Артём Варава
Записки старого мага

Часть 1.

Начало.

Гроза набиралась сил. Серая туча наползала своей массивной тушей на город. Под порывами крепчающего ветра упали первые капли дождя. Сверкнуло, загрохотало, повеяло свежестью и… на пустынные мостовые обрушился бешеный ледяной поток.

Задохнувшись от холода, Элина отвернула лицо от колючих капель. Вжалась в стену спиной. Жесткость гранита придала девушке крупицу уверенности. Вспомнилась строка из писания. "Камень искрошился в пыль, а мы остались – значит мы тверже камня. Горы стали песком но мы живы, значит мы упорнее гор. Нет ничего крепче алмаза, но дух наш – все же крепче. Мы не сдаемся, не отступаем. Так было, так есть, так будет…"

–Ну и бдение тебе сегодня выпало.– улыбнулся София, повесив на крюк ключ от кандалов.– Дождь на всю ночь. Сочувствую.

–Ничего.– Улыбнулась Элина.– Не в первый раз. Бывало и хуже…

–Может мне остаться? Матриарх не узнает…

–Даже не думай. Позора потом не оберешься. Уж лучше так…

–Ну как хочешь…

–Иди уже.– заметив, как продрогла под порывами ветра подруга, поморщилась цетра.– Простынешь, что потом с тобой делать?

–Сама бы… Ладно-ладно пошла. Тебе точно ничего не надо?

–Ну!

Жалко улыбаясь София спешно спустилась в люк. Лязгнула закрываясь металлическая дверца. Элина осталась одна.

–Одна ночь.– Прошептала цетра, подняв голову к низким серым небесам.– И семь дней отдыха. Одна ночь. Всего одна…

Гроза тем временем разошлась. Был первый сезон, но крепчающий ветер, смешанный с песком и мелким городским мусором, был на удивление холодным. Тягуче завывая над крышами домов, ветер безжалостно обжигал обнаженное тело цетры мелкими каплями дождя. Зачем-то вспомнились страшилки о тех кто был убит молниями, рассказы о девушках слёгших с грудной водянкой, о ночных атаках голодного воронья…

Склонив голову ниже, Элина зашептала молитву-оберег. "Я цетра, я тверже камня. Я крепче стали цепей. Я прикована к башне, я несу людям мир. Я щит, я хранитель жизни, я могу… выдержать все."

Что-то ударило в стену. Очень близко, в двух пядях от правой руки. Предплечье занныло словно к нему прислонили холодную стальную поверхность. Жмурясь от ветра, Элина повернула голову. Голую руку, чуть ниже локтя, пересекал порез. На мраморной от холода коже появлялась и тут же смывалась дождем,широкая красная полоса. На полу – вжавшись в основание жертвенного столба, валялась ржавая рваная жестянка… "Ветром принесло. Хорошо не в голову".– Отрешенно подумала Элина, вновь глянув на изуродованную руку.– "Порез глубокий. Могу кровью истечь…"

Стемнело. Усталый город у ног девушки зажегся сотнями маленьких огоньков. Каждый огонек – окно, каждое окно – чья-то жизнь, чья-то судьба… Кажется протяни руку и вот они все – в твоей ладони и никто кроме тебя не может защитить их… уберечь от сплотившейся вокруг тьмы, холода, дождя. Словно притихшие в траве светлячки, пережидают они бурю. А она, цетра великого города, зная о всех опасностях мира… пытается удержать на своих плечах, готовое вот-вот обрушиться на их мирок, бушующее адским пламенем, небо…

Элина улыбнулась. "Я нахожусь там – где должна. Я делаю то – что должна. Честь хранить свой народ, величайшая из всех. Тысячи жриц стояли тут до меня. Тысячи – встанут после. Мы сделали это место святым. Не мне оскорблять его страхом… Свет наших сердец может затмить солнце… И сегодня, вместо солнца – озарить город светом своего сердца, посчастливилось мне".

Чуство причастности к чему-то великому вытеснило из души цетры все лишнее. Вот уже второй месяц, она, каждый раз в свой черед, поднимается на вершину этой древней башни. Безропотно, бесстрашно, с искренней верой в правильность своего выбора, проводит положенные ритуалом бдения. Она жертвенный агнец. Здесь среди темных тучь. В мраке ночи… Ее душа светла, а ее кровь священна. И пока она здесь, ни один враг, ни единое проявление зла, не подступится к тем – чьи жизни она бережет…

Сверкнула молния и парой мгновений спустя, до слуха девушки донесся очередной раскат грома. Почти оглушив послушницу, звук слегка затих – перешел на более низкие тона, а потом, вдруг… наперекор всем законам природы, стал медленно, с пугающей неизбежностью, нарастать…

Пространство задрожало. Стало светлее. Ветер стих и увязнув в нем – словно пузырьки воздуха в сосновой смоле, вокруг девушки застыли бездвижные капли дождя. Кругом творилась магия… и еще не вполне понимая причину ее рождения цетра растерянно огляделась. Низкий рычащий звук, тем временем, стал громче и мало-помалу перекрыл собой прочие завывания грозы. Теперь это был рев. Постепенно он заполнил собой все мироздание и наконец, когда ему стало тесно… расколол застывшие над головой девушки небеса – чудовищной, окутанной стремительными потоками ветра, мглой…

–Дракон…– Еще не веря собственным глазам, крепче вжалась в гранит жертвенного столба цетра.– Царь хаоса. Я… я истинный человек… смотри…

Зависнув над башней, древнее чудовище словно погрузилось в раздумья. Пару мгновений дракон хмуро разглядывал обнаженное тело девушки. Наконец убедившись в чистоте ее крови, взмыл в холодную высь. Почти не прибегая к силе громадных крыл, страж небес скрылся в грохочущих тучах. По заведенной исстари традиции, выполнив древний уговор, хранитель мира вновь уходил в небытие…

С трудом сглотнув подступивший к горлу ком, Элина попыталась успокоить рожденный внезапным явлением дракона страх. "Не для того ли стоят цетры на вершине башни? Не для того ли терпят холод и зной, что бы каждая, в свое время, в урочный час, встретиться с владыкой смерти с глаза на глаз? Такова ноша служительниц культа. Таково их предназначение… Предназначение цетры. Предназначене которое сегодня Элина выполнила до конца…"

Исчезнув в тучах, пару мгновений чудовище не давало о себе знать. Было тихо, а затем, рев появился вновь… Снова возникнув из мрака, дракон описал широкую дугу вокруг города и вдруг… ни с того ни с атаковал примыкавший к стене города утес.

Что-то было не так. Элина еще ни разу не вступала в разговор с предвестниками мрака, но по рассказам опытных жриц знала – что драконы так себя не ведут. Так было сотни лет… Завидя жрицу, дракон должен был улететь. Завидя жрицу и выслушав ее приветствие, дракон… никогда, не должен был, нападать на город. Так было всегда. Но… но по какой-то неведомой, не ясной, безумной причине… все изменилось сейчас.

"Неужели я ошиблась?– Сковав грудь холодным обручем, шевельнулся в душе девушки животный – первобытный страх.– Я в чем-то ошиблась. Что-то не…"

Дракон, тем временем, оплавив адским пламенем вершину скалы, взвился ввысь. Затем, вдруг вновь появившись из клубящегося мрака, буд-то разом растеряв остатки разума, ударился широкой грудью о раскаленный гранит. До слуха цетры донесся грохот. Увязнув в кипящей лаве, тяжело взмахнув своими черными крыльями, дракон обвалил на себя покосившийся гребень скалы. Высвободив голову, вновь исторг из своей бездонной раззявленной пасти поток огня… наконец израсходовав остатки ярости… затих…

––

Устало откинувшись от магического кристалла, Тронг брезгливо разорвал цепь единения. Сидящий рядом со стариком эльб поморщился от боли, но промолчал. Все верно – слуга должен знать свое место…

–Первый этап завершен.– Довольно улыбнулся правитель хрустальной горы обозревая круг.– Дракон пойман. Дело осталось за малым.

Круг старателей нервно загалдел отдельными бессвязными репликами. Тронг улыбнулся. Никто из них до этого часа, так до конца и не мог поверить, в то, что им удастся, довершить задуманное.

–Удача пока на нашей стороне…– Тронг оглянулся на янтарную сферу. Сквозь магические помехи на мутной поверхности экрана, проявилось безобразное лицо хурда.– Теперь все зависит от тебя. Ты готов?

–Да мой господин.

–Ну что ж… наживка брошена, теперь события пойдут своим чередом…

Глава. 1. Борг.

–Дальше подходить уже не безопасно.– негромко, но с нажимом, произнес ехавший справа от Борга, Кай.– Еще с десяток шагов и с нас начнет сползать шкура.

Прим нехотя остановил коня. Затем, прикрыв глаза от солнечного света, осмотрел то, что еще вчера было утесом…

Оплавленный, застывший частыми бурунами камень, кое-где еще дымился, лес на многие версты вокруг был выжжен, кругом только пыль и гарь.

–Что люди говорят?– обернулся Борг к стражу.

–Караул со стен твердит, что это дракон. Говорят, что после своего появления, зверь какое-то время висел над гланой башней, так же как и всегда, а затем, вдруг ни с того ни с сего, бросился крошить эту самую гору… Парни многое не видели, но, судя по всему, дракон здесь так и остался.

–Ясно.– Кивнул прим. Вновь поднес к бровям ладонь.

При более внимательном взгляде, в формах расплавленного камня, стали угадываться знакомые очертания… Вот хребет, тут же – чуть по ниже мощное бедро… хвост с костяными наростами… значит голова должна быть… ага, вот и голова.

–Как думаешь, еще живой ?

–Да черт его знает…– Усмирил взбрыкнувшеего коня страж.– Пока не шевелился… Хотя, кто их на самом деле разберет. Я их впервый раз так близко вижу.

–Не ты один. Что еще скажешь? Для жителей угроза есть?

–Может нет, может да… Город-то далеко… Хотя, с дозорным отрядом, что сразу после падения к дракону сунулся, что-то скверное случилось… Часть их осталась вон в той рытвине.– Вытянув руку, воин указал на небольшой лог, в трехстах шагах от себя.– Парни вдруг просто попадали с ног… да так в той яме и остались. А те кто вернулся умерли к рассвету. С людей клоками полезли волосы, нарывы на коже, кровь… К тебе что ли?– оборвав себя на полу слове, указал на приближающегося к ним верхового страж.– Матриарший нарочный…

–Началось.– Обернулся вслед за Каем Борг.– Ну вот и началось…

Приблизившись к воинам, не размениваясь на приветствия, нарочный протянул приму сложенный вдвое пергаментный лист.

Пергамент был скреплен печатью владычицы, в письме предлагалось немедленно вернуться в город. Попрощавшись с главой дозора, Борг развернул коня к твердыне.

––

До города было не далеко. Выехав из леса к торговому тракту, воин слега умерил прыть коня. Пока есть время нужно собраться с мыслями и обдумать полученную от Кая и от прочих стражей информацию. Взвесить все за и против, вычленить из вороха домыслов крупицы истины, предугадать решения матриарха и свои собственные – ответные на эти решения – шаги.

По всему выходило – справиться с постигшей город бедой, своими силами, жители города не смогут. К кому обратится за помощью матриарх? Великие маги сгинули в потоке времен, Делийцам нет интереса до дел смертных, а вот эльбы…

За спиной раздался одурелый крик осла. Приостановив коня прим обернулся. Чуть в стороне, медленно выползая из-за мрачной кромки леса, на свинцовой ленте тракта показалась тяжело-груженая арба. Нервно ухмыльнувшись прим узнал в возничьем эльба. Как говорится, помяни черта… и он тут как тут…

–Не убей животину.– Окликнул возничего Борг, дождавшись когда эльб наконец, со своей арбой сравняется с его конем.– До твердыни далеко, на своем хребте всего товара не снесешь…

–А тебе какое до этого дело?– подслеповато щурясь, уставился на всадника эльб.– Чего встал посреди дороги? Езжай куда едешь и не приставай к людям.

Кругом стало наудивление тихо и вдруг… долей мгновения спустя, из леса, едва не смяв под своей громадной тушей коня воина метнулась огромная черная как смоль пантера. Едва удержавшись в седле, прим опустил ладонь на рукоять зачарованного клинка. Впрочем, если бы зверь захотел, он бы уже был мертв. Это такая форма приветствия, ничего страшного…

–Гроз, убери своего… котенка. Это я Борг, не узнал ты меня что ли?

–Борг?– Уставившись в лицо воина, пьяненько ухмыльнулся эльб.– Да неужели..?– Не надолго о чем-то задумавшись, коротышка вяло махнул рукой.-А? А… Бляха брысь!!!

Прижав уши к громадной голове пантера, обернулась. Вильнула тяжелым хвостом оскалила в беззвучном рыке кривые клыки. Эльб сонно сплюнул в придорожную пыль… наконец догадавшись, что от нее требуется, в один затяжной прыжок, хищная, способная в один миг освежевать горного медведя, тварь, скрылась в лесной чаще. Стало спокойней…

Эльб как и большинство из его породы, был мал ростом, кривоног и большеголов. Лысый, весь в шрамах, с большим носом и огромными, буд-то два черных блюдца, глазами. Эльб был стар, эльб был язвителен, эльб был навеселе. Борг знал этого коротышку. Знал его имя… Знал… часть его заслуг перед твердыней, часть заслуг перед хрустальной горой. Знал, что коротышке больше трех сот лет. Знал, что, когда-то, он на короткой ноге общался с Великими магами… знался с прежними примами, своими глазами видел становление твердыни…

–Какими судьбами?– мало-помалу успокоив коня, обратился к коротышке прим.

–Торговать еду.– Кивком головы указав на телегу пожал плечами старик.– Полюбилась в хрустальной горе ваша пшеничка. Хочу ее на золотишко обменять… Да вот только… На прошлой ночевке блики я какие-то видел. Над городом… То ли спьяну, толи… нет. Еду теперь, да голову себе ломаю. Расскажешь… если не секрет.

–Какой уж теперь из этого секрет.– Усмехнулся прим.– Шила в мешке, как говориться… Дракон это. Сначала над городом летал. Зтем лысую гору спалил… и сам же в нее и упал.– Вытянув руку, Борг указал направление к оплавленному утесу.– Так там и лежит. Ну, а дальше… выводы сам делай.

–Дракон! Твердыню!!!– почесал затылок эльб.– Да быть такого не может… А как же стеклянный договор? Да и башни тоже… Неужели матриархат что-то не доглядел?

–Матриархат недоглядеть не может. Проще предположить, что это дракон…– Оборвал эльба прим.– Безмозглые и среди них есть… Говорят где-то в горах тумана, один уже лет пятьсот за облаками охотится… Так что…

–Дела…– Пожевал губами старик.– Упавший дракон… Не хочу тебя пугать прим… но тела небесных стражей источают зло. Зло которое убивает все живое… на сотни верст кругом. Если тушу чем-то не накрыть, то года через три… в твердыне не останется ни одного живого жителя.

–Не станешь пугать… Ни одного живого… Накрыть эту тварь конечно можно… да вот только… ты ведь знаешь какой он большой? В твердыне ни людей, ни матириалов таких нет. Да и подходить к дракону, выходит, что нельзя. Думаю, матриарх решит о помощи просить. Либо у вас эльбов, либо у кого другого…

–Мы вам в этом деле не подмога.– Скривился эльб, ударив вожжами осла.– Ты знаешь как нас мало. Хотя… Если пообещать Тронгу сердце дракона… В любом случае без помощи Константина вам не обойтись… А это значит, что в скором времени начнут собирать четверки. Первым в посольство снарядят тебя и… Борг дружище.– Растеряв вдруг всю былую угрюмость, встрепенулся в козлах старик.– А тебе не нужна в помощь мозговитая голова, пара крепких рук и небольшой довесок – в качестве уже не молодой, но еще достаточно резвой, пантеры?

–Узнаю Гроза.– Кивнул Борг, поражаясь скорости с которой эльб сумел оценить ситуацию, найти выгоду для себя, взвесить все за и против и принять решение.– Хотя было бы неплохо… Эльб в четверке, а особо такой как ты, это как алмаз в россыпи щебня. Ловлю тебя на слове… Ну, вот и твердыня.

Дорога, в очередной раз вильнув в сторону, наконец вырвавшись из леса, уперлась своим дальним концом в серое нагромождение камней, дерева и стали. В рассветном зареве, червоным золотом сверкнула главная башня матриархата. В дальней туманной дымке, возвещая жителей о начале дня, задрожали звуки храмовних колоколов. Красиво…

–Приехали.– Кивнул эльб, вслед за примом слепо вслушавшись вдаль.– Две недели пути… это я тебе скажу – не в носу пальцем поковырять. Думал хоть отлежусь вдоволь. А тут такое… Так что Борг, берешь в четверку?

–А то.– Прищурившись на солнце, кивнул прим.– Не даром же тебя сюда занесло… так вовремя. Теперь за тобой глаз да глаз. Без присмотра не оставлю…

–Вот и договорились. А об остальном не беспокойся. Сработаемся…

Подъехав к главным воротам города путники остановились. Поздоровавшись с Боргом, начальник стражи удивленно уставился на эльба. Посольства от хрустальной горы случались крайне редко, а потому требовали особых церемоний. В мозгах стража стал складываться какой-то план… Потрепав старого солдата по плечу прим приказал открывать ворота. Это шло в разрез традиций, но начальству было видней и страж не стал возражать

–Хорошо, что я тебя встретил.– Оголил ржавые зубы ухмыльнулся эльб.– В прошлый раз меня целый час мариновали… А здесь, даже ничего объяснять не пришлось.

–Угу.– рассеяно кивнул Борг.– Ты сейчас куда?

–Да есть тут одна харчевня… Я ее лет сто знаю. В ней и остановлюсь…

–Гнилое корыто? Знаю… Тогда отдыхай… А я в матриархат. Жаль, что твое прибытие не отметим как следует. Сам понимаешь… Еще увидимся.

–И тебе не хворать…

Пожав сморщенную сухую ладошку, Борг направил коня к центральной площади города. Путь к храму был делом двух минут, но имея давнюю привычку не терять время попусту, оказавшись предоставлен самому себе, воин стал вглядываться в горожан, надеясь по их лицам определить настроение города.

Город был возбужден, немного встревожен, но не более. Суетливая угодливость торговок, ловкость уличных ремесленников, напускная деловитость купцов. Приветственные кивки, улыбки, рукопожатия, обмены ничего не значащими словами…

Удивительно. Всего один сезон назад, прослышав о нашествии мертвяков, город обезумел от страха. Люди боялись выходить из домов, бросали друг на друга испуганные взгляды, затевали ссоры… Теперь же, перед лицом более страшной, реальной, угрозы пытались сделать вид, что ничего особого не произошло. Живые любят цепляться за старое, оказавшись пред лицом жестоких перемен – пытаются делать вид, что ничего особого не произошло…

Торговая площадь осталась далеко позади и доверив своего коня заботам очередных стражей, Борг поднялся по ступеням храма в молельный зал. Миновав святую арку и не на долго задержавшись перед алтарем, поспешил перейти в следующий – (полуподвальный) ярус здания. Жрицы охранявшие зал истины уже были осведомлены о его приходе и потому, без особых церемоний, пропустили прима в апартаменты матриарха.

Поправив ножны клинка, оставив последние сомненья на пороге, Борг вошел в просторную залу "ковчега истин". Скрипнув засовами, закрылась за спиной тяжелая дубовая дверь. Стало тихо. Оказавшись вдруг в сыром полумраке, прим нервно передернул плечом. Слишком уж памятны ему были дни испытаний за право обладания клинком. "Тьма хранит в себе ярость врагов. Оказавшись в окружении холодного камни, будь начеку…"

Зрение быстро привыкло темени катакомб и заново свыкаясь с проснувшейся в душе пустотой воин огляделся…

Во всю высоту пяти стен, в темном граните зала истин были высечены огромные суровые лики. С надвинутыми на глаза каменными капюшонами, с широченными угловатыми скулами, они, нависая над каждым входящим в ковчег, всем своим естеством, всей своей непоколебимой мощью, заставляли человека вспомнить кем он на самом деле был…

Гранитные лики: пять отцов защитников, пять стражей разбитого на куски мира, пять палачей… призванных вечно, своим молчаливым присутствием, напоминать людям о том, как легко их ошибки могут привести к гибели всего что только может вместить в себя человеческий ум. Под их суровыми взглядами, никто из живущих не мог сказать и слова лжи. Взять на себя больше чем мог вытерпеть… слицемерить, проявить малодушие, уйти от ответа. Никто и никогда…

Великие маги – легендарные полубоги, все они здесь… Максимус – символ непоколебимости устоев и веры, и Кастро – лик мудрости. Затем (по правую и левую руку прима) две женщины – Элина и Эгвейна. Первая образ победы над смертью, вторая воплощение смирения и любви. В навершии пентограммы (прямо перед Боргом) огромная статуя первого среди равных – лик мага основателя твердыни и прочих городов междугорья, лик Константина. В перекрестье хмурых взглядов древних полубогов, в самом центре залы, стоит на коленях хрупкая женская фигурка. Узкие плечи, гухая, выкашенная в темно-красные тона, монашеская мантия. Только матриарх может напрямую обращаться с "защитникам чистых земель". Только она – знает цену их слов. Лишь она может просить о помощи в час невзгод. Только она может быть достаточно правдива в своих намериниях…

Не спеша отвлекать верховную жрицу от молитвы, Борг остался у дверей, ожидая, когда та, по своей воле, завершит ритуал.

–Не молчи.– Чувствуя прима у себя за плечом, нарушила тишину матриарх.– Полубоги давно не слышат наших слов. Триста лет минуло с тех пор, как Константин скрылся в своем замке и не в моих силах пробудить его ото сна… Что ты видел Борг?

–Слухи не лгут…– Опустившись на одно колено, склонил голову Борг.– Дракон источает яд. После падения он вплавился в скалу и нам теперь ничего с ним не сделать…

–Мне доложили, что ты въехал в город с эльбом.– Обернувшись к воину матриарх.

–Да, это Гроз. Говорит, что прибыл в твердыню по торговой нужде, но узнав о драконе, тут же попросился в четверку… Я решил, что лучше держать его при себе и потому согласился.

–Хорошо.– Задумавшись на мгновение кивнула матриарх.– Ты уже решил о прочих кандидатах?

–Пока нет… Хотя наметки уже есть… Пару дней назад в твердыню проник троль. Он был пойман и обезврежен… Я хочу использовать его в качестве проводника.

–Троли своенравны. Он не признает за тобой право лидера.

–Я знаю, что в арсеналах матриархата… есть изначальные оковы…

–Откуда такие сведения? Хотя… не важно. Я даю тебе согласие. Право выбора цетры остается за мной?

–Правило четырех создавалось не нами. Выбор хранителя крови обязанность матриарха.

–Превосходно. Тогда, о следующем шаге ты узнаешь завтра, в зале совета. Пока можешь быть свободен… и Борг, будь осторожен.

Глава. 2. Дайнар.

Сверкнув бусинами глаз, крысеныш вылез из-за застенка и тщательно обнюхав воздух, короткими перебежками направился к пленнику. Остановившись у голой ноги дикаря, зверек огляделся. Не заметив ничего опасного, ткнулся в ступню охотника длинным подвижным носом. Обнюхал кровавый потек, лизнув – опробовал его на вкус, а затем, наконец осмелившись, попытался прокусить кожу. Не приходя в сознание троль дернул бедром. Испугав грызуна тихим стоном, оскалил клыки.

Отскочив к стене зверек с минуту наблюдал за охотником со стороны. Троль не казался опасным. Понемногу уверившись, что ему ничего не грозит, зверек вновь выбрался из своего укрытия. Вернулся к охотнику и тонко попискивая от голода, взобрался по мизинцу двуногого существа к пятке. Ухватившись там за выступ голени, впиваясь в грубую кожу острыми коготками, резво полез вверх.

По животу и спине охотника шли глубокие воспаленные порезы – работа палача. Палач всегда старался для крысеныша и зверек об этом знал… "Так хорошо, так удобно, так вкусно… почти без неудобств, без опаски, объедать с ран горячую – пахнущую свежей кровью, сладко-соленую плоть; мягкую, нежную, ароматную – такую, что только от мысли о ней, так жарко становится внутри…"

Примерившись к одному из порезов, зверек опустил в него свою мордочку. Попробовав пленного на вкус, облизнулся… "Хорошо… молодой, здоровый, сильный. Нужно спешить, пока не пришли другие и не съели самого вкусного…"

Помогая себе лапками, зверек стал продираться сквозь тугие мышцы и кожу – вглубь троля… ближе к внутренним органам, к еще живым: печени, бьющемуся сердцу, к трепещущим легким… Троль не возражал. Подсохшие после пыток раны не чувствовали боли. Это тоже было хорошо,– "Не будет отвлекать от трапезы, криками и скрипом костей."

Вне камеры послышались шаги… Парой мгновений спустя раздался лязг и скрежет стального засова. Дверь отворилась. Запоздало вспомнив о том что уязвим, кровавой кляксой свалившись на каменный пол, крысенышь опрометью бросился обратно к стене – в безопасную темень застенка.

"Ничего, мое время еще придет. Не получилось сейчас, выйдет после."– Вильнул лысым хвостом зверек скрылся в сыром пропахшем мокрицами закутке.– "Тюремные камеры никогда не бывают пусты. Нужно подождать, подождать как это умели делать предки – его мать и отец, его деды и прадеды, все бывшие насельники этих тайных катакомб… Подождать, и благодать, что исходит от владетелей твердыни… в любом случае, не откажет явить себя вновь…"

Сон…

Уперев подбородок в колени, Дайнар сидит на большом поросшем синем мохом камне. Охотник следит, как в речном потоке, в шаге от него, плещутся веселые солнечные зайчики. Веньяза за спиной величественна и юноше так приятно прятаться от жаркого солнца в ее тени. В вельде разгар дня, но тихо – словно уже наступила ночь. Только великое древо шумит над головой троля богатой листвой… да издали доносится грустная тихая песня. Слов не разобрать, но она подхватывает, несет как водный поток…

Ручей отчего-то становится мелким, а затем, исчезает совсем. За спиной слышится движение и повернув голову, Дайнар видит девушку. Он узнает в ней певунью… встав, протягивает к ней ладонь.

–Кто ты?– спрашивает он оскалив в приветствии клыки.– Жрицы очага взвоют от ярости, узнав что ты покинула границы прайда.

Девушка не отвечает. Повернувшись к тролю спиной, она думает о чем-то своем. Окружающий мир не существует для нее. Жители великих болот так себя не ведут. В девушке заметна странность… Конечно! Как он не заметил сразу? Певунья одета в просторные одежды. В них она похожа на… "на-тех-кто-живет-в-горах." Чужак!!! Но что же ей нужно здесь?

Рассекая небеса грозовым раскатом над Дайнаром звучит рев. Становится холодно и лесной мирок накрывает тень. Так и не разглядев лица певуньи, троль поднимает глаза. Прямо над ними, спрятав за собой бездонную синеву полуночной тьмой, зависла свирепая черная громада. Это дракон. Воплощение смерти… Нужно бежать. Небесный страж жестоко карает тех кто отступает от заветов предков. Молодой троль и цетра твердыни чем-то виновны перед ним. Нужно бежать и… схватив девушку за руку, юноша входит в ручей. Вспенившись горячими водами ручей разрастается до бурной реки. Он смывает мощными потоками берега, начинает кружить в себе троля и девушку, швыряет их с места на место – словно оторванный от ветвей веньязы лист… Захлебываясь, Дайнар крепче прижимает к себе певунью, но та вырывается у него из рук и исчезает бушующей мгле. Что-то важное уходит из жизни охотника… троль чувствует ярость… долгим мгновением спустя, троль проваливается в более яркий – чем прежде мир…

-Не утопи его, он мне живой нужен.– Слышит Дайнар над собой.– Еще раз его окуни и обратно. Кажется оклемался…

Вселенная перевернулась… Долгим мгновением спустя Дайнар вдруг опять очутился вводе. Два удара сердца и вот… извиваясь и рыча от бессилия, он вновь обретает способность дышать. Затылок упирается в жесткую дубовую поверхность. Откашляв воду, охотник открывает глаза. Жестокая реальность, мало помалу оттесняя иллюзорный мир, возвращает ушедшую было боль. Он в камере, в окружении непримиримых врагов и у него снова нет шансов на жизнь…

–Очухался?– Дождавшись когда троль откроет глаза, заслонил собою свет факела человек.– Или еще раз окунуть?

Усмехнувшись, Дайнар обнажил клыки. Затем кивнул, – пытка водой наименьшее зло из тех, что может предложить ему чужак. Прошлый раз ему не давали дышать до тех пор пока… его разум не поглотила тьма. Палачь утомился купая его в ведре с водой. Троли могут не дышать часами… это был отдых. До этого ему выкручивали ребра калеными щипцами, дырявили кости ржавым сверлом. Жуткая боль рвалась наружу диким ревом, но Дайнар крепко держал ее в себе… "Люди не увидят его слабости."– Скалился он, замечая досаду на лице палача.– "Люди забыли – кто есть жители великих болот. Пусть видят – нашу волю. Смерть смешна. Пусть чувствуют страх…"

Новый палач молча смотрел охотнику в глаза. Это был воин. Он был сухопар и поджар. Он был молод, чуть старше Дайнара, но серые глаза смотрели умно, жестко и цепко. Так умеют смотреть только… владыки прайда. Нет! Это не палач. Такой не станет пытать. Такой выдумает что-то страшнее. Что ему чужая боль, если он разучился чувствовать свою? Растяни его на дыбе и он тоже будет смеяться смерти в лицо. Жизнь мимолетна… как облако на весеннем ветру. Странно видеть такого здесь…

Чужак кивнул и вслед за этим, вновь везгливо и гадко, заскрипел ворот железного колеса. Дернувшись словно запнувшись о какую-то неровновсть медленно поползла доска дыбы. Дайнар стал стремительно опускаться лицом вниз – в ведро с мутной, давным давно протухшей водой. Потекли мгновения, наконец доска вновь поднялась вверх…

–Легче?– Размытым пятном возникнув у лица дикаря, улыбнулся чужак.– Говорить можешь?

Лгать не имело смысла. Троль кивнул.

–Хорошо.– Ступил ближе чужак.– Меня зовут Борг. Я прим твердыни. Думаю, ты слышал обо мне. Вижу, слышал…– Увидев оскал охотника, кивнул человек.– а значит… должен отнестись к моим словам со всей серьезностью.

–Тебе нечего мне сказать прим… Хочешь предложить мне предательство? Лучше убей меня сразу, пока я не умер от скуки.

–Мне не нужно от тебя предательство…– Выслушав троля улыбнулся прим.– Твой народ слишком слаб… и дик, вы не страшны твердыне. Но вельд твой дом и потому, я хочу попросить тебя о маленькой услуге. К концу этого месяца я должен быть на границе каменного русла… Человек не пройдет через пустоши и болота без помощи опытного проводника. Нам нужен кто-то знает ядовитые топи словно себя самого и… лучшей кандидатуры чем ты мне не сыскать.

Слов было много. Смысл сказанного долго искал пути к сердцу дикаря. Наконец охотник услышал отклик. Дайнар чувствовал удивление и призрение. Судя по всему… Человек искал помощи у троля… Дайнар оскалился. Такого не бывало с начала времен. Прикрыв глаза, охотник попытался собраться с мыслями. "Тревожные дни настали если жители твердыни, спустя столько веков, решили забыть о своем высокомерии и заговорить с первым народом… Появившись когда-то из-за большой воды, сидя на владыке болотных гидр, они шли через вельд без оглядки на жителей блот. Безразличие царило в их сердцах. Что им до грязных дикарей если им служат стражи небес? Заручившись словом великих старцев, они играли силами стихий… Без раздумий они брали то, что хотели… Видя их алчность, страшась оказаться на их пути, даже корневые кланы сменили границы своих угодий. Люди заразили вельд жизнью. Чужеродной, бездушной жизнью, древним злом… что принесли с собой из ледяной страны. Они извратили своим знанием все – что только смогли и вот, теперь, вдруг… когда даже память спящего колосса смирилась с их слепотой… решились говорить…

Открыв глаза троль огляделся. Тесная, выполненная из гранита камера. Сбоку, за правым плечом, обитая стальными прутами дверь, за спиной столик с пыточным инструментом и рядом с ним длинная, с шипами по всей свой поверхности, лавка. По стенам развешаны щипцы, пилы колья и на многих из них заметны следы крови. Дыба к которой он прикован висит в центре камеры. Рядом с ней два человека. Тот что прямо перед перед охотником – прим твердыни Борг, приземистый толстяк у стального ворота слева – палач… Люди пытают его уже неделю. Семь дней они морят его голодом и жаждой, режут и рвут его плоть. Они ничего не спрашивают, ничего от него не ждут… Просто дарят боль… Палач знает толк в свое ремесле. Иногда боль так сильна, что спасаясь от нее, охотник ищет защиты в собственных грезах. Возможно… все, что он слышит сейчас – это лишь сон – мираж… продолжение того странного видения с девушкой и драконом. Очередной морок… Возможно… но отчего же тогда так больно в груди? Отчего хуже видит разбитый ударом пики глаз? Отчего зудят порезы? Отчего так ярок запах окруживших его отовсюду вещей? Нет он не спит! В своих сновидениях он более разборчив и краток. В своих видениях он цел… Все что он видет сейчас реально… а значит…

–Зачем вам к горам тумана?– Свыкнувшись с реальностью оскалился троль.

–Тебе об этом знать не зачем. Единственное что от тебя требуется – доставить нас до места. После, делай что хочешь.

–Я смогу вернуться в вельд?

–Клянусь пятеркой.– Коснулся собственной груди прим.– По завершении похода, я отпущу тебя на все четыре стороны. Отпущу не причинив никакого вреда. Обратно к городу мы вернемся своими силами. Ты согласен?

–Заманчиво… Но где подвох?

–Подвоха нет. Не сомневайся. Есть условие. Я должен быть уверен, что ты не сбежишь сразу – как только мы покинем стены твердыни. Слишком уж ты прыткий… и гарантом твоей верности будет эта вещь.– Отвернувшись от охотника, прим подозвал к себе палача. Угодливо улыбаясь толстяк протянул в руки чужака небольшую – красного дерева – шкатулку. В шкатулке на подложке из черного бархата, бок о бок друг с другом, открылись два предмета. Первый – тонкий стальной ошейник, второй – золотое кольцо.

–Это не простые украшения.– Кивком указав на предметы, после недолгой заминки, произнес Борг.– Вещи древние… созданные еще в эпоху иллюзий, и… скажем так, обладающие определенными свойствами. Объяснюсь. Этот ошейник.– Протянув руку, воин извлек из шкатулки гибкий – похожий на обычный стальной отрез, ремешок.– Может причинить боль тому – на кого будет одет. Ошейник имеет связь с кольцом, и подчиняется приказам человека, который наденет его себе на палец.– Очередной кивок на ларец.– В общем, своеобразный поводок – с которого не сорваться и не сбежать… Чтобы быть уверенным в твоей лояльности…

–Ты выдумал примерить его на меня.– Хрипло, с нажимом, оборвал человека троль.– Ты хочешь, что бы я, сын вельда, нить связующая и основа кланов… уподобился псу?

–Погоди. Жизнь не стоит гордости…– Жестом остановил охотника прим.– Одев на свой палец кольцо, я не стану ограничивать твоей сободы… Ты парень смелый, но смелость не должна питаться от глупости. Подумай хорошенько. А если откажешься… Что ж, видимо тогда мне придется искать иной путь… а ты уже никогда, не вернешься на свои болота…

–Магия сокрушила людей.– Чувствуя в словах человека изъян, нахмурился троль.– Сокрушила людей, но не тролей… Ты глуп если веришь, что кольцо оградит тебя от меня. Вельд не знает жалости. Я всегда могу оказаться у тебя за спиной… Тонкая нить не удержит Тах кара, ты должен знать это не хуже меня.

–Я прим… Не преувеличивай своих сил. В равном поединке я смогу сбить спесь даже с такого как ты. Впрочем, магия кольца убережет меня даже от скрытых атак. К примеру… ты умрешь если вдруг надумаешь… оторвать мне руку. Скажу больше, после того как будут задействованы артефакты, их уже не снять, до тех пор, пока не будут выполнены все условия договора, которые, кстати, уже вписаны в матрицу кольца…

Закрыв глаза Дайнар вновь погрузился в себя. Традиции двеннадцати прайдов запрещали самоубийства. Старейшины не раз говорили ему – жизнь важнее любого унижения. Возможно они правы, но что делать с гордостью? Отдаться во власть человека… Позор на узор всей линии. Каждый встречный, будет теперь плевать ему под ноги и отвернувшись не разделит с ним своих слов. Жрицы очага откажут трусу в благословении, а старейшины укроют от его взора призрачный мир спящего колосса. Да, Дайнар будет жив, но что это будет за жизнь?

"Впрочем я еще молод, а молодости прощается все…"– Встряхнув тяжелой головой, возразил сам себе дикарь.– "Только по завершению обряда я могу считать себя охотником. Полноликая луна еще не обновила своего тела, как мне исполнился пятнадцатый год. До обряда далеко… Для всех своих соплеменников, я вышедший из вельда зверь. Я волен в своих поступках… Пока… До обряда я должен избегать поединков. Стерпев пизыв крови, я лжусь на землю, и жду там, уткнувшись лицом в сырую глину, пока настоящий охотник не обойдет меня стороной. Завидев женщину, я ухожу в лес. Я уступаю дорогу молодой самке и бегу от нее со всех ног, заметив рядом беззубую стайку приплода. Но я делаю это. До взрослой поры у троля нет гордости, а значит… если есть шанс выбраться из этого каменного мешка… и вновь почувствовать на своем лице ветер и солнечное тепло я… обуздаю свою кровь и сделаю то – что хочет от меня этот человек."

–Я согласен…– Наконец открыв глаза, кивнул Дайнар, хищно оскалив свои длинные кривые клыки.– Я примерю твой поводок. На время… но помни прим, если нить окажется слишком тонка, а ты слаб… если ты не захочей сойти с моего пути, после того как договор будет расторгнут…я не дорого отдам за твою жизнь.

–Ну вот и ладно.– Улыбнулся прим.– Тогда начнем? Ты готов?

Троль промолчал и решив, что большего и не требуется, воин приказал палачу развернуть дыбу к себе.

Скрипнул ворот. Качнувшись на стальных цепях доска сперва устремилась вверх, затем вниз и наконец крепко ударившись о что-то жесткое снизу развернулась в горизонтальной плоскости целиком. Перед глазами охотника поплыло и едва сдержав стон… троль вдруг обнаружил себя лежащим на спине. Стало труднее дышать, от лица отхлынула кровь… огнем полыхнули сломанные палачем ребра.

–Ох и здоров же ты брат.– Нависнув тем временем над дыбой, улыбнулся прим.– Такую шею раскормил… Терпи. Будет больно…

Пропустил стальную ленту под шеей охотника, воин попытался стянуть концы ошейника между собой… Звякнув, тугой защелкой уперлась в кадык троля сталь ремешка, захрипел от натуги прим, перед глазами Дайнара вновь поплыли серые и матовые разводы… Началась новая пытка. Троль терпел, воин старался, толстяк палач, притаптывая от нетерпения, сопел у него за спиной…

Было ясно, что поводок создавался для людей. Маги древности не могли знать, что парой тысяч лет спустя на земле возникнет вельд и троли. Не могли, не смотря на всю свою мудрость, распознать первые ростки случившегося с миром зла. Не смогли предотвратить случившуюся (отчасти и по их вине) беду…

–Не желает ли ваша светлость, позволить попробовать мне?– Угодливо вжав голову в плечи, подал голос палач. Я в кузнечном деле кое-что смыслю и в остальном, тоже…

–Что?– Оглянулся Борг.– Хотя… Только осторожно, тут с умом нужно.

Взяв из рук воина стальной ремешок, толстяк обошел дыбу стороной и нависнув над дикарем объемным брюхом, в прищур – на вскидку – оценил объем предстоящих работ.

–Его сперва размягчить нужно.– Причмокнув губами, произнес толстяк с видом знатока.– Смотрите как напрягся… Здесь под затылком жилка особая есть… так вот, если ее шилом проткнуть, ошейник как по маслу налезет…

–А он с этого не помрет?– В сомненьи нахмурился прим.– Да и калекой… он мне не очень-то нужен…

–Не беспокойтесь ваша светлость.– Подмигнул тролю толстяк.– Ничего с ним не станет. Самое плохое башкой вертеть не сможет, потом излечится. Что я с ним только не делал. До кишок распорол, ребра клещами вывернул, суставы кое-где перебил, а твари этой болотной – хоть бы что. Помните каким его сюда привели? Рука левая на одной только коже висела… а сейчас почти зажила. За три дня… Человек бы уже помер.

–Твоя правда…– Согласился с доводами палача прим.– Делай. Не зря ведь я, сюда этот поводок нес…

Шагнув к стене с пыточным интсрументом, палач вернулся обратно, но уже с большим кожаным кошелем в руках.

–Я как знал из дома захватил.– пояснил он развернув кошель в широкую ленту.– Мне этот набор еще от отца достался. А ему от его отца… Мои предки лекарями были. А пыточному делу потом обучились… Моего прапрадеда сама Делийская принцесса врачеванию учила. И кошель этот с инструментом от нее же ему достался. Еще до исхода из ледяной страны… Глядите какая работа.– Вынув из кожаннного ремня длинную тонкую иглу, вновь улыбнулся толстяк.– Зачарованая сталь. Этой иглой стекло можно резать, кости под ней словно дерево, больше тысячи лет, а все как новая…

–Хм.– Заглянул в кошель прим.– Правда Делийская… А матриархат что?

–Господин прим, ведь семейная реликвия.– Развел руками толстяк.– Да для общего дела. Сами понимаете…

–Понимаю…– Согласился с палачем прим.– Всему свое применение. Ну давай, дырявь свою жилку…

–Слушаюсь ваша светлость. Это мы в миг…– покрутив в пальцах иглу, толстяк склонился над охотником.– От основания затылка… чуть всторону и между отростками…– Забубнил пыточных дел мастер впившись в шею троля своими чуткими увереными пальцами.– Где-то здесь… или здесь… или все-таки…– На мгновение стало больно и ударом сердца спустя, Дайнар почувствовал, как у него занемела спина и отнялась правая половина лица.– Нет не здесь.– В досаде скрипнув зубами, проворчал тем временем палачь.– Все у них не как у людей. Может быть пониже… или… а была не была.– Следующий тычек оказался болезненее прежних и секундой после, троль понял, что не может дышать.– Ага.– Довольно оскалился толстяк.– Кажется нащупал. Еще немного… и… Ну вот…

Перед глазами охотника сверкнула тонкая полоска металла, над самым ухом послышалась сдавленная увлеченная возня. Медленно потянулось не занятое ничем время. Прикрыв глаза, троль пытался отвлечь себя сторонними мыслями. Неожиданно правой ладони коснулось что-то твердое…

Удара сердца хватило на то, что бы просчитать на десяток действий вперед. Судя по всему, палач, забывшись от усердия, спихнул, своим жирным брюхом, кошель с пыточным инструментом, к самой ладони охотника. "Вот он совсем близко, в него можно упереться когтем большого пальца."– Пытаясь не выдать себя рыком, оскалил кривые клыки троль.– "А в кошеле, среди прочего пыточного инструмента – первосортная Делийская сталь…"

Остальное случилось словно само собой. Подцепив кошель когтем, троль подтянул его чуть ближе к себе. Раздался негромкий металлический перезвон. Чуть больше оголив коготь, дикарь выхватил из кошеля тонкий и острый предмет. Кажется небольшой нож или зубило… Врят-ли в наборе лекаря-палача могло быть что-то более массивное…

Выбирать не приходилось и заранее готовясь к худшему, провернув зубильце между пальцами, троль упер кусочек делийской стали – острым краем между клепками охвативших его запястье кандалов. Надавил. Человеку для того, что бы сломать кандалы, при помощи одного только стального стержня и силы рук, пришлось бы изрядно попотеть. К счастью… Дайнар человеком не был! Зная, что стоит на кону, троль напряг запястье и… чувствуя, что вязкий металл поддается на нажим, почти уверенный, что стержень не выдержит нагрузки… вдруг, одновременно со щелчком ошейника, услышал еще один щелчок…

–Ну вот ваша светлость.– Отодвинувшись от охотника, проворчал толстяк, довольно потирая ладонью об ладонь.– Кажется все…

Принять заслуженную благодарность палачь не успел. Вырвав руку из раскрывшегося браслета Дайнар коротким, но жестким ударом, перебил человеку хребет. Ноги палача подкосились. В когтистой лапе охотника сладко скрипнули мягкие человеческие позвонки. Не дожидаясь пока толстяк свалится на землю, троль занялся второй рукой… Зазвенела цепь, звякнуло холодной сталью зубильце. Не стерпев чудовищного напора, разлезлись на части железные клепки… Оним движением отодрав себя от дыбы, Дайнар бросился на прима.

–Тихо парень. Ты ведь не хочешь остаться без головы?– Повяло смертью и чувствуя… что любое движение может оказаться последним, троль заставил себя остановиться…

Инстинкты действовали безупречно. Троль еще не знал, что случилось, но уже понимал – прим каким-то образом сумел его опередить. Нет он еще не надел на свой палец кольцо. Нет… Он просто выхватил из ножен клинок и аккуратным чистым движением, упер смертоносное темное лезвие в кадык дикаря… Дайнар оскалился. -Чувство буд-то ты во всю прыть бежал по горному плато и вдруг… под твоими ногами оказался бездонный обрыв… Проклятье…

С гулким грохотом, на каменный пол камеры, наконец упало полумертвое тело палача… Мало помалу вновь стало тихо.

–Резво…– Улыбнулся воин, сместив темное лезвие клинка, чуть выше к переносице Дайнара.– Ну ничего… еще немного и весь твой норов… как ветром сдует. Не дергайся, это не больно…

Подмигнув тролю, прим показал золотое кольцоо. Затем, осторожно (используя только свободную руку) попытался натянуть его на один из пальцев…

Повторилась история с ошейником.

Перстень был слишком мал для воина и потому… не хотел лезть даже на оттопыренный в сторону мизинец…

Не спская глаз с дикаря, воин, одновременно с этим, пытался справиться с непокорным кольцом. Долго так продолжаться не могло…

Улучив момент Дайнар атаковал. Доли мгновения хватило на то: что бы отвести ладонью темный клинок, бросить себя с места вперед, и наконец… десятипудовым тараном вмять хрупкое тело воина в каменную кладку стены.

Булькнув чем-то внутри, прим безвольной тряпицей стек со стены на землю. Кажется, пока все…

Умерив бушующую в грдули ярость, троль оскалил клыки. Воин был жив но казался спящим. Убивать прима было глупо. Движением ноги отбросив от воина клинок, охотник потянулся к золотому кольцу… Ухмыльнулся…

"Кажется дела шли на лад. Он освободился от оков, палач мертв, прим превратился в ценного заложника, кольцо при нем, ошейник можно попытаться снять прямо здесь и сейчас… Если все сделать верно, то еще можно спастись. Главное не спешить… и как следует обдумать свои шаги.

Коснувшись ошейника кончиками пальцев, троль попытался отыскать на артефакте место сцепки. Странно, но под пальцами был только гладкий металл. Совсем ровная – без трещин и неровностей поверхность. Даже зацепиться не за что.– "А разорвать такой ремешок при помощи одной только силы рук? Нет, не стоит. После того что рассказал об артефакте прим, лучше не рисковать. Но что же тогда?"– Крепко задумавшись, Дайнар перекинул из руки в руку кольцо.– "Если нельзя снять ошейник, то…"

Кивнув своим мыслям, Дайнар опробывал перстень на зуб. Металл из которого был выполненно кольцо был много крепче золота. Троль едва не сломал зуб пытаясь сплющить его у себя во рту. Удар отнятым у палача зубилом тоже не приченил перстню никакого вреда…

"А ведь делийская сталь лучшее, что можно сыскать в этих краях."– Оскалился троль, вновь и вновь примериваясь к злополучному артефакту.– "Остается огонь или… если все прочие способы окажутся несущественными – глубокая топь где-нибудь на самом краю вельда…"

Спрятав перстень за щеку, дикарь подошел к запертой двери. Прислушавшись, что творится за стенами камеры, толкнул стальную решетку от себя…

Глава. 3. Гроз.

Долгожданный, но все же… неожиданный, треск будильника заставил Гроза открыть глаза. В комнате было темно, но для глаз эльба это не имело никакого значения. Не зажигая светильника, старик посмотрел на часы. Механическая диковина показывала – скорый рассвет. "Летние ночи коротки, пора вставать."– Поскрипывая стальными суставами, коротышка поднялся с кровати. Поправив мятые, давно не стиранные штаны и рубаху, обулся в разбитые башмаки…– "Хорошо бы попасть в храм "святой пятерки" еще до начала солнцепека."

Тяжело вздохнув, эльб придирчиво осмотрел себя в зеркало. Не больше метра в высоту, кривоногий, лупоглазый… сегодня, сейчас, вновь очутившись в твердыне, он казался себе безобразной старой поганкой…

"И зачем все это?"– Размышлял Гроз, вглядываясь в свое отражение.– "Уродства не исправить… А выбора то и нет. Значит, только и остается, что терпеть, терпеть, терпеть…"

Сняв со стены импульсную дубину, скрипнув дверью, Гроз вышел из опочевальни в прилегающий к ней коридор. Прямо здесь – на полу, "охраняя" покои хозяина, уютно свернувшись калачиком, спал Бляха.

–Совсем глухой стал.– Склонившись над пантерой, улыбнулся эльб.– Ни черта уже не слышит.

Зверь лениво повел ушами и слегка приоткрыв золотистые глаза, уставился на коротышку. Узнав хозяина, вновь закрыл глаза и громко заурчал.

–Паршивец. И встать-то тебе лень…– По-доброму пожурил пантеру эльб.– И задницу свою облезлую, куда-то, с утра пораньше, тащить, тоже… Может, тогда, и от завтрака откажешься?

Догадавшись о чем идет речь, кот-переросток поднял голову и навострил уши.

–Пойдем-пойдем.– Улыбнулся эльб.– На кухне наверняка что-то есть. Я с вечера поросенка заказал…

Спустившись на первый этаж, Гроз вошел в просторную трапезную. Окриком разбудил управляющего.

–Чего изволите?

–Ячменной похлебки мне и сырого мяса ему.

Сев за стол, стал ожидать завтрак.

Не прошло минуты и вот, с подносом в руках, глазам Гроза явился осоловелый со сна халдей. Выложил на стол заказанные явства. После недолгих препераний со стариком, вынес из подсобки разделанного порося.

–Не нужно ли достопочтимому господину чего еще?

–Ничего не нужно. Можешь идти…

Оставив поросенка на расправу пантере, халдей спешно скрылся с глаз.

–Давай давай, разрешаю.– Улыбнулся старик, глядя как неуверенно потянулся к угощению зверь.– У тебя сегодня праздник…

Схватив поросенка в зубы, Бляха забрался под стол. Скрывшись там от сторонних глаз, с чуть слышным урчанием принялся за мясо.

Ячменная похлебка была жирной – на крепком курином бульоне. Как раз то – что нужно оголодавшему после долгой дороги старому эльбу. Нехотя отправив пару ложек в рот, коротышка покосился на пантеру. Быстро управившись с угощением, зверь вылизывал измазанный свежей кровью пол. "И как у него получается? Шестой десяток пошел… а аппетит еще ого-го. Хотя что удивляться? Его прадед тоже обжорой был. В последний свой раз медведя сожрал… а ему ведь тогда уже за семьдесят было… И если бы не тот Делиец за спиной, то был бы эот медведь не последним… Хороший был зверь…"

Закончив с едой, Бляха свернулся в клубок и задремал. – "Хотя этой не впример."– Улыбнулся самому себе старик.– "Этот котяра за мной и в огонь и в воду… Видать быть тебе для меня последним…"

Со двора раздался шум и в гостиницу ввалилась компания пъяных стражей. Хохоча и горланя, люди в разнобой повалилась на стулья. Громкими криками принялись звать хозяина. Тот мигом явился в паре с сонным вышибалой но, узнав кого-то из стражей, стремглав умчался обратно – наверное в погреб за вином…

Потеряв к людям интерес, Гроз вернулся к похлебке. Кампания, в ожидании выпивки, забавы ради, стала соревноваться между собой в острословии. Минутой спустя состоялся небольшой красноречивый мордобой. Ссору прекратил, вовремя подоспевший хозяин гостиницы. Прекратив возню, стражи с удвоенной силой налегли на вино… Мало по малу… релики стали громче и резче. Кто-то хныча жаловался на жизнь. В зарешоченое окно полетела кружка вина… Кампании для поддержания себя в приподнятом настроении требовались новые впечатления и кое-кто из присутствующих уже начал бросать хищные взгляды по сторонам.

Близились неприятности, но чувствуя странное – не унявшееся с утра раздрожение, Гроз не спешил вставать из-за стола. Кто-то должен был ответить: за его старость и беды со сном. Ответить за его деда и отца, за черную плесень и сломленное сердце хрустальной горы, за последний народ, за тихую погибель… Старик безразлично ковырял ложкой в своей похлебке и ждал… Наконец один из стражей заметил – кроме них в зале есть кто-то еще. Стая нашла себе жертву. Ждать осталось недолго…

Часть кампании о чем-то недолго совещалась между собой. Затем подозвала к себе хозяина гостиницы. Шепот на ухо и жест в сторону эльба. Хозяин сколько мог, отнекивался, но довольно скоро сдался и решив не перечить "господам", направился к столу старика.

–Простите за то, что отвлекаю.– С виноватой физиономией улыбнулся он эльбу.– Молодые люди – за тем столиком приглашают вас, присоединиться к ним… У молодого офицера сегодня день рождения и вот…

–Я со свиньями не пью.– Ухмыльнулся старик, оглянувшись на кампанию.– Так им и передай…

–Но как… Они посчитают ваш отказ оскорблением и… Это отпрыски старших фамилий… Господин Гроз…

–Пусть.– Пожал плечами эльб.– Я слишком стар для того, что бы быть вежливым. И если свора пьяных идиотов решит – что я наношу им "личное" оскорбление, то это их "личные" проблемы.

Не найдя, что ответить, хозяин огорченно развел руками. Что-то бессвязно проворчав себе под нос, поспешил обратно "К отпрыскам старших фамилий". Галдящая кампания на миг затихла. Затем, поодиночке потянулись к столу старика…

–Со свиньями не пьешь?– нависнув над Грозом и обдав эльба густым перегаром, спросил один из них.– Гордый?

–Какой есть. А пить с тобой я не буду. Брезгую…

–Слушай ты.– Страж качнулся на месте и едва сумев удержаться на ногах, тяжело оперся ладонью о край стола.– Урод… не знаю как у вас там… но у нас… за такие слова, кишки на вертел наматывают… Тебе жить надоело?

Из-за сильной близорукости Гроз сносно видел не дальше пяди. Все остальное тонуло для него в густом непронцаемом тумане. Прежде парень казался размытым в очертании силуэтом. Теперь юбиляр оформился в молодого упитанного аристократа… Не старше двадцати лет, тонкая козья бородка, шикарные рыжие усы… Наверное сынок одного из местных лордов. Пустой и неумный, обладающий завышенным самомнением кретин… "Одно и тоже…"– скривившись то ли от разочарования то ли от облегчения, откинулся на спинуку стула эльб.– "Вот уже триста лет как я нашел этот город и каждый раз здесь все по старому. Одни и те же люди одни и те же ошибки."

–Ты что? Оглох? С такими-то ушами…

Уши эльба были не больше человеческих, но на лысом сморщенном черепе они казались огромными. Уши старика привлекали внимание… и Гроз буквально шкурой чувствовал, как у парня зачесались руки их оборвать. Мгновение страж в нерешительности топтался на мсте, а затем, наконец, решившись выполнить задуманную пакость, протянул к коротышке открытую пятерню…

Оставаться с утра без ушей было глупо… Не делая резких движений, старик отвел руку стража от своего лица, затем крепче сжал в кулаке один из выхоленных пальцев… и выгнув его в обратном положении до упора, немного провернул вправо. Раздался хруст.

Отступив от эльба на шаг, страж уставился на искалеченную руку.

– Сука.– То ли удивленно, то ли с обидой произнес парень, понемногу сообразив как несправедливо поступил с ним старик.– Да я, тебя, падла…

Договорить мысль, стражу не дал Бляха. Выскочив из-под стола, словно демон из преисподней, зверь свалил человека с ног и подмяв того под себя тяжелым гутаперчивым пятном… аккуратно сцепил челюсти на хрупком, гладковыбритом кадыке.

–Тихо.– остановил прочих стражей старик.– Бляха шуток не любит. Еще один шаг и голова вашего друга отделится от тела.

Как бы там ни было, но стражи оказались не на столько пьяны какими казались сначала. Кровавой бани удалось избежать. "Хорошо…" Оставив оружие в ножнах, люди отступили от зверя, ближе к стене…

–Выпить значит со мной хотели?– Улыбнувшись во весь рот, выждав небольшую паузу, скривился старик.– Ну ну… Присаживайтесь…

Стремительно трезвея, стражи стали по одному опускаться на стулья. По наигранно любезной интонации старика становилось ясно, что происходит что-то плохое. Коротышка вел себя… как волк – оказавшийся в стаде молодых козлят. Слова его не терпели возражений, ослушание грозило неминуемой карой, а значит… – Когда сел последний человек, Гроз довольно хлопнул в ладоши. – А теперь, давайте немного поиграем…

Спустя пять минут, эльб плотно притворив за собой дверь, вышел на улицу и подозвав выскочившую за ним пантеру, шагом праздного горожанина направился к главной башне города. Только-только взошедше солнце, проникнув сквозь зарешеченные окна в обеденный зал харчевни, открыло перед собой странную картину. С десяток молодых стражей, мирно взявшись за руки, сидели за пустыми столиками и вперив в пустоту стеклянные глаза, в разнобой, монотонными голосами, повторяли один и тот же куплет…

Будь хорошим мальчиком

Слушай маму с папочкой

Или старый эльб придет

Твою душу заберет.

Твою душу заберет…

Глава. 4. Элина.

Утонув в лужице воска, зачадил остаток фитиля. Стало темно, и в келье запахло гарью. Стало трудно дышать, стальным обручем, сдавила сердце тоска. Слез уже не осталось и что бы хоть как-то облегчить тяжесть в груди, девушка негромко – по-звериному завыла.

За дверцей что-то скрипнуло и испугавшись собственного крика, Элина зажала кулаком рот. (Настоятельница терпеть не могла нытья, могла сурово за него наказать.) Тревожный звук не повторился, и торопливо поднявшись на ноги, цетра достала из ларчика новую свечу.

По традиции зажигать новый светоч следовало от прежнего, но так как тот потух, послушница в нерешительности остановилась перед образком. Затем сняла с шеи ремешок с оберегом. Направив оберег на свечу, по старой, оставшейся еще с детства традиции, загадав желание, зажмурила глаза. Раздался щелчок, от кулона отскочила голубая искра и черный фитилек расцвел теплым – веселым огоньком. Улыбнувшись, девушка торопливо спрятала камешек обратно за край воротника. "Теперь все в порядке. Никто не догадается, что молитва была прервана."

Встав на колени и сложив руки лодочкой, девушка вновь начала читать молитву, однако… вдруг сообразив, что в очередной раз согрешила, остановилась. "Грех есть грех… Лишь пятерка может знать истинную глубину проступка. Запалив свечу от оберега она согрешила… Зло есть зло. Зло всегда должно быть наказано."

"Мои беды – наказание за мои грехи".– Вздохнула девушка, чувствуя сильное отвращение к самой себе.– Я не должна была так поступать…

Собравшись духом, цетра потушила огарок… Совершив новый грех, со злорадством отметила. – "Так мне и надо…"

"Боль – как часть страдания – есть очищение от греха."– Поясняла им перед бдением настоятельница.– "Чем больше на себя примешь, тем чище пред ликом пятерки окажешься. Не беги от боли, усмиряй плоть – ибо только дух твой истинно достоин сострадания."

Помяни черта и он тут как тут. Дверца за спиной беззвучно открылась и в келье на мгновение стало светло. Повеяло сквозняком, и комната пропиталась густым ароматом волчьей розы. Настоятельница любила благовония и не стеснялась ими пользоваться. Необычно для ее сана… Говаривали что духами, она заглушает зловоние от гниющих стигматов… -"Ложь? Хотя кто может знать точно?"– Раздалась дробь частых шажков, и на плечи Элины легли холодные узкие ладони…

–Тьма – есть истинное воплощение зла.– Зашелестел над девушкой тихий – нежный голосок.– Во тьме – даже у самых преданных слуг пятерки возникают грязные мысли. Грязные видения. Они сладки… Они соблазняют тебя, пленят душу мягкими, но непреодолимыми оковами, мало-помалу, берут власть над телом. Тело отданное сатане – есть одержимость.– Пальцы настоятельницы свела судорога.– Что – неприкаянная душа – ты, делала здесь, в одиночестве, окружив себя предательской темнотой?

–Молилась госпожа настоятельница…

–Знаешь ли ты, что значит огонек свечи?

–Истинность веры.

–Истинность веры.– Согласилась с девушкой настоятельница.– В непроницаемом мраке, в полной глубокой темноте, он служит… напоминанием заблудшим душам. Только увидев его, человек может до конца осознать то, что даже крупица света… стоит дороже, вселенной холода и тьмы. Глубокой скорби достоин тот, кто отверг данный ему святой пятеркой, маячок веры.

Настоятельница замолчала. Зная что та ждет от нее какого то ответа, Элина с трудом сглотнула застывший в горле ком. Прошептала:

–Человек, лишенный веры достоин скорби…

–Скорби и презрения.– Согласилась настоятельница.– Скорби о том, что очередная душа отдалась во власть тьмы и призрения в урок другим. Повтори, человек лишенный веры – достоин призрения.

–Человек, лишенный веры достоин призрения.– Послушно отозвалась словам настоятельницы цетра.

–Призрения и скорби.– Почти касаясь губами уха девушки, горячо зашептала настоятельница.– Он как живой труп. Он источает зловоние и скверну, и даже близкий друг отворачивается от него, страшась принять на себя, его нечистоты. И ты… Ты как этот труп. Ты источаешь зловоние и скверну, ты погрязла в грехе, ты исчадие тьмы, что несет людям лишь зло и погибель.

–Я исчадие тьмы… Несу людям зло и погибель.– Вяло повторила Элина.

От страха и пережитого в прошлое бдение шока, от голода и жажды, девушку замутило. Кружилась голова. Густой аромат розы давил своей удушливой прелью и теперь в нем и в правду ярко угадывался запах тлена и гнили. Конечно, как она раньше не догадалась. Эта вонь исходит не от праведной настоятельницы, а от нее самой. Это она -Элина как отступившая от истинной веры еретичка, источает зловоние и скверну. Она живой труп… и ей предопределена вечность страдания…

–Боги милостивы.– Продолжала настоятельница.– Они всепрощающи и дают каждому шанс.– Пальцы женщины за спиной схватились за ворот покаянного одеяния цетры, и оцарапав ключицы, с силой разошлись в стороны. Послышался скрип раздираемой ткани, а после, на голые плечи девушки вновь легли две узкие холодные ладони.– И я милостива… Я помогу тебе вновь обрести свет. Верну веру. Заставлю принять отвергнутые истины… – прикосновение ладоней к спине стало болезненным, и мгновением позже, Элина поняла, что женщина впилась в ее кожу когтями.– Кто побрезгует той скверной, в коей погрязла грешница, если не такая же грешница?– До крови, раздирая плоть, когти стали опускаться ниже, и Элина услышала стон… Застонав сама, девушка закрыла глаза. Сознание словно вода из худого сосуда медленно покидало ее разум. Воля – до этого мгновения бывшая нерушимым камнем, в цепких объятьях этой странной, жестокой женщины рушилась – словно ветхое здание под напором неумолимых стихий. Было муторно и гадко, болела голова… совсем не хотелось противиться злым холодным рукам.– Боль – принесет тебе очищение. Страдание – даст право на обитание в раю. Я знаю всю праведность этого пути, и я дам тебе свет…

Склонив голову ниже, Элина зашептала молитву.

Про госпожу настоятельницу ходили разные слухи. Кто-то им верил, кто-то нет, но каждая из послушниц испытывала к этой женщине страх. По отдельным ужимкам, по чрезмерной аскетичности, наконец по неправдоподобным замалчиваемыми всеми, но известными каждому историям, из-под маски благонравной святоши то и дело проглядывало лицо зверя…

Одним из первых сильнейших потрясений Элине привелось испытать в первый год, после своего зачисления в послушницы монастыря. Тогда, в свои двенадцать лет, она сдружилась с такой же как и сама – послушницей первогодком по имени Рита. Происходившая из бедной семьи, та обращала на себя внимание, не сочетавшейся с ее корнями хрупкой миловидностью и невероятной – часто доходящей до абсурда, скромностью…

Рита сразу привлекла к себе внимание настоятельницы, и Элина помнится даже немного завидовала ей по этому поводу… Кому не хочется ходить в любимицах у своих высокопоставленных покровительниц пусть даже таких строгих и властных эта.

Первое время все было хорошо, но вскоре Элина стала замечать, что с ее подругой происходит, что-то странное. До сих пор общительная и жизнерадостная девушка стала сторониться друзей, все чаще старалась остаться в одиночестве и с непонятным упорством избегала бесед на задушевные темы. Девочку мучили ночные кошмары. Пару раз Элина находила ее в слезах…

Закончилось все быстро. Как-то за небольшую провинность Рита была отправлена в келью на покаянную молитву, а на следующий день ее нашли мертвой в саду. Хрупкое тельце девушки болталось в кроне старого дуба, а от ее шеи к тяжелому суку над головой тянулась жесткая кожанная бичева. Самоубийство считалось смертным грехом… Большого сочувствия у обитателей храма смерть Риты не вызвала. Девушку сняли, и словно животное зарыли где-то за стенами монастыря. Все кончилось…

Смерть Риты не раследовалась но у Элины отчего-то сложилось стойкое мнение, что к гибели ее подруги, свою руку приложила настоятельница. Прямых улик тому не было и потому о невероятных догадках на долгое время пришлось забыть. Время шло, память о мертвой подруге постепенно стиралась, а вот смутный страх, загнанный в глубины души уходить не спешил. Черным ядом, пропитав кости, он как затаившийся в логове волчонок подпитываемый все новыми и новыми сомнениями рос, набирался силы, и теперь вдруг осознав правдивость своего существования, полностью поглотил собою сознание цетры.

-Смирение и покорность – вот суть истинной добродетели.– Шептала тем временем настоятельница, упиваясь страхом Элины.– Безропотно принять наказание, с благодарностью позволить длани господней, вырвать из твоей души порок… Как апостолы святой пятерки – без криков вынести отмеренные им судьбою мученья. Разве не это – самый благородный из всех поступков, что может свершить за свою короткую жизнь человек?

Схватив девушку за волосы, настоятельница оттянула ее голову назад. Вцепилась в горло цетры костлявыми пальцами.– Ты позволишь мне отчистить твою душу от скверны?– спросила она, прикусив ухо Элины.– Отчистить тебя огнем боли?

–Не нужно…– Прошептала Элина, попытавшись вырваться из хватки.

–Ты и так умрешь.– Вцепившись в девушку крепче, зачастила настоятельница, то и дела срываясь на хрип.– Матриархат не прощает предательства. По твоей вине город погибнет. Не сегодня-завтра тебя казнят… без покаяния как грязного троля. Осмеянная и обруганная ты подвергнешься позорной смерти… но даже там, за гранью жизни, тебе не обрести покой. Только я могу тебе помочь… помочь войти в рай чистой. Не отвергай мою любовь.

–Не надо…– Задыхаясь, захрипела девушка, пытаясь оторвать костлявую руку от своей шеи.– Я не виновата…

–Не упорствуй. Вина доказана… Прекрати…

Силы были не равны. Быстро слабея Элина забилась в руках настоятельницы будто пойманная в силки птаха. Вскрикнула… Жрице это не понравилось. Намотав волосы цетры на кулак она с силой ударила девушку головой о край киота. В глазах Элины потемнело, а затем по ее лицу побежало что-то теплое и липкое…– Тихо.– Зашипела настоятельница монастыря.– Не протився. Все равно будет, по-моему.

Теряя сознание, Элина выпустила запястья настоятельницы из своих рук. Чувствуя, что сопротивление ослабло, та разжала пальцы и позволила цетре опуститься на пол. Склонившись на ней словно кот над придушенной, мышью перевернула Элину на живот и, сведя той руки за спину, стянула их заранее приготовленным ремешком. Очнувшись от обморока, Элина вновь попыталась ввернуться из хватки, вновь попыталась кричать. Ударом кулака под-дых, настоятельница пресекла жалкую попытку к бунту…

–Ну-ну пошуми…– Произнесла она, склонившись над девушкой.– Нам ведь свидетели не нужны? Правда? Покаяние не терпит суетности.

Увидев глаза женщины, злые, безумные, Элина зажмурилась…

–Куда?– зашипела та, силой обернув лицо девушки к себе.– Грешник не может отвернуться от лика божьего в день суда. Не скроется он от взора его ни в чащобах лесных, ни в пучинах водных, ибо не станет в тот миг для него – ничего из этого. Лик к лику спросит у него создатель за грехи его, и соразмерным будет наказание за деяния его. И за зло – живущее в сердце его, будет наказан он злом с троицей, и за скверну, что принес в жизнь – восьмикратно. И будешь ты у него как на ладони, и в его воле окажется судьба твоя.

Не замолкая и на мгновение, настоятельница вынула откуда-то острую стальную шпильку. Коротко размахнувшись, с явным наслаждением, воткнула ее Элине в плечо. Больше от неожиданности, чем от боли, Элина вздрогнула… и вновь попыталась кричать. Под пяткой оказалось что-то твердое и уперевшись в это всей ступней, девушка толкнула себя вперед. Сверху послышался скрип, раздался грохот бьющегося стекла. Настоятельница грязно выругалась, и вдуг оказавшись в ногах послушниы, попыталась вновь взобраться на нее верхом. Несколько мгновений длилась упорная яростная возня. Хватаясь за щиколотки Элины жесткими ладошками, женщина пыталась вдавить их в пол, цетра пыталась помешать…

Сместившись на пару пядей в сторону, Элина кажется сумела ударить женщину по лицу. Стало свободней и не разбирая дороги, цетра отползла к стене. Забившись там в пропахший клопами угол, с трудом сдерживая судорожное дыхание, затаилась…

Потянулись тягучие мгновения странного затишья. Настоятельница, отчего-то больше не спешила нападать и от этого непроглядная тьма кельи казалась еще более зловещей. Выждав некоторое время, Элина стянула с запястий кожаный ремешок. Частью сознания понимая, что опасность миновала и дрожащими руками сняла с шеи волшебный оберег. Когда келья залилась неярким золотистым сияньем, осмотрелась…

Настоятельница, неестественно вывернув голову, лежала у дальней стены и кажется… не дышала. Не смея доверять своим глазам, Элина встала с пола, сделала шаг ближе. Затем подняв из-под ног обломок киота, опасливо выставив его перед собой, склонилась над телом. Вокруг головы женщины темнело большое темное пятно. "Кровь…"

В стене, в сажени от пола, прямо над головой жрицы, торчал толстый, кованый из сырого метала, гвоздь. В другое время на гвоздь вешали плеть для бичевания. Сейчас плеть лежала далеко в стороне… а от гвоздя к полу – по стене – шла все та же черная, маслянистая полоса. Очевидно, оступившись в темноте, настоятельница, падая, напоролась затылком о его острую – загнутую к верху поверхность…

Догадавшись – что случилось, Элина закусила кулак.

"Сегодня она убила человека. Пусть не намерено, пусть пытаясь защитить себя, пусть обезумев от страха, пусть… Теперь это не важно, это не снимает с нее вины. Теперь она… убийца. Не просто убийца, а убийца матери настоятельницы, убийца… во чреве обители веры и твердыни истинного знания… Грех – что не снять покоянием, не смыть кровью. Грех – хуже коего, не свершалось со дня основания монстыря…

Бдящая – отвратившая от себя милость небесного стража, цетра – отдавшая душу демонам, послушница – в час пкояния убившая свою духовную мать… Что может быть страшнее?"

Встав над телом жрицы, Элина несколько мгновений пыталась свыкнуться с новой – случившейся с ней бедой. Наконец мысли выстроились в какое-то подобие порядка. "Она преступница. По ее вине случились страшные вещи, ей страшно… но бежать некуда, значит, она должна смириться и… с благодарностью принять то наказание, что определит ей суд. Она не побежит. Все худшее что могло с ней случиться уже произошло. Она не побежит…"

–Нужно кого-то позвать.– Прошептала Элина.– Нужно отдаться во власть стражей. Лишь бы все быстрее кончилось…

Опираясь о стену девушка подошла к двери, и скрипнув засовом вышла в примыкавший к келье коридор. Стражниц на своих местах не было… немного подумав, Элина пошла дальше. "Рано или поздно я кого-нибудь встречу и расскажу ему обо всем." Интуитивно ориентируясь в пространстве, цетра свернула в сторону храмового парка. "Люди там в любом случае будут. Главное дотерпеть, найти любого человека и рассказать ему обо всем, а дальше… они все сделают сами…"

Парк оказался таким же пустым и безлюдным, как и трапезная за спиной…

Чистое небо влажно серебрилось редкими белесыми облаками. В сырых ветвях старых каштанов выводили редкие трели скворцы. Пахло цветами. Вспомнив, что еще раннее утро и большинство послушниц мирно спят в своих кроватях, Элина остановилась… Друзей ей здесь не встретить.

Немного в отдалении загремели ведрами, и обернувшись, девушка увидела спешащую к колодцу кухарку. Женщина была желчная и злая, и даже с утра, по всему было видно, пребывала в дурном настроении. Метнувшись было к ней, Элина остановилась. Перебрав в уме все, что та могла ей сказать… решила обратиться к кому-нибудь другому… Затем, пытаясь не шуметь, скорым шагом пересекла дворик, и крепче сжав пальцы на обереге… вбежала в первую же попавшуюся ей на пути дверь.

Глава. 5. Дайнар.

Заперев дверь камеры на массивную щеколду, Дайнар осмотрелся. Темный сырой корридор, чуть дальше, шагах в десяти, еще одна дверь. Подобравшись к двери, охотник заглянул в смотровое зарешоченное окнце…

Оставаясь в тени, троль разглядел небольшую, три на три шага, комнату. Лавки, стол, стул и… два стража у дальней стены. В сторожке (наверное в связи с визитом прима) царила тревожная тишина. Борг важная персона… большой вождь… Он смог пройти "все три испытания". Его руками пролито столько крови – что ею можно наполнить пруд. У прима него нет жалости. В его праве вершить суд. Его прихоть – закон. Стражи растеряны визитом столь редкого гостя. А воин чей разум окутан страхом… добыча легкая…

Преимуществом Дайнара была внезапность, и он не преминул ей воспользоваться. Ударом ноги выбив дверь, троль вепрем ворвался в комнату, и… одним ударом сердца спустя, все было кончено. Житель великого вельда, в честном бою, не уступит даже лучшему из людей…

Стряхнув с когтей кровь, Дайнар дал себе время на передышку. Дальше, за дверью, насколько он мог доверять своей памяти, шел длинный лестничный пролет. За ним был следующий коридор и наконец, дверь в тюремный дворик. После были сотни шагов открытого пространства, вооруженные алебардами стражи, высокие – в рост веньязы – стены… десятки арбалетчиков на них… за дверью была смерть.

Пересечь коридоры труда не составит, но что потом? Ощеревшись остриями пик, люди навалятся на него со всех сторон разом. Атакуют тяжелого троля словно огненные муравьи – жука ватаби, издырявят тело арбалетными болтами. Он сумеет убить многих но… конец будет один. Растеряв остатки сил, превратившись в кровавый кусок мяса, он погибнет прежде чем сумеет добраться до городских стен. Глупая смерть. Здесь, в стане врага, нужно быть осторожным… Хитрым и умным. Хитрым, подлым и злым… Крепко задумавшись, троль – мгновением спустя, решил вернуться в камеру с примом…

Но прежде… склонившись над одним из стражей (тем, что крупнее) Дайнар содрал с него куртку, а затем и штаны. Скрутив одежду в жгут, дикарь подпоясался ими словно ремнем. Теперь можно и вернуться…

Прим еще спал… он не стал противиться обыску. Кроме меча оружия у воина не оказалось. Без своих железных игрушек, люди были не сильнее новорожденных щенят и потому… Дайнар, без особой опаски опустил голову прима в бурдюк с водой. Мигом очнувшись, человеческий воин забился в руках дикаря. Пустое… Жителю каменного муравейника не сравниться в силе с охотником великих болот. Выждав для острастки положенное время, троль позволил человеку сделать первый вдох.

–Оклемался или опять окунуть?– Повторил Дайнар недавние слова Борга.– Ну, вот и хорошо… Ты как?

Не отвечая воин пожал плечами. Прим выглядел на редкость паршиво, и… это было нехорошо.

–Зря я тебя в ведро окунул…– Недовольно проворчал охотник, откинув с лица человека мокрые пряди волос.– Весь вид потерял. Из носа кровит… Погоди…

Собрав из под ног комочки глины, Дайнар слепил из них что-то похожее на затычки, и вновь прижав прима к земле, подавив сопротивление, залепил ими ноздри воина.

–Так лучше.– Довольно проворчал охотник, мокрой ладонью размазав по лицу человека кровавый след.– Под шляпой не увидят…

Напялив на воина колпак, что мгновением ранее стянул с головы мертвого палача, Дайнар в сомненьи закусил губу. "Демоны разберут их с этим шляпами… Наверное примы на голове что-то другое носят… Впрочем, сойдет. Зато рваную рану на башке прикрыл, а дальше… была-небыла…

Удерживая прима в клешне, охотник вернулся к дыбе и немного там повозившись оторвал от досок одну из цепей. Привязал цепь, лоскутами ткани, к своим собственным запястьям, и горестно сгорбившись в спине, попытался представить как выглядит со стороны. Здоровый, зеленый, лохматый, в тяжелых оковах, в пятнах запекшейся крови – один в один измученный пытками раб. Хорошо…

–А теперь, если хочешь жить, слушай меня.– Встряхнув обмякшее тело человека, негромко зарычал троль.– Итак… Ты решил вывести меня из тюрьмы. Для охраны тебе никто не нужен. Станешь дергаться, оторву голову… Все понял?– Вяло улыбнувшись, прим кивнул.– Тогда пошли.

Быстро миновав положенные коридоры, Дайнар выволок прима на верхний уровень тюрьмы. Впереди, черной прямоугольной заплатой, проявилась окованая стальными листами дверь. Теперь пути назад нет – либо смерть либо… загадывать на лучшее не хотелось и наконец поставив воина на ноги, охотник потянул за дверную ручку…

Снаружи было утро. Солнце еще не поднялось из-за высоких стен… но вдруг оказавшись на ярком свету, дикарь в досаде зажмурил глаза. "День обещал быть жарким…"

Несмотря на ранний час в дворике было обильно людей. Собравшись на утреннее построение, на плацу, черным вороньем, галдела большая часть караула. "Человек сорок…" – Отметил про себя дикарь. – "И это, если не считать тех, кто на посту. Опасно…"

Откинув последние сомнения троль сделал шаг вперед.

Борг, смирившись с судьбой… понуро поплелся рядом, прямиком через плац, к стене с воротами. Пока все шло хорошо… Шеренга солдат с шумным усачем во главе продолжала свои занятия… в десяти шагах от казармы – сонно шевелил острыми ушами конь… повиснув на жердях бойниц (справа на вышке) непренужденно о чем-то беседовали арбалетчики. Даже здоровенный волкодав, праздно развалившийся в тени разбитой бочки, ленился поднять на троля свой взгляд. Идиллия,– черт бы ее побрал…

Тихим шагом Дайнар пересек двор и наконец оказался у железных ворот.

