Джулия Кертисс
План мести → План любви

PLAYLIST:

Rosenfeld – Gimme Love

Teacher’s pet – Melanie Martinez 

Тянет – Rozalia

Девочка с реп концерта – Глеб Калюжный

Это любовь – Скриптонит 

Вчера шел первый снег – Летяга, Энивей

Lose you to love me – Selena Gomez

The heart wants what it wants – Selena Gomez 

Wildest Dreams – Taylor Swift

Всегда буду с тобой – Френды, Саша Спилберг

Apologize – OneRepublic

Твоя школьница – Алёна Швец

Книга о том, как месть, задуманная как невинная игра, оборачивается чередой непростых решений, сложных чувств и открытий, которые меняют всё.

Глава 1 

Ви 

– Ви, крошка, тот, кто предал тебя однажды, предаст еще тысячу раз. – Мари достала из своей сумочки очередную закрытую упаковку бумажных платочков и, протянула их мне. – Не обязательно пить все море, чтобы понять, что оно соленое.

Конечно, моя подруга права! Люди не меняются. Можно изменить внешность: покрасить волосы в светлый оттенок, сбросить 30 килограммов, полностью обновить гардероб, но всё это – лишь иллюзия перемен. Да, окружающие могут взглянуть на тебя по-новому, но что внутри? Разве другие волосы сделают тебя другим человеком? Разве новая одежда изменит твой характер, привычки, убеждения? Внешний облик – это оболочка, за которой остаётся всё то же самое «я». Люди не меняются в своей сути, если не происходит чего-то по-настоящему значимого, потрясающего до глубины души. И даже тогда – лишь единицы способны пересмотреть себя и стать другими.

Я медленно достала из упаковки платочек и вытерла слезы. Казалось бы, такая простая вещь – лёгкое движение рукой, но даже оно не могло стереть той боли, что поселилась внутри. Слёзы высыхали, но горечь оставалась, как след от ожога, который невозможно скрыть. Он оставил её мне в подарок – холодное, глухое разочарование, которое не смывается ни временем, ни словами поддержки.

– Знаешь, – раздался рядом спокойный, но твёрдый голос Мари, – иногда нам хочется верить, что люди способны на искупление. Что они могут осознать, раскаяться, измениться. Но реальность куда суровее. Они извиняются, обещают, клянутся в своей новой жизни… А потом снова поступают так, как им выгодно. В конце концов, люди движимы своими интересами. Ну, и ещё один факт, который стоит помнить: твой бывший – чмошник обыкновенный.

Я всхлипнула и рассмеялась сквозь остатки слёз.

– Спасибо, что вправляешь мне мозги, – сказала я, крепко обнимая её. – Без тебя я бы просто утонула в этом всём.

– Эй, я же люблю тебя, – мягко ответила она, сжимая мои плечи.

– И я люблю тебя, – прошептала я, чувствуя, как тепло от слов Мари наконец пробивает брешь в холоде внутри меня.

Сегодня я узнала об очередной измене своего парня. Нет, бывшего парня.

Я не из тех, кто проверяет чужие телефоны, шпионит, следит за передвижениями. Мне казалось, что доверие – это основа отношений, и если ты начинаешь подозревать, копаться в сообщениях, значит, всё уже потеряно. Но самое ироничное в этой ситуации то, что мне и не пришлось ничего выяснять. Он сам признался. Спокойно, буднично, как будто говорил о погоде.

– Я не изменял тебе, просто хотел попробовать с кем-то другим, – произнёс он с лёгкой усмешкой. А потом добавил, наклоняясь чуть ближе, будто делился дружеским советом: – Тебе, кстати, стоит поучиться у…

Я перестала его слышать. В тот момент внутри меня что-то хрустнуло, как ломкий лёд под тяжёлым шагом.

Какой же ты придурок, Артур.

Ты не просто предал меня. Ты взял всё, что мы строили, и, даже не удосужившись развернуться, растоптал это, словно мусор под ногами. Ты уничтожил мои мечты, которые только начинали обретать форму, и даже не почувствовал вины. Потому что тебе всё равно. Потому что в этом уравнении всегда существовал только ты.

– На самом деле, – тихо произнесла я, – мне так страшно. Страшно даже представить, что бы я почувствовала, если бы сама застала их в тот момент.

В груди засело тёмное, давящее ощущение. Я закрыла глаза, но это не помогло – его образ всплыл передо мной слишком отчётливо. Его смех, тёплые взгляды, ночи, наполненные бесконечными разговорами и обещаниями… Как он мог так легко всё это перечеркнуть? Как будто всё, что мы прожили вместе, не стоило вообще ничего. По спине пробежал ледяной холод, и следом – пустота.

Я вспомнила, как он смотрел на меня, когда я смеялась. В эти моменты я чувствовала себя особенной, будто во вселенной существовало только двое – я и он. В его глазах было восхищение, нежность, что-то почти священное.

Неужели всё это было ложью?

Игрой?

Или же он просто никогда не ценил меня по-настоящему?

– Я всегда выбирала его, – выдавила я из себя, нащупывая платочек. – Я выбирала его среди всех. Я доверилась. Как я могла быть такой слепой?!

– Это не твоя вина, – Мари схватила меня за руки, её глаза искрились благородной яростью, – Ты не должна винить себя за его поступки.

– Как можно было так поступить с тем, кто распахнул перед тобой сердце?!

Я замерла, чувствуя, как внутри начинает разгораться тёмный огонь. Я хотела закричать, но звук застрял в горле, оставляя лишь треск разбиения.

– Ты никогда не заслуживала этого, Ви! – голос Мари звенел от эмоций. – Ни один человек не имеет права разрывать твою душу на куски и уходить, словно ничего не произошло! Но знаешь что? Это не конец. – Она вскинула подбородок, и в её глазах вспыхнул решительный огонь. – Это всего лишь очередной этап. Ты пройдёшь его.

Но я не хотела это слышать. Сколько раз мне уже говорили: «Всё наладится»? Каждый раз эти слова вызывали во мне лишь раздражение, даже злость.

– Как? – вырвалось у меня. – Как именно всё наладится? Я устала. Мне не хватает сил даже просто вставать по утрам.

– И именно поэтому тебе нужно это чувство, – твёрдо сказала Мари. – Прими его. Дай себе прочувствовать боль, но не для того, чтобы утонуть в ней, а чтобы подняться. Пусть она станет ступенькой. К новой жизни, к новой любви, к новой тебе.

Я закрыла глаза.

Неужели это возможно?

– И когда-нибудь, – продолжила она уже мягче, – ты найдёшь в себе силы, посмотришь в зеркало и скажешь: «Это я. Более сильная, чем когда-либо».

Я снова обняла Мари, зарывшись лицом в её плечо. Слёзы текли по щекам, и я уже не пыталась их сдерживать.

– Он не стоит твоих слёз, малышка Ви, – тихо сказала она, поглаживая меня по спине.

– А что, если он вернётся? – мой голос дрогнул. – Что, если я снова приму его, как это уже было раньше?

Мари резко отстранилась и посмотрела на меня с прищуром. – Тогда я лично тебя пристрелю, – заявила она, притягивая меня обратно в крепкие объятия. – И его тоже. Но его сначала помучаю. Буду отрезать по одному пальчику в час.

Я всхлипнула и невольно улыбнулась.

– Не знала, что ты фанатка «Пилы». Когда ты стала ей?

Мари фыркнула.

– С тех пор, как ты начала встречаться с этим мудаком!

А ведь прошло уже много времени.

Целый год. Год, наполненный унижениями и оскорблениями, которые я терпела от своего бывшего.

«Ты пополнела.»

«Хватит столько есть!»

«Тебе не идёт эта прическа, выглядишь отвратительно.»

Каждое слово оставляло на мне незримые раны, но я упрямо пыталась их не замечать. Я оправдывала его, снова и снова.

«Он просто заботится обо мне,» – шептало сердце, сжимаясь в страхе перед правдой. Но разум не умолкал. Он кричал, что это не забота, а пытка, завуалированная под любовь. И чем дольше я закрывала на это глаза, тем глубже тонула в болоте, которое называлось «отношениями».

Я хорошо помню тот первый раз, когда он сказал, что я выгляжу «не очень». Тогда это прозвучало буднично, почти невзначай, но внутри у меня что-то сжалось. Я приняла его слова слишком близко к сердцу, будто они что-то значили, будто в них была забота.

Я попыталась измениться. Подбирала одежду тщательнее, иначе укладывала волосы, следила за каждым кусочком, который отправляла в рот. Мне казалось, что если я стану лучше, он будет счастливее. Но Артур даже не заметил. Не похвалил, не улыбнулся, не сказал ничего. Будто все мои старания были невидимы, будто меня самой не существовало.

– Ты – невероятно красивая, умная и сильная девушка. Он не имеет права забирать у тебя твою самооценку.

– Пожалуй, нам стоит выпить по бокалу вина и обсудить, как я могу вернуть себе свою жизнь.

Мари засмеялась.

– Вот это я понимаю! За жестокие расставания и потери, которые делают нас только сильнее! Нужно отпраздновать конец этой главы и начать новую.

Достав из шкафа пыльную бутылку красного вина, я на секунду задумалась, как долго она там пролежала. Смахнув невидимую пыль с этикетки, осторожно откупорила её и разлила рубиновую жидкость по бокалам, наслаждаясь глубоким ароматом, заполнившим кухню.

– Красное? – Мари прищурилась и слегка покосилась на бокал, словно оценивая его содержимое. – Ну ладно, сойдёт, – наконец произнесла она с ленивой улыбкой, взяв бокал и покрутив его в руке.

– Это единственный алкоголь, который остался с нового года, – пожала я плечами, присаживаясь рядом.

– Лапуля? И ты всё это время прятала его от меня? – притворно возмутилась Мари, сделав вид, что в её глазах читается недоумение. – Ладно, так уж и быть, я тебя прощаю!

– Спасибо тебе большое, Мари. – я усмехнулась.

– Представь только, – внезапно произнесла подруга, обводя взглядом кухню, полную знакомых вещей, – начинается второй курс! Все эти старшекурсники… Боже, там столько красавчиков! – Мари захохотала, её глаза блестели возбуждением.

– О чём ты задумалась, Мари? – я легонько толкнула её в бок.

Мари мечтательно прикусила губу и прищурилась.

– А что? Ты вообще видела хоккейную команду? Один капитан чего стоит… – Она вдруг повернулась ко мне с заговорщицким видом. – Слушай, у меня созрел план.

Я закатила глаза.

– Ой нет, только не твои планы. Мы уже знаем, к чему это приводит.

– Если ты про «Как соблазнить парня за два дня», то да, он был неидеален, – она всплеснула руками, – но эй! Это было на первом курсе! И всё не так уж плохо закончилось!

Я прищурилась.

– Пунктик «Облизывать губы, пока он смотрит»говорил об обратном. Фу, как вспомню, так…

– Ой хватит. Было и было! – перебила меня Мари. – План другой! Приходишь в университет, вся такая классная, секси, находишь жертву.

– Какую еще жертву? Ты что собралась с ними делать?

– Не перебивай меня! Заигрываешь с ним, показываешь, как сильно он тебе нравится. Короче, строишь из себя дурочку влюбленную! Рассыпаешь комплименты в его сторону.

– Например?

– Ну, что-то вроде: «У тебя такая улыбка, что я уже хочу спросить – ты случайно никого не заманивал в лес?»

– Боже, Мари, это ужасно. – рассмеявшись, произнесла я.

– Да, ты права. Нужно что-то менее рискованное. Ладно, еще подумаем! Продолжаем! Ты начинаешь с простого: ходишь с ним на тусовки, фотографируешься, выкладываешь всё в сети…

– И? – я подняла бровь, догадываясь, к чему всё идет.

– А дальше Артур всё это видит, кусает локти от злости, а ты счастливая уходишь в закат с чувством маленькой победы!

– Признайся, ты придумала это на ходу, – я скептически прищурилась. – Какой-то бредовый план!

– Ви, я знаю, это не совсем в твоём духе, но разве ты не хочешь ему отомстить? Пусть хоть раз пожалеет о том, что потерял тебя!

Я замолчала, размышляя над её словами. Идея использовать свою привлекательность как оружие выглядела… дерзко. И даже немного игриво. Может быть, это действительно то, что мне нужно, чтобы хоть на время вырваться из своих мрачных мыслей?

– Ты можешь представить, как он будет ревновать, если увидит, что ты флиртуешь с каким-нибудь классным старшекурсником, – сказала Мари, улыбаясь – Это будет отличная месть!

– Даже и не знаю.

Мари наклонилась ближе, её лицо было полным энтузиазма.

– Слушай, это не только месть! Это возможность вернуть себя себе! Ты сможешь, стать той девушкой, которой ты всегда была, но с капелькой уверенности и заигрывания! Как только Артур увидит тебя с другим парнем, он поймет, что ты не зависишь от него.

– Ладно, давай разберемся в деталях. Какой именно красавчик у нас на прицеле?

Мари с воодушевлением начала перечислять друзей старшего курса, рассказывая о каждом из них с разными уровнями восторга.

– Так, капитан хоккейной команды – это серьёзно! – Мари задумчиво прищурилась. – Он слишком самоуверенный, явно привык, что девчонки падают к его ногам. С каким-нибудь менее заметным парнем нам будет проще… Но!– она подняла палец, – если ты зацепишь капитана, я буду тебе завидовать до конца дней!

Мари мечтательно вздохнула.

– Представь: ты берёшь его под руку на каждой вечеринке, мило улыбаешься, будто вокруг больше никого не существует. Никакой драмы, только цветочки, воздушные шарики и светлое будущее без мудаков!

Я скептически приподняла бровь.

– А что, если он окажется таким же, как Артур? Что тогда?

Подруга хмыкнула и, небрежно махнув рукой, произнесла:

– Ви, расслабься, у нас целая армия парней в запасе. Можем менять их, как перчатки, пока не найдём идеального экземплярчика.

Я покачала головой, но уже с улыбкой.

– Ладно. Ты меня уломала. – Тяжело вздохнув, я попыталась сделать серьёзное лицо, но смех всё равно прорывался наружу.

– Ура! – Мари вскинула руки, будто только что выиграла Олимпиаду. – Итак, Ви, официально объявляю старт операции «Месть бывшему, пусть кусает локти»!

Она торжественно чокнулась своим стаканом о мой, и в этот момент мы обе засмеялись, будто только что подписали тайный заговор.

– Каждый раз, когда он будет видеть тебя, пусть поневоле вспоминает, что сам же всё потерял! – ухмыльнулась Мари.

Возможно, это даже будет весело.

Осталось подобрать парня на роль моего будущего парня.

Глава 2

Ви 

Когда ты оканчиваешь школу, первым делом, тебе кажется, что вот она – долгожданная свобода!

«Наконец-то моя жизнь изменится! Я начинаю новую главу в этой жизни!»

Ты уверена, что вот-вот начнешь открывать для себя новые знакомства, яркие эмоции, необычные идеи, что впереди только радость от изменений и новых впечатлений.

Как ни странно, реальность оказывается совсем другой.

Кто бы что ни говорил, но этот внезапный переход от «школьницы» к «студентке» оказывается далеко не таким, каким его описывают в фильмах и книгах. Вместо ярких вечеринок, волнующих приключений и беззаботных дней, ты сталкиваешься с суровой реальностью. Учёба, бесконечные экзамены, тонны незнакомых предметов, которые нужно осваивать, и необходимость найти свой путь среди множества возможных ориентиров. Всё это гораздо сложнее и запутаннее, чем вы могли себе представить.

Я помню первые недели на первом курсе, и, откровенно говоря, они были ужасно тяжёлыми. Раньше я была уверена, что справлюсь с любыми трудностями, где бы я ни оказалась, но в университете всё оказалось совсем не так. Потоки новой информации, бесконечные лекции, студенты, бегущие мимо, их разговоры и шум – всё это стало настоящим испытанием для меня. Мне казалось, что я просто не успеваю за темпом, который задает учеба и новая среда. К тому же, я чувствовала себя совсем одинокой. Найти новых друзей оказалось сложнее, чем я думала. Все мои одногруппники почти сразу распределились по группам с общими интересами, я же осталась в стороне. Собственно, вот почему я была одна целый семестр! Но не поддавайтесь унынию, потому что именно в этот период я встретила свою Мари.

Наше знакомство произошло на «Шоу талантов», которое организовывалось в главном корпусе университета. Мари выступала с танцевальным номером, а я была той самой занудой из профбюро своего факультета, которую все обходили стороной. Мари, заметив меня среди толпы, не стала ждать, а сразу подошла и предложила свою помощь. Для ее постановки требовалось вынести на сцену пару стульев, и я, хотя и немного удивилась тому, что Мари хотела мне помочь, согласилась. После той встречи моя жизнь мгновенно наполнилась яркими красками. Я не шучу, все так и было. Уже через неделю после нашего знакомства, мы с Мари покрасили волосы в яркие цвета. Видели бы вы лицо моей мамы, когда мы с подругой приехали ко мне домой в таком виде! Мама вначале просто остолбенела, но потом не смогла сдержать смех, увидев, как мы с Мари были довольны собой. Именно с тех пор, мы с ней дружим.

Конечно, услышав эту историю, вам наверняка захотелось задать еще один логичный вопрос. «А где твои школьные друзья?».

Ну, начнём с того, что в моей компании было всего четыре человека, и все они – девчонки. Алиса, та, с которой я делила почти все моменты школьных лет, уехала учиться в другой город. Мы даже не успели попрощаться нормально, просто её не стало рядом, и всё. Надя, подруга, с которой мы вместе пережили лучшие и худшие моменты подросткового возраста, не поступила в университет и уехала с родителями на другой континент. Мечты о наших встречах в будущем как-то размылись, потому что дистанция между нами оказалась не просто географической, но и эмоциональной. А Мира… Ну, с ней у нас совсем тяжелые отношения. Мы словно две противоположности, которые постоянно сталкиваются, но никак не могут найти общий язык. И нет, я не уводила у неё парня, как может показаться на первый взгляд.

Эй, мы не в какой-то чертовой драме!

Всё намного сложнее, чем кажется. Мира была той, с кем я раньше могла разделить всё, что происходило в жизни, но теперь всё не так уж и просто. Мы не могли понять друг друга, а чувства, которые остались, всё больше и больше становились горькими и тяжёлыми.

– Мари вызывает Викторию Андреевну на землю, вы слышите нас? Прием? – подруга щелкала своими пальцами у моего лица, пытаясь вернуть в реальность.

Я подняла голову и встретила ее недоуменное выражение лица. Рыжие волосы открывали ее нежное веснушчатое лицо, обрамляя его яркими локонами, сияющими на солнце так, словно они огненные язычки.

– Ты снова уснула с открытыми глазами? – Мари, глядя на меня своими большими зелеными глазами, улыбалась. – Тебе нужно больше отдыхать, скоро совсем упадешь. И хватит уже рисовать этих пчелок!

– Да, мам. – Недовольно протянула я, усмехнувшись и убрав свою тетрадь в сумку.

– Не называй меня так, лапуля.

– Не называй меня лапулей!

Мари легонько толкнула меня в плечо и, не отрывая взгляда, повернула голову в сторону парней, которые пробегали мимо нас. Она застыла в этом положении, словно картина на холсте, и не скрывала своего восхищения.

– Всю жизнь бы любовалась этими задницами, – с видимым удовлетворением выдохнула Мари, растянув руки вдоль скамьи.

Я фыркнула, немного отстранившись.

– Подруга, ты просто отвратительна, – сказала я, допивая последний глоток холодного кофе, чувствуя, как ледяная жидкость охладила моё возбуждение, которое оставалось от этого хаоса вокруг.

Мари продолжала не отрывать взгляд, и её лицо всё больше становилось довольным, словно она пила не кофе, а какой-то нектар, получая удовольствие от каждого глотка.

– А что? Ты видела Макса Соколова? – она подняла брови, оценивая проходящего парня. – Ну и красавчик, я бы с ним…

Я отрезала её мысли, словно ножом, потому что уже чувствовала, что она может втянуть меня в это бесполезное обсуждение, а времени на это не было.

– Мари, нужно выдвигаться, через час начнётся игра! – поторопила я её, отрывая её внимание от всех этих разглядываний.

– Уже? – Девушка опустила взгляд на наручные часы. – Хорошо, поговорим об упругих задницах после, пойдем.

Поднявшись со скамьи, мы с Мари направились во Дворец спорта. Погода была просто волшебной: небо, без единого облачка, растянулось как огромный синий холст, а солнечные лучи мягко касались земли, наполняя воздух тёплым светом.

– А за каким номером нам нужно будет наблюдать? – я обогнала подругу и обернулась к ней.

– Номер «26» и «18»,  можно еще «9». Они очень сладкие.

– Такое чувство, будто ты не о парнях говоришь, а о каком-то товаре. – Я искренне посмеялась.

– Так и есть. На сегодняшний день они – наш товар. И да, ты определенно должна их «купить». Кого-то одного! Хотя можно и всех…

– Хорошо, что они сейчас нас не слышат. Расскажешь мне про них?

– Конечно. «26» – капитан команды, его зовут Егор, и он – не просто паренёк, а настоящий комплексный образ. Он учится на 4 курсе, и уже с первых лет был известен как заядлый спортсмен, который буквально живёт тренажёрным залом. Но, что удивительно, Егор не просто атлет, а ещё и перспективная модель. Да-да, ты не ослышалась – будущая звезда подиумов. Кстати, он натуральный блондинистый, с такими светлыми, почти белыми волосами, что они кажутся ещё ярче на фоне его загорелой кожи.

