Анна Фьюри
Обжигая сердце илекти

Хроники Эзарии:

1. Обнажая душу убийцы

2. Обжигая сердце илекти

3. Отравляя разум одержимого

Глава 1

Вар.

Орус.

Я очнулся от того, что на меня откуда-то сверху лилась ледяная вода. Еле вышло оторвать голову от холодной каменной столешницы. Два бойца стояли рядом со мной с бутылками воды в руках, которой поливали меня, чтоб я проснулся. Голова гудела как после тяжелого похмелья. Я нахмурился и окинул их суровым взглядом:

– Что произошло, пока я был в отключке?

– Ния… Гхм, – он поправился, – госпожа Райс убила четверых наших и уехала на мотоцикле.

Вот дерьмо.

Ния… что ж ты наделала, малышка…

И где тебя теперь искать?

– Вы уже доложили главе о случившемся?

– Ещё нет, господин Крэй. Мы решили сначала привести вас в сознание.

– Здравое решение. Сколько прошло времени с момента как она уехала?

– Около часа. Возможно, чуть больше.

Плохо. Очень, блядь, плохо. За это время, зная ее способности, она могла оказаться в любой точке Оруса и за его пределами.

– В каком направлении она уехала?

– К восточным границам.

– На чем?

– Кавасаки.

Я подошёл к раковине и умылся холодной водой. Меня всё ещё немного пошатывало. Если Ния уехала на восток, то возможно…

Нужно позвонить Амиру.

Я полез в карман за телефоном и словно в лихорадке стал ощупывать кобуру. Вторую. Пусто. Она убила бойцов из моего оружия.

Ния… только не наделай больше глупостей…

Я готов был простить этой маленькой бунтарке все что угодно, лишь бы найти ее живой.

Умывшись ещё раз, обратился к бойцам:

– Что с телами?!

– Мы ещё ничего не трогали.

– Госпожа Райс уехала с оружием?

– Оба ваших пистолета лежат возле последнего убитого бойца в гараже.

Боги, что она мне подлила? Так сложно сконцентрироваться и собрать свои мысли в одну кучу.

Включай логику, дебил. Время уходит.

Я не стал рассуждать вслух.

По итогу, если она не взяла оружие с собой, то план мести в ее светлой голове отпадал сам собой. Оставалось только два варианта: либо она уехала в Фиросс, либо… О самом плохом думать не хотелось, но почему-то именно эта мысль не давала покоя и забивала все остальные, словно нечто самое жуткое и немыслимое, что могло случиться в моей жизни.

– Ждите здесь. Я сейчас.

Я выскочил за дверь, по пути набирая номер Амира. Через пару секунд он ответил:

– Вар?

– Нужна твоя помощь. Срочно.

– Что стряслось?

– Ния, она… – я запнулся, не до конца понимая, что вообще должен предпринять.

– Ваша маленькая беспредельщица снова что-то натворила?

– Она сбежала и, возможно, появится у вас. Но это не точно. И мне нужна твоя помощь, чтоб ее найти… Она может натворить глупостей.

– Мгм. Ясно. Так а что случилось-то?

– Случился ваш Кэсидо. Ты знал, что они вместе?

– Ну, после того, как она его вытащила из ваших катакомб, нетрудно было догадаться.

Не трудно ему, твою мать.

А я даже не подумал об этом.

– Почему ты мне не сказал?

– Я обещал молчать. И вообще, думал ты все знаешь. Вы ведь вроде близки с ней?

– Близки. Я просто очень долго соображал, что тот, кого она спасла и Юн Кэсидо – один человек.

– Вар?! Ты…

Я перебил его, перебирая и сопоставляя в голове тысячу мыслей сразу:

– Да. Ты прав, на рассуждения времени нет. В общем, если коротко, наши бойцы, во главе с илекти убили Кэсидо. А Ния… опоила меня, застрелила нескольких мичиди и уехала в восточном направлении. Боюсь, что она может что-то с собой сделать. Я не могу потерять ее, понимаешь?

– Вар.

Я куда-то провалился со своими накатившими мыслями и будто упускал что-то важное.

Не мог ее подвести. Не мог потерять. Она – все что у меня есть. Самый родной и дорогой человек на свете.

– ВАР!? – всегда спокойный и ровный, но на этот раз, слишком громкий голос Амира вырвал меня из размышлений, потому что он буквально крикнул в трубку.

– Да. Извини, просто… Я сильно волнуюсь за нее.

– Вариус, не знаю, что там у тебя за инфа, но она явно недостоверная.

– Поясни?!

– Ваши бойцы убили кого угодно, но точно не Кэсидо, потому что мы только что вместе с ним были у главы, обсуждали дела клана. И этот вечно довольный поганец в данный момент на моих глазах садится на свой мот и сваливает. Точнее, уже свалил. Ну, либо у него есть двойник. Что маловероятно. Такой самодовольный эгоистичный говнюк – один на всю вселенную, это уж точно.

Не знаю, что почувствовал в этот момент: облегчение, от того, что этот засранец все-таки был жив или страх, что Ния совершит нечто непоправимое, так и не узнав, что он жив.

– Черт! Амир, его номер мне, срочно! И адрес!

– Он убьет меня, если…

– Я убью кого угодно, если с ней что-то случится! Это вопрос жизни и смерти. Если Ния точно также небезразлична Кэсидо, то он будет скорее благодарен за это. Потому что, возможно, только он знает, где ее искать.

– Понял. Ладно. Скину все сообщением. Как я могу помочь?

– Прокатись пока по Фироссу, она на чёрно-белой Ниндзе Zэдке.

– Сильно.

– Да. И гнаться за ней бесполезно, просто позвони, если увидишь ее. Ну или мимо пролетит чёрно-белый Кавасаки со скоростью звука.

– Такая себе помощь выходит.

– Ты не представляешь как УЖЕ помог. Спасибо.

– Мгм. Ну так-то я вроде тоже у нее в долгу. Так что, не за что. Надеюсь, все обойдется.

– Надеюсь. Все, давай. На связи.

Я набрал номер Кэсидо.

Выключен.

Вот дерьмо.

Сраное дерьмо!

Ния ведь пыталась ему позвонить… Если бы она только дозвонилась, все было бы иначе.

Зрелище во дворе, которое предстало моим глазам, вообще оказалось не для слабонервных. Она была в полном отчаянии, раз пошла на такое.

Я дошёл до гаража, осмотрел все внутри и подобрав два пистолета, отправил их на свои места в портупее, а затем вернулся в дом. В крайнем случае, скажу главе, что это я их убил, в попытке защитить Нию. Но это последнее, о чем мне сейчас следовало думать. Сначала нужно было найти ее и как можно скорее.

Двое бойцов так и застыли на месте, будто каменные изваяния.

Если Мирэй и Сиан ещё не прилетели сюда, значит пока все тихо и учитывая это, у меня ещё оставалось немного времени.

– Появилась небольшая зацепка, где найти госпожу Райс. Никому пока не докладывать о произошедшем здесь. Разберитесь с телами. И молитесь кому хотите, чтоб она была жива. Иначе нас всех ждёт полный пиздец.

– Все сделаем, господин Крэй.

Ну хоть с этими проблем не было. Похоже, действия Нии их ошеломили не меньше, чем меня.

Я взял ключи от ее Харлея с полки.

Юн.

Фиросс.

Мой, на редкость, спокойный сон прервал звонок Исидо. Он вызывал к себе всех приближенных синги, кроме Джея, естественно.

Я пулей метнулся в душ, надел футболку, черную толстовку с капюшоном, портупеи с пистолетами, пару ножен с метательными ножами, джоггеры с ремнями и черные берцы. Пока собирался, телефон вырубился окончательно и, поставив его на зарядку, я заглянул к Джею. Тот как обычно дрых, свернувшись в кокон из пледа, на своем желтом диване перед мониторами.

Ну, по крайней мере, можно будет позавтракать вместе, когда вернусь. Этот цифровой наркоман, наверняка, снова всю ночь копался в двоичной системе счисления.

Шлем я оставил на полке, повязав черную бандану на нижнюю часть лица. Почему-то в голове всплыл образ Нии, которая каждой клеточкой организма сопротивлялась надевать шлем вчера. Я невольно улыбнулся. Любая мысль о ней вызывала приятную дрожь в теле.

Исидо уже ждал в кабинете.

Братья Нэйтт, видимо, получили свои задания и буркнув под нос короткие приветствия, прошуршали мимо меня.

– Господин Нори. – я поклонился как положено.

– Приветствую, Юн. Сразу к делу. – Можно подумать, когда-то было иначе. – Собери с полсотни новых бойцов и наведайтесь на наши нейтральные точки. Кое-кто забыл о долгах, которые нужно возвращать. Ну, ты и без меня все знаешь.

Я кивнул. Все ясно: нужно побыть воспитателем для сопливых бойцов, которые только появились в клане, чтоб они увидели, как все выглядит не в теории и вне резиденции.

В общем-то, прошло все гладко и спустя пару часов, доложив главе обо всем, мы все отправились по домам.

Я был голоден, как волк и даже портупею с пистолетами не потрудился снять с себя, справляясь с яичницей, сэндвичами и микроволновкой, одновременно нарезая нехитрый салат.

Но вдруг услышал какую-то возню и странные крики в гостиной. Пулей выскочил из кухни:

– Хренли разорались тут?! – фраза опередила мое искреннее замешательство от осознания того, кто находился в доме. – Крэй?! Какого… Ты границы не перепутал?

– Заткнись и выслушай его! – если бы это вылетело изо рта Джея при любых других обстоятельствах, он улетел бы в окно в ту же секунду, не успев договорить, даже несмотря на нашу дружбу.

Но сейчас я напрягся от их каменных лиц. И настороженно перевел взгляд на Крэя, понимая что происходила херня какая-то нездоровая.

– Что такое? – я подошёл вплотную к нему. – Говори!

– Это касается Нии… Ее нужно срочно найти, но я… Представить не могу, где искать. И без твоей помощи не обойтись и… – я озверел, ни хера не понимая, какого вообще хера происходило и схватил его за шиворот.

Джей безрезультатно пытался расцепить нас.

– Я бы ответил на твою агрессию, но боюсь, у нас на это нет времени! – Крэй вывернулся и отошёл от меня на шаг.

Я снова шагнул в его сторону, но не тронул.

– Ты можешь объяснить, блядь, нормально? ГДЕ НИЯ!? ЧТО С НЕЙ?!

Когда он наконец вкратце изложил мне все что произошло, я сначала не поверил, а потом меня накрыло.

– ТВОЮ МА-А-А-АТЬ… – осознание происходящего тут же отозвалось адской болью в сердце.

Я заорал диким криком и схватил телефон, в ужасе включая его и набирая ее номер.

– Давай, родная моя, ответь мне....

Полушепотом снова и снова повторяя ее имя, дрожащими руками держал чертов телефон, пока не услышал голос Вара позади меня. В голове стоял такой гул, что удивительно, как я вообще до сих пор кого-то слышал.

🎵 Calling You – Our Mirage

– Это бесполезно, Кэсидо! Она не взяла с собой телефон. И она ПЫТАЛАСЬ тебе дозвониться. Если бы только она смогла… Если бы ты ответил ей и она узнала раньше, что ты жив… – он запнулся и сжал кулаки до белых костяшек, но сдержался.

Убивать друг друга сейчас было бы слишком бесполезной тратой времени.

Я увидел пропущенный вызов от Нии и время звонка. Меня затрясло от злости на себя же. Издав звериный крик, я швырнул телефон в стену, тот разлетелся на кусочки. А потом не сдержался и снова вцепился в рубашку Вара:

– Куда она поехала? Она сказала? Как ты мог ее отпустить в таком состоянии!? – я терял контроль.

Внешне старался не проявлять этого, но мою душу никогда не лихорадило так, как сейчас. Все кипело и обжигало внутренние органы огнем.

– Ты плохо расслышал?! Ния опоила меня, я был в отключке какое-то время. Бойцы сказали, что она направилась на восток. Но я подумал о том, что она приедет сюда убедиться… – он не стал договаривать. – К сожалению, ошибся…

Джей схватил меня за руку, пытаясь успокоить. Мне казалось, что любые слова и действия этих двоих только усугубляли их же положение. Я готов был убить любого, только бы найти ее. Вариус продолжил:

– Было кое-что ещё… Когда я уже почти вырубился, она будто попрощалась со мной и попросила прощения, словно заранее зная, что не вернётся. Кэсидо, только ты можешь знать, куда она могла поехать… Просто скажи мне, где ее искать?! Я не могу ее потерять…

Я медленно разжал кулаки на его рубашке, в голову ударило осознание, словно разрядом молнии.

Знал, почти уверен был, где она…

Ния…

Только бы успеть…

– Никто ее не потеряет! – рявкнул я и окинул Крэя злобным, не терпящим возражений, взглядом. – Сиди здесь и молись гребаным Богам, чтобы она была жива!

Схватив ключи от Ниндзи, я выскочил во двор.

Срываясь в секунду с места, не жалея мотоцикла, летел по городу пулей. Все мысли были только о ней, я должен был успеть. Даже думать не хотелось о плохом. Она не могла оставить меня одного в этом долбаном гнилом мире. Потому что я не раздумывая отправился бы за ней в другой.

Небо разверзлось раскатами грома и по лицу ударили, словно пощечиной первые крупные капли дождя.

– Малышка, прошу… Только не наделай глупостей… – острая боль сдавила в груди от одной только мысли.

Я разогнал мот до предела и уже летел по трассе за городом. Ещё несколько минут, и впереди замаячил заветный поворот.

Ния.

🎵 RIGGED – The Plot In You

Лишь бы не ошибался. Лишь бы успел.

Дождь пустился сильней.

Из-за этого видимость была практически нулевой, а мотоцикл трясло и заносило по размытой грунтовой дороге.

Драгоценные секунды стянулись в убийственную, слишком долгую бесконечность.

Наша встреча с ней напоминала самую жуткую автокатастрофу лоб в лоб, мы были изначально обречены разбиться друг об друга на тысячи осколков, как и наши сердца.

Но не сейчас, еще не время, моя маленькая Фурия! Я не позволю тебе разбиться…

– Ния… – шептал сам себе ее имя, буквально ощущая, как мое горло обжигало кислотой.

Пожалуйста.

Ты нужна мне.

Вот оно – НАШЕ место…

Ее Zэдка беспомощно лежала на траве перед огромными валунами.

Я не ошибся.

Прямо над обрывом спиной ко мне застыла в шаге от пропасти моя родная душа.

Моя жизнь, моя любовь, моя муза, моя вселенная. Всё самое светлое и чистое, что когда-либо было в моей тёмной жизни… Она стояла, не решаясь сделать последний шаг в своей жизни.

В резком прыжке, я соскочил с мотоцикла прямо на ходу и отшвырнул его в сторону, словно игрушечный, а колеса продолжали вращаться по инерции. Дальше только пешком, огромные острые камни плотно устилали поверхность обрыва. Она находилась всего в нескольких метрах, но сейчас это расстояние мне казалось непреодолимым и недостижимым.

Набрав в лёгкие побольше воздуха, я крикнул со всей дури, до хрипоты в голосе:

– НИ-И-И-Я! СТОЙ! ПРОШУ! – я прекрасно понимал, что из-за дождя, ветра, грома и шторма, она просто могла не услышать меня.

Но продолжал орать до хрипа, как ненормальный.

Настолько страшно и больно внутри мне не было даже тогда, когда от моей плоти отрывали куски в катакомбах, сдирая и отделяя кожу и мясо от кости.

Мне казалось, что я перелетел через огромные валуны, почти не касаясь земли, скользнув по поверхности камня лишь перчаткой.

Ния.

Всего одно движение отделяло ее от падения на острые скалы внизу обрыва.

К горлу подступила желчь. Меня так никогда не трясло.

Ния.

Обрыв.

Ну почему нельзя было вернуться в прошлое? Почему нельзя все вернуть назад? Но без прошлого никогда не наступит будущее, а настоящее – это всегда следствие нашего выбора, который мы сделали в прошлом нашим сердцем или разумом. Я тоже сделала свой выбор сердцем и оно было безжалостно разбито.

А теперь стояла перед самым последним в моей жизни выбором. Точнее, иного я себе не оставила.

Да в общем-то его НИКОГДА не было.

С самого моего рождения. Когда родители отказались от меня, когда в приюте за меня все решали воспитатели, когда дядя Юрэй забрал меня, когда Сиан и Мирэй решили, что я не способна принимать решения и каждый мой шаг пытались совершать за меня. Мне просто не позволяли делать выбор самой.

🎵 ALWAYS WANTED TO LEAVE – The Plot In You

И на этом же месте, глядя в любимые глаза, выбирая ЕГО, совершила ошибку, за которую Юн расплатился своей жизнью. Может, мне и в самом деле не стоило принимать никаких серьезных решений в этой жизни?

Не важно.

Сейчас мне нужно было просто сделать самый последний выбор. Это было не так уж сложно.

Снова эгоистично. Да.

Но не сложно.

Боль затмевала разум. Я не хотела думать о последствиях этого выбора.

Шаг.

Всего лишь один шаг отделял мою жизнь от бесконечной свободы… Свободы от этого гребаного, неправильного и жестокого мира, мира без НЕГО. Всего один шаг и больше не будет никакой лжи, несправедливости, боли… нереальной, всепоглощающей боли, которая разъедала всё внутри, словно серная кислота.

Вдох…

Выдох.

Словно перед самым последним прыжком с трамплина, но уже без мотоцикла.

Юн…

Ненастье разыгралось сильнее, будто вторя моим бурлящим чувствам внутри. Я насквозь промокла, но почему-то не дрожала больше, ни от холода, ни от льда сковавшего меня изнутри.

В какой-то момент мне показалось, что я больше ничего не чувствствовала. Осталось сделать последний шаг.

Я закрыла глаза и подалась вперед, готовая отправиться в бездну океана навстречу другой жизни.

Среди раскатов грома и бурлящего океана, мне показалось, что я услышала его голос.... Такой хриплый, рычащий, глубокий… и родной. Или просто успела сойти с ума за этот день? Я машинально обернулась на зов.

Юн!?

Он несся, словно сумасшедший ко мне. У меня точно были галлюцинации. Этого не может быть. Не могло…

Как?

ЮН!

Я сделала шаг от обрыва, но нога предательски соскользнула по мокрой траве и я моментально слетела вниз, цепляясь за мокрые острые камни горной породы, сдирая руки в кровь… Я ощутила острую боль, ударившись виском об очередной выступающий камень, но мне удалось ухватиться за выступ в скале. Справа по лицу потекла теплая и согревающая вязкая жидкость. Изо всех сил упираясь ногами в скалу, я пыталась хоть как-то удержаться, ломая и выворачивая пальцы и ногти до крови. В пропасть то и дело срывались маленькие и крупные камни, откалываясь от горной породы, выбивая опору из-под ног, а телом я отчаянно пыталась подтянуться наверх. Острые камни снова и снова впивались в плоть, разрезая кожу чуть ли не до кости.

Ещё секунда и я бы сорвалась в пропасть, если бы не крепкая, теплая ладонь, резко обхватившая и поймавшая мое запястье. Юн потянул меня за руку вверх:

– НИЯ! ВТОРУЮ РУКУ!!! – я посмотрела наверх, все еще не осознавая что произошло, но дотянулась до него другой рукой.

Он вытянул меня на край обрыва. Наши безумные взгляды наконец пересеклись.

Я обессиленно рухнула на колени, Юн опустился напротив меня и буквально сгреб меня в свои объятья, тяжело дыша, не желая отпускать. Он прижимал свои ладони к моему лицу, осторожно убирая мокрые и окровавленные пряди промокших волос с моего лица. Я будто в ступоре смотрела, как вздымалась его грудь, но всё ещё не верила, что он дышал и находился прямо передо мной. Живой и невредимый.

Его теплое, почти обжигающее дыхание коснулось моего виска.

Дождь все ещё окутывал сплошной прозрачной пеленой все вокруг.

Меня охватила паника, тревога и беспорядочность мыслей. Я задыхалась. Буквально. Не могла сделать вдох или выдох. Легкие горели адским огнем, их будто распирало изнутри. Но не могла взять под контроль это чувство. Я бессознательно смотрела куда-то сквозь Юна.

– Ния, НИЯ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ?! – Юн обхватил и сильнее сжал в руках мое лицо и лбом соприкоснулся с моим – ПОСМОТРИ НА МЕНЯ, РОДНАЯ, ПРОШУ. ПОСМОТРИ МНЕ В ГЛАЗА. ИМЯ! СКАЖИ. МОЕ. ИМЯ!

Я смотрела на него, а в глазах темнело от нехватки кислорода. Наконец выдохнула и, словно, тут же резко и рвано сделала спасительный вдох, произнося его имя:

– Юн… – я жадно глотала влажный дождливый воздух, из глаз искры сыпались, их словно сжигало ледяным огнем.

Но тут же снова не смогла сделать вдох, Юн смотрел в мои глаза, а на его переносице залегла глубокая морщинка. Он точно увидел что-то страшное, но не решался сказать, что именно. Может, тоже самое, о чем мне говорил Вар сегодня? Что было не так с моими глазами?

Я снова задыхалась. Юн крепко сжал мою руку.

– Вспомни, нашу первую встречу, Ния. Что ты хотела со мной сделать? – Я едва могла услышать его сквозь невыносимое громыхание собственного пульса в висках.

Но вот зря он сейчас именно это вспомнил, я отчего-то выпалила неожиданно громко:

– Переехать!

Вдох.

Выдох.

Вдох….

– Хорошо… – он сам тяжело вздохнул и прижался тёплыми губами к моему виску.

– Хорошо?! Что хорошего в этом? – я даже не заметила, как мое дыхание восстанавливалось понемногу.

Юн осторожно прижал мою голову к своей груди и гладил по волосам.

– Дыши родная… просто ДЫШИ…

Меня снова накрыло волной ледяной дрожи. Но я дышала. Крепко сжимая в руке его толстовку, я всё ещё не верила в то, что он каким-то чудом был жив, в то, что он прижимал меня к себе. Его аромат… Его голос… я не могла поверить в то, что слышала его, он будто убаюкивал меня, раскачивая в своих руках:

– Все позади, моя маленькая Фурия.. Я здесь… рядом… Черт, малышка, больше никуда не отпущу тебя. Никогда.

Я наконец подняла голову и заглянула ему в глаза. Они были покрасневшими, словно он не спал несколько ночей. Юн зажмурил их, проведя указательным и большим пальцем к переносице и снова посмотрел на меня.

– Иди сюда… – он поднял меня на руки, будто я не весила ничего, усадил на один из валунов, он откинул портупею с оружием на землю, снял с себя толстовку с капюшоном и надел на меня. А потом избавился и от футболки.

Я смотрела на него, не понимая, для чего он это делал. Юн стал разрывать ее на тонкие длинные полоски, глядя на…

Мои руки…

Запястья истекали кровью, я и забыла, что разрезала их так сильно о камни. Он опустился на колени передо мной и стал обматывать кусочками ткани мне обе руки. Туго, но не слишком.

Я все ещё не верила.

Юн.

Он ЖИВ.

МОЙ ЮН ЖИВ.

Я застыла в своих мыслях, из которых меня вырвал жаркий, почти обжигающий поцелуй Юна. Он целовал меня так, словно этот поцелуй доставлял ему почти физическую, нестерпимую боль, как будто это происходило в самую последнюю минуту его жизни, покрывая каждый сантиметр моего лица.

Я закрыла глаза.

Боль внутри никуда не делась, но теперь я знала, что он жив.

Это главное.

Я растворилась в этом моменте. И знала, что теперь должна сделать. Но снова позволила себе быть слабой и отдаться сердцу, а не разуму. Понятия не имела, сколько прошло времени, но отстранившись от него, я выдохнула:

– Юн, я думала, что он убил тебя…

– Ния… – он прижал меня к себе сильнее, а я жадно вдохнула, вбирая его древесно-цитрусовый запах с нотками шоколада. – Ты же знаешь, я та ещё живучая скотина… Меня не так просто убить.

А я со своими эмоциями просто уже не справлялась.

– Я звонила… – я всхлипнула, чувствуя, как меня снова начинало накрывать от произошедшего.

Воздуха снова не хватало. Но каждое движение Юна успокаивало и возвращало в реальность, где он был жив.

– Тшшшш, тише, тише… Знаю. Прости. ПРОСТИ, РОДНАЯ. Если бы я зарядил чертов телефон и ответил тебе…

Я замотала головой:

– Это ты прости… Это все из-за меня. Я должна была отказаться от тебя, но не смогла… Тогда ничего бы не случилось и ты… – меня пробила дрожь, я никак не могла взять под контроль ни свое тело, ни эмоции, все еще кипящие внутри меня.

– Даже не думай мне говорить такое! Выкинь эти мысли из своей головы. Я обещаю, найду способ вырвать тебя из этого гребаного мира. Если нет, то мы создадим свой. Ты только не сдавайся. Ты нужна мне, ни за что тебя не отпущу.

– Мы… Мы ведь с самого начала знали, что так будет?! Но все равно сделали этот шаг навстречу друг другу. Я уже не представляю своей жизни без тебя… Но мне впервые в жизни было ТАК страшно. Эти мысли не давали мне покоя с самого первого нашего вечера тогда в клубе. Я просто хотела оградить тебя от беды… Черт! Ты слишком дорог мне. И ты знаешь об этом. Лучше быть в разлуке… Но знать, что ты жив. Я должна отказаться от тебя… ДОЛЖНА! Потому что, если с тобой что-то случится… я… – меня затрясло.

Снова.

Вдох…

Выдох…

– НИЯ! Посмотри на меня! – он обхватил мое лицо руками и заглянул прямо в душу. – Ничего со мной не случится. Слышишь!? Я уже придумал способ сбежать. Твоего слова и желания быть рядом со мной – будет достаточно. Только не исчезай из моей жизни. Просто скажи, что веришь мне…

Мое сердце уже кричало ответ и оно верило… Но то, что произошло, не могло не оставить свой след. Мой разум бил тревогу:

– Юн, пожалуйста… давай отложим этот разговор, мне нужно увидеть Вара и поговорить с ним.

– Как скажешь…

У меня не было сил спорить с ним. Не сейчас.

Юн накинул свою портупею с оружием на голый торс, крепче стиснул меня в своих теплых руках, поднял и отнес к мотоциклу.

– Ния, ты как? Сможешь держаться? – в его взгляде играло искреннее волнение, я кивнула на автомате, а потом посмотрела на свою брошенную, словно осиротевшую Zэдку.

Юн приподнял мой подбородок:

– Малышка, я вернусь за ним чуть позже, клянусь. Сначала ТЫ.

Я успокоилась, в очередной раз убедившись в его тонкой эмпатии. Она словно незримой нитью всегда проходила между нами.

– Я могу сама… – не стоило даже заикаться в этом направлении, я все моментально прочитала в его взгляде.

– Мгм. Конечно. Ты серьезно думаешь, что после всего, что произошло, я посажу тебя на твой мот и отправлю в Орус? Может, ещё ручкой помахать на прощание?! – он сдвинул свои темные как ночь густые брови.

– Но мне нужно вернуться, там Вар и… – я не успела договорить.

– Вар твой не ТАМ. Он у меня дома. И мы едем ко мне. А там уже все решим дальше.

Вот на этом моменте я остолбенела. Вар оказался дома у Юна? Какого черта произошло за это время?

Боги… я убила четверых бойцов клана, опоила Вара, сбежала…

Меня лихорадило дикими ледяными волнами. И я не справлялась. Ни эмоционально, ни физически, ни душевно.

– Ния… – Юн завел свой мот, все ещё сжимая и поглаживая мою руку. – Едем?

– Да… – я словно находилась в подвешенном состоянии между двумя мирами.

Я сцепила перебинтованные наспех запястья под грудной клеткой Юна и прижалась ледяной щекой к его горячей спине.

Фиросс.

Ударом с ноги Юн распахнул дверь, сорвав замок. Сама дверь заскрежетала, но удержалась в петлях. Он внес меня в дом. Джей ошарашенно смотрел на это сквозь линзы черной оправы:

– Минус дверь… – коротко заключил он.

– Заткнись, Фрейли, где Крэй? – меня немного пугала неподдельная ярость в голосе Юна.

Он донес меня к дивану и усадил на него. В гостиную, по всей видимости, из кухни тут же влетел Вар и резко упал на колени передо мной, схватив меня за руку. Он осматривал меня так, будто видел впервые. Представляла, насколько пугающим был мой вид. Но на деле, не было ничего серьезного, в моей сумасшедшей жизни бывало и хуже. Вар убрал мокрую, окровавленную прядь с моего лица, осматривая рану на виске. Через пару дней, а может и раньше, на мне все заживет, ну может останутся небольшие шрамы, одним больше, одним меньше. Сейчас меня вообще это не волновало.

– Малышка, ты… напугала меня до смерти… – он стиснул меня в объятьях.

– Вар… Прости… я столько глупостей натворила…

– Мы все решим, главное, что с тобой все в порядке. Идём. – Вар потянул меня за руку, явно намереваясь увезти меня домой.

Перед ним мгновенно, словно пуля, возник Юн.

– Ты не увезешь ее обратно в Орус!

– С чего ты взял, что будешь это решать, Кэсидо?

– С того, что после произошедшего, ей там нельзя появляться! Я уважительно к тебе отношусь, но если тронешь ее, я нахрен переломаю тебе руки и ноги!

– А ты рискни встать у меня на пути! Проверим, что сломается у тебя!?

Юн словно дикий зверь в долю секунды схватил Вара за грудки. И хотя Вар казался слишком огромным, накаченным и довольно мощным на фоне Юна, переживала я больше как раз за лучшего друга в данный момент. Я прекрасно помнила, как от пары смертоносных движений Юна падали навзничь парни и покрупнее Вара. Поэтому вскочила и со всей злости ударила их по сцепленным рукам, предупреждая их рукоприкладство:

– Угомонитесь оба! И может, все же позволите мне решить?

Они оба вытаращились на меня в замешательстве.

– Юн, я не останусь здесь. – он перебил меня.

– Я не отпущу тебя в Орус, Ния. Ты не понимаешь, что тебя там ждёт после всего… – а я не дала договорить ему.

– Я УБИЛА ЧЕТВЕРЫХ. ЧЕТЫРЕ БОЙЦА МОЕГО КЛАНА ПОГИБЛИ ОТ МОЕЙ РУКИ! Я думала, что потеряла тебя навсегда и натворила глупостей. Но не собираюсь отсиживаться здесь и прятаться от ответственности! Я должна ответить за свои поступки и поговорить с главой. Возможно, он выслушает и поймет меня. Если нет, я понесу любое наказание. То что ты жив, – это настоящее чудо для меня и шанс все наконец исправить! Я давно должна была это сделать.

Лицо Юна будто потемнело, а в глазах мелькнула огненная искра.

– Что СДЕЛАТЬ, Ния?!

– Отпустить тебя наконец! Юн, наши отношения – это бег по замкнутому кругу… Я больше не вынесу такого… И…

Боги! До меня только сейчас дошло, что вместо Юна Сиан все же кого-то убил? Кого?

Я резко похолодела. И стала восстанавливать в памяти вчерашнюю ночь.

Ресторан…

Скайхолл..

Дорога домой…

ДОМОЙ!

Меня домой в итоге привез Хиро. На мотоцикле. Охранник у моего дома явно его видел и передал все Сиану. Твою мать. Почему я только сейчас об этом подумала?

Хиро…

Мое сердце будто в миг облили бензином и тут же подожгли. Все внутри горело от осознания.

Пожалуйста, можно мне ничего не чувствовать?!

Они убили Хиро вместо Юна, подумав, что я с ним… Я ведь сама его подставила. Я просила за него когда-то Мирэя и Сиан это прекрасно знал. А вчера он привез меня к дому… Мой чертов разум даже не дрогнул в этом направлении. Я зажала рот рукой и из глаз полились слёзы ручьем. Боги… Если бы мне хватило мозгов задать хотя бы пару правильных вопросов Сиану, когда он пришел, я бы поняла, что он убил не Юна. Что я лично подставила Хиро и его больше нет.

Юн обхватил меня, стискивая в горячих объятьях. Я сползла на пол на колени, у меня темнело и кружилось в глазах от эмоциональных качелей, на которых я прокатилась за сутки несколько раз.

– Малышка, что!? – Юн пытался заглянуть мне в глаза.

Вар тоже опустился рядом со мной, Джей куда-то выскочил, и через полминуты вернулся со стаканом воды и бинтами.

– Хиро. Сиан убил Хиро вместо…– слёзы не собирались меня покидать.

– Меня… – Юн завершил это предложение и я пожалела, что произнесла это вслух.

Я чувствовала невероятную лёгкость и радость от того, что Юн жив, но одновременно меня накрывало горечью, потому что из-за меня погиб совершенно невинный человек. Дорогой мне человек и близкий друг. И его смерть была мучительной и жестокой.

Я должна была поехать к Мирэю и признаться во всем. И смириться с любым его решением. Он мудрый и справедливый. Я надеялась на то, что он все сделает как должно.

А Юн.

Мы должны были расстаться навсегда здесь и сейчас.

Он жив.

Это главное.

Джей присел на корточки рядом со мной, протянул мне стакан с водой и прижал бинт, смоченный в перекиси к моему виску. Я зашипела через зубы, но не дернулась. А когда Фрейли закончил обрабатывать рану, заставила себя сделать глоток воды и попросила его и Вара выйти. Вар, конечно же, упирался.

– Прошу, мне нужно поговорить с Юном наедине. Две минуты. И мы уедем домой. Пожалуйста, Вар…

Он поцеловал меня в лоб.

– Хорошо малышка. Жду снаружи у мотоцикла.

Я повернулась к Юну. Он как всегда забегАл наперед.

– Что бы ты сейчас не сказала – Нет. НЕТ И ЕЩЕ РАЗ НЕТ!

– Юн… пожалуйста, выслушай меня.

– Ния, я не отпущу тебя. Спрячу тебя здесь, мы найдем дом в Фироссе, да где угодно! И пусть хоть весь твой клан приходит забрать тебя, ни хера у них не выйдет! Прошу, просто останься со мной. Не принимай решение, о котором пожалеешь.

– Я пожалею о любом своем решении. Но должна уехать. А ты должен пообещать, что не появишься больше ни в Орусе, ни в "Фурии", ни на базе. Это важно…

– НЕТ!

– Не заставляй меня делать тебе больно. Я не хочу ещё больше разбивать твое сердце и свое заодно. Но должна знать, что ты в порядке…

Чёртовы Боги! Если бы мне год назад кто-то сказал, что я должна отказаться от любви всей своей жизни, чтобы спасти его, я рассмеялась бы в лицо, потому что, моей единственной любовью были мотоциклы.

Но теперь…

Именно это и должна была сделать.

– А как же ты, Ния? Что будет с тобой?! Ты не думала о том, что мне НЕБЕЗРАЗЛИЧНО?

– Из-за нас погиб человек… – еле слышно начала я, – Совершенно невинный человек. Мы были слишком беспечны. И я не смогу жить дальше, делая вид, что ничего не случилось! Я понимаю тебя и знаю, как это нелегко. И больше ни о чем не попрошу, но сейчас, позволь мне принять это решение.

– Ния…

– Прошу… – я обхватила обеими руками его лицо.

– Ты вырываешь мне сердце, ты понимаешь это?

– Юн… пожалуйста.

Он прижался к моим губам, жадно поцеловал, но тут же отступил на шаг.

– Не могу заставлять тебя, принцесса, – ну вот, снова слово "принцесса" прозвучало словно ругательное. – Если это твой выбор. Не стану задерживать. Но обещать тебе тоже НИЧЕГО не буду. Можешь обманывать себя сколько угодно. Но быть в разлуке с тобой – для меня равносильно смерти. Я никогда не откажусь от тебя. Каждый мой вдох и каждый выдох – ради тебя. Я живу для тебя и умру за тебя. Ты это прекрасно знаешь. Но решение за тобой…

Этих слов мне было недостаточно для того, чтоб я не боялась каждую секунду за его жизнь. А он дал понять, что его ничто не остановит и он снова и снова будет появляться в Орусе, чтоб увидеть меня. Мне пришлось ранить его больнее, для того чтобы разорвать невидимую нить бесконечности между нами. Судьба подарила мне и ему шанс на жизнь. И лучше я причиню ему боль, чем когда-либо снова услышу весть о его смерти.

– БОГИ! Да просто забудь все Юн! Ты грёбаный жестокий убийца! Так возьми себя в руки! И будь тем, кем являешься. Не держись за прошлое! Нет никаких "Здесь и сейчас". И нет никакой БЕСКОНЕЧНОСТИ. Теперь есть только ТЫ и отдельно есть я! В нашем сраном мире выжить могут только эгоистичные одиночки и конченые твари! Тебе нет места рядом со мной, а мне – рядом с тобой! Ты становишься слабым, а я – беспомощной и уязвимой! Пора наконец взглянуть правде в глаза.

Знала, что ударила его так больно, как только могла. По всем больным местам сразу. Он молчал, явно не ожидая от меня такого. Все внутри снова сжалось от боли. Я издала полузвук, полустон, возможно это был звук моего разбитого сердца. Не сказав больше ни слова, и пока Юн не опомнился, выскочила на порог, где ждал Вар. Он сел за руль моего Харлея и мы сразу же отправились назад в Орус.

– Ния, тебе нужно в теплую ванную, а потом отдохнуть и обязательно поспать…

– Нет, Вар. Ты отвезешь меня напрямую, к Мирэю. Я не успокоюсь, пока не поговорю с ним и не расскажу все от начала до конца.

– Он накажет тебя, если все узнает. А Сиан ему поможет.

– Ты очень плохого мнения о нем. Мирэй справедлив. Но даже если так. Я приму любое его решение. Да, он ГЛАВА, но он также и мой БРАТ, мой родной человек. Уверена, что он меня поймет.

– Ния, давай придумаем план, скажем, что это Я убил бойцов Сиана и…

– НЕТ! На этот раз Мирэй услышит только правду! Даже не думай влезать в разговор!

– Ния!

– Вар.

Пока мы ехали в столицу, мой взгляд бесконечно падал на левое запястье с последней татуировкой Хиро и я думала о том, как он отчаянно боролся за свою жизнь, также как я цеплялась за нее на обрыве. Поразительно и символично, что моя рука была разрезана как раз вдоль его последней татуировки.

Только вот Хиро некому было протянуть руку и не за кого зацепиться…

В моих глазах периодически темнело, а в виски словно огромные иголки впивались, мешая собрать мысли в одно целое.

Трое Богов, мой бедный, невинный Хиро, мой прекрасный темный ангел… Это несправедливо…

Его смерть несправедлива…

Весь наш мир несправедлив и жесток.

Глава 2

Ния.

Орус.

Простые эзарийцы, когда сталкивались с беззаконием, воровством или любым преступлением, шли в полицию, которая худо-бедно старалась все же исполнять свои обязательства перед народом Эзарии.

Но куда идти, если ты ИЛЕКТИ? Если нет возможности повлиять на другого илекти, который буквально ощущал свою безграничную власть над всеми, свое могущество и безнаказанность?! В моем случае надеяться я могла только на Мирэя, его справедливость и непредвзятость. Ну, может, немного и на братские узы. Всё-таки он всегда был по-родственному добр ко мне.

Пока мы ехали к дому главы клана, в моей голове происходил полный раздрай, все внутри разрывалось от произошедшего и я уже откровенно жалела, что жива, потому что легче было бы не чувствовать всей этой боли в сердце, которая никуда не уходила ни на минуту. Вар все еще пытался приводить какие-то аргументы, в пользу того, как нам выстроить разговор с Мирэем и уговаривал выдать именно его версию произошедшего у моего дома, но у меня был свой собственный план, которого я однозначно собиралась придерживаться, какими бы тяжёлыми для меня ни были последствия. Вар не должен был пострадать ни при каком раскладе. У меня просто не хватило бы уже сил выдержать ещё и это.

Я и не заметила, как мы приехали.

Удары моего сердца то замедлялись, то ускорялись так, что становилось тяжело дышать.

– Вар, тебе лучше уехать…

– Я пойду с тобой.

– Нет.

– Я. Иду. С тобой. – упрямо и громко повторил мой лучший друг и я сдалась.

– Хорошо, зайдешь со мной, но потом уедешь домой.

– Я не брошу тебя.

– Со мной все будет хорошо.

– Ния…

На споры с ним у меня просто не было сил. Придется действовать по обстоятельствам.

Я позвонила в дверь. Время было уже довольно позднее. Мы ждали около двух минут. Вариус все еще пытался мне что-то говорить шепотом. Я слышала, но не понимала ни одного слова, из-за того, что в моей голове, словно пленка в кинотеатре, прокручивалось все произошедшее.

Мирэй никогда не оставлял на ночь прислугу и бойцов в доме. А армины охраняли дом снаружи, обходя его по периметру. Двое подошли к нам и поклонились, прижав кулаки к груди. Слишком любопытный из них не удержался:

– В такой поздний час… что привело вас сюда, госпожа Райс?

– Не твое дело! Я приехала к своему брату. И буду приезжать в любое время дня и ночи!

Оба моментально извинились и скрылись с глаз. Огромная дверь перед нами наконец открылась и на пороге, в шелковом халате черного цвета, отделанного золотой оторочкой по краям рукавов и воротника, появился заспанный Мирэй. Я прекрасно помнила этот халат, потому что раньше часто видела его на брате, когда мы еще позволяли себе чаще видеться и обедать вместе у него дома. Сзади на всю спину на черном шелке расцветала золотом вышивка дракона.

– Здравствуй, Мирэй…

Вар поклонился:

– Господин Ван…

От сна на лице брата не осталось и следа, когда он разглядел мое заплаканное лицо и запекшуюся кровь на виске.

– НИЯ?! ЧТО, ТРОЕ ВЕЛИКИХ, ПРОИЗОШЛО С ТОБОЙ? – он осторожно обхватил мою руку и завел в дом.

Вар несмело зашел за нами. Я должна была отправить его домой:

– Вар, прошу, мне нужно поговорить с братом наедине. Поезжай домой…

– Ния…

Мирэй решил эту проблему достаточно строго и быстро, тоном не терпящим возражений.

– Ты можешь ехать, Вариус. Я позабочусь о сестре. Спасибо.

– Да, господин Ван. – Главе он уж точно не смог бы противостоять, даже если бы сильно пожелал.

Вар ещё раз окинул меня беспокойным взглядом и вышел за дверь. Не сказала бы, что мне стало легче после его ухода, но я хотя бы смогла сосредоточиться на своих мыслях.

Мирэй все ещё осматривал меня с головы до ног, взволнованно и ошарашенно переводя взгляд с моего лица на перебинтованные руки черными полосками ткани, из-под которых была видна запекшаяся кровь. А ещё: ссадины до локтей, порванные джинсы в грязи и промокшая насквозь одежда. Да уж…

– Не тяни, Ния… сестрёнка, – дрожащей рукой он убрал с лица прядь волос, которая окрасилась грязно-красным цветом от крови. – Что с тобой произошло?!

Удивительно, но он не кричал, а его голос выражал такое мягкое спокойствие, что мне стало даже теплее.

– Мирэй… здесь… не скажешь в двух словах…. Тебе придется услышать слишком много. И я … – Мне вдруг внезапно стало холодно, как только я представила сколько всего мне предстояло ему рассказать и от возможной реакции на все это. – Я не знаю, как ты к этому отнесешься…

По затылку, а следом по всему позвоночнику, пролетел волной лед и мои руки задрожали.

– Давай-ка я сначала позвоню Эмме и она приедет осмотреть тебя и твои раны, малышка. А потом решим все остальное. Только не говори, что это все – твои мотоциклы?!

– Нет, не мотоциклы… Все гораздо сложнее. И давай без Эммы. Я в порядке.

– Хорошо, тогда просто скажи, кто причастен к тому, что с тобой произошло? И пока ты будешь мне рассказывать подробности, он перестанет дышать.

Не знаю почему, но как раз на этот вопрос, я ответила резко, не сомневаясь ни секунды:

– Сиан.

Это слово неприятно горчило на языке, словно острый перец, имбирь и зелёные зерна кофе, причем смешанные все вместе. Этакое горькое месиво, отвратительное на вкус и цвет. Именно таким я представляла его имя, его пригадкую сущность и омерзительную душу.

– ЧТО?! ОН СНОВА УДАРИЛ ТЕБЯ?!

Отчасти и это было правдой, но не основной, поэтому я начала говорить, чтобы Мирэй не вытягивал из меня, точно клещами, каждое слово.

Мои слова будто были выкованы и закалены ненавистью, а голос совершенно не дрогнул. Я медленно, но уверенно, без запинок поведала Мирэю абсолютно все, с самого начала, издалека, с моего шестнадцатилетия, с маниакальных привычек и замашек Сиана, его бесконтрольной слежки, синяков на моих руках, попытках поцеловать меня в губы и до сегодняшнего дня. Я призналась еще и в том, что влюбилась и наконец почувствовала себя живой, в том, что этот парень из Дэлун, не называя лишь его имени. Призналась и в том, что именно я организовала его побег из наших катакомб тогда, опустив только одну единственную деталь – участие Вариуса в побеге Юна. Я сказала, что была одна, на что Мирэй прищурил один глаз и расколол меня тут же:

– И ты серьёзно думаешь, что я поверю в то, что ты действовала одна, Ния?!

Я опустила глаза. Нет, я так не думала. Мирэй был слишком умён и проницателен. Но спустя столько времени, я все ещё боялась, что он накажет Вара. Поэтому просто решила молчать, ожидая того, что он скажет.

– Это в прошлом. И уже не так важно. Можешь не отвечать. И если ты думаешь, что я теперь накажу Вариуса по всей строгости, то ошибаешься. Я ценю его преданность тебе. Но в следущий раз, прошу прийти сначала ко мне. Поверь, я всегда буду на твоей стороне и попытаюсь понять и решить все твои проблемы. Мы СЕМЬЯ и это все, что у меня осталось. Мне бы очень хотелось, чтобы ты мне доверяла также как Крэю. И надеюсь, когда-нибудь так и будет. Признаться честно, все что ты мне рассказала, повергло меня в шок. Я и не думал, что Сиан настолько тронулся рассудком…

– Мирэй…

Он слегка обнял меня за плечи, видимо опасаясь сделать больно.

– Пора решить эту проблему кардинально, сестрёнка…

– Это ещё не всё… Если бы не сегодняшний день, я бы возможно никогда не пришла к тебе с этой правдой, но я так больше не могу… Его жестокость перешла все границы…

Меня трясло невероятно, а глаза жгло от холода, Мирэй прижал меня к себе и поцеловал лоб и висок, несмотря на кровь, которая, кажется была везде.

– Слушаю, Ния… Можешь довериться мне… Но и без этого я уже принял решение. Что бы ты мне сейчас не сказала, оно не изменится.

Мне стало немного легче от того, что Мирэй понимал меня. Он не истерил, не швырял все вокруг, а спокойно слушал. Я не ожидала именно такой его реакции, но в этот момент мне и правда казалось, что я могла доверить ему все что угодно и он не осудит, не предаст и поймет меня. Сейчас, в эту минуту я наконец могла полноценно назвать его родным человеком.

Медленно и подробно я пересказала весь сегодняшний день с самого утра. Не сдержалась и мои глаза заслезились, когда рассказала про Хиро. И в этот момент наконец столкнулась с нотками гнева в голосе брата. Он выпустил меня из рук, вышел за порог и подозвал к себе арминов:

– Мне нужно сорок лучших моих мичиди, сейчас же. Сообщите мне, как только они будут здесь. Пусть останутся во дворе и рассредоточатся по всему периметру.

Я подошла ближе к входной двери и сделав шаг за порог, дернулась от резкого крика Мирэя:

– Ты тоже можешь вернуться и присоединиться, раз никуда не уехал. Я оценил твою преданность, Крэй!

Вар.

– Ну почему он был таким упертым засранцем?

– Да господин, Ван. – Вар слегка улыбнулся мне.

Мирэй обратился ко мне и снова осторожно и бережно обхватил мои плечи:

– Если хочешь, можешь подняться пока наверх. Тебе не обязательно присутствовать при том, что будет здесь происходить.

– Что бы здесь не произошло, я никуда не уйду. – Строго отчеканила я.

– Тогда тебе стоит узнать о моем решении заранее и, возможно, слегка мне подыграть.

– С удовольствием.

– Идите пока в дом, я сейчас вернусь и все подробно расскажу. Прежде проинструктирую бойцов.

Мы с Варом, прожигая взглядом друг друга, вошли в дом. Я первая не выдержала и полушепотом наехала на него, пихая в бок локтем:

– Ты же вроде должен был домой уехать, упрямый ты баран!

– Так тут вроде интересное шоу намечается, разве я могу такое пропустить?!

– Я пока понятия не имею, что тут намечается! Зато знаю точно, что тебя тут быть не должно!

– Куда ты, туда и я, малышка-Ни…

Он ждал продолжения, глядя мне в глаза, а я понимала, что эта наша клятва сейчас как никогда была в действии. Но вот только подвергать его опасности мне совсем не хотелось и мое молчание слишком затянулось. Вар взял меня за руку:

– Ния?!

– Вар…

– Можешь не продолжать, просто знай, что я всегда буду рядом, упирайся сколько хочешь, но… Иди сюда…

Я всхлипнула, но сдержалась и не развела сырость в очередной раз за сегодня. Я и так в полной мере ощущала себя слишком слабой. Но мое сердце грела мысль о том, что все же я не одинока. Что есть люди, готовые бороться вместе со мной, рядом со мной и даже на расстоянии.

Я подумала о том, что, перегнула палку с жестокими словами, сказанными Юну, он не заслуживал такого, тем более от меня. Все, чего он хотел – защитить меня, а я буквально плюнула ему в лицо. Но, может, хоть так удастся уберечь его и держаться подальше.

Вар стиснул меня в своих руках так сильно, что я еле дышала, но как только Мирэй вошёл в дом, мы сделали шаг назад друг от друга.

– Как я понимаю, ты хотела бы присутствовать, Ния?!

– Если ты позволишь.

– Тогда давай так: ты спрячешься за спинами бойцов вместе с Вариусом до определенного момента. Я хочу сначала услышать версию Сиана и понять, насколько он умеет признавать свои ошибки и вину. В нужный момент, я позову вас.

Мне было безумно холодно и трясло от одной только мысли, что сегодня я снова увижу наглую морду этого мудака. Мирэй взял меня за руку:

– Все будет хорошо, обещаю тебе. Он больше не тронет тебя.

– Спасибо, Мирэй.

– Я переоденусь и спущусь, ждите здесь. Вариус, поищи в шкафу плед, укутай ее.

– Да, господин Ван.

Если честно, когда я ехала сюда с Варом из Фиросса с мыслями о том, чтоб признаться во всем брату, никак не думала что найду в нем полное доверие, утешение и понимание. Думала о чем угодно, даже о наказании, но никак не об этом. Мы уже давно не разговаривали по душам как раньше, не делились тем, как прошел наш день, не обедали вместе и не ужинали, он пропадал в резиденции, а я – на базе. Мы так редко пересекались… Но сегодня я поняла, что Мирэй остался таким же, только стал слишком серьезным и редко позволял себе улыбку.

Вар нашел плед и накинул мне его на плечи, я сжала уголки уютной мягкой ткани в кулаках и обхватила себя руками. Мирэй спустился вниз, надев идеально выглаженную белую рубашку и темно-серые классические брюки с кожаным ремнем, по пути застегивая пуговицы на манжетах.

– Готовы?

Я быстро закивала головой, проглотив слова.

– Идём.

Как и настоял брат, мы с Варом встали позади арминов и мичиди, которые выстроились по стойке смирно в плотных два ряда по периметру прямо перед входом в дом на площадке, вымощенной камнем. Мне не составило бы труда скрыться за любым армином, а вот Вару пришлось встать за спиной самого высокого из них и слегка пригнуться, чтоб его не было видно. Он обнимал меня одной рукой за плечи и слегка растирал их ладонью.

– Все будет хорошо, малышка-Ни.

Я снова кивнула.

Ничего уже не будет хорошо. Никто из нас, даже обладая самой высокой властью и положением, не способен был вернуть к жизни человека, которого зверски убили.

Спустя минут пять мы услышали визг тормозов и в ворота вальяжной походкой ввалился Сиан. Мое сердце до боли сжалось. Мне хотелось выхватить пистолет у любого из бойцов и пристрелить долбаного мудака.

Мирэй стоял прямо по центру, между двумя рядами бойцов.

– Брат! У нас сходка?! Что за срочность?! Меня девчонки ждут и вкуснейший изумительный бренди!

– Подождут. – Мирэй был сосредоточен и спокоен внешне, но в то же время каждая мышца на его лице отражала его внутреннее напряжение.

Он сделал короткий взмах рукой и двое арминов встали на пути Сиана, а ещё двое позади, не позволяя сделать ни одного шага дальше, как и обратно.

– Ты хотел поговорить. Вот, я здесь. Давай поскорее покончим с этим. Я жду.

Каждое его надменное слово вылетало, словно яд изо рта.

– У тебя королевская болезнь? Или ты действительно полагаешь, что все всегда будет вертеться вокруг тебя?

– Так, судя по твоему настрою – ты зол?! Если ты про наркоту и мои скромные дополнительные точки – можешь не беспокоиться, я постепенно все закрою.

– Тысячу лет мне не всралась твоя наркота, Сиан, вместе с твоими шлюхами! Есть еще предположения?!

– Больше, по всей видимости, нет. Да в чем дело, Мирэй?

– Хотел узнать у тебя, как там наша сестра?! Она сегодня не появилась в резиденции, хотя, вроде, должна была. Я волнуюсь.

У Мирэя достаточно неплохо получалось скрыть эмоции и разыграть эту сцену.

– Да как обычно, пропадает на своей долбаной базе с такими же чокнутыми придурками и мотоциклами…

– То есть наша сестра – чокнутая?

– Нет, я не это хотел сказать… Ну, ты меня понял… Все с ней хорошо.

– Хреново у тебя врать получается, братец. Не попадаешь совсем!

И тут мерзавец вскинул руку в воздух и щёлкнул пальцами, будто наконец догадался о чем-то.

– О, все ясно. Наша Ния позвонила и пожаловалась братишке, что ее обидели и забрали любимую игрушку?!

Мирэй в несколько резких шагов подошёл к этому говнюку и наотмашь ударил его со всей силы по лицу. Удар был настолько неожиданным и мощным, что Сиан не удержался на ногах и упал прямо на задницу.

– Мирэй! За что?! Какого хрена?

– За то, что я устал терпеть твои выходки, мой дорогой брат!

– Она явно там все слишком преувеличила! Все совсем не так…

– Правда?! Ты, наверное, не убил Хиро Кингсли ночью?! Причем в жестокой изощренной форме. Не бил Нию по лицу, не пытался поцеловать свою СЕСТРУ?! Со своими дебильными маниакальными замашками и претензией на ее руку и сердце?! Ты совсем БОЛЬНОЙ, Сиан?!

– Послушай…

– В какой момент жизни ты решил, что можешь применять свои больные фантазии по отношению к ней?!

– А ты все ещё не заметил, что у нас с ней разные фамилии?! Фактически, она нам НИКТО!

– Ты сейчас стремишься к этому статусу в нашей семье гораздо быстрее!

– Так. Ладно, Мирэй. Давай притормозим! Ну хочешь, я поеду к ней и извинюсь?!

Этот ублюдок и правда считал, что было бы достаточно бросить мне в лицо свои сраные извинения?!

– Твои извинения ни хрена не стоят! Но ехать тебе не придется далеко. Ния… – он обернулся, будто искал глазами, за каким именно бойцом я пряталась.

Что ж. Видимо настал МОЙ выход. Бойцы расступились передо мной, я гордо скинула плед со своих плеч и вручила ближайшему ко мне мичиди, подошла к Мирэю и встала справа от него. Вар встал рядом со мной.

Сиан скривился, продолжая поглаживать щеку, на которой остался четкий красный след от удара. Во мне скопилось столько злости, что места для страха не осталось. Я посмотрела ему прямо в глаза, но не нашла там ничего кроме яда, который разъедал все, к чему прикасался этот человек. Избегая моего прямого взгляда, он обратился напрямую к Вару:

– Что с ней, мать твою, произошло!? Почему ее лицо и волосы в крови!? Ты должен был следить за ней!

Мирэй поднял руку и не позволил Вару ответить на этот вопрос:

– СЛЕДИТЬ за ней?! А с чего ты вообще приставил МОЕГО СИНГИ СЛЕДИТЬ ЗА МОЕЙ СЕСТРОЙ?!

– Она и моя…

– О! Ты все-таки помнишь о том, что она и твоя СЕСТРА тоже?! Так какого ХРЕНА ТЫ ВЫТВОРЯЕШЬ, СИАН?!

– Ничего такого не произошло. Я просто защищал ее!

– Защищал? От кого?! Ее же от ТЕБЯ надо было защищать все это время!

– Брат…

– Я предупреждал тебя о том, чтоб ты ее не трогал?

– Ты все не так понял.

– Правда?! А мне кажется здесь предельно ясно все. Ты пренебрегаешь моим доверием, за моей спиной казнишь людей направо и налево. Ты – моя семья. Я все готов был тебе простить…

– Мирэй…

– Я НЕ ДОГОВОРИЛ ЕЩЕ! Так вот, я БЫЛ готов простить тебе все, но то что ты вытворял по отношению к Ние – это уже слишком! Ты перешёл все мыслимые и немыслимые границы, дорогой брат.

– Она же… Она даже не родная нам! – повторил в очередной раз ублюдок. – Как ты можешь вставать на ее сторону!?

– Для меня, она не менее родная, чем ты! А, может, даже в большей степени. Поражаюсь просто с того, как ты умудряешься просрать свою жизнь! Сегодня узнал много нового и больше ты не будешь отравлять ей жизнь. Я лично этого не допущу!

– Ты должен позволить мне наказать ее за то, что она оклеветала меня! Разве ты не видишь, что она лжет тебе?! Специально. Чтобы нас рассорить!

Вот же мерзкий мудозвон.

Мне хотелось зубами вцепиться в его горло, чтобы не смог больше бросаться лживыми словами. Но я терпеливо слушала и ждала ответа брата.

– Единственный, кто будет здесь наказан, это ты. И то наказание, которое я приготовил для тебя – слишком мягкое. Это все, что тебе нужно знать. Надеюсь, ты хорошенько подумаешь о своих ошибках и пересмотришь свое отношение к Ние! Если нет – останешься там навсегда.

– Мирэй…

– УВЕДИТЕ ЕГО НАХРЕН! – глава так громко отдал приказ, что его наверняка было слышно за пределами этого двора.

– МИРЭЙ! ОСТАНОВИ ЭТО БЕЗУМИЕ! Я НИКУДА НЕ ПОЙДУ! – двое мичиди схватили его руки и заломили за спину, ещё двое подстраховали сзади. – ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!

– Безумие – это как раз то, что творил ты. Причем каждый день! Поэтому, думаю, тебе будет вполне комфортно рядом с такими же безумцами, как ты!

