до перекрестка. Притормозил на секунду. Обернулся – преследователей видно не было, но нездоровые шевеления во дворе продуктового были слышны.

«Может, на путника переключились? Или вовсе подумали, что это он шумел? Хорошо бы.»

Не вылезая на перекрёсток, выглянул на улицу, в которую упиралась дорога. Так как нас перенесло ранним утром, люди стояли в привычных пробках, когда начался быстрый процесс превращения города в ад, а их – в зомби. Судя по немилосердно разбросанным по обочинам машинам, именно по этой пробке катком вошла на кластер тяжелая техника муров. Увиденное снова заставило биться сердце чаще.

– Даже если это рейдеры от стаба, больше уважения к вам у меня нет. Я буду валить вас, мрази, всегда и везде. И к стабу вашему приведу самую крупную из найденных стай, если вы там порядочными гражданами считаетесь, – тихо вслух проговорил себе обещание я, разглядывая одну из смятых и покореженных машин, из окна которой торчала детская ручка.

Не знаю, что здесь ждало малыша. Но став относительно недавно отцом, хоть все и просравшим, я такое понять и простить не мог.

Невероятный прилив ненависти придал сил и очередной раз щелкнул тумблером подсознания. Очередная жизненная цель в новом мире встала на свое место.

Начало светать, солнце поднималось вместе с рождением нового для Улья человека.

«В стронги пойду, пусть меня научат. Во всяком случае, пока местную муровскую богодельню с землей не сравняю. А там, если выживу, и трейсером можно стать, и рейдером. Главное прямо сейчас раком не встать и до адекватного стаба добраться.»

Так как слева тянулся все тот же унылый забор автобазы, надо было очередной раз пересечь дорогу, к видневшимся, слева и чуть дальше, жилым домам. После чего двигаться в обратную сторону по следам техники, ибо сдается мне, скоро кисляком опять завоняет.

Улица представляла собой дорогу по две полосы в каждом направлении, с разделительной полосой без ограды. Правее меня, буквально в нескольких метрах, улица упиралась в ту самую трёхполосную трассу Т-образным перекрестком, за которым начинался мой уже нелюбимый сквер, а за ним виднелась родительская девятиэтажка.

Колонна, очевидно, въехала в город, проехала по этой улице, повернула направо на трассу и поехала по ней дальше, в западную часть города. Обратных следов я здесь не вижу, и встречи с уродами на выходе с кластера состояться не должно. Сомневаюсь, что они вернутся и будут ждать новой перезагрузки.

«Надо двигаться по их следам на выход с кластера, пока не поздно», – решившись, пробежал к ближайшей из машин.

Перебегая от разбитой машины к разбитой, пару раз вырвало. Больно неприглядные картины из перекрученного мяса с металлом периодически попадались, да и сладковатый запах начавшегося разложения, не добавлял стойкости желудку. После увиденной картины с малышом, мозг как специально заставлял заглянуть в каждый салон, в поисках очередной жести.

Так как дома начинались на другой стороне не сразу, там был очередной парк и машин до переноса вдоль дороги не стояло, то я продолжил двигаться по разделительной полосе, прикрываясь и петляя между машинами, разбросанными тяжелой техникой.

В определенный момент услышал впереди то, чего так не хотелось – звуки очередной трапезы.

Аккуратно подбежал к кузову помятого Гелика, судя по открытой двери водителя, покинутого при ДТП или еще загодя. Дверь мешала увидеть источник звуков, но когда я толкнул её чтобы прикрыть, передо мной открылась неприглядная картина. Через пару машин от меня стоял искореженный Приус, с менее удачливым водителем, не успевшим покинуть авто. С водителя подъедался, уже изрядно наваливший в штаны, высокий пустыш, некогда бывший крепким мужчиной сорока лет. Наполненный предмет гардероба мертвяка говорил, что процесс его эволюции ощутимо сдвинулся с начальной точки, а его сила и скорость, скорее всего, уже обгоняют обычного человека.

Аккуратно нащупал в разгрузке рукоятку ножа. Топор из рук при движении я не выпускал, поэтому уже через мгновенье оказался с оружием в обеих руках.

Перебежал, не отводя взгляд от обжоры, к следующему остову машины, желтому такси Киа Рио, как события приняли неприятный оборот. Уродец меня учуял или услышал. Резко развернулся и уставился на меня своим вымазанным в крови лицом. Жуткие белесые буркала вперились мне прямо в глаза. Меня тряхнуло от ужаса, будто окатило ледяной водой.

«Ну и мерзкая же рожа!»

Мы сорвались из-за машин навстречу друг другу. В полной тишине. Сразу вспомнился тот немой поединок у дома.

«Надеюсь, мой закончится в пользу иммунных!»

Вскочив уже в полный рост, я подлетел к уродцу и резко затормозил. Тот же, молодецким замахом, уже удлинившихся когтей, атаковал меня с ходу. Чтобы не попасть под удар, я интуитивно отпрыгнул назад, но не рассчитал доступное пространство и налетел задницей на очередной кузов, громко качнув машину и вдобавок ругнувшись от неожиданности. Что хоть как-то утешало после сразу двух сделанных ошибок – уроду не хватило длины руки, чтобы достать меня. Я же оказался за правым плечом гада и, воспользовавшись моментом, рубанул его топором по открытой шее.

Силы хватило, чтобы пробить ткани и засадить острие незаточенного магазинного топора в позвоночник твари, прямо в районе спорового мешка, но на этом достижения закончились. То ли позвонки, то ли начавший формироваться споровый нарост, но что-то намертво заклинило лезвие моего основного оружия. Увлеченный падающим мертвым телом, топор вырвался у меня из руки, оставшись торчать из туши.

Мои крики, скрип задетой задницей легковушки и дальнейшая возня, ожидаемо привлекли внимание остальных трапезничающих вдоль дороги. Над машинами начали подниматься заинтересованные окровавленные головы.

Идея вступать в бой с уродом оказалась не самой лучшей.

«Блядство! Надо было его обойти.»

Я резко пригнулся, прячась за кузов обтертой задом легковушки и, забыв про засевший в туше топор, со всей возможной дурью, периодически падая и спотыкаясь, припустил в сторону спасительных построек. Грохот, звон стекол и урчание за спиной подсказывали, что останавливаться нельзя.

Добежав до ближайшего здания, оказавшегося старой серой девятиэтажкой, увидел дверь кофейни из разряда «у дома».

«Должна быть открыта с утра. Иначе мне пиздец!» – промелькнула мысль, когда я ракетой залетел по небольшой лестнице, чудом не запнувшись, и рванул на себя дверь.

Дверь заведения действительно оказалась открытой, и я сходу забежал внутрь. Не оглядываясь и не смотря по сторонам, пробежал обеденный зал, перепрыгнул через стойку и наотмашь засадил ножом в шею потянувшемуся ко мне баристе, субтильному парню лет девятнадцати. Нож рванул руку и, по традиции, начатой топором, также решил остаться отдохнуть в теле очередного зараженного.

«Хорошо, я много ножей набрал. Хотя этот жаль, он был самый серьезный», – пронеслось в голове, когда одной рукой я толкнул дверь в кухню, а другой постарался на бегу нашарить спасительную отвертку, измазанную хлопьями.

Пробежав до конца небольшого склада-кухни с очередными печами и полуфабрикатами, на скорости влетел в дверь служебного входа. Эвакуационной ручки здесь уже не было, и дверь оказалась закрыта на обычный замок. Потеряв скорость и больно приложившись плечом, обернулся, смотря на проход в кухню, свободной рукой при этом шаря по закрытому замку. Успел нащупать и потянуть за скобу, открывая на себя дверь, когда в кухню влетела еще не громадная, но уже развитая до потери одежды, тварь.

Вылетев на улицу, потянул за собой дверь и, наконец, выхватил отравленную отвёртку. Понимая, что бежать бесполезно и шанс у меня один, прижался к стене возле дверного прохода. Преследователь, разогнавшись, налетел на дверь, захлопнув её, после, рванув её на себя, бросил тело в дверной проем.

Воспользовавшись заминкой мутанта, я подготовился и сгруппировался. Как показалась туша, не глядя, на адреналине со всей доступной дури, засадил в тушу свою отвертку с подарком и, оставив отвертку в теле гадины, прыгнул вниз с лестничного марша, не тратя даже мгновения, чтобы проверить результат. Выйти из зоны возможного поражения длинными руками с длинными когтями показалось важнее, нежели пытаться добить превосходящего по всем параметрам соперника.

Быстро поднялся, на мгновение обернувшись на замешкавшуюся у двери и потерявшую прыть тварь, рванул вдоль дома к ближайшему открытому подъезду, располагавшумуся в этом доме со стороны двора. Забежав, захлопнул за собой дверь в подъезд.

Дыхалка уже отказывала, буквально давясь воздухом и оскальзываясь на старых, стертых ступенях, влетел на пролет первого этажа. Дверь в одну из квартир первого этажа, располагавшихся справа по моему движению, была открыта, в ней стоял пустыш, получившийся из благовидной, шамкающей пустым ртом бабушки, стоящей в давно выцветшей ночнушке на голое тело, и смотрящей на меня пустыми белыми буркалами.

– А ну… бабуля… посторонись… – выдавил я, пытаясь отдышаться.

Разогнался, поднырнул под её медленно потянувшимися ко мне руками. Оказавшись за спиной бабки, быстро развернулся и, аккуратно пнув, больно благовидный у неё был вид, вытолкнул женщину из квартиры.

Закрыл за обиженно что-то проурчавшей бабулей дверь и дернул внушительный дверной засов. Очень вовремя. Не знаю, что там произошло со стоящей на пути моего преследования пожилой пустышкой, но в дверь смачно прилетело.

Пытаясь отдышаться и держась за старающуюся выбраться из меня многострадальную печенку, побрел в дальнюю комнату. Взяв короткую передышку на время преодоления лотерейщиком надежной советской стальной двери.

Под звуки разваливающейся дверной коробки и падения каких-то стальных предметов, проковылял по коридору на небольшую кухню к деревянному окну, открывающему вид на уже известную мне дорогу. Сильным рывком открыл широкую присохшую деревянную створку. Ручка выдержала, как и стекла, и окно открылось. Выглянул, жадно хватая уличный воздух.

Под окнами никого не было, располагавшуюся ощутимо левее кофейню, все еще осаждали несколько слабо развитых мертвяков, которые сейчас активно пытались войти в переполненный зал, неожиданно ставшего популярным места.

«С баристой неудобно получилось, мужики. Но вы мне теперь должны за рекламу и бешеную популярность…»

Сел на подоконник, просунул деревенеющие после вынужденной нагрузки ноги и спрыгнул на газон. Высота первого этажа неожиданно оказалась большой, и неприятный удар заставил завалиться на траву, а после перекатиться, теряя инерцию. Ключи от родительской квартиры с лязгом выпали из кармана на землю вместе с брошюркой. Встал на одно колено, собрал потерю в руки.

По какому-то неожиданному наитию или подсказке интуиции захотелось посмотреть на брелок.

«Граната… Вот бы настоящая была!» – подумал я в сердцах.

Крепко сжал связку ключей в руке и, почувствовав неожиданно навалившуюся слабость, бросил в рожу зубастому уроду. Лотерейщик как раз уже торчал в окне, готовясь выпрыгнуть и смотря на меня довольной мордой, видимо, радуясь завершению погони и предвкушая скорую сытную трапезу.

– На, пидрила, перекуси! – негромко прикрикнул я.

Ключи, сверкнув каким-то голубым светом, как мне показалось, долетели по назначению. После чего, неожиданно, с приглушенным хлопком, взорвались на уровне мерзкой рожи торчащего из окна лотерейщика. Несмотря на тихий хлопок, последствия оказались впечатляющими. Уроду начисто снесло часть морды, а именно верхнюю её половину: скулы, глаза и часть лба. От головы преследователя осталась только окровавленная задняя стенка и чаша нижней челюсти, наполняющаяся на моих глазах фонтанирующей кровью. Взрыв оказался направленным, ибо осколки металла ушли в морду твари, расположенный за ней потолок квартиры и частично задели оконное стекло, расколотив его. При этом ни один из металлических осколков не полетел в мою сторону.

Смотря на вываливающуюся из оконного проема ко мне на газон тушу и выходящих посетителей кофейни, взбудораженных новыми звуками, уже не скрываясь, я громко выматерился:

– Зае*ись! Это я что, бл*ть, гренадер?!

Глава 4 Перезагрузка

Ошеломление от осознания открывшегося дара прошло очень быстро, так как сложно рефлексировать, когда перед тобой на землю валится мешок с драгоценностями, а чуть дальше, за ним, в твою сторону, уже набирает разбег мучительная и практически неотвратимая смерть.

Я же медлил, не двигаясь с места. Жаба и инстинкт сохранения сцепились в моем подсознании насмерть. Помог в их ожесточенной борьбе случай, а именно – рука. Она нащупала в разгрузке трофейную флягу, а не один из двух оставшихся ножей. Так как у меня оставались мгновения, менять найденный предмет на что-то, чем можно было вскрыть споровый мешок, уже было некогда, поэтому жаба обиженно отступила, зализывая раны.

Поднимаясь, быстро развернулся в обратную от кафе сторону дома и выхватил флягу из разгрузки. Неуверенно стартанул, ибо последние минут тридцать только и делал, что превозмогал на пределе возможностей. А предел – это штука такая. Бесконечно его не подвигаешь.