Я на мгновение застыла, пытаясь осмыслить информацию, которую Мари так легко выдала.

– Стой. Модель? – я повернулась в сторону подруги, пытаясь осознать, что происходит. – Как… Дэвид Ганди?

Мари засмеялась, глядя на меня как на наивного ребёнка.

– Типа того, только помоложе и, возможно, посимпатичнее. Ты знаешь, его мама – дизайнер крутой линии мужской одежды, и иногда она фотографирует Егора для своих журналов. Я покажу тебе потом, как это всё выглядит!

– Хорошо, – ответила я, всё ещё с недоумением, но с некоторым любопытством.

– «18» – Рома, или как мы его называем, Долгошерстный. Заноза в заднице, но девчонки на него липнут, как мухи на мёд. Знаешь, он буквально воплощение Чака Басса из «Сплетницы». Даже внешне, он чем-то его напоминает: тёмные волосы, плохие манеры и взгляд, как у тигра перед прыжком, – объяснила Мари, не скрывая своего восхищения.

Я сделала недовольное лицо, иронично приподняв бровь.

– Чак Басс – плохой вариант.

Мари удивлённо повернулась ко мне.

– Это ещё почему? Ты что, с ума сошла? Чак Басс – секс символ! Он как аура, в него все влюбляются!

Я поджала губы, пытаясь скрыть смех.

– Ну, во-первых, Чак был абьюзером, а во-вторых, – я с хитрым взглядом посмотрела на подругу, – он был типичным примером плохого парня. Даже если он и «символ», то скорее символ катастрофы.

Мари фыркнула.

– Ты на самом деле так думаешь? Слушай, может, тебе просто не понравился его стиль – дорогие костюмы, игры на грани фола…

– Да, его стиль мне вообще не нравится! А вообще, я считаю, что если парень похож на Чака Басса, то через месяц он будет угорать в баре, откуда его в последний момент вытащит серьёзная девушка, в ужасе от его привычки запивать утренний кофе виски! – я ответила с улыбкой, и Мари опять хихикнула.

– Ладно-ладно, ты правду говоришь, – сдалась она. – Но Рома… В нём есть что-то такое. Можешь не верить, но этот парень – как котёнок с шершавым хвостиком.

– Давай дальше! Что насчет «9»? – я немного подыгрываю, вытягивая руку, как будто задаю важный вопрос.

Мари поигрывает взглядом, словно она готова раскрыть мне тайну, которую держит в себе.

– «9» – Денис, – отвечает она с лёгкой улыбкой, будто говоря о каком-то редком экземпляре.

Я приподнимаю брови, удивлённо поглядывая на подругу.

– Просто Денис? – повторяю, немного недоумевая.

Мари улыбается ещё шире, как будто её слово только что стало центром вселенной.

– Как бы тебе объяснить. Он довольно интересный. Молчаливый, спокойный, но неуловимый, – её слова звучат как загадка, которую я не сразу собираюсь разгадывать. – Он будто невидимка, в толпе как-то теряется, но его присутствие всегда ощущается. Что-то в его ауре держит всех на расстоянии, и это придаёт ему особую привлекательность.

Я немного останавливаюсь, размышляя.

– Тогда зачем ты его предлагаешь? – спрашиваю я, чувствуя, что что-то тут не так.

Мари явно ловит мой взгляд и, не скрывая интереса, отвечает с озорным блеском в глазах.

– Есть в нём какая-то таинственность, которая привлекает взгляды, – она с лёгким акцентом на слове «таинственность», словно подчеркивает его загадочность. – Ну и ещё мои одногруппницы говорят, что он хорош в постели. Ну, это я так, на всякий случай.

Я ошарашенно смотрю на неё, как будто только что услышала невероятное откровение.

– Подруга, ты серьёзно? – говорю я, пытаясь скрыть смешок, но понимаю, что это очередной случай, когда Мари легко перемешивает серьёзные факты с немного абсурдным юмором.

– А еще у всех этих троих не очень хорошие отношения с твоим бывшим, – Мари подмигнула мне.

– Значит…

– Значит, Артур точно будет в ужасе, если увидит тебя в компании с одним из них.

– Хорошо, осталось узнать, как их привлечь.

Мари не теряет ни секунды. С ловкостью, присущей только ей, она буквально за одну секунду стягивает с меня черный кардиган, оставляя меня в ярко-желтом боди, который подчёркивает все достоинства фигуры, а глубокий вырез заставляет меня чувствовать себя немного неловко.

– Вот так. Не прячь такую красоту!

– Ты отвратительная.

– Я слышу это уже второй раз за сегодня! Что-то ты распоясалась, мне нравится!

Через несколько минут, мы, наконец, дошли до финиша.

Сметая последние сомнения, мы уверенно вошли в Дворец спорта. Уже при пороге нас встретила особенная атмосфера, которая буквально пропитывала воздух. Энергия и волнения толпы ощущались на каждом шагу. Здесь было много людей, и каждый, кажется, был пронизан этим напряжённым ожиданием. Громкие крики болельщиков, как волнуясь, поддерживающих свои команды, сливались с гулом смеха, переплетающимся с шумом разговоров и обсуждений предстоящего события. Везде вокруг нас мелькали яркие, разноцветные флаги и плакаты, а в воздухе чувствовался запах попкорна и сладких леденцов, которые раскусывали юные фанаты, каждый из которых, казалось, переживал свою маленькую, но важную победу.

Сегодня я была здесь в первый раз. Честно говоря, я никогда не интересовалась спортивными соревнованиями. Обычно они казались мне не более чем пустой тратой времени, не способной привлечь моё внимание. Хоккей и футбол, например, я всегда воспринимала как какое-то странное занятие, полное необъяснимых для меня действий.

Всё это: драки на льду, бесконечные смены счета, шайбы, ворота – в моей голове всё это было сплошной смесью непонятных движений, не имевших, как мне казалось, смысла. Я не могла понять, что так восхищает людей в этих шумных и порой жестоких играх, почему они так бурно переживают каждый момент, каждое движение.

– Эй, девчонки! – раздался из толпы незнакомый голос, и мы одновременно обернулись.

Я повернулась к подруге с любопытным взглядом.

– Это он нам? – спросила я, поднимая бровь, не уверенная, что поняла, о ком идет речь.

– Да, это Илья, мой однокурсник и ярый поклонник хоккея, – ответила Мари, слегка улыбнувшись.

– Это благодаря ему мы пройдем бесплатно, да? – я с сомнением взглянула на подругу.

– Именно, – Мари кивнула, с тайной улыбкой добавив: – Его отец – директор арены, так что да, сегодня нам открыты все двери. Улыбнись ему.

Мой взгляд скользнул на Илью, который уже стоял перед нами, не проявляя особого волнения, как будто это было для него чем-то вполне обыденным. Он явно был уверен в себе и в том, как его воспринимают окружающие.

– Как вы тут? Пойдете на игру? – спросил Илья, явно заинтересованный в нашем ответе.

– Конечно, – Мари ответила быстро и уверенно, не упуская возможности привлечь его внимание своим обаянием.

Подруга прекрасно знала, как действовать в таких ситуациях. Я не могла не заметить, как её улыбка сразу стала чуть более яркой и кокетливой.

– Я вас проведу на арену, – с энтузиазмом предложил Илья и, подхватив нас под руки, повел вперед, несмотря на толпу людей. Мы пробирались сквозь шумную массу, и я заметила, как многие откликались на его приветствия.

Я шла за Мари и Ильей, чувствуя себя немного на обочине всей этой суеты. Не понимаю, как я согласилась на эту авантюру – мне и в самом деле было непривычно находиться в окружении таких живых эмоций. Каждый зритель, казалось, был погружен в атмосферу игры, ожидая появления своих любимых игроков. Я смотрела на их взволнованные лица, на яркие флаги и плакаты, которые они держали, однако сама все еще не могла отделаться от чувства, что это как-то не мое.

Тем не менее, когда мы продвигались дальше вглубь трибун, вид на лед стал всё более захватывающим. Он умиротворял своей гладкой поверхностью, как зеркало.

Илья вывел нас к ряду сидений, которые были удивительно близки к месту действия. Никогда бы не подумала, что так близко смогу увидеть хоккейные баталии.

– Прошу, – Илья взглянул на Мари, – для вас, самые лучшие места.

– Спасибо! – Подруга мило улыбнулась парню.

– Если что, я буду выше.

Пока Мари охмуряла своего однокурсника, я вглядывалась в арену. Впереди на льду собираются хоккеисты, их форма блестит, а клюшки уже готовятся к игре. Шумный гомон болельщиков постепенно нарастал, словно ожидание предстоящей бури.

– Боже, здесь всегда так шумно? – я повернулась к подруге, которая в это время, припудривала свое лицо.

– Конечно. Ты что, «Молодежку» не смотрела? – Воскликнула Мари, не поднимая глаз от зеркальца, все еще продолжая наводить порядок в своем образе.

– Нет.

– Вот черт. Ты и правда, вылезла из пещеры, – с издевкой протянула Мари, склонив голову в сторону и вновь посматривая в зеркало.

– Иди ты!

– Ладно, не переживай. Со временем сделаю из тебя настоящую поклонницу хоккея, – с облегчением произнесла Мари.

Я даже не знала, что ответить на это. Учитывая весь шум и суматоху вокруг, я могла лишь смотреть на хоккеистов, которые начали разминку, и надеяться, что это время пройдет незаметно.

– Ой, а вот и наш капитан! – Игриво воскликнула Мари, указывая в центр льда.

Я последовала за её взглядом и заметила парня в синей форме, который выделялся на фоне своих товарищей. На спине у него красовалось число «26», а уверенная поза и движения выдавали в нем настоящего лидера.

Его лицо было скрыто за шлемом, но даже издалека ощущалось, что он полностью сосредоточен.

Болельщики начали возбужденно вскидывать руки и выкрикивать его имя, создавая такой гул, что казалось, будто весь Дворец спорта вот-вот взорвётся от волнения.

– Если ты будешь играть с его чувствами, то советую перед этим, избавиться от конкуренток, – весело произнесла Мари.

– А что он делает? – я наконец-то осознала, что на самом деле не разбираюсь в хоккее, и мне хотелось узнать больше.

– Он ведет разминку, – ответила она, наклонившись ближе ко мне. – Каждый капитан имеет свою «фишку», если можно так сказать. Он будет организовывать игру, подавать пример товарищам по команде.

Я вгляделась в капитана, который энергично выполнял разминку – броски, скольжение – и постепенно в его движениях стало проглядывать уверенное мастерство. Вокруг него собирались ребята, подстраиваясь под его стиль и ритм.

– Он действительно выглядит так, будто знает, что делает, – отметила я, наблюдая за тем, как капитан периодически оборачивается к своим партнерам.

– А еще у него секси тело.

– Мари, я не собираюсь с ним спать. – Ответила я, пытаясь придать своему голосу серьезность.

– А зря! Это же лакомый кусочек.

– Мне просто нужно будет повстречаться с ним, совсем немного.

– Вот именно! Неужели, ты упустишь такой момент? – Мари прищурилась, явно представляя, как это будет выглядеть.

Я только вздохнула и покачала головой. Она всегда была такой упрямой, когда дело касалось парней. Но сейчас секс не входил в мои планы.

– Мари. – протянула я с укором.

– Ладно, лапуль, как скажешь. – Подруга откинулась на спинку сиденья. – Но я бы…

– Мари, думай о Соколове, о его заднице! – Я попыталась отвлечь её от очевидного направления разговора.

– Не могу, на льду новая задница, номер «12». – С ухмылкой ответила она, указывая на другого хоккеиста в синей форме, который раскатывался по льду, привлекая внимание болельщиков.

Я не могла сдержать усмешки. Мари была безнадежно увлечена игроками и их привлекательностью. И, несмотря на её шутливый тон, мне было весело наблюдать за подругой.

– Если ты выберешь капитана, то этого я возьму себе. – Уверенно заявила Мари, словно уже делила трофеи, которые ещё даже не были завоеваны.

– Что? А как же Илья?

– Илья? А, этот, – она отмахнулась, как будто это была всего лишь мелочь. – Да я просто флиртую с ним, «запасной аэродром».

Я не смогла сдержать смех, представив, как Мари пытается расположить к себе сразу несколько хоккеистов.

– Чего ты смеешься? – Мари прищурила глаза.

– Ты отвратительная! – Ответила я, пытаясь сдержать улыбку.

– А что такого? Я достаточно уникальна, чтобы тратить все свое свободное время на одного парня!

– И как же это называется?

– Это называется многофункциональность! – Подруга сделала серьёзный вид, но её глаза светились от веселья.

– Многие девчонки мечтают о «супергерое» единственном и неповторимом, а ты рассматриваешь целый «пул» кандидатов, – продолжала я с улыбкой.

– Нельзя же быть такой скучной, – произнесла Мари, как ни в чём не бывало. – В жизни всегда нужно пробовать что-то новое.

– Что, например?

– Например, переспать с капитаном команды.

– Мари! – я возмущённо фыркнула, но подруга лишь пожала плечами, сохраняя самую невинную мину на свете.

– Что? Это просто опыт, – легко отмахнулась она, явно не испытывая ни капли смущения. – Они накачанные, красивые, атлетичные. Ну и давай будем честны – у них наверняка бешеное либидо.

– Игра начинается, – поспешила я перевести тему, сделав вид, что меня совершенно не заинтересовал её ход мыслей. – Отложим этот разговор до лучших времён.

Мари лишь многозначительно цокнула языком, но спорить не стала. Вместо этого она перевела взгляд туда, куда уже смотрела я, – на центр арены, где вот-вот начнётся ледовое побоище.

Игроки рассредоточились по льду, словно шахматные фигуры на незнакомой доске, но в этой игре мне не понятны правила. Каждый из них стремится к своей цели, но я не вижу единой стратегии, лишь хаос, сливающийся в динамичное движение. Куда они все бегут? За чем гонятся? То тут, то там пролетает шайба, и мне кажется, что я упускаю что-то важное.

Каждый раз, когда арена взрывается аплодисментами, я напрягаю слух, но вокруг звучат лишь радостные крики, которые не находят отзвука в моем сердце. Я смотрю на трибуну – лица полны восторга, а я, словно затерянный в этом потоке эмоций зритель, продолжаю наблюдать за происходящим с отстранением. Первый тайм проходит, а я остаюсь в плену непонимания, как будто нахожусь за стеклом, лишённая возможности ощутить пульсацию этого мира.

Во втором тайме происходит что-то удивительное. Мой интерес пробуждается, и я начинаю понемножку разбираться в правилах. Может это из-за объяснений Мари, а может, я просто слишком сильно увлечена парнем под номером «26».

На льду все становится быстрее и напряженнее: игроки движутся с такой скоростью, что я все чаще ощущаю, как сердце замирает от восхищения.

– Бог ты мой, это что, драка? – восклицаю я, не в силах оторвать глаз от того, что происходит.

Капитан уверенно вёл шайбу к воротам противника, когда вдруг хоккеист из другой команды – огромный, как бык – выскочил ему на встречу. Сильно врезавшись в него, они оба покатились по льду и с глухим ударом врезались в стеклянное ограждение.

Капитан, опираясь на стену, попытался вернуться в игру. Но пока он приходил в себя, враг, воспользовавшись замешательством, перехватил шайбу и мчался в сторону своих ворот, вырывая у капитана шанс на гол.

Однако капитан, не растерявшись, быстро пришёл в чувства и, словно ветер примчался следом за ним. Он выбросил плечо вперёд и резко толкнул соперника, заставив его потерять равновесие. Шайба тут же отправилась в сторону его нападающего.

– Ты это видела?! – кричит Мари, её глаза блестят от волнения. – Нашего капитана сейчас оштрафуют.

– Так не он первый начал. – Возражаю я, следя за тем, как на ледяной площадке продолжает разгораться схватка. Игроки толкаются, пыхтят и, несмотря на шлемы и защиту, пытаются выдавить друг из друга максимальное количество эмоций.

Мари, смеясь, кивает.

– Да, но арбитры видят только часть! Когда ты так дерёшься, они всегда ищут виноватого, а капитан у нас постоянно в центре событий.

Хоккеисты заняли скользкую площадку, падая на лёд, и началась настоящая драка. Бой был бурным, когда они катились, цепляясь друг за друга, пытаясь ухватиться за униформу и нанести удары.

На трибунах зрители не могли разглядеть деталей – палки и тела заполонили арену. Стены ограждения ниже пояса были увешаны рекламой, и лишь сверху выглядывали головы остальных игроков и судей, возбужденно наблюдающих за хаосом.

Судья, увидев разгоревшуюся схватку, мгновенно вмешался, прерывая бой. Его свисток пронёсся по арене, и он начал разнимать игроков. На это ушло несколько мгновений, в течение которых парни продолжали обмениваться ударами.

В итоге, обоим игрокам влепили штраф – по пять минут на скамейку запасных. Вместо того чтобы продолжить бой, они теперь оказались разлучены. Игра возобновилась, но команды были в неполном составе.

Я не могу понять, почему зрители так реагируют на эту неразбериху. Они радостно поднимаются со своих мест, полные энтузиазма и восторга.

– Они чуть не прибили друг друга, а зал счастлив?! Что это за игра вообще такая?

Мари оборачивается ко мне, у неё широкий восторженный смех на лице.

– Это хоккей, дорогая! Это не просто игра – это шоу! Людям нравится видеть борьбу, чувствовать адреналин.

– Ужасно. Социальная драма на льду. – произношу я, глядя на подругу. – неужели людям это нравится?

– Это часть эмоций! – отвечает Мари. – Хоккей – это не только шайба и ворота, это конфликт, напряжение, желание победить любой ценой. Драки, бои… это добавляет перца! Люди хотят видеть страсть!

– А я думала, хоккеисты нормальные. – недоумеваю я, наблюдая за тем, как зрители в восторге от нелепых сцен на льду.

– Ви! Они нормальные, просто немного… безбашенные! – заразительно смеется Мари.

Зрители, которые только что пережили эту бурю эмоций, начали шумно обсуждать увиденное. Некоторые повернулись друг к другу с первобытным восторгом, обсуждая свои фавориты, кто был прав, а кто виноват в этой ситуации. Я понимала, что вся группа замерла в ожидании, надеясь на продолжение – зрители искали яркие моменты, хотели больше борьбы, драма их совершенно захватила.

Я не могла понять, что именно привлекло людей, но у меня появилось чувство, что за этим безумным действием скрывается более глубокий смысл. В этой игре есть нечто первобытное, что, возможно, притягивает людей. Не так-то просто отвернуться от эмоционального вихря, которому поддаются зрители.

Наконец, игра подошла к концу, и напряжение в зале, немного улеглось. Команды разошлись по углам площадки, потирая уставшие мышцы и ещё вспоминая недавнюю драку. Вокруг царила атмосфера восторга и облегчения. Зрители хлопали в ладоши, выкрикивали имена любимых игроков, эхо которых наполняло арену. Я же задумчиво смотрела на площадку, прикидывая, что именно мне сегодня показали.

– Всё, мы идём в раздевалку! – неожиданно воскликнула Мари, подталкивая меня локтем, – Я знаю короткий путь! А главное, без лишних глаз!

– Что?! Зачем? – удивилась я.

– Хочу поздороваться с хоккеистами! Ви, не тупи!

– Ты серьёзно?

– Да, Ви! Это будет потрясающе! – Мари продолжала подталкивать меня к коридору, ведущему к раздевалкам. – Давай, не будь нюней!

– Нет, Мари! Что я им скажу? – в панике прошептала я, чувствуя, как щёки начинают гореть от одной только мысли. В голове хаотично проносились варианты, но каждый из них казался ещё более нелепым, чем предыдущий.

– «Мальчики, вы сегодня были просто потрясающими! Распишитесь на сиськах? Желательно номер «26». – Подруга произнесла это так уверенно, как будто это было абсолютно нормальным предложением.

– Мари! – Я уставилась на неё в шоке, но та лишь пожала плечами, явно не понимая, в чём проблема.

– Да ну что? Мы действуем по плану! – она отпустила мою руку и мастерски закатила глаза, ненадолго застыв в позе безмолвного протеста.

– Может мне сразу к ним в душ сходить? Выбрать лучшего? – саркастично парировала я, даже не надеясь, что она воспримет это как шутку.

– Кстати, шикарная идея! – оживилась Мари, заговорщически придвигаясь ближе. – Так ты сразу поймёшь, кто из них достоин внимания, а кто только на словах хорош!

– Ты отвратительная!

– Где-то я уже это слышала, – она махнула рукой, словно отмахиваясь от скучной формальности, и тут же подалась вперёд с новой порцией энтузиазма. – Ладно, без душа, но мы зайдём хотя бы на минутку! Только чтобы убедиться, что они вживую такие же горячие, как на льду!

– И что мы скажем, когда они спросят, кто мы такие? «Привет, мы просто фанатки, которые не могут уйти от соблазна заглянуть в раздевалку»? – я скрещивала руки на груди, сердито поджав губы.

Мари смеялась, но что-то в этом смехе было слишком беззаботным, и это бесстрашие её характера злило меня ещё больше.

– Конечно! Они только и ждут, когда к ним подойдут две сексуальные фанатки! – сказала она с игривостью, подталкивая меня вперёд.