"Два человека в охране, тяжелый – навесной замок. Кажется ничего сложного, – Свенуть шею одному, порвать глотку другому, открыть дверь и… Вот только проклятые арбалетчики стене… Недолгое замешательство с засовом и обо мне узнает весь лагерь. А затем в спину полетят дюжины метких стрел, зальется в хриплом кашле сонный волкодав, возьмутся за алебарды скучающие в построении воины… Нет, лучше уж по плану. Вдруг да получится…"

–Привет Тим…– Отозвавшись на легкий тычек в плечо, загундосил прим, оказавшись в двух шагах от караульных.– Открывай ворота…

–Господин Борг?– Мигом узнав прима в лицо, растерянно потянулся к алебарде страж.– Что с ва… Вы уверены?

–Уверен.– Кивнул прим.– Открывай ворота…

–Но…

–Ничего страшного. Сам подумай, куда нам из города? Открывай.

Пожав плечами, страж дал отмашку напарнику… Лязгнул замок, заскрипели несмазанные петли, в воротах отворилась неприметная калитка.

–Сопровождение дать?– спросил страж, выйдя вслед за примом за створ ворот.

–Нет. Ребята могут еще пригодиться…

–Вы уверены?

–Да!

Отвернувшись от стража, Борг зашагал по переулку прочь… и Дайнар, на мгновение растерявшись от той легкости с которой покинул тюремный двор, бросился следом за ним…

За спиной стало тихо…

Догадываясь, что основные беды еще впереди, Дайнар внутренне подобрался.

Наверняка караульные уже поняли в чем дело и теперь со всех ног неслись с докладом к тем… кто у них там главный? Еще немного и на охотника ополчится весь город. В конце концов… если они сумели пленить его один раз, сумеют сделать это опять. Стены твердыни выше тюремных, и через них не перемахнуть. Борг прав – куда им из города? К чему лишняя суета, если троль… по прежнему в западне. Отказавшись от явной борьбы – прим выиграл время. Еще немного и участь охотника будет решена. Вся мощь твердыни обрушится на жителя болот не успеет солнце подняться в зенит. А раз так, время терять нельзя…

Свернув в первый проулок, Дайнар увлек прима за собой. Втиснувшись в прощелину между двумя высотными домами, затаился. Осторожно выглянул за угол дома. На пустынной улице мелькнул вооруженный арбалетом силуэт. Ага вот и погоня… пока только один. Но что будет после?

Стянув с пояса скрутки одежды, Дайнар попытался втиснуть свое крупное мускулистое тело в ткани человеческого города. Швы куртки кое-где предательски затрещали, где-то, быть может, даже разошлись по швам… но, в общем, получилось сносно. Со штанами вышло хуже – под натиском крепких когтей материя рвалась словно паутина и в какой-то момент совершенно отчаявшись хоть как-то с ней совладать, троль в ярости откинул бесполозный кусок ткани от себя…

–Тебе не уйти.– Усмехнувшись действиям дикаря, подал голос прим.– Город не болото. Тут тебя каждое окно выдаст. Только девушек зря растревожишь… Ты в ловушке. Сдайся, и мы начнем наш разговор заново.

–Не убедил.– Оскалился троль.– Ты лучший из своего племени, но ты проиграл. Ваши воины не ровня мне. Теперь я справлюсь с каждым…

От удара в подбородок воин вновь уснул. Теперь Дайнар вновь был налегке. Цепляясь за кирпичную кладку когтями, троль ловко, по кошачьи, вскарабкался на крышу одного из домов. Утвердившись на шаткой черепице, вновь глянул за угол здания. Тройка арбалетчиков, скрываясь кто где, шаг за шагом, окружали с доступных сторон приглянувшийся Дайнару дом. На краю улицы появился кулак городской стражи. Выслушав указания своих вождей, рассыпавшись на патрули, человеческие воины стали окружать квартал… Время терять нельзя, еще немного и они возьмут его в кольцо. Нужно поторапливаться…

Пытаясь быть незаметным троль пополз по крыше дома… миновал пару печных труб… спугнул сонного кота… Затем, оказавшись с тыльной стороны здания, на вскидку прикинул растояние до следующего, возведенного по соседству с первым, строения. Получалось где-то шагов шесть-семь – не так уж и много… и не слишком задумываясь о последствиях, мощным рывком с места, троль бросил себя вперед.

Мгновение полета и горной пантерой сгрупировавшись в прыжке, охотник тяжело опустился на ветхую кровлю соседнего строения. Под Дайнаром что-то хрустнуло, раздался звон битой черепицы и… потеряв опору под ногами троль вдруг оказался на пыльном и душном чердаке. В лицо пахнуло птичьим пометом и перьями, над головой испуганно захлопал крыльями голубь. Шума было столько – что можно было напугать костяного хруума. Сообразив, что, только что, привлек на себя внимание всего квартала, троль в досаде оскалил клыки. Время на сожаления не было. Быстро взвесив все за и против троль бросился вперед. Быстро пробежав чердак из конча в конец, и содрав с пыльного потолка несколько листов черепицы, Дайнар освободил себе новый проход. Выбрался через него, и думать забыв о прыжках с крыши на крышу, спустился по жестяному водостоку к земле. Оказавшись в небольшом дворике, в один мах перемахнул стену и подбежав к очередному дому, забрался в открытое настежь окно…

Человеческое жилище пахло дымом, плесенью и старыми шкурами. Судя по звону посуды… в соседней комнате, кто-то был. Встав на цыпочки, троль сместился от раскрытого окна в тесный корридор. Дом был большой и наверное богатый. Некоторое время охотник плутал по лабиринту комнат. Наконец нюх привел дикаря в огромный, каменный зал…

Здесь были люди. Толстый, воседающий во главе большого стола, старик и молодой, очень похожий на девушку, парень. Толстяк пожирал огромный свинной окорок, юноша немым истуканом торчал рядом. Не говоря ни слова Дайнар снес обоих. Перемахнул через окно, в примыкавший к человечьему жилью парк, и вдруг оказавшись среди зеленых кущей… затаился.

Здесь было сыро и прохладно. Кусочек вольной природы в окружении, пыльных камней… Величественные сосны и дубы лениво шевелили тяжелыми ветвями, пахло мелкими животными, слуха касалось щебетание птиц. Оглядевшись кругом, толь хищно оскалил пасть. Город лжив, даже здесь, среди зеленых древ нельзя чувствовать себя в безопастности. Нужно спешить… Короткими, от куста к кусту перебежками, троль двинулся дальше но… вдруг заметив оставленный кем-то на вязанке хвороста плащ, остановился…

Плащ был старый и потертый. Сквозь гнилую ткань человечьей одежды светились рваными краями огромные дыры. Тряпье тряпьем, но до стен твердыни еще далеко и… смирившись с неизбежным, троль стал напяливать лохмотья на себя. Ткань беззвучно рвалась под когтями, ветошь воняла гнилью, но троль умел быть терпелив. На этот раз ему удалось. Мало помалу скрыв под тканью свое ладное тело, Дайнар вновь бросил себя вперед… Шаг, другой, третий, наконец добежав до границ парка, троль заставил себя остановиться…

Здесь было шумно и многолюдно. Начинался новый день и с головой погруженные в заботы горожане спешили куда-то по своим делам. Сотни ограниченных сами в себе людей. Ничего страшного. Жителям твердыни нет дела до тех кто не хочет их убить прямо здесь и сейчас. Они слепы и глухи, у них нет ума. Осталось затеряться в толпе…

Натянув капюшен плаща до самых глаз, троль сгорбился. Слегка подогнув ноги в коленях, перешел на семенящий прихрамывающий шаг. Теперь, после случившихся перемен, он стал похож на человека… на того кого прочие люди зовут нищим… В правдоподобности образа охотник не сомневался. В похожем наряде (еще до плена) он в течение шести дней шатался по городу. Бродил по рынкам и улицам, разглядывал человеческих самок. Люди старательно не замечают больных. Пытаются не замечать чужую боль и слабость… В облике городского попрашайки Дайнар мог чувствовать себя в безопастности, по крайней мере, пока…

Поравнявшись с толстой купчихой, троль вышел к торговым рядам. Влившись там в человеческий поток, наконец почувствовал себя легче… Появилось время обдумать свои дальнейшие шаги. .

"Не сумев выловить меня сразу, прим станет обыскивать город, укрепит стражу на стенах"– Размышлял Дайнар.– "В первую очередь осмотрят все тайные места… Обнюхают все скверы и заброшенные дома, может быть пройдут по рынкам и площадям. Значит я спрячусь там, где меня не станут искать. Там где даже хитроумный, обиженный Борг не додумается меня искать. Осталось решить где…"

Пройдя торговый ряд из конца в конец, Дайнар заметил у мусорной кучи двух нищих. До слуха охотника донеслись обрывки слов… Бездомные говорили о подачках и о храмовницах. Ответ на заданный вопрос родился сам собой.

"Храм святой пятерки."– Улыбнулся троль.– "Воплощение света и знания. Место свершения культа – самая посещаемая и вместе с этим самая запретная для посещения часть твердыни. Как раз то, что мне нужно."

Приостановив шаг, Дайнар оглянулся на жертвенную башню. Тонкой иглой вонзаясь в ясные небеса, в самой верхней точке шпиля была заметна тонкая девичья фигурка. Щит города (как в прочем всегда) не пустовал и сейчас. Очередная цетра, не смотря ни на что, несет свою вечную вахту…– Чувствуя в душе странную тоску, Дайнар вновь оскалил клыки.-" Вот знание, что он унесет с собой из города людей. В этой башне и прикованной к ней женщине – вся его суть… Вся суть человека. К чему может прийти народ, который отдает лучших своих дочерей на поживу стихиям? Старается не замечать боль оступившихся и упавших на колени. Упиваясь иллюзиями собственной значимости, забывает о главном? Какие основные качества можно назвать у тех, кто в попытке совершись одно благое дело, успевает свершить десятки дурных? Страх и глупость, и больше ничего. Одни только глупость и страх…

Глава. 6. Гроз.

Солнце жгло нещадно. Терпеть не было сил, наконец решившись, Гроз остановился в тени старой таверны. Оказавшись под защитой каменной стены торопливо полез к поясу за фляжкой. Свинтив металлическую крышку, отхлебнул… Ошпарив глотку, попав в желудок, зелье… теплыми волнами растеклось по кровотоку. Закружилась голова, на глаза навернулись слезы, стало трудно дышать. Эльб пошатнулся и в попытке удержаться на ногах, схватился за шкуру, вовремя оказавшейся рядом, пантеры. Стало чуточку легче и благодарно потрепал Бляху за ушами, эльб вернул фляжку на прежнее место. День предстоял быть долгим, злоупотреблять эссенцией не следовало.

Выйдя из тени, эльб вновь прищурился на солнце. Глаза больше не резало, кожу на лице не обжигало… и лишь жуткая краснота на запястьях и вздутия на щеках напоминали о пережитых мгновение назад пытках. Захотелось смеяться и плясать. Захотелось сделать из вляжки очередной глоток… вылакав всю емкость зараз, забыться на неопределенное время в чудном, населенном удивительными существами, мире…

–Перемудрил я вчера с пропорциями.– То-ли пожаловался, толи попросил у Бляхи прощения, эльб.– Забористое вышло. Ты уж прости меня… А все, эти – глупые молодчики…

Покачиваясь на ватных ногах, Гроз поплелся по улице. Забыв о пантере, пристал к какой-то барышне… получив, от нее звонкую оплеуху, громко и счастливо рассмеялся… Время шло, зелье пропитывало кровоток… С каждой минутой, старик чувствовал себя все более и более пьяным. Вслед за барышней настала очередь торговца… после, выслушивать бессвязные наставления эльба, пришла очередь молодому стражу, а дальше… уже понесло-поехало… Путь к храму был долгим, и за время, пока тот был пройден, неугомонный коротышка, своими задирками и подколками, сумел собрать вокруг себя целую толпу.

Остановившись у лотка со сладостями, расщедрившись на целый золотой, Гроз купил у купца весь товар и… раскиснув вдруг от умиления, отдал весь товар на поживу детям. Дождавшись пока угощение, было разобрано, сделал всем прочим шутовской поклон. Затем, неклюже поднявшись на ступени храма… зачем-то пристал к молоденькой монашке. Много после… утомившись от пререканий со стражами, по ясным причинам не разделявшим его взглядов на жизнь, наконец, вошел под полог священной обители…

В храме вести себя следовало тихо и степенно, не выпячивать себя и не выставлять дураками других и… потому зная, чем могло (в данный момент) обернуться его здесь пребывание, эльб как можно скорее покинул главный зал. Протиснувшись сквозь паству, вышел в скрытую от чужих глаз калитку и наконец, очутившись в пустом полутемном помещении, опустившись на резную каменную скамейку, устало превел дух.

Было хорошо и прохладно. Хотелось новой порции зелья…

Заставив себя собраться с мыслями, Гроз полез в карман за часами. Собрание совета, на которое днем ранее его пригласил Борг, должно было начаться ближе к полудню. Как раз, хватит для того, что бы из головы выветрились последние капли дури.

Уперев руки в колени, коротышка огляделся по сторонам. Нерастраченная энергия требовала выхода и вспомнив вдруг о пантере, старик позвал:

–Бляха. Ты где?

Одно из темных пятен в дальнем конце залы ожило, увеличилось в размерах, и мгновением после… оказалась у ног коротышки. Грациозно потянувшись, пантера улеглась на теплый гранит… обнажив белые клыки, зевнула.

–Что, уже устал?– пихнув зверя носком сапога, улыбнулся эльб.– Еще утро, а ты уже зеваешь.

Почувствовав тычек, Бляха перевернулся на спину и словно игривый котенок, вцепился своими чудовищными когтями в сапог старика.

–Ну-ну осторожней…– Довольно заворчал коротышка, не переставая тормошить зверя.– Мне мои ноги еще нужны… Как был дурнем, так и остался…

Некоторое время продолжалась незатейливая возня. Наконец, пожалев обувь и слегка успокоившись, эльб нежным но не терпящим возражения движением, отпихнул пантеру от себя.– Все старик хватит.– Улыбнулся он вошедшему в раж зверю.– Так мне ходить скоро не на чем будет. Дай чуток отдышаться…

Внимательно выслушав хозяина, Бляха перестал дурачиться и ленивым черным пятном расплывшись на полу, прикрыл глаза.

Потянулись минуты бездействия. Уперевшись в холодны камень затылком, Гроз вновь улыбнулся. Вспомнилось, как очень-очень давно он получил в подарок от отца прапрапрапрапрапрапра дедушку Бляхи. Он назвал его "Цвет плесени." Необычное имя для панеры. Но в те годы он еще слишком мало знал о мире. Тогда, он впервые он увидел обитавшее вне хрустальной горы существо. Дрожа от страха коснулся его густой мягкой шкуры, мягкого черного ворса, такого не похожего.. ни на скользкую жабью кожу, ни на кутикулу слизней, ни на жесткие панцири кормовых мокриц… Цвет плесени… Как оберегал он его первые годы жизни. Как через кровь и боль постигал его дикий необузданный нрав. Усмехнувшись, Гроз припомнил как отстаивал свою пантеру перед ватагой старателей, и еще… как однажды, став вдруг для всех жителей города чужаком, остался верен своему любимцу…

Кто мог предположить, что тот беспомощный и трясущийся от любого шума зверек, станет для него лучшим другом? Что все многочисленные потомки Цвета плесени станут его верными спутниками? Не единожды уберегут от бед? Станут утешением… Всего уж и не припомнить…

Улыбнувшись задремавшему у ног зверю, Гроз, вновь провел рукой по его мягкому темному меху. Зверь довольно заурчал, но глаз так и не открыл. – Знает, бандит, как я к нему отношусь.– Кивнул Гроз. – Балованный стал…

Внезапно, настроение пантеры изменилось. Перестав урчать, Бляха открыл глаза, и навострив уши, настороженно к чему-то прислушался. Нервно вильнув хвостом, принюхался и… сорвавшись вдруг с места, скользнул к ближайшему, в помещении, окну. Во дворе определенно что-то случилось и эльб, удивленный поведением любимца, нехотя спустившись со скамьи, посеменил за ним следом…

Мягким прыжком перемахнув через подоконник, пантера, словно ее здесь и не было, в один миг растворилась в зеленых кустах. Стало тихо… Опасаясь не ясно чего чего, коротышка осторожно выглянул в окно. В ожидании развязки, снял с пояса молот. Бляха себя пока ни как не проявлял. Во внутреннем храмовом парке царило спокойствие. Под ласковыми порывами ветра нежно шептались о чем-то друг с другом деревья. Где-то за стеной, звеня цепью и ведрами, управлялась у колодца кухарка. По тенистой алейке, скорым шагом, прошла огорченная чем-то цетра… и нигде ничего опасного, если не считать затаившуюся где-то в кустах пантеру и притихшего у открытого окна эльба…

–Не воробьев же он ловить выскочил…– Пробормотал старик, вспомнив детские забавы Бляхи.– И собак здесь нет. Куда ж его черти понесли?

Неожиданно, так, что эльб едва не прикусил язык, раздался чей-то громкий, звероподобный вопль… Обернувшись на крик, коротышка разглядел за дальними кустами сирени… какую-то возню. Пока ничего не ясно но… испугавшись за любимца, эльб полез в окно. Мало помалу оказавшись на подаконике, свалился в мягкую, ароматную траву. Действие наркотика почти прекратилось и вдруг очутившись на свету, Гроз почувствовал… как кожа на его лице, тут же стала покрываться большими жгучими волдырями. Времени для зелья не оставалось и забыв о боли, эльб бросился к кустам…

В десяток шагов оказавшись у места схватки, щурясь от яркого света, эльб… увидел, как перед ним, от земли вверх, взметнулось что-то огромное и зеленое… Не разбираясь в деталях, старик ударил по зеленой твари молотом…

Ритуальный молот на серьезное оружие не тянул. Магического импульса хватало только на то – что бы при случае… оглушить крепкого человека, ну… при необходимости, свалить с ног животное размером с быка… впрочем, внутри, городских стен не бывает быков. Здесь нет и не может быть ничего такого, что выдержит "удар эльбийского молота" Или все же нет..?

Словно не заметив эльба "зеленая тварь" сместилась в сторону и резво взмахнув узловатыми конечностями, повалившись на землю, попыталась сбросить со своей спины, налипшее на нее, рычащее черное пятно. "Бляха."– кивнул эльб, примеряясь к следующему удару.– "Да твою же…"

Кричаще рычащая круговерть сместилась чуть в сторону. Пользуясь всеми известными преимуществами, пантера пыталась удержаться у зеленокожей твари на плечах. Тварь, в свою очередь, пыталась избавиться от пантеры… Бляха наседал, но было ясно, что в одиночку ему не справиться. Понимая, как нужна помощь его другу, эльб, выбрал место для – решающего удара… -"Нет… нет… нет… а вот теперь.. в самый раз…"– Подобравшись ближе, почти без размаха, старик опустил стальной набалдашник молота на голову зеленокожего существа… Удар получился такой силы, что буквально вмял тварь в горячий гранит. Чудовище было повержено..? Определенно нет…

Отлепившись от треснувшего гранита, чудище тяжело встряхнуло головой. Зарычав, в хмурой тоске уставилось на коротышку. Чуя что события пошли в разнос, Гроз тревожно покосился на пантеру. Оказавшись во время разряда слишком близко к зеленокожей образине, Бляха принял часть удара на себя. Теперь помощи от него как… от новорожденного котенка… "Ругайся не ругайся, а доводить дело теперь придется самому."

–Так тебя за ногу… троль…– дошло тем временем до эльба, природа неожиданного врага.– Ох и влип…

Раненный троль легко убивал медведя. Гроз не понаслышке знал о силе болотного народа. Не теша себя надеждой, что может справиться с чудищем голыми руками, старик спешно полез в кошель. Мгновением после… извлек из него два пузырька. Один из них был наполнен разъедающим шкуру ядом, второй, что побольше, гремучим зельем. Без раздумий эльб бросил в дикаря оба пузырька…

Догадавшись об опастности, троль сумел увернуться от пузырька с ядом… а вот стеклянная бомба попала точно в цель. Загрохотало, полыхнуло едва терпимым жаром… и грудь болотной твари окрасилась красным. Отброшенный ударом, дикарь упал на спину и тяжело мотнув кудлатой башкой, вновь зло уставился на старика… Ситуация становилась патовой. Зная, что остался безоружен, не зная чего бы еще выдумать, Гроз вновь потянул руку к кошелю. Откровенно блефуя, сделал вид, что достает из него очередной пузырек…

Жеста оказалось достаточно, для того – что бы зеленокожая тварь в панике бросилась бежать…

Еще не подозревая о собственной удаче, немного удивленный испугом дикаря, эльб… услышал у себя за спиной топот ног. Готовый к худшему обернулся, но… опастность миновала. На шум боя (вызванные в сад, может даже все той же кухаркой) прямиком к старику, двигалась сплоченная орда стражей.

Указав людям направление в котором скрылся дикарь, эльб наконец остался сам по себе. Мало помалу собравшись с мыслями, от души приложился к фляжке с зельем. Оглянулся на Бляху…

Зверь был растерян… кое-где его густую шерсть покрывали липкие кровавые пятна, но… во всем остальном любимец был цел и здоров и это не могло не радовать…

–Ну и напугал ты меня.– Улыбнулся старик, в очередной раз ощупав кости пантеры.– Я уж думал все. Отбегался…

Кот переросток виновато посмотрел на хозяина и приподняв тяжелую голову от земли, опустил ее на колени эльба.

–Получил по ушам и родственные чувства проснулись?– пошутил коротышка, нежно пригладив шерсть на морде хищника.– Всегда у тебя так…

–Опять с кошаком милуешься? Я все думал, чего это у тебя жены нет…

Подняв голову, эльб увидел над собой силуэт патриарха твердыни.

–А это ты… Чего надо?

–Да… бегаю вот тут за одним типом… Тебе троль не попадался?

–Две сажени ростом ростом и с премерзской такой волчьей рожей?

–Ага.

–А, ну это туда.– Эльб указал направление.– А чего это у тебя… троли в городе завелись?

–Да вот…– пожал плечами прим вынимая из ножен зачарованый клинок.– Не доглядел… Ну я тогда за ним. А ты пока посиди..

Эльб кивнул и вдруг… Что-то случилось. Это было как… если бы на долю мгновения, с неба сорвали и вдруг вновь вернули на место солнце. Земля и пространство задрожали, сгустившийся воздух подернулся мерцающими паутинками, стало трудно дышать… "Морок или?" Растерявшись от неожиданности, эльб уставился на бутылек с зельем… затем перевел взгляд на прима. Воин, если вообще можно судить по его твердокаменной, роже… выглядел удивленным. С Бляхой тоже творилось что-то непонятное… Прижавшись к ногам хозяина, зверь дрожал всем телом. Задыхаясь от страха, скалил в беззвучном рыке длинные белонежные клыки…

–Что за хрень?– произнес наконец Борг, зачернив лезвие клинка.– Гроз, ты что-нибудь понимаешь?

Эльб ухмыльнувшись мотнул головой… отодвинувшись от пантеры, поднялся на ноги.

Вибрация пространства тем временем усилилась… стало понятно направление откуда она исходит.

–Пошли посмотрим?

Кивнув на вопрос прима, старик вновь приложился к фляжке. Метнувшись было в сторону, прижав к голове уши… нехотя последовала за своим хозяином пантера

Пройдя не больше сотни шагов и обогнув пару кустов сирени, эльб и человек остановились. Прямо перед ними, под навесом резной гранитной беседки, длилась странная немая сцена. Воплотившийся в живых телах барельеф… Вот… несколько, ощерившихся пиками стражей, тут же, чуть в стороне, кучка испуганных растерянных жриц… в самом центре картины, уже знакомый эльбу… троль. Все, приняв неестественные… застывшие в движении позы, смотрят на хрупкую девушку. От тонкой полупрозрачной, почти обнаженной фигурки цетры исходит яркий, но не режущий глаз, свет. Округлив в немом испуге глаза, послушница удивленно смотрит на дикаря… а тот, схватив ее в это время, за руку, пытается надеть девушке, на палец… тонкое золотое кольцо.

–Вот тебе и побегали…– Со странной интонацией проворчал за спиной эльба прим, а затем…

Переход от света к тьме… был также быстр и стремителен как и мгновениями прежде. Солнце исчезло и разгорелось вновь. Барельеф из троля, девушки и стражей, стал смазаным и не четким. Силуэты тщетно пытались собраться воедино, как вдруг… Оглушительный взрыв сотряс основы мира. Земля пошатнулась… и едва устояв на ногах, Гроз заметил, что от цетры, отбросило громоздкую махину дикаря. Попадали с ног стражи, вновь, на плаксивой ноте, заныли открытые рты монахинь. Вибрация постепенно сошла на нет. Сияние исчезло и только над девушкой, еще краткое время, висел туманный призрачный ареол. Наконец, под легким порывом ветра растаял и он… Словно лишившись остатка сил, растратив последнее волшебство, цетра медленно осела на пол беседки. Мир вернулся в привычную колею…

Глава. 7. Элина.

В помещении было тихо и сыро. Постояв немного на месте, Элина наконец догадалась, что это вход в подвал который соединял двор с катакомбами. Искать здесь живых было глупо… За спиной раздался крик и обернувшись, девушка выглянула сквозь незапертую дверь. В саду, было шумно… "Наверно – это за мной идут."– Предположила девушка и уверившись в своей мысли, тут же поспешила выйти обратно…

Подбежав к каменной беседке, Элина услышала громкий, схожий с раскатом грома, хлопок. Удивившись девушка остановилась на месте. Шум за кустами стал громче. Казалось, что кто-то большой и сильный ворочает там пни. Люди так не звучат… Неясность томила душу, идти вперед расхотелось и совершенно запутавшись в себе, цетра сделала неуверенный шаг назад.

Встречать тролей Элине еще не приводилось. Все, что она знала о мире – было умещенно в тесные границы монастыря. Она знала, что есть твердыня – оплот чистоты, и есть древний первобытный хаос. Люди жили в городе, ужасные созданные из тьмы твари населяли мир вне стены. Твари желали проникнуть в твердыню и пожрать всех людей. Драконы держали мир в равновесии, а служители монастыря, жрицы древнего культа, в меру своих ничтожных сил, помогали небесным стражам в сием нелегком деле. Если равновесие будет нарушено, хаос проникнет в город, и ордами ужасных чудищ, сметет остатки человечества с лика земли. Матери умоются кровавыми слезами, а их дети уже не увидят солнечный свет. Мрак поглотит землю и искра добра потухнет навек…

Истерзанный в схватке троль оказался тем самым чего не хватало цетре для того… что бы увериться в окончательной гибели мира. Огромный, взлохмаченный, в пятнах запекшейся крови он был демоном вырвавшимся из преисподней, вестником скорой смерти, средоточием зла. Последние рубежи были пройдены, тьма вошла за стены города и никому уже не спастись. Ад разверзся на земле… и та в чьих руказ были ключи от бездны…

Вцепившись в волшеный оберег, Элина закрыл глаза. Главный кошмар ее жизни стал реален и ничего уже не изменить. Ее ждет смерть, смерть ждет всех людей, город будет разрушен… Ужас ледяными тисками сковал ее разум, парализовал тело, остановил сердце. Кошмар был слишком огромен, слишком велик для того чтобы уместиться в обычном человеческом мозгу… растеряв остатки воли, силы духа, Элина распалась в нем на части, растворилась словно… хрупкая снежинка на горячем ветру…

–Пусть это кончится.– прошептала она одними губами, чувствуя как железная когтистая лапа схватила ее за плечо.– Пусть прекратится…

В следующиее мгновение мир дрогнул… задрожал, и все кругом залило ярким но не ожигающим огнем…

Смерть не шла…

Устав от ожидания, открыв глаза, Элина огляделась. Чудовище никуда не исчезло. Нависнув над ней изломанной каменной глыбой, тварь скалила зубы, и… пристально вглядывалась ей в лицо словно бы пыталось о чем-то сказать. В исходившем от камешка сиянии троль уже не казался таким страшным… Опустив глаза, цетра увидела, что чудовище надело ей на палец странного вида кольцо. Это не писалось в логику событий и сумев испытать новый прилив страха, послушница попыталась освободить ладонь. Троль не пускал…

Остановившееся время… острой стеклянной спицей царапало зенит. Мир звенел на высокой ноте и в любое мгновение, не сумев выдержать чудовищного напряжения, мог развалиться на части. Долго так продолжаться не могло… ожидание было хуже смерти… и смирившись с неизбежным, девушка пожелала/разрешила… что бы все вернулось на свои места.

Раздался хлопок, свет померк, на плечи навалилась непосильная тяжесть… и чувствуя дурноту, Элина медленно опустилась на землю. Стало тихо, а затем… невдалеке раздались чьи-то быстрые осторожные шаги. Зазвучала человеческая речь.

–Чего это у нас тут?

Открыв глаза, Элина увидела рядом с собой двух мужчин. Один был смутно ей знаком, а вот второго – кривоногого коротышку, она видела впервые.

–Ну-ка, покажи мне, чем это ты его?– Наступив на бездвижное тело зеленокожей твари, спросил коротышка, подойдя ближе к Элине.– Амулет что-ли какой?

Карлик не шел ни в какое сравнение с чудищем, но все же… был достаточно безобразен для человека. Опасаясь всего чужеродного, цетра попыталась оттолкнуть старика от себя.

–Не бойся не отберу.– Властно отодвинув ладонь послушницы, проскрипел старик.– Занятная вещь… Знать бы откуда и… Борг ты кажется за этой остолопиной гонялся?– Обернулся вдруг коротышка.– Славно мы его вместе с Бляхой, к твоему приходу подготовили, правда?– Потоптавшись по чудищу, карлик повернулся к саду и кого-то позвал. Один из кустов сирени затрясся и сквозь фиолетовые кляксы, на дорожку выпрыгнул огромный, такой каких не бывает на свете, черный кот. Мягко приземлившись в зеленую траву, зверь подобрался к людям и распугав тихим рыком монахинь, остановился рядом со стариком.

–С меня не заржавеет.– Улыбнулся страж? присев рядом с телом чудовища.– Только, как бы он теперь не окочурился…

–А он тебе нужен?

–Теперь уже не знаю.– Выпрямившись и оттерев руки от крови, произнес страж.– Хотел его как проводника использовать. Специально к нему ошейник у матриарха выбил, а тут вон как вышло… и сам чуть не убился и…

–И поводок черт знает кому вручил.– Закончил за воина старик.

Почувствовав на себе колючее внимание коротышки, цетра поежилась.

–А как это так вышло, что наш прославленный вояка, вдруг так облажался и выпустил из своих рук такое ценное приобретение?– подмигнув Элине, вдруг накинулся на стража старик.– Мне казалось, ты умнее.

–Не зуди. Кто ж знал что он как понос юркий… Старею…

–В твои-то годы? Пожил бы с мое…– на храмовой часовне забил колокол и, прервавшись на полуслове, старик хлопнул в ладоши.– Вот!– Довольно оскалился он.– А когда у нас сбор совета?

–Да, время. Иди в зал, а я пока здесь управлюсь…

–Хорошо. Кстати… если хочешь моего совета, то не очень торопись с дикарем. И еще одно. Я думаю… щит для отряда уже искать не нужно – все здесь. Что скажешь?

Покосившись на Элину, страж кивнул.

–Ну вот и хорошо.– улыбнулся старик.– Ну я тогда пошел…

Пожелав всем присутствующим счастливого дня, уродец отправился по каменной дорожке куда-то вглубь сада. Черная пантера нервно вильнув хвостом, скрылась в кустах. Некоторое время спустя, Элина осталась в окружении: пяти стражей, двух десятков монахинь и рослого отчего-то казавшегося ей таким знакомым мужчины.

–Свяжите его покрепче и отнесите к темнице.– Указав на троля, обратился к прочим воинам рослый стаж.– Там уже знают, что с ним делать. Будьте осторожны… За его сохранность отвечаете головой. Если до камеры он не доживет, плохо будет всем. Ясно?

Стражи в разнобой закивали головами.

–Хорошо. Действуйте.

–Теперь с тобой.– Обернувшись к девушке, высокопоставленный страж, несколько секунд, подобно коротышке, внимательно вглядывался Элине в лицо. Наконец, приняв какое-то решение подозвал к себе жриц.

–Сестры, именем патриарха Твердыни обращаюсь к вам с… просьбой. Девушке нужно обеспечить строгий надзор и уход. Доложите об этом настоятельнице… ну или кто там у вас главный и обеспечьте цетру всем необходимым. Справитесь?

Выслушав стража, перепуганные женщины почти одновременно кивнули, и не очень вникая в смысл его слов, тут же стали брать Элину в тесное кольцо. Для многих из них мир перевернулся с ног на голову. То что считалось невозможным творилось прямо здесь и сейчас. Огромные пантеры, зеленокожие чудища, одетые в глухой стальной доспех стражи, проблески магии, крики и кровь… Можно не сомневаться: прикажи им Борг (а именем твердыни мог повелевать только прим) сейчас лишить ее жизни и они тут же привели бы назначенный им приговор в исполнение. Элина, для них, сейчас, что та уродливая болотная тварь. Даже хуже – само зло проникшее за стены храма в личине добродетели. Хорошего от них сейчас не жди…

Чувствуя, что ее снова запрут в клеть и никто так и не узнает о смерти матери настоятельницы, Элина попыталась подать голос.

–Господин Борг.

–Да.– Обернулся к ней прим.

–Они… они не смогут доложить настоятельнице… Она… мертва…

–Мертва?

–Да… это… Это я ее убила…

Обступившие Элину монахини, отпрянули в стороны, словно заметившие кота воробьи. Послышались нестройные выкрики, кое-кто, обладавший нервами покрепче, направил на девушку оружие…

–Спокойно.– Уверенно и не возвышая голоса произнес прим.– Разберемся. Внятно, конкретно, без слез.– Обратился воин к девушке.– В паре слов, что случилось? И так…

Прим это мощь твердыни, он мог ее защитить. От меченосца веяло силой… и решив, что другого шанса у нее уже не будет, собрав остатки воли, Элина как могла, рассказала Боргу все, что смогла…

– Девушку в тюрьму.– Быстро переварив сказанное, кивнул прим стражам.– Доложите старшему, что ей нужно выделить особую камеру и охрану. Теперь вы.– Обернувшись к женщинам, улыбнулся Борг.– Сестры, спасибо за помощь… Твердыня не забудет вашего подвига. Пришло время вернуться к прерванным делам.– В рядах жриц пробежал недовольный ропот… однако не обратив на него внимания, Борг дал отмашку стражам.– Выполнять.

События опять пришли в движение. Козырнув меченосцу, стражи подхватили цетру под локти, и потащили ее прочь из парка. За спиной Элины, послышались новые робкие протесты. Оно и ясно. Прим примом но то, что творилось за стенами храма – было делом храма. Выносить сор за стены монастыря, было не принято. В обители света имелись свои: судьи, тюрьмы и палачи. Своим словом, оберегая Элину от гнева жриц, прим шел против воли матриарха, но… очевидно, ее жизнь того стоила…

Очутившись вне парка, Элина утонула в разноголосом гвалте, извечно шумной, уличной толпы. Стало теснее. Пытаясь избежать любых случайностей, стражи окружили цетру рваным подобием кольца. Подперев ей ребра лезвиями алебард, лишили любой возможности маневра. Шаг в лево, шаг вправо – смерть. Идти, ощущая себя словно подвешеной на крюк, было не очень приятно, но выбора не было. Оставалось молить богов о том, что бы ей под ногу или под ногу одного из стражей не подвернулась коварная канавка или камень.

Элина и ее гарды шли налегке и потому довольно скоро нагнали группу стражей, несущих на себе дикаря. Спутанное цепями, словно ребенок пеленками, болотное чудище казалось мертвым, однако… по каким-то – неясным даже для нее самой причинам… цетра догадалась, поведение дикаря только видимость. Троль был в сознании и… буквально кипел от ярости. Элина не могла описать нового чувства, но сейчас, в ее глазах, троль казался – этаким комком, скованного, однако, рвущегося на свободу, пламени. Ощущение было так сильно, что она даже зажмурилась, от этого, существующего, где-то в ином измерении, вулкана, а затем, случайно примерив, чужой гнев на себя… чуть было не оступилась, на выставленные стражами пики.

–Осторожней.– Прикрикнул на нее один из латников, вовремя успев убрать алебарду.– Тебя лишняя дырка не украсит.

Вздрогнув, Элина улыбнулась но, увидев как страж нахмурил брови, отвернулась, и… решив не озвучивать своих предчувствий, покорно поплелась дальше. Обогнав попутчиков на очередном перекрестке, цетра потеряла троля из вида. Отряд с охотником остался где-то позади… а вот ощущение чужого, эмоционального присутствия, в ее уме ни куда не исчезло, но стало как будто бы даже… ярче. К дикой ярости, добавилась бесшабашная готовность к действию. Скрытый для глаз, но… ставший словно еще ближе, троль теперь был похож на сжатую пружину.

Зная, что в любой миг может случится беда, Элина в смятении вновь обернулась на стражей у себя за спиной. Группа воинов с тролем уже появилась за поворотом. Внешне в действиях людей и болотного чудища ничего не изменилось, однако… Элина знала, для "взрыва" на хватает только повода.

И повод нашелся. Устав от выкрутасов цетры, один из стражей, легонько уколол ее в правый бок острием алебарды… Отозвавшись на боль Элины как на свою, троль вдруг ожил, раскинул руки и заревев, заметался в окружении своего эскорта диким взбешенным вепрем. Получив опору под ногами, болотное чудовище, словно обитый железом таран, разметал оставшихся стоять стражей вокруг себя и, будто чудом успев увернуться от всего нацеленного на него оружия, бросился бежать.

В один прыжок оказавшись рядом с Элиной, дикарь оскалил свою волчью пасть. Зрелище было жутким и забыв на мгновение о девушке, стражи немного подались назад. Предпочитая человеческое общество любому другому, цетра сделала движение следом за ними… вновь раздался яростный громкий рык…

Троль оглянулся. Руки зверя были связанны за спиной, а растерявшиеся в первые минуты боя воины, распределившись по ролям, уже стремительно набегали на него со спины. Выстоять в рукопашной схватке против дюжины стражей было не под силу даже ему. Мгновения подаренные дикарю на бегство, неотвратимо истекали, но… игнорируя нараставшую с каждым ударом сердца опасность, тот отчего-то по прежнему оставался на месте.

Необычно обострившаяся, нацеленная на троля и только на него, интуиция, говорила девушке о том,– что чудовище кроме злости… чувствует страх но, не смотря на это, отчего-то считает ее жизнь, равнозначной своей. Это было странно. Элине и ранее приходилось оказываться под чужой защитой, но никто и никогда, еще не пытался оградить ее от угроз… столь рьяно.

Стражи, тем временем, взяли девушку и троля в кольцо. Ощерившись в их сторону частоколом алебард, понемногу оттеснили чудную парочку к стене одного из зданий. Напряжение росло. Скоро должна была пролиться первая кровь… И кровь пролилась. Прикрывая послушницу телом, троль замер у стены и вдруг решившись на атаку… оказался в шаге от одного из стражей… Рывок был столь стремителен, что никто ничего не успел понять. Сперва троль казался безобидным, а затем… Уставившись в морду дикаря круглыми от страха глазами, человек тонко пискнул, попытался увернуться от удара но, не успев сделать и шага, упал на мостовую, с перебитым до хребта кадыком. Выплюнув из волчьей пасти внушительный кусок мяса, троль зарычал… и рванулся к следующему врагу. Свалив с ног латника, что едва не проткнул своей алебардой Элину, троль походя, в один удар пяткой, вдавил голову стража в камень мостовой… Парня не спас даже стальной шлем. Смявшись словно попавшая под прес жестянка, шлем со страшным скрипом и бульканьем исторг из себя поток чего-то красного и белого… Затем был могучий удар плечом и следующий сбитый с ног страж… Звон стального доспеха, рев и скрип зубов…

Оставшиеся в живых, успевшие увидеть чужую смерть, стражи, сбились в тесную группу и защищая друг друга алебардами, стали медленно отступать назад. Нутром чувствуя их страх, троль готовился к очередному рывку. Натянутая пружина звенела тугой струной. У людей не было против таана великих болот ни единого шанса. Худосочные… пришедшие из-за большой воды выродки – ни чета жителю древних тепей. В вельде он мог бы бить их сотнями… но здесь, в огромном человеческом муравейнике…

Просвистевшая в воздухе стрела заставила троля застыть на месте. К оставшимся на ногах стражам прибывало подкрепление. Оглянувшись, Элина увидела новых, одетых в глухой медный доспех, гадов. Новые алебарды, стальные мечи и… целый отряд арбалетов. Бой был проигран… Тролю не выбраться из каменных лабиринтов живым. Скоро он перейдет за грань… Оставалось – забрать с собой как можно больше вражеских жизней. Закон вельда гласил – пока бьется сердце – дерись, а он был плотью от плоти великих болот. Решено… Сместившись к девушке, дикарь оскалил пасть и, задрав голову к небу, негромко застонал…

На смену бушующей ярости, пришел холодный покой… Элина знала, Элина чувствовала – троль больше не боялся, ему еще была ценна жизнь, он был счастлив каждому новому вдоху, но… весь мир, для него, словно бы выцвел, потерял в себе что-то важное, необъяснимо прекрасное, стал беднее… Троль был готов. Осталось только проститься… Проститься со светом и тьмой, проститьсся с дыханием и с болью, со счастьем и надеждами, с улыбкой матери и неиспытанной нежностью любимой. Дикарь смотрел в глаза смерти и, видя ее лик, готовился уйти в пустоту, за отмеренную ей грань, чистым…

Наконец троль замолчал и только вслед за этим, пришли в движение люди. Засвистели, рассекая воздух, стальные болты, заскрежетал метал об метал, слаженной дробью ударили о мостовую окованные железом сапоги. Зная, догадываясь, о том, что случится дальше… Элина, зачем-то сделала шаг к дикарю. Странное, невероятное и необычное – снизошедшее на нее откровение, заставило ее пересмотреть свое отношение к этому… такому разному внутренне и внешне, существу. Увидев выцветший без его присутствия мир, оплакав вместе с ним его уход, цетре захотелось сделать что-то…

–Стойте.– Крикнула Элина, встав между чудовищем и людьми.– Не надо…

Стражи словно не заметили ее слов, и Элина попыталась снова:

–Борг приказал доставить его живым…

Услышав имя прима, некоторые из стражей сбавили напор. Осознав, что нашла точку опоры, цетра решила продолжить…:

– Троль нужен меченосцу. Его нельзя убивать. Вы хотите стать врагом прима?

Борг приказал…

Прим твердыни…

Мечь матриарха. Основа силы…

…кровь и зачарованый клинок… смерть каждому, кто не выполнит приказ…

Да, имя Борга значило много. Что еще могло остановить вкусивших запах крови стражей? Ничего. Ничего кроме упоминания воли – не равного, но лучшего из них. Ничего кроме имени прима…

–И как мы его туду доставим?– Спросил кто-то из недр окованной сталью толпы.– Он же бешенный. Уже двоих наших шлепнул…

Люди ждали. Послушница, кажется, имела решение… а кому охота лезть на рожон, когда кто-то берет всю ответственность на себя.

–Я попрошу его.– Отчего-то, веря своим словам как никто другой, улыбнулась цетра.– Он меня послушает… вот, посмотрите… Нужно только чуть-чуть подождать…

Обернувшись, Элина с опаской заглянула тролю в глаза.

Склонившись чуть вперед, израненный, окутанный толстыми цепями… дикарь и не думал отступать. Единственным, что хотел сейчас троль, было – дорого продать свою жизнь. Говорить с дикарем было бесполезно и девушка, вместо этого… несильно но властно, надавила чем-то внутри себя… на ту холодную глыбу воли… на осколок чужого сознания, что таким странным образом отыскался вдруг в ее мозгу…

Троль дернулся и поднял на нее глаза. Зная, что действует верно, Элина надавила сильнее, и… в следующий миг дикарь бросился на нее.

Утонув вместе с тролем в граничившей с безумием ярости… послушница, что есть силы сжала кусок чужой воли в своем уме. Раздавшийся рев перерос в стон и человеческие крики… Затем стало тихо. Открыв глаза, Элина увидела, лежащего на мостовой дикаря. В нем не было больше злости, не было страха. Троль был спокоен и податлив… как кусок сырой глины вруках. Он казался спящим… и только где-то, в почти неощутимой глубине его души, тлела непокорная искра тоскливого ожидания…

Глава. 8. Борг.

Дождавшись, пока девушка в сопровождении стражей скроется с глаз, Борг прекратил пустые пререкания с жрицами и, пожелав им всего хорошего, двинулся восвояси. Растерянные женщины, обливая прима потоками догматов, ринулись было за ним следом, но вскоре, осознав тщетность своих попыток, отстали. "Побегут жаловаться матриарху."– Поежившись словно от порыва ветра, подумал Борг.– Теперь начнется… Ладно, что сделано – то сделано…"

Изобретая на ходу оправдания, Борг вошел в храм. По знакомой исстари тропе направился к залу заседаний. Идти было недалеко. Обойти храмовый комплекс, пересеть общую площадь, подняться по ступеням к вратам здания цитадели истин. Бесшумно отворилась огромная – красного дерева дверь. Прим вошел в просторную уже полную людьми залу.

Зал совета, в отличие от приемных апартаментом матриарха, не нес в себе ритуального значения. Вход в него был свободен. В иные времена, зал мог вместить в себя до трехсот человек разом. Чаще всего полупустой, сегодня, как впрочем и следавало ожидать, он был забит до отказа. От обилия людей, зал гудел словно растревоженный медведем улей. Купцы, старшие фамилии города, главы купеческих гильдий… в этот день каждый гражданин счел своим долгом прибыть на совет.

Окинув взглядом длинные ряды каменных скамей, Борг присвистнул.– "Ни много – ни мало, а вся знать собралась. И у каждого есть, что сказать. Ох, и шумно же сегодня будет…"

С некоторым трудом отыскав в толпе эльба, почти не обращая внимания на приветствия горожан, прим пробрался к коротышке ближе. Опустившись на свободную скамью рядом со стариком, воин с наслаждением вытянул гудящие от усталости ноги.

–Дурное утро.– Пожаловался Борг, откинувшись на жесткую каменную спинку и прикрыв глаза.– Только полдень, а я уже вымотался как собака.

Гуденье кругом стало громче. Отвернувшись от коротышки, прим глянул через ряды. На трибуну вышли главы совета. Вся восьмерка с матриархом во главе. Ритуальное омовение, приветствия, крепкий удар деревянного молота по столешнице… все – совет начат.

Несколько минут тянулась вводная часть. Матриарх пояснила суть случившегося с городом несчастья. Затем, члены совета, один за другим, высказались от имени сословий. Пришло время главной повестки…

–Озвучив все за и против совет пришел к выводу, что своими силами, город, с нависшей над ним угрозой справиться не в состоянии.– Вновь поднявшись на триуну, обратилась к притихшему залу матриарх.– Наиболее верным считается обратиться за помощью к третьим силам. Нам стало известно, что эльбы проявили заинтересованность в нашей беде. Жители хрустальной сохранили знания которые способны снизить вредное влияние дракона на наш город. Мы очень признательны нашим соседям за… их своевременное предложение, (кивок в сторону Гроза) но одним, им, с этой задачей не справиться. Тело дракона защищает древняя опасная магия, сквозь которую не в состоянии побиться даже они… Решить проблему без помощи владыки мы не сможем. Совет священной восьмерки предлагает отправить к крепости-во-льдах посольство. Надеюсь Константин не откажет нам в час беды. На обсуждение граждан выносится утверждение кандидатур на составы почетных делегаций. Прошу…

Поклонившись, матриарх вновь вернула слово членам совета. Притихший на время зал, вновь забурлил нестройным тревожным гулом… Отпустив бразды правления, спустившись с трибуны, главная жрица отыскала взглядом прима. Кивком головы повелела того подойти…

–Я на ковер…– Подмигнув эльбу, поднялся с каменной скамьи Борг.– Желай мне всего хорошего…

Эльб кивнул и парой минут спустя, прим приклонил колено перед истинной владычицей каменного города.

–Борг тебе власти мало?– Без проволочек начала та, жестом позволив воину встать.

–Ни как нет.– Улыбнулся Борг.

–В самом деле?– Выгнула изящную бровь матриарх.– А зачем ты тогда в мое бабское царство полез?

–Не корысти ради… Была причина…

–Объяснишь?

–Ну почему нет..– тоскливо потянул Борг.– Девчонка эта, зачем-то Грозу понадобилась, да и у меня, на нее, кое-какие планы есть…

–Конкретнее.

–Можно и конкретнее… Причин, по которым я решил оставить девушку при себе, две. Первая – это ее… странный оберег. Ты ведь уже знаешь, что случилось в парке..?– Матриарх кивнула.– Второе, девчонка закоротила на себя дикаря.

–И что? Разве этого достаточно? Вести дела о артефактах привилегия служителей храма, до троля мне дела нет, хоть на ремни его теперь режь, а выбирать цетру… ты предложил, мне…

–Ну, может на счет артефакта ты и права. А вот с тролем… ты немного погорячилась…

–Почему?

–Троль, единственный кто знает вельд. Знает весь путь до него… Без этой зеленорожей твари, любой бросок к горам тумана обречен на провал. Я считаю большой удачей, что он так вовремя оказался у нас в руках…

–И что с того? Или ты думаешь, что шестнадцатилетняя девченка сможет справиться… с этой – как ты сказал "зеленорожей тварью"?

–Именно так я и думаю.

–Хорошо…-Кивнула матриарх.– Но что ты скажешь, если я расскаху тебе о том, что в бдение этой самой цетры случилась атака дракона на город. Еще по ее вине погибла мать настоятельница монастыря…

–Про настоятельницу я уже знаю.– Развел руками прим.– Девушка сама мне в этом призналась. Именно заэтим я решил убрать ее от твоих палачей… у вас по таким делам суд скор… А вот про то, что она виновна в атаке дракона…

–Ну, виновна или нет, это еще неизвестно.– Вздохнула матриарх.– В тот день, на башне, по моему мнению, могла стоять любая. И хотя, сведения об ее обереге и заставили меня усомниться в этом… все же, вину за постигшее нас несчастье, с равной долей, можно возложить и на меня и на тебя… и на любого другого жителя твердыни. Дело в другом. Толпа требует крови, и эта девушка очень хорошо подходит на роль жертвы… А ты хочешь ее отобрать… Не самой же мне, теперь, в самом деле, в ритуальный костер прыгать?

–Если без жертвы нельзя используй кого-нибудь другого…

–И кого?– матриарх с напускным удивлением окинула зал заседаний ищущим взглядом.– Может быть – вон того лорда или вот эту вот баронессу? Нет, Борг, все жрицы храма уже знают имя той цетры, теперь шила в мешке не утаить. Скажи мне, как я буду выглядеть в глазах города, если начну покрывать виновных и…

–Но ведь она невиновна.– Потупил глаза Борг.– Ты же это сама только что сказала.

–Не в этом суть… Виновность – невиновность, понятия относительные и не всегда имеют четкий смысл.– Осекла воина матриарх.– Мне совсем ненужно наказывать эту девушку или призвать ее за что-то к ответу, мне просто нужно, с ее помощью, успокоить толпу, и заставить народ, вновь почувствовать себя защищенным. Сложность в том, что я должна провернуть это дело… по положеным ему правилам… Ритуал должен свершится и свершиться правильно… даже в том случае… если ценой этому будет… жизнь одной маленькой глупой девчонки.

–Законность и порядок, в твоих устах, звучат слишком надуманными понятиями.

–А разве это не так? Борг извини меня за откровенность, но я считала тебя умнее. Ты прошел все испытания за право обладания клинком и все еще… веришь: в светлое, чистое, доброе? В честь, доблесть и прочее… Брось. Законность и справедливость – это шоры на глазах у толпы. Поводок, при помощи которого должнО управлять стадом… и я, как один из пастырей ведущий это стадо к лучшей жизни, в ущерб себе и ему, в угоду еще более идиотскому понятию – о виновности и невиновности, рассеивать эту иллюзию не собираюсь.

–Куда же подевалась та юная цетра, в которую я был влюблен десять лет тому назад.– Грустно улыбнулся Борг.– Куда исчезла та светлая сердцем и умом девушка, с горящими глазами, рассуждавшая – о благородстве души, о чистоте помыслов?

–Моль ее съела.– Ворчливо ответила матриарх.– И тебя бы уже давно съела, если бы больше делами занимался, а не клинком махал…

–Ага…– рассеяно кивнул прим.– Но все же, что насчет цетры. Мне она и впрямь очень, нужна.

–Значит, не собираешься мне ее отдавать?– Закусила губу матриарх.– Хорошо… Твоя миссия городу важнее. Что упало, то попало. Придумаю что-нибудь… Однако хочу сказать, своим отказом ты привел меня в крайне трудное положение, за которое я еще с тебя спрошу.

–Милости просим. Я только меч в руках храма…

– Вот именно.– Повторила за Боргом его собственные слова матриарх.– Ты только меч в моих руках. Не забывай об этом.

После жаркого обсуждения предложенного советом плана, в зале, тем временем, началось голосование. Как и следовало ожидать, большинство граждан, высказались за. Почти единогласно… Теперь следовало определить составы четверок. Со своих мест, один за другим, стали подниматься люди. Предлагать свои или поддерживать чьи-то еще кандидатуры. С ноткой гордости, Борг заметил, как свои услуги, предложили главы дозорных башен. Хорошо, что зная, все – что ждет их впереди, находятся люди, готовые добровольно пойти на смерть…

Наконец, со своего места поднялся Гроз. Откашлявшись, эльб назвал свое полное имя и титул, кратко обозначив причины своего поступка, предложил включить в состав посольства себя.

–Эльбы в свое время поддерживали тесное общение с вечным бунтарем.– Закончил он свою речь.– После решения великого мага скрыться в горах тумана, наши контакты с ним прекратились… но даже минувшие триста лет, не должны были сказаться на связывавшей нас прежде дружбе. Обращение совместного посольства должно стать более весомым аргументом в озвученной нами просьбе. По всем вышеперечисленным причинам считаю свое присутствие в четверке обязательным.

Отвесив полный достоинства поклон, коротышка с важным видом опустился на скамью. Перекинувшись там парой словечек с каким-то богато разодетым горожанином, эльб, с самовлюбленной улыбкой, подмигнул сквозь толпу Боргу…

–Борг, а хочешь услышать одну старую историю?– Неожиданным вопросом отвлекла прима от разглядывания толпы матриарх.

–Почту за честь.

–Тогда слушай…– Киввнула верховная жрица.– Давным-давно – лет этак пятнадцать назад, в одном соседнем лесу… жила семья. Семья отщепенцев… Папа, мама, две маленькие дочурки. Ничего интересного… Папа с утра до ночи трудился в поле, да промышлял в лесу. Мать оставалась на хозяйстве. И все бы хорошо… да вдруг, в одну из ночей случилось страшное. Второй сезон в том году был на редкость холодным и мать, для того, что-бы порадовать семейство теплом, как следует разожгла очаг. То ли дрова были сырыми, то ли заслонка оказалась слишком плотно прикрыта, но до утра дожила только одна маленькая девочка… Думаю, что такое дальние выселки объяснять не стоит? Не стоит упоминать и о трудностях… о жизни людей решивших покинуть благословенные стены твердыни и доверить свои судьбы… суровому, безжалостному внемирью… Опасаясь гнева драконов, они подобно диким тролям селятся вдали друг от друга и в случае беды… могут надеяться только на себя. Так было всегда, так случилось и теперь… годовалый ребенок, оставшийся сам по себе, почти месяц жил в кругу мертвецов… Когда же, наконец, ее нашли, девочка, стала казаться подобной дикому зверю. Голодная, грязная, испуганная, она не воспринимала ни слова из того, что ей говорили и только крепче прижимала к груди камешек – оберег, последнее упоминание о своей мертвой матери…

–И что было дальше?– Спросил Борг, как только верховная жрица закончила рассказ.

–А что могло быть дальше? Законы твердыни едины для всех. На древних скрижалях сказано,– "Ни одно дитя да не останется без родителя и пусть матерью и отцом для него станет оплот веры." Девочку доставили в храм, обмыли, одели и воспитали как свою. В положенный срок она пожелала стать цетрой, и после тщательной проверки была поставлена охранять покой твердыни. Остальное ты уже знаешь.

–Знаю…– Кивнул Борг.

–Смерть за стенами твердыни всегда темна и неопределенна.– Словно размышляя в слух, произнесла матриарх.– Кто может сказать правду, если после свершенного зла… единственным свидетелем остается только тот кто остался жив?

–Ты хочешь сказать – что смерть родителей девочки… всего лишь умелое прикрытие для того, что бы внедрить ее… и то, что она носит, в оплот твердыни?

–Если принимать во внимание только факты, то вероятность этого довольно высока.– Пожала плечами матриарх.– По крайней мере… мне кажется очень странным такое количество случайных, на первый взгляд, совпадений. Падение дракона, девочка с мощным артефактом, внезапное появление троля, визит эльба и не просто эльба, а главы ватаги старателей…– жрица многозначительно замолчала.

–Ты думаешь, за этим стоят эльбы?

–Варят-ли.– В сомнении покачала головой матриарх.– Они хоть и живут очень долго и знают очень много, но даже для них это… слишком сложно. Ни причин, ни связей, ни явных, ни скрытых предпочтений, одни косвенные факты, причем настолько нелепые и громоздкие – что одно только их наличие, больше убеждает в ошибочности чем в истинности родившихся под их напором подозрении. С уверенностью пока можно сказать только то – что пока сказать в общем-то нечего…

–Но эльбы на первых ролях?

–Как знать.– Обратив взор к залу, вздохнула матриарх.– В мире есть силы более великие, чем твердыня и жители хрустальной горы… Будет очень грустно, если мы, вдруг окажемся, очередными разменными пешками в их жестокой игре.

Глава. 9. Дайнар.

Дайнар опять был в камере один. Он не был прикован к дыбе, его даже не связали… Зачем железные оковы и кожаные ремни, если его разум в тисках. В таких крепких тисках, что даже стальные цепи рядом с ними, кажутся паутиной… Теперь он словно жалкий пес. Отныне не только его жизнь, но даже его воля, подчинены кому-то, кроме него самого. От осознания собственной слабости Дайнар взвыл. Не умея и не желая справляться с яростью, дикарь бросился на стену. Удар кулака окрасил гранмт в красное. Рука онемела но… не замечая боль, троль ударил снова… Сейчас он легко мог убить себя об камень. Подобно птице попавше в клеть, разбить грудь о железные прутья, однако… Уже в который раз подряд, невидимая сущность владельца кольца вторглась в его разум, и властным нажимом подавив в дикаре злость, оставила после себя, в душе охотника, только ужас и пустоту.

Заскулив словно ребенок, дикарь упал на грязный каменный пол и долгое время давился горькими, впервые испробованными на вкус, слезами. -"Проклятая самка."– Стонал Дайнар.– "В тряпку привратила. Убью…"

Подпитываемая злыми мыслями, ярость, вновь дала о себе знать… однако, вовремя вспомнив о присутствии чужой воли, дикарь решил подавить, ставшее на время опасным, чувство. Сущность цетры… появившись на грани восприятия, пристально вгляделась в мысли дикаря, но так и не сумев разглядеть в них ничего лишнего, понемногу убралась восвояси… Хищно оскалив пасть, Дайнар поднялся с пола. Коснувшись ладонью холодной стены, едва сдержал глухой звериный рык. Самка была где-то там – недасегаемо близко. Чувствуя, новый прилив ярости, охотник отвернулся от стены и уперевшись затылком в сырой камень кладки, попытался выключить ум…

В пустом мозгу появился образ.. Воспоминание он вольный охотник великого вельда, в сопровождении стражей, уже испытав на себе всю мощь волшебного поводка… бредет за проклятой цетрой, вглубь каменного лабиринта. Опасаясь упустить ее с глаз, понуро, словно трусливый щенок… спускается с ней в тесную камеру. Затем, оставшись с девушкой один на один, растеряв остатки гордости, пытается заглянуть ей в глаза… Цетра принуждает его к проявлению ласки… но, каждый раз, как только он протягивает к ней ладонь, отбрасывает троля прочь… оглушающим ментальным ударом…

Дайнар и прежде видел безумцев, теперь он не сомневался, что послушница одна из них. Ослепнув к реальному миру, остекленев глазами, цетра шептала какие-то невнятные бессмысленые слова. Вновь и вновь, замечая рядом с собой руки охотника, заходилась в тонком испуганном писке…

Так и не распознав, откуда взялась у нее взялась власть над охотником, человеческая самка, тем не менее, быстро нашлась как ее применять. Жестко и безжалостно цетра глушила волю троля своей. Не догадываясь – сколь осторожно следует вести себя с чужой душей, рушила то – чего не должно было касаться ни что извне…

Пытка могла окончиться чем угодно… и если бы не, вернувшийся в камеру прим… Тогда после всего пережитого, охотник был рад видеть воина перед собой. Появившись в дверях, Борг одно мгновение разглядывал дикаря, а затем, довольно ухмыльнувшись, опустился на скамью рядом с цетрой…

–Ну, как тебе такой поворот?– спросил он и Дайнар, только теперь, заметил вошедшую за ним следом женщину.– А ты сомневалась… у нее и не на такое силенок хватит.

–Ты прав.– Согласилась женщина, мельком покосившись на охотника.– Да только… я думала, что тут и троль покрупнее будет, а этот… мелкий какой-то сморщеный…

–Он просто замерз…– Подмигнул собеседнице прим.– Дикарь еще себя покажет.

Увидев женщину, цетра упала на колени. Ударившись лбом о грязный пол, жалобно и нудно очем-то запричитала.

Подступив к девушке, женщина коснулась ее плеча:

– Встань дитя… мне нужно с тобой серьезно поговорить.– Произнесла она улыбнувшись. Затем, дождавшись пока цетра поднимет голову, отерла ей щеки от слез.

Послушница неуверенно улыбнулась и… сообразив вдруг, что поводок ослаб, Дайнар бросил себя вперед. Человек никогда не учится на своих ошибках, а троль, каким бы униженным и беззащитным он не казался, всегда остается тролем…

Схватив статную женщину за горло, охотник ударом колена отправил прима обратно на скамью. Оглянувшись на девчонку, оскалил клыки. Цетра поняла… Угадывая его чуства словно свои, она не ошиблась и теперь… Дикарь не шутил. Дикарь был готов убивать. Дикарю нужен только повод. При любой попытке надавить на его волю, он пустит в ход когти… Одна ошибка, и самка, что оказалась в его руках – умрет.

–Строй.– Захрипела в его руках женщина.

Приказ был настолько властным -что Дайнар от неожиданности сбавил темп.

–Отпусти меня и я… не сделаю тебе больно.

Женщина говорила так – словно не она сейчас была в волоске от смерти, и не ее горло было зажато в клешне дикаря… а его собственное. Это вселяло уважение. Страшиться, однако, не следовало. Он бы не был самим собой, если бы его можно было остановить одними только словами. Замешкавшись на один удар сердца, он сжал горло самки крепче… а затем… Кажется женщина чем-то уколола его в запястье. Боли почти не было, просто.. в глазах поплыло, свет померк, а затем… пришла пустота.

Очнувшись, Дайнар увидел себя все в той же камере… но теперь уже один на один с собой. Очередная попытка вернуть себе свободу закончилась неудачей. Впрочем… он еще был жив, а значит, шансы еще оставались… Оставалось только заручиться терпением и ждать – ждать когда удача наконец обернется к нему лицом. Раб не тот на ком оковы, а тот, кто считает себя таковым,– а таан великого вельда, никогда не станет рабом…

––

Дверь скрипнув, отворилась и обернувшись, троль увидел вошедших в камеру прима и цетру. Борг оставался Боргом, а вот с девушкой… за случившийся с момента разлуки время случились разительные перемены. От понурой и испуганной послушницы не осталось и следа. Теперь, перед охотником, была смелая, сильная, уверенная в себе, готовая жертвовать другими, ради того, что считала важным… женщина.

Спокойно выдержав взгляд Дайнара, цетра присела на скамью и, подождав пока то же самое сделает Борг, нахмурила, доселе гладкий без единой морщинки, лоб.

–Элина.– произнесла она четко, чуть ли не по слогам.– Как звать тебя?..

Оскалив клыки, троль в замешательстве уставился на меченосца.

–А что ты хотел? Сам виноват.– Пожал плечами тот.– Выбрал себе хозяйку, теперь крепись…

–Элина, он не ребенок и не дурак… хотя в последнем я сомневаюсь.– Обратился прим к девушке.– Говори с ним как со мной. Все те байки, которые ты слышала в монастыре о жителях вельда ложь. Наверняка этот дикарь… даже умеет читать… Впрочем не важно. Охотник, представься девушке.

Нелепая ситуация понемногу стала забавлять Дайнара и больше кривляясь, чем ради приличия парень отвесил девушке, положенный человеческим ритуалом, поклон. Затем назвал свое имя:

– Я Дайнар, сын Калина и Торан, ветвь от ветви первой веньязы, основа кланов, нить связующая, первый побег бредущих сквозь время, вопрошающий у земли ветра и воды право на жизнь… Впервые в вашем городе. Рад знакомству…

Лучше бы Дайнар выпучил глаза, оскалил клыки и зашелся в диком безумном реве. Цетра ожидала всего, кроме такой вот реакции на ее вопрос. Подавившись застрявшими в горле словами, она, несколько мучительных мгновений силилась, что-то сказать но, так, и не придумав ничего нужного, смутилась еще больше.

–Ну, как?– заржал во весь голос Борг, ударив ладонью о ладонь.– Хорош? Я же говорил, что он себя еще покажет. Такой с потрохами сожрет, не подавится… Но ты его не бойся.– Резко сменил свой тон прим.– Недаром на тебе, вот то колечко. Как только, он нос свой задирать станет, так ты его по нему сразу и бей. Наглеть-то не гоже… Ну-ка, для острастки ради, придави его маленько.

Выслушав воина, Дайнар с ухмылся цетре. Та не выдержав его взгляда, отвернулась в сторону…

–Ну, так не годится.– Развел руками Борг.– Вспомни, что ты матриарху говорила. Или для тебя это пустой звук?

–Но он же ведь… не животное… он понимает все…

–Вот именно. И оттого, отношение к нему, должно быть, самое что ни на есть, строгое. Знаешь какая эта шельма хитрая? Заметить не успеешь, как он тебе на шею сядет. Ты его не жалей. На его счету, только за сегодня, уже пять жизней, а скольких он до сего дня убил – так это только великой пятерке и ведомо. Думаешь, он бы тебя пожалел? Не знаешь? Так я отвечу. Нет у его народа жалости к людям… Мы для них куски мяса. Разумный, еще не значит добрый. Так что… давай… откинь все свои сомнения, и хорошенько, не взирая на его ужимки и симпатичную мордашку… вдарь так, что бы ему мало уже не показалось.

Подняв глаза на охотника, подчиняясь словам прима, цетра, не очень уверено и не очень сильно, сдавила в ментальной хватке сущность дикаря. Дайнар поморщился, застонал и… с намерением вызвать еще большую жалость к себе, картинно повалился с ног на гранитный пол.

–Не переигрывай.– пожурил троля Борг.– Со мной такие штуки не проходят… А ты, моя девочка, либо берешься за ум, либо… мне придется сообщить матриарху, что ты не та, кто нам нужен. Что будет позже, говорить не стану… Казнят обоих. Да и чхать бы мне на вас двоих, да вот только, что с городом станет…

Ударом сердца спустя… охотник оказался в аду. Возникшая словно из неоткуда, боль, в буквальном смысле пропитала каждый кусочек его тела, каждую крупицу. Неподъемной стеной навалившись извне, подобно урагану, разметала его сознание в прах…

Мало помалу вернувшись в сознание… троль постарался никак себя не проявлять. Судя по всему, пытка обещала быть долгой… и начинать ее раньше времени, Дайнару совсем не хотелось. Маленькая хитрость, однако, не сработала. В который уже раз, четко уловив движения его чувств, подола голос цетра…

Испуганно шевельнувшись на гранитной скамье, проклятая самка, пояснила заскучавшему было воину, что троль готов… продолжать.

–Прекрасно.– Тут же отозвался прим.– А теперь, заставь его встать. И сделай это так, что бы он, в следующий раз, не заставлял тебя просить об этом дважды.

–Троль встань.– Словно перед ней был служебный пес, нахмурилась цетра.

Дайнар не подчинился и снова… в который уже раз, его голова будто раскололась на куски… Стало ясно – игры кончились, начался тяжелый неуютный быт.

–Хорошо.– Услышав стон охотника, улыбнулся прим.– Но будь осторожна и следи за тем, что бы он опять не уснул. Я знаю – силой кольца можно причинить ужасную боль, но с его помощью можно и преодолеть чужую волю. Ударь по двум направлениям сразу.

Девушка кивнула и Дайнар, мгновение назад уверенный, что никакая боль не заставит его встать, тут же… потеряв все желание бороться, словно ужаленный, вскочил с земли.

–Хорошо.– Похвалил цетру Борг.– А теперь, заставь его поднять вверх правую руку. Молодец. Пусть положит мизинец себе в рот. Так. А теперь… пусть он откусит себе палец… по среднюю фалангу. Ты можешь сделать это так – что бы он не чувствовал боли, а можешь, заставить его страдать. Лучше, конечно, чтобы он боль чувствовал. И отпусти чуток с поводка его волю, так, что бы он понимал, что он делает и пытался этого избежать. Готова? Давай.

Зная, что его, только что, вывернули на изнанку, выпотрошили по живому и опять собрали в аморфную зловонную кучу. Дайнар сдавил челюсть. Раздался скрежет и во рту… разлился, уже ставшим привычным, вкус… Боль была сильная, но сейчас, она казалась ничем по сравнению с теми пытками, что терпела его честь…

–Молодец.– Распаляясь все больше, кивнул Борг.– Пойми, он как глина в твоих руках. Ты можешь слепить из него все, что угодно, и заставить сделать его… все, что угодно. В твоих ладонях его душа, ты можешь сделать с ней все, что захочешь. Прикажи ему убить своих близких, заставь его вырвать глаза своим детям, и он сделает это. Сделает без промедления. Сделает с радостью, если, конечно, ты этого захочешь… или, наоборот, со слезами на глазах и с чувством дикой вины. Ты ведь уже поняла, как этого можно добиться?

–Да.– Вяло кивнула цетра, зачарованно глядя на дикаря.– Я могу с ним сделать все.

–Вот и хорошо.– Похвалил прим, привалившись спиной стене.– Значит можно отдохнуть… Отпусти его, только медленно. Не хватало, чтобы, он на нас кинулся…

Девушка подчинилась. Железная хватка на воле дикаря исчезла. Боль, рвавшая тело и душу на части, ушла, и о ее недавнем присутствии, напоминал только, пульсирующий острыми толчками, в такт бешено бьющегося сердца, перекушенный пополам мизинец. В троле клокотала злость. Бешенная, не знающая границ ярость… Бешенным огнем, в любой миг, готовая прорваться наружу, такая родная, такая своя, привычная, но пока бесполезная и оттого… сдерживаемая в поводу.

–Как тебе успехи моей ученицы?– Обратился к охотнику Борг.– Способная, правда?

–Очень. Придет время и ты в тройне ответишь за то… что сделал с ней и со мной.

–Сам виноват. Я предлагал тебе другое. Мне нужен проводник, ты против… остается одно, превратить тебя в куклу.

–Борг ты ответишь за это.

–Не пугай меня. Что может значить твоя угроза по сравнению с той, что нависла над твердыней? Люди могут исчезнуть Дайнар… Нам некуда идти. Я не требую проникнуться к нам любовью, но… ты должен понять, я пойду ради своего народа на все. Даже на то, о чем после, без содрогания, и вспомнить будет нельзя. Хочешь совет? Не мешай мне. Лучше помоги.. и тогда, тот путь (который тебе так или иначе придется пройти бок о бок со мной) станет для тебя много проще…

Троль глухо зарычал и Борг, не очень рассчитывая на другой ответ, вновь обратился к девушке.

–Элина, завтра мы отправляемся в путь. До вечера ты должна пройти все обряды. За ночь, ты должна как следует отдохнуть. Сделать это держа троля в узде, у тебя не выйдет… Однако, оставлять его без присмотра тоже не следует. Он еще много чего может натворить, а нам этого, как ты понимаешь, совершенно ни к чему. Пусть поспит. Я знаю – при помощи кольца его можно усыпить на любой срок. Сделай то, о чем я говорю, и это будет последним твоим заданием на сегодня. Справишься?

Девушка кивнула и… тут же, у Дайнара стали слипаться веки. Усталость и, без того валившая охотника с ног, обрушилась на него всесокрушающей снежной лавиной. Мгновение, он еще пытался бороться с неизбежным, пока наконец, его окончательно не поглотила хлодная, мельтешащя мгла…

Глава. 10. Гроз.

Ночь, в прочем как и всегда, выдалась бессонной. Не помогли даже забористые настойки из трав и кореньев, которые эльб, накануне, вечером, в тайне от городской стражи, выторговал у какой-то темной знахарки. Мази и жидкости, все без исключения омерзительные на вкус и оттого, наверняка, очень действенные, принесли ему только туман в голову, да легкое помутнение рассудка. Видения вызванные приемом внутрь какого-то серого, плохо пахнущего, порошка, ни в какое сравнение не шли с настоящими снами, и своим появлением, только сильнее раззадорили застаревший голод.

Оповещая о начале дня, звякнул механиз часов. -Одна пытка кончилась… Настал черед следующей.

Кое-как встав и одевшись (давали о себе знать свидетельства вчерашней потасовки) Гроз склонился над походным сундуком. Его визит в твердыню затевался как торговый, и потому, сундук был до верху забит разными цеными безделушками. Драгоценные камни, вычурные украшения, сложные и тонкие в исполнении механические вещицы… да что говорить, одних только золотых и серебряных слитков, в нем, было навалено столько, что любой бедняк, с их помощью, мог купить себе титул лорда, а любой лорд, стать главой твердыни…

Покопавшись в сундуке, эльб вынул пару редкостных вещичек. Закрыл тяжелую крышку. Немного повозился над массивным висячим замком и уверившись в надежности креплений, тяжело вздохнув, поднялся с колен. Глупо оставлять такое сокровище на попечение трактирщику… но другого выхода нет. Следующий торговый караван, в твердыню, придет только лет через пять, а отдавать сокровища в казну твердыни… рискованно из-за тех вопросов, которые, в связи с этим, могут возникнуть. Лучше уж так…

Оставив ритуальную мантию на крюке, эльб стал напяливать на себя потертую походную куртку. Затем, поднял с пола массивный боевой молот. Надел на плечи заготовленный с вечера рюкзак, приторочил к поясу фляжку с зельем, осмотрелся… Кажется ничего не забыл. Значит пора.

Скрипнув дверью, коротышка вышел из комнаты. Бляха был на месте и пожелав пантере доброго утра, эльб спустился в обеденный зал. Завидев старика, сорвался с места трактирщик. Расплывшись в испуганной улыбке, спросил: – Чего угодно? Отобедать?

Задерживаться в гостинице эльбу не хотелось. Отказавшись от завтрака, Гроз направился было к выходу но, почувствовав, что трактирщик схватил его за рукав, остановился.

–Чего тебе?

–Ваша светлость… Помните тех ребят… ну тех, что вчера утром… сюда заходили?

–Ну.

–Вчера и сегодня, к вам их папеньки, днем и потом вечером заходили. Днем вас не было, а вечером вы их прогнать решили… Так они, очень вас просили, что бы вы, с их деток… проклятье сняли…

–А, ты про это…– С тоской, что день начинается так нудно, обнажил ржавые зубы эльб.– Передай их папенькам, что могут не волноваться. Проклятье к завтрашнему дню само пройдет… и станут они прежними. Такими же глупыми, и такими же жизнерадостными… Дерьмо, которым они думают, в мозги уже не сделать… В общем, передавай им привет и самые наилучшие пожелания…

–Да господин Гроз. Хорошо господин Гроз.

–И это… О чем я тебе говорил…

–Да господин.

–В мое отсутствие в номер никого не впускать… и самому в него не лезть. Рискнешь, дураком на всю жизнь останешься. Там защита, магическая… Трепать языком, тоже не надо, узнаю, шкуру сдеру. Попытаешься удрать, город маленький… все равно найду. К слову сказать, пантеры очень любят человеческое мясо, а у тебя, как я слышал, еще два сына…

–Милостивый господин.– Побледнев словно полотно, рухнул с ног трактирщик.– Господин Гроз.

Потеряв интерес к перепуганному на смерть человеку, эльб оторвал его руку от своего предплечья и оставив того стоять на коленях, покинул трактир. На улице было еще темно. Остывший за ночь камень голодным зверем караулил солнце, желал, искупавшись в его лучах, опять напитать свое нутро животворным теплом. Налетел свежий ветерок и резвясь в танце, принес с собой запах пыли, пустых улиц скорого рассвета. В чувствительных ноздрях коротышки засвербело и, чихнув, эльб плотнее закутался в куртку. Где-то, на соседней улице, зычным голосом пропел городовой. С далекой башни храма, в такт его голосу, раздались первые колокола. Усмехнувшись тягостному ощущению обреченности, Гроз, подозвав пантеру, неспешно зацокал, окованными сталью каблуками, по стоптанному булыжнику мостовой. Начинался новый день.

Солнце застигло эльба у городских ворот.

Остановившись в границах тени, Гроз боязливо посмотрел вверх. Небесная синь ошпарила темные глаза эльба, жгучей болью. Чертыхнувшись, старик нехотя полез за фляжкой с зельем. Скрутив стальную крышку, сделал небольшой глоток…

Мир постепенно стал окрашиваться в яркие тона.

Жители хрустальной горы не знают света солнца… Рождаясь и умирая во тьме, всю свою жизнь они довольствуются малым. В запретном городе нет цвета… нет обилия запахов, нет шелеста травы… лишь только похожесть сырых коридоров, монументальность холодных гротов, молчаливость пустынных пещер… Серость, мрак, пустота…

Как ни крути но обитатели твердыни много счастливей жителей хрустальной горы. Да что там люди… Троли, Делийцы, Хурды… многие другие, известные и пока еще нет, народы… все они… все… счастливие… нас… эльбов.

Даже для Гроза, успевшего увидеть за свою долгую жизнь многое, встреча с поверхностью… каждый раз… вызывала сильное и острое, незнакомое наземным жителям чувство. Прожить более сотни лет в каменном мешке, а затем, вдруг… Кто сумеет отказаться от права смотреть, впитывать, слушать? Жаждать и не уметь насытиться. Дивиться… таким огромным и таким далеким небом, пьянеть от безбрежных пространств, тонуть в хаосе звуков… плыть… в бесконечность…

Улыбнувшись пробудившейся легкости, старик медленно вышел на свет. Уже безбоязненно подняв глаза на солнце, погрозил ему кулаком.

–У, бандюга… Ну, как тебе твой блудный сын? Пустишь погулять по своим владениям? Молчишь? Ну и молчи себе… Слава богу… и на тебя есть управа.

–С солнцем ругаешься.– Раздался знакомый голос и обернувшись, эльб увидел прима.– На тебя не похоже.

–Да ну его.– Неопределенно отозвался эльб.– Ты сам по себе или со всеми разом?

–Со всеми разом.– Прим сделал шаг и оказавшись за воротами, вывел за собой трех коней в поводу; следом за ним появился понурый троль и уже после всех, сосредоточенная на дикаре, цетра.– Как же они без меня?

