Nadya Jet
Аморальное поведение

Глава 1

Университет и переезд. Наконец-то я добралась до момента, когда необходимо перейти на новую ступень и частично избавиться от прошлого.

В понедельник утром мы с сестрами и мамой отправились в путь, чтобы добраться до соседнего города, где мне предстоит учиться в течении четырех лет. Мои сестры явно расстроены, и, хотя они могли бы объяснить это нежеланием расставаться с младшей сестричкой «Рови», настоящая причина лежит на поверхности. По пятницам они с удовольствием проводят время в баре со своими мужьями, а дети не могут оставаться дома одни. Сейчас они осознают, как сильно им будет не хватать этих вечеров.

Когда машина останавливается у университета, перед глазами открывается прекрасный вид: зеленая лужайка и трехэтажное здание темно-красного цвета, которое является частью университетского комплекса. Лизи, старшая сестра, с улыбкой перекидывает руку через мое плечо и делает несколько шагов по направлению к аллее.

– Ты уже готова провести четыре года в тюрьме? – громко спрашивает Агнесс, выходя из автомобиля.

– Не обращай внимания, – старшая сестра выразительно смотрит на младшую. – Когда она пытается шутить, становится похожа на лягушку. Не передавай нам свои бородавки, хорошо?

Старшие сестры рано вышли замуж, поэтому на данный момент у них нет ни образования, ни работы. Но в их жизни есть человек, который обеспечивает их всем необходимым – муж.

Элизабет, которую мама и все семейство ласково называют Лизи, стала матерью в восемнадцать лет. Сейчас её сыну Дэниэлу уже пять. Он унаследовал от нашей семьи большие голубые глаза и каштановые волосы, которые являются визитной карточкой всех Гордонов. Лизи – стройная и бледная девушка с тёмно-каштановыми волосами до плеч. Её широко распахнутые голубые глаза, прямой нос и тонкие губы создают образ, который приятно рассматривать. Из-за недостаточного опыта в воспитании она часто не знает, чем занять гиперактивного сына, поэтому чаще всего малыш постоянно сидит в телефоне. В отличие от остальных членов нашей семьи, которые ставят в жизни немного другие приоритеты, Элизабет умеет находить общий язык с окружающими и всегда открыта, благодаря чему является моей самой любимой сестрой.

Агнесс на два года младше Элизабет, но у нее тоже есть ребенок, который родился, когда ей было девятнадцать. В отличие от старшей сестры, Агнесс знает, как обращаться с детьми, ведь в подростковом возрасте она часто присматривала за соседскими малышами. Её каштановые волосы струятся по спине до поясницы, слегка пушатся на концах. Голубые глаза, небольшие, но хитрые, выдают истинную натуру. На круглом лице, мягком и словно выточенном из мрамора, нежно приоткрываются пухлые губы, готовые расцвести в улыбке или замереть в легком вздохе. Маленький аккуратный носик, изящный и тонкий, как фарфоровая статуэтка, завершал этот весьма очаровательный образ. Внешностью она вышла, только вот характер оставлял желать лучшего.

Мама гордится и Агнесс, и Лизи, но все же Агнесс – ее любимица. Между ними очень тесная связь, которая подпитывается обсуждением других за круглым столом вечерами. Наши отношения нельзя назвать идеальными. Мы слишком часто конфликтуем со средней сестрой и никак не можем найти общий язык, из-за того что Агнесс считает себя главенствующей над младшей, словно я считаю ее авторитетом.

С внешностью мне тоже очень повезло. Каштановые волосы, длиной чуть ниже лопаток, блестящие и прямые. Чёрные густые ресницы оттеняют широко распахнутые голубые глаза. Пухлые алые губы и аккуратный вздернутый носик создают образ «беби-фейса», с которым мне приходится мириться, иногда выслушивая в свой адрес колкие комментарии, которые я отстаиваю не менее колкими словами. Характер достаточно умеренный, но я могу быть взрывоопасной, если дело касается несправедливости и унижений.

Мама выходит из машины и окидывает студентов недобрым взглядом, чтобы произнести:

– Барри уже отвез твои вещи в дом миссис Диксон, машина там же. Надеюсь, ты помнишь адрес?

– Мам, я все помню, – киваю с улыбкой. – Все будет хорошо, поэтому не стоит звонить мне каждые три минуты и спрашивать, как дела, хорошо?

– Не разговаривай с ней так, – вмешалась Агнесс. – Она переживает, ты будешь одна в незнакомом городе. Пожалуйста, будь с ней немного вежливее хотя бы раз, а не срывайся по пустякам, как невменяемый подросток. Захотела учиться – учись, только на звонки отвечай.

– От твоих слов сквозит пренебрежением к образованию. Могла бы хоть изобразить за меня радость.

– Так, перестаньте, – решает вмешаться Лизи, убирая руку с моего плеча. – Ровена молодец, что решила идти за мечтой и вовремя поняла, кем хочет стать. Это стоит уважать.

Прошептав «спасибо», наблюдаю как рядом с нашей машиной припарковывается черный джип, из которого выходят привлекательные парень и девушка. Молодой человек слегка взъерошил свои темные волосы и быстро одернул подол свободной белой футболки, перед тем как поднять на меня взгляд. Он на мгновение растерялся, а я благоразумно отступила в сторону, чтобы дать ему пройти, на что незнакомец очаровательно ухмыльнулся, успев пройтись по мне оценивающим взглядом, и прошел мимо слишком близко, благодаря чему я ощутила приятный парфюм.

Через несколько секунд Агнесс тяжело вздыхает и спрашивает:

– Можно тоже поступить в этот универ? Если все психологи такие горячие, я готова быть душевно нестабильной.

– Ну… всем спасибо, – говорю я, закидывая рюкзак на плечо, – мне пора.

– Солнышко! – с грустью произносит мама и обнимает меня так, что сложно продохнуть. – Буду звонить каждые три минуты, чтобы заставлять тебя краснеть перед новыми друзьями. Обещай, если найдешь парня, обязательно расскажешь, что там и как.

К этому быстро привыкаешь, поэтому в дальнейшем перестаешь обращать внимание, чтобы избежать лишних разговоров.

Обниматься пришлось минут десять, но в итоге я смогла попрощаться с родными и пойти в сторону главного входа. Момент волнительный, но не вызывает страха. Зайдя в университет, пытаюсь найти нужную аудиторию, где пройдет первое занятие по психологии, интерес к которой у меня преобладает еще с раннего детства.

– Эй! – кричит женский голос сзади, и я с лёгким недоверием оборачиваюсь. – Привет.

– Привет, – слабо улыбаюсь. – Тебе что-то нужно?

Низенькая девушка в круглых очках и с взволнованной улыбкой быстро заправляет русые волосы за ухо и сообщает:

– Я помогаю первокурсникам найти нужные аудитории, где они знакомятся с кураторами. Я как навигатор, который знает все здешние пути.

– Так очевидно, что я здесь впервые?

– У меня отличная память на лица, и я могу легко определить новичков по их растерянному взгляду и нервным движениям. В новой обстановке они часто чувствуют себя не в своей тарелке.

– Итак, – начинаю я, – поскольку ты помогаешь первокурсникам, можешь подсказать, как найти кабинет психологии?

– О, а я с философского! – восклицает она, сжимая мою руку в своей, чтобы потянуть в нужное направление. – Сначала я училась на психолога, но через пару месяцев перевелась на другой факультет.

– Почему? Сложно?

– Да нет, просто курсы по философии показались более привлекательными, чем по психологии. Кстати, меня зовут Зои, а тебя?

– Ровена Гордон, – киваю я, и девушка начинает тараторить что-то про студенческую газету.

Я никогда не встречала таких болтушек.

Подруг у меня особо не было, так как в большей степени я общалась с сестрами, а одноклассницы частенько любили посплетничать, чего я не люблю. Когда мы находились в одной компании, они обсуждали тех, кто отсутствует, а если сегодня нет тебя, тогда, можно не сомневаться, обсуждение касается именно тебя. Для нашего города это является нормой, которая никогда не исчерпает себя даже спустя столетия. Я могла бы найти общий язык с отличниками, однако обычно они оказывались затворниками. Так и выходило, для обычных студентов я была зубрилой, а для зубрил оказывалась обычной.

Как только мы поднялись на второй этаж, Зои пропустила меня вперед. Заметив табличку с названием предмета, останавливаюсь, чтобы поблагодарить девушку за помощь, но она проталкивает меня в аудиторию, где почти все места оказываются заняты. Взгляды студентов обращаются к зашедшим, и теперь я чувствую неловкость. Не люблю, когда куча незнакомых людей собирается в одном месте, это выводит меня из колеи.

Заметив светловолосого парнишку, который с улыбкой машет в нашу сторону, Зои хватает мою руку и тащит через ряды студентов, которые громко разговаривают на разные темы с соседями.

– Зои, у меня есть потрясная новость для статьи на следующую неделю! – говорит худощавый парень, наклоняясь над столом, когда мы занимаем свободные места через одного человека от него. – Это хит!

– Успокойся, Блэйз, – говорит девушка, сидящая между мной и Зои. – Он собирается пробраться в мужскую раздевалку баскетболистов и сфотографировать их до того, как они пойдут в душ. Вряд ли кому-то интересны фотографии потных спортсменов в трусах, да и редакционная политика газеты не позволит опубликовать такие снимки.

– За цензуру отвечаешь ты, поэтому нам еще предстоит обговорить этот моментик.

Заметив в руках девушки фотоаппарат, спрашиваю:

– Могу я?..

Девушка с одобрением кивает и протягивает его мне. Качество снимков впечатляет, благодаря чему можно посмотреть на студентов за учебой, на тренировках в спортивных секциях и различных мероприятиях.

– Как тебя зовут? – интересуется она, с любопытством пробегая по мне взглядом.

– Ровена, – представляюсь и возвращаю фотоаппарат хозяйке, – а тебя?

– Будешь часто слышать, как меня называют другие, но, прошу, не повторяй за ними, иначе…

– Получишь в глаз, – продолжает Зои, и девушка усмехается..

– Ладно, – улыбаюсь я, – тогда как тебя называть, чтобы не получить в глаз?

– Клео, – отвечает она. – Могу предположить, что тебе достанется зеленая нитка. Ты миленькая, что как раз во вкусе…

– Клео! – перебивает ее Зои и отрицательно мотает головой, из-за чего та закатывает глаза.

Мой взгляд сам находит желтую нитку на их запястьях.

– Что за нитка? – решаюсь спросить я.

Парень сверху наклоняется и хлопает меня по плечу.

– Всё гораздо сложнее, чем кажется. Мы не можем обсуждать эти вопросы с первокурсницами, пока не будет посвящения в студенты.

– Иначе возникнут проблемы, – усмехается Клео.

Кажется, я встретила самую странную компанию в универе.

Клео и Блейз, как и Зои, студенты второго курса философского факультета. У Клео темные вьющиеся волосы, которые она собирает в небрежный низкий пучок, придающий ее маленькому круглому лицу еще больше миниатюрности, карие глаза под очками, сползающими при разговоре на кончик небольшого носа и губы «бантиком». Блейз кареглазый блондин в прямоугольных очках с достаточно сдержанным стилем. Почему-то этот паренек создает впечатление, что мы с ним уже несколько раз пересекались, поэтому стоит отнести этот факт к его внешности. Его улыбка приятная, глаза чуть ли не светятся дружелюбием и открытостью.

Посмотрев в сторону входа, вижу двух парней, которые не торопясь двигаются к последнему ряду. Одного из них я видела сегодня на парковке, а второй кажется жутко знакомым, но никак Блейз, я его точно где-то раньше видела. Оба парня имеют выразительные черты лица, темного цвета волосы и светлые глаза, которые за счет загорелого оттенка кожи выглядят ярко выраженными и даже проницательными.

– Те самые плохиши-затейники? – усмехаюсь я, наклоняясь к Клео, которая начинает улыбаться.

– Да, это университетское «достояние», – отвечает девушка с легкой иронией. – Когда увлекаешься современной литературой, начинаешь верить, что появится девушка, которая изменит таких парней, но литература – это лишь литература. Любовь не способна исцелить душевные травмы. В конце концов, Дэйна смогла это доказать.

– Кто такая Дэйна?

– Дэйна Стоун встречалась с Хейлом Осборном, но он ее бросил и разбил сердце, – с грустью рассказывает Клео, кивая в сторону девушки, которая смотрит в окно. – Давно пора понять, что такую личность не изменить. Ты либо ставишь их на место, либо поддаешься очарованию и харизме, не рассчитывая на что-то большее. Люди не меняются, особенно в таком возрасте.

Внешностью Дэйны кажется милой, с детским типажом. Хоть мы и не знакомы, мне становится ее жаль от одного лишь краткого рассказа Клео. Все идеальные книги о любви – это истории, которые придумал человек с помощью воображения, а воображение на то и воображение, чтобы будоражить умы и сердца. Никогда не стоит руководствоваться написанным.

Посмотрев на парня, который развалился на стуле, пытаюсь понять, почему он кажется знакомым, и в итоге решаю спросить:

– Кто он?

– Редмонд Одри.

Теперь понятно.

Редмонд раньше жил в том же городе, где живу я. Когда он потерял отца, его мать начала пить, и парень стал существовать сам по себе с раннего возраста. Все говорили, что он малолетний алкоголик, который имеет связь со всеми девушками города, многие открыто тыкали в него пальцем и презирали. Мне было двенадцать, когда Агнесс таскала Редмонда к нам домой. Он был ее первой любовью, которая закончилась слишком быстро, так как ни мама, ни Барри не поддержали их связь, зная, что Редмонд закончит свое существование на улице. Позже весь город выдохнул с облегчением, когда он уехал, но сестра никак не могла успокоиться и часто ревела по их расставанию.

– Ему двадцать четыре года, Осборн – его ровесник, – шепчет Блэйз. – Сейчас парни на последнем курсе, поэтому осталось недолго терпеть их правила и капризы.

– Правила? – переспрашиваю я, и девушки возмущенно смотрят на друга, который в страхе присаживается на место. – Эти нитки связаны с ними?

– Именно поэтому мне нравятся девушки-дурочки, – проговаривает Клео.

– А это что еще значит?

– То, что дурочки не задают лишних вопросов и им проще живется.

В кабинет заходит преподаватель, поэтому не успеваю узнать всех подробностей, которые, признаюсь, стали любопытны.

– Рад видеть знакомые лица, – с серьезностью проговаривает высокий, лысый мужчина, скрестив руки на груди. – И незнакомые лица тоже, поскольку за каждого студента идет приятная доплата.

Несколько людей усмехается, после чего мужчина продолжает:

– Терренс Ховард – преподаватель по психологии на первом курсе.

– А что здесь делают старшие курсы? – шепчу, обращаясь к Клео.

– Куратор в больнице, а из свободных перепадов остался только Ховард. Он будет работать на три курса: наш (второй), твой и выпускной курс, пока не найдут замену.

– Прежде, чем начать, хочу спросить у новичков о психологии со стороны наблюдателя. По-вашему, какое название имеет такая теория, как понимание другого человека путем отождествления себя с ним?

Посмотрев по сторонам, решаюсь поднять руку, чтобы ответить на поставленный вопрос, и мистер Ховард кивает.

– Идентификация, Мистер Ховард.

– Как тебя зовут?

– Ровена Гордон, сэр.

– Что ж, Мисс Гордон. Я привык, что большинство новичков любят хорошо учиться первый год с помощью быстрых современных технологий, чтобы дальше оценки шли автоматом. Не составит ли тебе труда прямо сейчас, смотря мне в глаза, ответить, что такое идентификация? Своими словами.

– Понимание другого человека с помощью совпадений и отслеживания себя с ним, – слабо улыбаюсь я. Мужчина приоткрывает рот и на его лице появляется улыбка.

– Умно, Мисс Гордон, – кивает он, прищурив глаза. – Кто не понял, вопрос очень часто содержит ответ, а ответ, в свою очередь, вопрос, на который мы ищем этот самый ответ. В науках, жизни все взаимосвязано так тесно, что всегда нужно двигаться в разных направлениях, если вы желаете добиться успеха. Если вы до сих пор не можете это осознать, значит, вам не место в такой науке как психология.

Мы записали пару вопросов, на которые нужно найти ответ к следующему уроку, после чего первый курс распустили до завтра.

– Ты из общежития или города? – уточняет Зои, когда все собираются на выход.

– Мне снимают дом у миссис Диксон, – сообщаю я, прижимая тетрадь и расписание к груди. – Как я поняла, у нее что-то вроде небольшого общежития или типа того.

– Миссис Диксон здесь почитают. Она открыла несколько благотворительных фондов в шестидесятых годах, которые до сих пор славятся успехом в этом городе. Думаю, ты в хороших руках.

Посмотрев на парня, который становится за говорящей девушкой, понимаю, что он хочет что-то сказать. Загорелая кожа и темные волосы подчеркивают светлые глаза серого оттенка, пока Одри снисходительно смотрит в мою сторону, слегка ухмыляясь.

Я помню это выражение лица Редмонда с детства. На тот момент парню было около шестнадцати, но с тех пор он ни капельки не изменился, разве что возмужал.

– Ровена Гордон, – произносит он, и я снисходительно улыбаюсь, пока Зои быстро уходит, словно никакого разговора ранее не было. – Твои родители не знают, что я учусь здесь, верно? Поэтому позволили поступить сюда?

– Мы о тебе не вспоминали. Лет так шесть точно.

Усмешка и довольное лицо заставляют меня с подозрением прищурить глаза. Его обаяние в свое время интересовало каждую девушку города. Интересно, он не потерял хватку?..

– Когда мы последний раз виделись, у тебя были длинные волосы, которые твоя мать заплетала в две косички с идеально ровным пробором. Я даже подумать не мог, что маленькие девочки вырастают.

– Физиология, – уверенно отвечаю я и подпираю парту бедром, становясь напротив шатена. – Смотрю, ты до сих пор в своем репертуаре?.. Строишь из себя плохиша, у которого в подчинении есть другой «плохой парень»? Как-то скучно.

Редмонд удивленно поднимает брови, пока его губы растягиваются в улыбке.

– По-твоему, я притворяюсь?

– Легенду же нужно поддерживать действиями, чтобы результат был более эффективен и производил должное впечатление.

– Видимо, ты мало слушала свою мать, раз не считаешь меня притворщиком. До встречи на посвящении, Рови, – кидает он перед тем, как уйти.

Больше всего на свете ненавижу, когда меня называют уменьшительно-ласкательным именем. В глазах семьи я до сих пор ребенок, который не может сделать самостоятельный шаг. Если человек хочет как-то задеть, ему достаточно всего лишь назвать меня – Рови. Звучит как кличка для теленка, из-за чего меня постоянно передергивает. Пожалуй, это самый главный мой незакрытый гештальт.

Добравшись до дома миссис Диксон, где в идеале мне предстоит жить несколько лет, осматриваю территорию частного сектора, понимая, что мама не пожалела средств на аренду подобного жилья. Не обращая внимания на совсем небольшой размер трех симпатичных домиков и один на всех просторный задний двор, могу подытожить: сумма за год выйдет не маленькая. Одноэтажные домики из дерева окрашены в бежевые цвета, крыши из мягкой черепицы серого цвета между собой гармонично сочетаются, выделяя черным цветом деревянные оконные рамы. Окна достаточно большие, что не может не радовать человека, обожающего красивые виды на природу, которая здесь живописная. Веранда с мягкими креслами и столиком воодушевляет, уже представляю вечера за учебой на свежем вечернем воздухе. Моя машина припаркована на обочине ближе к дому посередине, а номер подтверждает, куда именно нужно идти.

Как только собираюсь постучать, дверь открывает маленькая старушка с короткими белыми волосами, чем-то напоминающая внешностью королеву Елизавету.

– Ровена? – доброжелательно уточняет она.

– Да, здравствуйте, Миссис Диксон.