– Ты даже не понимаешь, как это всё глупо, – воскликнула я, но сердце моё трепетало от адреналина.

– Глупо или нет, но это будет весело, я уверена! – Мари не собиралась сдаваться. Как же легко она игнорировала мои опасения.

– Если ты на самом деле хочешь, чтобы нас выставили, то, пожалуйста, продолжай! – бросила я с отчаянием, осознавая, что эта авантюра уводит меня прочь от привычного мира.

– О, перестань уже! Это будет незабываемо! – нахмурилась Мари, забираясь за ручку двери с властным видом.

Я ещё раз закатила глаза, не веря, что мы вообще собираемся это сделать.

Как только Мари с энтузиазмом распахнула дверь, я тут же поняла, что что-то не так. Мгновенно внутри всё похолодело, а сердце пропустило удар, будто решило сбежать, не дожидаясь развязки. Вместо обычной раздевалки перед нами оказалась душевая, и, судя по всему, её никто не потрудился закрыть.

Моё сознание не успело среагировать, а взгляд уже наткнулся на высокую фигуру мужчины, стоящего под струями воды. Тёмные мокрые волосы спадали на его лоб, капли стекали по сильным плечам, скользили по рельефному прессу и исчезали где-то ниже. Мыльная пена мерцала на его коже, подчёркивая каждую идеально очерченную мышцу.

Мари, кажется, была в полном восторге. Я же не могла пошевелиться.

Он резко повернулся, заметив нас, и нахмурился, пытаясь осознать, что, чёрт возьми, происходит.

– Эм… привет? – пробормотал он, явно так же застигнутый врасплох, как и я.

В этот момент жар прилил к моим щекам, уши запылали, а воздух вдруг стал каким-то вязким и тяжёлым. Я пыталась заставить себя отвести взгляд, но проклятая гравитация как будто сговорилась со мной, тянула его вниз…

О, Боже.

Внутренний голос закричал: НЕ СМОТРИ!

Я моргнула, осознавая, что уже несколько секунд просто таращусь на него. Катастрофа. Полный провал. Хуже быть не могло.

– Ой! – взвизгнула я, наконец-то возвращая себе способность двигаться, и резко отвернулась, впиваясь взглядом в стену, как будто она была самым интересным объектом в этом помещении.

Я зажмурилась. Убейте меня прямо сейчас.

– О боже! Мари, что ты наделала?! – начала я безумно лепетать, бросая взгляд на подругу, которая, казалось, вообще не осознавала масштабы случившегося. Мари, вместо того чтобы попытаться как-то сгладить ситуацию, мгновенно захлопнула дверь и начала громко смеяться. Её смех эхом раздавался в коридоре, нарушая тишину.

Я повернулась к ней, чувствуя, как ярость и смущение накрывают меня с головой.

– Ты должна была видеть его лицо! – произнесла она, еле сдерживая смех, её глаза блистали, а губы растянулись в широкой улыбке. – Ты же увидела? Или твой взгляд был направлен…

– О боже, какой позор!

Мари схватила меня за руку, четко осознавая, что я на грани истерики. Она продолжала смеяться и, похоже, всё воспринимала как нечто совершенно нормальное и даже забавное. Внутри меня бурлили эмоции: от стыда и смущения до неимоверного смеха над тем, какой же абсурдной может быть жизнь.

– Зачем ты вообще открыла эту дверь?! – упрекнула я её.

– Я перепутала! – ответила она, щебеча. – Это всего лишь мелочь, а не катастрофа всей твоей жизни.

Мари резко повернулась к двери, на мгновение приостановилась и надела на себя самодовольную гримасу, вспоминая образ мужчины, случайно осуждающего нас обоих.

– Может, нам стоит вернуться? – предложила Мари с задором в голосе, но я в ужасе закрыла уши, будто это могло как-то оградить меня от дальнейшей неловкости.

– Нет-нет-нет, Мари, ни за что! – я тяжело вздохнула и перевела взгляд от неё к двери, где всё ещё продолжали звучать едва уловимые звуки нашего незваного «гостя».

– Да ладно тебе, это даже не капитан команды!

– Ты знаешь кто это?

– Конечно! Это их тренер – Мирон Романович Плесицкий.

Словно молния ударила в меня – одна мысль пронзила сознание. Я открыла рот от удивления и замерла на месте.

– Тренер?!

– Да.

– Нет.

– Да.

– Он слишком молодо выглядит. Ты мне врешь! – выпалила я, в моем голосе звучали нотки паники.

– Ви, я клянусь тебе! – настойчиво произнесла Мари, глядя мне в глаза с такой серьёзностью, что я не могла не поверить ей.

О мой бог! Я только что видела голого тренера нашей хоккейной сборной.

– Хорош собой, да? – с хитрой усмешкой протянула Мари, даже не пытаясь скрыть своего веселья.

Я замерла, сжав губы в тонкую линию, надеясь, что, если я проигнорирую её, разговор сам собой сойдёт на нет. Но, конечно же, это была Мари.

– Что? – я попыталась сделать вид, что не понимаю, о чём она.

– Ты слышала, подруга, не притворяйся! – её улыбка стала ещё шире, а в глазах плясал откровенный азарт.

Я повернулась к ней, испепеляя взглядом, но та лишь ухмыльнулась в ответ.

– Мари, мне нужно домой, – твёрдо заявила я, в панике собираясь бежать как можно дальше от этого проклятого места. – Хватит на сегодня экшена.

– Но как же… – она надула губки, будто ребёнок, у которого отняли конфету.

– Продолжим осуществление плана завтра! – оборвала я её, начиная подозревать, что за этот вечер заработала сразу несколько нервных тиков.

Мари, конечно, не была бы собой, если бы не завершила этот момент в своём фирменном стиле. Она подмигнула мне, сделала соблазнительный жест, будто отправляла воздушный поцелуй, и лукаво произнесла:

– Пока, лапуля!

Я закатила глаза.

Кто бы мог подумать, что обычный поход на хоккей закончится таким позором?

Мирон Романович, я надеюсь, что вы меня не запомнили!

А еще надеюсь, что это были не вы и Мари обозналась…

Глава 3 

Ви

Победа нашей хоккейной команды всегда означает одно – грандиозную вечеринку в загородном доме родителей капитана. Когда-то давно они уехали жить в другую страну, оставив особняк на попечительство сына, но, по сути, он превратился в место для бесконечных тусовок. Сам Егор живёт в обычной однокомнатной квартире, а вот здесь устраивает праздники после каждой крупной игры.

Если говорить откровенно, эти вечеринки больше похожи на хаотичные, безудержные пьянки. Куча незнакомых девушек в коротких нарядах, липкие от алкоголя поверхности, громкая музыка, витающий в воздухе аромат сигарет и дешёвых духов. Страстные парочки уже нашли укромные уголки, а в центре гостиной танцуют те, кому всё равно, как они выглядят – чем больше алкоголя в крови, тем более смелыми и откровенными становятся движения. В других частях дома шумят импровизированные соревнования по «пьяным играм», где одни старательно удерживают равновесие на одной ноге, а другие уже валяются на полу, громко хохоча.

Выглядит отвратительно!

– Вот, видишь? Это было в прошлом году! – Мари забирает свой телефон обратно и продолжает. – Мы обязаны туда попасть!

– На эту пьяную оргию? Они же съедят друг друга! – Я исказила лицо в отвращении.

– Ви, тебе это нужно! – Мари схватила меня за плечи и заговорщицки прищурилась. – По плану, ты случайно попадаешь туда, спотыкаешься, падаешь в объятия Егора, а потом… – она выдержала театральную паузу, – вы уже где-нибудь в углу, зажимаетесь, как все остальные!

Я закатила глаза и устало вздохнула.

Если честно, идея меня совершенно не прельщала. В голове тут же всплыли образы полуосвещённых комнат, где царил хаос – перекошенные от алкоголя лица, спутанные волосы, громкий, заливистый смех, который со временем становился всё более неестественным, надрывным, почти истеричным. А ещё парочки, прильнувшие друг к другу так тесно, будто боялись разъединиться, – руки, сжимающие чужие талии, губы, жадно исследующие друг друга, и повсюду эта липкая, навязчивая атмосфера вечеринки, где каждый просто теряет контроль. Противный комок неприятных ощущений завязался в желудке.

– И что, думаешь, это будет романтично? – спросила я, всё ещё не веря в её план.

– Конечно! Пусть это и классический водевиль, но только представь! Ты попадаешь в его сердце среди всего этого хаоса. – Мари мне подмигнула. – Ты же всегда говорила, что тебе нужна искра!

– Искра? А если он меня даже не заметит? Какой смысл в этом падении в объятия, если я – никто для него?

Мари покачала головой, её уверенность не поколебалась.

– Ты не понимаешь! Именно в этом и есть магия. Думай, черт возьми, это твой шанс! Ну и мой тоже…

– Боже, Мари! Так и скажи уже, что тебе просто хочется повеселиться!

– Да! – с драматичным взмахом рук выпалила она. – Я хочу повеселиться! Напиться и устроить настоящий дебош!

Я тяжело вздохнула. Ну конечно. Чего ещё можно было ожидать?

– Ладно, – пробормотала я, покачав головой. – Твоя взяла. Когда эта злополучная вечеринка?

– Сегодня в девять! Нас проведёт Кирилл.

– Кирилл? Какой ещё Кирилл?

– Номер тринадцать! – с хитрой улыбкой пояснила Мари. – Иногда быть разносторонней личностью очень полезно.

Я подозрительно прищурилась.

– Ты с ним тоже спишь?

– Боже, нет! – фыркнула она, закатив глаза. – Я с ним флиртую.

Я молча посмотрела на неё, всё ещё пытаясь осознать услышанное.

– И… как давно это продолжается?

– Около недели, – небрежно бросила Мари. – Не переживай, помотрошу и брошу!

Я только и смогла, что недоумённо моргнуть.

– Ладно, всё, хватит вопросов! Собирайся! – подруга хлопнула меня по ягодицам и весело направилась в ванную. – А я пока в душ!

– Хорошо. – ответила я вслед.

Через пару минут, я начала собираться. Из ванной доносились звуки воды, вперемешку со звонким голосом подруги. Кажется, она поет какую-то попсу.

– Мари? Все нормально?

– Все отлично, лапуля!

Я лишь покачала головой. Подходя к зеркалу, я взглянула на своё отражение и поняла, что нужно взять дело в свои руки. Быстро расчёсав свои длинные черные волосы, я собрала их в высокий хвост, позволяя нескольким прядям свободно упасть на лицо, добавляя немного загадки и игривости.

Настало время макияжа. Достав косметичку, я принялась искать свой любимый черный лайнер. Да, я начинаю свой макияж со стрелок и что?! Это мой секрет, который всегда приносит мне уверенность!

Собираясь сделать идеальные стрелки, я сконцентрировалась и провела по векам две плавные линии. Они получились острыми и достаточно выразительными. Идеально! Я улыбнулась своему отражению, ощущая, как уверенность нарастает с каждым новым штрихом. Теперь предстояло завершить образ, и я знала, какие шаги мне нужно предпринять.

Закончив макияж, оставался лишь последний штрих – красная помада!

Я достала её из косметички, с трепетом открыла и провела ей по губам, аккуратно обводя контур. Я всегда считала красный цвет символом страсти и уверенности. Когда помада легла на губы, я почувствовала, как вся сила и энергетика собралась в одном маленьком движении.

– А вот и я! – Мари стянула с себя белое хлопковое полотенце, оставшись лишь в одних трусиках. Я не могла сдержать смеха, глядя на её неистовое появление.

– И что это за представление? – с поддразниванием спросила я, покачивая головой.

– Я выбираю себе твое платье. – уверенно произнесла Мари и направилась к шкафу.

– Только не кремовое! Ты мне его растянешь!

– А как насчёт этого? – вдруг вырвалось у Мари, когда она потянула ручку за чёрным, облегающим мини платьем, про которое я совершенно забыла.

– Это выглядит лучше! – обрадовалась я. Чёрный цвет подчеркнёт её образ, не будет лишним и подойдёт идеально для вечера. – К твоим огненным волосам оно подойдет идеально!

– Возможно, я даже сделаю небольшую модификацию! – добавила она с озорным блеском в глазах, представляя, как добавит что-то своё, – а ты… Может, наденешь свой красный блестящий комбинезон?

– Тот с глубоким вырезом?

– Ага.

– Ты действительно думаешь, что это лучший вариант?

– Для соблазнения Егора – да!

– Хорошо. Не зря же я губы красные накрасила!

– Моя ты девочка! Дай мне 15 минут, и я позвоню Кириллу!

Время тянулось невыносимо долго. Казалось, что пятнадцать минут растянулись до бесконечности, но когда я посмотрела на часы, было уже восемь вечера. Мы с Мари успели не только подготовиться, но и устроить целый предвоенный совет. Подобрали наряды, довели макияж до совершенства, несколько раз обсудили «стратегию завоевания мужчин» и даже попробовали репетировать самые выгодные позы перед зеркалом.

– Ты уверена, что он вообще ответит? – усмехнулась я, лениво перебирая волосы.

– Ну конечно! – Мари вздёрнула подбородок с непоколебимой самоуверенностью. – У него нет шанса сказать «нет», когда я позвоню.

Она с победной улыбкой подняла телефон и набрала номер. Я только закатила глаза – если бы уверенность Мари можно было продавать, она давно бы стала миллионершей.

Наш проводник в мир ночных развлечений наконец прибыл. Кирилл подъехал с такой грацией, словно это была сцена из дорогого фильма. Его автомобиль мягко затормозил у тротуара, а сам он, словно голливудская звезда, распахнул перед нами дверь и с пафосом произнес:

– Готовы зажигать?

Мы с Мари переглянулись, едва сдерживая смех. Кирилл явно переигрывал, но делал это так искренне, что невозможно было не улыбнуться.

– На все сто! – с задором ответила Мари, лукаво подмигнув ему.

Не теряя времени, мы сели в машину, и вскоре шум города остался позади. Пока Кирилл сосредоточенно вёл, Мари весело рассказывала истории, а я время от времени посматривала в окно, предчувствуя хаос грядущей вечеринки.

Через полчаса мы были на месте. Едва открыв дверцу автомобиля, я ощутила, как музыка буквально вибрирует в воздухе, разливаясь мощными ритмами. Звуки басов отдавались в груди, разноцветные огни мелькали в окнах особняка, а у входа уже толпились люди, весело болтая и потягивая напитки.

– Добро пожаловать в логово разврата, – хмыкнул Кирилл, жестом приглашая нас внутрь.

Я только глубоко вдохнула, настраивая себя на долгую и, вероятно, безумную ночь.

– Это точно будет незабываемо, – произнесла Мари, когда мы подходили к дому.

Мы шагнули в дом, и сразу же оказались в самом центре настоящего хаоса. Вокруг нас были группы людей, разбившиеся на небольшие компании, их лица светились от смеха, а воздух наполнялся звуками разговоров, музыки и ритмичного пульсирования басов. Танцующие пары не обращали внимания на то, что происходит вокруг них, поглощенные друг другом и яркими огнями, которые сверкали из динамиков и освещали каждую грань комнаты.

– Кирюша, возьмешь нам что-то выпить? – с кокетливым взглядом спросила Мари, обворожительно улыбнувшись.

– Конечно, – ответил он, уходя в сторону бара.

Как только Кирилл скрылся за дверью, Мари тут же, словно превратившись в настоящую манипуляторшу, повернулась ко мне с серьёзным видом.

– Уходим вглубь, не нужно, чтобы он нас увидел, – быстро сказала она, ловко двигаясь в сторону дальнего коридора.

Я приподняла брови и не смогла сдержать смешок.

– Ты отвратительная, – выдохнула я, ловя её взгляд, полный скрытой игры и хитрости.

Мари лишь ухмыльнулась и ответила с вызовом:

– Я тоже тебя люблю! А теперь иди, лети в руки к капитану. Я буду рядом!

Я махнула подруге в ответ и, решив, что пришло время действовать, развернулась в поисках моего будущего «парня». Но, конечно же, как это обычно бывает, все пошло не по плану.

– О, вот черт, – выдохнула я, почувствовав, как паника немножко захлестывает.

Да, вот он. Тот самый капитан. Егор Авраменко. Он стоит прямо передо мной.

– Привет, – пробормотала я, пытаясь заставить свои слова звучать уверенно.

– Привет! – Егор улыбнулся мне так, будто встретил старую знакомую. – Ты новенькая чирлидерша? Я тебя еще не видел, – заметил он, с любопытством осматривая меня сверху донизу.

Я не могла не заметить, как он явно смакует каждый момент, рассматривая меня.

– Нет, – быстро ответила я, пытаясь вернуть себе немного достоинства, – Я здесь с подругой и ее другом.

Он кивнул, не обескураженный и совершенно спокойный, а потом, будто понимая, что все происходит слишком легко, протянул руку:

– Круто. Я Егор, – сказал он с таким уверенным видом, будто его знакомство – это не просто формальность, а почти мистическое событие. – Это мой дом.

– Я знаю, – ответила я, не подавая руку, потому что зачем это делать, если я и так уже ловила его взгляд на себе. – Ну, увидимся.

Немного замешкавшись, я с улыбкой, скорее ироничной, чем растерянной, сделала шаг назад. Ну вот, первая встреча состоялась, и теперь, кажется, я могу претендовать на звание «не самой ужасной знакомой Егора».

Чёрт, что я только что сделала?! Как я могла упустить такой момент? Вроде всё шло так хорошо, а теперь я выгляжу как полная идиотка. Мари меня убьет, это факт. И, конечно же, как на зло, она тут как тут. Почти сразу подскочила ко мне и, не успев толком обдумать, выдала:

– Что произошло? Почему так быстро?

Я стояла в полном ступоре, пытаясь собрать свои мысли и не выглядеть как полная неудачница. Но всё, что я смогла выдавить, это:

– Эм… Я… просто… – мой голос чуть не задрожал от смущения.

– Меньше говори, больше действуй! – Мари с напором произнесла это, как если бы только что озвучила секретный план по захвату мира, а потом, опуская руки, как будто собиралась силой толкнуть меня обратно к Егору, добавила: – Ты же не на пикнике, в конце концов!

Я сделала круглый взгляд, в поисках какого-то спасительного решения, и как-то бессознательно указала на стол с выпивкой:

– Может… я сначала выпью? Это всё немного… стрессово, понимаешь?

Мари без лишних эмоций оттянула мою руку, едва не вырвав стакан с пивом, и, держа меня за плечо, сказала:

– Нет, – как строгий тренер, – сначала ты его…

– Всё, поняла, поняла! – я чуть не заорала, словно пришла в себя, и поспешно добавила: – Не кричи! Я вернусь к нему, обещаю.

Мари прищурилась, оценивающе глядя на меня, и с каким-то странным спокойствием и одобрением произнесла:

– Ты сможешь! Я с тобой! – Она прошептала это как девиз победителей, и я чуть не чувствовала себя как супергерой, только вместо плаща – с тем, что осталось от моего достоинства.

Вдохнула поглубже, собралась и, в этот раз, с нацеленностью на успех, пошла в сторону Егора. Хотя, если честно, больше походила на обезумевшую курицу, пытающуюся вспомнить, как вообще разговаривать с живыми людьми.

Парень стоял в кругу парней, поэтому, поправив свою грудь, я с улыбкой направилась к Егору.

Аккуратно дотронувшись до его плеча, я ощутила легкую дрожь. Парень тут же обернулся.

– Ты.

– Ви.

– Ви.

– Не нальешь мне выпить? – спросила я, пытаясь придать своему голосу уверенности, хотя внутри всё дрожало.

Егор засмеялся, а его друзья начали подмигивать и шутить о том, какой я смелой оказалась.

– Конечно, просто скажи, что именно ты хочешь, – произнес он с легким вызовом, которое только подогревало мой азарт.

– Просто пиво.

– Тогда жди здесь, – сказал он, поворачиваясь к своим друзьям.

Сердце у меня колотилось от волнения и счастья. Я сделала шаг назад и почувствовала, как оживает атмосфера вечеринки, охватывающая и затягивающая в свои объятия. Мари посмотрела на меня с одобрением и даже подмигнула. Отлично. Не буду говорить вам, что я прочитала по ее губам.

– Куколка, ты откуда взялась такая? – с нахальной ухмылкой спросил один из друзей Егора, явно пытаясь произвести впечатление.

Я даже не удостоила его взглядом, предпочитая игнорировать. Может, я и не была особо опытной в таких ситуациях, но, определенно, не собиралась играть по его правилам.

– А тебе-то какая разница? – отрезала я, не торопясь тратить энергию на ответ.

Парень, похоже, не ожидал такой резкой реакции и, не сдаваясь, продолжил:

– Просто ты незваный гость на этой вечеринке.

Моё терпение уже начинало заканчиваться, но я всё равно оставалась спокойной, не желая вдаваться в лишние споры.

– И кто это решил? – с легким сарказмом спросила я, не показывая, что его слова хоть как-то меня задели.

Он с прищуром посмотрел на меня, как будто решая, стоит ли дальше играть в эту игру:

– Я. Ты лучше бы смотрелась в моей кроватке.

Сейчас я едва сдерживалась, чтобы не заржать в лицо этому парню. Ну, серьёзно?

– Мальчик, я не собираюсь с тобой ругаться, – сказала я, немного пониже, но всё равно уверенно. – Я пришла сюда повеселиться, так что найди себе кого-нибудь другого и тоже повеселись, ладно?