–Хорошо.– Прищурившись, эльб подмигнул девушке.– Приятного утра милостивая госпожа. Как настроение?

–Здравствуйте.– склонила голову та.– Спасибо, не плохое.

–Красавец.– Произнес коротышка, приблизившись тем временем к дикарю.– Просто великолепно! Заметьте сударыня, как здорово мы с Бляхой наваляли этому… зеленозадому чудищу. До сих пор весь синий! А ведь мне уже пятый век пошел… Здорово? А?

Девушка промолчала, и Гроз, не став тянуть из нее слов, обратил свое внимание на коней.

Благородных кровей вороной масти жеребец, рыжий понурый мерин и резвая мышастая кобылка. Тролю коня не пологалось. Дав своему коню по морде, Борг легко запрыгнул в седло и устроившись удобней, указав движением руки на мерина, хитро подмигнул…

–Я знаю, ты бы осла выбрал. И повозку… Но я в них не смыслю, так что придется взять этого. До темного леса рукой подать – потерпишь.

–Спасибо и на том… Тварь спокойная и мяса в ней много. Будет чем Бляху подкрепить…

Борг заржал и решив, что попал в точку, эльб подошел к своему коню. Немного повозившись со стременами, забрался в седло и выпятив грудь, подъехал к послушнице. Та уже уселась на свою кобылку и сейчас, с улыбкой рассматривала старика со стороны… Желая покрасоваться Гроз пустил коня кругом, а затем… поднял его на дыбы. Мельком наехал тяжелым крупом на присмиревшего троля, ненароком поправив молот на поясе, лихо отхлебнул из увесистой фляжки…

–Кончай кривляться. Она с кавалером.– Покосившись на старика, не удержался прим.– Ей сморщенные стручки не интересны. У нее молодой есть…

–Знали мы таких.– В тон воину ответил Гроз, покосившись на дикаря.– Силы много, а в голове пусто. Со мной ей интереснее будет. Я ведь не везде маленький, в случае чего, такие коленца могу завертеть – что любой троль обзавидуется. Подумай девочка, не прогадаешь…

Послушница покраснела, а довольный собой эльб пустил коня рысью. Путешествие началось.

Первый час ехали молча. Борг был погружен в собственные мысли, тролю как существу более низкого ранга говорить было не положено, цетра, для того чтобы начать разговор первой, была слишком скромна… а Грозу, после очередной орции зелья, стало откровенно и явно, на все и вся… наплевать. Попробуй внятно выражать свои мысли когда от треклятой выпивки троится в глазах. На долгой памяти эльба, была целая уйма примеров, когда он в похожем состоянии, совершал и озвучивал такую ересь, что – мама не горюй. Лучше уж так – тихо мирно дождаться до вечера, а потом… потом и до следующего утра недалеко…

Живости добавил выпрыгнувший из-за кустов Бляха. Напугав коней, зверь вышел на середину дороги несколько раз нервно ударил себя длинным хвостом по бокам, и бросив на хозяина… нервный игривый взгляд, тут же, снова скрылся в кустах. Успокоив мерина, эльб оглянулся на прима.

–Заметил кого-то.– Объяснил он странное поведение любимца.– Не очень опасного. Наверняка кто-то из ваших.

–В полу лиги дозорный пост.– Согласился Борг.– Дальше начнутся дикие территории. Последние люди…

–Господин Гроз.– Подала голос цетра, оказавшись вдруг рядом.– А этот зверь, он что, постоянно с вами?

–Да. А что? Он тебя не пугает?

–Немного…– замялась та.– Но если он ручной…

–Зря.

–Что зря?

–Зря надеешся, что ручной. Бляха такой же дикий, как и… твой троль, только хуже. Приспичь ему, предположим, по какой-то причине, откусить тебе голову, он непременно это сделает. Он ведь без поводка…

Послушница замолчала. Однако не сумев справиться с любопытством, парой мгновений спустя, решила продолжить допрос.

–Ну, вас-то этот зверь слушается?

–Необязательно.– Беззаботно оскалился эльб… случайно напугав девушку своими ржавыми стальными зубами.– Скажу по секрету, меня этот котяра тоже ни во что не ставит. А ты видела какой он здоровый? А клыки? Такого как я он в один прием сожрет. А вы говорите слушается…

–Но зачем же он… тогда… вам?

–С ним веселее. Бляха может сожрать меня, а может сожрать кого-то другого. Последние пол века он жрет моих врагов… Думаю ему это скоро наскучит. Жизнь ведь устроена так – что в ней всегда приходится, что-то из чего-то выбирать. Менять худшее на плохое. Хотя, что я об этом? Ты уже кажется, сделала свой выбор…

–Вы о троле?– цетра покосилась на дикаря.– Но ведь это другое. Он мне полностью подчинен… даже внутренне. А ваш зверь… Судя по вашим словам, он бесконтролен…

–Я говорю не о контроле, а о выборе.– Пожал плечами старик.– Не знаю зачем, но ты выбрала предложение Борга… И держишься за него до сих пор. Наверное тебе так удобней, может быть, даже, интересней… Ну в самом деле, какое тебе дело до твердыни? Какое тебе дело до прима? Ты свободна в своих желаниях но… Борг зачем-то тебе нужен так же сильно, как и ты ему. Мои отношения с Бляхой стоят на том же… Нам удобней быть вместе. Сложность, однако, в том, что зверю плевать на все то, что я о нем думаю. Договор, что связывает нас и существует в голове у пантеры в любой момент может быть пересмотрен. А так как, для Бляхи я… старый кусок мяса, то мне об этом следует помнить всегда. Что в прочем я и делаю…

Отряд тем временем приблизился к сторожевому посту. Из тесной, уютно спрятанной в зеленых кущах, землянки, вышел сонный дозорный. Разглядев на тропе всадников и троля потянулся за алебардой. Тут же, с другой стороны тропы, набежала еще пара тройка воинов. Все одеты… кто во что горазд, каждый вооружен первым попавшимся под руку оружием.

–Расслабляет служба на дальних подступах.– Кивнул на воинов, ухмыльнулся Гроз.– С такой стражей, у вас в твердыне, скоро не только троли шастать будут, но и какая другая гадость заведется…

Борг не счел нужным отвечать, молча протянул старшему стражу грамоту, разрешающий проезд. Воин с ленцой принял пергамент, несколько минут тупо пялился в документ, силясь разобраться с буквами, пока наконец, добравшись до известного каждому гарду имени, сообразив, кто перед ним стоит, едва не свалился с ног от испуга.

Обронив алебарду, парень вытянулся в струну. После, не сгибая колен, стал поднимать оружие. Наконец, уперев руку в лоб, попытался доложить меченосцу по форме. Нужные слова, почему-то не вспоминались, оттого стражник терялся все больше… Смотреть на его мучения было противно и, наконец, устав от ожидания, патриарх твердыни дал парню отбой.

–Вольно. Я тебе не лорд-воитель можешь не стараться… Хотя одежонку можно было бы и застегнуть.

Не дожидаясь пока люди приведут себя в порядок, Борг достал из-за луки седла чистый пергамент и угольный карандаш. Чиркнув несколько строк, свернул бумагу в конверт. Сидящий рядом с примом эльб увидел пару слов "Годны для испытания" и "первый сбор". Удивленно покачал головой. "Жестко."

–Отдашь командующему. По моей просьбе ваш отряд будет участвовать в следующих испытаниях. Удачи вам ребята, такой шанс выпадает не каждому.

Дрожащими пальцами выхватив конверт, гард шагнул назад и сделав отмашку, пропустить колонну, разом ослабнув в ногах, уселся на какой-то пенек. Воины попятились. Пришпорив коня, прим проехал сквозь ряды стражей. Усмехнувшись унижению, что по их вине пришлось вытерпеть Боргу, эльб двинулся следом за ним.

–Что, порадовали они тебя?– Не сумев сдержаться от колкости, оскалился старик.– Не ожидал, небось, под стенами твердыни такую пакость увидеть?

–Не зуди. И без тебя тошно… Говорят – рыба с головы гниет… Старшие фамилии… Откупили детей от испытаний, решили на дальних подступах спрятать… Благородная кровь. Они ведь ценнее таких как я, ценнее обычных воинов. Им умирать не положенно…

–А чего ж ты его, а не лордов на испытание отправил?– спросил Гроз.

–Мог бы, отправил бы… Жаль законы не мной пишутся. Хотя кое-какая сила у меня есть… ну не резать же в самом деле каждого!!!

Помолчали. Что бы отвлечь прима от неприятных мыслей, Гроз решил сменить тему разговора.

–Когда согласованные советом отряды пойдут?

–Дня через два. По моим расчетам, мы уже далеко будем. Где-то в районе пустошей. Это конечно, если ничего не случится.

–С помпой выедут?

–Ага.– Улыбнулся Борг.– Даже салют у гильдии заказали. Намечен пир и народные гуляния. Два дня праздника.

–Дела…– Вздохнул старик.– Борг, почему нам никто никаких гуляний не устраивал? Я бы за пиршественным столом посидел. Толстеньких молодок за мягкие места подержал…

–Как вернемся, подержишь…– Усмехнулся прим.– А пока, чем меньше к нашему отряду внимания, тем больше у нас шансов на успех. Пускай уж лучше все шишки на дублеров…

–Что верно то верно.– Согласился с воином эльб.– Что придумали, что бы твое отсутствие объяснить?

–Поехал по дозорным постам с проверкой. На границах неспокойно. Мертвяки, отчего-то встревожились… Грамотней обыграть все равно не выйдет. Время поджимает. В общем, что вышло то вышло…

Глава. 11. Элина.

Первый привал сделали только к вечеру. Попутчики попались Элине не разговорчивые, и оттого, почти вся дорога была проделана молча. Небольшое оживление, в однообразное шествие отрряда, то и дело вносила черная пантера эльба, что время от времени выскакивала из кустов… Первые, пару раз, появление огромного зверя удивляло и заставляло подобраться, но затем, стало чем-то самим собой разумеющимся и малоинтересным.

Троль вел себя смирно. За весь день, он ни разу ни в чем, и никаким образом, не проявил своего дикого нрава (не только делом, но даже в мыслях) и… Элина, сжалившись над ним, слегка отпустила поводок. Дикарь, это конечно почувствовал, но, по каким-то своим причинам, решил никак это не проявлять. Оно и понятно. Примерив шкуру троля на себя, девушка с сожалением поняла, что окажись на его месте, поступала бы так же. Какая благодарность может быть к тому, кто лишив тебя свободы, успел причинить столько боли? Хотя, если подумать, это он надел ей на палец кольцо. Мог бы и другую подобрать. Сам виноват. Пусть лучше спасибо скажет… в конце концов, ей эта история тоже не в радость…

Роща была смирной. Расседлав коня, прим погнал дикаря в ближайшую чащобу, за хворостом. Спустя некоторое время запалили костер. Когда, к темнеющей выси, взвились первые искры, подвесили над огнем походный котелок. Элина сунулась было помогать, но довольно скоро оказалась не у дел. Хоть кухаркой она была не плохой, но в организации походных обедов сноровки у нее пока было маловато. Мужчины настругали вяленого мяса, залили его водой из фляжек. Засыпав в закипающую похлебку крупы, расселись вокруг костра в ожидании ужина.

За нехитрыми делами наступила ночь. В ставших чернильными небесах зажгись первые звезды, завели свои бесконечные трели сверчки… Золотистое пламя с тонким треском танцевало по рубиновым углям. Пахло травами, дымом, легкими ароматами приправ. Было хорошо и спокойно… Странно. Еще сутки назад, Элина посмеялась бы над тем, кто пообещал бы ей такой вот – тихий уютный вечерок. Тогда, она думала, что ее жизнь кончена. Перед глазами маячили пытки и смерть но… Все обошлась… По воле богов ей суждено ответить за свои ошибки… иначе. Она вновь в ответе перед городом, и она не обманет оказанного ей доверия. Что бы там не говорил ей по этому поводу глупый эльб…

Рядом присел Борг. Подкинул в пламя несколько сучьев, отрешенно посмотрел на огонь, задумался о чем-то своем. В бликах костра его лицо казалось вырезанным из меди. Грубое, мужественное, четко очерченное – точь в точь как у идолов древности, что по тайным свиткам, можно встретить еще на руинах старых городов. Веками, говорят, стоят они там – в кучах песка и битого камня, безустанно храня покой давным-давно умерших царств. Смеются и грозят, плачут и радуются, любят и ненавидят, но ни как не могут понять, что мир, частью которого они были, и для службы которому были созданы, уже давно распался в прах…

–Хочу тебя спросить…– Произнесла вдруг золотая маска Борга.

–Конечно.– Нехотя отвлеклась от странного виденья Элина.– О чем вы хотели узнать достопочтимый Борг?

–Откуда у тебя камешек, что ты носишь на груди? Думаю, если у тебя есть какие-то тайны, то лучше рассказать о них раньше, до того как они успеют причинить нам вред.

–Я понимаю господин Борг. Но… много рассказать о обереге я не смогу. Я была слишком мала, и не помню откуда он у меня. Мне кажется, он достался мне от матери. Он служит мне напоминанием о том, что и у меня, когда-то была семья… Даже сейчас, держа его в руках, я испытываю нежность и благодарность – к чему-то почти забытому, но очень светлому, чистому и искреннему…

–Хорошо.– Почесал переносицу Борг.– Как ты им управляешь?

–Очень просто.– Элина сняла с шеи окатыш и повертела его в руках.– Нужно просто держать его в ладони, и загадать желание. Если желание будет очень сильным и камешек поймет тебя правильно, то оно исполнится. Показать?

–Лучше не стоит.– отодвинулся от цетры прим.– Пока нет…Хм. Ты сказала, что камешек должен правильно понять, что ты хочешь, перед тем как выполнить желание. Он что, разумен?

–Я бы так не сказала. Просто нужно правильно сформулировать. Он может ошибиться, он не понимает метафор… нужен конкретный образ и только что-то очень-очень простое. Предположим – свет или тепло или снять боль…

–А он с тобой не разговаривал? Странные звуки. Голоса и все тому подобное. Может быть навеянные сны. Только говори правду. Лгать мне сейчас, ты не имеешь права.

–Нет.– Попытавшись припомнить все, что было связано с камнем, потупила глаза Элина.– Я ни разу не слышала, что бы он и звук хоть какой-нибудь издал, не то что слово. А вот светиться он может. Если хотите…

–Нет.– Предупреждающе поднял руку Борг.– Я уже сказал. Активировать артефакт не следует.

–Простите. Без вашего позволения я к нему теперь… и пальцем не коснусь.

–Ну зачем же уж сразу так. Это твоя вещь. Веди себя с ним, как раньше, только помни о… могуществе этого предмета и не используй его по пустякам…

–Хорошо.– Улыбнулась девушка.

–Скажи… Как так вышло, что за все время, об этом камне, так никто и не узнал. Как я понимаю – кельи послушниц, что-то вроде наших казарм… Все на виду, все время кто-то рядом, скрыть что-то очень сложно. Неужели другие девушки, настоятельницы, кто-то еще… знали о твоей волшебной вещице, но молчали?

–Я была осторожна. Еще в детстве, как только попала в храм, я поняла, что подруги, из зависти, могут забрать у меня мое сокровище, и потому всегда держала его при себе. Может быть, кто-то и догадывался о том, что мой талисман не простое украшение, но дальше безобидных расспросов дело не шло.

–Невероятная осторожность для ребенка.– Закряхтев гнилой колодой, подал вдруг голос старик-эльб… однако от чего-то, не став развивать темы, решил обратить свое внимание на котелок.

Сдвинув хворостиной крышку, кортышка заглянул в бурлящее чрево посудинки.

–Готово?– оглянулся на эльба прим.

–Готово…– Кивнул эльб.– Носом чую – добрая похлебка вышла. Можете мне поверить, я на своем веку, и не одном, столько походных котелков вылизал, что ими… всю вашу твердыню, до самых небес завалить можно. В чем-чем, а в этом деле я мастер. Снимай мерзавца с костра, будем ужинать.

–Ну, тебе и не поверить.– Улыбнулся Борг, стянув котелок с прута.– Кто голодный миски ко мне.

Первым у наполненного черпака оказался коротышка, затем свою миску подставила Элина, меченосец отделил себе порцию после всех.

А как же Бляха и троль.– Вспомнив, что Дайнар с утра еще ничего не ел и кажется даже не пил, спросила девушка, увидев… что в котелке почти ничего не осталось.

–О Бляхе можешь не думать.– Уже чавкая, отмахнулся от девушки эльб.– Эта брезгливая зараза ничего кроме сырого мяса не жрет. Проголодается сам себя накормит – чай не в пустыне. Дикая тварь из дикого леса… мать его разэтак. Сегодня не он у нас, а мы у него в гостях… Наверняка уже жрет кого-нибудь, только кости на зубах хрустят…

–А как же Дайнар?

–Поедим, отдашь ему остатки.– Отозвался Борг.– Хотя если хочешь, можешь его на ночь отпустить. Неподалеку ручеек есть… Пусть немножко освежится, а то, как мы его с утра из камеры выдернули, так, весь день, за собой и таскаем. С прочим он сам разберется…

–А он не убежит?

–Как убежит, так и вернется. Для кольца расстояний нет. Только проследи, что бы он нас во сне не поубивал. Наложи ему на наши образа запрет… и пусть мотает, куда его душа тянет…

Девушка кивнула и принялась за еду.

Эльб не соврал, похлебка и впрямь оказалась вкусной. В меру наваристой, в меру соленой, с чудным привкусом неизвестных трав и тонким ароматами дыма. В миг умяв свою порцию, девушка, не став бороться с аппетитом, вновь потянулась к котелку.

–Нравится?– понимающе ухмыльнулся эльб.– На воздухе все вкуснее. Не чета вашим столовым. Правда, ведь?

–Правда. За всю жизнь ничего вкуснее не ела.

–Ну, ты еще свое наверстаешь. Будет время и желание, вернемся с похода, я специально для тебя дикого кабана зажарю. Вот это явство. Пища богов. Ну, вот что в нем такого необычного? Просто свежее жареное мясо, а приготовленное с душей, в окружении друзей, под кувшин другой крепкого вина. Лучше этого, думаю, ничего во всем свете нет…

Насытившись, Элина устало повалилась в мягкую траву. Потянулась и сладко скрипнув косточками, прищурилась ввысь. На небе сияла луна. Полная, яркая, с рваными темными пятнами по светлому серебрянному диску. Спрятавшись среди облачных лент, висела над темной кромкой далекого леса. Было красиво. Было тепло, было спокойно…

Вспомнив о дикаре, Элина безошибочно отыскала его в темноте. Почти неразличимый в черных кущах… дикарь стоял оперевшись спиной об громадный дуб. Троль, так же как и она мгновение назад, задумчиво смотрел на луну. Он был спокоен и свеж. Душа его, словно… вода в заповедном, лесном озере была безмятежна и непоколебима. Троль был красив… "Какая разительная перемена." – Подумала девушка, любуясь чужой душой.– "Ничего общего с тем яростным – адским пламенем, что бушевало в нем тогда – в городе… Капля росы на кувшинке или дымчатый горный хрусталь, разбитая на части льдинка… Неужели и в правду можно быть таким… разным?"

Троль почувствовал Элину, повернул к ней свое безобразное – слишком звериное лицо. Ничего в нем не изменилось но, догадавшись, что подглядела то, что не должно, Элина стыдливо опустила глаза. Отчего-то стало обидно… только секуной позже, девушка поняла, что завидует. Завидует той свободе, той необычной свежести, тому необычному дару, что… досталась этой странной уродливой твари… в обход ей…

С трудом, подавив какие-то мутные волны грязи, что поднялись со дна ее собственной души. Элина, сфокусировавшись на дикаре, навесив на его душу шаблоны: эльба, прима, себя и пантеры сняла поводок.

–До утра свободен.– В пол голоса произнесла она, выкинув чужую волю из своей головы.– Делай что хочешь.

––

Сон пришел быстро и так же быстро ушел, оставив после себя одну только усталость, чувство недоумения и ломоту в спине. Открыв глаза, Элина зажмурилась от света. Солнце взошло, значит, пора готовиться в путь. Сев, девушка потянулась, огляделась по сторонам. Эльб и прим уже не спали. Сидя бок о бок у разведенного костра, мужчины вели неспешный разговор. Тут же был и Бляха… Вальяжно развалившись в шаге от хозяина, пантера вылизывала свою богатую, сверкающую черным серебром, шкуру. Почуяв, что за ним наблюдают, хищник смерил девушку гордым залотистым взглядом и, зевнув внушительной клыкастой пастью… разом растерял к ней всякий интерес… Кажется все в порядке. Ночь не принесла существеных перемен. Все живы и это хорошо…

Запоздало вспомнив о Дайнаре, Элина потянула за ментальный, связывающий ее с охотником, поводок. Троль стоял на прежнем месте… Даже поза его не изменилась. Все те же пятна застарелой грязи, пота и крови, на теле и лице дикаря. Робко коснувшись души охотника своей, девушка поняла, что тот до сих пор голоден. Это вывело ее из себя, но… собравшись мыслями цетра заглушила свой гнев. Зачем-то вспомнились слова убитой настоятельницы. -"Ненависть – есть оружие слабого. Сильный терпелив. Не торопись в действии, сперва узнай мысли мудрого."

Решив не спешить с наказанием, поднявшись с места, девушка подошла к костру.

–Доброе утро.– Поздоровалась Элина.

–Привет молодка.– Тут же ощерился в безобразной улыбке эльб.– Как выспалась?

–Неплохо. Господин Гроз. Господин Борг… дикарь, ну, в общем, он всю ночь на месте простоял и не помылся и не поел…

–И что? Мне его с ложечки кормить?

–Ну, я не знаю…

–Не знает она…– Засмеялся эльб.– Ты же его, не только помыться, но и весь этот дуб, с корня до самой кроны, сгрызть заставить можешь. Кончай с ним церемониться. Знаешь старую солдатскую поговорку – не можешь, научим, не хочешь, заставим? Знаешь? Ну, так действуй…

Эльб кажется не шутил, а так как, перечить, Элина считала себя не в праве, ей пришлось подчиниться…

Покосившись на троля, цетра послала мысленный сигнал – подойди. Затем, вынула из мешка кусок вяленого мяса и протянула его дикарю – ешь.

Не проявляя никаких признаков недовольства, Дайнар взял из рук Элины еду и, запихав кусок мяса к себе в рот, начал методично его пережевывать. Один в один механическая кукла, что она видела на ярмарке в прошлом году. Пустые глаза, мертвое лицо и мерно двигающаяся, вверх вниз, челюсть.

–И ты его, теперь, всегда так кормить будешь?– Усмехнулся эльб, наблюдая за действом со стороны.– А не надоест? Влезь ему в башку и поменяй там, чего надо… Что б меньше кривлялся.

Вспомнив вчерашний вечер и то, что она случайно подглядела в душе дикаря, Элина потупила глаза. Та призрачная… странная красота, о существовании которой, она, до того момента, даже не догадывалась, теперь должна была исчезнуть. То, что требовал эльб… было… было равнозначно – следам грязных солдатских сапог на белоснежном отглаженном покрывале. Это было так, словно у тебя в ладонях, был невероятно редкий, совершенных форм мотылек, очень хрупкий и почти невесомый, а ты, вместо того, что бы его охранять…

Собрав волю в кулак, Элина коснулась души дикаря и одним сильным ударом… нарушила в ней что-то чистое… Чувствуя себя человеком, только что, на глазах у многих, совершившего подлость, опустилась у костра и вперив взгляд в котелок, попыталась отрешиться от окружающего ее мира. Дикарь маячил перед ее внутренним взором… Гармония была нарушена. Законченая картина приобрела лишний, портящий всю композицию, мазок. Теперь в охотнике явственно сквозило желание. Такое чужое и такое нелепое. Дикарю нестерпимо хотелось залезть в воду, смыть с себя грязь, а потом… сытно и до пуза нажраться…

Не желая видеть в охотнике новую перемену, Элина мысленно разрешила ему отправиться к ручью. Дайнар тут же сорвался с места и мгновением после, скрылся с глаз. Жаль… но даже вода не смоет теперь тот ком грязи, что она, ради спасения себя, пойдя на поводу злобного коротышки, впихнула чужую в душу…

Эльб с глумливой улыбкой, что-то крикнул в след дикарю, а затем, что-то долго втолковывал приму. Борг молчал. Зачем-то вспомнились слова писания. "Если ты встал на путь воина, то должен уметь причинять боль. Зло разобьется о тебя словно о каменную стену. Помни лишь об одном. Сделав шаг к пропасти, вернутся уже нельзя."

Глава. 12. Борг.

К полудню оказались у границ темного леса. Очерченная словно по линейке зеленая стена, насколько хватало глаз, тянулась враво и влево. Лес не казался дружелюбным. Впрочем, он таким и не был… Глупо пытаться разглядеть свет там где его нет. Борг знал, лес не привечает чужаков. Чувствуя себя букашкой у стопы великана, прим невольно дернул плечом. Лезть в этот злобный зеленый ад не хотелось… Будь любой другой путь он бы обошел его стороной. Но выбора не имелось, а значит… была не была.

Спустившись с коня, Борг размял ноги. Оглянувшись на спутников, отцепил от седла подсумок…

Сняв с коня седло и удила, воин помог расседлать мерина эльба и кобылку послушницы. Чувствуя свободу, после легкого понукания, раскидывая из-под копыт комья земли, те скрылись в соседней роще. Провожая животных взглядом, Борг залихватски свистнул. Остальную часть пути предстояло пройти налегке…

–Так будет лучше.– Пояснил воин, раскладывая рядом с собой плащ и прочие пожитки.– От коней в темном лесу один вред. Шумные очень. А лес лучше не злить…

–А их звери не съедят?– Робко спросила девушка, оглянувшись на ржание своей мышастой кобылки.

–Как бы они сами кого не сожрали.– В привычной манере, встрял в чужой разговор кривоногий старик.– Если в темный лес не полезут, то ничего им в ваших рощах не сделается. От волка убегут, лисицу не заметят, а более крупного и хитрого хищника в этом огородце-садике не водится. Набегаются на воле и опять к твердыне. А дальше, уже история известная… Ты лучше о себе подумай. В лес ведь идем…

Кивнув словам эльба, прим вновь покосился – на темно зеленую стену у себя за спиной. Старый великан казался угрюмым… Борг по опыту знал, что многие враги страшны только внешне. Подойдешь ближе, ввяжешься в драку и оказывается, что весь его бравый вид – уловка для дурачка. Темный лес своей грозной внешности соответствовал на все сто. Он не кривлялся и не кичился, он в открытую заявлял о своей силе. Ничего, не скрывая и не приукрашивая, лес был таким – каким был, и лучшее, что могли сделать у его границ путники, это повернуть назад…

–Войти может каждый.– Задумчиво пробормотал прим, мельком глянув глянув на дикаря.– А вот выйти…

Троль уже успел привести себя в некое подобие порядка, но даже сейчас, выглядел не ахти… Припомнив – что пришлось пережить охотнику за последние несколько дней прим поморщился. "Не склеился бы наш герой раньше времени." Чуя на себе взгляд человека, дикарь нервно оскалил клыки… Цетра выглядела чуть лучше, но что толку? Ткни ее крепче и разлезется в пальцах как дракончик из воска… угробит и себя и парня. Хотя, что теперь об этом? До гор тумана как до звезд… А так, хоть какой-то шанс…" Один только эльб ходит орлом. Маленький, живой, язвительный и плевать – что старый, а приведи попасть в беду… лучшего напарника не сыскать. Не один бой прошел и если до сих пор жив, значит, котелок работает. Вот, почти скрывшись под огромным мешком, прикрепил к поясу свой чудной молот. Попрыгав на месте, проверил, крепко ли затянуты ремни. Сразу видно – опытный ходок. Такой, почем зря в беду не полезет, и других за собой не поведет. И если бы не вся эта мутная история с драконом… Жаль, но даже с ним, ухо нужно держать востро.

Короткий привал, тем временем, подходил к концу. Люди отдохнули, собрались перед решающим шагом с мыслями, время для сомнений прошло. Собрав скатку, Борг накинул на плечи походный мешок. Помог собраться Элине. Троля решил не нагружать… От дикаря зависило слишком много, и превращать его во вьючное животное, было верхом глупости.

–Готовы?– привередливо оглядев отряд, спросил Борг. Эльб и послушница кивнули.– Значит, с благословения пятерки…

Двинулись к лесу.

Тысячелетнее чудовище, затаившимся в логове зверем, вперило в людей тяжелый, недоверчивый взгляд. Вспомнив о важном, Борг, попросил Элину, тщательно следить за эмоциями дикаря. Выслушав воина, та с готовностью кивнула и… уже буквально через пару шагов попросила прима остановиться.

–Господин Борг.– Неуверенно начала она косясь на дикаря.– С Дайнаром и правда что-то не так…

–Что такое?– Воин не торопил цетру, пусть как можно лучше разберется со своими чувствами.

–Он другой стал.– Произнесла та после недолгой заминки.– Его… нет…

–В смысле нет?

–Его в нем нет… Только что был, а теперь нет… Я чувствую его тело, слышу, как бьется его сердце, но кроме этого…

–Ничего не понимаю… Это как?

–Ну…– округлила глаза цетра.– Он сейчас как кукла. Знаете, есть такие на веревочках… Я могу поднять его руку ногу. Могу заставить его идти. Но… самого Дайнара, сейчас в теле нет… это как мертвец. В нем нет разума…

–Это твоя вина?

–Я… Я не знаю…– зачастила девченка.– До привала он был, а потом вдруг… Вы сказали обратить внимание и… Я не знаю, что с ним случилось я… я…

–Подумай.– сдерживая раздражение, попытался говорить мягче Борг.– Если дикарь нашел способ для… самоубийства, тогда все шло крахом. Этого, ни в каком случае нельзя было допустить. Без него мы не доберемся до гор тумана. Должен быть способ вернуть все обратно… Соберись!

Девушка побледнела, сжав руки на груди, в испуге зажмурила глаза.

–Погоди Борг.– Вовремя оказавшись рядом, проскрипел эльб.– Не пугай девушку. Тут с умом нужно…

–Объясни.– Покосился на коротышку прим.

–Троль не может быть прост. Троли другие… Дети вельда знают то, чего не знаем мы. Ты видел его татуировки? Он уже ходил через лес… Борг, ты много знаешь о дикарях?

–Достаточно…

–Даже знаешь их конечную цель?

–Наверное… как у всех. Благоденствие и процветание.– Пожал плечами прим.– Врятли что-то особенное.

–Эээ не скажи.– обнажил свои ржавые зубы старик.– Вспомни, они одни остались в этих землях после великих войн. Мы эльбы тогда ушли под землю, вы скрылись за океан, а они, троли… остались. И выжили там, где никто другой не сумел. Благоденствие и процветание… разве можно говорить такое о жителях вельда? А ведь они не глупее нас Борг…

–Кончай темнить.– Утомившись от многословия коротышки, вздохнул прим.– Говори по сути, а развернутую лекцию оставь на потом.

–Хорошо. Говорю то – что знаю. Есть мнение, что общность тролей вертится вокруг создания идеального существа. Самого умного, самого смелого, самого быстрого. Потомство оставляют лишь лучшие… и это право нужно доказать. Как думаешь, зачем Дайнар полез в твердыню? Зачем он перся через пустоши и старый лес? Не знаешь? Вот…– вытянув в верх указательный палец улыбнулся старик.– А мне кажется, что он просто, как прошедший горнила и наковальню клинок, пытался… доказать свое качество…

–И что из того?

–Наперсток песка, брошенный на дорогу – почти ничего… Но если бросать по одному наперстку в день, в одно и тоже место, то со временем, может получится гора. Троли пластичны… Кто может сказать, к чему привел их тот путь на который они ступили три тысячи лет тому назад?

–Ладно. С этим разобрались. Троль скотина сложная…– Поморщился Борг, совершенно запутавшись в объяснениях эльба.– Считай, что со своей задачей ты справился и заболтал меня до полусмерти. Но что дальше-то делать? Он так и будет с выпученными глазами стоять?

–Возможно.– Пожал плечами старик.– Охотник не станет убивать себя без нужды. Он либо притворяется, либо чем-то занят. Элина, детка, посмотри более внимательно, ручаюсь, где-то там – в самой глубине его разума, должна быть тоненькая ниточка которая ведет… в общем коснись ее и… потяни…

Выслушав коротышку, послушница заметно приободрилась, и закрыв глаза, погрузилась в себя. С минуту она пыталась постичь внутреннюю сущность троля… а потом…

–Он там.– Произнесла она наконец, вдруг просветлев лицом.– Я его нашла.– Сейчас…– Оборвавшись на полуслове, Элина сосердоточиась… и вдруг, выгнувшись в струну, издав негромкий, полный боли крик, упала на землю…

Превым пришел в движение старик. Сорвавшись с места, коротышка навалился на послушницу всем своим телом, и прижав цетру к земле, принялся разжимать ей челюсти…

–Борг помоги.– Выкрикнул он, явно не справляясь задуманным.– Ух, и здоровые же у вас бабы…

Не заставляя себя просить дважды, прим бросился на помощь. Послушницу трясло. Хрупкое тело цетры крутило спазмами. Глаза девушки закатились и теперь, на их местах, сверкали огромные розоватые бельма.

–Не порань ее.– Спокойно словно ничего особенного не происходит, проворчал эльб, просовывая между тесно сжатыми зубами цетры деревянные ножны кинжала.– Она тебя потом не похвалит. Просто придерживай.

–Что с ней?

–Припадок. Очухается, сама все расскажет. Конечно… если очухается…

Приступ прекратился так же внезапно как и начался… Стало спокойней, однако в сознание девушка не пришла. Глаза послушницы закрылись, и стало казаться, что та, теперь, просто спит и видит добрый, хороший сон.

Отбросив прокушенные ножны в сторону, эльб поднялся с колен. Отряхнулся от налипшей на одежду травы и сняв с пояса свою флягу, сделал пару больших глотков. Сплюнул и посмотрев на небо, что-то невнятно пробормотал себе под нос.

–Да отпусти ты ее. Ей теперь и без твоих прижиманий нормально.

–Молодец Гроз.– Встав с земли, отряхнулся Борг.– Вот и послушница теперь сбрендила. Куда нам их теперь..?

–Ну куда…?– Усмехнулся эльб.– Можно… Бляхе их скормить. Ты не сомневайся, он когда голодный много может слопать. Как удав…

–Шутка-юмора да?– Скрипнул зубами Борг.– Я тебя по нормальному спрашиваю…

–Хватит-хватит.– прикинулся испуганым эльб.– Только не бей… А если по нормальному. Давай подождем. Может вся беда… пустого яйца не стоит. Не очухается, вернемся к твердыне и подберем себе новую цетру… Там найдется, кого подвинуть. А до гор тумана дорог много, доберемся как-нибудь. Успокойся и запасись терпением.

Сплюнув на землю, Борг отвернулся. В общем эльб прав. Искать виновных, дело десятое. Нужно подождать…

"И впрямь, веду себя как базарная торговка".– Мысленно обругал себя прим.– "Надо же было показать себя таким идиотом и это в самом начале похода… Хотя очень жаль, если этот самый поход, так толком и, не начавшись… благополучно усохнет на корню."

13. Глава. Дайнар.

В двух шагах от Дайнара был темный лес. Древнее чудище готовое сожрать любого, кто не спросясь решит забраться в его сырые чащобы. Глупые люди без раздумий нарушат покой старика… Что они знают о нем, на что надеются, ступая на запретную землю? Совсем немного… Но все-же идут. Идут, наплевав на свой страх и на свои жизни. Миг – когда безумие сливается со смертью… Смерть.– Улыбнулся троль.– Смерть для слабых. А пока, нужно время. Совсем немного – день или два. Ровно столько сколько нужно, чтобы разобраться с секретом адской вещицы – древнего механизма, пленником которого, ему непосчастливилось стать. Вернуть себе свободу, а потом… потом пусть льется кровь…

Остановившись вместе с группой, Дайнар закрыл глаза и успокоив ум, коснулся разума серого древа.

Лес не любил чужаков… С ним (лесом) нужно быть начеку… аак со своенравным, обремененным чудовищной силой, ребенком. Сначала покажись, затем заинтересуй, а после… дай ему вдоволь с тобой наиграться. Помни лишь об одном, что бы с тобой ни случилось… не груби. Серое древо не терпит обид.

Лес знает, что неуязвим. Он уверен в своей силе. Он замкнутв в самом себе и ему нет дела до всего остального. Не разубеждай его. Ты только пылинка на спине гиганта. Ты прилетел вместе с ветром, задержался на секунду и тебя больше нет. Ни больше ни меньше. Смирение и легкость, и возможно… тебе сохранят жизнь…

Обнаженной – не имеющей телесных оков душой, троль коснулся сознания великана. Нежно, боясь потревожить спящего гиганта, завибрировал с ним в унисон… и наконец, пропитавшись до самых основ его желаниями, его призрачными фантазиями… стал почти от него не отличим. Оставаясь незамеченным, охотник стал видеть десятками тысяч глаз, звучать сотнями тысяч голосов, благоухать миллионами ароматов… Словно зеркальные – троящиеся сами в себе отажения… Вот, пробирающийся сквозь густую чащу медведь, вот – спешащая к водопою лисица, а вот – сосредоточенный на своей пахучей дорожке… трудяга муравей…

Страшась потерять себя в многоголосом хоре, троль оглянулся на тонкую – связывавшую его с телом нить. Время окончательно уйти в мир сказочных грез, наступит после… но пока он сам способен мечтать, выбор пути остается за ним. "Лишь пустые старцы полонят свои души чужой волей. Ты – это твои надежды, а потому – твори их сам…"

Обостренное чутье показало Дайнару, что за ним кто-то следит. Неужели лес все же увидел в нем чужака? Нет, не похоже. Только вот взгляд…

Троль почувствовал натяжение и в следующее мгновение… что-то неумное и грубое, жесткое и глупое… ударило по нему словно ножом. Испытав боль, о существовании которой прежде даже не подозревал, дикарь заметался в водовороте отражений. Мало помалу стало легче и кое-как собравшись с мыслям,и троль потянул за ментальную нить. Нужно возвращаться. Кто бы ни оказался врагом, встречаться с ним, оказавшись в сцепке с безмозглым человеком, не хотелось. Смерть в ментальной сфере это смерть души. Тело без разума – кукла, нужно спешить…

Путеводная нить в ладонях полыхнула красным, зазвенела натянутой тетивой и по тролю, вновь полыхнула боль. Врагом был не лес, враг был во вне, где-то там – по ту сторону злополучного поводка… Вспомнив о послушнице троль замер, а затем… крепче сцепив зубы потянул ментальную нить на себя. Пытка казалась бесконечной но… в какой-то миг он увидел то что хотел. Еще немного… и вот, словно огромную рыбу из воды, охотник притянул к себе осколок чуждой души…

Стало легче… Водоворот отражений уже не резал глаза. Вглядевшись, Дайнар улыбнулся. Догадка была верна. Послушница, проклятая цетра, что успела принести ему столько боли, была здесь. Троль ликовал – такого подарка он не ожидал. Впервые, после того, как было потеряно кольцо, он может не только терпеть страдания, но и чинить их сам… Метнувшись к сущности цетры, троль окутал душу девушки сетями воли, и когда та оказалась полностью в его власти, с наслаждением, сдавил ее нежную туманную оболочку своей…

Послушница задрожала, завибрировала, попыталась вырваться из его объятий но, не сумев справиться с яростью троля, закричала. Закричала без помощи рта, без помощи гортани, самой душой. Острой как бритва мыслью, чистым первобытным страхом… пропорола оболочку охотника и не замечая ничего вокруг ударила болью по лесу.

Серое древо заволновалось, заворочалось, подняло над своим – туманным телом черный туман… но так и не проснувшись вернулось в статичное состояние. Пока, им позволено было жить. Дайнару повезло, но следовало знать меру. Перестав трзать девушку, троль приказал ей замолчать. Здесь – на чужой земле они были подобны мотылькам. Нужно вести себя тихо…

–Больше не кричи.– Повторил Дайнар.– Ты можешь навлечь на нас беду.

–Кто ты?– испуганным солнечным зайчиком метнувшись в хватке дикаря, спросила цетра.

–Дайнар.– ответил троль.– Зачем ты полезла сюда, за мной, здесь опасно…

–Дайнар? Как ты..? Отпусти меня…

–Или что? Здесь я сильнее. Я решаю как быть.

–Ты убьешь меня?

–Нет…– Немного подумав, оскалился троль.– Если остаться здесь… наши тела погибнут от голода и жажды… каждое в свой срок. Нам нужно будет вернуться. Но пока…

–Ты решил меня проучить?

–Ты догадлива.

–Но пока не знаешь как… Повтори, почему мне нельзя здесь кричать?

"Хитрая бестия."– Улыбнулся троль.– "Как быстро она нашла брешь в моих словах…"

–Отпусти меня.– Произнесла девушка вновь, убедившись, что охотник не станет причинять ей вреда.– Давай решим вопрос миром.

Кивнув, Дайнар ослабил хватку. Выскользнув из объятий охотника, цетра удивленно оглянулась. – Где мы?– наконец спросила она у дикаря.– Что это за мир?

–Это сон леса.– шепотом ответил Дайнар.– И ты, сейчас, прытаешься пробудить серое древо…

–Чей сон? Леса..? У нас же миссия. Господин Гроз сказал… что ты… ты где-то тут…– цетра сделала неопределенный жест своей туманной рукой.– И я должна вытащить тебя обратно. Ты нужен Боргу, я должна за тобой приглядывать. Немедленно верни меня и себя обратно. Предупреждаю, как вернемся, тебе… Знаешь, что мне господин Борг сказал? Вот увидишь, он с тебя шкуру спустит…

–Лес разумен.– Улыбнулся Дайнар, когда поток слов сошел на нет.– Это его сон… Я пришел сюда с просьбой. Без дозволения, серое древо не пропустит нас через себя. Поверь мне, я знаю о чем говорю…

Закусив губу, девушка задумалась:

–Хорошо, заканчивай, что начал и идем назад.– Кивнула она наконец.– Но если сделаешь что-то не так, что-то такое, что может повлечь за собой вред, я… я за себя не ручаюсь.

–Прекрасно.– Кивнул троль.– А теперь, стань как я. Будь тише…

Улыбнувшись, Дайнар расслабил сознание, вновь завибрировал в такт с лесом. Цетра, не вполне понимая, о чем ее просят, растерянно затопталась на месте. Зная, как сложен первый опыт, охотник коснулся ее руки своей.

–Почувствуй мою душу. А потом, просто возьми ее на себя…

Не став перечить, цетра закрыла глаза и довольно скоро, правда слегка неуклюже, выполнила просьбу дикаря. Гибкий ум оказался не впример способным. Это было сильно, и оттого заслуживало… уважения.

–Не думал, что у человека получится это так легко.– Пробормотал троль.– Ты впервые оказалась вне себя, но разом свыкнувшись с новой реальностью, сделала много больше чем ожидалось… Даже мне было сложно. В первый раз…

Девушка промолчала. Сейчас ей было не до слов. Примерив на себя сущность леса она… провалилась бесконечный ментальный экстаз. Сейчас… она была больше и глубже чем до любого мгновения прежде. Сон леса расширил ее сознание, внес в него новое качество, сделал его подобным… самому себе…

Дайнару было знаком ее восторг. Сон серого древа был мал и бесцветен по сравнению с сознанием спящего коллоса, но и он мог удивлять. Здесь тоже можно было быть где угодно, творить, что угодно, видеть, чего нет… Не отпуская руки послушницы, Дайнар потянул ее за собой и, мало помалу, в плотную приблизившись к тому – что можно было назвать древом, осторожно проник сквозь тонкую, схожую с зеленой дымкой, оболочку "во внутрь". На мгновение свет померк, стало жарко, а затем…

Они оказались на большой поляне. Здесь было тепло и сыро, по молодой траве гуляли рябые пятнышки света… пахло хвоей, где-то рядом звенел ручей. Сев на большой обтянутый мхом валун, троль опустил цетру рядом с собой. Теперь надо немного подождать. Лес должен свыкнуться с их присутствием. Увидеть их, распознать их, довериться им, забыть о них…

–Красиво.– Произнесла Элина осмотревшись.– Ощущение как во сне. Почти забытом, очень добром, сладком сне… Ты часто общаешься с лесом?

–Нет.– Оскалился троль.– Старый лес чужд тролям. Наш дом вельд. Он больше и мудрее… Великий спящий коллос знает меня. Здесь я чужак. Серому древу тролю без надобности, здесь опасно. Даже я, не пытаюсь с ним говорить… Ты тоже не пробуй. Сосредоточься на мне. Смотри по сторонам, будь с лесом, будь им… но не оценивай его. Серое древо не терпит чужаков…

–Я постараюсь.– Прошептала девушка кивнув.– Как долго мы здесь пробудем?

–Решать ему. Надеюсь, что не долго…

Потянулось время. Изумрудного цвета трава с алмазными россыпями росы на тонких длинных листах… Прозрачный туман, впитавший в себя лучи золотистого света. Живая, дышащая темнота – жадно затаившаяся среди громадных стволов. И звонка, легкая тишина, что бывает только… в самые спокойные и добрые минуты…

–Как хорошо.– Услышал троль голос Элины.– Если бы было можно, я осталась бы здесь навсегда.

–Не говори так.– Предупредил ее дикарь.– Лес может тебя забрать…

Стало смеркаться и от травы, словно порывом ветра поднялись бабочки. Легкие невесомые тельца закружились над поляной. Запахло цветами и где-то далеко-далеко, трепетно и нежно, запела птица. Отыскав свой путь сквозь густые кроны, с нависших над поляной ветвей, упали первые капли дождя.

Тоскливо оглядевшись, троль плотнее сжал кисть послушницы в своей руке – лес почувствовал настроение цетры и стал с ней играть. Это было плохо и… кажется, Дайнар ее об этом предупреждал. Что-то исправлять было уже поздно… Оставалось только ждать и надеяться что все закончится хорошо…

Стало морозно и порхающие бабочки… незаметно превратившись в снежные хлопья, скрыли под собой зелень травы. Наступила ночь и поднявшаяся в небо луна озарила все вокруг чистым, мягким светом. Снег, иней, клубившаяся в воздухе поземка – все разом заискрилось серебром. В ярком контрасте напитались темнотой и выползли из своих укрытий тени. За спинами троля и девушки, раздался скрип снега… и обернувшись, Дайнар увидел вышедшего на поляну волка. Хищник смерил охотника печальным недобрым взглядом и задрав морду к небу, огласил округу протяжным долгим воем. Мороз стал нестерпим…

–Волк.– Негромко прошептала Элина, стряхнув со своей ладони руку троля. Спорхнув с места, в одно мгновение, девушка оказалась рядом с поющим хищником. Зверь был громаден: был вдое больше ее самой, но послушницу… это словно не волновало. Дождавшись когда волк закончит песнь, цетра схватила его за огромную морду и, склонив ее к своему лицу, заглянула зверю в глаза. Пару мгновений было тихо, а потом… волк распался в ее руках, словно мираж…

Тонким чутьем, троль понял – лес принял девушку за друга. Теперь (если она не спровоцирует его чем-то еще) он не причинит вреда. Осталось просить за себя, за эльба, за пантеру, за прима. После всего, что случилось, это не должно составить труда. Дайнар видел – лес вспомнил его. Вспомнил его прошлые визиты и его пустоту… Теперь нужно показать ему образа пришедших с ним людей и вновь подождать. Вложив все в оду мысль, Дайнар отдал ее в сон серого древа. Не чувствуя отторжения поднялся с камней. Готово. Нужно возвращаться.

Приблизившись к Элине, Дайнар коснулся ее плеча и когда та обернулась, увлек цетру за собой. Тела стали невесомы и охотник устремился в зеленую, сплетеную из ароматных листьев, высь. Оказавшись над лесом, отыскал соединявшую его с телом нить и обхватив покрепче запястье девушки, сделал рывок. Мир закружился и померк, стало тесно и трудно дышать… пришла боль.

Открыв глаза, охотник заставил себя сделать вдох. Сквозь резавший глаза свет, разглядел над собой склоненные фигуры эльба и человека.

–Смотри, этот вроде очнулся.– Услышал он голос старика.– А ты меня пугать решил…

Рывком сев, троль осмотрелся. Цетра лежала рядом, но пока казалась спящей.– "Неужели не вышло?"

Встав на колени, схотник склонился над девушкой и коснувшись своими губами чужих губ, помог послушнице сделать первый вдох. Частый случай… молодые троли совершив свое первое путешествие в мир грез, а затем, вновь вернувшись в реальность, от резкого перехода, обычно… забывали о простых, казалось, на первый взгляд, вещах. Забывали как двигать руками, как говорить, как открыть глаза. Забывали многое другое и потому, нуждались в помощи от более опытного и мудрого наставника. Элине повезло, что рядом был Дайнар…

Жадно впитав в себя дыхание дикаря, цетра с трудом сделала следующий – самостоятельный вдох. Наконец справившись со сдавившем грудь спазмом, попыталась что-то сказать…

–Ничего страшного.– Улыбнулся Дайнар.– Ты уже в теле. Все пройдет… Успокойся.

Элина затихла и троль открыл ей глаза. Научившись видеть, послушница удивленно выгнула бровь, затем… беззвучно задвигала – отказавшейся повиноваться челюстью.

–Ничего страшного.– Повторил Дайнар.– Все хорошо. Способность говорить придет позже. Не торопись, дай телу и духу вновь примириться с самим собой. Лежи. Тебе требуется отдых…

14. Глава. Гроз.

В путь отправились только через час. Девчонка, завершив вместе с тролем, полет в какие-то там, сложные для понимания обычного ума, астральные дали, вернулась обратно, потеряв способность даже говорить. Словно малое дите, она, понемногу. вновь обучалась владеть телом… но даже сейчас, спустя, казалось бы, достаточное для этого время, выглядела квашня квашней… Врочем, если все, что они рассказали, окажется правдой… Пройти через темный лес пользуясь его защитой…– Отхлебнув из фляжки изрядную порцию зелья, эльб довольно крякнул.– То что может быть лучше? За такой подарок, не только пару часов отдать не жалко, но и несколько дней. Даже прим, насколько голова дубовая, да и тот, после третьего объяснения понял…

Пьяненько ухмыльнувшись, Гроз покосился на послушницу. "Зараза… Запредельный мир увидала. Будет теперь – что внукам рассказать. Конечно, если доживет… Убил бы за такой шанс…"

В лес вошли обычно. Так-же, как в большую рощу у стен твердыни. Даже Бляха никак себя не проявил. Добрый знак, чутью зверя эльб привык доверять… Сквозь густые заросли запетляла тропинка. Оглянувшись на членов отряда, Борг не раздумывая, тут же, свернул на нее. "Верное решение… Если троль не солгал, то лес, без лишних подлянок, выведет нас куда нужно. Теперь как на большой и спокойной реке – отдайся во власть течения и плыви, плыви, плыви…"

К вечеру, в наступивших сумерках, выбрались на широкий луг. Чистый, сухой, с небольшим ручейком под боком… Плутать по серому лесу в сгущающейся мгле было глупо и потому, ночевку решлили устроить прямо здесь. Костер, по молчаливому предупреждению толя, разводить не стали. Но зачем он нужен, если подкрепиться можно хрустящим сухарем, а вместо горячего бульона хлебнуть ключевой воды? Зато, не нужно опасаться хитрого дикого зверья и укусов докучливой, голодной до чужой крови, мошкары… "За все надо платить".– Философски заметил на это Борг.– "А роскошь, в виде костра, в общем… ничтожная цена, в сравнении с нашим покоем."

Подкрепившись, люди расстелили свои плащи и без лишних слов отошли ко сну. На посту, больше полагаясь на привычку чем на необходимость, оставили Бляху. Кого можно опасаться в гостях у такого сильного хозяина как темный лес…?

Проснулся эльб только к утру. Удивительно… столько бессонных ночей на счету, столько лет изматывающей душу усталости и вдруг, без каких либо явных посулов… Целая ночь – безмятежного, сладкого сна. Он уж почти и забыл, что это такое – полностью отрешиться от въевшихся в кости проблем и забыв обо всем на свете, просто перестать быть. Ещё ощущая нежное послевкусие свершившегося с ним чуда, коротышка потянулся и повернув голову на бок, увидел… бархатистый бок сидящей напротив пантеры.

–Ууу, паршивец, и все-то ты в делах.– Умилившись сморщился эльб.– Мы здесь дрыхнем, а ты…

Зверь даже ухом не повел. Застыв словно живой истукан, Бляха безотрывно смотрел в какую-то точку перед собой. Хищная морда пантеры была оскалена, шерсть на загривке вздыблена – перед зверем был враг.

–"Зараза."– Шепотом выругался эльб, потянувшись свободной рукой за молотом.– "Твою ж мать…" Молота на месте не оказалось. "Вот тебе бабушка… и полный швах…"

Медленно, так что бы резким движением не потревожить врага, эльб выгнул шею, огляделся. На расстоянии одного прыжка в семи восьми шагах от пантеры, скромно опустившись на корточки, сидел тощий подросток. Человек..? В аристократически очерченном лице нет и намека на страх – может быть только скука и легкий намек на усталость.

Поперхнувшись от неожиданности, эльб в первое мгновение решил, что за ними от твердыни увязался какой-то пацан… но затем, заметив груду сваленного у его ног оружия, в досаде поморщил нос. Мало кому под силу напугать Бляху и обезоружить (пусть даже и во сне) такого опытного воина как Борг. Одной только ловкости и молодецкой отваги, на это не хватит. Следовательно, за ближайшими кустами скрывается кто-то еще, либо перед ними…

–Здравствуй предтеча.– услышал вдруг Гроз голос дикаря.– Мы не враги тебе. Наш путь не пересекает твоего.

–В потоках судьбы все пути пересекаются.– Улыбнувшись, произнес мелодичным девичьим голосом юнец.– Рано или поздно…

Выругавшись… уже никого и ничего не таясь, скрипнув остывшими за ночь суставами, эльб сел. Поднимаясь заметил, что цетра и прим тоже уже не спят.– "Отлично – гуртом и батьку сподручней бить. Вот и Делийцы, наконец, о себе знать дали…"

–Я Борг.– Представился тем временем прим.– Патриарх Твердыни. Это Гроз – старатель хрустальной горы,– кивок на эльба.– Элина и Дайнар. Позволь узнать твое имя.

–Я Айрин.– Улыбнулся подросток (девушка), уставившись огромными немигающими глазами на коротышку – Ты ведь Гроз? Это твоему отцу мои родичи оборвали уши?

Вспомнив доставшуюся в наследство постыдную историю, Гроз скрипнул зубами. Вот тебе и приятных сновидений. Лучше бы вообще эту полянку стороной обошли.

–Что тебе нужно?– вновь подал голос Борг.– Предтечам нет дел до людей и эльбов, а до Делии далеко и…

–Нашему народу вообще мало до чего есть дело.– Прервав прима, пожал плечами подросток.– Мне просто стало любопытно, что в юнном лесу делает такая пестрая кампания. Эльб, троль, люди…

–У стен твердыни упал дракон…– Склонил голову прим.– Нам нужен Константин.

–Даже так? Троль, эльб, человек и Константин.… А еще дракон… и кто-то темный… кто все это затеял. Дни дремы закончились, пришло время свершений…

–И каков твой следующий шаг?

Подняв с земли камешек, Делийка щелчком отправила его меченосцу в лоб…

–Следующий шаг…– Улыбнулась предтеча взяв в руки молот Гроза.– Серьезная игрушка… давно такой не видела… Дети остаются детьми, а край пропасти все там же… Не заигрывайтесь…

Шкурой чувствуя, что должно что-то случится, эльб внутренне подобрался.

Знакомым движением, предтеча активировала молот и вдруг… не целясь, ловко и быстро, так словно знала это оружие не первый год – метнула его в дикаря… Все случилось так быстро, что Гроз не понял и половины. Просто все вдруг поменяись местами, а затем… Зарычав бросился на предтечу троль. Сместившись в сторону, исчез из вида прим… Раздался оглушительный грохот, а после… росший за спиной дикаря вековечный дуб вдруг преломился пополам.Послышался треск, зеленые кроны над головами путников пришли в движение, заплакали-запричитали потревоженные гибелью их уютного мирка птицы и в следующий миг, на коротышку обрушилась целая лавина из веток сучьев и листвы…

Когда шум наконец успокоился, Гроз открыл глаза. Кажется его придавило. Уперевшись ладонями в тяжелое бревно, чувствуя, что начал задыхаться, эльб позвал на помощь.

–Эй, кто-нибудь. Я здесь. Уберите с меня эту чертову корягу.

Никто не ответил и эльб позвал снова.– Слышит меня кто-нибудь, или перемёрли уже все?

–Кончай орать.– Раздалось от куда-то с боку и с верху.– Сейчас вытащим…

Ждать было не в моготу и решив поторопить события, коротышка, вновь заелозил по земле брюхом. Сдвинуть корягу в сторону сил явно было маловато, а вот подрыть под себя неглубокую ямку самое то…

–Проклятый предтеча.– Не желая сдерживать так и льющихся с языка проклятий, ворчал эльб, выдергивая из-под себя струпья травы и комья рыхлой земли.– И угораздило же ему на нас выйти… Что за пакостливый народ? Никому от них пользы не было – вред только один. Выродки. Тварь поганая… деду он моему уши оборвал. Только и горазды, что пакостить… Лежи теперь, словно навозный жук. И пошто их Константин, сразу всех не вырезал. Да и мы… тоже хороши… Мучайся вот теперь…

Стало чуть свободнее и сняв ремень (что бы не цеплялся), эльб, что есть силы, потянул себя из-под бревна. С третьего раза получилось… Отплевываясь и отхаркиваясь, коротышка встал на ноги и с наслаждением набрав полные легкие воздуха, наконец огляделся. Увидел троля и послушницу.

–Молодежь, вы как? Никого не покалечило?

–Кажется, нет.– Ответила Элина, еще дрожащими от волнения руками, счищая с себя остатки листвы.– Дайнар, когда от молота уворачивался, в куст с колючками попал… А та девушка от него ушла. Он ее попытался догнать но она очень быстрая… А где господин Борг?

–Да здесь где-то.– Пожал плечами эльб.– По крайней мере я его слышал… Борг отзовись, ты где?

На возглас эльба раздался свист. Догадаться откуда тот донесся, было не сложно и члены отряда, тут же не сговариваясь, направились на звук. Оказавшись у поваленого ствола, перебравшись на другую сторону, смогли, наконец, увидеть, зажатогу двумя обломанными сучьями, меченосца.

–Ты там как?– окрикнул его коротышка.– Ничего себе не сломал?

–Да пойми тут. Ребро кажется…– Пожаловался Борг.– Да руку подвихнул… пока все.

–Ну, это ничего. Заживет…– Улыбнулся эльб, понемногу с помощью троля растаскивая завал.– Хорошо, что суком не пропороло… Нет у меня настроения – твои кишки с веток сдирать. Аппетит только портить…

Протиснувшись между двух толстых бревен, Борг протянул руку вверх. Дикарь схватил ее своей когтистой клешней и без каких-то особых приблуд, выдернул человека из зеленых дебрей. Охнув от неожиданности… воин кивком поблагодарил того за помощь и наконец, оказавшись сам по себе, уселся на широком (шагов пять в обхвате) стволе упавшего дерева. Скорчив унылую рожу покосился на эльба.

Не заставляя себя просить дважды, коротышка забрался на ствол и присев на корточки, ощупал тому грудь.

–Ребра целые, как бы… Ладно… давай руку вправим.

Закатав приму рукав, эльб внимательно осмотрел выбитое из шарнира предплечье. Затем, быстрым и ловким движением, вправил кость на место. Дернувшись от боли, прим поморщился…

– Хваталка твоя дня через три-четыре в норму войдет. С ребрами чуть подольше, а вобщем, можешь считать – что легко отделался. Хотя был бы умнее целей бы был…

–В смысле?

–В смысле дома бы сидел да девок лапал.– Ухмыльнулся старик…– Проклятая девка. Чего ей тут только нужно было?

Хмуро поморщившись, старик потянулся к фляжке с зельем. Сделал пару больших смачных глотков. Сел. Хорошо. Занывшая было поясница, ободранные саднящие руки, разболевшаяся от удара грудь – все прошло, и на душе вновь стало легко и свободно.

–Ты то как?– Собрав оружие, уселся на подходящее бревнышко Борг.– Ничего себе не сломал?

–Это ты про меня?– Скривил безмятежную физиономию Гроз.– Я же элитный. Что с моими костями сделается? Они ведь железные. Если только погнутся…

–Счастливчик.– скривился Борг, придержав ладонью выбитую руку.– Мне бы так…

–Не завидуй. Столько железа в себе таскать – то еще удовольствие. Да и больно это… когда тебя живьем на куски режут. Родись я нормальным, думаешь согласился бы на такое..?

Прим пожал плечами.

–То то и оно. Хотя плюсы конечно есть…

–Господин Гроз а кто это был?– присев рядышком, спросила цетра.– Это что в самом деле предтеча..?

–Она самая.– Криво усмехнулся старик.– Принесло ее на нашу голову…

–И что ей было нужно?

–А хрен ее знает. Поживи с их и не такое учудишь…

–Ты ее знаешь?– Спросил Борг, уныло покосившись на эльба.

–Кого? Этого предтечу… имя как буд-то знакомое… но… Знаешь, они все для меня на одно лицо. Да и какая теперь разница? Главное, что предтечи недолюбливают Константина… Три тысячалетия долгий срок… а великий маг и эти остроухие – из одной эпохи… Зашевелились вот теперь. По другому и быть не могло… Что-то затевается… да что..?

–Согласен.– Кивнул Борг.– Но все же… что мы имеем? Предтеча показал нам, что Делийцы знают о нашей беде. Он повел себя странно… но никого не убил. Попытка нас запугать?

Замолчав, прим покосился на послушницу:

–Элина, пусть троль посмотрит на лес. Что-то мне все это не нравится.

Не сказав и слова, девушка закрыла глаза.– Дайнар уже там…– кивнула она.– И лес гневается… Нужно скорее уходить… Нам всем грозит… зло.

15. Глава. Элина.

Заметив волнение троля, Элина сперва не придала этому значения. Затем, было не до того и вот теперь… тот опять умудрился пропасть у нее из виду. Обругав себя последними словами, послушница нашла в пустом мозгу дикаря злополучную нить и не очень желая повторять недавнее путешествие в сон леса, робко потянула ту на себя. Охотник объявился тут же… Дикарь был растерян, напуган и казалось ранен…

Слов не требовалось. Лес был в ярости. Испытав боль, древний монстр просыпался. Зная, что может случится худшее, троль обратился к его ментальной сфере, но было уже поздно. Серое древо клубилось злом, теперь ему было не до сна. Лес видел в себе людей, воспринимал их как врагов и… не желал ничего… кроме их смерти.

–Повтори, что ты сказала.– Уставился на девушку эльб.– Что случилось?

–Лес. Он знает, что мы здесь. Он думает- что мы его враги. Он готов ударить. Нужно бежать…

–Куда?– ухмыльнувшись чему-то своему, развел руками эльб.– Лес большой, до границ далеко…

–Не имеет значения куда. Куда угодно, лишь бы дальше от сюда. В этом месте, сечас центр… средоточие боли… скорее

Больших объяснений не требовалось. Переглянувшись, Борг и Гроз спешно сорвались с места… и только пробежав с десяток шагов, остановились… заметив, что Элина и троль остались где есть.

–Что такое?– Обернулся Борг.

–Дайнар…– Ответила девушка, потянув дикаря за руку.– Мне кажется, он ранен. Он коснулся леса… и тот ударил. Вы этого не видите, но это так. Помогите мне… Мы должны вывести его от сюда. Ему нужно время…

Вернувшись назад, Борг подхватил троля под плечо и дождавшись пока то же самое сделает Элина, потащил охотника за собой – прочь с злополучной поляны. Дальнейшие четверть часа, превратились, в удушливый, не имеющий конца и начала мелькающий зеленой листвой… ад. Обливаясь потом, стиснув зубы крепче, и чувствуя, как рвется от напряжения сердце, цетра все бежала, бежала, бежала…

С каждым шагом, троль становился все тяжелее. Под сбитые горящие ноги, все чаще стали попадаться коряги и вывернутые комья земли. Тропинка давно пропала из вида и теперь, приходилось идти по пояс в траве.... Однако останавливаться было рано. Неясный, родившийся в след за тем, как она коснулась души дикаря, страх, не отпусткал…

Споткнувшись об очередной, казалось, намеренно, вылезший ей под ноги, выступ, Элина свалилась на землю. Силы кончились, оставалось только надеяться, что готовая случиться вот-вот беда, чудом обойдет ее стороной. Борг отпустив троля повалился рядом. Рано… Они все еще в эпицентре. Лес видел их в себе, лес хотел их смерти, нужно было бежать… Задыхаясь Элина уперлась лбом в землю и попыталась встать.... Кто-то шевельнулся рядом… и схватив ее в охапку, оторвал от земли. Открыв глаза послушница различила над собой украшенную огромными волчьими клыками морду охотника… Троль мог идти но, коснувшись его души, девушка поняла – дикарь еще слаб и в любой момент может опять уйти в пустоту.

Возобновилась гонка со временем. Сильное дыхание троля, еко крепкие, словно вырезанные из камня, руки и ворчливое кряхтенье эльба, где-то сбоку – позади… Что-то изменилось, и подняв глаза к небу, Элина увидела, как по зеленым кронам, над головой охотника, прошла упругая мягкая рябь.Затем в спину тролю повеял легкий ветерок, и разметав своими невесомыми потоками волос цетры, принес с собой резкий запах болотной тины. Стало тихо и долгой секундой спустя… послушница скатилась вместе с Дайнаром в какую-то ложбину.

Успев подобраться, девушка свалилась во что-то мягкое и липкое. Дикарь упал сверху. С большим трудом отпихнув от себя тяжелое бездвижное тело, цетра поднялась на колени. Осмотрелась.

Открывшееся ее глазам было так необычно, что послушница, на какое-то мгновение, потеряла саму возможность здраво рассуждать. Все пространство перед ней, все чего касался глаз, жирным подвижным слоем покрывали крупные белесые черви. Не ясно откуда они взялись, но их было много. Черви были среди травы, среди древесных стволов, среди кочек и холмиков, везде, куда ни глянь, черви, черви, черви… Вырвав из живой подвижной массы руки, Элина попыталась встать но поскользнувшись, вновь угодила лицом в образованное их скользскими телами месиво. В ноздри ударил запах тлена…

Пытаясь выбраться из подвижной массы, девушка закричала. Под коленями было скользко и холодно, влажно чавкала сырая глина. Оставаться на месте было нельзя и кое-как собравшись с мыслями, посушница заставила себя сместиться чуть в сторону. Добравшись ползком до векового дуба, вцепилась в корявую, покрытую глубокими трещинами кору и уперевшись коленями в торчавший из земли корень, наконец, смогла встать. Стряхнув с себя червей, обернулась. Троль пока оставался где был. Прим и эльб, воспользовавшись примером Элины, уже весели на ветвях деревьев…

Жить тролю осталось недолго. Размокнув под червями, почва превратилась в подобие болота. Охотник понемногу погружался в серую топь… Нужно было что- то предпринять, но не зная, что, Элина прокричала Боргу, что бы тот подтянул дикаря к себе. Выслушав послушницу, тот жестом показал, что не дотянется и покачав головой, развел руками.– Ничего, мол, не поделаешь, придется оставить как есть.

Оставлять троля в беде было подло. Собравшись с духом, Элина решила рискнуть. Сдернув с пояса ремешок, она привязала себя к дереву и убедившись в надежности узлов закрыла глаза. Затем, сосредоточившись на охотнике, вновь коснулась его души. Провалившись глубоко в себя, охотник не мог управлять своим телом, значит, это нужно было сделать за него.

Укрепившись в его мозгу Дайнра, как в своем, Элина заставила троля открыть глаза. Дальше – больше. Дергая за невидимые нити, пользуясь чужим телом словно марионеткой, девушка заставила дикаря встать на колени. Теперь нужно добраться к Боргу. Увязая незнакомыми долговязыми ногами в рыхлой жиже, помогая себе слишком длинными, но сильными руками, цетра кое-как доползла до соседнего дерева, и остановившись у его ствола, протянула руки вверх…

–Ты что сдурел?– Сщурился на нее с высоты прим, крепче ухвати вшись за сук.– Сам залезешь…

Пришлось справляться как есть. Приложив максимум усилий, с третьего или четвертого раза, Элина заставила чужое тело ухватиться за ближайшую к себе ветку, и подтянуть себя вверх. Кое-как укрепившись на дереве… цетра стала тормошить сознание дикаря. Первые попытки были неудачны, но послушница не сдавалась, и спустя какое-то время, троль, наконец, откликнулся на ее зов. Шатко вывалившись откуда-то из темных сфер… и оттеснив сознание девушки своим, охотник вернулся в тело.

Отпустив дикаря, Элина вернулась в себя и… едва не захлебнулась в окруживших ее отовсюду червях. Оставшись без хозяйки… ее тело соскользнуло с коряги и теперь, почти по самый нос, бултыхалось в скользкой червивой каше. Еще немного и было бы позно. Крепче вцепившись в кору, Элина вновь потянула себя вверх. Выбравшись из живого болота, полезла на дерево выше. Одна ветка, вторая, кажется можно передохнуть… Немного отдышавшись девушка глянула вниз.

Без устали подкапывая землю вокруг дерева, черви постепенно лишили дуб корней и могучий ствол слегка накренился. Земля размякла совсем… С каждым мгновением старое дерево опускалось все ниже. Раздался треск зеленой кроны и Элина,– что бы не оказаться раздавленной, шаг за шагом стала пробираться на тыльную – более безопасную часть падающего дуба. Мельком обернувшись, девушка увидела как из-под слоя червей показался вывороченный корень, после еще и еще один… и вот, наконец, под могучий стон треснувших ветвей, дуб обрушился – в образовавшуееся под ним живое болото.

Подняв вокруг себя целые фонтаны грязи, дерево под громкий всплеск качнулось на вязких волнах. Едва сумев удержаться на стволе, Элина услышав за спиной удар, обернулась. Упал еще один дуб. К счастью, пока еще далеко. Деревья на которых висели остальные члены отряда, пока стаяли на своих местах. Хотя после того что случилось… наверняка не надолго.

Отряхнув руки и лицо от слизи, девушка осмотрелась. Черви уже не пугали так сильно. Ствол, на котором ей посчастливилось оказаться, зацепившись поваленной кроной за соседние деревья, довольно крепко держался на плаву, в общем, спешить, как оказалось было не куда…

Мало помалу стало тихо. Над болотом (тысячи червей, к этому времени, уже исчезли под гадкой на вид белесой жижей) стал подниматься густой, зеленый туман. Плотный, непрозрачный… этот туман, словно громадный слизень – обтекал своим белесым телом все до чего мог дотянуться и поглотив тот или иной предмет, тут же спешил к следующему. Ширясь все больше, плотная дымка добралась до дерева цетры и пока мало что понимая, Элина опустила в него руку…

Невесомое тело обтекло кисть послушницы, заструилось между пальцев… полупрозрачной взвесью стало подниматься по ее запястью вверх. Руку обожгло словно в нее впилось тысяча иголок. Вскрикнув, Элина в страхе отпрянула от тумана. Запах тлена и гнили усилился. Парой мгновений спустя стал вовсе непереносим. От вони заслезились глаза. Что бы хоть как-то укрыться от мерзкого запаха, девушка закрылась мокрым рукавом. Ничего не помогало. Запах проникал повсюду, пропитывал одежду, сочился сквозь поры, настырно лез в нос… Стала кружится голова.

Задыхаясь, Элина поползла по утопающему в зеленоватом тумане стволу. Цепляясь одеждой за обломанные сучя, стала карабкаться по ветвям вверх – к еще чистому воздуху… к пятну чистого неба над головой…

Туман, тем временем, уже поглотил весь ствол, заструился тоненькими ручейками по разрывам коры, и словно хищник желающий настигнуть жертву, выпустил к послушнице несколько тонких дрожащих язычков…

Поднявшись по изогнувшимся под ее весом ветвям так высоко как только можно, Элина увидела… вцепившегося в ствол соседнего древа эльба. Тот, словно не замечая клубившихся вокруг зеленоватых вихрей, что-то негромко бормотал себе под нос, и лишь изредка оглядывался по сторонам. Закашлявшись, цетра криком попыталась привлечь внимание старика на себя. Дерево коротышки тем временем склонилось ниже, вновь раздался уже знакомый треск, и коренастая испуганная фигурка, проплыв стороной, исчезла в поднявшемся уже на высоту человеческого роста тумане. Стало одиноко, пусто и холодно… Время от времени, то там то здесь, раздавался скрежет очередного падающего гиганта, затем всплеск, и вновь наступала глухая, шепчущая тишина…

В очередной раз вздрогнув от боли, девушка осмотрелась. Туман уже поглотил почти все ее тело и не зная меры, лез все выше. Помощи ждать было не откуда… Вспомнив о троле Элина коснулась его души своей, но мгновением после… словно ошпаренная тут же вернулась обратно. Кожа, грудь и глаза дикаря горели словно огнем, он задыхался, а его сердце, такое сильное и могучее прежде, отсчитывало, похоже, свои последние удары.

Зная, что похожая участь ожидает и ее, Элина схватила висевший на шее камешек в кулак. Зажмурившись, горячо пожелала о том, что бы туман, не причинил вреда ни ей, ни ее товарищам. Камешек потеплел, засветился сквозь тесно сжатые пальцы, но опять, как это уже бывало много раз, не сработал… Жаль, чудесное спасение было бы сейчас как нельзя лучше.

Туман, тем временем, достиг ее лица, обтек подбородок, подобрался ко рту. Используя последний шанс, Элина потянулась на носочках и приподнявшись над колючей взвесью, набрала полную грудь чистого воздуха. Гнилой сучек под ее пятой треснул, переломился у основания, и цетра, не сумев удержаться ногах, сорвалась вниз… Соскользнув в вязкую жижу и оказавшись в непроглядной тьме, она еще, какое-то время барахталась в липкой холодной жиже… но все никак не могла найти, за что бы зацепиться. Затем руки ослабли и она, отчаявшись от бесполезных попыток, позволила бездонной пучине сомкнуться над ее головой. Несколько мгновений, под звук лопающихся пузырей Элина еще слышала удары собственно сердца… а потом пришла тишина…

––

…А кто это тут проснулся? Кто это глазки открыл..?

Голос пришел откуда-то извне. Щурясь от яркого света, цетра прикрыла лицо рукой и повернув голову, заглянула под ладошку. Прямо на нее, прячась за чадящей лучинкой, смотрело чье-то морщинистое, уродливое лицо. Беззубый раскрывшийся в жутковатой улыбке рот, длинный, крючковатый нос, редкие седые и сальные волосы. Половую принадлежность существа определить было сложно, но почему-то Элина решила, что перед ней женщина. Точнее старуха, очень древняя, очень страшная…

–Где я?– Просипела Элина обожженым горлом.– Где остальные?

–Где где..?– заворчала старуха, отодвинувшись от лица.– В земле… Радуйся, что жива осталась.

Приподнявшись на локтях, девушка осмотрелась. Черные, грубо сложенные из больших бревен, стены, низкая земляная крыша, очаг и пара тростниковых циновок на полу. В очаге, развалившись пузатым брюхом в углях, попыхивает паром котел. В крыше, над очагом, дыра и сквозь нее, в ночном небе, видна пригоршня ярких звезд. Тут же, у кострища, на лоскуте кожи, лежат куски сырого, истекающего кровью, мяса. Пахнет сыростью и гнилью. За стенами – квакают лягушки, где-то над головой – нудно жужжит комар…

–Мои друзья, они живы?

–Живы?!– может, спрашивая, а может и, утверждая, улыбнулась пустым ртом старуха.

Бросив в угли очага лучинку, старуха склонилась над котлом, и запев какую-то странную бессвязную песенку, покосилась на послушницу. Подмигнула ей слезящимся, выпученным глазом.

–Ты кушать не хочешь?– Спросила она, голой рукой выловив из кипящего бульона кусок мяса.– Вкусно…

–Нет…

–Жаль, жаль… Друзей надо держать у сердца. Чем ближе, тем лучше… Я всегда так делаю…

Уродица явно была не всебе, но цетра не спешила сдаваться.

–Я говорю про эльба, маленький такой и про человека и еще троль… он большой и зеленый. Вы их не видели?

–Троли, люди, эльбы, видели не видели, знаете не знаете!– Зашипела вдруг старуха.– Шастают тут всякие, покоя от них нет. Лес злят, зверей пугают… Ненавижу…

Старуха завертелась на месте юлой. Размахивая руками, зашипела ругательства. Стало жутко…

Отодвинувшись от бабки, Элина вжалас в стену спиной. Пальцы тут же наткнулись на что-то продолговатое гладкое и жесткое. Приподняв предмет, цетра увидела… большую, обглоданную и обломанную с одного конца кость…

–Что сделано, то сделано, а то, что сделано никто не скажет.– Чуть успокоившись, улыбнулась старуха, вновь подобравшись к цетре.– Я чую, все чую… Скажи мне милая. Зачем лес обидели?.

–Это не мы лес обидели. Это предтеча… Я не знаю зачем…

–Предтеча.– Словно смакуя новое слово, кивнула старуха сделав шаг назад.– Предтеча… Давно их здесь не было. Решились значит… Боятся, ой как боятся перемен. Глупые глупые… Перемены это хорошо, дикая свара как богатый стол… скажи, когда еще могут перепасть лакомые куски…?– Склонившись у очага, старуха с жадной суетливостью стала перебирать разложеные на доске куски мяса.– Волки дерутся, кровь каплет… Сладкая -сладкая. Главное успеть отойти… Растопчут и не заметят. Вот смотри.– Старуха подняла два куска сырого мяса к своему лицу.– Это эльб, а это троль. Узнала? Бегали бегали, а далеко не убежали. Вкусные-жирные… Положи их в рот, и никто ни о чем не узнает… лес большой, лес добрый – лес накормит. Какой подарочек мне принес… А какие еще будут..? Сладкие, добрые, большие и маленькие… сильные и умные… перемены…

16. Глава. Борг.

Последнее, что помнил Борг, было падением в болото. Помнил, как увязая в жгучей жиже, карабкается куда-то в черную непроглядную пелену. Помнил сырость и холод. Помнил боль и яркое – нестерпимое желание жить… Только дети не боятся смерти. Настоящие люди, те кто способен творить мир, всегда готовы бороться за жизнь. Во что бы то ни было цепляться за соломинку и верить…

Боргу повезло. Усмехнувшись ему кривым оскалом, судьба вновь решила дать приму еще один шанс. Очередной экзамен пройден, следующий впереди…

Открыв глаза, Борг увидел темноту. Повертел головой, шевельнул ладонью у глаз. Ничего. Над головой раздался шум крыльев, и подняв голову прим посмотрел вверх. Над ним, словно окно в стене из мрака, светилось оклееное звездами небо. "Все-таки жив…" Опустив ладонь к земле, прим наткнулся на что-то твердое и комковато влажное. В ноздри ударил запах сырой могилы и прелой листвы…

–Очухался.– Проскрипел из темноты эльб.– Доброй ночи…

–Где мы?

–Черт его знает… В яме, какой-то…

–Не помнишь как мы сюда…?

–Обращал я на это внимание…– Усмехнулся эльб.– Я тогда жизнь вспоминал… Четыреста лет с гаком, это тебе не муха насрала.

–Ясно… Что теперь? Как выбираться будем? Опыт вековой ничего не подсказывает?