Её голубые глаза, потускневшие от времени, с интересом осматривают меня с головы до ног. Миссис Диксон хорошо знакома с нашей семьей, а точнее с моим отцом, который, когда учился, тоже жил у этой замечательной женщины. В своё время она стала настоящим авторитетом в городе. Все его жители утверждают, что она умеет видеть в людях только хорошее, но читает их на раз-два.

– Заходи, пожалуйста.

Как только она пропускает меня внутрь, поражаюсь насколько здесь уютно. При входе находится гостиная, а буквально в пяти шагах кухня. Несмотря на то, что домик очень маленький в нем все находится на месте, даже есть кондиционер. Чемодан с вещами лежит на двухместной кровати, которая расположена напротив окна среднего размера.

Старушка показывает, как пользоваться старенькой колонкой, через которую нужно включать горячую воду, и улыбается, смотря на мои неуклюжие попытки, попробовать самой.

– Я бы могла познакомить тебя с соседями, но сейчас их нет дома, – сообщает миссис Диксон, перед тем как выйти на улицу. – Позже я позвоню им и попрошу зайти к тебе в гости на чашечку чая, чтобы вы познакомились.

– Большое вам спасибо.

– Мне очень хочется познакомиться с тобой поближе, Ровена. Твой отец был невероятной души человек, и что-то мне подсказывает, его дочь не могла не унаследовать его амбиций и характер.

– Может, вы останетесь ненадолго и поговорите со мной о нем?..

Что-то в моих словах вызвало у женщины снисходительную улыбку, но она сообщила, что сегодня мне нужно время, чтобы обжиться, поэтому настаивать я не стала.

Даже не верится, что теперь я буду жить одна. В родительском доме старшая сестра прожила недолго, однако когда Агнесс родила малышку Хьюз, наш дом превратился в дом Агнесс и Роберта (ее мужа). Я не могла делать ничего, что долгое время было привычным. После душа приходилось сразу одеваться, вместо того, чтобы побродить по дому босиком в полотенце, но на этот раз я смогу свободно передвигаться по дому, зная, что здесь нет ни детей, ни Роберта, только я.

Остаток дня и начало вечера пришлось посвятить уборке помещения и распаковке вещей. Посмотрев в окно, вижу, что в соседнем доме до сих пор не горит свет. Возможно, там живут подруги миссис Диксон, ведь только женщины в почтенном возрасте захотят украсить свой сад статуэтками розовых фламинго и садовых гномов различных цветов.

Приняв душ, приятно потягиваюсь, как вдруг полотенце падает на пол, обнажая еще влажное тело. Нагнувшись, в окне замечаю мужской силуэт, который спокойно наблюдает за происходящим внутри дома. Не медля ни секунды, хватаю полотенце и прикрываюсь, отходя в сторону. Мысль о том, что об этом «недоразумении» может узнать миссис Диксон, пугает, поэтому выключаю свет, словно это поможет избежать конфликта или как-то изменит ситуацию.

Буквально через мгновение раздается стук в дверь, из-за чего быстро накидываю халат и открываю ее, уставившись на ухмыляющегося парня, того самого друга Редмонда, которого я встретила на парковке, когда прощалась с семьей. Наглым взглядом он скользит от моих ног к глазам, и в этот момент мне удается рассмотреть его детально. Выразительные, слегка прищуренные зеленые глаза в оправе пышных черных ресниц игриво блестят от освещения, пока пухлые губы расплываются в самодовольной ухмылке. Темные волосы слегка зачесаны наверх, но одна непослушная прядь с левой стороны спадает к аккуратной прямой брови.

– Что? – с раздражением спрашиваю я.

– Квартиродатель предложила познакомиться с новой соседкой, – ухмыляется он, подпирая дверной проем бедром, – а здесь ты. Вдвойне приятно, Ровена Гордон.

– Польщена, что ты запомнил.

Прищурившись, поражаюсь насколько эти парни наглые и самоуверенные.

Посмотрев ему прямо в глаза, жду, когда он продолжит говорить, но вместо этого слышу, как двигатель машины, которая несколько секунд назад проехала на заднем плане, перестает шуметь и становится тихо.

– Редмонд! – кричит он, высунув голову на улицу. – У нас новая соседка, – он возвращает хитрый взгляд обратно на меня, – и я восхищен.

– Спасибо, – отвечаю я, изображая счастье, – ты тоже ничего.

Обычно подобный тип парней просто хочет внимания. Клео была права насчет детской травмы Редмонда. Интересно, что за травма у этого парня? С такими разговор должен быть короткий, однако я могу за себя постоять.

Редмонд подходит к другу и аналогичным взглядом осматривает мой внешний вид, положив локоть на плечо Хейла.

– Если вам так нравится этот халат, могу подарить, – комментирую я, на что они переглядываются.

– С прошлой соседкой у нас был потрясный секс втроем, – ухмыляется Редмонд, демонстративно обращаясь к довольному другу.

– Думаю, вы и вдвоем неплохо справитесь.

Перед тем как закрыть дверь, я заметила восторженную усмешку Хейла.

Честно говоря, мне глубоко наплевать, какие правила у них в универе и какую роль играют эти двое в жизни студентов. Я уговаривала маму слишком долго не для того, чтобы участвовать во всей этой детской ерунде, а для учебы. Уверена, если бы родные узнали, что я живу по соседству с Редмондом Одри, началось бы безумие. Иногда Агнесс после большого количества выпитого начинала говорить об этом парне, вспоминая прошлую жизнь. Их роман, по словам самой Агнесс, закончился слишком быстро, а как по мне, неправильно думать о «вчерашних» романах, когда у тебя уже есть семья.

По телефону мама не задавала много вопросов. Грубо говоря, ее вообще никак не интересует моя учеба. Она отпустила меня, подумав, что здесь я встречу достойного парня, с которым захочу провести остаток жизни и родить много детей, но ее ждет разочарование, так как я не собираюсь ставить в приоритет семью, мне всего девятнадцать.

Лизи позвонила чуть позже по видеозвонку. Со старшей сестрой у нас самые доверительные отношения, которыми я не перестаю гордиться. Мы считаем себя лучшими подругами, которые могут общаться абсолютно на разные темы. Она поддерживает мое стремление к учебе и всячески пытается внушить маме, что для меня это важно, но, кажется, для мамы Агнесс является лучшей подругой, из-за чего между нами возникают частые ссоры и перепалки. Эти двое постоянно на стороне друг друга, и неважно правы они или нет. Несмотря на то, что у нас с сестрами разные отцы, Лизи мне как родная. После развода мама снова сошлась с бывшим мужем, хотя он неоднократно поднимал на нее руку. Возможно, это тоже стало причиной того, что я не могу полностью ей доверять, и хотя сейчас Барри изменился, мне трудно представить, что они с мамой могут быть счастливы вместе.

Тема с отцом для меня самая больная. Он умер четыре зимы назад, когда у меня были важные экзамены в старшей школе. От меня скрывали его смерть как от маленького ребенка, который не должен знать подробностей. Сердце отца остановилось во сне. Я постоянно спрашивала маму, куда он уехал и зачем, но она не отвечала. Когда экзамены закончились, мне сообщили о папе, но на похоронах присутствовать не получилось, так как я словила воспаление легких. Этот момент отпечатался в памяти на долгие годы. Очень сложно осознавать, что человека, которого ты очень любил, больше нет, а ты не успел даже попрощаться.

Пока сестра показывает племянника, который весело машет ручкой, выполняю задание учителя. Дэниел – мое солнышко, с которым я готова нянчиться вечно. Он не избалованный в отличие от четырехлетней Хьюз, привыкшей к всеобщему вниманию любой ценой.

– Детка, посмотри на Ровену, – говорит Лизи, и я поднимаю глаза на экран. – Ты соскучился по ней?

Малыш посылает воздушный поцелуй, и я умиляюсь, как вдруг сестра переключается на фронтальную камеру.

– Мы не успели вернуться в город, как началась очередная заливка в уши.

– Насчет меня?

– Частично.

Я ни капельки не удивлена. Горожанам всегда интересна чужая жизнь, тем более если кто-то покинул город. Не удивлюсь, если мне придется переселиться на другую планету, а родной город будет знать все, что я там делаю.

– Дочка Миллера учится с тобой в одном университете?..

– Знаю только то, что она собиралась поступать, но сегодня я ее не видела.

– Зато она видела тебя, – сообщает Лизи, – с Редмондом. Тебя никто не обсуждает, а вот его…

Мне уже становится жаль этого парня. Кажется, он здесь по-настоящему счастлив, ведь никто не называет его сыном мамаши-алкоголички и так далее. Да, Одри строит из себя того, кем, возможно, по-сути не является, но его устраивает такая жизнь. Какая разница, как к нему относились раньше?..

– Дело в Агнесс, – продолжает сестра, – она собирается навестить тебя.

– Нечего ей здесь делать.

– Знаю, но она хочет увидеться с ним втайне от всех. Якобы у них ещё есть, что обсудить.

Странно, что она до сих пор не связалась со мной. При нашем разговоре Редмонд даже не упомянул ее, а как иначе?.. Теперь у него есть лучшие варианты, которые могут меняться изо дня в день, если тот этого пожелает. Не к чему вспоминать о бывшей девушке, с которой расстался еще в подростковом возрасте.

С Лизи мы сошлись в дальнейших действиях. Нужно убедить сестру в том, что Редмонда в городе нет. Неужели она настолько глупа, раз собирается бросить семью ради этого парня?.. Конечно речи об этом нет, однако Агнесс запросто может пойти на такой отчаянный шаг из глупости и старых воспоминаний.

Глава 2

Надев белое боди с пышными прозрачными рукавами и черные шорты, я закрыла дом и поспешила к машине, на ходу пытаясь отыскать ключи на дне сумки. В это время мой телефон настойчиво вибрировал, и мое раздражение постепенно нарастало, делая движения неуклюжими и резкими. С трудом ответив на звонок и прижав телефон плечом к уху, я поставила сумку на раскаленный капот автомобиля.

– Ровена, ты где?! – Голос Зои звучит слишком пискляво – Лектор сказал разместить новичков в аудитории, поэтому собираемся все вместе на парковке.

– Откуда у тебя мой номер?

– Директор дал из личного дела, ты заполняла для поступления.

– Ладно, – проговариваю я и копошусь в сумке, – через минут десять буду.

– Поторопись!

Слышны длинные гудки, но я все равно держу телефон у уха, пока и вовсе о нем не забываю, привыкнув к неудобной позе. Как только выпрямляюсь, он сразу падает на асфальт экраном вниз. Начало дня обещает быть воодушевляющим!

– Какая же ты неуклюжая, Рови, – раздается сзади саркастичный голос Редмонда, но не оборачиваюсь, продолжая шарить по дну сумки в поисках ключей. Знаю, что нельзя срываться на людях, даже если это Редмонд Одри, но мне так хочется на кого-нибудь накричать из-за навалившихся проблем с Агнесс.

Когда кончики пальцев в сумке касаются прохладного металла, выдыхаю и быстрым движением нагибаюсь, чтобы поднять уцелевший от падения телефон. Восхищенный свист касается ушей, а затем начинается звук, которым мама обычно подзывает свою кошку. Парень и его друг стоят около левого дома и с восторгом наблюдают за каждым моим действием, словно дикари впервые увидели девушку и таким образом привлекают к себе внимание.

Не реагируя на издевки, сажусь в машину и выжимаю педаль газа в пол.

Зои слишком всерьез воспринимает свои обязанности. Уверена, каждому студенту под силу найти нужный кабинет и сесть на свободное место, однако девушка так не считает. В такую жару хочется разместиться где-нибудь на пляже и заказать прохладительный коктейль, а никак не учиться, но я сама поставила учебу в приоритет, поэтому должна избавиться от мыслей об отдыхе.

– Не хочешь присоединиться к какому-нибудь кружку? – спрашивает Зои, когда мы направляемся в сторону столовой. – Это может повлиять на твой средний балл и статистику.

– Разве кружок имеет отношение к учебе?.. Даже если я учусь на психолога, а кружок связан со спортом?

Зои кивает.

Это так странно.

По-моему, администрация просто решила чем-то занять студентов, чтобы у тех не было свободного времени отвлекаться от занятий, а приманкой в эти кружки служит положительная статистика и хорошие оценки по определенному предмету.

– Можешь быть вторым фотографом в газете, – говорит Клео.

– Подумаю, – вру я, быстро улыбнувшись.

Когда наша компания проходит в дальний конец столовой, замечаю, что столы расположены в виде своеобразной пирамиды. За первыми столами сидят популярные ребята: Одри, Осборн и еще несколько молодых людей с идеальными прическами и татуировками. Следующие несколько столиков занимают не менее симпатичные девушки и парни, а за ними располагаются члены баскетбольной команды, после – представители различных кружков и новички.

Сев к своей компании, со смехом спрашиваю:

– Еду здесь тоже по правилам брать нужно?

– Нет конечно, – усмехается Клео. – Только по четвергам.

Мои глаза прищурились, чтобы выявить сарказм, но Клео громко засмеялась и выкрикнула:

– Шутка!

– Нервы и так не к черту, Клео, не издевайся надо мной, пожалуйста.

Я встаю, поправляю одежду и иду к стойке, пока остальные оживленно обсуждают, кто что предпочитает. Не хочется нагружать желудок фастфудом, поэтому решаю взять салат из свежих овощей, которые, честно говоря, не производят впечатления свежих.

За мной в небольшую очередь становится Осборн. Среди остальных он выглядит как широкоплечий великан, задумавший что-то хитрое ради собственной выгоды. Флиртуя, он обошел двух девушек, которые стояли впереди, и занял место сразу за мной. Я могу поклясться, что ощущаю на своей спине его обжигающий взгляд, хотя, возможно, мне это только кажется. Очередь продвигается, но в какой-то момент Осборн встает впереди меня, закрывая весь обзор своей широкой спиной.

– Здесь вообще-то живая очередь, – сообщаю я, и парень оборачивается с таким довольным взглядом, словно только этого и ждал.

– За меня заняли, верно, милашка?

Он наклонился назад, обращаясь к какой-то девушке, но та не успела и пикнуть, как внимание Осборна переключилось обратно на меня.

– Шикарно выглядишь, – сообщает он. – Соблазнительно, но ты привлекаешь внимание совсем не тех парней, когда есть более достойные варианты.

– В халате было бы лучше?

– Тебе лучше без халата.

Его голос прозвучал настолько серьезно, что на секунду пришлось потеряться от бешенства, ведь перед глазами всплыл вчерашний инцидент с полотенцем.

– А достойный парень кто? Ты?

– Ты верно поняла.

Весь сарказм или насмешка моментально пропала из низкого голоса. Хрипотца и притягательный взгляд срабатывают на мне как-то неоднозначно, из-за чего просто решаю осуждающе покачать головой и выйти из очереди, предпочитая остаться голодной, но, благодаря Клео, которая принесла мне долгожданный салат, этого не случилось.

К нашему столику подходит девушка с зеленой ниткой на запястье, но я не обращаю на нее особого внимания, зная лишь то, что они как-то связаны с соседями.

– Эй, Клеопатра, – проговаривает брюнетка, на этот раз привлекая мое внимание, – мне нужны новые фотографии для портфолио сегодняшним числом.

Посмотрев на Клео, понимаю, что именно так ее называют зазнавшиеся студенты. Хочется вмешаться, но нужно подождать ответа Клео, чтобы не подвести ее. Уверена, она может постоять за себя сама.

– Да, Валери, сделаем, – отвечает она.

– Когда? Мне нужно знать точное время.

Гневно взглянув на брюнетку, я не перестаю удивляться, как на свете могут существовать такие люди, как она. Есть два возможных объяснения ее поведения: либо ее родители слишком баловали, либо она просто хочет казаться крутой в своей компании, пытаясь завоевать авторитет. Но в любом случае, ее личность уже раскрыта.

– Тебе не нужны эти фотографии, – внезапно произношу я, и все с удивлением оборачиваются в мою сторону. – Если ты не умеешь общаться с должным уважением, то и фотографии не получишь.

Брюнетка обходит стол и становится рядом.

– Прости?

– Ты не ослышалась, – поясняю я и поднимаюсь, чтобы стерва не смотрела на меня сверху вниз. – Научись для начала нормально общаться с людьми, чтобы от тебя не несло потребительством.

Ее нервный смех раздается по всей столовой. Она смотрит по сторонам, пытаясь понять, всем ли так же смешно как и ей, однако никто не обращает на этот «диалог» внимания.

– Ровена, все нормально, – говорит Клео, отрицательно мотая головой, – мне несложно.

– Поэтому здесь и творится черти что, – сообщаю я.

– Кем ты себя возомнила? – спрашивает брюнетка, все так же нервно смеясь. – Дорогая, черти что только в твоей голове, но никак не здесь. Не зная основных действующих персонажей, не суйся туда, где тебя склюют заживо.

До конца не понимаю, позиционирует она себя с курицей или имеет в виду птицу помощнее. Слова красивые, только вот жаль, что от них мое мнение не меняется.

– Главное, чтобы поперек горла не встала, а я, дорогая, это могу.

Девушка несколько секунд возмущалась, но в итоге решила уйти. Клео согласилась сделать для нее фотографии, на что я просто закатила глаза. Нельзя хорошо общаться с тем, кто с тобой общается плохо. Многие говорят, что нужно относиться к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе, однако в каждого человека заложена сущность, которая не может, как мне кажется, измениться. Подстроиться – запросто, измениться – нет. Если человек выбрал позицию обороной против чужих доводов, тогда переубедить этого человека невозможно, какими бы ораторскими искусствами другой не владел.

Я разозлилась так, что начала косо смотреть чуть ли не на каждого, кто ко мне обращался. Внимание сконцентрировалось на нитках девушек, которые как то странно связаны с моими соседями, и от этого мне все больше хочется узнать правду. У некоторых девушек на запястьях есть красная нить, у других зеленая, есть еще и желтые, как у Клео и Зои.

Заметив мой взгляд на своем запястье, Зои ежится и собирается убрать руку под стол, но я вовремя ее перехватываю и прямо задаю вопрос:

– Какое отношение эти двое имеют к идиотским ниткам, Зои?

Ее взгляд испуганно проходит по друзьям, а затем застывает на столике «плохишей», на что я слегка дергаю ее руку на себя.

– Ты и сама скоро узнаешь…

– Я хочу узнать сейчас, раз спрашиваю. Клео?

Девушка будто бы почувствовала мое состояние, благодаря чему решилась наклониться ближе.

– Так они выбирают девушек, с которыми будут… развлекаться.

– ЧТО?

Я даже не заметила, как вскочила на ноги, уставившись на Клео безумными глазами. Она испуганно усаживает меня на место и склоняется над ухом.

– Идиотизм, знаю, но не кричи так, Ровена.

– Да они больные на всю голову!

– Здравомыслящие это понимают, что немаловажно.

– И никто еще не осмелился поставить их на место и послать куда подальше?

– Они же не заставляют силой носить эти нитки, девушки сами соглашаются.

– С ума сойти…

Голова начинает тяжелеть. Я в полном шоке и бешенстве со всего происходящего. Нервный смех одолевает, пытаюсь держать себя в руках.

– И как все это устроено? – интересуюсь я. – Они раздают нитки всем подряд?

– Понравившимся. Это происходит на посвящении. Они подходят к заинтересовавшей их девушке и сообщают, что готовы познакомиться с ними поближе. Там уже выбор за девушкой… Соглашается – надевает нитку, чтобы другие парни знали, чья она именно, а если отказываются…

– Не молчи, – с шоком предупреждаю я.

– Обычно над ними издеваются те, кто принял нитку.

– По их наводке?

– Думаю, да… Мы носим желтые нитки, чтобы переманить как можно больше людей на свою сторону, но популярность наших ниток не такая, как у этих парней. В этой битве они впереди.

Усталость навалилась моментально, мне становится не по себе, из-за чего перестаю что-либо говорить и на кого-либо смотреть.

Приехав домой, пытаюсь оградить себя от этих детских игр, чтобы они не мешали, однако заметив на заднем дворе Редмонда, решаю выяснить, что с этими двумя не так.