– Брат!?

– Уберите его уже отсюда!

Сиана запихнули в черный бронированный минивэн, который бойцы подогнали заранее. Он все ещё пытался выкрикивать что-то несвязное. А потом дверь захлопнулась и он заглох наконец.

Я выдохнула.

Боги, неужели я не слышу его отвратительный голос и высокомерный тон.

Мирэй скомандовал бойцам:

– Шестеро – на периметр вокруг дома, остальным – до завтра. Вариус, ты тоже можешь ехать домой. Ния сегодня останется со мной.

– Господин, Ван… Я…

– Не наглей. Все с ней будет хорошо, завтра увидитесь. Она – со МНОЙ.

– Спасибо, господин Ван. За все. И за Нию, в особенности.

– Отдыхай. Сегодня у всех был тяжёлый день. Точнее ночь.

Вар поклонился, а я не выдержала, подбежала и обняла его. Мне сейчас было плевать на правила и субординацию.

– Куда ты, туда и я малышка-Ни.. – он прошептал мне в ухо и на этот раз я не удержалась и со слезами на глазах, глядя прямо на него все же ответила:

– И так будет всегда… – я наконец обхватила, как всегда делала, сколько себя помню, его большой палец своим и мне стало спокойнее.

Этот особый комфорт и уют всегда сладкой карамелькой исходил от него и мне становилось намного легче.

– Отдохни и постарайся уснуть. – Он поцеловал меня в макушку и тут же быстро удалился к воротам.

Как только мы вошли в дом, Мирэй позвал меня на кухню, налил себе и мне по бокалу виски со льдом и протянул руку с золотистым напитком:

– Похоже, нам это обоим нужно… Та ещё ночка, сестрёнка.

– Да уж…

Я залпом осушила содержимое бокала. Мирэй потянулся к моим запястьям:

– А теперь давай займемся все же твоими ранами. Хотя это нужно было сделать в первую очередь.

– Я могу сама… Мне бы помыться и…

– О, прости. Конечно. Давай так: ты пока иди в ванную, а я пошлю кого-нибудь к тебе домой за вещами… Или… Ох, нет, это не очень удобно. В магазин тогда? Да? Или… Эмма?! Позвоню ей и попрошу привезти, да?! – я улыбнулась.

В его голове всегда выстраивалось сразу много идей, стратегий и планов, пока он не находил и не выбирал из них один, но идеальный.

– Да, так было бы неплохо. Но я очень прошу тебя не говорить ей пока ничего о произошедшем.

– Конечно. Иди, Ния. Я все решу.

Вар.

Орус.

Я снова сел за руль Харлея Нии и помчался прямиком к ней домой. По пути набрал Чену:

– Ты уже в курсе?!

– Вкратце, но весь клан на ушах. Я не смог тебе дозвониться и Ние тоже. Что там произошло?!

– Давай не по телефону. Подъезжай к дому Нии, как раз поможешь.

– Через десять минут буду на месте.

Мне так хотелось остаться сегодня рядом с малышкой-Ни и поддержать ее, но может, так было даже лучше. По правде говоря, Мирэй меня приятно поразил сегодня. А смелость Нии… Она всегда была слишком отважной и самоотверженной девчонкой. Открыто смотрела в лицо опасности и упорно преодолевала любые трудности. Надеюсь, это психованное чудовище никогда не выйдет из психбольницы и сгниет в ней. А мы все наконец вздохнем спокойно. Относительно.

Когда я подъехал уже к воротам дома Нии, мне позвонил Амир. Черт, я не перезвонил ему, чтоб сообщить, что все в порядке:

– Вар?! Где ты?!

– Извини, я совсем забыл позвонить тебе. Просто тут… Небольшой форс-мажор был.

– Я у твоего дома.

– Ого… Вот это неожиданный поворот. Я просто… Дома у Нии. Мне нужно здесь прибраться…

– Без проблем. Я приеду. Помогу. Кидай локацию.

Я понятия не имел, как Чен отреагирует на него, но и упираться сильно не стал. В принципе, Амир был в курсе почти всей ситуации. А Ширу сталкивался не раз с ним на гонках.

– Хорошо. Я тебя встречу.

Как ни странно, Амир подъехал быстрее. Я дождался его у ворот.

– Привет, спасибо, что вызвался помочь. Лишние руки не помешают.

– Да пока не за что. В двух словах, что тут произошло?

Я раздражённо вскинул руки и на эмоциях выдал:

– В двух словах?! Это практически невозможно. Поэтому все по ходу работы. Нам предстоит убрать все последствия, чтоб вернувшись сюда, она не обнаружила ни одного пятнышка крови. К слову, ПЯТНЫШКАМИ забрызгана почти вся площадка перед домом…

🎵 Sometimes – Grey Daze

Амир закатал рукава своей серой толстовки с принтом спидометра на всю грудь.

– Обозначай фронт работы, Вар.

– Здесь, возможно, не на один час…

Такое ощущение, что я его пытался отговорить от помощи, а не наоборот.

– Я никуда не тороплюсь. И хотел спросить, КАК ОНА? Это должен был быть мой первый вопрос вообще-то.

Мне льстило его переживание за Нию, даже если он спросил просто так, из вежливости, для меня это было важно.

– Она осталась у главы. Все сложно и долго, говорю же.

– Ну, тогда слушаю.

Мы уже собирались войти во двор, как, визжа покрышками, подкатил Чен. Амир немного напрягся.

– О, извини. Забыл предупредить, перед тем как ты позвонил, мы договорились встретиться с Ченом здесь. Надеюсь, ты не против?!

– Нет.

Ну по крайней мере, мы управимся в три раза быстрее с этим всем дерьмом.

Ширу вышел из машины и окинул нас с Амиром слегка удивленным взглядом. Чтоб у него тоже не возникало лишних вопросов, я тут же выдал, пожимая его руку:

– Надеюсь, ты не против, я пригласил Амира нам помочь, чтоб закончить здесь уже быстрее. Иначе этот день меня просто добьет.

– Привет. Нет, не против. Но ты мне обещал кое-что рассказать.

– Да, идём, все в процессе. Дел много.

Чен покосился на Амира, а затем медленно перевел взгляд на меня выгибая темную бровь. В свете уличных ночных фонарей, его выражение лица казалось даже зловещим. Я поспешил сразу разъяснить:

– Слушай, Амир в курсе всего происходящего. И ему можно доверять. Он помог в поисках Нии.

– Оу. Ясно.

Мы наконец принялись за дело. От трупов бойцы избавились ещё вечером, пока мы были с малышкой-Ни у Мирэя. Но эти напоминания в виде кровавых луж я не мог ей оставить. Если она завтра вернётся домой и обнаружит их, ничего хорошего не случится с ее сознанием. Я и сейчас боялся представить, что там с ней происходило. Но главное, она была не одна.

Мы принялись смывать кровь и очищать все следы. Заляпано было все, по пути от дверей ее дома, до гаража и немного внутри. Как-то само так вышло, что мы разделились и Амир начал с гаража, а мы с Ченом от двери, постепенно приближаясь друг к другу.

В процессе отмывания крови от плитки и декоративных бордюров перед входом, я поведал Ширу все по порядку с самого утра. Эмоции на его лице менялись с невероятной скоростью от самых грустных и озадаченных до разгневанных и ошеломленных. Он, как и я, был поражен смелости Нии и благородству Мирэя по отношению к ней. Его решение отправить Сиана в клинику было вполне справедливым и оправданным, после всего произошедшего. А для бойцов клана он тем самым показал, что от его правосудия и гнева не уйдет даже собственный родной брат. Думаю, это только прибавит ему авторитета.

– Как она, Вар?!

– Если честно – погано. Она слишком много перенесла за эти сутки. И я понятия не имею, чем ей ещё можно сейчас помочь.

– Ей нужно время. Сомневаюсь, что кто-то из нас сможет сейчас чем-то помочь. Мы можем только быть рядом и поддержать. Она понемногу справится со всем этим, я уверен. Ния сильнее многих из нас.

– Она заслуживает спокойной жизни, Чен.

– Но каждому из нас такая жизнь только снится. Особенно ей, как это не парадоксально звучит для илекти.

– Я просто хочу видеть ее счастливой…

– Вар. Не загоняйся хотя бы сейчас. Эти рассуждения только сильнее заведут тебя в тупик. Мы сделаем все, что в наших силах. А пока три давай резче! И кстати, вопрос один к тебе…

– Да?!

– Ты действительно настолько доверяешь этому парню?! – он кивнул в сторону Амира.

– Да. Как себе.

– Ладно. Не лезу.

Понятия не имел, что он хотел сказать этим. Спустя около часа Чен снова обратился ко мне:

– Кэсидо, значит?

– Представь себе…

– Знаешь, я почему-то не удивлен что наша Ния выбрала себе самого плохого парня в Эзарии, с самой жуткой репутацией.

Я рассмеялся в голос:

– Не поверишь, я целые сутки думал именно об этом. Главное, чтоб он ей не навредил. А там она пусть хоть с Дьяволом встречается.

– Согласен. Но присматривать за ней нужно лучше. Она и так настрадалась из-за Сиана.

– Однозначно.

Мы наконец встретились на середине. Осталось смыть с плитки и травы остатки крови минимойкой высокого давления. И вроде все.

На часах уже было заполночь.

Чена я наконец выпроводил домой. Мне по сути нужно было только загнать Харлей Нии в гараж. И отметив для себя, что было очень даже кстати, что мне не придется идти домой пешком, взглянул на Амира.

– Спасибо тебе. Ты не обязан был…

Я хлопнул его по плечу.

– То что я делал, не имело никакого отношения к обязанностям, Вар. Домой?

Домой.

Почему мне стало так тепло от того, как он произнес это слово? Ведь единственное, чего и правда хотелось – оказаться дома и просто забыться.

– Ага.

Спустя несколько минут мы были уже у меня. Зайдя в дом, я прямиком направился на кухню, налил себе вискаря и выпил залпом.

– Извини, я просто по-другому не вывезу уже этот день. Точнее ночь. Точнее… Ну ты понял.

– Мгм. Эй, с ней все будет хорошо, я уверен.

– Как думаешь, у них с Кэсидо это серьезно?

Он не долго думал, прежде чем дать мне свой ответ:

– Кэсидо – та ещё заноза в заднице. Ты, как я понимаю, уже и сам знаешь, кем он является. Но помимо этого он человек своего слова. Бескомпромиссный. Безжалостный. Но далеко не безответственный. Своего не упустит и никогда не отдаст.

– Думаешь, он не играет с ней?

– Не думаю. Раньше он не был замечен вообще ни с одной девушкой. Точнее Юн в основном развлекался с ними на одну ночь. А с Нией они уже столько времени вместе… Полагаю, это что-то да значит. И кстати…

– Что?

– Твою тачку тогда я угнал вместе с ним. Точнее, попросил его мне помочь и он сдержал слово, хотя я скрыл от него изначально почти все подробности. Он понятия не имел, что я приведу его, после нашей диверсии, прямиком в Орус в тыл к врагу. Но когда узнал, не развернулся и не уехал. Не бросил меня. Хотя имел на это полное право.

– Ого, даже так…

– Мгм. Так что он умеет держать свое слово. И если убрать его эгоистичность, жестокость, заносчивость, вспыльчивость и кровожадность – он был бы вполне нормальным парнем.

– Кем бы он там ни был, я убью его, если он разобьёт ей сердце.

– А ты все же беспощадный.

– Амир, я вырос вместе с ней, она мне заменила семью. И все, что у меня есть – это она…

Он только кивнул головой в ответ и, коротко попрощавшись, уехал. А я рухнул на диван прямо в одежде и провалился в сон.

Ния.

Орус.

Зайдя в ванную, я открутила кран и стала набирать теплую воду. Наконец-то осталась одна. Наедине со своими мыслями. Погрузившись в спасительную воду, поддалась своей слабости, эмоциям и чувствам. Обхватив себя за колени руками, я выплакала все, что мне было необходимо, все что накопилось внутри. Только сейчас смогла себе позволить плакать столько, сколько того требовала моя рваная душа и поврежденное сердце.

🎵 Smells Like Teen Spirit – Malia J (Slowed Reverb)

Я хотела одного – забыться и ничего не чувствовать. Совсем ничего. Просто не думать. Но у меня хреново выходило. Память снова и снова подбрасывала мне страшные картинки прошедших суток, а я как-то должна была найти силы с ними справляться. Мне были необходимы хотя бы несколько сраных минут покоя в голове, чтоб не свихнуться окончательно.

Глубокая, всепоглощающая, пульсирующая боль, разрывалась внутри и впивалась в каждую венку, жилку, орган, плоть, ткань и клеточку моего организма, точно стекло, разбитое на миллионы осколков, и каждый из них уже было не вытянуть из меня. Боль, которая ворвалась в мою жизнь, словно самый разрушительный торнадо, не хотела покидать меня и дергала снова и снова за каждую открытую рану на сердце.

Я не справлялась с этим чувством вины, которое только разрасталось сильнее, прогрессируя с невероятной скоростью внутри меня.

Только на мне лежала ответственность за все произошедшее. Горький вкус ошибки, совершенной когда-то ради своих желаний, неприятно растекался на языке. Все это буквально пожирало меня изнутри, уничтожая все на своем пути, выжигая словно напалмом, оставляя лишь небольшие, все ещё теплящиеся угольки счастливых минут, проведенных с Юном.

Казалось, что осталась лишь звенящая пустота, сковавшая мой разум и сознание, черная дыра, которой не было конца и края. Хотелось кричать, но я молчала, у меня просто не хватало уже сил набрать побольше воздуха в легкие и сделать это.

Согревала лишь мысль о том, что Юн был жив, что он в порядке, что он не исчез навсегда из моей жизни, как Хиро. Единственное, за что я ухватилась с надеждой, которая не дала мне сойти с ума окончательно от всего произошедшего – ЮН.

Но боль потери перекрывала напрочь все остальные эмоции.

Хиро.

Я так остро ощущала эту утрату и скорбь, что не могла отвлечься ни на минуту от мыслей о нем.

А когда наконец выплакала все что могла, поняла что слышу самый неприятный звук в своей жизни уже несколько минут.

Звук абсолютной ТИШИНЫ.

Сколько себя помнила, меня всегда сопровождала музыка, даже перед сном, я часто засыпала под аккомпанемент любимых треков. Или же слышала звук ревущего движка, шум дорог, смех и гомон парней на мотобазе, бесконечные шутки Вариуса или Дияра у меня над ухом, низкий полушепот Юна прямо в мои губы…. Все эти звуки говорили о том, что я жива, что я могла чувствовать и получать эмоции.

А сейчас – НИЧЕГО.

ПУСТОТА.

ТИШИНА.

БОЛЬ.

Вот мое единственное музыкальное сопровождение. И оно безжалостно добивало все светлое, что оставалось внутри меня. А может, наоборот, то темное, что мне было необходимо и я впустила это в себя только благодаря Юну.

Собравшись с силами, я наконец отмыла руки и висок от засохшей крови, обмоталась белым полотенцем и вышла из ванной.

Бумажный пакет с моими вещами уже висел на ручке двери. Сняв его, я зашла обратно в ванную и оделась. Эм видимо уже приезжала за это время. Вряд ли она осмелилась бы задавать много вопросов Мирэю. А мне совершенно точно не хотелось отвечать ни на один из них. Эмма привезла мне несколько простых маек на тонких лямках, нижнее белье и пару спортивных штанов. За что я была особенно благодарна. Я тихонько спустилась в гостиную и обнаружила Мирэя, сидящего на диване, с бокалом виски в руке.

– Ния, как ты? – в одну секунду он подскочил ко мне и легонько обхватил мою ладонь, потянув за собой к дивану.

– В порядке. – обманывать ни его ни себя не хотелось, поэтому я поправила ответ, – то есть… Мне немного полегче. Спасибо.

– Прости, это был глупый вопрос… В следующий раз просто врежь мне посильнее, ладно?! Но я не мог не спросить. Я просто…

– Беспокоишься. Знаю. Поэтому. Мне нужно время. Чёртово время. Я буду в порядке.

– Хорошо, милая.

Я обратила внимание, что на столике перед диваном уже лежали бинты и перекись.

– А теперь садись, я обработаю твои раны.

– Это не обязательно, они уже не кровоточат.

– И все же, я вынужден настоять.

Я кивнула и слегка улыбнулась, не сумев отказать ему в этом. Мы так редко вообще разговаривали за эти два года, что мне казалось, за эти сутки между нами произошло больше диалогов, чем за все это время.

После того как с моими запястьями и раной у виска было покончено, брат укутал меня пледом и присел рядышком со мной, поглаживая через теплую ткань мое плечо.

– Заварю тебе горячего травяного чая, чтоб ты немного согрелась.

– Мирэй… это тоже… не обязательно…

– Мне приятно о тебе заботиться. Позволь хоть немного наверстать упущенное. И не только сегодня. Клянусь, я постараюсь снова стать ближе и вернуть твое доверие, сестрёнка.

– Я всегда тебе доверяла. Ты совсем не такой как…

Даже имя чертова ублюдка у меня вставало комом поперек горла и к нему подкатывала желчь. Я не стала его произносить.

– Он просто запутался. Возможно, смерть отца так сильно повлияла на его разум. Но сейчас, не думай ни о чем, постарайся выбросить все мысли, выпить чая и немного поспать.

Мирэй принес на столик чайник и чашки. Я еле сделала несколько глотков, мне ничего не хотелось ни есть, ни пить. Он сел рядом со мной, я устало уронила голову ему на плечо, машинально потянувшись к его теплу. И не с того ни с сего вдруг решила задать ему вопрос:

– Мирэй, ты когда-нибудь любил?

– Ох. Ния… Неожиданный вопрос для сегодняшней сумасшедшей ночи. Скорее нет, чем да. У меня просто не остаётся на это времени. Ни одна девушка не выдержит такого. Я просто не смогу уделять ей должного внимания… Рядом со мной вряд ли кому-то будет комфортно, а подавать надежды, которые не смогу оправдать, я не хочу. К чему ты задала этот вопрос?

– Я просто… Хотела спросить, всегда ли это приносит такую невыносимую боль? И почему когда любишь, нужно отказываться от человека?

Мне казалось, что даже Вариусу я не смогла бы задать столь откровенный вопрос.

– Ния, ты не обязана ни от кого отказываться.

– Но он же… Я ведь рассказала тебе. Он из другого клана, а это запрещено…

– Ты – ИЛЕКТИ. Ты сама по сути своей – ЗАКОН. Всегда помни об этом. Если кто-то и способен изменить хоть что-то в нашей системе, то это именно ты. Твое сердце слишком огромное, а разум мыслит иначе, шире. Твои горизонты выходят далеко за пределы Эзарии.

Я удивлённо вскинула брови и повернулась так, чтобы увидеть его лицо. Он ведь вполне серьезно сейчас говорил?

– И ты думал когда-нибудь о том, что нашу систему возможно сломать и переделать?

– Много раз. Но это не так просто. И поверь, мне тоже не приносит удовольствия все происходящее. Я не могу быть настолько же жестоким и твердым в решениях, каким был мой отец и, возможно, это когда-нибудь выйдет мне боком. Но у нас нет другого выхода. Если мы покажем свою слабость, нас просто напросто уничтожат. Поэтому та маска главы, что ты видишь в резиденции, могла отпугнуть тебя… Но я буду носить ее и дальше, лишь бы уберечь и защитить тебя и наше наследие.

– Нет, ты никогда и ничем не пугал меня. Я всегда знала, что ты ни капли не изменился. Может, только внешне, но не внутри.

– Приятно слышать, сестрёнка… Я боялся потерять навсегда твое доверие.

– Ты не потеряешь его. Только не ты. Мой мир рухнет окончательно, если я больше не смогу доверять тебе…

– Все будет хорошо. Клянусь, я буду рядом. Вместе мы со всем справимся.

Я не удержалась и пока сон не одолел меня, решила задать все свои вопросы:

– Как думаешь, что могло бы повлиять и изменить все это?! Кланы, бесконечную вендетту между нами, убийства… Войну, если быть до конца откровенной и называть все своими именами.

– Даже не знаю. Но, однозначно, нечто значительное. То, что в корне перевернуло бы и подвергло сомнениям все, что мы до этого момента считали идеальной системой.

Я начала засыпать, но не потому что хотела, а потому что мой организм просто уже не мог иначе и все же задала ещё один вопрос брату:

– Скажи, как мне быть, Мирэй?

– Ты о парне из Дэлун?

– Да.

– Если хочешь быть с ним, то не отказывайся от своего счастья. Просто будь осторожна. Встречайтесь в безлюдных местах нейтральных ареалов. И конечно же я буду против твоего появления в Фироссе. Это слишком опасно. Как и ему появляться в Орусе. Ты ведь понимаешь, что я не могу дать тебе зелёный свет напрямую?

– Да. Но… После всего, что я ему наговорила… он и видеть меня не захочет.

Мирэй удивлённо вскинул брови и поправил выбившуюся прядь волос мне за ухо.

– Ния, ты ему жизнь спасла по сути. Сомневаюсь, что из-за слов, сказанных сгоряча он решит, что на этом все закончилось.

– В любом случае, мне нужно собраться с мыслями. В моей голове полный хаос.

– Понимаю. А поэтому постарайся уснуть. Завтра станет немного легче, вот увидишь…

– Спасибо… за все…

– Спи… – он поцеловал меня в макушку, а я удобнее устроилась на его плече и уснула спустя несколько минут.

*******************

Холодный, окрашенный в серо-унылые цвета рассвет. Нет, я всегда любила пасмурную и дождливую погоду, но сейчас радоваться ей у меня просто не выходило.

Я проснулась в спальне Мирэя на его кровати. Должно быть, он перенес меня сюда, после того как я уснула внизу на диване. Понятия не имела, сколько проспала, но электронные часы на тумбочке показывали что утро давно наступило.

Я сходила в ванную, умылась, почистила зубы. Мирэй успел даже такие мельчайшие детали продумать, оставив новую запакованную щётку для меня возле раковины. Отметив в очередной раз его предусмотрительность, я взглянула в зеркало. Рана на виске выглядела уже не так страшно, а бинты с запястий я и вовсе сняла, там остались лишь небольшие борозды царапин.

Спустившись вниз, я обнаружила Мирэя на кухне, он варил ароматный кофе и готовил блинчики.

Трое Богов. Даже Мирэй умел готовить чёртовы блинчики. Я закусила губу и бесшумно подошла к нему сбоку, но он заметил:

– Доброе утро, Ния! Садись, будем завтракать. – Он развернулся ко мне, наклонился и поцеловал в висок.

– Ты не поехал в резиденцию?!

– Думаю, они не умрут без меня сегодня. Оставил Крэя и Ширу за главных, завтра дам им отдохнуть. А сегодня мы с тобой попробуем слегка наверстать упущенное. Согласна?

– По крайней мере… Мы могли бы попробовать.

Я даже улыбнулась, несмотря на свое отвратительно-разбитое состояние. Хоть что-то приятное на фоне всего произошедшего. Возможно, я слишком сильно заблуждалась в отношении брата и мы все ещё могли вернуть теплые отношения, которые у нас были когда-то.

– Тогда садись кушать, а потом выберешь из огромного списка то, чем мы займемся сегодня.

– Ох… ладно.

Не стала его расстраивать и говорить о том, что мне вообще ничего не хотелось. Он впервые сделал шаг к нашему сближению и я наконец поняла, что тот Мирэй, которого знала значительную часть своей жизни – никуда не делся, просто он был настолько загружен делами клана, что на остальное времени совсем не оставалось.

Он и в самом деле подготовил целый список дел, которые по идее, должны были меня отвлечь и я не стала сопротивляться и выдавать ему всю свою грусть и отчаяние на блюдечке. Послушно подыгрывала и соглашалась на все авантюры брата, от настольных игр, в которые мы любили играть ещё в детстве, до гонок на приставке, а затем мы даже спустились на цокольный этаж пострелять в его личном тире. Все было одновременно слишком замечательно и нет. Я дико радовалась тому, что Мирэй мало того, что решил самую больную проблему с Сианом, так ещё и стал намного ближе снова. Но я никак не могла отпустить мысли ни о Хиро, ни о Юне.

Вечером я снова уснула на диване в гостиной под какой-то ужастик. Брат был рядом, словно охраняя мой сон.

А следующим утром я все же решила отправиться домой, Мирэй лично меня отвёз. Мы долго обнимались перед тем как он отправился в резиденцию, а я…

Я вернулась домой.

Но каждый сантиметр участка перед домом напоминал мне о том, что здесь произошло. Мне стало тяжело дышать и не раздумывая ни минуты, я выгнала из гаража свою Zэдку и сразу же помчалась на базу. Заходить в дом, переодеваться в экип и брать шлем не стала. Я бы сошла с ума, если бы провела там лишние пять минут.

Даже не заметила, как быстро долетела до ворот мотобазы. Здесь мне было спокойно, комфортно и тепло.

Всегда.

Это место само по себе забирало часть моей боли. Вопреки здравому смыслу, я отправилась прямиком на трек, но откатав несколько кругов, поняла, что просто бездумно каталась, а не тренировалась.

Но, похоже, именно звук мотора оказался для меня хоть небольшой, но панацеей. И сбавив скорость, я просто наслаждалась ездой. Без цели. Просто убить мысли и время. Разменять весь бензин в баке на километры.

Только ревущий звук мотора, запах бензина, жженой резины и вибрация начинающаяся в самом сердце мотоцикла, отдающая свой импульс в кожаное сиденье, могли хоть как-то заставить мою рваную душу и раненное сердце немного успокоиться. Звук движка утешал и отвлекал от всего, а плавный ход мотоцикла переносил куда-то в другой мир, свободный, чистый.

Спустя пару часов я наконец поняла, что мне немного полегчало. Поставив мот на подножку, села прямо на асфальт и оперлась о холодный металл спиной, запрокинув назад голову и прикрыв веки.

Первым ко мне подъехал Дияр и заглушив мотор, просто шлепнулся рядом со мной, не произнеся ни слова, ничего не спрашивая. Уверена, он и Рун с Эйриком уже были в курсе всего произошедшего. Но я даже вспомнить не могла, стояли ли они в ту ночь во дворе Мирэя? Наверняка – да. Потому что они были одними из лучших. А брат окружал себя всегда только самыми преданными и достойными бойцами. Мы просидели так около пятнадцати минут, затем к нам присоединились Эйрик и Рун. Они сели напротив нас, оставив рядом свои мотоциклы. И тоже не произнесли ни слова.

Разве существовали слова, которые могли бы все исправить? Заглушить боль? Соединить разбитое сердце? Или заклеить на нем рану пластырем, в надежде, что быстрее заживет?

Как бы я не ненавидела тишину, сейчас была благодарна за это молчание. Они просто были рядом. Всегда. Этого было достаточно, чтоб я не чувствовала себя одинокой. Чтобы знала, что мне не обязательно справляться со всем самостоятельно. Что я могла рассчитывать на любого из них.

Спустя ещё несколько минут к нам подъехал Чен. Он перекинулся взглядом с остальными и последовал их примеру.

Понятия не имела, как это работало и договаривались ли они заранее, но уже через полчаса вокруг нас собрались все райдеры, которые были на базе в этот момент. Мы были словно единым организмом, одним целым, дышали в унисон, наши сердца бились вместе, а души чувствовали одно и то же. Не только я потеряла друга. Мы все лишились Хиро. Он был частью нашей семьи.

И кто бы мог подумать, что нашу идеальную совместную тишину нарушит одна упрямая, кудрявая рыжая засранка:

– Ой! А я хожу, хожу, ищу вас! А найти никого не могу! У вас что тут? Собрание какое-то? Почему сидите прямо на дороге?

Я посмотрела на Дияра, а он на меня, медленно, но уверенно уголки наших губ потянулись наверх, а через секунду мы рассмеялись одновременно, остальные подхватили. Мирта появилась словно глоток свежего воздуха на треке.

– Странные вы какие-то! – Она, похоже, уже и обидеться успела, явно не осознавая всей иронии.

А мой смех тем временем перешел в истерический, а затем меня накрыло. Я не смогла удержать себя в руках и снова позволила слезам вырваться наружу. Дияр прижал мою голову к себе обеими руками, а я уткнулась лбом в его грудь, не в силах показать абсолютно всем свою долбаную слабость. Но в итоге, наверное, все это заметили.

– Ния, все будет хорошо. Мы рядом. Я – рядом… Всегда. – Он обнял меня крепче и гладил по волосам, тихонько успокаивая.

– Спасибо… – Я еле выдавила это слово.

Чен скомандовал всем отправляться на тренировку. Кто-то зацепил с собой Мирту. Со мной остались только Дияр, Рун, Эйрик и Чен. Когда я успокоилась немного, низкий и уверенный голос Ширу вернул меня в реальность:

– Малышка, мы подумали и решили, что было бы неплохо устроить здесь прощальный вечер для Хиро. Знаю, насколько тебе тяжело, но возможно, это именно то, что тебе необходимо. Нам всем нужно отпустить его и запомнить только самое лучшее. Но если ты не сможешь, мы поймём.

– Нет. Чен, это замечательная идея. Ты прав, нам всем это нужно. Что от меня требуется?

– Только твое присутствие, мы все уже подготовили. Будем только мы и ещё подъедут Эмма с Энти и Вариус.

– Хорошо… Спасибо… Вам всем… Это ценно и дорого для меня. Вы – все, что у меня есть.

Когда все ушли, мы ещё какое-то время сидели у моего мотоцикла с Дияром и меня снова накрыло, я не могла справиться с эмоциями, которые снова и снова накатывали, словно бушующие волны Хаана* (океан, омывающий Эзарию и Виаллию, полное название: Хаан Су.). И мои чувства вот-вот переросли бы в настоящий шторм, если бы не успокаивающий шепот Дияра. Я снова уткнулась в его плечо и позволила выплакать все, что могла, пока рядом никого не было. Знаю, что это выглядело отвратительно, так, будто не могла справиться сама с собой. Я была слабой, но в этот раз не могла обвинить себя в этом. Сейчас это было не важно.

– Ния, если тебе нужно больше времени, я буду здесь. С тобой. Сколько потребуется.

– Нет. Я уже в порядке. Спасибо. – Даже смогла натянуть улыбку.

– Нет, я СЕРЬЕЗНО. Не молчи. Из меня очень хреновый советчик, потому что я и в своей-то жизни разобраться едва могу, но если тебе нужно выговориться – я выслушаю, если нужно будет просто покричать – мы уедем в лес и вместе поорем от души, если нужен будет человек, с которым захочется помолчать – я рядом. Ну или, если ты уже еле терпишь мои речи, просто намекни, я сразу отстану и заткнусь.

Я пропустила смешок сквозь слезы. Вспомнила свои первые падения с мотоцикла, а Дияр всегда был рядом и как-то находил такие слова поддержки, после которых я вытирала слезы, гордо вскидывала голову и продолжала свою тренировку. Вот и сейчас мне стало немного легче. Просто боль была к сожалению не физической и нужно намного больше времени, чтоб перестало болеть.

– Спасибо Ди… Я ценю все, что ты делаешь для меня.

– Ну что, маленькая госпожа Райс, идём тогда?!

– Да.

🎵 Soul Song – Grey Daze

Я оставила мотоцикл прямо у бокса и вошла внутрь. Там уже были расставлены и накрыты столы. На автопилоте села на стул где-то с краю, как обычно. Это все происходило в гудящей тишине… Все эти полузвуки… Полушепот. Полуфразы. Меня тошнило от того, насколько это все давило. Все было неправильно. Не так это должно быть. Я резко встала, сдерживая жгучие слезы. Горло болело, будто в нем что-то застряло. Дияр тихонько подошёл и спросил:

– Что случилось?!

– Это все…. Не так мы должны с ним попрощаться. Все НЕ ТАК!

– Ния, ты…

Я наконец обрела способность говорить и постаралась сделать это так, чтобы слышно было каждому:

– Хиро Кингсли был яркой, сильной, творческой и потрясающей личностью! Его бы стошнило от того, что мы здесь устроили с кислыми рожами и давящей тишиной! Мы должны проводить его в другой мир так громко, чтобы он и оттуда нас услышал! Сегодня здесь будет звучать его любимая музыка, а мы будем пить и веселиться до самого рассвета, так, что лучшие тусовки в "Фурии" будут нервно отдыхать в сторонке!

Со всех сторон послышались одобрительные возгласы, а я направилась к колонке, и в боксе наконец зазвучала музыка. Тишина больше не заползала в мой разум, разрастаясь там словно опухоль, проникая своими щупальцами в сознание и сдавливая виски. Я сделала глубокий вдох и медленный выдох.

Да.

Возможно, со мной не все были согласны, а я и сама понятия не имела правильно ли поступила, но, кажется, что каждый находящийся здесь вздохнул наконец свободнее, а напряженная сдавленная аура испарилась. Хиро бы понравилась эта атмосфера, я уверена. Ко мне подошли Эмма, Энти и Чен. Каждый из них по-дружески обнял за плечи, проговаривая слова поддержки.

– Ния, можно тебя на пару слов. – Эмма тут же потянула меня за руку за собой, я даже ответить не успела, только вскинула брови и слегка улыбнулась Чену и Энти.

Мы вышли на улицу, неподалеку курили несколько райдеров. Эм тихонько и осторожно начала:

– Мне так жаль… Все что с тобой произошло… Это ужасно. И я хочу заранее попросить прощения за то что Чен мне все рассказал, но я не могла быть в неведении.

– Ничего, Эм. Наоборот, так даже лучше. Я бы с ума сошла, если бы каждому лично рассказывала о произошедшем.

– Твои раны…

– Оу, уже все в порядке. Не беспокойся.

– Они с каждым разом заживают все быстрее…

– Это… Плохо?

– Нет. Надеюсь, нет. Но это не значит, что ты можешь рисковать собой направо и налево, не опасаясь последствий. Вряд ли у тебя так же легко отрастает нога или рука!

– Эмма!

– Шучу. Неудачно. Прости. Ния, ты не обидишься, если я уеду? Мне нужно вернуться в больницу.

– Нет конечно, спасибо, что приехала.

Проводив ее, я вернулась в бокс с одной целью: выпить столько, чтоб мой мозг мог думать только о том, как я буду добираться до ближайшего дивана.

Вар, который уже еле держался на ногах сходу заключил меня в свои объятья:

– Малышка, обещаю тебе, все будет хорошо…

– Знаю. Просто сейчас очень плохо. И я не могу ничего с этим поделать. И спасибо тебе. За все.

– Я рядом.

– Ты домой не собираешься?!

– Ну, у нас с Ченом завтра выходной. Так что буду пить, пока не усну возле вашего знаменитого холодильника.

– Неплохая идея. Не забудь утащить плед из кабинета Чена.

– Мгм. – он поцеловал меня в макушку, а я направилась на поиски своего бокала.

Когда было уже далеко за полночь, а меня слегка пошатывало, я снова вышла подышать воздухом. Опершись о холодную железную стену бокса, просто смотрела на темное небо, затянутое тучами. Через пару минут ко мне вышла Мирта. Боги, я и забыла, что она в итоге осталась с нами. Она подошла так близко. Ее пружинистые рыжие кудряшки амортизировали с каждым движением.

– Ния… – она вдруг заправила мне за ухо прядь волос – Мне жаль… То, что произошло с этим парнем – ужасно… – она поднесла к губам сигарету и затянулась, маленький огонек замелькал в ее изящной ладони.

– О Боги.. неужели кто-то рассказал ей все?

Но она продолжила и развеяла мои переживания:

– Он разбился на мотоцикле, да?! – она выпустила сигаретное облачко в ночной воздух.

Забавно, я никогда не курила, но мне нравился дым от кальянов и сигарет. А у Мирты сигарета была такой ароматной, с запахом вишни и корицы, что мне даже нравилось вдыхать этот запах.

– Не важно. Он был одним из нас. А теперь его не стало.

– Прости, я лишнее всегда спрашиваю…

Я начала привыкать к ней, возможно даже мы стали немного ближе за это время. Но мне сложно было доверять ей абсолютно все. Поэтому все равно держалась на расстоянии.

– Ты ни в чем не виновата, чтоб извиняться.

– Ния… – она наклонилась к моему лицу так близко, что я остолбенела от тепла, которое исходило от нее – Ты такая красивая… и такая грустная… я бы хотела хоть чем-то помочь.

Я не моргая уставилась на ее лицо.

И тут…

Она попыталась…

Поцеловать меня?!

Скользнув легонько своими пухлыми губами по моим, ее кудряшки защекотали мне нос.

Вот уж только этого мне не хватало сегодня.

Я резко отстранилась и ударилась головой об стену. А затем сделала два шага в сторону.

– Я пойду к ребятам. Прости.

– Ния…

Когда зашла обратно в бокс, поняла что жутко устала. И вообще ноги еле держали меня, буквально на честном слове. Время неизбежно близилось к утру и я просто на автопилоте направилась в кабинет к Чену и легла на маленький кожаный диван. Мне было так холодно, но я почти заснула, не в силах подняться и найти плед в шкафчике Ширу. Дверь тихонько отворилась и в кабинет вошёл Дияр.

– Спишь?!

– Почти… Прости, я просто… Очень устала.

Он подошёл ближе и коснулся моей ладони.

– Ледяная… сейчас. – Дияр сделал то, до чего не смогло добраться мое тело: достал теплый дежурный плед из шкафа и укрыл им меня.

– Спасибо…

– Спи, все будет хорошо, маленькая госпожа Райс…

От него приятно пахло спиртным. Или мне казалось, что приятно. А ещё слегка табаком и сладким сандалом. Я прикрыла глаза и тут же ощутила тепло его горячих губ у себя на лбу. Но мои веки уже стали настолько тяжёлыми, что сил на удивление и какие-либо эмоции уже не осталось. Какое-то время я все ещё ощущала, как его ладонь легонько поглаживала мое плечо через плед, а потом я погрузилась в сон и не заметила, как уснула и когда вышел Дияр. Под смех моей мото-семьи, под музыку, которую мы любили и всегда слушали вместе с Хиро, когда он набивал мои татуировки, под бьющиеся тарелки и стаканы… Это было гораздо лучше тишины, которая меня убивала.

*******

Домой я вернулась только к вечеру следующего дня. По правде, мне и возвращаться не хотелось. Но пришлось. Взглянула на опустевший охранный пункт у ворот. Наконец-то за каждым моим шагом не следили. Я загнала мотоцикл в гараж и вошла в дом впервые с того дня как уехала, опоив Вара и застрелив четверых бойцов.

Приняла душ и легла в кровать. Мой взгляд упал на телефон, который, по всей видимости, давным давно разрядился. Я надела черную футболку и свободные шорты, поставила на зарядку телефон и легла на кровать, завернувшись в холодное одеяло.

Спустя несколько минут, я включила наконец осиротевший гаджет. На экране сразу высветилась тонна пропущенных звонков и сообщений. Казалось, они просто сплошным бесконечным потоком появлялись в верхней части экрана.

В том числе, от Юна. Я сделала вдох и слезы сами полились из глаз. Мне все ещё было больно. Я открыла мессенджер…

"Ния, ты только не сдавайся"

"Малышка… знаю как тебе больно, просто знай, что я всегда рядом. Я никогда не откажусь от тебя"

"Просто скажи, что с тобой все хорошо"

"Ния, ответь мне"

"Ния"

"Малышка, не пугай меня. Скажи, что ты в порядке"

"Не молчи, прошу"

"Я схожу с ума"

"Знаю, что тебе тоже плохо"

"Просто позволь быть рядом"

"Клянусь, мы можем решить это вместе"

"Ния"

"Я рядом…"

"Ния"

"Как ты?"

"Малышка, просто напиши хотя бы одно слово. Я должен знать, что ты в порядке"

"Ния…"

Экран уже расплывался перед глазами. Я не могла его так мучить. Он не воспринял мои последние слова к нему всерьез, и даже на расстоянии пытался меня поддержать. Быстро написала ему, не дочитав миллион его сообщений:

"Все хорошо, Юн. Я в порядке. Прости. Я только включила свой телефон"

Мне тут же прилетел ответ:

"Я позвоню? Хочу услышать тебя."

"Нет, прошу. Я не могу."

"Хорошо. Тогда просто скажи, как ты? Как раны?! Уже затянулись?"

"Да. Все уже хорошо"

"Боги, Ния. Я места себе не нахожу, малышка, мне необходимо тебя увидеть.🖤"

"Юн. Пожалуйста. Мне пора уже."

"Ты ведь знаешь, что я рядом и никуда не денусь?"

"Да. Но тебе лучше держаться подальше от меня"

"Это не выход"

"Прости…"

Я отключила звук и спустилась в гостиную. Все это разрывало мое сердце, а я не понимала, что чувствую.

И как мне теперь быть?

Мы взлетели так высоко и так далеко, будто с самого высокого трамплина, и не заметили, что впереди нет ни другого трамплина, ни кусочка земли, куда мы могли бы безопасно приземлиться. Наш прыжок был прекрасен, но к сожалению, ни один вылет не может продолжаться бесконечно. Каким бы ни был великолепным этот миг в свободном полете, он неизбежно заканчивается либо успешным приземлением, либо падением. И мы упали. Упали вдвоем, здесь нет победителей и проигравших, потому что трюк, который мы совершили, был провальным с самого начала. И все же, я не променяла бы ни одну секунду, проведенную рядом с Юном ни на что.

Сегодня небо снова было свинцовым, гром и молнии уже около получаса мелькали за окнами.

Первые капли дождя обозначили свое присутствие и я просто на автопилоте вышла во двор и легла прямо на асфальт перед домом, распластав руки в стороны. Возможно, где-то на этом же месте или рядом, точно так же лежали совсем недавно бойцы, которых я убила. Но почему-то меня это беспокоило меньше всего. Подушечками пальцев я прошлась по стыкам между каменной плиткой, ощущая как они заполнялись водой. Я буквально чувствовала, как каждая капля дождя прокладывала себе путь между ними, а затем позволила себе снова дать волю эмоциям. Дождь пустился сплошной стеной, но мне было настолько все равно, что я даже холода не ощущала. Это явление природы всегда было для меня чем-то вроде анестезии, лекарством или наркотиком, которое умело избавляло от боли, внутренних терзаний и тяжелых мыслей. В нем я искала хоть какое-то спасение. Холодные капли били по лицу и я промокла за несколько минут до нитки, кричала вместе с раскатами грома, выпуская всю свою боль наружу, мои слёзы смешались с дождевыми слезами. И хорошо. Не смогла бы позволить себе этого в присутствии кого-либо. Я вообще не понимала себя в таком состоянии. Мне будто стало абсолютно все равно. Хотелось раствориться в ледяных каплях навсегда, растаять, также, как таяли мои надежды на лучшую жизнь.

Я обхватила себя руками и сжала, а затем стала ладонью растирать грудь, в области сердца, словно от этого движения могла склеить его чертовы осколки… Там, где когда-то я чувствовала свое сердце – теперь распространялась зияющая пустота. Ничего. Почему тогда боль в этом месте была такая адская?!

Я словно впервые сбилась с курса и не знала куда ехать, застряла посреди перекрестка с работающим мотором, но ни выжать сцепление, ни открутить ручку газа так и не могла. Потому что на любом из выбранных направлений ничего хорошего меня не ожидало. Если останусь рядом с Юном, то продолжу подвергать опасности его жизнь, а если откажусь от него, то уже моя жизнь не будет представлять для меня никакой ценности. Подкинул бы мне кто карту, с новой дорогой, которая вела бы в альтернативное светлое будущее, в котором не нужно было бы выбирать.

Мрачно-лиловые тучи нависали так низко над землёй, будто их кто-то накачал свинцом и до них вот-вот можно дотронуться ладонями, осталось только вытянуть руки максимально высоко над головой. И я в каком-то отчаянном и странном порыве уже собиралась это сделать, вытянула руки перед собой и закрыла глаза. Как вдруг ажурная кованая калитка скрипнула и распахнулась, а я даже не пошевелилась. Мне было все равно, кто вошел в нее и для чего. Я не открывала глаз и не понимала, это все ещё шел дождь или это слезы бесконечным потоком лились.

– НИЯ! Ты чего тут удумала!? Заболеть решила?!

Вар.

– Будто ты не знаешь, что я никогда не… – Еле слышно, не открывая глаз, я попыталась сказать ему то, что он и так знал.

– НЕ ВАЖНО! ЭТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО Я ПОЗВОЛЮ ТЕБЕ СОВЕРШАТЬ ЭТИ ПОПЫТКИ! ДАВАЙ-КА В ДОМ!

Я открыла глаза в тот момент, когда он подхватил меня на руки. И продолжала молчать. Но и не сопротивлялась особо. Он занёс меня прямиком в ванную, усадил сразу же прямо в одежде и включил теплую воду, потому что горячая всегда слишком обжигала мое ледяное тело. Когда вода немного набралась и я перестала стучать зубами, он положил ладонь мне на плечо:

– Ния, я пойду на кухню, Заварю горячего чая. А ты согревайся и выходи.

Я кивнула. С ним спорить сейчас точно бесполезно было.

Стянув с себя мокрую одежду, я какое-то время согревалась в теплой ванной, а потом натянула на себя все теплые вещи которые нашла в шкафу и спустилась к Вариусу.

– На минуту нельзя тебя одну оставить, малышка-Ни.

– Вар… – я подошла к нему и просто обняла, так крепко, как только могла, уткнувшись лбом чуть ниже его груди, там где стучало его самое доброе и огромное рыцарское сердце.

Слова были не нужны. Мы понимали друг друга. Это главное.

Мне просто необходимо было чертово время, чтоб прийти в себя.

А потом Вар резко поднял меня, обхватив вокруг талии своими огромными и мощными ладонями и поднес к огромному окну в гостиной, раздвинул тяжёлые песочно-кремовые шторы, усадив меня на широкий подоконник.

– Помнишь?!

Я только коротко кивнула в ответ, слегка улыбнувшись, Вариус что-то шепнул про то что принесет мне горячий чай, а меня унесло в детство, проведенное в приюте. В памяти отчетливо возникали картинки из прошлого, когда я вот также любила забираться на окно, при этом Вар меня заботливо подсаживал всегда на подоконник, и наблюдала за капельками дождя, скапливающимися на стекле и медленно сползающими друг за дружкой. А я плотно приставляла указательный палец к холодному окну и водила им, будто хотела догнать каждую из них, придумывая абсолютно всем капелькам забавные коротенькие имена. Вар всегда стоял рядышком, скрестив руки на груди и молча наблюдал за мной, словно боялся нарушить мою маленькую игру с дождинками. На самом деле, он будто тень всегда был рядом, охраняя, заботясь, не позволяя никому навредить мне.

Из водоворота воспоминаний меня вырвал потрясающий аромат чая и Вар, который молча улыбаясь, протягивал мне чашку. Я не торопилась принять горячий напиток, скользнула пальцем по стеклу, до скрипа и улыбнулась.

В этот момент моему сердцу наконец стало немного легче.

Глава 3

Ния.

Орус.

За эти сумасшедшие несколько суток моя жизнь круто менялась миллион раз на триста шестьдесят градусов, точно хамелеон изменял свой окрас, прыгая с одного яркого цветка на другой. А слезы из глаз лились чаще, чем за всю мою жизнь. И я не преувеличивала, а преуменьшала. Голова раскалывалась и отказывалась соображать. Я просто сидела дома, уставившись в одну точку, пока Вар в очередной раз заваривал какой-то супер успокоительный чай.

Чай.

Будто он мог чем-то помочь, когда я задыхалась от нехватки шоколадно-цитрусового запаха прямо рядом со мной.

Могло ли вообще хоть что-то починить меня, точно разбитый вдребезги, после жуткой аварии, мотоцикл? Мог бы кто-то заменить внутри испорченные шестеренки, болтики, гайки на новые? Поменять заржавевшие от боли и слез детали на другие?! Это вообще было в чьих-либо силах?

А может, нужно просто переставить что-то местами или выбросить ненужные запчасти, которые мешали работе всего моего движка?! Сердце, к примеру.

Я снова взглянула на последнюю татуировку Хиро. Теперь она казалась слишком символичной. Возможно только время теперь – мой лучший лекарь.

А Юн…

Прекрасно понимая, что теперь, когда проблема с Сианом, хоть и, скорее всего, временно, была решена, а Мирэй позволил мне видеться с Юном негласно, я могла позвонить ему, сказать об этом и встретиться в любой точке Эзарии, не опасаясь больше последствий. Все, чего я хотела – снова оказаться в его горячих объятиях, ощутить прикосновение его страстных и требовательных губ, хотела чувствовать его всем телом, раствориться в нем, забывая обо всем на свете. Я отчаянно в этом нуждалась.

🎵 Broken – Palaye Royale

Но почему тогда этого не делала? Почему мне до сих пор было страшно?

Я подняла левую руку и снова посмотрела выше запястья с тыльной стороны на татуировку Хиро. Теперь это напоминание о нем на всю жизнь останется со мной. Напоминание о том, какой жестокой может быть цена ошибки. Я была даже рада, что у меня хоть что-то от него осталось. И теперь жалела, что его татуировок было всего четыре на моем теле и больше их уже не станет никогда… Слезы хлынули моментально. Черт. Даже попрощаться с ним не смогла. А последнее, что я ему сказала…

"Добрых снов, Хиро! Увидимся на сеансе!"

И эта фраза теперь будто повисла в воздухе, застряв во времени и пространстве между мирами. Мы больше не увидимся. Этому не суждено больше было случиться.

Никогда.

Я потеряла друга. Больше, чем друга. Он был близок и дорог мне. И это все случилось по моей вине. Как я могла позволить себе снова быть счастливой после всего, что произошло?

Дни летели и от меня осталась только тень.

Оболочка.

Днём я спала, принимая перед этим большее количество своих капель снотворного, чем раньше, а по ночам кричала в подушку, пытаясь скрыть от всех свое горе.

Мое сознание сопротивлялось как могло, а затем просто начало тонуть в какой-то пелене, из которой я не находила выхода.

Я все реже появлялась на базе. А потом и вовсе забросила тренировки. Знала, что все вокруг переживали. Но не могла справиться с огромной дырой внутри моего сердца.

Не знаю, сколько точно прошло времени. Две, три недели? Месяц?!

В очередное унылое утро я проснулась от того, что Вар сидел у меня на краешке кровати легонько расталкивая:

– Вар!?

– Доброе утро, малышка!

– Ты чего тут?! – я глянула на электронные синие циферки часов – так рано. – Что-то случилось?

– Случилось. Давай быстренько в душ и надень что-нибудь удобное. Прокатимся кое-куда. Я жду внизу.

– Ничего не поняла. Вар! Я нику…

Этот загадочно-сумасшедший засранец прижал свой указательный палец к моим губам, не дав нормально возразить, другой рукой указал на дверь в ванной, а затем выскочил и ничего не объяснил. Я еле сползла с кровати в разбито-отвратном состоянии. Но все же освежилась в прохладном душе, надела джинсы и черную майку, уже внизу перед выходом обула кроссовки и зачем-то напялила черную бейсболку. Вар уже стоял и ждал меня за воротами в машине. Это как-то…

Слишком было подозрительно, а главное – ни черта не понятно.

Как только я села на переднее сиденье Доджа, он резко ударил по газам:

– А теперь рассказывай.

– Все узнаешь, Ния. Терпение.

– Вар. Нет у меня никакого терпения. И не было никогда, ты же знаешь.

– Все равно не скажу. Хоть пытай. Но тебе понравится. Надеюсь…

Я нервно скрестила руки на груди, надула губы и сдвинула козырек кепки ниже на глаза. Сползла по сиденью вниз и больше не проронила демонстративно ни слова.

– Ния?

Вот теперь сам с собой поговори, Вариус!

– Ния!?

Угу.

– Малышка, не дуйся. Просто знай, что это все для тебя…

Ладно.

Я сдалась. Без боя.

– Неужели так трудно сказать, куда мы и зачем?

– Если скажу – ты не поедешь…

– Замечательно. Как будто у меня есть выбор? Ты не заметил, что я УЖЕ еду?

Мы подъехали к заправке на самой границе в Орусе. Вар протянул мне пару бумажных купюр:

– Малышка, возьмешь нам по кофейку?

– Мгм.

Я вышла из машины и направилась в магазин при заправочной станции. Кофе и правда не помешал бы. В животе заурчало от предвкушения вкусного горячего напитка. В последнее время я так мало ела, что мой вес приблизился к критической отметке, спортзал и тренировки тоже были благополучно заброшены, а все мышцы ныли от нехватки нагрузки.

Оплатив горячие бодрящие напитки, я взяла два стакана на подставке и отправилась к выходу.

А когда открыла дверь магазина чтоб выйти, просто охренела от происходящего:

Вар ударил по газам и с пробуксовкой стартанул с места, оставив после себя только клубы белого дыма и запах жженой резины.

Я стояла, открывая и закрывая рот, с чертовым кофе в руках, потому что слова на ум приходили только неприличные.

И как это, понимать, твою мать, ВАРИУС?!

"Офигенный сюрприз, ничего не скажешь" – только и успело пролететь у меня в голове…

Юн.

Фиросс.

Свои самые серьезные и страшные ошибки и поступки люди чаще всего совершали в состоянии отчаяния, когда не видели для себя иного выхода. Когда не было выбора и времени на раздумья. Когда обстоятельства душили так, что не получалось сделать вдох. Не было возможности принять свой выбор и определить правильный ли он или это всего лишь иллюзия верного пути.

Моей ошибкой было то, что я никак не мог вырвать Нию из жестких объятий нашей сраной гнилой системы и понятия не имел, как сделать так, чтобы она больше никогда в жизни не подвергала себя опасности.

В порыве неконтролируемого гнева я готов был избавить Джея от большей части мебели и предметов интерьера в ЕГО доме, оставляя после себя творческий минимализм. Дизайнер из меня, прямо скажем, был никудышный. Мое здравомыслие в такие моменты куда-то пропадало, уступая место внутреннему зверю, который время от времени должен был выйти погулять. При другом раскладе, боюсь, разрушения могли бы быть гораздо более катастрофическими.

Я прекрасно понимал, что ее последние слова, сказанные мне в порыве отчаяния, не имели ничего общего с действительностью. За это время успел изучить ее достаточно для того, чтобы понять, насколько самоотверженной была эта девушка, которая думала обо всех вокруг, кроме себя. Ее слова были жёсткими, но ранили не настолько, насколько ей, возможно, хотелось бы. Может, лишь в первые две минуты, пока не включился мой мозг. Эта малышка всегда думала о себе в последнюю очередь. Но я сразу же поставил себя на ее место, прекрасно понимая, что, вероятнее всего, поступил бы точно также по отношению к ней, лишь бы защитить. Разница была лишь в том, что ей хотелось спасти всех, а я был законченным эгоистом и мне было срать на всех, кроме нее. Пусть хоть весь мир обратится в пепел, лишь бы она была жива, дышала и смотрела на меня своими хрустально-голубыми пленительными глазами.

🎵 Hand Me Down – Citizen Soldier

Без нее каждый день был невыносимым. Днём я постоянно отвлекал себя изнурительными тренировками, делами клана и распределением бойцов по точкам и заданиям. А вечером и ночью буквально сходил с ума. Но должен был дать ей время справиться с потерей друга и оплакать его. Я не звонил ей, но каждый день писал и спрашивал, как она. Сначала Ния отвечала коротко и сухо, односложно, а потом совсем перестала. Уже две недели даже на сообщения не было ответа. И я не винил ее за это. Мы оба знали цену нашим отношениям, но все равно сделали шаг друг к другу. Теперь слишком поздно было поворачивать назад.

Время.

Ей нужно было гребаное время, чтоб прийти в себя.

Иногда, для того чтобы увидеть свет, нужно погрузиться в кромешную тьму, на самое дно бездны. Из своего мрака, я и не выглядывал все восемь лет, пока не появилась она. Но снова и снова готов был нырнуть с головой во мрак, лишь бы ее свет никогда не исчез из этого мира. А теперь этот свет нужен был ей самой и меня дико бесило, что я не был рядом с ней в этот момент, не мог протянуть руку, обнять и снова нагло солгать, что все будет хорошо. Подставить ей ладони, чтоб она могла наполнить их своей болью, а я мог разделить с ней эту боль. Хоть немного избавить ее тяжёлые мысли от страданий, облегчить терзания и чувство вины, которое вероятно накрывало ее с головой. Она вряд ли осознавала, что ее вины не было и грамма во всем произошедшем.

Спустя самых долгих три недели в моей жизни, я был страшно удивлен звонку Крэя:

– Дело есть. – желания с ним общаться не было совершенно, но я выслушал его, вдруг он скажет что-то о Ние.

– Выкладывай.

– У тебя есть уютное место, куда можно уехать на пару дней, так, чтобы было тихо и безлюдно?

Я охренел.

– А ТЫ НОМЕРОМ СЛУЧАЙНО НЕ ОШИБСЯ, УРОД?

– НУ ТЫ И КРЕТИН ВСЕ-ТАКИ, КЭСИДО! ЕСЛИ БЫ НЕ НИЯ, Я БЫ ХЕР ТЕБЕ ПОЗВОНИЛ!

Услышав ее имя, я сбавил обороты.

– Что с ней? Она в порядке?!

– Она не в порядке, из-за того, что угасает с каждым днём. А я хочу выдернуть ее из этого состояния. И как ты понимаешь, к сожалению, без тебя это не выйдет.

– Есть план?

– Да, представь себе. Но придется стиснуть зубы и координировать наши действия.

– Не вопрос. Согласен.

Мне кажется я и с главой Дрэгун был готов сотрудничать, если бы мне сказали, что это хоть как-то поможет Ние.

– Так, что насчёт места? У меня есть дом в Виридисе в лесу. Но тогда нужно встретиться заранее, чтоб я отдал тебе ключи.

– Не надо. Есть вариант получше, там же.

– Хорошо. Тогда жди звонка. Я скажу точное время куда и во сколько подъехать завтра и забрать ее.

– А что Ван? Слежки за вами не будет?

– Слежки пока вообще не будет. Сиан в клинике, принудительно, благодаря Ние и ее отчаянной смелости. – С ее храбрым сердцем я уже давно был знаком, эта малышка не переставала меня поражать.

– Даже так… Понял тебя. На связи.

Признаться честно, я был удивлен тому, что Ния мне ни слова не написала об этом. Но я ее не винил. После того, что произошло, даже я не мог понять, что теперь творилось у нее в голове. Я уже готов был сбросить вызов, но этот говнюк решил продолжить вдруг разговор:

– Кэсидо!?

– Крэй?

– Разобьешь ей сердце, я вырву тебе твое через глотку или через зад – это как пойдет! Не заставляй меня пожалеть о своем решении.

– Сказал бы ты мне это полгода назад, уже отправился бы в путешествие в черном полиэтиленовом мешке по сточным канавам. Но я сам вырву себе сердце, если сделаю больно ей. Поэтому хорош играть в дружка-защитника и трындеть попусту.

– Надеюсь, мне никогда не придется повторять тебе твои же слова. На связи.