–Пока нет… Сперва думал друг по дружке выбраться. Ну, сам понимаешь один другому на плечи и так далее… Но потом прикинул и выходит ерунда это все. Яма глубокая, да и решеткой какой-то сверху прикрыта.

–Троль здесь?

–А куда ему без нас? Здеся он… Лежит как мешок с говном, от стены к стене… слюнями течет… лужа уже целая натекла…

–А цетра?

–Нет. Ни ее ни Бляхи нету. Пропали куда-то. Может и подохли уже… разве тут разберешь.

–Не бойся…– Раскинув мозгами, вздохнул Борг.– Погибла бы девчонка и троль бы долго не протянул. Раз жив, значит и с ней все в порядке. А вот Бляха… у этого котяры с десяток жизней в запасе. Ничего с ним не случилось. Шастает сейчас где-нибудь по лесу, да в ус не дует…

–Думаешь?

–Уверен…– кивнул прим.– Стражников нам не полагается?

–Я не видел. Хотя… позови. Может кто и отзовется.

Набрав в грудь воздуха, Борг, что есть сил, крикнул в сверкающую звездами темноту. Немного подождав повторил вновь.– Эй, есть там кто-нибудь? Отзовитесь? Тут пленному плохо. Помираю. Ау…

Не дождавшись ответа, прислонился спиной к комковатой стене.

–Слышь эльб.– улыбнулся прим.– Ваш народ ведь мастак туннели рыть. Может вспомнишь – чему в детстве учили?

–Скажешь тоже. Не голыми же руками. Я тебе крот что ли?

–Ну, на нет и суда нет… У тебя при себе оружия не осталось?

–Неа, подчистую выпотрошили…– С сожалением проворчал старик.– У тебя тоже пусто?

–Ага. Даже пряжку с ремня срезали…

Потянулось время. Наконец, над головами пленников раздался шорох… и за шиворот меченосца, упало несколько колючих комочков земли. Удивленно выгнув бровь, Борг посмотрел вверх. Мгновение было тихо, а затем, в звездном окне, над ними, появились очерстания головы. Чужак молча разглядывал прима с высоты, наконец похрипев горлом, сплюнул в колодец тяжелой, склизкой каплей…

–Эй ты, дубина…– Отерев лицо, тут же разразился отборной бранью эльб.– Я тебе ублюдку за это ноги поотрываю. Ты хоть знаешь кто мы такие?

Качнув головой, силуэт сыто рыгнул, что-то вяло и нудно проворчал себе под нос и… вновь сплюнув в колодец, зашелся однотонным придурковатым смехом.

–Гы-гы-гы-гы.– передразнил его старик.– Послал господь очередного придурка…

Незнакомец, тем временем, исчез за краем колодца, затем появился вновь, и в эльба полетел увесистый ком грязи.

Стерев с лица дурно пахнущую жижу, коротышка в бессильной ярости погрозил обидчику кулаком:– Только попадись мне гад, шкуру сдеру… Выродок. Спустился бы к нам…

–Меткий…– Стряхнув с волос капли дерьма, брезгливо скривился прим.– И как он нас в этой темноте видит? Это человек?

–Судя по ушам – да. А на морду… не знаю даже и с чем сравнить. Урод уродом…

–Что замолчал? Дразни обалдуя… вижу, ждет он от тебя этого… Такого раззодорить дело не хитрое. Самим бы потом не пожалеть…

–Здоровый?

–Ага… сажени две. Так что… ты трепаться-то трепись, да за словами следи…

–А может не стоит его тогда злить? В конце-концов.. от смерти нас спас.

–Дело твое. Хотя опоздал ты с этим… Кажись… наш спаситель, чего-то выдумал…

Мелькнув черной кляксой на фоне звезд, силуэт, вновь обвалив на эльба и воина кучу мелких камешков… спустил в колодец толстый канат. Жестом предложил подняться вверх.

–Иди раз зовут.– отодвинулся от конца каната старик.

–Так может это он тебя?

–Ничего не знаю.– скрипнув костями, захрипел эльб.– Это ты у нас воин. Я лучше здесь подожду. В засаде…

–Ну-ну.– улыбнулся прим, встав с земли.– Я так и думал. Не скучайте здесь. Я скоро…

Схватившись за канат, Борг потянул себя вверх. Пару мгновений и вот… кто-то большой и сильный, схватив прима за шиворот, выдернул его из колодца, в полуночный полумрак. Ударившись отбитыми ребрами о какую-то корягу, прим застонал, и с трудом оставшись в сознании, сплюнул выступившую на губах кровь. Осмотрелся. Бежать не куда… Залитая лунным светом, ровная и голая как стол, поляна. Темный лес в полулиге – вдали. Ни сопки ни деревца… Оставалось только ждать…

Зная что Боргу не уйти, великан, вытянув из ямы канат, присел рядом. Что-то негромко проворчал себе под нос…

Гигант был раз впять крупнее обычного человека. Лысый, голый, судя по роже – не очень умный… "Черт его знает откуда в сером лесу взялась похожая тварь. Возможно реликт эпохи иллюзий. Наверняка что-то древнее и… очень злое…"

Уставившись на меченосца круглыми глупыми глазами, гигант улыбнулся. Улыбка всегда была добрым знаком и решив, что диалог налаживается Борг улыбнулся в ответ. Лучше бы он этого не делал… Заворчав что-то злое громила схватил прима за шею и подняв над землей, несколько долгих минут… словно куклу, вертел перед собой. Затем, наконец, оставив воина в покое, (посадив его рядом) поднял с земли какой-то сверток. Осторожно размяв его в толстых пальцах, поднес к лицу. Жадно втянул запах, застонал…

Приглядевшись к свертку, Борг различил на ткани знакомый узор. Определено платок цетры…

Нанюхавшись платка, великан, тем временем, уселся на землю и посадив Борга рядом, отложил тряпицу в сторону. Одним движением сорвав росший поблизости куст, громила скрутил его в мочало и разделив его надвое, нацепил Боргу на голову – словно парик. Подправив свесившиеся космы, вновь вдохнул аромат платка. Затем, вцепившись колбасообразными пальцами в щеку меченосца… что-то нежно ему загугукал…

"Этого еще не хватало."– Отдернул голову Борг.– "Чертов кретин, что за глупые игры?"

Отказ разозлил великана. Громила зарычал и долей мгновения спустя, Борг едва не лишился головы – от мощной, оглушительно-звонкой, затрещины. Силы были не равными и решив пока не перечить, Борг потупил глаза… Все начиналось сначала. Поправил на приме парик, гигант вновь потянулся за платком.

Странная возня, нежные гугуканья, уродливые сальные ухмылки… Растеряв остатки терпения, Борг нащупал под рукой осколок камня. Кем бы ни был этот остолоп, но строение черепа он имел вполне человеческое. Один крепкий удар в висок, и если в голове этого озабоченного долбоящера имеется, хоть малая крупица мозга, исход драки будет предрешен еще до ее начала.

Опасаясь спугнуть верный шанс, Борг притих. Распаляясь все больше, гигант, усадил Борга к себе на колени, вновь улыбнулся и… вдруг, поцеловал воина в лицо. Это было последней каплей… Рука прима, почти не встретив сопротивления, провалилась во что-то вязкое и теплое. Раздался громкий неуверенный стон… Громила удивленно округлил маленькие злые глаза, пару мгновений осмысливал произошедшее, а после… в испуге швырнув воина от себя, схватился за рассеченную вкровь голову.

Свалившись в трех шагах от гиганта, Борг тут же вскочил на ноги, и не спуская с громилы глаз, стал ожидать продолжения. К сожалению удар не достиг цели. Великан был жив, а значит, мог еще себя показать… Потянулись мгновения. Гигант топтался на месте. Гигант был растерян…"С одной стороны – обидно, а с другой – страшно, что еще такого может выдумать этот маленький злой человек, если вдруг, ни с того ни с сего, сумел причинить столько боли?"

Ожидание затягивалось и не придумав ничего лучше, Борг швырнул в громилу булыжник, которым до этого пытался пробить ему висок. С гулким чавканьем, камень вонзился гиганту в лоб. Застряв чуть выше бровей, словно третий глаз, мгновением спустя, окрасился в красный цвет. Голова громилы казалась сделаной из воска, а раз так… Камней кругом хватало и решив не жадничать… воин поднял из-под ног очередную гранитную глыбу.

Бросок еще бросок… Под напором прима гигант пришел в движение и беспомощно прикрываясь от камней руками, стал пятиться назад. Окрыленный успехом, Борг закричал и подхватив с земли очередной кусок гранита, бросился на тварь. Громила припустил бегом… Петляя и испуганно ойкая, бросился в сторону леса…

Догнав гиганта до края поляны, Борг остановился, и озвучив напоследок пару крепких слов, для острастки, повернул обратно. Первая победа была за ним но радоваться было рано. Прим слишком мало знал о месте где оказался, был безоружен и ранен, а значит… следовало быть начеку.

Встав над колодцем, Борг пару мгновений вглядывался в безпросветную тьму у своих ног. В яме было тихо. Не удержавшись от глупой шутки, прим, на пример громилы, зачем-то плюнул вниз…

–Что, уже нахватался?– раздался из темноты ворчливый голос эльба.

–Плохая кампания хорошему не научит.

–С громилой что?

–Убежал. Только только общий язык нашли… А он взял да убежал.

–Прямо так и убежал?

–Прямо так и убежал. Принимай канат.

Столкнув веревку в колодец, Борг уселся в сторонке от ямы и задрав рукав рубахи, принялся заново перетягивать шину на вправленной эльбом локте. Закончив с перевязкой, глянул вниз.– Ты что там помер что ли?

–Я троля привязываю.… Или он тебе уже не нужен?

–Нужен. Но не сейчас… Пускай пока здесь полежит. Здоровый он уж слишком. Все равно от него сейчас толку нет…

–Ну, дело твое.– Прогнусавил эльб.– Хотя я бы его тут не оставлял. Ищи потом этот колодец…

Эльб говорил верно, но тянуть троля на верх… приму не хотелось.

–Привязал? Ну, так и выбирайся от-туда. Тут уж решим, что с этим увальнем делать…

Канат задрожал и парой мгновений спустя, на травку, рядом с воином, вывалилась коренастая фигурка эльба.

–С прибытием. Что-то ты долго. Давно уж, наверное, по веревкам не лазал.

Сипя бронхами коротышка упал на землю, и устало, отмахнувшись от прима кривыми рученкам, что-то невнятно пробормотал в ответ.

–Чего?

–Прожил бы с мое. Да с моими костями. Кстати… что это за мочало у тебя на башке?

Улыбнувшись, Борг, хлопнул эльба по плечу. Стянув наконец, с головы травяной парик, собрался уже было ляпнуть, что-то жизнерадостно-глупое… однако, увидев вдруг у кромки леса пару темных широкоплечих фигур, промолчал. Судя по всему, громила решил вернуться на полянку. И, на этот раз, не один…

17. Глава. Дайнар.

Туман был повсюду. Туман был всем. Казалось, весь мир соткан из одного только тумана. Призрачное легковесное полотно ниспадало тенетам, кружилось вихрями, вновь поднималось нескончаемыми вязкими потоками… Ничего лишнего, только холодный, не имеющий границ и пределов… туман. Вечный и безмолвный…

Дайнар был частью тумана, был от него неотъемлем и неотделим. Троль помнил – до тумана было что-то еще, но не верил – что после него, может прийти еще что-то. Троль был спокоен. Он единый властитель в этом тайном, спрятанном от сторонних глаз, мирке. Здесь он свободен…

В белоснежном мареве возникла фигура. Силуэт… впитывая в себя холодную влагу, он становился плотнее, покрываясь колючими иглами инея, рос. Повеял легкий ветерок, и встревожив туман, осыпал с тонких плеч фигуры колючие снежинки. Белесый пар незаметно рассеялся, и перед Дайнаром предстала ледяная статуя.

Девушка была знакома дикарю. Троль вытянул руку но, так и не решившись коснуться статуи, словно обжегшись, в сомнении, отдернул ладонь на себя. Он мог двигаться, мог уйти. Оставив статую в безмолвном ожидании, вернуться в туман…

Оскалив клыки, Дайнар заглянул девушке в лицо. Прозрачная, словно светящаяся изнутри, маска, выражала тихую грусть. Троль зарычал. Пришла досада за малодушие и трусость. Выпустив когти, охотник занес руку для удара. "Это все статуя. Она виновата в том что он здесь."– Острая мысль обожгла словно огнем.– "Нужно бороться…"

Раздался звон бьющегося стекла, и мир перед глазами охотника, взорвался тысячей ледяных искр…

––

Троль открыл глаза… Беснующийся, пляшущий перед глазами, вихрь света постепенно сошел на нет. Пришли запахи и звуки. Пришла боль…

Судя по всему, он был в колодце. Совсем недавно… здесь, рядом с его телом, были эльб и человек. "Гроз и Борг".– Оскалился троль.– "Живые…".

Скрипнув суставами троль сел. У самого лица, качнулся длинный, свисающий с края ямы, канат. Веревка была крепкой…

Зеленый луг встретил охотника тысячей звуков. Была ночь, над примятой травой царила свежесть… Уловив вместе с ароматами леса запах крови, троль припал к земле. Свежие следы рассказали о многом… Прим был на поляне дольше чем эльб… Затем, они вместе ушли на восток… Их гнал страх. С востока пришел кто-то большой. И не один… Их было трое. Вонючие, глупые, злые. Больше горного медведя… изгаженная древним злом кровь…

Чужаки могли вернуться. Искать себе нового врага троль не хотел. Нужно бежать но сперва… Пднявшись с колена, Дайнар вновь принюхался к ветру. Затем, оглянувшись в себя, обратился к лесу. Серое дрвево было спокойно. Лес спал… Вспомнив о цетре, троль коснулся ментального поводка. Девушка полыхнула тревогой. Чувствуя как ярко отображаются в нем внутренний мир послушницы, Дайнар нервно оскалил клыки. Цетра нервничала, ее душа клубилась страхом. Боли пока не было, но загадывать на будущее троль не хотел. В конце концов их жизни крепко связаны невидимым поводком. Погибнет она – не жить и ему.

Добравшись до края поляны, троль вошел в дремучую чащобу. Корни, ветки, обросшие мхом валуны – что это в сравнением с болотами великого вельда? Широкая дорога рядом с дикой тропой. Бежать было лего… Мало помалу огонек чужой души приблизился вплотную и чувствуя новые страхи цетры, троль заставил себя сбавить темп. Нужно оглядется…

Принюхавшись, троль тряхнул головой. Пахло шкурами и дымом, пахло кровью. Запах неведомых гигантов стал так отчетлив и ярок, что пропитал своим присутствием буквально все. Логово. Здесь нужно быть начеку… Припав к земле троль выбрался из зарослей собачьей розы и поплутав немного между вековечными дубами, буквально пару шагов спустя, вышел к… приземистому срубу.

Живописно расположившись на лысом пригорке, сруб казался таким безобидым, что Дайнар, сперва не поверил глазам. Неужели это и есть логово тварей сумевших пленить Элину и нагнать ужасу на прима и эльба. А где пещера с черепами? Где изгаженое кровью кострище? Где куски недоеденной плоти в еще теплых углях?

Решив, что добра от добра не ищут, придерживаясь подветренной стороны, Дайнар подобрался к стене сруба. Там, внутри, за огромными сосновыми бревнами, было слышно какое-то шевеленье. Время от времени до слуха охотника доносились громкие неразборчивые слова… Действуя по наитию, троль взобрался на укрытую древесной корой крышу. Щурясь от горячего чада, загянул в отверстие для дыма…

Цетра была здесь. Сидя на камышовой циновке, уперевшись в стену спиной, она следила за кружившей по хижине старухой. Старуха качала лысой головой, ворчала… словно в подтверждение своих слов, трясла в руках вареными гусиными потрохами. Ворчание становилось громче, слова менее понятны… Наконец, распалившись до предела, старуха, сорвавшись вдруг с места, бросилась на девушку с кулаками.

Последовала недолгая возня, и оказавшись на цетре сверху, старуха вцепилась девушке пальцами в лицо. Элина закричала, затем попыталась освободиться от хватки и вдруг… получив немного свободы, ударила старуху в голову чем-то острым. Удар не причинил старой карге явного вреда. Пара капель крови… и умело, избежав очередного удара, та выбила из рук девушки ее оружие. Дело приобретало скверный оборот и убедившись, что в хижине никого больше нет, Дайнар в одно движение спрыгнул вниз.

Втиснувшись в узкий дымоход, троль с грохотом обрушился в горящий очаг и перевернув котел, шагнул вперед.

К чести старой карги, действовала она на удивление быстро. Хладнокровно – так словно ей каждый день на голову падают троли, старуха сместилась в сторону, швырнула девушку в руки дикаря, и пока тот решал, что с ней делать, скрылась за дверью. За стеной послышалось сдавленное ворчанье, звук удаляющихся шагов… а затем, все стихло.

–Прыткая тварь.– Оскалился троль, соображая, стоит ли бросаться в погоню, или оставить все как есть.

Разглядев в руках у кого оказалась, цетра испуганно прижалась к тролю.

–Нужно уходить.– оскалился охотник, понемногу оторвав девушку от себя.– У старухи есть помошники…

–Хорошо Дайнар… Если бы не ты…

–У меня не было выбора. Не обнадеживайся. Если бы не ошейник… Пойдем.

Схватив цетру за руку, троль открыл дверь, выглянул из сруба наружу. Держась лунных теней, оба быстро пересекли поляну, и вошли в лес… Ночь, отрывистый клекот птиц, шум ветра в высоких ветвях… Наконец становившсь, троль прислушался. Как будто бы тихо и можно идти дальше, да вот только… какое-то странное чувство… Так, словно чей-то пристальный, взгляд сверлит спину. Ощущение… чего-то злого, неотступно-маслянистого. Кажется, протяни руку и коснешься, успей вовремя обернуться, увидишь. Дайнар нервно передернул плечами и покосился на цетру. Не она.… Но тогда кто?

Поломать голову над смутными предчувствиями можно и на досуге. Одно из неписаных правил болотного народа гласит. Не знаешь, что делать – прячься, не можешь спрятаться – беги, не можешь бежать – бейся до последнего и пусть враги дорого заплатят за твою жизнь. Время прятаться прошло, время драться еще не настало, значит…

Выбрав направление, Дайнар перешел на бег. Шагов через тридцать почувствовал… как цетра робко коснулась его души.

–Что?– обернулся он к ней.

–Не могу…– словно выброшенная на берег рыба, глотая воздух, прохрипела послушница, со всего хода врезавшись в его плечо.

–Что не могу?

–Бежать больше не могу. Надо немного передохнуть…

–Ты ранена?

–Нет. Я просто… поверь я не слабая. Сейчас…

Цетра оттолкнулась от толя, сделала шаг, и упав вдруг на колени, скривилась в рвотном спазме. Когда стало чуть легче, отерла лицо рукавом, пошатываясь встала на ноги. Жалко улыбнулась…– Извини.– Прошептала она, подняв на охоника виноватые глаза.– Ты такой быстрый и…

Презрительно скривив губы, Дайнар осмотрел девушку с головы до ног. Тащить такую через черные пустоши все равно, что пытаться переплыть реку с мешком камней. Чем руководствовался он, когда решил надеть ей на палец кольцо? Настало время расплаты…

–Удержаться сможешь?– Спросил он, повернувшись к цетре спиной.

–Что?

–На спине, говорю, удержаться сможешь?– повторил Дайнар, начиная терять терпение.

–Наверное…

–Ну, так лезь.

Неуклюже и медленно, словно жук на стену, цетра стала карабкаться на дикаря. Подхватив хрупкое тело в охапку, Дайнар, словно мертвого зверя, забросил ее себе на загивок. Подпрыгнул на месте… Элина охнула, что-то проворчала себе под нос, но дикарь, словно забыв о ее присутствии, вновь перешел на скорый размеренный шаг.

Потянулось время. Надеясь отвлечься от цепкого, не желающего отпускать, "взгляда", троль сосредоточился на тропе. Шаг за шагом… и поненогу, отмеряв с десяток лиг троль, наконец, немного сбавил темп… При желании, конечно, его догнать было можно. Путь охотника был совсем прост, а в оставленых им следах, мог запутаться только последний болван. С другой стороны, негласное правило леса гласило: "Упустил врага – отступись. Кто знает, в какие ловушки он тебя заведет? Забудь, найди себе новую жертву…" Для верности, конечно, можно было бы чуток запутать следы, но это и впрямь было не к спеху. Пришло время отдохнуть, и стряхнув с себя девушку, троль устало повел натруженым плечом.

Приподнявшись от земли, цетра отползла от охотника на пару тройку шагов. Наконец отдышавшись, села… и уперевшись лицом в подогнутые колени, застыла каменным болванчиком.

–Дайнар, а что с остальными?– вдруг подала голос цетра.

–Были живы.– Лениво пробормотал троль.– Я чувствовал их запах. Они были рядом со мной. Затем ушли…

–Ты сможешь их найти?

–В лесу нет. В пустошах… да.

Посмотрев на охотника, Элина не спросясь коснулась его души, но тут, же оборвав связь, стыдливо отвела глаза в сторону.

–Пора идти.– Усмехнулся троль.– Старый лес, опасен. Чем раньше мы его покинем, тем лучше.

Покорно встав, девушка подождала, пока Дайнар сверится с направлениями и морщась от боли, поплелась следом за ним. Мимоходом оглянувшись, троль вновь брезгливо оскалил клыки, но, так и не решившись посадить ее себе на загривок, только чуток сбавил темп. Элина улыбнулась…

Забыв о послушнице, Дайнар свернул на одну из подвернувшихся под ноги тропинок и в следующий миг… вышел на до боли знакомую полянку.

Прямо перед ним, утопая в лучах взошедшей в зенит луны, стоял треклятый сруб. На пороге избы сидела прежняя старуха, и ковыряя ножом, какую-то безделушку, о чем-то увлеченно бормотала себе под нос. Подняв глаза от рукоделья, старуха скорчила злую гримасу и громко захохотав, показала Дайнару язык. Слева от троля зашуршали кусты… и дико зарычав от ярости, развернувшись на месте, охотник бросился в бой…

18. Глава. Гроз.

Борг улепетывал так быстро, что Гроз с трудом за ним поспевал. Обладай эльб таким же длинными ногами, то наверняка… тоже бы плюнул на болтавшегося у него в хвосте коротышку. Своя шкура дороже, как ни крути, но все равно обидно…

–Можешь бежать без меня.– Прохрипел Гроз.– Я уже без сил… Оставь меня…

–Что?– обернулся Борг.

–Я говорю сил уже нет…– давясь воздухом, повторил Гроз.– Я здесь останусь… Пока великаны мое тело жрать будут, ты спасешься…

–Не зуди. Хотя это идея. Вдруг подавятся…

–Борг я серьезно. Уводи погною, я тебя тут подожду. Не могу больше…

–Хорошо.– Кивнул пим.– Сумею уйти, на этом месте, в полдень. Если разменемся… то тут же на закате…

–Беги уже.– Махнул ладошкой эльб.– Земля круглая – живыми свидимся.

Кивнув на прощанье Борг, скрылся в темноте. Некоторое время спустя, эльб услышал в лесу громкий залихватский свист.

–Хорошо бегает.– Прикинув на слух растояние, проворчал старик, протискиваясь в щель под какой-то корягой.– А про косточки мои он зря… никто мной не подавится…

Совсем рядом раздался шум ломающихся веток и топот тяжелых ног. Замерев в своем укрытии, Гроз плотнее вжался в землю. Погоня уходила на восток. Когда шум стих, гаденько ухмыльнувшись, эльб тяжело завозился в своем логове… Все бы хорошо; и сухо, и размер ниши как раз под него и мелких кусачих тварей, что в таких местах всегда завались, почти нет, да вот… не лежится и все тут. Сместившись чуть в сторону, старик нащупал под ребром острый сучек. Терпеть его назойливое присутствие было невозможно… и Гроз, до половины высвободившись из укрытия, стал выдирать проклятую деревяшку из под себя. Сперва выгнул ее против роста, услышал негромкий треск… а затем, с тягостным запозданием сообразив, что скрипнул не сучек, перепугавшись чуть ли не до смерти, замер без движения. Мысленно отсчитал про себя до десяти…

В лесу, в паре шагов от эльба, раздался новый треск, затем, у кого-то большого и сильного, в стылом безмолвии леса, громко и долго заурчало в животе… Послышались осторожные шаги. Спустя пару мгновений, в сероватом мгле над эльбом, качнулась громадная тень. Склонив голову на бок, гигант какое-то время изучал старика тяжелым спокойным взглядом, а затем… гы-гыкнув громила, схватил коротышку за ногу. Медленно, почти нежно вытянул его из-под коряги. Подняв к своему лицу, уставился на эльба… как, на редкое, забавное насекомое.

Не выдумав ничего лучше, Гроз решил прикинуться мертвым. Выпучив глаза, он окостенел и вывалив из пасти язык, замер…

Чмокнув толстыми губами, великан повертел эльба в руках, а затем, криво улыбнувшись, ткнул ему пальцем в живот. Гроз стерпел, и гигант повторил свой фокус снова. В глазах у коротышки помутилось, подвалившие к горлу внутренности едва не выпали наружу и… испугавшись – что в следующий раз, гигант может пропороть его когтем на сквозь, Гроз зашелся в диком матерном крике…

–Зараза. Да что ж ты прицепился? Может поговорим..?

Громила улыбнулся, и щелкнул эльба по лицу.

–Твою ж мать…– Застонал Гроз схватившись за голову.– Я же по хорошему…

Радуясь крикам эльба, громила дернул старика значала за ногу, а затем за руку. Догадавшись, что может остаться без конечностей, Гроз взвыл и… попытался ухватить громилу зубами. Получив за это по башке, притих. "Что делать? В конце концов, может быть у него и в прямь слишком много рук? Пусть поиграет…"

Сверху раздался треск ломаемых сучьев. Открыв глаза, эльб покосился на звук. Мгновение ничего не было слышно, а затем… густая крона над головой великана пришла в движение. Раздался оглушительный рык и одним ударом сердца спустя, на плечи гиганта свалилась стремительная, смертаносная тьма…

"Блаха…?"

Сверкнув янтарем глаз, тварь, впилась в шею великана. Брызнула горячая, сладкая кровь. Гигант взревел, и разом позабыв о коротышке, попытался избавиться от атаковавшей его пантеры.

–Дави его Бляха.– Радостно заорал эльб, вскочив с земли.– Дави!!!

Впрочем… Действовать нужно было быстро. Подобравшись к великану со спины, эльб бросился ему под ноги. Великан вскрикнул, раскинул локти, и безуспешно пытаясь ухватиться за ветви деревьев руками, долгим мгновением спустя, свалился с ног. Оказавшись на громиле сверху, пантера вцепилась великану в кадык. Схватив с земли какую-то корягу Гроз попытался подобраться к глазам… Громкое сопенье, рычанье Бляхи, быстрая неумелая возня и вот, наконец… Под рукой коротышки булькнуло липким. Великан взревел, и бешенным рывком отбросив от себя пантеру, попытался встать. Чуя что может не успеть, коротыка ударил громилу корягой во второй глаз… К первому ручейку добавился второй и утопив наконец обломок коряги в черепе великана, эльб отступил в сторону.

Лишившись глаз, громила стал легкой добычей. Следующие несколько минут свелись к тому… что бы не выпустить его с опушки, и дать благополучно истечь кровью. Усилено орудуя клыками, пантера исполосовала шею гиганта, и потому, ждать пришлось не долго. Великан слабел на глазах и вот… дождавшись когда его громадное тело изогнется в последней судороге, эльб присел на холодный валун.

–Вот ведь здоровый…– неуверенно произнес он, стряхнув с ладоней кровь.– Первый раз такого. Трофей… Уши бы отрезать.

Что-то негромко проворчав в ответ, удобней примостившись у тела чудовища, Бляха стал свежевать еще теплую, трепещущую в зубах тушу. Махнув на любимца рукой, эльб потянулся за фляжкой. Пару смачных глотков, и мир вновь зацвел яркими красками. Усехнувшись, эльб оглянулся. Где-то в лесу бродили еще два гиганта. Победа победой, но следующий громила мог быть поумнее этого, а значит… засиживаться не следовало. Вернув фляжку на пояс, старик заставил себя встать.

–Слишком не объедайся.– Произнес он кивнув пантере.– Всякое может быть. Еще не известно… с какого они дерьма сделаны…

Пантера не обратила на старика никакого внимания. Оставив зверя объедать труп врага, Гроз скорым шагом засеменил с полянки прочь. "Оголодал видно… Или громила и в правду такой вкусный..? Бывает…"

Убравшись подальше, старик, наконец, решил дать себе время на передышку. Остановившись в очередном темном закутке, Гроз полез в бурелом. Развернувшись в нем словно медведь в берлоге, прочнее втиснулся задом в мягкие опилки. Высунув нос в дыру довольно ухмыльнулся. Теперь (в отличие от первого тайника) оставаясь незамеченным, он мог видеть все, что творилось в ближайших десяти шагах от него.

О пантере эльб не волновался. Если станет нужно Бляха его найдет. Иногда, способность пантеры отыскать его в любых, даже самых невероятных условиях немного пугала. Но чаще всего, так – как это случилось теперь, очень радовала. Не объявись Бляха так вовремя, и о бедном эльбе в пору бы было сочинять поминальный гимн.

В ночной тишине раздался одинокий скрип и, вскинувшись как от удара, коротышка до рези в глазах вгляделся во тьму. Сквозь густую листву проступил крадущийся силуэт. Человек… "Твою ж мать – Борг…"– Приложив пальцы к губам, коротышка пустил короткую соловьиную трель. Прим остановился. Эльб повторил мотив и когда человек обернулся на звук, шепотом назвал его по имени:

–Борг, я здесь… Иди сюда. Только осторожно, тут такого навалено…

Немного замешкавшись, прим протиснулся сквозь заросли винограда и наконец очутившись у бурелома, позвал сам:

–Гроз… Ты здесь?

–Здесь…– Отозвался эльб, высунувшись из своего укрытия, так что бы человек смог его разглядеть.– Зачем вернулся?

–Громилы отстали, вот и вернулся.– Присев к земле, пожал плечами прим.– У них там, что-то случилось. Почти взяли они меня. Вчетверо окружили… Думал конец…

Замолчав на полуслове, Борг прислушался. В лесу было тихо, и устроившись удобней, прим продолжил.

–Загнали они меня, значит, на дерево, встали снизу и давай кумекать, как меня с него обратно сшибить. Придумали стряхнуть. Дури-то у них вон сколько… Навалились всем скопом и давай дерево качать… Качали значит качали, качали значит качали, Качали значит…

–Да заканчивай уже.– Обозлился Гроз, чувствуя что рассказ может затянуться надолго.– Мне и без спецэффектов можно…

–А что тут заканчивать? Трясли дерево, трясли, а после… не сговариваясь, развернулись и обратно потопали. Словно бы позвал их кто-то. Я повисел немного, спустился и за ними… Интересно же, чего у них там такое…

–Ясно.– Кивнул эльб.– Хм.. А я кстати… одного из них завали. Того самого – что тебя из колодца достал. Может из-за этого они драпанули?

–Может быть. Кто знает, как их природа устроена…– Развел руками прим.– Откуда они только здесь? До твердыни ведь не далеко, а я такую нечисть в первый раз вижу…

Немного помолчав, эльб качнул головой.

–Борг, а ты много знаешь про Сезара?

–Сезара отступника?

–Его самого.

–Ну-у, кое-что знаю.– Потянул Борг.– Он ведь, в свое время, в состав совета входил. Еще до тех событий…

–А про последние его дни? О том времени, когда заговор был раскрыт, и ему пришлось бежать?

–Сведения путаные.– Пожал плечами прим.– Записей почти не осталось. На мой взгляд, кто-то очень постарался, что бы подчистить архивы… Насколько я знаю, последний раз… он был замечен где-то в районе священного озера… Дальше история умалчивает.

–И в правду немного.– Улыбнулся эльб.– А ведь и трехсот лет, не прошло…

–А зачем тебе это?

–Может и незачем.– Улыбнулся Гроз.– Но может, вдруг оказаться, что история с Сезаром еще далека до своего завершения. Кто знает…

19. Глава. Элина.

Почувствовав нервозность троля, Элина… вдруг потеряла его из виду. За спиной раздалось громкое рычанье. Мгновение и… получив чем-то тяжелым под зад, цетрав вдруг, оказалась на дне неглубокой канавы. Исцарапавшись с ног до головы в зарослях ежевики, девушка попыталась было встать, но… различив над собой звуки схватки, в испуге застыла на месте. Выждав немного времени, осторожно выглянула из зарослей…

Поляна полнилась криками. Дайнар дрался с огромной тварью… Единственным преимуществом охотника была скорость и хитрость, и троль не брезговал ими пользоваться. Охотник непринужденно уворачивался от могучих лап атаковавшего его гиганта, и был для того неуловим. Игра овода с быком… Элина не заметила как троль перешел в атаку. Вот, он еще уклоняется от огромного кулака чудовища и вот… сделав стремительный рывок, охотник ударил противника в кадык. Затем, резким тычком пробил когтистой лапой его грудь, и утердившись на великане ногами, с диким ревом швырнул себя назад. Гигант, остался на месте. Пару мгновений чудовище удивленно смотрело на врага, затем, подняв руку к груди застанало… и вдруг свалившись с ног, застыло в неподвижности. Проследив за тролем, Элина увидела, как тот уронил себе под ноги пульсирующий кусок плоти…

Перебирая локтями, девушка сместилась по дну канавки чуть в сторону… выглянула опять и…

Невероятно. Но оказывается, троль, все это время, водил ее по лесу кругами. Прямо перед ней, в одной дюжине шагов, был все тот же самый сруб… На пороге сруба, в открытых дверях, сидела все та же старуха и… гримасничая лицом грозила кому-то во тьме. "Проклятье." Встречаться со старухой вновь, Элине не хотелось, и отпрянув обратно в овражек, девушка, не разбирая дороги, поспешила убраться подальше – в глубину леса. Старуха громко расхохоталась, но послушнице уже было не до нее.

Цеплясь одеждой за колючие побеги и корни, цетра мало помалу выбралась из овражка. Началась чащоба. Осмотревись, девушка вновь опустилась на колени, короткой перебежкой добралась до какой-то коряги и… услышав за спиной надсадное сопенье вдруг взмыла вверх. Деревья закружились перед глазами цетры безумной круговертью, грудь сдавило чем-то жестким, по лицу ударило ветками. Запищав от страха, Элина попыталась ухватиться руками за жесткие сучья. Ободрав пальцы о корявую кору… увидела вдруг перед собой безобразную морду нового великана.

Губастый, глазастый, лопоухий, с глубоким рваным шрамом на правой щеке… Тот улыбался и скаля безобразную пасть, кажется. пытался ей что-то сказать… Вцепившись в громадные пальцы великана, Элина, попыталась освободиться от хватки. Силы были не равны… оставалось ждать и надеяться, что охотник не оставит ее и тепрь.

Троль подоспел, когда великан вынес ее на поляну. Вдруг оказавшись у самых ног гиганта, троль нанес удар снизу вверх. Коллос покачнулся, шумно выпустил из ноздрей воздух, и громко крякнув от боли, сложился вдруг пополам. Упав на землю, чувствуя что на месте оставаться нельзя, Элина бросилась к ближайшим кустам…

Троль был великолепен. Атакованный тремя гигантами разом (двое подбежали мгновением спустя), он бился с тварями на равных. Уворачиваясь от ударов, троль метался в кругу своих врагов рычащим вихрем, кромсая и уродуя белесую плоть, купался потоках крови. Скалился на нелепые атаки… вновь и вновь валил великанов с ног.

Тяжело ранив двух и расправившись с третьим, троль казалось, был обречен на успех. Девушка чувствовала клокотавшее в нем торжество, его жажду крови, его азарт. Пребывая с охотником в ментальной связке, упивалась восторогом его удачных атак. Утонув вдруг в чужом безумии, полностью отдавшись неведомому доселе чувству… Элина не видела и не слышала ничего. Ничего кроме чужой души в которой вдруг… Испытав на себе мимолетный взгляд дикаря, цетра захлебнулась в острой досаде..

–Тихо моя сладенькая, тихо.– Услышала Элина голос старухи.– Ты же не хочешь, что бы я, отрезала тебе голову?

Вздрогнув, цетра попыталась вырваться из цепких рук, но… заметив упертое ей под скулу лезвие, остановилась.

–Вот и хорошо.– Пробормотала старуха.– А теперь, пусть он перестанет… Он же тебе друг? Правда?

Захихикав, старуха намотала волосы послушницы себе на запястье, и заставив девушку встать, криком привлекла внимание охотника на себя.

–Эй ты, – зеленый!– Провизжала она карябая шею цетры ножом.– Оставь моих малышей…

Оказавшись в шаге от великанов, троль хищно оскалил клыки:

–Стой. Остановись. Я не стану больше убивать.– Хмуро проворчал охотник, стряхнув с когтей тяжелые красные капли.

–Вот и ладно. Вот и хорошо.– Улыбнулась старуха.– Позабавишь бабушку?

Потеряв суть, дикарь не нашелся, что ответить, и только удивленно выгнул бровь. Старуха зашлась в смехе и указав на троля глазами, пробормотала что-то себе под нос. Громилы тут же оказались рядом. Загробастав охотника в свои громадные лапищи выкрутили его руки так, что цетра услышала хруст костей…

–Хороший мальчик.– Прогнусавила старуха, кивнув.– Люблю тролей… Никогда их не поймешь. Такие сильные, такие могучие, такие суровые… Зачем тебе эта девка? Магия? Люблю магию… Старая, тайная… запретная…

Вновь что-то, буркнув громилам, старуха, хихикая попятилась в сторону хижины.

–Пусть мои малыши позаботятся о твоем друге.– Зашептала она цетре на ухо.– Ему не будет очень больно… Нет, они только сломают ему руки и ноги. Так надо… А мы, с тобой, пока поговорим, и ты мне обо всем расскажешь. Знаешь, как давно у меня не было подруг? Очень-очень давно… Хорошо, что ты здесь появилась.

Уперевшись спиной в дверь, старуха остановилась. Развернув девушку на месте заставила смотреть на дикаря. Громилы уже успели спутать Дайнара веревками и повалить его на землю. Затем, один них принес из леса камень… Раздалось два удара и троль зарычал от боли. Дикарь был на грани… Не зная чем помочь, Элина коснулась души охотника своей и… мягким воздействием уняла его боль. Троль не поддался сразу, и нажав чуть сильнее, послушница отправила его в сон.

–Смотри, смотри.– Выла тем временем старуха.– Так. Так ему. Это месть. За двух моих малышей. А еще одного убил тот эльб… убил младшенького – любимого. Потерять троих… Тяжело. И это все ты. Проклятая девка… ты!!!

Схватив Элину за волосы старуха впихнула ее в сруб, и затворив за собой дверь, вновь накинулась на девушку с бранью.

–Ты должна была умереть.– Простонала старуха, царапая шею девушки ножом.– Умереть сразу… Но у меня так давно не было подруг… Нет… Мужчины всегда гибнут в боях – такова их природа. Женщина должна быть хранительницей… очага, она должна ждать и готовить им пищу… Жажду мести утолят троль и эльб, и еще прим. Мои мальчики убьют их этой ночью Я знаю это… А ты будешь жить. В уплату долга. Призвание женщины нести в мир жизнь… Да, ты останешься со мной, и вернешь к жизни моих малышей. Это будет правильно. Так будет лучше.

Поймав Элину за косу, старуха повалила ее на землю. Затем, связала цетре руки сыромятным ремнем.

–Та- то оно лучше....– Пробормотала старуха, сделав из оставшегося конца ремня петлю.– Мне спокойней. Ты молодая, прыткая. За тобой разве уследишь?

Накинув петлю на шею цетры, старуха стянула путы так, что цетра захрипела от боли.

–Ничего-ничего.– Улыбнулась старуха, отступив от девушки на шаг.– Привыкнешь. Раз не посинела, значит все хорошо. Ты только не дергайся…

Отвернувшись от Элины, старуха достала из своих лохмотьев, небольшое, размером с ладонь, зеркальце. Протерев его об ветошь, села у разбитого очага и что-то в полголоса забубнила.

–Ничего старый паскудник.– Услышала Элина, подстраиваясь под петлю.– Далеко ты не уйдешь… Мне не в первой… крошки со стола великого хозяина тягать. Найду тебя… С моей рощи, еще никто, не уходил.

Заглянув старухе за плечо, Элина увидела, как на матовой поверхности зеркала… поплыли серые тени. Приглядевшись внимательнее, девушка поняла, что это освещенные лунным светом деревья, а затем… вдруг, увидела мелькнувшее перед самым носом ведьмы, благородное лицо Борга.

–Ах, вот вы где.– Зашлась в тоненьком мышином смехе старуха.– От меня не спрячешься… Убежать хотели. Что-ж бегите-бегите… прямо ко мне. Все пути перемешаю все дорожки спутаю… в петли да кольца сверну. Нет вам выхода с моей рощи. Все одно ко мне вернетесь… И я уж вас встречу привечу. Да так – как никто никогда не привечал…

20. Глава. Борг.

Темнота развеялась, стало свежее. Бродяга ветер, нагулявшись в звездных высях, теперь устало льнул к траве, поил ее досыта сладкой росой. Промокнув до нитки, зеленые одежды леса, отяжелели. Увязнув в палой листве прошуршал жук, с еловой ветки упала большая тягучая капля, и где-то в кроне деревьев, встряхнув крыльями, о чем-то сонно пропела птица.

Наступало утро.

Вдохнув полной грудью, Борг улыбнулся. Замедлив шаг, оглянулся на старика… "Бедняга, что с ним будет, через пару часов, без его-то зелья. Зря он за мной увязался".

–Может, тут подождешь?– спросил прим у эльба.– Отсидись пока в теньке. Если все, в самом деле, как ты сказал, то и без тебя дело справится. А если нет… то так тому и быть.

–Как же.– Огрызнулся эльб.– А потом скажут, что Гроз струсил…

–Ну, дело твое. Потом не ворчи, что это из-за меня, у тебя вся рожа волдырями покрылась.

Ничего на это не ответив, коротышка ускорил темп.

Еще в утренних сумерках вышли на полянку с колодцем. Мимолетом заглянули в его темное чрево и, убедившись, что троля в нем нет, поспешил убраться в лес. Пересекли рощицу. Выйдя на небольшую, заросшую камышом лужайку, остановились перевести дух.

–И куда нам теперь?– спросил Борг.– Может, нет у нее никакого зеркала?

–Как же нет. Как бы иначе, она нас, из той передряги, с червями вытащила? Без такой штуки такие выверты мутить, даже Константин не станет. Ты кругом-то посмотри. Не темный лес, а парк для прогулок. Ни зверья дикого, ни прочей твари. Тишь да гладь… Хоть голову руби, а без зеркала тут не обошлось. В пузыре мы! Тут все пути, к одному месту сходятся. Вот увидишь.

Не задерживаясь на полянке, двинулись дальше. Палки, елки, солнышко… через некоторое время, наткнулись на измятый куст шиповника.

–Троль похозяйничал.– Кивнув на примятую траву, улыбнулся Борг.– Видишь… вон там отпечаток голой ступни. А здесь уже великан. Это он с ними – или случайно столкнулся или засада…

–И кто кого поймал?

–А черт их знает. Но драка была.... Смотри сколько крови натекло. Может и троля уже нет…

–Тащили кого-то.– Указал Гроз, на отчетливую рытвину в земле.– Здоровый… Наверное, кого-то из великанов.

Переглянувшись с коротышкой, Борг, пытаясь не шуметь, двинулся по следу в траве.

Некоторое время спустя, вышли к краю лысой поляны. В лучах утреннего солнца, Борг разглядел небольшой охотничий сруб.

–Нашли.– Прошептал он эльбу обернувшись.– Начинаем?

Натянув на голову капюшон, эльб пожал плечами. Не успели пройти и половины пути до хибарки как за их спинами раздались чужие шаги, и обернувшись, Борг увидел три громадные туши. Ловушка захлопнулась, пути к отступлению нет. Правила игры навязаны…

Дверь в срубе со скрипом отворилась. Услышав звук, коротышка в глубоком поклоне склонился до самой земли.

–Приветствую хозяйку леса.– Произнес он как можно громче.– Мы от Сезара. Твердыня пала под натиском могучей стопы верховного правителя. Совет пяти уничтожен. Счастливый отец желает увидеть свое благородное потомство.

–Что ты сказал?– спросил кто-то из-за двери.– Кто тебя послал?

–Сезар.– уверено повторил эльб.– Великий правитель хочет, что бы его дочь, заняла полагающееся ей место… Нам велено препроводить принцессу до ее владений…

–Отец? Вас послал отец..?– Дверь отворилась и на пороге появилась безобразная старуха.– Но как..? Ты решил меня обмануть? Глупый, слепой крот?

–У меня есть доказательства. Кольцо с опаловым камнем. Печать рода Батиров.

Старуха нервно крякнула и облизав ссохшиеся губы, переступила через порог.

–Покажи.– Произнесла она осипшим от волнения голосом.– Стой! Оба… Оба остановитесь. Ты воин иди назад… да-да к моим малышам, а ты коротышка… не торопись… ко мне. Сейчас мы проверим…

Борг отступил назад.

Эльб, тем временем, направился к старухе и не поднимая глаз, протянул ведьме раскрытую ладонь… Шаг, еще шаг. Гроз приманивал ведьму словно опытный охотник пугливую птицу. Еще немного и… Чувствуя неладное ведьма поятилась обратно в сруб. Ждать было больше нельзя и… наконец, коротышка рванулся вперед.

Борг знал силу эльба. Таскать в себе четыре пуда стальных костей сможет не каждый. Борг слышал, что когда-то, еще при прежнем приме, Гроз, голыми руками убил дикого горного медведя. Просто напросто разорвал ему пасть… эльб, конечно, был тогда на сотню лет моложе, но… даже теперь справиться со сморщенной старухой не составит ему особого труда. Надо только подойти ближе и…

До сруба оставалось не больше пяти шагов. Рывок и… в одно мгновение оказавшись рядом с ведьмой, эльб попытался поймать ее за ногу. Та словно только этого и ждала… Сдавленно вскрикнув, старуха увернулась от клешни коротышки, метнулась в хибарку и оставив Гроза ни с чем, закрыла за собой дверь.

Зло чертыхнувшись, Борг почувствовал, как на его плечо опустилась громадная потная ладонь. Прим дернулся, пытаясь освободиться, но… оказавшись вдруг над землей, чуствуя – что от великана теперь так просто не отделаться, слепо зашарил по одежде в поисках оружия. Полуметровая острооточенная щепка нашлась довольно скоро. Борг заранее изготовил ее из сухой березовой ветки. В общем… Ловко извернувшись в хватеке великана, Борг вогнал острие щепки ему в шею. Из перебитой вены, на прима, хлынул горячий тугой поток.... Что-то обиженно пробубнив себе под нос, гигант схваился за перебитый кадык. Затем перевел взгляд на воина, и брезгливо откинув его от себя в сторону… стал вдруг заваливаться на бок. Глаза великана закатились из глотки раздался сдавленный хрип. Наконец, запнувшись тумбообразными ногами о какую-то неровность, громила, всей своей тушей, повалился – в мягкую душистую травку. Первый бой выигран, дело оставалось за малым. Забыв о щепке, Борг оглянулся на старика…

Схваченный под руки, бросившимися на выручку старухи, гигантами, коротышка кажется доживал свои последние минуты…

Время терять было нельзя. Исполняя приказ ведьмы гиганты были готовы, разорвать эльба на куски. Разбежавшись, Борг со всего маху налетел, на громил, и распихав их в разные стороны, бросился в дверной проем. Мощным пинком впихнув старуху в хибарку, Борг с грохотом захлопнул за собой дубовую дверь. Приперев тяжелую створку каким-то бревном, огляделся…

Сруб внутри был почти пуст. Пара циновок, потухший очаг, безжизненное тело послушницы в петле… медвежья шкура…

Подбежав к медвежьей шкуре, прим сдернул ее в сторону. Так и есть, уютно примостившись в глубокой глиняной ямке, под шкурой нашелся тайник. Счастливо улыбнувшись, Борг вытянул из тайника собственный клинок. Тут же лежал молот эльба, какие-то кинжалы… чей-то драный – золотой доспех и еще много такого, на что меченосец уже не стал обращать внимания.

–Ай да старуха, ай да скопидомка.– Рассмеялся он, привычным жестом обхватив потертые кожаные ножны.– Как же все теперь просто…

Дверь с наружи потряс мощный удар. Встав в рост, воин обнажил клинок. Крепче обхватив шершавую рукоять, активировал магическую составляющую свяженного оружия. Меч слегка завибрировал, на мгновение от него повеяло морозной свежестью, и тут же, сверкающее сталью лезвие, полыхнув туманной дымкой, стало угольно черным.

–А теперь посмотрим, кто в этом лесу хозяин.– Оскалился Борг.– Ну где вы там..?

Ударом ноги, выбив из-под двери бревно, Борг, преступив тело старухи, вышел из сруба на ружу… и тут же, нос к носу столкнувшись с одним из громил… плавным ударом клинка рассек его на две равных половинки. Обойдя кровоточащую, еще живую, но уже мертвую груду мяса, прим, подмигнул последнему великану.

Догадываясь, что против зачарованного клинка у него нет ни единого шанса, гигант попятился назад. Борг поморщился, и… одним мгновением спустя, великан упал на землю оставшись без ног. Обойдя громадную тушу стороной Борг, срубил великану голову. Настал черед последнего великана. Прихлопнув его словно муху Борг обернулся к эльбу…

–Старина ты как?

–Хреново… А без твоих вопросов было бы лучше… Ты случаем, моего добра… там, где свой ржавый ножик нашел, не видел?

–Видел.– Улыбнулся Борг.

Кивнув воину, эльб поднялся с земли. Плотнее скрывшись под капюшоном куртки, резво захромал к срубу. Прицепив ножны меча к ремню, прим двинулся следом за ним.

–Нашел?.– Спросил Борг, водя в сруб.– А то ты уж дымиться начал…

–Да ну тебя.– Скривился эльб, достав из тайника свой походный мешок.– Лучше вон о девке побеспокойся, кажется живая еще…

Глянув на цетру, Борг подошел ближе. Сперва освободил шею девушки от петли… отогнул веки, и не увидев трупной синевы, прислушался к дыханию… Кажется все хорошо. Пару мгновений и губы цетры приобрели нормальный, розовый цвет. Девушка застонала, и открыв глаза, щурясь, посмотрела над собой. Увидев лицо прима, растерянно нахмурилась…

–Тихо, тихо.– Улыбнулся Борг.– Все в порядке. Все хорошо…

21. Глава. Дайнар.

–Так посмотрим.– Услышал голос эльба Дайнар.– С правой рукой все ясно. Кость цела, связки тоже… Так, что с левой? Ну, здесь серьезнее. Кисть в мясо… фаланги выбиты… был бы человеком, стал бы калекой, а так… дня через три оклемается. Можешь отпускать.

Слабость исчезла и Дайнар понял, что опять может двигаться. Открыв глаза, охотник увидел лицо Элины. Девчонка была жива, но казалась больной. Вспухшее, словно после долгой болезни лицо, глубокий рубец на шее, залитые красным глаза… Впрочем могло быть и хуже. Ему опять повезло…

Бросив на эльба недобрый взгляд, Дайнар сел. Осмотрел руки. Старик был прав…

–Обрати внимание.– Хмыкнул Борг, обратившись к Элине.– Палец-то… у него уже почти отрос.

Девушка кивнула, и мгновением после, охотник почувствовал мимолетный нажим. Не подав виду, что ему это не по нраву, дикарь выдержал взгляд, встал и, не говоря ни слова, вышел из сруба.

–Куда это он?

–Он к ручью пошел. Ему теперь, всегда, жрать и мыться хочется…

Покинув поляну, Дайнар вошел в лес. Немного поплутав по диким тропинкам, вышел к старому заболоченому ручью. Пахло водой, слизнями, тиной… Спугнув раздувшуюся от важности жабу, Дайнар встал на большой, нагретый солнцем валун. Здесь было тепло и светло. Тихо журчала вода, звонко переберая крыльями, зависнув на месте, тревожила прозрачный воздух стрекоза… Опустив в прохладный ручеек лицо и руки, троль отпил воды. Ледяная жидкость стальными буравчиками ударила по зубам, застудила небо, тягучей смолой просочилась в желудок. Хорошо…

За спиной раздались шаги. Гадать о том кто-бы этом могла быть не приходилось, обернувшись, троль увидел цетру. Встав с колена, охотник отошел от ручья. Девушка благодарно кивнула. Затем, набрала в кожаный бурдюк Борга, воды. С трудом подняла его на плечо.

–Мы в землянке старухи припасы нашли. Скоро обед. Не задерживайся.

Троль усмехнулся. Девушка вновь себя вела как в самом начале путешествия. Будто и не было путешествие в сон серого древа, спасения и бегства от старухи, драки с гигантами. Хорошо же Борг промыл ей мозги за последние пару минут. Теперь девушка вновь начеку, и крепко держит его душу в своих руках. Ну ничего, его время еще придет. Не долго людям пользоваться своей властью. Не будь он сыном великого вельда если ментальный поводок не будет порван в течении следующего дня. А пока… Оскалив волчью пасть, Дайнар вошел в ручей и, подняв вокруг себя облако хрустальных брызг, плашмя повалился в воду. Выдрав здоровой рукой клок травы, словно мочалкой, стал растирать себе грудь. Слово хозяйки закон…

Закончив с мытьем, Дайнар оглянулся на тропку. Девушки уже не было, значит об унизительной повинности можно забыть. Выбравшись на берег, Дайнар лег на облюбованный жабами валун, и коснувшись кончиками пальцев ошейника, пару мгновений вглядывался в себя. Добившись стойкой головной боли, ухмыльнулся во всю свою зубастую пасть. Еще немного и барьер будет сломлен. Совсем немного и он вернет себе долгожданную свободу…

Вернувшись на поляну, троль потянул широкими ноздрями воздух. Пахло свежим дымом и гретой едой. Удобно устроившись на чужих костях, люди готовились к отдыху. Подобравшись к избушке ведьмы, оперевшись о стену плечом, охотник закрыл глаза.

В срубе шла оживленная беседа. Говорили, о каком-то Сезаре. Как всегда, громче и дольше прочих звучал голос, эльба.

–Так вот, этот самый Сезар решил в свое время упразднить власть матриарха и стать единоличным хозяином твердыни.– Глашал старый эльб.– Интересный он был. Умный, красивый, рисковый. Аристократ… Дружил с эльбами… В общем, властью и деньгами род Сезара обладал нешуточными, а значит, средства он к бунту имел… План готовился долго. За пять лет, граф сумел подкупить все старшие фамилии твердыни, переманить на свою сторону гвардию, умыкнуть из запасников матриархата целую кучу редких магических вещиц… Талант…– Коротышка отвлекся на глоток из фляжки.– Заговор раскрылся случайно. За сутки до переворота, кто-то из друзей графа, нализавшись вина… поведал все своей сесте. А так как то, о чем знает женщина, знает весь мир, слухи вскоре доползли до самого матриарха… Сезар бежал… прихватив с собой дочь, несколько артефактов и кое-кого из личной охраны.– Снова глоток из фляжки.– Какое-то время он скрывался за стенами твердыни, но… вскоре был пойман и убит. Впрочем, Борг об этом может рассказать лучше. Дочь графа, часть его стражи и злополучные артефакты – растворились в неведомом…

–Но как вы узнали, что эта старуха и есть… та самая девочка?– подала голос Элина.– Столько времени прошло.

–По тем здоровякам и узнал.– Усмехнулся старик.– Конечно, в них мало что осталось от человека, но все же, со многими из них, я, в свое время, был на короткой ноге и… Ну вот тот громила… к примеру… что я в лесу убил… Во время нашей памятной встречи, в то время, пока он медленно тянул из меня жилы, я от скуки заглянул ему в лицо, и к своему удивлению… приметил знакомые черты. Ну и, до боли знакомая татуировка, на шее здоровяка. Сразу-то конечно я не придал ей значения. Не до того было, но после… когда появилось свободное время, я слегка поразмыслил, а дальше все сложилось само собой..

–Но ведь графа охраняли люди.

Угу,– Согласился эльб.– Самые что ни на есть… с руками, ногами, головой… Все дело в пузыре… Что? Я тебе не рассказывал о пузыре?

Цетра промолчала, и эльб решил объяснить.

–Вместе с прочими артефактами, Сезар прихватил из хранилищ одно замечательное зеркальце. С устройством его я незнаком, но чего оно может… рассказать могу. Если просто, зеркало могло сворачивать некоторые объемы пространства. Скручивать его в самом себе… в своеобразные мыльные пузыри. Получившийся пузырь существовал как бы вне мира, но в то же самое время, был крепко привязан к тому месту, где был создан. Без особого ключа, в этот пузырь… нельзя было ни воити ни выйти. Вообще, снаружи казалось, что его нет… Да что я вам об этом говорю?– оборвал вдруг самого себя старик.– Вы ведь, сейчас, как раз в нем и находитесь. При желании, во всем и сами разбертесь. Так вот… Сезар, наверное, решил спрятать свою дочку в пузыре. До тех пор, значит, пока не достигнет задуманного. Хотел еще вернуться в город… Наверняка граф запугал ребенка всякими ужасами, и приказал ей, дождаться его во что бы то ни стало. Кто мог знать, что он погибнет? Кстати, пузырь вместе с пространством влияет и на время, и если в пузыре, к примеру, миновал всего один день, то там, за его пределами, может уже пройти и три… Что ни говори – удобная вещица. Хотя и она, как вы уже сумели понять, обладает определенными побочными свойствами.

–Она превращает людей в великанов?– спросила цетра, окатив душу охотника облаком страха.

–Ну, в каком-то смысле… да…– Немного помолчав, ответил эльб.– Пузырь постоянно излучает вокруг себя какое-то поле и… хотя, да, так будет проще – пузырь может превратить, обитающих в нем людей в чудовищ.

–А как же мы? Мы что, тоже теперь станем как они?

–При желании…– В раздумьи произнес эльб.– Да не трусь ты… Для того, что бы появились заметные отклонения, нужно провести в пузыре, много больше двух дней. Старушка, к примеру, прожила в нем сотню лет и кажется, даже после этого, сохранила в себе остатки нормальности. Чему я, кстати, даже рад.

–Господин Гроз, можно задать вам вопрос?– немного помолчав, вновь обратилась к эльбу Элина.– А вам не было жаль убивать старуху? Вы говорили, что знали ее отца и… вы сказали, что очень дружили с кем-то из этих…

–С кем-то из этих тварей? А с чего мне их жалеть? Они пытались меня убить… Поверь мне, девочка, даже очень хорошие люди, имеют вредную привычку, со временем, забывать старых друзей, и если ты не хочешь попасть впросак, просто будь к этому готова. Знаешь, сколько людей погибло от удара в спину?

–Но ведь, то, что вы говорите ужасно.– Зачем-то решилась спорить цетра.– Еще не факт, что та… старушка хотела нас убить, она ведь зачем-то спасла нас от гнева леса и… Неужели вы и нас…

–Старушка…– со смешком, потянул эльб.– Вот она уже кем стала… Никого проклятая старуха спасть не хотела… Ей просто, как и нам с тобой, нравилось мясо, а другого способа его добыть, кроме того, как воровать со стола у леса недоеденные им крошки, она не умела. Благо зеркало позволяло ей быть для него незаметным… Поверь, даже если бы я рассказал ей о нашем общем прошлом, о том что няньчил ее на своих коленях, она бы не прониклась ко мне симпатией… А теперь, давай прекратим этот спор и, наконец, поедим. В конце-концов перед нами еще очень очень долгий путь, а мы тратим драгоценное, отведенное на отдых, время, на пустые пререкания.

Борг подержал эльба, и стало тихо. Через какое-то время дверь отворилась, и на пороге сруба появилась Элина. Девушка был явно удручена разговором, но не хотела подавать тому виду.

–Ты уже здесь…– Улыбнулась она дикарю.– Подожди, у нас, там, для тебя кое-что осталось.

Исчезнув в срубе, послушница вернулась с котелком в руках. Вручив посудину Дайнару, присела на завалинку. Обжегшись об закопченное медное брюхо, троль уныло заглянул в котелок. Делать нечего, придется жрать…

–Дайнар.– Обратилась к нему Элина.– А ты бы смог, убить ребенка, если бы от этого зависела твоя жизнь?

–Да.– Оскалил клыки Дайнар.– Вельд не терпит слабых.

–И ты уже убивал?

–Я не убиваю себеподобных просто так. Я молод… Но я видел, как мой отец, однажды, бросил моего брата болотному червю. Он не хотел умирать сам. Он откупился от зверя младшим из нас и спрятался на дереве…

–Но это, ужасно…– побледнела цетра

–У тролей своя правда…– Пожал плечами Дайнар.– Спроси у Гроза, он раскажет тебе правду эльбов. Спроси у предтечь… спроси у хурдов, нас много, тех кто выжил в великом огне, но каждый считает правым только себя.

Девушка промолчала.

Ухмыльнувшись, Дайнар сел, откинулся спиной к стене, и прищурившись на яркое солнышко, сунул в рот сладкую тростинку. Закрыв глаза, улыбнулся… только что, он пробил в защите поводка брешь. Срок до расплаты сократился вдвое. Скоро, глупой цетре предстоит заботиться совсем о других вещах, кроме как о пустых, никому неинтересных разговорах…

22. Глава. Гроз.

Отобедав и оставшись в одиночестве, Гроз оттянул к углу сруба циновку, и расстелив ее по полу, лег. Немного подумав, решил заполнить свободное время чем-нибудь дельным, и поковырявшись в кармане куртки, отыскал отобранный у старухи артефакт.

–Так.– Пробормотал он, увлеченно повертев в пальцах, необычной формы зеркальце.– Вспомнить бы теперь куда и как тут жать…

Закусив губу, старик стал перебирать все возможные варианты, при помощи которых, можно было привести артефакт в действие. Потратив на это дело не менее часа… все же нашел нужную комбинацию, и увидев, наконец, как по узору зеркала побежали цветные узоры, от неожиданности, едва не отбросил его от себя.

–Невозможных вещей нет.– Улыбнулся старик.– Просто иногда, бывает мало времени. А это не про меня…

Всмотревшись в зеркало, Гроз увидел залитую солнцем лесную полянку и крышу деревянного сруба на ней. Начиналось самое интересное. При неправильном использовании, артефакт мог натворить таких дел, что и подумать жутко. Нужно быть осторожным…

–Как дела?– отвлек эльба от изучения артефакта прим, мельков заглянув в сруб.– Я тебя, конечно, не тороплю, но солнце уже в зените. Время здесь быстро летит, еще пару часов и стемнеет. Хорошо бы из пузыря засветло выбраться.

Оторвавшись от зеркальца, старик пожал плечами, почесал лысый затылок широкой пятерней, наморщил лоб.

–Мозги сломать можно… Ума приложить не могу, как с этим зеркалом полоумная старуха обращалась. Тут не всякий маг управится. Как из пузыря выйти я понял, но вот в остальном…

–В чем остальном?

–Да знаешь.– Задумался эльб.– Хорошая вещь. Бросать жалко… Да вот только… Пузырь схлопнуть я не могу. А зеркало от пузыря не унести… большая бяка может быть. Взрыв, грохот, столб огня, а драконы этого не любят…

–Ясно… Ну тогда оставим зеркало здесь, а на обратном пути заберем.

–В том то и дело. Если мы все из пузыря выйдем, то кто нам путь обратно покажет? Пузырь то с наружи не найти… Вот если бы зеркальце раскусить, пузырь схлопнуть и с собой взять…

–Задача.– Согласился Борг, наконец переступив через порог сруба.– И сколько времени для этого нужно?

–А разве я знаю? Может год, а может и десять. С этими волшебными штуковинами всегда так. Сразу и не поймешь, где собака зарыта…

–Значит прдется оставить зеркало здесь. Ты готов?

–Я хоть сейчас в путь. Но может, отложим… на сутки? Кто знает…

–Мы и без того уже здесь задержались.– Вздохнул прим поправив ножны с зачарованным клинком.– Для нас, даже лишний час дорог. Оставим все как есть… Может, в будущем, способ достать зеркало из леса и найдется, в конце-концов, чем еще заняться, когда мы с победой вернемся домой?

–Хорошо.– Согласился старик.– Так и сделаем. Только вот еще что… поговори с девушкой, пусть она троля погоняет. У старухи другие артефакты были. Не одно же зеркало, ей, в самом деле, от Сезара осталось. Хорошо бы его наследством разжиться. Их то мы из пузыря, в отличие от этой вещицы, вынести сможем.

Борг вышел. Парой мгновений спустя дверь скрипнула, и в хибарку вошел троль. Следом за ним, на пороге, появилась послушница.

–Господин Гроз вы что-то хотели?– изобразив на лице внимание, спросила цетра.– Господин Борг сказал, что вам для чего-то нужен Дайнар…

–Угу… Прикажи ему все здесь обнюхать. У старухи были тайники, их нужно найти.

Элина посмотрела на троля, нахмурилась и движением глаз приказала тому начать осмотр. Дикарь окинул коротышку холодным – мало что выражающим взглядом, и протянув руку к стене, кончиком когтя, подцепил лоскут ссохшейся коры. Гнилая щепка с сухим щелчком оскочила в сторону и… из-под нее, на годами не чищенный пол, просыпалась горсть крупных, размером с земляной орех, камешков.

–Так.– Потер руки Гроз, склонившись над рассыпавшимся сокровищем.– Рубины-изумруды… Уже что-то… Пока только мусор, но… не все еще потеряно. Давай следующие…

Троль развернулся на месте и вышел из сруба во двор.

Оставив припрятанные старухой камни, на усмотрение послушницы, эльб увязался следом за охотником. Увидев как тот остановился у большого валуна, в десятке шагов от землянки встал с ним бок о бок.

–Унюхал чего?

Троль, сверху-вниз посмотрел на коротышку, оскалил в хищной ухмылке чудовищных размеров клыки, и сплюнув на землю, отвернулся к лесу.

–Ну я так не играю.– Покачал головой Гроз.– Элина, детка, пойди-ка сюда…

Выбежав на зов, девушка остановилась рядом.

–Что случилось господин Гроз?

–Да хамло твой троль.– Пожал плечами старик.– Я с ним по хорошему, а он… Матриарх с тобой кажется говорила, Борг мозги вправлял, миссия у нас важная… а ты с тролем справиться не можешь. Наверное плевать тебе на свое слово. И на матриарха плевать и на Борга? Пускай у города дракон упал, пусть люди дохнут, нам это побоку, нам и так хорошо. Правда?

Выронив собранные в узелок камешки, Элина сложила руки на груди.

–Господин Гроз… Если он как-то вас оскорбил… Да знаете…

Замолчав, цетра в ярости уставилась на дикаря. Тот усмехнулся и вдруг… сжавшись в комок, упал под основание гранитного валуна. Улыбнувшись, эльб мысленно отсчитал до пяти.

–Хватит.– остановил девушку старик, заметив, что у троля горлом пошла кровь.– Теперь заставь его встать и пусть… наконец, объяснит все по делу.

–Дайнар!– зашипела Элина… и не дожидаясь пока тот собственными ногами поднимется с земли, мысленным воздействием, так рванула охотника вверх, что у троля хрустнули все суставы.– Объяснись.

–Тайник под камнем.– С трудом, ворочая прокушенным языком, пробормотал троль.– Валун слишком большой. Мне не сдвинуть. Подкапывать долго. Эльб считает меня псом… пусть говорит с хозяином…

–Так ты у нас обидчивый?– Улыбнулся старик.– Любопытно… Элина поваляйка его еще. Пусть запомнит, что такое Гроз…

Послушница, словно только того и ждала, не раздумывая, выполнила указание коротышки, и… так не успев толком встать, троль вновь упал в мятую, потревоженную его судорожными движениями траву.

Отвернувшись от корчившегося в агонии дикаря, эльб осмотрел валун и нехотя согласившись с тем, что камень им не сдвинуть, закусил губу. Немного покумекав, достал из кошеля на поясе склянку с гремучим зельем но, прикинув в уме масштабы взрыва, вздохнув вернул ее обратно. Оставался молот, но, на уничтожение гранитного монолита подобных размеров, мог уйти весь оставшийся в нем заряд. Запасных силовых кристаллов у Гроза не было…

–Эх была не была. Если не зеркало, то хоть… какой-другой, сувенир, останется.– Пробормотал он, вынимая молот из петли.– Хватит Элина. Убери троля. Сейчас серьезные дяди, серьезными вещами займутся.

Цетра подчинилась приказу, и активировав молот, эльб словно киркой – ударил им по монолиту. Раздался оглушительный грохот, по щекам коротышки полоснули осколки щебня… все вокруг утонуло, в густом пыльном мареве.

–Что это черт возьми было?– Вернувшись от опушки ворвался в пыльное облако прим.– И на секунду вас оставить нельзя…

Проверив количество заряда, эльб вернул молот в петлю.

–Тайник.– Вздохнул старик, оглянувшись на воина- Элина, давай сюда свою мартышку, пусть обломки растащит.

Троль не замедлил явиться, и без слов догадавшись, что от него хотят, принялся растаскивать горячую каменную насыпь что осталась от валуна.

–Вправила мозги?– Улыбнулся Гроз, послушнице.– Вот и хорошо… Будь с тролем предельно жесткой. С него станется что-нибудь выдумать… Ты ведь, не хочешь, что бы он причинил нам вред?– Девушка отрицательно качнула головой.– Ну, так и не давай ему для этого повода.

Троль, тем временем, уже успел растащить основной завал, и теперь возился с оставшейся от взрыва мелочью. Одобряюще похлопав послушницу по приятной на ощупь округлости, эльб оставил девушку осмысливать сказанное. Подошел к дикарю.

–Где?– спросил он, присев рядом.

Троль выпрямился, и не поднимая на коротышку глаз, указал на клочок земли в шаге от себя.

–Он не глубоко. Три четыре пяди…

–Ну, так начинай. Лопаты здесь нет… если не хочешь рыть голыми руками, сбегай в сруб. Там от прежних хозяев, кое-что осталось. Шлем какой, или кинжал…

–Да господин Гроз.– Склонил голову троль.

Скоро вернувшись, дикарь принялся за работу, и спустя положеное время, достал из ямы, пахнущий землей и дождевыми червями, большой, деревянный сундук.

Не дожидаясь пока охотник выберется наружу, эльб оттянул сундук дальше от ямы, и откинув трухлявую крышку, опустил руки в сырое, заполненное гнилой ветошью нутро.

–Так посмотрим что у нас тут.– Пробормотал он, вытянув из ящика первый предмет.– Занятно…

–Что это?– присев рядом с коротышкой, спросил Борг, увидев в руках у эльба длинный, выполненный из стали и красного дерева, посох.– В первый раз такое вижу.

Гроз повертел посох в руке, приложил его одним краем к плечу, и прицелившись из него, словно из арбалета, в сруб старухи, нажал на спусковой крючок. Раздался щелчок, глухое гудение и лачуга… полыхнув синим, вдруг превратилась, в огромный огненый шар.

Заграхотало, лицо обожгло жаром, в небеную синь устремилось серое облако гари. Вскрикнув от удивления подался назад Борг, и не в силах сказать и слова, только покачал головой.

–"Сокол свободы".– Улыбнулся Гроз, отложив посох в сторону.– Оружие смутных войн… И как только Сезар его сюда приволок? У драконов на такие штуки нюх. Ох, и рисковый же был человек…

Далее, Гроз извлек из сундука несколько похожих друг на друга, словно близнецы братья, выполненных из металла и цветного стекла дощечек. Повертев те в руках, не слишком церемонясь, отбросил их к оружию древних.

–Ментальные камни.– Пояснил он, принявшись за дальнейшее изучение содержимого сундука.– Их часто находят, но толку от них сейчас нет…– А это уже интересно.– Улыбнулся он, вытянув из сундука массивный, бронзовый браслет.– Борг давай сюда свою руку.

Прим не стал перечить, и парой мгновений спустя, примерил браслет на запястье.

–Жжет.– Спросил старик, дождавшись пока Борг, оценит новое приобретение.– Значит работает. Это он тебя лечит. Такая штуковина, в случае чего, и со смертельного ложа, поднимет. Правда один только раз. Так что… скоро будешь как новенький.

–Сюрприз за сюрпризом.– Пробормотал старик, вынув из ящика, сплетенный из серебряных полосок ободок.– Неужели та самая тиара?..– Повертев украшение в руках, Гроз протянул его цетре.– Элина, нука примерь его на себя.

Приняв ободок, девушка с известной долей любопытства осмотрела его со всех сторон. Затем, аккуратно надела тиару на голову.

–Чудесно.– Промурлыкал старик, на миг залюбовавшись цетрой.– А теперь, пожалуйста, повтори за мной.

Нахмурившись эльб не без труда вспомнил нужное заклятье, и прокашляв горло, наконец, произнес его вслух.

Послушница повторила и тут же, на последних звуках формулы, ее фигура… став вдруг прозрачной, исчезла с глаз.

–Ага, как вам?– Во всю мочь завопил Гроз, вскочив с места.– Работает зараза… Сколько лет уже прошло, а ему все нипочем. Ну, скажи Борг, как такое может быть?

Удивившись не меньше эльба, Патриарх Твердыни растерянно пожал плечами.

–А ну тебя. Ни черта ты не понимаешь… Элина, детка повтори заклинание.

Девушка повторила и через мгновение… вновь встала рядом с тролем в своем прежнем, привычном виде.

–Ну, вот и хорошо.– Кивнул старик.– Во всем прочем и сама разберешься. Не маленькая и опыт как будто бы есть.– Развел руками эльб внов вернувшись к сундуку.– Чего тутосталось? Интересно…– Оскалил ржавые зубы Гроз, вынув из тайнака очередно артефакт, (на этот раз тонкую и длинную керамическую трубку).– Вот, а себе я, наверное, эту палочку возьму. Думаю, вы не обидитесь…

23. Глава. Элина.

Из пузыря вышли после полудня. Случилось это, не так что бы уж очень запоминающимся способом. Эльб просто, что-то пошептал над отобранным у старухи зеркалом, после с недовольным видом отбросил его от себя, и больше не оборачиваясь, словно чувствуя себя обманутым, повел отряд от сруба, в глубь рощи. Остановившись шагов через триста, попросил всех закрыть глаза и трижды, повернуться через левое плечо.

Выполнив указание коротышки, Элина на миг повисла в воздухе… и вдруг ударившись о землю ногами, повалилась всем телом в невысокую чахлую траву. Открыла глаза, девушка огляделась. Старый лес вновь стал суровым и неприглядным, совсем другим, отличным от того, каким был в пузыре. О землю ударилось тело эльба, словно изниоткуда появился прим… Поднявшись на ноги, Элина оглянулась дикаря. Тот уже был рядом и чувствовал себя хорошо… серое древо было спокойно…

Полыхнуло искрами, и прямо из воздуха, к ногам цетры, черным вихрем, свалилась пантера. Сжавшись в комок и прижав к голове уши, зверь оскалился, зачем-то зашипел на дикаря, и наконец разобравшись в направлениях, в один долгий прыжок, скрылся в лесной чащобе.

–Господин Гроз.– обратилась девушка е эльбу.– А Бляха что, считать умеет?

–Угу…– не придав особого значения вопросу цетры, отмахнулся старик- Он много чего умеет… Детка, узнай у троля, где здесь запад, а то из-за деревьев ни черта ни видать.

Обернувшись к Дайнару, Элина приподняла бровь. Троль уверенно указал вправо.– Запад там.

–Понятно.– Проскрипел Гроз.– Значит так.– Внутренний радиус пузыря… составлял примерно пять лиг, внешний его радиус, чуть менее ста десяти лиг…– Нахмурился эльб, что-то подсчитывая в уме.– А это почти вся северная часть леса. Значит так… выбросил я нас где-то в этом районе.– Достав из кармана старую карту, коротышка обозначил на ней небольшой крест.– Теперь, если двигаться на запад… можно выйти за границы леса еще до ночи. До плоскогорья лиг десять, не больше… До темноты управимся…

–Удачно.– кивнул прим.– Скоро пустоши…

–Угу… А если лес о нас вспомнит?– Поежив плечами, засскрипел несмазанным колесом эльб.– Раадоваться некогда. Старухи больше нет, спасать нас некому… Ну чего уши развесили? Пошли уже. Нечего время терять…

Поправив лямки походной сумы, эльб, не спрашивая ни у кого разрешения, засеменил в указанном охотником направлении. Усмехнувшись ворчанию старика, Борг подмигнул Элине,– "Видишь, мол, с кем приходиться работать."– произнес:

–Ладно. Так тому и быть. Иди за ним, троля пусти во главе. Я в конце…

Отряд двинулся в путь…

Шаг, один, другой, третий… Пройденные лиги сменялись новыми… Злая кусачая мошкара, мелькающая макушка эльба, тяжелый, пропитанный лесными испарениями, воздух… коряги… затем опять мошкара, мелькающая спина коротышки, пот и заросли, и еще мошкара, и пот и спина и заросли, и мошкара и пот и заросли…

Опустив глаза к тонкой тропинке, девушка обратилась в себя. Мысли ни о чем. Ветка, дерево, коряга, пррошмыгнувший в кустах зверь, запах лисицы… Птица на дереве поймала жука и старательно выковыривает его из панциря. Жук вкусный но жесткий… Жуку тесно, птица впилась в его нутро острым клювом и не дает бежать. Напрягая силы жук пытается вцепиться в кору… жуку пахнет дубом и плесенью… Сбившись с шага Элина тряхнула отяжелевшей вдруг головой.

"Что за черт?"– Нахмурилась девушка покосившись на дикаря.– "Его проделки?"

Троль был чист, троль был безмятежен, тролю ни до кого – не было дела. Значит не он. Неужели сама..?

Элина уже видела сон серого древа, но тогда, в прошлый раз, контакт случился… через троля. Теперь, все было иначе… Обругав себя последними словами, цетра нервно покрутила проклятое колечко на безымянном пальце… и запретив себе лишние мысли, вновь уставилась в спину, эльба старика.

К вечеру, наконец, вышли к границам пустошей. Вот, по обе стороны, все тянется и тянется ,густой зеленый частокол и вот… его уже нет. Вынырнув из зеленого плена, и оказавшись, вдруг, на открытом пространстве, девушка, растерянно оглянулась по сторонам. Старый лес кончился и подняв глаза к темнеющим небесам, Элина не смогла сдержаться от счастливой улыбки. Затем обернулась к Боргу, и дождавшись, когда тот кивнет на ее молчаливую просьбу, устало уселась в мягкую, еще хранившую в себе тепло дня, траву…

–Привал.– Произнес прим, сбросивс плеч свой тяжеленный рюкзак.– Будь я проклят, если сделаю хоть один лишний шаг…

–Поддерживаю тебя во всем.– Вылакав из фляжки остатки зелья, скривился эльб.– Первая часть пути пройдена. Осталась, какая-то малость – проклятые черные пустоши и великие болота… А ведь, раньше, лет триста тому назад, дорога до замка Константина, была не в пример короче. Тогда, когда этот проклятый старый лес, еще не разросся до таких размеров… По пустошам вела белая каменная дорога. Едвали не до самых топей… Ее потом драконы сожгли. А я ее еще помню…

Немного отдохнув, Борг развязал заплечный мешок, и принялся доставать из него продукты. Разложив шматы мяса, крупу и прочее у своих ног, покосился на послушницу.

–Элина. Если троль не устал, то пусть веток для костра наберет, и к ручью сбегает.– Произнес он улыбнувшись.– У него ведь нюх хороший…

Элина с готовностью кивнула, и не раздумывая, даже не оглядываясь, послала охотнику мысленный приказ…

Получилось как-то нелепо – так, словно она решилась отдать приказ самой себе. Решив, что троль опять отправился "погулять"… девушка покосилась на дикаря. Затем, стала искать связывающую ее с Дайнаром ментальную нить. Вновь неудача… чувствуя неладное девушка нахмурилась.