Выхожу на задний двор и направляюсь к парню, который находится в подвесной качели-гамаке. Его глаза полуприкрыты тенью от ветвей дерева, лицо расслаблено. Как только он замечает меня, на его губах появляется довольная улыбка.

– Хочешь присоединиться, Рови?

– Обойдусь, – отвечаю я и скрещиваю руки на груди. – У меня есть пара вопросов насчет ваших с другом идиотских проблем. Что за история с нитками?

– Наш универ сарафанное радио, – вздыхает он, становясь напротив. – Я даже не удивлен, что тебе все доложили, только вот рановато.

– Я, кажется, задала вопрос.

– Рови, ты еще так молода, не стоит углубляться во все это будоражащее движение.

– Я давно не ребенок, Редмонд.

– В этом и проблема.

В голосе парня ничего не поменялось. По-прежнему бесячее спокойствие, но сейчас я вижу две проблемы. Первая: идиотские нитки, а вторая в его восприятии меня, как маленького несмышленого ребенка, не знающего ни себя, ни того, что происходит вокруг. Даже если Редмонд помнит меня в детстве, это не позволяет ему воспринимать «картинку» в старом формате, тем самым задевая мое спокойствие.

– Что за система такая у вас с Осборном? Мните себя султанами, ставя метки на девушках, чтобы в любое время ими пользоваться? Это жалко!

– Через кого узнала?

– Думаешь, все те, кто выбрал одну из сторон, готовы молчать?

– Не делай из меня тупого идиота. Никто, кто задействован в этих взаимоотношениях, не станет идти против нас с Хейлом. Это должен быть кто-то из твоих новых друзей. Активисты.

Ухмылка не сходит с его губ, это выглядит жалко и тошнотворно.

– Тебя действительно волнует только это?

– Конечно не только это. Например, какой цвет тебе нравится больше, Рови? Красный или зеленый?

– Черный, так как именно я стану вашей черной полосой, пока весь этот бред не закончится. Если будет нужно, пойду к директору.

– Как ответственно. И что сделает директор? Запретит студентам носить какие-либо аксессуары или начнет расследование ради того, чтобы добраться до интимных подробностей двух студентов? Будет интересно глянуть на его лицо, когда ты нагрянешь с такой креативной претензией.

Он бегло проходится по мне взглядом, судя по всему, улавливая ноты своей правоты, из-за чего выдает следующее:

– Не будь ты Гордон, оказалась бы в моей команде, а так… Я позволю Хейлу тобой заняться.

Рука моментально отвешивает ему звонкую пощечину, пока внутри я ощущаю невыносимую злобу и презрение.

Только вдумайтесь, как Одри уверен в себе и в своих устоях!

– Займись своим лечением! Позволяю!

Серые глаза лишь игриво заблестели, перед тем как я развернулась и ушла к себе.

Они не могут так относиться к девушкам, словно университет – это их личная коллекция с игрушками. Меня также тревожит позиция студенток, которые почему-то соглашаются играть по правилам этих ребят. Что, кроме секса, они вообще могут дать и почему девушки соглашаются быть игрушками в чужих руках?

Позвонив Зои, я попыталась разговорить ее, чтобы та рассказала подробности «обряда» посвящения, но, естественно, она ничего не сказала. Видимо, единственной, кто готов бороться и быть со мной открытой, может оказаться только Клео, однако сейчас об этом говорить слишком рано. Как ни крути, я всего лишь первокурсница, к которой станут прислушиваться только после завоевания авторитета.

Ближе к вечеру в гости зашла хозяйка дома, но не одна…

Присутствие милой старушки будто бы подменило моих соседей. Они за секунду стали обходительными и общительными джентльменами, на которых женщина смотрела с восхищением и некой гордостью. Ее взгляд периодически обращался и ко мне, как бы говоря: «Вы точно поладите, пообщайтесь», но я изо всех сил старалась общаться исключительно с миссис Диксон. Знай она все, что происходит в университете, наверняка бы с позором выгнала этих двоих из своего дома, однако я не решаюсь даже говорить с ней на эту тему.

Сидя на веранде, внимательно слушаю женщину, которая вежливо изъясняется по поводу старой работы, приносящей ей удовольствие в молодости. Пока парни разливают чай, пытаюсь не встречаться взглядами ни с одним из них.

– Ровена, ты смогла найти общий язык с мальчиками? – спрашивает миссис Диксон, касаясь ладонью плеча Хейла. – Они бывают упрямы, но в их возрасте отстаивать свои права – это нормально. В моей молодости юноши были немного другие, но и время тогда было совсем другим.

Жаль, что я не могу сказать правду.

– Да, мэм.

– Не пытайтесь ее обидеть, а то знаю я вас! Хотя что-то мне подсказывает, если попробуете, она сможет за себя постоять.

– Даже мысли не было, – отвечает Редмонд, и наши взгляды пересекаются. Так и хочется повторно заехать по его лицу чем-нибудь тяжелым, чтобы не выглядел таким самоуверенным и лицемерным.

Когда миссис Диксон уехала, Одри отправился к себе, а я приступила к уборке посуды. Осборн тихо наблюдает за тем, как я собираю кружки на поднос, а затем поднимается с кресла и протягивает руки к посуде.

– Сама справлюсь, – как можно холоднее произношу я, и он встает на пути так, что приходится уловить его аромат. – Наверняка ты уже знаешь, что я в курсе ваших идиотских игр.

– Как ты можешь называть их идиотскими, если не пробовала? – интересуется он, смотря прямо в глаза. – Вероятно, тебе наговорили всякий бред, и теперь ты думаешь, что мы просто спим с понравившимися девушками, каждый раз меняя одну на другую. Это и для меня отчасти звучит как бред.

– Не пытайся меня запутать. Очевидно, что так оно и есть.

– Так ты проверь, – безэмоционально, с хрипотцой произносит Осборн. – Разве не нужно тщательно изучить тех, с кем собираешься бороться?

– С тактикой я тоже сама справлюсь.

– Если так, я буду в первых рядах твоего фан-клуба. – Он наклоняется ближе к уху, от чего ровное дыхание касается моих волос. – Я лишь с удовольствием понаблюдаю за переворотом.

Когда он выпрямляется, я замечаю блеск в его зеленых глазах, который исчезает лишь тогда, когда Осборн разворачивается и уходит.

Этот парень обладает невероятной харизмой, которая полностью подчинена его разуму. Он мастерски использует ее в своих целях, и, как мне кажется, только что применил против меня.

Эта ночь оказалась такой же жаркой как и другие. С начала учебы прошло две недели, за длительность которых мне удалось выучить университет, обойдя все нужные для посещения аудитории. Сейчас уже проще взаимодействовать с компанией, благодаря чему у меня и появились новые друзья, с которыми достаточно интересно проводить время на перерывах. Что касается встреч за пределами университета, их пока нет, так как троица посвящает все свободное время студенческой газете, поэтому большая часть моих вечеров проходит за свиданиями с собой любимой.

В эти выходные я собиралась ехать домой, но потом решила остаться. Зои прожужжала все уши насчет завтрашнего «посвящения», разумеется, оставив все без лишних подробностей. Все что я знаю, на берегу озера состоится вечеринка, где каждый сможет отдохнуть и познакомиться с остальными студентами поближе. Так оно и могло быть, не знай я об одном ключевом моменте с тупым распределением, связанном с моими соседями, от которых нет покоя даже дома. Ночью от громких женских криков «удовольствия» хочется оглохнуть, так как спать с закрытым окном просто невыносимо, а другого выхода из данной ситуации просто нет. Я не высыпаюсь, постоянно поднимаясь ночью от жары, чтобы повторно открыть окно и удостовериться, что в соседних домах тихо, однако они будто бы ждут, когда я снова засну, чтобы продолжить свое дело. Даже пожаловаться некому. Мне будет стыдно объяснять причину шума как миссис Диксон, так и полиции, из-за чего остается надеяться только на соседние дома в округе, но, к их большому счастью, они находятся на приличном расстоянии от нашего садома и слабо слышат то, что происходит.

Парни лишний раз со мной не разговаривают и лишь периодически поглядывают в мою сторону больше ради бичевания, которое концентрирует на мне внимание других студентов. Я помню, что в случае отказа от нитки, они нападут, только вот еще неизвестно, кому от этого будет хуже.

Зои названивает, пока мое тело расслабленно нежится в ванной. Лучший способ избежать проблемы – это не совершить ошибочный шаг, поэтому я решила не ехать к озеру, тем самым давая понять заинтересованным во всем этом людям, что не собираюсь играть ни в какие глупые игры. У всех есть выбор, и я сделала свой в пользу себя же. Пусть развлекаются и принимают новые «игрушки» в коллекцию, но без меня.

Проснувшись от громкого стука в дверь, накидываю кардиган и двигаюсь к выходу. Открыв, вижу Одри при полном параде. На парне свободная черная футболка и рваные джинсы такого же цвета, которые не сильно обтягивают накаченные ноги. Несколько секунд смотрю на него в ожидании слов. По лицу непонятно, что он чувствует на данный момент, мышцы лица кажутся расслабленными, хотя желваки периодически напрягаются, пока серые глаза пристально смотрят в мои.

Парень аккуратно тянется к моей руке и все так же молча погружает вторую руку в карман джинс. Сейчас его глаза смотрят только на нитку черного цвета, не замечая моего непонимания спросонья. Затянув ее на запястье, Редмонд поднимает глаза и говорит:

– Можешь спокойно заниматься своими делами, никто из нас не будет препятствовать этому, Рови.

Они бы и не смогли.

– Не называй меня так, я уже не ребенок.

Редмонд аккуратно отпускает руку и осматривает мое лицо, словно пытается понять, не солгала ли я. В его взгляде улавливается что-то проницательное, от чего я немного пропитываюсь жалостью, вспоминая о родном городе, где все ненавидят и презирают Одри. Интересно, он знает, что его мать умерла несколько лет назад?.. Спросить об этом я точно не могу, тем более мы не настолько близки, чтобы обсуждать подобные темы.

– Если бы я не считал тебя ребенком, тогда на твоем запястье была бы красная нить, а не черная.

Парень уходит, а я возвращаюсь обратно в постель, мгновенно засыпая под долгожданную тишину этой ночи.

Весь день субботы хотелось провести дома. На улице невероятно душно, и вся жара проникает в дом, делая работу кондиционера бесполезной. Мама очень возмущалась, когда поняла, что на выходные я не приеду, но больше ее злилась Агнесс. Эти двое всегда находятся на стороне друг друга. Я надеялась, что разговор не коснется слухов по поводу Одри, но как только мама отошла от телефона, сестру понесло. Она расспрашивала то, что я не знаю, поэтому врать или сочинять что-то на ходу не пришлось. Не понимаю, почему нельзя просто оставить этого парня в покое.

Миссис Диксон крепко сжимала дужку громкоговорителя, шагая по заднему двору. Ее старческий голос доходчиво объяснил, что она хочет лицезреть нас в полном составе на лужайке прямо сейчас, а поскольку вчера я не пила столько, сколько пили парни, подняться с кровати не составило труда. Открыв дверь, я услышала от старушки поручение, которое рекомендовало переодеться в купальник и прихватить с собой полотенце. Здесь неподалеку есть озеро, где часто отдыхают горожане. По-моему, это лучшая идея за последнюю неделю, и сегодня мне удастся как следует отдохнуть.

Натягивая шорты, слышу слабые голоса парней, которые доносятся с заднего двора. Они вернулись домой несколько часов назад, когда на улице начало светать. Шум двигателя разбудил меня, но через секунду сон вновь погрузил сознание в свои объятия, и я сладко проспала до десяти утра.

Повязав пляжный платок белого цвета вокруг пояса, быстро поправляю лямки слитного купальника черного цвета и выхожу во двор. Слабый ветер приятно обдувает волосы, пока парни с усталостью от бессонной ночи смотрят на старушку, не понимая, что та от них хочет. Осборн поднимает на меня безэмоциональный взгляд, а затем резким движением отбирает газировку из рук друга и делает несколько глотков. Поморщившись, он смотрит на жидкость через прозрачную упаковку, а затем кидает взгляд на Редмонда, который морщится в ответ.

– Почему пахнет спиртным? – принюхивается миссис Диксон, пока Хейл быстро выкидывает бутылку через плечо, избавляясь от нежелательного напитка. – Вы что, выпивали?

– Нет, – хором отвечают они, вытаращив глаза.

Смешно наблюдать за тем, как женщина «строит» этих парней. Они могут казаться крутыми в универе, но при ней они больше похожи на провинившихся детей переростков.

Сев на переднее сиденье, не могу нарадоваться этой поездке. Когда парни распластались сзади, миссис Диксон нажала на педаль газа и машина тронулась с места, издав слабый визг. Пока мы с женщиной разговариваем, Осборн мирно дремлет, в то время как Редмонд таращится в телефон.

– Вы молодые, а просиживаете весь день дома. Так нельзя. Вечно вас нужно всему учить.

– Вчера было посвящение в студенты, мэм, – сообщает Одри. – Вчера мы дома не сидели.

– Спасибо, я уже почувствовала, – отвечает женщина и смотрит на Хейла через зеркало заднего вида, – и заметила.

Обернувшись, сталкиваюсь с серыми глазами, которые пристально смотрят в ожидании слов.

– Подружился с новыми студентами? – спрашиваю я, слабо улыбаясь.

– У меня есть опыт находить общий язык с новичками, – с серьезностью произносит Редмонд.

– Ну куда же без этого. Уверена, ты весьма красноречив, когда дело касается языка.

Воображение – враг человека. Я о том, что даже когда не хочется представлять картину каких-либо действий, она все равно возникает.

У меня не было и мысли «топить» парня в глазах старушки. Говорили, она хорошо разбирается в людях. Возможно, миссис Диксон видит, что парни на самом деле не те, кем хотят казаться в глазах других.

Приехав на пляж, который утопает в зелени деревьев, выхожу из машины и чувствую долгожданную свежесть. Помогая старушке с корзиной для пикника, замечаю, что Осборн отошел в сторону, разговаривая с кем-то по телефону. Свободная белая футболка от жары прилипла к его спине, выделяя и подчеркивая изгибы накаченных мышц.

– Куда это ты смотришь, Рови? – спрашивает Редмонд, подойдя со спины. – Неприлично тихо таращиться, когда можно в открытую смотреть.

– Ладно, – обернувшись начинаю говорить я, – что мне сделать, чтобы ты перестал называть меня так? В уместном плане, разумеется.

– Теперь, когда я знаю, что тебя это так раздражает, мне только вдвойне приятнее повторять «Рови». Понимаешь, Рови?

Парень ухмыляется, пошатнувшись в сторону, а затем уводит взгляд на облака, я же решаю вернуться к домовладелице.

Миссис Диксон, несмотря на свой возраст, выглядит очень изящно. Она с большим вкусом подбирает одежду, которая придает ей утонченность и стиль. Убеждена, что женщина могла бы составить конкуренцию самой Жаклин Кеннеди.

Расположившись на пледе под большим зонтиком от солнца, замечаю, что парни раздеваются, чтобы освежиться в прохладной воде. Их обнаженные спортивные тела выглядят слишком хорошо, из-за чего отвожу взгляд в сторону, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

– Рови, пошли купаться!

– Позже, – отвечаю я, даже не взглянув на Одри.

Хорошо, что у Осборна пока еще нет привычки, называть меня «Рови», иначе мое раздражение удвоилось.

– Ровена, тебе стоит отдохнуть, – говорит женщина и достает из корзины журнал. – Они ближе к тебе по возрасту, а со мной не побегаешь.

– Это хорошо, ведь я не люблю бегать…

– Ступай, – кивает она и с одобрением улыбается.

Поднявшись на ноги, кидаю взгляд на парней, которые направляются к воде. Надеюсь, они не решат утопить меня за вчерашнее неповиновение, хотя присутствие миссис Диксон не позволит им совершить такую ошибку.

Стянув шорты, кидаю очки на плед и медленным шагом направляюсь к воде. Как только ступни касаются прохладного и влажного песка, по телу пробегают мурашки, а когда щиколотки погружаются в воду, смотрю на ребят, которые остановились, сконцентрированы все внимание на моей персоне.

– Идите! – злобно приказываю я.

– Помочь?

Хейл стремительными шагами направляется в мою сторону, и я делаю несколько шагов назад, оглядываясь.

– Стой! – приказываю я, но парень не реагирует. – Зайду сама, пожалуйста!

– Пожалуйста-пожалуйста.

Посмотрев на него с некой неуверенностью, делаю один шаг вперед, а затем бегу и полностью погружаюсь в прохладную воду. Брызги и шум воды, ассоциируют крушение «Титаника», и я плыву к середине, пытаясь не оборачиваться. Жаркое солнце печет макушку, пока руки и ноги активно двигаются в воде. Она настолько прозрачная, что удается рассмотреть все тело сверху. Посмотрев направо, наблюдаю за парнями, которые обгоняют меня, но сами плывут наравне. Это больше тянет на соревнование, чем отдых.

Развернувшись, возвращаюсь обратно к берегу, но на этот раз уже на спине, а как только ноги касаются дна, встаю, вытирая ладонями глаза и краем глаза замечая выходящего на сушу Редмонда. Как-то машинально мои глаза нашли Осборна, двигающегося ко мне достаточно хищно, чтобы отступить и замереть под тяжелым взглядом зеленых глаз. Постепенно вода открывает его торс, по которому соблазнительно стекают капли, но и на этот раз приходится отвести взгляд в сторону.

– Плаваешь ты не так хорошо, как угрожаешь, – сообщает он, тем временем как его пальцы зачесывают влажные волосы назад, открывая прекрасное лицо.

– Когда это я угрожала?

– Забыла про черную полосу, которую обещала устроить? Неужели передумала?

Смешок сорвался с моих губ.

– Не передумала, лишь вспомнила, что говорила это ему, а не тебе.

Осборн делает еще шаг, и расстояние между нами значительно уменьшается.

– Почему же ты не сказала об этом мне, Мисс Гордон? Кажется, ты немного робеешь при наших разговорах.

– Кажется, – за секунду отвечаю я, вскинув голову и с вызовом уставившись в блестящие глаза. – Мне не присуща робость, тем более при разговорах с такими как вы.

– Как мы? Ты же сама нас выделяешь… в негативном ключе или нет, но ты фокусируешься, приближая себя к неизбежному.

– Это к чему?

Слегка улыбнувшись, Хейл кидает быстрый взгляд в сторону и наклоняется ниже, чтобы наши лица оказались друг напротив друга.

– К тому, что приведет тебя ко мне и заставит сладко шептать мое имя. – Под гнетом чарующих глаз на таком близком расстоянии, я, признаюсь, растерялась, что от него, к сожалению, не ускользнуло и вызвало улыбку, когда тот слегка наклонил голову. – Не переживай, я сделаю вид, что ты по-прежнему яростная противница наших идей и ни капельки не покраснела от сказанного.

Подмигнув, он выпрямился и оставил меня стоять на месте от удивления на саму себя в данной ситуации. Я должна была что-то сказать, возразить, поставить на место, но вместо этого лишь покраснела от смущения прямо на его глазах.

Странное состояние никак не может отступить. После того как мы вернулись домой, я не хотела разговаривать ни с кем, поэтому просто сидела дома с закрытыми окнами и включенным на всю мощность кондиционером, который издавал странные звуки. Не хотелось попадаться на глаза ни Одри, ни Осборну, так как второй наверняка уже похвастался другу моей реакцией на сказанное, и теперь они еще больше уверены в том, что рано или поздно не останется ни одной девушки, способной возразить их устоям.

К понедельнику я пришла в себя и решила не вмешиваться, чтобы не оказаться в неловком положении, как во время той короткой беседы с Осборном. Приехав в универ, замечаю на себе короткие взгляды совершенно незнакомых людей, из-за чего предвещаю неладное. Это точно связано со мной и моими соседями…

– Ровена! – кричит женский голос сзади, и я останавливаюсь, ожидая претензий от Зои по поводу проигнорированных от нее звонков во время посвящения. Девушка становится передо мной, откровенно рассматривая свободного покроя черное платье, подол которого чуть выше колен.