Парень не понял, что его обломали, и всё равно насмешливо усмехнулся:

– Ты что, Егора развести хочешь? Удачи тебе, – сказал он, с невеселым сарказмом.

Я немного вжалась в плечо и просто не выдержала. Взгляд остался холодным, а губы вытянулись в тонкую линию.

– Пошел ты! – выплюнула я, не скрывая своей неприязни.

Да, не лучший способ начать вечер, но что поделать, если некоторые люди считают себя центром вселенной.

Через мгновение Егор вернулся с двумя стаканами. Его шаги были уверенными, а взгляд – сосредоточенным, как будто он точно знал, что делает. Он протянул мне один из стаканов, и в этот момент наши руки слегка пересеклись. Я невольно почувствовала легкую дрожь, которая пробежала по телу, будто прикосновение было гораздо более интенсивным, чем просто передача стакана. Это странное, но приятное волнение заставило меня на секунду забыть, как правильно дышать.

– Спасибо! – быстро сказала я, пытаясь вернуться в привычное русло. – Может, присядем? Я слегка отступила, ожидая его реакции, стараясь не выглядеть слишком взволнованной. Ну, или хотя бы держать это в себе.

– Конечно!

Егор, взяв меня под руку, повел в центр зала. Он чуть наклонился ко мне, чтобы перекрыть этот шум и продолжить разговор.

– Как тебе вечеринка? – спросил Егор, чуть наклоняясь ко мне, чтобы перекрыть шум музыки.

– Неплохо! Очень весело! – ответила я, с облегчением отмечая, что голос звучит уверенно.

– Рад слышать! – его улыбка стала ещё шире, и мне показалось, что он искренне заинтересован в разговоре. – Обычно я не зову так много людей, но, похоже, в этом году вечеринка удалась.

– Определенно, – я сделала глоток напитка.

– Тебе очень идет этот костюм, – сказал Егор, слегка поправив верх моего комбинезона, а его взгляд на секунду стал более пристальным. Я заметила, как он чуть облизал губы, и почувствовала, как в животе что-то ёкнуло. Смущение накрыло меня с головой, но я быстро взяла себя в руки.

– Я знаю. – с лёгкой усмешкой ответила я, чувствуя, как румянец начинает медленно разгораться на моих щеках. Это было как-то неожиданно приятно, что он обратил внимание на детали.

Словно бы играючи, я слегка наклонилась, чтобы поправить бретели, почувствовав, как его взгляд следит за каждым движением. В этот момент я почувствовала себя немного более уверенной, но не могла избавиться от лёгкой дрожи, которая так и не оставила меня.

– Давай сделаем фото? – вдруг предложила я, решив сменить тему.

Хоть я и старалась выглядеть уверенно и круто, внутри меня как будто вальсировали бабочки, и их танец был не самым спокойным.

– Фото? – Егор чуть приподнял брови, удивившись, но тут же улыбнулся.

– Да! Обычное селфи, – уточнила я, подмигнув ему, чтобы добавить немного игривости и сделать атмосферу менее напряжённой.

– Хорошо, – сказал он с лёгким смехом, и я почувствовала, как стало чуть легче. Мы сделали шаг назад, чтобы у нас было больше места для кадра.

Я немного поправила волосы, стараясь выглядеть естественно, и приподняла подбородок, чтобы зрительно выглядеть выше.

– Ты готов? – спросила я, наклоняясь ближе к нему.

– Да, только давай сделаем это по-правильному, – сказал Егор и включил камеру фронтально, вытянув руку, чтобы сделать селфи.

Мы расположились рядом, и я почувствовала его тёплое дыхание на своей щеке. Сердце немного сбилось с ритма, но я старалась не подавать вида.

– Три, два, один, – произнёс он, готовясь к снимку, и в тот момент я почувствовала, как он аккуратно подвинулся ближе, едва касаясь моей кожи.

– Как получилось? – спросила я, не в силах удержаться от любопытства, пытаясь заглянуть в экран, чтобы увидеть результат.

– Отлично. Ты выглядишь потрясающе, – сказал Егор с искренней улыбкой. Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно.

– Скинешь мне? – Тогда мне нужен твой номер.

– Записывай, – сказал Егор с игривой улыбкой.

Отправив наше общее фото, я первая продолжила разговор.

– Я сегодня была на игре. Ты был…неплох.

– Неплох? Мне принять это как оскорбление? – переспросил капитан, приподняв одну бровь.

– Что? Почему? – не удержалась я от улыбки, играя с ним в словесную дуэль.

– Ты первая, кто сказал мне сегодня «неплох». Все обычно говорят лучший, величайший, невероятный.

– Зато я первая. – ответила я с гордостью, слегка поправляя волосы и поднимая подбородок.

Я улыбнулась, и Егор, увидев мою реакцию, тоже не смог сдержаться.

– Да. Первая. – произнёс он, немного приближая лицо и в очередной раз не выдерживая игривого тока напряжения между нами.

Мы продолжали обмениваться шутками и фразами, и с каждой минутой мне становилось всё легче. Ощущение, что между нами есть что-то особенное.

– Знаешь, я хочу раскрыть тебе один секрет, – произнесла я, наклонившись поближе, словно приготовившись поделиться чем-то важным.

Напряжение в воздухе стало ощутимым, и я наслаждалась моментом.

– Это всё с одного стакана пива? – поддразнил он, прищурив глаза и с улыбкой оценив мою театральность.

– Эй, я серьёзно! Я не умею кататься на коньках. Совсем! – призналась я, едва не сбив дыхание от смелости. Я осмелилась на это признание и сразу покраснела. Невозможно было не заметить, как мои щеки загораются, но это всё равно было забавно.

Егор немного задумался, а потом, приподняв бровь, с интересом спросил:

– Правда?

– Мгм, – смущённо кивнула я, – даже встать на них не могу!

Капитан вздохнул, но его лицо не утратило веселого выражения.

– Тогда, я могу тебя научить.

– Ты уверен? Я могу выглядеть довольно комично, – ответила я, не веря своему везению, и чуть прикусила губу.

Это не могло быть правдой. Я серьёзно собиралась обучаться катанию на коньках с капитаном команды?

– Комичные моменты мне бы не помешали! – смеясь, сказал он, а в его глазах блеск, как будто бы он не только не боялся глупых ситуаций, но и наслаждался ими.

– Как насчет завтра в 17:00? На катке у парка?

– Да, было бы круто! – почти сразу согласилась я, не раздумывая, ведь перспектива обучения от Егора казалась мне гораздо привлекательной, чем я могла бы себе представить.

– Сначала мы просто потренируемся стоять на коньках, потом попробуем двигаться, а там и до танцев дойдём, – самоуверенно произнёс Егор.

– Танцы на коньках? Это слишком! – рассмеялась я, пытаясь представить нас двоих, выполняющих какие-то акробатические движения на льду.

Моя фантазия рисовала достаточно забавную картину. – Не бойся, я веду.

– Ви?! – Я заметила свою подругу, быстро идущую ко мне, – Ой, прости! Могу я украсть у тебя свою подругу?

– Конечно! Еще увидимся, Ви.

Мари внезапно схватила меня за руку и потянула в сторону, её глаза горели неподдельным интересом.

– До завтра? У тебя свиданка с Егором Авраменко?! – прошептала она, но в её голосе явно читалось возбуждение.

Я не смогла сдержать смех, понимая, как громко это прозвучало даже сквозь шум вечеринки.

– Нет-нет, это не свиданка! Просто прогулка… – я попыталась сохранить серьёзность, но уголки губ сами собой приподнимались. – Егор предложил научить меня кататься на коньках.

Мари изобразила преувеличенное удивление, театрально прижав руку к груди.

– Ого! Ты же вообще не умеешь кататься!

– Теперь придётся научиться, – я закатила глаза, но тут же лукаво улыбнулась. – Мы же следуем по плану! – передразнила я её прежние слова, заставив Мари весело хмыкнуть. – Ты одолжишь мне свои коньки?

– Конечно! – махнула рукой подруга. – Кстати, о плане! Фото сделала?

Я достала телефон и кивнула:

– Да, всё готово.

– Так, нужно выложить прямо сейчас! – её голос прозвучал настолько решительно, что мне даже стало немного смешно.

– Ты серьёзно?

– Абсолютно! – её глаза заискрились от радости. Я тяжело вздохнула, но, видя, как её энтузиазм буквально захлёстывает всё вокруг, не смогла сопротивляться.

– Ладно, сейчас.

Пара кликов – и фото появилось в сети.

– Выложила? – Мари тут же заглянула в экран моего телефона и довольно улыбнулась.

– Отлично! А теперь пойдём, я так хочу танцевать!

– Мари, ты не думаешь, что нам пора домой?

– Нет! Не переживай ты так, Кирилл отвезёт нас домой. Кстати, дома у меня есть вино!!! Вкусное вино, а не то, что мы пили у тебя.

Она подхватила меня под руку и потащила в центр комнаты, а я всё ещё чувствовала приятное волнение от этого вечера.

Музыка продолжала греметь, а огни мигать в такт ритму. Всё вокруг бурлило энергией – зажигательные ритмы заставляли сердца биться быстрее.

Толпа вокруг нас двигалась в едином порыве.

Люди смеялись.

Люди радовались.

Люди танцевали, будто не имели ни забот, ни проблем.

Глава 4 

Ви 

Как же болит голова.

Она буквально раскалывается на две части, пульсируя в такт с хаотичным биением сердца. Кажется, внутри моего черепа устроили вечеринку маленькие барабанщики, и они явно не собираются останавливаться.

Тошнота, словно злая фея, нежно шепчет мне на ухо, напоминая обо всех ужасах прошедшей ночи. Её голос звучит издевательски ласково, но за этим кроется настоящая пытка. Я чувствую, как желудок протестует против каждого моего движения, грозясь устроить бунт в любой момент.

Медленно, с трудом, я открываю глаза, и тут же жалею об этом. Резкий свет, пробивающийся сквозь неплотно закрытые занавески, словно тысяча острых иголок, вонзается в мои зрачки. Я поспешно зажмуриваюсь, но это не спасает – солнечные лучи уже пробудили в моей голове новую волну боли. Каждое движение кажется подвигом. Даже лёгкий поворот головы сопровождается неприятным гулом в ушах и ощущением, будто мозг сжался в крошечный комок и болтается внутри черепа. Я пытаюсь вспомнить, что вчера произошло, но в голове лишь обрывки – оглушающая музыка, смех Мари, тёплые глаза Егора и… чёрт. Что-то явно пошло не так.

Пытаясь собраться с мыслями, я замираю и прислушиваюсь к звукам из соседней комнаты. Слышится знакомый стон, который явно принадлежит Мари. Она уже тоже проснулась и, судя по всему, испытывает похожие муки, что навевает улыбку на моё измученное лицо.

Собравшись с духом, я встаю и делаю несколько шагов, заставляя ноги покидать уютный мир под одеялом. Первый мой шаг – это испытание, словно земля уходит из-под ног, и в животе закручивается, как будто там завелись гнезда. Постепенно я добираюсь до кухни, каждая плитка на полу кажется неровной, а в голове стучит ритм, будто концерт группы, у которой явно не хватает исполнителей.

Нужна вода. Я открываю шкаф, но вместо спасительного напитка среди разложенного хаоса вижу только пустые бутылки. Предатели! Они стоят в ряд, словно насмехаясь надо мной, напоминая о вчерашнем безрассудстве. Раздражённо захлопнув шкаф, я решаю сменить тактику и направляюсь в ванную.

– Мари! – мой голос звучит жалобно, почти умоляюще.

– Как ты? – слышу её голос из соседней комнаты, полный той самой нежности и страдания, которые бывают только у людей с таким же похмельем.

Я бросаю взгляд на своё отражение в зеркале… О, боже. Глаза опухшие, волосы в хаотичном беспорядке, помада размазалась так, словно я пыталась есть её вместо вчерашнего ужина. Я выгляжу так, будто провела ночь в объятиях урагана. Честно говоря, так себя и чувствую.

– Хочу умереть… или хотя бы напиться воды! – с возмущением заявляю я, пока мой желудок вновь подаёт громкий сигнал бедствия.

– Терпи, курьер уже в пути! – раздаётся голос Мари, в котором звучит слабая, но непоколебимая надежда.

Наконец, я добираюсь до гостиной, и зрелище передо мной заставляет усомниться в том, что мы вообще пережили эту ночь. Повсюду разбросаны вещи, косметика валяется в хаотичном порядке, а где-то в углу сиротливо покоится чьё-то нижнее бельё. Кто-то скажет «весёлые сборы», а я скажу – «настоящее поле боя».

– Что за безобразие? – тихо шепчу я, будто надеясь, что тишина как-то изменит эту катастрофу.

Осторожно присаживаюсь на краешек дивана, стараясь не задеть ни одной детали вчерашнего хаоса. Даже дышать стараюсь аккуратнее – воздух пропитан духом праздника, перегара и немытой жизни.

– Как выжить с такой головой, Мари? – с укоризной произношу я, прикрывая глаза в тщетной попытке справиться с пульсирующей болью.

Из глубины квартиры раздаётся страдальческий голос моей подруги:

– Нужно выпить огуречный рассол!

– Угу… Отличный план. Только один вопрос – откуда? – я саркастично приподнимаю бровь, прекрасно зная, что вчера мы с Мари буквально разнесли холодильник, сметая всё на своём пути, как два голодных урагана.

Внезапно домофон зазвонил.

– А вот и курьер, лежи, я сама спущусь! Уже через мгновение, Мари зашла в квартиру с двумя пакетами еды и одной пятилитровой бутылкой воды.

– Вода!!! – воскликнула я, не в силах сдержать восторг, увидев долгожданный напиток, словно это был эликсир жизни. Мари с облегчением поставила бутылку на стол, и я не сомневаюсь, что сейчас она была готова к настоящему торжеству.

– Вот, я же говорила, что она спасет нас!

Первым делом Мари достала две кружки, налила туда воды и, протянув одну из них мне, сказала:

– Пей на здоровье!

– За наше утро, – говорю я, поднимая свою кружку в ответном тосте, и мы смеёмся, ощущая, как легкий хмель постепенно уходит, оставляя лишь приятное тепло.

Вода, словно бальзам, моментально охладила мои перегретые мышцы и освежила разум. Я чувствую себя немного лучше, но осознание мотивации и здравого смысла все еще требует своего.

– Ты помнишь, что было после вечеринки и как мы добрались до дома? – весело спрашиваю я, водя рукой по столу, где до сих пор лежат следы веселья.

– Нас довез Кирилл, а вот, что было до и после? Не помню! – смеётся подруга, поджимая губы и закатывая глаза от смеха.

– Это было не пиво…– продолжаю я с насмешкой.

– Пиво, коньяк, водка. Думаю, они все это замешали. Для такой вечеринки, это нормально. – отвечает Мари, пожав плечами.

– Боже, я совсем забыла. У меня ведь сегодня встреча с Егором.

– Ты хотела сказать, свидание. – с улыбкой уточняет Мари.

– Нет! Это не свидание.

– Думай так дальше! Надеюсь, сегодня ты с ним переспишь!

– Мари, я еду учиться на коньках, а не на уроки верховой езды!

– Ну, в любом случае, не забудь надеть что-нибудь красивое!

– Я надену что-то удобное, чтобы не упасть на льду.

– Удобное, но с изюминкой! Как думаешь, он оценит твой стиль?

– Ну, если не оценит, то хотя бы не упадет от смеха!

– Главное, чтобы вы оба не упали… ни на льду, ни духом и ни чем остальным.

– Мари!

– Что? Кстати, я попросила папу привезти мои старые коньки, они в коридоре.

– Уже? Когда он успел?

– Это же папа! Ладно, думаю, мне пора. Хочу сходить в душ, а потом валяться на диване последний выходной. Завтра 4 пары. Люблю тебя, напишешь мне после свидания.

Накинув на себя мои джинсы и толстовку, Мари вышла из квартиры. А я улеглась на кровать, пытаясь отогнать мысли о предстоящем свидании.

Нужно было собраться с мыслями и не дать себе слишком увлечься переживаниями. Важно просто расслабиться и наслаждаться моментом, как говорила Мари. Я встала с кровати и подошла к зеркалу. Смешно, но все же мне хотелось выглядеть не только удобно, но и привлекательно, даже если речь шла о катании на коньках. Открыв шкаф, я достала черные теплые леггинсы и бежевый свитер на пуговицах. Отлично, одно дело выполнила. Теперь пора в душ.

Раздевшись, я шагнула под горячую струю воды, и мгновенно почувствовала, как тело начинает расслабляться. Тёплый пар стремительно окутал ванную, создавая ощущение уюта и отдалённости от реального мира. Напряжение, накопившееся за день, медленно растворялось, уносимое ласковыми потоками воды, мягко скользящими по коже. Я закрыла глаза, позволяя себе насладиться этим моментом уединения. Вода стекала по шее, по плечам, тёплыми каплями пробегая вдоль позвоночника, и в голове вдруг стало удивительно спокойно. В руках я крутила бутылочку шампуня, машинально слушая тихий звук пены, пока мысли снова не унесли меня к предстоящему вечеру.

Волнение смешивалось с нетерпением, порождая в животе приятное предвкушение. Я уже представляла, как войду на каток, и Егор обернётся, увидев меня. Какие у него будут глаза в этот момент? Удивление? Восхищение? Интерес? Я усмехнулась, сама не заметив, как уголки губ приподнялись в довольной улыбке. Будет весело. Главное – не упасть при первой же попытке сделать шаг на льду.

Внезапно мои мысли сделали резкий поворот, уводя меня совсем не туда, куда я хотела. Вместо улыбки Егора перед глазами всплыл совсем другой образ – крепкое, подтянутое тело, рельефные мышцы, каждая линия которых казалась выточенной вручную. Я вспомнила, как вчера по чистой случайности наткнулась на него в душе. Вспомнила, как капли воды стекали по его коже, цепляясь за каждую выпуклость пресса. Мои щеки тут же вспыхнули.

Нет-нет-нет!

Не туда!

Но, будто назло, память услужливо подсовывала новые детали: вздувшиеся вены на его сильных руках, широкие плечи, влажные тёмные волосы, прилипшие к коже, и, самое страшное, – ту самую дорожку из волос, ведущих…

Боже, Ви!

О чем ты думаешь?!

Я судорожно вздохнула и зажмурилась, пытаясь вытолкнуть этот образ из головы. Горячая вода больше не казалась расслабляющей – теперь она только усиливала жар, и без того разливающийся по моему телу. Воспоминания были на редкость яркими и мощными, и я не могла поверить, что позволяю себе углубляться в них. Нет, сейчас не время для подобного! Я собиралась на встречу с Егором, с человеком, который должен принести мне не только счастье, но и пользу!

Я вышла из душа, завернувшись в мягкое полотенце, и почувствовала, как на мне еще осталась легкая влага. Теплый воздух ванной обнимал меня, и я старалась сбросить с себя все ненужные мысли о Мироне Андреевиче. Да и почему я должна о нем думать? Я его не знаю, так же, как и он меня.

Осторожно, чтобы не поскользнуться, я подошла к зеркалу и провела рукой по запотевшему стеклу. Размытое отражение становилось всё более четким, и я наконец увидела себя. Взгляд остановился на влажных волосах, которые я заколола на затылке – они медленно высыхали, придавая мне непринужденный вид.

Я внимательно осмотрела себя: кожа блестела от увлажняющего крема, а легкий румянец на щеках говорил о том, что я полна энергии.

С улыбкой на лице, я добавила немного легкого макияжа: немного подводки и румян, чтобы добавить свежести своему образу. Я хотела быть самой собой, но в то же время – немного загадочной и привлекательной.

Взглянув на телефон, я заметила пару сообщений от Егора.

Егор: Привет, Ви;) 

Егор: Все в силе? 

Конечно все в силе, милый! Мне же нужно отомстить своему бывшему.

Я: Да, в 17 буду на катке.

До моего первого урока по фигурному катанию оставалось меньше получаса. Я давно была готова: волосы аккуратно заплетены в два колоска, выбранный наряд сидел идеально, а на душе смешались волнение и предвкушение.

За окном моросил дождь, капли ритмично стучали по стеклу, создавая мелодичный фон моему ожиданию. Казалось, будто природа пыталась придать моменту драматичности, но я не собиралась поддаваться этой угнетающей атмосфере. Наоборот, я знала, что, несмотря на серость за окном, вечер обещает быть особенным. Я еще раз взглянула на своё отражение в зеркале, поправила воротник кофты и глубоко вздохнула.

Всё идёт по плану.

Я быстро собрала все вещи, включая коньки, и, вздохнув с решимостью, достала телефон. Пришло время вызвать такси. Нажав на нужную кнопку, я наблюдала, как экран заполнился картами и значками. Ожидание заняло всего несколько минут, и вскоре машина подъехала, обдав меня небольшим порывом холодного дождевого воздуха.

Доехав до места назначения, я зашла внутрь здания.

Внутри катка царила тишина, нарушаемая лишь лёгким скольжением коньков по льду. Пространство было почти пустым, что придавало месту особую атмосферу уединённости.

Я огляделась, но никого не заметила, кроме одного мужчины, плавно катавшегося по кругу. Он двигался уверенно, его тело было полностью сосредоточено на движении, а тёмные углы катка скрывали детали его лица. Из-за приглушённого освещения сложно было разглядеть его черты, но почему-то мне сразу показалось, что это Егор. Сердце мгновенно ускорило ритм, наполняя меня волнением.