Троль оскалил пасть…

Невероятно… Элина не только не могла управлять охотником но даже… почувствовать его душу. Наверное что-то случилось… наверное она потеряла кольцо. Нет колечко на месте, но тогда что..?

Троль выпустив когти, готовясь к прыжку, пригнулся к земле…

Все случилось так быстро, что цетра даже не сумела ничего понять.

Сперва в движение пришла пантера эльба… Выскочив откуда-то из-под ног старика, Бляха, черной молнией метнулся к охотнику. До Борга было не больше шага, когда дикий зверь ударился тролю в грудь. Дальше был громкий рев, яростное шипение пантеры и быстрая неразборчивая возня на земле. Что-то случилось, и вдруг вновь оказавшись на ногах, троль обернулся к приму. Поздно… Время внезапной атаки прошло. Выхватив меч из ножен, Борг зачернил клинок. Троль и человек были на равных…

Стало оглушительно тихо.

–Ах, ты паскудышь.– Нарушил тишину эльб.– Да я тебя…

Оскалив пасть, Дайнар остановился, отступил на шаг, и словно чувствуя себя в полной безопасности, уныло покосился на коротышку.

–Успокойся старик.– Тихо произнес он, спрятав когти.– Вы мне не противники. Я сильнее и быстрее вас.

–Ну я бы так не сказал.– Улыбнулся прим.– Я бы все-же проверил…

–И я.– широко улыбнулся Гроз, поигрывая снятым с пояса молотом.– Что ж ты остановился? Раз сорвался с поводка… так давай… мсти…

–Всему свое время. Я ранен, вы с оружием… Но теперь сила у меня. Черные пустоши, вельд… много времени. Я снова охотник. Вы дичь. Я разговариваю с мертвыми…

–Будешь пакостить со спины?– Спросил Борг, пытаясь отвлечь внимание охотника на себя.– Честь у тролей не в почете? Или ты трус? Давай решим все здесь и сейчас. Как мужчины. Один на один. Согласен?

–Хорошо. Но только если ты сломаешь свой меч, а старик выбросит молот.

–У тебя есть когти… Хотя… вместо своего клинка я могу использовать обычное оружие. Эльб постоит в стороне…

–Какое оружие?

–У меня есть два кинжала.– Произнес Борг, вернув меч в ножны.– Ты видел, как я рубил ими ветки для костра. Самая обычная сталь, никакой магии.

–И в чем подвох? Ты надеешься, на браслет, что отдал тебе коротышка?

–Да нет… Если хочешь, я могу снять и его. Или тебя и это не устроит.

–Ты не глуп.– Нервно оскалился троль.– Я чувствую в твоих словах хитрость. Ты хочешь втянуть меня в драку. Навязать свои правила. Нет… Лучше играй по моим. Я ударю когда буду сам для этого готов. Жди своей смерти прим, и она к тебе придет.

Развернувшись, троль перешел на бег. Какое-то время, в высокой траве, еще мелькала его широкая крепкая спина, пока, наконец, силуэт охотника полностью не скрылся из виду.

–Черт возьми.– Выругался Борг, швырнув на землю, предлагаемый для боя кинжал.– Вот тебе и выбрались из лесу… И куда эта безголовая девка пропала? Элина…

Нерешительно поднявшись с земли, и прошептав заветное слово, цетра вновь стала видимой.

–Ну и как это все понимать? Но прежде чем отвечать, подумай хорошенько. Глупости и оправдания я слушать, не намерен… и так.

–Он поводок порвал. Я не знаю, как он это сделал. Наверное, выдумал, что-то такое… Смотрите, кольцо на мне… и ошейник и…

Вытянув руку, девушка показала Боргу кольцо.

–Хм.– Нахмурился прим.– Ты его сломать не могла? Ударить там или намочить?

–Нет. Я с ним очень хорошо обращалась. За весь поход… как с ребенком…

–Снять можешь?– вклинился в разговор эльб.– Хорошо бы этому негоднику бошку оторвало…

Элина нехотя потянула с пальца кольцо. Увидев ее сомнения, Борг жестом заставил ее поторопится.

–Быстро мать твою или я сам его с тебя сдерну.

Ободрав кожу на костяшке, девушка сорвала кольцо с руки, и едва не уронив его в траву, испуганно отдала бесполезный уже артефакт приму.

Взяв кольцо, Борг пару мгновений рассматривал перстень и так и сяк, затем протянул украшение эльбу, в очередной раз пожал плечами:

–Может ты, что поймешь?

–А что тут понимать?– Вздохнул старик.– Справился наш громила как-то с его властью. Сын вельда как никак… А я предупреждал, что троль он не простой. Да что теперь… Раньше думать нужно было. А теперь… Теперь хоть голову в петлю.

24. Глава. Борг.

С Бляхой прощались недолго. Гроз в одиночку, никого ни о чем не прося, вырыл небольшую могилку, и положив туда еще теплое тело пантеры, присыпал его сверху землей. Немного постояв над холмиком, вернулся к лагерю. Молча закутался в одежды, и отгородившись плащем, словно стеной, от всего мира, погрузился в мрачные мысли.

Борг занялся костром. Стемнело. Ели молча, без особого аппетита. Радость, от осознания того, что первый этап пути пройден, легко – словно ветром, унесла потеря двух, членов команды. И если с бунт троля был ожидаем, то смерть Бляхи вызвала общую острую печаль.

Первым на ночное дежурство вызвался Гроз. Кивнув Боргу, вернулся на свое место, и вперив пустой взгляд в холодную однообразную степь, затих.

Было уже за полночь, когда коротышка вдруг затянул долгую, тихую песню. Жалобная, с долгими стонущими нотами и глухими переливами, сотканная из незнакомых Боргу слов, она подобно зимним ветрам – веяла холодом и стылым одиночеством…

Когда пришло время, прим сменил старика. Эльб остался на месте, и опять не нашедшись чем утешить коротышку, Борг оставил все как есть.

Троль не беспокоил. Значит, залег где-то рядом, в надежде измотрять отряд страхом. Сплюнув на землю, Борг уставился в костер.

Просчет. Его, и только его, как прима твердыни просчет. Но разве мог он знать, что троль окажется, так… необычен? Так могуч волей и духом, что сумеет сломать непреодолимую прежде защиту..? Жрицы говорили – что это не под силу никому. Боргу хотелось им верить… Можно, конечно, винить послушницу, но разве от этого станет легче? В конце концов это он позволил тролю надеть ей на палец кольцо. Позволить событиям развиваться своим чередом…

С рассветом вызвалась постоять в карауле цетра. Толку от двушки было мало, но, после всего, что случилось…заня ть ее делом, казалось лучшим решением.

–Смотри внимательно.– Потрепав цетру по плечу, улыбнулся прим.– Откликайся на любой шум. Темный лес близко и еще может до нас дотянуться. Заметишь необычное, поднимай тревогу. Помни, дикарь бродит рядом. Впрочем… боятся его не нужно, он нападет только тогда, когда будет уверен в нашей слабости. Пока мы сильны он в лагерь не сунется. Атакует в пустошах или в самом вельде. Все понятно?

Девушка кивнула. Немного подумав, прим протянул ей кинжалы.

–Смотри.– Произнес он, показав послушнице клинки.– В рукоятях есть специальные защелки. Работают так.– Движением большого пальца, Борг сдвинул железный выступ в близи гарды.– В лезвие есть скрытые желоба. С открытыми защелками, в них попадает яд. Оторожней, порежешься, не проживешь и часа. В случае опасности становись невидимой, и бей противника куда придется. Ужалила одного, ищи другого. Если не зевать… подмога большая. Главное не подставляйся под удар и будь… чуть быстрее врага. Поняла? Ну, вот и славно. Разбудишь меня через пару часов.

Оставив цетру разбираться с клинками, Борг лег рядом с костором, и уставившись в звездную высь над собой, погрузился в неспешные хмурые мысли. Тягуче потянулись минуты… Вновь вспомнилась твердыня, матриарх, мощные, вплавленные в красный гранит, крылья дракона. Прошло два дня и источаемый небесным стражем яд, проник во все уголки города. Пропитал воздух, вошел в соприкосновение с водой и пищей. Еще неделя и люди начнут болеть. Спустя месяц случатся первые смерти… и каждая новая смерть будет его виной. Если Константин не придет с подмогой, город исчезнет… Нужно спешить. Нужно… Пересечь темные пустоши, войти в вельд, отыскать в горах тумана великого мага… в общем сделать все возможное для того что бы город остался… жить. Рядом с ухом раздался скрип, и покосившись на звук, воин опустил ладонь на рукоять меча…

–Господин Борг.– Прошептал над ним тьма голосом цетры.– К лагерю кто-то подобрался.

Рывком, поднявшись на колени, Борг выхватил клинок, и услышав вблизи от темного лезвия сдавленный ох, шепотом выругался.

–Не зацепил?

–Нет.– Послышалось из темноты.– Только локон срезало…

–Повезло.– Хмуро проворчал Борг, осторожно опустив клинок к земле.– Оставайся невидимой, только близко не подходи. И вообще… случится бой, держись от меня подальше – зацеплю ненароком, одним локоном не отделаешься.

–Хорошо господин Борг.

–Что у тебя?

–Идет кто-то. Слева – в зарослях. Шагов, наверное тридцать…

Сидящий рядом эльб, что-то невнятно проворчал себе под нос, и плотнее закутавшись в полы плаща, остался сидеть на месте. "Сейчас бы твое зрение".– Хмуро подумал Борг.– "Ладно, справимся сами".

Кивнув цетре прим устремился от костра. Какое-то время ничего не было видно, но вскоре, Борг и впрямь разглядел в темноте чей-то высокий, сгорбленный силуэт. Темная, кряжестая в плечах, фигура медленно двигалась на свет костра. Тяжелая плавная походка, уверенный безразличный шаг, легкое покачиване согнутых рук. Мгновением спустя… раздался чуть слышный стальной перезвон. Ошибится было сложно, и выругавшись неизвестно на что, Борг вернул клинок в ножны.

Смяв высокий куст полыни, существо вышло на открытое пространство. В лунном свете тварь определенно походила на скелет… Крупный в две сажени ростом, выполненный из стали, одетый в особую магическую броню… обычный человеческий скелет. Плоская, впаянная в торс голова, широкая обитая железными пластинами грудь, крепкие короткие ноги.

Приподняв саблевидную руку, существо уставилось на прима. Улыбнувшись скелету, Борг сорвал со своей головы пару седых волосков и протянул ее существу. Приняв подарок тварь замерла на месте… и вдруг, отвернувшись от прима, так ни озвучив и слова… поковыляло обратно – куда-то в глубь серых степей…

–Кто это?– спросила Элина, вдруг вынырнув из тьмы.– Ой, извините…

–Мертвяк.– Цыкнув на девушку, пожал плечами Борг.– Разве не слышала о таких?

–Слышала. Но не видела… Я думала они больше.

–Да нет. Все как этот. Ни больше, ни меньше. В пустошах их много, успеешь еще наглядеться.

–А, правда, что они людей едят?

–Нет.– Улыбнулся Борг.– Они вообще не едят. Они мертвые…

–Жуть какая…

–Совсем наоборот… Ты их не бойся. Мы люди. И мы не нарушаем правило четверых. Это даже хорошо, что мертвяк рядом вертится. Троль теперь точно не подойдет. Жаль, что мертвяков в вельде нет…

–А почему их так называют?

–Как?

–Ну, мертвяки…

–Потому что раньше они были живыми…– Немного подумав, пожал плечами Борг.– Но не все… А потом умерли. Гроз тебе лучше расскажет. Хотя…– покосившись на мрачного старика, прим почесал затылок.– Если хочешь… В эпоху хаоса маги создали много всякого оружия. Тогда появились драконы, золотые фурии, много всего… Что бы выжить, человеку стала нужна особая броня. Та штука что ты видела – это труп древнего воина. Солдата имперской армии… одетого в волшебный доспех. Когда мы вернулись в междугорье, великие маги подняли мертвых стражей из их могил и приказали им служить людям. Лишившись плоти, пропитавшись до самых костей магией своего доспеха, те не могли отказать. Вместе с драконами они очистили землю от той части вельда – что обитал здесь прежде, и теперь, вот уже почти пятьсот лет, они несут свою вахту. Охраняют твердыню и прочие народы междугорья от живущих за пустошами существ…

–От тролей?

–И от них тоже.– Кивнул Борг.– Вообще следят за миром. Во времена эпохи иллюзий, людей было так много что никто не вел им счет. В великом хаосе сгорели многие… Когда мы пришли в чистые земли, нас было даже меньше чем теперь. Тогда каждая жизнь была на счету. Великие маги решили – войн больше не будет. Ну и..

–И заключили стеклянный договор и призвали драконов.– Вспомнила Элина слова писания.– И вошло в силу правило четырех и не прольется больше кровь. Больше не быть великим армиям, и лишь в священной земле будет жизнь. И женщина станет ключом к ней…

–Точно.– кивнул Борг.– Так и было… А мертвяк. Он и есть мертвяк. Кости, руки, ноги… все как у человека – только без души…

–Жаль их.– Грустно улыбнулась цетра оглянувшись за плечо.– Неупокоеные… А они не говорят?

–Нет.– Качнул головой Борг.– Мертвые они. Хотя… и сильные. Вот и весь сказ…

Утро было пасмурным. Редкие тучки за ночь затянули весь небосвод, и к рассвету, не оставив для солнца свободного места, нависли над землей тяжелой свинцовой громадой. Поднялся ветер, и пригнув кусты полыни, принес с собой запах дождя, сырости и мокрого мха. Заметно похолодало.

Устав лежать, Борг поднялся с плаща, и со скрипом расшевелив одеревеневшие суставы, прошелся по лагерю. Напился из фляги, умылся, и утеревшись рукавом, занялся костром. Сырой хворост долго не желая разгораться, чадил и резал глаза ядовитым дымом. Наконец ветки занялись, и рук Борга коснулись резвые, огненные языки.

–Человек жив, пока его руками творится время.– Пробормотал вдруг эльб.– Меня всегда удивлял огонь. Не живой – но горячий, не знающий голода – но жадно пожирающий все вокруг, не имеющий страха быть – но и не страшащийся исчезнуть… Воплощение хаоса. Основа основ. Зачинатель всего сущего…

–Ты это к чему?– обернулся к коротышке прим.

–Да, так. Видно трезвею… Просто пламени не нужны причины, ему не нужны ответы. Оно просто есть. Он живет пока есть то – что может поддерживать в нем жизнь. Оно борется до самого конца, но и умирает без ропота… Жаль, что я эльб. А ведь это так красиво, соединиться после смерти, с чем-то настолько чистым…

–А ты помереть что ли собрался?– Усмехнулся Борг.– Если сдохнешь, я твои кости жарить не буду…

–Да ну тебя. Жарить он меня собрался… Не ты первый, не ты последний. Я вас всех еще переживу… пожрать чего есть?

–Кое-что найдется.– Кивнул Борг, протянув старику кусок вяленого мяса. Оглянулся на цетру.– Элина пойдем завтракать.

Девушка села у костра, и подставив к пламени ладони, улыбнулась коротышке.

–Холодно?– Подмигнул ей Гроз.– Ну это мы исправим. Давай свою кружку. И ты Борг… Помянем Бляху, хороший, черт возьми, был товарищ.

Сцедив из фляги по капельке, эльб разбавил зелье изрядной порцией воды.

–Будем!

Осторожно пригубив намешенного эльбом напитка, Борг отставил кружку подальше, и больше не рискуя подносить ее ко рту, принялся обильно поглощать пищу. Девушка больше полагаясь на опыт Борга, чем на свой, так же, только обозначила глоток, но не почувствовав у воды вкуса вновь поднесла бокал ко рту…

–И так, троль ушел, Бляха погиб.– Произнес тем временем Гроз.– Что будем делать?

–Я иду дальше.– Поморщился Борг не отвлекаясь от еды.– Лес, конечно, ни чета черным пустошам и ядовитым болотам, но переться по нему обратно, с пустыми руками, удовольствие сомнительное…

–Что верно то верно.– Кивнул эльб.– Пустоши – лесу не чета… Да и лес нам попался, что-то уж слишком смирный. Но и к плато, без проводника лезть, дело гиблое. Как пить дать – все передохнем…

–А что делать? Пути-то у нас всего два. Один туда, другой обратно и оба, в конце концов, в одной точке сходятся. И если у меня спросить… так я лучше по тому пойду, что меня к цели выведет…

–Не всякий бой с прямого наскока выигрывается. Иногда и в обход можно… по краю пустошей, стороной от вельда. Но времени это в десятеро больше займет. Хотя, ты и сам об этом знаешь…– Заметив ухмылку прима, скривился старик.– Значит, решил напрямик?

–Буду пробиваться.

–А ты?– Эльб обернулся к девушке.– Тебя куда сердце тянет? Прямиком, или в обход?

–Я как господин Борг.– Пьяно качнувшись на месте, запуталась в собственных словах, Элина.– Матриарх меня просила. Я не могу… жители твердыни… ну и вообще…

–Ясно. Молодым умирать не страшно, но все же?

Элина грозно нахмурила брови, ударила кулаком по колену, и застопорившись на полуслове, в тщетной попытке найти, не вовремя ускользнувшую, мысль, надолго замолчала.

–Сам что решил?– Глянул на эльба Борг.

–Да все те же.– Развел руками старик.– Времени нет, рисковать нужно. И хотя мне нет особого дела до людей, терять твердыню мне всетаки… жалко.

–Ну, вот и хорошо.– Улыбнулся Борг.– Значит вдвоем… то есть – втроем и до последнего. А там и черт не брат… Так? Элина?– прим обернулся к послушнице.– Девушка нехотя улыбнулась, побледнела и, вдруг вцепившись в землю руками, попыталась удержать себя на месте.

"Пир во время чумы".– Подумал Борг, чувствуя себя пьяным в стельку.– "Ну и накатило. Приходи троль – бери голыми руками. И что это… за неискоренимая, привычка – принимать все серьезные решения на пьяную голову? Эх, Гроз, и нужно тебе было… нас своей отравой поить? Знал же ведь – чем кончится…"

–Ты меня не вини.– Словно услышав мысли Борга, улыбнулся старик.– Я вам только накапал, а решение пить вы сами приняли. Что до троля… если что, я его сам отгоню. Покажу ему молот, он и удрапает.

–Ой, ли…? Ты Дайнара со счетов не списывай. Этот парень на многое способен. Он еще себя покажет…

–А мертвяки зачем?– Отмахнулся эльб.– А ты… если оклематься хочешь, подвигайся маленько. Я еще с ночи слышал, будто ты, девчонку, в бое на клинках поднатаскать хотел. Ну, так займись с ней этим. За часок пропотеете и вся дурь выйдет.

–Ты прав.– Кивнул Борг.– В таком состоянии идти… И как ты это пойло жрешь..? Пропойца…

25. Глава. Дайнар.

Получив свободу, прево навперво, Дайнар попытался содрать с себя ошейник. Изломав пальцы в кровь и натерев до рубцов шею, троль все-таки смирился, что ярмо рабства так просто не снять. Впрочем не важно… цетра больше не имеет над ним власти. Теперь он свободен, и вновь волен поступать так как вздумает. Наступила ночь и почувствовав голод, троль отправился на охоту.

Крупной дичи в пустошах не водилось. Мертвяки убивают все, что может таить в себе угрозу. Но съедобных кореньев, мелких ящериц и насекомых – здесь было в достатке. Нужно только уметь их добыть…

Сначала, Дайнар отыскал змеиный куст. По самые локти зарывшись в землю, дикарь извлек на свет мясистые, ароматные корни. Корни горчили но… десяток дождевых червей смягчил вкус. Ковыряясь в глине троль наткнулся на норку болотного шершня. Странно было видеть его здесь, так далеко от вельда, но охотник не придал этому особого значения. Вытащив кокон с личинкой, Дайнар слизал с пальцев капли сладкого медового нектара, и мигом смекнув на что его можно променять, сорвал лист лопуха. Затем принюхался к ветру в поисках муравейника…

Ночь прошла спокойно. Сперва троль кормился, затем, наконец утомившись охотой, завалился спасть. Темнота сменилась светом… Посвежело и уловив в воздухе запах дыма, Дайнар открыл глаза. Прищурился на свинцовое небо. Вставать не хотелось. После двух недель пыток хотелось отдохнуть… Брюхо набито, кости срастаются, он снова сам по себе – что еще нужно молодому, глупому тролю для счастья? Совсем немного… Расквитаться с врагами и вернуться в вельд.

Упали первые капли дождя. Лица коснулась сырость. Закрыв глаза, троль прислушался к шуму ветра, к треску травы. Облизав соленые губы, испробывал на вкус упавшую с неведомых высот влагу… Как хорошо быть свободным! Разве раб, может так чувствовать, так дышать, так слышать? Решать и действовать… и не бояться… ничего… А они сделали его рабом… Лишили целого мира. Принесли боль…

Оскалив клыки, Дайнар представил, как рвет на части прима, убивает эльба и цетру. Как чувствует на своих зубах их сладкую кровь, слышит их жалобные вопли… Так будет правильно. Люди должны ответить за то – что сделали с ним в твердыне. Он убьет их как убил вчера пантеру эльба. Без жалости без сомнений… Спешить впрочем не зачем. Всему свой черед. Пусть исцелится тело. Прим и старик опытные воины и сила на их стороне. День два и все поменяется. Пустоши суровы… Он встретит отряд на границе вельда… и тогда они умрут.

Дождь затянулся на целый день…

Дождь выгнал из своих укрытий слизней и червей. Вновь можно почувсвовать себя сытым. Время для крупной дичи придет пожже. Пока нужно мириться с тем что есть. Солнце не пекло, воды вдоволь… К закату, Дайнар вышел к осиным башням.

Он завидел их издали. Осные башни нужно обходить стороной. Только глупый пойдет напролом. Приготовленная с утра мазь, пустым грузом болталась, в тарвяном мешочке у бедра. Это было хорошо. За ночь он сделает двести лиг и выйдет к плато еще до рассвета…

Совсем уж забыв думать о неприятностях, Дайнар поднял лицо к небу, и только мгновением спустя, догадавшись, к чему это сделал, различил над горизонтом… пугающе черную тучу. Прислушался, и различил в шуме ветра, глухое гудение, оскалил клыки. "Пустоши не отпустят так просто, с пустошами всегда нужно быть на чеку."

Свернув к оврагу, что серой глубокой трещиной струился по левую руку, Дайнар ускорил темп. Подбежав к краю обрыва, не раздумывая и не выбирая прыгнул вниз… Стена оврага была пологой и кубарем скатившись на самое дно оврага, охотник осмотрелся. Подходящая трещина нашлась довольно скоро. Ухмыльнувшись удаче, троль кинулся к промоине, и с помощью когтей расширив разлом… втиснулся в него, словно в нору, всем телом.

Гул тем временем нарастал. Теперь он звучал где-то над краем оврага. Зарыться глубже времени не хватало и решив что хватит, Дайнар снял с пояса травяной мешочек. Раздавил его в пальцах, и стал натирать себя ароматным зельем, с ног до головы. Остро запахло клопами, и муравьным ядом. В составе зелья, кроме прочего, был особый корень и смертельно ядовитый для насекомых гриб. Ровно то что сейчас нужно. Главное успеть…

Растерев остатки зелья по лицу, троль глубже забился в нору и крепче уперевшись спиной в мягкий грунт, обвалил на себя верхний ярус ниши. Оказавшись, в сырой темноте, застыл без движения.

Гул стал громче. Даже здесь, под толщей сырой земли, троль не чувствовал себя защищенным. Беда тому, кто встретится на пути роя, и вызовет его интерес. Быстрая, но жестокая смерть… Молниеносная, не знающая жалости ни к себе ни к врагу, атака и… час спустя, от твоего раздутого окровавленного тела не останется и следа. Разжуют, разорвут, размельчат – на тысячи мелких кусочков… перенесут в гнезда и скормят там жадным белесым личинкам… Сколько тролей уже богибло так? Сколько погибнет в будущем?

Красная оса – проклятье пустошей. После того, как люди подняли из своих могил демонов старого мира, злобные насекомые плотно обжили освободившийся простор. Пожирая все, что может двигаться, строя величественные замки, не заметные всевидящему оку дракона, безразличные к поступи мертвяков, они стали полноправными хозяивами пустошей. Они стали силой, силой которую нужно уважать.

Экономно расходуя воздух, троль прождал до полуночи. Осы были терпеливы и иногда, заметив добычу, рассевшись густым ковром по траве, могли сторожить жертву несколько дней к ряду. Выждав еще немного Дайнар осторожно, так чтобы не свалить с себя защитные пласты земли, освободил руку. Укусов не было и уверившись, что рой убрался во свояси, троль вылез из укрытия.

Было ясно и сквозь разрывы в облаках виднелись редкие звезды. Мглистая тишь прерывалась разве что трелями голосистых сверчков. Все спокойно, рой улетел и о новом его появлении можно не тревожиться до самого утра.

Потянувшись, Дайнар размял мышцы, и прихрамывая на левую ногу, двинулся вдоль оврага, надеясь отыскать более пологий склон. Пока ничего не попадалось. Обернувшись к месту своего спуска, троль в удивлении выгнул бровь. Локтей триста – по почти отвесной вертикальной стене. Как только шею себе не свернул? Бывает…

Прошагав с пол лиги но, так и не отыскав пологого склона, Дайнар заметил, какое-то движение. Остановившись, настороженно повел ушами и принюхался. Воздух был чист. Пахло водой, грязью, гнилой травой… На всякий случай выпустив когти дикарь сделал к движению еще пару шагов. Тьма стала мене плотной, и хмуро оскалившись "неожаданному" открытию, троль спрятал обнаженные когти в ладонь.

Утопая в грязи по самую макушку, в шагах сорока от охотника, в неглубокой луже… плавало, тело мертвяка. Заросший тиной, тот должно быть пробыл здесь не меньше пяти-шести лет и только теперь, почувствовав рядом с собой охотника, ожил (конечно, если по отношению к нему можно использовать это слово), и теперь пытался встать…

Дело было плохо…

Мертвяк он и есть мертвяк – тролю от него ничего хорошего не жди. Заметит, не успокоится – пока всю степь не выжгет. Весь прошлый день и ночь Дайнару везло – замечая железноголовых тварей он заранее обходил их стороной – теперь удача оказалась на стороне врага…

На одних инстинктах троль отскочил в сторону. Оглушительно громыхнуло, сверкнуло молния и заметив как в воздухе, где только что была его голова, пролетел огромный кусок гранита, Дайнар ударился о грязь. Поднялся на колени, попытался встать, однако не успев сделать и шага, был настигнут новым, еще более мощным чем прежде – взрывом… Почва под тролем с глухим ревом разверзлась, и провалившись в какую-то просторную нору, троль услышал над собой следующий громовой раскат. Полыхнуло белым, затем вновь стало темно, и… вдруг оказавшись подхвачен стремительными потоками ледяной воды, дикарь на какое-то мгновение выпал из бытия…

Набившись в ноздри, грязь, с гулким шипением, пузырилась у лица. С трудом повернув голову, троль сделал глубокий болезненный вдох. Прислушавшись к тишине, охотник открыл глаза… Моргнул… Увидел собственное запястье и комья тяжелой глины вокруг. Кажется, после падения, его завалило землей. Нужно выбираться…

Собравшись силами, троль вертким ужом заелозил по земле, стремясь скорее выбраться из-под влажных тисков. Холодная глина отпускала неохотно – жадно цепляясь за конечности и корпус. Наконец, попытки стали давать результат, и заметив что у него худо-бедно получается, троль утроил напор. Мало-помалу троль смог вздохнуть полной грудью. Еще немного и вытянув из отвалов глины последнюю ногу, пока еще с трудом сохраняя равновесие, охотник поднялся в полный рост.

Было темно, но для чуткого зрения троля света хватало. Неизвестно как но… стремительный поток вынес его в глубокий грот или пещеру. Пещера была огромна, и удивленно вертя головой, троль с трудом подбирал под нее хоть какие-то сравнения. Настоящий – скрытый от сторонних глаз, мир…

Просторный, выше любой веньязы, каменный потолок. Ровные прямоугольные стены… и посреди всего этого, в самом центре пещеры – громадный, выполненный из единого куска горного хрусталя… квадратный камень.

Монолит занимал собой большую часть пещеры. Правильных форм, украшенный по темной поверхности алыми огненными письменами он испускал вокруг себя едва заметный для слуха гул… Магия древних таила в себе зло, и чувствуя неладное троль отступил назад. Подскользнувшись на куче глины оглянулся. Сверху в размытой вешними водами дыре, мелькнуло пятно звездного ночного неба. Выход…

Вспомнив атаку мертвяка, Дайнар, наконец, в смутных чертах, представил, что случилось. Ударив по охотнику огнем, железноголовый разрушил часть купола пещеры… а дальше, все решила сила земного притяжения…

Нерешительно покосившись на монолит, троль в сомненьи закусил губу.

Чем бы ни был этот грот, но построен он был еще до того как возник вельд. Эпоха иллюзий хранила в себе много тайн, но тайн чужеродных – вникать в которые жителю великих болот не было никакой нужды. Мертвое мертвым – живое живым и… отвернувшись от монолита троль сделал увереный шаг к размытой водами стене.

26. Глава. Гроз.

Облепив небо подвижными серыми кляксами, тучи бережно хранили за собой свет солнца. Так и не сумев отыскать в серой мгле, над собой, привычного светлого пятна, Гроза оглянулся на прима. Старый лес давным давно остался позади, кргуом, гладкой скатертью, стелилась степь. Ни единой точки, ни одного ориентира, ничего – за что бы мог зацепиться глаз. Идти полагаясь на одну только память было глупо. Не пришлось бы, после сотни пройденых лиг, вдруг вновь оказаться у гранц серого древа. Заметив ответный кивок воина эльб полез в походный мешок. Немного повозившись в его тряпичном нутре – достал компас. Затем, от души порадовавшись судорожному трепыханью волшебнй стрелки, ворчливо выругался себе под нос.

"И что толку от этого артефакта, если он никогда ни чего не показывает? В окрестностях Твердыни, с ним еще можно отыскать Хрустальную гору, а вот дальше… Говорят раньше, еще о эпохи иллюзий, тогда – когда магия была в поводу, люди, при помощи таких вот штук, разведали почти всю землю…"

–Либо одно из двух.– Пробормотал наконец Гроз, пряча бесполезную игрушку обратно в мешок.– Или на земле никогда никакого магнитного поля не было, или я – старый болван, который, даже, по точным чертежам, не способен собрать и такую нелепую безделушку как эта.

–Господин Борг.– Привлекла к себе внимание цетра.– Там – почти у самого горизонта, какие-то башни стоят… Там что, люди живут?

"Вот те и на."– Выругался эльб.– "Мало того, что премся непонять куда… так еще и это."

–Башни?– нахмурился Борг.– Где?

Послушница тут же указала направление, и пожав плечами, скромно сообщила, что их только слепой не увидит. Борг с этим явно был не согласен, но отчего-то решил промолчать.

–Борг сделай девчонку ведомой.– Не удержался эльб.– Так хоть ос обойдем… Все равно ведь идем не зная куда…

–Бунт?– улыбнулся прим.– А не рано ли?

–Рано не рано… Давай хоть погоды хорошей дождемся… Солнца не видно, а других ориентиров в пустоши нет.

–Ну, кому может и не видно, а кому и наоборот… Ты меня с собой не ровняй. Какими бы тучи не были, а где солнце я пойму…

–А это мы сейчас проверим. Элина деточка укажи нам, пожалуйста, где солнце.

Неуверенно покосившись на Борга, девушка посмотрела вверх.

–Ну наверное, там.– Цетра указала вправо от себя.– А вообще, мало что понятно…

–Ага.– Торжествуя, завопил старик.– Даже она, ничерта не видит… Слышал что говорит? Справа солнце. А где оно должно быть? А оно, там, должно быть.– Коротышка указал предполагаемое положение светила.– Так мы скоро обратно к лесу выйдем.

–И что ты предлагаешь? Не сидеть же на месте… В пустошах говорят – почти всегда так…

–Господин Борг, господин Гроз посмотрите.– Позвала Элина.– А мой камешек знает, где твердыня…

Оборвав себя на полуслове, Гроз как был – с открытым ртом уставился на цетру. Увидев в ее руке загадочный талисман, легко различил на его поверхности яркое пятнышко света.

–И давно он у тебя так может? В том смысле… было бы хорошо, если бы ты об этом нам еще в лесу рассказала.

–Ну…– Пожала плечами Элина.– Я просто спросила его… только что… Где Константин? И он промолчал, а когда спросила где тердыня… и вот…

–Очень интересно. А нука повернись.

Девушка осторожно, так что бы всем было заметно направление огонька, повернулась вокруг своей оси. Пятнышко света в след за ее движениями обежало камешек по кругу, неотрывно указывая в одном и том-же направлении.

–Видите? Он только туда светит. Значит твердыня там.

–И получается – идти нам нужно туда.– указал влево Гроз.– Борг, а это у тебя хитроумный план, к вельду самой дальней дорогой идти, или… просто с чувством юмора беда?

–Артефакт может и ошибаться.– Пожал плечами воин.

–А может и нет.– Парировал старик.– В конце концов хуже не будет. Давай поглядим куда камень выведет. Не зря ведь мы девчонку с собой взяли…

–Может и не зря…– задумался на мгновение Борг.– Впрочем я не против – давай посмотрим…

К вечеру, когда тучи немного прояснились, и стал виден лоскут звездного неба, выяснилось, что отряд движется верно. Ухмыльнувшись, Гроз вприщур покосился на Борга. Тот, заметив брошенный на него взгляд, только устало пожал плечами: – "Выводы делать рано. Поживем увидим." Воин был прав и нахмурив брови, эльб решил промолчать.

Ближе к полуночи, где-то далеко на северо-западе громыхнуло пламя. Скинув с лица капюшон, Борг долго вглядывался во тьму. Пару раз сверкнуло, запоздалый рокот донесся долгим мгновением спустя… затем вновь стало тихо. Судя по бьющим от земли молниям работали излучатели мертвяка… Привычное дело для пустошей и вернувшись к прерванным делам, отряд расположился на ночлег.

К утру, сменив на посту послушницу, Гроз заступил в караул.

Прошло полтора часа. Заметив трепыхание караульной вешки, старик поднявшись на ноги, оляделся. Справа – шагах в двадцати, стоял мертвяк. Старая история – ничего интересного. Потопчется, получит свой подарок и уйдет искать нового путника.

Заметив эльба, мертвяк вздрогнул, повертел головой и как-то – в несвойственной его народу манере, сделал к коротышке нервный осторожный шаг. Считавший, что знает о мертвяках даже больше чем нужно, Гроз удивленно выгнул бровь, но пока ничего не предпринимая, остался стоять где был.

–Махуарон шептав такарими.– проскрипел чем-то внутри мертвяк.– Кештар кап хатарих?

–Чего?– Не веря собственным ушам, зделал шаг назад старик.

–Бакхаир пуштун?– вновь скрипнул мертвяк.– Бан будур саарамак?

Мало по малу догадавшись, что страж пустошей, в самом деле, пытается говорить, эльб потянулся за молотом.

–Ран бадан саарамак.– произнес он, оттягивая время, что в переводе с языка древних означало "Я вас понимаю".– Шакармак.– "Немного".

–Пушармак сабатар багра мобитан сабура.– Обрадовано, если вообще, такое определение можно отнести к мертвяку, зачастил тот, услышав ответ на свой вопрос.– Бехером сатмак бар. Шурутун векхинари волтор болтимар сорит бонувантарини.

–Подожди.– С трудом, осмысливая поток слов мертвого наречия, скривлся Гроз.– Я не успеваю… Ты рад меня видеть. Ты думал, что больше никого нет… Как там…? шурутун векхинари? Разумная жизнь сохранилась… черт мать твою, как же ты быстро тараторишь… Касири.– Как там по древнему… машадари вокаси пана.

Мертвяк замолчал, и вдруг… вполне по человечески кивнув в знак согласия, медленно и с расстановкой – на языке древних, произнес следующее.

–Мы рады приветствовать жителей поверхности… мы Сошар… Были вне этого мира… Три тысячи лет – долгий срок… Думали что жизнь погибла. Теперь видим – это не так… Мы готовы вернуться. Счастье обладания живым телом и способность к самосовершенствованию… Можем ли мы узнать имя?

–Гроз меня зовут.– Мало что, уяснив из слов мертвяка, ответил Эльб.– А тебя значит… А мне тебя как называть?

–Мы народ Сошара.– произнес мертвяк.– Мы рады узнать… Гроз.

–Ага.– Пробормотал эльб, соображая как быть дальше.– Разумный мертвяк…

Ситуация в общем была из ряда вон. Гроз знал, что мозгов у мертвяков нет. Человеческая начинка давно сгнила, а магический доспех достаточным для общения интеллектом не обладал. Этакая кукла на вечной пружинке. Механизм призванный сторожить пустоши, и бить огнем по любому кто покажется ему чужаком. Крепкая броня, мощное оружие и ничего больше. Так было всегда и вдруг… Волей не волей, а оторопь берет когда с тобой, начинает говорить, воставший из могилы мертвец. Причем говорить не просто так, а на языке древних, называясь именем народа никому неизвестного, города Сошар…

–Ты хочешь знать начало…– Кивнул плоской башкой мертвяк.– Но сначала спросим мы… Ответь на вопросы… мы ответим на твои…

"Занятно."– Скривился эльб.– "И убить его не выйдет. Если только молотом по башке, а дальше Борга с клинками… Не успеем,– слишком уж живуч. Один выстрел и крышка… Со всеми мертвяками не повоюешь, сбегутся на огонек…"

–Гроз чего там у тебя.– Отвлек эльба прим.– Дай ему что-нибудь и пусть проваливает.

Обернувшись к воину, Гроз нервно махнул рукой. Не шуми, мол, дело серьезное, иди лучше сюда. Мигом смекнув, что старик, от нечего делать, так себя вести не станет, меченосец разбудил послушницу, и когда та открыла глаза, подошел к коротышке.

–Чего у тебя? Не знаешь, что с ними делать?

–Знакомься.– Отмахнувшись от слов Борга, оскалился эльб.– Народ Сошара…

Затем, перейдя на наречие древних, представил мертвяку командира отряда.– Это Борг, вон та девушка Элина.

–Да…– Полыхнул чем-то внутри, старинный доспех.– Люди не сменились… Это странно…

–Что он сказал?– переспросил прим.– На древнем что ли?

–На нем самом.– Кивнул Гроз.– Говорит – что рад встрече, и поражен твоей красотой. А еще – что просидел где-то три тысячи лет, и только что вылез наружу…

–Три тысячи лет?– переспросил Борг.– Отойдем в сторонку…

Оттянув коротышку от мертвяка, меченосец попросил того объяснить ему все по порядку.

–Да я сам, мало что понимаю.– Пожал плечами Гроз.– Но если то – о чем он говорит правда, то дело серьезное… Он же ровесник Константина. А что будет если все мертвяки заговорят..?

–Дела… Странно это все. И дракон и мертвяки, и послушница со своим камешком… В любом случае с ним, нужно что-то решать. Или шлепнуть его? Пока не поздно?

–Не выйдет. Созовет доспехи со всей пустоши, мало не покажется. Нужно думать…

–А что тут думать?– Пожал плечами прим.– Семь бед – один ответ… Зови его к огоньку. Поговорим…

–Ясно.– Сморщился коротышка.– Сперва дипломатия… Но только это… В случае чего бей первым.

27. Глава. Элина.

Проснувшись, Элина потянулась к кинжалам но, заметив, над собой лицо прима, стыдливо вернула отравленные клинки в ножны. Ничего ей не объяснив Борг, подошел к эльбу. Пару мгновений воины стояли рядом с громоздкой тушей, взявшегося неизвестно откуда, мертвяка, затем, решив обговорить что-то наедине друг с другом, отошли в сторону.

–Лано. Зови…– Донеслись до девушки последние слова прима.– И осторожней.

Вернувшись к костру прим подмигнул девушке.

–К нам гости.– Произнес он шепотом.– Не знаю, в чем дело но… В случае опасности уходи в невидимость. В драку не лезь, мы и сами разберемся. Поймешь, что дело плохо, уходи. Поняла?

Пожав плечами. Элина кивнула.

–Ну вот и хорошо. А теперь поздоровайся.

Покачиваясь на длинных тонких ногах, мертвяк, вместе с эльбом, подешел к костру. Медленно повел из стороны в сторону плоской железной головой. Увидев робкий кивок Элины, впился в нее пустыми стеклянными глазами.

–Ну вот и познакомились.– Произнес тем временем Борг.– Теперь по делу… Гроз спроси этого… как его там? Что ему от нас нужно?

Гроз что то сказал мертвяку а, после, выслушав длинный, состоявший из маловнятного клекота и стального скрежета ответ, задумался.

–Значит так. Выходит что… Еще три тысячи лет тому назад, в самом начале войны, несколько тысяч магов решили обезопасить себя… в хрустальном монолите. Не спрашивайте меня, что это такое, я и сам мало что уяснил…– огрызнулся эльб, увидев вопрос в глазах прима.– Так вот… Лишив себя телесной оболочки, они переселили свои души в куб и какое-то время, существовали там, купаясь в собственных отражениях… И все бы ничего, жить бы им в своем надуманном мирке, но со временем магия монолита истончились… Беда для жителей куба страшная. Что бы исправить монолит нужна энергия которой у народа Сошар нет. Перед жителями куба в полный рост встала угроза вымирания. Ослабив защиту кристалла они немного снизили его потребности… и слились в единое существо. Прошло две тысячи лет. Ни что не вечно под луною и как всегда… беда пришла, откуда не ждали. Весенние воды подмыли конструкцию грота, где был монолит. Крыша пещеры могла обвалиться в любую минуту. Нужно было что-то делать но что? Тела, в которые Сошар могли бы вновь переселить свои сущности, давно истлели. Разумная жизнь, как они думали, исчезла… оставалось смириться со своей участью и ждать. Прошло еще триста лет и вот, когда надежды уже не оставалось, им на голову упал этот мертвяк и какая-то зеленокожая тварь… Зеленокожая тварь убралась вовсвояси, а мертвяк остался… Прикинув что к чему… Сошар, при помощи остатков маги, втянули доспех древнего воина в куб. Там они переселили часть своего общего сознания в его железную голову. Ну а дальше… дальше они отправились искать тех, кто сумел бы помочь им в их беде.

–Так, им мертвяки нужны?– спросил Борг.

Эльб перевел вопрос и выслушав ответ вновь обернулся к приму.

–Нет. Говорят, что мертвяка взяли от безысходности. Мозгов у него типа маловато… Им нужны добровольцы. Нужны люди, числом в семьдесят тысяч душ, с достаточно крепким здоровьем и высоким болевым порогом…

–Семьдесят тысяч?– переспросил Борг.– В твердыне живет впятеро меньше. Даже вместе с эльбами и предтечами нас столько не наберется… Пусть думает. Может быть монолит починить или еще что..?

–Мы дракона от города оттянуть не можем, а ты говоришь древний ментальный артефакт… Источник энергии, опять же, взять негде…

–Скажи про дракона. Я помню, что его сердце обещано тебе, но вдруг они смогут предоставить за него достойный обмен.

Гроз скривился, но все же обратился к мертвяку с вопросом. Последовал оживленый диалог, и наконец, спустя какое-то время, эльб вновь заговорил по человечески.

–Ничего не выйдет. У них нет знаний как отключить защиту дракона. Я, конечно, сказал им в паре слов о том, куда мы идем, но для их народа и четыре дня… слишком долгий срок. А ведь сердце еще нужно демонтировать, и как-то переправить в пустоши и… в общем, ввязываться в нашу авантюру они не хотят.

–Но это шанс. Или они знают другой способ?

–Наверное, нет… И Знаешь, с каждой минутой, с ним все сложнее, говарить. Он как заведенный твердит о том – что им нужны люди. Все прочее отметается на ходу. По-моему… у него уже мозги плавятся… Он говорил – что у него резерва на сутки но… Как бы нам теперь, от него отвязаться, пока он нас самих, к монолиту не потащил…

–Отвяжешься от него теперь…– Вздохнул Борг.– Значит так… Скажи ему, что тут совсем рядом, есть селение. Скажи, что там живут люди, и что они будут рады помочь… Мы покажем дорогу. Дальше пусть решает сам.

Эльб перевел.

–Они согласны. Просит отправляться немедленно… и безмерно нам благодарен за помощь.

–Вот и хорошо. В конце концов, у нас появилось время… Поднимаемся и двигаемся прежним курсом. Элина включай свой камешек.

К полудню мертвяк начал проявлять беспокойство. Обещанная ему часть пути была пройдена, отведенное время заканчивалось, а намека на человеческое жилье не было. Пару раз, нелюдь уже что-то спрашивал у старика, но, каждый раз получая от того уверенные четкие ответы, продолжал плестись намеченным курсом. Элина, чувствуя – что с минуту на минуту может случиться беда, каждый раз, после слов мертвяка постоянно прибавляла в шаге. Мертвяк не отставал, и оттого, последние четверть часа, послушница бежала от него – едвали не во всю прыть…

В серой дали показалась осиная башня, и Элина, побоявшись сбавлять темп, молча стала отводить отряд в сторону. Какое-то время шли спокойно но… заметив смену направления, мертвяк вдруг решил расставить все точки над i. Остановившись, нелюдь обернулся к эльбу, и яростно заскрежетав что-то на своем птичьем языке, указал саблевидной конечностью куда-то вверх.

–Элина что случилось.– Спросил Гроз.– Почему сменили курс?

–Там осы.– Указала девушка на башни.– Вы же сами сказали обходить их, как только замечу.

–Ясно… Но в следующий раз предупреждай. Видишь, какой нервный нам попутчик попался?

Обратившись к мертвяку, Гроз попытался объяснять тому, причину смены курса. Выслушав эльба, мертвяк пришел в некоторое волнение, что-то громко проскрежетал, и вдруг… полыхнув в затылке ярким снопом искр, попытался схватить эльба за шиврот.

Уже догадываясь о том что случится дальше, Элина прошептала заклинание… Краем глаза заметила мелькнувший в руках эльба молот… Раздался грохот. От мертвяка отвалилась часть стального доспеха, молот в руках коротышки распался от удара на части… Затем, девушка услышала долгий протяжный визг, и из головы мертвяка вновь вырвался поток ярко-голубого пламени. Запахло паленым волосом, чем-то едким и ядовитым. Откуда-то слева появился Борг. Подскочив к мертвяку… воин крест на крест взмахнул черным – словно уголь, клинком. Визг прекратился, что-то вспыхнуло, лицо девушки обожгло морозным пламенем, и оказавшись вдруг на земле, Элина в ужасе прикрыла глаза руками.

Стало тихо. Кажется враг был повержен, и чувствуя что ей ничего не грозит, девушка открыла глаза.Чудно но все пространство вокруг цетры тонуло в плотной подвижной дымке. То ли туман, то ли поднявшаяся от земли пыль… В пяти шагах проявился какой-то холм, и вглядевшись пристальней, девушка поняла, что это прим… Поднявшись на колени, Элина подползла к воину, и потянув того за ворот куртки, заглянула в лицо.

–Господин Борг, очнитесь. Господин Борг…

Прим зашевелился, и неловко дернув рукой, отстранил девушку от себя.

–Фу, чумная, отстань.– Пробормотал он, открыв дурные после взрыва глаза.– Что с мертвяком? Ничерта не вижу…

–Мертвяк? Не знаю… Он, по-моему, того…

–Хрякнулся? Ну, это он правильно… Что с Грозом?

–Сейчас…

Встав с колен, Элина осмотрелась. Мертвяк лежал шагах в десяти, и теперь, лишившись подвижности и части тела, больше всего… походил на груду искореженного металла. Эльб нашелся парой мгновений спустя… Старик навзничь лежал на земле, в десятке шагов от оплавленного стального чудища, и не проявлял признаков жизни. Его широко открытые опухшие глаза, слепо таращились в небо. Волос на голове почти не осталось. Набитый стальными зубами рот, был широко открыт, и в нем, был виден распухший черный язык.

–Господин Борг он здесь.– Позвала девушка, склонившись над коротышкой.– Скорее…

Борг встал. Услышав возглас девушки, обернулся, но сделав пару шагов, остановился.

–Муть, какая-то перед глазами.– Пробормотал он пошатываясь.– Где ты там?

Оставив эльба, цетра вернулась к приму, и взяв того под руку, подвела к коротышке.

–Вот господин Борг. Только он, по-моему, это…

–Помер что ли? Гроз ты меня слышишь?

Эльб не отвечал и Борг ощупал тому лицо. Затем грудь, наконец, приложил к старику ухо. Замер…

–Дымится курилка.– Улыбнувшись кивнул прим наконец.– Дырок в нем нет, а в остальном норма…

–Что нам теперь делать?

–Что делать? Дай подумать…– Нахмурился прим.– Всем известно, что мертвяков трогать нельзя. Убьешь одного, сбегутся остальные… С другой стороны, мертвяк у нас, что греха таить, не совсем нормальный… был. Может никто и не откликнется. В общем нужно драпать. И чем скорее тем лучше…

Замолчав, Борг встал, и попросив Элину помочь с коротышкой, закинул бездвижное тело эльба на себя.

–Тяжелый.– Простонал воин, прогнувшись под стариком.– А я, думал, что он шутит, когда говорил, что у него кости железные… Ладно, веди, лиг пять пройду, а дальше посмотрим…

Засветив камушек, послушница позвала прима за собой. Тот неуверено затоптался на месте. Немного подумав цетра достала из походного мешка кожаную бечеву.

–Вы не против?– Улыбнулась Элина, привязав ее одним концом к запястью Борга, а другим, обмотав себя вокруг пояса.

–Как осел на веревке?– Улыбнулся прим.– Ну чего уж..?

–Извините, я не хотела.– попыталась оправдаться цетра.

–Да я не в обиде… В конце концов, будь я поумнее ничего бы этого не случилось. А раз уж осел, то так тому значит и быть…

28. Глава. Борг.

Старик был невероятно тяжел. Нелепое тело постоянно сползало с плеч, и потому, преодолев положеные семь лиг, Борг был рад услышать вскрик цетрый – о приближении к ним странной жужжащей тучи.

–Снимай походные мешки.– Кивнул он, сбросив с плеч громоздкий груз.– Это осы.

Девушка остановилась и спустя мгновение, прим услышал шорох соприкоснувшейся с землей ткани. "Крепкая девчонка".– Подумал Борг, примерив на себя тот груз, что пришлось тащить той на своей спине.– "Три мешка несла… Откуда спрашивается, только силы берутся?"

–Что дальше…?

–Давай сюда мой.– Отозвался Борг.– Будем прятаться.

Отыскав в мешке тугой сверток, прим извлек его наружу. Стянул со свертка кожух, и откинув его в сторну, протянул Элине то что оказалось внутри.

–Раскрой и лезь внутрь.

–Что это?

–Что-то вроде палатки.– Ответил Борг, уловив в воздухе наростающий гул.– Поторопись. Не успеешь, и от нас только кости останутся… Там все просто. Большой мешок с лазом на одной из сторон. Окажешься внутри, я тебе эльба подам.

–Хорошо…– откликнулась цетра, шурша жесткой тканью.– Все. Давайте его…

Гул нарастал. Пропихнув тело коротышки в лаз, Борг поспешил следом за ним. Оказавшись в тесном пространстве, прим отыскал шнуровку, и под легкий скрип материи, потянул карабин на себя. Раздалось жужжание… мгновение и единственный выход из мешка оказался закрыт…

–Удобная штука.– Пробормотал Борг, откинувшись назад так – чтобы дать место послушнице, и вытащив из-под себя ногу эльба.– Здесь мы как в крепости. Ткань мешка еще с эпохи иллюзий. Такую просто так не порвать…

Гул снаружи стал подобен рыку горного оползня, и вскоре, по мешку – как во время дождя, застучала частая дробь бьющихся о его поверхность, злобных осиных тел. Стал слышен скрежет. Какое-то время спустя, в палатке стало очень жарко…

–Ничего.– Улыбнулся Борг, чувствуя, на своих плечах тяжесть многотысячного осиного роя.– Нужно переждать. Главное не задохнуться… Час, может быть два, и станет легче. Это они на шум слетелись…

–А вы знали… что так будет?– спросила цетра пытаясь принять более удобое положение.– Или вы этот мешок, для каких-то других целей взяли?

–Для этих самых. Были уже те, что к пустошам ходили. Давно правда… Но записи сохранились. Это Гроз их нашел…

Словно услышав свое имя, эльб заворочался и застонал во сне, скрипнул стальными зубами.

–Как вы думаете, с ним все будет в порядке?

–Кто знает?– прожал плечами Борг.– Вывели же черти, нам на дорогу, этого мертвяка… И говори, после этого, что закона подлости нет…

Эльб вновь застонал, сделал какое-то судорожное движение рукой, захрипел и чувствуя, как по телу коротышки пробежала волна крупной дрожи, прим замолчал.

Что-то щелкнуло, и перед глазами Борга расплылось яркое теплое пятно.

–Потуши быстро.– Зашипел воин на цетру, понемногу разобравшись что к чему.– Палатку спалить решила?

–Это мой камешек. Он же даже не горячий. Смотрите, я же его прямо руках держу.

–Камешек?– сщурившись на огонек, но так толком ничего и не разглядев, переспросил Борг.– Ну, если камешек… то ладно. Что там с эльбом?

–Господин Борг у него пена изо рта идет.

–Поверни набок…

Эльб дернулся, издал громкий животный рык, и вдруг, вырвавшись из рук прима… куда-то покарабкался.

–Держи его, не хватало еще, что бы он палатку разворошил.

Общими усилиями эльба удалось прижать к земле. Затем, заломив старику руки за спину, Борг утвердился на нем сверху. Постепенно сопротивление старика сошло на нет.

–Отпусти.– Олежавшись в тишине, подал вдруг голос Гроз.– Отпусти Борг.

–Очухался? Наконец-то… Ты потише, мы под куполом сидим, сверху осы.

Эльб кивнул и отодвинувшись от старика, Борг помог ему сесть..

–Господин Гроз с вами все в порядке?– спросила цетра.– Вам что-нибудь нужно?

Эльб промолчал, и вновь запалив свой камешек, Элина повторила вопрос.

–Я в порядке. Как далеко мы от мертвяка?

–Лиг семь.– Пожал плечами Борг.– А тебе зачем?

–Нужно вернуться.

–В смысле? Забыл там, что-то?

–Да. Нужно вернуться. Сейчас…

Помешав эльбу встать, Борг вновь повалил того на землю…

–Подожди немного.– Уже в примирительном тоне произнес Борг.– Если что-то нужно, вернемся. Никуда от нас твой мертвяк не денется.

–Хорошо я понял. Я буду ждать. Мертвяк от нас никуда не денется…

–Так бы сразу…– начал, было, Борг но вдруг почувствовав сильный укол в правое бедро, замолчал.– "Черт- что за хрень?"

Боли не было. Просто, как-то разом, престало шевелиться все тело. Руки, ноги, голова все на месте… а двигать ими никак…

–Гроз сука,… какого черта…?

Раздался негромкий вскрик, эльб что-то сделал с Элино,й но не имея сил окоротить старика, Борг остался где был.

Разобравшись с Элиной, эльб вернулся к приму. Протиснувшись ему за спину, связал руки и ноги куском бечевы. Затем, вернулся на свое место…

К ночи, атака осиного роя понемногу сошла на нет. Снаружи стало тихо, тяжесть ослабла, стало не так жарко. Посветлело… Выждав немного времени, наконец, вновь ожил эльб.

Гроз коснулся ноги Борга чем-то жестким, раздался щелчок. Бедро обожгло словно огнем, и мгновением после, обмякнув словно кусок сырого теста на столе, воин "растекся" по земле. Какое-то время спустя, через боль, ему удалось пошевелить запястьем, затем наступил черед рук и ног. Похоже старик снял с него странное заклятье. Можно поговорить…

–Гроз!! Всех твоих предков в душу… Что такое?

–Замолчи.– Жестко прозвучал голос коротышки из темноты.– Не перечь… Твое оружие у нас. У нас жезл стража… Им можно убить… Или пытать… Если станешь перечить…

–Что ты хочешь?

–Мы говорили…– Кивнул старик, подобравшись к лазу.– Спасти народ… Монолит скоро исчезенет…

Раздался звук рвущейся материи и глаз воина коснулся тусклый лунный свет.

"Вот тебе и на".– Пробормотал Борг.– "Мертвяк-то… на Гроза перепрыгнул".

–Выбирайтесь… Сначала девушка… потом ты…

Встав в некотором отдалении, эльб дождался пока Борг и Элина выберутся из мешка. Затем, так и не дав им как следует отдышаться, приказал двигаться в обратном направлении.

–Может, мешок соберем? Осы могут вернуться.

–Хорошо, но быстро…– Прогнусавил деревянной глоткой страрик.– Времени мало…

Силуэт эльба плыл перед глазами, подпорченное зрение мешало видеть его лицо, но если судить по тону сказанных слов, настроен тот был решительно.

–Элина слышала дяденьку?– Обратился прим к послушнице, спешно собрав вещи, и накинув на плечи рюкзак.– Давай первая, я за тобой… и ногами громче шаркай, до сих пор ничего не вижу.

Девушка сделала первые шаги. По звуку определилив – что та спутана как и он, прим улыбнулся. "Как коней стреножил. Может быть у девчонки и ободок отобрал. Засада…"

Понукаемый выкриками, прим неспешно двинулся вслед за цетрой. Довольно скоро уловив его настроение, Элина сбавила темп. "Прекрасно. Пусть знает, что мы рыбка ершистая. Еще посмотрим, на сколько у тебя терпения хватит…"

Терпения у эльба не оказалось вовсе… Сделав Боргу короткое предупреждение, старик оказался рядом, и… по телу прима прокатилась нестерпимая волна боли. Споткнувшись, Борг растянулся по земле, и не имея сил терпеть сжигающий его изнутри адский огонь, завертелся на месте… Человеческий разум не был способен вынести такого… Чудовищная, непостижимая, невероятная боль. Чистое страдание во всех своих ипостасях, где в предсмертных конвульсиях бьется сама душа. Рушится до самых основ воля и разум, и… обнажив за собой – что-то совсем уж сокровенное, заставляет вопить и просить пощады…

–Ты понял…– Спросил эльб, когда боль прошла.– Невыносимо… но познавательно. Это первая ступень боли, а есть еще семь… Жезл стража создан подчинять… Он сломит тебя… Так или иначе… Не перечь нам больше.

Поднявшись на колени, Борг сплюнул кровь. Было тоскливо… Постигать следующие ступени боли совсем не хотелось. Оставалось стать пай мальчиком и терпеть…

К телу мертвяка добрались только к утру. Еще издали, почуяв запах гари, Борг внутренне подобрался но… как оказалось зря. Ненадолго остановившись над кучей железного хлама (в которую превратился древний страж), эльб, указал направление.

–Ты ведешь нас к монолиту?– спросил Борг.

–Ты силен…– маловнятно проворчал силуэт эльба за плечом.– Силен как и этот старик… Мы помним мощь жезла… Ее сложно забыть…

–Ты не ответил на вопрос.

–Мы ведем вас к кубу.

–Зачем? Нас всего двое, и рядом нет человеческого жилья… На что ты надеешься?

–Мы не можем спасти всех, но мы можем спасти лучших… Тех, кто сумеет воскресить народ Сошара, потом…

–Что будет с нами?

–Ваши тела останутся живы… Часть знания тоже… Вы будете довольны…

–Доволен как Гроз?

–Он просто не понимает…– пожал плечами старик.– Мы пришли к нему насильно… Но мы чувствуем в нем жажду знаний… Мы оттеснили его в глубь… но оставили возможность оценивать и сопоставлять… Он противится нам… не хочет делиться памятью… темнит… но мы имеем терпение… мы изменим его так – как это нужно нам.

Старик замолчал и прим не стал продолжать допрос. Получалось – что Гроз еще жив и борется. В чем заключалась эта борьба сказать было трудно, но неплохо бы было ему помочь. Мертвяк в его теле сказал, что Гроз в чем-то темнит, что-то скрывает… За все время, эльб, еще ни разу, не приложился к своей фляжке. Скоро солнечные лучи дадут о себе знать, и не смотря на пасмурную погоду, хорошенько поработают над его нежной эльбийской шкуркой. Вот тогда-то и придет время решающего удара…

29. Глава. Дайнар.

Опустившись на землю, Дайнар коснулся ладонью груди, сковырнул когтем кусочек засохшей крови. Боль в подреберье стала сильнее, и не сумев сдержать позыва, троль зашелся в судорожном, влажном кашле. Перетерпев спазм, охотник упал в траву и часто задышав, заскулил. С каждым часом ему становилось все хуже, а то, что сперва казалось простой слабостью, теперь пугало смертью.

Треклятый мертвяк все же смел дотянуться до него своим выстрелом. Не напрямую, не сразу, но точно наверняка…

Осколок камня, пробив грудину, повредил, что-то внутри… Наверное впился своими острыми гранями, словно цепкий злобный паучок, в само сердце. Обидно… Обидно, избежав столько бед, умирать в шаге от дома. Умирать от какой-то малости…

Троль лег. Закрыл глаза. Нужно отрешиться и забыть боль. Этот прием помогал ему раньше – в пыточных камерах, каменного города, должен помочь и теперь. На какое-то мгновение и впрямь стало легче, – боль, словно пугливый хищник, почуяв неладное, ненадолго отступила всторону, а затем, уверившись, что ничего опасного для нее нет, снова набросилась на дикаря… Разозлившись, Дайнар зарычал и… вновь захлебнувшись в чудовищной судороге, выгнулся в дугу. "Больно…"

Стало жарко и под закрытыми веками троля, бешеным вихрем заплясал цветной калейдоскоп… Давало о себе знать перенапряжение, что он заполучил, взламывая ментальный поводок. Час назад, он бы легко справился с мороком, теперь, этого не остановить. Скоро призрачные образа и болезненные фантазии перестанут ему подчиняться, и наконец вырвавшись на свободу, сделают его своим рабом…

С настойчивостью заводной игрушки, троль стал перебирать в уме варианты… Во первых: надеясь на крепкое здоровье, можно отлежаться… Это займет время, а значит, нужно логово для защиты от ос. Однако, не станет ли это логово могилой? Не лучше ли потратить оставшиеся часы, на что-то еще?

Вспомнив эльба, троль в досаде оскалил клыки. После смерти пантеры, старик ненавидит его всей душей. По просьбе Борга, тот, возможно, и решит помочь врагу, но, наверняка, сделает это в своей – пакостливой манере… Нет, что угодно, но только не опять к ним. Рабство хуже смерти, и кому другому, как не Дайнару, об этом знать.

Собравшись духом, троль попытался встать… Не вышло. Ладно, не получается так, попробуем иначе… Выждав, пока кровавая пелена спадет с глаз, Дайнар стал копать яму – где был. Сначала плотнее присыпать ноги, затем торс, а после, обвалить на себя то – что удалось до этого наворотить у головы. Спрятаться в землю, словно жук – в прелую листву. Главное не оставить ни одного открытого участка. Осы любят мясо. Почуют кровь и обязательно дороются до тела, дороются так быстро, что бедный маленький троль умрет раньше, чем успеет что-нибудь понять.

Мало помалу работа была завершена. Спрятавшись под толстый слой пахучей глины, троль, позволил себе отдохнуть… Дайнара трясло. Его лихорадило и поминутно бросало – то в сильный жар, то в озноб. Боль не прошла, но теперь она не била в одно место… Размазавшись, словно жирное пятно по поверхности лужи, боль расплылась по всей груди. Расплылась на голову и спину, тугим узлом скрутила желудок. Легкие и сердце превратились в куски свинца, они толклись в его груди непомерной тяжестью…

Земля, заполучив троля в свое лоно, словно заботливая мать, окружила охотника нежным теплом. "Все хорошо, все будет хорошо".– Будто шептала она, ласково обнимая Дайнара мягкими, не имеющими конца и края ладонями.– "Я согрею тебя, когда тебе будет холодно, и дам прохладу, когда будет жарко. Я впитаю в себя твое напряжение, твою боль, твой страх, всего тебя…"

Образа под веками стали ярче. С каждой минутой, троль все больше погружался в болезненный бред… Вот, он чувствует затаившуюся где-то рядом пантеру… Вот, обернувшись, видит послушницу и та, качая головой указывает ему на эльба. Вот, коротышка… вдруг оскалив свои ржавые стальные зубы, достает из-за пояса тяжелый тесак… И тут же, Дайнар, вновь, в тесном душном плену матери земли, хочет и не может сделать следующий вдох. Легких нет… Дайнар уже умер и черви давно изъели его грудь. Мертвым не больно, им все равно… у них нет сердца…

Идет время....

Обостренным слухом троль слышит, как на многие метры вокруг от него, кипит жизнь. Шорохи, скрипы, чья-то настырная, неуемная возня, различимый, на самой грани восприятия, писк. Все это слишком громко, слишком навязчиво, слишком обильно и охотник хочет зажать себе уши руками. С запозданием вспоминает, что рук у него тоже уже нет и вдруг, с немым удивлением понимает, что не дающий ему покоя скрежет, это скрежет его собственных зубов. Раззявив челюсти, Дайнар на мгновение погружается в паркую и влажную темноту, а затем, вдруг вновь… оказывается в плену видений…

Он во сне и этот сон он уже видел. Видел давным-давно, так что от него осталось только одно воспоминание и это воспоминание кажется сладким. Это воспоминание влечет, заставляет следовать за собой.

Дайнар в лесу и ноги его, по самые лодыжки, утопают в мягком ковре полевых трав. Плечи и спину нежно ласкают горячие солнечные лучи, уснувший от послеобеденной жары воздух, пахнет полевыми цветами, хвоей и сырыми камнями. Неподалеку журчит ручей, и тонкий девичий голос поет песню. На душе спокойно… Дайнар приближается к певунье и та, оборвав песню, смотрит на него. Девушка смутно ему знакома, но троль не станет вспоминать… Улыбнувшись, девушка протягивает ему руку, и он садится с ней рядом. Молча, они смотрят на ручей. Время застывает в своем стремительном неумолимом беге…

Он видит цветущие сады, он летит над звездами и любуется закрученными в спирали галактиками, он дышит искрящимся на солнце льдом и купается в лентах, упавшей на дымку водопада, радуги. Нежно касается розовых лепестков вишни на черных ветвях, слышит шум ветра и оглянувшись, смотрит в ее бездонные, небесного цвета, глаза… Что есть многообразие – если вся вселенная сокрыта под этими бархатными ресницами, что есть радость – если не ее мимолетная улыбка, что есть красота? Счастье от прикосновения к ее руке, покой от близости ее тела, головокружение от дивного аромата…

Прохладный осенний ветерок подхватывает желтые листья и, закружив их в бессильной ярости, бросает в темные воды уснувшего до лета озера. На небо наползают тяжелые тучи, становится темно, начинает моросить мелкий слякотный дождь. Стиснув челюсти, Дайнар раздирает когтями грудь, но боль не проходит. Сжавшись в комок, закрывает глаза и, вновь оказавшись в темноте, падает вниз…

–Ты умрешь без меня.– Слышит он вдруг и, вспомнив, что певунья рядом открывает глаза.– А там… там нет света Дайнар. Там только холод…

–Кто ты?– спрашивает Дайнар.– Я знаю тебя…

Девушка хочет ответить, но боль в сердце становится невыносимой. Пронзив реальность как стальной клинок, она увлекает троля в себя, втягивает его в стремительный темный омут и когда он уже не может терпеть… выбрасывает его вдруг… в вырытую им самим могилу.

Хочется пить. Сглотнув пересохшей глоткой, Дайнар закашлялся… перед глазами вновь полыхнуло красным. Он не знал, сколько времени он пробыл в забытьи, но лучше ему с тех пор не стало. Вспомнив видение, троль едва сдержался от яростного рыка.

Было тихо. Дайнар знал, что доживает свои последние часы, но ничего не мог с этим поделать. Где-то… в невероятном далеке прозвучал удар, и земля, слегка приглушив его тональность, донесла звук до охотника. Думать об уготовленной ему участи было больно, и охотник, получив причину, что бы увильнуть от последнего разговора с самим собой, обратился в слух. Причина звука всплывала сама собой. Пустоши малообитаемы, события здесь случаются крайне редко и единственными кто мог вызвать хоть какие-то изменения в их монотонном токе, был отряд Борга.

"Опять, с ними что-то…"– усмехнулся троль.– "Что им до меня? Был, и нет. Не отомстить им теперь. Хотя… это правильно. Что моя жизнь, в сравнении с твердыней и хрустальной горой? Разве обида одного – должна быть причиной гибели десятков тысяч? Или так дала о себе знать справедливость? И этот камешек у моего сердца не просто случайность, а воля высшего существа? И не враги они мне вовсе..?"

От странных мыслей, Дайнару стало еще более тоскливо. Представив себя жалким насекомым в ладони гиганта, троль поперхнулся страхом и, не умея скрыться от чужого, выдуманного больной фантазией, взора, неумело зашептал подслушанную у цетры молитву. "Творец всего сущего, чья воля в твердях земли и неба, создатель жизни и пастырь народов, укажи мне на ошибки мои и…" Дальше Дайнар не помнил и, споткнувшись на полуслове, затих. В пустом, усталом мозгу, словно сама собой родилась мысль. "Я должен исправить ошибку. Я должен выбраться из своей могилы и вернуться к Боргу. Я должен помочь ему выполнить его миссию." Появилась мысль о том, что все его действия продиктованы болезненным бредом, слабостью, ядом дурман травы… но… тут же, так же быстро, как и появилась, исчезла, сменившись еще большей уверенностью в правильности принятого решения.

Оскалив клыки, троль потянулся вперед и, перебирая плечами, словно уж, довольно скоро выбрался на поверхность. Сев, несколько секунд приходил в себя, а затем, стряхнул с век налипшую землю, открыл глаза. Дневной свет резанул жестко – словно нанес пощечину, и троль, зажмурившись, отвернулся. Голова закружилась, мир поплыл, но Дайнар, каким-то чудом сумел сохранить себя в сознании. "Не отступать. У него еще есть шанс… Просто нужно немного потерпеть".

Вспомнив откуда донесся звук удара, Дайнар коснулся тонкой ниточки… что, до сих пор связывала его с цетрой. Кольца на девушке уже не было, но проведенные в тесной – ментальной связке дни, не прошли для обоих даром. Троль ощущал девушку так, словно та была частичкой его души…

Встав на ноги троль покачнулся, удержал равновесие и, не обращая внимание на боль в груди, сделал первый шаг… "Если это жизнь, я иду…"– Пронеслось в воспаленном, поминутно меркнувшем и снова приобретавшем кристально чистую точность, сознании.– "Я должен остаться…"

30. Глава. Гроз.

Гроз боязливо выглянул в бойницу. Многоликое, вопящее в унисон тысячами глоток, существо, все так же штурмовало стены башни, но пока, к счастью, безуспешно.

Ничего страшного, чем бы ни была эта дрянь, а с монолитом крепости ей не справиться. Здесь он в безопасности, и у него пока есть чем заняться. Отвернувшись от окна, Гроз покосился на ряды полок с древними манускриптами… окинул взгллядом, огромный, заваленный бумагами, стол… покосился на стеклянную башенку алхимической лаборатории… на разбросанные по комнате там и сям механические приборы.

–Ничего Бляха.– Привычным жестом потрепал он прилегшую у его ног пантеру.– Оно не сможет сюда забраться. Это место принадлежит только нам…

Зверь глянул на эльба умными желтыми глазами, и приняв ласку хозяина, зажмурившись заурчал.

–Жаль, конечно, что эта тварь многое успела у нас умыкнуть.– Продолжил Гроз.– Но и того, что осталось, надолго хватит. В конце концов, многое еще можно восстановить.

Подняв со стола медальон, Гроз щелкнул пружинкой, и раскрыв его на ладони, с улыбкой посмотрел, на открывшееся изображение. Молодая девушка с копной рыжих волос и множеством веснушек – по радостному смеющемуся лицу.

–Помнишь Куцый?– Обернулся эльб к пантере.– Это мы с тобой из мертвого города притащили. Была же передряга. Столько трудов, забот, столько надежд, а в результате… только этот старый рисунок. Хотя, впрочем, оно того стоило. Какие там были вина…

Заметно изменившаяся внешне пантера (став из угольно черной пепельно-серой) нервно дернула длинным хвостом, хищно оскалив стертые желтые зубы, зевнула.

–Хорошо тогда было. Я ведь, грешным делом, когда в лабиринт теней попал, думал уж все – отбегались мы с тобой. А нет, вырвались. Сабитвара, правда, там потеряли но…

Услышав стон, коротышка нахмурив брови, закрыл глаза…

Темное хоть глаз выколи помещение, под ногами какая-то маслянистая грязь, стены влажные липкие и от них густо пахнет кровью. Сабитвар умнейший из всех эльбов, бывший его наставник, лежит в этой грязи, в месиве из собственных кишок и дает Грозу последние наставления.

–Наш народ должен жить.– Говорит он, захлебываясь кровавой пеной.– Ты не должен отступить. Не должен дать слабину… Ты элита, ты первый из ватаги старателей, ты достойный искать свет и потому… ты всегда должен идти до конца… Я верю в тебя… Только не отступись…

Гроз, открыл глаза и грустно вздохнув, крепче сжал золотой медальон в руке.– Твоя смерть была не напрасной верный друг. Твоя смерть не могла быть напрасной…

Пантера, тем временем, вновь изменила облик и теперь, почти вдвое увеличившись в размерах, приобрела, в качестве украшения, большое белое пятно на широкой груди. Резвясь словно котенок, зверь вскочил с места, и бросившись в мнимой атаке на пыльный доспех у стены, отвлек Гроза от тяжелых мыслей.

–А Отвертка…– Улыбнулся коротышка резвящемуся зверю.– Всегда дураком был… Зачем в те пещеры – в синих холмах, полез? Все время так… А помнишь, как на перевале четырех сосен ты с белыми волчицами дрался? Или тот медведь после лавины? Было время… Смотри, тот самый кристалл. И кто бы мог подумать, что в нем такая мощь? Вправду, величайшие открытия творятся волей случая.

Взяв в руки кусок горного хрусталя, эльб провел кривым пальцем по его гладкой поверхности. Отозвавшись на прикосновение, кристалл завибрировал на тонкой высокой ноте и слегка засветившись, открыл в себе призрачный силуэт. Сплетенная из огня и тьмы фигура заполнила собой камень изнутри, и соприкоснувшись с гранями, зашлась в истеричном безумном смехе. Звук нарастал, и Гроз, чувствуя как от смеха демона у него стали чесаться кости, повел плечом. Испуганная пантера трусливо прижала уши к голове, оскалила в беззвучном рыке пасть. Через минуту (случись все реальном мире) все живое в замке свалится с ног, через три лишится рассудка, через четыре здесь останутся одни мертвецы. Сдохнут даже тараканы, даже забившаяся в самые укромные углы плесень, исчезнет все – что может дышать жрать и размножаться, все – что не успеет или не сможет убраться прочь, избежать воздействия, этого чудовищного, непохожего ни на что другого артефакта…

Гроз помнил тот день… Помнил его во всех красках. Помнил так чисто и так ясно, словно он случился с ним не два века тому назад, а будто с того момента не прошло и дня. Огромное, на сколько хватает глаз, красное-красное поле, и он, единственный выживший, глядит с небольшого холма, на дело рук своих. Закатное солнце тонет в красном, до самых скал, море. Тонет медленно и неохотно, ему бы вырваться вверх – обратно к лазурной выси, но оно, словно увязнув в трясине, с каждой секундой опускается все ниже. Пропитавшись кровью, светило, наконец, всем телом впивается в предложенное ему угощенье, и жадно насосавшись чужих смертей, отяжелев от чрезмерной жертвы, проваливается за край мира. Падает в бездну, и беззвучно хлопнув за собой дверями ада, оставляет после себя только пустую – гложущую нервы и разум, темную пустоту…

–Их была тысяча.– В пол голоса произнес Гроз, вновь коснувшись граней кристала.– Они были молоды и полны жажды жизни. Они могли стать достойной нам заменой… Алониры будут жить. Но теперь они будут эльбами…

Отключив артефакт, старик вернулся к бойнице. Прикинув кристалл на вес, словно дармовой – каких много – булыжник, примерился зашвырнуть им в многоликое чудище у гранитной стены замка внизу. Немного поразмыслив, отказался от пустой затеи, и, не слишком, впрочем, церемонясь, швырнул кристалл обратно на стол.

–Все равно не поможет.– Обратился он к пантере.– Сам же видел, что оно с ящиком гремучего зелья сделало. И это, сожрет.

Подцепив ногтем кусочек штукатурки, Гроз, швырнул камешек в тварь. Вытянувшись в направлении подачки, та поймала камешек на лету, и расплескавшись по площади – комком грязной жижи, вновь, тысячей глоток – в унисон, завопило уже порядком надоевшую Грозу песнь.

–Жить.– Вопило оно.– Мы должны жить. Жить…

–Одно и тоже.– Ухмыльнулся старик, опустившись на пол и прислонившись спиной к стене.– Хотя как иначе? Кто этого не хочет, того в этом мире нет. Остаются только самые упорные. Сильный пожирает слабого.

Сняв с пояса фляжку, Гроз хлебнул зелья, и почувствовав как у него закружилась голова, подозвал к себе пантеру.

–Что напугал тебя кристаллом? Ну, ничего, прости дурака. Иди ближе, посидим, поговорим…

Зверь нехотя подошел, привалился к эльбу боком и, положив, громадную голову на колени старика, зажмурился.

–Вот так старый друг.– Потрепал эльб загривок пантеры.– И твое время значит пришло. Жаль с тобой расставаться. Верный товарищ… трудно мне будет. Трудно…

Бляха открыл золотистые глаза и преданно посмотрел на старика. Улыбнувшись зверю, Гроз обхватил руками его шею, и зарывшись лицом в мягкую теплую шерсть… замер, с новой силой переживая боль недавней утраты. "Ты ушел из этого мира, и с этим уже ничего не сделать. Можно только хранить память… Помнить… Помнить как тех, других… Сколько же их теперь? Мертвецов, что хранятся в моей душе. Сколько их? Сколько этих тварей – что каждый день, каждую минуту, рвут на части мое – и без того уже, затертое до дыр, сердце? Терзают его ядовитым сожалением, застарелой болью… Манят к себе, соблазняют – петлей на шею… пустотой, покоем, одиночеством…

Отстранившись от Бляхи, Гроз утер выступившую на глазах слезу… позволил зверю уйти. Пантера опустила голову и зажмурив глаза, вдруг, словно от легкого ветерка, распалась в руках коротышки темным невесомым облаком. – Я хозяин мертвых, что живут в моей душе.– Кивнул старик, с тихой тоской пропуская сквозь пальцы легковесную дымку.– Моя память принадлежит только мне. Никогда я не был заложником своих призраков, и никогда не стану заложником чужого…

Словно подслушав его мысли, чудовище за стенами башни зашлось в диком реве, и вдруг… в очередной безуспешной попытке ринувшись на укрепления замка… затихло. Усмехнувшись, коротышка встал. Выглянул сквозь бойницу наружу. Разлившись по площади черным болотом, монстр был недвижим. Вторгшийся в разум старика демон был жив, полон сил но, почувствовав свою уязвимость… решил затаиться.

–Поговорим?– не очень надеясь на ответ, спросил эльб.– Повоевать мы всегда успеем…

Чудовище заволновалось, зашумело, и раскрыв в одном порыве тысячи беззубых ртов, стремительным рывком подалось вверх:

–Мы слушаем тебя. Что ты хочешь нам предложить?