– Зои, мне неинтересно. Если ты собираешься возмущаться по поводу вечеринки у озера, то я не жалею, что не пришла.

– Ох, нет! – улыбается она и поправляет очки, свалившиеся на кончик носа. – Я по поводу студенческой газеты. Мы хотим видеть тебя в лице редактора. Старый ушел от нас, он на последнем курсе и теперь готовится к защите, поэтому местечко пустует.

Господи, когда же они уже поймут, что это лишняя трата времени?

– Я уже выбрала другой кружок, – вру я, улыбаясь, и обхожу низкорослую девушку стороной, но она увязывается следом.

– Правда?.. Какой?

Какой?

Откуда знать, какие вообще есть?

– По взгляду вижу, что ты уже поняла, – игриво улыбаюсь я, продолжая двигаться к аудитории.

– Черлидинг? – расплывается в улыбке Зои.

– Еще варианты?

Терпеть не могу спорт. Почему именно черлидинг?.. До спортивной фигуры мне далеко, а намеков в сторону любви к спорту я не давала.

– Остальные, насколько я знаю, уже переполнены.

– Значит, черлидинг, – разочарование в голосе она не расслышала.

– Круто, Ровена, – восхищается девушка, когда мы проходим мимо двух самых «крутых парней», которые провожают нас взглядом, обнимая каких-то девушек, – я тоже хожу на тренировки, а сегодня пойдем вместе! Я тебе все расскажу и покажу!

– Ты и там задействована?!

Удивление с непониманием в голосе вынуждает ее изогнуть бровь.

– Почему удивлена?

– Не подумай ничего такого, просто… откуда вообще у тебя столько времени на кружки?

По-доброму рассмеявшись, к счастью, девушка восприняла эти слова за комплимент.

– Я же активистка. Мне только в радость быть задействованной в разных направлениях. Основной отбор был в начале семестра, но, думаю, хореограф не будет против нового танцора.

– Сегодня точно не получится, есть небольшие дела…

– Но если затягивать, возьмут кого-нибудь другого!

Остановившись, перевожу взгляд на девушку. Она не отстанет, раз теперь знает про мою выдуманную заинтересованность, поэтому уточняю:

– А если мне откажут?..

– Можно будет попробовать в следующем году, это не проблема! Главное, ты попробуешь и хотя бы для себя поймешь: готова или нет.

Дело в шляпе, теперь остается просто завалить отбор и жить спокойно, делая вид, что я всей душой расстроена и теперь после грандиозного провала не хочу участвовать в какой-либо общественной жизни универа.

Клео, узнав о моем сегодняшнем отборе, расстроилась, что выдуманный выбор пал на черлидинг, однако это даже не мое решение. К ребятам из своей компании я отношусь очень даже хорошо. Мне нравится слушать их разговоры и рассуждения о том, что имеет для них смысл, ведь человек, говорящий о том, что ему действительно важно, выглядит воодушевленным и целеустремленным. Разве это не прекрасно?

Посмотрев в сторону, замечаю Дэйну, которая уже пообедала и собирается на выход. Выражение ее лица практически всегда выглядит грустным, но это не отталкивает, а скорее наоборот, привлекает. Бывают люди, чья грусть кажется красивой, такой я и вижу несчастную девушку с разбитым сердцем. Внешность Дэйны, ее стиль… Не уверена, но обычно их описывают как «Бэмби» или что-то в этом роде.. В ее образе можно заметить женственность и романтичность, которые подчеркивают пастельные тона и минималистичный стиль.. В стиле идет акцент на слоистость при использовании легких, пастельных тканей.

Поднявшись с места, собираю тетради, чтобы успеть догнать девушку.

– Ты куда? – спрашивает Клео, оторвавшись от ланча.

– Наелась. Схожу до мистера Ховарда.

Пытаясь не реагировать на заинтересованные взгляды компании, направляюсь к выходу, чтобы успеть догнать Дэйну в коридоре. Смотря по сторонам, вижу, что она направляется к главному входу. Было бы разумно позвать ее по имени, но лично мы не знакомы. Когда Дэйна останавливается, чтобы посмотреть стенд с расписанием, я все же догоняю ее.

– Привет, – улыбаюсь я, – мы незнакомы, но…

– Я слышала о тебе, Ровена, – перебивает она, и я не сдерживаю удивления.

– Да?

– Ты новая соседка Хейла и Редмонда, которая не удосужилась прийти на вечеринку, – говорит она и переводит взгляд на мое запястье. – Однако «правление» парней не смогло обойти стороной даже тебя.

– Я забыла о ней сразу, как только ее нацепили.

Это правда.

На руке часто бывает либо резинка, либо браслеты, поэтому я вообще забыла, что Одри не просто так заходил ко мне ночью.

Улыбнувшись, снимаю нитку и бросаю в урну рядом с выходом.

Мне всегда проще находить общий язык с девушками. Парни слишком сложные на мой взгляд, они постоянно пытаются что-то скрыть или подкатить.

– Это показуха лишь для других, но для этих двух эта нитка ничего не значит, – сообщает она.

– Для меня тоже.

Дэйна направляет взгляд в сторону столовой, и я следую ее примеру.

Осборн одергивает белую футболку, смотря себе под ноги, а затем оборачивается к Редмонду, что-то тому сообщая. Достаточно резко их взгляды направляются в нашу с Дэйной сторону, но я отвожу глаза на рядом стоящую девушку, которая загипнотизированно смотрит на бывшего парня.

– Заинтересован, – говорит Дэйна.

– Что?

– Ты наверняка уже знаешь, что мы с Хейлом… встречались, – произносит она, опустив глаза. – Прости, это не так просто…

– Все нормально, – пытаюсь расслабить девушку я. – Они уже привыкли, что все сходит им с рук, поэтому наслаждаются вседозволенностью, играя чужими чувствами. Такие не достойны любящих отношений.

– Нет, – неожиданно говорит Дэйна, подняв взгляд, – Хейл достоин. Поверь, я знаю, о чем говорю, и знаю, каким он может быть, когда вокруг нет посторонних. В этом моменте ты ощущаешь себя единственной причиной его очаровательной улыбки, Ровена. Он обходителен, нежен и готов на все ради тебя… Разве такой человек не достоин любви, когда создан исключительно для этого?

Ее покрасневшие глаза наполнены тоской, благодаря чему несложно догадаться о чувствах девушки.

Дэйна права, каждый достоин любви. Но что, если эта любовь будет приносить только боль?

– Хейл смотрит таким взглядом только тогда, когда заинтересован, – продолжает девушка, поправляя лямку рюкзака. – У него всегда есть план, Ровена. Если он чего-то хочет, будет делать все возможное, лишь бы получить желаемое. И… обычное у него это получается.

Хочется задать вопросы, которые беспокоят, но расспрашивать о прошлой жизни человека, которому причинили боль и разбили сердце – неправильно. Не понимаю. Если Дэйна знала, какой Хейл на самом деле, для чего подпустила его?.. Изменить человека в сознательном возрасте невозможно. Если только через что-то травмирующее, и то неизвестно в какую сторону это может сработать.

Когда мы обменялись контактами, я отправилась на дополнительное занятие по философии. Зайдя в аудиторию, вижу два свободных места по разную сторону друг от друга. Замечательный выбор, который безумно раздражает. Сесть рядом с Одри или Осборном, которые каким-то чудесным образом отлипли друг от друга. Посмотрев по сторонам, замечаю, как парни с интересом переглядываются. Опять какие-то игры?..

Уверенной походкой направляюсь к Редмонду, который начинает мять шею сзади, делая вид, будто ему нет никакого дела. Поправив подол платья, присаживаюсь рядом и достаю тетрадь.

– Ты бы не мог пересесть к другу?

– Право свободного выбора есть у каждого, Рови, – ухмыляется он, – поэтому вынужден отказать. Мы ведь можем пошалить руками под столом, если лекция наскучит. Одни плюсы.

– То же самое ты можешь делать с Осборном.

– Какая ты остроумная! Обалдеть можно!

– Ладно, тогда пересяду к Осборну сама.

Как только беру тетрадь, Одри перехватывает руку, и наши взгляды встречаются.

Не слишком ли остро он воспринял эти слова?… Что это? Нежелание допускать возможной близости с соперником?

Поднявшись, парень хватает тетрадь и идет к лучшему другу.

Потянувшись, кладу руки на уставшую поясницу и машинально поворачиваю голову то вправо, то влево. У меня даже мысли не было смотреть на лучших друзей, как вдруг наши взгляды с одним из парней пересеклись. Осборн, раздвинув ноги и чуть ли не развалившись на стуле, очаровательно улыбается, как только замечает на себе мое внимание, на что я закатываю глаза и отворачиваюсь. От него так и разит самоуверенностью, которую хочется надломить, чтобы слишком не зазнавался…

Шагая в сторону парковки, решаю позвонить Лизи. На неделе она и ее муж Седрик собираются приехать в город, чтобы купить для Дэниела роликовые коньки. Как только достаю ключи, со спины подбегает Зои. Заметив форму черлидерши, понимаю, что сейчас нужно приложить максимум усилий, чтобы отвертеться от тренировки.

Время останавливается. Моргаю.

Через секунду принимаю форму, которая состоит из майки в облипку белого цвета и телесных лосин. Хочется наслать на саму себя проклятие, чтобы забыться. Никогда не надеваю лосины,мне в них некомфортно, так еще и эта майка! Грудь намеревается сбежать из выреза и размер явно не мо. Выгляжу усладой для извращенца. Натянув кроссовки на воздушной подошве, ловлю на себе взгляд Зои, которая восторженно вздыхает.

– Боже, какая у тебя шикарная фигура!

– Разве на мне не должна быть форма черлидерши?..

– Пока ты не в команде, форму не дадут, – объясняет девушка, – такие вот правила. Нужно поторопиться, чтобы успеть на постройку, идем.

Потянув руку к выходу, Зои мгновенно выводит меня на стадион. Атмосфера, которая держится в этом месте, вызывает недовольство. Да, спорт – это хорошо, но чтобы заниматься им нужно желание, которое у меня отсутствует. Посмотрев на футболистов, замечаю Осборна, который ловко набивает мяч. Только этого не хватало! Мало того, что мы живем по соседству, так еще и придется проходить отбор на его глазах в таком откровенном виде.

Когда девушки становятся в шеренгу, вижу перед собой девушку, которая требовала от Клео фотографии. Держа в руках планшет, она не смотрит в нашу сторону, я же мысленно ругаю Зои за такую подлянку. Чувствую, она не упустит момент, чтобы оторваться на мне за возражения в защиту девушки-фотографа. Как только начинает играть музыка, она передает планшет Зои и смотрит на нас как на грязь.

– Проведем разминку. Для начала бег, а дальше посмотрим на вашу растяжку, – говорит она, но все стоят на месте. – Вперед! Топ-топ!

Как только начинается движение, жду, пока девушки пробегут вперед. Так или иначе, бежать придется, ведь Зои буравит меня своими карими глазами, на что натянуто улыбаюсь, но как только отворачиваюсь, закатываю глаза. Бегать в такой обтягивающей одежде – стыд, однако это мало кого беспокоит. Каждая присутствующая здесь девушка – худышка, которая запросто может не надевать бюстгальтер, а вот с моим размером это даже вульгарно. Когда проход освобождается, бегу трусцой, пытаясь не смотреть на всех наблюдателей. Интересно, как много парней в своих фантазиях представляют понравившуюся ему девушку при подобных обстоятельствах?

Пробегая мимо футболистов, не смотрю на парней, однако один из них присоединяется к моей пробежке.

– Очаровательно выглядишь, Мисс Гордон. Узнала о моей слабости к спортсменкам?

– Знай я, что это так, была бы еще одна причина не соваться сюда.

– А какая изначальная причина?

Развернувшись, бегу в обратную сторону, но Хейл не отлипает, повторяя мои действия.

– Грубо, моя драгоценная. Ты постоянно пытаешься от меня сбежать. Мне же хочется послушать твой голосок немного дольше.

– Нам не о чем разговаривать, да и собеседниц у тебя без меня хватает. Без общения не останешься.

– Даже если так, разговор о тебе. Не знай ты о нитках, была бы сговорчивее, но в этом есть своя прелесть. С непокорностью работать увлекательней. Мне даже интересно, к кому она тебя приведет, и как скоро.

– Если я по какой-то невероятной миру причине и буду выбирать между тобой и Одри, пожалуй, остановлю выбор на втором. Обещай сильно не расстраиваться, ладно?

А ведь в этом что-то есть… Говорить одному о другом, когда оба нацелены на что-то неладное по отношению ко мне.

– Расстраиваться? – Он хищно улыбается. – Ты кидаешь мне вызов, Мисс Гордон, – без какого-либо сарказма сообщает парень и прекращает бег, вынуждая меня сделать то же самое. – За тебя можно и посоревноваться.

– У тебя разве есть шанс?

– Ты меня недооцениваешь. Я слишком настойчив и целеустремлен, что приводит к желаемому результату, какой бы исходник не был с самого начала.

Мы не заметили, как к нам подошла главная черлидерша. Демонстративно поздоровавшись и страстно поцеловав Осборна в пухлые губы, она не закрывала глаза, тем самым пялясь на меня, как ненормальная.

– Подожди, Валери, не сейчас… – Отмахивается парень и делает шаг в мою сторону, на что брюнетка одаривает меня новыми ненавистным взглядом.

– Не слушай его, Валери, продолжай, – натягиваю улыбку я, отступая на шаг от Осборна. – А то, кажется, твоя компания уже успела ему надоесть, из-за чего и пытается произвести на меня впечатление.

По-моему, Осборн отреагировал на мои слова одобрительным и пораженным смешком, точно не ожидая такого откровенного выпада, девушка же от злобы покрылась странными красными пятнами.

– Да кем ты себя вообще возомнила?! Убирайся на хрен отсюда!

– Благословляешь? – все с той же улыбкой уточняю я, только этого и ожидая. – Неужели не быть мне в команде поддержки? Какая потеря…

Приходится выдавливать из себя все возможное актерское мастерство, чтобы задать этот риторический вопрос, развернуться и с превеликой радостью уйти, однако брюнетка останавливает меня заявлением:

– Какая вообще из тебя черлидерша?! Твой жир из тебя ни одной связки не вытянет!

И это должно как-то задеть? Пф, умоляю!

Поднимаю руки вверх и делаю колесо, после которого моментально сажусь на поперечный шпагат. Наклоняясь вперед, обхватываю лицо ладонями и ставлю локти на землю.

– Интересно, как так вышло? Просто поскользнулась?.. – Невинно моргая, произношу я, пока незнакомая девушка в форме протягивает мне руку, которую с благодарностью принимаю.

– Мэй! – с яростью называет имя девушки брюнетка, но не успевает продолжить, так как Осборн издает довольный смешок. – Ты серьезно? Такое тебе нравится?

Ответа я не услышала, так как решила скорее уйти, чтобы избежать продолжения этой стычки. Завтра мои мышцы будут адски болеть от таких трюков, тем более в последний раз я проворачивала подобное в средней школе.

Приехав домой, решаю принять душ, чтобы смыть с себя весь негатив. Эмоции на пределе. Не люблю, когда люди строят из себя королей, будучи простыми нарциссами. Заметив на заднем дворе Одри, решаю поговорить с ним насчет лучшего друга, чтобы наконец прояснить момент с моей дарованной свободой с помощью черной нитки.

– Ты когда-нибудь вылезаешь из этой штуки? – удивляюсь я, обнаружив его все на том же месте в гамаке.

– Удобная вещь. Всегда мечтал о такой.

Посмотрев в блестящие глаза, хочу предъявить претензию, но что-то идет не так.

– Почему твой выбор остановился именно на этом городе? Когда ты уехал, мы считали, что…

– Я сопьюсь или стану наркоманом? – усмехается он, продолжая покачиваться взад-вперед. – Твоя семья никогда не хотела иметь со мной ничего общего и желала скорейшей смерти, лишь бы я сгинул где-нибудь подальше от их миленькой доченьки.

– Это неправда.

– Чистая правда, Рови. Гордоны считаются знатными людьми в городке, и вдруг какой-то «шкет» из неблагополучной семьи решает нарушить спокойную жизнь семейства.

Поднявшись, он становится напротив, и я продолжаю:

– Ты мог бы доказать им, что не так плох…

… если бы действительно хотел быть с Агнесс.

– Доказывать? Гордонам? – заулыбался он, насмехаясь. – Ты же выросла в этой семье, разве не знаешь, что они не умеют слушать, если дело касается, так скажем, чести?

Понимаю, о чем он… Если маме о чем-то рассказать, и она неправильно поймет информацию, то обязательно расскажет ее по-своему, вне зависимости от первоисточника. У Агнесс есть такая же привычка. Когда Редмонда замечали в нашем доме, начинались оскорбления, которые наносили самый настоящий крах в становлении личности. Такой конфликт однажды произошел при мне, когда мы с мамой вернулись из магазина. Это было последнее появление Одри в доме моих родителей.

– Не касайся себя, – говорит парень, вырвав меня из мыслей.

– Что? Я не…

– Твоя рука коснулась шеи, – перебивает он и делает шаг назад. – Для меня это достаточно заманчиво. Рови, но ты еще ребенок.

– Ты отобрал несколько девушек моего возраста к себе в «гарем», – напоминаю я, – и чуть ли не каждое начало диалога начинаешь с какой-нибудь пошлости в мой адрес.

Сделав шаг вперед, замечаю, что он снова отходит.

Одри уверен в себе, тогда почему бы мне не злоупотребить этой уверенностью, чтобы доказать обратное?..

Расстегнув кофту так, чтобы грудь оказалась немного приоткрытой, пристально смотрю на Редмонда, который воротит взгляд.

– Это доказывает, что мне уже не двенадцать?

Сделав глубокий выдох, Редмонд частенько отводит взгляд, при этом периодически поглядывая чуть ниже моей шеи, что доказывает его интерес. Еще бы! Одежды с подобным вырезом у меня в гардеробе нет, хотя в таком некоторые студентки университета ходят на занятия регулярно. Ничего нового он здесь не видит.

Делаю шаг вперед и становлюсь напротив, смотря на бегущие глаза парня. Неужели он стесняется? Или просто хочет доказать свое безразличие? Это даже забавно.

– Уже не такой смелый, когда разговор переходит к делу, верно? – спрашиваю я и замечаю краем глаза Хейла, который застыл на месте, наблюдая за всей картиной со стороны. Кинув натянутую улыбку на ничего непонимающего Осборна, наклоняю голову вбок и возвращаю взгляд на Одри, который явно чувствует неловкость перед другом из-за увиденного.

Лишний раз доказала, что словами они владеют, однако когда дело касается действий, эта уверенность куда-то исчезает.

Застегивая пуговицы, возвращаюсь домой, хотя так и не спросила то, за чем шла первоначально.

Вечером на улице заметно похолодало. Разместившись на веранде, решаю почитать очередную книгу, которая посодействует знаниям в области психологии. Если не обращать внимания на «плохих» парней, учеба протекает великолепно. Ни капельки не жалею о том, что решила пойти учиться именно на психолога. Вдобавок ко всему в университете можно наблюдать несколько ярких, вероятно, нездоровых личностей в их естественной среде обитания.

Оторвавшись от книги, на дороге вижу знакомую машину, которая сворачивает на обочину рядом с моим домом. С опасением смотря по сторонам, неуверенно поднимаюсь. Агнесс еще не знает, что Одри не просто учится со мной в одном универе, он еще и мой сосед. От одной мысли, что старые возлюбленные встретятся, становится беспокойно. От Агнесс стоит ожидать чего угодно, и меня беспокоит ее интерес в сторону бывшего парня, при всем том, что у нее уже есть семья.

Сестра выходит из машины, держа в руках какой-то комнатный цветок.

– Ро-о-ви! – тянет она, приближаясь все ближе. – Я вот решила навестить тебя и посмотреть, как ты устроилась.

– Мы же не настолько близки.