«Ну вот, началось», – мысленно усмехнулась я, глубже вдохнув холодный воздух.

Я достала из спортивной сумки старые коньки и, взглянув на них, ощутила чувство страха. Я не стояла на них лет с десяти. Коньки были немного потерты, но все еще выглядели крепкими. Начала перешнуровывать их, стараясь сосредоточиться на том, чтобы всё было правильно. Но, по-честному, это оказалось сложнее, чем я думала. У меня никак не получалось затянуть шнурки равномерно – то слишком крепко, то слишком слабо.

Сидя на скамейке и запутываясь в шнурках, я почувствовала, как накатывает отчаяние.

Какой кошмар!

Как я вообще решилась на это?

Я не могла не чувствовать себя неудачницей, когда вокруг не было ни одного человека для совместных подбадриваний или помощи.

Тем не менее, я заставила себя продолжать. После того как я кое-как зашнуровала коньки, я сняла с лезвий защиту и встала. Лед поблескивал, маня меня войти в его объятия. С мужеством, сочетая его с легким страхом, я осторожно направилась к «коробке» льда. Мой мандраж усиливался при каждом шаге, и в голове крутились мысли о том, что будет, если я упаду.

Я глубоко вдохнула, собираясь с духом, и осторожно ступила на лёд. В тот же миг меня накрыла волна неуверенности – поверхность оказалась куда более скользкой, чем я ожидала.

– Ой-ой-ой… – только и успела прошептать я, отчаянно пытаясь удержать равновесие.

Но, конечно же, судьба решила меня подставить. Моё колено предательски уехало в сторону, и я, нелепо взмахнув руками, рухнула прямо на лёд.

– Чёрт! – вырвалось у меня громче, чем хотелось бы.

Острая боль пронзила колено, а вслед за ней накатила вторая волна – жгучий стыд. Вот он, мой эффектный выход. Просто великолепно.

Уверена, если бы был судья, он бы поставил мне «10» за это глупое падение.

Я сжала зубы, пытаясь не злиться на себя, и осмотрелась, надеясь, что никто не успел увидеть это позорище. Но, конечно же, судьба решила добить меня окончательно…

Пытаясь подняться, я увидела, как ко мне стремительно подъезжает мужская фигура.

– Эй, ты в порядке? – спросил он, приближаясь ко мне.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но… ничего. Абсолютно. Словно мой мозг решил объявить внеплановые выходные.

– Эй? – в его голосе появилось больше беспокойства, и он протянул мне руку.

Я просто сидела на льду, как перепуганный пингвин, вцепившись в своё колено и тупо глядя на него. В голове звучала сирена позора, а в груди паника стучала барабанную дробь.

Это же… он.

Мирон Романович.

Тот самый.

Тот, кого я меньше всего ожидала увидеть здесь. Тот, о ком старалась не думать (и определённо не представляла его рельефные мышцы в душе, НЕТ).

Боже, если он меня запомнил, то мне остаётся только растечься по этому льду от стыда. Может, прямо сейчас провалиться под него? Хотя нет, это каток, лёд тут толстый. Придётся страдать.

– Всё в порядке? – Голос Мирона звучал ровно, но в нём явно проскользнула нотка заинтересованности.

Он наклонился чуть ниже, его внимательный взгляд скользнул к моему колену, оценивая, насколько сильный был удар.

– Да, просто… – я наконец нашла голос, хоть он и дрожал, предательски выдавая моё смущение. – Просто не ожидала вас здесь увидеть.

Я подняла на него глаза и тут же пожалела об этом. Он был слишком близко. Достаточно, чтобы я заметила, как под светом катка блестят пряди его тёмных волос. Достаточно, чтобы почувствовать тонкий аромат его парфюма – свежий, но с едва уловимой терпкостью, пробирающейся под кожу.

– Почему? – в его голосе мелькнуло лёгкое удивление. – Думаешь, я решил воспользоваться душем просто так?

Запомнил.

Я чуть приоткрыла рот, но не нашла, что сказать. Мирон Романович усмехнулся, и мне показалось, что в этот момент его взгляд стал немного мягче. Как будто ему даже нравилось видеть мою растерянность.

– Я тоже не ожидал встретить кого-то на катке в такое время, – сказал он, отправляя мне остроту, но с добротой. – Но падение – это нормально, особенно когда учишься.

Я сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжалось от неловкости.

– Ты часто так эффектно появляешься? – продолжил Мирон, скрестив руки на груди.

Я закатила глаза, стараясь скрыть своё смущение за раздражением.

– Простите, что не сделала сальто перед падением, в следующий раз учту, – буркнула я, потирая ушибленное колено.

Мирон хмыкнул и протянул мне руку.

– Давай, вставай, каскадёрша.

Я поколебалась. Принять помощь означало коснуться его, почувствовать его крепкую руку, ощутить эту уверенность, которая буквально исходила от него.

– Если тебе так нравится сидеть на льду, могу принести тебе плед, – не удержался он от очередного подкола. – Ой, спасибо за заботу, но, пожалуй, я всё же попробую выбраться отсюда, – фыркнула я, всё-таки взяв его руку.

Его пальцы сомкнулись на моей ладони – тёплые, сильные. Одним уверенным движением он поднял меня на ноги, но… стоило мне попытаться устоять, как ноги вновь поехали в разные стороны.

– О, чёрт! – я судорожно вцепилась в его плечи, чтобы не рухнуть обратно.

Мирон удержал меня, прижимая чуть ближе к себе, и я вдруг поняла, что он чертовски близко.

– Тебе следует быть осторожнее. Ты здесь одна?

– Я жду своего друга. – Пробормотала я, хотя внутри меня крутились мысли о том, как я выгляжу в этой неловкой ситуации.

В этот момент мой телефон завибрировал, и я, взглянув на экран, увидела сообщение от Егора.

Егор: Прости, Ви. Срочные дела, сможешь сегодня в 19:00?

– Видимо уже не ждешь. – заметил тренер, и его тон стал более серьезным.

– Да, похоже, что так, – наконец выдала я, глядя в его глаза.

Мирон Романович смотрел на меня своими темными глазами, словно не решаясь что-то сказать. В воздухе повисла пауза, и я почувствовала, как изнутри меня нарастает волнение.

– Вы о чем-то хотите спросить? – я старалась выглядеть максимально уверенно, хотя внутри я была смущена, как маленькая девочка.

– Достаточно наблюдательно. – Наконец произнес он, и его голос звучал серьезно. – Ты приехала сюда, чтобы научиться кататься на коньках, ведь так?

– Достаточно наблюдательно. – Ответила я тем же.

– И ты, правда, думаешь, что в этом деле тебе кто-то поможет?

– В каком смысле? – Теперь я почувствовала себя немного уязвимой.

Мирон Романович улыбнулся.

– Знаешь, как маленьких детей учат кататься на коньках?

Я слегка нахмурила лоб, пытаясь подумать.

– Ну… обычно их поддерживают, показывают, как держать баланс, – произнесла я, чувствуя, что упрощаю ситуацию.

– Неверно, – внезапно тренер со всей силы оттолкнул меня в другую сторону, и я заскользила на льду, не ожидая такого резкого движения.

В тот же миг мне показалось, что время замедлилось. Лед оказался холодным и гладким под моими коньками, и я почувствовала, как воздух пронзает лёгкие. Я инстинктивно попыталась удержать равновесие, расправив руки в стороны, но в этом неопределенном состоянии паники мне не удавалось сохранить устойчивое положение.

Приближаясь к краю льда, я заметила, как Мирон Романович стремительно сдвинулся ко мне, готовый поймать мне, если я упаду.

– Расслабься! – крикнул он, и в его голосе звучало что-то, заставляющее меня успокоиться.

– Я не могу! А если я упаду! – вырвалось у меня в испуге.

– Упадешь – встанешь! —ответил тренер.

Я уверенно скользила по льду, когда вдруг неожиданно потеряла равновесие. Время замедлилось, и я ощутила, как все вокруг начинает вращаться.

– Падаю! – закричала я, и, не в силах удержать равновесие, упала, откинув руки назад.

С треском и глухим ударом я приземлилась на лед как бабочка, приземлившаяся на ледяную гладь.

Мирон Романович на секунду замер, а затем его лицо словно раскрылось на «солнышке».

– Это было завораживающе, – Мирон Романович хохотал, как будто я только что показала ему самый смешной номер в комедийном шоу.

– О да, я чуть не сломала копчик, замечательно! – разозлилась я, потирая заднюю часть своего тела, как будто это могло уменьшить боль от падения.

– Помни, без падений, ты никогда не научишься. – ответил тренер, все еще смеясь, но добавив серьезный тон.

– Зачем вы вообще меня толкнули?  – воскликнула я, выпятив губы в тактический протест.

– Это был всего лишь маленький толчок в сторону истинного мастерства!

– Да? И когда же на этом катке станет удобно быть полным неудачником? – фыркнула я, поднимаясь и обдув лед своим дыханием, надеясь, что смеху не суждено остановиться.

– Как только ты научишься нормально падать, – ответил Мирон Романович, расправив руки, – вставай!

– Не помогайте мне, я сама поднимусь. – проворчала я, решительно отталкивая его руку. – И вообще, это очень плохой план, не стоит больше пытаться.

– Тебе нужно перевязать коньки, они слишком расслаблены, пойдем, – В одно мгновение, я оказываюсь в руках тренера.

– Эй, отпустите меня! Вы не имеете никакого права… – попыталась я протестовать, ощутив легкую панику.

– Даже после того, как ты увидела меня голым? Имею.

Я посмотрела на него, не веря своим ушам.

– Вы это всю жизнь мне припоминать будете?

– Вся жизнь – это очень долго. Садись, – я почувствовала, как мой протест улетучивается, когда тренер опустил меня на лавочку и начал развязывать мои коньки.

– Вам что, действительно нравится доводить до абсурда каждую ситуацию? – воскликнула я, наблюдая за его уверенными движениями.

Мирон Романович не ответил на мой вопрос, он лишь продолжил перевязывать мои шнурки.

– Ауч, это было больно. – Произнесла я, покусывая губу от неожиданного нажима.

– Любой спорт приносит боль, терпи. – с легким укором сказал мужчина, не поднимая глаз.

– Это еще не причина, чтобы причинять своей ученице страдания! – обидчиво возразила я, недоуменно глядя на него.

– Если хочешь стать мастером, нужно обойтись без лишних жалоб, – произнес он серьезным тоном, закончив со шнурками, и встал передо мной с гордым видом.

– Вот именно! Стану ли я мастером, если каждая боль будет меня останавливать? – хмыкнула я, ловя уверенность его взгляда.

– Именно! – подхватил он, замахнувшись, словно это было военное сражение. – Но только если ты сможешь встать после каждой «поражения».

– И что же, по вашему, будет следующим шагом после «поражения»? – недоуменно спросила я, вставая с лавочки.

– Вопрос в том, как ты воспринимаешь неудачи, – произнес он, равняется ко мне. – Юмор – лучший способ справиться с ними.

– Знаете, я уже думаю, что зря связалась с вами! Я пришла хорошо провести время с другом, но наткнулась на вас!

– Просто хорошо провести время?

– Да!

– Нет. Ты хотела произвести впечатление на парня. На одного из моих парней.

Правда признаться, я открыла рот от удивления.

– В смысле? – переспросила я, пытаясь осознать, насколько он прав.

– В смысле, ты пришла не просто покататься. Твои старательные попытки выглядят как тщательно продуманное выступление, – пояснил Мирон Романович, его глаза заблестели от любопытства. – Ты должна была здесь встретиться с парнем, чтобы он научил тебя кататься. Ты хочешь, чтобы он влюбился в тебя.

– Это же просто каток! – попыталась я сопротивляться, но его уверенность сбивала с толку.

– Хорошо. Пусть будет так. – Мирон Романович поднялся с колен и подал мне руку, – Пойдем, научу тебя самому простому.

Глава 5 

Ви 

За сегодняшний день я уже успела упасть раз 300 – кажется, Мирон Романович всерьез решил установить новый мировой рекорд по количеству моих приземлений. Спасибо ему за это!

Впрочем, мои колени, похоже, сдались первыми: боль уступила место онемению, а каждое новое падение теперь воспринимается не как неудача, а как неизбежный этап на пути к чему-то большему.

– У нас определенно есть шанс стать чемпионами по падениям! – подшутил он в очередной раз, когда я приземлилась на лед в попытке выполнить самый легкий элемент.

– Может, вам стоит открыть секцию «Ледяных падений»? – осведомилась я, потирая ушибленные колени и вставая с ледяной поверхности.

– Думаю, у нас будет много желающих, если ты продолжишь в том же духе! – рассмеялся он, помогая мне подняться.

– Вы, всегда подбадриваете своих учеников этими шутками? – поинтересовалась я с улыбкой. – Или это только на меня распространяется?

– Скажу тебе честно! До сегодняшнего дня я никогда и никого не учил вставать на коньки. – ответил тренер, при этом его взгляд стал более серьезным. – Чтобы научиться кататься, нужно по-настоящему этого хотеть. К тому же лед – это не просто физическая нагрузка, а способ лучше понять себя.

– Тогда у меня очередной вопрос. Вы помогаете мне просто так? Или за этим стоит какой-то скрытый мотив?

– Никакого мотива. Да и к тому же, я не собирался заниматься с тобой катанием постоянно. Только сегодня, просто потому что, оказался здесь в нужный момент.

Его слова заставили меня задуматься. В них было что-то, что не укладывалось в образ случайного тренера, решившего помочь.

– Никакого мотива? – игриво протянула я.

– Да, именно, – подтвердил Мирон Романович, стараясь сохранить невозмутимый вид.

– Знаете, иногда случайные встречи оказываются самыми значительными, – заметила я, не упуская возможности слегка поддеть его насчет этой самой «случайности».

Я уловила, как Плесицкий на секунду смутился. Он улыбался, но в его взгляде читалось легкое негодование.

– Интересная теория, – сказал он, слегка приподняв бровь. – Но если бы у меня действительно был скрытый мотив, ты бы его не заметила.

– И почему же вы так уверены? – спросила я, зацепившись за его слова.

– Потому что я умею их скрывать, – ответил он с хитрой улыбкой. – А теперь продолжаем. На этот раз без толчков – попробуем иначе.

– Да неужели?

– Я все слышу.

– Да неужели?

– Итак, первый элемент, который мы попытаемся освоить, – это базовые шаги. Начнем с простого: сделай шаг вперед, но старайся не терять равновесие, – сказал он, указывая на свои ноги, как будто показывая, как это должно выглядеть.

Я сглотнула, чувствуя, как волнение накатывает на меня. Я сделала глубокий вдох и шагнула вперед, но тут же потеряла равновесие и чуть не упала.

– Все нормально! Отлично! Теперь попробуй сделать шаг с другой ноги, – похвалил Плесицкий, видя, что мне удается немного лучше.

С каждым шагом я чувствовала себя всё увереннее, хотя все еще шаталась, как пьяная утка.

– Хорошо, теперь добавим немного сложностей! Попробуй сделать два шага вперед, а затем развернуться, – предложил он, вызывая во мне пробуждение желания добиться большего.

Я сделала два шага, затем попыталась развернуться, выкручивая тело… но снова потеряла равновесие и рухнула на лед. Однако на этот раз вместо раздражения меня разобрал смех – и Мирон Романович смеялся вместе со мной.

– Даже самые лучшие фигуристы падали тысячу раз, прежде чем начали уверенно кататься, – сказал он, и его голос внушал мне уверенность.

– Это просто поразительно, насколько это трудно, – призналась я, с трудом вставая на ноги.

– Да, но именно поэтому ты здесь! Продолжай, не останавливайся! – подбодрил он меня, и я почувствовала, как энергия вновь наполняет меня желанием попробовать.

– Молодец! Давай, заканчивай свою программу с одним из самых простых элементов – это слайд! Сначала просто подгони ноги вместе, а потом скользи вбок, – объяснил он, и его голос звучал как уверительное направление.

Я попробовала слабо сдвинуть ноги, но, естественно, опять потеряла равновесие и оказалась на льду.

– Мы только начинаем! – весело сказал он. – Просто поднимайся снова, и делай вид, будто тебе это нравится!

– Ага, я в восторге! – саркастично ответила я. – Я просто в диком восторге!

– Подгони ноги и скользи! – Мирон Романович подъехал ко мне ближе, поправляя мой корпус.

– Да не пол… – я вновь падаю.

В этот момент Плесицкий бросился ко мне на помощь. Но, к моему великому удивлению, он сам не удержал равновесие и, в результате, оказался рядом со мной на льду, приземлившись прямо на меня.

В этот миг всё вокруг словно замерло – его глаза встретились с моими, и мир сузился до этого взгляда, до этого мгновения. Я почувствовала, как сердце пропустило удар, а затем рванулось вперед с такой силой, что это показалось почти пугающим.

Что за ерунда?

Почему оно так бьется?

Это же просто взгляд. Просто мгновение. Но тело будто жило отдельно от разума – по коже пробежал жар, дыхание стало неровным, а внутри разлилось странное, непонятное ощущение, которое невозможно было ни объяснить, ни проигнорировать. Казалось, что это тепло исходило не только от его присутствия, а от чего-то куда более глубокого, чего я даже не пыталась осознать.

– Извини, это не совсем то, что я планировал, – произнес Мирон Романович, поднимаясь на локтях и заглядывая мне в глаза. Мягкий свет катка играл на его лице, подчеркивая искренность и веселье в его взгляде. Я увидела, как его губы искривились в игривой улыбке, и в этот момент внутреннее волнение только усилилось.

Но вдруг мой мир снова наполнился звуками, когда я услышала знакомый крик:

– Ви, ты здесь?

Я резко обернулась, и взгляд тут же наткнулся на Егора, стоявшего у самого края катка. Его глаза были широко распахнуты от удивления, а выражение лица говорило о том, что он совершенно не ожидал увидеть подобную картину.

Как только наши взгляды встретились, внутри у меня всё болезненно сжалось – смущение накрыло волной, смешиваясь с внезапным волнением. Тепло, которое ещё секунду назад казалось почти уютным, вдруг стало обжигающим, и мне захотелось спрятаться, исчезнуть, сделать что угодно, лишь бы избежать этого взгляда.

Плесицкий, заметив, как я вздрогнула от голоса Егора, тут же вскочил на ноги, не раздумывая ни секунды. Он молча протянул мне руку – уверенно, спокойно. Я вложила свою ладонь в его, и тут же по коже пробежала едва уловимая дрожь. Его пальцы были тёплыми, хватка – сильной, но в то же время удивительно мягкой, словно он точно знал, с какой силой стоит удерживать, чтобы не дать упасть, но и не причинить неудобств.

Этот момент длился всего пару секунд, но мне показалось, что время снова сбилось с ритма, оставляя нас троих в странном, напряжённом равновесии.

– Ты в порядке? – спросил он, и в его голосе звучала искренность, переплетенная с лёгким волнением.

– Да-да, всё в порядке! – вырвалось у меня, однако, я сама не верила своим словам. Мой взгляд скользнул к Егору.

Егор медленно приближался, его шаги были неторопливыми, но в них ощущалась напряжённость. Он слегка покачивался на ногах, внимательно изучая ситуацию, его взгляд метался то на меня, то на Плесицкого, и в воздухе повисло ощутимое напряжение.

– Что здесь происходит? – его тон был настойчивым, и в его взгляде я увидела намёк на ревность.

Я открыла рот, но на мгновение потерялась в поисках правильных слов.

– Я приехала сюда в пять… когда ты ещё не прислал сообщение… – начала я, стараясь говорить спокойно, но в голосе проскользнула неловкость. – И просто… пыталась научиться кататься!

Слова прозвучали чуть громче, чем я планировала, словно я пыталась убедить в этом не только его, но и себя.

Я выпрямилась, постаралась выглядеть увереннее и, глядя ему в глаза, добавила:

– Ты ведь не против?

– Конечно, нет. Вижу, ты уже успела получить достаточно адреналина на сегодня. Как насчёт того, чтобы сделать перерыв? – спросил он, его голос напомнил о заботе и защите.

Его предложение прозвучало с таким оттенком нежности, что я не смогла удержаться от легкой улыбки.

– Может, действительно стоит немного отдохнуть? – сказала я, и не удержавшись, вновь взглянуть на Плесицкого, который, казалось, с трудом скрывал своё любопытство и интригу.

– Да, мне уже нужно ехать! Егор,не забудь! Тренировка завтра в пять. Н опаздывай, боец! – Мирон Романович крепко хлопнул Егора по плечу и вышел с катка.

Капитан лишь махнул головой и после вернулся ко мне. Его выражение лица внушало мне уверенность, даже, несмотря на то, что возникшая между нами неловкость всё ещё витала в воздухе, как шёпот недосказанного.

– Прости, что не приехал вовремя. – произнес он с легкой улыбкой, пытаясь разрядить атмосферу. Глаза Егора искрились любопытством, когда он изучал моё лицо.

– Все в порядке.

– Он сильно тебя мучал? – спросил Егор, наклонив голову, как будто хотел увидеть мои мысли.

– Кто? – не сразу поняла я.

– Тренер. – уточнил он, и в его голосе было что-то защитное, почти ревностное. Это почему-то было приятно.