–Предложить?– Улыбнулся эльб.– Я..? Лучше скажи… почему я не должен вышвырнуть тебя из своей башки сию же минуту?

–Мы не позволим.– Прошумела, криком диких чаек, тварь.– Ты силен… Это твой мир… Ты можешь надеяться, но мы имеем знания. Мы можем причинить вред…

–Мне угрожали и большим.– Пожал плечами старик.– Думаю, ты уже поняло с кем связалось. Я не отступлюсь. Пока я добрый… я предлагаю тебе уйти. Откажешься… дело твое. В любом случае, проигрывать я не привык.

–Нам некуда идти.– Выслушав, Гроза прошумело чудовище.– Наш дом… это ты…

–Ясно. Не хочешь по хорошему, разберемся по плохому…

Не дав эльбу договорить, тварь… подобравшись словно гадюка, рванулась вверх и, пробив своей верхней частью бойницу, обрушилась всей своей тушей на старика. Оказавшись вдруг в беспросветной тьме, эльб попытался встать, ответить ударом на удар. Ничего не вышло. Тело монстра было податливо… Увязнув в черной жиже, Гроз попытался кричать. Из раззявленной глотки вырвалась лишь тишина. Разум эльба стал меркнуть…

Вспомнив вдруг, что находится в собственном теле, и что знает его лучше кого бы то ни было, Гроз попытался искать потерянные с ним точки соприкосновения. Несколько минут, хватаясь за что придется, он словно муха метался, в мутных удушливых тенетах, а затем, наокнец собрав волю в кулак… просто приказал себе проснуться. Голова закружилась, в нос ударил резкий запах горелой плоти и в следующее мгновение, перед его глазами, возникла размытая, но вполне сносная картинка… Испуганное лицо цетры, спина Борга и странное – светящееся причудливыми золотистыми знаками, циклопическое сооружение, где-то там – вдалеке…

Стало душно, зрение померкло… и чувствуя страшное напряжение, эльб вновь очутился в темноте. Усмехнувшись, Гроз утроил напор… Вновь открыл глаза.

Циклопическое сооружение стало ближе и теперь… нависало над ним громадной светящейся стеной. Борг, задыхаясь в странном припадке, корчился у его ног, послушницы видно не было, а в его собственной ладони покоилась тонкая черная трубка – жезл стража…

Нужно было что-то решать. Думалось с трудом, сознание под напором чужеродной личности неуклонно меркло и, запутавшись сам в себе… Гроз сделал единственное что мог. Приложив остатки воли, старик развернул запястье к себе, и… коснувшись концом жезла – собственного бедра, щелкнул металлическим затвором…

Боль была адской. Внезапный, всепоглащающий взрыв чистого страдания. Гроз слышал об артефакте, что отыскал в тайнике у лесной ведьмы, знал на что тот был способен но… испытать его действие на себе… подобной практики нельзя было пожелать и врагу.

Услышав визг зашедшейся в припадке сущности, Гроз, ухмыльнувшись, зажмурил глаза. Один удар сердца и наконец, отыскав тварь в себе… старик слил на тысячаликого монстра всю свою боль. Сущность заметалась в нем – в ужасе и страхе… Стало легче…

Дикие завывания в голове становились тише… понемногу они исчезли совсем. Стало легче дышать и, наконец, полностью утвердившись в собственном теле, эльб открыл глаза.

Осмотрелся.

"Что за дрянь?"

Местоположение его вновь изменилось. Он по прежнему в метре от хрустального монолита, но теперь, кажется, с другой его стороны. Борг, согнувшись в три погибели, лежит у большой серебрянной глыбы… Элина, упав перед ним на колени, держит в руках тонкий золотой стилет. Пахнет ядами, гарью и сыростью. Откуда-то – от самого потолка, доносятся громкие, усиленные многократным эхом, вопли…

Закрыв глаза, Гроз вновь обратился в себя. Нет, чужеродная личность затихла. Забившись в глубины памяти, словно хорек в логово, трусливо скользнула по воле эльба проблеском внимания и… тут же снова ушла в тень. Попробуй, мол – найди. Думай гадай теперь – есть я на самом деле или нет… Вымысел я или правда…

"Ничего, в конце концов, можно справиться и с этим… "Время решит все."– Прошептал про себя старик.– "И время мой лучший друг"…– И только спустя мгновение понял, что теми же словами – в унисон ему – повторила затаившаяся на задворках его сознания сущность-тварь…

31. Глава. Элина.

Вырвав из шеи Борга золотую иглу, Элина застыла ожидая результа. Прим казался мертвым. Что бы сделать хоть что-то, девушка коснулась плеча воина рукой. Затем, испугавшись, что может остаться один на один с пустошью, шепотом попросила:

–Господин Борг. Очнитесь. Господин Борг вы меня слышите? Не умирайте…

Воин не отвечал и долгим мнением спустя, Элина, вдруг… услышала в темной пустоте за собой, скрипучий стон эльба. По спине побежали холодные мурашки… и едва сумев сдержать, крик девушка вскочила с колен.

Вновь ожив, эльб сидел на земле в десятке шагов от нее, и скаля ржавые зубы, держал в руках украденный у лесной ведьмы жезл. Эльб был ужасен. Обгорелая кожа, опухшие уши, рванная одежда. Понуро свесив голову, старик что-то негромко шептал себе под нос… Эльб не спешил нападать но, чувствуя угрозу, подобрав с земли золотую иглу, цетра сделала шаг назад.

Под ногой звякнула жестянка, и вскрикнулв от неожиданности, цетра вывела из эльба из забытья. Встрепенувшись, тот поднял голову, и подслеповато сузив глаза, уставился на золотой стилет у нее в руках.

–А Элина…– наконец произнес он, нахмурив лоб.– Все воюешь…

Поморщившись от боли, старик опустил руку к поясу и, сняв с ремня фляжку с зельем, жадно присосался к ее содержимому. Сделав пару глотков довольно крякнул, и резво встряхнув головой, попытался встать…

–Чего стоишь, помоги…– Произнес он, протянув к девушке руку.– Ослаб что-то…

Переступив с места на место, цетра крепче сжала в пальцах золотую иглу.

–Да в порядке я.– Зачем-то потряс фляжкой в руках старик.– Да помоги ты мне!!!

–Жезл убери.– нахмурилась Элина, подобравшись к старику чуть ближе.– Только осторожно. У меня вот что…

–Вижу… Молодец… Благодарю за бдительность…

Вздохнув, эльб поднял руку с жезлом стража, и осторожно, одним мгновением спустя, отбросил его от себя.

–Ну что? Довольна? Да, посмотри ты на меня… я сейчас и мухи не обижу. Не бойся…

Эльб казался прежним и вдруг… как-то разом растеряв остатки сил, Элина устало опустилась на колени.

–Помощи от тебя…– Вновь попытавшись встать с земли, хмуро проворчал эльб.– Да успокойся уже…

–Господин Гроз.– Зашептала девушка, бросившись вдруг к старику.– Я так рада… с вами правда все в порядке? Я думала, что теперь… Совсем одна… Вы ведь господина Борга…

–Тихо девочка, тихо. Все в порядке… А теперь подробнее, что там с Боргом?

–Вы его… когда он вас разбудить хотел, помните… Вы его жезлом ударили, а меня заставили вам помогать… и… в общем…

–Убил я его что ли?– нахмурился старик.– Сейчас разберемся.

Отпустив эльба, Элина первой оказалась у тела Борга, и присев перед ним на колени развела руками:

– Он после удара сначала еще как-то двигался, а потом, когда вы ему в шею иглу воткнули…

–Посторонись.– Склонился над примом старик.– Щас разберемся… Да не волнуйся ты так. Мертвяку нас убивать резону не было. Живой твой Борг. И браслет его работает. Очухается… Мне бы так.. А пока… Давай-ка его на живот.. и руки за спину. Свяжем нашего вояку от греха подальше. Нам здесь и одного дурака много…

Элина кивнула. Со всей возможной прытью, принялась выполнять указания старика.

–Ну вот и прекрасно.– Вздохнул эльб.– А теперь расскажи, что было… А то я чего-то, не помню ничего… Как вдарил по мертвяку молотом, так и…

–Мы сначала думали, что вы просто без сознания.– Понемногу собравшись с мыслями, начала рассказ Элина.– А когда – от ос в мешке прятались, вы…– Эльб кивнул, в смысле, – я понял – и послушница, перестав подыскивать правильные слова, продолжила рассказ.– А потом вы нас к оврагу привели и мы по нему в пещеру спустились. Борг, обо всем этом еще раньше догадался, только виду не подавал, а после, когда вы ему в этот короб железный забраться приказали, кинулся на вас. Вы тогда словно заснули, и он этим воспользовался. Но только у него не вышло ничего, не успел он к вам и шага сделать, как вы в него из своего жезла стрельнули, и он на землю упал. Потом, вы заставили меня, его, обратно к ящику тащить… и все кричали, что у вас времени нет… А потом, вдруг, непонятно откуда, появился Дайнар и навалился на вас со спины. Он хотел вас схватить но вы вывернулись, и ударили его жезлом тоже… Затем вся пещера задрожала, с потолка посыпались камни, куб стал красным, стало очень жарко… что-то взорвалось и все погрузилось в темноту. Ну а дальше… вы, наверное, знаете…

–Троль говоришь.– Ухмыльнулся Эльб.– А ему-то здесь чего нужно? Мертвечинкой решил поживиться? И где он?

Цетра указала за соседний валун. Вновь поднявшись на ноги, старик отправился на поиски жезла боли. Отыскав его в россыпи глиняных каменьев, неспешно поковылял к тролю.

–Ты живой там?– крикнулс старик, остановившись от Дайнара в десяти шагах.– Морда зеленая… Эгей…– Троль не ответил и эльб, немного подумав… стрельнул по нему из своего чудного оружия.– Я тебя спрашиваю.

Дикарь дернулся, чуть слышно захрипев… отчего-то остался лежать на месте.

–Говорить, что ли разучился? Еще долбануть?

–Не надо Господин гроз.– Подала голос цетра.– Он не может…

–В смысле?

–Не знаю как объяснить… Но я… я чувствую, что ему плохо… Это связанно с тем ментальным поводком, только не так ярко. Он ранен и не может нормально дышать, и еще… сердце… оно у него как в огне…

–Хм? Ты снова можешь им управлять?

–Не знаю… Я просто чувствую связь. Он не опасен сейчас, господин Гроз… Помогите ему…

–Помочь? С какой это стати? Что бы он… потом, с нами как с Бляхой?

Оскалив зубы, Гроз подошел к дикарю.

–Что гнида? Пересеклись наши пути.– Медленно, с расстановкой процедил старик, уперев жезл в висок дикаря.– Вот ты и умер…

–Господин Гроз не надо.– попыталсь остановить Гроза Элина.– Он же нас от мертвяка спас… Он больше не враг. Пожалуйста. Поводок снова работает… Поверьте, я могу им управлять. Он может пригодиться. Он один знает вельд. Борг говорил…

Закусив губу эльб медлил. Чувствуя слабину Элина утроила словесный поток. Наконец… коротышка сдался…

–Хорошо.– поморщился Гроз.– Только не так громко. Я понял… Убивать не буду… Что с ним?

–Где-то здесь.– Улыбнулась цетра, мигом оказавшись рядом с дикарем, и положив тому руку на грудь.– Я чувствую, словно там – внутри, ядовитая заноза. Его сердце сжато… Трудно дышать и уже почти не осталось сил…

Осмотрев дикаря, эльб бесцеремонно воткнул палец, в одну из небольших ранок между ребрами дикаря…

–Он меня слышит?

–Да.– Кивнула Элина.– Он в сознании, но ему очень плохо. Он почти в бреду… жар душит его, но… он понимает…

–Угу.– Кивнул старик.– Значит так… Я могу спасти тебя… но жизнь нужно отработать.– Произнес эльб.– Согласен?

В Дайнаре всколыхнулась ярость. Охотник не хотел быть рабом, смерть уже не казалась такой страшной… чувствуя худшее, Элина решилась привлечь внимание Гроза к себе.

–Да господин Гроз, он согласен.– Зачастила послушница вцепившись эльбу в плечо.– Он не хочет нам зла. Он доведет нас куда нужно. Только спасите его… и он отработает свою жизнь.

–Ну-ну.– недоверчиво усмехнулся старик.– Хотя… чем черт не шутит? Элина а наши вещи где?

–Вы приказали их у входа в грот оставить…

–Ну, вот и хорошо. Тащи все сюда, да скорее.

Радосно хлопнув лопнув ладошами, Элина вскочила на ноги и бросилась выполнять приказ.

–Вот ваш мешок.– улыбнулась она, мигом вернувшись от входа в впещеру, с барахлом старика в руках.– Вы ведь его вылечите?

–Наверно… Если ты мне поможешь. Так, что у нас здесь…

Покопавшись в мешке, Эльб извлек наружу большую, красного дерева шкатулку. Вслед за ней появился бутылек с бесцветной жидкостью и пара лоскутов ткани… Откинув крышку ларца, так что стало видно все его содержимое, (а именно: пара странных маленьких ножей, изогнутой формы клещи, кривая игла с нитью, что-то еще) эльб задумался.

–Что-то утаскали вы меня уже с этим походом.– Проворчал старик, выбив пробку из бутыля и пропитав жидкостью ткань.– А еще с этим утырком ковыряться. Борг дрыхнет, а я опять… Готова?

–Конечно господин Гроз. Что делать?

–Значит так. Будешь у меня на подстраховке. Возьми жезл стража… Там есть небольшое колесико, проверни его до упора… так, затем, найди на тыльной стороне переключатель. Ага, он самый. Щелкни… Молодец. Теперь, ударь троля разрядом… вот сюда – в самое основание черепа.– Эльб указал место куда нужно нацелить трубку артефакта.– Разряд обездвижит троля и лишит его чувствительности. Если заметишь, что он снова чувствует боль, стреляй… Справишься?– Элина кивнула.– Тогда начнем.

Щелкнул разряд, тело охотника напряглось… и тут же обмякло. Обратившись в себя, цетра увидела, что Дайнар провалился в сон.

Выбрав нож, коротышка… стал резать охотнику грудь. Брызнула кровь, разошедшись в стороны, обнажила под собой горячую плоть, кожа. Не веря своим глазам, цетра отпрянула назад… но тут же собравшись духом, попыталась вразумить сошедшего с ума эльба…

–Что вы делаете? Вы же сказали, что хотите ему помочь…– Крикнула она, схватив старика за руки.– Господин Гроз. Не надо…

–Тфу одурелая…– Отпрянул в сторону старик.– Тише ты со своими лапищами… грязными. Что тебе?

–Господин Гроз… не нужно его пытать, убейте его, просто… так, как это Борг великанами сделал.

–Да успокойся ты. Дура… Видишь дырку? Это значит – что-то пробило ему грудь и теперь мешает сердцу нормально работать. Я должен это исправить… Хотя, если ты лучше знаешь, прошу… я мешать не стану.

Жалко улыбнувшись, Элина отодвинулась от дикаря и вернув жезл стража в прежние положение, дала себе зарок – больше ни в чем не перечить старику.

Хмуро покосившись на цетру, эльб вновь склонился над дикарем. Закипела работа. Орудуя ножом, словно умелый мясник, старик, быстро и ловко, стал разделывать Дайнара на части. Наблюдать за его работой было дико, и страшась стать свидетелем чужого убийства, Элина отвела глаза в сторону.

–Так.– Проскрипел тем временем Гроз, отложив нож и взяв в руки клещи.– Теперь придется попотеть. Я раздвину ему ребра, а ты вставишь в зазор вот эту вот штуку.– Эльб дал девушке какую-то деревяшку.– Клин, конечно, не для этого, но на тяп ляп сгодится…

Кивнув цетре, эльб схватил троля за ребра, и очевидно забыв, что охотник еще жив, с кряхтеньем, стал раздирать их в разные стороны. Сквозь растущую дыру – Элина увидела облитое кровью легкое, трепещущийся комок серца… и сгусток чего-то… угольно-черного, непонятного – окруженного толстым слоем зеленоватой слизи…

–Вот так.– кряхтел от натуги, не знающий жалости эльб.– Еще немного… Так, вставляй. Элина, мать твою за ногу, суй, говорю, в дыру клин…

Спохватившись, девушка поместила между ребрами охотника деревянный брусок.

–Ну, вот и хорошо.– Устало пробормотал Эльб, вновь схватившись за нож.– А теперь, посмотрим… чего у него тут есть. Только про жезл не забудь…– покосившись на девушку оскалился старик.– Он даром, что полудохлый, очухается, нашим с тобой шуткам не обрадуется… Так, кажется нашел… Нихрена себе… он с этим жил?

Закусив губу, эльб с головой зарылся во внутренности дикаря. Наконец, победно сверкнув на цетру белками глаз, показал той небольшой, размером с собственный палец, камушек.

–Видала?– спросил он, покрутив камень у носа.– Шельмец… в сердце застрял. Я бы с такого давно уже окачурился, а этот…

Вяло улыбнувшись, Элина кивнула, и отбросив камень в сторону, эльб вновь принялся за работу.

–Ну, вот почти и все.– Оскалился старик, вернув сердце троля, на положенное ему место.– Теперь дело за малым. Взяв иглу, коротышка вновь опустил руки в грудь Дайнара.. Раздался щелчок…

Разум Элины пронзила волна нестерпимой боли.

Случилось худшее. Действие жезла постепенно сошло на нет, а Элина так и не вспомнила ударить охотника разрядом. Троль дернулся, открыл глаза, и сжавшись вдруг в комок… защемил между своими ребрами ладони старика…

–Ааа.– завопил эльб, пытаясь оторвать себя от охотника.– Элина…

Понемногу вспомнив, что от нее нужно, едва не выронив из дрожащих рук жезл, цетра приставила его к шее дикаря. Сверкнула искра, троль дернулся… и вновь расплывшись по земле кровавой кучей мяса, затих…

–Зараза....– Скривился Гроз, выдернув из груди охотника погнутые клещи и выбив наконец дереянный клин.– Видала какая силища? Если бы не эта штуковина… Ладно, заштопать… и баиньки.

Достав из шкатулки иглу, старик, не очень заботясь о красоте шва, в пару приемов, кое-как стянул между собой края раны. Почесав пятерней лысую макушку… сплюнул на землю. Готово…

–Можешь отдыхать.– Кивнул эльб цетре.– Дело сделано…

–Он будет жить?

–Будет…– Оскалил зубы старик.– Мне бы такое здоровье. У него швы на глазах затягиваются. Прижми края ранки – они и схватились. Живучий…

–Это хорошо.– Улыбнулась Элина выронив из ослабших пальцев жезл.– С ним, мы, наверняка, до Константина дойдем…

–В том случае, если у этой зеленозадой твари, хоть какое-то понятие о чести осталось.– Хмуро ухмыльнувшись пожал плечами старик.– В чем я лично сомневаюсь. Чувствую поплачем мы еще за нашу доброту. Эта шельма нам еще устроит…

32. Глава. Борг.

Открыв глаза, Борг, пару мгновений, бессмысленно глядел на ком земли. Ком был заляпан красным… Кровь… такая простая и такая привычная. Вся жизнь связана с ней. Она и поит и кормит, она лучший друг… Теплая кровь это всегда хорошо. Теплая кровь значит то,– что он еще жив… Почувствовав, что связан, прим огляделся из-под прикрытых век.

Грот почти не изменился. Монолит, сослепу казавшийся ему огромным, мерцающим кострищем… больше не сверкал. Стояла гнетущая тишина. Было сыро и холодно. От чего-то очень болела шея и затылок…

–Ага.– Скривлся Борг, заметив эльба.– Попался… и цетра здесь. Кажется спит… Что же он с ней сделал?

Коротышка сидел в шести-семи шагах от Борга, спиной к нему. Элина лежала напротив старика и в стылом сумраке грота казалась восковой куклой…

Безслышно перевернувшись на спину, прим взялся стаскивать с себя узлы. Веревки были затянуты плохо, человек, что их завязал, похоже совершенно не разбирался в воинском ремесле, и потому, ударом сердца спустя, Борг оказался свободен. Дело оставалось за малым…

Не отрываясь от земли, верткой ящеркой, Борг добрался до эльба. Заметил, рядом с стариком длинную керамическую трубку. Улыбнувшись неожиданной удаче, прим взял в руки артефакт, и мгновенно разобравшись с его с устройством, прикоснулся передним концом трубки к шеке эльба. Активировав магическую составляющую жезла боли Борг услышал щелчок. От кончика артефакта к щеке старика метнулась быстрая злая искра. Гроз дернулся, и не проснувшись, как был, задревенел телом… Настала очередь цетры. Присев рядом с девушкой, прим стянул с ее головы ободок, затем убрал в сторону отравленные клинки… и наконец, собравшись с мыслями, легонько ущипнул ту за ляжку…

–А господин Борг это вы.– Встрепенувшись, вяло пробормотала цетра, открыв глаза.– Что случилось?

–Да ничего особого. А у вас как дела?

В глазах послушницы промелькнул страх. Догадавшись, наконец, что к чему. Элина ойкнув, заглянула Боргу за плечо.

–Что такое?– спросил прим.– Что-то не так?

–Не… знаю… Господин Гроз, вот…– Замялась девушка подбирая слова.– Вы нормально себя чувствуете?

–Лучше некуда. А что?

Цетра притихла. Затем, понемногу, видимо, что-то сообразив, ослабив плечи, улыбнулась.

–Ой, как же это хорошо.– Произнесла она наконец.– А знаете, мы с Грозом все думали, что тот мертвяк… успел с вами что-то сделать. Мы вас даже связали. Гроз меня в караул поставил, а я вот…

–Что с Грозом?– нахмурился прим.– Он же вроде того… Умом двинулся.

–Да нет, в порядке все с ним… Он мне ничего не говорил, но кажется, он с тем… другим, как-то справился. Он когда Дайнара лечил, так совсем нормальный был…

–Дайнар?– Напрягся прим.– Он то тут как оказался?

–Пришел зачем-то.– Улыбнулась Элина.– Он ранен был. В самое сердце. А Гроз… его вылечил.

–Гроз… троля!!?

–Это я его упопросила… Ну и вот…

–Ясно.– закусил губу прим.– Что с ним сейчас? С тролем…

–Он спит… Ему уже не больно, но ему нужно время..

–Где он?

–Там.– вытянув руку, девушка указала на монолит.– С боку от куба. За тем камнем. Но он уже не опасен…

–Да понял уже. Раз уж Гроз его… лечил… Ладно. В конце концов, не все так плохо… Все живы, отряд опять в сборе… Ничего больше не случилось?

Цетра в сомненьи пожала плечами.

–Ясно.– Покосившись на девушку, вздохнул прим.– Ладно. Ложись, отдыхай, вижу умотал тебя день. А я уже выспался…

Не став перечить, Элина привалилась спиной к своему камню, и обняв походный мешок, закрыла глаза.

-Я на ружу.– Обойдя грот по кругу и… отыскав таки наконец свой клинок, вернулся к девушке Борг.– Троль дрыхнет. Здесь кажется спокойно. Пойду посмотрю – что снаружи…

Не открывая глаз, Элина кивнула.

Приладив ножны к поясу, прим направился к выходу из грота. Насторожился, расслышав над собой какой-то звук. Затем, по колена увязая в сырой, после недавнего дождя, глине, выбрался из грота. Наконец, утвердившись на краю пропасти вновь огляделся. Пустошь… голая, стылая, одинокая, от горизонта до горизонта… ровная словно доска степь…

В грот не хотелось… Прогулявшись по краю оврага, прим увидел гриб. Масленок или – что там еще… желтел влажной шляпкой сквозь прелую траву…

Срезав гриб, воин втянул ноздрями пряный земляной аромат. Улыбнувшись нежданной находке, внимательней осмотрелся вокруг.

–А это что..?

Склонившись к земле за сдедующим грибом Борг увидел след. На душе заскребли кошки… Отпечаток был оставлен не им. Примерив на след, следы эльба и послушницы, Борг хмуро закусил губу. Отпечаток был небольшим и совсем не глубоким. Совсем как у ребенка… Согнутые травинки еще не выправились, а это значило, что чужак покинул это место не позднее пяти минут тому назад. Опасаясь ошибиться, прим проследил взглядом по направлению носка и… отыскав в траве отпечаток второй ноги, присвистнул… "Локтей шесть… Опора на носок… передвигался бегом. Ростом почти с меня… Странный ребенок."

Разогнувшись, Борг, вновь осмотрелся. Пустошь… была пуста. Сплюнув сквозь зубы, подбирая попадавшиеся по пути хворостины, воин пошел по следу. Шаг, другой, третий и, наконец… (локтя два в ширину) пятачок примятой травы. Не задерживаясь на месте, Борг свернул к оврагу. Собрав по пути еще немного хвороста, наконец оказался у входа в грот.

–Вот тебе и прогулялся.– поздравил себя прим, плавно соскользнув по глине в темное нутро пещеры.– Кругом одни открытия…

Акуратно сложив хворост рядом со спящей послушницей, воин покосился на эльба. Старик дрых… Борг занялся костром. Пара мгновений и в затхлом воздухе древней пещеры, поплыл чудной аромат, затрещали от жара молодые веточки, запахло полынью.

Словно увидев что-то во сне, заворочался старик. Потянул носом воздух, и открыв дурные со сна глаза, уставился на костер. Разглядев, наконец, Борга, замер без движения…

–Очухался старый пень. Как ты?

–Хреново.– Прохрипел коротышка, оглядевшись.– Такое впечатление что… по мне из жезла двинули… Развязался?

–Угу.– улыбнулся прим.– Смотри, что я с поверхности принес. Красота?

–Красота.– кивнул эльб, удобней растянувшись по земле.– А к похлебке еще лучше…

–Само собой…

–Значит, и на поверхности уже был?

–Угу.

–И как там?

–Да ничего интересного. Трава сырая, небо серое…

–Про троля уже знаешь..?

–Более менее… Кажется вы теперь лучшие друзья. С чего такая перемена?

–А ни с чего…– Покосился в сторону куба старик.– Случай подвернулся, я им и воспосльзовался. Троль мне теперь не просто друг… Он мне жизнью обязан…

–Скрипучий голос эльба, наконец, разбудили послушницу. Лохматым мышонком, Элина вылезла из под своего одеяла. Зевнула и зябко поежившись, уставилась на костер. Улыбнувшись, прим вынул из-за пазухи масленок, и не мудрвствуя лукаво галантно – словно цветок, протянул его девушке.

–Ого.– Приняв из рук воина подарок, удивилась цетра.– Где вы такой нашли?

–Есть места.– Загадочно произнес Борг.– Приготовить сумеешь?

Элина кивнула и Борг, отметив, что в отряде, не смотря ни на что, все осталось по-прежнему, бросил в огонь очередную веточку курая.

33. Глава. Дайнар.

Закрыв глаза, Дайнар погрузился в себя. Сердце не болело, дышалось легко, длинный, на всю грудь, шрам… зудил зажившей плотью и к следующму полудню, от него не останется и следа. Вобщем не плохо, а если вспомнить, как погано ему было до того, как он спустился в грот, то даже хорошо. Коротышка и впрямь был искусен в тайных науках. Эльб помнил прежние времена, был знаком с великими магами. И это… внушало страх… "Лишь боги знают, что успел он сделать со мной во время сна."– оскалился троль.– "Впрочем не важно. Я проведу их через пустоши… Проведу через вельд. Там я буду дома. Вельд избавит меня от тревог."

Запахло грибами, рукам стало сыро, и троль… услышав в своей голове нестройную человечью песню, нервно оскалил клыки. Не сразу догадавшись в чем дело, Дайнар попытался отстраниться от глупого напева но… почувствовав страх, остановился. Чужое сознание – словно заноза, мгновение маячило на границе его восприятия, а затем, ушло обратно, во-вне, оставив после себя только зудящую пустоту…

"Цетра."– Кивнул неожиданной догдаке троль..– "Чем ближе я к ней, тем ярче ее чувствую. Неужели все заново? Или.." Сосредоточившись, охотник отправил девушке четкий мысленный посыл. Не оформленное в слова и образ чувство. Теплое мягкую благодарность. Долю мгновения ничего не происходило… а затем, искаженное многократным эхом, его сообщение вернулось к нему… И вдруг – Удивление, немного, страха и усталость… Все ясно, цетра услышала его, но не сумев разобраться в случившемся, отбросила неясный мысленный посыл туда, откуда он пришел.

Занятно. Способности к ментальной связи Дайнар встречал только у подобных себе. Видеть душу чужака, было… неплохим опытом. Хотя, будь у него возможность выбора, Дайнар подглядел бы, что творится в голове у эльба. Впрочем и человек сойдет…

Послышались шаги, потоки воздуха выдали запах коротышки. Не открывая глаз, троль притворился спящим.

Появившись из-за камня, старик подошел ближе. Затем, склонился над Дайнаром и нахмурившись, оглядел ему грудь. Сковырнул ногтем сформировавшийся на шраме струпень, сплюнул и выпрямившись, так и не озвучив своих мыслей… побрел вдоль стены монолита куда-то во мрак…

–И куда тебя понесло?– раздался от костра голос прима.– Похлебка почти готова. Что тебе не имеется..?

–Отстань.– Огрызнулся старик.– Ты уже все здесь знаешь… а мне интересно. Не будь я Грозом если в этой штуковине не разберусь…

–Дело твое… Только осторожней.

–Угу.– Коротко буркнул коротышка и… судя по звуку шагов, свернул за монолит.

Стало тихо. Шумно вдохнув, Дайнар оперся затылком о глиняную кочку. Ватная усталость, вновь разлившись по телу, прижала троля к земле, тысячами цепких лапок опутала мозг, и высосав из него все мысли… отправила дикаря в целительное ничто. Легкое, словно пушистое облако, сознание закружилось в вихрях видений, сладкий сон уже казалась полностью завладел его естеством, как вдруг… что-то жесткое и непреодолимое заставило охотника, вновь вернуться в холодную реальность.

Открыв глаза, Дайнар прислушался. Цетра и прим мирно о чем-то беседовали у костра, где-то над их головами – на грани слышимости, выл, льнувший к каменным сводам пещеры, сквозняк, у уха, под комьями глины, шебуршала как-то мелкая живность… Кажется, все как всегда но…

Приподнявшись на локте троль заглянул за камень. Почувствовав внимание цетры в полном объеме бросил той зародившееся в его душе… страх. Даже отсюда, Дайнар увидел как у той побледнело лицо… затем что-то громко, так что стало больно ушам, щелкнуло… и все разом, в один момент, вернулось на свои места…

–Что случилось?– Услышав щелчок, спросил Борг.– Тебя что-то напугало?

–Не меня, его.– Девушка указала на Дайнара.– Но теперь, как будто бы, все в порядке…

Прим покосился на дикаря. Послышались шаги и из-за монолита вышел эльб. Коротышка, скорым шагом, пересек разделявшее их пространство, сел у костра, и вытянув к огню дрожащие ручонки, замер без движения.

–Что такое?– обратился к нему Борг.– Ты кого-то встретил?

Старик задумчиво пожевал губами, затем отхлебнул из фляжки, и в упор уставившись на прима, дернул плечом.

–Нет. А с чего ты взял?

–Вид у тебя какой-то такой да и…

–Это с голодухи. Скоро уже?

Помешав дымящееся варево, прим бросил в котелок пригорошню каких-то трав. Затем, улыбнувшись цетре, продолжил, прерванный мыслеформой охотника разговор. Эльб, оставленный сам по себе, какое-то время разглядывал носок собственного ботинка, а затем, приняв, наконец, какое-то решение, рывком встал.

–Борг, поможешь старому другу в одном небольшом дельце?

–Почему бы не помочь?

–Тогда пойдем… Только одно условие, сперва дело, а расспросы уже потом. Идет?

–Идет…– кивнул прим.

Не задерживаясь на месте, Гроз чуть ли не бегом бросился за угол монолита. Борг, плотнее закрыв крышку котелка, двинулся следом за ним.

Мало помалу звуки шаов стихли в отдаленьи, оставшись на едине со своими мыслями, Дайнар вновь закрыл глаза. Пару мгновений было тихо как вдруг… вновь почувствовав неотвратимую опасность, охотник оскалил клыки. Инстинктивно подобравшись, троль затаил дыхание и, выпустив когти, приготовился к прыжку… Было тихо, и от томительного напряжения у дикаря закружилась голова… Зашумело в ушах, все пространство огромной пещеры наполнил низкий вибрирующий звук, задрожала земля… а затем, с высокого потолка, под шум летнего ливня, посыпалась мелкая каменная крошка…

–Дайнар, что происходит?– услышал он испуганный возглас Элины.

С верху чуть не расшибив девушку в лепешку, упал очередной камень. Затем, откуда-то из далека, раздался крик эльба, после громкий хлопок и вдруг, как это уже было прежде, все в один миг успокоилось.

Сплюнув кровь, Дайнар поднялся с земли. Осмотрелся и приняв решение, пошел по следу, что оставили за собой коротышка и прим. Цетра, перестав кричать, увязалась за ним следом, и запоздало прошептав заклинание оберег, вдруг исчезли из вида.

–И все из-за этого?– сделав сотню шагов, услышал Дайнар голос Борга – Это последний раз было. Кукиш с маслом тебе теперь, а не помощь.

Остановившись дикарь почувствовал тычек в спину:

–Дайнар, что там? Враги да?

Цыкнув на девушку троль вгляделся в темноту. Вдали обазначились две разномастные фигуры.

–Да не нуди ты.– Хриплым голосом оправдывался эльб.– Обошлось ведь. И волки целы и все остальное… В общем… хорошо все то – что хорошо кончается.

–Кончается мое терпение… Что это такое?

–Булыжник…

–Слушай ты.

–Ладно, успокойся. Объясню. Не шуми только…

Замолчав, эльб с минуту собирался с мыслями.

–Значит так.– Начал он, тщательно подбирая слова.– Та дрянь, что на меня из мертвяка перекинулась, никуда не ушла. Она до сих пор во мне и избавится от нее я не могу. Остается договариваться… Теперь о камне. В нем, как жабы в замерзшем болоте, сейчас спят сотни тысяч душ. Все из чего они состоят вся та память, что делает их теми кем они есть, находится здесь. В этом булыжнике что мы вынули из хрустального монолита.– Склонившись коротышка постучал костяшками по крупному камню у своих ног.– В общем… я обещал сущности оградить камень от разрушения и доставить его к Константину. Сщность в свою очередь, пообещала мне не мешать, а в случае чего даже и помочь… как-то так.

–Так ты, значит, одержим.

–Пока да. Но ведь, на моем месте, мог оказаться и ты. Просто так карта выпала… Не убивать же меня теперь… Да и доброе дело делаем – целый народ от гибели спасаем. Да и знания их пригодятся…

–Ладно. Хорошо, что предупредил… Буду знать, – кому первому голову рубить… Намек ясен?

–Куда уж яснее… А вообще, скучная ты личность. Ни куража в тебе, ни азарта – простой как мой ботинок.

–Не хами.– Беззлобно осаклился прим.– Или моим ботинком по своему непредсказуемому месту получишь. Хватай свой булыжник и ходу…

Не дожидаясь окончания разговора, Дайнар круто развернулся на месте, и вновь едва не сбив послушницу с ног, побрел к костру. Элина бросилась за ним следом, и спустя минуту, оба сидели у бурлящего, от обиды и негодования, котелка.

–Не скучали без нас?– спросил Борг, некоторое время спустя, появившись в круге света.– Как ужин? Чувствуешь, Гроз, как пахнет..

–Чую…– Улыбнулся эльб, поставив у своих ног небольшой сверток из ветоши.– Знатная видать похлебка вышла. Теперь набить брюхо и… Кстати, никто за прекрасно выполненную работу выпить не хочет?– Отхлебнул из своей фляжки старик.– Как ни как, а последние сутки… нам всем, довольно не легко дались. Кто хочет напряжение снять? Элина? Дайнар..?

34. Глава. Гроз.

Тащить камень было тяжело. Камень был громоздким твердым и каким-то корявым. Булыжник все время упирался эльбу в поясницу и уже успел натереть на его спине большой волдырь…

Ничего… И не такое случалось. Бывало и больнее, и труднее, и жарче. Единственное что нужно – это забыть о поклаже и идти, идти, идти. Сонно перебирая в уме новые и старые мысли, вести аргументированный увлекательный спор с сами собой. Так было всегда… но… не сейчас.

Забыть о проклятом камне было невозможно. Постоянный фокус чужой личности, на треклятом куске гранита, выводил из себя. Все попытки отвлечься… заканчивались ничем. Неусыпный надзор тянул силы, злил, вынуждал делать глупые необязательные ошибки. Эльб кипел от злости, и неумея выдумать что-то лучше, глушил свою усталость все новыми и новыми порциями эссенции.

Промахнувшись мимо рта, и расплескав себе за воротник часть зелья, эльб разразился сумбурной, бессвязной бранью. Заткнув крышку, поздравил себя с тем, что "ужрался в сопли" и в очередной раз махнув на все рукой, шатаясь, потянулся вслед – за отрядом…

Что-то ударилось об ногу, Гроз запнулся, мир завертелся у него перед глазами и, падая, эльб ощутил колыхнувшийся внутри страх. Радуясь чужому ужасу, эльб заставил себя упасть на спину, на проклятый, успевший истрепать все нервы валун. Чужеродная суть липким холодом заметалась в груди, зашлась безумным криком, острыми шпильками пронзила мозг… и вдруг, нестерпимо яростным нажимом, попыталась оттеснить разум коротышки во тьму.

–Не нравится?– в голос спросил эльб.– А ты что хотел? Выкуси гнида…

Скрутив из пальцев кукиш, старик ткнул им себя в лицо, и довольно заржав, попытался подняться с земли. Услышал голос Борга, поднял голову и наконец, уловив силуэт прима где-то далеко далеко сверху, махнул ему рукой.

–Хреново?– спросил прим, помогая эльбу сесть.– Давай помогу.

Ухмыльнувшись Гроз кивнул, и склонившись ниже, Борг стал стаскивать с него рюкзак. Долгую секунду эльб сидел неподвижно. Давясь от собственной настырности, терпел трусливые завывания твари. Наконец, – когда стало невмоготу, вцепился обеими ручонками в рюкзак…

–Не обижайся.– Проворчал Гроз, с трудом ворочая языком.– Я сам… Спутник нервный поался… Не пускает.

–Может, привал устроим?– Поморщился Борг.– Что-то ты совсем раскис… еле на ногах держишься.

–Уже..? Не нужно… Так мы никогда… из пустошей не выйдем…

–Дело твое. А с зельем завязывай. Вся рожа уже в крови… Убьешься о рытвины…

–В крови..?– переспросил эльб, коснувшись ладонью онемевшего лица.– Плевать… одним шрамом больше…

Взяв цетру за плечо, Борг увлек девушку за собой. Стало спокойней и тут же, притихшая на время разговора, тварь вновь выпустил свои щупальца наружу. Рука сама собой потянулась к спасительной фляжке…

Вовремя успев себя одернуть, Гроз устало мотнул головой. Каким бы напыщенным и самодовольным не казался ему сейчас Борг, но он был прав. Еще пара тройка глотков и о эльбе можно будет говорить только как о неодушествленном предмете. С зельем следовало завязывать…

Словно подслушав его мысли, сущность скрылась обратно, и отчего-то разом успокоившись, перестала давить на старика своим неустанным настырным вниманием. Стало легко и свободно, ощущение скученности и тесноты исчезло, легче задышала грудь. Задохнувшись от обрушившейся на него свободы, Гроз не удержался от удивленного вскрика. Оказывается он уже забыл, как это хорошо и прекрасно, когда никто не пытается втиснутся в ход твоих мыслей и лишить тебя выбора.

"Чего это ты?"– обратился в себя Эльб.– "Понял, что со мной лучше по-хорошему?"

Мгновение было тихо. Затем, легкми порывами ветра, зашумело в голове…:

"Да…"– отозвались тихим шепотом голоса.– "Расслаблен… сейчас… И мы смотрели… твою память… Ты силен, эльб… Много прожил… И выжил… Ты опытен… здесь, сейчас… Мы не станем мешать…"

"Осторожней."– Сообразив, что тварь ковырялась в его памяти, словно капризная барышня в сундуке, нахмурился эльб.– "Могу и это… обидиться…"

"Мы знаем...."– Разбившись горным эхом, прошумело в голове.– "Мы сказали… не станем мешать… Твоя память… только твоя… В пути… к жившему в истоках… мы будем союзниками…"

Ухмыльнувшись, Гроз вновь потянулся к фляжке, но в очередной раз успев себя окоротить, крепче вцепился корявой пятерней в стальную пряжку ремня..

"Только это…"– словно вспомнив о чем-то важном, скривился Гроз.– "Наркотик мне нужен… Я эльб, мы плохо переносим свет… Без этой отравы, на солнце… очень скоро, я стану зловонной кучей дерьма. Вы и моргнуть не успеете…"

"Мы понимаем…"– Зашумело в голове.– Знаем…

Говорить с барабашкой в голове расхотелось и… уловив настроение старика тварь растворилась в его мыслях, словно утренний туман на свету. И не понять, то-ли вправду в нем живет осколок чужого сознания, то-ли он говорил сам с собой. В любом случае идти стало легче. Страх за дуратскую глыбу гранита исчез, словно его не было вовсе. Движения стали более плавными и развязными. Подогретое излишком волшебной эссенции тело двигалось само по себе. Наконец получив возможность немного отдохнуть, сосредоточившись на шагах… эльб на долго выпал из окружающей его действительности…

Наверно что-то случилось. Отозвавшись на какой-то шум, Гроз вынырнул из забытия и глянувшись, понял… вдруг… что прочие члены отряда куда-то пропали. Серая пустошь вокруг, и здесь, среди бескрайней равнины, одинокий кривоногий коротышка эльб…

–Гроз мать твою… за задние лапки.– Услышал старик где-то за спиной.– Чего раскорячился? Ложись!

Не дожидаясь пояснений, старик тут же повалился брюхом на землю и, прикрыв голову руками замер без движения. Прим не стал бы шуметь просто так. Наверняка этому есть какая-то причина… и причина не заставила себя долго ждать.

Услышав как небеса над ним раскололись пронзительным криком, Гроз посмотрел вверх. Что-то темное… млькнуло у самого солнца, а после, лазурную синеву, заслонило огромное черное пятно. Пятно становилос все больше, затем вновь раздался пронзительный крик, и мгновением после, на коротышку обрушился дикий поток ураганного ветра.

–Элина нет.– Закричал где-то слева Борг, и повернув голову, эльб увидел поднявшуюся с земли послушницу.

Решив, что их отряд выследил небесный страж, девушка, цетра решила выполнить свой долг… Глупая девчонка. Конечно, в другой раз это могло сработать, но сейчас… на них нападал не дракон…

Раскинув руки, гордо вскинув лицо, Элина что-то звонко выкрикнула в небеса.

У Гроза тоскливо засосало под ложечкой, и уже не видя девушку в мире живых, эльб внутренне сжался от чужой боли. Летающая тварь, тем временем, заняла собой почти все небо, шире раскинула громадные серебристые крылья, и оголив окованные сталью когти, под очередной пронзительный крик, с грохотом и лязгом вонзилась в земную твердь…

Это был кондор. Огромный, выполненый из медных пластин, стремительный смертоносный… Выше пещерного медведя, быстрее горной пантеры, едва уступающая в свирепости драконам… легендарный убийца, ушедшего в небытие мира.

Подняв вокруг себя волны пыли, громадная птица сложила крылья и немного сместившись в сторону ударила что-то у своих ног. Мгновение, и один удар сердца спустя… Гроз увидел, как у ее чудовищного клюва, выбив сноп искр, мелькнул меч прима. Завязался бой…

О странствующих кондорах Гроз знал самую малость, однако и этого было достаточно. Отряд вляпался, и вляпался по крупному. В свитках говорилось, что эти, созданные в эпоху великих войн, твари были первоклассными бойцами. Прирожденные охотники и следопыты. Ни жалости, ни страха… живущая в небесах смерть…

Достав из-за пояса жезл стража, эльб, пытаясь оставаться незаметным, пустил в серебрянную птицу пару смертельных, для любого живого существа, молний… Ползком преодолел с десяток локтей а дальше… Дальше уже не получилось, потому что в его сознании, опять, вдруг, темным вопящим пятном, всколыхнулся ментальный паразит.

–Глупец!!!– Исступленно завыл в нем Сошар.– Остановись!!! Смерть… Жезл боли… только для живых… Стой!!!

–Борг не справится один.– Скривился Гроз.– И бежать некуда. Если хочешь помочь… скажи что-нибудь умное, или захлопни свою несуществующую говорилку… и что бы я тебя больше не слышал.

Сущность притихла, и решив, что та последовала его совету, эльб вновь пополз к стальной птице.

–Стой…– оборвала его движение сущность.– Мы нашли решение…

–Ну и что ты надумал?– Уже не зная куда деваться от душившей его ярости, спросил эльб, увидев как кондор, очередной стремительной атакой, едва не сбил Борга с ног.– Выкладывай быстрее… времени нет.

Еще на полуслове, Гроз почувствовал… как в него вливается знание. Уже осмысленная – оцененная со всех сторон, не имеющая слов и прочих ненужных деталей идея. Сущность предлагала себя в качестве оружия. Сущность желала подчинить себе разум кондора так – как сделала это с мертвяком. Предлагала разбить разум птицы своим присутствием и обездвижив тварь, вернуть себя в тело коротышки…

–Хм.– скривился эльб.– А сработает?

–Да…– Зашумел Сошар.– Торопись…

Вернув жезл на место, эльб в прищур уставился на атакующую Борга тварь. Дело оставалось за малым…

35. Глава. Элина.

Вскочив с земли, Элина бросилась бежать. Сместившись от огромной серебряной птицы на десяток шагов, запоздало вспомнив о заклинании, прошептала нужные слова. Ободок в волосах девушки стал холодным, мир вокруг подернулся черным туманом, и догадавшись что заклятье сработало как надо, Элина вынула из ножен ядовитые клинки. Теперь можно драться. Но как..?

По стальному блеску птицы было понятно – обычное человеческое оружие твари нипочем. Даже клинок Борга, словно масло кромсавший на части камни, не мог причинить кондору заметного вреда.

Ловко уворачиваясь от сверкающего клюва… прим пока оставался цел, но было ясно, что долго ему не продержаться. Слишком уж силен быстр и неуязвим был новый враг… Избежав очередной атаки чудовищной пицы, воин перекатился через себя, огрызнулся выпадом клинка но, промахнувшись, вынужден был вновь бежать… Подпрыгнув, меченосец спас свои ноги от щелчка алмазного клюва, ударил по зазвеневшей железными листами голове но, так и не причинив кондару и малейшего вреда, вдруг был повален толчком его могучего клрыла на землю.

Догадываясь что следующее мгновение, может быть для Борга последним, Элина бросилась было к воину но, не успев сделать и шага, вдруг… оказалась на земле. Приподняв голову, цетра увидела спину троля. Затем, услышала громкий рык, а после… грохот, по своей мощи, сравнимый может быть только, с громовым раскатом.

Ударившись о тварь плечом, троль заставил птицу покачнуться. Затем, когда та – забыв о Борге бросилась на него попытался вступить в бой, но… так и не сумев ничего толком предпринять, мгновение спустя, был придавлен к земле, огромной узловатой лапой. Захлебнувшись от чужой безысходности, Элина отвернулась…

Дайнар доживал последние мгновения. Один удар стального клюва и…

Что-то случилось. Стало вдруг очень тихо и чувствуя несказанное, охватившее троля, облегчение, Элина открыла глаза.

Нависнув над дикарем, так и не завершив начатого, птица вяло покачивалась на крепких дрожащих ногах. Тварь больше не казалась такой страшной. Ощущение, буд-то ее лишили жизненных сил. Вынули из груди адскую побуждающую к дйствию пружину.... Теперь это была… унылая медная статуя… поверженные враги у ее ног и рядом… неводомо откуда взявшийся эльб-старик.

–Ну вот и хорошо.– Проворчал Гроз, убрав ладонь с чудовищной птичьей головы.– Думал не успею…

Шумно вздохнув, эльб отошел от твари на пару шагов, и тяжело повалившись в траву, потянулся за незабвенной фляжкой. Постепенно пришли в движение и остальные члены отряда. Медленно словно ото сна поднялся на ноги Борг; выбравшись из-под когтистой лапы твари, ощупал ребра троль.

–Что это было..?– не спеша убирать клинок в ножны, спросил Борг оглянувшись на старика.– Гроз, это ты его?

–Угу…– Скривился эльб.– Кто здесь главный герой..? Что уставился? Дохлый он. Больше не кинется.

–Точно..?

–Точно. Да спрячь ты свой ножик… Я на эту тварь заклятье наложил. Потом расскажу… Ничего нам теперь от нее не будет.

–Ясно…– растерянно потянул прим.– А это вообще что? Кажется в пустошах, такое не водится.

–Не водится…– Кивнул Гроз.– Это медный кондор. Их уже три тысячи лет нигде не водится. Не иначе как с того света вынырнул. Не по душе кому-то, наш с вами поход… сильно не подуше…

–Да ну…

–Сам подумай. Сначала дурной Делиец и серый лес, затем с мертвяком история, теперь вот это… Не вышло с одним, вот вам другое, потом третье… пожалуйте, вобщем, гости дорогие… Таким делом, от нас скоро, не только косточек, но и мокрого места не останется.

–Предтечи или кто постарше..?

–А черт их знает.– Почесал затылок эльб.– Да и какая, в конце концов, разница – от кого по ушам получать? Все одно мы им не соперники.

–Так уж и не соперники.– Усмехнулся Борг, ткнув птицу клинком.

–Так уж и не соперники! Медный кондор это такая сила…– Скривился эльб.– Если бы не случай… быть бы вам всем на том свете.

–Ну ведь справились же.– Улыбнулся Борг.– Кстати… Все живы? А где цетра?

–Я здесь.– прошептав заклинание вновь стала видимой Элина.

–Цела?

–Да господин Борг.

–Слава пятерке… А теперь скажи, у тебя глаза повылазили? Забыла как дракон выглядит?

–Я не…– попыталась защищаться цетра.– Больше этого не повторится. Просто, так получилось…

–Получилось… Не повториться… Это мы еще посмотрим…– Вздохнул Борг.– Ладно. Теперь о насущном. Если все целы… то и рассиживаться не следует. Чем дольше на одном месте, тем выше шанс, получить по ушам. Заяц волка не боится – потому что бегает быстро. Пожитки в зубы и вперед…

Далеко за полдень Элина разглядела на линии горизонта облака. Удивившись их треугольным очертаниям, вскоре поняла, это пики гор, и не сдержавшись от радости, решила поделиться своим открытием с другими.

–Смотрите горы.– Улыбнулась она.– Совсем как наши…

–Неужели?– заскрипел уткнувшийся ей в бедро эльб.– Дотопали значит… Нука, где они там?– Сморшившись лицом, Эльб уставился в сторону указанных цетрой вершин.– Фут ты, ничерта не вижу.

–Да нет же.– Засмеялась Элина.– Вот же они. Совсем как облака – белые.... Словно в воздухе парят.

–Борг есть там что-нибудь?

–Есть…– кивнул прим.– Если бы не болота, то к утру были бы на месте… Чего встали? Горы от нас не убегут. Хорошо бы до границы пустошей за темно выйти.

Отряд снова двинулся в путь. Сверившись с показаниями оберега, Элина выбрала, в качестве ориентира, самую высокую вершину…

"Наверняка, Константин устроил свой замок, там."– Улыбнулась она.– "Где же еще? Разве станет ютиться великий маг в тесной и душной долине? Жить в шумном соседстве с грязными речушками и каменными отвалами? Конечно же, нет. Только там – в самой выси, под порывами студеного ветра, в окружении вечных, как и он сам, глыб льда… Под звездами – до которых можно дотянуться рукой… в сумрачных чертогах, всматривается он в зеркало драконов, и погруженный в немую, страшную для простого смертного тоску, размышляет над судьбами мира… Что скажет он спустя, столько столетий, вновь увидев людей? Чем приветствует тех, кто отвлечет его, от его бесконечных дум?"

Представив себе, час встречи с великим магом, Элина зябко поежила плечами. "Страшно… Так же страшно, как… перед экзаменом на вступление в великий круг. Тревожная ночь перед первым бдением… Столько мыслей, столько надежд. Ужас, сомнения… гордость. Такая сильная и яркая гордость за себя. Такая гордость, что рядом с ней меркнет все остальное… гордость, за которую можно заплатить любую, даже самую страшную цену. Гордость, которая оправдает все… Лишь бы дойти, не сломаться, выдержать… Вот он этот сверкающий пик… совсем рядом, кажется один шаг, один взмах рук, словно крыльями, и ты уже там. И сразу, вслед за этим… Все, все-все станет как прежде. Даже лучше… Призрение сменится признанием, разочарования – благодарностью, уныние – счастьем. Только дойти, только дотерпеть…"

Улыбнувшись окхватившему ее чувству, Элина попыталась сочитать пройденные отрядом дни. Сколько они в пути? Неделю месяц? Странно, но все что случилось после падения дракона, почти не запечатлелось в ее мозгу. Одно только размытое пропитанное страхом и обидой пятно. Ничего, что можно было бы выделить, ничего, чему можно было бы отдать предпочтение… Лгут те, кто говорят, что жизнь можно прочувствовать и полюбить, только в бою. Ничего нет возвышенного в страхе, усталости и боли. Настоящее счастье – это признание, покой и любовь. И никакой… никакой грязи, пота и крови.

–О чем задумалась?– Отвлек ее от размышлений эльб.– Мечтаешь что Константин тебе ручку целует?

–Что?– Обернулась Элина.– Да нет… С чего вы взяли?

–Сам о чем-то похожем думаю. Давно старик спит… Что с ним за это время сталось? Послушает ли он нас?

–Конечно послушает.– Вклинившись в их разговор, поморщился Борг.– Да и выбора у нас нет. Не к кому нам больше за помощью обратиться. А откажет… Ну что-ж и мы не лыком шиты. Придумаем что-нибудь…

Улыбнувшись словам воина, эльб хитро сщурил глаз. Началась привычная шутливая перебранка. Один хотел обмудрить другого, каждый надеялся оставить последнее слово за собой… Вздохнув, девушка вновь обратилась в себя. Еще не вполне понимая, причину тревоги, покосилась на дикаря, и проследив за его взглядом, увидела проявившуюся на линии горизонта, межу парящими горами и твердью земли, тонкую темнозеленую полоску. Не решившись спросить вслух, осторожно коснулась своим вниманием души охотника. Отклик был тих, но по его тональности девушка поняла… что это дом. Сын после долгого пути возвратился к своей матери. Грозной, жестокой, презирающей слабость, но тем не менее – единственной, родной, незаменимой…

"Вельд".– догадалась Элина.– "Суровый и опасный для человека край. Склеп разбившихся надежд, кладбище невыполненных обещаний… Последнее препятствие на их пути к великому магу."

Странно но Дайнар совсем не боялся. Он понимал все коварство великих болот, понимал, что ступив на их запретные земли вновь будет подвергнут смертельной опасности но, не смотря на это был свеж… и открыт. Открыт на столько, на скольо это вообще было возможно. Его уже не было здесь он всеми своими мыслями был там, в родной дикой, чуждой, вольной стране… Оказывается и ад может казаться кому-то раем…

Темная полоска тем временем стала шире а, после, понемногу заслонив собой все остальное, открылась перед отрядом во всей своей красе.

–Граница пустошей.– Озвучил общую мысль Борг.– Великий провал. Я и до этого слышал, а теперь увидел сам. Дальше будет обрыв. Высота говорят невероятная… Отсюда все болота как на ладони.

Не заметно для себя члены отряда перешли на скорый шаг и… некоторое время спустя, встав в одну линию, оказались у обещанного Боргом обрыва. Боязливо подступив к самому краю обрубленной, словно топором, границы оставшегося за их спинами равнины, Элина почувствовав легкое головокружение, испуганно отступила назад.

Невероятно… Под почти вертикальным углом, под ее ногами, влево и вправо,– на столько, сколько хватало глаз, тянулась, упираясь в густую зеленую массу своим подножием, величественная, отвесная стена. Далекий лес под ней, с той высоты на котрой он открылся отряду, был чем-то схож с клочковатым ковриком, обильно разросшегося мха или лишая. Кое-где на его поверхности, разбросанными по зеленому бархату, сверкали, в тон далеких, белоснежных вершин, жемчуг водоемов. Тут и там искрясь в лучах вечернего солнца, угольно черные каменные проплешины.

–Каково?– присев у самого края обрыва на корточки, и спихнув вниз камень, улыбнулся эльб.– А ведь пока в плотную не подошли, и не ясно было, что до болот уже так близко. Красиво… Умей бы я рисовать и не поленись притащить сюда холст с красками… Хотя чего я об этом? Когда желудок жрать требует, не до глупостей.– По свойственной ему манере, поменял тему старик.– Видами налюбоваться успеем. Давайте привал готовить…

36. Глава. Борг.

Закончив с костром Борг, оглянулся. Ровная как стол степь была пуста, но Борг мог поклясться, что за мгновение до этого, шагах в трехстах от него, в невысокой траве мелькнула чья-то тень. Улыбнувшись, прим посмотрел на эльба, и коротко тому кивнув, продолжил заниматься делами. Если все пойдет по плану, уже к утру, они выяснят с кем имеют дело, и возможно, сумеют оградить себя от его настырных злобных нападок.

–Дайнар.– Должно быть от нечего делать, обратился вдруг эльб к дикарю.– А как у вас с женщинами? Я слышал, что вы такие зеленые, потому, что вместо жен, у вас жабы… Огромные такие, зеленые…

Задремавший у края пропасти троль не ответил.

–У них жабы, а у вас..? -Улыбнувшись спросил прим.– Я слышал, что в хрустальной горе вообще женщин нет. Говорят, что вместо них… одно большое женское чрево. И будто бы вы, с ним… сношаетесь.

–Дурак ты.– Оскалился эльб.– И голова у тебя, на три пальца из кости… Это ж надо до такого додуматься.

–Я в свитке читал. В историческом…

–Угу…– Поморищился старик, и явной попытке сменить тему разговора покосился на степь.– Как думашь, сунутся они сегодня или нет?

–Должны.– Пожал плечами Борг.– Дальше болота, значит по следу за нами не пойдешь. Если кондор был не разменной картой, а козырной, то… бить нас чужаку больше нечем. Что ему остается, кроме как попытаться прижучить нас здесь, у края пустоши?.. Дайнар он точно не один?

–Враг далеко и запах скрывать умеет.– Не отвлекаясь от своих мыслей, ответил троль.– После того, как на нас напала железная птица, я стал слушать… Я услышал, что есть что-то еще. Не живое и не мертвое. Оно следует за тем, кто идет за нами… но и сторонится его. Это сильный противник. Они оба сильные противники…

–Господин Борг, а что если тот, кто следует за нами не враг?– Спросила цетра.– Вдруг, атака кондора и все прочее, никак не связано с тем, кого вы заметили?

–Друзья так себя не ведут. Это враг…– Вздохнулприм обернувшись к девушке.– Впредь советую думать так же о любом чужаке. Когда-нибудь это сыграет тебе на руку. Тот, кто бьет в полную силу и делает это первым, чаще всего – живет дольше всего.

–Логика прима.– лениво потянул Гроз.– Хотя…

–Какая бы ни была, но я все еще жив.– Развел руками воин.– Только так можно пройти пять инициаций, когда после испытаний землей водой и огнем, тебя запирают в лабиринт крови. В сырые темные катакомбы… с сотней таких же как и ты. Где нет света… где пищей служат тела павших товарищей, где нужно выжить… ни смотря ни на что.

–То что сработало в одном месте, не всегда сработает в другом.– Поморщился эльб.– Хотя я не настаиваю… Кстати, триста лет назад, лабиринт крови не входил в обряд инициаций. Тогда в твердыне еще ценили жизнь и от соискателя на клинок, не требовали убивать себеподобных.

–Я знаю… Плевать… Слабым не место в этом мире.

–А это уже логика тролей.– усмехнулся Гроз.– Дайнар, как ты думаешь, люди скоро сравняются с вами – если будут резать друг друга так же как и вы?

–Гроз притормози.– Нахмурился прим.– Люди никогда не опустятся до уровня дикарей.

–Ты думаешь? Хотя… Прости меня за необдуманные слова. Я не хотел оскорбить твои чувства.

Не дожидаясь ответа, растянувшись на травке, эльб закрыл глаза. Сплюнув на землю, Борг мельком оглянулся на дикаря… но, увидев на его лице странную сочувствующую улыбку, опустил глаза.

Ужинали уже, когда стемнело. Нахлебавшись пшеной похлебки, завернулись в свои одеяла. Первым на караул поставили троля. К полуночи сменили Дайнара на Элину. Между делом, подменив спальные мешки вязанками хвороста и прикрыв тлеющий костер кожанным плащем, незаметно сместились к самому краю обрыва.

Больше полагаясь на память, Борг отыскал запримеченную еще днем, рытвину у самого края обрыва. Затем, немного сдвинув разросшийся над ней куст, забрался внутрь. Эльб уже был здесь и… шутки ради, решив расквитаться с ним за недавнюю обиду, Борг, словно не заметив, взгромоздился на него верхом.

–Тише ты, черт здоровый. Ай гад, рука…– Злобным шепотом запричитал эльб.– Тебе чего места мало?

–Прости Гроз.– улыбнулся прим, позволив, нконец, старику выбраться из под себя.– Не заметил впотьмах…

Не договорив… Борг почувствовал тычек в бедро, и едва удержавшись от вскрика, безвольной кучей мяса распылся по земле.

–Ты совсем одурел?– Зашипел воин понемногу отходя от шока.– Я тебе… этот жезл в задницу засуну…

–Прости Борг, не заметил.– Язвительно заскрипел старик.– В потьмах…

Примерившись не врезать ли эльбу между глаз… Борг лишь в ярости скрипнул зубами. Начни препираться со вздорным стариком и конца края тому не будет. Атака чужака могла случиться в любой момент, значит со спорами нужно подождать.

–Успокоились.– плотнее прильнув к земле, произнес Борг.– И ушки на макушке. Как там? Тихо?

–Спокойно…– Осторожно выглянув из укрытия, доложил Гроз.– За девку страшно… Как бы не шлепнули ее…

–Не каркай.– Поправив клинок в ножнах, вздохнул прим.– За весь путь ни одной царапины. Останется живой хорошо, а нет… В любом случае, по-другому этот расклад не сложить.

Эльб не ответил. Не важно… Драка есть драка. А жалость – путь к слабости. Замараешься этой гадостью и уже отмыться. Расползется по телу, словно хворь изъест тебя самого и всех кто рядом… Воин должен быть холоден как клинок, все остальное от бесов…

Отвлекшись на движение эльба, Борг вдруг потерял цетру из вида. Девушка… словно растворилась в воздухе и… чувствуя как подобрался лежащий рядом старик, воин крепче сжал ладонь на рукояти меча. Один удар сердца было тихо… ни звука ни шороха… Затем у спальных мешков скользнула чья-то легкая, почти невесомая тень. В ночном полумраке сверкнули лезвия клинков, раздался хруст веток. Поймавшись на старую как мир приманку, враг показал себя. "Теперь не оплошать…" В один прием выхватив меч из ножен, Борг сорвался с места. Замешкавшись на мгновение за ним следом рванулся эльб и слыша щелчки жезла боли в его руках прим, ускорил бег.

Добравшись до тени, Борг замахнулся мечом, и… потревожив им только наполненый холодным воздухом мрак, в растерянности отступил на шаг. Враг оказался много быстрее его самого, и в следующий миг, воин увидел, прямо у своего носа, подошву детского сапога. В глазах полыхнули искры, что-то ударило по ногам, и вдруг оказавшись на земле, Борг, на мгновения выпа,л из случившейся вокруг него потасовки…

–Дайнар в клещи его.– Раздался встревоженный окрик эльба, затем вспыхнул ярким пламенем костер, и тут же вслед за этим, яростный вопль дикаря.

Поднявшись на ноги, Борг проверил челюсть. Кажется не сломана. Оглянулся… В мерцающем свете костра, шагах в пяти троль бился с с чем-то невероятно быстрым ловким и гибким. Бросившись на помощь охотнику, воин не целясь ударил противника по спине но… вновь промазав, тут же был атакован парой быстрых, на удивление умелых, клинков. С огромным трудом, сдержав бешеный натиск, Борг, улучив момент, атаковал сам. Уклон, выпад, удар и наконец, в связке с мощным натиском дикаря… почти достал неведомую тварь острием клинка. Враг тонко вскрикнул, отскочил назад, покачнувшись склонился к земле и… скрывшись целиком под полами просторного плаща, замер без движения.

–Живым брать.– Пальнув в кучу тряпья из жезла, завопил, выскочив из ночи эльб.– Живьем…

Враг не спешил бежать. Испытав на своей шкуре магию древнего артефакта, был недвижим. Пришло время разговоров, и оказавшись к чужаку ближе всех, Борг дернул плащ на себя. Легко взмыв в воздух… отрез невесомой ткани, открыл под собой… пустоту.

–Вон он, по краю идет.– Вывел Борга из оцепенения, окрик Дайнара.– К обрыву тесни…

Проследив за дикарем, Борг увидел мелькнувший в темноте силуэт, и отбросив суеверные домыслы бросился за ним следом…

В битвах бывает всякое… бывает потерянные мгновения могут стоить жизни, бывает наоборот. На этот раз, преступная нерасторопность, вызванная невероятной шустростью чужака, помогла Боргу остаться живым…

Внезапно, темнота по правую руку прорвалась диким ревом и на спину Дайнара, обрушилось что-то крупное когтистое, злое… Подмяв под себя охотника, тварь, злобно зарычала и вцепившись дикарю в горло попыталась лишить головы.

Мимоходом ударив по новому врагу острием клинка… и наконец, попав хоть во что-то, Борг в смертоносной яростной атаке, выместил на неведомой твари, всю накопившуюся злость. С трех ударов перерубив существо почти надвое, прим располосовал чудовище от шеи до крестца, и наконец, убедившись, что от него уже не будет вреда, обернулся на окрик эльба.

Гроз нагнал первого чужака на высупе обрыва и теперь, целился в него из своего жезла. Тот, как-то разом растеряв всю свою браваду, уныло косился на старика… Было тихо. И, ничего в нем страшного. Тощий, испуганный подросток. Темные взлохмаченые волосы, раскосые – может быть чуть больше чем нужно, глаза.

–Без шуток предтеча.– Заметив подбежавшего прима, оскалился эльб.– И мы… может быть тебя не убьем.

Словно не услышав слов эльба, чужак шагнул было к Боргу но, наткнувшись на его встречное движение клинком, отступил назад. Замерев на краю пропасти, оглянулся и… уже без раздумий, шагнул вдруг с обрыва, в раскинувшийся под ногами мрак. Рванувшись за предтечей, Борг как это бывало уже не раз, успел поймать только потревоженный им воздух и, не желая верить в то, что все закончилось так странно… в немой растеранности уставился на эльба.

–Ни хрена себе.– обалдело скрипнул старик, подбежав к краю обрыва.– Ты видел, как она на тебя зыркнула? В первый раз вижу, что бы Делиец себя убил. Нет, ты когда-нибудь о таком слышал?

–Почему она? Это что, женщина была?

–А ты думал Делийцы "из огромного женского чрева родятся"?– съязвил эльб.– Баба. Не мужик ведь… Та самая что нас в хитром лесу встретила…

Покосившись за край пропасти, Борг, сменив цвет левия на обычный, вернул клинок в ножны. Женщину он убивал впервые. Зачем-то вспомнился надменно-гордый, решительный взгляд незнакомки, последнее мгновение перед тем как она шагнула во тьму… Гроз был прав… сотни лет жизни, вечная молодость. Что могло вынудить предтечу так легко расстаться со своей жизнью? Клятва, долг чести, самонадеянное безрассудство? Странно все это, странно и очень опасно…

Вопросы были ответов не было и очнувшись от дум, Борг направился к костру.

–Живой?– спрашивал Гроз склонившись над дикарем.– Елы-моталы… Ничего… заживет как на троле. А это что такое? Фу, мерзость… Борг, ты ее точно укокошил?

–Точнее некуда.– Кивнул прим, подойдя к куче мяса в которую превратил – атаковавшую троля тварь.– Думаю, вреда от нее не будет… где бы теперь Элину найти?

–Да вон она.– Вытянув руку, указал направление эльб.– Рядом с костром. Живая…

Подойдя к цетре Борг, коснулся кочиками пальцев нежной щеки. Кажется теплая…

–Что тут?– подошел со спины эльб.– Дай посмотрю…

Оттеснив Борга, старик присел рядом с девушкой, ощупал ей шею и убедившись что та жива, парой звонких пощечин попытался привести ее в чувства. Чуть слышно застонав, послушница открыла глаза, проморгалась, но со слепа не сумев узнать старика, в испуге вцепилась в его рожу своими ногтями.

–Тише ты.– Загоготал эльб отбив все ее атаки- Это я… Все хорошо.

–Господин Гроз?– Постепенно успокилась девушка.– Простите…

–Что простите? Я спрашиваю – с тобой все нормально?

–Кажется да. Шея только болит. И шишка… на затылке.

–Ну, шишка это ничего. К утру заживет.

–Вы его поймали да?– Вспомнив наконец, с чего все начиналось, вскинулась девушка.– Это не человек, правда?

–Делиец.– Брезгливо сплюнул на землю старик.– Делийка… тощая да верткая. Боргу понравилась… А мне такие как ты нравятся. Выражаю тебе нашу общую благодарность. Если бы не ты, она бы нас всех укокошила…

Коротышка еще что-то нудил разомлевшей от его похвал цетре, не забывая под ревнивые взгляды троля то и дело лапать ее за коленки. А Борг на мгновение погрузившись в странное оцепенение, оглянулся в темноту у себя за спиной. Зачем-то вспомнилось лицо предтечи. Над темными контурами гор, притупив сияние звезд, согрев себя их теплом, чуть посветлел небосвод. Начинался новый день…

37. Глава. Дайнар.

Подойдя к убитой Боргом твари, Дайнар пару мгновений разглядывал ее со стороны. Затем, брезгливо схватив существо за куцый хвост, аккуратно, так чтобы не испачкаться сльзью, потянул за собой. Наблюдавший за процессом эльб, окриком заставил троля остановиться. Подойдя ближе, удивленно нахмурил лоб.

–Дай посмотреть…– Проворчал он, подобрав с земли тонкий пррутик полыни.– Недаром же, ее предтеча за собой таскал. А с обрыва, мы ее еще успеем скинуть.

Высунув от усердия язык, старик какое-то время рассматривал оскаленную, чем-то схожую с кошачьей, морду , затем, приподняв носком сапога переднюю конечность твари, что-то негромко хмыкнул себе под нос.

–Не будь я таким умным, я бы сказал что это горная пантера… с которой зачем-то сняли шкуру....– Пробормотал эльб, покосившись на дикаря.– А как Борг ее шлепнул? Что-то я на ней ни одной раны не вижу. На башке полоса… и по телу рубец… и больше все..

Сообразив, что коротышка прав, Дайнар в удивлении оскалил клыки. Он своими глазами видел как Борг распалосовал тело чудища вдоль и поперек, и вот теперь… Куцый хвост в руках Дайнара кажется дернулся… и едва сдержавшись от рыка, охотник отбросил его от себя.

–Что такое?– спросил эльб, и… вдруг заметив судорожное движение мышц на теле чудовища, так же, осткочил от твари на пару шагов.– Ух, ядреный пень… Она живая еще что-ли? Борг!

–Что там у тебя.– Откликнулся от костра прим.

–Да так… Ты чего тварь не добил?

Переглянувшись с цетрой, прим легко поднялся с земли и поправив ножны клинка, подошел к коротышке.

–Чего тут у тебя? Кого я не добил?

Тварь в очередной раз дернула хвостом… клацнула клыками…

–Живучая…– потянул Борг, отскочив в сторону.– А я ее почти надвое перерубил… Может голову ей оттяпать?

–Погоди.– Остановил воина старик.– Тебе она никого не напоминает?

–Нет. А должна?

–Может и нет…– пожал плечами коротышка и, не вдаваясь в объяснения, шарахнул по твари из жезла боли.

Существо дернулось, вытянулось в струну и вдруг разом обмякнув, больше прежнего стало похоже на истлевший труп какого-то крупного хищного животного.

–Я и раньше, слышал о чем-то подобном.– Прошептал тем временем старик, коснувшись черепа существа.– Но вижу, впервые… Как странно… Я не думал, что предтечи могут опуститься так низко…– Отогнув веко полумертвой твари, Гроз заглянул в неподвижную золотистую радужку. Наконец поднявшись с колен, развел руками.– И что мне теперь с этим делать?

–Что с вами господин Гроз? – Спросила Элина.– Вы что-то выяснили?

Промолчав, эльб некоторое время напряженно о чем-то соображал. Наконец приняв решение, направился к костру. Достав из своего походного мешка моток бечевки, вернулся обратно и… ни у кого, ничего не прося, стал ловко и умело стягивать ею конечности чудовща.

–Гроз ты все-таки объясни.– Подал голос Борг.– Чего ты задергался? Да стой ты…– схватил он эльба за плечо, когда тот, затянув очередной узел, вновь рванулся, к оставшемуся у костра рюкзаку.– Выкладывай все как есть.

Остановившись эльб покосился на тварь.

–Бляха.– Коротко произнес старик, наконец собравшись с мыслями.– Видишь как его девка изувечила? Не мешай…

Стряхнув с себя руку прима, старик вновь поспешил к костру. Достав из мешка, уже знакомый тролю ларец, вернулся обратно, и сев напротив твари, закатал рукава. Выложил ножички и щипцы. Достал уродливе клещи… словно сомневаясь в своем решении, на пару мгновений погрузился в себя.

–Тебе помощь нужна? Хоть я и не понимаю, что ты хочешь… но…

–Меч свой, на вермя, дашь?– отвлекшись от раздумий, покосился на воина старик.

–Зачем?

–Нужно. Впрочем… Если хочешь. Мне нужно снять у твари часть черепа. Сруби здесь…– Кривым пальцем старик очертил по темени чудища небольшой кружок.– Сможешь?

–Как нечего делать… Сейчас?

–Угу.

Зачернив лезвие меча, Борг, легким движением, срезал с голвы твари часть черепа. Отошел назад.

Кивнув приму, Гроз вновь склонился над тварью. Сперва, словно крышку с котелка, убрал в сторону широкую костяную бляшку. Затем, взяв в руки один из чудных ножичков, полез в красный пульсирующий мозг…

Сглотнув горький ком, но не почувствовав облегчения, Дайнар оглянулся на цетру. Уже успевшая ознакомиться с норовом коротышки и уже частично готовая к чему-то подобному, девушка тем не менее, была белее полотна. Какое-то время она еще умудрялась сдерживать тошноту, но после того, как Гроз, криво ухмыльнувшись, вдруг потащил из мозга чудовища, что-то… шипящее и многоногое… ее нервы, наконец, не выдержали, желудок пошел в разнос.

–Хорошо.– Пробормотал тем временем коротышка, швырнув шипящую многоножку к ногам Дайнара.– Теперь бы это дело заштопать… Хотя…– Пожав плечами, эльб ловко приладил отколупанную часть черепа на положеное ему место.– Наверное и так зарастет…-Вот и все…

Собрав клещи и ножи в ларец, эльб поднялся с колен. Затем, снял с пояса жезл, и щелкнув на нем каким-то переключателем, послал в тварь короткий голубоватый разряд. Запахло горелой плотью, на мгновение стало тихо… Спустя некоторое время зверь вздрогнул, шевельнул лысым хвостом, оскалил пасть.

–Так…– Довольно кивнул старик.– А теперь попробуем познакомиться… Бляха.– Собравшись духом, позвал он тварь.– Бляха, это я…

Услышав скрипучий голос старика, тварь на мгновение застыла без движения, повернула к эльбу свою безобразную морду и… вдруг дико зашипев, попыталась ухватить кортышку зубами за штаны.

–Ах, ты ж, черт…– Подпрыгнул на месте старик…– Впрочем неважно… Наверное нужно время. Ладно… Что встали?– Обернулся он к приму и послушнице.– Больше ничего интересного не будет. Может чуть позже… а пока отдыхать.

Не дожидаясь ответа, Гроз поплелся к костру… Тварь притихла и немного понаблюдав за ней со стороны, следом за коротышкой к костру обернулся Борг. Улыбнувшись Дайнару, его примеру последовала Элина.

–Хорошо.– Потянул коротышка, свалившись в траву.– Отоспаться бы сейчас…

–Объяснишь?– Присел у костра прим.– Нам вообще-то тоже интересно.

–Интересно? Впрочем…

Достав фляжку, эльб отпил немного эссенции.

–Начну издалека… Собираясь с мыслями нахмурился старик.– Поработала над Бляхой Делийка. А вот как..? Объяснить будет сложно… но я попробую. Значит так…– Задумался коротышка на мгновение прикрыв глаза.– Люди испокон веков боялись смерти. Жить хотели вечно и все такое… Маги искали элексиры, клепали в своих лабораториях филосовские камни… Попыток было положено немало, но как свидетельствует древняя мудрость – дорогу осилит идущий… Эпоха иллюзий – время чудес. Способы нашлись, и нашлось их достаточно. Смерть стала не страшна. Человек победил старость, победил болезни, в чем-то даже стал равен богам… Но это не важно. А важно вот что…– Подбирая нужные слова, вновь задумался старик.– Во времена смутных войн, был открыт еще один способ борьбы со смертью. Он был очень действенен. Раны человека заживали очень легко… воин больше не чувствовал боль, он становлся много сильнее и быстрее… Даже без сердца он мог продолжать бой… лишившись гловы ползал среди трупов. Оставшись без разума становился свирепее любого врага… Генералы исчезнувших армий снабдили сим зельем каждого солдата… Шло время и мертвые стали сильнее живых, затем мертвых стало больше чем живых, а после живых не осталось вовсе…– Отхлебнув из фляжки, эльб сплюнул в огонь.– Кто-то спасся но их оставалось не много. Воина шла между остатками великих воинств. Толпы неупокоеных мертвецов с одной стороны, армады стальных механизмов с другой. Пламя пылало всюду, мир доживал свои последние дни…

–Другими словами, предтеча, воскресил твою пантеру.– Оборвав многословное, но несколько сумбурное повествование коротышки, решил ускорить процесс Борг.

–А?– поднял на воина опухшие глаза старик.– Так точно… зелье сильное, может и с того света вернуть.

–А смысл?

–Смысл..? Послать ее за нами по следу. Подчинив ее разум своему, сделать нашим врагом, мало ли… Делийка лишилась кондора. Возможно, она надеялась что… Бляха станет достойной ему заменой. В пустошах нет крупных хищников. Взяла, как говориться, что было…

–Господин Гроз, а что теперь с вашей пантерой будет.– Спросила Элина, оглянывшись на тварь.

–С Бляхой? А что с ним будет? Он теперь живучей троля. Ту дрянь, что ему в мозги засунули я вынул, а больше… Ну, большего ничего и не нужно. Остается только ждать… и в это время хорошенько отдохнуть, что я собственно и собираюсь сделать…

Вновь отхлебнув из фляжки, эльб закрыл глаза. Стало тихо… Решив, что от старика, уже ничего добиться, Борг занялся починкой и чисткой оружия, послушница, немного посидев у костра, взялась за стряпню, оставшись наедине с самим собой, Дайнар вернулся к обрыву.