Я тут же бросился к Джею. Он что-то отчаянно жевал на кухне, сидя за столом в полноразмерных наушниках. Знаю, что это было нагло, но я их снес с него на лету:

– Помнишь, ты рассказывал, что тебе в наследство достался домик у озера в Виридисе? В который мы, к слову, так ни разу и не съездили забухать.

– Кэсидо! Ты меня заикой когда-нибудь сделаешь! Ну и…?!

– Мне срочно нужна его геолокация. Открой карту.

– Че задумал опять? Зачем тебе? – Джей округлил свои глаза почти до размеров оправы очков.

– В налоговую тебя, блин, сдать хочу! Ну не тупи, мегамозг свой включи.

– Аааааа, ой… – покраснел блин.

Ну хоть доходило до него относительно быстро.

– Я все ещё жду.

Он засуетился и открыл телефон:

– Вот. Здесь все просто. Правда дорогу бывает размывает от дождей. Я сам там сто лет не был. И пылища наверняка тоже вековая. И вообще, только Трем Богам известно, какой там беспорядок.

– Не страшно, курс "Домохозяин года" я прошел давно, пока с тобой тусуюсь восемь лет. Сегодня сгоняю и гляну чё там и как. Что там рядом? Домов много?

– Да, нет. Там дом, причал, озеро. Все в лучших традициях Виридиса. В этом поселке они все обособленно стоят друг от друга. В том-то и кайф покупки такого дома.

– Отлично. Скинь мне в сообщении локацию и гони ключи.

– Юн… она вышла на связь? – уже серьёзным тоном спросил Фрейли.

– Нет.

– И как ты тогда собираешься её туда пригласить?

– На связь вышел кое-то другой… Надеюсь, план сработает. Останется только уговорить ее сесть в машину. Благо, опыт уже есть. Но ее упрямство…

– Ну, так вы друг друга стоите.

– Ой, не начинай, Фрейли!

– О чем я и говорю.

– Все, я уехал!

Утро.

Юн.

Фиросс/Виридис.

Пока все шло в пределах плана, без задержек. С Варом мы созванивались также, исключительно в рамках этой авантюры.

– Готов, Кэсидо?

– Да.

– Через десять минут на заправке. Не раньше, не позже.

– Принял.

– Кэсидо.

– Ну что ещё?

– Ради Трёх Богов, покорми ее. Она скоро просвечиваться будет!

– Понял. – я не показал беспокойства, но мое сердце запрыгало как безумное, подкидывая все варианты, которыми Ния себя мучила все это время.

Разминувшись с Крэем на выезде заправки, мы обменялись взглядами, он кивнул и поднял большой палец вверх. А это значило, что на девяносто девять процентов план удался.

Визжа покрышками от резкого заноса, я подъехал прямо к выходу из магазина, где Ния застыла с двумя стаканчиками кофе в руках, ошарашенно глядя на меня. Наклонившись, я открыл ей дверь и крикнул:

– Садись, малышка!

– Юн! Какого черта ты здесь делаешь? – Она была, мягко говоря, удивлена.

"Вариус, сраный гений!" – эта мысль всего на секунду мелькнула в голове.

– И я рад тебя видеть, моя маленькая Фурия. Только не заставляй меня выходить из машины и усаживать в нее.

– Да мы это вроде уже проходили…

– Ничего, значит, повторим и закрепим материал. Знаешь сама, что не отстану.

– Удивительно.

– Что именно?

– То, что вы ЗАОДНО с Варом. Что я пропустила за эти дни?

– Многое. Садись.

– Черт, Юн! – Она зарычала, но все же сдалась и села, поставив кофе себе на коленки и закрыв дверь – Ну… села. Что дальше?

– А дальше, пей свой кофе, мне давай мой, включай любимую музыку и наслаждайся поездкой.

Я взял у нее один стакан с кофе, быстро выпил, так как он был уже полуостывшим – пока мы спорили, и резко вдавив в пол педаль акселератора, сорвался с места, разве что, не задрав Форд на задние колеса.

– Ну, раскрывай карты. Что вы задумали и когда успели снюхаться? – ее любопытству просто не было предела.

– Так, если раскрою – будет не интересно. – Я повернулся к ней и улыбнулся.

Поверить до сих пор не мог, что она была рядом, на расстоянии вытянутой руки. Так хотелось стиснуть ее в объятьях и вцепиться в ее сладкие губы.

– Тогда остаётся музыка. Иначе мое богатое воображение накидает мне самые фантастические варианты. "Бринги" подойдут? – она наконец улыбнулась, а вот глаз ее я не мог разглядеть из-за козырька кепки.

– Мне зайдёт всё, что ты любишь. Музыкальный вкус у тебя отменный. К тому же, я доверяю с закрытыми глазами тебе. И… Ния, сними уже эту чертову бейсболку. Пожалуйста. Я хочу увидеть твои глаза.

Эта упрямая бесячая и любимая маньячка только сильнее натянула ее почти что на нос. Специально. Я прыснул, провоцируя ее на обратные действия:

– Не сомневался, что именно так ты и сделаешь.

– Только не говори, что слишком хорошо меня знаешь.

– Ты сама это сказала.

Она как-то несмело, но все же сняла этот определенно лишний аксессуар, я аккуратно обхватил правой рукой ее подбородок и развернул лицом к себе. На ее и без того бледной коже определенно отразились все эти дни переживаний, слез и напряжения. Мои любимые щечки, которые слегка розовели, когда она смущалась – немного впали, скулы стали острее, как и ключицы, она сильно похудела за это время. Благо, это было поправимо. Я забил холодильник едой до отказа на два дня.

Она наконец устремила свой взгляд на меня. Ее чистые, почти лазурные глаза, оказались на одном уровне с моими. Черт… Я в них всегда тонул. Взгляд малышки Нии манил меня, словно бескрайний океан, от которого невозможно было оторваться.

– Юн… я… так скучала… – ее глаза заблестели, но слезинки удержались внутри, я обхватил ее левую руку, переплетая наши пальцы.

– Я тоже. Безумно. Нестерпимо. Невозможно.

🎵Never Too Late – RADIO TAPOK

Оставшийся путь мы так и ехали держась за руки. И даже этого касания хватило, чтоб я наконец почувствовал любимую ледяную кожу, ощутил присутствие Нии и понял, насколько она мне жизненно была необходима.

Сайкс трек за треком исполнял потрясающие драйвовые хиты своим экстремально-надрывным голосом, а мы наконец въехали в Виридис.

Здесь дороги сильно отличались от каменных джунглей, к которым мы привыкли. Ния завороженно смотрела в окно, рассматривая густую зелень и лесные массивы:

– Ты была здесь хоть раз?

– Нет. Никогда. У Вара где-то здесь есть домик. Точнее, когда-то мы втроем с ним и Ченом участвовали в его покупке, но так как в нем удалось побывать только Вариусу, мы решили, что и дом в большей степени принадлежит ему. А вместе мы так ни разу туда и не приехали. Я тебе уже говорила, что в основном…– Я прекрасно помнил, о чем она рассказывала мне и снова подумал о том, что обещал показать ей все самые красивые места Эзарии.

Этот поселок – одно из них. Здесь не замечаешь, как течет время, забываешь о том кто ты, погружаясь и растворяясь в моменте.

– Мимо пролетала. Помню.– Я не дал ей договорить и продолжил ее же фразу.

– Точно… Вся моя жизнь куда-то мимо пролетала, Юн… Пока не сбила одного наглого и безумно очаровательного засранца, который перевернул мою жизнь и внес в нее свои нескромные коррективы.

В ответ я тепло улыбнулся и сжал чуть сильнее ее руку. Мне хотелось забрать всю ее боль, хотелось снова разжечь в ней искру, которая почти потухла в ее чистых глазах. Я хотел, чтоб она поняла, что все ещё возможно преодолеть, если мы будем вместе. Пока ты не упал и не разбился, все ещё возможны любые маневры.

Мы почти приехали, а я лишь надеялся на то, что она поверит мне, что позволит себе расслабиться и отпустить все плохое.

Ния.

Виридис.

Юн сказал, что мы подъезжаем, а я все глазела по сторонам, не понимая, как раньше не видела этой красоты и не побывала здесь. Это же просто рай какой-то.

В основном довольствовалась всегда своими любимыми руинами амфитеатра. А теперь и это место однозначно нужно внести в список любимых. Столько зелени. Мне уже хотелось выскочить из машины и вдохнуть этот лесной воздух полной грудью. Мы будто не в другую точку патрии приехали, а на другую планету попали.

Мне ведь это не приснилось сейчас?

Хотя нет. Точно не приснилось. Снились мне всегда только кошмары. О таких красивых снах я могла только мечтать. Но самое главное, что в этом слишком реальном сне был ОН. Мой Юн. Мой дьявольски притягательный и самый родной в этом мире хищник.

Мы словно заново пытались балансировать на лезвии острой бритвы, держась за руки. И вроде бы логичней было расцепить наши пальцы, но мы цеплялись снова, не позволяя упасть друг другу в адскую пасть системы, в которой погрязли.

Мое присутствие в его жизни делало его уязвимым. Я знала это с того самого дня, когда впервые позволила ему прикоснуться к моим губам. Но мы зашли так далеко с тех пор, что дороги назад просто не было. Я обманывала сама себя каждый раз, думая о том, что в силах отказаться от него. Если его не будет рядом, мне станет всё равно, дышу я или нет, все станет белым, безжизненным, бесцветным и в конце концов сломает меня. Он был нужен мне как воздух и вода. Нужен его яркий черный цвет в моей жизни. Юн наконец подарил мне тот самый важный и нужный темный оттенок, которого мне так не хватало, без которого я никогда не стала бы собой и не почувствовала вкус свободы в полной мере.

Машина остановилась, а я даже не поняла этого, все эти деревья, лес, будто параллельная реальность в противовес Орусу, в котором я провела всю свою жизнь в основном.

– Приехали, принцесса. – Юн заглянул мне прямо в глаза и улыбнулся.

Я вышла из машины, чтоб рассмотреть поближе это невозможно прекрасное место. Мы остановились между двух холмов, за которыми особо ничего не было видно, кроме густо посаженных деревьев. Как я поняла, нам ещё нужно было куда-то идти. Я перебирала в голове возможные варианты, мне почему-то представлялась какая-нибудь полянка с фиолетовыми необычными цветами, которые я любила рассматривать у руин. Или лесной деревянный домик, в котором мечтала всегда побывать, но так и не получилось.

Все ещё не верила глазам и не знала, кого благодарить за эту возможность. Но скорее всего – обоих заговорщиков.

Юн взял меня за руку и притянул к себе, вскользь коснувшись губ. И меня пробила дрожь, будто молния ударила прямо в сердце. Наконец я могла коснуться его. Боги, только сейчас поняла, как невозможно и ужасно скучала. Каждая минута была невыносимой. Только пока он находился рядом, мне казалось, что я могла вынести и выдержать что угодно.

Мы падали с того самого момента, как решили не отказываться друг от друга, в затяжном полете, застряв в невесомости, между небом и землёй. Но у меня было полное ощущение того, что падали мы совсем не вниз, а ВВЕРХ. Потому что он окрылял меня настолько, что мне хотелось взлететь каждый раз, когда его видела.

– Ну что, малышка, готова к небольшому уикенду?

– Что?! Уикенду?! – Я на автомате повторила за ним, хотя прекрасно расслышала с первого раза.

– Именно. Только ты, я и девственная природа. На два дня.

– Юн… – Мозгом понимала, что Сиан не помеха, а Вар скорее всего объяснит мое отсутствие Мирэю…

Но как поверить в это? У нас ведь не может быть все настолько просто?

Никогда не было.

– Идём. Все самое интересное не здесь, Ния.

Сжимая сильнее его пальцы в ладони, я послушно следовала за ним по лесной тропинке.

Минут через пять мы вышли к небольшой поляне и вот тут мои глаза заслезились от увиденного. Слева простиралось небольшое озеро потрясающего голубовато-зеленого оттенка и к нему выходил деревянный причал. Сердце забилось сильней. Вглубь леса дальше уходила узенькая тропа и тонула в густых зарослях зеленых кустарников и высоких хвойных деревьев. А от лесного запаха и количества кислорода кружилась голова.

Но справа…

Я замерла.

И готова была расплакаться, как маленькая девочка, а потом винить себя за эту слабость.

Справа стоял деревянный небольшой уютный домик, о каком я всегда мечтала. Не о трехэтажном особняке, а именно о таком, скромном, маленьком. Без надзирателей, без пафоса и люстры в гостиной, которая стоила дороже любого моего мотоцикла. Боги, мое сердце выписывало внутри какие-то безумные прыжки, причем, которые я исполняла на трамплинах – даже в пыль не попадали. Я металась внутри, не зная куда пойти сначала. Но ноги сами понесли меня к причалу.

С наслаждением пройдясь по деревянным доскам, я подошла к самому краю, буквально растворяясь в этом моменте. Первая мысль была о том, как бы здорово было прогулятться по настилу босиком, почувствовать рельефную поверхность дерева и отбросить все ненужные мысли, наслаждаясь бесконечно потрясающим видом.

Полной грудью вдохнув чистый воздух, я расправила руки, словно крылья. Каждая клеточка моего организма наполнялась невероятным чувством спокойствия и насыщения чем-то слишком приятным. Юн подошел ко мне сзади и нежно, но крепко обнял, отодвинул прядь волос от щеки и прошептал:

– Как тебе вид?!

– Еще спрашиваешь?! Здесь всё идеально! Мне кажется, что я сплю. Не верю, что может быть ещё что-то прекраснее.

– А так!?.... – он развернул мою голову за подбородок, притянул к своим губам и наконец жадно поцеловал.

Боги. Я так дрожала в его руках, от того как сильно скучала по его прикосновениям, горячему дыханию, обжигающим рукам на моей коже. Низ живота заполнило тянущее приятное ощущение, но спешить не хотелось.

У нас наконец было ВРЕМЯ. Которого так всегда не хватало. Оторвавшись нехотя от его губ, я шепотом ответила на его вопрос:

– Так… Даже СЛИШКОМ…

Юн обхватил меня ещё крепче и мне казалось, что затрещали все косточки, тем не менее, я не хотела чтоб он расслабил руки, потому что, наконец осознала, что это не сон. У меня перехватило дыхание. А когда снова смогла дышать и мое лихорадочно бьющееся сердце слегка успокоилось, я кивнула в сторону идеально прозрачной водной глади озера.

– У него есть название?!

– Фунду.

– Странное, но красивое. Оно что-то означает?

– Понятия не имею, возможно.

– Не важно, все равно чудесное и озеро и название… Мне кажется можно целую вечность вот так стоять и смотреть на него. И не надоест.

Несколько минут мы утопали в объятьях друг друга, наслаждаясь тишиной, умиротворением и моментом абсолютного счастья. После долгой разлуки, каждая секунда рядом – словно разряд тока по всему телу и глоток свежего воздуха. Нам наконец не нужно было скрываться или прятаться и каждую минуту бояться, что кто-то из клана увидит нас вместе. Можно было просто без оглядки насладиться друг другом. Я нарушила тишину, поглаживая его руки, которые он сцепил у меня под грудью, опершись подбородком о мою макушку.

– Юн, мне тебя так не хватало… Я до смерти соскучилась… – И это была чистая правда.

Мне казалось, что одно только его прикосновение способно было излечить все мои раны на сердце и забрать разом всю боль.

– Я тоже, малышка… Только давай договоримся: хотя бы на ближайшие двое суток отбросить все грустные мысли и просто насладиться каждым моментом?

– Звучит потрясающе. Ну что ж, тогда рассказывай, какие у нас планы на сегодня?!

– А! Ты же не в курсе еще, да?! – Я слегка пихнула его локтем, – у меня на самом деле подготовлен и написан целый сценарий, – и развернулась к нему. – Я целые сутки его сочинял. Ты должна оценить!

Вот она – одна из моих любимейших лукавых улыбок на его лице, открывающая его чуть заостренные и немного удлиненные клыки.

– Даже так? И в каком жанре будет кино? – Я улыбнулась в ответ. – Посвятишь меня в свой сценарий?!

– Ну, для начала мы можем осмотреть дом и разжечь камин, чтобы стало немного уютнее и теплее к вечеру. Ночами здесь очень холодно.

– СТОП! Что-о-о?! Здесь есть КАМИН?! – Моему восторгу, удивлению и восхищению, не было предела. – Настоящий?! В смысле, с дровами?!

Вот это была действительно – мечта. Юн поднял меня, словно пушинку на руки, обхватив за талию, и рассмеялся:

– Такая смешная, Ния, конечно настоящий! И там не только камин… – Он приподнял в улыбке уголок губ и прищурил глаз, с этого ракурса так забавно и необычно было смотреть на его лицо. – Похоже, мне придется выкупить этот дом у нашего айтишного друга. Так ты дослушаешь план действий или после стоп-слова "камин" можно уже не продолжать?

К щекам прилила кровь и я зачем-то закусила губу, только потом вспомнив, как на него действовала эта моя непроизвольная мимика. Он опустил меня чуть ниже, прямо к своему лицу и слегка прикусил мою губу своим острым клыком, потянув на себя:

– Ты же помнишь, да, что со мной происходит, когда ты так делаешь?! Мне не нужно повторять?!

Я отстранилась и поцеловала его в нос легонько:

– СЦЕНАРИЙ. Сначала мне необходимо выслушать твой сногсшибательный, остросюжетный план. Итак, мы разжигаем камин. И…?

– И, бежим к причалу с дикими криками, снимаем нахрен всю одежду на ходу, прыгая в озеро! Оно холодное, но это весело. Я проверял! – Он ехидно ухмыльнулся. – Дальше идём в лес, либо греться к твоему камину, как пойдет. На ужин приготовлю тебе что-нибудь особенное. Можем прогуляться по ночным тропинкам, в поисках приключений на задницу и диких зверей. А можем всю ночь заниматься сексом… Но у меня есть и пару тузов в рукаве, о которых тебе не обязательно знать сейчас.

Он так смотрел на меня, а я думала только о том, что хотелось раствориться в нем без остатка:

– Ты основательно все продумал, Юн… И правда звучит, как идеальный план.

– У меня даже есть ещё один. Запасной.

– Озвучь. Интересно.

– Холодильник забит вискарем до отказа, можем просто нахерачиться и смотреть какую-нибудь романтично-сопливо-унылую дичь на ноуте, укутавшись в несколько пледов…

"Несколько пледов"

Боги, я начинала привыкать к такой заботе.

Забота Юна.

Особенная.

"Ния и несколько пледов" – всегда где-то рядышком, неразлучно.

Я еле сдержала смех.

– Гхэгхмм… – Я громко прочистила горло, – вискарь и плед – это конечно шикарно, Юн. Но первый вариант мне больше нравится. Там программа насыщенней.

– Ага-а! Ты явно повелась на купание голышом в озере!?! – Он выглядел слишком довольным и буквально расплывался в своей лукавой улыбке.

– Это вот как раз вряд ли…

– Ты, видимо, забыла, что я умею убеждать.

Он резко подхватил меня на руки и отнес к дому.

Я наконец смогла рассмотреть деревянный домик снаружи: почти всю крышу покрывал густой и зеленый плющ, его вьющиеся веточки гирляндами свисали к карнизу и немного закрывали окна. Дом будто вырастал из детских волшебных сказок, но был такой реальный.

Поставив меня на пороге, Юн сделал шаг и потянул за ручку, пригласительно вскинул ладонь, позволяя мне войти первой. Тяжёлая деревянная дверь со скрипом распахнулась:

– Добро пожаловать, госпожа, Райс. Будьте как дома.

– Благодарю, господин Кэсидо.

Мое щедрое и выдающееся воображение тут же нарисовало безумно реалистичную картину нашего, к сожалению, совсем нереального будущего. Там где нам удалось купить себе похожий домик и создать свой отдельный уютный уголок, в котором были только мы, не опасаясь, что в него может кто-то ворваться и разрушить. Глупо было даже надеяться на такое с моей стороны. Такое обычное и даже возможно банальное желание, о котором простые эзарийцы едва ли мечтали, казалось мне почти фантастическим в нашем случае.

Я отбросила и плохое, и хорошее, отвлекая себя открывшимся интерьером дома.

Внутри он был ещё прекраснее и уютнее. Мой взгляд моментально оказался прикован к камину, который Юн принялся разжигать. Слева от него стоял небольшой уютный диванчик, обтянутый тканью приятного песочного оттенка. На полу, прямо перед очагом, лежал ковер из искусственного меха нежно-молочного цвета. И по его виду у меня появилось ощущение, что он появился здесь совсем недавно:

– Юн, а ты здесь бывал раньше?!

Вчера впервые. Так что я не успел сам до конца изучить эту деревянную берлогу. Поэтому можешь смело пройтись по комнатам, их здесь немного.

"И слава всем Богам, Юн!"

Я чуть не сказала это вслух.

– Здесь все так и было или…?

– Не совсем, я вчера сделал несколько рейсов, чтоб привезти некоторые вещи, вот, ковер этот к примеру… – Ага, моя дедукция пока ещё не давала сбоев, – продукты, в общем, по мелочи, но этих мелочей оказалось слишком много.

– Похоже, ты как следует подготовился. А если бы я не согласилась ехать?

– Я бы связал тебя и привез в багажнике. Без вариантов, моя маленькая Фурия.

– Самоуверенно.

– Ну так. – Фирменная ухмылка не сходила с его лица.

На кухню я предусмотрительно не пошла. Не самое любимое место, в целом. Пройдя чуть дальше по коридору, по приятно скрипучему под ногами деревянному полу, я обнаружила дверь в ванную комнату. Она тоже была совсем небольшой и уютной. Сама ванна оказалась самой обычной, на ажурных ножках под старину, а рядышком висела ёмкость с водонагревателем. Чистые кремовые полотенца аккуратно были развешаны на стене и сложены на деревянной полочке.

Я вернулась, прошла ещё немного дальше и открыла дверь, на этот раз – в спальню. Здесь также интерьер не отличался изысканностью, но это и привлекало больше всего. Внутри я просто ликовала от этого дома. Если бы только время позволило, могла бы часами рассматривать совершенно обычные деревянные стены, такой же деревянный пол вместе с потолком и восхищаться этим всем так, будто передо мной находился как минимум бриллиант в сто карат. А самая обычная, ничем не примечательная лампа в черной кованой оправе вместо люстры, казалась произведением искусства.

Я обратила внимание на кровать. Прямо посередине на ней в стопочку были сложены несколько теплых пледов. Пропустив смешок, не стала сильно задерживаться, уверена, у меня ещё будет возможность рассмотреть все детали комнат чуть позже. Я вышла обратно в коридор. Меня привлекла дверь с витражной вставкой в виде желто-зеленого листочка в самом конце. Дернув за ручку я вышла…

На террасу.

И вот теперь это стало официально самым желанным и идеальным местом в моей жизни. Я застыла, не зная куда мне лучше смотреть: на потрясающий и уютный деревянный столик с двумя огромными, не менее комфортными плетеными креслами по бокам от него, или на вид, который открывался с этой стороны дома. Отчетливо слышалось пение птиц в лесу, будто их специально рассадили на ветки перед моим приездом. Я даже не могла вспомнить, слышала ли когда-нибудь вживую эти звуки?! Только если сидя на развалинах амфитеатра, но готова поклясться, что там вообще птицы не пели, либо я не замечала. Это было каким-то удивительным и отдельным наслаждением.

На широких деревянных перегородках были расставлены кашпо с цветами, а прямо посередине стоял огромный куст ночного жасмина. Судя по тому, что я читала в эзарийских хрониках о нем, эти маленькие белые цветы, похожие на звёздочки, богиня Нэйя любила вплетать в свои волосы, наслаждаясь их ароматом. Но делала она это исключительно по ночам, потому что днём цветы прятали свои бутоны и их было практически незаметно. Отсюда и пошло его название – ночной эзарийский жасмин, а религиозные эзарийцы называли его цветком Нэйи. Я так любила этот запах, что скупала буквально все духи с их ароматом и наконец нашла свои идеальные. Что ж, придется дождаться ночи и цветения этого потрясающего растения. Нужно будет спросить у Юна, откуда оно здесь взялось.

– Вот ты где? – Я вздрогнула от низкого бархатного голоса, успев погрузиться в атмосферу леса с головой. – Прогуляемся?

– Это по сценарию?

– Конечно. Но если пожелаешь, – он придвинулся вплотную ко мне и наклонился к моим губам, еле касаясь, – мы можем отклониться от сюжета прямо сейчас… – Он так сильно прижался ко мне всем телом, что, казалось, мои щеки леденели снаружи и одновременно пылали изнутри.

Этот мурлычащий шепот.

Черт.

Я либо заледенею окончательно, либо сгорю от его жара когда-нибудь. Едва сдерживала себя, чтоб не сорвать с него одежду, мне пришлось заставить себя слегка отстраниться.

– Нет уж, – стараясь не поддаваться его гипнозу, громко выпалила и улыбнулась, – давай пока по сценарию.

– Тогда идём, принцесса.

Мы вышли вдоль узенькой тропинки и решили прогуляться вокруг озера. От свежего воздуха, перенасыщенного кислородом кружилась голова. Юн крепко держал меня за руку. Я и сама боялась отпустить его. Мне каждую секунду казалось, что если отпущу – он снова исчезнет из моей жизни.

– Это невероятное место, мне кажется, что я могла бы остаться здесь жить и ни на минуту не пожалела бы об этом.

– Ну, только один минус все же есть…

– Это какой же?

– Здесь нет трамплинов и гоночных треков. – Я громко хохотнула.

– О, ну за этим я бы ездила на базу. Не проблема.

– Тогда да, действительно было бы идеально. Кстати, почему именно мотоциклы, Ния? Откуда появилась в тебе такая безумная страсть к ним?

– Ты, возможно, меня посчитаешь сумасшедшей после ответа на твой вопрос.

– Ну, немного безумия еще никому не навредило.

– Тебе сократить рассказ до минимума? Или с самого начала и во всех подробностях?

– Конечно, с самого начала! Спрашиваешь!? Хочу знать абсолютно все о тебе и как можно подробнее. – Я улыбнулась и крепче сжала его ладонь.

– Всё началось с одиннадцати лет, когда я впервые увидела, как проходят соревнования. Мы с… – Я хотела сказать дядей, но осеклась и не стала, – …с семьей приехали на соревнования по мотофристайлу и… Я влюбилась. С первых секунд. С первых мгновений. С первого взгляда, звука, маневра. Окончательно и бесповоротно. Влюбилась в запах жженной резины, бензина и моторного масла, в невероятные трюки, в мощь, которая скрывалась в каждом двухколесном монстре, наконец во всю эту нереальную атмосферу. Больше ни дня не прошло с того момента, чтоб я не думала об этом. И я начала ежедневно и ежечасно буквально ныть и просить мотоцикл, любой, просто, чтоб он был. И в итоге победила. – Я широко улыбнулась. – В силу своего возраста, я могла только тренироваться на площадке с инструктором, для меня подобрали сначала малокубатурный мотоцикл, более менее подходящий по росту. Питбайк, если точнее. Сначала именно мой рост был огромным препятствием на пути к мечте, но я научилась справляться и с этой проблемой. Уже к пятнадцати, я гоняла так, что ни у кого не оставалось сомнений в моих навыках. И дядя, – черт, все же сказала это, но Юн даже бровью не повел и я продолжила, – мне дал карт-бланш на мое передвижение по городу на мотоцикле. Меня никто не трогал. Ну разве что, ему приходили автоматически штрафы за превышение скорости. Я стала искать площадки с трамплинами. Их оказалось не так много в Орусе. Мне приходилось тяжело поначалу. Парни смеялись надо мной и постоянно подшучивали… Ну типо такого: "Эй, милашка, ты не заблудилась?" – Я специально изменила голос на более грубый и театрально сдвинула брови, – или: "Красотка, ты хоть знаешь с какой стороны ручка газа у этого коня?" – Юн нахмурился. – Но самыми обидными были вовсе не шутки. А когда кто-то из них подходил и на полном серьезе говорил, что мне здесь не место. Что этот спорт не для девушек и я обречена на провал. Вот тогда – злилась. Очень сильно злилась. Я всегда знала, что именно там МОЁ место. Не видела себя больше нигде. Пропадала на тренировках, посвящая им абсолютно всё своё свободное время. Мне казалось, что образование получала где-то между отработкой "Поцелуя смерти" и разбором вэшки на запчасти. К семнадцати, я уже могла выполнить практически любой известный трюк. Этот путь не был легким, я много падала и сломала наверное всё, что можно было сломать в своем теле… Но, благодаря моей уникальной способности к регенерации, о которой ты уже знаешь, я очень быстро возвращалась в строй. Те несколько секунд на трассе или на треке – я могу побыть собой. Это мой вид наркотика. Я уже не представляю себя без него. Это сложно объяснить, но думаю, что именно ты меня поймешь, как никто другой. – Я взглянула на него, он кивнул и молча улыбнулся. – Гонки и соревнования буквально поглощают меня, я не вижу никого и ничего перед собой в такие моменты, полностью растворяясь в мире скорости и трюков. Нужно ли говорить, что сейчас надо мной уже никто не шутит? – Я сделала театральную паузу. – Ну разве что, один наглый засранец, который мне как-то сказал "продать мот и купить очки". – Я метнула в Юна укоризненный взгляд, он хохотнул в кулак.

– Гхмгхм… Надеюсь, этот наглый и довольно дерзкий тип уже взял свои слова обратно?

– Ты знаешь, тоже вот на это очень надеюсь. Иначе мне пришлось бы его переехать. – Я выделила последнее слово, отправляя нас обоих в прошлое к нашему знакомству.

Теперь уже мы оба смеялись.

– Ния, я уже говорил тебе, что ты невероятная?

– Не помню… возможно.

– Ты удивительная, неповторимая, немного безумная и самая желанная… Твоя история достойна уважения. Не каждый мужчина способен на такое. И то, что ты безупречна за рулем мотоцикла – неоспоримый факт, маленькая Фурия.

– Юн… – я покраснела от такого количества приятных слов в свой адрес.

– И это далеко не всё. Я готов бесконечно говорить о твоих достоинствах. И поверь, вижу и замечаю каждое.

– Ты все же переоцениваешь меня…

– Скорее, недооцениваю.

Юн обхватил мою ладонь и легонько поцеловал костяшки пальцев, мы медленно обошли озеро и вернулись к причалу. А когда подошли к деревянному настилу, он тут же стянул с себя футболку и бросил прямо на берегу, затем обувь и брюки. Я ошарашенно молчала.

"Он серьезно насчет купания?!"

Странно, но свою перчатку он снимать не стал. Юн улыбнулся мне слегка, загадочно подмигнул и разбежавшись нырнул рыбкой в озеро.

Я подошла к краю причала и застыла в ожидании, пока он вынырнет. Его голова наконец появилась над поверхностью кристально чистой воды в нескольких метрах от меня и он швырнул что-то на берег… это были…

Плавки?!

– Юн! Я думала, ты шутишь! – мое изумление сложно было переоценить.

– Давай прыгай ко мне, малышка!

– Ты серьёзно? Неееет… Холодно! – Я рассмеялась.

– Ну же, Ния! Живем один раз! Этого может больше не повториться, ДАВАЙ!

– Ты сумасшедший, знаешь это? – Он действительно умел убеждать.

Черт, я почти решилась на это безумие.

Меня вообще легко было уговорить на все, что было связано с адреналином и безрассудностью. Удивительно.

Иногда, люди тратили годы на то, чтобы принять одно, казалось бы, простое решение, а вот на то, чтоб совершить какую-нибудь глупость, уходило не больше минуты.

– Уже завтра этот день превратится в наши воспоминания, малышка! А вот КАКИМИ они будут – решать тебе! Здесь и сейчас!

– Черт, Юн! Мне на тебя холодно смотреть, не то что нырять туда!

Но с другой стороны, если бы мы ни разу в своей жизни не приняли ни одного такого сумасбродного, безбашенного, безумного решения, эта жизнь была бы нестерпимо скучной и серой.

– Думал, ты у меня смелая! А ты самая настоящая трусиха! – Ну понятно, этот хитросделанный сексуальный засранец решил сменить тактику.

Ведь разве не из таких ярких воспоминаний мы потом и составляем список лучшего, что произошло с нами в этой жизни?

– Это запрещенный прием! И ты это прекрасно знаешь. – Я сняла майку и он присвистнул, – Но ты прав в одном: если я этого не сделаю – буду жалеть!

Кроссовки и джинсы отправились к майке и я застыла перед разбегом, оставшись в одном нижнем белье.

– Давай, принцесса, прыгай!

Глубокий вдох.

Я разбежалась и с громким всплеском и миллионом брызг, в отличие от бесшумно вошедшего в воду Юна, ворвалась в эту ледяную гладь. Вынырнула почти рядом с ним. И застучала зубами, окинув взглядом этого засранца, которого, похоже, вообще не беспокоил холод.

– Тв-во-ою м-ма-ать… К-ка-а-ак же х-хо-о-ло-од-но-о! – Меня просто нереально трясло, весь мой энтузиазм куда-то резко испарился.

– Потерпи, сейчас привыкнешь и согреешься. Иди ко мне… – Юн подплыл еще ближе, обхватив меня руками за талию.

– Юн… – Я выдохнула его имя прямо ему в губы, – ты всё таки п-пс-сих…

– Как скажешь, принцесса. – Поразительно, но его тело в такой ледяной воде, все равно оставалось горячим, как и его дыхание, он не дрожал.

Ни капли.

Неужели ему никогда не бывает холодно?

– Ты совсем не обижаешься, когда я так называю тебя?!

– Поверь, меня и похуже в этой жизни называли. А из твоих уст и вовсе любое слово звучит как комплимент, я ведь уже говорил тебе об этом.

– Д-да… Точно… Говорил… – с улыбкой на лице, я мысленно вернулась к нашим встречам у руин амфитеатра.

Юн притянул меня ещё ближе к себе, жадно вцепившись в мои губы своими, лаская руками мое дрожащее ледяное тело. Мне казалось, что если я до этого и была холодной, то теперь вполне могла заставить замерзнуть и укрыть коркой льда это прекрасное озеро, с не менее прекрасным названием – Фунду.

Лишь на минуту Юн оторвался от моих ледяных губ, чтобы своими горячими вымостить пламенную дорожку от моей скулы к шее и обратно к моим приоткрытым, дрожащим от удовольствия и холода, губам. Он будто каждый раз обжигал меня своими страстными поцелуями, но я снова и снова хотела их ощутить на своем лице, шее, груди, на каждом сантиметре своего тела, даже если бы они оставляли на нем ожоги. Я совершенно точно ощущала между своих ног твердость в его паху, но слегка отстранилась от него, потому что в моей голове тоже появился маленький сценарий. Юн, видимо, уловив мое настроение попытался снова вернуться к своим планам:

– Так, а почему у нас не по сюжету всё? Ммм?! – он сдвинул брови и нахмурился.

Я приподняла бровь и почти перестала дрожать, немного согреваясь от его тела:

– Как это не по сюжету? Вроде купание входило в твой сценарий, разве нет?!

– Ага, только ма-а-аленькая деталь, – он прищурился, – купание по сценарию – голышом! А на тебе по-моему парочка лишних вещей?

Я прижалась к его теплому телу в леденющей воде и обхватила ногами вокруг живота, приподнимаясь выше, чтоб оказаться на одном уровне с его лицом.

– Юн, пощади, я и так сейчас околею тут от холода! – Я взмолилась, а он одарил теплой улыбкой и дыханием, подхватив меня на руки и прижав к себе.

– Все, все, я схожу за вещами и полотенцами, заболеешь еще. Выплывай потихоньку, я быстро.

Нужно будет ему все же как-нибудь намекнуть, что я не болею простудными заболеваниями. Совсем.

Он нырнул и уже через несколько секунд был почти у берега. Я крикнула ему вслед:

– А мы разве не пойдем греться к камину?!

Он вышел из воды по пояс, повернув только шею в мою сторону:

– Успеешь ещё к своему камину, Ния. Ты совсем забыла про наш сценарий?! А то мне начинает казаться, что не мы с тобой в нем главные герои, а камин с дровами.

Я хмыкнула и улыбнулась. Он явно недооценивал значимость камина в своем сюжете.

Юн вышел из воды почти полностью и естественные ритмы моего сердца резко пустились вскачь. Что ж, я не могла оторвать взгляд от его чересчур сексуальной задницы.

Факт.

Из-за густо насаженных высоких деревьев темнело здесь определенно раньше, чем в Орусе. Пока я доплыла и вышла на берег возле причала, Юн уже вернулся с полотенцем, вещами и… пледом. На нем была простая черная борцовка, свободные спортивные черные штаны и кроссовки, я даже не удивилась, что они тоже были далеко не белыми.

– Переодевайся и пойдем, принцесса.

– Куда?

– Узнаешь.

Меня все еще трясло от холода. Я обмоталась полотенцем и сняла мокрое белье.

– Давай сюда, отнесу в дом, пока переоденешься.

Я слегка смутилась, но отдала ему мокрые вещи. Он собрал и свою одежду с причала, в которой приехал. Когда он ушел, я быстренько вытерлась насухо, выжала еще раз мокрые волосы, которые сохнуть будут теперь чуть ли не до завтрашнего утра, если не высушить феном, а затем подняла свои джинсы, футболку и кроссовки. Юн почти бегом вернулся ко мне, накинул плед на мои плечи, взял за руку, переплетая наши пальцы и потянул за собой:

– Так куда, ты сказал, мы идём?

– Не говорил. Твой прием на мне не сработает, Ния. Узнаешь.

Я чуть не топнула ногой от досады, он всегда все держал под контролем, а перехитрить его было практически невозможно. Мне оставалось только сгорать от своего неуемного любопытства. Спустя минут десять мы вышли на небольшую поляну. Почти стемнело и было довольно сложно что-то разглядеть. Юн достал из кармана зажигалку и поджег небольшую кучку веток прямо посреди этой поляны.

– Ты их здесь заранее сложил?

– Ага. Сейчас будем греться у костра. В этом особая романтика, так ведь?

– Наверное…

– Что значит, наверное? – он округлил глаза и приподнял брови – Ты когда-нибудь сидела у костра? Что вообще может быть лучше этого?

– Вообще-то нет, Юн. Не сидела. Ни разу…

Он взглянул на меня с таким удивлением, что мне почти стало стыдно за это упущение в своей жизни.

Но где мне было его жечь? Во дворе своего дома? В приюте? На базе? Я как-то даже не думала о таком никогда. Что это ещё за развлечение такое – разжигать костер? Для чего? Что в нем такого?

– Мда… Ния… Не думал я, что ты так много упустила в своей жизни…

– Эй! Я… – он не дал мне выругаться и резко впился в мои губы своими.

Уже через секунду я забыла, что вообще хотела сказать.

– Мне до безумия приятно, моя маленькая Фурия, что некоторые вещи у тебя происходят впервые именно со мной.

– Только не некоторые, а многие.

– Точно…

Костер все сильнее разгорался, а Юн подкидывал в него постепенно больше дров, которые были намного крупнее тех, что лежали в этой кучке изначально. Не знаю зачем, но я решила поведать Юну великую тайну моей любви к огню:

– Ты знаешь, а я ведь очень люблю на самом деле огонь… Дома я почти каждый вечер зажигаю много свечей в гостиной и на кухне когда ужинаю. Не люблю свет от ламп. Пламя от свечи мне кажется более живым и настоящим. Становится намного уютнее. Не могу объяснить, наверное, этой тяги…

– О, я тебя прекрасно понимаю, принцесса. Я вообще в детстве постоянно сбегал из приюта в лес, только ради того, чтоб развести костер и посидеть около него до тех пор, пока он не погаснет.

Юн сел прямо на траву у костра и усадил меня спиной к себе на бедра, обнимая за плечи. Мелкая дрожь приятной волной пробила все тело от прикосновения к его горячей груди. Мне безумно хотелось вцепиться в его губы и целовать их всю ночь. Все эти прогулки, купания… Казались мучительной пыткой для нас обоих, но в то же время невероятно приятно было вот так проводить это время вместе. Мы будто попали вдвоем в абсолютно другой мир. Параллельный. Где не было места войне между нашими кланами. Ненависти, убийствам, жестокости. Здесь были только мы.

Юн достал что-то из своего кармана и вложил мне в ладонь.

Горький шоколад.

Моя улыбка растянулась до ушей. Я скучала за этими вкуснейшими маленькими черными квадратиками, и тут же развернула, отправив в рот кусочек, медленно рассасывая на языке, растягивая удовольствие.

– Ммм, мне их очень не хватало, Юн.

– А мне не хватало другого сорта моего горького и самого вкусного шоколада… – Его ладонь скользнула между моих ног по внутренней стороне бедра и я тут же их сжала от накатывающей волны возбуждения.

– Юн… это по сценарию?!

– Боги, Ния! Может, к черту уже этот грёбаный сценарий?!

– Я хочу досмотреть твое кино до конца… – Он убрал руку и снова обнял меня, сильнее прижимая к себе, а я мысленно уже успела пожалеть о сказанном.

Я безумно хотела его. Нет, отчаянно, нестерпимо. Хотела так сильно, что не могла уже думать ни о чем другом.

– В следующий раз я перепишу сраный сценарий и мы начнем с самого вкусного…

– Не сомневаюсь. – Я выставила ладони ближе к костру.

Огонь приятно согревал и даже покалывал руки. Он будто завораживал и манил к себе. А костер… Это и правда было магическим зрелищем. Кажется, я могла бы бесконечно смотреть на него, наслаждаясь горячими объятиями Юна. Слушать, как приятно потрескивали в огне дрова, а искорки поднимались прямиком в ночное небо, кружась в потрясающем танце. Это были новые ощущения и эмоции, но я уже любила их всем сердцем. Мне вдруг стало интересно узнать о его детстве.

– Ты помнишь своих родителей? Во сколько лет ты попал в приют?

– Тут особо и рассказывать нечего. Отец погиб в автокатастрофе когда мне было пять, а свою мать я и вовсе не знал и никогда не видел. Братьев и сестер у меня не было. Этот кулон в форме клыка, – он поддел пальцами обе цепочки на своей шее, – и подвеска в виде древней эзарийский руны – все что от него осталось. Ну а потом приют. Он, кстати, находился совсем рядом с Виридисом.

– Мне жаль, Юн…

– Не стоит, малышка. Не нужно жалеть о прошлом, ведь каждый шаг, каждое событие в нем привели меня к тебе.

Я повернула к нему шею и прижалась сильнее к его груди, он нежно гладил меня по влажным волосам.

– А ты? Помнишь своих родителей?

– Нет, сколько себя помню, только приют. До столицы я находилась в одном из приютов на нейтральной территории, а потом нас вместе с Варом перевели в интернат Оруса. Я понятия не имею, кем были мои родители и почему отказались от меня…

– Мне жаль, что ты не знала их, но я рад, что этот путь привел ТЕБЯ ко мне…

Я почти согрелась в его руках и мне хотелось провести здесь всю ночь. Костер понемногу затухал, расправившись со всеми поленьями, оставляя от них лишь угольки, и Юн вдруг потянул к нему свою правую ладонь. Я ошеломленно смотрела на его кисть и на пламя, не веря своим глазам. Огненные языки будто тянулись к его руке, в каком-то невероятном и фантастическом танце, хотя до этого ветер устремлял их в совершенно противоположную сторону.

– Юн, ты видел это?!

– Что именно?!

– Пламя! Оно будто отреагировало на твое движение. Поднеси вторую ладонь к костру…

Он выставил вторую кисть раскрыв ладонь и пламя от костра потянулось к ней тоже.

– Мда… странно.

– Может, тебе поэтому холод нипочём? Тебя любит огонь…

– Ты знаешь, мне важно чтоб кое-кто другой меня любил и по сценарию костер должен был уже догореть! А вот я наоборот – сгораю от нетерпения. Хочу вцепиться в твои губы и целовать БЕСКОНЕЧНО! И не спрашивай меня про сценарий. Я только что переписал его. Идём.

Юн так легко обхватил меня за талию и поднял к себе на руки, что я и ответить ничего не успела. Но он был чертовски прав, ни один закат и рассвет, волшебство костра, магия леса и озера не сравнится с желанием которое росло внутри меня каждую минуту все сильнее.

Вернувшись в дом, я прямо с порога заявила:

– Надеюсь, ты захватил с собой парочку черных рубашек, потому что я иду в душ. Я вся пропахла костром твоим.

– Мне нравится твой запах, Ния.

– Ну нет, я все равно иду в душ.

Он улыбнулся:

– Иди, принесу тебе твою рубашку.

Когда я вышла из ванной, любимая черная рубашка уже висела около двери на крючке. Я быстро надела ее и направилась в гостиную.

– Надеюсь, ты меня дождешься принцесса, я быстро.

– Юн, погоди. Скажи, ну чисто случайно, возможно, здесь есть свечи?

– Случайно есть, на кухне в шкафах или ящиках, где-то определенно были. По крайней мере, вчера видел несколько.

– Ладно, поищу.

Когда я вошла в гостиную, с удивлением обнаружила, что Юн успел развести огонь в камине, поэтому свет включать и не требовалось. От него исходило такое приятное, уютное и живое тепло.

Я все-таки нашла несколько свечей в шкафу и расставила их на деревянном столике у дивана и одну поставила на подоконник.

И хотя, у камина стоял уютный мягкий диванчик, я не удержалась от желания сесть именно на пол. Постепенно согреваясь у камина, я завороженно смотрела на огонь. Его приятное потрескивание только добавляло уюта и чего-то волшебного вечерней обстановке. Будто мы перенесли костер из леса с собой и снова эта магия огня была рядом с нами.

Юн вышел из ванной, подкинул в очаг побольше дров и присел рядышком со мной прямо на мягкий и пушистый ковер, оперевшись спиной о диван.

Его плечи заметно расслабились. В тусклом свете огня четко очерченные линии его идеальных скул и подбородка будто смягчались и становились нежнее.

Угольно-черные волосы, все еще немного влажные, тоненькими черными нитями спадали чуть выше ключиц, а полотенце, непростительно низко повязанное вокруг бедер, будоражило все мое сознание и воображение. Мое тело, будто покалывали тысячи микро иголочек.

Я обратила внимание на его левую руку: он наконец не спешил надеть свою перчатку. Здесь были только мы. А это означало, что Юн научился мне доверять настолько, что в его неизменном аксессуаре не было необходимости и я была этому безмерно рада. Потому что его левая рука, как и все остальное его тело, было для меня безупречным. Со всеми его изъянами, жуткими шрамами, увечьями и ожогами, Юн был совершенным для меня, я любила и принимала каждую мельчайшую его частичку, каждую клеточку его организма.

🎵 Slow – ASSA Amanati x Roniit

Не отрывая от него пристального взгляда я придвинулась к нему с левой стороны и обхватила его кисть, мягко перебирая своими пальцами, поглаживая одновременно его тыльную и внешнюю сторону ладони, передвигаясь выше, нежно лаская и поглаживая каждый его шрам, почти как в тот день, когда он впервые снял свою перчатку передо мной, но сейчас я это делала намного смелее и увереннее.

Я ощутимо провела ладонью по черной пластине, вставленной в его руку, не зная, почувствует ли он хоть что-то в этом месте. Притянув к губам его истерзанную руку, я поцеловала каждый палец, каждую костяшку на ней и каждый шрам. Мне так хотелось, чтобы он больше никогда не надевал эту перчатку, чтоб он принял себя. Потому что я приняла его именно таким ещё в тот день у обрыва, когда он впервые мне доверился. Юн издал какой-то мурлыкающий, слишком приятный звук, прикрыл веки и немного откинул голову назад. И когда он это сделал, во мне возникло дикое желание поцеловать его именно в то место на шее, где отчётливо выделялся его кадык.

Я почему-то только сейчас поняла, что все это время в основном Юн покрывал абсолютно все мое тело своими горячими поцелуями, а я… Мне безумно хотелось сделать тоже самое с ним и увидеть его реакцию на мои поцелуи. Я перекинула через него ногу, словно через любимый мотоцикл и оказалась верхом на его бедрах, так было легче дотянуться до моей цели. Юн поднял голову и раскрыл глаза:

– Ния…

– Тшшшш… – я прижала свой большой палец к его губам, чуть приподнялась, обхватывая в кулак его волосы на затылке и слегка потянула назад, чтобы он вернулся в то же положение, в котором находился несколько секунд назад. Он послушно подчинился. – Верни все как было и закрой глаза, Юн… Настал мой черед создать свой сюжет для этой ночи.

Я приблизилась максимально близко к его шее и обозначила языком дорожку от его впадинки между ключицами к кадыку, вернулась обратно и слегка подула на оставленный только что ледяной и влажный след. Его тело моментально покрылось мурашками, он сглотнул и этот бугорок снова дернулся, а я наконец сделала то что хотела, обхватила губами этот соблазнительный холмик на его шее и жадно поцеловала, дойдя своими губами до линий его подбородка, слушая его уже отнюдь не спокойное дыхание. Я опустилась ниже к его потрясающим и слишком привлекательным ключицам – еще одно место на его теле, которое всегда вызывало во мне трепет. Наконец отпустила все свое стеснение и позволила себе прикасаться к его телу там, где только хотела. И он мне позволял.

Я оставила ледяную тропинку из своих поцелуев на каждой косточке его выделяющейся острой ключицы, Юн обеими руками сдвинул вверх края моей рубашки и стиснул мои ягодицы в своих горячих руках до приятной боли, а я издала слабый, еле слышный стон. Он снова открыл глаза, я уселась ниже, прямо туда, где под его полотенцем было абсолютно ясно, что он уже сгорал от желания. Но сегодня ему придется потерпеть, пока я не поцелую все, что хотела и упустила за все то время, что мы вместе. И я воспользуюсь в полной мере этими моментами рядом с ним.

От ключиц я перешла ниже к его твердой как камень груди, отчетливо ощущая его учащенное биение сердца, я повернулась ухом к его торчащему соску и потерялась о него, словно кошка. Его гладкая идеальная грудь возбуждала меня не меньше чем все остальное, я обхватила губами светло-коричневую симпатичную выпуклость. Юн тут же ответил мне хриплым низким стоном. А я не могла оторваться, от его древесно-цитрусового запаха, вперемешку с горьким шоколадом, снова и снова посасывала, зализывала и целовала его торчащий и твердый маленький сосочек. Все тоже самое я медленно проделала со вторым.

Потом спустилась ещё ниже… туда, где все еще оставался розовым его шрам от ранения, во время облавы нашего клана, в сердце кольнуло и я заглушила эту боль, нежно целуя этот шрам. Я всем телом медленно двигалась вниз, чтобы мне было удобнее целовать его везде, где только пожелаю.

Затем сдвинулась ещё ниже по телу Юна уже настолько, что вместо моих бедер, он гладил меня по затылку и волосам. Бросив на него короткий взгляд я поняла, что он все это время наблюдал за мной. Продолжая покрывать низ его живота поцелуями, я не удержалась и спросила полушепотом:

– Почему ты так смотришь?!

– Хочу видеть тебя малышка.... Видеть, слышать, ощущать…, Чтобы не упустить ни одной минуты рядом с тобой.

Я немного смутилась, но мне так хотелось продолжить то, что начала, будто заново изучая его. И наконец, добралась до ещё одной части тела, которая сводила меня с ума – его выделяющиеся костяшки, тугие рельефные мышцы на бедрах, крупные жилки и венки рядом, и V-образная прокачанная линия паха, которая привлекала меня ничуть не меньше, чем V-образный движок моего харлея, возможно даже больше. А когда я жадно прижалась губами к этим выступам, в опасной близости от топорщагося края полотенца, Юн издал громкий стон, вперемешку с рыком, сжимая в своей руке мои волосы на затылке. Подняла глаза на своего плотоядного хищника, а он все же прикрыл свои от удовольствия. Я наслаждалась его вожделением, возбуждением, истомой, его голосом и вздрагиваниями от моих действий, его телом, покрывающимся мурашками в который раз от моих ледяных прикосновений.

Этот наркотик был несравнимо лучше самой высокой скорости, трюков и трамплинов, доставляя в мозг не меньше жгучего адреналина. Несмело и медленно отодвинула вниз полотенце с его бедер, оно явно было лишним. Мое дыхание разогналось и участилось за секунду и забилось в красной зоне, черт, я впервые смогла рассмотреть его тело так близко и в таких подробностях. Все его естество выражало огромное желание. А мне было страшно сделать что-то не так, но не могла отказать в новом удовольствии ни себе ни ему.

Но всего на секунду мой взгляд упал на переднюю часть правого бедра. Света от камина было достаточно, чтобы увидеть огромный шрам до самого колена. Я разволновалась и посмотрела на Юна. Он открыл глаза и совершенно спокойно покачал головой, дав понять, что для этого совсем не время. В ответ я молча кивнула.

Нежно дотронувшись до его нескромного достоинства, я провела рукой по всей длине, слегка сжимая в кулак, снова услышав его сладкий стон. Мне нужен был этот стон, как подтверждение того, что я все делала правильно. А я наконец-то позволила себе бесстыдно и жадно рассматривать и трогать все его тело, целовать каждую его часть, без смущения и робости, потому что этот человек стал для меня самым желанным и родным на свете. Кожа здесь была такой бархатистой и настолько нежной, что хотелось касаться ее снова и снова.

Я подняла голову, продолжая свои движения рукой и посмотрела на него, Юн открыл глаза и в них мелькнул огонек от камина, всего на секунду задержала взгляд на этом огненном танце в его зрачках, а затем не удержалась и закусила нижнюю губу, только на этот раз не машинально, а специально. По его телу прокатилась волна дрожи и он полушепотом произнес мое имя с привкусом бархатного, обволакивающего и самого любимого на свете горького шоколада:

– Ния…

Все ещё глядя ему в глаза, я опустила голову и прошлась легкими нежными поцелуями по всей длине от головки члена до самого основания. Целуя каждую выступающую венку, каждый миллиметр, мне хотелось повторять это снова и снова. А когда медленно провела по нему своим холодным языком, Юн содрогнулся и весь покрылся мурашками, подавшись немного мне навстречу. Мне приносило огромное удовольствие уже только то, как его тело и мышцы напрягались и дрожали, как его губы сжимались, а затем выпускали протяжные стоны, которые сменялись то мурчанием, то диким, почти утробным рычанием.

Он прикрыл глаза, а я наклонилась и обхватила губами его головку, Юн впервые издал такой громкий и глубокий стон и немного выгнулся от накатившей истомы. Я двигалась медленно, лаская руками его бедра и низ живота, скользя по соблазнительным кубикам его пресса. Все его тело слегка задрожало и в очередной раз покрылось мурашками, а я получала от этого настоящее удовольствие Я так ярко ощущала, как каждая его мышца под моими руками напрягалась. Повторяя свои движения губами снова и снова, но немного быстрее, я наслаждалась его прерывистым дыханием и звуками, которые он издавал. Признавшись мысленно самой себе в том, что мне нравилось это чувство контроля над его телом, я жадно облизала его головку.

До этого момента каждый раз я была полностью в его власти, а теперь мы будто поменялись местами. Мои губы то ускоряли движения, то замедляли, а он так по-разному реагировал абсолютно на каждое мое действие. И я получала от этих новых эмоций и ощущений не меньшее наслаждение. Мне нравилось наблюдать за его яркими эмоциями.

Поглаживая мои плечи одной рукой, он заботливо заправил часть моих выбившихся длинных волос за ухо, а большим пальцем левой руки скользнул по моей щеке, очерчивая скулу:

– Я долго так не выдержу, принцесса…

Я отстранилась от его горячей твердой плоти всего на секунду чтоб ответить:

– Тогда сделай это для меня… – Мне оставалось только надеяться, что он понял мой намек и то, что я хотела дойти до конца вместе с ним в этом удовольствии.

Мне хотелось этого безумно и мое сердце забилось сильнее, когда я снова обхватила его губами, уже намного увереннее продолжая наслаждаться его солоноватым вкусом и новыми эмоциями. Юн сначала нежно шептал мое имя, а я буквально чувствовала, как он пульсирует все сильнее у меня во рту. Черт, я хотела почувствовать как он кончает. И через секунду ощутила это в полной мере вместе с криком моего имени на его губах. Он сделал ещё пару движений бедрами навстречу моим губам, а затем притянул меня к себе за плечи и поцеловал меня так горячо и неистово. Боги, я сходила с ума от всего происходящего и мне было мало. Когда наконец мы смогли оторваться друг от друга, Юн прошептал мне на ухо:

– Ты – Богиня, знаешь об этом?! Изумительная, фантастическая… Я иногда не верю, что ты реальна…

– Бесконечно люблю тебя…

– Мы должны кое-что продолжить принцесса….

Он скользнул рукой между моих бедер и его палец легко оказался внутри меня. От дикого возбуждения, которое меня уже переполняло, мне хотелось кричать. Юн убрал руку и хрипло произнес прямо мне в губы:

– Прости, что тебе пришлось меня немножко подождать…

Он приподнял меня за талию, усаживая на себя и оказался во мне в одно движение, я выдала достаточно громкий стон в ответ на его действия.

Ну как же я скучала по нему и его телу.

Дернув руками на мне рубашку, несколько пуговиц которой разлетелись в разные стороны, он приспустил ее вниз по моим плечам, оголяя мою грудь. А затем медленно обвел большими пальцами вокруг моих затвердевших сосков. Я ахнула, когда он вцепился в них зубами, а затем стал посасывать и целовать.

Юн сидел оперевшись спиной о диван, сжимая мои ягодицы в своих горячих руках, помогая мне приподниматься на его бедрах и задавая темп нам обоим. Он наклонился ко мне, жадно припадая к моим губам, его горячее дыхание на моей ледяной коже доводило до исступления. Мой жук-Голиаф сходил с ума внутри живота, не успокаиваясь ни на минуту. Обхватив мое лицо обеими руками, немного замедляясь, Юн прошептал, глядя прямо мне в глаза:

– Я не хочу чтобы это заканчивалось, малышка…

Я еле смогла ответить, потому что меня снова и снова накрывало волной удовольствия:

– Мы всегда… Можем начать сначала… – Я понимала, что долго тоже не выдержу, что с каждым его движением во мне, была близка к заветной разрядке.

Наши тела сплетались в единое целое, как и наше сбивчивое дыхание, порывистое, одно на двоих.

Страсть, неистовство, пылкое безумие, мы оба взмокли от продолжительности и импульсивности наших движений. У меня больше не было сил ждать, Я посмотрела на него, а он, кажется, и не думал закрывать глаза:

– Юн… – мне достаточно было прошептать его имя, чтобы он все понял.

Приподняв меня, сделав всего одно ловкое движение, я оказалась на спине под ним. Он ускорился, точно моя Zэдка, изголодавшаяся по бешеной скорости. Каждый удар его бедер, каждое его движение во мне было настойчивее и резче предыдущего, все быстрее и быстрее, будто мы находились на гоночном треке, но в этой гонке мы оба оказались победителями. Он крепче и сильнее вжимался в меня всем телом, а от нарастающего наслаждения у меня сводило ноги и кружилась голова.