– А… он. Нет, все хорошо. – Я хмурилась, вспоминая, как забавно мы провели время, хотя и не хотела ворошить это воспоминание в присутствии Егора. – Только я ужасно хочу есть. – добавила я, стараясь сменить тему.

– Тогда я приглашаю тебя на ужин в ресторане с  морепродуктами! Любишь крабов?

– Обожаю!

Наконец мы прибыли к ресторану. Я мгновенно почувствовала, как желудок начинает напоминать о себе: сдавленные урчания вырывались наружу, и я даже немного покраснела от неловкости. Но когда я огляделась вокруг, всё остальное оказалось гораздо более важным.

Это было уютное заведение, с мягким, тёплым светом, который создавал атмосферу уюта и спокойствия. По углам танцевали размытые тени, мягко обвивая столы и стены, будто приглашая на интимный вечер. В воздухе витал манящий аромат свежих морепродуктов, смешиваясь с тонкими нотками специй, заставляя меня закрыть глаза и на мгновение почувствовать, как этот вечер наполняет меня ожиданием наслаждения от каждого момента.

– Мы на месте! – радостно произнёс Егор, пропуская меня вперёд. Я вошла в ресторан, и сразу испытала легкое волнение – ощущения, которые он вызывал, становились всё ярче.

Мы направились к столику, который находился у окна и открывал вид на слегка вспенившиеся волны, отражающие вечернее солнце. Буквально рядом с нами, за стеклом, вечер застывал в своих лучших проявлениях.

– Неплохо, не правда ли? – спросил Егор, усаживаясь напротив меня.

– Да, очень красиво, – согласилась я, не отрывая взгляда от него. Ощущение его внимательного взгляда придаёт уверенности.

Когда официант подошел и мы сделали свои заказы, всё вокруг словно потеряло фокус. Мы погрузились в нашу беседу, забыв обо всём, что не касалось нас здесь и сейчас. В этот момент пространство и время словно исчезли, оставив только этот столик, наш разговор и то необыкновенное чувство, что мы вдруг оказались в своей маленькой вселенной.

С каждой минутой, проведённой за этим столом, мне становилось всё сложнее скрывать волнение, которое постепенно нарастало между нами, словно невидимая связь, что с каждым словом становилась крепче и ощутимее. Я пыталась отогнать эти мысли, но они настойчиво возвращались, и я не могла не чувствовать, как этот момент становился важным для нас обоих. Вот если бы здесь была Мари… Она бы точно смогла помочь… а может быть, всё только усугубила бы своими замечаниями и репликами. Но она не здесь.

Егор сидел напротив меня, и я замечала, как он смотрит в мои глаза – не просто взгляд, а взгляд, полный внимания, глубины и какой-то невероятной нежности, как будто он видел меня насквозь, и этот взгляд буквально пронизывал меня. Я ощущала, как моё сердце учащённо бьётся, будто оно начинает жить своей жизнью под его взглядом, боясь, что оно выдаст всё, что я старалась скрыть.

– Знаешь, вчера ты показалась мне смелой. – нарушив тишину между нами, сказал капитан, слегка наклонив голову вбок.

Я улыбнулась, хотя внутреннее смущение терзало меня.

– Смелой? – переспросила я, пытаясь скрыть своё волнение.

– А сама как считаешь? Пришла на мою вечеринку, сначала отшила меня, а после вернулась, будто ничего и не было, – Егор как-то лукаво улыбнулся. – Ты сказала принести тебе выпить, и пока я отходил, успела нагрубить моему другу.

– В каком смысле? Я ему не грубила.

– Он сказал, что я должен тебя остерегаться.

Что за конченный идиот? Зачем я вообще вчера ему ответила?

– Твой друг мне нагрубил, сказал, что я незваный гость на твоей вечеринке, – я опустила взгляд. – Сказал, что я пришла сюда, чтобы развести тебя.

– Это правда? – Егор взглянул на меня.

– Да.

Я почувствовала, как поднимается внутри злость. Я не собиралась быть частью какого-то конфликта, но понимала, что чувства, которые я испытываю к Егору, не должны потеряться из-за недоразумений.

– Но это не то, что я планировала, – быстро добавила я. – Я просто пришла развлечься, и он совершенно неправ.

– Знаешь, Макс иногда бывает слишком грубым и настойчивым, – сказал Егор, вздыхая. – Не обращай на него внимания.

Я подняла взгляд и увидела, как он расслабился, его улыбка снова появилась на лице.

– Думаю, мы задержались, нужно отвезти тебя домой.

Егор оплатил счет в ресторане, и мы направились в машину.

Когда он открыл для меня дверь, я не могла не улыбнуться.

– Ты везде так обходителен? – спросила я, садясь на пассажирское сиденье.

Он засмеялся, усаживаясь за руль.

– Только в обществе тех, кто мне действительно нравится

Мы выехали на дорогу, и я, рассматривая проносящиеся мимо огни, чувствовала, как моя радость соединяется с тёплым вечерним воздухом.

– Так, ты расскажешь мне, что все-таки вчера было? – я повернула голову к Егору, его взгляд был сосредоточен на дороге. Он слегка убавил громкость музыки, видимо, готовясь к разговору.

– Тебе с самого начала вечеринки или после того, как ты выпила очередной стакан с пивом? – в голосе парня звучал сарказм.

– Эй? Это явно было не пиво!

– Да ты права, это волшебный чудо напиток.

– Сколько я его выпила? – удивлённо переспросила я, пытаясь воссоздать события того вечера. Сложно было понять, где заканчивается реальность и начинается фантазия.

– Около шести стаканов.

– Сколько?! Какой позор… – сказал я, покачав головой.

– Не переживай, я следил, чтобы все было в порядке.

– Расскажи мне все в мельчайших подробностях.

Егор на секунду задумался, как будто собирался подобрать слова.

– Ладно. На самом деле это было очень смешно.

– Надеюсь, я не танцевала на столах.

– Я бы такого не допустил. После всех ваших танцев, твоя подруга ушла с Кириллом. – Егор на мгновение замолчал. – Но ненадолго.

– Чего? – я ошарашено уставилась на него.

– Ну, она решила, что ей очень скучно, и что она хочет «особенный вечер».

– Это похоже на Мари. – Произнесла я, смеясь.

Егор вновь взглянул на дорогу, а затем, словно вспоминая детали, продолжил:

– Так вот, она ушла с Кириллом, но через какое-то время поняла, что больше не может его терпеть.

– Она вообще никого терпеть не может. – подхватила я, усмехаясь. – Ей проще разогнать всех, кто не соответствует её ожиданиям, – добавила я.

– Да, я это понял. – Сказал Егор, смеясь.– Когда я подошел к тебе, узнать все ли в порядке, твоя подруга оттолкнула меня и сказала не трогать тебя.

– О боже, – от стыда, я закрыла лицо руками, – надеюсь, она не сболтнула ничего лишнего.

– Только: «Стой! Не трогай мою подругу, она занята!» – Изобразил капитан. – К слову, ты, правда, занята?

– Если ты про отношения, то нет. – призналась я, сглотнув и чуть покраснев.

Егор задумался на мгновение, а затем с хитрой улыбкой произнес:

– Значит, Мари, пыталась ввести меня в заблуждение.

– Это она умеет.

Мы оба посмеялись, а затем я задала главный вопрос.

– Слушай, а… как мы оказались дома?

– Мы с Кириллом отвезли, открыли вам дверь, налили воды, помогли раздеться…

– Что? – От услышанного я округлила глаза.

– Расслабься, только расстегнули вам обеим замки на одежде и ушли. – Сказал Егор с невозмутимым лицом. – На большее вы не согласились.

– И правильно сделали! У тебя есть лицензия на такие действия? – продолжила я, смеясь.

– Я просто взял на себя инициативу, пока вы оба увлечённо обсуждали меня, – сказал Егор, с ухмылкой оглядывая меня.

О боже мой.

Кошмар наяву.

Я почувствовала, как волна стыда накатывает, и мне не оставалось ничего другого, кроме как мысленно пообещать себе, что больше никогда не буду пить. Аминь!

– И… что мы говорили? – спросила я, чувствуя, как лицо пылает от смущения. Каждый момент казался вечностью, и я не хотела даже думать, что могла бы натворить в таком состоянии.

– Только хорошее, – ответил он с лёгкой усмешкой. – Что я сексуальный, горячий, что у меня мягкие волосы, и всё в этом духе.

Боже, пусть это будет просто сон!

Я не могла поверить своим ушам.

– В основном, конечно, говорила Мари, но спасибо. Мне это льстит, – добавил он, как будто это могло немного облегчить ситуацию.

Я просто хотела бы исчезнуть. В голове стучали эти слова, и я не могла избавиться от мысли, что всё это будет преследовать меня ещё долго.

Остаток пути мы ехали в тишине. Для меня это было скорее плюсом. Никаких вопросов и ответов, никаких неудобных ситуаций – только тишина, в которой я могла немного перевести дух. Мне казалось, что этого было вполне достаточно для завершения вечера.

Когда мы подъехали к моему дому, Егор открыл дверь и вежливо проводил меня до подъезда. Я почувствовала лёгкое тепло от его внимательности, и это принесло какое-то странное чувство покоя.

– Мне будто снова 17, – произнесла я с улыбкой.

– Ты классная, Ви, – сказал он, остановив меня у дверей. – Прости, что я индюк, испортил наше первое свидание.

Я рассмеялась, чувствуя, как смущение уходит, уступая место благодарности за его слова.

– Ты его не испортил! Всё в порядке, – ответила я, искренне улыбаясь ему. В какой-то момент, несмотря на все смешанные эмоции, я поняла, что сегодняшний вечер всё-таки был не таким уж плохим.

 Я шагнула немного ближе, и вдруг мир вокруг нас словно исчез – остались только мы двое и этот момент.

Егор наклонился ко мне, и я почувствовала, как его дыхание тепло касается моего лица. Внезапно он прижал губы к моим – резко, но нежно. Этот поцелуй захватил меня целиком, словно дали старт чему-то, что долго зрело под поверхностью.

Первое прикосновение было словно электричество: резкое, но при этом полное чувства и заботы. Его губы мягко обняли мои, и я ощутила, как в этом поцелуе скрыта вся поддержка и понимание. Он словно спрашивал разрешения, и я в ответ отдалась этому мгновению полностью.

Время словно остановилось, и мы потерялись в этом объятии, открываясь друг другу. Я почувствовала, как его руки осторожно обвивают мою талию, притягивая меня ближе. В его прикосновении ощущалась уверенность, но в то же время осторожность, как будто он боялся сломать что-то хрупкое между нами.

Я отвечала ему взаимностью, углубляя поцелуй, позволяя его теплу заполонить меня. Внутри разливались чувства, которые я так долго успокаивала – страсть, нежность и тоска. Каждая секунда казалась вечностью. Все тревоги и сомнения вдруг перестали существовать. Здесь и сейчас было только наше единение.

После нескольких мгновений, которые пролетели как одно, мы немного отстранились друг от друга, глядя друг в друга в глаза. Яркое тепло хранило нас в своей волшебной ауре, и обе скромные улыбки сверкали в воздухе, создавая атмосферу новых возможностей и обещанных приключений.

– Что это было? – прошептала я с трепетом, когда эмозии еще путают мой разум.

– То, чего мы оба хотели.

Глава 6

Ви

– Ты поцеловалась с капитаном, а я узнаю об этом только через час??? – раздался голос Мари из телефона.

Не сложно было представить, как она прямо сейчас закипает от недовольства.

– Мне нужно было все обдумать! – торопливо ответила я, пытаясь сохранить хотя бы каплю спокойствия в голосе.

Мой мозг всё ещё не мог осмыслить случившееся, а тут ещё Мари с её обвинениями.

– Обдумать что? Что наш план идет по плану?? – Мари громко расхохоталась, и я почувствовала, как краснею.

– Да не совсем, – парировала я, стараясь звучать убедительно. – Я просто… да, это было неожиданно!

– Ты что, не могла хотя бы написать мне «хей, я поцеловалась с капитаном»? Это же почти революция!!!

– Мари, всё было не так, как ты думаешь! – ответила я, чувствуя, как к разговору добавляется элемент паники. – Это всё так внезапно произошло… Я даже не успела понять, что происходит!

– Ага, «не успела понять», – Мари тут же пустилась в очередной приступ смеха. – Ну, конечно, поцелуй – это такой философский момент, что его нужно обдумывать на уровне высшей математики!

Я закрыла глаза и, прижимая телефон к уху, сделала глубокий вздох. Как будто это помогло скрыть все те эмоции, которые я теперь не знала, как обрабатывать.

– Неожиданно говорит! – подруга снова засмеялась, не в силах удержать эмоции. – Ты пошла на свидание, отлично провела вечер. Просто признайся, что ты в восторге!

Мои мысли все еще витали вокруг того мгновения, когда наши губы встретились, и я не могла не согласиться с ней.

– Ну да, я в восторге.

Из телефона послушался громкий крик радости.

– Когда следующее свидание? – Поинтересовалась подруга.

– Не знаю. Мы пока не обговаривали это.

– Это как? О чем вы вообще болтали? С 5 часов вечера можно было много о чем поговорить.

– Вообще-то с семи вечера.

– Что ты имеешь ввиду?

Что я имею ввиду? Например, то, что я почти 2 часа пыталась встать на коньки  с мужчиной, которого еще вчера видела голым? Ах да, еще и по совместительству с лучшим тренером хоккейной команды?

– Да. Егор не успевал к пяти, поэтому мы встретились в семь.

Фактически, я не солгала.

– А жаль. Возможно, этот вечер закончился бы иначе, – подруга посмеялась, – ладно, извини. Мне нужно бежать, Кирилл приехал.

– Кирилл? Тот самый? – Удивленно спросила я. – Я не ослышалась?

– Да. – В телефоне послышался стук. – Я все объясню, когда сама разберусь. Люблю тебя, пока, лапуля.

Мари скинула вызов, оставив меня наедине с тысячей вопросов, которые немедленно начали бурлить в голове. Теперь я стояла на месте, обдумывая всё, что произошло за последние несколько часов.

Правильно ли я поступаю с Егором? Может быть, я всё усложняю? Что если он когда-нибудь узнает о моем плане? А если я начну чувствовать что-то реальное? Это же совсем не было частью моего плана… И что, черт возьми, сегодня было? Всё это было настолько спонтанно, что даже если бы я попыталась объяснить это кому-то, вряд ли кто-то понял бы. Слишком много вопросов и слишком мало ответов.

Я села на кровать, подперла голову рукой, ощущая, как в груди нарастает волнение.

***

Учеба только началась, а я уже чувствую, как погрязла в этом хаосе. Горы домашки, проекты, курсовые. Честно говоря, идея прогулять пары уже не кажется мне такой плохой. Зачем себя мучить, если я всё равно не успею сделать всё, что нужно?

Очередная пара заканчивается, и я смотрю на часы. Мои мысли о том, что можно было бы провести этот час иначе, прерывают шутки одногруппников, которые увлечённо обсуждают, как они провели выходные.

– Да? А вы видели, с кем был Артур на вечеринке у Димы? – Слышится отдаленно, и я подхожу ближе. – Серьезно, как она вообще подпустила его к себе?

Подпустила к себе? Про кого они говорят?

– Я слышала, что после того, как они с Викой расстались, Артур сам не свой! Начал качаться и даже записался на конкурс «Ледяная звезда».

Что еще за ледяная звезда?

Подняв взгляд, я заметила афишу. На картинке был изображён яркий ледовый стадион, заполненный зрителями, а на льду – пары, грациозно исполняющие сложные танцевальные элементы.

Надпись «Конкурс танцев на льду «Ледяная звезда» приглашаем всех желающих» привлекала внимание яркими цветами и блестящим шрифтом.

В голову пришла гениальная идея.

Достав телефон из кармана своих брюк, я написала сообщение Егору.

Ви: Егор, что ты делаешь ближайшие 3 месяца? 

Долго ждать ответа не пришлось.

Егор: Ого. Это достаточно долгий срок. 

Егор: Но, если я нужен тебе в ближайшие 3 месяца, то я согласен на все.

Почему мне раньше не сказали, что капитан хоккейной команды, такой лапочка? Я бы рассталась с Артуром, как только бы узнала о Егоре…

Ви: *фотография* Может, нам стоит попробовать?

Шанс выиграть в этом конкурсе ничтожно мал, но никогда не равен нулю. Только бы Егор согласился.

Егор: Ви, если я хоккеист, это еще не значит, что я умею танцевать. Тем более на коньках;)

Ви: Да, а я не сильна в катании на льду, но это не мешает нам попробовать.

Егор: Возможно, ты права. Записывай нас! Сегодня вечером поедем во Дворец, я попрошу Аню помочь нам. 

Вопрос решен! Только вот есть одно но…

Ви: Аню? 

Егор: Да, это тренер по фигурному катанию. Работает во Дворце спорта, ее уроки заканчиваются перед нашей тренировкой.

Ви: Отлично! Тогда, встретимся уже там? 

Егор : Да, в 8.

Ви: Отлично!

Хоть одна хорошая новость! Заполнив онлайн-заявку через сайт, я все же решила прогулять последнюю пару. Зачем сидеть на лекциях, если можно подарить себе немного свободы?

Я собрала свои вещи и, с чувством лёгкости, покинула университет. Приятный прилив адреналина наполнил меня, а прогулка по городу в такой солнечный день сразу подняла настроение.

А знаете, что еще могло бы добавить ярких красок в этот день?

Вкусный кофе!

Я направилась в своё любимое уютное кафе, которое находилось совсем рядом. Там всегда пахло свежеприготовленным кофе и теплой выпечкой, а сама атмосфера была такой комфортной, что можно было спокойно сидеть часами, наслаждаясь каждым моментом. Это был мой маленький уголок счастья, куда я всегда возвращалась, когда нужно было немного отвлечься от забот и просто побыть наедине с собой.

Когда я вошла, тонкий аромат кофейных зерен обнял меня, мгновенно заставив забыть обо всех заботах. Я подошла к прилавку и, едва взглянув на меню, быстро решила, что хочу сегодня. Мой выбор пал на латте с корицей – мой любимый напиток.

В то время как бариста, сосредоточенно работающий за стойкой, готовил мой кофе, я не могла не оглядеться по сторонам. За столиками сидели разные люди: кто-то тихо работал за ноутбуком, поглощённый своими делами, кто-то с удовольствием читал книгу, а кто-то просто наслаждался чашечкой ароматного кофе в компании друзей. Всё казалось таким мирным и непринуждённым, пока мои глаза не наткнулись на знакомое лицо.

Мирон Романович.

Вот черт. Только не это.

Вчерашний инцидент до сих пор не давал мне покоя, и, честно говоря, мне не хотелось бы сталкиваться с ним здесь. Его взгляд в тот момент, его реакция – я всё ещё не могла понять, что он думает обо всём этом. Надеюсь, он не заметил меня. Или хотя бы не захочет подходить.

– Ваш напиток! – звучит за стойкой.

– Спасибо!

Я попыталась не обращать на него внимания, но стоило мне ещё раз взглянуть в его сторону, как я не могла не заметить, насколько он отличается от всех остальных в этом кафе. Мирон Романович сидел в углу, неподалеку от окна, с лёгким намёком на напряжённость в его спокойном выражении. Высокий, аккуратно уложенные темные волосы, только подчеркивали его строгие черты лица. Его глаза, тёмные и проницательные, смотрели в пространство перед ним, как будто он что-то тщательно обдумывал. Он мог бы быть в любом другом месте, но здесь, среди этих людей, выглядел как чуждый элемент. С таким взглядом, с такой осанкой, он мог бы быть героем какой-то книги о загадочных и непокорных. Кажется, я слишком долго смотрю на него. В одно мгновение я решаюсь отвернуться и тут же, как назло, встречаюсь с его взглядом.

– Ви?

Звучит его голос, и я внутренне вздрагиваю.

Никакого укрытия – он заметил меня.

– Привет, – отвечаю, стараясь звучать естественно, но внутри меня от волнения всё сжимается.

– Что ты тут делаешь?

– Всего лишь зашла за кофе, – смеясь, отвечаю я, – а вы?

– Перерыв. – отвечает Мирон, поднимая чашку с кофе.

– Рада была вас увидеть. Извините, но мне нужно идти. – неловко ответила я.

Я немного теряюсь. Почему-то мне хочется задержаться, но внутренний голос твердит, что лучше уйти, пока не стало ещё более неловко.

– Конечно. До встречи, Ви.

Как только я вышла на улицу, почувствовала, как сердце стучит в груди. Боже, в голове такая каша.  Улица была заполнена людьми, и я старалась сменить фокус мысли, глядя на прохожих, сливаясь с атмосферой города. Следующий мой шаг – торговый центр. Он находился всего в нескольких кварталах, поэтому добраться до него мне удалось всего за несколько минут.

Зайдя внутрь торгового центра, я сразу почувствовала, как атмосфера вокруг меня начинает меняться. Просторные залы, яркие витрины и огоньки, отражающие свет, создавали ощущение праздника. Вокруг меня было множество магазинов с разнообразной одеждой – от летящих платьев до элегантных костюмов. Я невольно улыбнулась, глядя на всю эту яркую мозаичную картину. Всё, что было вокруг, как будто приглашало меня в свой мир, и я постепенно начинала расслабляться, хотя мысли по-прежнему не давали мне покоя.