Скрутил на бегу или, лучше сказать, быстрой ходьбе, крышку и жадно впился в горлышко. Усталость отступила; боль в ногах, перетруженных погоней и прыжками, также пошла на спад. Назвал бы это вторым дыханием, но второе уже было, когда я ткнул отвёрткой лотерейщика и рванул к бабке на квартиру. Это уже третье или четвертое дыхание.

Раздавшееся уже недалеко урчание и звуки приближения бегунов добавили мотивации. Добежав до конца дома и свернув во дворы, нос к носу встретился с двумя пустышами, до моего появления, видимо, мерно раскачивающимися перед открытой, на все четыре двери, китайской иномаркой. Вроде бы, такая носит гордое название Танк.

«Ну, наконец-то! Настоящая китайская машина! Я же еще ночью в такой хотел посидеть! Даже поездить!»

Не сбавляя скорости, пробежал между заметившими меня, но медлительными и слабо развитыми зараженными. Запрыгнув в проход пассажирских сидений вперед ногами, как настоящий десантник в БТР, в пару движений пролетел автомобиль насквозь, оставив туповатых преследователей недоумевать.

«Вот и посидел! Благодарю! Гештальт закрыт!»

Недоумки не догадались обойти внедорожник, а зачем-то одновременно полезли через салон по моему пути. Мешая и толкаясь, только потеряли время. Я же, не собираясь останавливаться и дожидаться разрешения их проблемы, рванул вглубь двора. Забирая левее, побежал мимо старенького двухэтажного детского сада, состоящего из двух зданий и окруженного металлическим забором.

«Даже думать не хочу, что там произошло… На десять ребятишек как минимум один взрослый воспитатель. Надеюсь, группы по утру еще не успели собраться. Хотя, в любом случае судьба перенесшихся детей не завидна. До скольки килограмм там не обращаются? Пятнадцати? Это с двух до четырех лет гарантированно и даже может кто постарше».

За всеми этими размышлениями не заметил, как забор закончился. Обернулся – преследователи, будучи порезвее и поумнее, нежели Биба и Боба у Танка, уже оббежали машину и припустили следом. Мне же бежать оказалось некуда, дома впереди ощутимо дальше, чем мне позволит пробежать измученный организм, больше потенциального укрытия не наблюдалось. В панике закрутил головой. Взгляд наконец зацепился за возможное спасение – у главного входа в детсад стоял ряд автомобилей.

«Детей привезли. Надеюсь, кто-то не закрывал машину, а то и ключи оставил. Провинция же. Больше вариантов у меня нет, до ближайших домов я не добегу. Уже не могу. Никак. Футбольная клетка и детский городок, до которых еще есть шанс добраться, мне оторваться от толпы никак не помогут. Только умру уставшим паркурщиком.»

Подбежал к ряду авто, стоящих у парадного входа в садик, и начал дергать ручки. Первой из машин оказался свежий белый Соренто. Такие машины обычно закрывают, и владелец данного авто не стал исключением. Вторым стояла старенькая бежевая Тойота, что-то типа Марк 2, не разбирался в них никогда и сейчас начинать нет времени. Машина также оказалась закрыта. Уже начал паниковать, как в следующем черном Мерседесе ГЛК сквозь окна обнаружил на водительском сидении субтильную барышню, активно сверлящую меня взглядом и пытающуюся что-то сказать или проурчать, скорее всего, обидное.

Дернул, оказавшуюся открытой, водительскую дверь. Миловидная рыжая мадам, на вид не более тридцати лет, сидела в легком зеленом летнем платье. Изменение женщины выдавали только белесые зрачки. Потянувшись ко мне, она неуклюже вывалилась из двери. Оббежал её, пока она поднималась и, схватив за стройную ножку, оттянул от дверного проема.

– Мадам, простите, но сегодня нам не по пути! Рад был бы встретиться при иных обстоятельствах!

Обернулся, увидев, как первые бегуны уже сворачивают за угол забора и ускоряются в моем направлении. Запрыгнул на водительское сиденье, закрыл дверь, заблокировал центральный замок, выжал педаль тормоза и повернул электронный ключ, немного не дождавшийся смены поколений и последовавшей замены на кнопку. Надежная немецкая рабочая лошадка быстро подхватилась и завелась. Педаль тормоза оставалась зажатой, дернул подрулевой рычажок в драйв и, вывернув руль, перекинул ногу на газ. Машина бодро рванула с места, бортом снеся самого прыткого марафонца из моих преследователей.

Набирая скорость, глянул вдоль дороги, что пока нет поворотов и серьезных преград, после чего перевел глаза на зеркало заднего вида. Урчащая и бегущая толпа начала удаляться. Радости это не доставляло. В садике вполне могла отъестся серьёзная зверюга. Такая быстро наверстает расстояние, а разогнаться на дворовой территории вариантов немного.

«Что-то крупных уродов я давно не видел. На такой-то богатый протеином городок…»

Осознание пришло вместе с тонкими нотками кислого запаха. То ли это я отдышался, и рецепторы начали работать, то ли просто совпадение.

– Бля-я-я! Не было печали, купили порося! Перезагрузка! Так позорно слиться после такого марафона! Да вот хуй вам! – уже не боясь никого, в голос проорал я.

Выкрутил руль налево и пронесся со двора до уже задолбавших за сегодня улицы и ведущей вдоль неё дороги. Вынесся на проезжую часть в эффектном заносе и с трудом поймал машину, подскочившую на кочке при выходе с поворота. Колеса начало мелко бить на продавленной тяжелой гусеничной техникой гребенке.

– Следы, следы, следы! На*ер с дороги! Не загораживай следы! – заорал, краем машины зацепив и снеся одиноко бредущего по дороге пустыша.

Не особо тяжёлую машину от такого столкновения снова мотнуло, и её пришлось повторно ловить. ДТП произошло по причине того, что я держал взглядом эти самые следы от техники рейдеров.

Когда на моей стороне появились машины и показался замерший навечно затор, оттормозился и, вывернув руль, перескочил разделительную полосу, благо клиренс позволял, рванув по уже опустевшей в этом месте встречке.

Чтобы не паниковать, сконцентрировался на следах и управлении машиной, пока следы еще просматривались, как и окружающая действительность, перед машиной. Пару раз объехал показавшихся на дороге уродов разной степени развития, но пока что не успевших потерять одежду, и несколько попавшихся машин. Один раз, после очередного поворота в сгустившемся тумане, мне показалось, что рядом со мной на четырех лапах бежит, также спасаясь, какой-то крупный развитый монстр. Скорее всего, причудилось.

– Ну все! Пи*да! Так глупо слиться-я-я! – заорал я под аккомпанемент натужно рычащего двухлитрового двигателя, несущегося в непроглядной молочной пелене автомобиля.

Мгновение и от мощного удара машина неожиданно подпрыгнула. Меня больно приложило о руль, подушка безопасности не сработала, ибо был не пристёгнут, а после мир и вовсе завертелся. Мне от нокдауна уже было так плохо, что я только интуитивно выставлял то руки, то ноги, вскрикивал от очередного удара обо что-то твёрдое и безвольно продолжал болтаться в своем летящем блендере.

Все закончилось также неожиданно, как и началось. Свет сознания потух. Когда сознание включили, все, что я мог делать – это только тихо и сдавленно мычать.

Казалось, что пробка из сигналов от всех нервных окончаний, собравшаяся за время моей отключки со всего тела, увидев открывшиеся ворота вернувшегося сознания, рванула со всем энтузиазмом, толкаясь и матерясь.

Болело буквально все. Непонятно, где и какой степени был получен урон. Руки и ноги не двигались, да и вообще не хотели меня слушаться.

Полежал еще минут десять и повыл, после чего боль начала потихоньку отпускать. Правая рука, согнутая в запястье, начала слушаться, и это была первая конечность, которой я смог пошевелить. Еще с десяток минут у меня ушло, чтобы пошевелить другими частями тела.

На радость, если в этом состоянии она вообще доступна, все конечности остались на месте. Об их здоровье говорить не приходилось, но угрожающих жизни ран или открытых переломов точно не было. Сломались два пальца – мизинец и безымянный на правой руке, о чем говорило их неестественно выгнутое в обратную сторону положение. Болтался на коже большой палец левой руки. Ссажены локти и колени; резаная рана на левой скуле, разбита правая бровь, ближе к виску; что-то инородное, но засевшее не очень глубоко, ощущалось в районе правой лопатки.

– Я выбрался! – сказал и улыбнулся я, поморщившись от вспыхнувшей тут же боли, – «С мимикой временно надо завязать.»

Кряхтя и сдавленно матерясь, огляделся. Я остался в салоне Мерседеса и при ударе меня не выбросило через лобовое стекло и сейчас лежал, скрючившись в позе эмбриона, на сидении заднего ряда. Машина, закончив кувыркаться, осталась, к удивлению, стоять на колесах.

Попытка открыть дверь ни к чему не привела. Постарался нащупать фляжку и только в этот момент понял, что в болтанке разгрузка перекрутилась вокруг тела, и я сейчас лежал на одном из основных её отделов. Переехавший под рюкзак отдел с фляжкой и давил мне крышкой ёмкости с живцом прямо под лопатку.

«Ну ни*ера ж себе. Так и глаз на жопу натянуть можно. Хотя я никогда не верил, что это у кого-то может получиться.»

С десяток минут ушло на то, чтобы в тесном, из-за просевшей и покореженной крыши, пространстве вернуть вещи на свои места. Достать и открыть фляжку поврежденной рукой. Выпить живца. Вернуть и зафиксировать, кусками какой-то валявшейся кофточки, поврежденные пальцы. С воем. Снова выпить живца. Отдышаться. Достать нож и полежать подумать.

Умная немецкая машина, сделав уши, заглушила мотор и обесточила электронику. По этой причине, если за полчаса или больше времени моей возни я еще не сгорел, значит, можно лежать здесь спокойно до новой перезагрузки или появления сильной и любопытной твари. Например, той, что бежала со мной наперегонки перед перезагрузкой. Ну или приезда муров, на свою стартовую позицию.

Потолкался – нет, мышечной силы из-за чудовищной боли при напряжении, для того чтобы открыться и выползти из машины, не хватает. Значит, надо использовать силы ментальные. Расслабился и решил проанализировать свой полученный дар.

Так, помнится, что-то такое встречалось в комиксах или старых американских мультиках. Там был мужик, который таскал с собой колоду карт, и мог вынуть любую и запулить ею во врага. Последняя, достигнув врага, взрывалась. Сдаётся мне, я так же могу, как Кашпировский, заряжать вещи. Только вот заряженные мной вещи через какое-то время или при контакте с кем-либо, ни много ни мало, а взрываются.

«О! Гамбит, вроде, звали того волшебника.»

Отличная способность. Для самоубийства. Место, где я её получил, шума не любит так же, как и площадных разрушений. А я бабахаю, хоть вроде и не как брошенная в меня РГД-шка, но все же бабахаю. Да еще и как развиваться дар будет – непонятно. Круто, конечно, наевшись гороха и закинувшись жемчугом колонны муров на воздух поднимать, но с той же подорванной элиты потом жемчуг ищи-свищи по всей округе. Да и по механике работы умения пока ничего непонятно.

Какие объекты я могу взрывать? Как ставить защитный экран? Ведь неспроста меня там, у окна, осколками не накрыло. Можно ли экран ворочать, закрывая союзников? Могу ли я регулировать силу взрыва, громкость или поражающую способность? Зависит ли какое-либо из свойств разрушения от размера и свойств заряжаемого предмета? При контакте с поверхностью или врагом происходит подрыв или по таймеру, и могу ли я этим моментом управлять?

«Сложно. Пи*дец как сложно. Без знахаря и литра водки ни хера не разобраться. А мне еще до стаба, как я понимаю, как до луны раком. Если тут муры катаются, то нормальный стаб должен быть далеко, за пару кластеров это как минимум. Дар же, что есть, что нет. По наитию я так круто и удачно его первый раз применил или это был пробный, демонстрационный, так сказать, вариант от Улья – не знаю. Но здесь теперь как в анекдоте про профессора и его бороду. Буду думать и пытаться контролировать процесс второй раз и, учитывая все возникшие вопросы, может не получиться или получится не как надо. А то и самоподрыв нечаянно устрою.»

Мои рассуждения неожиданно прервали. Самым наглым образом. Заурчали у смятой машины, в районе головы. После чего металл рядом с лицом прошили внушительные когти, чуть не добавив и без того пораненной голове новых травм.

– Отъе*ись! У меня тут высшая математика! Не до тебя сейчас! – с каким-то отрешенным пофигизмом прошипел я. После чего машину начали ломать активнее, да так, что пришлось от греха отодвинуться от двери, подальше. – Ну что, снова бросок веры?

Упёршись в дверь правой перемотанной ладонью, я изо всех сил напрягся и представил желаемый результат – дверь взрывается с негромким хлопком, все полученные осколки летят в сторону лотерейщика или кого серьезнее, судя по когтям, не поражая меня и моего потрепанного снаряжения. После чего, почувствовав слабость, зажмурился, открыл рот и начал вслух считать, чтобы тварь не отходила и не отвлекалась от извлечения такого вкусного меня.

– Ааз, да-а, ты-ы, чеые…

Бабах!