С моих губ наконец вырвался вожделенный крик со стоном и выдохом. Эндорфины хаотично перемещались по всему моему телу. А через секунду я услышала и его приятный и глубокий низкий стон напополам с хриплым рычанием. Он накрыл мои губы своими и задержался внутри меня на несколько приятных секунд, продолжая бесконечно покрывать поцелуями мое лицо и шею, а затем нежно целовал в губы, будто не мог никак насытиться нашими поцелуями. Наконец он словно без сил рухнул рядом со мной на спину.

Мы лежали так непростительно долго, беззаботно. Нам не нужно было никуда бежать, что-то придумывать, переживать что нас поймают или… О самом плохом больше думать не хотелось. Мы принадлежали сами себе, друг другу на эти два дня и это было истинным счастьем. Я ловила каждое мгновение в этом волшебном месте, наслаждаясь им.

– Принцесса… Кажется, у меня по сценарию был еще ужин…

– К черту… Пусть он подождет до завтрака, я никуда не хочу отпускать тебя…

– А я тебя и не отпущу.

Не знаю, как так вышло, но до спальни ни он, ни я так и не дошли, мы уснули прямо так возле камина. Это удивительно, но к нам обоим в эту ночь не приходили кошмары и она показалась мне самой чудесной из всех за всю мою жизнь.

Если нам и предстояло впереди потерять друг друга, погрязнуть в войне между нашими кланами окончательно или даже погибнуть, то я могла с уверенностью сказать, что эти счастливые моменты, проведенные рядом, миллион раз стоили того риска, на который мы пошли друг для друга.

Проснулась от того, что в доме стало значительно прохладнее, камин почти потух. Но я была заботливо укрыта несколькими тёплыми пледами. И подумала, что это были абсолютно все одеяла, что находились в доме.

Он специально просыпался среди ночи, чтоб принести их сюда и укрыть меня? Поддерживал огонь в очаге, чтоб тот не потух до утра?

– Доброе утро, мото-принцесса, – я услышала этот приятный, хищный хриплый спросонья, полушепот у самого уха и по телу моментально пробежали мириады мурашек. – Сейчас разожгу огонь и станет потеплее. Прости, я слишком крепко уснул и не заметил, когда он погас.

– Юн… А ведь действительно – самое доброе утро… Утро, когда мне не нужно спешить в столицу, утро когда у нас впереди ещё целый день и одна ночь… Но потом…– Юн резко приложил свой большой палец к моим губам, не дав договорить.

– Стоп. Ния, родная моя, давай без "НО" и "ПОТОМ" у нас есть еще как минимум сутки, чтоб насладиться каждым моментом.

– Ты прав, прости… – я прикоснулась нежно к его губам и еле выпустила из своих объятий.

Юн обмотавшись какой-то простынью, даже не знаю, когда она успела здесь появиться, принялся разжигать огонь. Перед камином вообще творилось что-то непонятное, как будто здесь торнадо прошелся. Я мысленно вернулась в прошлую ночь…

– Я быстро в душ, а потом – завтрак.

– Ага. – Я заглянула под одеяло, и глазами пыталась найти свою рубашку, которая по идее должна была оставаться на мне… Или нет?!

Мне совершенно точно нужна была ванна и одежда, хоть какая-нибудь. Я последовала примеру Юна и укутавшись в один из теплых пледов пошла исследовать спальню. Окинув взглядом кровать, почему-то подумала, что за все это время она нам ни разу не пригодилась чтобы… Гхм… Я вспомнила слова Юна, когда мы были на крыше "Скайхолл" – "…ты ведь понимаешь, что мне совсем не нужна кровать, чтобы любить тебя…"

Я закусила губу, вспоминая эту ночь, которая была слишком безумной и прекрасной.

Открыв створки шкафа, в очередной раз убедилась, насколько Юн все предусмотрел. На полке стояли уже знакомые пакеты с бельем и одеждой для меня… я взяла в руки оба и вернулась в коридор. С удивлением обнаружила Юна на кухне, он уже мастерил какой-то завтрак в одних плавках.

Боги.

Мне стало стыдно в этот момент. Нет, совсем не от того, что этот сексуальный засранец готовил в одних трусах. А от того, что он ГОТОВИЛ. На его месте должна быть, наверное, я? Хотя с другой стороны, почему – должна? Я никогда не претендовала на номинацию в категории "кулинарные таланты", не любила и не умела готовить. А судя по виду Юна, ему этот творческий процесс даже нравился. Из меня выйдет просто потрясающий наблюдатель и дегустатор.

Де-факто.

Давай бегом в ванну и за стол! Новые щетки и паста лежат возле раковины. – Он выглядел таким бодрым и….

Счастливым?!

Уверена, что выглядела также. Я наконец поняла, что именно нам обоим нужно было для счастья. А ведь совсем не много: простая жизнь, в уютном маленьком доме, пара мотоциклов под окном, пасмурная, иногда дождливая погода и КАМИН. Этот треск огня в нем, завораживал, мои безудержные мысли разлетались куда-то, освобождая голову. И становилось так… легко и свободно. Я не хотела даже думать о том, что уже через сутки это все превратится в воспоминания. Юн как всегда оказался прав – ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС. То что будет нашим воспоминанием завтра – нужно сотворить уже сегодня, жадно хватая каждый момент и оставляя его ярким отпечатком в нашей памяти, так же, как бернаут оставлял на асфальте насыщенный черный след от сожженных покрышек.

Когда я вышла из душа, одевшись в удобный черно-белый спортивный костюм, на столе уже ждал завтрак, невероятно опьяняющий запах кофе, а МОЙ ЮН, уже сидел напротив и улыбался.

– Давай скорее, принцесса, остынет все!

Открыто улыбнувшись всей этой картине в ответ, я молча уселась на деревянный стул. Он показался мне таким простым, грубо и небрежно сделанным, но для меня – снова идеальным. Здесь все казалось таким. Мне не хотелось покидать это место.

На тарелки были разложены аппетитные горячие бутерброды, ягоды и фрукты. Просто потрясающе, лучше чем в кафе у Энти по утрам. А главное – Юн, он был здесь, рядом, на расстоянии вытянутой руки. И я могла прикоснуться к нему когда захочу. Не спеша мы покончили с завтраком и выйдя из-за стола, сплелись в объятьях, будто не видели друг друга уже целую вечность.

Эта утренняя идиллия отодвинула на задний план абсолютно все остальные мысли. Нам не нужно было ничего говорить друг другу. Но нас прервал звонок, это был телефон Юна, потому что мой благополучно остался дома. Он ответил:

– Слушаю. – я была близко и услышала, как кто-то громко выругался, Юн передал мне гаджет и слегка нахмурился.

И я уже поняла, КТО звонил.

Так интересно было наблюдать за тем, как они, скрипя зубами, пытались взаимодействовать, для того чтоб я могла наконец почувствовать себя счастливой.

– Это тебя, маленькая Фурия.

– Ния, как ты?! Все хорошо? – Такой взволнованный и родной голос.

– Даже слишком. Спасибо, Вар, знаю, что без тебя, ничего не вышло бы…

– Ничего не знаю, я здесь не при чем! – Он рассмеялся и я вместе с ним. – Ладно, тогда не буду мешать, главное, что услышал тебя, отдыхай. До завтра!

– До завтра…

Мой взгляд упал на переднюю сторону правого бедра моего хищника. Пока я разговаривала с Варом, Юн, скрестив руки на груди стоял передо мной на расстоянии вытянутой руки, облокотившись о столешницу. Этой ночью я впервые увидела огромный жуткий шрам, почти на всю ширину и длиной от основания до колена. Прижав руку к его ноге, я провела по нему пальцами, неотрывно разглядывая. Этот шрам… Я даже представить боялась, в каких муках он получил его. Ему будто просто вырезали кусок кожи вместе с мясом. Я подняла глаза на Юна, который внимательно следил за моей реакцией. Ночью мы решили не говорить об этом, но я не могла просто промолчать и дальше.

– Юн… Этот шрам… Его ты тоже получил ТОГДА?… – Я сильно сжала пальцы на его левой руке и была уверена, что он понял мой вопрос.

Он подхватил меня под ягодицы на руки и прижал к себе, я обвила его бедра ногами.

– Да, малышка. Но тебе ни к чему подробности. Надеюсь, он тебя не пугает.

– Никоим образом… Просто… Если ты решишь все рассказать, я выслушаю.

– Знаю. Но не нужно. Я, кстати, все думал, может все же воспользоваться твоим советом и сделать на его месте татуировку, но понятия не имею, какую. Так что… пока так…

Татуировку.

Это слово теперь навсегда будет возвращать меня к Хиро…

Вся безмятежность и беззаботность последних суток вдруг рухнула. Мое сердце и душу заволокла вуаль скорби и печали. Но в то же время я была не в праве вываливать свои страдающие внутренности на него. После всего, что случилось, он выглядел таким счастливым, таким… окрыленным. Юн заслуживал большего, чем двое суток счастья. Я вновь собрала себя по крупицам и постаралась не показать своих переживаний.

– Если тебе все же придет в голову эскиз тату, обязательно поделись, иначе я сгорю от любопытства.

Он рассмеялся и поцеловал меня в нос:

– Ния, я даже не сомневаюсь, что твой миниатюрный симпатичный носик захочет выяснить все и сразу.

Мне в голову будто ударом молнии пришла вдруг идея и я не могла не поделиться этим с Юном:

– Кстати о татуировках, я хотела спросить, нет ли у тебя знакомого мастера, надежного и обладающего талантом исполнить на теле любой каприз?

– Хочешь новую тату, принцесса?

– На самом деле, не то чтобы новую… – Я протянула ему левую руку с последней татуировкой Хиро. – Хочу вот здесь рядышком набить его имя… Если ты конечно не будешь против…

– Не буду. – Он погладил мое запястье и снова привлек меня в свои объятия. – Есть у меня один знакомый мастер. Паук. Он довольно эксцентричен, но свою работу знает превосходно.

– Паук?

– Ага. Потом поймешь, откуда это прозвище. Его зовут Кассель Хаук. Но те, кто знаком с ним близко, зовут его либо Касс, либо Паук. Вроде как его фамилия в переводе с древне-эзарийского, как раз и означает "паук". Но он и правда, тот ещё арахноид по жизни, так что не удивительно.

– Надеюсь, не ядовитый?

– Нет, он безобидный, если найти к нему свой подход.

– Оу. Звучит конечно…

– Я тебя познакомлю с ним, как только будешь готова.

– Спасибо.

– Мы поедем к нему вместе, я тебя не оставлю одну в его паутине, не переживай.

Вот теперь во мне прибавилось уверенности.

Юн наверное уже автоматически потянулся к своей кожаной перчатке, но я обхватила его левую руку, слегка сжимая:

– Не надевай ее, пожалуйста… Здесь только мы, и я хочу видеть тебя, твои руки… Всего тебя.

– Ния, я просто… Думал, тебе неприятно смотреть на это каждый раз… – Он поднял руку и кивнул на ее тыльную сторону, там где была вставлена черная пластина.

Я поднесла его ладонь к своим губам, целуя каждый сантиметр:

– Ты, кажется, плохо меня услышал… Ни в первый раз, ни сейчас мне не было неприятно, я одинаково люблю каждый участок твоего тела и хочу, чтобы ты хотя бы наедине со мной не надевал свою перчатку. Если конечно тебе самому это не принесет неудобств.

– Ния… я… Это много значит для меня.

Я встала на носочки и потянула его к себе за шею, нежно лаская его губы своими, а затем прошептала ему прямо на ухо, притянув ещё ближе к себе:

– Хочу тебя…. БЕСКОНЕЧНО… – Его пульсирующая и затвердевшая плоть, упирающаяся в мой живот, моментально откликнулась на мои слова.

К слову, ни спальней ни кроватью мы снова так и не воспользовались.

Прекрасное начало дня. Но мне вдруг стало не по себе от недосказанности и я все же добавила немного горечи в это утро. Знаю, что обещала ему не вспоминать и не думать о том что произошло, пока мы здесь, но…

– Юн?!

– Да, малышка?!

– Я должна попросить прощения, знаю, что обещала, но я не могу сделать вид, что ничего не было… Те слова, что я тогда тебе сказала… – Он не дал мне договорить, прижав палец к моим губам.

– Ния, даже не думай, я все прекрасно понял ещё в тот день. Если кто и должен просить прощения, то это я. Поэтому давай просто пойдем дальше.

– У нас нет будущего, Юн. И нет шансов. Ты готов обменять свою жизнь и судьбу на неизвестное количество дней, проведенных вместе?

– За каждый из этих дней я готов убить или умереть.

И я прекрасно понимала, что он не шутил. Потому что желала того же. И была готова на все, ради таких вот минут вместе.

Он нежно поцеловал меня и я поняла, что нам действительно необходимо отпустить это все и попытаться снова удержаться на хрупком стеклянном покрытии и не упасть.

– Тут ещё одна небольшая проблема… Те таблетки… про которые я тебе говорила. У меня нет их с собой… А мне нужно выпить в ближайшие сутки одну капсулу.

– Понял. Нет проблем, принцесса, диктуй название, я съезжу в ближайшую аптеку и привезу.

Мне не хотелось его отпускать, но это была маленькая необходимость. Он моментально отреагировал на мою просьбу и уехал.

Пока его не было, я взяла плед и спустилась к причалу, усевшись на деревянный настил у озера, болтала ногами и всматривалась в безмятежную водную гладь.

Сегодня с самого утра было пасмурно. Этот потрясающий запах – приближающейся грозы, никогда и ни с чем невозможно перепутать. Мягкий теплый ветерок постепенно перерастал в сильный, забираясь прямо под одежду, точно напоминая о той самой нашей первой ночи у обрыва. Слегка запрокинув назад голову, я оперлась ладонями позади себя о деревянное покрытие и подставила лицо ветру с первыми капельками дождя.

Спустя час Юн вернулся, а мне это время без него показалось целой вечностью.

Юн.

Виридис.

Я, похоже, стал привыкать к ее дикой и необычной любви к дождю и честно говоря, сам в нем находил нечто притягательное, но больше все же любил наблюдать за ее эмоциями в такие моменты. Между ней и дождем всегда существовала незримая удивительная связь, будто синтез ее энергии с грозой. И за этим можно было наблюдать часами.

Ния просто до одури была совершенна, а все ее шрамы, особенности и неестественно ледяная шелково-белоснежная кожа, удивительные глаза, будто созданные самой вселенной, синеве которых уступало небо и океан, делали ее еще более идеальной и недосягаемой. Она была непостижимой, фантастической и самой желанной.

Меня не покидало ощущение того, что эта девушка просто не могла вот так влюбиться в такого как я. В чем-то здесь был подвох? Что она могла разглядеть во мне?! Я был потерян, разбит, заблудился среди собственных демонов – кровожадный монстр, потерявшийся в своем же сознании и меня все это устраивало до встречи с ней. Для чего она протянула мне свою ладонь, выдернув из собственной тьмы?

Рядом с ней даже воздух казался другим.

Понятия не имел, как это работало, но мы будто уравновешивали друг друга.

Она склеивала по кусочкам мрачный и темный калейдоскоп моей души воедино, расставляя внутри все цвета по своим местам. А я добавлял своей темноты в ее светлую душу и похоже, ей это было также необходимо. Это как если бы она или я все это время пытались ездить на мотоцикле на одном колесе, чиркая по асфальту железом, не имея возможности развивать скорость. И только теперь мы мчались на запредельной скорости на двух колесах и ничто не могло помешать нам взлететь по трамплину вверх.

Мы снова долго гуляли по лесным тропинкам, сидели обнявшись у причала, а вернувшись в дом, разожгли камин и Ния предложила посидеть немного на террасе, ей не терпелось что-то мне показать. Ее любимая музыка доносилась из гостиной даже сюда. Она составила в моем телефоне небольшой плейлист со своими песнями и я включил их через колонку. Хотя, предпочел бы слышать только ее забавное мурлыканье, когда она старалась незаметно подпевать. Я сел в кресло и поманил ее за собой на руки, обнимая за талию. Ния уютно устроила голову у меня на груди.

– Как тебе здесь, принцесса?

– Это потрясающий дом. Но знаешь чего тут не хватает?

– Чего же?

– Огромного окна в пол. В гостиной. Чтобы можно было устроиться на нем вдвоем на широком подоконнике, укутаться в теплый плед и смотреть на озеро Фунду часами.

– Ну, думаю, это поправимая деталь.

Она вдруг резко подпрыгнула, вскочив на ноги, с каким-то безумным возгласом. Я испугался, что с ней что-то случилось.

– Вот! Смотри! СМОТРИ! Я ЖЕ ЗНАЛА, ЧТО ЭТО ОН! ЗНАЛА!

– БОГИ, Ния! Ещё раз так напугаешь и мне, возможно, потребуется искусственное дыхание рот в рот… – Я действительно сделал тяжелый вдох и выдох, – или прямой массаж сердца…

– Гхм. Ну прости-и-и. Просто, этот момент… Я так боялась его упустить. Этот жасмин и правда распускается только по ночам. И я впервые в жизни увидела, как это происходит! Это же прекрасно! Разве нет?!

Ее искренний восторг от происходящего заставил меня широко улыбнуться, мне хотелось прямо сейчас посадить ее в машину и показать все на свете самые красивые уголки нашей Эзарии, только бы снова увидеть этот блеск в ее глазах.

– Не прекраснее, чем МОЙ любимый ночной и слегка безумный жасмин по имени Ния Райс.

– Юн!

– М?!

– Откуда он здесь появился?! Тоже ты привез?

– Неа. Я даже не заходил на террасу, когда готовил дом к твоему приезду… Понятия не имею, откуда он тут взялся и как вообще не засох. Живучий, скотина… Потому что Фрейли сюда тоже не заглядывал по его словам давненько.

– Ну, должно быть, когда здесь идут дожди часть влаги попадает в горшок и ему этого вполне хватает. Потому что земля в нем влажная, а дождь только что прошел…

– Возможно…

– Юн, подойди…

Я прищурился и улыбнулся слегка. Меня всегда покоряли ее эмоции – такие чистые, прозрачные как слеза, искренние и неподдельные.

– Мне и отсюда все видно, принцесса.

– Ну пожалуйста.

Я присел на корточки рядом с ней у цветочного горшка. Ния не унималась:

– Понюхай, что напоминает?!

Я наклонился к цветкам и глубоко вздохнул аромат.

– Тебя?! Пахнет также, как и ты. Не хватает только лёгкого аромата бензина и верхних ноток моторного масла, с небольшим дизельным шлейфом.

Она толкнула меня в бок, а потом рассмеялась и подыграла мне, как всегда:

– О, да. Это и правда мой самый любимый аромат, Юн.

Я сорвал один цветок и переплел с прядью ее волос за ушком.

Ния поднялась на ноги, а я следом за ней. В тусклом свете от единственной лампы освещающей террасу ее лицо было таким нежным и будто сияло изнутри.

Моя маленькая Фурия смотрела не просто мне в глаза, она направляла свой взгляд прямиком в мою обнаженную душу и только ей я позволю увидеть меня целиком, таким какой я есть, потому что именно она раскрыла мое сердце, душу и разум, словно провода, оголяя которые, наружу рвался чистый электрический разряд.

Я укутал ее плечи пледом и мы сели обратно в кресло. Ния вдруг спросила:

– Можно задам тебе не совсем приятный вопрос?!

– Тебе все можно, ты же знаешь.

– О девушках, которые были у тебя до меня…

– Не было у меня никого до тебя, принцесса.

– Что-то мало верится… – Она подняла голову и посмотрела на меня вполоборота, недоверчиво прищурив правый глаз.

Как мне объяснить ей?! Все, что я испытывал с ней, к ней, внутри нее… Было действительно впервые. Первый поцелуй и такой трепет, от которого хотелось кричать от переполняющих эмоций, первый секс, от которого напрочь снесло голову, потому что до нее я не испытывал ничего подобного, сколько не пытался. Первые прикосновения, первый танец, все эти мелкие разряды, которые хаотично передвигались по всему телу, когда она касалась ледяными губами каждого сантиметра моей кожи. Она была первой, кто увидел и прикоснулся к моей искалеченной руке, гладила и целовала каждый уродливый шрам на ней, каждый ожог, каждую впадинку, не боялась прикоснуться к пластине, и просила снять перчатку, когда мы занимались любовью. Она была первой девушкой, с которой мне хотелось уснуть до утра, прижимаясь к ней всем телом и не отпускать никогда. А то, что она творила со мной прошлой ночью, ее несмелые, неопытные, но такие чувственные движения губами, обхватывающими мой член, ее ласки, поцелуи, которые не упустили из виду ни один участок моего тела… Я будто побывал в другом мире, другом измерении, в параллельной вселенной, которая принадлежала только нам. От одних лишь воспоминаний можно было снова и снова достигнуть оргазма. Ни одна ночь до встречи с Нией не попадала в сравнение. Поэтому да – у меня никого не было до нее. Возможно фактически и физически это было не так. Но для меня важно было совсем другое.

– Ния, до тебя был просто секс…

– Ооо… Ясно. А со мной тогда, что?!

– С тобой – БЕСКОНЕЧНОСТЬ.... Я понятия не имею, как объяснить тебе это… Ты ведь знаешь, что я не целовал никого до нашего с тобой первого поцелуя в клубе?!

– Как это?! Ты же сказал, что.... Как можно не целовать во время....

– Я разделял для себя эти понятия. У меня было всего два правила в сексе: никого не целовать и не позволять целовать себя в губы.

– Никогда?

– НИКОГДА. Чему я безумно рад теперь. Потому что ты единственная, кто нарушил оба моих правила, причем в один день.

– И откуда взялось твое правило?!

– Ну, по сути я решил это в тот же вечер, когда случился мой первый секс. Я рассказывал тебе уже. Она потянулась к моим губам, но мне отчего-то стало противно. Страшно представить, что или кто побывал у нее во рту до меня.

– О. Ясно. То есть, кто или что побывало у нее между ног, тебя совсем не беспокоило?! – Ния буквально припечатала меня своим ответом и острым язычком.

– Резонно. Практически удар ниже пояса. Но к счастью, для таких вещей придумали презервативы, которых всегда было полно в мужской раздевалке. А вот для губ таких штуковин не изобрели пока что. Но это скорее, к счастью. Я несказанно рад тому, что целовал только тебя.

– Ого. Да я злостная нарушительница просто… С ума сойти. Почему ты никогда не говорил мне об этом?

– Потому что это неважно… Для чего тебе мои загоны? Важно то, что ты рядом и то, что я ни за что не отпущу тебя и никому не отдам. Никогда.

– Важно. Для меня все важно, что связано с тобой. Какие у тебя ещё правила были?!

– Теперь у меня только одно правило – бесконечно быть рядом с тобой.

– Похоже, со мной у тебя тоже кое-что произошло впервые, Юн Кэсидо….

– И я готов пополнять этот список с тобой БЕСКОНЕЧНО, моя любимая госпожа Райс.

Она слегка смутилась, а я сильнее прижал ее к себе и скользнул губами к ее уху:

– Почему ты вообще об этом спросила?!

Она не отвечала. Я поцеловал ее в висок и скользнул губами к щеке, пока она собиралась с мыслями.

– Ну, просто… У тебя ведь явно огромный опыт, Юн. Мне хотелось понять, вдруг я что-то делаю неправильно? Вдруг какие-то мои действия не доставляют тебе удовольствия… А может, и вовсе наоборот…

Я охренел. И поспешил ее уверить в обратном.

– Боги, Ния… И в какой момент тебе так показалось? Когда я громко стонал от удовольствия, так что все дикие звери в радиусе ста километров разбежались в ужасе или когда готов был кончить несколько раз только от одного твоего прикосновения губами к моему члену?

– Юн! – она резко развернулась ко мне лицом, выражая миллион эмоций одновременно: от смущения до возмущения.

– ЧТО?! Ты сама вывела меня на откровенный разговор, малышка. И я честен с тобой. Если тебе и теперь будет мало моих ответов, я могу ещё подкинуть.

– О нет, спасибо… Мне, пожалуй, вполне достаточно твоих аргументов.

– Давай-ка ещё покажу тебе парочку прямо сейчас, чтобы больше ты ни в чем не сомневалась. А ты постарайся не закрывать свои прекрасные глазки и понаблюдать за моими эмоциями.

Я приподнял ее и развернул к себе уже всем корпусом, ее сладкие губы тут же вцепились в мои, она медленно раскачивались на моих бедрах. Свежий лесной ветер приятно холодил кожу. Ее тело покрылось мурашками, а я снова боролся с диким желанием укутать ее и раздеть одновременно.

Как-то она сказала, что желает чтобы я всегда оставался собой рядом с ней. Сначала думал, что это невозможно в принципе, потому что с самой нашей первой встречи она меняла меня. Но потом я чётко осознал, что как раз только рядом с ней я и был собой, она не изменила меня, она показала мне мою истинную суть, вывернула мою душу наизнанку и выявила все, что я прятал в себе. Возможно, и я смог что-то в ней изменить, но мне бы не хотелось влиять на нее, на ее действия, поступки и решения. Я только мог встать рядом и принять ее выбор и если он будет ошибочным, ошибусь вместе с ней, если она оступится, подставлю ей руку, если будет падать – поймаю.

Каким бы ни было наше будущее, я не представлял его без нее.

Глава 4

Ния.

Орус.

Спустя неделю после нашего потрясающего уикенда, мне пришло сообщение от Юна, после которого я прыгала, как сумасшедшая прямо на своей кровати.

"Взял нам два билета на концерт в Фироссе. Идём завтра. Возражения не принимаются🖤"

Никакой запрет Мирэя – не появляться в Фироссе – не мог повлиять на мой ответ. Поэтому я, даже не думая, согласилась.

А через несколько минут пришло ещё одно:

"С планами на завтра все ясно, а что сегодня?"

"Планировала почти весь день тренироваться на базе"

"Я приеду. Пора вливаться в твою мото тусовку"

"Что ты имеешь ввиду под словом "ВЛИВАТЬСЯ"?"

"То, что нужно было сделать уже давно. Где лучше всего спрятать, чтоб никто никогда не нашел?"

"На видном месте?"

"Точно. Именно по этой причине я редко скрываю свое настоящее имя. Если я стану одним из райдеров твоего клуба, мало кто будет подозревать меня в чем-то скрытом. А видеться мы сможем каждый день."

"Плохо"

"НЕ ПОНЯЛ?"

Ну конечно же я выдержала необходимую паузу, чтобы подогреть его любопытство. Но терпения у Юна всегда было больше, чем у меня. И через минуту я пояснила:

"Плохо, что эта мысль пришла к тебе только сейчас. Что ж, надевай свой лучший экип и собирайся. Представлю тебя официально райдерам сегодня."

"Считай, что уже там, мото-принцесса"

Возможно, Юн действительно был прав в этой мысли и нам давно нужно было так поступить и видеться гораздо чаще, хотя бы на тренировках. Проблема была только в одном – видеть его и не сметь касаться, для меня тяжелее, чем совсем не видеть. Хотя и странно, что эта идея пришла только сейчас и именно к Юну. Все казалось таким простым и сложным одновременно. Я не стала забивать мысли размышлениями о нашем будущем и полетела собираться и выбирать экипировку.

Здесь и сейчас.

Не хотелось думать о том, что будет завтра и будет ли оно вообще.

Вместо куртки и плотных кожаных штанов с пластиковыми вставками, я решила надеть черный, из стрейчевой ткани, комбинезон с кожаными наколенниками и налокотниками. Волосы неизменно оставила распущенными и перепрыгивая через ступеньки направилась к своей Zэдке.

Дорожное полотно, казалось, просто плавилось под моими колесами, а внутри все горело от желания поскорее увидеться с родным хищником. Я даже не заметила, как долетела к воротам базы. Подъехав к главному боксу с мастерской и кабинетом Чена, я заметила дерзкий черный мот Юна, но самого очаровательного хозяина в поле зрения видно не было. Через минуту райдеры стали выходить из раздевалки к площадке и я наконец заметила господина Кэсидо, который направился прямиком ко мне.

– Я оплатил полгода свободного посещения на вашей базе, госпожа Райс. – Наигранно-официальный тон, я сняла шлем и прищурилась, протягивая, не менее официально, ему правую руку.

Юн сжимал мою ладонь немного дольше и сильнее, чем этого требовали обстоятельства, я слегка улыбнулась:

– Добро пожаловать, господин Кэсидо. Площадка, любые трассы, трамплины, техника и мастерская, – чуть не сказала, что и я тоже, – в вашем распоряжении.

Краем глаза заметила, что ребята не торопились оседлать своих железных друзей и понимала, что должна сразу представить нового райдера, иначе потом упущу этот момент, а в дальнейшем это породит ненужные слухи и разговоры. Хотя, разговоров не избежать в любом случае. Я развернулась к ним:

– Ребят! Можно буквально минутку вашего времени перед тренировкой?

– Для тебя – все что угодно, Фурия! – Звучный мощный голос Дияра невозможно было не узнать.

Они все подошли ближе, заинтересованно переводя взгляд с меня на Юна. Я сделала вдох:

– У нас новый райдер. Ю… – я осеклась, произнеся первую же букву его имени.

Надеюсь, они просто подумали, что я не успела запомнить имя нового райдера.

Для большинства из них оно не значило совершенно ничего. Но Дияр, Эйрик и Рун почти стопроцентно знали, кто такой неуловимый призрак Эзарии. Юн ведь и не скрывал своего имени. А Чен и Вар и вовсе были в курсе того, что мы вместе. У меня мороз пробежал по коже и я взглянула в темные бездонные глаза любимого, уже не считая настолько хорошей идеей его появление на базе. Но Юн подхватил и продолжил за меня, как всегда, понимая мою растерянность в данной ситуации, без слов:

– Юн Кэсидо. С некоторыми мы знакомы с прошлых соревок и гонок.

Из-за спины Дияра послышались одобрительные голоса нескольких райдеров и я немного успокоилась. А потом раздался звонкий голос Эйрика, и поначалу я нервничала, пытаясь уловить эмоции и выражения лиц этой троицы.

– Чего стоим?! Погнали на трек! Лучшее знакомство и доказательство мастерства – на площадке. Твой мот всё скажет за тебя намного лучше, Кэсидо.

– Возражений нет. Погнали. – Коротко бросил Юн, надевая шлем.

Райдеры засвистели, а несколько – привычно нашей своре – завыли как волки.

Я выдохнула. Вроде, все прошло нормально. Надев свой шлем, я сразу же запрыгнула на мот и обгоняя почти всех, направилась на гоночный трек. Справиться с волнением лучше, вряд ли бы помогло что-то еще, кроме адреналина и скорости.

Само присутствие Юна на базе успокаивало и одновременно будоражило все мое сознание. Но когда я находилась на треке, всегда моментально переключалась на тренировку, стараясь не думать ни о чем, чтобы сосредоточиться на скорости, трюках и рычащем моторе.

Спустя час, я подъехала к боксу и сменила мотоцикл на кроссовый, уверенно направляясь к трамплинам. Но как только подъехала к первому, в гарнитуре раздался звонок:

– Ния…

– Юн?!

– Осторожнее там, мото-принцесса.

– Конечно.

– Я серьезно.

– Я тоже. Я здесь каждый день. И не смей мне напоминать про падение.

– Не думал даже. Жду тебя.

– Кстати об этом. Я заказала у Энти обед. Это своего рода тоже традиция, как раз немного ближе все пообщаемся.

– Отлично, я не завтракал.

– Все, пожелай мне удачи!

– Ты и без нее прекрасно справишься, а я – РЯДОМ. Понаблюдаю за тобой с трибун.

– А как же твоя тренировка?

– У меня появилось занятие поинтересней.

Мои щеки отреагировали моментально. Нет, меня никогда не смущало то, что на меня смотрели с трибун, я давно к этому привыкла. Но теперь он собирался отложить тренировку и наблюдать за моими прыжками.

Что ж, господин Кэсидо, приготовься увидеть мои лучшие трюки.

Юн.

Мотобаза.

Нейтральный дот.

Я не был удивлен тому, что Ширу не подал вида, что он в курсе моего статуса в клане Дэлун и отношений с Нией. Хотя, в его взгляде можно было легко все прочитать. Вполне возможно, что у него с принцессой илекти складывались действительно дружеские отношения и тем самым он не хотел подводить именно ее, выдавая сразу же свою неприязнь ко мне. С самого начала пребывания в кланах нас учили ненавидеть друг друга, вычислять и устранять при малейшей возможности, но с появлением Нии изменилось абсолютно все. Она сама, даже не подозревая об этом, меняла все вокруг себя к лучшему, оставляя надежду на хрупкий мир. Ширу проявлял характер и явно был предан своей госпоже илекти. Если это было так, то непременно заслуживало уважения. Тем не менее, мое спонтанное решение стать частью команды профессиональных спортсменов на этой базе, было правильным со всех точек зрения, а главное, что теперь могу видеть свою мото-принцессу каждый день. Только это было важным и имело для меня значение. Признаться честно, сначала я действительно собирался погонять хорошенько по спидвею и даже сделал кружок, но когда увидел, как Ния подъехала к трамплинам, это желание улетучилось, а мое внимание полностью переключилось на нее.

Она исполняла невероятные, сложные и опасные трюки. Это впечатляло, вдохновляло и одновременно беспокоило меня. Сильно. Никогда не забуду о ее падении, но и не буду тем уродом, который из беспокойства и своих эгоистичных чувств станет запрещать ей что-либо. Моя чемпионка заслуживала поддержки и я всегда буду тем, кто останется рядом несмотря ни на что.

Даже не заметил за всей этой захватывающей картиной, как ко мне подсел один из райдеров, протягивая руку в приветствии:

– Красиво, да? – Он, кажется, и не смотрел в мою сторону, завороженно наблюдая за моей малышкой.

У меня внутри все переворачивалась от желания сразу же свернуть ему шею, но я должен был держать себя в руках и только промычал свой ответ, стиснув зубы.

– Я, кстати, Кай.

– Юн.

– Ага, слышал, что ты новенький?

– Что-то вроде того. – Он наконец повернулся ко мне, пока Ния застыла перед самым высоким трамплином.

Мое сердце тут же пропустило бешеный и смачный удар о ребра.

Осторожнее, малышка.

– За ее тренировками можно наблюдать часами. Как у нее это получается? Будто не устает вовсе! Ей вообще знакомо слово усталость?

Этот придурок перестанет восхищаться моей девушкой?!

Мне хотелось уже вырвать его язык. И чертовы глаза. Хотя, чему я вообще удивлялся? Моя чемпионка играючи влюбляла всю Эзарию в себя с первого взгляда, что там говорить о райдерах, которые находились здесь каждый день. Игнорируя его вопросы, решил задать, все же, свои:

– И давно ты здесь тренируешься?

– Около трёх лет.

Он снова неотрывно следил за Нией, будто общение со мной его только отвлекало от происходящего. Хотя на трибуны его никто и вовсе не звал.

– За ней – тоже давно наблюдаешь?

– Что?! – Я наконец снова завладел его вниманием.

– За ее тренировкой. – Кивнув в сторону трамплинов, я тем не менее, продолжал прожигать его взглядом.

Поразительно, но, кажется, его не смутил нисколько мой вопрос.

– О, с трибун – совсем недавно. А так, все ее соревнования смотрел. Я только пару месяцев назад решил заняться мотофристайлом, а Ния всегда готова помочь и подсказать что-то. В этом направлении лучшее нее здесь никого нет. Да и во всей Эзарии, наверное. Ния… Ну, это Ния, в общем. Скоро и сам поймёшь это.

Да я давно это понял. Ты будешь ещё мне рассказывать здесь о МОЕЙ Ние?

– Мгм. Точно.

– А ты не многословен. Раньше я таким же был. – Он хлопнул меня по плечу, будто мы с ним давние приятели и улыбнулся. – Но Ния, она будто нас всех объединила в одну большую семью. Здесь я чувствую себя как дома. Признаться честно, намного лучше, чем дома…

Еле сдержался, чтоб не сломать ему руку в трёх местах как минимум.

– Мгм.

Тем временем, моя мото-маньячка исполняла какой-то очередной головокружительный трюк, о названии которого я мог только догадываться, а когда в воздухе она вовсе отпустила руки от мотоцикла и зависла над ним всем корпусом, я перестал дышать и чуть не подскочил на ноги. Но она тут же обхватила выступы по бокам в сиденье руками, словно подтягивая его обратно к себе, и вернулась в седло. Поразительно. Это не казалось простым, даже со стороны, откуда ни посмотреть, но глядя на нее, трудно было сказать, что это вообще нечто сложное и опасное. Столько лёгкости, гибкости, изящества и мастерства было в каждом ее движении. Я совсем позабыл о своем оппоненте, но он напомнил о себе сам:

– Вот! Именно этот трюк я пытался исполнить и потерпел полное фиаско… – Он выдержал паузу. – И до и после падения, она была единственной, кто проявлял заботу и внимание. Постоянно навещала в больнице. Я многим обязан ей, на самом деле…

Чуть не ответил, что "я тоже", пока оценивал степень изумления собеседника.

Какого хрена здесь вообще происходило? Что за семейные узы? Такие у них здесь отношения? Это считалось нормальным?

Хотя, что я вообще знал о семье?

Для того, чтобы понимать, нужно, чтоб эта семья у тебя была. Не важно, кровные это родственники или нет, но главное, чтобы был рядом хоть кто-то, кому ты небезразличен.

Я остыл. Какие бы чувства не бурлили внутри, рад, что вокруг нее были такие люди, хоть и дико злился. У меня был только Джей и она. И ради нее я готов был подавить любую бурю жгучей ревности. По крайней мере – попытаться. Поэтому снова взял себя в руки и ничего не ответил. Мой разговорчивый дружок, наверное, решил, что хреновый из меня собеседник и наконец поднялся с места:

– Ладно. Я тренить. Удачи тебе, Кэсидо. Осваивайся. У нас тут, на самом деле, весело бывает.

– Даже не сомневаюсь.

Я дождался окончания тренировки моей маньячки, четко осознав, что мог наблюдать за ее потрясающими талантами целую вечность. Она сняла шлем и, направляясь мне навстречу, одарила милой улыбкой:

– Ну что, идём мыть руки и ждать наш первый совместный обед? – Капельки пота маленькими прозрачными бусинками скопились на ее лбу, а мне так захотелось поцеловать ее лоб, раскрасневшиеся щечки и пухлые губы.

Это желание болью отразилось в паху, куда прилила абсолютно вся кровь моментально.

– Погоди, хотел кое-что спросить… – Чуть не обхватил ее за руку, но вовремя одернул сам себя.

– Конечно, что такое?

– Хочу попробовать трюки твои… – В ее глазах тут же вспыхнула искра пополам с искренним удивлением.

– Ого! Зацепил мотофристайл?!

– Не то чтобы именно он. Зацепила ты и то, как раскрываешь красоту этого спорта своими нереальными прыжками. В следующий раз, в общем, тренируюсь с тобой.

– Воу. Притормози немного. Так. Ну давай тогда по-порядку, что ли: со мной ты тренироваться не будешь, в любом случае.

Я сделал максимально обескураженное выражение лица и перебил ее:

– Это почему же?

– Потому что для новичков существует специальная площадка с небольшими учебными трамплинами на воздушной подушке. Во-он там, видишь? – Ния указала на площадку, которая находилась метрах в трехстах, не меньше, отсюда.

– Ясно, это что-то вроде песочницы для райдеров здесь, я правильно понимаю?

– Ну, я бы так не сказала, но все райдеры в мотофристайле начинают свой путь именно оттуда. И тебе тоже перепрыгнуть этот этап не позволю.

– Ладно, я почти согласен, только если ты станешь моим наставником. Или инструктором. Или тренером. Как это у вас называется…

– Инструктором. Не вопрос, если в свою очередь будешь выполнять все мои рекомендации.

– Например?

– Например, надевать фулл экип на каждую тренировку, а не как сейчас – в одной футболке и брюках приехал сюда. Мы же вроде говорили об экипировке?!

– Так я ведь на спидвее.

– А это слово каким-то образом исключает риск на гоночном треке?!

– В моем случае – минимизирует.

– Вот. Эту свою самоуверенность тоже убери. Поверь, за шесть лет я здесь насмотрелась различных травм, в том числе, на спидвее. Поэтому – только экип. Иначе, не подойду к тебе даже близко.

– Шантаж?! – Она закатила глаза и фыркнула, но потом мягко улыбнулась.

– Забота.

– Убедила, принцесса. Что дальше?

– Дальше? – Она повертела головой и ее глаза заискрились интересом. – Ладно, пока мы ждём доставку еды, давай-ка пулей в гараж, меняй своего коня на любой кроссач. Ключи под номерами, возле дверей, на полочке. Там же найдешь наколенники и налокотники, и на площадку. Попробуем парочку простых прыжков, посмотрю на тебя, а то, может, я ещё и не возьмусь за твое просветление в мире мотофристайла.

– О, вот это мне уже нравится! Вызов принят! Считай, что уже там.

– Жду.

Никакие чертовы налокотники я, конечно же, надевать не стал. Оставил свой мот в гараже, вместо него выбрал кроссовый, на который упал глаз и отправился в детский уголок для райдеров. Сначала, так сначала. Лишь бы быть ближе к ней. Я остановился рядом с Нией, а она нахмурила свои потрясающие брови:

– Готов, да?

– Мгм.

– А где защита? Шлем?

Я хмыкнул и скрестил руки на груди:

– Ну так мы же в песочнице.

– Смотри, чтоб песком не засыпало! Ладно, сегодня – прощаю, но в следующий раз я реально не выпущу тебя ни на одну трассу!

– Да я…

– И это не обсуждается!

– Ладно, с чего начнем, моя строгая госпожа Райс?

– С самого простого: давай пока кружочек вон на той трассе с насыпями, я посмотрю на твои вылеты* (вылетом в мотофристайле называют собственно отрыв от земли с трамплина, насыпи или любой другой поверхности) и приземления.

– Могу приступить к выполнению поставленной задачи?

Она громко рассмеялась и сразу же всю душу заволокло и окутало ее теплом.

– Давай уже! А то от обеда останется только упаковка. Тут никто не будет ждать всех. Кто успел, тот и съел. Семья – большая.

Я тут же направился на трассу. С мотокроссом у меня вроде не возникало никогда проблем. Через пару кругов и несколько прыжков различной высоты и дальности, я вернулся к ней.

– Ну что скажешь, принцесса?

– Все не так плохо, на самом деле. Ты отлично выбираешь момент вылета, неплохо приземляешься, контролируешь центр тяжести, колени, локти, взгляд. Неплохое чувство баланса.

Не стал ничего говорить по поводу слова "неплохо" как и спорить. Рядом с ней, мои эгоистичные чувства и гордыня куда-то исчезали.

– Тогда, может, пропустим этап "песочницы"?

– Ни в коем случае. Минимум месяц.

– Ты какой-то жестокий тренер. И занудный.

– Ну какой есть. Ты сам попросил. – Она скрестила руки на груди и выгнула бровь. – Вперёд! Можешь и дальше нарезать круги на спидвее, я не против.

– Ладно, ладно. Что я должен делать?

– Ну во-первых: перед тренировкой внимательно осматривай каждый трамплин, на котором собираешься выполнять прыжки. Неровности и повреждения на всех площадках практически исключены, но все же. Ты должен четко понимать из какой точки будешь вылетать и в какую потом приземляться. Это прежде всего ТВОЯ безопасность. И, умоляю, не нужно пытаться сразу же исполнить сложные трюки, даже если тебе они кажутся простыми. У нас тут один такой умник уже полетал совсем недавно и сломал ногу.

Я тут же вспомнил своего недавнего собеседника и его откровения с провальным трюком.

– Этого умника не Кай случайно зовут?

Ния удивлённо на меня посмотрела.

– Откуда знаешь?!

– Он сам рассказал. Вкратце. Пришел на трибуны наблюдать, как ты тренируешься.

– О. Ясно.

Ясно ей.

Я снова почему-то начал злиться из-за того, что ни она, ни этот Кай ничего дурного не видели в том, что за ней вот так просто наблюдали с трибун.

– И все? Больше ничего не скажешь?!

– А что тут сказать? Жалко его очень, но он восстановился достаточно быстро. Теперь вот тренируется здесь, в "песочнице", как ты выразился и в полной экипировке, кстати. Так что у тебя будет компания.

Ния улыбнулась. Совершенно искренне и даже наивно. Она совсем не чувствовала ноток ревности в моем голосе.

– Мне твоей компании вполне достаточно. И я не об этом вообще говорил.

– А о чем тогда?

– Это нормально, что он смотрит, как ты тренируешься?

– Так это не запрещено. Надеюсь, ты не ищешь в этом скрытый смысл? Иногда и я вот так с трибун тоже наблюдаю за тренировками других, когда совсем лень заниматься. Не вижу в этом ничего противозаконного. Это спорт. Только не говори, что ревнуешь?

Конечно ревную. Дико. Всегда.

– Тогда промолчу.

– Юн…

– Давай продолжим. Что я ещё должен знать?

Она тяжело вздохнула и слегка нахмурилась.

– Мое наблюдение показало, что ты приземляешься на два колеса в основном.

Рад, что она не стала развивать эту тему с ревностью. Я был на грани. Мне предстояло, если не привыкнуть, то хотя бы научиться мириться с тем, кем Ния являлась здесь для каждого.

– А это неправильно?

– Не то чтобы неправильно, но попробуй в следующий раз приземлиться на заднее, чтобы переднее было немного выше, тем самым сохранишь лучше управляемость. Это максимально снизит вероятность падения. Ну и контроль руля соответственно.

– А ты наблюдательна. Учту. Что ещё?

– Контролируй нажим на обе подножки равномерно, чтобы не нарушить равновесие, никаких резких движений. В положении "стоя" тебе будет легче всего управлять прыжком от вылета до приземления. Ну пока, пожалуй, все. По мере твоего прогресса, расскажу про даблы*, столы* (разновидности трамплинов), тройные трамплины, ну и сами прыжки. А пока одиночные, самые простые. Недельку потренируйся на эндуро трассе, проанализируй свои прыжки на насыпях и небольших искусственных неровностях. Проследи за своим корпусом, балансом и старайся каждый раз сделать прыжок немного дальше и выше.

Не сказать, что я был поражен ее знаниям, учитывая опыт, количество наград и все остальное, но, черт, как же я гордился своей маленькой чемпионкой.

– Это ты меня так деликатно отговорить пытаешься?

– Вовсе нет, но есть надежда, что ты останешься в гонках и мотокроссе. Фристайл… – Она будто не знала как продолжить и уже, по обыкновению, я сделал это за нее.

– Мне не по зубам?

– Я не это хотела сказать. Понимаешь, гонки – больше про технику и контроль. А фристайл – это про свободу, неограниченные возможности, про ту самую грань, которой каждый раз хочется коснуться, а как только это получается, появляется новая и так до бесконечности. Здесь нет предела. Абсолютная свобода выражения.

– Вот поэтому я и хочу почувствовать эту свободу рядом с тобой, принцесса. Но мне вот интересно, какой будет следующая для тебя грань в мотофристайле? Ты ведь вроде покорила все трамплины, исполнила все трюки, заработала все возможные награды. Но ты говоришь о том, что здесь нет предела. Тогда, что дальше?

– Есть у меня одна мечта…

– Поделишься?

– Только с тобой.

– Внимательно слушаю.

– Я хотела бы когда-нибудь в финале соревнований, вне программы исполнить один трюк, который постоянно крутится у меня в голове. Опасный, зрелищный, красивый… Для него нужно задействовать вертолеты, сшить огнеупорную экипировку и вообще всю защиту. Ну и специальные трамплины сконструировать… – Она мечтательно улыбнулась. – Да много чего нужно продумать, в общем.

Не переставала удивлять меня и вряд ли это когда-то произойдет.

– Вот это у тебя фантазия…

– Ну… Какая есть.

– Прекрасная мечта. А более реальные цели есть?

– Конечно! Новые трюки, Тройные сальто, комбинации и связки… Мне есть куда расти, Юн. Всегда. Но и то, что я рассказала тебе – вполне реально, просто требует серьезной подготовки.

– Я покорен тобой и тем, как ты всегда говоришь об этом спорте.

– Тогда идём обедать, а завтра жду тебя и твой боевой настрой! Будем покорять трамплины вместе.

– Мгм. Может и в следующих соревнованиях приму участие. Скоро, кстати?

– Ну вообще, промежуточные уже проходят. А финал, как обычно – здесь.

– Не удивительно, здесь самая огромная база со всем необходимым. А ты в промежуточных не участвуешь?

– У меня проездной билет сразу в финал так-то.

– Ммммм, моя горделивая чемпионка! – Она тут же смутилась и опустила вниз свои умопомрачительно-длинные и густые ресницы, пиная мелкий камешек под ногой.

Глупышка моя, так и не научилась распознавать мои комплименты.

– Вовсе нет, я бы и сама хотела каждый раз проходить все этапы, но это будет нечестно по отношению к менее опытным райдерам. Я просто…

– Эй, остановись, малышка. Вообще-то, я восхищался тобой, а ты зачем-то начала искать оправдания своим же заслугам.

– Странные у тебя восхищения иногда, Юн.

– Ладно, идём, тебя все ещё необходимо хорошенько кормить.

– Зато уговаривать уже не нужно. – Наконец-то ее лицо посетила открытая игривая улыбка.

Мы сели на мотоциклы, доехали до бокса и, припарковав их в гараже, по очереди вошли в мастерскую, стараясь не привлекать внимания. Столы и правда были уже накрыты, а райдеры суетились и рассаживались по местам в хаотичном порядке. Кажется, что на нас даже особо никто и не смотрел. Забавно. Пока мы мыли руки, мест за столом осталось как раз два с краю, и внутри я ликовал от того, что сяду рядом с ней.

Помещение утонуло в громких разговорах о гонках, движках и резине. За столом сидело пара десятков человек, а складывалось ощущение, что целый клан. Я определенно не привык к такому… Открытому общению. И пока Ния выясняла с райдером по соседству, чей мотоцикл круче, я осторожно таскал жареную картошку из ее тарелки, стараясь не смотреть на нее все время. В какой-то момент она поймала меня за этим занятием и еле заметно улыбнулась, коснувшись своей ладошкой моей ноги под столом, будто напоминая об осторожности. Только тогда перестал воровать еду из ее тарелки. И все же, это занятие казалось мне слишком забавным. Доев свою порцию, помог остальным убрать со стола. Не мог дождаться гребаного вечера, чтобы впиться зубами в самые сладкие губы на свете. Я отчаянно скучал, даже находясь здесь, рядом с ней.

А затем мы разъехались по домам собираться к концерту.

Ния.

Концерт.

Орус/Фиросс.

Я стояла перед зеркалом, завершая последние штрихи мейка и, немного поправив непослушные пряди волос, направилась к выходу. Сегодня надела черные кожаные коротенькие шорты, белый топ с длинным рукавом и логотипом skillet, и кучу кожаных браслетов разной ширины с шипами и клепками на правую руку. Быстро запрыгнула в черные мощные ботинки на высокой платформе, украшенные цепями со всех сторон.

Мы с Варом всё обсудили заранее и договорились о том, что он отвезет меня прямо к концертному залу, а заберёт рано утром у границ Оруса.

Ночь сегодня обещала быть жаркой. Ведь это живое выступление одной из любимых групп, а значит по-другому просто и быть не могло.

Толпы фанатов уже собирались в фан зоне, в ожидании выхода на сцену любимой группы. Но я ждала не только Skillet, кое-кто поважнее должен был появиться с минуты на минуту.

И этот кто-то, резко со спины заключил меня в свои объятья. Юн отодвинул прядь моих волос сбоку и нежно поцеловал в шею. От приятных ощущений, глаза невольно закрылись. Это казалось несбыточным сном и запредельным желанием, но Юн выполнил своё обещание и вот мы вместе, здесь, на концерте. Можно было хоть ненадолго отбросить все свои проблемы и переживания, скинуть груз со своих плеч и с головой окунуться в удивительный мир музыки. Просто оторваться по полной. Ведь эмоции, получаемые от живых концертов были несравнимы ни с чем. Это тот же адреналин, только немного в другой форме. В форме нот, звуков и мелодии.

До начала концерта оставались считанные минуты, я развернулась лицом к Юну и заглянула в его глаза, открыто улыбаясь:

– Спасибо! – Я положила руку ему на грудь.

Он сегодня тоже немного отошёл от своего привычного предпочтения в выборе вещей и был одет в стильные черные джоггеры с кучей ремешков, черную футболку с лого группы и БЕЛЫЕ кроссовки. Увидеть на нем вещь НЕ черного цвета было странно, но я промолчала.

– За что? – Улыбнувшись в ответ, удивленно спросил Юн.

– За это! – Я глазами обвела периметр зала и затем головой кивнула в сторону сцены. – Это же просто мечта – попасть на их концерт!

– Ну, брось, ты бы и без меня попала на этот концерт, – он застыл в легкой ухмылке.

– В том то и дело, что без тебя – это было бы чем-то обыденным. Но с тобой станет по-настоящему незабываемым событием.

Он наклонился ближе к моим губам и громко заявил:

– Я вселенную переверну для тебя, ты ведь помнишь? – Время будто замедлилось и даже шум толпы слышался не настолько громко, мы слились в страстном поцелуе, посреди фан зоны с тысячами фанатов вокруг.

Я не хотела думать ни о чем, кроме его губ и горячих ладоней на моей открытой талии. Но затем мы оба резко развернулись к сцене. Дикий свист, крики, хлопки, всё это смешалось в один мощный призыв к выходу группы на сцену. Все с нетерпением ждали Джона, Джен, Кори и Сета.

Любимая музыка всегда действовала на меня необъяснимым, магическим образом, я погружалась в нее с головой, забывая обо всем на свете.

И как только на сцене появились SKILLET, и первые мощные звуки гитар, просто не смогла устоять на месте. Я подпрыгивала как сумасшедшая, не задумываясь о том, как это выглядело со стороны, полностью отдавая себя мелодии и этой атмосфере.

Каждый удар барабанов, каждый звук, каждая нота отдавалась в сердце и растекалась там настоящим пламенем.

Сейчас для меня существовал только этот мир – мир музыки, всё остальное могло вполне подождать пару часов.

По моим эмоциям достаточно легко было понять – какие именно чувства вызвала та или иная композиция. А Юн и вовсе не глядя на меня, а просто прикоснувшись, мог ощутить как трепетало мое сердце и душа на особенно сильных гитарных и вокальных партиях.

На каждую ноту и каждый рифф буквально отзывалось всё мое тело, каждая мышца требовала вовлечения и погружения в музыкальный мир.

Я старалась впитать в себя как можно больше этих эмоций и этой непередаваемой атмосферы, ведь при нашей жизни неизвестно, когда это всё могло повториться. Казалось, что иногда даже дышать переставала, вовлекая свое сознание в ритм и удары каждой ноты.

Я подпрыгивала так высоко, как могла и вытягивала шею максимально, чтоб увидеть происходящее на сцене, но мне катастрофически не хватало роста для того, чтоб разглядеть любимую группу.

Юн наклонился ко мне из-за спины и крикнул:

– Ну что? Напрыгалась?! А теперь, иди сюда.

Я не успела ответить или отреагировать на странный вопрос. Он резко наклонился раздвинул мои ноги, обхватив руками, и я моментально оказалась верхом на его плечах, взвизгнув от неожиданности. Когда первая волна дрожи прошла, я сжала его щеки руками и крикнула:

– Ты сумасшедший!

– Не за что, малышка!

Теперь мне было видно всю сцену и я впервые, наверное, была дико рада высокому росту Юна.

Юн.

Фиросс.

Мне было не столь важно происходящее на сцене, как то, что происходило прямо рядом со мной. Поистине умиротворяющим занятием было наблюдать именно за эмоциями этой малышки, за ее движениями и за тем, как на её глазах чуть ли не слезы появлялись на более сильных инструментальных партиях или словах в песне. Всё это снова и снова убеждало меня в том, что она единственная во всем мире умела гореть так ярко, как не могла ни одна звезда на небе. Сумасшедшая, иногда несносная, упрямая, безбашенная… Но такая особенная и любимая. Наблюдая за ней, я улавливал какое-то приятное, до этого момента неизвестное мне ощущение тепла, внутреннего спокойствия и равновесия.

Мне никогда не будет достаточно времени проведенного с ней. Когда я смотрел в ее глаза, прощаясь до следующей встречи, словно видел последнюю песчинку в песочных часах и мне отчаянно хотелось перевернуть их, чтоб началось все сначала, чтобы она не уезжала от меня, а только-только приехала. Мне до безумия было мало тех мизерных крупиц, которые мы могли себе позволить, чтобы быть рядом. Не хотел отпускать ее ни сегодня, ни завтра, никогда. Я жадно желал чтоб минуты с ней длились целую бесконечность. Но и тогда мне все равно будет мало.

Тем временем стадия разогрева уже прошла и фанаты вовсю зажигали, подпевая любимые песни кто как мог, срывая голос. Музыка заполнила буквально каждый угол зала, обволакивая и проникая в душу каждого, кто здесь находился.

Я устал наблюдать за тем, как она старалась разглядеть происходящее на сцене, вытягивая тонкую шею и подбородок, поэтому подхватил ее и усадил себе на плечи.

Ния научила меня не просто слушать песни фоном, но и чувствовать их, пропускать через себя смысл и наслаждаться каждым звуком. Только благодаря ей я сумел иначе смотреть на все это.

Но ребята и в самом деле, просто душу с ноги вышибли. Столько сил и бешенной энергии они вложили в каждый свой трек.

Ния.

Фиросс.

Каждый удар барабанов резонировал с ударами моего сердца, оно ускорялось и замедлялось в том же безумном ритме, что и мои движения. На плечах Юна было до безумия комфортно и уютно, но они ведь не железные у него и я решила, что хватит уже наглеть и наклонившись к его уху, крикнула:

– Опусти меня на пол!

Он запрокинул назад голову, пытаясь посмотреть на меня:

– Неудобно?

– Ноги хочу размять.

Хорошо, что долго его уговаривать не пришлось, он осторожно обхватил меня руками за талию и снял с плеч словно пушинку. А я снова от макушки до кончиков пальцев погрузилась в мелодию.

Мои действия и выплеск эмоций на живых концертах значительно отличались от повседневных. Я полностью отдавалась музыке и растворялась в ней. Понятия не имела, почему, но в особенно мощных моментах, приоткрывала рот и зажимала кончик языка на одном из своих клыков. Видимо это действие не ускользнуло от Юна, потому что он тут же развернул меня к себе и громко выдал:

– Ния, запомни то, что ты сейчас делала со своим языком и больше никому не показывай!

Я ошарашенно молчала и смотрела на него так, будто видела впервые в жизни. Он продолжил попытки перекричать песню прямо мне на ухо:

– Это слишком сексуально, малышка. Покажешь снова, когда останемся наедине.

Вот теперь я рассмеялась и просто продолжила отрываться под музыку. Его способность делать необычные комплименты меня всегда поражала и приятно удивляла. Сомневаюсь, что кто-то ещё умел так изощренно выдавать свои мысли в такой экстраординарной манере.