– Не говори глупостей, мы же сестры. Мама прислала со мной всевозможные гостинцы и просила передать, чтобы ты звонила ей почаще.

Передав горшок, она фальшиво улыбается. На этом конец. Я понятия не имею, о чем с ней разговаривать. Даже дома мы обходили друг друга стороной, занимаясь каждая своим делом.

– Может… пройдешь внутрь?..

– Я думала, мы съездим куда-нибудь развеяться. Где обычно тусуются студенты в этом городе?

– Понятия не имею, – отвечаю я, кинув взгляд на домик Редмонда, в котором загорелся свет. – Ты же хотела посмотреть, как я устроилась… Давай покажу дом.

– Ой, да брось. Ты наверняка уже знаешь причину моего приезда, Лизи не умеет держать язык за зубами.

Сестра по-хозяйски падает в кресло, и я с безразличием кидаю взгляд в ее сторону.

Оклеветать Лизи – легче всего. Из-за своего ужасного характера Агнесс тяжело уживается с нормальными людьми, а вот старшая сестра – другое дело.

– Что ты сказала Роберту перед тем, как приехать сюда? Не боишься, что он узнает истинную причину поездки?

– Признаться честно, я тоже считаю, что у меня есть все шансы изменить, – говорит она, и мои глаза становятся на размер больше, – но я не собираюсь бросать семью. Для начала нужно встретиться с Редмондом. У нас остались не оговоренные вопросы, ответы на которые мне не терпится услышать.

Интересно будет посмотреть на то, как любимица мамы станет самой нелюбимой дочерью после такой выходки.

– Покажешь мне универ завтра? Хочу подумать насчет поступления.

– Это уже крайности, Агнесс!

– Боишься, что твоя популярность перейдет ко мне?

Господи, как же сложно с ней общаться.

– О какой популярности ты говоришь?

Заметив, что сестра смотрит не на меня, оборачиваюсь и вижу Осборна. Хочется послать его к черту, а по возможности и Агнесс следом за ним, чтобы остаться в тишине и покое.

– Интересная картина, – с хрипотцой произносит шатен, улыбаясь глазами. – Ссоры между девушками всегда со стороны кажутся забавными, интригующими. Как понимаю, мисс Гордон любит выяснять отношения.

– А я тебя уже видела, – сообщает девушка, поднимаясь с кресла, – в первый день на парковке университета.

Парень становится рядом со мной, но я не смотрю в его сторону, ощущая лишь приятный аромат его туалетной воды.

Сестра выводит меня из себя. Не хочу, чтобы она находилась рядом, тем более с такой позицией. Я завожусь с полуоборота от одного лишь ее слова, действия или взгляда.

Посмотрев на меня с неким беспокойством, будто бы почувствовав мое состояние, Хейл наклоняется и касается моего подбородка большим и указательным пальцем, приподнимая лицо так, чтобы наши взгляды встретились. На этот раз в зелени его глаз нет никакой насмешки, лишь немой вопрос: «Стоит ли мне прекратить все это?». Его длинные аккуратные пальцы, слегка поглаживают мою кожу, из-за чего я невольно приоткрываю губы, наблюдая за красотой этих спокойных глаз. В животе защекотало, из-за чего я увернулась и сделала шаг в сторону. Ему нельзя так бесцеремонно вторгаться в мое личное пространство, тем более после возникновения этого знакомого чувства внизу живота. Мне нужно держать все под контролем, поскольку врагов с некоторым временем становится все больше, и эмоции берут надо мной верх.

– Я вижу… ты времени зря не теряла, – комментирует Агнесс, сделав шаг к Осборну, который выше девушки чуть ли не на метр. – В вашем университете все парни такие горячие?

– Не знаю, не присматривался.

Его интонация ясно дает понять, что на разговор он не настроен, однако такая резкая перемена акцентирует внимание конкретно на собеседнике. Видимо, Агнесс совсем не в его вкусе.

– Думай, о чем говоришь, – предупреждаю я, обращаясь к сестре. – Мне наплевать на парней, я здесь из-за учебы в отличие от тебя, Агнесс.

Я выделила имя девушки, чтобы парень понял, кто она, однако он и ухом не повел. Возможно, Одри не говорил с ним насчет этой девушки, да и что говорить?.. Не уверена, что между ними было что-то большее, помимо секса.

– Агнесс, возвращайся домой, – вздыхаю я.

– Это и есть твое гостеприимство?! Или ты живешь с этим парнем и не хочешь, чтобы я вам мешала?

– Еще чего?! Он твой типаж, а не мой, поэтому перестань нести чушь.

На это заявление Осборн лукаво улыбнулся и уронил голову на плечо, как бы говоря: «Ну-ну, конечно».

Сейчас для полного поворота событий и проверки меня на прочность не хватает только Одри, но, надеюсь, он чем-то занят и не выйдет до того момента, пока не уедет его поехавшая бывшая…

– Остановлюсь в отеле! – с яростью сообщает Агнесс и спускается вниз. – И только попробуй сказать Роберту или маме причину моего приезда, Рови. Я не шучу.

– Ты и не умеешь…

Когда машина уезжает, с грохотом ставлю цветок на стол и захожу в дом, яростно хлопнув дверью. Стены затряслись, как и мои лопнувшие нервы.

Ничего не мешает рассказать родне об Агнесс, но я знаю, что виноватым останется именно Одри. Им абсолютно неважно, что эта инициатива принадлежит Агнесс, ведь гораздо проще свалить все на человека, который всегда во всем виноват в нашей семье. Меня это до раздражения выводит из себя! Выводит несправедливость, из-за которой Агнесс постоянно оказывается безнаказанной и продолжает спокойно вытворять всякую чушь…

Ночью никак не могу уснуть из-за мысли, что сестра решила поступить в наш университет. Она же шутит? Наверняка ляпнула и не подумала, как это обычно и бывает, но что, если нет?

Поднявшись с кровати, отправляюсь на кухню, чтобы выпить холодной воды и сосредоточить мысли на чем-нибудь другом. Вечерняя свежесть странно испарилась после приезда сестры, духота мгновенно проникла в дом через открытое на кухне окно и только удвоила дискомфорт. Должно быть скоро будет дождь. Если вечер казался прохладным, то сейчас сложно вздохнуть.

Заметив на заднем дворе Осборна, заинтересовано наблюдаю за его удовлетворенностью, которая делает красивое лицо достаточно отстраненным и даже хмурым. Только сейчас можно подметить, что обычно именно с таким лицом его можно заметить в университете, при разговоре с учителем или тем же Одри, однако при наших разговорах или малейших взглядах появляется эта самая ухмылочка, которую хочется стереть какой-нибудь колкостью, но он неприступен.

Медленно, едва слышно выхожу на задний двор и присаживаюсь на ступеньки. Осборн какое-то время сидит неподвижно и, внимательно читая какую-то книгу, изредка потирает подушечками пальцев уголки пожелтевших страниц. Блики дальнего фонаря выделяют костяшки красивых рук и правой скулы, тем временем как полутени добавляют эстетике. За этим приятно наблюдать со стороны, но только так, чтобы оставаться незамеченной, иначе можно спугнуть некую идиллию уединения.

Некоторое время я завороженно смотрела на соседа, но в один момент мне становится любопытно, какие эмоции заиграют на его лице при встрече со мной.

– Руководство по завязыванию ниток на запястьях потенциальных жертв?

Осборн не отвлекся от чтения, лишь улыбнулся.

– Скорее краткое пособие по правильной реакции на сталкершу.

– Это я сталкерша?

Явно наслаждаясь такой реакцией, парень усмехается и закрывает книгу.

Вы только представьте, как он удовлетворяется нужной ему реакции от сказанного!

Пока наблюдаю, как Осборн потягивается и подходит ближе, приходится подметить те самые изменения на его уже заинтересованном лице. Кажется, что в глазах даже появился игривый блеск при виде, судя по всему, этой самой потенциальной жертвы.

– В нашем с тобой случае, Мисс Гордон, сталкером чувствую себя я. – Он становится напротив и помещает руки в карманы шорт, смотря на меня чуть ли не с восхищенной улыбкой. – Но мы можем поменяться местами. Мне только на радость, если девушка вроде тебя будет мной одержима. Только представь, какой дуэт получит наш скучный университет.

От этих слов я как-то не естественно рассмеялась, на что Осборн лишь улыбнулся.

– Надеюсь, ты понимаешь, как в действительности неправдоподобно травишь шутки. Хотя это очень оригинальные подкаты, жаль звучат не для той, которая могла бы развесить уши и оценить.

– Разве? Жаль, что я вижу, как сильно тебе нравятся наши маленькие перепалки.

– Подбери к слову «нравится» нужный антоним и попробуй еще раз.

Хищно, легкой поступью он обошел меня стороной, но застыл, как только встал за спиной.

Оказавшись в подобной ситуации, не знаю, как лучше отреагировать. Резко обернуться, чтобы не терять зрительный контакт с недоброжелателем, либо продолжить стоять на месте, как бы показывая, что мне наплевать.

Размышляя об этом около минуты, рядом с ухом ощущаю спокойное дыхание, касающееся своих волос. Голос, такой тихий, спокойный, при всем этом уверенный, разрушает стрекот сверчков и ночную тишину.

– Отвращают.

– Что? – потеряв концентрацию, переспрашиваю.

– Навязанный тобой же антоним, Мисс Гордон. Наши перепалки тебя отвращают.

– В точку.

Я ощущаю его пронизывающий взгляд на своей спине. Точно уверена, что Осборн вновь ухмыляется, веруя исключительно своим выводам и доводам. Его руки накрывают мои плечи, из-за чего резко оборачиваюсь, уткнувшись в крепкую грудь чуть ли не носом. Показывая ладони с акцентом на сдаюсь, он выпрямляется и покачивается на носках.

– Скажи, ты чувствуешь отвращение к себе? – неожиданно спрашивает он без улыбки, хотя его глаза по-прежнему улыбаются. – Хотя бы иногда?

– К чему такие вопросы?

– От природы любопытный.

Приходится смотреть на него, не скрывая уже собственного любопытства, вечно играющего против меня самой.

– Так и?..

– Скорее нет, чем да.

Этот ответ вернул очаровательную улыбку на пухлые губы, и Осборн подытожил:

– Тогда и я тебе не могу быть противен. Видишь ли, мы с тобой слишком похожи.

– Мы с тобой?! – Я вновь рассмеялась. – Сбрендил? Между нами нет ничего общего.

Блестящие глаза будто бы сверкнули от желания доказать обратное. Его природный шарм брал вверх над всей разыгравшейся ситуацией, которая, несомненно, с каждой секундой разговора нравилась ему все больше. Он роняет голову на плечо, смотря в мои глаза с особым возбуждением, от которого грудная клетка тяжелеет.

– Ты просто не видишь себя со стороны, – продолжает он. – Умна, знаешь себе цену, как и знаешь, что ответить, чтобы взять меня в оборот. Только представь, какая горячая картинка выйдет из таких двух людей. Все будут восхищаться, завидовать, лишь предполагая, что я буду делать с тобой поздней ночью до раннего утра… что ты будешь со мной…

Чтобы прогнать настойчивое воображение, рисующее каждое его слово в ярких картинках, моментально отвечаю:

– Окстись, Осборн, этого не будет. Не со мной.

– Не будет, – с утверждением повторяет он, – не в ближайшем времени, а чуть позже. С… тобой… и только.

Самодовольный мерзавец.

Его выражение лица при разговоре, все эти улыбки глазами, ухмылки… Флирт для него равен прелюдиям, он поистине наслаждается каждым моим разгоряченным словом на его спокойные завуалированные заявления, хотя какие завуалированные? Он бьет прямотой и говорит то, чего хочет. Это могло бы восхищать, если бы не касалось меня.

Честно, его влияние на мою физиологию действует слишком очевидно. Я буду дурой, если скажу, что Осборн не способен возбудить одним очаровательным взглядом и колким словом. Он невероятно красив и горяч, умеет ясно изъяснять свои желания, никак их не стесняясь. Манера поведения, мимика, голос. Этот мерзавец может охмурить кого угодно, и он это знает. Именно поэтому я должна не обращать внимания на возбуждение и ставить подобных парней на место. Из личных принципов, потому что хоть кто-то должен.

– Умолкла… Надеюсь, представляешь.

– Не думай, что твое влияние действует.

– Здесь даже думать не нужно, я же не слепой. – Зеленые глаза хищно сверкнули. – Доброй ночи, Мисс Гордон.

Его пальцы подхватывают мои, затем нежные губы слабо касаются костяшек руки, пока наши взгляды испытывают и провоцируют друг друга. Я выдергиваю руку, на что Осборн лишь с улыбкой подмигивает и уходит, что-то насвистывая себе под нос.

Глава 3

Утром пришлось проснуться без настроения с мыслями о сестре и ее глупых выходках. Хочется верить, что разговор про университет был шуткой, и Агнесс таким образом просто решила проверить мою реакцию, в очередной раз испытывая меня на прочность.

Мысль о том, что сестра захочет сделать «сюрприз» для бывшего парня, пугает, поэтому перед тем, как поехать на учебу, решаюсь поговорить с ним о прошлом. Впервые мне так боязно разговаривать с человеком. Ладони потеют, и я часто трогаю подол платья, находясь напротив двери. Согнув запястье, собираюсь постучать, но дверь открывается раньше, и Одри при виде меня замирает на месте.

– Рови?.. Ты чего здесь?

Красив, чертенок…

Белая однотонная футболка, темные рваные джинсы… Образ полностью собран, он наверняка уже собирается ехать на учебу и не ожидал нашей встречи с утра пораньше.

– Хотела поговорить, – сообщаю я, – насчет… Агнесс.

Парень с безразличием осматривает мое лицо, а затем на глубоком выдохе говорит:

– Круто, но мне, честно, наплевать на разговоры о твоей сестричке, Рови.

– Да, возможно. Однако… она никак не может забыть ваши отношения…

– Отношения? – перебивает Одри, пошатнувшись назад. – Рови, я не встречался с Агнесс.

– Разве?..

– Конечно. Я похож на человека, которому нужны отношения? Что уж говорить о том возрасте, когда мы с ней гуляли?

Агнесс всегда говорила, что между ними с Редмондом есть связь, которая может заставить завидовать каждого. В свое время она попрекала Лизи тем, что самый «горячий» парень города встречается с ней, хотя старшую сестру всегда выделяли и пророчили ей самого лучшего парня города. На тот момент Редмонд считался лучшим для девушек городка, но взрослые высмеивали его и говорили, что хуже этого парня может быть только дьявол. Взрослое население моментально ополчилось против Одри. Их семья достаточно быстро стала считаться неблагополучной, хотя нуждалась даже в посторонней поддержке после смерти кормильца. Будь я на тот момент старше, непременно бы встала на сторону тех адекватных тихушников, не решавшихся подать голос против сплетников. Но я бы не молчала.

– Она говорила…

– Агнесс понтовалась, – в очередной раз перебивает он. – У меня ничего не было и быть не может с Гордонами, малышка, уж извини. Я лучше отрублю себе руку, чем поимею что-то общее хотя бы с одной сестрой Гордон.

Парень обходит меня стороной и направляется к джипу Осборна, словно я одна вижу проблему в Агнесс. Это действует на нервы, я ловлю первую волну гнева, следуя за парнем.

– То есть, если она не даст тебе житья на новом месте, ты просто будешь ее игнорировать?

– Точно, – пожимает плечами он. – Это мой город, Рови, я появился здесь раньше вас, а все, что осталось на старом месте, меня мало интересует.

– Есть гарантия, что ты не переспишь с моей сестрой?

– Интересуешься из личных целей?

Ухмылка касается его губ, как только тот останавливается и оборачивается.

– Я худший вариант из всех Гордонов, которых ты так не любишь, Редмонд. Не нужно меня испытывать. Мои переживания касаются семьи, а не личных мотивов. Я бы не подошла к тебе, если бы это не имело значения.

– Трогательно. Очень трогательно.

– Будем считать, что так ты сказал: «да». Агнесс, видимо, слегка не в себе, раз на что-то расчитывает, поэтому, пожалуйста, не поддавайся никаким старым чувствам, если все же солгал в ранее сказанном признании.

– После такой знаменательной речи, я даже не знаю.

– Что не знаешь? – предчувствуя неладное, складываю руки на груди.

– Стоит ли сравнить, какая она была и какой стала.

Машина Осборна пищит, пока Одри победно улыбается и садится на пассажирское место тем временем, как второй сосед проходит мимо, успев поднять мою руку и оставить ощутимый укус там же, куда вчера поцеловал. Хочу треснуть каждого из них, но джип, поднимая пыль, уезжает.

Одри точно играет на моих нервах своими высказываниями. Это очевидно! Надеюсь…

Приехав на учебу, пытаюсь настроиться на позитивный лад или хотя бы просто взять себя в руки. Вероятно, мне нужно посоветоваться с Лизи, иначе от нервов я разнесу весь университет, если хоть еще один раздражитель появится на горизонте.

На парковке замечаю соседей. Одри целуется с девушкой, усадив ту на капот джипа, пока Осборн внимательно слушает двух длинноволосых брюнеток, облепивших его с двух сторон. Сама не замечаю, как с осуждением мотаю головой, смотря на все эти страсти со стороны. Хотелось бы мне существовать без забот, как эти двое, однако пока мы присутствуем в жизни друг друга этого не будет.

На телефон приходит сообщение с приглашением на вечеринку, которая состоится сегодня вечером. Честно, почему бы нет? Я могу проводить время не только за учебой, но и с компанией, с которой, возможно, мы будем общаться и после окончания университета. Друзьями нас пока назвать сложно, но ведь это только начало.

Сейчас мне просто необходимо отвлечься. Напряжение всегда влияет на меня достаточно специфично, из-за чего я становлюсь чересчур нервной и даже злой.

На лекциях очень нервничаю и отбиваю ритм всем, чем только можно. Некоторых этот звук раздражает, но они просто молчат, чему остается быть благодарной. Через секунду ко мне приходит неожиданное осознание. Из-за чего я нервничаю и лишний раз понапрасну трачу энергию? Если Агнесс так хочет поступить сюда, пусть учится и делает то, что захочет, я здесь не при чем.

За ланчем все идет как нельзя лучше. Я успокоилась. Зои, кажется, поняла, что никакой кружок мне не нужен, поэтому отстала, думая о вечеринке, которая пройдет сегодня за городом. Мы решили, что поедем туда вместе на такси и как следует оторвемся. Сейчас эта новость поддерживает во мне жизненную энергию, чтобы отпустить весь стресс, успевший накопиться за последние дни.

Заметив Дэйну одну, поднимаюсь с места, пока все что-то бурно обсуждают, и направляюсь к одинокой девушке.

– Привет, – с улыбкой произношу я, – пошли к нам?

Девушка смотрит на компанию, в которой каждый размахивает руками и перебивает другого. Осуждает?..

– Я не знакома с ними, – сообщает она, возвращая взгляд на меня, – да и как-то неудобно.

– Перестань, все будет нормально. Обещаю.

С некой неловкостью поправив светлые волосы, Дэйна кидает взгляд на Осборна, и от меня это не ускользает, но будет глупо задавать вопросы. Взяв поднос, она поднимается, и мы направляемся к нашему столику.

Насчет скромности этой девушки я оказалась права. Она очень спокойная и тихая, что полностью подчеркивает образ хорошей девочки. Компания поначалу отреагировала на нее с непониманием, но в итоге я смогла разговорить каждого присутствующего, благодаря чем диалог заиграл новыми красками. Клео сама по себе человек открытый и любит задавать вопросы прямо в лоб, однако я заметила, как девушка сжимала кулаки, пытаясь держать язык за зубами. Что-то подсказывает, это должно касается Осборна, но, надеюсь, разговор не перейдет в обсуждение соседа. Они с Одри за последнее время успели знатно надоесть.

– Мы собираемся на вечеринку сегодня вечером, – сообщаю я, посмотрев на Дэйну. – Хочу, чтобы ты поехала с нами.