Предтечи самый мирный и самый древнй народ чистых земель, отчего-то вновь коснулись таного знания. Не побоялись достать оружие, что когда-то едва не уничтожило всю жизнь на земле…

Мир катился в пропасть и с каждым днем, делал это быстрее. В душе Дайнара вновь пробудились ростки сомнения, в правильности его недавнего выбора. Оглянувшись на пантеру, троль зябко повел плечами. Лишь глупцы не признают своих ошибок. В ближайшие дни, нужно вновь стать свободным. Прикрыв глаза, троль попытался просчитать все возможные варианты…

38. Глава. Гроз.

Потратив четверть часа на безнадежные попытки уснуть, Гроз, наконец, решил занять себя чем-то еще. Завтрак готов не был. Борг крепил к ножнам меча, новую перевязь. Цетра в разговоре была неинтересна и уже мало на что надеясь, старик покосился на дикаря…

–Ты не можешь спать из-за наркотика…– зашумл в голове голос Сошар.– Мы видим… мы чувствуем… Он убивает твой мозг…

–И что с того?– Улыбнувшись тому, что собеседник отыскался сам собой, мысленно отозвался эльб.– Мозгов больше – мозгов меньше, а без зелья нельзя…

–Если хочешь, мы дадим тебе отдохнуть…– Зашелестел Сошар.– Займем твое место… Здесь где мы… тихо, спокойно, темно…

–Держи карман шире. Я уж лучше тут.

–Мы не упорствуем… Мы понимаем…– Сущность замолкла, затем всколыхнулась мягкой волной.– Ответь… Что это за существо… Он исключение? Или их много..?

–Кто? Троль?– Уставился на охотника Гроз.– Нет их много. Живут в вельде, это то огромное болото внизу. Гляди, как он вниз пялится. Своих зовет…

–Это новый вид..?

–Ну не так, что бы новый.... Говорят, они после смутных войн появились.– Ухмыльнулся эльб неведенью, древнего существа.– Здесь вся земля выжжена была. Континент в руинах… Те, кто сильнее за океан ушел, кто-то под землю спрятался, а кто-то, совсем уж ненужный остался… Во всей этой отраве. Остался и выжил. Приспособились. Гляди, какой красавец сидит. Даром, что зеленый, а дай ему бревно березовое, разом перекусит.

–Сколько их?

–Да кто знает? Может быть сотня, а может быть и сотни тысяч. Болота на все междугорье тянутся, и конца края им нет. А для человека – вельд это ад.

–Материк мертв…– прошелестел Сошар.– Но были другие… Земли… Континенты… Острова…

–Были…– Вздохнул Гроз.– Были да всплыли… Ничего после великих воин не осталось. Пустыни одни. Только здесь, да за великим хребтом, жизнь есть… Великие маги всю землю обошли. Здесь и остановились…

–Великие маги..?

–Ага…– Скривился старик.– Их пятеро. Каждый своим делом занят… Константин за междугорьем поставлен смотреть, Максимус с сестрой за городом десяти ветров… Дейская богиня и "Вечный техник" ранят оставшееся после разлома знание… Они как из-за южного моря пришли, так чистые земли на лоскуты и порезали. Веренее сначала болота выжгли, а уж потом уж порезали…

–Болота…– шелестел Сошар.– Их не было…

–Ясень пень.– Усмехнулся эльб.– Вы же еще до войн в камень ушли, еще в эпоху иллюзий… Болота… а что болота? Мешанина смерти и рождения… Перелететь бы их из конца в конец, на летучем паланкине как в детской сказке.

–Если хочешь… у нас есть знания… как летать…– Возбужденно, сотнями голосов, зашумела сущность.– Механизмы… простые… сложные… разные…

–Ни у тебя одного.– Улыбнулся старик.– Мы тоже не лыком шиты. Думай, что хочешь, но такие знания и в твердыне и в хрустальной горе есть… Да что толку? Не успеем мы подняться в воздух, как наш летательный аппарат, тут же, собьет дракон. А те игрушки, при помощи которых, можно пролететь сотню метров, а затем урюхаться черте знает где, нам не нужны. Во первых – не допереть их сюда от самой твердыни, во вторых- приземляться голой жопой в болото удовольствие сомнительное…

Не пытаясь возражать, сущность затихла. Вновь оказавшись сам по себе Эльб потянулся ближе к костру, заглянул в котелок.

–Проголодались господин Гроз.– Улыбнулась Элина.– Похлебка готова… Господин Борг, Дайнар, пойдемте есть.

Некоторое время спустя, набив брюхо до отвала, эльб облизал ложку. Потянувшись за фляжкой, надолго присосался к жестяному горлышку. Хорошо. С неба, зло, щурясь ядовитыми лучами, светит солнце, на горизонте до самых темных гор раскинулись гиблые топи, рядом… чавкая волчьей пастью жрет свою кашу, допущенный до общего стола троль. Последние мирные часы перед мраком, болью и страхом....

–Что скалишься?– уставился на эльба прим.– Пакость какую надумал?

–Да нет, ничего особого.– Скривился старик.– Когда в болота лезем?

–После полудня… Дайнар ты не знаешь, где бы с обрыва удобней спуститься?

–Спускайся здесь.– Оскалился дикарь.– Обрыв везде одинаковый.

–Гроз ты этому веришь?

–Почему нет? Лишь бы веревок хватило. Не даром же мы их столько времени перли.

–Хватит.– Уверено кивнул Борг.– Веревка хоть и тонкая но крепкая. Я ее из запасников храма вытащил. Не гниет не рвется, еще в эпоху илюзий сплетена. Должно хватить…

–Вот и прекрасно. Значит решено… Пойду прогуляюсь.

Оставив компанию, Гроз подошел к пантере, и присев на корточки, заглянул в полураскрытый, золотистый глаз. Увидев эльба, зверь мгновение лежал не двигаясь, а затем, зашелся вдруг, в припадке дикой, бессильной злобы.

–Прямо так..?– Улыбнулся старик.– Связал тебя и мучаю… Плохой, страшный, маленький человек. Тихо…– Эльб протянул ладонь к животному. Зверь успокоился, и приободрившись коротышка осторожно, коснулся лба хищника рукой.– Вот молодец… Ничего… ты меня вспомнишь. Нужно только время. Вот смотри.– Оторвав от рубахи кусочек ткани Гроз, положил его рядом с пантерой.– Это маяк. Мой запах. Ты его знаешь, ты сможешь отличить его от тысячи других. Когда тебе станет лучше, он поможет тебе понять, куда идти. Думаю, ты справишься.

Бляха щелкнул зубами и попытался ухватить старика за руку.

–Бандит…– Отпрянул от зверя эльб.– Зараза хитрая, зачем же так больно-то.

–Не признает тебя, котенок?– Оглянулся от костра Борг.– Я конечно, не настаиваю, но может быть… оттяпать ему башку. Кто знает что с ним Делийская магия сделает. Как бы нам потом хуже не стало…

–Всему свое время.– Качнул головой Гроз, вернувшись к кампании.– Он еще востановится… Очевидно, разложение зашло слишком далеко. Когда предтеча решила снова вернуть его к жизни, Бляха успел немного подгнить. Потом еще эта промывка мозгов… Он уже никогда не станет каким был но… свою роль он еще сыграет.

–И сколько времени для этого нужно? Ждать я не собираюсь, а на плечах эту тварь не унести.

–Да я ничего такого и не прошу.– Разел руками старик.– Оставим Бляху здесь, а после, как оклемается, он сам нас догонит.

–Думаешь?

–Уверен.

–Ну, дело твое… А с путами что?

–Сам развяжется.– улыбнулся Гроз.– В нем силы теперь много. К вечеру-утру узлы растянет и поминай как звали…

После полудня, как и предупреждал Борг, стали готовиться к спуску. Вытряхнув из мешка моток древней, должно быть пропитанной магией, веревки, Борг объединил ею в цепь всех членов отряда. В переднем конце, как самого легкого и малосильного, поставил Гроза, за ним Элину, после привязался сам Борг.

–Ну и чего встал?– Уставился Гроз на дикаря.– Тащи сюда свою задницу.

–Я сам.– Оскалился троль.

–Что, сильный очень? По голым стенам как таракан лазишь…? Ну тем более сюда иди. Борга подстрахуешь.

Троль остался стоять где был, и Гроз больше от игривого настроения, чем со зла, прижав руку к груди, жестом изобразил биение сердца. Увидев это, дикарь крепче сжал челюсти, чуть слышно зарычал, однако поборов ярость, смирившись, шагнул к приму. Вскоре цепь была завершена… Можно было начинать спуск.

Радоваться сомнительной привелегии, первым ступить за границу пустошей, Гроз не стал. Громко вздохнув, коротышка бросил унылый взгляд в пропасть. Подцепив носком сапога камешек, отправил его в долгий полет – куда-то в темное чрево болот. Отсчитав до двадцати, в очередной раз проверил крепость узлов.

–Ну что, пусть благословит нас пятерка.– Пробормотал он, оглянувшись на товарищей.– Я пошел. И если кто из вас, вдруг решит, что я слишком тяжелая обуза, веревку не резать. Разобьюсь, обижусь на смерть.

–Иди уже.– Улыбнулся прим.– Главное цетре под юбку не заглядывай, а то и в впрямь, не ровен час, сорвешься.

–Ну, это не тебе решать.– Скривился коротышка, заметив, как у послушницы по бледным от страха щекам поплыл румянец.– Да и чего ей собственно стесняться? Девушка молодая, красивая… Или ты поменяться со мной хочешь?

–Да ну тебя. Что ж я изверг, у старика последнее отнимать? А ты Элина не бойся. Пусть смотрит, он в этом плане не страшный. Ты же котят не стесняешься, ну вот…

–Вам что, поговорить больше не о чем. Господин Борг, господин Гроз? Может, хватит?

–Ладно ладно, все.– улыбнулся девушке эльб.– На эту тему больше ни-ни. Ну что? Понеслись?

Обернувшись, Гроз, выбрал первый приступок, и свесившись с края обрыва, стал осторожно спускаться вниз. Веревка натянулась и вслед за этим, над эльбом взметнулась тяжелым полотнищем, юбка послушницы, после был Борг и наконец, где-то далеко-далеко вверху, замаячили голые, стоптанные до черных мозолей, пятки дикаря.

Начался спуск…

Ложь, что спускаться с горы проще, чем подниматься. Совсем нет! Когда карабкаешься вверх, видно за что цепляться. Основная нагрузка идет на руки. Ты уверен в крепости неровностей, которым решил доверить свою жизнь. Во время спуска, все на оборот… Все сложнее, все дольше, труднее… Как бы то ни было, большую часть спуска эльбу везло. Не смотря на природную, косолапость, короткие конечности, и торчавшую колом грудь, старик каким-то образом умудрялся не стать причиной общих бед. Однако… все начинается с малого… Постепенно силы старика иссякли, внимание притупилось, и ставя ногу на очередной выступ, коротышка едва не сорвался вниз. Услышав под собой шум падающих камней, эльб как мог крепче вцепился в стену, и засучив от страха ногами, попытался отыскать под собой уступ…

–Чего остановились?– Спросил откуда-то сверху Борг.– Виды понравились?

Поосившись вверх, Гроз мельком оценил округлости цетры, встретился с ее испуганными глазами, и как можно более спокойным тоном уведомил отряд, о своей беде.

–Держитесь, падаю.– Выкрикнул он… и наконец, проиграв в схватке с силой земного притяжения, сорвался вниз.

В ушах засвистело, затем раздался приглушеннй вскрик послушницы и вдруг, едва не переломившись напополам, от рывка за ремень, старик, со всего маху, ударился плечом о камень. Падение кажется прекратилось и открыв глаза эльб посмотрел вверх.

–Мать вашу, вы что, одурели там что ли?– раздался над ними, напряженный голос воина.– Хватайтесь… я вас двоих не удержу…

Быстро сообразив, что от него требуется, коротышка потянулся к стене. Хорошенько приложившись затылком о какой-то выступ, наконец развернулся лицом к камням, принял более-менее вертикальное положение мало помалу, словно паук, вцепился всеми своими конечностями, во все – во что только можно было вцепиться. Вслед за ним к стене прилипла послушница, и расслышав над собой громкий шепот, Гроз различил слова молитвы.

Зачем-то скороговоркой повторив вслед за девушкой знакомые слова, старик слегка подтянулся выше… и только после этого, дал Боргу знать, что с ними все хорошо.

–Спасибо, обрадовал.– Огрызнулся прим.– полетать приспичило? Кондор блять… серебрянный… Как там все? Нормально? Спускаемся…

Улыбнувшись упреку, Гроз двинулся дальше. Оставшийся путь, прошел без помарок. Локтей за сорок до земли, старик, незаметно для себя, погрузился в плотный, фиолетовый туман, спустя какое-то время, его одежа коснулась ветвей первого, исполинского дерева и, наконец, последние сажени спустя, Гроз ступил ногами, в мясистую, покрытую белесым налетом траву… Посторонившись, эльб учтиво придержал за ляжку послушницу, и хитро ей подмигнув, уперевшись в стену спиной, попытался унять дрожь в коленях.

–Ну, вот мы и пришли.– Спрыгнув рядом с эльбом, огляделся Борг.– Ну, ребятушки, вот он и есть – вельд. Как вам первое впечатление?

Подняв глаза, Гроз осмотрелся. Не дальше чем в двух шагах от него, густой, непроницаемой стеной высилось, что-то грязное и зеленое, с яркими красными пятнами на листве, и серыми шишковатыми наростами на ветках Подумав – что все болото засеяно подобными растениями эльб тоскливо скривился.

"Еще небось и ядовитое".– Подумал он про себя, заметив как на тщедушных, словно больных листьях, разом зашевелились, загнутые к верху, шипы.– "А может и хуже…"

Где-то в кроне соседнего исполинского древа, жалобно, словно печная труба на ветру, завыла какая-то птица. Совсем рядом, в кустах, лопнул пузырь, повеяло затхлостью и тут же, до слуха коротышки донеслось чье-то громкое, довольное чавканье.

–Дом.– Оскалился за спиной эльба Дикарь.– Вельд…

39 Глава. Элина.

Очутившись на твердой земле, Элина прислушалась к Дайнару. Троль был безмятежен. Лениво осмотревшись, охотник обломил торчавший у ноги прутик, и привалившись к гранитной стене плечом, погрузился в себя. Дайнару здесь все было знакомо, ничего не вызывало тревоги и тем более, страха. Знакомые с самого детства кущи, ничем не примечательная жизнь. Легкое недоумение, правда, вызывал цветастый кустик какого-то растения, чуть в стороне от общего, зеленого месива но, приглядевшись, цетра поняла почему.

–Стебелек дурмана.– Сказала она в слух.– Оказывается, и здесь растут обычные растения. Господин Гроз посмотрите.

–Что?– обернулся эльб.– Дурман… Семечком, наверное, занесло. Хотя любопытно… Не одуванчик, не ландыш какой-нибудь, дурман… Ну что, от этих мест, еще ожидать? Нормальное, растение, тут не выживет.

Троль незаметно для всех улыбнулся, и Элина поняла, что эльб ошибется. Приглядевшись к Дайнару, цетра распознала неприязнь к ростку чуждой жизни и хрупкую уязвимость вельда. Дикарь испытывал мрачную, глухую неприязнь к любой попытке окружающего мира вторгнутся в его дом, опасался за целостность своего мира.

–Отдохнули?– спросил Борг.– Ну, тогда поторопимся… Дайнар ты идешь первым.

Троль ухмыльнулся.

–Вот и ладно. Не хочешь ничего сказать?

Дикарь пожал плечами.

–Чтобы выжить в вельде, нужно быть вельдом.– Произнес он.– Хотя… Ничего не трогайте. Сторонитесь яркого. Ступате по моим следам… Оставшись один на один с лесом… не шуми, не беги. Чувствуешь угрозу – обойди стороной, если вляпался – не тяни за собой остальных, умри достойно…

–Все?– Улыбнулся воин.– Ну, вот и отлично. В путь…

Троль исподлобья покосился на Борга, и Элина почувствовала азарт. Дайнару стало интересно, как скоро – с этого напыщенного болвана сойдет спесь. Нет, он, конечно, не станет, намерено подводить Борга к смерти, но так же не станет его оберегать… Мысли охотника цетре не понравились, и она осторожно надавила на троля. Дайнар легко поддался на ее усилие. Словно не имея ничего против, стал чуточку дружелюбней, и вдруг, с неожиданной яростью, влил в нее такой ком обиды и страха, что Элина едва устояла на ногах.

"Вот оно значит, как".– Нахмурилась девушка наблюдая как охотника, смеется над ней в своей душе.– "Значит так… Ну ничего, я тебе той же монетой отплачу".

–Идите за мной.– Сделав первые шаги, оскалился троль.– Все внимание наружу, не вовнутрь. Месть будет ждать… Я здесь дома, вы нет. Учитесь думать…

Раздвинув заросли, дикарь вошел в фиолетовую темень вельда. Ни с кем не советуясь, так, чтобы всегда видеть спину охотника, шагнул вперед эльб. Элина, после кивка Борга, встала следом за ним, прим замкнул хвост группы.

Шли молча.

Помня слова охотника, Элина, некоторое время, пыталась ступать только по его следам, но вскоре поняла, что это невозможно. Шаг троля был на порядок больше, и немного помучившись, девушка решила, последовать примеру эльба… и просто двигаться по проложенной охотником тропе.

Неприятности не заставили себя ждать. Споткнувшись, о нырнувший под ноги корень, девушка угодила лицом, в кучу… какой-то шевелящейся, зловонной дряни. Выбравшись из нее не, так и не успев толком обчиститься, оступилась о подвижную шипящую кочку. Спешно поднявшись к колен… заметила на своем запястье странный цветастый ремешок, и лишь приглядевшись внимательней, поняла, что это маленькая… невесть откуда взявшаяся змейка.

Онемев от страха, Элина отправила охотнику, отчаянный ментальный призыв. Услышав ее, Дайнар обернулся, смерил цетру скучающим взглядом… и не сбавляя темпа, вклинился в очередной, ершистый куст. Справляться со змейкой пришлось своими силами. Кое-как стряхнув аспида с запястья, Элина оглянулась на Борга. Не заметив в глазах прима сочувствия, гулко вздохнув вновь ступила на тропу. Стало обидно… Не желая разбираться, на кого она больше сейчас зла, (на себя, охотника, или Патриарха Твердыни) цетра сделала очередной шаг, и вдруг… наступив на огромного черного слизня, вновь оказалась на земле. Слизень был жирным, с редкими синеватыми разводами, с длинным дрожащим хвостом… Лопнув словно бычий пузырь, он разлезся у нее под коленями скользкой подвижной массой…– Не зевай.– Выйдив девушку из подвижного киселя, подтолкнул ее вперед прим.– Мы отстаем.... Получив толчок в спину, Элина бросилась вслед за эльбом, и мгновением спустя…вдруг вляпавшись лицом в плотную паутину, едва не завизжала от страха и отвращения. Откуда та появилась, было не ясно… но сделана она была на славу. Тонкая, очень крепкая, рвущаяся с сухим громким треском и очень липкая. С большим трудом, содрав паутину с лица, цетра решила, что с нее хватит и намерено… захлопнувшись в себе – словно моллюск в раковине, продолжила путь как есть.

Кажется стало легче. Погрузиться в себя, не слышать, не чувствовать, а просто идти…

Не успела девушка сделать и пары шагов, как… в лицо ей ударилось что-то очень твердое, тяжелое, и… визжащее. Вскрикнув от неожиданности, Элина упала на землю и, обхватив голову руками, попыталась перетерпеть боль… С нее хватит, вельд сломал ее в первые минуты, Лучше она останется здесь. Больше ни шагу по этому коварному мерзкому на запах и вкус месту. Здесь нед Драконов, а значит отпадает и нужда в цетре. Пока не поздно, она вернется к стене обрыва. Там она даждется возвращения группы, и… плевать ей на все те чудеса, которыми встретит посольство твердыни Великий хранитель междугорья....

–Будь внимательней…– Поднял ее на ноги троль.– Не спи.

Размазав кровь по лицу, Элина обернулась на не замолкающий визг. Под ногами у прима, смешно переберая тонкими лапками, пыталась зарыться в палую листву, безобразная, размером с кулак человека… черепаха.

–Что это?

–Это зубрук.– Охотно пояснил троль.– Мелкий хищник… Живет на деревьях и прыгает на дичь. У него твердый панцирь и острый глаз. Иногда зубрук может убить зверя размером с зайца.

–И много здесь этих зубруков?– Покосившись куда-то вверх, спросил эльб.

–Здесь мало. Они на севере живут – у кислых озер. Там деревья выше. Там они охотятся стаями. Иногда они большими вырастают, очень тяжелыми… Панцирь как камень, с выдвижными иглами. Иногда могут и старого, троля забросать. В те края мало кто ходит… Приложи.– Отвлекшись от пояснений, Дайнар вручил девушке, шляпку цветастого гриба.– Снимет боль. Только не ешь, он ядовитый…

Приняв ломоть теплой, пряно пахнущей мякины, Элина дождалась пока троль вернется на свое место и, убедившись, что тот на нее не смотрит, брезгливо откинула шляпку от себя. Лучше уж разбитая голова, чем ядовитый даже для троля гриб. Занятно, но еще пару недель назад, она бы подумала иначе. Прощайте девичьи грезы – здравствуй глухая к чужой боли: жестокая, бессмысленная, жизнь…

Ближе к вечеру вышли на берег небольшого, но довольно живописного (если это понятие можно применить к зеленому аду вельда) водоема. Остановившись у кромки зеленоватой, испускающей клубы белесого пара, жижи, троль обернулся и, подождав пока к нему подойдут остальные, предложил устроить привал.

–Скоро ночь.– Пояснил он осмотревшись.– А дальше начинается топь. Ночью топь опасна. Отдохнем на камнях, на рассвете, двинемся дальше.

–А почему здесь?– не преминул влезть с вопросом эльб.– Не нравится мне это озеро. Слишком вонючее. Аж глаза выедает… Я совсем недавно пригорок видал, такие же камешки, зато ветерком обдувает, свежим…

–Это было гнездо панцирной мухи.– Ухмыльнулся дикарь.– Она злая, совсем как огненный муравей. Болотную свинью за день съест… Там опасно – здесь нет. В озере водится кахдур и буд, но они не причинят вреда… если не лезть в воду. От зеленого тумана еще никто не умирал. Но он отгонит хищников…

–Хорошо.– Кивнул Борг.– Делаем, как говорит троль, он лучше знает… Костер разводить не станем. Сухих дров здесь все равно нет, а значит, и подвергать наши жизни опасности, отправляясь на их поиски я не стану. Лагерь ставить не будем. Отдыхаем как есть. Первым на карауле Элина, затем я, после всех Гроз. Дайнар как знает…

Расселись, поужинали и вскоре… берег озера погрузился в тревожную сонную тишину…

Закрыв глаза Элина слушала дикаря. Троль был пуст. Охотник какое-то время, о чем-то размышляя, рассматривая поднятый с земли костяной околыш, но, после, аккуратно положив его на прежнее место, растянувшись по теплым с вечера камням, задремал.

Оставшись на едине с собой, Элина сняла себя рюкзак и, потянувшись всем телом, почувствовала, как легким зудом, отозвались натруженые походом мышцы. Посмотрела вверх… Странно здесь. Под покровом фиолетовых испарений небо приобрело необычайно яркий, чернильно-алый цвет. Было немного облачно и в красных от света солнца линиях, медленно ползали громадные, ажурные кляксы. Ни дать ни взять, картины сумасшедшего художника, что она, как-то видела на городской ярмарке. Тот чудак утверждал, что так выглядят его чувства. Над ним смеялись и кидали в него камнями, а он, утирая кровь, с разбитого лица, только добавлял в свой холст красных тонов…

Танец бордовых туч туманил ум, и заставив себя отвлечься от сумрачного неба, девушка обернулась на вельд. В вечерних сумерках, лес казался более суровым и опасным чем прежде. Где-то в его недрах, щелкали разными голосами неведомые твари. Во влажных густых дебрях таилась смерть… Вздохнув, девушка посмотрела на озеро… В отличие от небесной глади, от темной рычащей массы вельда за ее спиной, воды озера были спокойны и недвижны. Издали они казались – монолитным мраморным полотном. Пришла ночь и в сгустившейся тьме озеро… засветилось. Сначало немного, затем все сильнее… словно изнутри. Туман уплотнился, сжался в объеме и теперь накрывал поверхность водоема пушистым прозрачным одеялом. Как-то незаметно, налетев отовсюду, по поверхности озера, рассыпалось огромное число золотых огоньков. "Светлячки".– Догадалась Элина.– "Целые россыпи, веселых, плывущих в тумане, светлячков…"

Было тихо и сонно. Даже резкий, исходящий от воды запах, куда-то подевался и теперь… озерная гладь, пахла свежестью… Потянулась сладостная минута ожидания чего-то чудесного, необыкновенного… Озеро готовилось проснуться… Родившийся неведомо, когда и откуда звон… дрожанье золотых колокольчиков… Звон медленно наполнился силой, густотой, и словно спелый мед окутал Элину с головы до ног. Под бархатным покрывалом водной глади рождалась жизнь… и непоседливые светлячки пели ей восторженный, полный робкого очарования гимн.

Всматриваясь в тумам, Элина разглядела движение, а затем, нечто тонкое, неуловимое, поднялось над озером ввысь. Звон стал непереносим… и чувствуя жжение в стопах, девушка посмотрела вниз. Оказывается, она встала и сойдя с берега, незаметно для себя вошла холодные воды… От ботинок шел пар, вода пузырилась… от горького тумана кружилась голова. Закашлявшись, Элина обернулась к берегу, но… отчего-то забыв зачем, снова посмотрела на озеро. Слипались глаза. Хотелось упасть в объятья светлячков, отдаться воле течения, погрузиться на самое дно…

Жжение в ступнях стало невыносимо и вдруг вспомнив, что боль – это зло, Элина заставила себя… остановиться. Нечто прекрасное – неуловимое в движении, выросло перед ней из тумана, и остановившись в пяди от ее лица, нежно обвило шею девушки мягкими ласковыми тенетами… Пришел сон…

Закрыв глаза… Элина увидела тусклый огонек лучины. Затем… угол старой, деревенской печки. Вдохнув аромат пыльной хвои улыбнулась, и подняв голову, увидела внимательные, добрые глаза. "Спи милая".– Прошептал ей нежный голос.– "Спи моя маленькая. Спи и пусть тебе снятся сны." Зажмурившись, Элина плотнее уткнулась лицом в шерстяное, колючее одеяльце. Как тепло… Зачем уходит счастье? Зачем нужна боль? Пусть будет только это… Одно счастливое мгновение и ничего кроме. Вечное, тихое, искреннее счастье…

Кольнуло в сердце. Какая-то чужеродная – темная тварь, завозилась в самой глубине души и требовательно рванувшись наружу, закрыло собой лицо матери. Элина попыталась противиться, попыталась заставить жестокого чужака уйти но… скоро увидев, что силы не равны, вынуждена была отступить. Отчаяние, было оглушительным… Боль стала невыносимой и, вырвавшись из сердца – в окружающий мир… обожгло ее словно пламя. Ударившись руками о жесткие камни, Элина погрузилась во что-то вязкое и холодное. Пару мгновений, она боролась с тугими оковами душившего ее зла, но вскоре, так и не сумев ничего с ним поделать, провалилась во мрак.

40. Глава. Борг.

Услышав возглас троля, Борг открыл глаза. Вскочил на ноги, обернулся к охотнику… и не поверив своим глазам, рефлекторно потянулся к оружию. За прошедшие часы с озером случились невероятные перемены. Как он раньше этого не заметил? Столько света, столько огня.. воды кипели, пенились, вскидывались бурунами, сияли всеми известными оттенками красного… и все это, в оглушительной, пугающей тишине…

–Что такое?– Заворчался у ног прима эльб разлепив усталые глаза.– Ну ни хрена себе иллюминация… Это что?

–А я знаю? Очухался, а здесь…

–Где троль?– Повертев лобастой башкой, спросил у воина эльб.

–Туда убежал.– Указал Борг линию по кромке берега.– Вскочил и деру…

–А цетра где? Ты ее видел?

–Пока нет… Может она с тролем? Ладно… потом разберемся.

Эльб кивнул. Не дожидаясь коротышки, держась дальше от кипящей воды, Борг побежал по следам Дайнара. Схватив трубку парализатора, старик кряхтя засеменил следом за ним. Пологий каменистый берег, плавный поворот направо, кипящие холодным светом воды, и наконец, перепрыгнув ствол упавшего в озеро дерева, прим увидел спину охотника. Забравшись в воду… троль боролся с чем-то толстым, гибким скользким… Наверняка какая-то хищная тварь. Решив, что терять проводника глупо, Борг бросился на подмогу. Вбежав в кипящую воду, прим выхватил клинок и, активировав его магическую составляющую, в один удар… срезал тянущееся из озера щупальце. Что-то заревело, ослепительно сверкнуло синим и Борга, с ног до головы, окатило зеленой, горячей жижей…

Усмехнувшись легкой победе, воин покосился на дикаря… но, увидев как тот в ярости оскалил клыки, опустил клинок.

–Глупец, она же теперь погибнет.– Зарычал троль.– Отойди…

Вскочив на ноги, троль отбросил от себя обрубок щупальца, и оскалив клыки, очертя голову, вновь бросился в кипящую воду. Скрывшись в сиреневых брызгах дикарь на долго пропал из виду…

Какое-то вемя было тихо. Пожав плечами на немой вопрос подбежавшего со спины эльба, Борг вновь уставился на водоем. Понемногу кипение вод усилилось и вдруг… вновь разглядев могучую фигуру охотника в трех шагах от себя, прим неуверено подался навстречу… но вспомнив свою прежнюю оплошность, вернул зачарованный клинок в ножны. "Сперва нужно разобраться." Троль вновь сражался с щупальцем. Но теперь уже кажется с другим… Вцепившись в гибкую конечность крепкими когтями, он медленно тянул ее к далекому берегу. Щупальце, пытаясь раздавить дикаря в тесных объятьях, тянуло обратно. Догадавшись, наконец, чем может помочь, вернув клинок в ножны, прим поспешил к охотнику…

Щупальце было толстым, скользким и тяжелым. По нижнему его краю шел густой ряд острых как бритва шипов. Когтей у прима не было, зато были обыные кинжалы. Вонзившись в тварь сталью Борг потянул. Какое-то время длилась упорная, яростная борьба. Наконец, в дело вмешался эльб. Раздались щелчки парализатора, в щупальце впились тонкие быстрые молнии. Монстр начал слабеть. С помощью коротышки, мало помалу дело пошло на лад… понемногу под ногами стало сухо. Утвердившись на камнях Борг оглянулся на дикаря. Троль продолжал тянуть. Устало перекинув кинжалы, прим вновь вцепился в гибкую и скользскую конечность… Шаг за шагом из воды появилось разбухшее брюхо, пара огромных плавников, опять несколько щупалец и, наконец, длинная, похожая на голову речного тритона, голова…

–Здесь…– Стряхнув себя канат щупальца, бросился к толстому брюху твари дикарь.– Скорее…

Упав на колени, впившись когтями в белесую плоть, Дайнар стал кромсать тварь на куски. Проделав в шкуре озерного монстра дыру, потянул в разные стороны. Края раны разошлись, на Борга пахнуло густой, кислой вонью. Затем что-то лопнуло, заскрипело рвущейся тканью, и… к ногам охотника, в потоках желудочных соков, скользнуло бездвижное человеческое тело…

–Вот тебе и на.– пробормотал подоспевший к расправе эльб.– Элина…

Схватив девушку в охапку, троль оттащил ее подальше от воды. Положил тело на камни…

Элина казалась мертвой. Оттеснив троля в сторону, над цетрой склонился эльб. Прощупал пульс, прижался ухом к груди. Кивнув… проворчал себе что-то под нос. Затем, парой звонких пощечин… вернул девушку в чувства. Послушница закашлялась, открыла глаза и пытаясь защититься, хорошенько съездила старику по физиономии…

–Очухалась?– Скривился эльб.– Мы ей тут жизнь спасаем а она… шнобель мне разбила.

Приподнявшись на локтях, девушка в испуге огляделась, захотела о чем-то спросить но, зашедшись вдруг в приступе удушливого хриплого кашля, вновь повалилась на камни.

–Ну-ну.– Улыбнулся ей коротышка.– Все хорошо. Отлежись…

–Что за тварь?– спросил у троля прим.– Ты говорил, что здесь безопасно.

–Я говорил, что здесь… не так опасно как в вельде или на болотах.– Устало повалился на камни троль.

–Ах, вот оно как? А это тогда что?– Кивком головы Борг указал на тварь.

–Я говорил. Буд не страшен, если не лезть в воду. Только малые дети идут на его зов. Она не должна была слушать его голос…

–А что еще здесь водится?

–Еще есть кахдур… Он как большая зубастая рыба, но у него нет голоса. Он охотится на буда, но может съесть человека.

–Понятно.– Кивнул Борг, вновь покосившись на цетру.– Элина, ты зачем в воблу полезла?

Послушница что-то прохрипела и вновь зашлась кашлем..

–Отстань ты от нее.– Решил заступиться за девушку эльб.– Ей и без распросов тошно. Главное, что цела…

Улыбнувшись, старик, заглянул цетре в лицо, и осторожно коснувшись кончиками пальцев белесого, успевшего растянуться по смуглой коже, ожога, вздохнул. Затем оглянулся на тварь.

–Это оно что ли, так воду взбаламутило?– Спросил он у троля.

–Нет.– Оскалился троль.– Это шнырьки. Они маленькие… В первый сезон у них отрастают крылья. Буд привлек их своим зовом. Он очень старался, пел во весь голос. Так редко бывает. Голодный был…

Оставив девушку, Гроз поднялся с колен и подобрался к озерному монстру.

–Борг смотри. А у него глаз нету. И ноздрей… Что такое? Не водилось же их здесь до смутных войн. Так бы в хрониках, что-то осталось…

–Ересь твои хроники.– Скривился прим.– Сказки одни… Пошли обратно.

Взяв Элину на руки Дайнар отнес цетру к лагерю. Посадив девушку на походный мешок, закутал в сухое одеяло. Эльб напоил девушку из своей фляжки. Понемногу наркотик дал о себе знать. Некоторое время спустя в глазах Элины появилось осмысленное выражение.

–Ну, как ты?– Улыбнулся ей Борг.– Нормально?

Девушка кивнула и отчего-то вновь смертельно побледнев, коснулась ладошкой ожога на голове.

–Болит?

Элина опять кивнула.

–До утра оклемаешься?

Снова кивок.

–Тогда спи.

Элина улыбнулась, легла и плотнее завернувшись в плащ, закрыла глаза…

Нахлебавшись своего зелья рядом присел эльб. Покосился на цетру…

–Бедняга… Меня то же как-то живьем ели. Мне не понравилось… Вот зараза, новые же совсем были.– Замолчав на полуслове, старик уставился на ботинок, от которого только что, вдруг ни с того ни с сего отвалился каблук.– Ешкин кот…

–И у меня тоже.– Оглядев собственные сапоги, скривился Борг.– Разваливаются…

Взявшись за подошву прим потянул. Дубленая кожа распалась под пальцами словно бумага…

–И штаны тоже. И куртка…– проворчал старик, дернув себя за рукав. У брат, да мы к рассвету голыми станем. И шкура горит… Вот зараза, а кожа с нас теперь не слезет? Дайнар…

–Не цепляй его. Это все из-за воды…– Вздохнул прим.– Кожа наверное не слезет, а вот со шмотками и вправду нужно будет что-то решать…

–Решишь тут что-то, как же.– Развел руками старик.– Будем теперь, как троль, с голыми жопами бегать. Мне то плевать… А вот на тебя и на нашу царевну, я еще погляжу..

–Ничего. Штаны у меня сменные есть… А вот куртку с сапогами и впрямь жалко…

–Да с обувкой плохо получилось…– кивнул старик.– У меня тоже, кое-что из барахла на всякий случай припасено. Не первый раз в походе. Для послушницы тоже что-нибудь сыщем, а вот ботинки…

–Можно взять кожу Буда.– Подал голос троль.– Она крепкая. Не пропускает воду и не горит…

–Что за глупость?– усмехнулся эльб.– Нет у нас времени кожу выделывать… Я лапти умею плести… Это быстрее. Смотри Борг, какой там интересный куст растет, и листья на нем широкие…

–Это куст праведника.– усмехнулся троль.– Он жжет как крапива. Его листами наказывают детей… Или пытают оступившихся… Кожу буда не надо выделывать. Только придать форму… это быстро, старик.

–Ну что ж.– Пожал плечами Борг.– Тогда тащи ее сюда.

Взяв у Борга кинжал троль скрылся в ночи. Некоторое время спустя вернулся обратно, держа в руках широкие, истекающие слизью, белесые лоскуты…

–Что это?– отвернулся от воняющей массы эльб.– Это и есть, та знаменитая на весь мир кожа?

–Она самая. Пока кожа мягкая, но скоро высохнет, и огрубеет. Крепче ее ничего нет, даже твой нож не возьмет…

–Ну что ж. Коли не врешь…

Стряхнув с ноги остаток ботинка эльб, покоислися на дикаря. Тот… уту же, поймал старика за лодыжку, накинул на его голую ступню, один из комков слизи…

–Эй ты чего?– завопил эльб.– Я так не хочу…

–Кожа должна сохнуть на ноге.– Оскалился троль.– Это быстро…

Вновь поймав эльба за ногу, охотник в несколько приемов, густо обмотал ее кожей водного чудовища. Получилось что-то вроде влажного скользского чулка....

–Не опускай ногу.– Предупредил он эльба, схватив его за вторую ступню.– Пусть подсохнет, а то так кривым и останется.

Спустя пару мгновений, задрав ноги, как уличная шлюха перед клиентом, Гроз остался сидеть на камнях.

–Сам справишься?– покосился на воина троль?

–А то…– усмехнулся Борг, брезгливо подцепив с камней один из кусков слизи.– Дело не хитрое…

Кивнув приму троль подобрался к Элине. Присев рядом, стянул остаток ботинка. Пытаясь не потревожить чуткого сна, взялся за работу.

–Смешно..– улыбнулся Гроз.– Хотел волк крестьянина съесть, а тот его в капкан поймал, шкуру снял, и на себя напялил. С одной стороны, не повезло волку, а с другой – вроде как сбылось его желание. Человек-то, у него внутри…

–Это ты к чему?– Поморщился Борг.

– Да так… Замысловаты гримасы судьбы… Вот к примеру… Знал я одну купчиху. И погналась та за новой модой, решила похудеть. Пышечка была аппетитная, сладкая, мягкая, нежная, а насоветовали ей глупые языки, черте что, ну та и… В общем перепробовала она тогда все, что можно. И диеты там всякие и мази, а все ни как. Отчаялась уже… а тут вдруг, стали у нее все родственники от разных болезней дохнуть, один за другим. После дети в плохую кампанию ввязались. А в окончании всего… и дело ее, до этого успешное и прибыльное, медным тазом накрылось. В общем, с тех переживаний заработала она себе какую-то хворь, да и похудела, наконец. Вешалка стала, а не женщина. Верно говорят – будь осторожным в своих желаниях. То, что они сбудутся это уж точно, но вот в какой упаковке они до тебя дойдут, это еще посмотреть…

Троль тем временем закончил с цетрй и, придвинув к себе один из мешков, положил на него ноги послушницы, так, что бы те не касались земли.

–Слушай Дайнар.– Обернулся к охотнику эльб.– А если эта кожа такая крепкая, то, как мы ее после, черт возьми, снимем?

–Обычно…– Оскалился дикарь.– Она тянется. Слезет как кожа со змеи.

–Ну, тогда хорошо.– Кивнул старик, по-прежнему без доверия, разглядывая подсыхающую у него на ногах обувку.– Тогда хорошо…

41. Глава. Дайнар.

Закончив с послушницей, троль оставил людей… Близился расвет. Пришло время отдыха… Опустившись на камни, охотник закрыл глаза.

Вельд пел множеством голосов. Вторил рождению нового дня. Войдя с вельдом в резонанс, дикарь коснулся души спящего коллоса… Лес был спокоен, очередная смерть в череде перерождений не оставила в нем следа… Он вновь дома. Вдохнув и выдохнув, Дайнар прислушался к себе. Прислушался к своему сердцу… Затем, в отзвуках души, попытался отыскать эхо клана. Вельд отозвался тишиной… Странно. Или виной всему цетра? Да нет, не может быть. Он ведь слышит Вельд, а раз так, он должен, слышать кровь родичей…

Душа вельда всегда полнилась песнями охоты. Троли взывали друг к другу; приглашая на бой, кичась своими победами, хвалились добычей… Теперь, там где прежде были голоса силы, притаилась тревожная тишина. Так не бывало прежде. Так не могло быть. Неужели за время его отсутсвия на болотах случилось что-то… страшное. Куда исчезли все охотники? Что стало с его кланом? Почему он не слышит песен сородичей?

Решив заглянуть глубже и расспросить укрывшихся в свете Дайнар потянулся в тьму. Дайнар не вошел в зрелость, искать слов старейшин было рано, но узнать, что случилось в вельде, по всей видимости, можно было только у них. Оттолкнувшись от своей физической оболочки, Дайнар упал в пустоту и, бездвижно повиснув в золотом тумане, оставался там до тех пор, пока от него почти ничего не осталось… В мире духов не нужны мысли, не нужна память… Зачем они, когда есть свет. Здесь, в глубине чужого спящего разума нет места для тревог. Зачем искать то, что было оставлено в тлене, к чему нет обратного пути.

–Приветствуем бредущий.– Донеслось до Дайнара извне, когда он достиг нужных глубин отрешенности.– Что нужно тебе на краю жизни?

Живущие в свете прятались на задворках восприятия. Одни лишь бесплотные мертвые голоса. Старейшины чувствовали горячую кровь, но страшась обжечься о чужую душу, не спешили показываться на глаза.

–Приветствую вас, укрывшиеся в свете.– ответил Дайнар.– Сон ваш священен, покой непоколебим, мудрость безгранична. Помогите мне. Ответьте на вопросы, и я уйду…

–Вопросы и ответы подобны ветру. Все в мире выходит и стремится в одно, кто знает это… тот больше не спрашивает…

–Да старейшины… Но мне нужны ответы и вы должны мне их дать.

–Спрашивай.– Всколыхнулся бликами свет.– Но помни любая тропа имеет конец. Придет время и ты захочешь стать светом. Не совершай тех ошибок, что могут тебе навредить.

–Да укрывшиеся… Вопрос мой таков. Куда ушли племена? Уже два дня я ищу их голосом разума но в ответ слышу только тишину. Что случилось в вельде?

–Мы вне мира, а мир вне нас… Ты зря обратился к нам.

–Может хоть что-то?– Нахмурился охотник.– Не может быть, что пропало столько охотников, а вы… этого даже не заметили.

Услышав упрек, свет заволновался словно пшеничное поле на ветру. Стало тихо. Наконец все успокоилось. Ни звука ни движения, ни ощущения чужого присутствия.

–Обиделись.– Усмехнулся Дайнар.– Попрятались в свои дупла и решили, что мир на этом кончился… Я охотник… Умереть в бою, лучше чем гнить в веньязе. Клянусь, если не будет ответа… я выну из древ многих из вас…

Свет молчал. Захлебнувшись в ярости, Дайнар решил вернуться в собственное тело.

–Стой.– Прошелестело рядом с ним.– Подожди, у меня есть, что тебе сказать.

Дикарь замер и обернувшись, разглядел в шаге от себя фигуру седого старика. Тот был смутно ему знаком и, вглядевшись пристальней, Дайнар понял что это Сайдар, один из охотников его клана. "Вот оно значит как, не дожидался старик своего столетия, решил раньше времени уйти…"

–Не осуждай.– Улсышав мысли охотника, поморщился немертвый.– Презираешь мой выбор? Молодость дана на ошибки.

–Когда я видел тебя последний раз, ты хвастал своею силой. Та отогнал меня от своего племени… Теперь ты только тень, а тело твое будет гнить в чреве великого древа. Как я могу тебя осуждать? Ты выбрал мудрость…

–Твои слова полны горечи. Я помню, что это… А еще я помню свет солнца и вкус пролитой крови… Да, я помню это… Только поэтому я вышел в тень. Время… Время как хищный зверь, оно неотступно идет за тобой. Настигнув… оно пожирает твое тело и разум. Это страшно…

–Ты хочешь вызвать во мне сочувствие?

–Нет.– Оскалился старик.– Только понимание. Боль страстей гнетет, пустота завораживает. Тебе еще предстоит повторить мой выбор. Мраком покрыт завтрашний день, не суди враждебно, о том чего не знаешь.

–Хорошо Сайдар… Я не стану тормошить дупла веньяз и сворачивать ваши тощие шеи. Спите в своих склепах, сколько вам влезет, от меня вам вреда не будет. Ответь на мои вопросы и я оставлю вас в покое.

–У нас нет тех слов, что нужны тебе.– проплыв над тролем невесомой тенью, отозвался старик.– Как мы можем рассказать тебе то, чего не видели?

–Хорошо. Но вы – хранители памяти, задумался троль.– Охотники оставляют вам свой последний день. Может быть там я смогу найти ответ.

–Память последнего боя запретна для тебя. Только старейшины могут касаться ее своим сердцем. Ты только юноша. Ты не вошел в зрелость… ты не достоин…

–Не забывай с кем говоришь.– Оскалился Дайнар.– Я основа линий, я нить связующая, я не простой троль с болот, я имею права требовать то, что мне нужно.

–Но ты даже не прошел ритуала.

–Плевать.– Зарычал Дайнар.– Хватит тянуть мое время старик, или ты хочешь увидеть во мне врага?

–Видеть последний бой тяжело. Даже самые сильные, бывало, ломались после этого. Отступись…

–Ты слышал мое слово. Если вы ничего не знаете о народе, то.. у меня нет выбора.

–Ну, что ж…

Выхватив прямо из воздуха семь крупных жемчужин, живущий в свете, протянул их Дайнару.

Семь смертей, семь отрывков памяти, семь комков боли. Выбирай и крепись…

"Ну, что-ж ты сам на это напросился."– Вздохнул троль, принимая в руки первую смерть.– "Посмотрим к чему это приведет. Умереть оставаясь живым – редкая честь…"

––

Вырвавшись из очередного кошмара, Дайнар устало посмотрел на оставшиеся жемчужины. Оказывается, быть съеденным заживо, не так уж и больно. Особенно если тобой обедает гиганский древесный слизень. Сначала ты шагаешь по лесу, потом чувствуешь за своей спиной легкое шевеленье. Какое-то время спустя находишь себя приклееным к древесному стволу. Сперва слизень растворяет твои ноги, затем руки, сердце и мозг подъедаются в самом конце. Пытка растягивается на весь день но… как это ни странно, больше всего в ней утомляют вездесущие огненные муравьи… Проклятые насекомые бегают по лицу и пытаются забраться в глаза. Обездвиженный ядом ты до последних мгновений остаешься в сознании. Чувствуя нескончаемую ярость, все зовешь, и никак не можешь дозваться, смерть…

–Безмозглый пацан.– Прорычал Дайнар.– Что там дальше?

Взяв из ладони старца новую жемчужину, Дайнар в очередной раз, погрузился в чужую смерть.

"Ровный свет зеленых гнилушек. Глубокий колодец… и глаза любимой, в которых отражается звездная высь. Он шепчет ей о своих чувствах, и она отвечает ему нежной улыбкой. Осталось совсем немного, пройти последний ритуал и она навсегда станет его. Осталось немного…– За спиной раздается шорох откинутого полога и в шею троля впиваются чьи-то острые кривые когти. Слышен рев, это вернулся с охоты глава клана. Бежать позно, теперь только смерть, троль слышит хруст позвонков, крик любимой, и наконец, проваливается во мрак…

–Ты хочешь остановиться?– приняв от Дайнара пустую жемчужину, спросил Сайдар.– Ты увидел четыре смерти. Ты умер четыре раза. Остановись прежде, чем твоя память не ляжет в мою ладонь.

–Замолчи!– Оскалился Дайнар.– Я не хочу что бы эти смерти были напрасными.

–Мудрый всегда выбирает другой путь.– Вздохнул старик.– Только глупец упорствует в ошибках.

–Значит я глупец.– Ответил Дайнар, выбрав новую жемчужину.– Не страшно…

Покрутив в пальцах гладкий шарик, троль вернул его на ладонь старика. Четыре последние смерти не приблизили его к ответам. Два предыдущих воина погибли во время охоты: один от нападения гидры, второй угодил в гнездо черной летяги… где и был разорван на части ее кровожадными детенышами. Оставалось еще три, но какая была нужной?

Подумав, Дайнар выбрал самую крупную. Чем больше жемчужина, тем больше в ней боли а, значит и знаний. До поры до времени, троль благоразумно оставлял ее на-потом. Время, судя по всему, пришло. По молочной дымке кругом, Дайнар видел, что силы его на исходе. Всех смертей он не выдержит, значит нужно рисковать.

–Ну что ж.– Пробормотал он, вглядевшись в голубой шарик.– Начнем…

Сдавив жемчужину когтем, Дайнар услышал громкий щелчок и… мир утонул в синем цвете. Резко, словно разбившийся о камень кувшин, пришла память. Он Зворг – правая ветвь основной нити. Он лучший охотник вельда. Он смерть, одетая в тугие мышцы, крепкие кости и четкий быстрый ум. Не родился еще тот, кто может причинить ему вред, нет того, кто в равном бою мог соперничать с ним в силе, он Зворг…

Выскочив из-за каменной насыпи, Зворг навалился на врага и не давая тому опомниться, нанес удар. Кости черепа, под напором его кулака с хрустом вмялись в горячий мозг. Крутнувшись на месте, Зворг ударил когтями по брюху второго и, услышав, предсмертный хрип, бросился на третьего. Увернувшись от сучковатой палицы вцепился в глотку чужака и, погрузив пальцы в нежное мясо, дернул на себя. Просвистела стрела и сместившись в сторону Зворг ушел под защиту гранитной тверди…

Стряхнув кровь с когтей, воин прислушался. Враги не спешили. Тропка к ущелью слишком узка, Зворг не пропустит их дальше. Пусть их много, но страх смерти сильнее. Здесь они не пройдут!

Враги появились четверть луны назад. Они пришли с той стороны хребта. С кислых болот и словно рой панцирной мухи напали на одно из стойбищ. Перебив детей, старух и женщин, не довольствуясь малым, кинулись на поиски новых жертв. Они шли волнами, убивая всех кто встречался им на пути. За десять дней они вырезали две трети кланов и заняли почти весь вельд…

Первого чужака Зворг убил на второй день. Он был ниже ростом и отличался цветом кожи. Он носил тяжелый костяной доспех. На нем был шлем, а в руке острый стальной нож. Сняв шлем, Зворг увидел лицо врага. Это был троль… Кровь пахла тленом. Зворг видел, что его ветвь ушла от главного корня очень и очень давно. Приложив ладонь к ладони чужака, Зворг попытался прислушаться к зову крови. Отклика не было. Перед ним чужак. Чужак забывший голос вельда. Троль ушедший с тропы предков…

Потом была кровь. Враги были всюду, враги не знали отдыха, враги несли смерть. А Зворг кромсал, скрывался в засадах нападал с деревьев рвал, вгрызался, крушил… и всему этому не было конца.

Сколько бы он ни убивал, чужаков не становилось меньше. На смену мертвым приходили живые, и пытка смертью не знала конца. Однажды, захлебнувшись в чужих воплях, Зворг вдруг понял – пора уходить. Уводить оставшиеся целыми племена. Спасать то, что осталось от его народа, искать новый дом.

Пустив зов, Зворг собрал всех охотников. Шестьдесят могучих, не знающих страха таанов вслушались в его слова. "Нас мало."– крикнул он в сон вельда, в гудящий отголосками далеких схваток, шум.– "А они убивают самок и щенков. Они легко умирают, а мы, упиваясь их кровью, не слышим вопли жриц очага. Охотников стало больше чем приплода. Скоро поросли не останется совсем. Враги хитры… они знают нашу слабость… Нужно собрать племена. Нужно защитить их от чужаков. Мы уйдем в горы… и вернемся когда станем сильны."

Собрав клан, Зворг отправился на север. Он защищал оставшихся жен. Щенков не осталось вовсе… И все это время, за ним неотступно, как стая болотных крыс, следовали враги. Почти у самых гор, Зворг встретил Вайдана – своего брата, свою вторую кровь. Объеденив свой прайд с прайдом брата Зворг остался защищать ущелье. Уже сутки, он сдерживает натиск врагов…

Шум за камнем стих и по звуку шагов, Зворг понял… враги уходят. Выждав мгновение, охотник выглянул из укрытия. Было тихо. Неужели чужаки решили отступить? Нет, это хитрость, уловка. Скорее всего…– Дожить до окончания мысли воин не смог. Что-то острое и твердое, подкравшись к нему со спины пробило грудь. Под чудовищный хруст позвонков, разорвало его тело пополам. Падая в темноту Зворг успел заметить серые смеющиеся глаза, а после… его нестало…

–Ты получил ответ на вопрос?– услышал Дайнар.– Или ты хочешь еще смертей?

–Нет.– поморщился троль, вернув ушедшему в свет пустую жемчужину.– Я увидел что хотел… Спасибо старейшина. Теперь я ухожу. Я знаю – тебе не интересны дела живущих, а потому прощай.

Собрав по крупицам собственное я, Дайнар вынырнул из пустоты… открыв глаза осмотрелся. За время его отсутствия в лагере ничего не изменилось. Цетра, мирно посапывая носом, лежала на камнях, воин и эльб, о чем-то тихо переговаривались между собой.

Жаль, но с появлением нового врага и той опасности, что подвергся его народ, о его прежних клятвах можно забыть. Нужно было спешить на помощь, к своим…

42. Глава. Гроз.

Троль не лгал. С первыми лучами солнца кожа озерной твари высохла и загрубела. Поменяв цвет с зеленоватого на черный, стала похожа на крепкий, плотно подогнаный к ноге, чулок. Решив, что уже можно, эльб снял ногу с мешка, встал, сделал пару шагов… подпрыгнул, притопнул и оглянувшись на Борга, показал оттопыренный большой палец.

–Вещь!– пробормотал он.– А если они еще и крепкие, то это я вам скажу…

–Они крепкие.– Откликнулся со своего места охотник.– Много лет прослужат.

–По мне обувка.– Улыбнулся старик.– Были бы троли умнее, давно бы торговлю наладили… В твердыне, да и в хрустальной горе тоже – такие кожи с руками оторвут.

–Вам нечего нам предложить. Буд сильная и опасная тварь и никто не станет связываться с ней просто так.

–Ну говорю же дураки.– Скривился старик.– А тебе как обновка? Борг?

–Нормально.– Кивнул прим.– Вроде не жмет…

Разбуженая громкими голосами, под плащом прима зашевелилась послушница. Открыв глаза… девушка прищурилась на мутное, сквозь клубы зеленого тумана, солнце и попыталась сесть.

–Тихо тихо.– Склонился над цетрой старик, заметив как у той побелело лицо.– Все хорошо… Осторожней.

Девушка легла и, закрыв глаза, пару мгновей пыталась собраться силами. Наконец, справившись со слабостью, посмотрела на эльба.

–Господин Гроз, что со мной случилось?

–А ты не помнишь?

–Сон помню. Хороший, про маму… Больше ничего…

–Раз не помнишь, и не нужно… Ты в озеро упала и обожглась. Оно ядовитое. А мы тебя из него вытащили. Кстати, дочка, у тебя сменной одежды нет?

–Зачем?

–А затем, что на тебе, сейчас, под плащем, кроме трольевых сапогов, ничего больше нет.

Нахмурив брови Элина заглянула под плащь. Понемногу, догадавшись, о чем говорит эльб, жутко раскраснелась.

–Да не бойся ты.– Улыбнулся старик.– Никто тебя не разглядывал. Одежда от воды растворилась. Такое у нее свойство… Так есть у тебя что из барахлишка? Если что мы поделимся.

–Не надо господин Гроз. У меня церемониальный балахон остался… Сестры меня в путь как хорошо снарядили.

–Ну, вот и ладно. А я уж подумал тебе свои штаны отдать. Как раз под фигурку, и ножки бы открылись…

Завтракали молча, но напряжения, что бывает в таких случаях, не чувствовалось. Послушница, чье здоровье вызывало общее опасение, мало помалу приходила в себя и вскоре уже не казалась такой больной и слабой как на рассвете. Цвет кожи, с темно-красного или мертвенно-бледного, на местах ожогов, постепенно сменился на почти здоровый, вялые дерганые движения, уступили место уверенным привычным жестам, и даже хриплый, пугающий с первого раза, голосок, стал таким – каким был.

"Хорошо".– Улыбнулся старик.– "цетра нужна как щит от дракона, но… драконов, в последнее время, чего-то не видно, а значит, случись с ней чего поганого… тащить бы ее на себе никто не стал. Крепкая девочка. Хорошо…"

После трапезы и скорых сборов, двинулись в путь. Встретив взгляд Дайнара, Гроз улыбнулся ему самой любезной из всех своих улыбок и пропустив троля вперед, занял место за ним. Охотник с каждым днем казался все страннее… Это не могло не тревожить. Дикарь не выражал явного протеста но… за свою долгую жизнь Гроз научился замечать мелочи и узнавать ложь. Эльб понимал, все знаки взаимопомощи, что троль проявил к ним этой ночью, способ притупить бдительность врага. Заморочить ему голову перед решающим ударом в спину. Эльб был начеку…

Проверив костяной переключатель в основании жезла боли Гроз улыбнулся. Если будет нужно, троль умрет. Небольшой заряд гремучей смеси, что он так ловко поместил охотнику в грудь – сработает наверняка. Никаких заклятий и сложных пасов рукой, одиночный разряд из древнего артефакта и… крепкая спина дикаря тут же расцветет кроваво красным цветком. Вывернутые наружу ребра, порванные в лохмотья легкие, разбитые позвонки, даже тролю такого не пережить…

Гроз, читал об этом в древних манускриптах. Говорят раньше жезл боли хранился в хрустальной горе. Все его свойства были знакомы правителям древности… Затем, артефакт оказался в руках у Константина, и был перемещен из города эльбов в хранилища твердыни. Теперь, столько веков спустя, все оказалось на своих местах… В записях в том числе говорилось об устройстве взрывателя. Небольшой железной вещице, которая станет пускать искры… как только, жезл будет приведен в нужный режим. Привыкнув заглядывать в будущее, Гроз собрал взрыватель в ночь после смерти пантеры… Скрутил из куска проволки, и ржавого гвоздя. Проверил на рассвете, перед отправкой в путь. Вещица исправно пускала искры. Щелкала холодным огнем, больно била по пальцам… Поместить взрыватель в пузырек с зельем было делом времени. А потом случился раненый троль, и пещера с монолитом… Теперь Гроз мог убить Дайнара, где бы тот не был, без особых для себя проблем. В троля не нужно даже целиться. Один щелчок переключателем… и о бедном маленьком дикаре, можно будет забыть.

До полудня двигались в довольно резвом темпе. Благодаря заслугам Дайнара… или, может быть, вельд на самом деле не был так страшен как о нем говорили, но особых бед пока не случалось. Тропка была сухой и чистой, хищных гадов не встречалось, никто никого не пытался сожрать… Как вдруг.

Охнув от неожиданности, Гроз провалился в какую-то яму. Под ногами оказался зыбучий песок, и ухватившись за край новоявленного обрыва, эльб попытался остановить падение. Затем заорал… Кто-то схватил его за шиворот и потянул вверх. Оглянувшись, Гроз увидел озабоченное лицо прима. Затем был рывок в сторону и скатившись вдруг в неглубокий овражек, старик на мгновение остался сам по себе… На тропке тем временем творилось что-то непонятное, вероятно на их отряд рискнул кто-то напасть, значит следовало принять бой…

–Вот он, вот… под ногами.– Кричал голос цетры.– Смотрите вот… Вот он и еще… Борг… Сзади… их много, сзади…

Выхватив парализатор, эльб, первым делом, оглянулся на охотника, а затем и на Борга.

Оказавшись в окружении странных змееподобных существ прим вертелся веретеном. Взмахи черным клинком, брызги зеленой жижи и громкое злобное шипенье. Твари выскакивали из-под земли, атаковали… и вновь скрывались в листве. Большие маленькие, длинной с руку…

Взвившись из-под ступни, одно из существ опутало лодыжку воина, и опасно перебирая жвалами, примерилась прокусить кожу сапога. Не успевая как следует прицелиться, Гроз на вскидку щелкнул переключателем… Синяя молния ударила под подошву прима и… кажется, все же обездвижила вцепившуюся в Борга тварь… Радостно закричав, старик прицелился в следующую многоножку. Мало-помалу дело пошло на лад. Встав, в круг – троль, человек и эльб довольно скоро выбили остатки жизни из всего, что могло нести угрозу… Стало спокойней.

–Что это такое?– спросил эльб, брезгливо наступив на одну из дохлых многожек.– Что за напасть?

–Это сладкие черви.– Добив голой пяткой, очередную тварь, оскалился троль.– Они роют ходы. Питаются теми, кто падает в ямы. Увидеть ловушку трудно. Черви хорошие охотники. Их яд силен. Червь может убить одним касанием. Нам повезло. В месяц теплых ливней у червей брачный сезон. Что бы не убить друг друга они перестают выделять яд. Так бывает только раз в год…

–Значит они не ядовиты?– вздохнул Борг.– Хорошо… А то меня одна из них за ногу тяпнула. Больно…

–Тебя укусили?– Нахмурился троль.– Это плохо. Думаю червь отложил в тебя личинку… Если успел…

–Личинку? Какую еще личинку?

–Личинку…– Пожал плечами охотник.– Но я могу ошибаться…

–Личинку как у цепня?– закатав штанину и отыскав припухлость, спросил прим.

–Личинку как у сладкого червя. Когда вырастет, станет длинная, длиньше меня, тебя и эльба. Она живет в легких сердце и печени, и питается кровью. Она белая, толщиной в палец и очень крепкая…

–Веселая история.– Проворчал Борг, вынимая из ножен кинжал.– А если ее вырезать, пока она маленькая?

–Их нельзя вырезать.– Остановил воина троль.– Если ты заражен, то личинки уже в крови. Вскрыв рану, ты сделаешь хуже. Оставь все как есть.

–И ждать, пока эта тварь меня живьем сожрет?

–Червя можно отравить. Я знаю как… Но здесь нет нужных растений. Когда перейдем топь, я помогу…

Повертев нож в руках, Борг яростно раскатал брючину обратно.

–Хорошо.– Кивнул он.– Так и сделаем… до края болот еще дожить нужно… В путь.

"У каждого свои уловки"– Улыбнулся старик, заметив как переменился в лице воин, после слов дикаря.– "А троль ничем не хуже меня. Нашел ключик к приму. И не проверить… соврал он о черве или нет."

–А почему сладкий?– увязавшись за охотником, спроисл Гроз.– Их что едят?

–Нет.– Оскалился троль- Черви ядовитые… Но если он в нутри, то хочется сладкого… Рассказывали про охотника который залез в пчелиное гнездо. Пчелы сожрали его живьем… Не бойся. Это случится с тобой не скоро. Ты еще можешь многое успеть.

–Успокоил.– улыбнулся прим.– Не люблю сладкого… Так теперь еще и это.

К полудню вышли на болота. Тропка, зарывшись в густой ковер жестой болотной травы, пропала из вида… Чащоба сменилась низкорослым кустарником. Запахло прогорклым жиром и серой..

–Лес кончился.– Сказал троль.– Теперь одна только топь. Здесь живет гидра… Идти нужно тихо. По этой траве.– дикарь указал на желтый ковер у своих ног.– Она крепкая. Если свалитесь с плывуна – умрете. Грязь ядовитая. Еще в ней водятся водяные блохи. Их трудно отогнать. Два сезона назад, я видел, как они сожрали немолодую самку. Оружие здесь не поможет…

Ступив на травяной наст, троль пустил небольшую волну. Занятно… трава росла прямо на воде. Никакой тверди под ногами, одно неосторожное движение и… смерть.

–Дайнар…– Позвал Гроз, опробовав носком ботинка хлипкий наст.– А если нам друг друга веревками связать? Как мы это во время спуска делали. Если кто провалится, мы его вытянем.

–Нет.– Оскалился троль.– Это глупо. Если нападет хищник, он утянет нас на дно. С глубины не выбраться…

–Я не настаиваю…– Вздохнул эльб.– Нет так нет… Веди дальше.

Идти по травяному настилу оказалось не так сложно как это казалось сразу. Заросли были плотными, туго скрученными между собой и крепко держали вес. Может быть, возглавлявший отряд троль и испытывал какие-то неудобства (Охотнику постоянно приходилось подминать под себя наст) но шагавшему за ним коротышке, до этого дела было мало.

Больше мешала злобная, кровососущая мелкота. Настырные до безобразия комары, вездесущий гнус и главная напасть болот – пиявки. Толстые и длинные, пальца на три, черви умели прыгать. Выстреливаясь из травы словно арбалетные болты, пиявки цеплялись к одежде. Сверлили в ткани дыру, и наконец, добравшись до тела, принимались за пир. Самого укуса не чувствовалось. Просто, через какое-то время, ты понимал, что не можешь двинуть рукой или ногой. Затем, замечал на онемевшей конечности раздувшийся красный комочек, и очень удивившись откуда тот взялся, пытался его с себя стряхнуть. Оторвать пиявку было не трудно, но после трех четырех укусов, крови в венах становилось так мало, что начинала кружиться голова. Отравленное ядом тело отказывалось идти, а перед глазами клубились странные сереневые разводы…

–Твою ж зубоскалину…– Выругался Борг, оторвав от себя очередного червя.– Так они из меня все соки вытянут.

–Не ворчи.– Ухмыльнулся Гроз.– Ты здоровый, в тебе крови с ведро… я первым лапки откину. Пятую уже оторвал. Это значит, они, с меня, кружку крови уже выжрали. А во мне их, по общим прикидкам, не больше трех. Чего делать то..? Спасай народ, помираю…

Оглянувшись на эльба оскалился троль. Затем, оторвав присосавший к пояснице комочек, отправил раздутую пиявку себе в рот. С тоской, проследив последний путь ненасытной твари, эльб только развел руками. Что тут скажешь? Дикарь он и есть дикарь. Дитя природы…

–А ты чего ожидал?– Засмеялся Борг.– Тут так – либо ты, либо тебя.

Вздохнув эльб потянулся за фляжкой. Скрутив крышку сделал хороший глоток. Если уж и помирать – то с песней. Солнце в топях светило мало и с утра, надеясь дольше оставаться трезвым, зелья он пока не принимал. В глазах от щедрой дозы эссенции помутилось, на сердце пугающе ухнуло… и вспомнив вдруг,– что крови в нем почти не осталось, эльб сокрушенно качнул головой. "Переборщил…"

–Они же тебя теперь живьем сожрут.– Улыбнулся прим.– И выпивка и закуска в одном эльбе…

–Нам лучше… пусть все на господина Гроза переползут.– подала голос Элина.

–Много вы понимаете…– пожал плечами старик.– А вдруг поможет..?

Заметив на рукаве рубахи новую кровососа, Гроз приподнял руку…

Пиявка, не теряла времени даром. Просверлив в ткани дырочку, скользкий гад коснулся кожи, впрыснул яд и… на глазах наливаясь красным, увеличился чуть ли не в двое. Наполнившись на восьмую часть от своих возможностей, покачнулся, мелко задрожал и вдруг отвалившись от предплечья коротышки, упал в травяной наст…

–А вы говорили…– Улыбнулся старик, сделав из фляжки новый глоток.– Еще пару глотков и они меня, стороной обходить начнут…

–Да ну…– потянул было прим но, заметив, что со старика свалилась очередная пиявка, решил промолчать.

–А можно мне попробывать?– Попросила фляжку Элина.

–А не пожалеешь? Я тебя на загривке тащить не буду…

–Давай тогда уж на мне испробуем.– прервал эльба прим.– Я в этом деле крепче. Надеюсь не упаду…

Пожав плечами Гроз, капнул на палец воина немного зелья.

–Отрава…– проворчал прим, опробовав зелья на вкус.– Как ты ее кружками хлещешь?

–Привычка…

На лету поймав пиявку, и аккуратно посадив ее себе на ладонь, Борг затих в ожидании. Кровосос, как это уже было с пиявкой эльба, прокусил кожу, покраснел и… наконец, почувствовав привкус эссенции, вдруг… отвалился.

–Вот те и на.– Улыбнулся Борг, потирая онемевшую руку.– Работает… Так нас ни одна тварь здесь не сожрет…

42. Глава. Элина

Дело было к полудню…

Смочив губы каплей наркотика. Элина вернула фляжку эльбу. Затем, покосилась на дикаря. Троль был взвинчен. Троль был зол… "Внимание не должно быть нацелено вовне…"– Так кажется говорил он Боргу, еще только день назад.– "Особенно сейчас, когда на кон поставлено так много." И вот теперь, окозавшись на этих болотах, в кои веки, охотник вдруг в разрез с самим собой… В голове Дайнра роились странные мысли. Девушка чувствовала напряжение, и наконец, решившись хоть как-то снять чужую досаду… коснулась души охотника теплой мягкой волной. Троль отмахнулся от нее словно от мухи…

Вельд есть вельд, опасность могла таиться всюду. Оставшись сама по себе, решив воспользоваться старым советом охотника, Элина огляделась. Все то же болото, те же пиявки и комары, то же хмурое солнце в цветных, изляпаных яркими красками, небесах. Все как и прежде но…

О чем-то выругавшись, лязгнул ножнами Борг, запнувшись о кочку, сбавил темп эльб, далеко, у самой кромки болота, тонко и жалобно завыл невидимый зверь, а затем… стало очень, очень тихо…

Соизволив наконец, заметить случившиеся в мире перемены, очнулся от мрачных мыслей Дайнар. Отряд не сговариваясь остановился… Мгновение было спокойно, а затем… Элина почувствовала жуткий ни с чем не сравнимый страх. "Вляпались."– успела подумать девушка, мельком коснувшись души охотника.– "Началось…"

Трава под ногами качнулась, пошла тяжелой волной, и долей мгновения спустя, болото под девушкой вспучилось вязким пузырем. Упав на колени, прошептав заклинание, цетра ушла в тень…

Пузырь тем временем рос. С влажным скрипом натягивая на себя дерн, тянулся к небу. Сначала он был с небольшую кочку, затем превратился в покатый холм и вот, наконец, не сумев выдержать напряжения, подняв на себя, словно спина левиофана, всех членов отряда… раскололся на части. Под ногами стало легко и на мгновение повиснув в воздухе, Элина устремилась вниз. Затем был удар о воду. В глаза брызнула холодная жижа, под девушкой появилась полынья, но сумев ухватиться за скользскую лиану… цетра все же сумела удержать себя на плаву. Вода кишела смертью и помня о словах охотника, Элина потянула себя вверх. Раз, два, еще немного и…

Ничего не вышло.

Сперва был удар по ногам. Затем, кто-то сильный и очень большой, схватив девушку за подол одеяния… рванул ее вниз. Руки, платье, волосы, все устремилось вверх, под нестерпимый ток воды. Разом стало темно. Череп сдавило могучими невидимыми тисками. Девушку тряхнуло из стороны в сторону, вновь потянуло вниз. Пытка длилась и длилась, невидимая тварь все тянула ее в глубины болот. Казалось это может длиться вечно, а затем, под громкий клокочущий звук, девушка вдруг… выпала из воды…

Мгновение свободного полета. Сильный, до хруста в костях, удар о что-то твердое… Тишина. Чувствуя что вновь может дышать девушка открыла глаза. Кругом было темно, словно в самую глухую ночь, но кажется сухо и достаточно крепко.... Определив под ногами каменнь, Элина потянулась к оберегу, и мгновением спустя, вновь стало светло.

Оказывается на этих забытых богом болотах умели строить жилища. Неведомый враг забросил Элину в большой каменный зал. Ни окон, ни дверей только чернильная мгла вокруг… Ощущение словно ее засунули внутрь огромного яца. Пологий потолок, плавно изгибающиеся стены, плоский – с небольшими неровностями пол. В самом центре залы большой – размером с быка – валун…

Раздался знакомый клокочущий звук. Что-то задребезжало сверху и подняв голову, Элина увидела, как гладкая поверхность потолка… пошла вдруг волнами. Вскрикнув от страха, девушка отступила к стене. Прислонилась к темной, словно полированной, поверхности и… едва не провалившись в нее целиком, в испуге рванулась вперед. Странно но… поверхность стены оказалась сделаной не из камня. Вместо гранита что-то подобное мягкой коже… Стены залы тем временем страшно изогнулись. Покатый потолок провис едвали не к самой земле, и вдруг… долгим мгновением спустя, на голову цетры свалилось коротконогое тело эльба.

–Что, за?..– проорал эльб ударившись о камень.– Где я? Ты..?

–Я.– кивнула Элина в ответ.

Раздался клекот. Потолок вновь прогнулся, темнота пошла зелеными пятнами. Потом было громкое рычание и свалившийся сверху Дайнар. Появление прима случилось мгновением после. Снова клекот, волны по потолку, громкий яростный крик…

Некоторое время члены отряда приходили в себя.

–Вот и искупались…– Усмехнулся Борг, разглядев вокруг себя, силуэты цетры, эльба, и охотника.– Все целые?

Элина кивнула, эльб потянулся к фляжке с пойлом, Дайнар оскалил клыки.

–Ну вот и хорошо. Где мы? Ладно. Разберемся по ходу. Ни окон ни дверей, полна горница…– коснувшись стены прим обернулся к Дикарю.– Мягкая…

Хмуро вздохнув, охотник пожал плечами. Затем подошел к валуну. Опустив на него ладонь оскалился.

–Немного осталось.– произнес он, прислушавшись к чему-то внутри камня.– К вечеру или может быть раньше…

–Ты о чем?

–Скоро из яйца вылупится личинка. Крупная очень сильная… Нам с ней не справиться. Это смерть.

–Нрмальным языком можно?– Вскинулся эльб.– Из какого яйца?

–Из этого.– Дикарь указал на валун.– Это яйцо болотного жука. Личинка большая – нам не справиться…

–А стены почему мягкие?

–Это не стены. Это пузырь. Жук натаскал с поверхности воздуха и прицепил его к камням паутиной.

–Пузырь? А если его лопнуть..?

–Попробуй… Это не так просто… пузырь обмазан слизью, слизь склеит разрыв. И до поверхности далеко. Пока всплывем – нас блохи до костей объедят.

–А если личинка не вылупится? Если мы ее сейчас убьем?

–Не выйдет. Стенки яйца не пробить. Они крепче камня…

–Камень камню рознь…– Кивнул воин достав из ножен меч.– Посторонись…

Зачернив лезвие, Борг ударил…

Зашипело… Расколовшись на части, яйцо исторгло из себя поток густой зеленоватой жижи. Воздух тут же наполнился отвратной кислой вонью, защипало глазах, стало трудно дышать…

–Борг, черт возьми…?– Закашлявшись от удушливых испарений завопил эльб.– Ну и вонь…

–Дайнар..?

–Я об этом не знал.– Оскалился троль.– У нас только когти да клыки. Не было тех кто смог повредить яйцо. Ты сделал это первым…

Не договорив охотник оглянулся. Охнув, Элина увидела, как шевельнувшись, сдвинулась в сторону, срубленная часть каменного яйца. Затем раздался скрип несмазанного колеса, и в появившийся просвет… протиснулась желто-розовая, измазанная вязкими хлопьями слизи, клешня. Существо в яйце завозилось, крышка подалась еще выше, затем с сухим щелчком отлетала в сторону, и глазам отряда явилась… крупня немного похожая на скорпиона личинка.

Размазанное, неоформленное уродливое. Похожее на неоконченую восковую поделку – существо, перевалилось через край валуна и… потеряв при этом одну из конечностей, направилось к стене. Истекая зловонной жижей и отваливающимися кусками плоти, мало помалу оказалась у ног цетры…

–Беги дура.– Услышала Элина окрик эльба, попыталась прыгнуть, но запнувшись о подол платья, вдруг оказалась на земле. На шею упало что-то холодное и жгучее, потом послышался хруст… раздался бешеный вопль Дайнара, свист зачарованого клинка, щелчок парализатора… На одно мгновение стало тихо, потом кто-то сильный и большой громко вздохнул, раздался всплеск и… вновь наступила тишина.

–Черт руки ошпарил.– Озадачено произнес прим.– Теперь шкура точно слезет…

Кто-то коснулся плеча и подняв голову Элина увидела глаза дикаря. Тварь мертва, опастность миновала…

–И впрямь здоровый.– проворчал эльб.– Как вы эту тварь убивали?

–Ее нельзя убить.– повторил троль.– Любой кто оказывался в пузыре умирал. Личинка вылуплялась сформировавшийся, у нее был крепкий костяной панцирь и острые клешни. Она пожирала своих жертв, набиралась сил, а после выходила в болото…

–Но кто-то же вам об этом рассказывал.– скривился коротышка, обойдя тварь стороной.– Значит кто-то выжил?

–Никто не выжил.– Оскалился охотник, помогая цетре встать.– Наши старейшины глядели память смерти, рассказывали молодым… Мы знаем, что попасть в пузырь верная смерть.

–Весело.– пробормотал эльб.– И пузырь значит никто не пробил?

–Были воины которые пытались это сделать. Много. Но за всю историю ни у кого это не вышло…

Из-за туши твари появился Борг, оглянувшись вокруг, позвал всех за собой.

–Там – с того края – пол выше чем здесь.– Нехотя пояснил он.– Там сухо и места достаточно. Давайте туда перейдем… Гроз, у тебя бинтов не осталось?

–Сильно обварило?– спросил эльб.– Покажи… Элина где там твой огонек…

Подбежав к воину, Элина заставила амулет светиться в полную силу.

–Хреново.– оглядев обвареную руку воина, причмокнул языком эльб.– Браслет конечно работает, но шкура по любому слезет… Как же ты так умудрился?

–Да рубанул ее со всего маха по хребтине.– скривился Борг.– А там жила какая-то… Ну и брызнуло. Хорошо не в лицо…

–Ясно. Закатывай рукав. Будем шаманить…

Не отступая от прима и эльба и на шаг – так что бы те всегда находились в сиянии артефакта – Элина оглянулась на охотника. Дайнар понуро свесив голову сидел у подвижной стены. Цетра чувствовала его обиду и злость. Удивительно… За последние дни девушка пропиталась им так плотно, что иногда воспринимала его эмоции как свои. Два существа с одной душей. Что случится если одн из них умрет?

44. Глава. Борг.

Кивнув эльбу, подправив узел, Борг бережно уложил ошпареную руку в перевязь.

–Нормально?– спросил Гроз, отхлебнув из фляжки.– Можно обезболить. Спешить нам теперь некуда…

–Давай…

Не став размениваться на капли, Борг сделал из фляжки хороший глоток. Сразу стало легче. Голова закружилась, к глотке подкатил тугой ядовитый ком. Кое-как опустившись на землю прим закрыл глаза.

–Гроз, а что это за порошок? Из которого ты зелье готовишь…

–Плесень у нас в городе одна есть.– Улыбнулся старик.– Из нее и делаем…

–Семян не дашь?

–Дать-то дам… да что толку? В твердыне она не растет. Плесень плесени рознь… Она ведь особая…

–Ясно.– Кивнул Борг.– А света вы почему боитесь?

–Да все потому же.– усмехнулся старик.– Поживи столько лет во мраке, с тобой и не такое станется. Мы ведь когда-то как люди были. А потом под землю зарылись… От драконов спрятались. А когда обратно вышли… оказалось, что поздно… Это пойло.– Гроз указал на фляжку.– Раствор той самой плесени, которая сраслась с нашими костьми. Тот самый паразит который позволяет нам жить так долго. Не опасаться многих ядов, видеть в темноте… Плесень выгорает на свету, а без нее… Мы разваливаемся на части. Эта плесень делает нас теми кто мы есть, она же не выпускает на поверхность… Проклятая благословенная… дрянь…

–Хм.– нахмурился воин покосившись на фляжку старика.– А во мне эта зараза не прорастет?