Я вся взмокла, от того, что непрерывно прыгала как сумасшедшая и жутко хотела пить, но мне необходимо было дождаться окончания концерта, не могла себе позволить упустить даже секунду.

Музыка объединяла. Здесь и сейчас было не важно к какому социальному статусу принадлежал каждый из нас, состоял ли в клане, был богат или беден. Мы словно были единым организмом, зависящим от мощного ритма, от красивой мелодии и потрясающего живого вокала. Пока мы были здесь, можно было забыть обо всех проблемах и раствориться в музыкальном мире, пропуская через себя каждую ноту. Я подпевала каждое слово, совершенно не думая о том, кто стоял со мной рядом, возможно, простой эзариец, а может, ИЛЕКТИ или райдер, стритрейсер или убийца?! Что, если – виаллиец? Нуллан? Не важно.

В этот момент все уходило на второй план. Музыка не просто объединяла, она разрывала границы, стирала любые ярлыки и избавляла от комплексов. И это было поистине прекрасно. Ах, да, ещё музыка отлично скрывала одну сумасшедшую парочку жестокого убийцы и илекти-гонщицы, которая смогла себе позволить медленный танец, прямо посреди толпы фанатов, не опасаясь своего разоблачения, потому что в этом моменте мы были абсолютно свободны.

Здесь и сейчас…

🎵 Skillet – Anchor

В этот миг я уже не слышала шума толпы, отделяя его от медленно льющейся песни. Только Юн, звуки гитар и потрясающего вокала. Ласковые пальцы нежно гладили по спине, а я устроила голову у него на груди. Между нами всегда звучала музыка, даже если ее больше никто не слышал, кроме нас.

Мелодия зарождалась будто отдельно, внутри меня, в самом сердце, где-то в его середине, а затем растекалась по артериям и преобразовывалась в чувства. Она была неотъемлемым звеном в моем организме, как звенья в мотоцепи: если разорвется и вылетит хотя бы одно из них – движение станет невозможным. Парализует в ту же секунду и мотоцикл и его райдера. Мое движение также невозможно без музыки. Я тянулась к ней, словно ожидая, что она приведет меня к освобождению от всех проблем, овладевая мною полностью и вытесняя все тревожные мысли из головы. Пока звучала любимая музыка, пока под колесами мотоцикла тянулось дорожное полотно – я чувствовала себя по-настоящему живой. А рядом с Юном всегда ощущала себя свободной и защищенной. Неужели вот так выглядела полная гармония с внутренним и внешним миром? Юн осторожно провел большим пальцем по моим губам:

– Такие сухие. Пить хочешь?

–Безумно! Но не могу пропустить даже минуту.

– Я принесу.

–А ты не потеряешь меня в толпе потом?

– Ты серьезно думаешь, что не найду?

– Ладно, только не задерживайся.

– Конечно. Я быстро.

Мы провели вместе весь день на базе, теперь потрясающий вечер – здесь, а впереди ждала ещё целая ночь. Но почему тогда тревожное чувство внутри не отпускало? Почему я думала о том, что с нами не может быть всё хорошо вот так запросто? Юн, скорее всего, разозлился бы, решись я выразить эти мысли сейчас вслух, поэтому я затолкала их обратно, подальше в сознание. Уверена, у меня ещё будет время для таких размышлений. Но не сегодня.

Очередная песня подходила к концу, но я разволновалась, что Юн и правда мог просто не пробраться ко мне через всю эту толпу. Я напряглась и стала крутить головой, в поисках любимого лица. Но совсем рядом со своим плечом услышала громкий голос незнакомца:

– Красивая, хочешь посажу тебя на плечи, чтоб тебе было лучше видно!?

– Нет, спасибо.

– А можно тогда задать вопрос прекрасной фанатке классной группы? – Это прозвучало слишком громко, потому что как раз в этот момент песня закончилась и музыка стихла.

Я не успела ответить на этот вопрос. Родной и, судя по интонации, разъяренный голос, сделал это за меня:

– Можешь МНЕ задать любой вопрос.

Я развернулась к Юну и тут же обняла его без слов. Мой хищник сильнее прижал к себе и поцеловал в макушку, а парень все же набрался мужества и ответил:

– Извиняюсь, не знал что она не одна.

– Проваливай!

Мой новоиспеченный ухажёр резко исчез и растворился в толпе, будто и не было его здесь никогда. Я запрокинула голову и посмотрела Юну в прямо глаза:

– Ты просто ЧУДО!

– Знаю.

– Он же ничего плохого не сделал, просто пару вопросов задал.

– Ещё б он что-то сделал! Пусть скажет спасибо, что я не сломал его социальный опросник об свое колено.

Я тяжело вздохнула. Он выгнул бровь и наклонил голову набок:

– Что?!

– Обожаю тебя, вот что.

Мне и правда нравилось то, что он готов был буквально перегрызть глотку любому, кто окажется рядом со мной. Потому что я была такой же сумасшедшей по отношению к нему. И, похоже, нас обоих это заводило ещё сильнее. Нормально это было или нет – абсолютно не важно, главное, что нас все устраивало.

Он снова поцеловал меня в макушку слегка приобняв и вложил в ладонь бутылку с водой.

– Твоя вода, принцесса.

– Спасибо. – Тут же открутив крышку, я сделала несколько глотков.

А потом ещё и ещё, опустошая бутылку наполовину.

Концерт, тем временем, подходил к концу, но настроение оставалось просто на драйве и позитиве, потому что эта ночь, до самого раннего утра все ещё была нашей.

Уже возле выхода я обнаружила, что обронила где-то свой любимый браслет и резко развернулась к Юну:

– Я потеряла браслет. Нужно вернуться. Он дорог мне.

– Выходи на улицу и жди меня у входа, я найду.

Странно, но он всегда так уверенно говорил, что даже возражать не хотелось.

– Хорошо. – А, может, я просто слишком выдохлась сегодня для сопротивлений.

После моих диких прыжков, было настолько жарко, что я ужасно была благодарна Юну за возможность поскорее выйти на свежий воздух.

Толпа потихоньку продвигалась вперёд и наконец я вышла на улицу. Фанаты разделились на небольшие группы и со всех сторон слышались импровизированные песни Skillet. Никому не хотелось отпускать этот вечер. Все были на кураже. Я обхватила плечи и поежилась от прохладного ветерка. Наверное, нужно было остаться и помочь Юну с поисками.

В этом аксессуаре с виду не было ничего особенного – кожа и металлические клепки на обычной застежке-кнопочке. Но его подарил мне Вар, в тот день, когда мы с ним впервые вместе отправились на живой концерт. Каждый его подарок был важен и дорог для меня.

Ноги гудели так, словно я только что закончила полноценную тренировку, поэтому глазами старалась найти пристанище для своей задницы. Толпа понемногу расходилась, а я устроилась, облокотившись на лавочку недалеко от выхода, чтоб не пропустить Юна, когда он вернётся.

И тут мое сердце сжалось, а лопатки резко заледенели, совсем как тогда у обрыва, когда я думала, что Юна больше нет в этом мире. Но сейчас… Я не понимала совершенно, почему мое тело и все внутри просто было пропитано тревогой и чем-то необъяснимым. Какое-то чужое, доселе неизведанное ощущение, буквально вибрировало внутри моего тела, готовое выпустить наружу все мои эмоции разом. Я не испытывала раньше ничего подобного. Интуитивно развернулась назад и прямо за лавочкой рядом со мной, увидела темную фигуру. Высокую и мощную. Но в странной одежде и на лицо был натянут темный капюшон, а впереди были видны только глаза, яркого, слишком насыщенного голубого цвета. Нижняя часть лица также была скрыта черной плотной тканью. А глаза… Они будто сияли. Я похолодела ещё сильнее и наверняка дрожала, но не замечала никого и ничего вокруг, пристально глядя в два бездонных синих светящихся колодца этого незнакомца.

Я не была суеверна и тем более религиозна, а мое стремление изучить легенды и историю наших Богов – скорее являлось любопытством. Ну что плохого в том, чтобы узнать как можно больше о прошлом Эзарии? К тому же, эти легенды были просто невероятно увлекательными. Но тот, кто стоял передо мной прямо сейчас… Меня затрясло от одной мысли, что в нашем мире скрывалось гораздо больше тайн, чем мне казалось. Что в нем было все же место для чего-то необъяснимого, мистического и загадочного.

И тут, совершенно неожиданно, этот тип резко перемахнул через лавочку и схватил меня за руку. Я огляделась по сторонам, но гул толпы растворил мой хриплый визг и никто даже не повернул голову в мою сторону. Его ладонь будто слабым электрическим током беспрерывно била по моей коже, а воздух в моих лёгких застрял где-то посередине. Незнакомец наклонился к моему лицу, точно пытался уловить мой запах, втягивая ноздрями воздух, а затем отстранившись, низким тяжелым голосом произнес:

– Истинная.

– Что?! – Мои брови поползли вверх от удивления и страха.

Этот голос звучал будто из другого мира. Неестественно. Гулко.

– Дэя. – Повторил он без единой эмоции.

Он слишком странно вел себя, но как таковой угрозы, я не ощущала. Скорее тревогу и что-то необъяснимое. Он явно был не отсюда. Тогда… он из Виаллии? Нуллан? Мое сердце снова, вопреки всем физическим законам, забилось медленнее и чуть ли не останавливалось в груди. Мне стало тяжело дышать, а закричать и вовсе не хватало сил. Но вдруг мужчина снова близко наклонился к моему лицу, переходя на шепот:

– Ты должна умереть. Скоро.

Я, наконец, нашла в себе силы и попыталась выдернуться, но его хватка была слишком сильной, а пальцы будто накрепко приклеились к моим запястьям.

– Пусти!

Но услышав свое имя, произнесенное моим эзарийским хищником, мне наконец стало гораздо легче.

Юн.

Спасительный и взволнованный голос. За пеленой из слез, не смогла разглядеть его лица, но как же я была рада тому, что он снова оказался рядом в нужное время.

Огромный, словно скала, незнакомец отпустил меня, резко развернулся и принялся бежать в сторону небольшой аллеи.

Юн.

Первое, что я увидел выйдя на улицу, это то, как странный тип, в не менее странной одежде, крепко держал Нию, а ее крик, просто всю душу вывернул наизнанку.

– НИЯ!

Я заорал и со всех ног помчался в ее сторону, готовый убить на месте ублюдка, кем бы он ни был. Но тут этот урод резко развернулся и бросился бежать в противоположную от Нии сторону. Я направился уже было за ним и просто уверен, что догнал бы, но…

– Юн! Пожалуйста, не оставляй меня одну! – Услышав растерянный и взволнованный голос моей малышки, затормозил на пятках и направился к ней.

В конце концов, неизвестно сколько этих уродов бродило вокруг, вдруг он был не один? Я не мог бросить ее.

В миг оказавшись возле нее, прижал к себе посильнее. Ее пробивала крупная дрожь.

– Я здесь, родная, никогда не оставлю тебя, слышишь?

Она тяжело дышала, тихонько всхлипывая, а я лишь ещё крепче стиснул ее в своих объятиях, поглаживая левой рукой по голове.

– Дыши… – Она сделала глубокий вдох и немного успокоилась. – Вот так, малышка… Все хорошо. Я здесь.

– Юн… – ее голос так дрожал, а мне захотелось самому себе врезать по морде за то, что оставил ее одну здесь. – Он… Он был… Кажется этот человек был из Виаллии…

– Что?! Как ты это поняла? Он что-то сказал тебе? Как он выглядел? Можешь описать?

– Да тут… особо описывать нечего, я запомнила только его глаза. Они будто… СВЕТИЛИСЬ. Ярко-голубым цветом. Я… никогда не видела такого… Это как…. Совсем как в легендах про нулланов… Но мне ведь это не привиделось?! Юн! Я знаю чтО видела.

– Ния, насчет глаз… Не хотел говорить тебе, чтоб ты не думала, что меня это пугает. Но когда ты лежала на дороге без сознания и тогда… у обрыва… В общем, твои глаза тоже сияли ярко-голубым светом.

А сейчас ее глаза, полные застывших слез испуганно, будто безмолвно, задавали мне миллион вопросов одновременно.

– Послушай, родная, это все неважно, слышишь? Я люблю тебя, кем бы ты не являлась. И если ты не захочешь об этом говорить… – Она резко перебила меня пошатнувшись назад, но я не выпускал ее ладонь из своих рук.

–Да как это – "НЕ ВАЖНО", Юн! Мне – важно! Понимаешь… Если я одна из них, я должна знать. Просто ДОЛЖНА!

При любом ответе я не имел права позволить панике завладеть ее сознанием, поэтому и сам старался сохранять спокойствие, хотя все внутри переворачивалось.

Что хотел от нее этот тип? Почему удерживал за руку?

Для чего-то же он ее отыскал. Значит выслеживал. Я осторожно обхватил ладонь Нии и потянул к машине.

– Поехали.

– Куда?

– В библиотеку.

– Что?! А не поздновато для библиотеки? – Она почти перестала дрожать, как и ее голос и это радовало.

– Самое то. Есть шанс, что там никого не будет. Не знаю как у вас, но в Фироссе она работает круглосуточно.

– Ты думаешь найти ответы?

– Попытаться.

– Юн, спасибо…

– За что?

– За то, что я теперь не остаюсь один на один со своими мыслями.

– Ты больше никогда не будешь одна. – Я открыл дверь перед ней. – Садись, малышка. А по пути, постарайся рассказать подробнее, что он тебе сказал, ладно? – Она коротко кивнула и послушно села в машину.

Я улыбнулся. Всегда бы так. Хотя меня вполне устраивал ее бунтарский характер, это только заводило сильнее. Я резко тронулся с места, направляясь в самую огромную библиотеку Эзарии. Хоть в чем-то Орус нам уступал.

– Ния, ты как?

– В порядке. Наверное.

– Расскажешь подробнее?

– Все произошло слишком быстро. Сначала он смотрел на меня этим холодным взглядом… А у меня внутри будто все леденело от этого. А потом сказал: "Истинная". Я не поняла, что это значит и переспросила, а он повторил, но совсем другое слово: "Дэя".

– Хм, это действительно очень странно. Это все? – Я взглянул на нее, а ее будто снова затрясло. – Ния? Что? Что такое?!

Обхватив ее холодную ладонь, я стал поглаживать большим пальцем тыльную сторону ее руки.

– Он сказал… Сказал, что я должна умереть. Скоро…

Сложнее всего сейчас было не прийти в ярость и уж, тем более, не напугать ее своими эмоциями, поэтому как можно сдержаннее ответил ей:

– Хер он угадал. Если кто и умрет, то это он, кем бы ни был. Пусть попробует хоть на шаг приблизиться к тебе! Слышишь?!

– Юн. Я в порядке. Просто, мне нужны ответы.

– И мы найдем их. Обещаю.

Всю дорогу до библиотеки я сжимал и растирал ее ладонь в своей руке, опасаясь даже на секунду выпустить ее. Она уже не дрожала, но определенно была напряжена. Я понятия не имел что, как и где нам вообще искать, но и сидеть на месте, наблюдая, как ее беспокоит это все, я тоже не мог.

Ния.

Я застыла у самого входа в библиотеку Фиросса. Ожидала увидеть что угодно, но точно не старинное огромное здание, бережно сохранившееся до наших дней. Изучая этот новый, запретный и такой красивый ареал, я окончательно поняла, что он кардинально отличался от столицы именно тем, что здесь пытались сохранить архитектуру, вымощенные камнем улочки, шикарные зелёные сады, фруктовые деревья, парки. А современные здания легко вписывались во всю эту картину, не превращая ареал в футуристические каменные джунгли. В Орусе ни одного старинного здания больше не было, к великому сожалению.

Мое сердце трепетало только от того, что библиотеку Фиросса не только уберегли, но и не превратили в очередной современный "шедевр" архитектуры.

Не могла оторвать глаз от высоченной башенки, расположенной прямо по центру здания и острых пик по краям черепичной крыши, уходящих высоко в небо, будто нанизывая вечерние дымчатые сиреневые тучи. Ажурные оконные рамы и невероятно большие окна поражали воображение. Библиотека словно была не реальной, а из какой-нибудь сказки. Я оглядела себя и не решалась сделать шаг вперёд и войти. Юн озадаченно взглянул на меня, осторожно подхватив под локоть:

– Что не так, принцесса? Идём?

– Юн, посмотри на меня, мой вид совершенно не подходит для посещения библиотеки… По крайней мере для ТАКОЙ библиотеки.

В Орусе, мне бы, возможно, даже не пришла такая мысль в голову.

– Ты выглядишь прекрасно, к тому же, ты сама сказала – время позднее, а значит количество тех, кто тебя увидит сведено к минимуму.

– Не знаю… Мы можем выбрать другой день, – я закусила нижнюю губу от волнения.

С одной стороны, после того, что произошло, мне нестерпимо хотелось найти хоть какие-то ответы, а с другой… Мои размышления прервало действие Юна. Он обхватил меня сзади обеими руками и просто всем телом стал подталкивать ко входу.

– Все, все, ВСЕ! Я поняла! Сдаюсь! Идём. Ты прав, я не усну, если хоть что-то не узнаю.

– Вот теперь узнаю свою маленькую неугомонную Фурию.

У меня и в самом деле получилось отпустить все стеснения по поводу одежды. Ну в конце концов, не голой ведь я туда собиралась войти. Хотя, если бы это была библиотека Оруса, мега-современная, с полностью оцифрованным книгами, планшетами, которые были повсюду, чуть ли не в туалете, я бы даже не задумалась, как выглядела. Но это старинное здание Фиросса – совсем другое дело. Оно само по себе, будто обязывало следовать как минимум элементарным правилам, этикету, манерам. А классический дресс-код, как не удивительно, в самом мозгу всплывал, как только я увидела это великолепное строение. Но может быть это только снаружи выглядело так? А внутри все тоже самое, что в столице?

Но как только Юн открыл передо мной створку тяжеленной деревянной двери и мы вошли внутрь, все вопросы отпали сами собой, как и моя челюсть, по всей видимости. В нос ударил запах старины и сладковатый аромат ванили и миндаля, который возникал из-за разложения химических соединений в бумаге. То, что я видела прямо перед собой – было настолько прекрасно, что я чуть не расплакалась от переполняющих эмоций. Тонны, тысячи, нет, наверное, миллионы книг бережно составлены на деревянных стеллажах. Приглушенный свет и пять ответвлений вглубь здания, где находились различные разделы, уводили мои мысли прочь от всех переживаний. Я зажала рот рукой, не смея нарушить тишину этого места и взвизгнуть от удовольствия. Черт, даже забыла о теплой руке Юна, которая все это время находилась сзади на обнаженном участке моей талии. Но шепот моего хищника возвратил меня из книжных грез обратно:

– Нам вон туда, малышка.

– Мгм… – только и вышло вымолвить у меня.

Кажется, дар речи получится вернуть нескоро. Да и к черту его. Впервые за долгое время у меня, возможно, появился шанс найти хоть какие-то ответы, а где ещё их искать, как не в самой древней библиотеке Эзарии?

– Нам сюда. – Юн снова легонько подтолкнул меня чуть выше поясницы.

– А мы разве не должны кому-то обозначить свое присутствие или…

– Здесь все устроено не так, как у вас, Ния. Библиотека Фиросса всегда открыта для всех желающих. Видишь ли, книги в современной Эзарии потеряли давно свою ценность. Одного охранника на входе, да библиотекаря, который давно спит в своей каморке, вполне хватает. А посетителей здесь и днём особо нет. В век цифровых технологий сюда забредают только наверное истинные ценители истории, искусства и, собственно, КНИГ.

– Это… слишком печально… – Я оглядела пыльные полки с книгами повсюду и теперь они показались мне такими одинокими, ненужными и брошенными.

Сердце и впрямь сковала печаль. Неужели, мы настолько ушли в современные технологии, что забыли как держать бумажную книгу в руках, перелистывать шуршащие странички, вдыхать аромат типографской краски/?

Юн зажёг светильник на простом деревянном столике и пробежался глазами по книжным стеллажам, которые буквально находились вокруг нас. Справа и слева располагались высоченные полки и на каждом стеллаже специальная лестница, чтоб достать нужную книгу.

– Ну, кажется, мы в нужном месте. – Юн взял в руки давно известный мне толстенный том "Хроники Эзарии".

Да. Мы определенно находились в нужном разделе библиотеки, но вот среди такого количества книг… Как найти нужные? Многое из того, что попадалось мне на глаза, я давно уже прочитала. Поэтому, пока мы оба были заняты поисками, я шепотом решила поговорить с Юном:

– А ты никогда не задумывался о том, почему мы так мало знаем о Виаллии и о том, как вообще они живут? Да мы ведь вообще, по сути, представления не имеем о ней. Только по скудным упоминаниям в истории Эзарии.

– В последнее время часто об этом думаю. Особенно, после встречи с тобой. Но Стена между нашими патриями не просто так возведена. И либо мы опасны друг для друга, либо просто не хотим знать и видеть друг друга. В любом случае, больше, чем есть информации здесь, мы не найдем нигде. Эта библиотека – древнейшее здание в Эзарии, можешь мне поверить.

– Да уж… Это видно. Здесь, каждый корешок, каждая полочка, даже стены говорят об этом. Но нулланы… Ты думаешь, мы хоть что-то найдем?

– Виаллия – закрытая патрия, я не удивлюсь, если они до сих пор бегают вокруг костра в набедренных повязках, голозадые и общаются короткими междометиями.

– Значит, так ты о них думаешь?

– Это скорее, одна из моих гипотез. А ты, что думаешь?

– Не знаю. А что, если они, наоборот, сделали огромный скачок вперед и более развиты, чем мы? И отгородились от нас, как от дикарей.

– Ну, тоже вариант. В любом случае, Инби между нами уже тысячу лет, значит на все это были свои причины.

Я согласно кивнула и продолжила поиски. Спустя час безрезультатных попыток отыскать хоть что-то, я тяжело вздохнула и оперлась задницей о стол. Но все равно продолжала бегло просматривать заголовки мифов и легенд Эзарии. Не заметила, когда Юн успел приблизиться ко мне вплотную и чуть не вскрикнула от неожиданности, когда он заключил меня в свои крепкие объятия, выхватив книгу, которую я просматривала, и отложив ее на стол.

Он нежно пробежался пальцами по моей ключице и обхватил шею сбоку, слегка наклонив ее, и тут же покрыл множеством горячих поцелуев, от которых по всему моему телу расходились тысячи разрядов.

– Юн, мы в библиотеке…

– Я помню.

– Здесь нужно соблюдать тишину.

– Помню.

– Я не умею быть тихой, когда ты так целуешь меня.

– И это я тоже слишком хорошо помню.

– Тогда перестань.

– Решила извести меня?

–Дать тебе возможность хоть немного соскучиться по мне.

– Я всегда скучаю и ты это знаешь.

Снова горячие поцелуи, от которых почти темнело в глазах. Но мы приехали сюда за ответами. Найдя в себе силы, я отстранилась от него и взяла в руки книгу:

– Мы перерыли тонну книг и толком ничего не нашли. Это.. Во всем этом нет смысла… – Я сама в итоге была удивлена тому, насколько безнадежно и отчаянно это прозвучало из моих уст.

– Что-то должно быть. – Юн сдвинул брови и тоже продолжил поиски.

– Если бы было, я бы знала. Все это я читала давным-давно. Мифы, легенды, предположения…. Никто ничего конкретного не знает о нулланах и Виаллии. Несколько скупых фактов. Вот и все.

– Давай не будем отчаиваться раньше времени, принцесса.

Я тяжело вздохнула, но послушно кивнула и шагнула к лестнице.

Юн.

Она в очередной раз пробежалась тоненькими изящными пальчиками по корешкам старинных эзарийских хроник с таким выражением лица, будто и вправду только здесь и сейчас должна была наконец найти ответы на свои вопросы. Я же, скорее скептически, рассматривал пыльные полки фиросской библиотеки. Но был обязан делать хотя бы эти скупые попытки помочь ей разобраться в ее особенности, потому что понимал, как сильно и давно она ожидала тех самых заветных ответов. В одном из дальних углов я откопал книгу, которой на вид было не меньше сотни лет, корешок почти стёрся, а кожаная обложка выцвела, но название вполне читалось: "Начало". Пролистав пару страниц, окликнул Нию, которая увлеченно что-то читала:

– Кажется, я нашел кое-что.

Она в миг оказалась около меня.

– Что там?!

Бегло просматривая страницу за страницей, я наткнулся на любопытное предложение: "Эзарии не существует. Есть только Виаллия".

То, что мы нашли в этой книге, выглядело словно история Эзарии, только перевёрнутая, а точнее вывернутая наизнанку. Это казалось полным бредом. Два часа ушло на то, чтобы собрать и выудить по крупицам основные тезисы и моменты, но ни у одного из нас это все не складывалось в единый пазл, как мы не старались.

Здесь говорилось о том, что Эзарию основали виаллийцы и нулланы, которые не поддержали своего предводителя, предали веру в Дэю и разделили Виаллию на две части. Те что остались – были верны законам и правилам нулланов, а те, что отделились от них с помощью Великой Инби – назвали свою часть территории Эзарией. Из всего этого бреда стало ясно только одно: тот урод, который держал Нию за руку и угрожал ей, явно появился из-за Стены. А это означало, что раз они смогли проникнуть сюда, то и к ним открывалась возможность попасть. Мне осталось только придумать, как избавиться от патруля в прибрежном районе около Инби.

С одной стороны, вся теория, что была изложена в этой книге, казалась не более чем чьей-то больной фантазией, но с другой – что, если это как раз нам все время морочили голову учебники по истории? Что, если в этой книге действительно написана правда? Это меняло бы все и ничего одновременно. Размышлять теперь можно было бесконечно, но время уже настолько позднее, что мой мозг плавился. Я взглянул на своего маленького бесячего ангела. Ния казалась вымотанной и слишком уставшей для того, чтоб продолжать здесь вникать во всю эту муть со становлением нашей патрии и я не мог больше наблюдать за тем, как она незаметно зевала:

– Так, принцесса, забирай книжку, дочитаем дома.

– То есть, как это: ЗАБИРАЙ?! Ничего, что мы не в книжном магазине?

– Не думаю, что они здесь будут переживать из-за отсутствия одной книги.

– Если каждый, придя сюда так подумает, то уже через пару дней от библиотеки ничего не останется. И плевать, что никто больше не читает бумажные книги, их просто вынесут, потому что так, оказывается, можно было.

– Ладно, уговорила. Тогда вернёмся сюда завтра пораньше. Так пойдет?

– Пойдет. Но можно ещё попросить Джея, чтоб он откопал нам ее в электронном варианте.

– Здравая мысль и после этого язык не повернется сказать, что ты спишь на ходу.

– Эй! Ничего я не сплю.

– Поехали, тебе просто необходимо примерить твою любимую пижаму и немного отдохнуть.

– У тебя дома есть моя любимая пижама?

– Ага. Любая моя черная рубашка. И ты в ней чертовски сексуальна, Ния.

Снова смутилась и ничего не ответила. Как же обожаю ее.

Спустя пятнадцать минут, мы были уже возле дома, а у меня снова было дикое желание просто оставить ее здесь, просыпаться каждое утро рядом, оберегая от всех. И каждый раз я дико злился, что не в силах это сделать, даже теперь, когда проблема с долбаным Ваном была, отчасти, решена.

Ния.

У нас осталось всего несколько часов до рассвета, а потом Вар должен был приехать и забрать меня. Но я так радовалась стенам дома Юна и Джея, будто он был намного роднее моего. Пока Юн пошел к Джею с заданием найти нужную нам книгу в электронном варианте, я присела на диван в гостиной и чуть не вскрикнула от неожиданности, потому что следом за мной на этот диван запрыгнул черный шерстяной комочек. Без единого пятнышка, угольно-черный с огромными зелёными глазками. Он тут же принялся тереться своей пушистой мордочкой о мою ладонь. Я почесала его за ушком:

– Ну, привет.

Но мне ответил из-за спины хищник совсем другой породы:

– Чертила, аккуратнее там с повадками своими! – Я обернулась, а Юн наклонился и, обняв сзади мои плечи, коснулся губами моей макушки.

– Чертила?! Не слишком ли грубая кличка для такого милого создания? – Кот, а судя по кличке это был именно КОТ, перебрался ко мне и поудобнее устроился на коленях.

– В самый раз, а если ещё раз нассыт в мои ботинки, переименую в "Сатану" и вышвырну нахрен.

– Фу, как жестоко! К тому же, он максимум – "Чертёнок".

– Ты плохо его знаешь, Ния. Он настоящее исчадие ада. И только с Фрейли находит общий язык.

– О, все ясно. Ты просто ревнуешь, к тому, что Джей ладит с животными лучше тебя. Но, может, если бы ты не нарекал его ужасным именем, он дал бы тебе шанс?

– В данный момент, я ревную из-за того что "Сатана" лежит у тебя на коленках.

– Юн, прекрати обижать животное! Он очень милый. Считай, что теперь он под моей личной защитой.

– Слышал, Чертила, у тебя покровитель появился. Эгида от госпожи Райс – это серьезный уровень, но если ещё раз обоссышь мои ботинки, я тебя лично кастрирую.

Будто распознав угрозу в словах, этот пушистый чертенок спрыгнул и помчался прочь из гостиной, а Юн присел рядом и обнял меня:

– Побежал хозяину своему очкастому жаловаться.

– Откуда он здесь? Не видела его ни разу…

– Джей притащил недавно откуда-то из-под воротни. Зоозащитник, блин. Спаситель униженных и угнетенных.

– Ты так говоришь, будто он что-то плохое сделал. Не любишь животных?

– Дело не в том, люблю или нет. Но если эти животные переходят черту....

– О, ясно. Ты не можешь простить испорченных ботинок?

– Не могу.

Я рассмеялась. Он выглядел сейчас таким забавным, совсем не похожим на синги грозного мощного клана Дэлун. А по его выражению лица было совершенно невозможно понять – он действительно злился или только делал вид, что до глубины души был обижен на кота. Юн вдруг поднялся и потянул меня за руку:

– Идём, у меня кое-что есть для тебя, принцесса.

– Очередной сюрприз от господина Кэсидо?

– Не переживай, это не розы, дважды я не облажаюсь. Этот сюрприз тебе должен понравиться.

Я пихнула его в бок локтем.

– Ты мне до конца жизни теперь будешь те розы припоминать?

– Скажи спасибо, что дарить больше не буду.

– Знаешь, это сейчас даже как-то обидно прозвучало.

Юн прижался губами к моему виску и открыл дверь, позволяя пройти первой в его спальню.

– Готов загладить вину другим способом.

Когда мы вошли в комнату и прошли мимо кровати, Юн остановился у стены, прямо напротив огромного зеркала. Я не сразу заметила, что на ней находилась электронная панель управления. Он прижал к ней свою ладонь, ввел несколько цифр и перед нами открылся вход в арсенал. Это была целая огромная комната с оружием, и я не преувеличивала ее масштабы. Здесь и впрямь было столько всего, что вооружить можно было как минимум целый отряд из двадцати человек клана.

Оружие – это конечно прекрасно, но я никогда не испытывала любви к нему, хоть и училась стрелять с двенадцати лет. Но моему взору предстала уникальной красоты картина. Вроде на вид она была простой и в тоже время настолько будоражила сознание, что я не могла смотреть больше ни на что.

Лунное затмение.

Темная луна, на фоне звёздного неба и небольшой краешек света, выглядывающий сбоку. Я подумала о том, что эта картина как раз олицетворяет символ клана Дэлун. Но почему она висела здесь, в его арсенале, а не на видном месте в комнате? Я легонько коснулась пальцами уголка черного простого багета.

– Откуда она у тебя?

– Долгая история…

Он как-то странно замялся и запустил в волосы правую ладонь. А я снова взглянула на картину, затем на него. И до меня наконец дошло.

– Это ты. Ее ты нарисовал! Юн?

– Мгм… – прозвучало расстерянно. – Было дело. Давно.

– Расскажешь?

– Это… Спустя год после плена. Не знаю. Нашло что-то. Какое-то непонятное чувство, которое направил в холст… Позже подумал, что это затмение для меня, как символ спасения, жизни… Не знаю, в общем.

– Боги! Юн, да она же потрясающая! Почему ты прячешь ее здесь? У тебя есть ещё?

– Нет. Ния, это было всего однажды, больше я не прикасался ни к кистям, ни к краскам.

– Ну и жаль. У тебя ведь талант. Я не могу глаз отвести… Если бы она была моей, я повесила бы ее на самом видном месте и смотрела каждый раз, когда находилась дома.

– Она уже твоя, принцесса. Она, и все что пожелаешь, давно принадлежит тебе. Но знаешь, что я сейчас понял?

– Что?

– На ней будто мы изображены. Я – как самая темная часть, а ты, тот самый кусочек света, который появился в моей жизни и наполнил ее солнцем.

– Это… Теперь я люблю её ещё сильнее.

– Ладно, на самом деле, я привел тебя сюда не ради картины. Хочу кое-что подарить.

– Юн…

Почему мне всегда было неловко, когда речь шла о подарках? Он рядом – это мой самый огромный подарок в жизни.

– Это мелочь, но все же. Мне будет спокойнее, если ты возьмёшь за привычку, брать эту мелочь везде с собой.

Юн взял с одной из полочек нож с изящной ручкой, достал его из ножен и сверкнув тонким лезвием, протянул мне. Ножны были изготовлены искусно, с красивым готическим узором, а сам нож был небольшим и достаточно удобным, для моей маленькой ладони.

– Только не говори, что подобрал его специально для меня?

– Ладно, не буду.

Ну конечно же, так и есть.

– Юн, он потрясающий.

– Вот и славно.

– Нет, мне правда, очень нравится.

– Главное, чтоб ты научилась носить его с собой. Удобнее всего на правом бедре. Портупею сама подберешь?

– Конечно, без проблем. Спасибо тебе… – Он легонько поцеловал меня в лоб и подтолкнул к выходу, коснувшись моей поясницы.

– Идём, ещё кое-что покажу.

– Ого! Это были ещё не всё сюрпризы?

– Обещаю, это последний.

Не то чтобы я сопротивлялась и была против.

Сделав несколько шагов вдоль той же стены, Юн коснулся какого-то рычажка и две створки, которые я приняла за деталь интерьера, разъехались в разные стороны. А за ними оказалась мини-библиотека, но необычная. Книги все были будто подобраны под своего хозяина: темные корешки, ни одной пёстрой и яркой, кожаные переплеты. Некоторые из них были совсем старенькими и потрепанными. Я чуть не закричала от увиденного.

– Юн, не перестаешь меня удивлять! И долго ты собирался скрывать от меня это все?

– Да я и не скрывал особо, просто не было времени показывать…

И правда, в те разы, что я здесь была, нам было совсем не до книг. Сколько ещё граней и скрытых талантов хранил в себе этот человек? Я медленно провела пальцами по корешкам и, не глядя в его сторону, осмелилась попросить:

– Почитай мне… Пожалуйста.

– Ну не-е-ет…

– Когда ты просил, я согласилась. Теперь, тоже хочу услышать, как ты читаешь вслух. У тебя столько книг и ты молчал, до сих пор поверить не могу. О некоторых из них я даже и не слышала никогда.

– У меня специфический вкус.

– Не страшно.

Я продолжала разглядывать книги, даже сон куда-то улетучился от переизбытка эмоций.

Юн.

Ох уж этот обиженно-прекрасный взгляд. Я сдался ей в плен без боя.

– Чего бы тебе хотелось?

– Что-нибудь мрачное, но в то же время прекрасное. Или то, что тебе нравится больше всего.

Я пробежался пальцами по темным корешкам книг, выбирая наиболее мрачные, с интересным поэтичным слогом:

– "Кровавый туман", "Сумеречная зона", "Мрачные тени"… Читала что-то из этого?

– Ни одной. Но названия звучат заманчиво. Выбери любую на свой вкус.

Я взял книгу в руки, лег на кровать и жестом пригласил ее присоединиться:

– Устраивайся поудобнее, принцесса.

Одарив меня своей улыбкой, она тут же оказалась рядом, скользнув губами к шее, оставила нежный поцелуй, а затем уютно устроила голову у меня на груди, поглаживая мой живот левой рукой. Я поцеловал ее макушку и прижал к себе сильнее:

– Только давай без поцелуев, иначе чтение придется отложить на полчасика.

– Ничего не знаю. Читай!

Я пропустил смешок, но не стал заставлять ее долго ждать и тут же мой взгляд заскользил по черным строчкам на желтоватой бумаге. Выбранная книга была одной из самых старых, страницы уже не пахли типографской краской, а слегка потертый корешок не хрустел, когда открывалась книга, но она была одной из самых любимых:

– Клубящийся туман безмолвно обволакивал своим плотным облаком весь замок снаружи, а внутри бродили мои тени. Черные, мрачные и беспощадные. Они проникали в каждый уголок каждой холодной комнаты, давили на сознание и постепенно забирали мою душу себе. Но только в них я находил свое спасение, только им было позволено касаться своими черными, как ночь тенями моей потерянной души. Удивительные и ядовитые черные розы, когда-то оплетающие каждую арку тронного зала теперь выглядели так, словно их покинула жизнь: сухие, скрюченные увядшие цветки без единого листочка, только острые шипы являлись единственным обрамлением каждого вьющегося стебля. По стенам пробежалась еле уловимая вибрация. Они уже идут за мной… Черному королю нигде не скрыться, нет места ни в замке, ни за его пределами. Куда бы я не отправился, призраки прошлого не оставят меня в покое никогда. – Кажется, что Ния старалась даже не дышать, я бросил короткий взгляд на нее и снова скользнул губами по ее волосам.

Если бы знал раньше, какое умиротворение приносило ей мое чтение, читал бы каждый раз при каждой встрече. И пусть строчки в книге тянулись бы целую бесконечность, пока она лежала вот так рядом, пока я чувствовал ее дыхание на своей груди – тоже был спокоен.

– …Стены задрожали сильнее, а туман теперь медленно стелился под ногами. Только цвет у этого тумана был не молочным, а кровавым. И он уже тянул свои безжалостные объятия к моей душе. Позволить им забрать меня или снова обратиться к теням за помощью? Мне хотелось голыми руками разодрать свою грудь, самому вынуть душу или то, что от нее осталось и отдать им. Швырнуть, как собаке кость. Но ещё не время. Сердце ведь ещё трепыхалось, билось внутри, напоминая о чем-то человеческом, что ещё оставалось во мне. Кажется, где-то в моей голове выбор уже давно был сделан. Я вдохнул поглубже, прикрывая уставшие веки, меня давно не волновал мой изможденный вид. Я желал лишь укрыться от своих преследователей. Они не получат меня так легко. Воздух вокруг меня тот час заструился черными спиралями. Вытянув свои ладони перед собой, я просто стал ждать. Немые незваные мрачные гости, но такие родные. Холод окатил мое тело, все внутри покалывало словно сотнями шипов черных роз, обжигая каждый участок кожи. Но как только тени коснулись моих ладоней, мне уже не было страшно. Я знал что, так или иначе они уберегут меня от тумана и тех кто прятался в нем, суля мне лишь смерть…

Я подумал, что Ния уснула и замолчал, продолжая осторожно гладить ее по спине ладонью.

– Его так легко скрывали собственные тени. Вот бы в нашей жизни такое было возможно… – Такой нежный шепот.

Все внутри меня таяло, когда она так шептала. Я понимал, что она имела в виду и какую ситуацию из книги пыталась спроецировать в нашу жизнь, поэтому ответил прямо.

– Хотел бы я найти то место, где смогу спрятать тебя от всех и защитить.

– А знаешь, где по-настоящему самое безопасное место для меня?

– Ну-ка, интересно…

– В твоих руках.

– Ния…

– Я серьезно. Пока ты вот так обнимаешь меня, мне кажется, что все вокруг может сгореть к чертям или покрыться льдом, а я останусь неуязвимой. Только рядом с тобой я ощущаю полную безмятежность.

– Надеюсь, никогда не подведу тебя и не нарушу это хрупкое чувство.

–Даже если постараешься – не сможешь. Продолжишь? Я ведь теперь не успокоюсь, пока не узнаю что случилось с Черным королем.

– Я могу нашептать тебе финал истории.

– Вот уж нет. В этой истории мне больше всего нравится слушать твой бархатный голос, не лишай меня удовольствия.

– Как я могу посметь, принцесса?

Снова поцеловал ее и продолжил. Собственно, у этой книги был совсем не счастливый конец, но мне казалось, сколько бы я не перечитывал ее, что пока я в самом ее начале, все может измениться. Буквы в книге странным образом поменяются местами, король не сойдёт с ума от своих демонов, его мертвая любимая королева окажется живой, а туман так и останется туманом и никаких призраков, приходящих вместе с ним вовсе не существовало. Ния пока ещё не знала, что случится и мне почему-то хотелось на ходу выдумать для нее счастливый финал этой истории. Ведь пока книга только начата, или звучали первые ноты мелодии, когда только открутил ручку газа на мотоцикле – все ещё есть надежда на то, что финальная глава книги, последняя нота в песне или пункт назначения в долгом пути – будут счастливыми.

Не помню, сколько успел прочитать, когда понял, что Ния уснула в моих руках. И это было моим счастливым финалом истории сегодняшнего дня. Я тихонько отложил книгу на тумбочку и теперь уже второй рукой обнял свою спящую принцессу.

Спустя часа три, мой телефон на тумбочке стал отчаянно вибрировать от потока сообщений. Я почти догадался, от кого они были. Стараясь не разбудить Нию, дотянулся до телефона и отключил звук совсем.

Не стал перечитывать тонну скупой брани, все было понятно по последнему посланию:

"Я тебя спрашиваю! Где НИЯ, твою мать?!"

Еле сдержал себя, чтоб не послать его, но понимал, что лишь усложнил бы этим все.

"Спит"

"Ей пора домой"

"Только не говори, что ты настолько конченый, что не дашь ей поспать нормально и разбудишь из принципа?"

"Представь себе – нет. Как проснется, пусть выходит. Я буду ждать в машине возле вашего двора."

"Ты можешь зайти. Кухня знаешь где. Ни в чем себе не отказывай"

Откуда блин, вдруг взялась во мне эта чертова гостеприимность? Ещё и по отношению к Крэю.

"Обойдусь"

"Как знаешь"

Ещё не уговаривал его, тоже мне, гордый олень.

Я убрал телефон обратно на тумбочку. Спустя ещё полчаса Ния проснулась и испуганными сонными глазами посмотрела на меня.

– Черт! Сколько время?

– Почти утро.

– Проклятье. Прости… Я даже не заметила, как вырубилась.

– И позволь узнать, за что это ты извиняешься?

– Мы могли бы провести это время вместе… А я…

– Так мы его и провели вместе. – Я скользнул губами к ее ледяному лбу.

– Но, мы же… – обхватил за талию и не дал договорить, целуя в губы, а ответил только спустя пару минут.

– У нас есть все минуты, часы и дни на свете, маленькая Фурия. К тому же, я люблю смотреть, как ты спишь и ты это знаешь. Такие минуты – тоже бесценны.

– Надеюсь, это выглядит со стороны как в красивых фильмах и я не пускаю слюни на подушку?

Я улыбнулся и прижал ее к себе сильнее.

– Это выглядит намного лучше, чем в красивых фильмах, можешь мне поверить.

– И почему я раньше не замечала насколько ты оптимист?

– Ния, если бы я не был оптимистом хоть немного, сдох бы ещё тогда, лёжа на дороге, ведущей в Фиросс.

Она опустила ресницы и улыбка исчезла с ее лица, я не должен был ей напоминать об этой части своей жизни. Я постарался все исправить. Приподнявшись к спинке кровати усадил ее к себе на руки, а указательным пальцем слегка приподнял ее подбородок, чтоб взглянуть в ее глаза:

– Не смей грустить, малышка, я тебе не позволю. Просто не думай о плохом, ладно?

– Постараюсь. Мне нужно позвонить Вару.

– Это не обязательно. Твой дружок кудрявый уже ждет тебя внизу в машине.

–Ого, даже так?

– Идём, провожу…

Это была как раз та самая часть наших встреч, которую всегда хотелось опустить, перемотать обратно или вперёд – до новой встречи.

Когда мы вышли на улицу, Ния крепко обняла меня:

– Обещай что дочитаешь мне ту книгу?

– Конечно, принцесса.

Она уехала, а я тихо уложил в сознании и памяти ещё один светлый день моей жизни, проведенный рядом с ней.

Ния.

Фиросс/Орус.

Я села в машину к Вару, а в моей голове до сих пор звучал до мурашек приятный бархатный голос Юна. Я пыталась по цепочке восстановить то, как струилось каждое слово на его языке, когда он читал мне. Кажется, что не смогу больше без этого жить. Буду просить его читать мне при каждой удобной возможности. Наши поцелуи на прощание прямо возле машины и сидящего в ней Вара, похоже уже не смущали никого, но я до безумия боялась привыкнуть к этому. Привыкнуть, что могла видеть Юна почти каждый день, к тому что, могла запросто уснуть с ним в одной постели, ничего не опасаясь и самое страшное – привыкнуть к тому, что все хорошо. Но мысли об этом сводили с ума, потому что мы все знали, что это не так. Рано или поздно Сиан вернётся и тогда…

Я крепко сжала в руке подарок Юна. Вар осмотрел меня с ног до головы, будто выискивая какой-то подвох:

– Все хорошо?

– Да. Почему ты спрашиваешь?

– Может, потому что у тебя холодное оружие в руках? – Он кивнул на мою ладонь.

– Это подарок.

Вар только кивнул на мой ответ и я понятия не имела, что это значило. В любом случае, я намерена была завести теперь традицию – везде и всегда носить с собой этот маленький острый аксессуар. Осталось только сделать на заказ кожаные портупеи для него, чтобы прятать под одеждой.

Вар.

Орус.

Удивительно, насколько в резиденции стало спокойно в отсутствии старшего Вана и вроде как, даже меньше грязи, крови и всего остального дерьма. А может, мне просто хотелось верить в то, что теперь все могло стать по-другому.

Уже неделю меня не покидало какое-то странное ощущение, что за мной следили. Оно и раньше не исчезало, но теперь – доходило чуть ли не до паранойи. Я старался меньше светиться рядом с Нией и Ченом на всякий случай, чтоб отвести от них угрозу, если вдруг мне на хвост упал кваэр.

Но на гонках это было почти невозможно. Я пересекался и с Нией, и с Ченом и с Амиром.

Но и опасности подвергать их не хотелось. Амир часто после гонок приезжал ко мне домой, где мы зависали, играли в гонки на приставке и просто общались.

Я решил позвонить и попытаться хоть как-то предупредить о том, что приезжать в Орус небезопасно. Тут же услышал глубокий низкий голос, который совсем не соответствовал хозяину.

– Вар?

– Ага. Я спросить хотел, насчет гонок, ну и в общем…

Он перебил меня:

– Кстати об этом, не хочешь пораньше приехать ко мне, а от меня – на гонки? Только мне нужно уехать в агентство, решить кое-какие моменты. Ключ тебе оставлю в цветочном горшке, в нише возле двери моей квартиры. Подождешь?

– А. Да. Без проблем.

– Ты что-то хотел спросить?

– Нет, нет. Все отлично.

Что ж, вопрос решился сам собой на этот раз. А после гонок можно было отправиться куда угодно. Эзария огромная.

Я надел черную майку, и белый костюм с черными полосками, быстро позвонил Ние, узнать, собиралась ли она на ночные гонки в Ихорос, но она ответила, что мотоциклисты сегодня не участвовали, а от тачек ее никогда не перло. Мне стало спокойнее, это означало, что она будет либо у себя на базе тренить до посинения, либо уедет со своим угрюмым чудовищем. Но по крайней мере, в обоих случаях она окажется под защитой.

Я мчался быстрее ветра в Фиросс и снова у меня возникло ощущение, что спортивная тачка села мне на хвост, но уже на границе с территорией Дэлун, она исчезла, как и моя паранойя.

Поднявшись к квартире Амира, я и впрямь обнаружил ключ в цветочном горшке. Войдя в знакомое логово, закрыл за собой дверь на ключ и по-свойски открыл холодильник. Решил сделать пару безалкогольных Мохито к приходу хозяина. Я снял кофту и перекинул ее на барный высокий стул у столешницы, включил подсветку. Завершив свои авторские коктейли, я уже собирался набрать хозяину, который задерживался, но услышал, как поворачивается ключ в замке и щелкает дверная ручка.

Я направился к порогу, но в дверях стоял совсем не Амир.

Ни хрена, мать его, не Амир.

Достаточно высокий качок, темноволосый, со строгим взглядом. Мне показалось, что даже скулы у него были накачены. И судя по рассказам Амира, передо мной стоял никто иной, как его родной брат. В голове пролетела мысль: вдруг это он и следил за мной? Но я тут же отбросил ее, после вопроса старшего Нэйтта:

– Ты кто, нахрен, такой? И какого черта здесь делаешь?

– Спокойно, только спокойно. Окей. Я друг Амира, мы знакомы и вошёл сюда с помощью ключа.

Он слегка расслабился и даже перестал хмурить брови. А я немного выдохнул. Но напряжение между нами никуда не исчезло.

– Что-то я не помню у него таких друзей. Как зовут?

И ведь мог солгать и выдать любое, пришедшее в голову, но нет же – назвал свое:

– Вариус.

– Крэй?!

– Откуда…

Задать свой вопрос я не успел, он набросился на меня с кулаками, моментально разбив мне губу и нос. Удар у парня был поставлен профессионально, я успевал только отбиваться. Мы свалили журнальный столик в гостиной и разбили стекло в дребезги, но чертова буйная громадина даже внимания на это не обратила. Это что за гибридная убойная махина вообще?

Не успев выставить блок, я пропустил удар по ребрам и следом, ещё один – под дых. Я упал на колени и закашлялся, выставив правую руку, с немой просьбой прекратить. К удивлению, он и правда остановился. Я сплюнул кровь на пол.

– За что?!

– Серьезно? Ты ещё спрашивать меня будешь, после того, как держал моего брата в плену? После того, как он вернулся сам не свой и перестал общаться со мной и со своей семьёй?

Черт, черт, черт! Ну конечно же он сопоставил факты, а может, Амир и сам ему все рассказал.

– Погоди, все не так…

– Закрой свой рот и умри достойно!

На меня снова посыпались удары, которые с трудом удавалось блокировать. Каким-то образом мы переместились на кухню. Вся посуда улетала на пол и разбивалась, а меня, как семнадцатилетнего щенка просто возили по этим осколкам всеми частями тела. Я уже не понимал толком, с какой части лица, рук и ног текла кровь. Ее было слишком много. И в тот момент, когда я уже думал, что встретился со смертью лицом к лицу, услышал громкий голос Амира, который застыл у входа на кухню.

– Йону! Отпусти его!

– Убью эту мразь наконец-то! Не вмешивайся!

– Тронешь его ещё хоть пальцем и считай, что у меня больше нет брата.

– Да что с тобой, Амир? В нашем доме враг, который держал тебя в плену, пытал и непонятно, что ещё… И ты его защищаешь?

– Мы не враги больше. Ясно?

И вот тут, мы все втроем будто зависли во времени и пространстве. Брат Амира отошёл от меня на два шага, а я нашел в себе силы, чтобы подняться на колени. На лице Амира не читалось ни единой эмоции. И только спустя ещё несколько минут, до меня дошло наконец, то, что он только что произнес. Не враги. Он открыто заявил об этом родному брату и синги вражеского клана.

Старший Нэйтт, обращаясь к Амиру:

– Что ты только что сказал? Повтори?!

– Ты не расслышал, Йон? Мы. Не. Враги. – Каждое слово Амир выделил, делая между ними паузы. – Сказать по буквам, чтоб до твоей отбитой башки дошло? Мы и так достаточно проливали кровь друг друга.

– Ты под наркотой? Он тебе какую-то дрянь толкает?

– Я чист.

– К черту! На хрен это все! Вы оба больные обдолбанные нарики! Я умываю руки. Это выше моего понимания! Но если я ещё раз увижу драконьего ублюдка на территории Фиросса – тут же убью.

Как только Йону вылетел и с силой захлопнул за собой дверь, Амир рухнул на колени напротив меня:

– Сможешь подняться? Я отвезу тебя в больницу.

– Нет, мне уже лучше. Не поеду я никуда.

– Ты потерял много крови. Надо обработать раны.

– Справимся. И не такое дерьмо случалось.

Амир вдруг изменился в лице:

– Прости. Это все из-за меня. Он узнал о тебе из-за меня. Я просил его не трогать тебя. Но он…

– Все. Стоп. Не надо. Со мной все нормально. Пойду умоюсь и буду в порядке. Напомни, где тут у тебя ванная?

Но как только я попытался встать, голова закружилась, а ноги подкосились. Если бы не Амир, который тут же подхватил меня за пояс, я бы рухнул снова на пол, прямо в осколки, которыми порезал себе все, что можно. И только сейчас это понял. Давненько меня так не отделывали. Возможно, никогда.

– Давай, тогда хотя бы помогу.

– Вот тут, не откажусь. Шить умеешь?

У него глаза на лоб полезли.

– Шить?

– Я все покажу и объясню. Кое-где, сделаешь пару стежков и все. Это несложно.

– Легко сказать, Вар. Я не врач и никогда не занимался ничем подобным.

– Ладно. Хрен с ним, так заживёт.

– Вот уж нет. Я сделаю, все что нужно. Просто, мне страшно немного.

– Все будет хорошо. Сначала смоем кровь, вытащим осколки, а дальше – по обстоятельствам.

– Вар.

– Я в норме, правда.

– Прости.

– Перестань. Ты здесь не при чем. Просто, похоже, мы до сих пор разгребаем последствия нашей первой встречи в башне Турри.

– Так и есть. Но когда-то же, все станет нормально?

– Конечно. Рано или поздно может и кланы зароют топор войны.

Когда мы зашли в ванную, я снял майку, а затем облокотившись задницей о ванну, открутил кран с холодной водой и сначала вытащил несколько осколков из ладоней, которые впились мне в кожу, когда меня, как беспомощного, возили по кафельному полу кухни, прижав мордой вниз. Амир молча стоял рядом. Я соединил ладони лодочкой и умылся, все жутко щипало, но я старался молчать. После того, как ощупал нос, понял, что он хоть и болел до ужаса, но сломан точно не был. Затем также сидя на краю ванной, я развернул ноги и поставил внутрь. Я хотел наклониться и смыть кровь с ног, но не смог, громко зашипев от боли. Все же ребрам досталось некисло. Амир тут же все понял без слов и наклонился:

– Давай помогу.

– Не надо.

Вот уж не хватало чувствовать себя овощем. Я смыл оставшуюся кровь с тела и стало немного легче.

Амир накинул на меня полотенце и придерживая под плечи, буквально дотащил до своей спальни. Я был не против того, что он уложил меня, как немощного на кровать, поднимая мои ноги и укладывая их, будто я и вовсе не мог ими шевелить.

– Принесу обезбол и воды. Ну и нитки с иголкой.

– Лучше вискарь. Спирт и зажигалку. – Только потом вспомнил, где я находился. Какой, к черту, вискарь? Я дома у Амира. – Прости, первого у тебя точно дома не хранится.

– Почему же? Купил недавно несколько бутылок. Рано или поздно, ты появился бы здесь. А мне было бы, чем угостить.

– Ну хрена ж себе! – У меня округлились глаза. – Теперь я точно не умру.

К моему удивлению, Амир достаточно хорошо справился со швами, бинтами и даже намазал мои ребра какой-то вонючей хренью и обмотал эластичными бинтами.

–Тебе все равно нужно показать врачам свои раны, Вар.

– Завтра утром схожу к Эмме, обещаю.

– Мгм. Принесу льда. Нужно приложить к губе. Совсем распухла.

В какой-то момент сон окончательно одолел меня, а огромная доза обезболивающего наконец подействовала и я отрубился.

Глава 5

Ния.

Орус.

Резиденция Дрэгун.

Я наконец стала ощущать, как с каждой тренировкой мое тело крепло, а мышцы становились немного рельефнее и заметнее. Не скажу, что чувствовала себя теперь уверенным супергероем, но так мне было спокойнее. Сегодня я была, можно сказать, в ударе, потому что практически все уже успели завершить тренировку и разойтись по своим делам. Кроме меня и моего вынужденного соперника, который не смог отказать мне в нескольких раундах с отработкой ударов и спарринге.

И вроде сил уже не осталось ни на что, но я продолжала технично наносить удары ногами и руками по своему сопернику, а он отбивался.

В какой-то момент Дияр все же, не выдержал моего открывшегося второго дыхания и обхватил меня за плечи, слегка сжимая их:

– Все, Фурия. Молю, остановись! В тебе энергии на целую мини-электростанцию. Не знаю, как тебе, но мне нужен перерыв. Ты реально загоняла меня сегодня.

– Не прибедняйся, Кошак! По тебе и не скажешь, что ты устал. – Странно, почему у меня вдруг слетело это прозвище с языка, сто лет его так не называла.

Обычно я себе не позволяла такого в стенах резиденции ни с одним из них. Но мы остались одни посреди огромного тренировочного зала и субординация – меньшее, за что я сейчас вообще переживала.

– А вот и скажешь! – Он вдруг резко изменился в лице и выгнул правую бровь. – Стоп. С ума сойти, ты до сих пор помнишь это прозвище?!

– Конечно помню, это ж я тебя им и наградила. А всё твои глаза ярко-зеленые виноваты. Ты точно котяра! Всё. Пить хочу. Умру сейчас. – Я подошла к кулеру с водой.

Дияр тоже набрал стакан воды. Но как-то странно и неотрывно смотрел на меня:

– Чего?! – я нахмурила брови.

– Ния, я помню тебя упрямой малышкой, которая сопела над мотоциклами почти сутками напролет. Чуть ли не ела и не укладывалась спать возле них. Да нет, так и было, вообще-то на самом деле. Помню каждое твое падение и ссадины из-за этих железных монстров, которые были больше тебя раза в четыре. Твои первые победы и поражения. Когда ты успела превратиться в невероятную, прекрасную девушку между всеми этими мероприятиями? М?

Я смутилась. Его никогда раньше не пробивало на такие откровения. А я решила просто отшутиться:

– Трое Богов, Дияр, ты говоришь так, будто тебе сотня лет уже! Сколько тебе было, когда мы впервые познакомились в резиденции?

– Восемнадцать.

– Ну вот, ты всего лишь на шесть лет меня старше, а говоришь как дедуля. – Я широко улыбнулась, в надежде, что эта шутка снимет мое напряжение от его слов.

– Да уж. Ностальгия в голову ударила. А помнишь наше знакомство?

– Забудешь такое… – Мы оба тут же рассмеялись.

Это и правда сложно было забыть, именно в тот день я и дала ему прозвище Кошак. Я тогда подошла к красивейшему спортивному мотоциклу припаркованному у входа в резиденцию и долго ходила вокруг него, разглядывая. Тогда, я как сумасшедшая, кидалась на каждый и читала просто тонну информации о двухколёсных железных красавцах, причем любых. Мотомир, казалось, захватил и завладел моим разумом полностью.