– Не люблю шумные сборища и пьяных людей.

– Мы будем все вместе, – говорит Зои, – это круто, соглашайся.

– Поехали ко мне? – предлагаю я. – Занятия все равно закончились, а так сможем пообщаться до вечеринки, и у меня появится возможность тебя переубедить.

Заметно, что ей неудобно, но она все же соглашается. Не хочу, чтобы эта девочка из-за какого-то морального урода замкнулась в себе. Стать жертвой любви – самая мучительная гибель. Насколько я знаю, Осборн был первым парнем Дэйны именно в сексуальной жизни. Когда ты лишаешься девственности с человеком, которого любишь, это непередаваемое чувство. В этот момент кажется, что тебе подарили крылья, благодаря которым можно научиться летать, но как же больно, когда он же их вырывает…

Приехав ко мне, показываю девушке дом, чтобы та быстрее расслабилась. Достав два бокала, достаю и вино, которое купила несколько недель назад на случай гостей, но ни Зои, ни Клео, пока меня не навещали.

– Я не пью, – отрицательно мотает головой девушка, как только замечает второй бокал в моей руке.

– Если не хочешь, заставлять не буду, но вот мне для расслабления может помочь только это.

Разливая вино, боковым зрением замечаю, что Дэйна как-то пристально за мной наблюдает, словно пытается запомнить каждое мое движение. Странное чувство вынуждает взглянуть в ее сторону, но та отвлекает меня заявлением:

– Хорошо, раз ты пьешь, я тоже буду.

Она приняла бокал, но пила мало. До вечера я смогла узнать многое об этой скромной девушке. Дэйна – единственный ребенок в семье. Отец ушел, оставив все тяготы жизни на плечах жены, которой пришлось заниматься дочерью и работой. Когда единственное чадо влюбилось в «плохого» парня, женщина устроила скандал, который привел к серьезной ссоре. Этим летом им удалось помириться, но слов поддержки в пользу разбитого сердца не нашлось даже у матери.

Дэйна наконец-то улыбается, когда мы разговариваем. Возможно, это первая позитивная нота за все то время после разрыва. В какую-то секунду девушка опускает взгляд посередине беседы. Реакция странная, поэтому я моментально спрашиваю:

– Все в порядке? Есть вещи, которые цепляют, и о них лучше не говорить?..

– Все молчат, а я скажу, – заявляет она, вызвав мое недоумение и недоверие. – Хейл и Редмонд заключили на тебя пари, Ровена.

Они совсем страх потеряли?!

– Поспорили на меня? – уточняю я, и Дэйна кивает. – Не понимаю… когда?

– Когда ты не приехала на вечеринку, они при всех поспорили, что один из них…

– Трахнет меня?

Такое высказывание бросило девушку в краску. Я закипаю и сейчас не способна подбирать слова, которые бы ей понравились.

Я вскакиваю на ноги. Надо срочно заявиться к этим двум дурням и устроить взбучку, от которой те станут обходить меня стороной, но для начала…

– Зои и Клео тоже знали?

Девушка закусывает губы, подтверждая мои слова.

Отличные друзья! Если каждый за справедливость, почему ее нет в мою сторону? Эти парни точно испытывают мое терпение!

– Сейчас вернусь, – предупреждаю я, но девушка хватает мою руку.

– Ровена, это хорошая попытка, – неожиданно говорит Дэйна. – Я ждала девушку, которая сможет поступить с Хейлом так же, как он поступил со мной.

– Не совсем понимаю…

– Прямо сейчас мы можем что-нибудь придумать, – продолжает она. – Я многое знаю о Хейле и Редмонде, поэтому есть попытка надавить на болевые точки так, чтобы они доверились тебе, влюбились и наконец-то поняли, что играть с чужими чувствами, больно.

– Одри и Осборн влюбились?! Это даже звучит немыслимо! Просто нужно разнести их прямо сейчас, чтобы знали, на кого спорить.

– Ровена, но так они не успокоятся!

– Или станут еще агрессивнее после твоей затеи! Понимаю, что тебе больно, но месть – это не лучший выход, тем более против них. Нужно уметь рубить корень.

Да, Осборн неправильно поступил с этой девушкой, но я уверена, что справедливость рано или поздно восторжествует. Правило бумеранга никто не отменял, но я не собираюсь быть этим бумерангом. Я лишь хаос, который им не следует пробуждать.

Посмотрев на меня, девушка закрывает ладонями лицо.

– Дэйна, – в панике произношу я и присаживаюсь рядом, аккуратно обнимая ее за плечи, – все хорошо, не нужно плакать. Ты не должна думать об этом каждую секунду. В мире много парней, которые, я уверена, будут носить тебя на руках, не давая повода на что-то плохое. Нельзя концентрировать внимание на том, кто когда-то обошелся с тобой плохо.

Всегда, когда дело доходит до момента, который требует поддержки, мысли покидают меня и оставляют в действии только открытый рот, из которого исходят непонятные звуки.

– Хейл не вел себя подобным образом, – говорит Дэйна, вытирая рукавом длинного кардигана очередную порцию слез. – В тот момент он казался таким недосягаемым, хотя находился на расстоянии вытянутой руки. Долгое время в голову лезли мысли о том, что этот парень может сделать что-то ужасное с моими чувствами, но… после признания в любви мир будто бы изменился. Прошел всего месяц, как мы знакомы, а Хейл уже вовсю говорил о любви. Как глупая девчонка, я повелась на эти слова.

– Никогда не называй себя глупой, Дэйна. Нет ничего плохого в том, что ты полюбила. Плохо лишь то, что ты полюбила не того.

Кинув взгляд на часы, думаю насчет вечеринки. Есть мысль о том, что стоит остаться дома, но это не лучший вариант. Уверена, что Осборн еще захлебнется слюной, когда заметит насколько Дэйна необычная.

Поднявшись с места, тяну руку девушке, которая с непониманием моргает. Это тот самый момент, когда я могу вернуть уверенность человеку, который пострадал от неприятных событий по случайности, по вине самовлюбленного идиота. Информацию про спор, пока приберегу, чтобы обдумать, когда именно нагрянуть к ним с чем-то тяжелым.

Мы начали собираться.

Поскольку у девушки шикарные светло-русые волосы до поясницы, решаю ограничиться укладкой. Мой гардероб достаточно разнообразный для повседневной носки, но как таковых нарядных вещей практически нет. Метаясь от короткого платья черного цвета к короткому красному, не могу понять, что подходит Дэйне больше. С выявлением цветотипа у меня все ужасно, поэтому приходится примерять несколько вещей, чтобы остановить выбор на понравившемся. Черном. Несколько секунд девушка с отрицанием машет руками, но в итоге подчиняется моему решению. Из-за мешковатой одежды, которую девушка носит чуть ли не постоянно, сложно рассмотреть тонкую талию и красивую подтянутую грудь, но мое платье отлично с этим справилось, преобразив девушку до неузнаваемости.

Конструктивно перебрав одежду, решаю надеть белую обтягивающую футболку, которая чуть прикрывает живот, и черную юбку-шорты с имитацией подола как у пышной юбки. Мама могла бы нравоучать за достаточно провокационный наряд, но ее здесь нет! Накинув сверху косуху, оборачиваюсь и развожу руками, смотря на красавицу Дэйну. Не понимаю, как можно предать такое беззащитное создание.

– Никогда еще не выглядела так, – произносит девушка, рассматривая в зеркале чудесное преображение. – Изумительно!

– Нужно любить себя, – улыбаюсь я, осушив бокал едва ли не залпом.

Мне нужно успокоиться. Успокоиться, отвлечься и повеселиться.

В окне замечаю свет фар, который освещает кухню.

Схватив сумку, указываю девушке на выход, и мы покидаем дом в приподнятом настроении.

Я никогда не была на вечеринках, как бы иронично это ни звучало. Возможно, если бы не мама, я бы могла посещать их в городе, но до этого как-то не доходило. Когда твоя семья имеет хороший авторитет, нужно соответствовать, поэтому пришлось отказаться от многого, что могло бы повлиять на становление моей личности. По словам матери, мы должны быть на вершине, возможно, именно из-за этого самооценка Агнесс находится где-то на горе Олимп рядом с греческими божествами.

Всю дорогу до загородного дома я держала себя в руках, стараясь не предъявить «друзьям» за спор, о котором те скрывали. Я бы точно не поступила подобным образом ни с одним своим другом. Друзья ли они мне вообще после такого?..

Когда такси останавливается возле огромного дома, впереди которого находится бассейн, наблюдаю за огромным количеством студентов. Кто-то уже перепил и не может стоять на ногах, другие же отдыхают, потребляя несметное количество алкоголя, на которое мне непременно нужно налечь как можно скорее. Когда компания выходит на улицу, следую их примеру и замечаю джип своих соседей. Не удивительно, ведь какая вечеринка без этих олухов?.. Раздражает, что они повсюду, но сейчас перед каждым из нас поставлена определенная цель – развлекаться.

В доме душно, а запах алкоголя и табачного дыма, кажется, впитался в стены еще в самом начале вечеринки. Заметив свободное место, где можно посидеть, прошу ребят скорей пойти к диванчикам, которые стоят полукругом к журнальному столику. Пропустив их вперед, собираюсь идти следом, как вдруг за мою руку хватается незнакомый парень, от которого тошнотворно пахнет алкоголем.

– Привет. Не желаешь подняться наверх? – спрашивает он, пошатываясь.

– Серьезно? Кто тебя учил так знакомиться с девушками?

– Да не пожалеешь, пойдем. Там познакомимся.

Настойчивость начинает выводить меня из себя, служа той самой последней каплей.

Три…

– Пожалеешь, если сейчас же не отпустишь. Пока прошу по-хорошему. Отпусти.

Парень тянет руку сильнее, пока я стараюсь освободиться, резким, но неудачным рывком.

Два…

– Гилберт, она со мной, – раздается голос сзади, и я оборачиваюсь.

Недовольное лицо Осборна с испепеляющим взглядом приходится видеть впервые. Хочется врезать ему за то, что они с Одри поспорили на меня, но пока парень, который аккуратно разжимает пальцы, мешает это осуществить.

– У нее нет нитки, – сообщает он, опустив взгляд на мою свободную руку.

– Я сказал. Со мной, – повторяет он и делает угрожающий шаг вперед, который позволяет мне почувствовать его аромат. Отпустив руку, парень косо смотрит в мою сторону, но странный прищур и одно слово переполняет кувшин терпения, которого уже просто не осталось.

– Как наскучишь, заходи.

Один…

Я со всей силы занесла кулак назад и заехала незнакомцу по лицу, он отступил на шаг и схватился за нос, судорожно проверяя нет ли крови.

– Бешеная сука!

Незнакомец с яростью двигается в мою сторону, но широкая спина Осборна закрывает обзор, пока я потираю костяшки ушибленной руки.

Началась потасовка. Парня держат другие ребята, пока тот сыпет оскорблениями в мой адрес, что действует как некая подпитка.

– Научись нормально общаться с девушками, чтобы потом не унижаться, как делаешь это сейчас! – стараюсь перекричать музыку я, выходя из-за спины Осборна, не обращая внимания на его руки, удерживающие меня от близкого контакта с незнакомцем. – Кем ты блин себя возомнил?!

– Смелости набралась за спиной орать, подстилка?!

– Я перед тобой, гений!

– Гребанная подстилка!

– Через секунду подстилкой станешь ты, если не закроешь рот.

Осборн произнес это настолько четко, что ему даже не пришлось повышать голос. Это заявление подействовало на его знакомого, но не на меня. Я дергаюсь и хочу пригрозить, но парня уводят.

– Так, Мисс Гордон… – Его пальцы обхватывают мои, поднося их ближе к лицу, чтобы осмотреть тяжесть ранения. – И что это было?

– А на что похоже?

– На то, что ты пересмотрела «Бойцовский клуб», раз решилась на такой удар. Меня воодушевляет факт, что ты можешь постоять за себя, только в следующий раз давай обойдемся моим языком.

Машинально смотрю на его губы.

– Собираешься ходить по пятам, гарантируя безопасность? Мне бы от тебя защититься, а с остальными как-нибудь справлюсь.

Разгорячившись, ощущаю, как мне становится заметно легче, тем временем как Осборн с нежной улыбкой осматривает мое лицо и наряд.

– Ради Бога, прекращай пялиться!

– Не хочу, – пожимает плечами он, продолжая восхищенно блуждать по моему лицу.

Шумно выдохнув, направляюсь к компании, чувствуя, как наши с Осборном пальцы медленно расцепляются.

Разумеется, внимание абсолютно незнакомых людей было сконцентрировано на моей персоне. Не знаю, из-за поднятой мной шумихи или из-за спора, они часто перешептывались, осматривая меня с ног до головы и бросая косые взгляды. Наплевать… Сейчас мне очень даже хорошо, если не думать о навалившихся заботах.

Пока компания что-то обсуждает, поглядываю по сторонам. Каждый раз, когда я случайно встречаюсь с кем-нибудь из соседей, мысли начинают преобладать и давать на голову. Складывается впечатление, что на голодный желудок я выпила около пяти чашек кофе и теперь меня потряхивает, а руки кажутся чересчур воздушными.

– Ты в порядке? – уточняет Зои, и я часто киваю. – Мощно ты, конечно, разделалась с тем парнем. Мы не ожидали.

– Знаете его?

– Лично нет, но он учится в нашем универе.

– Не говори, что на психолога!

– Я честно не знаю, с какого он факультета. Да и не так важно в сравнении с тем, как ты можешь заехать по лицу недоброжелателю.

Клео подбадривающе хлопает меня по плечу и переключается на разговор остальной компании.

Сделав несколько глотков пива, ощущаю на себе пристальный взгляд, от которого становится как-то неловко. Стоит повернуться к Дэйне, как она наклоняется ближе, интересуясь:

– Ты не сказала Хейлу о том, что знаешь о споре? Вы разговаривали достаточно долго…

Долго?.. Всего пару минут, точно не долго.

– Нет, не рассказала. Буду обдумывать, как лучше воспользоваться этой новостью.

– Подумай насчет моего предложения, Ровена. Мне нравится мысль, что ты можешь быть тайным оружием.

– Ты хочешь, чтобы кто-то ощутил то же самое, что ощутила ты?.. Думаешь, это правильное решение в данной ситуации?..

В моем голосе нет упрека или наставления. Я сама не знаю, насколько это правильный выход из положения, поскольку назвать месть выходом не совсем правильно.

Дэйна ничего не ответила, поэтому и я не стала продолжать этот разговор.

– Поиграем в «Я никогда не…»? – спрашивает Клео, передавая мне стакан со спиртным. – Конечно, можно молча посидеть, но мне музыка не очень нравится.

– Я до ванной комнаты.

Поднявшись с места, Дэйна обходит стол и исчезает из виду.

Из-за нервов я осушила несколько стаканов, но никакого вау-эффекта они не смогли дать, а лишь расслабили тело и насторожили.

Мне не нравится, что на меня поспорили, поэтому возникают разные мысли на пьяную голову. Становится любопытно, с кем бы я смогла быть, если рассматривать только одного так называемого победителя из двух участников этого дурацкого спора. Осборн или Одри? Нет, ни с одним нам не по пути даже в представлениях.

Вернувшись в реальность, замечаю, что Дэйна до сих пор не вернулась. Поднявшись с места, собираюсь найти девушку, чтобы не произошло ничего ужасного, как могло произойти со мной. Все студенты находятся в нетрезвом состоянии, поэтому игнорировать неприятные мысли подсознания не следует. Поднявшись на второй этаж, слышу рыдания и крики, которые доносятся из самой первой комнаты. Долго не думая распахиваю дверь и вижу Дэйну и… Осборна. По лицу каждого из них заметно, что они разгоряченные и злые, я же в недоумении.

Понимая, что это не мое дело, пытаюсь закрыть дверь, но девушка быстро вылетает в коридор и бежит по лестнице вниз.

– Дэйна, подожди! – кричу я вслед убегающей девушке, а затем поворачиваюсь к Осборну. – Хватит уже издеваться над чужими чувствами!

Парень хватает меня за руку и затаскивает в ванную, подпирая закрытую дверь спиной.

– Выпусти.

– Не ходи за ней.

– Что ты сказал ей?!

– Я не хочу, чтобы ты общалась с Дэйной, – спокойно говорит он.

– Ох, ну тогда я не хочу, чтобы ты общался с Редмондом. В такую игру отношений поиграем? «Хочу», «не хочу»?

Ответа на вопрос я точно не получу, поэтому решаю вообще избежать этого диалога, чтобы успеть догнать девушку. Сделав шаг вправо, пытаюсь выйти, но парень не отступает.

– Выпусти!

– Поцелуй меня, – просит он в ответ, и мои глаза увеличиваются в размере. – Если позволишь, я сам могу поцеловать.

– Ты перепил?

Сделав шаг вперед, Осборн становится передо мной во всей красе. Мысль о том, что мне срочно нужно догнать девушку постепенно туманится в пьяном сознании из-за такой неожиданной просьбы. Нервно и часто моргая, сталкиваюсь с зелеными глазами, которые без какой-либо эмоции наблюдают за реакцией, негласно требуя желаемого. Медленно наклоняясь вперед, парень указательным пальцем подхватывает мои пальцы, на что трезвость дает мне подзатыльник, благодаря прикосновению.

– Целуйся с Одри!

Обойдя его стороной, наконец-то оказываюсь в коридоре. Не стоит пить, когда я нахожусь рядом с парнями, они запросто пользуются таким состоянием и еще больше верят в свою победу.

Заметив, что Дэйны в компании нет, выхожу на улицу, внимательно смотря по сторонам. Не люблю, когда кто-то исчезает, тем более кто-то, за кого я очень переживаю. Вспомнив о телефоне, совершаю звонок, однако девушка скидывает. Нервы с каждой секундой начинают лопаться. Как Дэйна не понимает, что я волнуюсь?!

– Рови?..

Только его не хватало!

– Я не в настроении, Редмонд! – рявкаю я и двигаюсь по террасе, в надежде увидеть девушку, с которой приехала. – Не видел Дэйну? – уточняю я, продолжая движение.

– За вами не уследишь.

– Тогда отвали.

Обогнав меня, парень загораживает путь. Неужели пари, которое они заключили, начинает вступать в действие?.. Почему ко мне такое повышенное внимание? Голова раскалывается от всех этих проблем.

– Говорил, что не хочешь иметь ничего общего с Гордон, а сейчас делишь со мной кислород. Хватит шныряться вокруг да около!

– Еще одно подтверждение, что ты ребенок, который не понимает происходящего.

Сейчас бы бросить ему в лицо, что я все прекрасно понимаю, но мысли о мести этим двум все больше становятся актуальными. Если они хотят играть – хорошо, я поиграю с ними, но финал будет в мою пользу.

Подойдя вплотную, смотрю в серые глаза, которые опускают взор на мои губы. Наклоняясь вперед, слегка приподнимаюсь на носочки, губы Редмонда тут же приоткрываются. Когда остается буквально миллиметр, замечаю, что он закрыл глаза. Вот тебе Гордон, вот и двенадцатилетняя девочка… Все, чего ты придерживался, желая как-то задеть.

Выпрямившись, заявляю:

– Получишь поцелуй, когда вырасту. Хотя… кажется, у меня скоро появится парень, поэтому обещать ничего не буду.

Отхожу от него подальше и достаю телефон, чтобы снова позвонить девушке. После нескольких сброшенных вызовов, возвращаюсь к компании с объяснениями. На мое счастье, они уже собрались домой и сообщили, что Дэйна молча запрыгнула в такси, когда те прохлаждались на улице. Слава богу, что с ней все хорошо! Ошиваться здесь или идти домой пешком одной – не самое безопасное решение. Мне немного полегчало…

Когда я погрузилась в глубокий сон, с улицы послышался странный звук, который напоминает треск стекла. Накинув халат, выглядываю в окно и вижу, что Осборн сидит на ступеньках моего дома и кидает что-то стеклянное в стену соседнего здания. Возмущению нет предела.