В замкнутом пространстве, с неширокими щелями оставшимися от оконных проемов, воздуху деваться некуда, поэтому оглушило меня знатно. Чуть снова сознание не потерял. Несколько секунд лежал и водил головой, насколько это позволяли поза и место, пытаясь прийти в себя.

Свежий воздух, с запахами гари, пластика и прочей химической дряни, ворвался в салон вперемешку с пылью, песком и еще чем-то мелкодисперсным. Только сейчас вспомнил про витавшие ранее пары бензина и выматерился на себя за глупость. Мог и на воздух взлететь или вспыхнуть, запёкшись в "собственном соку". Хотя какая может быть глупость в сложившейся ситуации? Не ждать же, пока меня как шпротину выковыряют из покореженного кузова.

«Как говорится, пан или пропан!»

Но для себя заметочку сделал, что огонь либо заказывать надо, либо в целом, принцип у моего взрыва иной.

Незваному визитеру, видимо, тоже досталось и досталось серьезно, ибо никаких больше звуков я не слышал, а достать из машины и набить морду за такую негостеприимную встречу, мне никто не пытался. Но это пока, ибо чпок был знатный. Оно, конечно, тише, чем должно было быть по громкости, если брать тротиловый эквивалент при таких разрушениях. Хотя, возможно, я ошибаюсь, ведь я не специалист в подрывных делах. Одно точно – если местные твари еще не унеслись в перегрузившийся кластер за свежим мясом, то на границе двух кластеров я рискую поиметь новых и более серьёзных проблем.

Сколько теперь будет перезагружаться мое умение – я не знал, но живца для подзарядки уже почти не осталось. Взболтнул фляжку и приуныл. Надеюсь, рюкзак там не раскидало. Поза, в которой я себя осознал, и замкнутое пространство для проверки амуниции как-то не располагали.

Дверь целиком в оружие превратить не удалось, но и так, для самого начала пути в Стиксе результат впечатляющий. Отсутствующий фрагмент двери позволил выбраться на свободу, хоть и не без проблем, новых порезов о края и цепляния за торчащие элементы рюкзаком и разгрузкой. Вывалившись из кузова, растянулся на земле, распрямляя затекшие и ранее поврежденные конечности. Несмотря на местами отдающую боль из старых и новых ран, наконец-то стало хорошо.

«Бля-я-я. Вот это был марафон со смертью. Хоть кино снимай. Сперва толпой сожрать пытались, потом лотерейщик этот шальной. Отвертка, бабка, окно, опять толпа, машина, гонка, снова лотерейщик… Кстати, лотерейщик…»

Шипя от боли, поднялся на локтях. На расстоянии пяти метров от машины лежала туша крупной твари, размазанная кровавым фаршем по земле. Судя по оставшимся более-менее целым "нижним конечностям", это был еще не топтун, но где-то близко. Пальцы уже деформировались, а на месте пятки начал формироваться уродливый костяной нарост.

«Ну вот, а я боялся, что сложности будут. И очень даже просто все. Ведь один раз – случайность, а два – уже закономерность.»

Поднялся и, сдерживая рвотные позывы, прополз вдоль мясного фарша до ближайших деревьев. Последние оказались сильно истыканными, получившейся из фрагмента немецкой двери, шрапнелью и забрызганными кровью и кусками твари. Где-то здесь, наверное, под мясом, лежит и кусок шеи, а то и уцелевший споровый мешок, но ковыряться сейчас – это только потерять выпитый живчик.

«Ну, собственно, что я и говорил. Ищи-свищи теперь добычу. А ведь это я еще ничего для усиления не пил. Да и в местном мире вторые сутки только пошли.»

Быстро темнело. Отполз на карачках от машины в лесок и скинул рюкзак, чудом переживший все злоключения. Сел переливать живчик из поильника во фляжку, пока еще что-то видно без фонаря. Руки снова тряслись, мышцы и раны болели, поэтому выходило с потерями. Душу грело, что в разгрузке, проверено, лежит еще два спорана и горошина. А то при утере точно пришлось бы местный фарш руками просеивать.

Жаба на мои рассуждения снова встрепенулась, предложив все же проверить самую близкую к деревьям часть останков твари, но я был непреклонен. Да, кровью и так испачкан и провонял, правда, уже своей, но большой пользы сейчас мне этот хабар не принесет, а вот быть подловленным, стоя раком в чужой требухе, очень не хотелось. Что людьми, что мертвяками.

По-хорошему бы скрыть как-то следы кровавой расправы. Опытный местный быстро и картину боя, и дар прочитает. А после очень мной заинтересуется. Не рядовое умение и много где для хорошей прокаченной группы полезное, особенно если есть умелец с отводом глаз или куполом тишины. В обоих случаях позволит безнаказанно бомбить и тварей, и укрытия, и технику, и даже, при мощной прокачке жемчугом, стены стабов. Попал, так попал. При всем при этом, безопасники стабов рады такому гостю тоже не будут, ибо больно много делов голыми руками наворотить может.

«Дареному коню, как говорится…»

Закончив рефлексию и манипуляции с живцом, допил остатки в поильнике. На умение и регенерацию ушло много местного топлива, поэтому интуиция от употребления новой дозы меня не останавливала. Или это старый добрый алкоголизм заставлял игнорировать риски местной передозировки.

«Эх, спека бы сейчас. Только один шприц и для дела. А то бывшему алкашу и сторчаться недолго. Та же зависимость, только вид сбоку.»

Закинул рюкзак на плечи и поднялся. Выкинул пустой поильник. Разложил воду и фляжку по разгрузке. Достал чистый нож и взял в более-менее здоровую руку. Вымазанный в хлопьях раскладной, переложил во вставший колом от краски карман штанов, в которой я вымазался и даже умудрился вздремнуть еще в строймаге.

«Ну что, новый мир. Встречай, е*та!»

Закончив пьяный монолог, двинулся по лесу вдоль проселочной дороги, которую с большим перепадом и крайне неаккуратно состыковало с улицей моего кластера. Из-за чего я лишился железного коня. Да и топтун с ним, техника все равно была не адаптирована к новым реалиям.

«Если есть дорога, то с большой вероятностью она меня куда-то выведет. К деревне или какой постройке, поэтому надо просто идти, аккуратно идти. Надеюсь, и эту ночь я переживу».

Глава 5 Модник

Мое поддатое путешествие не задалось с самого начала. По вечернему лесу даже трезвым ходить то еще удовольствие, а пьяным и вовсе беда. Пару раз обо что-то запнувшись и завалившись, я потревожил свои поврежденные пальцы.

Импровизированная перевязь, укрепленная мной на одном из привалов шиной из сухих веток, не справлялась со своей функцией, ибо была сделана не из эластичных бинтов, а из обычной ткани. Из-за последнего, она постоянно сползала, намокла и в целом вела себя отвратительно.

Когда же местное светило окончательно выключили, идти стало и вовсе практически невозможно. Если в городе света звезд и галактик местного сумасшедшего неба еще хватало, то под кронами высоких лиственных деревьев, в которых я не разбирался, света не было совсем.

В определённый момент, в очередной раз расстелившись на подлеске, я всё же решил достать фонарь. Да, потенциально это приглашение для всех страждущих человеческого мяса, но издеваться над собой, а то и ходить кругами, сил уже не было.

Дополнительных проблем добавляла и голова. Наполненное ужасами последних суток подсознание рисовало самые жуткие и пугающие картины при каждом шорохе, скрипе дерева или еще каком-либо естественном звуке леса. Кто ночевал хоть раз в лесу, тот прекрасно знает, что ночью он живет еще активнее, чем днем. Кто-то охотится; кто-то, пользуясь темнотой, старается перебраться на место с новой кормовой базой; кто-то проверяет свои угодья и так далее. Здесь, в связи с особенностями межмирового переноса, так много живности не было, но все же часть обитателей до пятнадцати килограмм весом сохранили свои привычки и облик, поэтому продолжали существование и на новом месте.

Когда я уже полностью протрезвел, ибо от постоянного страха несколько раз попрощался с жизнью и пару раз чуть не навалил, лес неожиданно закончился. С удивлением осознал, что передо мной из темноты вырос аккуратный и симпатичный деревянный зеленый забор.

«Отлично. Поселение! Свежее! Наконец-то! Вот прямо этот дом и проверим, и заселим».

Даже если там впереди много всего интересного, лезть в центральную часть поселения пока не буду. Любое людное место, кроме стабильных кластеров, в этом неприветливом мире надо привыкать воспринимать максимально настороженно. Этот дом стоит у самой окраины леса, из которого я выбрел, поэтому на более-менее безопасное жилище еще претендует, надеюсь и провизией не обидит.

Сперва попробовал обойти участок по периметру. С одной стороны забор впритык соединялся с соседским, также симпатичным и свежеокрашенным, но уже бордовым. Дальше решил не обходить и вернулся в поисках калитки или ворот, обойдя жилище с другой стороны.

Вышел на ровную и аккуратно сделанную, с дренажем и подстилкой, гравийку, которая оканчивалась тупиком практически вровень с зеленым забором. Со стороны гравийки нашлась и калитка, и откатные ворота для проезда на придомовую территорию транспорта.

Оглядел улочку. Гробовая тишина и отсутствие света где-либо в округе, кроме моего светового пятна, намекали, что либо садоводство еще мирно и безмятежно спит после перезагрузки, либо местный ад закончился уже относительно давно и в нем никого не осталось. Вариантов по второму сценарию могло быть много: твари ушли, ибо снова вот-вот перезагрузка; на все поселение не осталось мяса и зараженные его покинули, как бесперспективное; здесь есть альфач, который сожрал все живое, отъелся до какого здорового рубера или выше и сейчас он со мной играет; заехали муры и почистили деревню… И еще миллион различных сценариев реальных для этого сумасшедшего мира.

Попробовал пройти по гравийке глубже в поселение – под ногами предательски громко захрустело. Замер. Прислушался. Слава всем богам, никто на хруст не среагировал. Проходить дальше и светить фонарем вглубь местной улочки не стал, дабы не навлечь на себя беды. Нервы в эти бесконечные сутки и так уже сдавали, поэтому вернулся к изначальному плану – посетить окраинное жилище. Стараясь ступать как можно медленнее и тише, вернулся к калитке.

Усталость сильно притупляет чувство опасности до такой степени, что в определённый момент действительно становится насрать даже на смерть. У меня ко вторым суткам максимально активного бодрствования, запоя в анамнезе, кучи травм в процессе регенерации прибавилось еще и окончание всех припасов, воды и живчика. Поэтому, двигаясь уже исключительно на морально-волевых, я сейчас думал только об одном – добраться до кровати. Даже смерть в лапах и зубах местных чудовищ не казалась таким уж страшным завершением этого бесконечного дня.

Подошел к калитке и толкнул её. Калитка оказалась заперта. Закинул руку и прощупал все выступающие элементы, доступные с той стороны забора. Ключ, к моему счастью, нашелся. С обратной стороны дверного проема был вкручен саморез, на котором и покоилась связка.

Отпираемый замок в тишине показался церковным колоколом. Быстро зайдя за ворота, запер дверь за собой. Смешная преграда, но самых простых из местных обитателей на время остановит, да и без звука прокрасться за мной не даст. Занавески не качнулись, света в доме не загорелось, значит, на сон и наличие в округе свежаков можно было не рассчитывать.

Достал оба оставшихся ножа, приготовившись к бою с возможными обращёнными обитателями жилища. Аккуратно раскрыл своё оружие последнего шанса – нож, вымазанный в хлопьях, оставшихся при приготовлении первого в этом мире живца. Помнится, не особо мне отравленная отвёртка у служебного входа в кофейню помогла, но сколько-то секунд для отступления дала. А эти секунды в некоторых ситуациях равны жизни, как в тот раз и получилось.

«Интересно, почему хлопья не сработали? Может, обтерлась при беготне об карман разгрузки и на самом жале практически ничего не осталось? Или они вообще не работают? Проверить бы прочитанную теорию с хлопьями, да не на ком…»

Стоять размышлять и разглядывать двор времени не было, поэтому, аккуратно двигаясь по выложенной камнем дорожке, быстро дошел до лестницы и поднялся на веранду. Подошел к двери в двухэтажный симпатичный деревянный дом, обшитый пластиковым сайдингом. Дверь оказалась заперта. В этот раз обшаривание щелей, ниш под крышей веранды и исследования половика результатов не дали. Ключа нигде не было.

Навыками домушника я не обладал. Быстро спустился с веранды и обошел дом по периметру – все окна закрыты. Вернулся на крыльцо и несколько секунд стоял, пытаясь понять, что делать, дыша свежим вечерним воздухом.

– Ай, была не была, – тихо сказал я и, подойдя к входной двери, приложил палец к выступающему цилиндру единственного замка.

Закрыл глаза и представил, как я отхожу от двери, и через пару секунд замок разваливается, выбрасывая труху в коридор.

– Бум! – негромко сказал я.

После чего отошел и развернулся к калитке, внимательно наблюдая за ситуацией, имеющей все шансы очень быстро и очень неприятно измениться, после срабатывания дара.

Замок с негромким хлопком, не громче детской петарды, взорвался. Послышался приглушенный дверью звук разлетевшихся по дому металлических элементов. Как будто кто-то внутри разбросал ключи по коридору. Я напрягся и огляделся в поисках возможных путей отступления. Сонливость и усталость от адреналина как рукой сняло. Но тишина стала мне наградой.