Дияр подошёл к мотоциклу и наклонился ко мне:

– Вот вы где?! Ну здравствуйте, маленькая госпожа Райс.

– Привет! – Я даже не взглянула на него сначала, продолжая разглядывать и осторожно касаться блестящего на солнце, ярко-красного бака тоненькими пальцами, почти невесомо, чтоб не осталось следов.

– Нравится?

– О-о-о-очень… Он твой?! – Наконец подняла глаза на него. У парня были настолько яркие зеленые радужки, что я даже испугалась немного. – Ого… Ты как кошак с такими глазами!

Дияр громко рассмеялся.

– А вы тогда, как наш Хаан Су или небо над Эзарией в самую лучшую и ясную погоду.

– Так это твой мотоцикл?

– Ага, подрастешь немного и прокачу, если захочешь.

– Да я сама тебя скоро прокачу! – Он снова рассмеялся, но от его улыбки мне почему-то стало уютно и тепло – Я уже учусь ездить дома. И дядя разрешит мне заниматься на специальной площадке!

Я, конечно, тут же поспешила похвастаться сразу всеми своими достижениями. Сейчас бы отругала сама себя за свою НЕскромность и горделивость. Но тогда, мне хотелось, чтобы весь мир, непременно узнал о моем новом увлечении.

– Неожиданно, госпожа Райс. Серьезное у вас, однако, увлечение, для такой малышки. Идемте, ваш дядя вас как раз обыскался.

– Ния! Меня зовут, Ния. И я не малышка, мне скоро тринадцать!

– Ого, я запомню, только в резиденции мне придется называть тебя госпожой, идёт?

– Ага. А тебя как зовут?

– Дияр Янсон. Можешь звать меня Дияр. А для друзей, можно еще короче – Ди.

– Я буду называть тебя Кошак. У тебя такие красивые глаза, как у котов. Или хищных пантер. Это же не линзы? – Я не знала, посчитал ли он тогда мою наглость и детскую непосредственность за комплимент или грубость, но я и правда находила его глаза очень красивыми.

И все пыталась открыто разглядеть их, заглядывая ему в лицо, слегка приподнимаясь на носочках пока мы шли к резиденции.

– У тебя пытливый ум, маленькая госпожа. Нет, я не ношу линзы. Просто родился с таким цветом глаз, как и ты. У тебя они тоже не совсем обычные и невероятно красивые.

– Знаю. Мне все так говорят.

– Сложно не заметить. Идём. – Он протянул мне ладонь, а я все озиралась на его мот, до самого входа в здание.

Нас тогда ожидала церемония клятвы илекти. А Дияр как раз должен был пройти через обряд "объединения кровью", для этого меня и искали. Как потом выяснилось, все уже были готовы и собрались в главном зале, не хватало только меня и капельки моей крови илекти.

Пока мы возвращались в резиденцию, я засыпала Дияра тонной вопросов о его мотоцикле, уверена он уже с ума от них сходил.

Какой объем двигателя? Какова максимальная скорость? Какой разгон до сотни? Объем бака? Крутящий момент? Обороты? Гоняет ли он на треках? Участвует ли в соревнованиях? Сможет ли он после учебы в резиденции завести его, чтоб я послушала, как он работает?

Дияр, как ни странно, не отказал мне в этой просьбе в тот день.

Все же здорово иногда было вернуться в беззаботное прошлое. Хотя сейчас я прекрасно понимала, что оно только казалось мне таковым. Так же, наверное, люди с ампутированными конечностями испытывали фантомную боль, а она только казалась. Реальность теперь была слишком сурова и била чересчур жестоко.

Когда мы наконец перестали ржать на весь тренировочный зал, как сумасшедшие, Дияр спросил:

– Ты домой или на базу?

– Домой. Нужно выспаться и подготовиться к завтрашнему дню. Я приеду с самого утра украсить помещение. Надеюсь, хоть кто-то из наших оболтусов приедет пораньше и поможет.

– Я приеду. Просто скажи во сколько?

– А Мирэй? У тебя разве нет на завтра заданий?

– Что-нибудь придумаю…

– Ты знаешь, я просто сама ему напишу сегодня и попрошу отпустить вас троих на завтра. Думаю, апокалипсис не случится за один день без вас в резиденции.

– Мне кажется, я и один бы управился…

– Ничего подобного, пусть все немного поработают.

– Ладно, маленькая госпожа Райс. До завтра.

Я снова улыбнулась.

– Ага, Кошак. Доброй ночи.

Быстро приняла душ и долго вспоминала по пути домой то время, когда только начинала свое невероятное путешествие в удивительный и притягательный мотомир и мотоспорт. Забавно, что Дияр все настолько хорошо помнил, даже я не все свои падения и победы вот так запросто вытянула бы из памяти. Их было слишком много. А этот зеленоглазый парень был одним из тех, кто постоянно наставлял меня поначалу и давал советы на площадке, которые я впитывала как воздушный фильтр мотоцикла. Удивительно. А теперь угнаться за мной не мог на треке. Столько всего произошло за эти шесть лет. Но я знала всегда, что могла на него рассчитывать. И положиться во всем. И в клане и на базе. Что-то было в нем… Он был прямолинеен как и я, всегда открыт к диалогу, никогда не скрывал ничего и говорил все в лоб, как есть. Только правду. Он был строг, но справедлив. Наверное, поэтому я с ним и находила общий язык лучше, чем с остальными в моей мото-семье.

Уже на выходе из резиденции мне позвонил Мирэй:

– Ния, ты где сейчас?

– Вышла из резиденции только что.

– Хочу выпить с тобой чаю и поговорить. Сможешь приехать ко мне домой или тебя забрать?

– Приеду конечно. Можем не только чаю выпить. Десять минут.

– Осторожнее на дороге, сестрёнка.

– Конечно.

Долетела я гораздо быстрее. Небрежно припарковала мот у ворот Мирэя. Брат, по всей видимости, провел жесткую беседу со своими бойцами, потому что, в отличие от прошлого раза, на их лицах расцвели приветливые улыбки и они встретили меня как положено.

– Мотоцикл руками не трогать!

– Конечно, госпожа Райс.

Оба бойца снова поклонились. Забавные становились, когда получали взбучку от Мирэя.

Брат встретил на пороге теплыми объятиями и как всегда уткнулся губами в мою макушку.

– Чай? Кофе? Покрепче не предлагаю, ты за рулём.

– Буду то же, что и ты.

– Тогда чай и поздний ужин?

– Отлично, только если быстро. Мне завтра рано вставать и ехать на базу, готовить помещение ко дню рождения Чена.

– А кроме тебя некому это сделать?

– Так мне наоборот, в радость. Он не только твой синги. Чен для меня хороший друг.

– Тогда ладно. Кстати о бойцах. Как раз за этим я и пригласил тебя.

– Слушаю.

– Назови несколько имён в нашем клане, которым доверяешь полностью.

– Для чего?

– Узнаешь.– Он хитро улыбнулся и поставил передо мной тарелку с легким салатом и кружку чая.

– Вар и Чен, конечно же. Дияр, Рун и Эйрик. И есть ещё парнишка: Даниэль Ларсон. Дэнни. Ему – тоже доверяю.

– Отлично. Вар и Чен слишком загружены, а вот остальные теперь будут охранять со своими бойцами твой дом, ну и тебя, соответственно.

– О. Может не стоит?

– Ния, при всем желании, я не могу оставить тебя без охраны. Обещаю, никаких бойцов Сиана. Больше никогда.

Я вздрогнула при упоминании этого имени и до боли закусила краешек нижней губы. А затем, кивнула три раза. Но затем решила все же ответить:

– Хорошо. У меня есть к тебе две просьбы.

– Конечно, милая. Какие?

– На утро мне нужна вся троица неразлучная на базу в помощь. Если они конечно не нужны тебе срочно.

– Ты имеешь ввиду Янсона и его команду?

– Ага.

– Без проблем, они в твоём распоряжении.

– Ну и Чену, конечно же пару дней отдыха.

– Тоже нет проблем, но тогда Вариусу придется отметить день рождения друга позже. Я не могу остаться без двоих синги одновременно. Даже на день. Мне нужно подумать и найти третьего.

– Да, конечно.

– Какая вторая просьба?

– Она касается как раз Янсона. Ширу прекрасно справлялся со своими задачами и делами на базе и в "Фурии". Уверена, что и в клане он незаменим. Но он в итоге загружен настолько, что жить не успевает. Я просто хотела поставить тебя в известность, что освободила Чена от дел клуба и хотела бы, чтобы ими занялся Дияр. Если ты не будешь против.

– Почему же я должен быть против? Он хороший боец. Отлично справляется с задачами клана. К тому же он неплохой командир. У него отличный боевой опыт. Мне даже спокойнее будет.

– Спасибо тебе. Ну почему со всеми остальными не может быть так просто?

– Ния, все будет хорошо. А даже если что-то случится, мы все решим. Обещаю. Не думай о плохом.

– Ты самый лучший брат на свете, знал это?

– Даже не догадывался….

– Эй! – Я в шутку ударила его кулаком в грудь.

– Все, все, шучу. Иди сюда, спортсменка моя любимая! – Мирэй стиснул меня в объятьях.

Когда весь чай был выпит, истории дня рассказаны, а теплые воспоминания об общем детстве остались позади, Мирэй настоял и лично отвез меня домой, пообещав доставить мой мотоцикл следом в наилучшем виде.

После встречи с ним, мне почему-то казалось, что жить, дышать и даже находиться под крышей собственного дома стало намного легче.

Юн.

Фиросс.

Похоже, теперь передо мной стояла задача посложнее, чем выдумывать каждый раз новую точку на карте Эзарии, чтоб увидеться с ней. Гораздо тяжелее было видеть ее улыбку, сексуальное тело облаченное в кожаный экип, ее фарфоровую шелковую кожу, пьянящие губы, но не иметь возможности прикоснуться к ней. Это было настоящей пыткой. Мне чертовски тяжело было держать себя в руках и хотелось обнаглеть настолько, чтоб каждый увидел и узнал, что эта малышка была неприкасаема и недосягаема ни для одного из них. Я сходил с ума от взглядов в ее сторону любого из райдеров, даже если они были вполне дружескими. Но обратил внимание на одного, который будто назло мне, постоянно крутился возле нее чаще остальных.

Дияр Янсон.

Вот уж действительно пожирал глазами, но старался не показывать этого при ней. А моя глупышка их всех просто считала своими друзьями. Я почему-то был почти уверен в том, что с этим недо-гонщиком нам предстоял серьезный разговор. И не один.

Но после произошедшего вчера с Нией, я думал только о том, как ей помочь найти ответы и, наконец, решил воплотить в реальность план по преодолению Инби.

Сообщать об этом ей и подарить, возможно, ложную надежду, мне не хотелось. Но хоть кому-то нужно было рассказать о своих планах, чтобы вытащили мою задницу из-за Стены, если вся эта всратая схема пойдет по пизде.

На примете был только один единственный человек, которому я доверял целиком и полностью.

– Фрейли, я уеду вечером. Прикроешь перед главой, если что?

– К Ние собрался?

– В Виаллию сгоняю по-быстрому.

Видел бы он себя сейчас в зеркале. Ни один экзорцист не смог бы помочь. Весь ссутулился, глазки округлил, ноздри раздулись. Мне с трудом удавалось сохранить невозмутимый вид.

– Все шуточки твои, да?

– Нет, на этот раз – вполне серьезно.

– Юн.

– Что?

– У меня днюха вообще-то скоро.

– И? Не пойму, как это все связано?

– Напрямую. Я планировал отметить ее вместе со своим безумным лучшим другом и его не менее сумасшедшей мотоциклисткой, в каком-нибудь захудалом баре нейтрального дота, в самой жопе нашей Эзарии.

– Ну и отметим, в чем проблема-то?

– Да как раз в том, что тот самый друг – ИДИОТ и стремится сдохнуть! А если что-то пойдет не так!?

– Вот поэтому я тебе одному и говорю, куда направляюсь.

– Шиздец, вообще!

– Так, Фрейли, выдыхай хотя бы через раз и слушай меня внимательно: я всего лишь слетаю на разведку, посмотрю, что там, да как и вернусь.

– Пфффф, каждый день же мы так делаем. Херня вопрос.

– Харэ ерничать. Так вот, ты дашь мне ровно сутки на эту затею. После, можешь включать свой спасательский фонарик, одевать пушистые айтишные тапки и отправляться на поиски твоего друга-идиота.

– А по-другому никак нельзя? Юн, никто не возвращался оттуда… Ведь многие пытались. Ты рискуешь.

– Ты знаешь и сам, что я должен. Кем я буду, если не попытаюсь сделать хоть что-то?

– Ладно. Хорошо. Один хер, тебя не переубедишь. Как я могу помочь?

– Позвони нашему модному дружку пусть с разбора подгонит любой, самый легкий кроссовый мот. А ещё, мне нужен небольшой катер и один надёжный не болтливый боец.

– Хочешь через океан попасть за Инби?

– Не зря у тебя башка огромная, мозгов и правда много.

Он фыркнул и закатил глаза, но даже не выругался в ответ.

– Ну хорошо, допустим. А патруль? В прибрежных районах он усиленный. Там будет минимум шестеро.

– Ну я ж не переехать их собрался на мотоцикле. Вырублю…

– Юн.

– Транквилизаторы, Джей-Джей. Я конечно мог бы и убить. Но нет желания.

– Оу… Ладно. Что ещё мне сделать?

– Язык держи за зубами.

– В смысле?

– В смысле, Ния не должна ничего узнать, пока я не вернусь.

– Уверен? Вроде ты сам говорил ей, что больше никаких секретов.

– А это и не секрет. Я расскажу, но когда вернусь.

– Точнее, если…

– Что, ЕСЛИ?

– Если вернёшься.

– Не нагнетай. Все, я ушел собираться. А Прада пусть шевелит своими модными булками. Мот мне нужен через полчаса.

– Мгм, так и передам. И нормальные у меня ТАПКИ, чего ты вечно к ним цепляешься?

– Ой, все, Сатану покормить не забудь! Все утро ноет у меня под дверью.

– Переживаешь?

– Ага. Щас.

Пока собирал оружие и складывал дротики с транквилизатором в рюкзак, раздался звонок.

Ния.

– Принцесса?

– Юн, сегодня вечером на базе… – Она громко говорила, пытаясь перекричать музыку и шум на заднем плане. – Погоди, я выйду на улицу.

– Мгм.

Через несколько секунд она уже спокойно продолжила:

– В общем, сегодня день рожденья у Чена. Ты ведь приедешь?

– Прости, малышка. Сегодня никак не смогу.

Я попытался ответить максимально спокойно и обыденно. Черт, как же я ненавидел себя каждый раз за то, что приходилось ей врать.

– Почему? Что-то случилось?

– Нет. Ничего особенного. Но у нас массовое пополнение новобранцев в клане. Глава загрузил.

По крайней мере, это была полуправда. Просто это все я сделал заранее, чтоб освободить для себя один день.

– Оу… – Расстроилась. Это улавливалось даже в двух гласных, которые она произнесла.

– Увидимся завтра. Обещаю.

– Будь осторожен, пожалуйста.

– Я же в резиденции. Все хорошо. Отдохни там, ладно?

– Мне тебя будет не хватать.

– Всего один день.

– Мгм…

– Ния, бесконечно люблю тебя.

– Я тоже.

Отбросив все мысли о том, что мне снова пришлось ей солгать, я надел экипировку, закинул рюкзак на плечи и прикрепил набедренную сумку с пистолетом для дротиков с транквилизаторами. Портупеи с метательными ножами – тоже на всякий случай прихватил.

Чен.

Орус/Мотобаза.

Я остался один.

Но почему-то стало даже легче. Будто до этого дышал не воздухом, а углекислым газом, а теперь понял, что такое кислород. Вар ещё больше отстранился, Эмму я и вовсе не видел, а Ния… Неугомонная девчонка старалась успеть и взять все от этой жизни. Ее сил и энергии хватило бы, чтоб поменять местами снежные горы Дэй Су и теплые пляжи Инако.

От новой знакомой, с самым быстрым и красивым именем на свете, вот уже две недели не было ничего слышно. Но когда я думал, что она не позвонит уже больше никогда, на моем телефоне высветился неизвестный номер, а сердце заколотилось, как безумное.

– Чен? – ее звонкий, наполненный задором и азартом голос, я узнал сразу.

– Кажется, это и правда мое имя.

Почему-то вспомнил, что именно так ответил ей в нашу первую встречу, когда вытащил ее из искореженной сиреневой Тойоты. И улыбнулся, как дурак этому воспоминанию, а она лишь хихикнула в ответ.

– Точно, имя моего героя и спасителя!

– Как ты?

– В порядке. Ребра побаливают ещё немного. Но жить буду, благодаря тебе.

– Это хорошо.

Я по-страшному тормозил. Будто кто-то дёрнул ручник в моем сознании и не отпускал его. Но она исправила мое провальное положение.

– Помнится, ты обещал мне кое-что. Так вот, сегодня – самое время исполнить обещание. Официально заявляю: мне невмоготу без скорости!

Похоже, не только я запомнил каждое слово в наших диалогах. Но сегодня?! Черт.

Я даже успел разозлиться на то, что именно сегодня у меня был грёбаный день рождения. И коротко ответил:

– Не получится.

– Ой. Прости. Я просто подумала… – Я прочувствовал всеми своими внутренностями каждую интонацию в ее голосе. Эм никогда так не говорила со мной. Она односложно отвечала да или нет, а я не понимал хорошо это было или плохо. Но по голосу Вейроны я совершенно точно осознал, что она расстроилась. – Ладно…

– Нет! Нет, стой, подожди. Я не то хотел сказать. Не получится погонять именно сегодня, но… – Правильно ли было пригласить ее на базу, где она никого не знала? А может, это и хорошо? Ведь мотобаза Нии являлась нейтральным дотом и никакой угрозы не представляла. Кэсидо ведь спокойно там находился теперь. – Слушай, сегодня на мотобазе будет что-то вроде вечеринки.

– И мне можно приехать?

– Я бы сказал – НУЖНО. Но ты примешь меня за маньяка.

Она рассмеялась так, что мне захотелось слушать ее заливистый смех целую вечность. Черт, поймал себя на мысли, что скучал по человеческим эмоциям.

Смех. Радость. Восторг. Эйфория. Страсть. Грусть. Боль. Удивление. Страх. Желание.

Да все что угодно, кроме безразличия.

– А я не доставлю неудобств? Может, у вас там свой круг общения.

– Ни в коем случае.

– Там ведь не соберется весь твой клан? Вдруг ты в ловушку меня решил заманить?

Я чуть не поперхнулся и поспешил зачем-то оправдать себя.

– Нет, нет. Это просто нейтральный дот. Ничего такого. Там большая половина вообще понятия не имеют о кланах. Они… Просто друзья.

– Эй, эй, Чен, я же пошутила. Пиши адрес и время. Я приеду. Соскучилась по драйву и общению.

Тут я должен был выдохнуть, но весь воздух застрял где-то в легких, которые уже горели.

– Тогда до встречи, Вейрона.

Вместо прощания, она снова игриво хихикнула, а по моему телу пронеслись мурашки, точно гоночные болиды по треку.

Только сейчас понял, как ждал этого звонка все это время и по удивительной случайности, она позвонила именно в день моего рождения.

Пулей промчавшись по дому, я отправился в душ, гладко выбрился и впервые у меня ушел чертов час на то, чтоб выбрать шмотки.

К обеду я был уже при полном параде и позвонил Ние:

– Я приеду, помогу?

– Ещё чего? Размечтался. Даже не думай свой зад засовывать сюда до шести вечера!

– Но…

– Чен, это даже не обсуждается, можешь хоть ворон считать, хоть фильтр менять на своей Супре, но сюда до вечера не суйся!

– Принял.

Послышался какой-то странный хлопок, а затем хохот. Похоже, наша драконья троица хреновато справлялась с надуванием шариков.

Через пару минут мне позвонил Вар.

– С днём рождения, дружище!

– Спасибо.

– Прости, не смогу сегодня быть на базе. Мирэй приказал. Но мысленно я с вами.

– Конечно.

– Ты расстроен?

– Не то чтоб. Забей.

– Слушай, я не виноват, что нас всего двое. Надо намекнуть Вану, чтоб он принял наконец решение и повысил кого-то до синги.

– Мгм. Намекать ты будешь?

– Я слишком много косячил. Придется тебе.

– А мои косяки не в счёт?

– Что-то ты взвинченный. Переживаешь из-за расставания с Эм?

Ни хрена я не переживал. Мне было ровно, также как и ей, скорее всего. А если б Вариус не отдалился, знал бы все из первых уст. Но на откровения с ним меня не тянуло. Уже нет.

– Я в порядке, Вар.

– Ладно, не буду отвлекать. Отлично вам погулять.

– Спасибо.

Я решил, что буду тупо наматывать круги по Орусу до вечера, потому что оставаться дома было невыносимо.

Спустя час это занятие мне почти надоело, я остановился у кофейни и медленнее, чем обычно цедил огромный холодный фраппе, на который всех нас подсадила Ния. Молниеносно ответил на звонок главы, в надежде, что не случилось ничего форс-мажорного.

– Господин Ван.

– Ширу, день добрый. Во-первых, поздравляю с днём рождения.

Сдержанно, строго, но черт, приятно, когда глава поздравляет лично. Юрэй никогда никого не поздравлял, уверен, ему было вовсе плевать на наши дни рождения. Да и выходной он вряд ли бы позволил кому-либо.

– Спасибо.

– Во-вторых, прошу тебя позаботиться о Ние.

– Безусловно.

– Если уж решишь уйти в отрыв, то передай этот приказ нашей троице и Янсону, в частности. Кто-то из вас должен остаться в трезвом уме и отвечать за ее безопасность.

– Да, господин Ван.

– Ладно, отдыхайте.

Мне только показалось, или Мирэй даже добрее стал, после того, как Сиана заперли в психушке?

Ния.

Мотобаза.

Нейтральный дот.

Уже около часа я прибиралась в мастерской. Энти заранее привез тонны напитков, а к вечеру должен был доставить еду. Я чуть не шлёпнулась со стремянки, вешая шарики, когда чьи-то руки придержали меня за талию. Благодарила Трёх Богов за то, что мне хватило мозгов приехать в комбезе, а платье для вечеринки притащить с собой.

Дияр убрал руки, убедившись в том, что я не собиралась падать. Я сходу озадачила его:

– Вон, на столе шарики, надувай и развешивай. Ещё гирлянды в ящике и фиолетовый серпантин, рядом с хлопушками.

– И тебе привет, Фурия. Когда ж ты это все успела?

– Утром, пока вас вот жду. Тоже мне, помощнички.

– Прости, я думал, раньше обеда, ты не приедешь, как обычно.

– Ну, сегодня особенный день, нужно все успеть. Я ведь могу сделать исключение ради нашего синги?

– Конечно.

Он потер ладони друг об друга, а я наконец спустилась с лестницы. А когда попыталась поднять и переставить ее в другое место, Ди подбежал и забрал ее у меня из рук.

– Давай-ка, я сам с шариками разберусь.

– Хорошо, тогда утрамбую холодильник напитками и включу нам музыку. Рун и Эйрик приедут?

– Да, обещали, что скоро будут.

– Пока их нет, у меня небольшой разговор к тебе, можно?

Дияр тут же спустился вниз и внимательно посмотрел на меня:

– Конечно, Ния. Что такое?

– Я поступила плохо, по отношению к тебе и хотела, для начала извиниться.

Он вскинул брови в изумлении.

– Так, а вот с этого места поподробнее. Ничего не понимаю.

– В общем, я уже поговорила с Ченом и с Мирэем, но только потом поняла, что должна была сначала спросить об этом тебя.

– Ты меня пугаешь, маленькая госпожа Райс… Надеюсь ты не уйти от нас собираешься?

– Не дождешься, так и знай. – Я улыбнулась, но снова продолжила на серьезных тонах. – В общем, Чен больше не управляет ночным клубом. С завтрашнего дня, всеми делами занимаешься ты. Но если конечно ты не будешь против… Я могу кого-то найти…

Он подошёл ближе ко мне и, если честно, я думала, что он закричит на меня.

– Так, подожди. Я все ещё не понимаю: Чен напортачил в клубе?

– Да нет же. Просто я повесила на него и клуб, и базу. Он прекрасно справлялся. Но на себя у него не оставалось времени. Вспомни, когда последний раз он мог себе позволить потренить вместе с нами на треках?

– Давно…

– Вот. А думаешь, ему не хочется?! Он молодой парень, а пропадал буквально здесь, в резиденции и в клубе под ворохом бумаг. И мне жаль, что я заметила это только сейчас.

– И правда. После того, как ты озвучила, стало аж не по себе.

– Но и тебя я слишком напрягать не хочу. Поэтому, если ты откажешься, я пойму и поговорю с Мирэем, чтобы…

– Эй, малышка… – Он обхватил меня за плечи. – Я сделаю все. Абсолютно все. Даже не думай ни о чем, ладно?

– Хорошо. Спасибо. Прости еще раз.

– Перестань.

– Тогда на днях, нужно будет поехать туда вместе, чтобы Чен передал тебе все дела и отчеты по клубу.

– Конечно.

– Ты точно готов к этому? Это все-таки нудная работа, а ты…

– Как никогда. – Я не стала больше ничего говорить.

Он и словом и видом показал, что готов к этому.

Через полчаса в помещение ворвались Рун и Эйрик и дело пошло веселее. Мы шутили, смеялись. А у меня из головы не выходил Юн и я позвонила ему, чтоб пригласить. На заднем фоне шумели и сходили с ума парни, специально лопая шарики и я поспешила выйти на улицу. Но, к сожалению, услышала в ответ, что Юн не сможет приехать. Тем не менее, постаралась отогнать от себя грустные мысли. Чен не заслуживал моей кислой мины в свой день рождения.

К обеду на базу стала подтягиваться вся мотосемья и подготовка пошла гораздо быстрее, потому что наша троица по итогу, только делала вид, что помогала, а на самом деле они дурачились большую часть времени.

За что бы я не взялась, за моей спиной тут же появлялся мотобрат и делал это за меня. В итоге меня и вовсе отправили куда подальше, буквально выталкивая из помещения и сделали все остальное сами. Я только и смогла развести руками, отправившись в раздевалку для того чтоб переодеться в платье. Не знаю, чем я думала, но выбрала белое коротенькое платье с воздушной юбкой и черными кожаными вставками на корсете. Полностью открытые плечи и небольшие черные цепочки разных размеров, спадающие на юбку. Сверху я накинула укороченную черную косуху и закатала рукава до локтя. Мне нравились такие необычные сочетания тканей: грубая кожа на корсете и нежная белая ткань на юбке.

Время пролетело незаметно и вот уже главный именинник подкатил на своей фиолетовой любимице к боксу. Конечно же, по традиции, мы не дали ему выйти из машины. Заранее расселись по своим мотоциклам и как только он остановился, стали нарезать круги вокруг него, сигналить и выкрикивать поздравления. Спустя пару минут это все действо завершилось, мы припарковали мотоциклы у бокса и позволили Чену наконец выйти.

– Спасибо, ребят.

Со всех сторон снова понеслись поздравления. А когда мы уже собирались войти в бокс, чтоб начать праздновать, Чен придержал меня за локоть слегка:

– Можно тебя на минутку?

– Конечно, что-то случилось?

Мы отошли в сторонку, пока парни, весело переговариваясь, заходили в бокс.

– Нет. То есть да. То есть, все хорошо, в общем. – Он нервничал и я сжала его плечо, намекая на то, что он может расслабиться и спокойно собрать свои мысли. – В общем, я кое-кого пригласил. Но только потом понял, что должен был сначала посоветоваться с тобой.

– Так, стоп. Чен, это ТВОЙ день рожденья и ты можешь приглашать кого угодно.

– Просто она – не кто угодно. Она из Змей.

– Постой, ты говоришь о той девушке, которую спас тогда?

– Мгм.

– Ты ей доверяешь?

– Я не знаю ее настолько хорошо… Но, понимаешь… Черт, как это объяснить… Мне бы хотелось ее увидеть сегодня.

– Ну, тогда какие проблемы? Пусть приезжает.

– Спасибо, Ния. – Он обнял меня.

Если для него это было важно, я приму любое его решение. Он слишком много сделал для меня в этой жизни и мне хотелось ответить ему тем же.

Мне всегда почему-то было проще находить общий язык с парнями. Я понимала их лучше, общалась чаще, мне ближе были их проблемы. Может это и выглядело для кого-то странно, но переделывать себя я не собиралась. Уж какая есть.

– Прости за вопрос, но Эмма тебе звонила? Поздравляла?

После их расставания, она почему-то отстранилась и от меня. На все мои звонки отвечала холодно, иногда резко. Она сутками находилась в больнице и мы перестали с ней видеться. Хотя я не понимала, в чем провинилась перед ней.

– Нет. Не думаю, что она вообще помнит.

– Чен…

– Пожалуйста, давай не сегодня.

– Конечно. Ну что?! Идём, раскрасим этот вечер яркими цветами и раскачаем его?

– Вот обожаю тебя, госпожа Райс.

Я рассмеялась. Чен Ширу всегда был очень чутким, внимательным и общительным, но часто сдерживал свои эмоции и проявления чувств, а теперь, это все будто наконец выливалось наружу. Неужели разрыв с Эм и впрямь, положительно повлиял на него?

Чен.

Мотобаза.

Веселье шло во всю. Я старался много не пить, нервно поглядывал на телефон и вполуха принимал поздравления.

А вдруг у нее не получится приехать? – мои мысли крутились только вокруг этого вопроса.

Но спустя полчаса заветное сообщение замаячило в моем телефоне вверху экрана.

"Я приехала. Стою у ворот. Куда дальше?"

"Стой там, я сейчас приеду, заберу тебя"

Пешком до ворот было идти не меньше пятнадцати минут, это если почти бежать. База была огромной. Поэтому я сел в машину и помчался встретить свою гостью поскорее. А когда подъехал к воротам, резко дёрнул ручник. Тачку красиво занесло. Ну а я вышел и обомлел. Госпожа Вейрона Байнэр надела роскошное платье точно в цвет моей Тойоты. В лунном свете это выглядело просто потрясающе, а лиловый заиграл какими-то волшебными оттенками.

– О-го…

Я просто идиот, который не смог сходу придумать комплимент для девушки. Или совсем разучился это делать. Эмма терпеть не могла этого. А я научился сдерживать и прятать свои эмоции.

– Надеюсь, на языке стритрейсеров, сочетание этих букв означает что-то очень хорошее.

Я моргнул два раза и улыбнулся самой идиотской из всех улыбок. Она умела шутить? Черт, да она просто Богиня.

– Прости, я хотел сказать, что ты шикарно выглядишь.

– Надеюсь, я не буду белой вороной на вашей вечеринке? Вдруг у вас там дресс-код?

– Нет, нет, что ты. Единственное, там в основном парни, поэтому не пугайся сильно.

– Пфф, не забыл, что я в стритрейсинге не первый год? Девушки – редкость в таких компаниях. Я все понимаю.

– Да, кстати, об этом. Тут, в общем, не совсем стритрейсеры сегодня… Точнее, СОВСЕМ не они…

– О, а вот это уже интересно. Кто же тогда?

– Райдеры, мотоспортсмены.

– Как же тебя сюда занесло?

– Ну, мне иногда нравится пересесть на два колеса и погонять здесь по трекам. К тому же, я веду дела этой базы, а владелица – мой лучший друг.

Не стал говорить о том, что мы с Нией в одном клане и тем более называть ее статус. Да и вряд ли когда-либо смогу.

– Это ведь здорово, Чен. Я когда-то хотела научиться хотя бы просто ездить на мотоцикле, да так и не добралась до него.

– Значит, все впереди. Едем?

– Конечно.

До тех пор, пока мы не вошли в помещение, я даже не представлял себе, что будет, когда рядом со мной увидят девушку. Не Эмму. И дико нервничал. Мне бы не хотелось, чтобы в сторону Вейроны отпускали недоброжелательные взгляды. Но на удивление, пацаны повели себя более чем достойно. Я представил свою гостью, с ней поздоровались, а затем все сделали вид, что заняты разговорами о мотоциклах, соревках и прочими темами. Ния сама подошла к нам и протянула Вейроне правую ладонь.

– Приятно познакомиться, я Ни…

Но моя гостья перебила ее и ответила быстрее ветра:

– Ния Райс. Я хоть и стритрейсер, но чемпионку Эзарии по мотоспорту стыдно было бы не знать. – Она повернула голову ко мне. – Почему ты не сказал мне, что твой лучший друг – ещё и лучшая мотогонщица в нашей патрии?

Я растерянно пожал плечами, а Ния взяла за руку Вейрону и потащила ее к столу.

– Идём, пока я буду накладывать тебе вкуснейшие закуски, ты должна поведать мне потрясающую историю вашего знакомства с Ширу!

Мне ничего не оставалось, как пойти за ними. Так вышло, что я сел за стол и оказался посередине, между Нией и Вейроной. Мы шутили, смеялись и этот праздник казался лучшим в моей жизни, пока в помещение не вошла Эмма. В строгом брючном бежевом костюме, на каблуках и при полном параде.

Черт, да она даже макияжем не побрезговала сегодня.

Ее взгляд будто испепелял меня заживо, а я не знал, куда деться. Нет, мозгом я прекрасно понимал, что мы с Эм расстались и что Вейрона была мне никем, но почему-то я объявил себя сразу предателем, лгуном и мудаком заодно. Ния быстро поднялась и направилась поприветствовать Эмму, но та холодно отстранилась. Я тоже поднялся, но мои ноги так и остались на месте возле стола, будто их только что кто-то залил быстро застывающим бетоном. Моя бывшая девушка обошла Нию, которая в не меньшем недоумении смотрела на меня, и через несколько шагов Эм уже стояла прямо передо мной.

– С днём рождения, дорогой!

Казалось, что даже парни затихли и музыка вместе с ними. Я молча кивнул. Даже не думал, что она вообще найдет время, чтоб приехать. И тут произошло то, чего, наверное, не ожидал никто из присутствующих. Мне прилетела звонкая пощёчина с левой стороны. Пекло так, будто она не ладонью меня ударила, а как минимум бревном. Ния подлетела к нам за секунду.

– Эм, ты чего творишь?! Перестань! У него же день рождения…

Я охренел после того как Эмма тут же толкнула Нию в грудь и крикнула на нее:

– А ты тоже хороша! ПОДРУГА называется! Все знала и молчала?! Противно! Вы все мне противны!

– Эмма, не надо так, пожалуйста.

Ния попыталась ее успокоить, но Эм снова ее толкнула. Во мне уже бурлила ярость только от того, как моя чёртова бывшая ледяная девушка повела себя в отношении Нии. Я схватил госпожу Лиам за руку и повел на улицу, громко шепча ей на ухо:

– Ты забыла, с кем разговариваешь? Можешь сколько угодно оскорблять меня и распускать свои руки, но Ния здесь не при чем. И думаю, тебе не нужно напоминать о ее статусе?

– Она сама установила дружеские границы. О каком статусе ты мне здесь лепечешь?

– Ну поздравляю, тогда ты только что разрушила эти границы, толкнув ее в грудь два раза. Ты в своем уме? Что за цирк здесь устроила?

– Я?! Просто приехала поздравить своего парня и попытаться всё исправить.

– Исправить – ЧТО?! Эм? Ты серьезно считаешь, что здесь есть что исправлять? Я будто слепым был все это время. Все самое яркое пролетало мимо, пока пытался тебя расшевелить.

– Ох, ну прости, что не оправдала твоих ожиданий! Но похоже, ты очень быстро нашел мне замену, не так ли?

– Вейрона просто девушка, которую я вытащил из гребаной разбитой тачки. Между нами ничего не было.

Ну, если не брать во внимание то, что внутри меня буквально все воспламенилось, когда увидел ее сегодня.

– Конечно. Я как только вошла, сразу поняла это по тому, как вы мило улыбались друг другу, а предательница Ния держала вам свечку!

– Если ты не прекратишь…

– Что?! Ударишь?

– Ты прекрасно знаешь, что я не способен поднять руку на девушку.

– Конечно, ты способен ранить гораздо больнее.

– И ты решила здесь и сейчас заявить наконец о своих чувствах, когда уже все давно разрушено до основания?

– Ты прав. Зря я приехала. С днём рожденья. Развлекайся.

Быстрыми шагами, с гордо поднятой головой, она направилась в сторону ворот. Возможно, её ожидало такси или ещё кто. Но впервые в жизни мне стало все равно.

Я не стал догонять ее и унижаться, как поступил бы раньше. Не стал извиняться, как делал всегда. И если до этого между нами была пауза, то теперь выросла стена и поставлена точка.

Я должен был как минимум извиниться перед Нией и Вейроной. Когда уже подошел к двери бокса, заметил целующуюся парочку. По рыжим кудрям узнал нашу Мирту, а по выбритым вискам и татуировке в виде молнии на виске – Урагана. Ну хоть у кого-то все было отлично. Не стал пялиться на них и поспешил войти в бокс. На удивление, внутри уже царила непринужденная атмосфера, громко играла музыка, а Ния, пересев на мое место о чем-то оживленно беседовала с Вейроной. Обе улыбались и это был хороший знак. Переминаясь с ноги на ногу, я остановился в метре от них. Ния тут же встала со стула и похлопав меня по плечу, тихо заключила:

– Пойду воздухом подышу. Чен, у тебя все хорошо?

– Да, Ния, я хотел…

– Даже не смей извиняться. Ты здесь не при чем. Поговори лучше с Вейроной. Я пойду прогуляюсь до трибун.

Когда Ния была уже возле двери, я увидел ее куртку, которая висела на спинке стула и хотел было догнать и отдать ее, потому что знал, что эта девчонка всегда мёрзла. Но столкнувшись с янтарно-кофейными глазами Вейроны, тут же вспомнил о том, что должен был извиниться:

– Слушай, прости за это все… Я не знал, что она здесь появится.

– Твоя бывшая?

– Мгм.

– Меня больше волнует то, что ты не сказал, что у тебя сегодня день рожденья. А я ведь совсем без подарка приехала. Выходит, это я должна извиниться?

Я ошалел. Она поражала меня все больше с каждым словом. И вроде ведь ничего такого она не произносила, но в каждое предложение она вкладывала разные эмоции, а я упивался этими разнообразными интонациями в ее голосе и только одно это приносило мне колоссальное удовольствие.

– То, что ты приехала – уже огромный подарок. – Я легонько, по-дружески накрыл ее ладонь. – Есть идея. Скажи: да или нет?

– Конечно, да! Люблю загадки.

Я чуть не вскрикнул от радости.

– Отлично, тогда идём.

Я потащил ее за руку к кофейному аппарату. Дождавшись, пока наберутся два ароматных капучино, поставил их в картонную подставку и накрыл крышечками. А затем, вручил ей.

– Так, у нас есть кофе, что теперь? – Заключила Вейрона.

– А теперь мы сделаем вид, что незаметно сбегаем с вечеринки, а все остальные сделают вид, что не обратили на нас внимания.

– Звучит как сумасшествие, но мне нравится. – Она широко улыбнулась и белоснежная красивейшая улыбка заставила меня застыть на пару секунд.

– Подождёшь, буквально минутку?

– Конечно.

Я быстро нашел глазами Эйрика и подбежал к нему:

– Я отойду ненадолго, присмо́трите за Нией?

– Не вопрос, отдыхай. Ты заслужил.

– Спасибо. Передашь Дияру? Он останется за главного.

– Без проблем.

– Вы все пили? Кто-то сможет отвезти Нию домой, если она захочет?

– Янсон уже выпил, но мы с Эйриком трезвы, как стеклышко.

– Вот и отлично! – Я хлопнул его по плечу.

Когда мы решали выпить на базе и остаться после тренировки, то разбивались на тех кто за рулём и двоек. Тот кто не пил, развозил потом остальных по домам. Но Ния никогда не оставалась без присмотра, мы не могли себе позволить потерять бдительность.

Я вышел на улицу, улыбнулся Вейроне и мы направились к моей машине. Открыл перед девушкой дверь и помог присесть. Кофе она поставила к себе на колени, а я быстренько сел за руль. Рядом с базой находилось небольшое лесное насаждение и поляна, на которую мы очень редко приезжали, чтоб посмотреть на ночные огни. К тому же, оно было недалеко и кофе не успел бы остыть.

Мы приехали на место спустя десять минут. Вид и правда завораживал. Я и забыл, насколько здесь было красиво. Но зато вспомнил, сколько раз приглашал Эмму прокатиться сюда, но она отказывалась. Ее никогда не волновали закаты и рассветы, как и вид на ночной ареал. Я открыл дверь и протянул свою ладонь Вейроне.

– Ну как же здесь красиво, Чен! Спасибо… Это в самом деле – потрясающая идея.

– Не за что…

Я снова поймал себя на мысли, что разучился на хрен разговаривать нормально с девушками. Вейрона протянула мне стаканчик кофе, слегка коснувшись пальцами моей руки.

– Это из-за меня?

Явно я что-то упустил и не понял вопроса, уставившись на нее, отпивая глоток кофе:

– Ты о чем?

– Ну, твоя девушка. Врач из Оруса. Она ударила тебя, потому что…

– Потому что я заслужил. Наверное. А ты наблюдательна.

– Я кваэр. Если ты не забыл.

– Точно.

Я наблюдал, как ее кофейно-фиолетовые локоны колышет легкий ветер и что-то невероятно приятное происходило у меня внутри. Казалось, что ничего подобного никогда не испытывал.

– Так что насчет гонок? Возьмешь меня к себе штурманом?

– Конечно, я ведь обещал.

– Не хочу быть навязчивой.

– Это не так.

Она перетаптывалась с ноги на ногу, будто ей некомфортно было стоять.

– Что такое?

– Чёртовы каблуки! И почему под платья нельзя надевать удобные кроссовки?!

Она так забавно злилась и морщила носик. Казалось, что в этот момент на ее лице сменилось сразу тысяча эмоций.

– Кто сказал, что нельзя?! И, кажется, у меня есть ещё одна идея.

Я резко обхватил ее за талию и посадил на капот, она звонко рассмеялась в ответ.

– Давай сюда свои туфли, пусть ноги отдохнут. И в следующий раз, если наденешь платье, не забудь фиолетовые кроссовки в тон. К черту все стереотипы, Вейрона Байнэр. Ты носишь самое быстрое и охренительное имя в Эзарии! Тебе – можно все!

Я наклонился к ее ногами и осторожно помог расстегнуть застежки на туфлях, а потом снял обе и отнес их на коврик в машину. Вернувшись, я облокотил свой зад о капот рядом с ней и сложил руки на груди. Свой кофе я давно выпил, а она все также сжимала бумажный стаканчик, нежно обхватив обеими руками.

Стараясь не палить себя по полной, я осторожно наблюдал, как озорно Вейрона болтала босыми ногами и просто смотрела вдаль горизонта.

Ночь постепенно вступала в свои права, огней зажигалось все больше, а длинные гирлянды фонарей на трассах уходили в бесконечность. Неожиданно Вейрона повернулась ко мне и спросила:

– Как ты попал в клан? Ну, в смысле, если вдруг не хочешь, можешь не отвечать. Мне просто стало интересно узнать твою историю.

– А ты свою расскажешь?

– Я почти ее рассказала тебе в больнице. Особо и нечего скрывать. Мне было шестнадцать и я потеряла обоих родителей, после чего дорога мне была прямиком в приют. А оттуда либо на панель, либо… В общем, я выбрала клан. По началу и в нем мне грозила та же развеселая участь проститутки, но тут мне на помощь пришло умение быстро ездить и разбираться в тачках, которое с шести лет мне прививал мой отец. И глава оставил меня в покое. В общем, привет угон, разборы, ну иногда приходилось охмурять богатеньких эзарийцев.

– Коротко, но честно.

– С тобой мне почему-то не хочется быть лживой. Уж прости. Мне необходимо хотя бы с кем-то побыть настоящей, чтоб не потерять себя окончательно. Если ты конечно позволишь…

– Вейрона… – Я обхватил аккуратно ее ладонь. – Мне и самому бы этого хотелось. Что касается честности, я тоже хотел бы коротко рассказать о прошлом, но не люблю возвращаться к этому.

– Я просто хочу узнать тебя лучше. Расскажи мне все, что захочешь или посчитаешь нужным. Не обязательно о клане. Мне все будет интересно. Любимый цвет, еда, музыка, фильмы.

– Начну, все же, с клана тогда. На самом деле, я родился и вырос в Инако, а мои родители были связаны с кланами ещё до моего рождения. Соответственно, они оба состояли в Аспидах. Мне было семнадцать, когда они оба решили выйти из системы. Но как ты и сама понимаешь, никто бы не позволил этого. В самый страшный вечер моей жизни я вернулся домой и понял, что у меня его больше нет. Он сгорел до тла вместе с моими родителями. Я не видел, как их убивали, не слышал их криков, но в ту же минуту решил, что вступлю в сильнейший клан Эзарии и заставлю главу Змей заплатить за смерть родных. Я прилежно учился, тренировался и максимально проявлял себя перед главой. Но со временем понял, что убить я смогу только в случае крайней необходимости. Мысли о мести стёрлись. В Драконах я обрёл друзей, семью и маленький намек на счастье. У меня нет желания убивать и мстить.

Она спрыгнула с капота и обхватила тёплыми руками мой торс, а я практически онемел от этого действия. Никто и никогда не обнимал меня так крепко и так нежно одновременно. Я не понимал куда мне деть чертовы руки и бурлящую кровь внизу живота и осторожно обнял ее в ответ. Она не сказала что ей жаль, вообще ничего не ответила, но стояла уткнувшись носом мне в грудь и просто окутывала меня с ног до головы своим теплом. Не знаю, зачем я вообще открыл свой рот и нарушил эту самую идеальную тишину в моей жизни, но тихо сказал:

– Фиолетовый.

Она слегка отстранилась от меня и заглянула в глаза в недоумении:

– Что?

– Мой любимый цвет – фиолетовый.

– О, да это я по твоей тачке сразу поняла. Я тоже люблю этот цвет и все его оттенки.

Мы оба рассмеялись. А потом я понял, что она босиком стоит на холодной земле. И поднял ее на руки.

– Давай-ка, отвезу тебя в Инако, Рони… – Я посадил ее на пассажирское сиденье.

– Как ты меня назвал?

– Рони? Прости, если не нравится… Я просто весь день перебирал в голове, как могу называть тебя. Мне до безумия нравится твое имя.

– Нет, мне очень приятно. Меня ещё никто никогда так не называл.

– Не против погонять, прежде чем вернешься домой?

– Я бы обиделась, если б ты не предложил.

И я забыл обо всем на свете, пока мы мчались на место уличных гонок и все сильнее ловил себя на мысли, что отпускать ее в Инако мне вовсе не хотелось.

Ния.

Мотобаза.

Трибуны напротив трамплинов.

Сколько же раз я вот так приходила сюда, вгрызаясь взглядом в самый высокий из них, пытаясь представить каждый свой вылет со стороны и придумать новые удивительные связки для будущих трюков. Я присела в кресло на самом первом ряду, пытаясь дыханием согреть ледяные ладони и ругая себя за то, что не взяла куртку. Погрузившись полностью в мысли о новых трюках и прыжках, я не заметила, как ко мне подошли со стороны и вздрогнула от низкого голоса:

– Сегодня прохладно, да? – Дияр снял с себя спортивную кофту и тут же накинул мне на плечи. – Ты всегда такая холодная. И на тренировках тоже…

– Мне и самой неприятно от этой особенности, но ничего не поделаешь.

– С чего ты взяла, что мне НЕПРИЯТНО?! Я разве сказал об этом?

Я понятия не имела, что ему ответить. Возможно, мы слишком много выпили и пора уже было расходиться по домам. Он обхватил обе мои ладони своими горячими и присел на корточки передо мной.

– Давай согрею немного…

Я округлила глаза от неожиданности и его странного порыва, но руки не одернула.

– Все в порядке, Ди.... – Он перебил меня, а мой взгляд растерянно бегал по его огромным ладонями, которыми он то растирал, то поглаживал мои кисти.

А когда его горячее дыхание, которым он также пытался согреть мои руки, пробежалось по внутренней стороне, я уже не знала, что ему сказать и как намекнуть, что это было лишним.

– Знаю, что должен заткнуться и что ты никогда не должна была этого услышать. Но… Черт. Просто хочу чтоб ты знала…

– Ты…

– Не перебивай, Фурия, у меня и так, знаешь ли, все мысли, как тараканы разбегаются в панике. Поверь, та ещё сомнительная спецоперация – признаваться в любви илекти…

Я ошарашенно на него посмотрела и не знала, что ответить. Он сжал мои ледяные пальцы в своих руках сильнее.

– Мда… Нелепо вышло. Скажи? В моей голове все звучало гораздо поэтичнее.

– Дияр… Я не…

– Знаю, Ния. Можешь ничего не отвечать, – его голос теперь казался таким хриплым и потухшим, словно он заранее знал, что не смогу ответить на его признание. – Я просто боец. Мичиди клана. Никто. Пешка, выполняющая приказы. Но очень хочу, чтоб ты знала, что эта пешка всегда будет на твоей стороне, как и прежде рвать за тебя задницу. Отсутствие твоего статуса илекти не изменило бы этого. А когда узнал, тогда в доме у Мирэя, что вытворял Сиан по отношению к тебе, боролся только с одним единственным желанием – достать пистолет и пристрелить его на месте. И до сих пор жалею, что не сделал этого.

Он все же присутствовал тогда во дворе дома Мирэя, а мне, видимо, было настолько плохо, что я даже не заметила его. Наверняка Эйрик и Рун тоже находились там. Они почти всегда держались вместе.

– И хорошо, что не сделал. Тебя бы убили на месте! И ты далеко не пешка, Ди. Не надо так…

– Зато твоя проблема была бы решена раз и навсегда.

– Мне не нужно решение моих проблем ценой жизни дорогих мне людей.

– Ты только что сказала, что я дорог тебе? Я же не ослышался?

– Ты… Вариус, Чен, Рун, Эйрик. Вся моя мото-семья. Эмма, Энти. Вы ВСЕ мне дороги. И я сойду с ума, если кто-то ещё из вас пострадает. Со смертью Хиро, меня будто частички души лишили. Поэтому держись подальше от Сиана и его бойцов. Я не доверяю ни одному из них.

– Благо, этот псих сейчас далеко и не может навредить тебе. А его бойцы без него ничего из себя не представляют. Шатаются по его клубу, толкают наркоту и проституток обеспечивают работой. А казино и так самостоятельно справляется по-моему. Но даже теперь ты думаешь о других, Ния… А как же ты?!

– А мне спокойнее, когда с вами все в порядке.

Он потянулся ко мне и оказался так близко от моих губ и коснулся их слегка большим пальцем, но я сразу же отстранилась и, возможно, слишком резко выдернула свои руки.

– Ния, прости… Я просто дурак.

– Это ты прости. Но я не могу ответить тебе взаимностью. И совсем не потому, что ты мичиди, а я – илекти. А потому, что мое сердце уже занято.

Я понятия не имела, как повела бы себя с ним, если бы он проявил ко мне интерес до встречи с Юном. Дияр всегда мне нравился внешне, да и его характер был сильным и твердым. Постоянно помогал мне на площадке, когда я только училась ездить. Он не умел врать. Это всегда подкупало. Но сейчас… Каким бы он не был внешне и внутренне, мое сердце не дрогнуло. Оно замирало и разгонялось до сотни за одну секунду, только когда один единственный наглый засранец появлялся на горизонте. Все остальное в момент становилось незначительным.

– Вот как.

– Да. Прости.. Но я не хочу тебе лгать. Если бы ты пришел ко мне с этим признанием раньше. Тогда… В "Фурии", помнишь?!

– Твое восемнадцатилетие?

– Да.

– Я боялся. Черт, тогда я каждую секунду боролся с желанием признаться тебе.

Я вернулась в прошлое на несколько мгновений, прокручивая тот вечер в голове, словно пленку кинофильма.

Мой клуб.

День рожденья.

Были приглашены все райдеры. Все самые близкие. Почти также, как недавнее празднование моего возвращения в строй после падения. Но я постоянно искала глазами одного зеленоглазого райдера. Уже под занавес мероприятия, которое закончилось для меня не очень-то и весело – в больнице у доктора Лиам – ко мне подошёл Дияр и глядя мне прямо в глаза, предложил свою руку, с просьбой о танце. Я обхватила его ладонь с улыбкой, и как только мы прижались друг к другу телами, а его теплая рука коснулась моей талии и, сделали пару шагов, Вариус буквально вырвал меня из его рук и потащил за собой, а я только и успела выкрикнуть извинения. Пора было разрезать торт. Какая ирония. А теперь…

Я вернулась в настоящее:

– Тогда, возможно, всё было бы иначе. Но теперь, мой мир изменился. Прости за мою откровенность и разрушенные надежды. Я ведь и правда ещё с тринадцати лет была немного влюблена в тебя. Тебе оставалось только попытаться проявить ко мне чуть больше внимания и интереса. Ну а потом – все место в моем сердце постепенно заняли только мотоциклы, вытесняя и отодвигая на второй план все остальное. Я решила, что влюбляться возможно было рано и глупо, и направила все свои мысли и эмоции в мотоспорт. Ну ты все это и так знаешь, в общем…

Только после того, как это сказала, поняла, что от моих слов ему наверняка стало ещё больнее и теперь он ещё больше будет жалеть обо всем. Долбаный алкоголь развязал мой язык, а моя гиперэмоциональность завершила свое дело. Но слова, подобны рывку перед трамплином – как только ты прыгнул и завис в свободном полете, обратно на точку старта уже не вернуться. Только вперёд.

– Спасибо за честность и откровенность, Ния. И прости за то, что я был настолько слеп и глуп.

– Перестань, Ди. Ты хороший, правда, очень хороший. И я невероятно ценю твою преданность и нашу дружбу.

Он заглянул мне прямо в душу, а затем наконец слегка улыбнулся, запуская ладонь в свои темно-каштановые волосы.

– Ну и… кто же тот счастливчик, который завоевал твое сердце, маленькая госпожа Райс?

– Я не могу тебе сказать, прости.

Он сжал переносицу пальцами и молчал, будто обдумывая мои слова или просто прятал свою боль за этим жестом. Я не убегала и покорно ждала, пока он придет в себя. Не могла его бросить вот так. Через несколько минут он все же продолжил.

– Это ничего не меняет. Просто знай, что я всегда рядом, малышка. Беги. Хватит слушать мой пьяный бред. И дай мне по роже, если ещё хоть раз услышишь от меня что-то подобное.

Оказывается, это было больно – разбивать чье-то сердце. Мне хотелось сделать шаг к нему и обнять, но от этого ему стало бы только больнее. Но и терять его мне совсем не хотелось.

– Ди. Скажи мне… – Я все же всхлипнула и сморгнула накатывающиеся слезы, это оказалось тяжелее, чем я думала. – Скажи, что я не потеряю ДРУГА и все будет как прежде?

Он в одну секунду оказался совсем близко и обхватил мое лицо своими ладонями, вытирая большими пальцами упрямые слезы, которых не должно было быть вообще.

– Ния, ты никогда не потеряешь меня. Клянусь тебе. Все будет как прежде. Как ты захочешь. Просто забудь о том, что я тут наговорил тебе, ладно? – Он поцеловал меня в лоб, а я зажмурила глаза.

Забыть будет невозможно. И он и я это прекрасно понимали. Но я закивала головой, не в силах ответить.

– Все, Фурия. Правда. Забей. И иди сюда. – Он крепко стиснул меня в объятьях так, что даже вдохнуть не получалось. – Друзья?

– Воз…дух…

– Что?!

Он немного разжал свою смертельно-дружескую хватку и посмотрел на меня. Я наконец сделала вдох.

– Ди… Конечно – друзья.

– Ну вот и славно. Аж легче стало. Просто. Дай мне минуту. Ладно?! – Я не отстранилась и покорно молчала, позволяя ему эти необходимые объятья.

Я понимала, что мы воспринимали их теперь по-разному, но также понимала, что это больше не повторится. Он осторожно гладил меня по волосам, а я буквально чувствовала всем телом как сильно бьется сердце в его груди. Спустя, немного больше, чем минуту, он и правда отстранился сам.

– Ния… Я должен был начать с этого, но не могу не сказать: ты охренительно выглядишь в этом платье.

– Мне всегда хочется ответить на такие комплименты: неужели я так хреново выгляжу в экипировке?

– Ты шикарна в любом наряде, просто в платье я тебя вижу очень редко. Это необычно. Наверное.

– Оу, ну сегодня все же праздник, не могла ведь я приехать в экипе на днюху нашего Ширу?! Хотя, думаю, он бы простил меня. И кстати, на церемонии клятвы илекти я всегда в платьях.

– И всегда безупречна.

Дияр снова обхватил мои ледяные ладони, поднес их к своим горячим губам и осторожно поцеловал.

– Ты замерзла. Идём, а то тебя Чен сейчас искать будет с фонариком.

– Чену, если ты не заметил, сегодня вообще не до нас.

– Точно, а это значит, что ты до завтрашнего утра под моей личной защитой. Пусть наш синги отдохнет как следует. В любом случае, я не могу себе позволить заморозить тебя здесь ещё больше.

По пути до бокса, Дияр так и держал меня за руку, а я не стала выдергивать ее, хотя внутри все переворачивалось и скреблось, от того, что я теперь знала, ЧТО это означало для него. Раньше мне бы такой жест показался просто дружеским и я бы даже внимания не обратила на него, хотя Юн точно приревновал бы, как и я его. Но не могла быть сейчас настолько жестокой к человеку, который стал мне родным за эти шесть лет.

Мы вернулись в мастерскую, но там шло такое веселье полным ходом, что вряд ли кто-то вообще заметил наше отсутствие. А я сразу обратила внимание на отсутствие, собственно, именинника и обратилась к Каю:

– Где нашего Чена потеряли?

– А он ушел с час назад со своей новой подружкой и пока не возвращался.

– Ого.

Оставалось только надеяться, что он и правда хорошо проводил время. Вейрона мне показалась вполне интересной и нескучной девушкой. Мы коротко обменялись впечатлениями об уличных гонках.

Ребята веселились от души и мне было более, чем комфортно как всегда в этой атмосфере. Я решила сменить свое платье обратно на комбез и отправилась в раздевалку. Но когда открыла дверь, поняла, что в раздевалке кто-то…

Черт.

Вот же, черт!

Мирта и Ураган занимались сексом. Безумным сексом, я бы сказала. Ну почему мне везло оказаться не в то время и не в том месте?!

– Простите пожалуйста. Я ничего не видела. Ухожу.

Мирта расхохоталась, а Ураган выругался себе под нос. Я слабо надеялась, что не испортила им вечер. Выскочив из раздевалки, я нашла-таки свою куртку, схватила бокал с вином и отправилась на улицу освежиться. Несколько ребят общались неподалеку на площадке перед боксом, а Дияр прямо у входа стоял и курил, опершись спиной о стену. Избегать общения с ним было глупо и по-детски, поэтому я подошла к нему.