–Не думаю. Хотя… если шкура на свету волдырями подет… Добро пожаловать в хрустальную гору… Примем тебя с почетом. Станешь у нас певым воином…

–Нет уж. Мне и в твердыне хорошо…

–Господин Борг, а вы любили когда-нибудь?– Словно очнувшись от забыться, спросила цетра.

–А что толку?– Улыбнулся прим.– Семья ведь нам не положена. Молитвы, пост, служба. Совсем как у вас…

–В твердыне много одиноких…– вздохнула девушка.– В нашем монастыре почти пятьсот женщин. Они словно мертвые. Мне было плохо в Твердыне… Вы знаете, наша настоятельница она… была странной. Наверное храм сделал ее такой… Душа не должна голодать. Если ей не достает любви она черствеет… человек становится чудовищем. Иногда мне кажется, что город населен безумцами. Город кишит ими… но почему-то до этого никому нет дела.

–Почему никому нет дела? А матриархат?

–Матриархат? Но если он все видит – то почему ничего не желает изменить?

–А зачем ему что-то менять? Ему это удобно…– Вздохнул Борг.– Этой системе уже не один год… Вся мощь твердыни держится на живых мертвецах, на безумцах. Кому нужен счастливый человек? Такой не станет собой жертвовать. Зачем лишать себя жизни если все хорошо? А с такими как я или ты, можно вершить историю…

–Борг, а вы не хотели… это изменить?

–Изменить? А как? И главное зачем? Человек, он ведь такой… Окианы крови, тысячи убитых, временное раскаяние… и вновь окианы крови. Мы не умеем усваивать, а значит… сиди и терпи. Это Константин все выдумал. Ограниченный ресурс, процветание народа, внешняя агрессивная среда. Помним, верим, жертвуем… Система ломает нас под себя, но она же сдерживает ту мерзость, что живет в каждом из нас. Да, система не способна вытравить из нас грех… вместе с грехом она убивает и ростки доброго… она обезличивает и превращает жизнь… в унылое серое дерьмо, но она же дает возможность жить. Жить… а большего и не нужно.

–Бедный Борг.– Вздохнул эльб.– Такой еще в общем-то молодой, но уже такой отчаявшийся. Ни желаний, ни терзаний, ни жажды большего…

–А что тебя не устраивает?– Нахмурился Борг.– Расскажи, если такой умный, как жить нужно.

–А зачем? Ты же фанатик…

Скрипнув зубами, воин в прищур уставился на коротышку. Пару мгновений воздух звинел от гнятущей тишины. Наконец, сплюнув себе под ноги, Борг разжал кулаки. Шуми не шуми, а что толку? С эльбом спорить, что головой о стену стучать. К черту его…

Разговор не клеился. Тянулось время. Рсплескавшаяся из яйца жижа, постепенно перестав дымиться и испускать зловонные пары, затвердела в прочную стекловидную массу. Стало легче дышать. Отчего-то, может по тому, что привыкли глаза, стало светлее, и уже можно было различать лица друг друга без оглядки на амулет Элины.

Шевельнувшись открыл глаза троль. Встал. Прошелся по сухой части каменного пола. Осторожно ступил на подсохшую слизь. Склонился над тушей зверя…

Зная, что лишним движением может спугнуть удачу, Борг затаился, и из под прикрытых век, стал наблюдать за действиями дикаря. Дайнар, тем временем, долго что-то высматривал, комьях дохлой твари, а после… схватившись за одну из толстых конечностей, потянул на себя. Конечность оторвалась лего и просто. Булькнув чем-то внутри, отвалилась от панциря. Вооружившись клешней словно дубиной, троль примерился к стене.

–Думаешь пропороть ее когтем?– спросил Гроз.– Ну-ну… Не знаю как ты, а я в ядовитой грязи плавать не умею.

Словно не заметив слов коротышки, троль ударил суставчатой конечностью по стене. Костяной изогнутый нарост глубоко вошел в мембрану раздался треск и… в образовавшуюся дыру хлынула вода. Еще гуще завоняло гнилью. Вскочив на ноги все в панике уставились на место разрыва… но так и не дождавшись схлопывания пузыря бросились на помощь охотнику. Осознав свою оплошность, Дайнар, пытался исправить ситуацию, стягивая голыми руками края дыры…

Сперва ничего не получалось. Наконец, с большим трудом, пропихнув в разрыв походный мешок Элины (использовав его в качестве наружной заплаты) удалось убавить поток. Остальную часть работы выполнил сам пузырь. Упругая мембрана, больше не испытывая на себе давления извне, при небольшой помощи троля и коротышки, самостоятельно стала стягиваться к центру отверстия, и довольно скоро от проклятой дыры не осталось и следа. Вновь стало тихо…

–А я предупреждал.– не преминул напомнить о своих словах старик.– Наперед вам молодым салагам урок как моих советов не слушать. Нам если выбираться то только вместе с самим пузырем и… и у меня кажется появилась идейка, что нам может в этом помочь.

45. Глава. Дайнар.

Стряхнув с себя комья грязи, Дайнар посмотрел на коротышку. Эльб преобразился. Превратился из старого брюзги в добряка. Лицо его озаряла улыбка, старик светился самодовольством.

–Чего удумал?– Спросил у эльба прим.

Подмигнув воину, Гроз указал немного в сторону от себя, куда-то к основанию упругой стены. Не заприметив ничего особого, решив, что старик совсем тронулся умом, Дайнар хмуро оскалил клыки.

–Ну.– Переступил с ноги на ногу эльб.– Или у вас глаза повылазили?

Понурив плечи, Гроз подошле к стене, и ни говоря больше ни слова, присел над небольшим потеком подсохшей жижи. Основная масса субстанции расплескалась вокруг "яйца", вдали от мембраны, и только здесь, врезалась в основание стены тонкой острой иглой.

–Показываю для не особо одаренных.– Вздохнул коротышка, вдоволь налюбовавшись потеком у края мембраны.– Пузырь приклеен к камню правильным кругом, и только здесь.– Эльб указал на полоску.– Почему-то стена продавлена немного вовнутрь. Наверняка причиной тому… стала вот эта самая пакость, а значит…

–Мы можем оторвать с помощью крови личинки пузырь от земли.– Улыбнулась цетра.– Господин Борг, Дайнар…

–Точно.– Улыбнулся Гроз.– Потталкивая под стену подсохшие чешуйки жижи, мы станем стягивать края пузыря к центру, затем, заткнем получившееся под ногами отверстие так же – как это сделали с первой дырой. Ну, а после… будем надеяться на то, что пузырь, рано или поздно, всплывет. Проверим..?

Отодрав кусочек стекловидной массы от тела чудовищной личинки, Гроз подложил его под стену, и слегка придавив пальцем, стал ожидать результата. Ничего не случилось… Скривившись от досады, старик, решил уже было признать свое поражение, как вдруг… мембрана, словно по маслу, скользнула по камню на четверть пяди вглубь пузыря.

–Работает.– Словно не веря своим глязам, взмахнула руками цетра.– Работает…

–И что же мы тогда ждем?– Кряккнул эльб, протянув руку за следующей чешуйкой подсохшей жижи. Или вам здесь понравилось. Поторапливайтесь – на том свете отоспаться успеете.

Работа закипела… Не прошло и четверти часа, а поверхность открытого камня оказалась уменьшенной почти втрое. Особых сложностей не было. Немного мешала туша твари, да натекшая с дыры вода. Общими усилиями мертвое чудовище переместили к центру пузыря и после недолгой возни… засунули обратно в яйцо. Похожим образом поступили с излишком влаги. Здесь пригодился походный котелок, и драные штаны эльба. Далее дотянуть края пузыря до каменного яйца оставалось делом времени. Наконец, вернув крышку валуна на место, члены отряда стали ожидать, чем закончиться затеянное ими предприятие.

–Натягивает…– Улыбнулся эльб, наблюдая, как мембрана наползает на стенки, измазанного жижей, каменного яйца.– Скоро уже стоять негде будет…

–Не сглазь.– Потрепал его по плечу Борг.– Хотя удачно…

Края стены поднялась до верхушки каменного яйца, и почувствовав небольшой толчок с низу, Дайнар, затаив дыхание, стал наблюдать, как влажная масса стены постепенно скрывает под собой последние пяди гранитной тверди.

Места на камне почти не осталось, и эльб, как самый наглый из всех, первым вызвался испытать на себе твердость стенок пузыря. Уперевшись коленями в пружинящую поверхность, старик отполз от камня и, развалившись наконец на мембране, с хитрой ухмылкой покосился вниз.

–Как будто держит. Давайте ко мне, по одному…

В след за стариком, полезла цетра, потом наступила очередь прима и наконец, когда под ногами остался совсем небольшой каменный осторовок, на мембрану ступил Дайнар. Пару мгновений… камень еще был виден… затем отверстие истончилось до игольного ушка и наконец, исчезло совсем.

–Ну вот и все.– Разлегся на мягкой стене Гроз.– Даже дырку затыкать не пришлось. Теперь ждем…

Потянулось время…

–А ты не думаешь – что нас может что-то держать?– устав от молчания, спросил Борг.

В пузыре было по прежнему темно, никакого ощущения движения. Если гнездо болотного жука было приклеено к камням паутиной, то о спасении можно было забыть. Сглотнув горькую слюну, троль покосился на старика…

–Не думаю.– отозвался эльб.– Я вообще ни о чем не думаю. Я жду…

Раздался негромкий шелест… словно по поверхности пузыря провели огромным ершиком. Пузырь вдруг задрожал, затрясся и вдруг его рвануло вбок…

–Что такое?– напрягся прим.

–Сейчас узнаешь.– ухмыльнулся охотник.– Судя по всему пузырь и врпямь оторвался от дна и поднялся в средние воды болота. Здесь обитает гидра. Кажется она решила опробывать нас на зубок…

Что-то сдавило пузырь серху и снизу. Послышалась гулкая давящая вибрация. Пузырь вновь дернуло, но теперь уже вниз и вверх…

–Точно гидра.– Кивнул Дайнар.– Ее привлек запах личинки. Мы ведь оставили ее там, внизу… Затем она услышала Борга… и решила напасть на пузырь…

–Приятного аппетита.– Прохрипел эльб.– Опять нас сожрали…

–Пузырь пока держит.– Крикнул Борг, вынырнув из мрака, после того – как Элина вновь засветила свой оберег.– Как теперь отсюда выбраться? Дайнар, – что посоветовать можешь? Как ваши ребята от похожих случаев спасались?

–Гидра большая и глупая. Наверное мы застряли у нее в глотке… Если попадем в желудок… Там острые наросты, как зубы, ими она перетрет пузырь, и…

–Ясно.– Кивнул Борг.– А что если нам немножко…– Достав меч прим затемнил клинок и вдруг, без особых церемоний, полоснул им по ребристой поверхности стены. Легко погрузившись в мембрану, лезвие меча повредило под ней что-то живое и хрупкое… Стена содрогнулась, но… осталась цела. Слизь из которой был создан пузырь, мгновенно склеила оставленный клинком воина порез. Все насторожились, а прим, чувствуя, что оказался на верном пути, тут же нанес еще пару глубоких резаных ударов.

–Так ее. Режь.– Завопил эльб.– Что б ей мало не показалось.

–Ага!– ухмыльнулся Борг, с трудом удерживаясь на ногах, без устали кромсая дрожащую пульсирующую стену.– Как тебе угощение… не слишком остро?

Очередной толчок сбил всех с ног, стенки пузыря сплющились и задрожали с боков. В гулкой тиши стали хорошо различимы: равномерное уханье чего-то огромного и могучего, громкие скрипы, шорохи… Затем стало свободней… и ударом сердца спустя, капсула с живым содержимым внутри, рванулась во вне…

Просветлело. Чудно, но вырвавшись из болотных глубин стенки мембраны оказались совершенно прозрачны. Странное подобие огромного мыльного пузыря. Невероятно большого, очень кропкого, кристально прозрачного… мыльного пузыря…

Над головой разлилась синь, и скрытое фиолетовой дымкой небо… Далеко под ногами, темная клякса болот… ударившись о стенки мемдраны испуганно вскрикнула какая-то птица… чудеса…

–Кажись летим.– Чертыхнулся, прижавшись лицом к мембране, старик.– Эко нас плюнули…

Мгновение невесомости, оглушительный крик Элины и… стремительно приближающаяся откуда-то сбоку громадное черное пятно… Удар о землю оказался чуть менее сильным чем ожида троль. Мир вновь завертелся в бешеной круговерти… Мельтешение: зеленого, пестрого, красного, толчки, удары, рывки, тряска… вновь рывки, вновь тряска… зеленое, красное, красное… Наверное пузырь катился вниз по какому-то крутому, не имевшему конца и краю склону, и все ни как не мог остановиться… Удары, тряска, ругань… вопли цетры, еще удары и еще вопли и так до тех пор, пока, наконец… не наступила долгожданная, спасительная тишина… Застряв в верхушках старых каньяр… пузырь перевалился через громадный сук и под дружный хруст веток… наконец, замер в неподвижности.

Встряхнув тяжелой головой, троль осмотрелся.

–Ух.– Донеслось откуда-то снизу.– Полетали… Да слезь ты с меня… мясо зеленое… Где мы?

–Красный лес.– Рыкнул троль, выпустив из под себя старика.– Гидра швырнула нас к краю болот…

–Хоть не в обратном направлении?

–Нет. Мы там где нужно. Отсюда до гор тумана один день…

–А… слышал Борг? Как тебе новости?

–Нормально. Это сколько же мы пролетели?

–Лиг десять.– пожал плечами Дайнар.

Удивленно хмыкнув, эльб, сквозь стенки пузыря, уставился на вершину соседнего холма.– Бывает же…

Оборвав коротышку вскрикнула цетра. Смешно переступая длинными ногами, отпрыгнув в сторону прим…

Чувствуя неладное, Дайнар глянул вниз и…

Мелькнув серой кляксой, снаружи пузыря, появилась… и исчезла, чья-то безобразная оскаленная. Приглядевшись, Дайнар признал в троле… чужака. Чувствуя, как в душе закипает ярость, охотник с глухим рыком обнажил, готовые пролить свежую кровь, клыки.

46. Глава. Гроз.

–Твои друзья?– спросил Гроз у охотника.– А я уж решил, что кроме тебя, на плато тролей нет.

Ничего не ответив эльбу, дикарь склонился к морде явившегося из листвы чужака. Тот, в свою очередь, увидев Дайнара, зарычал, и раздув широкие ноздри, вызывающие потряс костяным топором… Дайнару это не понравилось. Под громкий рев, он со всего маха вдарил пяткой по мембране, целясь точнехонько в лоб чужака… Отшатнувшись после удара, закатив глаза, дикарь взмахнул руками, и парой мгновений спустя, сорвался с дерева в низ. Раздался треск ломаемых сучьев, громкий шелест листвы, глухой удар о землю и наконец, злобный, многократно усиленный десятком могичих глоток, вопль…

–О, да их там много.– опустившись на колени, улыбнулся старик.– С оружием все… Дайнар, а это кто?

–Враги.– Оскалился троль.– Чужаки… Порченные… с той стороны хребта… Кочевники с кислых болот…

Хмыкнув, Гроз переглянулся с Боргом. Затем вновь посмотрел вниз. Прикончив раненного товарища ударом камня, троли кочевники, понемногу собирались вокруг дерева. Вид у ребят был довольно лихой, и нервно передернув плечами, Гроз, сам того не замечая, опустил ладонь на керамическую трубку парализатора. По гутаперчивой поверхности пузыря, тем временем, стукнулось прилитевшее откуда-то снизу тяжелое костяное копье… так и не сумев пробить мембраны, отскочило к земле. Вслед за первым копьем последовало второе, затем третье и четвертое… Частым градом о поверхность пузыря застучали костяные стрелы… Пара особо рьяных дикарей взобрались на дерево, и спустившись по сучьям ближе к сфере, попытались пробить ее обманчиво хрупкую поверхность своими костяными топориками.

–А разве в вельде нет закона четверых?– нахмурился эльб.– А если дракон рядом? Борг… поубавь их…

Уговаривать прима не пришлось. Выхватив меч, Борг ударил черным лезвием по гутаперчивой стене. Мембрана… вновь осталась целой, а вот прильнувший к ней чужак нет… Раздался вопль и вниз, ломая ветки, сорвалось три обезглавленных тела. В рядах противника, на мгновение, воцарился переполох…

Глянув на воина, эльб улыбнулся. Если пузырь продержится достаточно долго, они смогут дождаться темноты, а затем… Раздался оглушительный хлопок и вдруг потеряв опору под ногами, коротышка, так и не успев толком ничего понять… устремился к земле. Шум ветра в ушах, острые шлепки по ногам и рукам, липкая влажная зелень, и наконец… жесткий удар о землю…

Чертыхнувшись Гроз открыл глаза. Справа… истекая кровавой пеной, скалилось жуткое, рассеченное надвое лицо. Кажется, один из убитых примом дикарей… Эльб упал мертвецу на грудь и это немного смягчило удар. Теперь, по обе стороны от коротышки, высились горячие, исходящие паром, внутренности. Тело дикаря лопнуло словно большая перрезрелая дыня. Понемногу разобравшись что к чему, эльб выхватил из-за пояса парализатор, затем попытался встать. Локоть правой руки уткнулся в ребра чужака, запахло кровью…

Мелькнула черная тень, за спиной обозначилось движение, и страшась не успеть, эльб посла себе за плечо целую россыпь трескучих молний. Очередной выстрел достиг цели. Кто-то вскрикнул и ударом сердца спустя, запнувшись за собственные ноги, тяжело повалился в сырую листву. Оглянувшись старик уидел обездвиженного дикаря. Первая победа была за ним, но бой еще продолжался.

Слева и справа слышались звуки схватки. Громкие вопли дикарей и тонкий протяжный свист клинка… сыпалась листва… на голову, откуда-то свеврху, горячим дождем падали мелкие капельки крови.

Какое-то время Гроз бил по всему, что не держало в руках зачарованного клинка, затем, когда врага стало чуть меньше, стал вести острел чуть осмотрительней. Зеленые голые ноги, шевелящеся ветки, звуки шагов… Дикари не ведали страха. Обезумев от ярости они слепо шли вперед там, где нужно было отступить. Их было много но бывает перевес в числе не значит ничего. Наконец, после очередной атаки Борга, оборвался последний крик… Притих встревоженный смертями, вельд…

–Сколько у тебя?– отряхнулся от крови эльб, оглянувшись на подошедшего со спины прима.

–Двеннадцать. Дайнар четырех завалил, ты шестерых… Элина… дурная девка, двоих…

–Две дюжины? Их по-моему больше было.

–Двое ушли… Они в стороне стояли. Даже не пытались своим помочь.

–Предлагаешь драпать? Я не против… Как там наша влюбленная парочка?

Поддерживая цетру за руку, словно того и ждал, на полянку вышел измазанный свежей кровью дикарь. Заметив насмешливые взгляды воина и эльба, девушка попыталась освободиться от крепкой хватки дикаря.

–Как себя чувствуешь?– Улыбнулся Борг.– После первой крови…

–Я не… Спосибо господин Борг.– Смутилась от похвалы цетра.– Они просто к Дайнару подбирались, со спины… Вот я и…

–Молодец. Но осторожней. Хоть драконов и не видно, щитом рисковать нельзя. Атакуй только в крайнем случае… Со здоровьем как, не поранилась?

–Нет. Нога, вот, только, но это еще при падении. Со мной все хорошо. Ничего страшного.

–Ты?– обернулся к тролю Борг. Дайнар кивком показал, что чувствует себя вполне сносно.– Ну тогда хватит языками чесать. Пора уходить… Показывай.

Троль на мгновение замер, словно принимая сложное решение, но после, бросив нервный взгляд на Элину, вышел вперед.

Бежали молча, вслушиваясь в голоса вельда. Темп был не очень высок (наверно дикарь ровнялся на силу цетры) и Гроз не спешил его за это винить. Шло время. Понемногу на вельд надвинулись ядовитые сумерки. Затем, тревожная холодная тьма. Воздух пропитался липким туманом. От густой листвы, по обоим сторонам от тропы, стали слышны: частое голодное тявканье и визг. Люди стали чаще запинаться о торчащие из земли коряги и камни. Наконец троль остановил отряд…

–Ночевать будем здесь.– Произнес охотник, указав когтистой лапой на высокое, обхватом в сотню локтей, древо.– Это веньяза. Нам повезло… Его ветви скроют нас от лесных тварей.

–Я что на белку похож?– взгялнув на широченный ствол, взвился Гроз.– Какого черта? Тебе что земли мало?

–Если хочешь, оставайся здесь. Чужаки отстали но, за нами идет выводок каменных лис. Они молодые и глупые, им понравится играть со старым жестким эльбом…

Не говоря больше ни слова, троль, с проворством кошки, взобрался на гладкий ствол. Утвердившись на нижнем суку, протянул руку Элине. Мновение и вот, легкая словно невесомая фигурка цетры, оказалась на суку рядом с охотником. Вновь свесившись с ветки троль, протянул руку Боргу.

–Теперь меня.– Отпихнув прима в сторону, проскрипел эльб.– Он меня приподнимет, а ты… Видишь у меня роста не хватает…? Не хочу я с твоими лисами играть…

Ели в кромешной темноте. Кое-как рассевшись на жестких подвижных сучьях. На пост решили ни кого не ставить, что в этом толку, если и собственных пальцев не разглядеть? Оставлось только слушать холодную пустоту и надеяться встретить рассвет живыми. Потянулись долгие однообразные часы…

"Ты устал…"– проснувшись легким шепотом зазвучал в сознании эльба вкрадчивый голос Сошар.– "Мы чувствуем… ты на пределе… Осталось немного… С рассветом… когда снова начнется бег… драка за жизнь… ты сломаешься…

"Отстань."– Плотнее запахнувшись в драную куртку, Гроз попытался отогнать от себя голос чужака.

"Ты не выдержишь."– упрямо повторил Сошар.– "Твое сердце… мы слышим его стон… ты стар… твое сердце как тряпка. Ты на грани… еще немного и оно умрет… Это страшит… Мы жили вечность… С тобой исчезнем и мы…

"Раньше нужно было думать…"– Скривился старик, понимая, что голос в голове… прав.

"У нас есть предложение…"– вкрадчиво зашелестел Сошар.– "Мы не думали, что ты примешь его раньше, но теперь… Если ты согласишься… мы перейдем… из твоего сосуда… в другой…"

"И в чем подвох?"

"Это сложно… Мы неразделимы с тобой… теперь… Ты отправишься с нами… Оставив прежний сосуд… В новое тело… Ты станешь молодым… опять… Уйдет боль… свет станет другом… Это мечта… Твоя мечта… Ходить по земле… не бояться небесных огней… Мы похожи… мечтой…"

"Предлагаешь потерять свободу. Стать частью тебя? Одним из голосов?– улыбнулся Эльб.– "Это не по мне…"

"Не спеши отказываться…– Волнуясь все больше, заглушил все сторонние звуки Сошар.– "Мы понимаем… Видим твою гордость… твой страх… но это… шанс… Ты не исчезнешь… Ты вольешься в общность… Теперь ты никогда не будешь один… Думай… Смерть против гордости… Жизнь должна победить…"

Усилием воли Гроз загнал голос так глубоко, как только смог. Мысли прояснились. В мир вновь вернулись: шелет листвы, скрип ветвей, едва различимое шевеление жизни в морщинистой жесткой коре… Открыв глаза, эльб усмехнулся. Как ни крути, а Сошар прав… Еще немного, день – два и его сердце затихнет навсегда. В конце концов, ни смотря ни на что, он самый обычный… человек. Скоро суровая гспожа придет и к нему… В шаге от очередного свершения… На пороге чего-то нового. Не дав завершить начатого…

–Проклятый демон.– Прошептал старик, отхлебнув очередную порцию зелья, силясь унять пылающий в груди огонь.– И надо ему было. Если бы не он… Так бы и полз…

–Что?– услышав эльба встрепенулся прим.– Опять не спишь?

–Угу…– Скривился эльб.– Слушай Борг. А ты бы пожертвовал ради меня жизнью?

–Не знаю… Если ситуация потребует. А что тебе с этого?

–Не обращай внимания. Наверное устал… Тяжко мне что-то Борг. Могу не дотянуть… Вот думы глупые в голову и лезут.

–Конкретней.

–Старый я Борг, а здесь все эти падения… Кости-то крепкие, а вот сердце… Надорвалось там что-то за последние пару дней. В общем, попросить я тебя хочу… если со мной совсем плохо станет… то ты это… уходи просто. А я уж сам как-нибудь…

Немного подумав, прим кивнул головой.

Стало тихо. Отвернувшись от воина, Гроз уставился в корявую поверхность ствола. Сердце вновь кольнуло и зашедшись в нервном удушливом спазме, стало вновь похоже на маленькую испуганную птицу. Дождавшись когда станет чуть легче, коротышка занемевшими пальцами скрутил крыжку и сделал очередной глоток зелья. Почувствовав на губах вкус эссенции крепче сцепил зубы. Чем дольше будет длиться его боль, тем дальше он сумеет пройти…– "Пожелаю-ка я себе трудной смерти…"

47. Глава. Элина.

Ночь кончилась быстрее чем хотелось… Глубоко вздохнув, Элина открыла глаза. Туман налился белым, скоро станет совсем светло. Свыкаясь с утренней свежестью, цетра сжалась в плотный комочек. Стало теплее…

Рядом шевельнулся троль. Глаза охотника закрыты, но Элина знала, он не спит. Дайнар охранял отряд всю ночь, прислушивался к звукам леса, рычанием отгонял мелких назойливых хищников… пару раз спускался к самой земле. Тревога охотника не улеглась, но стала более внятной – чуть более разрешимой. После вчерашней схватки все встало на свои места. Троль видел врага в лицо, чувствовал на своих губах его кровь, знал его запах… Теперь, Дайнар должен был принять решение. Наконец, сказать да или нет. Ждать ответа осталось недолго…

Чуть слышно вздохнув, Элина покосилась на Борга, затем на старика… В отличие от прима, эльб выглядел плохо… Лицо коротышки оплыло. Превратилось за ночь в бесцветную восковую маску. Скулы и нос старика заострились, щеки обвисли, огромные влажные глаза, запав в глазницы, утратили блеск. Заметив взгляд девушки, эльб улыбнулся, поморщился и… привалившись спиной к древесному стволу, отвернулся.

–Господин Гроз, как вы себя чувствуете? Вам плохо?

–Что?– скривился старик.– А, ты об этом?– Эльб убрал руку от груди.– Старые раны… Не волнуйся.

–Старые раны нужно беречь…– Произнес Борг.– Давай мешок.

–Зачем?

–Дайнар говорит, что уже к вечеру будем у гор тумана. Все лишнее оставим здесь… Остальное сгрузим в одну сумку. Пойдешь на легке…

Мало помалу спустились с дерева…

Продолжили прерванный недолгим отдыхом путь. Троль вел, отряд следовал за ним попятам. Какое-то время было спокойно…

Наконец, дикарь остановился. Прислушавшись к внутреннему состоянию охотника, Элина неуверено оглянулась на Борга. Троль был озадачен, троль готовился к худшему, на отряд надвигалась беда…

–Дайнар?

Покосившись на прима, троль оскалил клыки. Собравшись мыслями, пожал плечами…:

–Не знаю… Вельд затих. Я такого не помню. Это плохо… Я не знаю того, кото смог бы напугать целый лес.

–А те троли, что напали на нас вчера?– спросил эльб.– Ты говорил, что они здесь чужаки.

–Да.– кивнул Дайнар.– Но только если их много… очень.

Принюхавшись к стылому воздуху, Дайнар вновь вернулся на тропу. Заняв свое место в цепочке, Элина увязалась за эльбом. Впереди, сквозь громдье нависшей над отрядом листвы, белесыми громадами мелькнули пики горных вершин…

––

До самого полудня шли обычным темпом. Жара, грязь, пот… чавканье сырой травы под ногами, созерцание лысой макушки эльба, мелкая мошкара… Вдруг лес кончился. Отряд вышел на широкую, почти голую от травы, поляну. Опасаясь худшего, цетра потянулась к клинкам. Оглянулась на душу дикаря…

Троль был напряжен. Дайнар был раздосадован, жаждал крови… Что-то в глубине поляны, какой-то образ, причинял ему боль.

Легкий порыв ветра принес с собой сладковатый запах гнили. Наверное здесь убили какое-то большое животное. Слышалось жужжание мух… Липкий воздух гудел от их невидимого присутствия. Передернув плечами девушка вновь покосилась на дикаря…

Оскалив клыки, охотник сделал шаг вперед. Несколько мгновений шли в тишине. Жужжание становилось все громче. От высокой травы, то и дело, поднимались невесомые черные облачка… встревоженные группой насекомые. Тысячи и тысячи мух. Смрад гнилого мяса становился все ярче. Наконец, споткнувшись о какую-то неровность, Элина угодила ногой… Сначала она решила, что это муравейник. Влажная, рыхлая субстанция легко распалась под ее ступней на части, открыв под собой… множество подвижных частиц. От вони стало трудно дышать. Выдернув наконец ногу из шевелящегося месива, девушка поняла, – это чей-то труп. Лопнувший на солнцепеке, густо усеяный опарышами, истекающий розоватой жижей… мертвец. Приглядевшись, Элина увидела голую кожу, скрюченные, почти человечьи руки и…

–Проклятье… ребенок…– заслонив собой мертвеца от глаз цетры, произнес Гроз.– А вон женщина… и еще один ребенок… Это что, деревня?

Оглянувшись на мертвое тело, так и не ответив на вопрос коротышки, троль молча побрел к центру поляны. Стало еще тише… Только однобокое, глухое жужжанье со всех сторон. Чуя тяжелую тоску на сердце, девушка шагнула к дикарю…

–Куда вас понесло?– одернул Элину эльб.– Там же одни трупы.

–Это стойбище…– Оглянулась цетра.– Дом… Здесь были все… Мать… братья… они мертвы…

–Не было забот.– прохрипел старик.– Ладно… Зови его обратно…

–Но…– потупилась Элина.– Он ведь…

–Зови, зови… Он не маленький. Переживет как-нибудь…

Подчинившись воле коротышки, Элина послала охотнику мысленный приказ.

Взрогнув телом, дикарь хмуро оглянулся назад. Сплюнув на землю, остался на месте…

–Он… он не хочет…

–Ну что-ж… бывает.– Вздохнул прим, опустив ладонь на плечо старика.– Не спеши…

Осторожно обходя трупы, Борг пошли к тролю.

Мало-помалу, члены отряда собрались вокруг дикаря. Присев на корточки Дайнар вглядывался в лицо очердного мертвого троля… Наверное, при жизни, это был рослый старик. Серая морщинистая кожа покрыта татуировкой, на предплечьях и плечах старого охотника грубые костяные браслеты, в руках сухая лоза…

–Враги идут по пятам, ты обещал вывести нас к горам тумана к закату.– Помолчав немного, сказал прим.– Не время оплакивать мертвых…

Вздохнув, охотник оглянулся на воина. Поднялся с колен.

–Это стойбище моего рода. Память мертвого, что я взял себе у края болот, не желает исчезнуть. Она источила меня словно червь… Чужаки изгнали мое племя. Они убили старейшину. Они осквернили вельд… Они… должны ответить…

–Не спорю.– согласился Борг.– Но… Дайнар ты должен довести нас до гор тумана…

Обнажив клыки, троль глухо зарычал.

–К черту.– произнес он делая шаг назад.– Вы сделали меня своим рабом. Мне надоело… Хватит. Теперь я займусь тем, для чего был рожден…

–Не забывай, что ты в моих руках…-Обнажил ржавые зубы эльб.– Если я захочу, ты не сделаешь и шага…

–Тогда убей меня здесь и сейчас.– Скривился охотник.– Я устал от ваших угроз… Борг, я ухожу. Тебя, вас всех, ждет боль и смерть, но сейчас я должен помочь тому… что осталось от народа.

–Не дури Дайнар.– оттеснив старика, улыбнулся прим.– Я не знаю, что здесь творится но… в одиночку тебе их не одолеть. Ты сказал, что чужаки смогли напугать вельд… Их много. Помоги нам, а после мы поможем тебе.

–Что мне ваша помощь, если вы, не можете помочь даже себе?

–Дайнар.– решилась вмешаться Элина.– Стой… Мы пройдем огненную стену и разбудим Константина. Может быть он выслушает и тебя… Ты знаешь, его силу. У него есть зеркало драконов. Он поможет… Если он узнает, что в его владения вторглись чужаки… он…

Пытаясь осмыслить сказанное, троль нахмурил лоб.

–Дайнар не уходи. Тебе есть за что нас ненавидеть, я вижу в твоей душе обиду, но так получилось, что мы… стали с тобой одним целым. Я… и ты. Я не знаю что может случится если кто-то из нас умрет… Не оставляй нас. Ты же знаешь… Пойдем вместе к великому магу… Я обещаю – все будет хорошо.

–На счет Константина она верно говорит.– поддержал девушку эльб.– Великий маг не потерпит чужаков. Помоги нам и так ты поможешь себе.

Склонив голову, дикарь на долго замолчал.

–Хорошо.– кивнул он наконец,.– Я иду с вами. Уже недолго. Я провожу вас до врат и буду говорить со старым демоном… Затем я уйду…

Оскалив клыки троль обернулся. Негромко, по звериному зарычал. На фоне леса, за спиной коротышки, обозначилось едва заметное шевеление.

–Доболтались.– поморщился Борг, проследив за взглядом охотника.– Теперь просто не отделаемся. Уходим…

Взметнувшись к небу темной полоской, обозначилась пущенная из лука стрела. Послышались крики. Легко уклонившись от оперенного древка, троль рванулся к ближайшим кустам. Элина бросилась следом за ним. Догнав охотника у поваленного дерева, краем глаза заметила силуэт Борга… Кто-то шумный и большой навалился на Дайнара справа. Может быть дикий зверь, может быть поджидавший в засаде чужак. Охотник расправился с тварью одним ударом. Снова бег. Заросли каких-то липких, желто-зеленых кустов и снова бег. Следуя за ментальным поводком, Элина свернула за какой-то валун и чувствуя… что бежать больше не нужно, без сил свалилась в жесткую траву. Троль и прим уже были здесь, спустя некоторое время, из кустов, к основанию камня, вывалился эльб.

–Теперь они от нас не отстанут.– Рыкнул троль.– Мы оставляем след, а они близко. Они гонят нас как стая шок-лон накари. Режут углы… Здесь ущелье. Впереди горы. В конце концов, нам придется принять бой…

–Драться здесь?– Спросил воин опустив ладонь на рукоять меча.

–Нет… Их слишком много. Я чую… знаю, целые сотни. Они сомнут нас… Скоро начнутся отроги, а за ними скальный лабиринт. Кочевники чужаки здесь, а я знаю путь… Нам нужно туда.

–Скальный лабиринт?– Хватая ртом воздух, просипел эльб.

–Да. Уже скоро. Там опасно… но опасно всем. Сколько бы их не было, крыланы заберут всех. Но мы можем уцелеть…

–Тогда решено.– Кивнул Борг.– Веди…

–Погоди Борг.– Возглас коротышки заставил всех остаться на своих местах.

Старик выглядел плохо… Бег отнял у него остатки сил. Эльбу отчаянно не хватало воздуха. Очередная попытка встать кончилась неудачей и теперь… вновь повалившись в траву, старик пускал синими губами кровавые пузыри.

–Господин Гроз вы…

Открыв глаза и заметив над собой лицо Элины, Гроз кивком указал куда-то вниз. Без слов догадавшись что нужно эльбу, цетра отцепила от его ремня фляжку. Поднесла металлическое горлышко к губам старика.

–Что, совсем плохо?– присел рядом Борг.

Коротышка кивнул.

–Идите.– прохрипел он, убирая от себя руки цетры.– Я тут… Если что задержу…

–Не глупи. Я своих не бросаю. Сначала помри, а потом… Элина помоги.

Не обращая внимания на ругань эльба, воин схватил коротышку за шиворот. Не церемонясь, словно мешок, закинул себе на плечо.

Где-то далеко позади раздался треск ломаемых веток, дикий вопль, рычание и вновь тишина. Враги вновь были на растоянии броска копья. Нужно было спешить…

48. Глава. Борг.

Тащить на себе коротышку, уворачиваясь при этом от стрел и дротиков, было тяжело… железные кости, тяжелый рюкзак… Неудивительно, что когда, Дайнар наконец, завел отряд в давно обещанные им пещеры, Борг едва держался на ногах. Сбросив с себя эльба, прим размял плечи… Затем, кое-как выровнив сбитое бегом дыхание, встал у входа. В гранитную твердь, с глухими щелчками, вонзился с десяток костяных стрел. Послышалось сиплое дыханье и топот. Затем, в тесный скалистый проход попытался пробраться чужак. Встретив здоровяка острием клинка, воин вновь скрылся за камнями. За первым в пещеру сунулся второй, а затем и третий, дикарь… Пользуясь удачным положением, прим рубил кочевников в куски. Под ногами росла груда мертвых тел. Мало-помалу напор тролей иссяк, пришло время долгожданной передышки…

–Упорные…– Оскалился воин, осторожно выглянув из пещерки в вельд.– Я думал что так и будут лезть. Но ничего… Вход тесный. С моим клинком здесь хоть месяц стой…

Подмигнув Дайнару, Борг оглянулся на эльба.

–Как он.– Спросил воин, у послушницы.

–Я не знаю Господин Борг.– Присела над эльбом Элина.– Но… он кажется не дышит…

–Проклятье. Добегался… Это он когда с дерева упал. Внутри разбился… Може быть ему зелья дать? Вдруг очухается?

–У меня есть плод веньзы.– Склонился над коротышкой троль, достав из-за ремня небольшой сверток.– Я взял его у мертвого старейшины. Если дать его эльбу, то он… не уйдет за грань.

–Так, чего ты тянешь?

–Ты не понимаешь.– Оглянулся троль.– Плод веньязы большая редкость… Это дверь в мир духов, откровение спящего коллоса. Принять росток в себя… достойны только лучшие из нас… я не уверен что…

–А если не уверен так чего говорить?.– Распоров брюхо очередному чужаку, усмехнулся прим.– Эльб нам пригодится. Он жизнь тебе спас… не тяни… еще немного и ему уже никакой плод не поможет. А если…– Взмахнув клинком, Борг снес голову новому тролю.– Если он твой дар, как-то неверно использует… ты ведь его всегда вернуть сможешь… Ты ведь о своем обещании не забыл…

–Хорошо.– Кивнул троль.– Пусть живет до великих врат. Затем… я верну ему его судьбу.

Оставив прима один на один с врагами, охотник склонился над стариком. Разжав эльбу челюсти, впихнул сквозь ржавые зубы старика колючий словно еловая шишка плод.

–Сожрал?– срубив еще двоих, оглянулся прим.– Когда подействует?

–Плод прорастет… Скоро… Эльбы другой крови, но… наверно нужно время… немного…

Оставив эльба на попечение послушницы, Дайнар вернулся к Боргу. Принюхался к сковзняку…

–Нужно уходить.– Нахмурился троль.– Их много. Я чую… Чужаки хитрые, скоро найдут второй, скрытый, со стороны гнилого озера, вход, и выйдут к нам в спину…

–Ясно. Ладно, бери старика и цетру… а я за вами… Ну.

Кивнув, троль вернулся к коротышке и легко подняв его хрупкое тельце с земли, мгновением после, скрылся в примыкавшей к пещере трещине. Убив еще троих… Борг двинулся следом за ним.

Некоторое время Борг бежал по оставленной группой следам. Начился лабиринт. Поворот налево, направо, десяток шагов вниз и куда-то вбок… Когда стало темно, далеко впереди мелькнул рожденный магией цетры огонек. Улыбнувшись, воин ускорил темп… Кто-кто, а девченка сумеет найти троля где угодно. Мало помалу потерявшись в поворотах и направлениях, Борг полностью положился на чутье дикаря. Начался долгий, жестко ограниченный петляющими стенами туннеля, спуск…

Чем глубже в чрево горы забирался отряд, тем жарче и суше становился воздух. Появился странный удушливый запах. От гранитного пола то и дело слышались громкие частые щелчки. На стенах обозначилось шевеление. Мелкие щетинистые тела, то ли многоножки то ли крупные мохнатые пауки. В очередной раз наткнувшись ладонью о что-то колючее, воин услышал пронзительный писк. Обитатели пещеры не были довольны нахальством чужаков. Руки нужно держать при себе…

Спуск кончился и темный туннель повел вверх. Идти стало сложнее. Не окажись под ногами мелких, взявшихся словно изниоткуда, ступенек, отряду пришлось бы повернуть назад. Наконец подъем кончился, туннель свернул направо и вдруг… после ослепительной вспышки света, оборвался огромной, на сколько хватало глаз, пропастью.

Едва успев замереть на краю обрыва, Борг схватился за гранит. Судя по всему… Дайнар вывел отряд на другую сторону горного хребта. Спереди, на сколько хватало глаз, тянулось широкое каменное ущелье. Справа-снизу – шумная река, сверху – бездонная синь…

–Нам сюда.– Позвал воина троль.– Через ущелье не выберемся. Нам выше… там будет следующий туннель. Продолжение лабиринта… Сюда.

Прижимаясь плечом к граниту, осторожно ступая по узкой, вьющейся у края пропасти, тропки, Борг двинулся за дикарем.

–Следующая пещера будет жилой.– Перекинув с плеча на плечо тело коротышки, оглянулся охотник. В слизь не наступать, яйца не трогать… к детенышам не цепляться, если не шуметь… может быть, выйдем целыми…

Тропа над обрывом кончилась, начался новый туннель. Снова стало темно и сыро. Кислый приторный аромат стал сильнее. Под ногами стали попадаться мелкие сухие косточки… Наконец туннель оборвался большим, размерами с торговую плещадь твердыни, гротом. Здесь было душно и влажно, стены светились синим. Совсем как в городе эльбов, наверное плесень или какой-то грибок…

–Что это?– спросила цетра.

–Гнездо.– Шепотом ответил дикарь.– Здесь живут крыланы… Сверху над нами. Сейчас день и взрослые пока спят. К вечеру они проснутся и вылетят на охоту… Чуть выше отдельный выход… О них пока можно не думать. Главный враг там.– Вытянув руку, охотник указал на ком какой-то липкой подвижной массы, в десятке шагов от себя.– Это кладка зубатки. Личинки уже вылупились… они ядовитые, могут убить одним укусом. Они пугливые… атакуют все, что видят… а еще они громко пищат и могут разбудить крыланов. А нам не нужно их будить. По крайней мере пока… Всем все ясно? Тогда пошли.

Осторожно обходя пульсирующие полупрозрачные коконы, Борг двинулся вслед за дикарем. В кучах слизи было заметно скрытое шевеление. Сквозь дрожащую полупрозрачную пленку были заметны – темные сусчавтые отростки, покрытые мутными выделениями щупальца, длинные гибкие тела.

Путь к окончанию пещеры был не близкий, не меньше полулиги, и потому, прим не особо удивился… наконец появившимся в гроте чужакам. Сперва их было немного, затем стало значительно больше. Дюжины три… за спинами первых, появлялись все новые и новые дикари. Мало-помалу пещера наполнилась множеством невнятных звуков, связками нервных, отрывистых голосов.

Кочевники с кислых болот впервые видели и подвижные кучки слизи и спящих на стенах крыланов. Обитатели пещеры были им вновь но, тем не менее… звериным чутьем понимая исходящую от них угрозу, дикари пытались вести себя осторожно. В тусклом сиянии плесневелых стен, облаченные в тяжелые костяные доспехи, медленно передвигая конечностями, враги молча тянулись за отрядом следом. Опасаясь пустить в ход луки и копья, поднимая над головами тяжелые палицы, грозили им издалека…

–Как же их много.– Шепотом пробормотала цетра, оглянувшись за свое плечо.– Такие упорные… Зачем мы им?

–Мы убили их воинов.– Шепотом ответил троль.– Я говорил с живущими в свете. Умершие сказали мне – чужаки не остановятся пока не прольют кровь последнего врага. А еще… их гонит вперед страх… Кто-то более древний чем драконы… приказал им покинуть стойбища и воити в вельд. Мир меняется, непреложные законы рушатся… Чужаки искали цель, возможно эта цель мы…

Когда большая часть пути была пройдена, в гроте, по прикидкам Борга, толпилась уже едва ли не сотня вражеских воинов. Слишком много, для пещеры… Начиналось сбываться предсказание Дайнара. Глянув вверх, Борг заметил явное волнение. Часть крыланов проснулась и теперь разглядывала чужаков…

–Как на гнилом мосту.– Нахмурился прим.– Неверный шаг и все в дребезги… скорей бы уже тунель.

Кто-то всхрипнул… позади раздался вскрик, а затем, кто-то из чужаков угодил в слизь…

Послышалось негромкое проклятье. Долгий удар сердца и наконец, весь грот… буквально – взорвался, тысячей оглушительных, кошачьих воплей…

–Вперед.– Заорал Дайнар.– Осталось недалеко, можем успеть… Вперед!!!

Схватив девушку за локоть, троль бросился… в навалившийся вдруг отовсюду, многоголосый, кожисто-крылый смерчь. Прикрыв себя руками, воин ступил следом за ним. Разом стало темно и душно, в лицо ударил густой ядовитый смрад. Над затылком и плечами, цепляясь за воротник куртки, путаясь в волосах, защелкали, пытаясь впиться в голую кожу, мелкие острые коготки… Не разбирая дороги, воин перескочил лопнувшую кучу слизи. По ногами, утопая в мутных выделениях гибкими конечностями, шевельнулось змееобразное существо…

Смешавшись от криков, потеряв спину охотника, оставшись один на один с вопящим смерчем, воин потянулся за оружием. Выхватив меч, крутанул затемненным лезвием вокруг себя. На земь, путаясь в обрубках перепончатых крыл, мешая еще живым, упало с десяток изувеченных, исходящих паром тел. На мгновение стало свободней и не умеяя найти иного решения, воин воспользовался своим оружием… Какое-то время прим вслепую прорубался сквозь бушующий, живой, всеми силами жадущий его смерти, ураган… Направления, ориентиры, прежние тропки… в кричащей кружащей массе исчезло все. О спасении не могло быть и речи, куда идти если везде смерть, оставалось продержаться еще один удар сердца, а затем…

–Сюда.– Вынырнув вдруг из потока крыланов, схватил Борга Дайнар.

Едва успев остановить движение клинка, прим бросился в поглотившего троля круговерть. Спереди, сквозь разрывы в рядах крыланов, мелькнула голая зеленая спина. Мало заботясь о кипящем вокруг кошмаре, троль уверенно вел воина вперед… Шаг за шагом, все ближе к выходу из грота…

Ад не имел конца но… вот, крики постепенно стали тише, град ударов по спине и предплечьям ослаб и Борг, вслед за Дайнаром, вывалился в… ужасающе пустынный, тесный, темный коридор. Упав на холодный камень, прим, некоторое время, пытался выровнить сбитое бегом дыхание. Наконец, понемногу справившись с собой, обернулся назад. Всего в трех-четырех шагах от него, туннель упирался… в кричаще вопящее марево. Ему снова повезло. Оставалось благодарить богов, что все закончилось удачно. По кайней мере для него самого и того, что осталось от его отряда…

–Живая..?– Спросил воин, оглянувшись на цетру, и склонившегося над ней дикаря.

–Да.– кивнул Дайнар.– Потрепали только…

–Слава богам… С тобой как?

–Нормально. Нас только краем зацепило. Основной удар пришелся по чужакам… По пещере теперь не пройти… Кто живой останется, вернутся в лабиринт и пойдут в обход. Это три лиги по горам… У стены страха будут нас ждать. Если успеют…

–У стены страха?

–Это охота.– Оскалился троль.– Они знали, что мы придем в вельд. Напали на охотников… что бы те не мешали. За чужаками кто-то стоит. Кто-то, кто не хочет пробуждения вечного старика. Я слышал это по их голосам… Они будут ждать нас у стены. Уже ждут… но не так много, как им хотелось бы…

–Значит в путь.– Кивнул словам охотника прим.– Займись Элиной, а я… эльба понесу.

Закинув коротышку на плечо, Бог побрел в глубь туннеля. Пробудив Элину, Дайнар двинулся следом за ним. Мало-помалу отряд взял прежний темп. Четвердь лиги спустя, пещера с крыланами осталась далеко позади…

Эльб тянул к земле. Захлопнувшись в своем сознании, прим сосредоточился на шагах. Минута другая третья… Сто один шаг, сто второй шаг, сто третий… и так раз за разом пока очередная пройденная лига не сменялась другой… Досчитав до трех тысяч, Борг услышал за спиной невнятное жужжание. Вынырнув из своих однообразных мыслей обернулся на дикаря…

–Вечер.– пожал плечами Дайнар.– Крыланы дожрали чужаков, пришло время обычной охоты… Теперь они выши в туннели. Скоро здесь будет жарко.

Вскрикнула Элина. Представив, как за его спиной, кровожадной беснующейся массой разворачивается стремительный – смертоносный поток, Борг ускорил шаг. Шум нарастал. Даже мысли не имея обернуться, чувствуя нестерпимый зуд между лопатками, прим во всю прыть бежал в перед, за вставшим во главе отряда охотником. Мгновения стремительно утекали в пустоту… сил оставалось все меньше, и когда, наконец, опять стало ясно, что гибели не миновать, туннель вдруг оборвался… кровавым, пламенеющим в чистых небесах закатом… Громко вскрикнув, споткнувшись о камень, воин повалился на землю и… ударом сердца спустя… холодная колючая тьма у него за спиной, раскололась на части, тясячаголосым, вопящем словно стадо разъяренных быков, не знающим никаких преград, изголодавшимся по ясным безоблачным высям, смерчем…

49. Глава. Дайнар.

Ухватившись за край обрыва, Дайнар пропустил мимо себя прима. Воин и коротышка тяжелыми мешками покатились по острым камням вниз. Пришел черед цетры… Элина была под покровом артефакта но для охотника это не составило труда. Различив, сквозь нараставший шум, звук ее шагов, охотник изловчился и, в последний момент, словно каштан из огня, сумел-таки выдернуть Элину на себя. Сверху, грохочущей лавиной, обрушилась голосящая крылатая масса. Не замечая на своем пути ничего… взвившись в чернеющую высь, пещерные твари отправились охоту. Ноздри обожгло тысячей острых запахов, воздух наполнился пылью, вновь стало сумрачно. Наконец шумный поток стал менее плотным и наконец, иссяк совсем… Спрыгнув на теплые с вечернего солнца камни, Дайнар отнял от своей груди растерянную цетру…

–Мы выбрались..?– наконец убедившись, что жива, огляделась Элина.– Дайнар, что с Боргом?

Оскалившись, троль кивнул вниз. Из-за соседних кустов послышался усталый вздох. Воин был жив и кажется цел.

–Он там.– указал охотник.– Вместе со стариком… все хорошо…

Издали, в закатных сумерках, мертвая полоса казалась широкой огненной стеной. Пламя било из самой земли и упираясь длинными языками в красные облака, царапала высь, редкими рыжими всполохами. Страшно, жутко, тревожно… Дайнар уже видел эту стену. Это было очень давно – в детстве, когда он был беззубым щенком… тогда он впервые узнал боль. Тогда было утро. Рядом с ним были братья… Они были молоды. Они были любопытны. Они были глупы… В те дни они не боялись смерти. Теперь все иначе. Дайнар успел полюбить жизнь… сейчас ему было страшно.

–Красотень…– опустив ладонь к рукояти клинка, улыбнулся прим.– Как врата в ад… И не скажешь, что только мираж.

–Это не мираж.– Устало усевшись на камень, покосился на далекую стену эльб.– Стена и в правду есть, но она не горячаяя… это не пламя, не огонь… это магия. Старая – старая магия… Чуете страх? Это все стена. Чем ближе к ней, тем страшнее… Влияние поля… Защита от всяких олухов. Здесь не каждый пройдет. Только те кому очень нужно… сильные духом. Ну и не мутанты конечно…

Поморщившись от непонятного слова, троль посмотрел на старика. Эльб казался куклой. Старой потрепанной куклой… Борг сказал, что старик очнулся после падения с обрыва. Ударлся головой о камни, сел и открыл глаза. Дальше, до самой стены, он шел сам. Плод веньязы пророс в нем… все же не так, как это случалось со старейшинами. Коротышка не изменился внешне. Не сумел обрести дар вещего сна и чтения мыслей. Кажется он по-прежнему чувствовал боль, но… как бы то нибыло, он был жив и наверное это было хорошо…

Отвернувшись от эльба, троль обернулся к стене. "Пройдут только те кому нужно."– глухим эхом отозвались в нем слова старика.– "И не мутанты…"

Тогда, в далеком прошлом, он и его братья дошли до самой стены. Им было забавно испытывать свою волю на страх. Каждый хвалился, что может зайти дальше. Ближе прочих подобраться к проклятой стене… Оба его брата так и остались там, среди тех камней, в трех шагах от адского пламени. Их убил страх…

Дайнару повезло в тот день, страх – что обездвижил его братьев, придал ему сил и погнал от стены. Когда он очнулся у входа в каменный лабиринт, он остался один… Он так и не смог вернуться обратно. Он наблюдал за их смертью издалека. Шесть дней он провел в этом ущелье… а когда братья умерли от жажды, он вернулся обратно в вельд. Шесть дней стараха…

Издали из-за кромки перевала, донесся громкий клич. Ветер принес запахи чужаков…

–Опять дикари?– заметив как встрепенулась цетра, спросил прим.– Что-то они задержались…

–Чужаки.– кивнул Дайнар.– Много. Больше сотни.

–И чего же они ждут?

–Ждут когда мы выйдем к стене. Там нас будет проще убить… Думают, что мы не сможем войти в пламя.

–Или ждут подмогу…– вставил свое слово старик.– Наверняка где-т здесь лагерь. Решили собрать всех…

Чем ближе становилась стена, тем больше она казалась. Шаг за шагом она закрыла собой весь горизонт. В какой-то миг, кроме ее багровой глади, перед отрядом, не осталось ничего. Впереди была неизвестность и изматывающий душу страх, а позади… позади была смерть. Оглянувшись, Данар увидел вражеское войско. Сотни, а может быть и тысячи, облаченных в тяжелые костяные доспехи, кочевников. Чужаки вышли им в спину. Отрезали пути назад, как только отряд Борга спустился в ущелье. Ровными рядами заполонили лощину, выгнув строй подковой, заняли лежащие по обе стороны от прохода, скалистые отроги и кряжи. Мышку загнали в угол, осталось нанести последний удар…

–Началось.– Усмехнулся прим, увернувшись от первой, пролетевшей у его лица, стрелы.– До стены четверть лиги… И они, наверняка, спереди заслон поставили. В кольцо взяли, придется прорубаться…

Стрел стало больше. Теперь они частым дождем сыпались на камни, с громкими щелчками вонзались в сухую глину в пресованный песок. Метких стрелков среди тролей не водилось, близились сумерки, дикари били навесом не очень надеясь на успех. Впрочем, иногда, количество бьет качество, от сотни стрел не увернуться даже в глухой темноте… нужно было спешить.

Тянулось врмя. Не спеша обострять, кочевники все теснее сжимали отрят Борга в кольцо. Солнце, бросив прощальный блик, скрылось за горизонт. Стало темно, впереди, у самой кромки огненной стены, обозначились воины вражеского заслона… раздался протяжный визг жестяной трубы, пришло время пролить первую кровь…

Пора…

Выпустив когти, наращивая темп, Дайнар бросился наперерез визгливо-крикливой тьме. Из мрака проявились лица воинов… оскаленные, азартные, изрыгающие яростный вопль. Чужаки не ведали страха, противник был слишком мал, убить их не составит труда. Тесные ряды великого войска сметут жалкого врага, словно селевой поток, сметает вставшее ему на пути деревце. Бой закончится быстро. Радость пролить чужую кровь испытают не все. Нужно спешить. Успеть нанести первый удар. Добыть себе славу… а затем вновь вернуться в вельд. Улыбнувшись, Дайнар атаковал первым. Под острыми когтями лопнул вражеский кадык. После мощного удара кулака, вмялась сама в себя глупая ухмыляющаяся рожа. После удара коленом распалась на части крепкая костяная броня… Один удар сердца, и врагов стало меньше на дюжину. "Идите ближе. Дайнар, основа линий и нить связующая, умеет убивать. Его хватит на всех. Он сам словно селевой поток. Смерть в обличии жизни… стихия на стихию… острие на щит… кровь на кровь…

Бить, кромсать, рвать, уворачиваться от бешеных атак. Бить, кромсать, рвать…

Чудом увернувшись от смерти… Дайнар увидел в шаге от себя хрупкое человеческое тельце. Вновь, с огромным трудом, увернувшись от чего-то темного и смертельно опасного, троль подался обратно во мрак. Прочь, в безопасную гущу вражеских воинов, в удушливую смрадную тьму. Подальше от тонкого злого человечка. От его острого стремительного клинка. От быстрых вездесущих ударов…

Устрашившись страха, продолжая нести с собой смерть, Дайнар оглянуся. Прим был ужасен… Не этого человечка Дайнар знал весь путь, не с ним говорил в тесных камерах твердыни, не за ним он отправился к этой огненной, пламенеющей алым стене. Нет… все, что он знал о Борге казалось ложью. Тот Борг был только тенью, малой частью того… чем он стал теперь. Здесь, в родной среде, в стихии для которой был рожден, наконец добыв себе право дышать полной грудь… Борг превратился в демона, в рожденного адским пеклом монстра, стал безумием – воплощенным на острие клинка…

Раздался взрыв… и щелканьем парализатора дал о себе знать эльб. Незаметный, сосредоточенный… точно зающий куда бить. Играющий с отрядом Борга и… всем вражеским войском в какую-то странную замысловатую игру. Замечая особенности хаоса, применяя их на руку себе. Снимая напряжение там, где его не должно быть, провоцируя атаки в нужных местах… старик каким-то чудом управлял всем ходом битвы. Мало-помалу, пользуясь незначительными переменными, смещал все поле битвы к огненной стене…

По ментальной нити отозвалась цетра. Во мраке ночи, преимущество девушки было нивелико но… Дайнар знал – на ее счету, в этом бою, есть уже пару побед…

Словно гранитный утес, среди бушующего океана, четверка Борга сдерживала напор чужаков. Не ожидая такого яросного отпора, мешая самому себе… враг был ошеломлен. Врагу нужно было время. Передышка, взгляд со стороны… Но новые, еще не знавшие потерь троли, давили на первых, а те… осознав воставшую против них мощь, уже не могли ничего изменить. Кругом росла гора мертвых тел. Вражеское воинство было подобно медведю, который навалился на острие копья и теперь, падая с ног, убивает себя – своим собственным весом…

–Стена. Мы вошли в огненную стену.– Словно из дальнего далека, донесся до слуха охотника вопль.– Отходим дальше.

Шаг еще один и еще. Враги не умея справиться с напором задних рядов идут по пятам. Оказавшись в красном подвижном мареве валятся с ног, хватаются за головы, в глухом протяжном рыке скалят черные клыкастые рты. Чем дальше в стену, тем труднее даются движения. Воздух стал подобным древестной смоле. Он застревает в глотке, тянет из вен остатки сил, навалившись на плечи нестерпимной тяжестью, заставляе склониться к земле…

Наконец, врагов стало чуточку меньше. Азарт боя исчез. Пылающая в груди ярость остыла… В ущелье больше не было врагов… только безликие тени, да голосящие, плачущие дети. Жалкие комки страха. Открыв глаза, троль понял, что остался один… Нет не один, в трех шагах, рядом с ним… хрупкий кусочек тепла… Осколок его души… Элина. Девушка жмется к его рукам, завет идти за собой… вливается ледяным спокойствием в его душу. Спустя удар сердца, они становятся единым живым существом. Так, они больше… сильнее. Так, они могут выдержать ярость, бушующего огня. Элина падает на колени. Помогая ей встать, Дайнар видит у себя под ногой… голый детский череп. Череп троля… Одна только кость… белый и блестящий, полированный мелким песком, он сверкает словно горный хрусталь. Череп, с мудростью – неподвластной ни одному из живущих, смотрит в само сердце троля и дикарь слышит слова. Слова из далекого прошлого. Его собственные слова… "Я тебя не брошу брат. И ты меня не бросай, хорошо…"

–Мы едины.– скалится троль, и не разжимая пальцев продолжает тянуть за собой тяжелый растрепанный сверток.– Я тебя не брошу. Теперь уже не брошу… теперь я войду с тобой в смерть…

50. Глава. Гроз.

Вывалившись за пределы огненной стены, Гроз без сил опустился на землю. Затем, долгое время, пытался успокоить бьющиеся в его голове голоса. Постепенно сторонняя сущность притихла, вспомнив о своей вторичности, трусливо исчезла в глубинах разума. Оставшись один на один с собой, эльб осмотрелся.

Глянув на коротышку, шевельнул плечами прим. Чуть в стороне, зарычал охотник. Вздогнув, отпустив руку троля, отошла в сторону Элина… Дикарь казался подавленным. Пустые глаза, поникшие мочки ушей. Не сладко ему пришлось. Умом бы теперь не тронулся. Против таких как он – мертвая полоса и делалась…" В целом неплохо… отряд цел, можно продолжать путь.

–А почему они за нами не идут?– оглянулась на стену Элина.– Я думала они не отступят…

–Страх не пускает.– Оглянулся плечами старик.– У нас дело к Константину было, вот мы и прошли. Пусть струдом но прошли… А они… Хотя, в прочем не знаю. Может еще не решились… Потопчутся-потопчутся и полезут как тараканы… Кто знает – кто у них за спиной стоит?

–Куда нам теперь?

–Вверх.– Кивком указав на каменистую тропинку, улыбнулся старик.– Уже недалеко. Что с тролем?

–С Дайнаром? Ничего… Он только слегка оглушен. Вы знаете, у него здесь братья погибли. Очень давно… Прямо в этой полосе. Ну вот он и…

–Ясно. Плевать.

Понемногу все собрались у каменных ступеней. Начался подъем. Виляя и изгибаясь между гранитными валунами тропинка тянула отряд в мрачную высь. Свернув на очередном повороте, Гроз бросил прощальный взгляд на море огня у себя за спиной. За стеной страха, кривясь в потоках красного пламени дрожащими кляксами, виднелось вражеское войско. Троли сгрудились напротив черты. Дикари сделали все, что могли. Впрочем не они одни хотели помешать отряду дойти до священных чертогов… Возможно, где-то впереди, поджидал новый враг. До замка Константина оставалось так мало, но все равно…"

Свернув за очередной скальный уступ, отряд оказался почти в полной темноте. Отбросив тревожные мысли эльб сосредоточился на шагах…

Долго двигались молча, бережливо расходуя дыхание и остаток сил. К полуночи, вынырнув вдруг из-за дальней горной гряды, на отряд, кошачьим глазом, уставилась ущербная луна. Стало светлее.

Злодейка. Что довелось тебе увидеть на своем веку? Скольких смельчаков надоумить на подвиг? Верным товарищем проводить их в дальний путь, а после, может быть, встретить с ними смрадное дыхание смерти? Конечно много. Висит себе в черных небесах… недосягаемая… вечная… и смеется над нами, словно над стадом безмозглях шутов…

–Смотрите.– Подняв руку, цетра указала на громадную колонну.– Как… удивительно…

–Старая арка.– Улыбнулся эльб, разглядев в тридцати шагах от себя, вырубленный в сакле проход.– За ней тропинка и дверь, а уже за ней…

–Чертоги великого мага.– Закончил за старика Борг.

На мгновение скрывшись за тучами, луна вновь залила все кругом мягим волшебным сияньем. За аркой, в переливах теней, открылась каменная тропинка и старые, склонившиеся по обе стороны от нее, вековые каштаны. Повеяло слабым ветерком… зашептав, сверкая лунным серебром, задрожала листва… удивительно…

Но удивительно не от сложной, по камню, резьбы… не от красоты задумчивых древ. Не от шумящего в их листве ветра.. Нет – удивительно, от чувства выполненной до конца работы. От осознания своей силы, от гордости за свое упорство, за свое трудолюбие. За свою смелость. Все таки доши… Сколько было подобных мгновений в жизни Гроза? Десятки? Больше… Но каждый из них… дороже любого алмаза, дороже редчайшего артефакта, дороже покоя и уютного безмятежного сна. Все-таки дошли, не смотря ни на что дошли…

–Вот и добрались.– Коснувшись ладонью гранитной колонны, кивнул Борг.– Еще немного, и всех нас…

Раздался грохот… и все вокруг утонуло в ослепительной вспышке огня. Троль, цетра, прим скрылись в гутсых облаках пыли. На мгновение ослепнуп, эльб взмыл в воздух и вдруг, после недолгого полета, свалился, наконец, в тесный каменистый овраг.

–Что за черт…– Взревел коротышка, пытаясь подняться с земли.– Проклятье…

За соседними кустами слышались звуки схватки. "Вот и дошли…" Выхватив парализатор, таясь за камнями, старик пополз к арке. За колючей листвой открылись два дерущихся силуэта. Атака-защита, выпад, стремительный неудержимый рывок, уклонение защита и снова рывок. Борг был подобен адскому вихрю, его соперник… ни в чем ему не уступал. На мгновение случилось шаткое равновесие и вдруг… под ногами у воина, взявшись словно изниоткуда, расцвел огромный огненный шар. Вспышка, грохот, жуткое сотрясание земли и вновь, после мощного воздушного удара, чудовищная, оглушительная темнота…

Стало тихо. Прижавшись к камням эльб выжидал. Старик не знал, что стало после взрыва с примом, но враг наверняка остался цел. "Делийская магия не причинит вреда хозяину.– Кивнул сам себе старик.– Нужно быть начеку…" Потянулись мгновения…

Наверное что-то случилось, потому что в пяти-шести шагах коротышки… раздался новый взрыв. Новая вспышка света, вновь тишина и наконец…

–Может поговорим? Не знаю кто ты такой, но может быть…

Оборвав воина на полуслове, прогремел новый взрыв. Выглянув из своего укрытия, Гроз не целясь, серией коротких молний, обстрелял участок тропинки, где мог таится враг. Спешно сместился чуть в сторону. Мгновением после, за его спиной, полыхнул очередной столб огня…

–Слушай ты.– едва сдерживаясь от ярости, закричал старик.– Я ведь и обидеться могу.

Противник огрызнулся огненной вспышкой.

Выхватив из походного мешка последнюю жестянку с гремучем зельем, эльб, после секундного раздумья, послал ее к дальнему створу ворот.

Новый взрыв… Чиркнув по соседним валунам острыми осколками, вблизи эльба прошла мощная ударная волна. Вновь стало тихо… Выглянув из своего укрытия, коротышка вгляделся во тьму. От арки метнулась легкая тень. Пара молний из жезла и… В ночной тиши раздался приглушенный, буд-то девичий, стон, рычание Борга, скрежет метала об метал, затем что-то полыхнуло и вновь все стихло.

–Борг ты цел?

–Ага… Верткая зараза, чуть ноги мне не открамсала. Опять Делийка… Ушла за уступ…

–Та самая?

–Ага.

–Ясно.– почесав в затылке, проворчал эльб.– Слушай предтеча.– Крикнул старик в темноту.– Что тебе здесь нужно? Отстала бы ты от нас. Займись своими делами… бабочками любуйся… Или тебе вечность наскучила? Мы ведь шлепнем тебя… рано или поздно. Столько лет на смарку…

–Не смеши, эльб.– Ответил юный девичий голосок.– Вам меня не убить. Уходите. Я не позволю разбудить старого бунтаря. Константин останется в своем замке. Навеки…

–Вот оно как… Мы бы рады, да вот только… Если мы удем, то погибнут оба города. И Твердыня и Хрустальная гора. Мы бьемся за свои народы старейший, мы не уйдем.

–Эльбы мертвы уже тысячи лет.– После недолгой задержки, донеслось в ответ.– Время людей ушло в дни эпохи иллюзий. Вы остатки того, чем были прежде. Вам пора изчезнуть. Дать дорогу новому… Константин будет спать. Я стою гарантам его спокойствия.

–А новое это случаем не Делийцы?– Дивясь словам предтечи, усмехнулся эльб.– Слушай внимательно старейший. Эти слова будут последними, что ты слышишь. Наши народы будут жить… и если для этого придется, надрать одну вечноюнную задницу… Мы это сделаем…

Договорить эльб не успел. Пространство зарябило… и прямо перед ним, вынырнув из ночного мрака, появился тонкий гибкий силуэт. Зная что уже не успеет, Гроз вскинул парализатор но… так и не сумев спустить курок, утонул в ослепительном огненном потоке…

Затем была темнота, удар и… пара мгновений передышки.

–Жив.– не веря самому себе, проворчал старик.– Бывает ведь…

Кажется за мгновение до взрыва, Гроз слышал крик послушницы. Наверное это она помешала Делийке закончить начатое. Затем была атака прима, а после…

Улыбнувшись эльб выглянул из своего укрытия. Шагах в шести, у самой арки, стоял Борг. Предтеча лежала у его ног. Опасаясь шевельнуться (Борг прижал ее к земле острем клинка) беззаботно глазела на луну…

–Опля.– Рассмеялся Гроз, выбираясь из кустов.– Добегалась милая… Вот и кончился весь твой гонор. Кончай ее Борг. Нечего тянуть…

Прим отчего-то медлил, а затем… Грустно чему-то улыбнувшись, предтеча раскрыла правую ладонь. Послышался щелчок и на землю упал комочек белог света. Должно быть кристал горного хрусталя или…

–Проклятье.– Чуствуя как рушится пространство вокруг, попытался выйти из зоны поражения старик.– Беги Борг она…

А затем полыхнув багровым пламенем, отовсюду навалилась темень…

51. Глава. Элина.

Подкравшись к предтече со спины, Элина приготовилась к удару. Делика казалась легкой добычей. Она была слишком занята разговором с эльбом, казалось ей не было дела за тем, что творилось вокруг. Замахнувшись отравленными клинками, цетра сделала шаг веред. Удар и… каким-то чудом почуяв опасность, предтеча сместилась в сторону. Избежав смерти обернулась, и… как-то разглядев во тьме, скрытую магией тиары, послушницу, ударила сама. Тычек посохом оказался много сильнее чем можно было ожидать. Свалившись на землю, Элина зашлась в судорожном хрипе. Пару мгновений она силилась сделать вдох, затем, нкаонец, справившись с чудовищной болью, открыла глаза…

Было тихо. Делийка растворилась в ночи. Исчез эльб, ни Борга, ни Дайнара, никого…

Наконец прозвучал голос старика. Делика ответила не сразу. В словах предтечи чувствовалась сила, слышался молодой задор, чувствовался азарт…

Приподнявшись от земли Элина оглянулась на голоса. Они были рядом, в трех четрыерех шагах за ее спиной… Борг – прижавший хрупкую Делийку к земле, Гроз – с парализатором в руке… мелькнувшая во мраке ночи… стремительным черным пятном, пантера эльба… А затем…

Земля задрожала, воздух наполнился тонкими золотыми переливами, в руках предтечи, злым маленьким угольком, разгорелся серый камень, и одним мгновением спустя… над предтечей, примом, эльбом, и выскочившей из кустов пантерой, разгорелся огромный оггненный шар. Ослепив Элину яркой вспышкой, шар скрыл за собой силуэты воинов, и вдруг… лопнув словно мыльный пузырь, исчез…

Стало темно. Поднявшись на ноги, Элина огляделась. Магия огненного пузыря уничтожила все. Растворила в себе, корни и ветки каштанов, срезала, словно клинком меченосца, торчащие от земли гранитные глыбы и валуны. На месте последней битвы, осталась… одна только голая дымящаяся земля и никаких следов эльба, прима и предтечи…

Цетра оглянулась в себя… Охотник был рядом, и ползуясь ментальной нитью, Элина довольно скоро отыскала его в темноте.

Троль был жив… пока еще жив. Грудь охотника была обожжена, и сквозь куски горелого мяса проглядывала белая кость… Было больно и страшно. Холодными быстрыми ручейками из троля истекала жизнь. Пришло понимание… умрет дикарь – умрет и она… Нужно спешить.

Отерев лицо охотника, Элина поднялась на ноги. Вернулась к арке. Вновь ступила на каменную тропу. Старые каштаны не шумели уже листвой. Луна скрылась меж туч. Воздух пах гарью и пролитой кровью… Растеряв былую красоту, мир замер в ожидани финальной точки…

Добравшись до конца тропы девушка остановилась у больших каменных вратт. Замок Константина был скрыт в толще гранита. Кругом нет ничего за что мог бы зацепиться глаз. Нет высоких шпилей, резных стен… только бездушный холодный монолит. Чувствуя себя обманутой… девука позвала. Затем коснулась каменых дверей руками… Растворившись под ее пальцами словно горячий воск, гранит, вобрал девушку в себя. На мгновение стало темно и вдруг оказавшись в большом ярко освещенном зале Элина в испуге попятилась назад. За спиной оказалась глухая мраморная стена. Ни на мека на выход. Неужели опять западня?

Перетерпев острый приступ страха, девушка огляделась.

Мраморный белоснежный пол, белые стены и… вереди, огромное, выше всякого виденного ей прежде, зеркало. В зеркале отражен город. В самом центре города, среди тысяч мелких домишек, стоит – подобная тонкой игле – башня. На вершине башни, прикованная к серому камню видна девушка… Там, далеко за стенами великого города лежит мертвый дракон. Его не видно отсюда. Зеркало показывает только крыши домов. В зеркале видна твердыня… Город где сотни сердец бьются в тревожном ожидании чуда. Чуда пробуждения древней мощи. Чуда вернувшегося в мир хаоса… чуда перемен…

В обители света было мрачно сыро и холодно. Энергии от средоточия жизни хватало только на один сумрачный светочь. Ничего, скоро все исправится и станет как прежде. В зале торжеств вновь зажгутся тысячи лампад. Их свет прогонит из пыльных углов остатки уныния и страха. Со светом нового дня придет надежда. Замысел входил в последнюю фазу. Оставалось недолго…

Поплотнее закутавшись в жабью шкуру, Тронг пожевал длинный седой ус. Час назад пришел сигнал… Чертоги Константина распечатаны… Величайший маг древности, владыка междугорья, старый безумец, вечный бунтарь вновь пришел в этот мир…

Часть. 2.

1. Глава. Айрин.

Был удар в лицо… Поморщившись, Айрин открыла глаза и, наконец, различив над собой смутную тень эльба, попыталась улыбнуться. Тело не слушалось… Лицо исказила судорога, и заметив гримасу девушки, коротышка вновь замахнулся для удара. Крепко сжатый кулак опустился на правую скулу, и Айрин улсышала хруст. Делийским костям не сравниться с эльбийской сталью. На мгновение девушка провалилась во мрак…

–Привет.– Склонилась над ней глазастая физиономия.– Куда ты нас закинула?

Собрав сухим ртом остатки слюны, Айрин обозначила плевок. Коротышка был близко. Ближе чем следует, и часть слюны попала в цель…

–Вот ты как…– Потянувшись в сторону, старик подобрал с земли камень… примерившись к переносице Айрин, обнажил стальные зубы.

–Гроз стой.– Прозвучал голос прима, и появившаяся из темноты ладонь, остановила руку старика.– Так ты ничего не добьешься… Давай пока похорошему. Бежать то ей некуда…

–Мало ты их знаешь.– Заворчал эльб.– Они как крысы… Сведет тебя твоя доверчивость в могилу. Я бы ей сперва все кости переломал…

Сожрав глазастую физиономию эльба, тьма исторгла из себя лицо воина. Высокий лоб, выдающиеся скулы, жесткий холодный взгляд…

–Поговорим?– Схватив Айрин за волосы Борг притянул ее к себе. Заглянул в глаза… -Где мы?

Вздохнув Айрин осмотрелась… Сквозь мрак проступили груды камня, ржавые железные балки, гранитные стены. Полосы какой-то свисающей с потолка дряни…

–Ну?– повторил прим.

–Дыра какая-то…– вздохнула Айрин.

–Спроси у нее, чем она воспользовалась. Может хоть это что-то даст.– Влез с вопросом старик.

–Слышала дяденьку?

–Портальный камень… Набрала случайный адрес, а дальше ты знаешь…

–Портальный камень?– Оглянулся к эльбу прим.

–Да, были в одно время такие штуковины…– Кивнул старик.– С виду булыжник булыжником, а пошепчи над ним маленько… и он тебя куда хочешь, перекинет. Думал уже и не осталось таких…

–Так в чем же дело? Берем этот камень и…

–И… и чего?– отмахнулся эльб.– Одноразовые они. Так что…

–Дело дрянь… Что делать теперь будем?

–А что теперь делать. Сперва отдохнем, а после… ну незнаю. Выход искать будем… От нас теперь все равно ничего не зависит. По ее вине кстати…

–Отдохнуть.– задумался прим.– Впрочем… а развлекать себя чем?

–Ну, я бы с этой красавицей побеседовал. Вот и камень уже выбрал… и в мешке у меня всякого есть. В общем не соскучусь.

От слов коротышки по спине девушки пробежал колючий холодок. Старик не шутил… Эльб был зол, надеялся на месть, а так как опыт в подобных делах старик имел богатый, то ближайшие несколько часов, грозили обернуться для Айрин… чем-то чертовски неприятным.

"Вляпалась."– Произнесла про себя Айрин. Перевела взгляд на Борга… Один удар сердца, прим и предтеча молча смотрели друг другу в глаза…

–Успокойся Гроз.– Наконец произнес Борг.– Не хочу вопли слушать…

–Так я ее и без воплей…– Заныл старик.– Борг, после всего, что она сделала… для порядка, хоть пару косточек. Ну в самом деле… Тебе ее что? Жалко что ли?

–Хватит.– Нахмурился прим.– Отпусти ее.

–Борг, с огнем шутишь.– Проскрипел старик, но наткнувшись на колючий взгляд воина… решил промолчать.

Вскинув руку, старик навел на Айрин трубку парализатора. Раздался щелчок, тело Делийки обдало волной холода, сердце скрутило болезненным спазмом, и наконец… девушка вновь почувствовала себя сама собой.

Не спуская с Делийки глаз, эльб отступил в темноту. Борг остался где был. "Хотя, к чести своей… руку к эфесу клинка все же опустил. И развернулся так, что бы успеть атаковать первым… Умница. Все верно. Кроме одного… только что, бедный, добрый Борг, спустил с железного поводка, смерть…"

Томно улыбнувшись, Айрин потянулась… Стылая кровь острыми иглами пооснула по коже и венам. Стало немного теплее. Одно мгновение и она докажет насколько прав был старик…

–Нравлюсь?– улыбнулась девушка из-под бархатных ресниц.

–Я прим, меня старухи…

Оборвав воина на полуслове, Айрин бросилась вперед… Легко ушла от ответного выпада, перекатилась через голову, увернулась от разряда парализатора… прыгнула, оттолкнулась от стены, и упав с верху на неуклюжего эльба, выбила из его рук магический жезл. Со спины, шумной громадой навалился прим, но… зная что от того ожидать Айрин легко ушла с линии атаки. Провела удачную подножку, свалила воина с ног, и прицелившись в прима из оружия старика… вдруг столкнулась с дикой стихией. Рык, скорость, ярость… Пантера эльба не знала пощады, стремительный прыжок, удар, и вдруг оказзавшись вжатой в землю, Айрин… застыла без движения. Шею сковали огромные кривые клыки. Противиться бесполезно… Услышав глухое утробное рычание, Делийка развела руки в стороны. "Я добрая и совсем не злая. Не надо меня убивать".

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.