«О как, дозировать дар вроде получается. Только вот снова на шум никакой реакции. Как будто деревня пустая. Вот как понять, что сейчас кисляком не запахнет опять? Живешь как на пороховой бочке все время, даже если никто сожрать не пытается. А я как-то читал и фантазировал, как попаду в эти безудержные приключения. Идиот, бл*ть!»

Постояв еще с пять или десять минут. Отлученный от часов и смартфонов, время считать совершенно разучился. Развернулся спиной к спокойной улице и запертой калитке, и аккуратно потянул дверь. Внутри профиля что-то глухо звякнуло и упало. Я снова воровато оглянулся и, не заметив движений, зашел в дом, прикрыв дверь за собой.

«Всё, е*та! Я в домике! Дайте психике отдохнуть хоть ночку, а!» – взмолился я, стоя прислонившись к холодному металлу спиной.

Умом я понимал, что если сейчас с той стороны кто-то крупный постучится, то она мне уже не поможет, но бежать дальше уже сил не оставалось. К счастью, этого и не потребовалось. Новых звуков ни снаружи ни изнутри не доносилось.

Отдышавшись, развернулся и наконец прошел в помещение. Аккуратный и чистый интерьер дачного коридора был безнадежно испорчен разлетевшимися фрагментами замочного цилиндра. На полшишки мой дар, все же, не работал. Но это было и понятно. Он все же боевой, а не инженерный.

Заменил отравленный нож на фонарь, включил его. Посветил на берцы, вымазанные в траве, листьях и влажной земле подлеска. Захотелось разуться, но отбрасывающие тень валяющиеся на полу металлические элементы замка быстро меня в этом желании разубедили.

Выключил фонарь, аккуратно открыл дверь из коридора в основное помещение первого этажа. Осмотрев в освещении звездного неба простое и аккуратное убранство, очевидно, дачного домика, убрал нож. Сейчас здесь, скорее всего, никого – обуви в коридоре нет, в самом доме тишина и покой. Подошел к окну, отодвинул белоснежную занавеску и еще раз проверил, не возбудил ли я своими хлопками чьих-то гастрономических интересов. Все также тихо, пугающе тихо. Относительная безопасность начала прогонять стресс. Навалилась усталость, захотелось упасть спать на половик прямо посреди зала, объединенного с кухней. Стиснул зубы и растер лицо и уши, а после двинулся на поиски съестного.

Закрытый холодильник по книгам всегда был табу, ибо биологическая бомба. Кластер летний, ключи у калитки – все намекало, что там уже могло что-то лежать и это что-то, скорее всего, пропало. Добавлять ароматы к звукам не решился, и так уже для чутких ушей зараженных сигналов было предостаточно.

Прошел до небольшой и симпатичной голубой кухоньки. Полазил по ящикам. Коробка привлекательных банок тушенки от ИмперСоцСнаб невероятно удивила и обрадовала. В голове на место встали и чистота, и общая ухоженность домика с территорией, и даже аккуратная гравийная дорога в таком захолустном месте.

«О как! Прям в боярку попал! Отсюда и порядок кругом такой. Это вам не мир победившего капитализма. Тут люди все вышколенные.»

Полный бак с водой на пятьдесят литров у рукомойника порадовал не меньше тушенки. Вдоволь напился прохладной и удивительно вкусной воды. Жаль пустые бутылки и поильник в лесу скинул, сейчас бы набрал её с собой.

Еще раз осмотрел первый этаж, насколько это возможно в свете ночного неба, нашел небольшой объединенный санузел. Зашел и воспользовался им по назначению.

«А я холодильник открыть боялся. Биологическая бомба уже взорвалась!»

Вернувшись на кухню и набрав воды в найденный здесь же двухлитровый графин, за пару ходок обмыл санузел и привел себя в порядок в душевой кабине. Бак над ней, к сожалению, наполнен не был. Модные берцы также обмыл, сильно не расходуя воду, но и этого хватило, чтобы привести их в относительный порядок.

Теплая погода в целом по Стиксу позволила перемещаться голышом и в одних берцах по дому. Остальную одежку сбросил и закинул в закрывающуюся и полупустую хозяйственную комнату.

«Надеюсь, найду какую одежку на втором. А то и рюкзак сменю.»

Взял ножи и поднялся по скрипучей деревянной лестнице на второй этаж. За закрытыми дверьми, ожидаемо, никого не нашлось. Полазил по хозяйским шкафам и нашел себе комплект одежды.

Если трусы просто оказались в обтяжку, то местные светло-синие штаны а-ля "три бугра" оказались еще и коротковаты. Относительно высокие берцы скрывали этот изъян, поэтому менять на старые изгвазданные штаны не стал. А вот с футболкой все оказалось совсем печально. Моя комплекция отличалась от щуплого имперца, обладавшего этим замечательным домиком, в большую сторону, и воспользоваться остальной его одежкой не удалось. Ну ладно, вернусь и простирну свою испачканную Баленсиагу.

«Живчика бы еще сделать. Если у них в Империи сухой закон, то мне придется туго…»

Спустился, зашел в хозяйственную комнату и начал рыться в своем сваленном тряпье. При этих действиях что-то привлекло моё внимание своей ненормальностью на полу.

«Точно, щели! Вот и подпол нашелся!»

На радостях отодвинул одежду и, поддев щель ножом, открыл люк. Открывшаяся дверца пахнула запахом сырости из черного проема. Вернулся в кухню и взял фонарь, после чего спустился в подпол. Внизу обнаружилась лестница и сколоченные из дерева стеллажи по периметру небольшого погреба, на которых стройными рядами стояли банки со всевозможными закрутками. Также имелось два пузыря с мутной жидкостью, содержимое которых я смог безошибочно определить «на глаз».

«Сухой закон, ни сухой закон, но человека на земле Русской не изменит даже другая реальность. Живе-е-ем! Во всех смыслах живем!»

Вытащил пару банок с миксом из огурцов и помидоров. После вернулся и достал оба пузатых пятилитровых пузыря с самогоном. Всё дотащил до кухни. После чего вернулся за своей многострадальной футболкой и замочил её в глубоком салатнике, залив оставшейся водой из бака и добавив найденного в тумбе под рукомойником порошка «Чистюля» неопределенного назначения, но приятного запаха.

Постоял и подумал, что же делать. Накрывать поляну и наедаться – точно уведет в сон. Адреналин уже давно отпустил и последними хлопотами занимался уже в каком-то трансовом состоянии. Выглянул за окно – спокойствие и тишина никуда не делись. Чертыхнулся и все же вернулся к снаряге.

Обтер многострадальных щенят на рюкзаке. Перебрал его содержимое, закинул на всякий пару банок тушенки, чтобы можно было перекусить в дороге, но при этом не порвались от тяжести лямки. На пару дней пути, при экономном потреблении и отсутствии ран, должно было хватить, а там и магазин какой поселковый может попастся. Рваную и изгвазданную разгрузку освободил от последнего оставшегося батончика и трофеев с лотерейщика, после чего выкинул в подпол вместе с грязными штанами.

Вернулся на кухню. Налил себе половинку двухсотграммового, жаль не граненого, стакана самогона и продегустировал. Самогон оказался шедевральным. Хозяин добавил ягод можжевельника, когда поставил настаиваться продукт, и несколько раз перегонял получившийся напиток, что придало ему недостижимый для заводского пойла вкус и аромат.

Проверил еще раз шкафы – уксуса не нашлось. Горох сделать снова не получается. С помощью обнаруженной посуды, а именно глубоких тарелок под суп и найденных полотенец, сделал из сэма живца и наполнил им освобожденный под живец графин. А после наполнил из него фляжку, закинув её в рюкзак. Отравленный нож еще раз измазал в свежих хлопьях, сложил, убрал.

Разложил открытую банку тушенки, налил еще один стакан самогона и открыл соленья, подготовив все для боярской трапезы на столе. Рюкзак отнес наверх, там окна – убежать можно будет на все четыре стороны. А еще придомовая и соседние территории просматривались не в пример лучше, чем с первого. Спать буду там.

Вернулся вниз. Допитый стакан и пара хороших глотков живчика подействовали на уставший и голодный организм ожидаемым и сильным эффектом опьянения. Наконец расслабился и сел за стол.

Как ел, пил и поднимался наверх – уже не помню. Непозволительная глупость для такой суровой местности. Проснулся, лежа на заправленной кровати второго этажа, от чудовищной боли в ногах. Подвывая, выпрямился и начал расшнуровывать берцы.

«Дол*оеб. Кто же в затянутых берцах спать ложится. С-с-собака. Как же больно».

Откинулся несколько раз, мотаясь и пытаясь хоть как-то унять неприятные ощущения. Стянув берцы, дополз до рюкзака и приложился к фляжке с живцом. Еще несколько минут помучался, после чего отпустило. Походил по комнате, разгоняя кровь, сел, надел берцы назад и начал шнуроваться. Только зашнуровывая берцы понял, что руки свободны от перевязок. Обе. Большой палец левой руки еще не слушался, но уже торчал на своем месте и не отзывался болью при движениях кистью. Правая же рука уже и вовсе работала как до ДТП. Про мелкие порезы от гранаты, полученные еще в стройхозремонтмаге и раны полученные после, вообще можно было не говорить – остались только розовые рубцы.

«Вот это дело! Да и голова даже после запоя не болит. Или это я просто из-за ног не обратил внимания, пока живцом здоровье не поправил. Есть свои плюсы в местных реалиях.»

Увидел и вывешенную футболку, почти высохшую за жаркую ночь. Видимо, ложась, что-то еще соображал. Натянул её и закинул на себя рюкзак. Попрыгал, проверяя, что гремлю. Гремел банками и флягой. Отлично.

Рассовал по штанам ножи и аккуратно спустился на первый этаж. Застал удивительную картину – пять пустых банок тушенки по триста грамм валялись на столе и полу. Пустая двухлитровая банка солений стояла на столе. Треть двухлитрового графина и больше литра из одной пузатой бутылки самогона отсутствовали.

«Ну ни*ера себе! Это я в себя полтора кг мяса запихал? Еще и залив все это полутора литрами самогона? Или успел с кем из соседей закорешиться? Пи*ец, конечно. Силен я тут стал. И ведь тут не закодируешься, не модные здесь такие специалисты, да и без живца не прожить…»

Отбросил ненужную рефлексию. Ночь я пережил и чувствовал себя как заново родился, поэтому стоять и заниматься самобичеванием смысла не было. Посмотрел за окошко – с солнечным утром картина тишины и спокойствия не изменилась.

Накатила меланхолия.

«Хорошее место, отдохнуть бы тут, выпить. Но в условиях дефицита информации очередную расслабленную запойную неделю себе устраивать было чревато. После двух предыдущих я попал сюда. После следующей дорога была только в ад. И еще вопрос: где лучше?»

Так как готовился я загодя, сборы особо времени не заняли. Бросил в рюкзак кухонный нож из неплохой стали имперского производства, отхлебнул из графина пару крепких глотков, долил во фляжку, да и попрощался с местным жилищем. Извинившись за устроенный срач и поблагодарив за его спокойную ночь.

Проходя мимо зеркала в коридоре, уцелевшего из-за того, что висело оно сразу справа от двери и под осколки замка не попало, остановился и огляделся.

Зеленые берцы и зеленые штаны с оттопыренными карманами. Некогда белоснежная футболка, ставшая серой, с разноцветными синими и черными разводами, значком и надписью «Balenciaga». Всё отлично стало гармонировать между собой и с синим детским, плотно набитым рюкзаком. Сам рюкзак, испачканный травой и зелеными разводами, отлично стал гармонировать со штанами и берцами. Торчащая модная челка, вставшая колом после неудобного сна с мокрой головой, завершала образ.

«Столичный модник, б*ять! Киберпанк эдишн. Все деревенские пустышки мои.»

Заметать следы пребывания после взорванного замка смысла не было, как и прибираться в благодарность рачительным хозяевам. В первом случае – если кто идет по следам, то мои неаккуратные похождения по лесу, с местами вывернутым подлеском и разбросанным мусором, проследить до этого дома будет не сложно, как и осмотреть следы пребывания в нем. Во втором – весь позор и грязь сотрет перезагрузка. Конечно, самогон жалко, но закрытой тары в доме не нашлось. А вскрывать своим громким и варварским методом приютившийся на краю участка сарайчик я не стал. Даже если там топор тактический и двустволка, второй раз без последствий нашуметь может не прокатить.

Открыв калитку и оглядевшись вдоль пустынной и пустой дачной улицы, вышел на гравий. Закрыл за собой калитку и повесил ключ назад. Будто так и было. А после отправился по улице в местный центр, в противоположную сторону от своего тупика. Попытать счастье с продуктовым. Очень уж хотелось горох все же выпить.

«Авось еще какая грань моего дара откроется. Научусь степень разрушения полноценно дозировать или беззвучно хлопать начну, ну или еще чего полезного и нового смогу своей кинетической хлопушкой сделать».

Снова огляделся.

«До чего же красиво здесь. Домики все типовые, двухэтажные, отделаны аккуратным, похожим на пластиковый, сайдингом под цвет забора. Травка скошена. Красота…»

Прошел несколько хрустящих шагов, после чего перешел в дренажный канал, двинув вперед и придерживаясь за очередной забор. Лучше буду хлюпать берцами, чем булькать в чьем-то пузе.

Мучиться долго не пришлось – за первым же перекрестком начиналась нормальная асфальтированная и размеченная дорога.