– Эй! – окрикиваю я парня, когда открываю дверь. – Здесь вообще-то люди спят!

– Поэтому я тебя и бужу.

Обогнув его со спины, смотрю и понимаю, что он пьян. Пьян до такой степени, что ноги не держат. Продолжая разбавлять кровь алкоголем, Осборн прямо из горла пьет бурбон и снова начинает кидать стаканы в стену своего дома.

– Ладно, – протяженно говорю я и скрещиваю руки на груди, – у тебя получилось, можешь перестать?

– А стоит? – усмехается он, поднимаясь со ступенек.

– Да, стоит. Слушай, понимаю, что тебе скучно и все такое, но…

Наблюдая за тем, как он хищно приближается, прекращаю говорить, рассматривая его черты лица. Сейчас наверняка снова будет попытка, которую я отклоню в знак протеста.

– Не хочу так.

– К-как? – переспрашиваю я, теряя уверенность.

– Не хочу, чтобы ты общалась с Дэйной. Она настроит тебя против меня…

– Поверь, я и так настроена против тебя даже без Дэйны.

Усмехнувшись, кидаю быстрый взгляд в сторону, а затем возвращаю его на зеленые глаза.

– Из-за того, что, по-твоему, у меня больше девушек, чем следовало? Из-за меток?

– Из-за того, что у тебя нестандартное поведение для двадцати четырех лет. Люди в таком возрасте не занимаются ерундой в виде раздачи ниток.

– Что, если это хобби?

– Крючком вышивать не пробовал?

Его глаза хищно блеснули при очередном моём выпаде.

Не понимаю, почему такие красивые парни обязательно должны быть мудаками.

– Можешь обучить меня чему-нибудь другому. Кто знает, может, новое хобби придется по вкусу.

– Откажусь.

– Ну я не из робких. – Его низкий голос произнес это с хрипотцой, от которой на коже выступили мурашки. – Буду донимать, пока не согласишься.

– У тебя не хватит свободного времени. В твоем графике слишком много людей, которым нужно уделить внимание.

– Придется от них отказаться ради такой… возможности.

– Что и от Одри откажешься?

– Первый, о ком подумала?

Наклонив голову вбок, слабо улыбаюсь. Если буду молчать, тогда не солгу, поэтому обвинить меня в этом не получится.

– Могу избавить тебя от этого, – продолжает Осборн.

Интересно, на что именно они с Редмондом поспорили. Распинаться так перед девушкой можно только за «кругленькую» сумму или что-то стоящее. В любом случае это очень жалкий спор, который просто никак не может вызвать уважение. Даже забавно, что я знаю правду, наблюдая за глупыми попытками.

– Хочешь избавить меня от него?

– Он сам сольется. От любого нашего разговора летят такие искры, что даже слепой может почувствовать сексуальное напряжение. На его счастье, свидетелем ему быть пока не удалось.

– Я что-то тоже не замечала никакого сексуального напряжения.

Обнажая ровные белоснежные зубы, он всем своим самоуверенным обаянием показывает, что я нагло вру.

– Еще скажи, что находишься рядом и слушаешь все это из вежливости.

Угрожающе он делает шаг вперед, в очередной раз подхватывая указательным пальцем пальцы моей руки. Это движение гипнотизирует, да и мне самой интересно понаблюдать, как далеко Осборн готов зайти ради победы.

– Я вижу все твои желания, связанные со мной. – Он останавливает мою руку на своем торсе, одним лишь пальцем направляя ее вниз и давая возможность прикоснуться к рельефу накаченных мышц. – Я чувствую твой голод в каждом брошенном слове, осуждающем взгляде, поэтому я хочу тебя… себе.

Его пальцы касаются моей шеи, рисуя на ней замысловатые узоры, пока я машинально наклоняю голову к плечу, пристально смотря в зеленые глаза.

– И ты будешь.

– Поспорим?

– Запросто.

Голос, наполненный желанием, дал понять, что Осборн возбужден. В таком состоянии его внешность стала ещё привлекательней, словно как-то взаимодействовала с данным чувством для реализации желаемого, которым была я.

– Не боишься? – решаю уточнить я, пальцами пробираясь под его футболку.

Осборн наклоняется и замирает на опасном расстоянии. Мои губы ощущают жаркое дыхание из его приоткрытых губ, пока мы смотрим друг другу в глаза, играя в его игру, в которой я собираюсь быть главной. Медленно помещаю палец между резинкой его брюк и кожей, с восторгом наблюдая за тем, как тот держится.

– Остаться не с чем?.. – продолжаю я.

Он собирается ответить, но я решаю провести кончиком языка по его приоткрытым губам, наблюдая уже за тем, как взгляд Осборна становится голодным и диким. Парень собирается притянуть меня ближе, на что ловко уворачиваюсь и отхожу в сторону, абсолютно не поменявшись в лице. Моя эмоция безэмоционального флирта разит довольной полуулыбкой, из-за чего Осборн удивляется, вероятно, считая, что этот достаточно интимный момент не вызвал во мне такого отклика, которого тот ожидал. Это можно считать моей небольшой победой.

– Доброй ночи, – кидаю я и разворачиваюсь, чтобы уйти, но не тут то было.

Осборн стремительно быстро оказался передо мной. Его желание разгоралось в глазах пламенем, и я уже успела пожалеть, что сделала то, что может навредить. Я боялась, что он захочет взять меня силой, ссылаясь на мои необдуманные ранее выполненные действия.

– Хочешь вести эту игру?.. Я позволю… Мне это в новинку, но я готов.

Мой взгляд влияет на него не однозначно, по-своему. Не могу отделаться от чувства, что он вот-вот сорвется и накинется, однако, на удивление, парень лишь снимает куртку и сообщает:

– На завтра ничего не планируй, Мисс Гордон.

Я хлопаю глазами, понимая, что это моя возможность сбежать домой, пока его мысли посвящены завтрашнему дню, от которого в настоящий момент легче отталкиваться. Переминаясь, я обошла его стороной и вернулась домой со странным чувством, что сделала серьезную ошибку, и все же настроила себя в нужное русло.

Одри и Осборн ведут игру, в которой я всего лишь марионетка. Они считают, что все действия приведут их к победе, но я могу доказать обратное, сделав из них проигравших. Почему бы мне не стать их кармой?

Утром снова приходится столкнуть с невыносимой духотой, от которой страдает все живое. Листва деревьев заметно увядает под палящим солнцем, в ожидании дождя, о котором невольно мечтаешь, чтобы с долгожданным облегчением вдохнуть его свежесть.

– Душа моя! – кричит Осборн с крыльца, и я кидаю короткий взгляд через плечо. – Ты готова?

– Моя повседневность заключается в готовности, – сообщаю я, продолжая двигаться к машине. – Занятия вот-вот начнутся.

Парень, засунув руки в карманы черных джинс, загораживает путь к машине, пока к нашим домам подъезжает незнакомый старенький автомобиль зеленого цвета. Окна открыты полностью, так что рассмотреть людей, сидящих в машине, легче легкого. Загорелый парень высовывается до пояса в окно, на его лбу видны капельки пота, а солнечные очки съехали на кончик носа подчеркивая мягкий взгляд карих глаз. Ослепив нас белоснежной улыбкой, он начинает кричать, обращаясь к Осборну:

– Чувак, стоит поторопиться! У нас возникли небольшие сложности…

Кидаю не понимающий взгляд на Осборна и в эту же секунду слышу вдали звук полицейской сирены. Не успеваю никак среагировать, так как парень подхватывает меня на руки и чуть ли не бегом направляется в сторону зеленой машину.

– Совсем спятил?! Отпусти!

– Считай это похищением, если вдруг забыла о вчерашнем разговоре. Сегодня я буду твоей учебой.

Он запихивает меня в машину.

Оглянувшись, вижу, что полицейская машина находится в паре кварталов, пока незнакомцы с улыбкой присоединяются к просьбам Осборна, уговаривая меня продвинуться.

– Не подставляй нас! – с неким восторгом произносит девушка, сидящая рядом с водителем. – Разве не круто почувствовать адреналин и запомнить что-то подобное на долгие годы!

– Нет, не круто!

Не хочу иметь никаких дел с полицией, тем более с патрульными нашего квартала, однако чувство самосохранения решает выбрать вариант – подвинуться, чтобы мы хотя бы не стояли на месте, как идиоты.

Как только парень усаживается рядом, дверь с сильным скрипом и хлопком закрывается, пока машина трогается с места, издавая частые, непонятные выхлопы из двигателя. Адреналин и правда зашкаливает, тем временем как каждый из присутствующих оборачивается назад, чтобы разузнать обстановку, я же пилю соседа осуждающим взглядом.

– Решила показать недовольное личико? – Осборн с лукавостью улыбается. – Меня и оно устраивает.

Неожиданно для всех машина останавливается, и водитель заявляет:

– Пусть подъедут ближе. Чувство, будто они тащатся на велосипедах.

– Что ты нарушил? – решаюсь спросить я и наклоняюсь вперед, чтобы рассмотреть лицо незнакомца. Кто знает, буду ли я давать показания…

– Всего лишь вторгся на частный участок и сбил шлагбаум.

Глаза мгновенно увеличиваются, сердце начинает с бешеной скоростью двигаться к горлу. В очередной раз обернувшись, мечтаю сбежать, чтобы не быть причастной ко всему этому кошмару, но бежать некуда. Патруль становится все ближе, и наша машина вновь мчится вперед.

– Грег, близко, – комментирует Осборн, но вместо ответа водитель увеличивает скорость.

Моя рука моментально вцепляется в колено соседа, реакции которого я не вижу из-за страха быть пойманными, но что-то мне подсказывает, он довольный, как слон. Сейчас в голове лишь мольба о том, чтобы мы не разбились на этой старой штуковине, которая разваливается прямо на глазах.

Кое-как заехав на территорию непроходимого леса, машина проезжает вглубь деревьев, постепенно сбрасывая скорость. Сирена слышится где-то далеко, но с каждой секундой ее звучание становится отчетливей.

Надо же было вляпаться…

Одернув руку с колена парня, оборачиваюсь, чтобы высмотреть автомобиль, однако патруль проносится прямо. Моментально сердце начинает возвращать привычный ритм, но адреналин до сих пор ощущается в грудной клетке, вздымающейся, как при быстром беге.

– Отсюда пешком, – заявляет водитель, собираясь покинуть автомобиль.

– Что?! Но отсюда до дома миль шесть, – возмущаюсь я, посмотрев на довольного Осборна. – Учеба начнется через десять минут, я точно не успею.

– Бензин почти на нуле, – объявляет Грегори, – прости, принцесса.

– Отлично… И как вы планировали добираться обратно?

– Об этом будем думать позже, ближе к возвращению.

Он перелезает через девушку, быстро поцеловав ее в лоб, я же с усталостью пытаюсь открыть свою дверь, слыша заявление водителя о том, что этот «выход» не работает, как и дверь с его стороны. Удивил! Вообще не понимаю, как это может ездить. Вернув взгляд на рядом сидящего парня, жду, когда он соизволит выйти, но, очевидно, Осборн не собирается покидать автомобиль, что демонстрируют его раздвинутые ноги.

– Выпустишь?

– С удовольствием. – Наигранно он хлопает себя по ляжкам. – Перелезай.

– Умник. Мы же с тобой не знакомы, – обращаюсь я к девушке на переднем сидении. – Ровена Гордон.

– Эмилия, – представляется она, обернувшись, – но… прости, милая. Придется сделать так, как хочет мистер восторженные глазки.

Посмотрев на Осборна, замечаю этот самый восторженный взгляд и легкую, ожидающую улыбку. Он уронил голову на спинку, не без интереса наблюдая за моими эмоциями.

– О женской солидарности слышала?

– Я еще какая солидарная, только вот свахи во мне больше, Ровена Гордон. Люблю страсти.

Как на зло, они сидят и ждут, чтобы первой вылезла именно я. Осборн открывает дверь полностью, но не выходит, лишь терпеливо выжидает.

Закатив глаза, поправляю подол платья и слегка привстаю, чтобы перекинуть колено через ноги парня. Положив руки ему на плечи для опоры, на мгновение оказываюсь сверху, однако когда вторая нога пытается подняться, Осборн прижимает ее к сидению.

– Спасибо, Эмилия, – произносит он, смотря прямо мне в глаза.

– Без проблем.

Наблюдаю, как она выходит на улицу и хлопает дверью, Осборн же все это время изучает меня взглядом, слабо поглаживая большим пальцем мою ногу.

– Итак, – его голова снова падает на спинку кресла, чтобы взгляды оказались друг напротив друга, – что это ты вчера задумала, когда прошлась языком по моим губам?

– Всю ночь думал?

– Думал… Фантазировал.

– Жаль, что только это тебе и остается.

Его глаза за секунду загораются, принимают такой вызов.

– Лишь в начале, ну а пока потерплю, наслаждаясь нашими маленькими выходками. Мне и этого достаточно… наблюдать.

Его испытывающий взгляд прошелся по моему телу, и я просто не смогла не цокнуть ему в лицо. Привстав, приподнялась, но сильные руки притянули обратно. Возбуждение Осборна ощутилось между ног, отчего с моих губ сорвался небольшой вздох. Он ничего не сказал, и лишь его взгляд запылал огнем на долгожданную реакцию.

– Не льсти себе, – спешу оправдаться я. – Это всего лишь физиология.

– Я не слепой, моя драгоценная.

Смотря прямо в глаза, он снисходительно улыбается и убирает руки с моих бедер, позволяя наконец-то покинуть развалюху.

Осматривая территорию, пытаюсь понять, куда именно идти, чтобы добраться до дома. Наверняка здесь есть короткий путь в виде тропинки или что-то вроде этого. Парень и девушка достают из багажника ящик фруктового пива и корзину для пикника, пока я поправляю подол платья, нервно озираясь по сторонам.

Неужели они решили устроить пьянку с утра пораньше?

Выпрямившись, гордой походкой иду в ту сторону, откуда мы приехали. Надеюсь, патрульные уже забыли про этих хулиганов, иначе меня запишут в соучастники. Когда выхожу на дорогу, понимаю, что не хватает перекати-поля для создания наиболее мрачной обстановки.

– Озеро в другой стороне, – сообщает голос сзади, но я не реагирую на Хейла, с большой надеждой ожидая хотя бы одну машину. – Это заброшенная трасса, а лес своего рода – заповедник пригорода. Тебе придется долго ждать. Скрась мной ожидания, Ровена.

Обойдя меня со спины, парень загораживает обзор на пустоту. Раздражает абсолютно все, и это оправданно, ведь хуже быть ничего не может.

– Одолжишь свой телефон? – решаюсь спросить я, кинув быстрый взгляд на лицо парня. – Вызову такси.

– У меня нет телефона.

– Ну разумеется, на такие случаи ты оставляешь его дома… Да и кто бы сомневался, что ты его не дашь.

– Ты не поняла, – равнодушно сообщает он, сделав шаг вперед, – у меня вообще нет телефона.

Либо он очень хороший актер, либо это действительно так. В наше время очень сложно представить человека без телефона, тем более если это молодой человек, который имеет некую популярность.

– А как… ты тогда поддерживаешь связь?

– Честным словом. – Недовольно скрещиваю руки на груди, и он понимает, что его слова воспринялись мной сарказмом. – С кем нужно, я найду встречи сам. Если назначил встречу и сказал, что буду – это значит буду. Разве не очевидно?

– Как насчет непредвиденных ситуаций?

– Таких пока не было.

Он слегка касается талии, направляет к компании, продолжая разговор:

– Даже при обычных разговорах мне необходимо наблюдать за реакцией собеседника, видеть его и, если собеседник с миленьким личиком, проявлять тактильность.

– Теперь понятно, почему вы с Одри неразлучны.

– Не попробовав твой сладкий язычок на вкус, мог бы сказать, что он острый…

На этот раз решаю промолчать. У Осборна заготовлен ответ на любой мой выпад, и такая очевидность до усмешки раздражает.

Складывается впечатление, будто мы общаемся уже давно, поэтому, словно под гипнозом, я подчиняюсь.

Жара с каждым часом растет. Ноги кажутся ватными, когда мы идем по узкой тропинке, трава которой слегка притоптана. Если это заповедник, тогда здесь наверняка должны быть животные. Пока я наблюдаю только природу, воздух которой чист и свеж, несмотря на жару.

Через минут десять мы вышли к водоему, у которого отдыхали с миссис Диксон на выходных, но пляж находится на противоположном берегу. Компания моментально размещается рядом с водой, расстелив плед, Эмилия ставит ящик с выпивкой в воду, чтобы солнце не смогло повлиять на прохладительный напиток, тем самым сделав его невкусным.

Честно, неловко осознавать, что ты находишься не в своем окружении. На вид Грег и Эмилия выглядят как хулиганы, которые чем-то похожи выходками на Осборна. На девушке короткие шорты, которые слегка прикрывают пятую точку и короткий топ, из которого, кажется, грудь хочет вывалиться, чтобы привлечь внимание каждого. Рыжеватые волосы находятся в небрежном пучке, который вот-вот развалится. Черты ее лица кажутся грубыми. Грегори – обладатель среднего роста и плотного телосложения. Из одежды на нем пляжные шорты, которые, как и машина, проверены временем, и борцовка белого цвета. Блондин с длинными волосами и голубыми, как небо, глазами напоминает типичного качка, однако что-то мне подсказывает, что это не так.

Расположившись на пледе, наблюдаю за тем, как все избавляются от верха, обнажая подтянутые, загорелые тела. Неловкость наступает моментально, поэтому отвожу взгляд в сторону, пытаясь не привлекать внимание к своей одетой персоне.

– Твой отец, случайно, не Трэвис Гордон? – спрашивает Грег. Видимо, Эмилия уже поделилась с ним моей фамилией.

– Нет, отца звали Вебстер. Гордон – фамилия моей матери.

После такой новости они неожиданно опускают глаза и замолкают. Поначалу я не поняла, в чем причина этого молчания, но затем вспомнила, что упомянула папу в прошедшем времени.

– На кого ты похожа? – интересуется Эмилия, на что с непониманием дергаю головой и слегка щурюсь. – На маму или папу? Чья внешность, чей характер?

– Эмилия у нас любительница подобных вопросов, – посмеивается Грег, пока открывает бутылку пива.

– Просто мне нравится представлять образы незнакомых людей. Интересно из какого ты, так скажем, теста.

Ее радушные глаза отзываются во мне искренностью, и хотя Эмилия не выпустила меня из машины, почему бы не рассказать о себе?..

– Внешность и характер определенно мамин. С папой немного сложней… Он смягчил характер Гордонов, и от него мне досталась некая справедливость и добросердечность. Все бы ничего, но Гордоны достаточно вспыльчивые.

– Ты тоже? – уточняет она, жуя что-то съестное.

– Достаточно, – повторяюсь я.

– Держись, Хейл! – Грег потрепал друга по плечу, на что Осборн сжал кулак, как бы демонстрируя силу.

Поскольку питьевой воды здесь нет, а жажда присутствует, девушка дала мне бутылочку пива. Никогда не любила этот напиток, однако вкус превзошел ожидания то ли от жажды, то ли от спокойной атмосферы. Легкая сладость расслабила, и я начала вступать в диалог с компанией.

– Вы не из нашего универа, верно?

– Мы вообще не учимся, – отвечает Эмилия, усаживаясь в позу лотоса. – Пока я не знаю, чем хочу заниматься, так зачем растрачивать время на то, что я вероятней всего брошу? Сейчас хочется лишь веселиться и жить в свое удовольствие.

– Работаешь?

– Не-а.

– А как же деньги? – решаюсь спросить я. – Простите, но, чтобы жить в свое удовольствие, нужны деньги.

Осборн наклоняет голову и вдыхает воздух через рот, рассматривая мое лицо с некой таинственностью в глазах.

– Странно, что об этом говорит кто-то вроде тебя, – щурится Грегори, и я вопросительно поднимаю брови.

– Вроде меня? Как это понимать?

– Ладно, завязывайте! – вздыхает Осборн с отвращением.