Я направилась к одному из магазинов, который привлек меня витриной с нарядными платьями. Стоя у окна, я продолжала разглядывать ткань, яркие оттенки, игривые узоры, которые казались такими необычными на фоне повседневной суеты. В какой-то момент я почувствовала на себе взгляд. Оказавшись внутри магазина, я встретилась с глазами консультанта.

– Восхитительно! – с явным восторгом произнесла она, увидев, как я внимательно изучаю одно из платьев, висящих на манекене. – Оно подойдет вам идеально. Такой цвет просто излучает элегантность, и фасон на вашей фигуре будет смотреться безупречно!

Я приподняла брови, заметив её уверенность. Мгновенно почувствовала себя немного неловко, но решила не зацикливаться на этом. К тому же платье действительно выглядело красиво, и я не могла не оценить его.

– Спасибо, но я еще подумаю! – ответила я, слегка смущенная её уверенным тоном. – Просто хочу посмотреть еще немного.

Консультант кивнула и с улыбкой отступила в сторону, оставив меня наедине с мыслями и платьем. Я поднесла ткань к лицу, чувствуя её мягкость, и задумалась, как бы это чудо смотрелось на мне. Но в голове по-прежнему вертелась мысль о Мироне Романовиче, и чем больше я пыталась отогнать её, тем сильнее она возвращалась.

– Вам это подойдет! – вдруг прозвучал голос сзади, и я обернулась. Это была другая консультантка, с которой я раньше не сталкивалась. Она стояла, подавая мне ещё одно платье. – Этот оттенок сделает кожу ещё светлее. Посмотрите, как красиво.

– О, спасибо, но я не совсем уверена, что сейчас мне нужно что-то такое. – я попыталась улыбнуться, чувствуя, как снова погружаюсь в раздумья.

Спустя несколько часов, проведённых в торговом центре, я наконец-то успокоилась. Купив пару вещей, я уже направлялась к выходу, довольная тем, что хоть немного отвлеклась от своих мыслей. Солнечный свет, который просачивался через стеклянные двери, придавал этому моменту лёгкость и умиротворение. Я уже почти подходила к двери, когда вдруг услышала знакомый голос, который резко вырвал меня из состояния расслабленности.

– Ви? Снова ты. Следишь за мной? – произнес Мирон Романович, его голос звучал немного насмешливо, но в то же время и с удивлением.

Я сразу же остановилась, и, медленно подняв взгляд, встретилась с его глазами. В этот момент мир вокруг как будто затих, и всё внимание сосредоточилось только на нем. Он стоял у витрины, с лёгкой ухмылкой на лице, как будто не верил, что встретил меня именно здесь. Он был одет так же непринужденно, но даже в этом было что-то особенное, что привлекало взгляд. Это было слишком неожиданно, и я почувствовала, как сердце начало бешено стучать.

– Судьба над нами властна.

Тренер засмеялся, но в его взгляде читалась та же игра, как и в моем. Видимо, нас обоих охватили какие-то неизведанные, непредсказуемые эмоции.

– Судьба над нами властна, – повторила я, пытаясь улыбнуться и придавая своему голосу игривый тон, чтобы скрыть растущее волнение.

Мои слова, казалось, были больше для себя, чтобы хоть как-то справиться с неожиданностью этой встречи.

– Готовишься к какому-то мероприятию? – Он указал на пакет в моих руках, из которого выглядывали яркие вещи.

– Ну, не совсем так, – ответила я, смущённо покусив губу. – Всё, что я хотела, это поднять себе настроение.

– Судя по всему, ты на верном пути, – заметил он, подмигнув. – Ты, кстати, отлично выглядишь, – проговорил Мирон Романович, глядя на мои покупки. – Уверен, что выбирала что-то особенное.

– Да. Определенно, – улыбнулась я, вспомнив про новое черное кружевное белье, – а вы..?

– Мне тоже нужно было немного порадовать себя.

– Вероятно, у вас получилось.

– Еще как.

На мгновение мы замолчали. Мирон Романович продолжал смотреть на меня, словно всматриваясь в мои мысли.

– Знаете, я вообще-то тороплюсь. – тихо произнесла я. – У меня свидание.

– Свидание? – произнес он, наконец. – С Егором?

– Да.

– Он хороший парень.

– Очень…

– Что ж… надеюсь, ты хорошо проведешь время!

– Спасибо. Всего хорошего!

Мирон Романович не произнес ни слова, лишь махнул рукой на прощание. Развернувшись, я направилась домой. Когда я вышла из торгового центра, ветер обманчиво нежно касался кожи, но внутри меня всё ещё разгорелись смешанные эмоции. Почему-то разговор с Мироном оставил у меня противоречивое ощущение, как будто что-то важное не было сказано.

Наконец-то я дома. Время до тренировки, а точнее до нашего небольшого свидания, подкрадывалось стремительно. Поняв, что оставалось совсем немного, я принялась за подготовку. Нужно было привести себя в порядок, и я знала, как это сделать.

Первым делом я направилась в ванную, чтобы освежиться и настроиться на нужный лад. Быстрый душ, легкий парфюм, который был моим фирменным «знаком», и совсем немного макияжа – все это было необходимо, чтобы подчеркнуть мои черты, не перегружая образ. Когда я взглянула в зеркало, в ответ мне смотрела уверенная в себе девушка, готовая к любому вызову.

Теперь нужно было выбрать одежду. Я долго не раздумывала. Одежда для тренировки – это всегда немного практичности, но почему бы не добавить нотку сексуальности, учитывая, что я не только на каток иду? Нужно что-то, что будет удобным и в то же время привлекательно сидеть на теле. Я достала из шкафа боди с замком на груди – оно как раз подчеркивало все достоинства фигуры, и черные спортивные лосины, которые дополняли образ комфортом и немного игривой сексуальностью. Это было идеальное сочетание: достаточно удобно для тренировки, но и привлекательность была не на последнем месте.

Заметив, что снова начинаю нервничать, я поспешила заглянуть в сумку с коньками, убедиться, что все необходимое под рукой, и быстро, но уверенно направилась к выходу. Волнение было с каждым разом сильнее, а внутри меня разгорался огонек любопытства и нетерпения. Вперёд, к катку, к тем минутам, которые предстояло провести в его компании.

У входа меня встретил Егор. Сегодня он выглядел еще привлекательнее. Черный лонгслив идеально подчеркивал его спортивное тело, каждый изгиб которого выглядел так, будто был вылеплен для того, чтобы я не могла оторвать взгляда. Я почувствовала, как сердце немного ускорило свой ритм, и невольно улыбнулась.

– Привет, – произнес он мягко, целуя меня в щеку, его голос был теплым и ободряющим.

– Привет, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие.

– Готова к первой тренировке?

– Еще как.

– Отлично. Тогда надевай коньки, раздевалка открыта, буду ждать тебя на арене.

Егор удалился, а я зашла в раздевалку. Достав коньки из сумки, я, как и учил Мирон Романович, со всей силы затянула шнурки, и завязала их в два оборота, чтобы концы не мешались. Быстро расчесав волосы, я сделала высокий пучок. Готово. Можно идти.

Подойдя к катку, я заметила девушку в розовой облегающей кофточке и белоснежных лосинах. Она выглядела так уверенно и изящно, будто была здесь каждый день. Рядом с ней стоял мужчина, с которым она о чем-то весело беседовала, и я не могла не заметить, как они оба смеялись. Это сцена выглядела так гармонично и естественно, что, как ни странно, я почувствовала легкое беспокойство.

– Готова к разогреву? – спросил Егор, перехватив мою руку и мягко сжимаючи её.

– Я и так горю, куда еще больше? – ответила я с улыбкой, чувствуя, как волнение растёт с каждым шагом.

– Нам нужно разогреть твои мышцы. Пойдем, – сказал он, и его голос был полон уверенности, как будто он знал, что сейчас будет происходить.

Как только мы вышли на лёд, я ощутила знакомую гладкость под коньками. Это было похоже на приветствие старого друга – лёгкость, почти магия скольжения. Мои ноги сами начали двигаться, словно они помнили этот ритм. Я плавно скользнула вперёд, давая своим мышцам возможность разогреться и почувствовать лед под собой.

– А вот и вы. – Аня легко, я бы сказала изящно, подъехала к нам вместе с…

– Мирон Романович? – произнесла я, мой голос немного дрогнул, и я почувствовала, как по щекам бежит теплота.

Снова он. Вселенная, ты что, решила поиздеваться надо мной?

В голове пронеслось множество мыслей: «Что он тут делает?», «Знает ли он для чего я здесь?».

Мое лицо горело, и я была уверена, мое лицо мгновенно покраснело.

Ощущение неловкости накатывало волнами: будто каждый взгляд обратился только ко мне, как будто именно я была объектом его внимания.

Внутри бушевал океан эмоций – от смущения до возбуждения

– А, так вы уже знакомы? – Поинтересовалась Аня, поглядывая то на меня, то на тренера.

– Да, мы знакомы, но…

– Я помогал Ви с её первыми шагами на коньках, – шутливо ответил Плесицкий.

– Тогда нам будет еще проще. Сегодня мы с вами немного потренируемся.– Девушка мило улыбалась нам. – Для начала, мне нужно посмотреть, что ваша пара из себя представляет. Скажу сразу, звонок Егора застал меня врасплох, и конечно, танца никакого я не успела поставить. Поэтому сегодня, мы изучим только легкие базовые движения.

Я не слышала, что говорила Аня, в голове помутнело и мне срочно нужно было отойти, отдышаться, иначе от недостатка кислорода, я упаду прямо здесь.

– Сколько у нас времени? – вдруг спросила я.

– Где-то около двух часов. Начнем?

– Да, только можно, я отойду попить воды? – Я с натянутой улыбкой, взглянула на Егора.

– Конечно. У тебя есть пару минут!

Я кивнула и быстрым шагом направилась к зоне отдыха, стараясь не выдать, как внутри всё бурлит от волнения. Почему мы постоянно сталкиваемся? Это уже начинало казаться странным.

Я опустилась на ближайшую скамейку и сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. Может, это просто совпадение? Но что-то внутри упорно нашёптывало: Нет, это не просто так.

– Может, он маньяк? – пробормотала я себе под нос, нервно поправляя волосы.

Эта мысль была, конечно, абсурдной, но объяснить постоянные пересечения с ним мне не удавалось. И от этого становилось только сложнее сохранять равнодушный вид. Может, он не тренер, а какой-то тайный агент? Или, что хуже, маньяк, который выбрал меня своей жертвой? Хотя… маньяки обычно не учат своих жертв правильно шнуровать коньки.

– Ви?

– АА!?

Я дёрнулась так резко, что чуть не свалилась со скамейки. Передо мной стоял он. Чёрт, всё сходится. Он точно маньяк! Мирон Романович смотрел на меня с лёгкой ухмылкой, но во взгляде промелькнула нотка серьёзности.

– Что ты тут делаешь? У тебя же свидание. Разве нет?

Я моргнула. Это что, допрос?

– А вам-то, какое дело?

– Никакого. – пожал он плечами.

Я сузила глаза, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Тогда зачем спрашивать? – я сложила руки на груди, стараясь выглядеть максимально невозмутимо.

– Просто уточняю.

– Я думаю, нам нужно идти, если мы не хотим потерять столь драгоценное время. – бросила я, стараясь закончить этот странный разговор.

Развернувшись на коньках, я направилась обратно на арену, чувствуя на себе его взгляд.

– Все в порядке? – Аня посмотрела на меня с лёгким беспокойством.

– Да, – кивнула я, быстро отгоняя мысли о Мироне Романовиче. – И я готова к нашему первому занятию!

– Отлично! Начнём с основ: базовые движения и развороты. Важно чувствовать себя уверенно на льду, – объясняла Аня, указывая в центр арены.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь сосредоточиться на тренировке, и подошла ближе к Егору. Его подбадривающая улыбка моментально согрела меня изнутри.

– Ты сегодня выглядишь слишком серьёзной, – заметил он, подмигнув мне.

– Конечно, – согласилась я, преувеличенно важно вскинув подбородок. – Если я буду несерьёзной, то мы закончим эту тренировку прямо сейчас.

– Это ещё почему?

– Потому что я упаду на лёд и разобью себе колени.

– Тогда продолжай быть серьёзной… и безумно сексуальной, – усмехнулся Егор, не стесняясь скользнуть взглядом по моей фигуре, особенно задержавшись на груди. Я почувствовала, как моё лицо мгновенно вспыхнуло.

– Ох, не усложняй ситуацию, – прокомментировала я, стараясь сохранить легкость разговора. – Мне нужно сосредоточиться на тренировке, а не на твоих комплиментах.

Егор рассмеялся, и его смех, как будто, рассеивая напряжение в воздухе, помог мне расслабиться.

Аня, заметив, как мы переговариваемся, подошла ближе.

– Так, голубки! Прекратите флиртовать и начните тренироваться, – с улыбкой сказала она. – Нам еще много чего нужно сделать, чтобы подготовиться к конкурсу!

– Мы тренируемся, Аня, – ответил Егор с невинным выражением лица, что заставило меня улыбнуться.

– Да-да, тренируемся, – подтвердив я, старалась отбросить смущение и сосредоточиться на том, что у нас впереди.

– Ви, начнём с простого: попробуй медленно скользить вперёд, держась за мою руку.

Я облегчённо выдохнула, когда внимание снова переключилось на тренировку. Хотя мысль о том, как самоуверенно и без стеснения Егор меня разглядывал, всё ещё приятно тлела внутри.

Я кивнула и вложила руку в ладонь Ани. Она была тёплой, уверенной – такой, какая должна быть у тренера.

– Ладно, поехали, – я сделала первый осторожный шаг, чувствуя, как лёд подо мной слегка предательски дрожит.

– Расслабься, – Аня чуть сильнее сжала мою руку. – Главное – не думай о падении, а просто скользи. Представь, что ты лёгкая, будто летишь.

«Легко сказать», – подумала я, но послушалась. Взяла глубокий вдох, попыталась ощутить баланс, слегка оттолкнулась и… поехала.

– Отлично! – похвалила Аня.

– Смотри-ка, ещё и талантливая, – подал голос Егор, наблюдая за мной с явным интересом.

– Разумеется, – не удержалась я от ухмылки. – Ты сомневался?

– Ни капли, – его взгляд был изучающим, и я чувствовала, как он буквально сканирует каждое моё движение.

Мы продолжили тренировку, и спустя некоторое время я уже каталась без поддержки. Да, пока не так уверенно, как хотелось бы, но всё же…

– Неплохо для первого раза, – заметил Егор, когда я подъехала к нему.

– Неплохо? – возмутилась я, всплеснув руками. – Это что, всё, на что я способна?

– Ой-ой, амбициозная, – он рассмеялся.

– Не отвлекаемся! Сейчас, вам с Егором предстоит кое-что посложнее. Вам нужно будет повторить за нами с Мироном вот это.

Я почувствовала, как мурашки пробежались по моей коже, когда Аня потянула Мирона к себе, показывая необходимые элементы для выполнения. Сложными, как выяснилось, были не только шаги, но и взаимодействие с партнёром.

Я взглянула на Егора, который тоже выглядел немного взволнованным, но его взгляд полон решимости.

– Мы с тобой команда, – сказал он, прижимая руку к сердцу, словно вдохновляя меня. – Давай покажем, на что способны.

– Мы ни на что не способны, – смеясь, прошептала я.

– Значит, покажем им это!

Егор рассмеялся в ответ на мой шутливый комментарий.

Собравшись, мы заняли свои позиции, готовые попытаться справиться с элементом. Аня и Мирон стояли чуть в стороне, наблюдая за нами и готовые в любой момент помочь советом.

– Главное – не бойтесь ошибиться, – сказал Мирон, придавая нам уверенности. – Каждый на тренировке делает ошибки. Важно – как вы к ним относитесь.

Кажется, я это уже слышала.

– И не забудьте про эмоции! – добавила Аня, поддерживая настрой тренера.

Я вдохнула, и мы начали выполнять элементы. Каждый шаг был полон уверенности, и, несмотря на взлеты и падения, мы чувствовали, как наш дух и энергия растут. Егор двигался синхронно со мной, наши движения начали слаживаться, и вскоре каждый элемент казался легким и естественным.

Как только Аня объявила об окончании тренировки, я почувствовала облегчение – мои ноги буквально горели от усталости.

– Великолепно! У вас получилось! – с улыбкой сказала она, наблюдая за нами. – Вы большие молодцы, но на сегодня мы закончим.

– Наконец-то, мои ноги больше не выдерживают, – выдохнула я, балансируя на коньках.

– Тогда увидимся в среду в это же время! – бодро сказала Аня, скидывая перчатки.

– Увидимся, Аня! Постараемся не подвести тебя на следующей тренировке!

– Буду ждать! – ответила она, провожая нас взглядом.

Мы покинули лёд, и я сразу же почувствовала, как лёгкость окутывает всё тело. Будто за эти пару часов я сбросила с себя не только напряжение, но и груз мыслей, которые терзали меня весь день.

– Ну, как тебе твой первый раз? – спросил Егор, когда мы зашли в раздевалку, снимая коньки.

– Если не считать моего эффектного падения – просто прекрасно, – я улыбнулась, потирая ногу. – Хотя, думаю, завтра мои мышцы меня возненавидят.

– Это нормально, – усмехнулся он, легко развязывая мои шнурки. – Главное – не бросать.

– А ты что, думал, я так легко сдамся? – прищурилась я.

– Ну, есть у меня одна теория, что ты любишь добиваться своего, – он наклонился ближе, изучая мою реакцию.

Я закатила глаза.

– Вот именно.

Мы вышли из раздевалки, и, пока шли к выходу, продолжили обсуждать тренировку. Я не могла не смеяться, вспоминая, как мы с Егором пытались совместить элементы с эмоциями – особенно тот момент, когда я едва не врезалась в него, запутавшись в собственных ногах.

– Тебя подвезти?

– Нет, хочу прогуляться.

– Точно?

– Да. Подышу свежим воздухом! – произнесла я.

– Хорошо. Тогда увидимся в среду?

– Мгм.

Егор потянул меня к себе, его руки легко обвили мою талию, а затем, наклонившись, он мягко коснулся моих губ. Этот поцелуй был неожиданным, но таким тёплым, таким нежным, что я на мгновение забыла, где нахожусь. Время словно замерло – только мы двое, ночной воздух и тихое биение моего сердца, которое, казалось, грозило вырваться из груди.

– До встречи, – тихо сказал он, улыбнувшись уголками губ, прежде чем отступить назад.

Я не успела ответить – он уже сел в машину, и вскоре её огни растворились в темноте. А я осталась стоять на месте, пока волна эмоций не захлестнула меня с головой. Меня переполняло настолько сильное чувство счастья, что хотелось кричать, смеяться, подпрыгивать на месте. В голове царил хаос – от приятного шока до невероятного восторга.

Я провела пальцами по губам, всё ещё ощущая его прикосновение, и не смогла сдержать улыбку. Сделав несколько глубоких вдохов, я попыталась взять себя в руки, но всё, чего смогла добиться – это ещё более довольного выражения лица.

– Чего мерзнешь? – раздался знакомый голос, и я вздрогнула от неожиданности.

Мирон Романович стоял в нескольких шагах, лениво выкидывая окурок сигареты в урну. Его тёмные глаза внимательно изучали меня, а на губах играла лёгкая, почти насмешливая улыбка.

– Не мерзну, – быстро ответила я, стараясь сохранять нейтральный тон, хотя холод уже пробирался под тонкую ткань моего боди.

Он прищурился, слегка наклонив голову, явно не веря мне.

– Ты же знаешь, что мороз крепчает, – заметил он, потирая ладони, будто проверяя, насколько сами замёрзли.

Я усмехнулась, пытаясь повернуть разговор в шутку:

– Может, просто предложите мне свою куртку? – подмигнув, я сделала шаг к нему, но он только фыркнул.

– Хочешь, чтобы замерз я? Нет уж, давай я лучше отвезу тебя домой.

– Я дойду.

Мирон Романович только покачал головой, будто мой упрямый ответ его не удивил.

– Ты всегда такая настойчивая? – Протянул он, но я заметила, что его тон был не сердитым, а скорее снисходительным. – Ладно, если так, пусть будет по-твоему.

Мирон Романович тяжело вздохнул, а затем, не говоря ни слова, быстрым движением стянул с себя кожаную куртку и протянул мне.

– Надевай.

– Не нужно, я не…

– Я сказал, надевай. Прекращай геройствовать!

Я на мгновение замерла, не зная, как реагировать. Мирон Романович выглядел решительным, и в его голосе не было ни капли сомнения.

– Не будь упрямой.

Я вздохнула и, наконец, поддала плечи, надев его куртку. Она была значительно больше моей, но так приятно облегала тело, что я не могла не почувствовать себя уютнее.

– Спасибо.

Укутавшись в куртку сильнее, я уловила слабые нотки вишни вперемешку с табаком. Вот так ты пахнешь, Мирон Романович? В душе разгорелось чувство восторга – мне хотелось закрыть глаза и потеряться в этом мгновении, наслаждаясь теплом, которое исходило от его куртки и его запаха. Он был таким настоящим, таким живым.

В это время, Мирон Романович, расстегнул свою огромную спортивную сумку и достал из нее старенький бомбер.

– У вас есть вторая куртка? – Я с раскрытыми глазами смотрела на тренера.

– Конечно. Мне нельзя болеть. – Мирон Романович легонько улыбнулся и натянул на себя бомбер.

Вот он хитрец. Я медленно закатила глаза.

– В какую сторону нам идти?