Здесь уже дома были разных проектов, встречались и в три, и в четыре этажа. Добавились кованые вензеля и прочие украшения. Район, видимо, побогаче. Разрушений, следов насильственной смерти или еще чего-то похожего все также не наблюдалось. Что продолжило пугать.

«Это новый вид кластеров? Типа черных или мертвых? Но умение сработало, значит, он точно не выключенный. Черноты тоже не наблюдаю, там по книгам отличия от обычных кластеров очевидны, помимо негативных эффектов, накладываемых этой самой чернотой.»

Попетляв по пустынным улочкам, уже было хотел залезть в очередной дом побогаче своим варварским способом, как, наконец, впереди увидел широкий просвет между домами.

«Видимо, центральная или торговая площадь, а может автобусная станция. В любом случае – высока вероятность наличия продуктового, надо посмотреть.»

Припустив по асфальту в направлении площади, вовремя успел спрятаться, так как на открывшемся пространстве, возле одноэтажного здания с многообещающей надписью "Торговый домЪ", стояло два местных транспортных средства.

Наваренные на внедорожник и грузовик с крытым кузовом стальные плиты и арматура, а также намалеванные нацистские белые кресты не гармонировали с чистым и аккуратно организованным общественным местом и имперскими гербами, нарисованными на стеклянных витринах местного универмага.

«Варварский запад ворвался на просторы изящной Российской империи. Как, мать вашу, поэтично…»

Что-то начало вырисовываться. Если рядом муровский стаб, то вполне возможно, что это один из ближних кластеров, которые местные мрази очень качественно, умело и на постоянной основе стригут. Может, конечно, он прилетает в трудовые будни, когда народу не так много. Может, еще что-то. Но простых людей вокруг нет, а машины однозначно вражеские. Отхлебнув еще живчика, поймал пьяный кураж.

«Я там, вроде, в стронги набивался? Ну что, будем вливаться в местную тусовку этих суровых охотников за мразью! И начнем все с фейерверка!»

Сбросил рюкзак так, чтобы его не было видно с дороги. Взял флягу в одну руку, раскрытый отравленный нож во вторую и припустил к оставленной мурами технике, прикрываясь кузовами от окон магазина. Добежав до грузовика, аккуратно заглянул внутрь. Грузовик был набит коробками с провизией.

«Отлично. Людей спасать и обзаводиться прицепом в таком опасном месте не понадобится.»

Заглянул под днище, определил для себя нужное и перебежал за крупный внедорожник, чем-то напоминавший дооснащенный под местные реалии Тайфун. Залез под днище и приготовился вершить справедливость. От адреналина колотило, поэтому минуты слились в часы. Несколько раз кто-то выходил и закидывал провизию, но мою лежку проверять не спешили. Хотя я каждый раз с трудом сдерживал себя после ухода вражеских ног подорваться и свалить куда подальше.

Самый страшный момент был, когда ноги подошли с двух сторон к внедорожнику. Сжавшись как можно у́же, я замер и прекратил дышать.

– Пастух, ну чего тут? – спросил гнусавым голосом кто-то сенса, о котором я уже слышал.

У меня внутри все очередной раз обвалилось.

«Ну, вот и все, допрыгался. Герой.»

– Стая ушла на быстрый. Он вчера перегрузился. Новых здесь не ощущаю, – ответил серьезным грудным голосом ему, видимо, Пастух.

– Зае*ись. Шпага. Поехали до санатория доедем. Там Хмурый с ребятами развлекается. Говорят, прилетел какой-то особенно пи*датый коньяк для благородных, – обращаясь к стоящему у водительской двери, сказал гнусавый.

– Шмыга, ты с *уя ли раскомандовался? – ответили ему бодрым молодым голосом, от водительской двери, с вызовом и издевкой.

– Да с того, что тебе все равно Пастуха к Хмурому везти. Одним выстрелом двух зайцев, е*та! – под звуки садящегося на заднее сидение джипа, скорее всего, Пастуха и аналогичные звуки со стороны грузовика, ответил обиженный проваленной проверкой на авторитет Шмыга.

– Садись. Стрелок, б*ять, – ответил ему, очевидно, Шпага и хлопнул тяжелой дверью.

Машины синхронно завелись.

«Всё, первая часть плана сработала. Сенс, видимо, имеет дар, заточенный не на всё живое, а именно на мертвяков, иначе бы меня срисовал, когда окрестности сканировал. Но я на это втайне и надеялся, памятуя о том, что меня не срисовали и не добили еще в первый день в строймаге».

Был еще риск, что водила или его пассажир заметят меня, когда отъедет джип, если они стартануть не одновременно, или что грузовик поедет не прямо за джипом, а решит вывернуть руль и переедет мою лежащую тушку. В общем, много рисков.

«Но лично у меня, как показывает мой опыт, в жизнь притворяются только совершенно сумасшедшие планы или экспромт. Продуманные либо мне не даются, либо имеют свойство сильно отличаться от реальности.»

Все получилось, как я рассчитывал. Грузовик тронулся первым, подъезжая впритык к тупящему за рулем внедорожника Шпаге. Тот тронулся не как шумахер, а плавно. Поэтому пара машин проехала практически впритирку. Быстро набирая ход, машины начали удаляться. Как я снова увидел небо, сразу поднялся и снова прыгнул рыбкой, теперь уже в оставленную открытой дверь универмага или "Торгового дома".

Уже в полете понял, что не проверил, не оставлена ли уродами какая растяжка или еще какой неприятный сюрприз, типа разбитой у входа по неаккуратности тары. Благо, обошлось и тут.

Надо было срочно прятаться, даже если меня увидели в зеркало заднего вида, это уже было не важно.

Я два раза коснулся машин муров. На дорожку. А именно их баков. И даже если компонента в моем даре не содержит воспламеняющего фактора, то взрывная деформация бака с дизельным или бензиновым топливом однозначно должна устроить фейерверк. Большой, красивый фейерверк. Надеюсь, его хватит, чтобы небронированная от мин и фугасов техника, а бронированная только сверху, от мертвяков, взлетела на воздух.

Глава 6 Фейерверк

Расслабились ублюдки. Сильно расслабились, на считаемом своим кластере. Охранения у машин не было. Сенс был, больше подходящий для трейсеров. Как с таким свежее мясо для их уродских ферм искать – мне не понятно, но возможно он у них не один и этот чисто с муровскими рейдерами катает, за провизией да амуницией. Тогда все более-менее сходится. В любом случае теперь ребятки подсоберутся и, к сожалению, начнут меня активно искать. А с прокаченным сенсом на иммунных, который у них обязан быть, это не сложно и недолго. Достаточно на кластер въехать и дальше уже вопрос нескольких часов.

Залетев в магазин, я перекатился по полу, открыл рот и, закрыв руками голову, приготовился или к фейерверку, или к своей быстрой насильственной смерти. Случилось первое. Обе машины, практически синхронно, с оглушительным грохотом взлетели на воздух.

Взрыв вышел такой силы, что витрину торгового ряда, а также стекла во всех окрестных домах, вынесло ударной волной. Разгонись они чуть медленнее, ею бы и меня убило, но парни припустили довольно резво, несмотря на утяжеление своих машин. Десяток секунд, заложенный в таймер моего дара, позволил им удалиться прилично, чтобы минимизировать для меня последствия устроенного огненного ада.

Я выглянул – машины жарко полыхали, постреливая и громыхая затрофеенными мурами боеприпасами. Неизвестно, что там за дары были у команды, но выбегающих я не увидел, а сидеть в полыхающей машине несколько секунд – ни одного дара неуязвимости не хватит. Поэтому, будем считать, что Пастуха и его команду я обнулил.

«Ну вот, счет размочил. А теперь за дело.»

Бежать мародерить к машинам было уже нечего, как совершенно не было и времени в принципе. Хлебнул живчика. Схватил первый попавшийся пакет, закрыл и бросил в него флягу, затем пробежал вихрем по магазину. Не выпуская нож из руки, схватил и запихал в пакет хлеб, после то же самое проделал с пол-литровой бутылкой столового уксуса, забросил две литровые бутылки какой-то сладкой воды и, напихав в пакет батончиков и конфет, выбежал на улицу. Огляделся, не увидев посторонних тварей или чудом спасшихся членов муровской команды, добежал до рюкзака. Закинув его на плечи, что было сил припустил к своему замечательному домику.

Времени не оставалось. Такое шоу срисовали все в пределах этого кластера и точно услышали в санатории, про который говорили убитые. Оттуда сейчас еще пару раз попробуют вызвать погибший отряд по рации, а после, все окончательно осознав, рванут на помощь, разбираться в происшедшем. Шухер будет знатный. Пропавшие машины, при том одновременно и сразу две, это точно не случайность, а серьезная атака на местную муровскую территорию. При этом обычно такая операция это, скорее всего, сильный диверсионный отряд с тяжелым оружием, а не один бухой дебил, возомнивший себя супергероем. Может даже у внешников, рядом с которыми муры обычно и обтираются, запросят разведывательный или ударный дрон какой сюда послать. Поэтому, надо валить, пока у меня есть немного времени.

«Это, даже не крокодилов на крокодиловой ферме в вольер залезть гладить. Это, какой-то совершенно новый уровень пьяного идиотизма в моей жизни».

Как я добежал до своего зеленого домика, даже не понял. Запыхавшийся, с трясущимися руками, в этот раз ключ взять не смог. Он предательски ускользнул из пальцев и упал куда-то на территорию участка. Чертыхнувшись, мощным ударом ноги вышиб хилый замок.

«Ну вот. Уходил здесь, расшаркивался, а теперь как последний местный обитатель, а именно мур, крушу и ломаю.»

Забежал и бросил всю поклажу на кухне. Достал из рюкзака оставшиеся трофеи, быстро забросил в неубранную тару для смешивания последний споран и залил самогоном трясущимися от очередной пробежки руками, уделав и себя и половину кухни. Проделал аналогичную процедуру с горохом, достав из пакета уксус. Обе бутылки открыл и бросил сливаться в раковину. Ополоснул от самогона руки. Пока растворялся живец и горох, подбежал к столу и, сбросив с него все лишнее, кроме оставшегося стоять на месте кувшина с недопитым живцом, водрузил пакет и рюкзак.

Пересобрал свой походный набор в рюкзаке, добавив к тушенке хлеб и конфеты. Метнулся наверх и собрал все доступные ремни, как из женской, так и из мужской одежды. Спрыгнул с лестницы. Отфильтровал раствор спорана и загасил содой горох, насыпав её остатки найденные на кухне.

Аккуратно и уже успокоившись перелил все по бутылкам, долив в бутылки со споровым раствором остатки из графина. Оставшееся на дне графина влил в себя. Наскоро и криво привязал ремнями и поясами обе бутылки себе на грудь. На рюкзак вешать их не стал – плюс два килограмма, могут не выдержать лямки. Закинул рюкзак и, посмотрев с грустью в последний раз на такую уютную и ставшую уже родной кухню, рванул на улицу.

«Быстро прикипаешь к местам, где чувствовал себя в безопасности. А я здесь еще и отдохнул спокойно – и физически и морально…»

Уже забегая в лес, понял, что спешил не зря. В воздухе послышался гул моторов. Беспилотники это летят или техника типа мопедов или мотоциклов несется – выяснять времени не было. Оставшаяся открытой дверь однозначно покажет наблюдателю и с земли, и с воздуха в каком доме или возле какого дома искать. Побежал, выискивая свои вчерашние следы на подлеске. Это оказалось сложнее, чем я думал.

Стараясь не терять направления и двигаясь строго на север от забора, ибо именно так я вчера вышел к садоводству, бежал, покуда были силы. Силы оставили меня через час или чуть больше. Найдя естественное укрытие в виде мощной корневой системы поваленного дерева, забился под него и, достав флягу, приложился к ней в длинном глотке.

«Надо воду таскать, а то я уже живцом жажду сбиваю. Афигел совсем. Новичок, недели нет.»

Убрал флягу. Жажда никуда не делась. Достал из ремней раствор гороха, оставив висеть только живец, и высадил эти наполовину заполненную бутылку залпом. Полегчало, да так, что захотелось вскочить и рвануть дальше. Посидел еще с пять минут, когда услышал, как где-то недалеко над лесом пролетело что-то быстрое.

«О, говорил же. Аж внешники заинтересовались. Очкуете с-суки! Я и вам приключений устроить могу. Ваша высокотехнологичная броня моему дару ничем не сложнее простейшего цилиндра загородного дома.», – закончив пьяную браваду поднялся и двинулся дальше.

Искать тепловой след человека под корягой в жаркий летний день – это история не особо перспективная, поэтому, как только звуки двигателя стихли, я двинулся дальше. Рассудив, что следов они еще не нашли, бежать выбиваясь из сил прекратил и просто уверенно и быстро пошел вперед. Через час или чуть больше увидел дорогу, вдоль которой двигался ночью. Сегодня она для меня была вдвойне опасна, поэтому я ушел от неё глубже в лес. Двигался, внимательно поглядывая, что на ней и над ней происходит, а также поглядывая на предмет возможных укрытий в подлеске.

На мое счастье – ничего опасного не происходило. Ни зараженные, ни внешники с мурами мне за время пути к границе не встретились, и я осмелев подошел к краю леса. Вдали уже виднелся остов разбитого ГЛК, определенно вызывающий интерес как с земли, так и с воздуха. Обошел по широкой дуге место своего преступления. Туши видно не было – это значило, что её кто-то за ночь уже утилизировал. Надеюсь этот кто-то удалился далеко отсюда в поисках добавки.