– Давно не видела тебя с сигаретой.

Он поднял высоко подбородок и выдохнул дым вверх.

– Я бросал. Сегодня захотелось снова.

Не нужно было иметь диплом по психологии, чтобы догадаться, что это было из-за меня. Я не стала развивать тему. Ди выбросил окурок в урну и спросил:

– Ты вроде переодеться собиралась.

– Да, но… В общем раздевалка пока занята.

– И кем же?

– Там Мирта и Ураган.

– Шустро. Ураган не терял времени даром.

– Мгм. Ладно, я пойду.

– Постой, давай прогуляемся? Есть разговор.

Я озадаченно на него посмотрела. А он не сразу, но видимо догадался о моем волнении.

– Нет, Ния. Боги, я же сказал, что не буду больше поднимать эту тему.

– Хорошо. Идём.

Мы медленно направились в сторону кольцевого трека.

– Так, о чем ты хотел поговорить?

– Да вот, как раз о твоей подружке рыжей.

– Ну, до подружки ей очень далеко пока.

– Ния. Хочешь честно?!

– Всегда.

– Твоя новоиспеченная ученица – недалекая прослойка между рулём и сиденьем. Я откровенно не понимаю, почему она упорно продолжает приезжать сюда, если даже пустым трибунам видно, что это бесполезная трата времени, в том числе ТВОЕГО.

– Ди. Ну не все ведь прирожденные гонщики… Она старается и…

– Да нихрена она не старается. В том то и дело. Странно, что ты сама этого не замечаешь.

– Ну, не знаю даже…

– Сама посуди: она уже столько времени топчется на месте и еле трогается с места, но упорно продолжает приезжать сюда. Здесь не мотошкола, а площадка для райдеров с огромным опытом. А она шугается мотоциклов как огня. А когда тебя нет, она и вовсе не тренируется и сразу уезжает.

Я мысленно списала это на возможную симпатию Мирты по отношению ко мне, но Дияру ничего не сказала.

– Насчет навыков, согласна. Но она только начала…

–Нет. Не только. А больше всего меня напрягает ее слишком идеальное и вылизанные досье, которое я накопал.

– Ну вот это уже и правда слишком как-то. Не считаешь?! Почему ты так агрессивно настроен по отношению к ней? Да, она не в меру любопытна, задаёт много вопросов, но это скорее особенность ее общения. Она просто… ТАКАЯ.

Сама была удивлена тому, что повторила слова Урагана о Мирте.

– Ох, как я надеюсь, что ты права.

– Тебе нужно немного лояльные к ней быть.

– Буду. Когда пойму, что она действительно та, за кого себя выдает.

– Подозреваешь, что она кваэр?

– Если это так, она неплохо справляется. Играет хорошо. В любом случае, постарайся не доверять ей ничего лишнего.

– Хорошо. Я поняла тебя.

– Он наклонился, коснулся слегка губами моей макушки.

– Идём обратно. Холодно.

Его слова и подозрения теперь не выходили у меня из головы. Я вроде бы и так не слишком делилась с ней чем-то личным, а теперь хотелось закрыться. И Юна нужно было предупредить, чтоб старался держаться все же подальше от меня на базе.

Не успели мы войти в бокс, как на нас буквально налетела Мирта:

– Ния, можно тебя на минуту?

Ди покосился в ее сторону и нахмурился, но ничего не сказал и направился к столам. Рядом никого не было, а музыка и громкие голоса избавили от необходимости искать место для разговора и взъерошенная рыжая красотка продолжила:

– Я извиниться хотела за нас с Ураганом. Обещаю, этого больше не повторится.

– Перестань, это ваше личное дело и меня не касается. Но могли бы найти более укромное место. В конце концов, взять ключ от бокса рядом.

– Простиииии… – Снова эти щенячьи глазки.

Уж не знаю как, но очаровывать она точно умела.

– Ладно, проехали. Пойду выпью.

– А мы поедем. Ивар отвезет меня домой.

– Кто?

– Ну, Ураган.

Черт, а я и забыла его настоящее имя.

– Точно же.

Они и правда уехали, как и многие райдеры по домам. Переодеваться уже не было ни сил, ни желания. И я отправилась, как обычно, в кабинет Чена. Наш именинник, похоже, не собирался сегодня возвращаться. А уезжать домой совсем не было желания. Уже миновал двадцать пятый час. Мне просто хотелось улечься поудобнее на маленьком диванчике и уснуть до утра под шум и музыку. Ди догнал меня уже у входа в кабинет.

– Здесь хочешь остаться?

– Да. Не хочу домой.

– Хорошо, я рядом.

– Это не обязательно. Отдыхай или поезжай домой.

– Ты серьезно думаешь, что я уеду и оставлю тебя одну, спящей, среди пьяных райдеров?

– Но они же…

– Да. Семья. Но я доверяю далеко не всем, Ния. Каждый раз, когда ты здесь ночуешь, кто-то из нас остаётся дежурить рядом до утра. Этот мир слишком жесток, маленькая госпожа Райс, а ты – слишком дорога, чтоб я так просто и слепо надеялся на бескорыстность каждого мотобрата и их благие намерения в отношении тебя.

– Ого… Вот это подробности… Ди. Я не знала, что вот так обстоят дела. Ты никогда не говорил.

– Тебе ни к чему все эти сложности. Просто знай, что я всегда рядом, ладно? Ни о чем не думай, спи. Не забудь плед.

– Не забуду. Спасибо. За все.

Мне было неловко от того, что он должен был буквально дежурить у дверей, охраняя мой сон. Похоже, с ночевками на базе придется завязывать. Не хотелось обременять ни Чена, ни наших мичиди ещё и здесь. Им хватало забот и в резиденции. Я улеглась на диван, укутавшисть в плед, как бабочка в кокон и долго думала о том, была ли я настолько наивной или может, просто мне хотелось доверять людям, доверять семье, каждому здесь. Но не могла не признать, что в чем-то Ди был все же прав. Я понятия не имела, какие мысли были у каждого из них.

Через час сон постепенно завладел сознанием, как и мысли о Юне. Мне так не хватало его. Он не написал ни слова, а я не стала отвлекать его миллионом сообщений и просто отправила несколько черных сердечек с пожеланием спокойной ночи.

Он не ответил.

Юн.

Инби.

Уже около часа я наблюдал за прибрежным патрулем у Инби, дожидаясь, пока стемнеет. Джей помог с камерами и просто отключил нужные.

Первого охранника я обезвредил, когда он пошел отлить в кусты. Всадил ему укол прямо в шею и зажал рот, пока тот отъезжал. Действие любого транквилизатора требовало времени. Хотя было бы здорово, если бы они вырубали мгновенно, как в лучших боевиках. Второй отправился на поиски первого, собственно тут и получил свою порцию по тому же сценарию. Оставшиеся четверо бойцов явно занервничали, когда их напарники не вернулись, спустя десять минут.

Убивать – было крайним методом, поэтому придерживаясь плана, я зарядил дротик с транквилизатором в пистолет и выстрелил в бойца, когда тот направился в мою сторону. С тремя оставшимися пришлось повозиться и сначала вырубить с помощью физической силы, а уж потом, пожелать сладких снов порцией снотворного. Я потерял около часа, но путь к Инби и океану наконец был свободен. Набрал Фрейли:

– Пусть подгонят катер. У меня – чисто.

– Понял. Пять минут.

Вот, за что я любил этого очкастого засранца, так это за то, что если нужно было собраться и откинуть любое нытье и беспокойство, он умел моментально сосредоточиться и сделать это.

Я погрузил кроссач в катер, а бойцу приказал ждать меня возле спящих красавиц и в случае чего, обеспечить им добавки.

Ширина Инби была внушительной. Мне понадобилось около двух минут, чтобы наконец доплыть до берега за ней. С виду – ничего особенного. Те же кусты и деревья, что и на нашей стороне. Я подтянул катер к берегу, выволок мот и сделав вдох, погнал вперёд, вдоль лесных троп, заросших сочной зелёной травой, мхом и кустарниками. В голове мелькнула мысль: “а что, если там вообще ничего нет, кроме леса? Что если загадочной Виаллии вовсе не существовало?”

Спустя час пути эти мысли как рукой сняло после первого взрыва возле меня. Я заглушил мотоцикл и осмотрелся. На земле в разных местах были разбросаны человеческие кости. Много костей. Причем не цельным скелетом, а именно фрагменты.

Ловушки?

Эти гребаные дикари нашпиговали ловушками путь к их патрии. Ну конечно, чего ещё было ожидать, если никто оттуда не возвращался?

Вопреки здравому смыслу, я снова завел мот и направился вперёд, стараясь объезжать места, где были разбросаны кости.

Ещё взрыв.

Они были какими-то странными. Не похожи на взрыв гранаты, фугаса или любого другого взрывного устройства. Протяжные, настораживающие, будто предупреждающие о том, что дальше не стоило соваться.

Но разве мог я вернуться обратно к ней ни с чем?

Мне резко обожгло ключицу и плечо, когда справа оглушило новым взрывом и отбросило в дерево, а в глазах стало темно.

Очнувшись, я дотронулся до раны на ключице. Под экипировкой все было липким, я понятия не имел, насколько она была глубокой, да и времени не было выяснять. Первым делом проверил мотоцикл. Завелся. Значит все не так уж плохо. Вопрос стоял в другом. Два часа пути, тонна ловушек и ни единого намека на малейшие признаки цивилизации.

Вперёд? Или назад?

🎵 A Hero's Departure (Instrumental) -

Tommee Profitt

Меня охватило незнакомое до этого дня чувство. Такое простое и в то же время странное для меня желание – ЖИТЬ. Оно будто заново пульсировало в моих венах, в голове, в каждом сантиметре моего организма с ЕЕ появлением. Ния разрушила однообразную унылую серую стальную клетку. в которой я находился долгих уже девять лет, пытаясь сражаться со своими демонами. Мне хотелось расширить грани возможного для нас двоих, показать ей весь наш скромный мир, который не утонул в океане, каждый оставшийся уголок чего-то прекрасного, такого же, как она сама. Мои мысли раскачивались и колебались, их кидало то в одну сторону, то в другую, словно серф на гребне волны, на которой было сложно удержать баланс и не упасть, а потом не захлебнуться. Я понимал, что нужен был ей живым. И развернулся обратно к Инби. Ни с чем.

Эта попытка с треском провалилась. Но я должен был попытаться снова. Не могла же огромная патрия, которая по идее должна была находиться совсем рядом с нашей – просто исчезнуть? Или передвинуть свои границы дальше? Что-то здесь явно было не так. Но вот – ЧТО?!

Голова гудела так сильно, но я старался не вырубиться на ходу и добраться до катера тем же путем, что до этого. Рядом один за одним гремели ещё взрывы, будто сопровождая меня обратно, намекая на мой полный провал. Но я уже настолько к ним привык, что не обращал внимания. Правая рука почти онемела, когда я все же добрался до берега. Кое-как впихнул мотоцикл на катер и отправился на нашу сторону. Боец Дэлун покорно дожидался моего возвращения. Шестеро патрульных все ещё мирно дрыхли. Я приказал нашему мичиди вернуть катер Амиру, а сам сел на мот и отправился домой. Взглянул на время и ошалел от понимания того, что прошло гораздо больше времени, чем я ожидал. Из-за бессознательного состояния, я потерял почти восемь часов. К обеду должен был доехать до границ Фиросса, главное – не вырубиться по пути.

В голову острой стрелой вонзилась мысль о том, что было бы, если бы я подорвался на одной из ловушек. Нет, понятно, что части моих костей так же валялись бы в разных местах леса Виаллии, как и остальные.

Но.

Ния.

Что стало бы с ней, если бы я не смог сегодня вернуться? Совсем ведь недавно узнал ответ на этот вопрос. И эта ее самоотверженная любовь, поглощающее счастье, которое она мне дарила, заставило меня наконец, отчаянно желать жить. Никогда так сильно не хотел этого, как сегодня.

Будто даже на расстоянии она продолжала исцелять каждую сломанную часть моей души.

Рахо.

Виаллия.

Исцелительный центр.

Айке пришла в себя спустя две недели и один день. Все это время я находился в центре, а командование нулланами оставил Айвису.

Нет, я не надеялся на то, что она легко примет новые части своего тела. А точнее их замену. Но думал, что хотя бы смогу поговорить с ней. В итоге говорил один я, пытался, как мог убедить ее в том, что мы справимся с этим вместе. Но Айке молчала. Смотрела на меня и молчала. Беззвучно плакала. Иногда. И молчала.

Нехотя ела то, что приносили ей медсестры. И снова молча смотрела, выбрав наиболее интересную точку перед собой.

Спустя ещё две недели реабилитации в центре, она улучила момент, когда меня не было рядом и также молча отправилась домой. А когда я попытался навестить ее в тот же вечер, ее голосовая версия ответила, что хозяйка дома не желает никого видеть и хочет побыть одна. Двери дома Айке Хайлим впервые оказались закрыты. Я не мог винить ее за это. В конце концов, то, что она пережила не пожелаешь и врагу. Она всегда по-своему справлялась с трудностями. Может, молчание и одиночество было ее личной панацеей. Ей нужно было время. Но я не отступал:

– Госпожа Айке два-ноль, передай пожалуйста своей создательнице, что я всегда буду рядом. И буду приезжать каждый день, пока она снова не захочет видеть меня.

– Передам, господин Мидэри.

Пока я, словно потерянный, стоял у дома Айке, мне позвонил Айвис:

– Рахо, тащи свой благородный зад в Плассард. У нас форс-мажор в Эзарии.

– Скоро буду.

Я прыгнул в волэйр и уже через несколько минут чуть ли не бежал по длинному коридору на пути в главный зал. Шестеро нулланов, которые должны были находиться в Эзарии стояли на коленях перед Эгилем. Из меня буквально рвалась Ви Донум, но я сдержался и обратился к старому другу:

– Говори.

– А что тут говорить? Этот вот, – он небрежно указал в сторону одного из воинов, – схватил за руку Нэйю и даже кое-что сказать ей успел.

– ЧТО?! Я ведь предупреждал, что она пока неприкасаема.

– Простите, господин Мидэри…

Я подошел к воину и схватив за шею, поднял в воздух, с помощью Ви Донум. Сила буквально искрилась в моей ладони ярко-голубым свечением.

– Что ты сказал ей?

– Что… она… должна… умереть…

В груди все стало жечь от чрезмерного использования силы и я отшвырнул на пол своего воина. Мое самообладание полетело туда, куда Айвис вечно посылал провинившихся нулланов. Развернувшись к другу, я коротко бросил:

– В Некрополе. Через час. Собери всех.

Воин взмолился:

– Господин Мидэри, пощадите, прошу. – Но я не стал даже слушать.

Если он был не в состоянии исполнить мой приказ, то не достоин быть нулланом. Все до невозможного просто. С другой стороны, он оказался рядом с Дэей, на той стороне. Кто знает, насколько сильно проявлялась наша связь в такой близости? Может, он не смог устоять?

Но должен был. Его слабость не меняла ровным счётом ничего.

Ночной Некрополь был все также прекрасен и печален одновременно. Двое нулланов удерживали ослушавшегося воина. Я сделал два шага к ним:

– Признаешь ли свою вину?

– Признаю.

– Тогда прими с честью свое наказание.

– Господин Мидэри…

– Ты лишаешься права называть себя нулланом, вся твоя сила уходит в центр исцеления, где послужит с большей пользой, чем ты.

Он не пытался больше извиняться. Это не подействовало бы на меня. Я подошёл ближе и без лишних церемоний забрал его силу.

– Тем не менее, тебе дан выбор: прожить остаток дней в смертном обличии или умереть как нуллан и остаться здесь, среди своих братьев и сестер.

– Я желаю остаться здесь.

По крайней мере, он предпочел умереть достойно.

– Твоя воля.

Айвис в кои-то веки стоял по правую руку от меня и молчал. Для меня процесс изъятия Ви Донум был не менее болезненным, чем для воина. Не скажу, что я не дрогнул. Такого не случалось уже довольно давно, чтобы нуллан ослушался моего прямого приказа. Может лет триста назад. И то, это была меньшая провинность. А теперь мне пришлось устроить, по сути, показательную казнь. Я не стал затягивать с этим. Кивнул двоим бойцам, что держали воина и они отошли на несколько шагов. Я тут же коснулся правой ладонью груди нуллана и уже через миг от него остался лишь пепел и последняя частичка души нуллана. Мы поместили ее в чашу и оставили рядом с остальными чашами на квадратной каменной плитке.

Нулланы расселись по волэйрам и направились обратно в Плассард. Айвис прижал палец к гарнитуре на правом ухе и громко грязно выругался. А затем подошёл ко мне.

– Только не говори, что у нас ещё что-то произойти успело.

– Ладно, промолчу тогда.

– Докладывай. Что там?

– Злой ты сегодня какой-то.

– И прямо сейчас становлюсь ещё злее, Эгиль. Не тяни.

– Наши разведчики за барьером сообщили о том, что какой-то эзариец пересек Инби.

– И где он сейчас?

– Передвигается вглубь леса на мотоцикле.

– А что с ловушками?

– Сработало несколько. Его даже ранило. Но он не унимается. Прикажешь убить?

– Нет. Я сам проверю. Без моего приказа не трогать.

– Как скажешь, босс.

– Эгиль! Сегодня я точно не в настроении терпеть твой язык.

– Вот! – он проткнул воздух пальцем, – точно также вчера ночью мне ответила одна симпатичная виаллиечка. Эх…

Айвис странно усмехнулся, а до меня дошло не сразу, что он имел ввиду. Нужно будет узнать у кого-то, существовало ли культурное обозначение для мужчин, которые вели себя, как шлюхи?

– Я задушу тебя сейчас.

– Все, все, не шипи, ты же не змея. И не хмурься, а то вдруг морщинки появятся. Пора бы уже, кстати.

– Айвис!

– Ладно. Хер с тобой. Молчу. Вместе летим?

– Сам справлюсь.

– Такой гордый предводитель.

– Заткнись уже. – Вместо этого он расхохотался и прыгнул в волэйр.

А я помчался за пределы барьера. Хотя, возможно, это было лишним. Ни один эзариец не доберется живым даже до границ защитного купола. Что там говорить о Виаллии.

Когда я долетел почти до Инби и завис на волэйре, увидел того самого парня, который пробрался сюда. Все его тело было в крови от ран, а он сам тяжело дышал и прижимался спиной к дереву.

Что заставило его продолжать идти вперёд, когда было совершенно очевидно, что там ждала только смерть?

Тем не менее, я остался посмотреть, что с ним будет дальше. И, похоже, умственные способности вернулись к парню, он медленно поднялся на ноги, сел на свой мотоцикл и отправился обратно. Возможно, он стал первым эзарийцем, который живым покинул пределы Виаллии, а может просто не пришел его час, чтобы умереть. Я не стал добивать. В конце концов, у него, должно быть, сильное сердце и дух, раз он решился вообще отправиться сюда.

Я же, наконец, решился повидать давнего друга в Эзарии, а заодно лично понаблюдать за Нэей.

Сомнения.

Такое странное для меня чувство. Никогда и ни в чем не сомневался. Всегда верил в то, что мы стоим на верном пути и наша цель оправдывала жертву. Наше дело правое. Но после того, как увидел Дэю, это все пошатнулось.

Она должна умереть. Я убеждал в этом себя, повторяя день за днём эти слова и убедил в этом остальных нулланов. Это вернёт нашу силу, вернёт нас к жизни. Но я ни разу не задумывался, что станет с ней после этого. А вдруг она исчезнет навсегда? Вдруг мы не правы. Что, если наше вмешательство только навредит ей? Мои мысли метались, как безумные. Ещё никогда я не подвергал свои же убеждения и принципы таким сомнениям. Нужно было признать, что это был эгоизм с моей стороны в чистом виде. Потому что меня не заботило, что при этом будет с нею. Будет ли ей больно? Что почувствует она, когда ее душа вспомнит все свои жизни и поймет, что ее верные нулланы убили ее для того, чтоб самим выжить? Разве не расценит она это как предательство с нашей стороны? От ее гнева тогда не укроется ни один из нас. Сомнения и переживания теперь укоренились в моей голове словно наши филоо на теле. Их просто так не удалить и не вывести. Айвис становился все раздражительнее и нетерпимее, а нулланы стали гибнуть все чаще, покидая этот мир. Их души теперь блуждали между мирами.

О Дэя, как же ты нужна нам.... Как нужна твоя мудрость и сила. Как защитить их, как спасти, при этом сделать правильный выбор?

Айке.

Виаллия.

Мне придется тысячу раз просить прощения у Рахо за свой эгоизм, молчание и немощность. Но я не могла иначе. У меня не было сил объяснять ему сейчас, что дело было не в моем искалеченном теле, не в том, что мне приходилось свыкаться с новой конечностью и уж точно не в самом Рахо. В тот день я потеряла больше, чем руку, я потеряла веру в себя, свои силы и свои возможности. Каждый раз, прокручивая в голове тот день, я думала о том, что было бы, если б испытывать новый волэйр вместо меня отправился кто-то другой? Сэйдж, например. А ведь он рвался это сделать. Если бы от моей ошибки пострадали невинные нулланы, я просто не смогла бы с этим жить. Но и теперь мне было не легче, я буквально перечеркнула все свои задумки и планы вместе с мечтами о новых проектах. Никогда ещё не чувствовала себя настолько слабой, разбитой и ненужной. Не только мое тело оказалось изуродовано и истощено, но и душа. Утомленные мысли блуждали по разуму, но не находили нигде пристанища. Мне хотелось закрыться от всего мира, сбежать из Виаллии. Одним глазком взглянуть на Эзарию, затеряться среди простых людей и не думать вообще ни о чем. Мне не хотелось общения вживую, но я отчаянно желала отвлечься и не думать обо всем произошедшем, иначе можно было свихнуться. Я налила себе грамена и села в белоснежное кресло, укутавшись в теплый плед. Пересмотрела в очередной раз все видео с нашей Нэей, перечитала все статьи о ней и уже хотела зайти на сайт знакомств Виаллии, как поняла, что мне не хотелось совершенно общаться ни с одним виаллийцем и, тем более, нулланом.

Предварительно засекретив свой IP*(IP-адрес – уникальный числовой идентификатор устройства в компьютерной сети, работающей по протоколу IP) адрес, я зашла на сайт знакомств Эзарии. Поставила вместо своей фотографии рандомное стоковое фото, а вместо имени, оставила прозвище, которым меня наградил когда-то Айвис – Кобра. Я проторчала на сайте около часа и на глаза попадались одни придурки. Спать не хотелось, но и писать просто какому-то эзарийскому болвану, не было желания. И тут мне на глаза попался ник с зашифрованным двоичным кодом.

А вот это уже интересно.

Имя показалось настолько забавным, что я даже хихикнула.

Жёлтый Джей.

И ему тоже не спалось, хотя было уже далеко за полночь.

"Ну привет, Жёлтый Джей"

Ждать долго ответа мне не пришлось, движущиеся точки говорили о том, что он уже печатал свой ответ.

"Ого, привет! Ты первая, кто расшифровал мой ник"

"Приятно знать. Почему же жёлтый?"

"Да, просто люблю этот цвет, вот и все"

Забавно, его фоток не было на аватарке, но мне представилось, что он был таким же ярким как этот цвет.

"А имя настоящее?"

"Абсолютно. А тебя зовут…"

Солгать? Или сказать правду? Хотя, почему бы не признаться, ведь путь в Эзарию мне заказан. Мне никогда не попасть за Стену, поэтому я могла рассказать всю голую правду о себе, а потом исчезнуть.

"Айке"

"Это реальное имя?"

"А что с ним не так?"

"Ничего, просто никогда не встречал девушек с таким именем"

"Ну теперь встретил"

"Забавно"

"Что именно?"

"Не могу пробить твой IP и узнать местонахождение"

"А ты шустрый, Джей. Но можешь не стараться, у тебя не выйдет"

"Не было ещё ни одного IP, который бы я не смог взломать"

"Похвальная самонадеянность, удачи тебе"

"Рано или поздно, я узнаю ведь"

"Ты узнаешь, только если я этого захочу, а я не хочу"

"Хорошо, понял. Расскажи тогда, чем ты занимаешься, что так отлично разбираешься в айтишной сфере?"

"Давай об этом тоже не будем?"

Мне стало ужасно грустно, не хотелось говорить о себе. Я просто нуждалась в общении и отвлечении от всего, что тревожило меня здесь.

"Как скажешь. Тогда расскажи мне что угодно"

"А тебе спать не пора?"

"Я обычно провожу за компом ночное время и до раннего утра. Так что нет, не пора"

"Хорошо, тогда ответь мне на один вопрос, Джей, как найти себя снова, если кажется, что все вокруг рухнуло?"

"Ого, ты в глобальном смысле?"

"Да в любом. Мне просто буквально, некому задать этот вопрос"

"Ну, у меня тоже есть вопросы, которые я не могу задать даже лучшему другу, поэтому понимаю тебя"

Я хмыкнула.

Понимает он.

Ничего ты не понимаешь, Джей.

"Так что, насчёт моего вопроса?"

"Тут все зависит от обстоятельств, при которых этот вопрос возник в твоей голове. Но даже если все рухнуло, можно ведь построить заново? А там и себя найдешь в процессе"

И вроде ничего сложного и заумного не было в его ответе, а все внутри меня затрепетало. Нет, слишком рано было строить планы, но в эту самую секунду, мне больше не хотелось закапывать себя окончательно.

"Спасибо…"

"Как-то грустно"

"Что поделать, грусть – мое нынешнее сопровождение"

"Айке, поверь, девушка, которая умеет так скрывать свой IP, просто не имеет права быть грустной. Улыбнись. Несмотря на все дерьмо, что творится вокруг нас, в мире ещё осталось место для чего-то светлого. Хотя я и сам давно разочарован"

Я уронила слезу.

А потом ещё одну.

И ещё.

Через несколько секунд я рыдала так сильно и громко, что даже Айке два-ноль забеспокоилась и не отставала, пока я не убедила ее, что все хорошо. Чертов Жёлтый Джей. Мне ни с одним парнем ещё никогда не было так приятно общаться.

"Эй? У тебя там все хорошо? Прости, если сказал лишнего"

"Нет, нет, все хорошо! Ты сказал именно то, что нужно. Спасибо тебе."

"Да я же ничего не сделал"

"Ты зашифровал свой ник и поэтому я тебе написала. И ты оказался именно тем человеком, который мне был необходим"

"Ого, осторожнее, я слишком доверчив"

"Мне не нужно доверять. Просто, можно я завтра тебе напишу ещё?"

"Нужно, Айке"

Мне вдруг захотелось услышать, как он произносил мое имя, с какой интонацией, какой у него был голос.

"Тогда до завтра"

"До завтра, загадочная ночная гостья"

Да он чёртов романтик.

Мы переписывались еще несколько часов подряд. пока я не стала засыпать прямо перед экраном. И поймала себя на мысли, что могла бы общаться с ним до утра, а потом весь день до ночи и снова до утра. Ещё никогда общение не было таким свободным и лёгким. Никаких тягот, никакой ответственности, никакой пошлости. Просто общение.

Глава 6

Йону.

Фиросс.

Резиденция Дэлун.

Хреновым я был бы братом, если б не попытался выяснить в какой, нахрен, момент Амир свернул не туда. Если он и правда сидел на наркоте, то я сегодня же запихну его в клинику на принудительное лечение. Но то, что вылетало в последнее время из его рта, только подтверждало мои опасения. Я решил действовать немного иначе и написал ему:

"Ты в резиденции?"

"И тебе привет. Да."

"Надо встретиться. Возле моей тачки через десять минут"

"Если ты думаешь, что я буду выслушивать снова твои нравоучения и вопли – нет. Нам лучше вообще не пересекаться"

О чем я и говорил. Моего брата будто подменили и причина могла быть только в наркотиках, на которые его явно подсадило чёртово драконье отродье.

"Ничего такого, просто поговорим"

"Хорошо, сейчас буду"

Я метнулся к нашей медсестричке, все нужно было сделать быстро, поэтому нагло и без стука вломился в ее кабинет.

– Привет! Долго объяснять. Нужна доза транквилизатора или снотворного, но чтоб вырубило быстро. Срочно.

– Господин Нэйтт, здравствуйте. Да, конечно…

Она смотрела испуганными глазками и мне почти было стыдно за свое поведение. Я обязательно извинюсь перед ней, может даже заглажу свою вину не только словами, но позже. Девушка достала из холодильника ампулу и набрала в шприц ее содержимое, протягивая мне.

– Не, не, пойдешь со мной. Захвати пустой шприц или что там у вас, чтобы взять кровь. Когда махну рукой, подойдёшь и наберешь сколько нужно у Амира.

– В-ваш брат? Мы о нем говорим? – Она испуганно взглянула на меня и сделала шаг назад, ударившись головой о навесную полку на стене.

– Да. Не тормози, пожалуйста. Идём.

Грубо. Черт. Но сейчас для меня важен был только Амир и его выздоровление. Уже на парковке я приказал ей тихо стоять за колонной и ждать.

Амир появился через три минуты. Пунктуальный. За временем все также следил, удивительно в его состоянии.

– Йону.

Я подошел, приобнял и похлопал по спине брата.

– Я хочу помочь тебе. Просто знай это.

– О чем ты? У меня все в порядке.

– Амир, все так говорят, когда сидят на чем-то серьезном. Но обещаю тебе, я вытащу тебя.

– Ты бредишь? Не в себе? Повторяю: я в порядке.

– Ну конечно. Тогда поехали, сдашь кровь добровольно.

– Что значит добровольно? Мне не надо сдавать кровь. Я здоров.

– Ага. И тот бред, что ты нес недавно у себя в квартире про драконьего ублюдка, вовсе не следствие жестких наркотиков, на которые он тебя подсадил?

– Твою мать, Йон. Ты об этом.

– Конечно, об этом!

– Ну, тогда, наверное, разочарую тебя. Но я не наркоман. Никогда не употреблял ничего подобного и не собирался. А то, что я сказал – не бред. Мы друзья. Я могу уже свалить?

Что этот полоумный упоротый парень втирал мне здесь вообще?

Я сделал вид, что поверил. Никогда он не согласится добровольно сдать кровь.

Факт.

– Да. Вали.

Но как только он развернулся ко мне спиной, я попытался вколоть ему в шею лекарство. Он отмахнулся и шприц выпал из моих пальцев. Пришлось врезать ему по морде. Он прижал ладонь к щеке, которая краснела прямо на глазах.

– Что ты творишь, Йон?

– Спасаю тебя, идиота! Разве не очевидно? Ты же чертов нарик!

Я заломил ему руки за спину и сел сверху, не позволяя шевельнуться и наконец вколол снотворное. Амир больше не сопротивлялся, но пока вырубался, успел ответить мне:

– Тебе реально проще поверить в то, что я наркоман, чем в то, что не все в Дрэгун могут быть врагами?

Я ничего не ответил. А когда брат окончательно уснул, позвал медсестру.

– Возьми столько, сколько нужно для анализа крови. Подробного.

– Да, господин Нэйтт.

– Я смогу сегодня узнать результаты?

– Конечно. В течение часа.

– Сколько он проспит?

– Около двух часов. Доза не маленькая.

– Отлично.

Мне не хотелось думать, что будет, если Амир был честен со мной и дело было не в наркоте.

Бросить брата на бетонном полу не мог, поэтому оттащил к его машине, достал из его брюк ключи и усадил осторожно за руль. А сам отправился дожидаться результатов анализа. Эти полчаса тянулись невероятно долго и во всех смыслах от них зависели мои дальнейшие отношения с братом.

Мы оба принесли клятву Дэлун, а его дружба с нашим злейшим врагом ставила под угрозу наши жизни.

Я то стоял над душой медсестры, то измерял шагами ее маленький кабинет, словно зверь в клетке. Спустя двадцать минут, медсестричка наконец взглянула на меня:

– Господин Нэйтт, все чисто. Нет никаких следов…

– Дай сюда! – Я вырвал у нее листок с напечатанными данными на нем.

Этого не может быть. Не могло.

– Господин…

– Ты точно все проверила? Ошибки быть не может?!

– Н-нет… Сложно ошибиться, когда перед глазами образец крови абсолютно здорового человека…

– Твою мать! Это трындец какой-то!

Я в секунду вышел из себя.

– Господин Нэйтт, но разве это не хорошо, что ваш брат здоров?

– Дура! Идиотка! Ты ни хрена не понимаешь…

– П-простите… пожалуйста, господин…

– Айй… – Я неопределенно махнул рукой, позабыв напрочь обо всех манерах.

Спустившись на парковку, я даже не взглянул в сторону брата, который, по всей видимости, все ещё спал за рулем своей тачки. Чёртов мелкий…

Ладно, хорошо, это не наркотики. Но тогда, возможно, Амиру нужна была помощь психолога? Психиатра? Я не собирался верить во всю эту чушь про дружбу между гребаными врагами. А вдруг драконий ублюдок промыл мозг брата с помощью НЛП*? (*Нейро-лингвистическое программирование*)

Мне нужен был совет. Но разве не к самым близким людям идут в таких ситуациях?

Я отправился на окраину Фиросса навестить родителей и заодно поговорить насчёт Амира.

Через полчаса был на месте. Слова застревали в горле. Дверь открыл отец и тут же обнял меня:

– Сынок, проходи. Давно вас не видно было. Как Амир?

– Насчёт него я и приехал поговорить, но не знаю с чего начать…

– С правды? Разве не этому я учил вас обоих?

Мы присели на диване в гостиной и я по порядку поведал отцу обо всем, опуская, разве что последние перестрелки и назревающую войну между всеми кланами. Родители были в курсе почти всего. Даже кодекс нашего клана знали наизусть. И чтили его наравне с нами. Поэтому, когда я рассказал, какой опасности подверг нашу семью Амир, папа пришел в ярость.

– Отец…

Он вскочил на ноги и крепко выругался.

– Передай ему, что ноги его не будет в этом доме! Он позорит нашу семью! Я учил вас чести, достоинству и долгу с ранних лет! И что вытворяет этот маленький засранец? Плюет в лицо клятве и семье?

– Ему, нужно лечение…

– Ты действительно такой тупой, Йону и считаешь, что это дерьмо можно вылечить?

– Пап…

– Уходи. Не хочу знать и слышать о нем больше. И ты проваливай! Ты должен был заботиться об Амире и присматривать за ним! Исправляй это, как хочешь.

– Отец…

– Ты ещё и слышишь плохо?

Спорить с ним было бесполезно. Нас воспитывали в строгости и прививали уважение к семье и семейным ценностям. Я поклонился отцу и молча отправился утолить свою злобу на ринге. И только я приехал на место нелегальных боёв, как раздался звонок.

Амир.

Я ответил:

– Очнулся?

– Мгм. Что за дрянь ты мне вколол? Голова раскалывается.

– Не важно. Ты чист.

– Что и требовалось доказать.

– К сожалению для тебя, брат.

– К чему ты клонишь?

– Я был у родителей. И все рассказал отцу. Он просил передать, чтоб ты не появлялся в их доме. Тебя, по хорошему изолировать надо. И главе доложить. Да только вот, пулю в лоб получим мы оба.

– Ты совсем дебил, Йон? Почему? Что я сделал тебе плохого?

– Сменил сторону, может? Предал меня, семью, свой клан… Ради кого? Ублюдка из Дрэгун?

– Я никого не предавал.

– Амир, мне-то не гони! Что, блять, с тобой не так?!

– А может со мной наконец-то все так? Не думал об этом? Может мне надоела эта вражда и все остальное. Может я хочу быть первым, кто попытается хоть что-то изменить в нашей системе.

– У тебя амнезия? Он в плену тебя держал. А не подумал я только о том, что дебилизм передается как зараза. Видимо, этот конченый урод, с которым ты спутался, отлично справился со своей задачей.

– Не думал, что ты настолько можешь быть уродом…

– Для тебя все ещё есть выход – принудительное лечение у психиатра.

– Да пошел ты на хер, дорогой брат.

– Так понравилось дружить с врагами, что ты стал крысой и предателем?

– Урод.

Хотел выругаться покрепче, но он сбросил вызов. Не собирался больше за ним бегать. Я теперь был сам по себе, а он… Похоже, я потерял брата окончательно. Но как, черт возьми, поверить во все это дерьмо?

Вернувшись в резиденцию, которая в это время уже почти опустела, я слонялся по коридорам, пытаясь справиться с гнетущим мыслями в голове. А ноги сами привели меня к кабинету медсестры. Я вошёл без стука. Очаровательная блондинка окинула меня испуганным взглядом.

– Господин Нэйтт…

– Не бойся, детка, я пришел извиниться. – В несколько шагов я оказался возле нее.

Осторожно коснувшись ладонью ее щеки, я прижался теснее к ее телу.

– Я… – Она растерянно смотрела на меня, а я уже не выдерживал напряжения, которое просто необходимо было снять.

– Скажи, что ты тоже хочешь. Этого будет достаточно. – Вместе с этим вопросом, мои пальцы пробежалась по внутренней стороне ее бедра и застыли в миллиметрах от ее нижнего белья.

Блонди упёрлась обеими ладонями мне в грудь, но не оттолкнула.

– Господин Нэйтт… Вы… Вы ведь знаете, что я не могу вам отказать…

Я слишком плохо сейчас соображал. И либо это означало, что она тоже меня хотела, либо… намекала на то, что я – синги и она не имела права мне отказать. Кэсидо ведь по щелчку пальца получал любую девушку в нашем клане, они все вешались на него, словно он был медом намазан. Так почему мне нельзя?

Эрекция не позволяла думать об этом даже секунду. Хватит уже играть в вопросы и ответы. Мне нужна была разрядка. Я дёрнул ее халат в разные стороны, разрывая, а затем и вовсе избавился от него. Уложил девушку на ее рабочий стол и раздвинув ей ноги, прижался пахом.

– Пожалуйста… – Ее тихий, но приятный голос только сильнее заводил меня.

Она просила ее не трогать? Или продолжить?

– Тише. – Возможно, я и был сейчас мудаком, но выяснять у нее ничего не стал и просто заткнул ей рот жадным поцелуем.

Расстегнув ширинку на брюках, я быстрым движением руки отодвинул край ее трусиков и вошёл в нее без лишних прелюдий. Медсестричка вскрикнула и вцепилась ногтями мне в плечи. А я уже не мог остановиться, трахая ее так сильно, как мне было необходимо, пока не кончил. Я даже не понял, смогла ли она достигнуть оргазма. Но когда застегнулся и отстранился от нее, увидел слезы на ее лице. Почувствовал ли я себя мудаком? Да. Жалел ли? Нет.

Еще большим уродом я оказался, по всей видимости, в ее глазах, когда достал бумажник и вытащив оттуда все что было, молча оставил на ее столе. Блондинка отчаянно пыталась прикрыться разорванным халатом.

Но, она ведь понимала, где находится и куда попала?

Здесь никто не собирался гладить по головке. Хотя, мне следовало выбрать ту, которая сама бы вешалась мне на шею. А трахать первую, кто попался на глаза.

Черт.

Ладно. Завтра попробую извиниться перед ней. На сегодня и так слишком всего много.

Ния.

Орус.

Вар приехал рано утром и забрал меня с базы. Мне предстояло очень быстро принять душ и подготовиться к предстоящей церемонии клятвы илекти. Но прежде, я попросила отвезти меня в больницу к Эмме. Ох, как же я ненавидела всю эту недосказанность и молчаливые обиды. Если ей было, что сказать мне, то пусть сделает это напрямую в лицо. А не толкает в грудь в присутствии всей моей семьи, обвиняя в предательстве.

– Подождешь в машине? Я ненадолго.

– Конечно. Что у вас произошло вчера? Я могу чем-то помочь?

– А ты разве не в курсе? Не говорил с Ченом?

– Да мы как-то… Не то чтобы много разговариваем с ним в последнее время.

Ещё не хватало, чтобы и Вар отдалился от Чена. Не понимала до конца, какая кошка между ними пробежала, но лезть далеко в душу тоже не хотелось.

– Вар, ты нужен ему. Просто посидите вечером, как раньше, уверена, он сам тебе все расскажет.

– Наверное, ты права.

Я захлопнула дверь Доджа и помчалась прямиком в кабинет доктора Лиам. Эм не оказалось на месте, но я попросила медсестру разыскать ее и сообщить о моем приезде. Подруга замаячила на горизонте спустя минут пятнадцать.

– Прости. Сложный пациент. – Сухо заключила она без приветствий.

– И тебе привет. Мы можем поговорить?

– Конечно. – Она указала на дверь своего кабинета.

Как только мы вошли, без лишних любезностей, на которые и так не хватало времени, я начала:

– Что это вчера было? Не хочешь объяснить?

– А я должна тебе что-то объяснять? По-моему и так все очевидно.

– Очевидно было только то, что ты вела себя вчера как стерва, уж прости.

– Чего ты хочешь, Ния? Чтоб я признала, что перегнула немного? Да, хорошо, прости, с тобой – может и да.

– Чен тоже этого не заслуживал.

– Ну вот видишь, ты приняла его сторону. О чем мы можем вообще тут говорить?

– Так поясни свою, ты ведь молчишь. Я все это время пыталась поговорить с тобой, но ты отмахивалась от меня, словно от самой назойливой мухи.

– Я ведь и правда люблю его, Ния. Поняла это только когда потеряла. Мои вчерашние действия были следствием отчаяния. Я поехала туда для того, чтоб всё исправить, вернуть его. Но когда увидела ту девушку рядом с ним – все поняла. Слишком поздно…

Если она думала, что я теперь должна пожалеть ее, то сильно ошибалась. Хоть кто-то должен был сказать ей правду.

– Но ты только и делала, что обвиняла его. Он готов был на все ради тебя. Разве не он предложил тебе выйти за него замуж? Разве не он совершал всегда первые шаги? Можешь считать меня кем угодно, но никто кроме меня не скажет тебе все напрямую. Все произошедшее между вами – следствие твоей холодности и безразличия. Ты ведь вполне ярко умеешь проявлять свои чувства, как выяснилось вчера, но почему-то только не с ним. Именно ты посчитала его недостойным, отвергла и обвинила во всех смертных грехах, хотя он просто попытался идти дальше.

– И когда ж ты успела стать экспертом в отношениях, Ния?

– Я всегда говорю как есть. Если ты считаешь иначе, разубеди меня. Но, черт, ты реально думала, что он должен сидеть и ждать, когда гордая Эмма Лиам соизволит спуститься до каких-то там проявлений чувств?

– У него что-то с ней было?

Я немного опешила от неожиданного вопроса.

– С кем?

– С той девушкой, которую он спас.

Она будто пропустила мимо ушей всю мою пламенную речь в ее адрес.

– Понятия не имею. Я не хочу лезть в его личные дела. Но желаю ему счастья. И тебе тоже.

– Однако, он доверяет только тебе.

– Он – мой друг. И ты – тоже. Но ты закрылась от всего мира и не позволяешь помочь. А я выслушала Чена и если честно, понимаю его. Очень понимаю.

– Как раньше уже не будет, Ния. Тебе придется выбрать, дружба с ним или со мной.

– Что за бред, Эм? Я не собираюсь выбирать.

– Очевидно же, что ты давно сделала свой выбор. Вчера вместо меня сидела другая девушка рядом с Ченом, а ты мило улыбалась этому всему. Я расцениваю это как предательство с твоей стороны.

– Замечательно. Ты себя слышишь, вообще? Пригласить эту девушку было решением Чена. Это был его праздник. И не нужно меня обвинять здесь в том, что я поддержала друга.

– А как же я?

– Если ты не заметила – я все ещё здесь. Я должна готовиться к церемонии прямо сейчас, но приехала к тебе, потому что мне не все равно.

– Тогда не смею задерживать, госпожа Райс, мне больше нечего вам сказать.

– Вот значит как.

Она сложила руки на груди и показательно отвернулась к окну. Я все это время будто безрезультатно пыталась заводить старый мотоцикл с помощью поломанного и давно неработающего кикстартера. (Кикстартер – тип стартера на мотоциклах, мотороллерах и квадроциклах, приводимый в действие ногой человека при помощи соответствующей педали) Отчаянные и бесполезные действия и попытки, которые ровным счётом ни к чему не приводили. Я мысленно поставила себя на место Чена и ещё больше считала его решение в день разрыва с ней, единственно верным. Я не понимала, как можно было любить и быть одновременно такой холодной с человеком, которого любишь.

Никогда не хотела выбирать, но, похоже, Эмма только что установила границы между нами и разрушила то, что я считала дружбой.

– Как скажете, доктор Лиам. Простите, вынуждена уехать. Не буду отвлекать.

– Всего доброго. – Она даже не повернулась ко мне.

Черт. На душе было гадко от этого всего. Возможно, позже, когда все немного утихнет, мне следовало бы попытаться снова с ней поговорить. Но сейчас все внутри слишком горячо кипело. Мы невероятно сильно отличались с ней характерами. А, может, я была и впрямь, хреновой подругой, раз не смогла понять ее чувств. Хотя с другой стороны, я очень хорошо понимала Чена. Он ведь тоже мой друг.

Почти бегом я вернулась к машине Вариуса. Он озадаченно посмотрел на меня:

– Не спрашивай. Давай быстренько домой. Я должна уже быть одетой и собранной.

– Ния, в резиденцию тебя отвезёт Чен. Глава попросил меня помочь с подготовкой к церемонии.

– Конечно. Сколько времени у меня есть?

– Час точно.

– Отлично. Мне хватит.

Долетели до дома мы быстрее ветра. Вар быстро клюнул меня в щеку и тут же отправился в резиденцию. У своих ворот я, не без удивления, обнаружила Даниэля Ларсона.

– О, привет, Дэнни.

– Доброе утро, госпожа Райс.

– Ты как тут?

– Приказ господина Вана. Но я очень рад, если честно. Теперь буду здесь каждые три дня.

Точно. Только сейчас вспомнила наш разговор с Мирэем об охране.

– Хорошо, только никакой "Госпожи Райс", ладно? Помнишь, о чем я тебе говорила, когда рядом никого нет?

– Конечно, Ния.

– Вот и отлично. Ты поел? Не голоден? Может, кофе? Только я опаздываю, но двери в дом никогда не закрываю. Кухня в твоём распоряжении.

Он смутился этому вопросу и отрицательно помотал головой несколько раз. Для меня и самой было странным задавать их здесь, у своих ворот. Там, где я, не сомневаясь, расстреляла четверых бойцов Сиана, у которых никогда не спрашивала, голодны ли они. Я никогда не запоминала их имён и лиц. Может, поэтому мне легче теперь думать, что их вообще не было здесь? Но с такими бойцами как Дэнни, мне хотелось строить именно доверительные отношения. Попытаться сломать чертову систему хоть таким образом.

– Хорошо, побегу тогда собираться.

– Хорошего дня, Ния.

Я улыбнулась, и похлопав его по плечу, убежала в дом.

На каждой из церемоний, лет с пятнадцати, я всегда старалась выглядеть идеально, под стать своему статусу в клане. Слегка закручивала плойкой кончики волос, наносила легкий макияж со стрелками и надевала платья. Сегодня мне почему-то захотелось примерить один аксессуар к элегантному черному платью с разрезом на бедре и открытой спиной. Однажды мы с Эммой ходили по магазинам и я увидела этот аксессуар на манекене в ювелирном, мне понравилась сама необычная идея этого украшения. Уж не знаю, сколько денег они с Ченом тогда отвалили за него, но подарили мне его на восемнадцатилетие. Забавно и грустно, что я решилась надеть это колье сейчас, когда они уже были не вместе. Отбросив полотенце и грустные мысли, я надела чёрные кружевные трусики, а мою грудь вместо бюстгальтера украсила дорогая платиновая цепочка с россыпью бриллиантов. Холодный шелк идеально черного платья окутал мое тело. Открытое декольте, будто было создано специально в пару к нательной цепочке. Что ж, бойцам сегодня будет немного легче пережить порез на своей ладони.

Черные туфли лодочки на высокой шпильке завершили образ. Мне никогда не нравилось быть светской львицей, вести все эти высокие беседы, держать осанку и шагать по мраморному полу походкой от бедра. Но я умела это делать, если было нужно и того требовали обстоятельства. Я была лицом своего клана, а они были моей семьёй, как и Мирэй, с которым мы сближались все сильнее с каждым днём. Я не могла его подвести, и как бы мне не хотелось всегда и везде носить удобные спортивные костюмы и обувь, иногда приходилось жертвовать своими предпочтениями. Мои размышления прервал как раз звонок брата:

– Доброе утро. Готова, сестрёнка?

– Спрашиваешь еще? Конечно, готова.

– Тогда можешь выходить. Чен ждёт у ворот.

– Скоро увидимся.

Наш засранец синги засыпал меня комплиментами, когда я села в его фиолетовую машину, мне же не терпелось узнать подробности его вчерашнего исчезновения:

– Как твой вечер?

– Почти идеален. – Он загадочно улыбнулся.

Кажется, никогда еще не видела его таким беззаботным и счастливым. Новое знакомство явно шло ему только на пользу.

– Почти?

– Мгм, потому что он закончился. А мне бы этого не хотелось.

– Рада, что тебе удалось отдохнуть. И кстати, она довольно милая.

– Спасибо, Ния. За все. Ты не представляешь, насколько я благодарен. Готова к церемонии?

– Пфф, а что там готовиться? Это ж не соревки по мото тривиуму? Надела платье, каблуки, несколько раз проколола палец. Ничего не забыла?

Он рассмеялся и я вместе с ним.

– Ты – как всегда. Ничего не меняется. Ты бы наверняка все отдала, чтобы сейчас мчаться на базу и тренироваться там до изнеможения восемь часов подряд, нежели провести час на церемонии клятвы илекти, так ведь?

– Эй, ты слишком хорошо меня знаешь! – Я легонько толкнула кулаком его в плечо.

Уже перед тем, как Чен должен был выйти из машины и галантно открыть передо мной дверь, он коротко бросил:

– Ты сегодня сведешь с ума весь драконий клан, маленькая принцесса илекти.

Он окинул меня взглядом и улыбнулся на одну сторону. Я, конечно же, смутилась.

– Я уже жалею, что выбрала это платье…

– Ну-ну, перестань. Ты шикарна. А я просто разучился делать комплименты. Хотел сказать, что если бы ты приехала в экипировке на церемонию, эффект был бы тот же.

– Выкрутился, засранец! Идем уже. Не будем заставлять Мирэя нервничать.

Себя я тоже мысленно одернула. Переодеваться не было времени, а значит, нужно было гордо вскинуть подбородок и просто пройти мимо всех бойцов, выстроившихся у входа в резиденцию и по всему периметру внутри, вплоть до самого главного зала.

Мичиди, армины, кваэры – сегодня все были одеты в строгие классические костюмы и белые рубашки, а туфли до блеска начищены.

Все было немного иначе и отличалось от прошлых церемоний. В том числе – мой любимый из приемных братьев. Он лично вышел встретить меня у самого входа и сопроводить в главный зал. Как всегда – безупречен. На нем идеально сидел сшитый на заказ костюм тройка тёмно-синего цвета и рубашка пастельно-голубого оттенка, которые безукоризненно подчеркивали статус главы клана. Мирэй поцеловал меня в макушку и коротко шепнул на ухо:

– Моя маленькая сестрёнка, мне сегодня придется отдать приказ бойцам: ходить по резиденции и собирать отвалившиеся челюсти… – Сначала не поняла его шутки. – Ты невероятна, просто совершенна, принцесса, но боюсь, нужно утроить твою личную охрану.

Черт. Я перегнула либо с нарядом, либо с аксессуаром.

– Мирэй…

– Ния, ты прекрасна. И это даже не комплимент, а констатация факта. Идём.

Если ты плохо рассчитал точку приземления после вылета с трамплина, то и некого было винить, кроме себя самого, раз уж слишком больно плюхнулся на задницу в результате этой ошибки. Поэтому, сделав вид, что не сгорала внутри от неловкости, я вскинула подбородок повыше, ухватилась покрепче за предложенный локоть брата, и мы неспешным шагом направились в главный церемониальный зал. Ровные ряды бойцов стояли, не шелохнувшись, по стойке "смирно", а тишину эхом нарушали удары моих шпилек о мраморный пол. Когда мы уже прошли центр зала, я мимолётно заметила улыбающихся Руна, Эйрика и Дияра. Вся троица провожала меня внимательным взглядом. Я коротко им подмигнула и слегка кивнула. Это все, что мы могли себе здесь позволить в данной ситуации.

Как только мы с Мирэем оказались лицом ко всем бойцам, Вар и Чен тут же встали по бокам от нас. Раньше я всегда нервничала и ловила на себе отвратительные взгляды Сиана на инициации новых бойцов. Сегодня же, в его отсутствии, даже дышать было намного легче.

Мирэй громко всех поприветствовал, ему ответили синхронным поклоном, прижимая кулаки к груди. А затем точно также поприветствовали и меня.

Наш глава продолжил выразительным тоном:

– Сегодня мы готовы принять в клан ещё пятерых бойцов. Объединение кровью и клятвой верности илекти – важная часть вступления в новую семью. Семью Дрэгун. Сотню лет мы чтили эту традицию и продолжим впредь.

Мирэй кивнул одному из мичиди, и уже через несколько секунд в центр зала вынесли пять изящных деревянных столешниц, а кваэры быстро поставили на них пять подносов с чашами и кинжалами с тоненькими острыми лезвиями. Раньше лежало по три кинжала, сегодня же, на каждом подносе их было по два. Для меня и Мирэя.

Одно за другим глава Дрэгун называл имена, и бойцы выходили на середину зала, останавливаясь напротив столешницы. Когда брат произнес последнее имя, я не безучастно взглянула на его обладателя.

– Тайл О'Доро.

Перед глазами тут же пролетела картинка из прошлого, где я случайно задела парня, а он уронил бокалы. И конечно же Сиан, который грозился убить его. Когда я говорила с братом обо всем, упоминала об этом парне. И вот он стоял здесь, живой и невредимый. На сердце потеплело.

Мы с братом подошли к первому столу. Коротко переглянувшись с Варом и приняв от него самую теплую улыбку на свете, я повернулась к первому парню. На вид ему было около двадцати. Он был серьёзен и непробиваем в эмоциях, но когда его взгляд остановился на моем лице, он слегка улыбнулся. Мирэй начал первым, как и всегда.

– Готов ли ты принять клятву илекти и стать полноценной частью клана Дрэгун?

– Готов. – Брат осторожно коснулся острием лезвия кончика своего пальца, пока не показалась алая капелька крови.

– Прими эту кровь илекти, как свою и произнеси клятву.

Боец приоткрыл рот, а Мирэй развернул ладонь вниз у его лица и капелька крови брата тут же упала на губы будущего мичиди, армина или кваэра.

– Защита жизни илекти – превыше собственной жизни. – Парень принял кинжал из рук брата и разрезал свою ладонь над чашей.

Мирэй одновременно капнул каплю своей крови в эту же чашу.

– Клянусь защищать вашу кровь, ценой своей крови.

Боец не дрогнул, когда громким, четким голосом декламировал каждое слово. Они готовились к этому моменту достаточно долго.

– Клянусь беспрекословно исполнять вашу волю.

Я вспомнила, как когда-то вот так здесь стоял Вар. Совсем мальчишка, а я и вовсе была подростком. Что он тогда чувствовал? Действительно ли желал навечно принадлежать этому клану? Или у него просто не было выбора?

– Клянусь чтить устав и действовать согласно кодексу клана Дрэгун.

Я давно сбилась со счета, сколько же раз за это время мы проходили через эту церемонию. Каждый месяц новые бойцы пополняли ряды Дрэгун. Наш клан насчитывал уже около четырёх тысяч бойцов.

– Клянусь в верности и преданности господину Мирэю Ван.

Что ж, настала моя очередь принять клятву и поделиться каплей своей крови. Выслушав заученную речь бойца, подняла глаза на бойца:

– Клянусь в верности и преданности госпоже Ние Райс.

Я добавила каплю своей крови в чашу, а Мирэй налил немного спирта туда же и чиркнув длинной каминной спичкой, поджег содержимое внутри. Голубоватое пламя охватило каемку металлической чаши, остались только завершающие инициацию слова главы клана:

– Как горит эта кровь, так и наши сердца горят от того, что в нашей семье появился ещё один боец. Но так же как огонь исчезает, исчезнешь навсегда и ты, если посмеешь нарушить эту клятву. Она нерушима и вечна до последнего вдоха.

Вот и все.

Тоже самое мы проделали с каждым новым бойцом. Когда очередь дошла до Тайла, он улыбнулся мне достаточно искренне и неподобающе в этой ситуации, но я все же ответила улыбкой, а Мирэй сделал вид, что ничего не заметил. Для каждого из нас это что-то, да значило. Тайл выглядел совсем ещё молоденьким парнем. Максимум лет на семнадцать.

Я резко похолодела от одной мысли, что Юн в свое время вот также стоял перед своим главой. Только ему было всего пятнадцать. Он был разбит этой жизнью, а его судьба сломана в катакомбах нашего клана. Постаравшись сдержать эмоции и слезы от одного только воспоминания истории Юна, мы подожгли последнюю чащу, а Тайл произнёс финальную часть клятвы.

Каждый, кто прошел через церемонию становился нашей семьёй. Это много значило для каждого из нас. Те бойцы, которые все ещё проходили проверку, до момента объединения кровью и инициации, могли повернуть назад и уйти, но после церемонии такой уход расценивался бы как предательство. Любой из них знал, что обратной дороги после клятвы на крови илекти не было. Предательство каралось пытками и жестокой смертью. Теперь бойцы, принявшие клятву должны были строго следовать кодексу, действовать исключительно в интересах клана Дрэгун, иметь полное представление о деятельности клана, запрещалось называть свой статус и положение в клане третьим лицам, даже родственникам, если таковые имелись.

Объединение кровью – своего рода обряд инициации, в которой кандидат в бойцы клана приносил клятву на крови до конца своей жизни, впитывая каплю крови каждого из илекти, тем самым закрепляя узы между нами и, собственно, кандидатом. Как только капля крови попадала на язык будущего бойца клана, для него начиналась новая жизнь. О своем прошлом он должен был забыть окончательно, теперь у него была новая семья, а он становился новой личностью. Иногда бойцы сами желали изменить даже свое имя, данное им при рождении.

Мой изрезанный палец ныл и с него все ещё капала кровь, видимо в пятый раз я перестаралась с надрезом. Брат достал платок из нагрудного кармана и заботливо прижал к ране. Даже в таком, казалось бы, небольшом движении было столько элегантности и благородства, присущего Мирэю. Но он почему-то не спешил распускать бойцов, а осторожно, едва заметным прикосновением, подтолкнул меня обратно к месту, где мы приветствовали бойцов. Я снова встала по левую руку от брата, а Вар и Чен тут же возникли по бокам от нас, как и подобало синги.

– Так совпало, что сегодня утром я принял окончательное решение о назначении нового синги клана. И раз уж мы все здесь собрались… – У меня мелькнула небольшая догадка о том, кто это мог быть. – Дияр Янсон, прошу, подойди.