– Подожди. – Я оборачиваюсь к Грегори, чтобы лучше видеть его лицо, при этом успеваю заметить, как зеленоглазый с недоверием смотрит на друга. – На что ты намекаешь?

– Это не в обиду, Ровена. По тебе видно, что в деньгах ты не нуждаешься, поэтому, не стесняясь, говоришь о них. Я приметил твою тачку, когда забирал вас.

– Мой вопрос был также не в укор кому-либо из вас, Грег. Я поинтересовалась из любопытства.

Нависла неловкая тишина.

Если пару минут назад я негодовала, сейчас мне уже стыдно за самое обычное любопытство…

Поднявшись с места, Хейл снимает кроссовки и джинсы, пока его знакомые допивают остаток своего напитка, уже не обращая на меня никакого внимания.

Зеленые глаза на фоне леса кажутся зеленее, чем обычно, однако когда солнце кидает лучи на томный взгляд, они теряют цвет и становятся достаточно тусклыми. Посмотрев на меня, Осборн кивает в сторону озера, на что я с благодарностью киваю.

– Только с условием, что ты будешь плавать как можно дальше от меня.

– Не обещаю, но соглашусь.

Протянув руку, чтобы помочь подняться, он пристально смотрит прямо в глаза, пока я не поднимаюсь самостоятельно без посторонней помощи. Отходя на приличное расстояние от парня и девушки, сообщаю:

– Я не хотела их обидеть.

– Не бери в голову, они все принимают на свой счет. Ничего лишнего ты не сказала.

Интересно, он говорит это, потому что действительно так думает, или потому что должен придерживаться тактики из-за спора?

Сняв балетки, направляюсь к воде, где из-за травы совсем не видно глади. Хлопковое белое платье моментально намокает, складками просвечивая и подчеркивая каждый изгиб тела. Уверенными шагами захожу в озеро и выдыхаю. Вода настолько прохладная, что хочется провести остаток дня в ней, несмотря на то, что кожа пострадает. Даже дорогое нижнее белье не может остановить мое рвение к прохладе и блаженству. Перевернувшись на спину, решаю доплыть до пляжа, а там, возможно, пешком добраться до дома.

Каждый раз когда уши погружаются в воду, в голову приходят мысли, о которых не следует даже размышлять, тем не менее выходит совсем наоборот. Мне безумно интересно, что задумала Агнесс, и почему после ее появления я начала думать о Редмонде. Ни один человек не достоин стольких гадостей, сколько терпит Одри.

Перевернувшись на живот, интенсивно шевелю конечностями, все ближе подплывая к пляжу.

– Теперь можно приблизиться?

– Нет, – отвечаю я и начинаю грести быстрее. – Не стоит стараться, Осборн. Наши разговоры все равно не заканчиваются чем-то продуктивным или приятным.

– Приятным… – по монотонному голосу и паузе понимаю, что он включает воображение в свою пользу. – Я вроде уже давал характеристику нашим разговорам.

Стоило учиться плавать как следует, а не по-собачьи. Такими темпами парень сможет переплыть все озеро несколько раз, пока я добираюсь в одну сторону. Хочется просто признаться, чтобы от меня наконец-то отстали и забили на этот спор.

– Чего ты хочешь? – спрашиваю я, продолжая плыть. – Честно и откровенно.

– От жизни или?..

– Ты прекрасно понял, что я имею в виду!

Тишина.

Лишь бултыхание воды разбавляет ее.

Оглянувшись назад, вижу, что парочка осталась на том берегу, и это настораживает. Наверняка Осборн попросил их остаться ради эпичного момента, о котором я якобы не догадываюсь. Пляж уже перед глазами. Вытирая лицо, встаю на ноги, пока парень медленно подплывает ближе.

– Что может хотеть парень от понравившейся девушки, Мисс Гордон? – спрашивает он, когда становится рядом.

– Этого не будет, – моментально сообщаю я. – Это не вызов, не провокация, я просто не буду с тобой спать. Смирись.

– Секс? Только это приходит в твою симпатичную головку?

– Вы с Одри только и делаете, что сексуализируете меня с первых дней встречи. Пошлые шуточки, да даже вспомни, что было в машине несколько часов назад… Всем очевидно, чего ты добиваешься.

– Я буду идиотом, если скажу, что не хочу тебя. Ты либо не видишь остальных желающих тебя взглядов, либо пытаешься их не замечать, пока те даже слова не могут выдавить… Я же могу и разговариваю, но, видишь ли, дело здесь не только в похоти. Я заинтересован в тебе, увлечен тобой, немного одержим. Стал бы я искать с тобой встречи так часто ради одного раза?

СПОР.

– Вполне.

– Глупышка. – Он по-доброму улыбнулся. – Не кичусь, но ты и сама знаешь, что вниманием девушек в универе я не обделен. Я эстет. Мне нравится окружать себя красотой, и я ей не пользуюсь, а боготворю и уважаю. Ты же уже обрисовала все так, словно я силой беру любую девушку и пользуюсь ей, когда вздумается.

– Так оно и есть, Хейл…

– Ровена…

Мягкость в его голосе преобладает над уже знакомой колкостью. Он продолжает:

– Я просто даю понять тем, кому нравлюсь и кто нравится мне, что готов провести с ними время. Захочет – возьму…

– А если не захочет?

Он понял, что я говорю о себе.

– Захочешь.

– А так яро начал утверждать, что дело не в сексе.

– Поймать меня не выйдет. Сейчас мы обсуждаем секс, уже уклонившись от первоначального вопроса. Что заставило тебя думать, что мной движет исключительно похоть? Вижу, ты что-то скрываешь, такое я не люблю, Мисс Гордон.

Ложь он не любит, а как дело касается каких-то игр для их с Одри развлечения, можно и солгать, включив праведника.

– Мне то что до того, что ты любишь, а что нет? Я четко даю понять, что со мной ты зря теряешь время.

– Что-то мне подсказывает, к этому причастна твоя новая подружка. – Взгляд его тухнет при упоминании Дэйны. – Я против вашего общения.

– Извини? – не могу сдержать усмешки. – Запрещаешь мне общаться с Дэйной?..

– Запреты не для меня. Все, что запретно, слишком заманчиво. Считай это рекомендацией.

– Это сарказм, Осборн! Чтобы прояснить ситуацию до конца, раз ты не слишком хорошо понимаешь…

– Она настраивает тебя против меня, разве не очевидно?

– Хватит перебивать!

Кажется, что вода вокруг закипает, и это неудивительно. Я терпеть не могу, когда мне указывают. В родительском доме Агнесс постоянно указывала, а что в итоге?.. Мы не переносим друг друга!

Он боится, что бывшая девушка расскажет мне о споре, но уже поздно. Мало того, что идея с местью мне изначально не понравилось, так теперь желание растоптать самооценку этих двоих возрастает с каждой минутой.

– Знаешь, кто на самом деле настраивает меня против тебя? – спрашиваю я, подойдя вплотную. – Ты! Твое поведение, слова, колкие фразочки, которые неуместны! Если девушка говорит: «нет», это означает: «нет».

– Ложь. В нашем случае твое «нет» означает нечто другое. Это видно невооруженным глазом.

– Точно, ты же у нас специалист по девушкам, прости, запамятовала!

Быстрым шагом направляюсь на берег.

Господи, как же неприятно общаться с этим человеком. Мало того, что он всячески пытается произвести впечатление, так еще и внушает свою точку зрения.

– На что ты злишься? – спрашивает он и выходит из воды, пока я выжимаю подол платья.

– А ты не понимаешь? – рычу я и обхожу его стороной.

– Есть несколько вариантов, но каждый все равно приводит к Дэйне… Она же видит, как часто я смотрю на тебя, с каким интересом и восхищением. Разве твоя женская интуиция этого не замечает?

– Причем здесь вообще Дэйна?!

Ненавижу этот спор! Осборн идеальный актер, а я не железная, к сожалению.

– Надоело, я домой.

Идти босиком по горячему асфальту намного лучше, чем продолжать этот диалог. Я жутко устала…

Развернувшись, чувствую, как холодные пальцы обхватывают мое запястье. Встав передо мной, Хейл с грустью смотрит прямо в глаза, пока холодные пальцы двигаются вверх по руке. Понимаю, к чему это ведет, но пока не могу оторвать руки. К моему телу давно не прикасались, поэтому, на мое несчастье, оно не оказывает сопротивления. Его пальцы добираются до шеи, и наши взгляды встречаются.

– Не могу, – сообщаю я и осторожно убираю его руку. – Нам следует держаться друг от друга подальше.

Шагая по раскаленному песку босиком, чувствую на себе тяжелый взгляд.

Найти дорогу оказалось легче простого. Ноги болят из-за горячего асфальта, в душе пустота, которая разжигает желание остаться одной и перестать думать. Забрав телефон из машины, вижу несколько пропущенных звонков от Зои и старшей сестры, но решаю перезвонить позже, так как Осборн подобно вампиру высосал из меня всю энергию, оставив лишь усталость и пустоту.

– Выглядишь помятой.

Платье действительно выглядит ужасно. Все-таки плавать в нем была плохой идеей.

– Развлекалась с Хейлом?

Как только насмешка от Редмонда касается ушей, терпение лопается. Развернувшись, направляюсь на веранду соседнего дома, где он развалился в кресле словно король. Серые глаза показывают только безразличие, а губы расслабленно улыбаются.

– Почему ты не пара Гордонам? Наши семьи раньше дружили, а теперь весь город терпеть тебя не может.

– Сколько людей, столько и мнений. Расслабься, Рови.

– Не называй меня так! Мне девятнадцать, а не пять, Редмонд. Раз ты считаешь меня ребенком, тогда…

Беру паузу.

Прямо сейчас я могу раскрыть спор, но возможность потерять шанс на возмездие велик.

– Тогда? – повторяет он, заметив, что я задумалась.

– Не говори об этом слишком часто, а еще лучше перестань кидать комментарии в мою сторону! Хочешь забавных ощущений, могу дать номер Агнесс.

Развернувшись, слышу, как кресло скрипнуло.

– Я же говорил, что мне все равно.

– Ты всегда только говоришь…

Стремительно подлетев ко мне, парень моментально впивается в мои губы, аккуратно касаясь их языком и запуская его внутрь. Его аромат кружит голову, действует на все тело нарастающим теплом, от которого внизу живота начинает жалостливо ныть. Прикоснувшись ладонью к его скуле, отвечаю на поцелуй, ощущая, как крепкие руки Одри властно сжимают талию, приподнимая подол мятого платья.

Отстранившись, он смотрит прямо в глаза, а затем кидает короткий взгляд на губы, которые до сих пор приоткрыты. Осознав, что ладонь до сих пор находится на лице парня, аккуратно убираю руку, но Редмонд возвращать ее обратно.

– Вот тебе действие, – говорит он, заставив кровь прилить к щекам. – Надеюсь, устраивает.

Он бегло осматривает мое лицо и просто уходит, пока я стою на месте и не могу пошевелиться. Тело вздрагивает, и только тогда я решаю как можно быстрее уйти отсюда, словно убегая с места страшного преступления.

Вечер пришлось провести в темноте. Мысли снова и снова возвращают меня к дому Одри. Я переживаю наш поцелуй снова и снова, на что тело отзывается приятными конвульсиями, которые уже невозможно контролировать. Мне необходимо собраться… Все это игра. Их игра, где я так или иначе всего лишь причина спора.

На учебу я приехала раньше обычного, чтобы случайно не встретиться с Одри. Заметив на парковке Зои, пытаюсь незаметно проскользнуть мимо, но от этой девушки не сбежать.

– Ровена Гордон, объяснительную! Сейчас же!

– Зои, да брось! – вздыхаю я, подходя ближе. – Да, пришлось пропустить один день, ничего страшного не случилось.

Вообще случилось, но это другое…

– Сейчас! – угрожающе произносит она.

Закатив глаза, погружаю руку в сумку и достаю листок, на котором написана полная ерунда. Был вариант написать правду, но думаю, директор примет мое похищение слишком всерьез.

– Отравилась? Лучше принести справку от врача или ты не ходила к нему?.. Подожди.

Девушка оглядывается по сторонам, а затем привстает на носочки, чтобы дотянуться до моего уха.

– Несварение, да?

Господи..

Невооруженным глазом видно, что здесь написана полная чушь, тем более вчера вечером по телефону я говорила Зои, что не приехала из-за проблем с соседом.

Прикрыв глаза ладонью, решаю ничего не отвечать и просто пойти в аудиторию, пока девушка берет меня под руку. Заметив Клео, машу ей рукой, на что девушка дружелюбно улыбается.

Эти ребята особенные. На самом деле, мне даже нравится, что Зои много говорит, и нравится, что Клео фотографирует все, что видит. В них есть мое успокоение, несмотря на то, что те скрыли от меня спор парней.

В аудитории занимаю свободное место рядом с Дэйной, которая, бросив на меня короткий взгляд, улыбается.

– Как ты? – спешу поинтересоваться я. – Прости, что затащила тебя на ту вечеринку. Я думала, мы хорошо проведем время…

– Не извиняйся, – говорит девушка, оторвавшись от тетради, – этой встречи было не избежать, да и я сама неосознанно ее искала. Жалко только, телефон потеряла.

– Потеряла?.. Там есть что-то интимное?

– Да нет, я его только недавно купила, даже зарегистрироваться нигде не успела.

Значит, про голосовое сообщение с моим предложением о мести она не знает.

Телефон вибрирует.

Странно, что Лизи звонит в такое время, ведь она прекрасно знает, что я на учебе. Извиняюсь перед Дэйной и выхожу в коридор.

– Привет, что там с Агнесс? – интересуюсь я, как только отвечаю на звонок.

– Я сейчас у нее в отеле. Прости, что отвлекаю, просто хочу узнать, когда ты освободишься.

– Учеба до часу, – сообщаю я. – Скинь адрес в сообщении…

– Вообще-то… мы собираемся приехать к тебе.

Агнесс не перед чем не остановится. Видимо, она уже знает, что Редмонд живет со мной по соседству.

– Лизи, я против. Встретимся на нейтральной территории.

– Пожалуйста? Мы быстро все решим и разъедемся, обещаю.

Минус в том, что это обещание от старшей сестры, а не от средней. Агнесс наплевать на обещания, она постоянно врет ради собственных интересов.

– Перезвоню после занятий, – говорю я, заметив мистера Ховарда, шагающего в конце коридора. Сбросив вызов, собираюсь зайти в аудиторию, но мужчина выкрикивает мое имя, подходя ближе.

– Как раз хотел передать тебе кое-что.

– Передать? – переспрашиваю я, посмотрев на открытую дверь кабинета. – Мне?

– Да, – кивает он с улыбкой, – у меня в кабинете есть копии тетради твоего отца. Мы учились с ним на одном факультете в юности. Думаю, ты можешь оказать мне услугу и помочь разобрать его почерк в некоторых предложениях. Специфика его почерка не сравнится даже с неаккуратностью большинства студентов.

– Конечно. Конечно, Мистер Ховард!

– Отлично, тогда прошу.

Пропустив меня вперед, мужчина направляется к рабочему столу, пока я с нетерпением ожидаю копию.

Еще с детства я помню его дневники, в которых он записывал теории, мысли, наблюдения… Долгое время я пыталась найти тетради отца, но тщетно. Сколько я его помню, он всегда носил с собой черную тетрадь в твердой обложке.

– Откуда они у вас? – решаю поинтересоваться я.

– Наш преподаватель долгое время получал от него весточки после выпуска. Они общались, и ему было любопытно, как далеко твой отец может зайти в наблюдениях, а после смерти профессора передал их мне. Там есть и личные записи, как мне кажется, могут быть тебе интересны.

Протянув пару альбомных листов, мужчина положительно кивает, и я благодарю его, возвращаясь на свое место. Лучше было бы отдать их после занятий, так как сейчас будет огромный соблазн приступить к чтению, наплевав на предмет.

– Что это? – спрашивает Дэйна, кивнув на листы бумаги.

– Записи моего отца, – с гордостью произношу я, когда кладу их под ноутбук. – Ты даже представить не можешь, как я рада хотя бы немного приблизиться к его мыслям. Это просто чудо, что они попали ко мне спустя столько лет.

– Что записывал твой отец? Это личные записи с его консультаций?

– Думаю, да.

Девушка мило улыбается, переключая внимание на лектора.

За обедом слишком поздно замечаю, что студентов в кафетерии как-то мало. Клео показывает Дэйне фотографии, сделанные в прошлом году, а в это время Зои с интересом наблюдает за мной и не может сдержать улыбку. Совсем недавно она призналась, что считает меня очень красивой, поэтому лишний раз не может отвести от меня взгляд. Это очень приятно и лестно, но иногда я чувствую себя неловко от такого внимания.

Крики в коридоре привлекают внимание студентов, и все моментально направляются к источнику звука в коридоре.

– Какого черта там происходит? – спрашивает Клео, поднимаясь. – Клянусь, если бы я не была фотографом газеты, тогда бы не пошла, но… Увы!

Девушка выбегает в коридор, и мы следуем за ней, приближаясь к крикам.

В центре толпы разгорается драка, но из-за спин людей, стоящих в разных позах, невозможно ничего разглядеть. Услышав знакомые имена, я, с широко раскрытыми глазами, протискиваюсь сквозь толпу студентов и вижу, как Хейл, сидя на Редмонде, активно наносит удары по его лицу

– Да разнимите их наконец! – кричит девушка, перекрывая шум, который поднимают студенты.

Парни меняются местами, и Редмонд повторяет удары Хейла, но теперь уже сидя на нем. Наконец Одри удается оттащить от друга, который приподнимается на локтях и усмехается, вытирая кровь с разбитой нижней губы большим пальцем.

– Сукин ты сын, Одри. Ты же все знал, придурок…

Хочется сказать, что они оба придурки, но лучше не привлекать внимание и просто уйти, что и делаю.

На оставшихся занятиях пришлось выслушивать бурные обсуждения произошедшего, хотя эта ситуация не волновала так, как грядущая встреча с сестрами.

Вернувшись домой, принимаю душ и переодеваюсь. Лизи написала, что они приедут минут через десять с едой, поэтому не заморачиваюсь с ужином и просто настраиваюсь на эту встречу, надеясь, что соседи сегодня не появятся.

Стук в дверь заставляет сделать прерывистый глубокий вздох. При виде старшей сестры на душе становится легче, словно впервые за долгое время мне пришлось побывать дома, ощущая ее объятия и родной аромат. Хочется оставаться в этих объятиях как можно дольше, но не только из-за того, что я соскучилась, но и из-за Агнесс.

– Рови! – наигранно улыбается она, разводя руки в стороны.

Лизи аккуратно вталкивает меня в эти объятия, и я с огромным трудом отвечаю на них.

Как только мы разместились в гостиной и принялись ужинать, суть грядущего разговора, о котором говорила Лизи, отсутствовала. Девушки говорят о детях, пока я рассматриваю стены и пытаюсь сосредоточиться на их присутствии, чтобы немного расслабиться.

– Разрешишь воспользоваться ванной? – спрашивает Агнесс, и я киваю в сторону двери. – В отеле, где я остановилась, просто ужасная вода! Запах от нее тоже ужасный.

Странно, что она ведет себя вежливо. Такое обычно происходит только при маме, чтобы женщина лишний раз подметила для нас с Лизи превосходное воспитание желанного ребенка.

На улице зажглись фонари. Из-за кондиционера становится холодно, поэтому выключаю его и накидываю кардиган, чтобы присесть рядом с Лизи, которая тут же ободряюще обнимает меня за плечи.

– Рови! – слышится голос Редмонда с улицы.

– Ровена! – подхватывает Хейл, и мои глаза становятся больше.

– Кто это? – спрашивает сестра, прищурившись.

– Это… потом объясню, просто верь мне и по возможности отвлеки Агнесс.

Поднявшись, подбегаю к ванной комнате и слышу звук воды. Прикрыв кардиганом грудь, бегу к главному входу и буквально вылетаю на улицу, закрывая дверь и прижимаясь к ней спиной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.