Присел на корягу и сидел, отдыхая, пока не начало темнеть.

«Вот теперь снова страшно стало. Где-то здесь, у границы, должны быть самые серьезные твари. Вспоминая слова Пастуха – двигающиеся аж целой стаей. Хотя, если отсюда прошлый раз заходила колонна муров, то может именно от этого места стая и отважена.»

Ожидая полной темноты, сидел считал дни и часы, чтобы понять, сколько времени я провел в местном мире.

В районе семи утра обратил внимание на кисляк. День и ночь – это первые сутки. Дальше сумасшедшая погоня и отчаянный побег до перезагрузки – это еще день. Итого, мой "родной кластер" перегружается полтора суток. Получается, следующая перезагрузка должна быть завтрашним утром.

Пройти кластер насквозь за ночь я не успею точно, даже если меня не сожрут. Возвращение самых жутких уродов, ориентировочно, будет в середине ночи или под утро. К началу ночи сюда подтянутся идущие по моему следу муры. Укрытий, землянок, бесхозных бункеров, бесполезных против тварей и сенсов коряг вокруг не наблюдается.

«Что можно сделать? Думай голова. Думай.»

Достал живец и пару конфет. Смачно приложился к уже полюбившемуся можжевельнику, с нотками чего-то сдохшего и долго плавающего в бочке с самогоном, и закусил конфеткой. Голова привычно поплыла.

«Так. Имеется видоизмененная, но по сути классическая по школьным учебникам задачка с волками и овцами. На одном из ближних кластеров сейчас волки, на другом – одинокий пьяный баран. К их границе подъезжает охотник. Как не остаться наедине с охотником или волками? Ну конечно! Познакомить их между собой. Пусть пообщаются.»

Для этого, пока еще не совсем поздно, хорошо влезть на готовящийся к перезагрузке кластер и каким-то волшебным образом, не накормив развитых тварей, привлечь их внимание со всех окрестных земель и привести поближе, под конвой. А уж конвой точно будет. Тут к гадалке не ходи. Если за мной даже дефицитную авиацию отправляли. Прокаченного сенса мне не простят и будут гнать, пока не поймают. А направление для движения тяжелой техники в этих краях одно и я недалеко от него сижу.

Очередной сумасшедший план начал формироваться в голове. Под размышления о дальнейших действиях я двинулся в сторону границы. Уже стемнело, скоро солнце, по местной традиции, выключат полностью, и мы останемся со звездным небом наедине и видно и меня и мне станет хуже. Подошёл к краю кластера, прячась за особенно крупным деревом, со стволом в полтора моих обхвата.

Лес переходил в городской сквер с перепадом около тридцати сантиметров. Густые и высокие лесные деревья с моей стороны, сменялись на хлипкие и редкие парковые со стороны быстрого кластера. Надо не забыть обе эти неприятные особенности. Перепад, уже чуть не стоил мне жизни, причем дважды. Выжить в аварии и не накормить лотерейщика – то еще везение.

«Может, как и у Читера, из известного всем любителям серии Каменистого произведения, у меня есть скрытая характеристика "Удача", на которую за что-то очень сильно капнуло. Может, местные демиурги любят сирых и убогих, коим одинокий алкаш несомненно является? Или им интересно, как я справлюсь со своим алкоголизмом? В любом случае – мое почтение…».

Глотнул еще раз живчика и убрал полупустую флягу в рюкзак. Достал и вооружился обоими ножами. Закинул рюкзак на плечи и спрыгнул на нескошенную траву. Оглядевшись, припустил в направлении ближайших серых девятиэтажек.

«Так, город я практически не знаю, а этот вроде как вообще из альтернативного моему Муходрищенску места. Однако, смутно вспоминая его устройство и то, как я петлял в тумане, получаем… Ничего не получаем. Вообще не в курсе, как даже до того сада и стоящего ГЛК с рыжей бестией добраться. Если здесь это не Ку5 и иммунная жгучая брюнетка. Учитывая, сколько я наваливал в тумане, почти по прямой, тут даже за день пешком не добраться. Любая же двигающаяся машина сейчас, на уже вымершей трассе – это однозначно либо мясная консерва, либо приоритетная цель для вражеской техники и авиации. Последних, кстати, к счастью, давно не было видно.»

Пока бежал по скверу, впереди показалась невысокая постройка, которую я с опушки не углядел.

«О, епта, АЗС! Сюда можно добежать и как е*ануть! Сбегутся все, со всех быстрых и медленных граничащих кластеров! Только надо хорошо е*ануть, чтобы хорошо защищенные подземные резервуары проняло. Мне нужен большой и красивый фейерверк. Чтобы обитающую где-то рядом стаю очень и очень замотивировать. И успеть убежать тоже – десяток секунд таймера для дара пока рекорд, а это даже для хорошего спорткара такое себе расстояние… В идеале, конечно, это добраться до китайского автосалона. Там электрички, почти у всех из них не сильно больше четырех секунд до ста, потом едем сюда и бабахаем! Круто! Но невыполнимо. До автосалона я сегодня точно не доберусь, а завтра в этой стороне мне делать однозначно нечего…»

Уже подбегал к заправке, как навстречу мне выскочил какой-то шустрый малый. Малый, ибо бегун получился, видимо, из какого-то субтильного парня или девушки. Я не сбавлял скорости и внимательно смотрел за зданием заправки и стоящими у колонок автомобилями, не будет ли у марафонца подкрепления. Подкрепление не шло, поэтому решил, что с мелкой гадиной можно попробовать справиться голыми руками.

«В конце концов, одним ударом она меня не убьет, а при критической ситуации можно даром бахнуть.»

Так думал до момента, пока уродина не подбежала ближе и не открылись некоторые неприятные детали. У начавшей меняться некогда миловидной блондинки, судя по всему, были длинные нарощенные когти, которые Улей в ходе потребления нательной собачки или еще кого, серьезно так модифицировал. Отсюда и относительная успешность такой хрупкой барышни в местной пищевой цепочке, позволившей ей отожраться, подняв свой уровень эволюции до такого расторопного.

Мудрствовать лукаво женщина не стала и решила атаковать меня сходу. Я такое уже видел тогда, при драке между машинами. Поэтому перед нашей с ней встречей притормозил и в последний момент начал заваливаться, выбрасывая вперед ногу. Нарушать законы физики дама еще не научилась, поэтому, не ожидая такой подлости от кавалера, налетела на нехитрую подсечку, полетев кубарем. Я же выпрямившись побежал к пролетевшей мимо меня женщине и приготовился к тяжелому бою. Тварь, пока я подбегал, очень быстро подскочила и, как в киношном фильме ужасов, с хрустом перестроила развернутое ранее в другую сторону тело в моем направлении, не меняя при этих метаморфозах позиции головы и не сводя с меня взгляда белесых буркал.

«Ох, е*ушки-воробушки! Это что за хе*ня такая жуткая. Я о таком не читал! К такому книги меня не готовили! Это что, за подвижность суставов такая! Это уже, не бегун, это какой-то лютый вид, прокаченный в ловкость! Эй, что за хе*ня, Улей!»

Особо стоять причитать времени не было, ибо я уже подбежал на дистанцию рукопашного боя. В этот же момент чумная бабища сиганула на меня прямо с земли, как паук или лягушка. Я только и успел снова отправить ей навстречу ногу. При получившемся ударе попробовал представить, как в момент касания симпатичное украшение на её некогда пышной груди взрывается, снося к хренам её сумасшедшую башку с удлинившимися и заострившимися зубами.

Шальная императрица отлетела, успев зацепить и пропороть когтями мою ногу.

– Ахтыже*анаясука! – прорычал я, ощущая, как под штаниной заструилась теплая кровь.

Не по-джентельменски, согласен, но и передо мной уже далеко не дама, а дрянь какая-то мерзкая.

– Надеюсь, споран у тебя розами пахнет! Ибо я точно его из тебя выковыряю! – продолжил я, ожидая, что сейчас с её колье произойдет непоправимое.

Чуда не случилось. Ногой мой дар не активируется.

«Ну ладно. Не все коту масленица. Будем работать с тем, что есть. На полную, с козырным тузом в виде отравленного ножа».

Припадая на кровоточащую икру правой ноги, начал обходить не спешащую с атакой урчащую заразу.

«О как. Ищет слабые места. Увидела рану и пытается обойти справа. Она еще и разумная. Ну, пи*ец вообще!»

Второй раз прыгнув на меня, зараза намерилась приземлиться так, чтобы я не мог отступить на больную и саднящую конечность. Поэтому я сделал единственное, что пришло в еще не протрезвевшую голову – кульком говна завалился на спину, выставляя вперед обе руки с вытянутыми в её сторону ножами. На импровизированную преграду она благополучно и насадилась, обвиснув безвольной, но тяжелой тряпкой. Мои руки были не в пример длиннее, поэтому дотянуться до лица и шеи боевая амазонка не смогла, но в своей убийственной атаке попыталась, ибо в последний момент я с ужасом обнаружил нацеленные в лицо собранные в лодочку руки-ножницы.

– Если бы один из ножей не был в хлопьях, то я бы тут и остался, – тяжело выдохнул я.

Свалив тварь набок, сделал контрольный укол в споровый мешок и, не откладывая в долгий ящик, достал два спорана.

«Все же бегун, но уж больно бодрый.»

Приподнялся над поверженной противницей на корточки и воровато огляделся. Пока мы бились, стемнело. Что происходит в лесу и нет ли там стоящих в ряд муров, жующих попкорн и делающих ставки на нашу возню, я уже разглядеть не мог. Так же, как не разглядеть и скалящегося с крыши АЗС в предвкушении вкусного вечернего перекуса рубера или элитника. Если такие тут тоже были.

Не услышав и не увидев новых опасностей – продолжил действовать.

Наскоро перевязал ногу, используя для этого чистую часть платья со спины проигравшей наше сражение блондинки. Пригибаясь двинулся к зданию заправки, прихрамывая на раненую конечность. Оказавшись на территории АЗС, сунул в шею ножом одному совсем печальному пустышу, а после прекратил существование и еще более печального. Если первый некогда был заправщиком, судя по форме, и стоял, покачиваясь у крайней к лесу стойки с бензоколонками, то второй ползал между колонок половиной сожранного тела, с волочащимися и уже изрядно испачканными в грязи кишками.

«Фу, *ля! Неприлично как. Тут же дамы. Были. Или ты ее и откормил так?»

Осмотрев стоящие машины на предмет ключей, расстроился. Обе машины стояли без них, хоть и с открытыми окнами. В это злополучное утро не успели заправиться старенький черный Джип Широкий и свежая красная Ауди РС5. С Ауди можно было не гадать – владелица сейчас валялась в двухстах метрах от заправки, с дырявым споровым мешком и в оборванном, для нужд моей перевязки, платье. Место, куда на ней можно было спрятать ключи, я представить не мог. Во всяком случае, приличных мыслей не было. Владельцем же Джипа мог оказаться кто угодно из убитых и валявшихся вокруг тел. Выпил живчика для храбрости и очень тихо, постоянно озираясь, пошел обшаривать трупы.

Ключи оказались, конечно же, у самого неприглядного и погрызанного из лежащих на территории АЗС мужчин. Толстяк, всю требуху которого выели без остатка, частично обглодав и торчащие в потолок ребра, был наполовину цел.

«Как оптимист по жизни говорю. Ага! В затяжной алко-депрессии…»

В правом кармане испачканных в крови штанов обнаружилась связка из ключа зажигания, иммобилайзера, пульта сигнализации и брелка со значком Джип на кожаной подложке. Такое богатство топорщась и привлекло мое внимание, когда я, несколько раз проблевавшись от видов и запахов, проходил мимо его остатков.

«Как ты боялся за ласточку-то свою. Надеюсь, до кучи еще и секретку какую не поставил? Чтобы для запуска стартера надо было здесь понажимать, а здесь потереть?»

Ответа от тела не дождался. Вышел на улицу и подышал свежим воздухом. Сел в машину и, отключив предварительно фары и габариты, попробовал повернуть ключи. Приборка зажглась индикаторами. Заводить буду позже, но приключения с неожиданностями мне в ответственный момент точно будут не нужны. Или сожрут, пока я буду пытаться понять, где здесь еще одна подходящая машина, или подорвусь на хер, не успев выполнить задуманное.

Вернувшись на АЗС, прибарахлился. Сперва снял с рекламного стенда рюкзак, носящий гордое название «Балдинини». Зная, как выглядят и стоят оригинальные вещи этой марки, улыбнулся.

«Соберите сто наклеек и получите говенную реплику в подарок!»

Дальше взял очередной пакет и собрал в него еду и бутылки с водой. Часть отнес в машину. Порадовавшись найденной в багажнике полной пластиковой канистре с бензином, видимо прихваченной для дачного генератора, закрыл машину и вернулся к кассе. Открыл её варварским способом и запихал в штаны крупные купюры, ибо после перезагрузки они обязательно пригодятся. Закончив с первоочередными приготовлениями, переместился в уже любимое место, за кассой, и разложил снедь. Послушав окружающую обстановку и оглядевшись через высокие окна, сел, скрывшись за прилавком и уже спокойно и обстоятельно перекусил.

«М-м-м. Все мишленовские рестораны отдыхают», – собрав остатки тушенки из банки хлебушком, улыбнулся с набитым ртом я.