И я не ошиблась. Ди остановился напротив нас, поклонился, прижал кулак к сердцу и припал на одно колено, как и было положено в данной ситуации.

– Господин Янсон, назначаю тебя своим синги и присваиваю наивысший, после илекти, статус в клане.

– Благодарю за доверие, господин Ван.

Ди поднялся, и Мирэй, уже намного тише, так чтоб услышали только мы, сказал ему:

– Набери себе отряд бойцов под командование из тех, кому доверяешь. Даю тебе полную волю в этом.

– Благодарю, господин Ван.

Мирэй хлопнул в ладоши и улыбнулся:

– Что ж, сегодня есть повод для веселья, отдохните как следует.

Все бойцы наконец расслабились и ответили громким улюлюканьем и хлопками. Они постепенно разошлись, а Мирэй наклонился к моему уху:

– Ния, зайдешь в мой кабинет на минуту?

– Конечно.

Я обернулась и обвела взглядом каждого из трёх синги клана, которые все так же смирно стояли рядом, до тех пор, пока мы с братом не покинули зал.

Уже в кабинете Мирэй беспокойно обхватил мою ладонь:

– Ну как палец? Нужно промыть и обработать рану.

– Все в порядке. Дома все сделаю. Завтра уже все заживёт, ты же знаешь.

– Хорошо. Сегодня в ресторане Энти будем отмечать пополнение. Ты ведь приедешь?

– Конечно.

Он явно не для этого пригласил меня. Я знала о ресторане, это давно стало традицией. А значит было что-то ещё.

– Ния. Я хочу приехать к тебе на базу на днях.

– Ого. Мирэй, а вот это и правда настоящий сюрприз.

Это звучало настолько неожиданно, что я чуть дар речи не потеряла от нахлынувших эмоций.

– Да. Понаблюдаю за твоей тренировкой и вообще посмотрю как там у тебя все.

– Отлично, я буду безумно рада тебя видеть!

– Тогда, думаю, не будем откладывать. Приеду завтра. И ещё: хочу попросить, чтобы ты пригласила своего парня из Дэлун.

А вот и подводные камни. Ну не могло ведь быть все настолько прозрачно.

– Мирэй… – я заметно нервничала.

– Клянусь, просто хочу поговорить с ним. Я тоже рискую, открывая ему свою личность. Но мне просто необходимо знать, кому доверяю свою сестру.

– Не знаю. Вы могли бы поговорить по телефону или…

– Ния, малышка, клянусь тебе, все будет хорошо. Поверь мне, пожалуйста. – Он осторожно взял мою ладонь в свои, поглаживая пальцами, будто успокаивая.

– Хорошо. Я скажу ему.

– Спасибо.

– Но он может не пойти на это.

– И все же. Давай хотя бы попытаемся?

– Хорошо.

Несмотря на то, что мне была очень приятна забота Мирэя, все же я волновалась из-за их будущей встречи с Юном. Если он вообще согласится.

Вар встретил меня, когда я вышла из кабинета главы.

– Церемония затянулась сегодня. – Он приобнял меня и пошел рядом.

– Мгм. Я умру сейчас от голода, ела вчера у Чена на днюхе.

– Едем обедать к Энти?

– Сначала ко мне, хочу переодеться. А может в холодильнике что-то найдется на перекус.

– Отлично, погнали.

– Ты иди, я догоню. Хотела поздравить Дияра с назначением.

– Хорошо, жду в машине.

Спустя несколько минут хождений по коридорам резиденции, мы столкнулись с новоиспеченным синги нос к носу. Ну, если себе не льстить, даже учитывая шпильки, я, скорее, уткнулась носом в его грудь. Мы одновременно произнесли одно и то же:

– Я искал тебя.

– Я искала тебя.

– Думал, ты уже уехала.

– Ну как я могла уехать и не поздравить тебя? – Я искренне обняла его и он обнял в ответ.

Его горячие пальцы осторожно скользнули вдоль моей открытой спины. Благо, все бойцы уже разошлись по своим делам и мы смогли себе позволить больше,чем улыбки.

– Спасибо, маленькая госпожа Райс. – Я отстранилась на шаг от друга, а он окинул меня изучающим взглядом с головы до ног. – Ты совершенна.

Чуть не умерла от смущения. Теперь каждое его слово в мою сторону воспринималось иначе, чем раньше.

– Ты, как никто другой, достоин этого статуса.

Я как могла сдерживала свое смущение, пытаясь вести себя как раньше.

– Думаю, без твоей помощи не обошлось.

– Вот и нет. Мы не обсуждали с Мирэем твое назначение. Только мой клуб.

– В любом случае – спасибо.

– Мне приятно знать, что всем троим синги в клане я могу полностью доверять.

– Твое доверие – самое ценное для меня.

Я уже собиралась попрощаться и уйти, как Ди сделал шаг ко мне и заговорил тише.

– Помнишь мою инициацию? Ты тогда совсем малышкой была.

– Ну не совсем малышкой, мне было почти тринадцать, Ди.

Я все же смутилась ещё сильнее, почувствовав, как к щекам приливал жар. Воспоминания того дня промелькнул в голове.

Тогда я недостаточно сильно порезала палец себе и капелька крови все никак не хотела падать в рот Дияру. Я так сильно разволновалась, что чуть не заплакала. Но зеленоглазый Кошак не растерялся, обхватил мой тоненький указательный палец и слизал эту чертову капельку крови. Дядя вздернул брови от такой наглости, но ни он, ни братья тогда ничего не сказали. Хотя за такую вольность, Ди вполне могли жестоко наказать.

Слова друга вернули меня обратно в настоящее:

– Тогда во время инициации, я мысленно дал клятву только тебе одной. Мне всегда хотелось защищать эту маленькую смелую девчонку, которая смотрела на меня пытливым взглядом, обрушив на мою голову тонну вопросов о мотоциклах в первый же день нашего знакомства.

Я испуганно взглянула на него и схватив за руку увела подальше от всех камер. За такие слова он мог в один миг лишиться всего.

– Никогда и нигде не произноси такого. Даже мне. Даже наедине. А лучше вообще не думай об этом. И в мыслях не допускай!

– Мне приятно. Как бы странно это не прозвучало. Твоя забота и… дружба много значат для меня.

Собравшись со всеми эмоциями, я похлопала его по плечу:

– Удачи тебе здесь. У тебя впереди много дел. Но, думаю, ты быстро освоишься.

– Да я УЖЕ. Будто всегда был на этом месте.

– Ты хороший лидер. Не только здесь, но и на базе. Но не задирай нос слишком высоко.

– Да когда такое было, Ния?

– Пока не было.

Я хмыкнула.

– Ты разбила мне сердце, маленькая госпожа Райс.

Я конечно же поняла, что он сказал это в шутку, в ответ на мою о гордыне, но мне стало нестерпимо находиться с ним рядом.

– Я пойду. Меня Вар ждёт в машине. Удачи тебе.

– Спасибо…

Возможно, он ещё что-то хотел сказать, но не стал.

********

Мы с моим кудрявым здоровяком буквально вломились ко мне на кухню.

– Смотрю, ты не дотянешь до кафешки Энти.

– Я не прочь проинспектировать твой холодильник для начала. – Он широко улыбнулся, сверкая идеальными белоснежными зубами.

– У меня тут пару кусочков пиццы и остатки инакскской кухни, я к ней все привыкаю, но Юну очень нравится.

Я это вслух сейчас сказала?

– Фу, терпеть не могу! – Вар скривился.

– Что?! Инакскую стряпню или Юна?

– Оба попадают под этот вердикт. Но инакскую острую хрень, все-таки, больше.

Я рассмеялась. Вариус только что дал шанс Кэсидо, это было гигантским достижением.

– Ладно, так и быть пощажу тебя. Разогрею пиццу.

– Давай я сам…

– Настолько не доверяешь моим феноменальным способностям на кухне?

– Доверяю… – Через секунду мы оба ржали как ненормальные, видимо, вспоминая все уникальные случаи моего участия в кулинарных делах, а точнее их полный провал.

Я сделала два шага по лестнице, собираясь пойти переодеться, как в гостиной послышалась мелодия на моем телефоне. Вернувшись обратно, я разыскала свой гаджет среди подушек на диване, где бросила его ещё утром, чтобы он не отвлекал от церемонии. Но была максимально удивлена тому, кто мне звонил:

– Джей?!

– Ния, привет. Ты только не волнуйся, ладно?

Все самое дерьмовое начиналось именно с этой фразы. Мне кажется, что ее нужно было вообще отменить или запретить законодательно, потому что из-за этих слов, наверняка и случалось большинство сердечных приступов. У меня все внутри резко похолодело.

– Что случилось? Что с ним, Джей?!

Мое сердце бешено колотилось внутри.

– Он ранен. Сильно. Я зашил его, вколол снотворное и обезбол. Он дома. Все будет хорошо. Прости. Я просто подумал, что ты должна знать.

– Я сейчас приеду!

Откинув свои шпильки, я на бегу надела кроссовки и кожаную куртку, крикнув Вару:

– Я еду в Фиросс. Никому не говори, ладно?

Вариус выскочил из кухни как ошпаренный.

– Ния, что случилось?!

– Некогда объяснять!

– Шлем! – Это он выпалил мне вслед, когда я уже бежала к гаражу.

Я прыгнула на Zэдку, выкрутила ручку газа и резко сорвалась с места. И почти жалела, что не взяла шлем, потому что на той скорости, с которой мчалась, моему лицу сложно было позавидовать. Хорошо хоть куртку застегнула до самого горла. Через полчаса я ворвалась в дом Джея без стука, а он почти испуганно смотрел на меня. Да, вид растрепавшихся на ветру волос и раскрасневшихся щек – то ещё захватывающее зрелище. Но мне было не до внешнего вида.

– Так быстро. На ракете сюда прилетела? – Он по-дружески приобнял меня за плечи и поцеловал в щеку.

– Лучше. На мотоцикле. Где он?

– Наверху.

– Куда он опять вляпался? Приказ главы? Диверсия? Задание?

– Притормози, Ния. Он, в общем, это…

– Да говори уже, Джей-Джей!

– Он был за Стеной.

До меня не сразу долетели эти четыре слова, употребленные вместе в одном предложении.

Он был ГДЕ, мать его?

– Да ты шутишь?!

– Если бы… Он давно хотел отправиться туда, узнать что и как, ну… Ты знаешь, в общем.

– Знаю. И убью его сама, за то, что не сказал мне вчера ничего.

– Он просто не хотел, чтоб ты заранее волновалась.

Джей подробно мне обо всем рассказал, при этом пытаясь максимально снять со своего друга ответственность.

– Вот только не надо его выгораживать. Все. Я к нему.

– Он может проспать до вечера.

– Значит, побуду у вас в гостях, пока он не очнется, если ты не против.

– Боги, Ния. Можешь вообще переехать сюда. Я же не об этом! – Он чуть ли не заикался.

– Я хочу его увидеть прямо сейчас.

Не знаю, кому я это сказала себе или Джею, но мои босые ноги уже неслись по ступенькам в комнату Юна.

Когда я вошла, перед глазами предстала самая милая на свете картина: Юн лежал на спине, голый торс был весь перевязан бинтами, а в ногах, свернувшись клубочком, лежал черный пушистый комочек. Я сняла куртку, тихонько обошла кровать и обратилась к котенку, слегка погладив за ушком:

– Ну что, Чертёнок, как тут поживает наш несносный Кэсидо?! – Ответом мне было тихое сопение.

Он, похоже, даже не обратил внимания на то, как я вторглась в личное пространство его хозяина. Юн явно любил этого малыша намного больше, чем показывал. Мой любимый хищник был только внешне колючим, потому что разучился доверять людям и слишком много вынес боли для одного человека. Но внутри… Внутри он был совсем другим, как бы не хотел показать обратное. В его душе горел настоящий огонь, бушевали эмоции и чувства.

🎵 Palaye Royale – wednesday afternoon

Я осторожно легла рядом с Юном. Непрерывно гладила его живот, руки, все открытые участки вокруг бинтов. Мне было до невозможного больно видеть его в таком состоянии, но как бы не старалась, злиться на него, все равно не могла. Спустя несколько часов, я не заметила, как сама провалилась в сон.

Юн.

Я проснулся под вечер и моментально ощутил ,что кто-то слишком родной уютно устроился у меня под боком и мило посапывал на груди, уткнувшись в нее своим ледяным миниатюрным носиком. Мягкая подсветка в спальне горела лунным приглушенным светом.

Я был одновременно рад от того, что она была рядом и безумно зол на Джея из-за того, что он рассказал ей. Сам собирался это сделать, но это бы произошло не сегодня и гораздо мягче.

Я аккуратно нащупал свой телефон, чтоб не разбудить Нию. Одной рукой продолжил легонько гладить ее по волосам, а другой уже строчил сообщение Фрейли.

"Это же твоих рук дело Джей-Джей?"

"Не понимаю, о чем ты"

"Ой, да ладно тебе, не включай полудурка. Что ты ей сказал?"

"Что ты ранен"

"ЧТО ЕЩЕ?"

"Что ты пытался доехать до Виаллии и узнать, сможете ли вы сбежать туда вместе. И то, что ты наткнулся на кучу ловушек и вернулся еле живой"

"Придурок ты! Нахрена?"

"Потому что ТЫ не сказал бы ей."

"НЕТ, КОНЕЧНО! И Я ПРИДУШУ ТЕБЯ ЗА ТО, ЧТО ТЫ ЕЙ СКАЗАЛ!"

"Ну, может, она хотя бы успеет отговорить тебя ехать туда снова. И прекращай орать на меня своими огромными БУКВАМИ!"

Ния зашевелилась и я быстро убрал телефон так и не обругав основательно засранца.

– Юн… Прости, я уснула… – Я притянул ее к себе ближе.

Боль в плече все ещё была ноющей, но уже не такой острой.

– Привет, принцесса. Можешь ещё поспать, я не против.

– Юн! Почему ты мне ничего не сказал?! – Она приподнялась на локтях и окинула меня изучающим взволнованным взглядом.

– Ния, я пытался…

– Знаю, что ты там пытался! Джей мне все рассказал!

– Джей должен научиться держать язык за зубами, если он ему дорог.

– Даже не думай рычать на него за это! И забудь про путь к Виаллии!

– Я должен попытаться снова.

– Тогда я поеду с тобой.

– Это даже не обсуждается, Ния. НЕТ.

– С чего ты взял, что ты можешь отправиться туда один?

– С того, что тогда этот план станет невозможным.

– Значит, придумаем другой. Это ведь касается нас обоих. К тому же, такой риск не оправдан. Ты ведь уже знаешь, что со мной будет, если с тобой что-то случится. Поклянись, что больше не уйдешь за Инби!

– Малышка, но мы тогда не сможем…

– Не важно! Поклянись, что больше не поедешь туда.

– Иди сюда… – Я потянул ее к себе за руку и Ния положила голову мне на грудь. – Клянусь.

Чуть не зашипел от боли, но желание обнять ее крепче было сильнее всего остального.

– Уверена, что мы придумаем что-то другое, без риска для твоей жизни.

Убрав волосы с ее спины и пройдясь по ледяной оголенной нежной коже пальцами от лопаток к пояснице, до меня наконец дошло, что она была одета не как обычно. Я приподнялся, снова стиснув зубы от боли, стараясь не издать ни звука, чтоб она не заметила.

– Что случилось? Тебе больно?! – Такие испуганные, но дико красивые глаза.

– Ага. От того, что не заметил, какая ты у меня сегодня чертовски красивая, обворожительная и слишком сексуальная… По какому случаю?

– А… это?! – Она окинула взглядом свое роскошное декольте, будто и сама позабыла, в чем приехала. – Сегодня с утра была церемония клятвы илекти. А потом… Я просто не успела переодеться.

На мою маленькую Фурию пялился весь ее гребаный драконий клан. Делать вид, что я не ревновал, все равно, что сесть на велосипед и представлять, что едешь на спортбайке. НЕВОЗМОЖНО. Мне хотелось вырвать глаза каждого, кто смотрел на нее. А я уверен, что такая как Ния, даже в пижаме не останется незамеченной. Что там было говорить о роскошном платье с открытой спиной и ее невероятном декольте.

– Так я и не жалуюсь, хотя теперь борюсь с желанием раздеть тебя. Погоди, ты на чем приехала?

Моя ревность отошла на второй план и уступила место волнению. Как же быстро эта девушка умела переключать мои эмоции.

– На Ниндзе…

– Вот ТАК?!

– Ну а что такого?

– Без шлема?

Закусила губу.

Бесячий ангел мой.

Вся моя кровь моментально прилила к низу живота. Мой член, наверное, никогда не перестанет реагировать на эту ее особенность.

Как вообще можно быть безбашенной и изысканной одновременно?! Мой маленький и самый прекрасный ураган – один единственный во всей вселенной.

– Без…

– Иди сюда, буду кусать тебя. Больно, но нежно. – Я поцеловал ее в макушку и крепче прижал к себе.

Представил себе, как она бросилась к мотоциклу после звонка Джея, позабыв обо всем на свете. Желание придушить очкастого засранца выросло стократно.

– Юн, вообще-то я спешила. Мне не до шлема было. И не до переодеваний…

Отстранилась, надула губки и скрестила руки на груди.

Моя бесстрашная мото-принцесса с тонной эмоций, сменяющих друг друга, как яркие фонарные столбы вдоль ночной трассы на скорости триста километров в час. Я притянул ее снова к себе сильнее и вцепился зубами в ее губы и в них же тихо ответил:

– Обожаю тебя, моя бесячая мото-маньячка. Ты ведь понимаешь, что я переживаю за тебя?

Чуть не сошел с ума от искушения, пробежавшись пальцами по ее безупречной спине, дойдя до двух соблазнительных ямочек на пояснице. Эта девушка была создана Богами. Мне нестерпимо хотелось протянуть руку дальше, за край платья на спине, нащупать ее идеальное кружевное белье. Неизвестно, какими силами сам себя удержал от этого соблазна.

– Сегодня, вроде как, у меня больше причин за тебя переживать. Это не у меня раскурочено все тело…

Она привстала и потянулась к ране, а я перехватил ее руку:

– Все в порядке, правда. – Прижал к губам костяшки на ее кисти.

– Я вижу! Рана кровоточит. Нужно перевязать. Схожу к Джею за бинтами.

– Ния…

– Даже не обсуждается.

Нахмурилась и все равно была до безумия прекрасной. Я чуть не подавился слюной, когда она встала и направилась к двери. Спутанные, после поездки без шлема, волосы, роскошное чёрное платье, голая спина, ее декольте… Кажется я сойду с ума, если не коснусь ее.

– Задержись на минуту…

– Что случилось?!

– Хочу рассмотреть тебя…

– Боги, Юн! Я же ещё не уезжаю. Успеешь.

Я злился на свою немощность и состояние за то, что не в силах был вскочить с кровати, поднять ее на руки и целовать всю ночь. Но остался покорно ждать ее в своей комнате. Все, на что меня хватило – оторвать голову от подушки и сесть.

Ния.

Я быстренько спустилась вниз по ступенькам и постучала в комнату Джея. Он тут же открыл.

– Ну, что там?! Он очень сильно хочет меня убить?

– Я постараюсь, чтоб его желание снизилось до нуля, Джей. Скажи, где мне взять перекись и бинты?

– Да, конечно, сейчас… – он метнулся к шкафчику в углу своей комнаты.– Я принесу…

– Нет, я хотела сама. Просто дай мне все, ладно?

– О, конечно, Ния. Справишься?

– Ты явно меня недооцениваешь. И ещё, думаю, ему нужен будет обезбол. И сон.

– Он не даст больше сделать укол. Я смог вколоть только потому, что он был не в состоянии сопротивляться. Но зато услышал тонну ругательств.

– Есть идея. Я перевяжу ему раны и попрошу выпить со мной чай. А ты приготовь капли, добавим так. Но ему необходимо ещё поспать.

– Он точно убьет меня.

– Скажешь, что это была моя идея.

– Ладно, буду на кухне.

Джей вручил мне в руки все необходимое и я вернулась к Юну. Согнув спину и оперевшись локтями о колени, он сидел на краю кровати. Я разложила рядом бинты и перекись. А затем принялась разматывать повязку, подойдя к нему вплотную. Белые марлевые полосочки сильно пропитались за это время кровью и мне было страшно даже представить, какие раны были на его теле. Зато Юна будто бы совсем не беспокоили мои действия. Он осторожно пробежался левой рукой по моей оголенной спине, а его горячие губы медленно целовали мою ключицу. Я проглотила стон, когда он коснулся губами моей груди через ткань платья.

– Не отвлекай меня…

– Не обращай на меня внимания, принцесса.

– Не могу.

И это был честный ответ. Любым своим движением Юн сводил с ума все мои жизненные показатели и я могла думать только о его губах и руках, блуждающих по моему телу.

– Тогда иди ко мне, брось эти чёртовы бинты… – Его рука скользнула к моей ягодице.

– Просто дай мне сменить повязку. Прошу.

– Ладно, но не лишай меня возможности касаться тебя.

– Кстати об этом. Мы с тобой откровенно наглеем на базе. Осторожность никто не отменял.

– Согласен. Прости.

– За что ты извиняешься?

– Полагаю, за свою наглость.

– Это обоюдная наглость, поэтому не стоит. Просто, хоть у кого-то из нас должна периодически загораться красная кнопка "стоп", потому что мы и так дико рискуем.

– И снова согласен, малышка.

Я не знала, уместно ли было сейчас говорить Юну о просьбе Мирэя, но и молчать не стала.

– Юн, сегодня мой брат обратился ко мне с просьбой о встрече с тобой.

– С какой целью?

– Он хочет поговорить. Но если ты откажешься, я скажу ему об этом. Я не имею права настаивать и…

Не успела договорить, Юн обхватил мой подбородок и я оказалась во власти его взгляда.

– Встретиться с ним – не проблема. Только скажи, для тебя это тоже важно?

– Да. Наверное, да. Он мог бы больше доверять мне. И тебе. Это важно.

– Тогда назови время и место.

– Он завтра приедет на мою тренировку.

– Отлично, значит там и встретимся.

Я все равно переживала. Но готовность Юна пойти навстречу – дорогого стоила.

Он вдруг поднялся на ноги и обнял меня, а меня затрясло в его руках от того, что безумно переживала за него и откровенно скучала. Часть бинтов все ещё оставалась на его теле, но он будто и не обращал внимания на них. Юн легонько приподнял мой подбородок и нежно поцеловал в губы, а затем тихо прошептал:

– Хорошо, насчёт базы я все понял. Но здесь мы можем включить свою наглость на всю, разве нет?

Мне было сложно устоять перед его соблазном, но я справилась.

– Дай мне закончить с твоими ранами. Сейчас, я просто хочу наложить тебе чистые бинты. Ладно?

Он послушно присел обратно на край кровати и позволил мне продолжить.

Когда я сняла последний слой и увидела швы на плече и ключице, поняла что этот засранец просто храбрился. Они были ужасными. Рваными и нереально огромными. Снова шрамы на его и без того истерзанном теле. Я разозлилась, сдвинула брови и бросила на него строгий взгляд:

– Юн, это ведь Джей зашил тебя?

– Ага.

– Тебе нужно в больницу.

– Мне нельзя. Ты же понимаешь.

– Твой глава не должен узнать о вылазке за Инби?

– И никто не должен.

– Ну, тогда может хоть кто-то из врачей сможет осмотреть твои раны?

– Ния, я в порядке. К тому же, у Фрейли уже есть опыт в этом. Он учился на медика, пока не переметнулся к компьютерам.

– Ага, вижу. Швы довольно ровные, кстати. Ладно, пока я перевязываю тебя, рассказывай, как ты вообще попал за Стену? Она ведь под напряжением.

– Ну есть способ не пытаться перемахнуть через нее. В конце концов, ее можно и обойти.

– Как?! Там же только… – Пока я произносила следующее слово-догадку, поняла, что именно она и являлась верной. – ОКЕ-АН…

– Он самый, принцесса.

– Мне нужны подробности.

– Да тут особо нечего рассказывать. Я подготовил катер заранее, устранил бойцов, охранявших тот участок Инби, где она соединялась с океаном…

– УСТРАНИЛ?

– Я никого не убил, если ты об этом. Просто вырубил на нужный мне срок. Загрузил в катер мот. Ну и собственно, помчался по лесным зарослям за Стеной. Как только я понял, что лес напичкан ловушками, все равно попытался проехать как можно дальше…

– Юн!

– Ния, я думал, что вот-вот увижу хоть что-то напоминающее цивилизацию. Но ничего. Совсем. Я ехал около трёх часов в одном направлении. И НИЧЕГО. А когда получил несколько сюрпризов от наших соседей-дикарей, то сразу же развернулся обратно.

– Не нужно было даже пытаться. И прошу тебя, давай вместе принимать решения, которые касаются нас обоих?

– Конечно.

– И не скрывать ничего друг от друга.

– Хорошо.

Я уже закончила с перевязкой и не знала как намекнуть Юну, что нам необходимо выпить по чашке чая, но мой желудок сделал это за меня и слишком громко заурчал.

– Малышка, ты когда в последний раз ела?! – Юн поцеловал мой живот и даже через шелк ткани я почувствовала его горячие губы.

– Честно?! Вчера. На днюхе Чена.

– Идём тогда, будем исправлять это безобразие скорее. – Он поднялся и потянул меня за руку к двери.

– Юн, я поем в ресторане потом, не переживай. Чая будет достаточно.

– Мгм, и там тоже поешь и фото мне скинешь, того, как ешь. Но я никуда не отпущу тебя голодной.

Он как-то слишком тяжело поднялся на ноги, а когда сделал пару шагов по комнате, я поняла, что этот засранец мне чего-то явно недоговорил.

–Ты хромаешь! У тебя ещё где-то раны, о которых ты решил умолчать?

– Вовсе нет.

С притворной обидой он скрестил руки на груди и отвел взгляд, я еле сдержала улыбку. Разве можно было выглядеть смертоносно и забавно одновременно? Только он так умел.

– Вовсе ДА! Упрямый! Мне штаны с тебя снять?

– Не откажусь, принцесса.

Я зарычала, а он лишь рассмеялся в ответ. Спорить с ним было бесполезно. Но мне даже представить было сложно, какую боль он терпел, чтобы ничего не показывать мне.

Юн.

Эта бесячая маньячка не ела почти сутки. Я вспомнил о том, какой увидел ее совсем недавно, впервые после долгой разлуки. И только она стала постепенно восстанавливаться, как снова мучила себя голодом из-за совершенно идиотского стечения обстоятельств.

Расстояние до кухни мы преодолели минут за десять. Ещё вчера мне и минуты для этого было бы много. Ния держала меня под локоть и молча шла рядом. Не возмущаясь, не подталкивая, не ругаясь. Слышала бы она то, как я сам на себя злился внутри. И тем не менее, ее относительное спокойствие меня настораживало. Ещё удивительнее было встретить на кухне Фрейли, он разогревал на сковородке бобовую лапшу с морепродуктами. Хотя, нет. В этом не было ничего удивительного, эта худая скотина постоянно находилась в процессе пережевывания пищи. Я подошёл поближе и хлопнул друга по плечу.

– Троглодит Фрейли, оставь пожалуйста немного для нашей гостьи.

– Так я для вас и готовлю вообще-то. Будете чай или кофе?

Мы оба посмотрели на Нию. Она пожала плечами.

– Буду то же, что и Юн.

Я определился с напитком и сел за стол, потянув за собой Нию за руку.

– Тогда чай, Джей-Джей.

Возможно, я сильно сжал ладонь принцессы, но она еле заметно зашипела сквозь зубы. А потом заметил достаточно глубокие порезы и проколы на ее указательном пальце. Во время своей клятвы, я всего лишь один раз сделал небольшой надрез на ладони. Но илекти… Им приходилось прокалывать и резать свой палец перед каждым новым бойцом.

– Ох, я и забыл что подразумевает церемония… – Обхватив ее тоненький пальчик, я сунул его себе в рот и облизал.

Кожа Нии заметно похолодела, а вот щеки – напротив, зашлись румянцем.

– Да, я сегодня как-то перестаралась с порезом.

Джей наконец поставил перед нами тарелки и сел напротив со своим чаем. Я не понимал, почему мне приносило дикое удовольствие наблюдать за тем, с каким аппетитом эти двое ели, просто сидели рядом со мной и наслаждались то ли запоздалым обедом, то ли ранним ужином.

Спокойствие.

Вот, что я находил прямо здесь и сейчас, несмотря на ту ситуацию из-за которой мы вообще оказались сегодня здесь вместе. Наверное, примерно так чувствовали себя счастливые люди, у которых была семья, которые каждый день возвращались домой с работы, чтобы поскорее увидеть друг друга.

Эти двое стали моей семьёй, в которую хотелось возвращаться, ради которой возникало желание жить и которую хотелось защитить любым способом. Мне вдруг нестерпимо захотелось, чтоб вокруг этого дома выросла новая Инби. Ещё выше, ещё толще, ещё крепче. И пока Ния и Джей находились бы здесь, им ничего не угрожало, а я бы патрулировал снаружи, когда они обедали или ужинали. Это слишком бредово выглядело в моей голове. Но истина заключалась в том, что кроме таких вот фантастических вариантов, я уже не представлял, как мог защитить близких людей, не положив при этом все кланы.

И этот разговор с братом Нии. Может, это был мой шанс забрать ее в Фиросс? Мои размышления оборвал Джей, он улыбался и что-то говорил Ние. А я только сейчас понял, что ни черта не слышал, о чем они говорили.

– Конечно, Джей-Джей. Просто назови место и время.

Не понял.

– Вы чего тут удумали уже?

Они рассмеялась, Ния сильнее сжала мою ладонь и подмигнула Фрейли:

– Я же тебе говорила, что он летает где-то?

– Мгм, обычно он летает в твое отсутствие, но при тебе – вышел в астрал впервые.

Снова хохот. Я почти злился, что строил в своей голове новую Стену вокруг дома, пока они что-то обсуждали.

– Ладно, сдаюсь. Куда собрались? Меня возьмёте?

– Конечно, вообще-то Джей пригласил меня на свой день рожденья. И что-то мне подсказывает, что ты приглашен по умолчанию.

– А, ну да.

– Расскажешь, о чем задумался?

– Потом как-нибудь. Идём, хочу побыть с тобой наедине, пока ты снова не сбежала от меня.

– Да мне вообще уже давно пора ехать, Юн. Сегодня же праздник в клане… Сам понимаешь.

– Ещё полчаса. Прошу.

Да. Я долбаный эгоист. Знал ведь, что она не сможет отказать. Знал, что подставляю ее. Но ничего не мог поделать. Мне было мало этих жалких крупиц времени, что она была рядом.

Когда мы уже поднимались по лестнице, я почувствовал странную слабость во всем теле и легкое головокружение.

– Этот очкастый гад мне какой-то хрени намешал опять?

– Не без моей помощи, Юн. Не рычи. Тебе нужно хорошенько выспаться и отдохнуть. А пока ты будешь засыпать, я немного компенсирую твой гнев своими поцелуями.

– Можно было обойтись и без снотворного. Мне вполне было бы достаточно только твоих поцелуев. И присутствия.

– Тогда бы ты вряд ли уснул. Скорее, наоборот. Нужно дать твоей регенерации спокойно сделать свое дело, а не скакать по комнатам, будто тебе не больно.

Хотел ей сказать о том, что когда она была рядом, я совершенно забывал о любой боли: физической, душевной, старой, новой. Чёртовы уродливые шрамы внутри и снаружи будто стирались и исчезали, пока она находилась со мной.

🎵 Fame on Fire – Chains (The Tower)

Когда мы вошли наконец в комнату, я не удержался и вцепился в ее сладкие нежные губы. Мы зависли в долгом и томительном поцелуе. Мне так хотелось бесконечно смотреть на нее. Сегодняшний наряд сводил с ума все приборы управления внутри меня и сбивал их с толку, выводя из строя. Не хотелось изводить ее своей ревностью и представлять, как сегодня весь ее многотысячный клан вот так же сходил с ума при виде моей малышки.

По ее шее и вниз к груди уходила тоненькая переливающаяся цепочка, которая будоражила все мое воображение с того момента, как только я увидел в ЧЕМ она сюда приехала. Мне хотелось снять с нее платье чтоб на ней осталась только эта цепочка и ее кружевные трусики.

Боги, как же она была прекрасна.

Изумительна.

Я слегка дотронулся пальцами до этого манящего украшения, повторил его линию до самого выреза на ее платье:

– Ты не надевала раньше такого…

– Да я… Просто не очень такое. А здесь вроде подходило к образу.

– Мне очень нравится.

– Правда?!

– Это конечно покажется наглым и неуместным сейчас. Но, ты позволишь взглянуть на твой аксессуар без верхней части платья?

Ее щеки вспыхнули пожаром. Ей в унисон у меня все внутри заполыхало огнем.

– Юн, может, в другой раз?! Тебе нужно отдохнуть сейчас. Залечить раны и…

Да, черт, да, она тысячу раз была права. Но был ли вообще способ сдержать руки, которые только и мечтали о том, чтобы ласкать ее всю ночь?

– Обещай, что наденешь это платье и аксессуар снова для меня?

– Для тебя я его сниму…

Черт.

ЧЕРТ.

После этих слов у меня окончательно снесло башню. Я скользнул подушечкой пальца к ее затвердевшему соску и через ткань слегка погладил его. Ния тут же выдохнула мое имя вместе со стоном, отзываясь огромным тайфуном у меня внутри.

– Ты меня с ума сводишь, ты ведь знаешь это? Я уже напрочь забыл о каких-то ранах и боли… – Я слегка спустил бретельку от ее платья по плечу вниз. – Обещаю, не сделаю ничего. Но не могу удержать свои руки, это выше моих сил сейчас.

Она сдалась и, обхватив мою левую руку, потянула ее к другой бретельке. Я тут же поддел ее пальцем и медленно опустил вниз до самого предплечья вместе с лифом от платья. Не удержался и через секунду сделал тоже самое с другой стороны. Ее грудь обнажилась, под ней тоже проходило несколько тоненьких, словно ниточка, платиновых цепочек, увенчанных россыпью мелких бриллиантов и переплетённых между собой.

Вот он, самый изумительный и потрясающий шедевр, на который можно было смотреть вечно. Ния глубоко дышала, а я смотрел и не смел коснуться ее груди, будто видел впервые. А может при таком свете и впрямь – впервые. Она была совершенством или я просто не знал какое слово могло тысячекратно усилить то, что видел перед собой. Я наклонился и потянулся губами к ее ледяному соску, слегка провел языком вокруг, Нию пробила мелкая дрожь, а с ее губ сорвался нежный стон.

🎵 Palaye Royale – umakemenotwannadie

Я до безумия хотел ее, но принимал ее просьбу и проделав те же действия со вторым соском, отстранился и нехотя вернул лиф платья и бретельки на свои места:

– Ты Богиня. Идеальна. Совершенна. Немыслима.

– Ложись, Юн. Я побуду с тобой немного. Тебе нужно поспать. В следующий раз я надену и сниму все, что пожелаешь. А сейчас, просто поправляйся скорее.

Сама Богиня Нэйя, со своей красотой, восхваляемой во всех храмах религиозных фанатиков, позавидовала бы красоте этой девушки.

Я послушно лег на спину, меня сильно знобило и наверняка вырубит от снотворного уже через несколько минут. Но как же я не хотел расставаться с ней.

– Ты можешь немного сдвинуться и лечь на правый бок, Юн?

Я почему-то вспомнил свою к ней просьбу в нашу первую ночь и послушно выполнил ее желание.

Ния легла, прижавшись всем своим ледяным телом к моей спине и обняла. Она коснулась губами моей спины, там где не было бинтов, а затем шеи. Ее не смущало то, что из-за высокой температуры я весь покрылся мелкими капельками холодного пота.

Ее действия вызывали странный трепет, какие-то новые ощущения, несравнимые ни с чем больше. Будто в этот момент я мог почувствовать себя самым слабым и, одновременно, самым сильным на свете. Я чувствовал ее поддержку, ее волнение, ее заботу. Никто никогда не заботился обо мне так, как она. Я почти засыпал и уже еле выговаривал слова. Как же хорошо. Слишком хорошо.

– Ния… останься…

– Засыпай, мой родной, я здесь.

– Я не заслуживаю тебя…

– Ты заслуживаешь ВСЕ в этом мире. И даже больше.

Каждый раз я спрашивал себя: возможно ли любить её ещё сильнее? И каждый раз отвечал: да. Это было похоже на бесконечность.

Она была моей бесконечностью.

Вар.

Орус.

Я дико переживал за Нию. Она не взяла с собой телефон. И, как вполне понял из ее телефонного разговора, с Кэсидо что-то случилось. Я был бы полным ослом, если б стал названивать ему.

Из-за всех этих волнений, не удержался и откупорил бутылку вискаря. В конце концов, в ресторан можно было приехать и не на машине. Ничего не стоило напрячь любого своего мичиди, чтоб забрал меня из дома.

Сегодня за мной снова по всему ареалу ездила тачка. Явно следили. И давно. И никакая это не паранойя, а факт. Нужно как-то осторожно попросить Чена или Дияра быть настороже и тщательнее присматривать за Нией.

Я нарезал круги по гостиной с бокалом в руках и от всех этих мыслей уже пухла голова.

Раздался стук в дверь.

И ещё один.

Возможно, в другой день, в другой час и в другой ситуации моя нервозность заставила бы меня схватиться за пистолет, но сжимая крепче бокал с вискарем в руке, я сделал глубокий вдох и открыл дверь. Передо мной стоял Амир. И вид у него был такой, будто кто-то умер. Ни разу его таким не видел. Даже когда он сам действительно умирал у меня в подвале.

– Эй, что случилось?

Не говоря ни слова, он выхватил у меня почти полный бокал с виски и выглушил его залпом. Если бы я этого не видел собственными глазами, не поверил бы даже под дулом пистолета.

🎵 A Drop in the Ocean – Ron Pope

Не успел засыпать его тонной вопросов, потому что чертов блондин выронил бокал и практически мгновенно стал отъезжать. Моя паника не знала куда деться, но я подхватил его и уложил на диван.

Твою ж мать.

И что мне с ним вообще делать теперь? Он ведь ни разу не говорил и не рассказывал, что будет, если он выпьет столько алкоголя сразу. В прошлый раз ему подливали понемногу ром в мохито и то он вырубился почти сразу. Но ведь, по сути, он тогда спал?

Я сел рядом, прощупал пульс, расстегнул ворот рубашки и, в общем-то, убедился в том, что он просто спал. Как спят сильно выпившие люди. В полном отрубе. Мне бутылки три надо выпить одному, причем залпом, чтоб так вырубило. А тут… С одного бокала. Ещё и напугал меня до грёбаных чертей.

– И что мне с тобой делать теперь? – Уже вслух я повторил вопрос, который так и повис в воздухе.

Непонятно вообще, к кому я обращался.

Я не мог его бросить и уехать в ресторан. И не уехать не мог. Доброта Мирэя – это конечно здорово. Но, как показала практика и шрамы на моей спине – она не безгранична. На свой страх и риск я позвонил главе.

– Вариус. Говори.

– Господин, Ван. Вы позволите пропустить сегодняшний вечер в ресторане?

– Тебе нужно напомнить об обязанностях синги?

– Нет, нет конечно. Простите, просто я очень плохо себя чувствую.

– Ох, Крэй. Знаю я твое ПЛОХО. Отметил заранее?

Знает он. Хотя, в чем-то была его правда.

– Я…

– Не мычи там. Хорошо, что сегодня в клане стало на одного синги больше. Но не думай, что я все время буду закрывать на это глаза.

– Конечно, господин Ван.

– Кстати, Ния не с тобой?

Вот же черт.

Ния.

– Нет, господин Ван.

– Я не могу ей дозвониться. Переживаю.

– Она собиралась отдохнуть после церемонии и немного поспать. Скорее всего, уже собирается.

– Хорошо тогда. Крэй, если завтра утром опоздаешь в резиденцию – сразу станешь мичиди и будешь неделю драить туалеты вместо уборщицы.

– Понял, господин Ван. Буду как штык.

– Отдыхай.

Одна проблема, вроде как, была решена. Я попытался позвонить Кэсидо, но его номер оказался недоступен. Волновался уже не на шутку. Ния по-прежнему не отвечала. Но спустя минут десять, перезвонила сама.

– Вар, все хорошо? Мирэй не звонил?

– Ну как тебе сказать?! Звонил. Где тебя носило? Ты в порядке?

– Все хорошо. Что я должна знать?

– Что ты спала скорее всего после церемонии, а прямо сейчас собираешься в ресторан.

– Отлично. Ты уже там?

– Нет. Я не поеду.

– Как это? Почему?

– Мирэй отпустил.

– У тебя все хорошо?

– Да, Ния, не переживай. Просто устал немного. Хочу отдохнуть и выспаться.

– Ладно, отдыхай тогда. Я помчалась.

– Осторожнее там.

– Как всегда.

Ну, можно сказать, что и ещё одна проблема была решена. Но прямо сейчас я не понимал, как быть и главное – что делать с неожиданным новоиспеченным алкоголиком. От чего он махнул залпом бокал вискаря, если знал, что после этого произойдет?

Часа два я не отходил от дивана и просто сидел напротив. А потом Амир очнулся и резко подскочил на ноги.

– Где туа-лет? – он еле выговорил эти два слова.

Я понял, что ему стало херово и помог дойти до ванной. А как только мы вошли, он упал на колени и его вырвало. Я присел на корточки рядом с ним и придержал длинную, мокрую от пота, челку.

Амир еле слышно застонал, зажимая рукой рот, скрючившись пополам перед унитазом и выдавил из себя:

– Уйди нахрен. Тебе не обязательно это видеть.

Видимо, выпитый залпом алкоголь также быстро просился обратно. Если он от капли сознание терял, представляю, что творилось у него внутри от такого количества вискаря сразу. Он был для него просто токсичным ядом.

Его снова буквально вывернуло наизнанку одним виски, причем несколько раз. Все его тело сотрясали спазмы и мелкая дрожь. Спустя несколько минут, когда все вроде закончилось, я потянул его к раковине словно изломанную куклу и умыл холодной водой.

– Вар…

– Все потом. Давай для начала в себя приди.

– Извини.

– Да за что, блин?

Я помог дойти до дивана и накрыл теплым пледом. Его трясло ещё сильнее, чем в ванной.

– Спи. Потом расскажешь.

– Мгм…

Проснулся он уже посреди ночи.

– Вар?

Я сам задремал в кресле, но спал всегда чутко.

– М?

– Можно воды?

– Сейчас принесу.

Когда я принес стакан прохладной воды, он уже сидел, облокотившись о спинку дивана и сжимал голову ладонями. Я оставил ему воду и помчался за шипучей хренью, которую мне заботливо оставляла когда-то Эмма и Ния. Мне ни разу не пригодилось. Я особо никогда не мучился похмельем и головной болью. Растворив в стакане лекарство, протянул ему.

– Пей. Хоть немного должно полегчать.

– Спасибо.

– Расскажешь, что это было?

– Не знаю… – он замешкался и я сразу его перебил.

– Как хочешь, настаивать не буду. Ты в порядке?

– Нет…

– Я могу помочь?

– Уже помог.

Я ведь не мог заставить человека доверять мне на сто процентов.

– Хотел сказать, что не знаю, с чего начать. Слишком много за один день.

– Я уже никуда не спешу.

– В общем, мой брат, он… До него дошло наконец, что я не наркоман. Он насильно взял у меня кровь для анализа. И понял, что я чист.

Я обратил внимание на его распухшую щеку.

– Это он тебя ударил?

– Мгм.

Каким же мудаком надо быть, чтоб вести себя так с родным братом?

– Ты не понимаешь, Вар. Нас с ним… Нас воспитывали очень строго. Отец, как и мой брат придерживались всегда морали. Долг. Честь. Верность клятве. Ну, ты понимаешь, в общем. А я, выходит, нарушил все. Меня назначили предателем семьи. Забавно. Я всего лишь не хотел вражды и крови.

– Они реально думают, что никто никогда не нарушал клятвы илекти?

– Нарушали. Но не в нашей семье.

– Выходит, твой брат не смог принять того, что ты не захотел выпустить кишки своему врагу? То есть – мне?

– Выходит, что так. Сказал, что мне нужно к психиатру. Мне теперь и домой нельзя показываться. Отец не захочет видеть.

– Может, спустя время все наладится?

– Это вряд ли. Никогда уже не будет как прежде. Я знаю своего брата упертого.

– Наверное, моя вина тоже в этом есть…

– Да ну. Хрень это все.

– Мне жаль, что все так развернулось.

– А мне – нет. Неприятно. Но не жаль. Может, я не в состоянии изменить всю систему, но уж точно не буду тем, кто слепо ей следует.

Я решил отвлечь и себя и его от гнетущих мыслей.

– Сменим тему?

– Было бы неплохо.

– Когда ты понял, что не хочешь меня убивать?

– Когда ты выбежал босиком за мной в Виридисе, я понял, что у тебя есть совесть. А ты когда понял, что не испытываешь ненависти к своему врагу?

– Немного раньше. Когда осознал, ЧТО натворил с тобой и понял, что никогда не смогу за это простить себя.

– Но ты ведь убивал? По идее и меня мог убить без особых угрызений совести. Мы враги. Были…

– Да, убивал. Но не часто. Я никогда никого не пытал. У меня другие функции в клане. И тебя… не собирался. Понятия не имею, что нашло на меня.

– Ладно, это в прошлом. Я тоже немало сделал для того, чтоб ты взбесился тогда. Поэтому не стоит делать из меня святого. Я далеко не такой.

– Мне кажется, я понятия не имею, какой ты.

– А каким ты меня видишь?

– Спокойным. Немногословным. Иногда холодным, но в тоже время, не без искры в глазах. Ты редко выражаешь свои эмоции.... Но…

– Но?

– Ты как ребус, но необычный, а тот, который не хочется разгадывать. Если захочешь – сам расскажешь. А нет, я и спрашивать не буду.

– Поверь. Все, что захочешь узнать обо мне, я расскажу. Мне особо и скрывать нечего. В том то и дело, что я, наверное, слишком простой и скучный.

– Да ладно тебе.

Странная мысли проскользнула в голове- Если от него отвернулся брат, значит я заменю его. Этот жизненный суровый опыт я получил в раннем детстве. Но я справился, потом у меня появилась Ния. Она заменила мне семью и другой мне не нужно. Теперь, я готов был стать для Амира той точкой опоры, которая нужна была каждому, чтоб не сойти с ума от одиночества.

Глава 7

Ния.

Мотобаза.

Нейтральный дот.

Не знаю почему, но пока никто не видел, я уселась на трибуны, напротив площадки с трамплинами и дала волю эмоциям наконец. Нет, я не истерила и не упивалась своими же слезами. Мне просто это было нужно. Побыть немного слабой наедине с собой.

Я бросила взгляд на свой мот.

Если из моей жизни взять и вдруг резко убрать мотоциклы, мне будет больно, тяжело, невыносимо, но в какой-то момент, я справлюсь. Но если из моей жизни убрать Юна – меня просто не станет. Я не хотела даже думать о жизни без него.

Ради меня он попытался попасть за Инби. Ради меня пошел на такой серьезный шаг. И из-за меня в итоге пострадал.

Я ненавидела эту свою сторону. В самый сложный момент могла проявить характер и силу, а вот когда все уже было позади – проявляла слабость. Обхватив себя за локти, уткнулась в острые коленки. И на какое-то время поток мыслей унёс меня слишком далеко от площадки и базы, потому что я совершенно не заметила, как была уже совсем не одна.

– Ния… Просто скажи, кого грохнуть?

Юн.

Когда он оказался здесь? Почему не услышала, как подошёл?

Он присел на корточки напротив меня и осторожно погладил мои бедра с двух сторон.

– Привет. Все в порядке. Я просто… – как объяснить, что в моей голове было слишком много переживаний?

– Что?! Кто-то без спроса посадил свой зад на твой мот? Твоя горе-ученица снова перепутала передний тормоз и сцепление? Кто-то посмел исполнить "Поцелуй смерти" не на том трамплине? Просто назови имена, я серьезно с ними поговорю.

У меня вырвался отчаянный и в тоже время слишком радостный смешок, вместе со всхлипом и оставшимися слезами. Он слишком хорошо меня знал. И я просто обняла его. Крепко-крепко прижавшись к нему и уткнувшись в его шею. Этот запах… Терпкий, шоколадно-цитрусовый. Я готова была утонуть в нем и раствориться. Юн определенно знал, как с помощью нескольких слов и потрясающего чувства юмора, облегчить боль в моей душе минимум на пятьдесят процентов. Я наконец ответила:

– Ты…

– Что, я?

– Это все ты.

– Нет, ладно, признаю. Свой зад на твой мот я сажал, но обращался с твоим железным другом бережно. Клянусь. Но вот сцепление с тормозом даже в четырнадцать не путал. А до "Поцелуя смерти" мне как до Дэй Су ползком. Поэтому…

Я снова рассмеялась и чуть прикусила его за шею. Ну как же его обожала.

– Да я не об этом, Юн. Я просто сильно переживаю за тебя. Вот и все. Не могу перестать думать о том, что с тобой произошло.

– Я в порядке.

– Как твое плечо?

– Все хорошо, правда. – подушечками пальцев он водил по моим скулам и почти шептал на ухо. Это успокаивало. – А ты все же уехала вчера.

– Должна была.

–Знаю. Ну а я должен поблагодарить тебя.

– Это за что ещё?

– За твое тепло, внимание и заботу.

– Но это все идёт в комплекте со всем остальным и прилагается к моей бесконечной любви. За это не нужно благодарить.

– Но я хочу.

Мимо пролетели несколько райдеров один за одним и я занервничала, отстранившись нехотя от Юна.

– Юн. Мы у всех на виду. Снова.

– Мы же просто разговариваем.

– Мы слишком часто здесь вот так разговариваем.

– Ладно. Тогда погоняем?

– Ты же знаешь, что мне бесполезно с тобой…. – мне в один миг пришла в голову просто безумная мысль и на моем лице застыла ухмылка – Если только…

– Что? Ния?! Что уже придумала?

Признаться честно, эта мысль не впервые посетила мою голову, но раньше я ее почему-то прогоняла, как можно дальше.

– Ничего. Забудь… Так, просто мысль одна пролетела.

– Озвучь. Не отстану.

Не отстанет. Я слишком хорошо изучила его за все это время. Он любым путем добился бы своего.

– Мы могли бы поменяться мотоциклами? Я уже давно, если честно, хочу попробовать прокатиться на твоём.

Черт, мне было неловко. Зная свое отношение к моту. Но это был Юн.

– Без проблем, принцесса.

– И ты мне, правда, доверишь погонять на нем?

– Ния, я тебе свою жизнь доверю с закрытыми глазами. Тебе действительно нужно слышать мой ответ, чтоб это понять? Все мое – твое. Можешь забрать его и кататься сколько душе угодно. А можешь вообще оставить себе, если понравится. Только пообещай быть осторожной, он тот ещё дикий зверь.

Да уж, под стать своему хозяину. Я не стала произносить это вслух, хотя уверена он и сам это прекрасно знал.

– Юн…

– Ммм?

– Это слишком как-то. Но мне безумно приятно.

– Есть у меня кое-что. Самое дорогое и важное. То, что я никому и никогда не доверю и не отдам.

– О. А вот с этого момента поподробнее. И что же это?

– Не "что", а КТО. – он подхватил меня на руки. – ТЫ, моя маленькая Фурия. Ты одна имеешь значение, остальное – несущественно, незначительно, неважно.

– Все, все! Отпусти! Я поняла. – я рассмеялась. – Погнали уже! Хватит привлекать к себе внимание.

Мы надели шлемы и отправились к мотоциклам, поменявшись местами. Когда я села на мот Юна, поняла, что мне было дико непривычно даже сидеть на нем. Как только завела его и открутила ручку газа на нейтрали, пробуя на вкус обороты этого черного роскошного зверя, четко осознала что он действительно дикий. Мы подъехали к линии старта. В гарнитуре раздался голос Юна:

– На счёт три, мото-принцесса.

– Ага.

– Раз… Два… Люблю тебя…

– Юн!

– Ладно. ТРИ!

Два мощных движка зарычали в унисон. Я буквально ощущала под собой эту мощную необузданную силу и вибрацию, по всему телу пробежали тысячи мурашек от новых ощущений. Мои впечатления от этого мотоцикла в крещендо накрыли меня и продолжили возвышаться. У этой силы и динамики были свои законы и я воспользовалась ими в полной мере, первой пересекая линию финиша.

Я сняла шлем, Юн повторил это же действие.

– Юн! Он потрясающий! – уверена, что мои глаза сейчас горели диким огнем, а зрачки расширились от адреналина и новых эмоций.

– Почти ревную. Тогда меняемся?

– Ага. Ты точно не передумал с этим предложением?

– Мне подойти ближе и убедить тебя?

– Нет. Хорошо. Давай на две недели?

– Если не попросишь больше. Я ведь сказал, что можешь оставить его себе, если понравится.

– Не могу Юн. Это слишком.

– Ния, в отношении тебя не бывает слова "СЛИШКОМ". Просто запомни это. Исключение только в том случае, если оно не употребляется со словом люблю, желаю и хочу.

– Юн…

– Давай ещё пару кругов мото-принцесса. Закрепишь свою связь с моим черным монстром.

– С удовольствием.

Когда взлетаешь с трамплина, ты можешь лишь предположить каким будет приземление с другой его стороны: мягким, болезненным, а может и вовсе неудачным. Так и с нашим будущим, мы понятия не имели, каким оно будет.

Что ожидало нас впереди: взлет, падение или вовсе финиш? Но прямо здесь и сейчас, готова поклясться, что была самой счастливой на свете.

Ладно.

У нас все равно нет шансов жить вечно, почему бы тогда не прожить ярко? К черту страхи, предрассудки и лишние мысли. Здесь и сейчас. Пожалуй это самое простое, но в то же время – самое ценное из того огромного списка, что этот наглый и очень сексуальный засранец мне подарил. Около часа мы наслаждались трассой, ревущими двигателями мотоциклов и бесконечным ощущением свободы. А потом мне позвонил Мирэй:

– Все в силе, Ния? Я могу приехать?

– Да. Вроде бы…

– Переживаешь?

– Немного.

– Уверяю тебя, все будет хорошо.

– Мгм.

– Буду через двадцать минут.

– Жду.

Юн снял шлем и окинул меня взволнованным взглядом и будто прочитав на моем лице абсолютно все, сказал:

– Твой брат-глава?

– Да.

–Сколько у меня есть времени?

– Двадцать минут.

– Пойду приму душ и переоденусь.

– Это необязательно.

– Первое впечатление имеет значение, малышка.

– Ну, мое первое впечатление о тебе было не слишком приятным. Я считала тебя заносчивым засранцем.

– Я так и планировал. И прежде, чем с твоего острого язычка сорвется ответ, убегу в раздевалку.

И правда, даже сказать ничего не успела, он прыгнул на мой мот и направился к боксам. А я села на трибуны, в ожидании брата.

Мирэй в итоге приехал немного раньше. Без труда нашел меня. Он был сам за рулём, без десятка бойцов. Вообще один. Это внушало уважение, подкупало и означало, что он и вправду не собирался навредить Юну.

– А твой парень не обладает пунктуальностью, не так ли? – он обнял меня и поцеловал в макушку, как и всегда.

– Нет, просто ты приехал раньше.

– Покажешь, может тогда, парочку своих трюков?

– Я не в той экипировке и не на том мотоцикле, чтоб исполнить трюк. Если конечно это не примитивный стоппи* или вилли*. (Стоппи – трюк, исполняемый на мотоцикле, при котором заднее колесо поднято, и мотоцикл едет или стоит на переднем колесе за счет точного применения переднего тормоза. Вилли – езда на заднем колесе мотоцикла) Но пока вы будете говорить, переоденусь. Если у тебя все еще будет желание увидеть мою тренировку.

– Я в первую очередь ради этого здесь.

Несмотря на то, что Мирэй приехал сюда один, выглядел он все также безупречно, в классическом темно-синем костюме-тройке, белой рубашке и дорогих туфлях. Но если бы он явился в шортах и футболке, уверена, вид у него был бы не менее благородным, чем сейчас. Одежда лишь дополняла то, что и так было у него внутри. Сиан мог тысячу раз наряжать себя в самые изысканные и дорогие наряды, обувь, аксессуары и прочую дребедень, но стоило ему открыть рот, все вокруг понимали, насколько он далек от звания благородного мужчины. В самые красивые обертки обычно заворачивали самые невкусные конфеты. Поэтому, неважно, во что ты одет и одет ли вообще, важна твоя начинка.

Юн.

Мотобаза.

Нейтральный дот.

Я припарковал мот Нии рядом с боксом и помчался в раздевалку. Она была пуста. Я быстро метнулся в душ. Все-таки мне предстояла встреча не просто с приемным братом Нии, а с главой целого клана, который по масштабам и силе не уступал нашему. Нехорошо было бы заставлять его ждать.

Я наспех обвязал вокруг пояса полотенце и накинув другое на голову, вытирал волосы, когда услышал мужской смех в раздевалке и достаточно громкий диалог.

– Этот новенький как-то слишком быстро нашу Фурию в оборот взял.

– А, может, это она его?

– Интересно, он ее уже трахнул?

– Ага, скорее – она, учитывая ее дикий характер.

Я решил, что без меня они вряд ли это выяснят и грубо вмешался, развернувшись к ним лицом и накинув на плечо полотенце:

–Скорее, по очереди.

Они резко замолкли и уставились на меня, не зная, что ответить. Будто даже предположить не могли, что я мог в любой момент появиться в раздевалке.

– Чё заткнулись? Может ещё пообсуждаем, с кем я трахаюсь? Вдруг это внесет хоть какое-то разнообразие в вашу половую жизнь? Или судя по разговорам – ее полное отсутствие?

– Воу! Остынь, мы же просто пошутили. Расслабся, брат…

– Брат?! У меня никогда не будет крыс среди тех, кого я мог бы назвать своими братьями.

Было бы глубоко насрать, если бы речь шла только обо мне. Я может и мимо прошел бы. Но обсуждать Нию в таком ключе уж точно не позволю.

Тем не менее, мы и правда с ней наглели. В этом была, в основном, моя вина. Я дал повод для таких разговоров. Быстро надев свои брюки и рубашку, в которых приехал сюда утром, я направился к двери, так и не дождавшись внятных ответов. Мне пришлось стиснуть зубы, потому что если бы продолжил, пришлось бы начистить им хлебальники. Раскатать и размазать каждого из них не составило бы труда, но вот удержать себя в руках – это было для меня в разы сложнее. А Ние на хрен не сдались эти разборки у нее на базе. Терпеть этот цирк уродов я готов был только ради нее. Уже на выходе, перед тем как хлопнуть дверью раздевалки, не парясь о том слышат меня или нет, я выпалил:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.