– Нам? – Переспросила я, слегка удивлённая.

– Нам. Я провожу тебя до дома, не хватало еще, чтобы тебя расчленили здесь.

– А мне казалось, что главный маньяк здесь это вы, – сказала я, глядя на Мирона Романовича.

– Если бы я был маньяком, то выбрал бы менее шумную жертву.

Мужчина вышел вперед, оставив меня позади.

– Ну, ты идешь?

Я быстро шагнула следом, стараясь не потерять темп.

– Знаешь, мне нравится эта сторона города, – вдруг признался он, нарушая тишину.

– Это потому, что здесь находится Дворец спорта? – предположила я, усмехнувшись.

– Возможно, и поэтому, – кивнул он. – Но не только.

Я вопросительно посмотрела на мужчину.

– Здесь проще дышится, – продолжил он, задумчиво глядя вперёд. – Меньше суеты, меньше ненужного шума. В этом районе как-то… спокойнее.

Я хмыкнула, закутываясь в его куртку плотнее.

– С трудом представляю, что вы нуждаетесь в покое, Мирон Романович. Вы же тренер хоккейной команды, ваша жизнь – это постоянный шум, крики, тренировки, матчи.

– Именно поэтому и ценю моменты тишины, – усмехнулся он. – Хотя, конечно, тишина – это вещь обманчивая.

– Что вы имеете ввиду?

Тренер на секунду задумался, а потом бросил на меня косой взгляд.

– Иногда тишина говорит громче любых слов.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, хотя на улице уже не было так холодно.

– Вы всегда так загадочно разговариваете?

Он усмехнулся.

– Это профессиональная привычка. Пусть мои игроки думают, что я всегда знаю больше, чем говорю.

Я покачала головой, улыбаясь, но не стала дальше развивать тему. Мы просто продолжили идти вперёд.

Когда мы наконец подошли к моему дому, Мирон Романович неожиданно остановился, огляделся по сторонам и нахмурился.

– Ты живёшь в ужасном месте, – произнёс он, качая головой.

Я изумлённо посмотрела на него.

– Это ещё почему? Он повернулся ко мне, его взгляд был серьёзным, даже слишком.

– Опасный район, – повторил он, скрестив руки на груди. – И ты хотела идти сюда одна. Ты хоть представляешь, сколько всего может случиться в тёмное время суток?

Я закатила глаза.

– Боже, не превращайтесь в моего отца, – вздохнула я, стараясь показать, что его чрезмерная обеспокоенность меня слегка раздражает.

– Я просто говорю очевидные вещи, – он не отвёл взгляда, будто пытался убедиться, что мои слова – не бравада.

– Я живу здесь уже три года, – продолжила я, демонстративно пожав плечами. – И, представьте себе, всё это время прекрасно обходилась без нянек.

– Это не значит, что ты всегда будешь безопасности, – его голос звучал твёрдо, даже чуть грубовато.

– Ну да, ну да, – усмехнулась я, сложив руки на груди. – Прямо-таки криминальный район, в каждом углу засада, и только чудом я ещё жива.

– Глупая, – пробормотал он себе под нос, но я всё равно услышала.

– Что?

– Говорю, ты не должна подвергать себя опасности, когда есть возможность избежать её, – он смотрел на меня с таким выражением, словно я была ребёнком, который решил сунуть пальцы в розетку.

– Всё? Нравоучения закончились? – я одарила его язвительной улыбкой, после чего начала стягивать с себя его кожаную куртку.

Мужчина молча наблюдал за мной, пока я передавала её обратно.

– Спасибо, что проводили, Мирон Романович, – я сделала акцент на его имени, чтобы ещё раз напомнить о границах, которые он, кажется, любил пересекать.

Мы стояли там, в свете уличных фонарей, и я ощутила, как часть моих стен начинает осыпаться.

– Можно просто Мирон.

– Что?

– Без отчества, Ви. Я не настолько стар, чтобы звучать как вредный преподаватель в твоем университете.

– Ладно, Мирон, – ответила я, попробовав произнести его имя, и неожиданно ощутила, как оно приятно звучит.

– Вот видишь, как хорошо, – сказал он, будто смеясь над собой.

– До свидания, Мирон.

– Доброй ночи, Ви.

Глава 7 

Мирон

Я всегда говорил, что главное в моей жизни – карьера, и я, сколько себя помню, всегда придерживался этого плана. Окончил школу, потом университет, погружаясь в учёбу, как в спасительное море. Целеустремлённость и стремление к успеху всегда были моими верными спутниками. Я работал над проектами, принимал участие в стажировках и искал пути к своему карьерному росту, веря, что именно так можно добиться уважения и стабильности.

Десять лет назад, меня взяли тренером детской хоккейной команды. Это было неожиданное предложение, и я изначально не был уверен, что справлюсь с этой задачей. Вокруг меня собирались не просто дети, а будущие спортсмены, у которых были свои мечты и амбиции.

Сначала я подходил к тренировкам с чисто технической точки зрения, основываясь на своих знаниях об игре и тактике. Я разрабатывал стратегии, ставил задачи и отслеживал прогресс каждого игрока. Но быстро понял, что в хоккее, как и в жизни, важен не только технический аспект, но и умение работать в команде, поддерживать друг друга и находить общий язык.

Постепенно я начинал замечать, как меняются эти дети под моим руководством. Они не только становились быстрее и сильнее на льду, но и развивали дружеские связи. Спустя некоторое время я осознал, что это не просто работа для меня – это стало настоящей страстью. Я начал видеть, как важно не просто учить их игре, но и формировать в них уверенность, командный дух и уважение друг к другу.

Пять лет, как я один из лучших тренеров в области. Это дается сложно. Изнуряющие тренировки, постоянное внимание к каждому игроку, анализ их ошибок и достижений – всё это требует колоссальных усилий и самоотдачи. Иногда я задумывался, на что же я себя подписал, когда впервые согласился взять на себя эту роль. Бывали моменты, когда уставший после долгого рабочего дня, я приезжал на тренировку и чувствовал, как каждое движение дается с трудом.

Но с каждым разом, когда я наблюдал, как мои подопечные растут и развиваются, вся усталость растворялась. Они спортом живут, увлечены, и когда смотрят на меня полными надежды глазами, какое-то невероятное чувство внутренней гордости наполняет меня. Каждый прогресс, каждое улучшение их игровых навыков – это не просто успех индивидуального игрока, это маленькая победа для всей команды и для меня как тренера.

Как только мы выходили на лёд, все усталости оставались позади. Я забывал о стрессе и напряжении, погружаясь в атмосферу хохота, дружбы и нежного соперничества. Я учил их, что хоккей – это не только физическая сила, но и дух. Они должны были понимать, что ошибки – это часть процесса, а самое главное – это поддержка друг друга на плечах.

Я делал всё возможное, чтобы привить им эти важные уроки, чтобы они не просто становились хорошими игроками, но и хорошими людьми. Время от времени я вспоминал свои благородные замыслы по поводу карьеры и понимал, что работа с детьми научила меня многому. Работая с ребятами, я ощутил, что каждый из них способен на большее, и это давало мне силы продолжать движение вперёд.

Однако за всей этой радостью и хлопотами порой приходило чувство изоляции. Были дни, когда я уходил с тренировки, совершенно опустошённый, и не знал, как справляться с этим эмоциональным грузом. И тут, почти из ниоткуда, появилась девушка, которая буквально, преследует меня. Первая встреча была весьма… странной. Сначала душ, потом лед, теперь уже и до города дошли. Что еще более странно, так это то, что каждый раз, я рад этой встрече. Мне хочется поговорить с ней, поделиться чем-то личным. Раньше бы я сказал, что мне это не нужно. Я ведь никогда никому не открывался. Даже друзья, знают лишь оболочку меня.

Что-то меняется во мне, а я не могу понять.

Почему?

Всю ночь я не мог уснуть. Мои мысли крутились вокруг предстоящей игры, планов на тренировки и, о той, о ком думать не должен.

Ви.

Я переворачивался с бока на бок, забыв о часах и времени. Пролежал так до четырех утра, но потом все же отрубился.

Когда я открыл глаза, солнечные лучи пробивались сквозь занавески, и моя комната была залита мягким светом. Но вместо того, чтобы почувствовать прилив бодрости, я лишь ощутил усталость и тяжесть на душе. Восемь часов утра, и предстоящая игра неизбежно приближалась, как заботливый, но настойчивый друг, который стучит в дверь, напоминая о себе.

Я потянулся за стаканом воды, стоящим на тумбе. Холодная жидкость смягчила мое горло и позволила мне наконец-то проснуться.

Первая тренировка сегодня в 9 утра.

Поднявшись с кровати, я прошел в ванную. В зеркале на меня смотрело уставшее, но решительное лицо. Я умылся холодной водой, пытаясь изгнать остатки ночной усталости. Каждый порыв струи, казалось, пробуждал не только тело, но и ум, возвращая ясность и свежесть.

Я быстро привёл себя в порядок – зубная щётка, забрасывающееся самодовольство перед зеркалом, и пару минут внимательного взгляда на отражение. Я понимал, что должен быть лучшей версией себя. Команда полагалась на меня, и я не мог подвести их. Хотелось, чтобы каждый из них чувствовал поддержку, чтобы даже самые малые успехи становились шагом к большой общей цели.

Закончив домашние процедуры, я вновь наполнил стакан водой и, еще раз взглянув на часы, заметил, что до тренировки остаётся совсем немного времени. Я решил сделать быстрый перекус. Пара тостов, немного фруктов и чашка крепкого кофе – именно то, что мне было нужно, чтобы взбодриться и зарядиться энергией.

Когда часы показали 8:30, я собрал все необходимые вещи в сумку и вышел из дома. Снаружи утренний воздух был свежим, пронизанным легким холодком, но не слишком неприветливым.

Доехав до дворца, я припарковал машину, выбрался на улицу и, сделав глубокий вдох свежего воздуха, направился к входу. Ближе к раздевалке было слышно, как сквозь закрытые двери доносится громкий смех и разговоры игроков.

– Чего вы разорались как чайки над мусоркой? – произнес я, входя в раздевалку к парням.

– Мирон Романович! – Хором произнесли они.

– У вас есть 5 минут на переодеться. – продолжил я, бросая на них строгий, но приветливый взгляд. – После этого приглашаю вас на лёд, где вас ждёт тренировка, после которой вы должны забыть, как ходить!

– Есть, сэр!

Я вышел из раздевалки и направился в свой кабинет. Зайдя внутрь, я взял несколько минут, чтобы собраться с мыслями и окончательно настроиться на работу. Я быстро просмотрел заметки, которые подготовил накануне, а также некоторые записи о предыдущих тренировках и играх. Важно было помнить о том, что каждый игрок приносит уникальные способности, и наша задача – максимально раскрыть их потенциал.

– Тренер, мы готовы, – в кабинет зашел Егор.

Ничего не ответив парню, я последовал за ним.

– Слушаем меня внимательно! – произнёс я, поднимая голос, чтобы навести порядок. – В этот раз тактика меняется. Я хочу, чтобы вы были готовы к тому, что нас ждет немного нестандартный подход. Мы сосредоточимся на более сложных комбинациях, которые потребуют от вас полного взаимодействия на льду.

Парни, вероятно, не совсем понимали, о чем идет речь.

– Тактика, которую я собираюсь внедрить в нашу тренировку, основывается на принципе динамичного взаимодействия и быстрой смены форматов атаки. – Продолжал я. – Она состоит из нескольких ключевых элементов, которые требуют от вас высокой концентрации и слаженной работы.

– То есть ничего нового не будет? – спросил Ромка.

– Еще одно слово и ты будешь сидеть на лавке запасных.

– Понял. – Произнёс парень, быстро опустив голову, и остальные, узнав о его ляпе, тихо засмеялись.

После этой короткой перепалки я вновь привлёк внимание всех парней, объяснив подробнее каждый шаг нашей новой тактики, и как мы будем её отрабатывать.

Как только я закончил своё объяснение, команда приняла свои позиции на льду. Под моим наблюдением ребята начали разминаться, проверяя свои скиллы в простых передачах и дриблинге.

– Итак, начнём с упражнения на передачи в парах, – объявил я. – Помните, движение – это ключ. Не стойте на месте, находите партнеров и работайте в команде. Каждый из вас должен постоянно быть на связи с другими.

После разминки мы плавно перешли к основной части тренировки. Я собрал команду вновь и объяснил следующее задание – работать над созданием треугольников на льду. Они должны были понимать, как использовать пространство, чтобы перехитрить соперников.

– Сосредоточьтесь на позициях, ребята! – горячо призвал я. – Каждая передача должна быть направлена так, чтобы открывать возможность для следующей.

С каждым новым шагом тренировки я смотрел, как ребята вживаются в новую тактику.

– Егор, – крикнул я, подаваясь вперёд, – ты снова потерял позицию при переходе в атаку! Ты должен оставаться на своей линии и быть готовым подстраховать партнёра! Это не по плану!

Он повернулся ко мне и ткнул пальцем в грудь, явно готовый оправдаться:

– Но я же пытался создать пространство для других!

– Это не оправдание! – перебил я. – Ты должен понимать, когда твои действия полезны, а когда они приводят к неразберихе. Мы прекрасно знаем, что ты можешь делать лучше. Убедись, что ты всегда имеешь связь с остальными.

Егор кивал, зная, что его внимательно слушают. Но в следующие несколько минут ситуация только усугублялась. Он не раз допустил неточную передачу и несколько раз терял шайбу, что приводило к потерям на площадке.

– Егор, – снова обратился я, не скрывая разочарования, – именно ты должен задавать тон команде! Ты капитан, помни об этом! Столько раз мы говорили о твоей роли в обороне. Нужно быть более дисциплинированным.

– Да, я стараюсь, тренер! – произнёс он с лёгкой обидой в голосе.

– Никаких «стараний»! – произнёс я резко. – Ты либо выполняешь задачу, либо нет. Ты должен быть образцом для своей команды. Если ты будешь терять шайбы и неправильно двигаться, вся команда пойдёт за тобой.

Парни, подслушивавшие наш разговор, обменялись взглядами, и некоторые зарычали, понимая, что ситуация накаляется. Я знал, что Егор не был виноват во всех обстоятельствах, но всё же отдавать такое количество «поправок» было необходимо.

Спустя два с половиной часа напряженной работы на льду, мы завершили тренировку. Я чувствовал усталость, но одновременно радость от того, что мы смогли добиться значительного прогресса. Однако мой взгляд упал на Егора, который стоял в стороне, выглядя максимально недовольным моими постоянными замечаниями. Он пытался скрыть свои эмоции, но было видно, что он, скорее всего, раздумывал о том, как можно оправдать свои ошибки.

– На сегодня свободны. —сказал я, давая всем ребятам отдохнуть. – Егор, – продолжил я, когда команда начала расступаться, – я хотел бы поговорить с тобой одним.

Он медленно обернулся и взглянул на меня, ожидая, что же я скажу

– Слушаю.

– Егор, я знаю, что это может показаться несправедливым, – произнес я, подходя к нему, когда остальные начали расходиться. – Но тебе нужно понимать, что я не критикую тебя просто ради критики. Я жду от тебя лидерства, и иногда оно требует жертв. То, что я говорил, касается нас обоих. Я вижу в тебе потенциал, и ты достаточно умен, чтобы понимать, какую ответственность на себя берешь как капитан. Но сейчас, ты не стараешься.

– Я пытаюсь, я работаю точно также. – ответил он с определенной настойчивостью.

– Нет, Егор. Ты расслабился. Вероятно, на тебя так влияют новые отношения.

– Причем тут мои отношения? – упрямо воскликнул он, явно не желая признаваться, что что-то может отвлекать его от игры.

– Я не хочу, чтобы ты считал, что я против твоих отношений, – сказал я мягче, стараясь смягчить тон. – Но если это начинает влиять на твою игру, нам стоит это обсудить. Никакого негатива здесь нет – только стремление помочь тебе стать лучше.

– До следующей тренировки, тренер.

Егор вышел с арены, явно разозлившись на меня. Ничего, это пройдет.

Я остался на льду ещё несколько минут, осматривая пустую арену и, размышляя о том, как будет развиваться команда.

Глава 8 

Ви

Вторник – день бездельник, и мы с Мари уже успели превратить его в настоящий ритуал. Как такое возможно, спросите вы, если у нас началась учеба? А вот так! В нашем расписании вторник всегда был лёгким – всего одна пара, и то на пару часов. Кто вообще придумал такой идеальный график? Я не знаю, как это удается диспетчеру, но каждую неделю вторник превращается в день отдыха и релакса. Мари, как и я, уже успела привыкнуть к этой маленькой удаче, и каждую неделю мы планируем что-то особенное.

– Так, ты расскажешь мне про Кирилла? – Спросила я, поправляя тканевую маску на лице. – Что там между вами?

Мари покачала головой, бросив мне недовольный взгляд. Её волосы, совершенно безвкусно завязанные в неприглядный пучок, были усыпаны блестками для тела.

– Сама не понимаю. – Она вздохнула, как будто скинула с себя груз. – Я хотела лишь раз с ним поразвлечься, а он прилип как банный лист!

– Почему он тебе не нравится? – уточнила я, искренне не понимая. – Он ведь милый парень. И привлекателен. И, судя по всему, готов тратить внимание на тебя. Мари беззвучно хмыкнула и посмотрела в потолок, как будто пытаясь найти объяснение самой себе.

– Нравится! И он, и его…

– Мари!

Она закатила глаза, откинулась на спинку кровати и продолжила распускать длинные волосы, словно это помогало ей сбросить с себя лишние мысли.

– Просто мне это не нужно! – выпалила Мари.– Я не собираюсь вступать в какие-то глубокие отношения сейчас. Учеба впереди, и вообще!

– Учеба? Когда это она тебя волновала? – не удержалась я, хихикая. – А вот сейчас и волнует! – настаивала она, хотя её уверенность уже начала трещать по швам. – Мы тут говорим о серьезных вещах, Ви!

– И сколько раз вы уже виделись?

– Просто виделись – миллион раз, занимались сексом, – Мари вдруг задумалась, прижав пальцы к вискам. – Боже мой!

– Что?

– Четыре раза!

– Ого, это много для тебя. – поддразнила я, закидывая ноги на кровать и прислушиваясь к её переживаниям. – Четыре раза за всю неделю, или за сутки?

Мари вздохнула, словно у неё на плечах висел целый мир, и посмотрела на меня так, как будто я только что предложила ей прыгнуть с крыши.

– Очень смешно, подруга. Просто оборжаться можно! Кирилл… ну, он просто… не даёт мне покоя!

– Ооо, так это он тебя преследует? – Я подмигнула. – Маньяк! Спасайся!

Мари бросила на меня взгляд, который мог бы сжечь любого в радиусе нескольких метров.

– Ты меня не понимаешь! – она села на кровать и, почесав затылок, продолжила: – Я вообще не готова к отношениям, вот! Хочу быть независимой ни от кого.

– Да, конечно, – сказала я, не удержав улыбки. – Независимая женщина с четвёртым сексом за неделю. Совсем одна и не нуждается в помощи!

– Вот именно! – подтвердила она, усевшись поудобнее и теребя волосы. – Я не думала, что всё это станет таким сложным. Я думала, что это просто приключение, без обязательств, а теперь…

– Теперь он прилип, как ты говорила, да? – подметила я, не удержавшись от улыбки.

Мари драматично вздохнула и уронила голову мне на плечо.

– Я не знаю, как бросить его, – простонала она, словно объявляла о конце света.

– Может, просто поговори с ним? – предложила я, поглаживая её по спине, как ребёнка, у которого отобрали конфету. – Скажи, как ты себя чувствуешь, что не готова к серьёзным отношениям. Честные разговоры иногда творят чудеса.

Мари резко подняла голову и уставилась на меня с притворным восхищением.

– Вау, Ви, ты такая умная! – её голос был пропитан сарказмом, а глаза блестели от насмешки. – Может, мне ещё стихи ему написать?

– Как вариант, – я пожала плечами. – «Прощай, Кирилл, прости меня. Ты парень классный, но не судьба».

Она прыснула со смеху, но тут же вновь обрела серьёзность.

– Проблема в том, что он хороший парень, Ви. Правда хороший.

– Ну, так в чём тогда дело?

– Он такой… зануда! – она снова упала на кровать и театрально раскинула руки. – То не так, это не эдак, «Мари, куда ты пропала?», «Мари, ты не отвечаешь мне уже два часа!» Два часа, Карл! Как будто я обязана ему отчитываться о каждом шаге.

– Ну, он, видимо, просто заботится.

– Забота – это одно. А контроль – совсем другое!

– Соколов тебе больше по душе, – я скрестила руки на груди, наблюдая за её реакцией. Мари тут же оживилась, её глаза загорелись, а на лице появилась хитрая улыбка.

– Ох, Соколов… Да, вот это экземпляр.

– У него есть девушка, прекрати, – напомнила я, смеясь.

– Ага, а ещё у него прекрасный зад, – подмигнула Мари, игриво кусая губу. – Но, конечно, главное – это его глубокий внутренний мир…

– Конечно, – закатила я глаза. – В виде кубиков пресса?

– Ну, ты же понимаешь, о чём я, – она лукаво улыбнулась. – Красота тоже часть духовного развития!

– Ты отвратительная.

– Знаю. – призналась она с довольной улыбкой. – Но так уж и быть, я могу быть отвратительной только ради тебя!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.