После сытного ужина переложил свои припасы, добавив местных деликатесов, вроде нарезки вяленого мяса и ирисок «Меллер», в новый брендовый рюкзак. Рюкзак был больше, поэтому натирающую до крови перевязь с живцом снял. Перелил содержимое литрушки с живцом в чистую пол-литровую бутылку и часть долил в уже уполовиненную фляжку. Остатки живца отправились восстанавливать мой организм и греть душу, тары убрал в рюкзак. Закинул новое приобретение на плечи.

Взяв старый рюкзак в руки, задержался, смотря на своих хоть и нарисованных, но старых боевых товарищей.

«С этими щенками мы столько прошли… Хочется переложить вещи назад, но нет. Пора двигаться дальше…» – аккуратно отложил полюбившийся предмет экипировки.

Сытый желудок и снова пьяная голова заставили отрубиться. С живчиком опять случился перебор. Если бы не постоянные ранения – уже начал бы урчать или квазом стал. Нет чтобы его в минералке какой размешивать, нет – пустили алкаша в рюмочную.

Проснулся еще ночью, от звуков стрельбы. Муры, видимо, подобрались к границе в моих поисках и нарвались на каких-то тварей. А дальше стартовал эффект домино – новая стрельба начала привлекать новых гостей и так по кругу. Это неплохой эффект, но мне нужен манок посерьёзнее. Под кассой которого я как раз и сидел.

Близкая пальба привлекала тварей, поэтому особо переживать, перемещаясь по заправке, я не стал. Был риск, что кто-то пробежит слишком близко и переключится на меня, но заправка стояла по всем правилам безопасности, то есть далеко от жилых домов, а вокруг нее полусферой проходила граница. По совокупности этих причин, массовой миграции хоть сколько-то серьёзных тварей через свое убежище я не боялся.

Под очередной эпизод работы крупняка завел Чероки и выгнал его в восточном направлении от АЗС. Раскрыл дверь и поставил тихонько гудеть мотором, после чего взялся за приготовления Бигбадабума.

Взял в шкафчике подсобки ключи от заливных горловин для подземных танкеров, после чего открыл их и устроил с помощью найденной в багажнике Джипа канистры, самодельные запалы из вымоченной в бензине связанной одежки, спустив импровизированные канаты в каждую из горловин. Сделав быстро испаряющуюся бензиновую дорожку пожирнее, от них до машины, поставил канистру с остатками топлива на асфальт перед раскрытой водительской дверью. Финальным штрихом хорошо бы было включить пистолеты на всех колонках литься на землю, но из-за отсутствия электричества они не работали.

Не отходя от машины далеко, отмыл руки водой из пятилитровки и последний раз окинул взглядом помещение заправки. Отдав честь остававшимся за главных, щенкам на своем старом рюкзаке, сел в машину. Весь план казался пьяным идиотизмом, поэтому какое-то время не решался начать действовать, бездумно оглядываясь на наличие непрошенных гостей. Когда же интуиция завопила уже совсем дурным голосом, решился.

«Ну все! Праздник к нам приходит! Праздник к нам приходит! Из алкаша я превращаюсь в алкаша-пиромана!»

Отхлебнул живца. Перевел селектор в «Д», проехал немного, дабы убедиться что все в порядке, и зажал тормоз. Высунулся наружу с водительской двери и прикоснулся к канистре. Представил, что она ждет максимальное доступное мне время дара, а после очень ярко взрывается, направляя огненную струю и горящие осколки в сторону воняющей разлитым и активно испаряющимся бензином дорожки. Оторвал руку от канистры и бросил корпус в машину, одновременно перекинув ногу с тормоза на газ. Машина, взревев, рванула вперёд, из-за чего я с трудом смог вернуться в кабину и чуть не вывалился.

– Ох, японский бог! Чуть не обосрался! В прямом и переносном! – прокричал я, захлопнув дверь и удаляясь по дороге строго на восток, к границе кластеров.

Сомневаюсь, что муры выставили здесь широкую полосу оцепления, учитывая, какие у них проблемы на соседнем участке, поэтому за показавшийся впереди лес сильно не переживаю. Только я успел слететь с поворачивающей левее дороги на траву, как за спиной прогремел взрыв. Ударной волной машину дернуло так, что я с трудом справился с управлением, а ночь на много метров вокруг превратилась в день.

«Вот же в рот наоборот! А об этом эффекте я не подумал!»

Продолжая движение, услышал новый мощный хлопок и ощутил еще один воздушный удар. Видимо, сдетонировали и не подготовленные мной резервуары. Они, конечно, вкопаны на такой случай, но физику все равно не обманешь.

Доехав до границы кластера, выбрал участок с наименьшим перепадом высот и на скорости залетел на него. Убедившись, что машина после удара о перепад кластеров осталась на ходу, сделал петлю налево и остановился. Встав носом к кластеру на таком расстоянии, чтобы машину было плохо видно в зареве горящего бензинового факела, перевел коробку в режим парковки и заглушил мотор.

Достал упаковку с чипсами и бутылку колы, прихваченную специально для этого дела, приоткрыл водительское окно и начал смотреть за действом. Скорее, даже слушать. Прошло продолжительное время и я уже даже было расстроился, решив, что шума крупняка и так хватало для всех заинтересованных, как стрельба резко усилилась.

Вот заработал крупняк, вот прозвучали взрывы танковой стрельбы или гранатометные выстрелы. Пришлось даже доставать живец, под такое дело. Я не спец и военку оттрубил в максимально скучном и примитивном месте – в универе. Да и за факелом АЗС видно боя не было. Но услышанное намекало на то, что встреча все таки состоялась. Все это продолжалось какое-то время, пока не запахло кислым и не началась перезагрузка.

Туман шел как будто из-под земли. Поднимался все выше и выше. Сперва, завороженно наблюдал за непривычным явлением природы, а после приготовился завести машину и дать газу. Активно закрутил головой вдоль границы, ожидая, что сейчас кто-то серьёзный выпрыгнет, спасаясь, правее или левее от меня. Но нет, ничего не произошло. В определённый момент начали бить молнии, и через несколько минут все закончилось, а туман начал оседать.

Заведя машину, я поехал встречать рассвет на «родном» кластере.

Глава 7 Неуловимый Джо и пещера Алибабы

Спустился на перезагрузившийся кластер. Благодаря внедорожной подвеске, без проблем преодолел разновысотную границу. Остановился, открыв окна несколько секунд прислушивался и внимательно вглядывался в видимую часть опушки, стараясь издалека заметить движение в лесу.

Периодически поглядывал и в зеркала заднего вида. Очень не хотелось встретиться с развитыми зараженными, которые также могли пересиживать перезагрузку на соседнем кластере. К счастью, ничего подозрительного не увидел и не услышал. Окончательно убедившись, что ничего крупнее птиц в лесу возле меня нет, поехал по полю, отделявшему опушку от города.

Добравшись до дороги, с разгона забрался на неё и остановился на обочине. Посмотрел на мирно проезжающие машины и удивленно косящихся на меня, еще живых водителей. Последним, моя езда по лесу и пересеченной местности, показалась чудачеством.

«Надеюсь не вызовут наряд ДПС… Встреча с властями, это последнее что мне сейчас нужно.»

Несколько минут продолжал стоять на обочине не решаясь двинуться. Времени было в обрез, но выбрать направление мешала очередная драка жабы и инстинкта самосохранения. Очень хотелось поехать посмотреть, что там осталось от ночного побоища колонны муров и серьезных тварей. Может, даже прибарахлиться жемчужиной, а то и несколькими.

Победил здравый смысл. Рассудил, что если там выжила любая из сторон, без летальных для меня последствий такую проверку провернуть не выйдет. В тотальное взаимное уничтожение верилось с трудом.

По этой же причине, надо было как можно скорее убираться с места близкого к разборкам. На обновившейся АЗС, которая располагалась возле злополучной границы, скорее всего, обычно заправляются муры. Если же выжила элита, в чем я сильно сомневаюсь, то и она может решить закинуться свежим мясом, в этой постройке, ближайшей к полю ночного боя.

Сделанные предположения добавили прыти и я тронулся с места в Северо-Западном направлении, активно удаляясь по полупустой улице от заправки.

«Эх… Квадрокоптер бы с хорошей камерой… В моем Муходрищенске был крупный ТЦ с гипермаркетом электроники. В альтернативных мирах он будет, скорее всего, тоже. Но большой вопрос: перенесся ли этот кусок города и если да, то как туда добраться без навигатора? Ладно. Сейчас главное не попасться развитым зараженным, которые в любом случае уже в городе. Вопрос только, с какой из сторон…»

Как обычно бывает в жизни – много вопросов и мало ответов.

«Да с любой! Даже если муры все-же сдюжили с местным альфа-элитником в ночной перестрелке на Юге, то мутировавшие и отожранные обитатели соседних кластеров, на быстрый, могут залезть откуда угодно.»

Видеть вокруг себя, хоть и обеспокоенный, но все же еще обычный город, было приятно и умиротворяюще. Тревожные мысли понемногу отступили, дав психике передышку, но бдительности я не терял. Двигаясь в потоке, старался держаться в окружении из нескольких машин, прикрываясь как минимум одной от обочины. Неожиданное попадание снаряда или приземление многокилограммовой туши на крышу ощутить на себе очень не хотелось. А так – я просто машина, одна из множества, простая машина.

«Я тучка-тучка-тучка, я вовсе не медведь…» – напевал я, оглядываясь по сторонам.

Как отъехал на приличное расстояние от южной границы кластера, открыл бардачок и достал плотную на вид пачку из пятерок и тысячных, снятую с кассы АЗС. Продолжая соблюдать ПДД и не выделяясь в пока еще адекватном потоке, пересчитал их, чуть не догнав впередиидущего водилу на белом кроссовере Чери. Последний неожиданно и резко остановился на уже нерегулируемом перекрестке, пропуская летящую помеху справа.

Выматерился, ибо часть денег улетела на пол. Поднял их, снова пересчитал. Вышло, что с кассы я взял около ста семидесяти тысяч. Немаленькая сумма, видимо, инкассация вчера доехать до заправки не успела.

Увидев по ходу движения симпатичный стеклянный ТЦ, свернул к нему. Меня привлекла одна из рекламных вывесок на здании, которая гласила, что внутри есть магазин «Охота и рыбалка».

Машину оставил заведенной, на случай срочной эвакуации, но закрытой. По хорошему надо было её завести во дворы и скинуть, подальше. С дронов ночью могли срисовать цвет и модель. Но терять время и лишний раз привлекать внимание своим потрёпанным видом я не стал. Тем более это самое время, до начала кошмара, шло уже на минуты.

Зашел в здание ТЦ через открытые двери главного входа. Под чутким взором охранника, стараясь на него не смотреть, прошел в закуток с уборными. Света уже не было, но местные еще ничего не понимали.

«Сомневается служивый, поди, бомж или алкаш на подотчетное предприятие проник. Наркоманов в этой дыре не так много, ибо денег у народа тоже не так много. Во всяком случае, так было в моем неповторимом оригинале этого кластера. Но он угадал оба раза – я теперь и бомж, и все еще алкаш. Хорошо, что не остановил.»

В уборной прошел в отдельное помещение для инвалидов, так как оно как всегда пустовало и было удобнее прочих для моих нужд. Поставил фонарь и прямо в раковине, пока еще шла вода, начал приводить себя в порядок. Кровавую повязку с ноги выкинул в урну, рана уже поджила и не кровоточила. Лицо и голову умыл с местным мылом из дозатора. Сходил в нормальный туалет, успел помыть подмышки и прочие места ниже пупка, как вода закончилась.

«Ура, успел. Все, теперь хоть не благоухаю.»

Посветил на зеркало. Короткие штаны все еще рваные и в засохшей крови. Фирменная футболка как из-под камаза. Зато новый брендовый рюкзак из кожзама, очень быстро и эффективно отмывшийся и выглядящий как новый. Невероятный даже для провинциального лук. Надо скорее переодеваться в соответствующие местным реалиям одежду и снаряжение.

Охранник, видимо, все же мной впечатлился. В дверь постучали и послышался приглушенный вопрос, из разряда все ли у меня там в порядке.

«Эх… Докопался все же. Смотрите, какой исполнительный.»

Обтёрся обувь одноразовыми салфетками и, уложив волосы, вышел, не дожидаясь, пока меня начнут доставать его не менее исполнительные коллеги, а то и наряд ППС.

– Я вам не сказал. У нас света нет, – выдал служивый, а после, переведя взгляд на ногу, уточнил, – А чего со штаниной? Кровь? Помощь нужна? Может, скорую вызвать?

– Да нет, все в порядке. Благодарю. Я уже обработал. С утра собака шальная в районе заправки напала. Вот весь в земле извалялся, пока с ней барахтался. Еле отбился, – сказал я, практически не соврав, а после добавил уже наглую ложь. – А свет должны дать сейчас. В чате городском что-то про плановые работы писали. В общем, пойду я до магазина со штанами. Держи за беспокойство.

Сунув одну из пятерок пытающемуся осмыслить произнесенное хмурому молодому парню, я постарался удалиться, пока мне не препятствовали. Парень немного расслабился увидев мою платежеспособность, но не до конца. Мой вид и сказанное ему не понравились. И он, быстро спрятав бумажку, продолжил сверлить меня удаляющегося своим взглядом.

«Вот уж точно, Хмурый. Жаль позывной или погоняло уже занято. А вообще, что-то чует парень, что-то начинающееся и нездоровое. Если свежак, надо будет живцом подогреть и брошюркой».

Библию новичка я на автомате все же забрал из старых штанов и сунул в рюкзак будучи еще в Империи, а после переложил и в Балдинини, и как оказывается – не зря.

Поднявшись по обесточенному эскалатору на второй этаж, сразу увидел два козырных магазина. Страйкбольный «Удачный шар» и «Охота и рыбалка».

«Ммать, это бы сфотать и в мемчики. Удачный шар! Голова лысого орга на игре.»

Со страйкболом я познакомился еще в своей бурной молодости – переехав в столицу, пару раз поиграл на всяких заброшках, будучи студентом. Игра эта была околовоенная, поэтому магазины всегда имели двойное или тройное назначение – от самого страйкбола, до всяких полезных штук для военных или туристов и охотников. То, что мне сейчас и было нужно.

Зашел сперва в страйкбольный магазин, так как он был ближе и обычно народ там работал попроще и помоложе. Оружие там не продавалось, поэтому народ работал попроще и посговорчивее. Не ошибся. За кассой стоял молодой парень лет двадцати с копейками, в черной футболке с надписью «Металлика». С угрюмым и отрешенным видом, он разбирал коробку в свете палаточного фонаря, что-то внося ручкой в тетрадь формата А4.

«Во, а здесь уже взгляд поплывший и движения неуверенные. Реально походу внизу был свежак. Надо успеть вытащить. Это в целом правильно, да и говна потом от Улья не оберусь, он халатности в делах с новичками не прощает».

– Привет! Мне на игру бы прибарахлиться. Нужен полный сет для леса. Только у меня работа начинается через полчаса уже, сможем по-быстрому? До выходных уже некогда заехать будет. Выручи а? Плачу наличкой!

Начал скороговоркой грузить я уплывающий мозг обращающегося пустыша, размахивая перед ним пачкой с купюрами, дабы тот не отвлекался на нестыковки в моем внешнем виде и словах, и не отправил меня в этот самый лес, до момента включения электричества. Который уже никогда не наступит.

– Бюджет ограничен? – заторможено спросил продавец.

Поднеся ближе к его лицу котлету купюр, я добавил:

– Самое дорогое и тактикульное. Чаевыми не обижу. А свет, охранник сказал, сейчас дадут. Уже приехали электрики, и что-то там шаманят.

Парень кивнул и вышел из-за прилавка, взяв еще один фонарь. Пройдя по рядам, он собрал мне комплект из одежды и вернулся. Окинув меня взглядом, задержал его сперва на моих берцах, потом на рваной штанине.

– Собака сегодня покусала, сука. Долгая история.

Продавец посмотрел на меня стекленеющим взглядом и, кивнув, протянул мне комплект.

– Пойду примерю? – спросил я, глядя на нездоровый вид паренька.

Тот только повторно кивнул. Поняв, что времени уже почти нет, я быстро скрылся в примерочной. Задвинул шторку и, поставив фонарь, достал один из ножей, положив его на сумку. Быстро скинул с себя все. После чего выглянул и проверил, как там мой единственный сосед в этом магазине.

– Дружище, подскажи, а что за производитель?

Еще что-то соображающий продавец, медленно, повернувшись на выглядывающего полуголого меня, ответил:

– Пять сорок пять, полный комплект «Каракурт».

Убедившись, что парень еще «в себе», поблагодарил его и вернулся к вещам. Быстро облачившись в тактическую рубашку и не менее тактические брюки, затянул их обычным солдатским ремнем. Рана не кровила, поэтому оставил ногу как есть, не городя новой перевязи. Берц в выданном наборе не увидел, видимо, мои были по достоинству оценены, и я прошел с помощью них проверку на соответствие страйкбольному братству. Посмотрел, что мне еще отгрузил подвисающий продавец, и увидел в тусклом свете переплетение ремней и различных подсумков.

Потратив минут десять в попытках нацепить и подогнать в свете фонаря разгрузку, наконец, закончил одеваться. Оглядевшись, обнаружил последние элементы снаряжения: кепка из того же набора, названного в честь очень ядовитого паука, и беспалые перчатки. Нацепив и кепку и перчатки, посветил в зеркало, дабы разглядеть получившийся результат.

«Ай, хорошо! Вот теперь точно модник.»

На моей поджарой и, начавшей возвращаться к лучшим временам, спортивной, еще не пропитой фигуре, все смотрелось в обтяжку. В нужных местах бугрились мышцы, в ненужных ничего лишнего не свисало. Взял в руку нож и вышел из примерочной. Тут же резко остановился, чуть не заорав.

Продавец стоял прямо напротив кабинки и уже видимо собирался заглянуть на плотный завтрак. Все же кровью от старой штанины несло, поэтому, подсознание подсказало молодому пустышу, где можно близко и калорийно перекусить.

Оттолкнул уже измененного продавца мощным ударом ноги. Отлетев назад, тот не упал, ибо помешали стойки с костюмами, располагающиеся напротив примерочной. Но мне этого и не требовалось. Дистанция была разорвана, равновесие нападающего нарушено, а рука с ножом уже была запущена в сторону его шеи. Среагировать любитель Металлики не успел. Это не шальная мутировавшая блондинка. Несколько контрольных ударов завершили дело.

Вытерев нож и руку о чистый край футболки поверженного, подивился, как быстро я адаптировался к местным реалиям и начал убивать. Кисейной барышней я никогда не был, но и в спецназе или банде матерых уголовников тоже не отмечался. Видимо, многочисленные уже виденные картины кровавой расправы, успели трансформировать психику. Или это сделала прорастающая грибница.

Размышления преврали первые крики, раздавшиеся снаружи магазина, из холла ТЦ. Услышал даже приглушенную стрельбу – видимо, кто-то пытался что-то сделать травматом, но в местных реалиях такое оружие уже практически не играло.

«Охрана воюет. Точно. Держись, братан, я постараюсь помочь. Надеюсь успею.»

Добежал до стенки с висящими рюкзаками и, осветив её, схватил самый внушительный на вид, из подходящих под мшистую расцветку моего костюма. Пробегая мимо стеллажей, также посветил и после схватил две пластиковые фляги. Побольше, в чехле, и поменьше, без оного. Также прихватил наполненную тактическую аптечку. Скорее всего, простейшая, с бинтами и кровоостанавливающим, но это как раз то, что мне и надо. Обеззараживать в новом мире уже нечего, поразившая нас зараза конкурентов не любит.

Забежал в примерочную и, зашторившись от посторонних глаз, перекинул все из Балдинини в новый рюкзак. Трофеи с блондинки сунул в левый кармашек на предплечье, застегивающийся на молнию. Брошюрку новичка переложил в штаны. Быстро перелил грамм двести живца из пол-литровой бутылки в маленькую флягу. Все остальное, из бутылки и стальной фляжки, перелил во флягу побольше. Забросил рюкзак на плечи, приладил чехол фляги на рюкзак и, взяв оба ножа в руки, пошел в соседний магазин «Охота и рыбалка».

Дверь в охотничий оказалась закрыта, но не заперта. Зашел внутрь и закрыл её за собой. Отдышался и постарался немного замедлиться, чтобы не подставиться. В темноте торгового зала ни звуков, ни прочих следов наличия продавца не наблюдалось. Оружия также на стеллажах и прилавках не было, поэтому решил заглянуть в подсобку. И второй раз за этот день чуть не словил инфаркт.

В подсобке обнаружился продавец, напугавший меня до усрачки. Стоя и покачиваясь, он негромко урчал, видимо, жалуясь на свое одиночество, пока не увидел меня. Быстрый подшаг и удар в шею обездвижил противника, а последующее добивание прекратило его существование. Обшарив карманы убитого, нашел ключи от сейфа, расположенного здесь же, в подсобке. Открыл сокровищницу Али-Бабы и, высветив содержимое фонарем, негромко присвистнул. В нижней секции в ряд стояли четыре карабина. В верхней секции лежали коробочки с патронами. Достал самого обвешанного красавца.

«Сайга 12, в полном тактическом обвесе. Это я удачно зашел!»

В оружии я экспертом не был, но благодаря отцу, человеку служивому, по молодости много узнал о табельном и охотничьем. Даже научился, или лучше сказать «был научен» стрелять из вот такой вот Сайги, но более древней модели.

Выглянул в холл. Никто мимо пока не бегал и в дверь не долбился. Короткий бой, судя по приглушенным звукам с первого этажа и доносящимся с улицы, уже закончился. Активная фаза противостояния вновь обратившимся, видимо, завершилась и начались трапезы и прятки.

«Держись, Охрана! Еще чуть-чуть.»

Используя относительное затишье, энергично, но тихо, пошел грабить остальную часть пещеры Али-Бабы. С открытых прилавков взял тактический ремень «Долг-М3» и четыре магазина под сайгу. Под кассой нашел ключи от стеклянных витрин и прошел по ним, подбирая и открывая одну за другой. Результатом разграбления стали: хороший бинокль, пара тактических фонарей, один из которых крепился под ствол, пара больших и серьезных охотничьих ножей с ножнами, в которых совершенно не разбирался, и на закуску – охотничий прибор ночного видения биноклевого типа, с креплением на голову и на АА-батарейках.

Облизнулся и на охотничий прицел тепловизора, но заряжать его аккумулятор в лесу, скорее всего, будет негде. После секундных метаний, все же уступил жабе и взял. Надо же хоть иногда ей идти навстречу, а то обидится и уйдет. Тем более в стабах-то электричество есть. А будет сильно оттягивать лямки – сброшу и заменю дополнительным пузырем с живцом.

У кассы набрал коробок с батарейками на все случаи жизни. Времени не было. Неизвестно как дела обстояли у охранника, а также не давало расслабиться то, что скоро здесь будут муры и такое заведение они не пропустят. Но и упускать возможность вооружиться и собрать полноценный комплект для непростого дальнего путешествия, тоже было глупостью. Непонятно, правда, что было большей.

Вернувшись в подсобку, быстро вытащил теплак и пнв из коробок и сложил их в рюкзак. Все остальные приобретения, кроме ножей, также разложил по рюкзаку, чтобы ничего не гремело и не испортилось при беге. Зарядил магазины охотничьими патронами, выбрав патроны с пулей. Один магазин замкнул в Сайгу. Остальные распихал по разгрузке, для которой они оказались большеваты, поэтому закрываться отказались. Не беда, держатся. Чехол с флягой приладил на тактический ремень у поясницы. Новые ножи повесил на стропы передних лямок разгрузки, расположив ножны так, чтобы они смотрели рукоятью вниз. Старые ножи оставил в подсобке. Сайгу перекинул за спину, расположив по диагонали, стволом вверх, навесил поверх неё рюкзак. Стрелять на кластере сейчас из неё – это только самоубиться. Глушителей в магазине не наблюдалось, да и я сомневался, что они продаются в гражданским магазинах в целом.

Проходя мимо местной раздевалки, посветил фонарем и снова оглядел себя.

«Ну ни шутя… Прямо Рембо. Еще бы уметь этим всем хорошо пользоваться. Да и против опытных муров с дарами или тварей от топтуна и выше это все не играет.»

Глотнул живца, обмыв приобретения, и пошел на выход. Уже у дверей что-то меня остановило. Что-то я забыл. Ах да! Тактический топорик. Обвел витрины взглядом, но таковой не нашелся. Обидно. Но больше времени уже не было. Интуиция уже выла.

Взял ножи в руки и быстро засеменил к двери. Вышел. Аккуратно подошел к просвету между этажами и увидел какие-то нездоровые шевеления на первом, у одного из помещений. Четыре медлительные твари долбились в одну из служебных дверей, хорошо видных с моего ракурса. Несколько тел лежали неподвижно. Выше на этажах слышались уже знакомые звуки трапезы. Вернулся в магазин и схватил первую попавшуюся коробку с чем-то тяжелым. Подбежал к перилам и запулил коробку в обратную от осаждаемой двери сторону. Пустыши среагировали и послушно побрели в сторону нового шума. С верхних этажей никто не пошел.

Спустился пешком по обесточенному эскалатору. Добежал до популярной сегодня двери и убрав ножи тихо постучал, прикрикнув:

– Э! Служивый, открывай, не бойся. Они отошли, разговор есть скорый!

Дверь приоткрылась, и в проеме показался тот самый парень, держащий ствол травмата, направленный мне в голову.

– Короче, в городе случился звездец, и теперь почти все превратились в зомби, – я оглянулся на ушедших в дальний угол и остановившихся пустышей, – На втором магаз «Охота», тихо поднимись туда и как следует прибарахлись. Сейф открыт, как и полки. Главное – не шуми. Эти, – я кивнул на что-то почуявших и начавших возвращаться в нашу сторону обратившихся, – самые безобидные, жертву находят по звуку и визуально, есть более серьезные.

Парень стоял и молча слушал меня, не отводя ствол.

– Сейчас, я аккуратно поставлю рюкзак и вытащу из него флягу. Во фляге живец. Без него никак. Как замучит головная боль и начнется жажда – пей по глотку. Подробнее прочтешь в брошюрке, она в правом боковом кармане моих штанов, её я сейчас также аккуратно достану и тоже тебе передам. Все, убирай волыну. Они уже идут, – как парень перенаправил оружие на подходящую четвертку, я ускорился, производя озвученные действия, – Не смей стрелять! На громкий шум заявится кто серьезнее!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.