Чон Сам-хе
Ведьмины бойцы

Jeon Sam-hye

Witches’ Fighters

위치스 파이터즈

© Samhye Jeon

© Шаповалова В., перевод на русский язык, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Ведьмины бойцы

1. Мне уже двадцать лет

Март, примерно за восемь недель до взрыва Юн Сей

Ночное небо было холоднее, чем земля в Соннаме, Кёнгидо. Кан Бора, подрабатывающая в курьерской службе «Ведьмина доставка», где и занималась доставкой волшебных товаров для женщин, постепенно снижала высоту своего пылесоса.

– Похоже, сейчас начнется дождь.

Над головой висели тяжелые тучи. Даже прикрываясь плащом, Бора не могла бы остановить падающие на нее брызги. Ей нужно было добраться до земли, пока не начался ливень. Она приземлилась в тени соседнего здания.

– Госпожа, начинается дождь, поэтому я ненадолго спустилась на землю.

К тому времени, как она закончила писать сообщение на телефоне, дождь стал сильнее. Бора сложила плащ-невидимку и засунула его в рюкзак, бормоча про себя:

– Единственное, что улучшилось за все это время, – это моя способность предсказывать погоду.

Бора намеренно опустила в начале слова «потому что мне исполняется двадцать лет». Уже целых двадцать лет. Каждый раз, когда эти слова слетали с ее губ, она чувствовала себя подавленной, да еще и ощущала какое-то странное покалывание внутри. Покалывание – это гордость за то, что три года Бора усердно работала на полставки и стала взрослой, а депрессия – это… Она работала целых три года и теперь действительно могла стать ведьмой, но не знала, что с этим делать.

– С таким же успехом я могла бы навсегда остаться запасной ведьмой для Со Юн Джон.

В первый год работы Бора спасла свою лучшую подругу Джуын от гибели и тогда же познакомилась с милым мальчиком-экстрасенсом Микаэллой. В течение трех лет сменялись времена года. Однако это еще не значило, что между «Кан Бора» и «ведьма» можно поставить знак равенства.

Бора вздохнула, вспомнив, как на днях Юн Джон задала ей вопрос:

– Хочешь стать настоящей ведьмой?

Со Юн Джон, владелица «Ведьминой доставки» и ведьма из города Соннам, известная как «Ведьма полетов», спросила это у Боры, когда ей исполнилось двадцать лет. Она только что сдала экзамены и еще не окончила школу – время, когда она не знала, что делать со своей жизнью дальше. У Боры не было простого ответа. Она не была ни примерной ученицей в школе, ни начинающей ведьмой. На ежегодном дистанционном ведьминском экзамене она едва избежала плохой оценки.

На третьем году обучения в старшей школе, когда Бора совмещала учебу и работу, с ней происходили одни несчастные случаи: не реже раза в месяц она засыпала на ходу и чуть не падала с пылесоса, доставляла не ту посылку не по тому адресу и раз за разом попадала в аварии. Ей нечего было возразить, если бы Юн Джон решила бы выгнать ее.

Однако Бора не хотела отказываться от идеи летать над Соннамом на пылесосе. Жилые улицы вблизи Сунэ-го были слабо освещены фонарями, поэтому звезды казались ярче, если смотреть на них с земли. Летая среди звезд, бросая вызов силе притяжения, она не хотела отказываться от своей работы, которая приносила ей столько удовольствия.

– Интересно, смогу ли я стать настоящей ведьмой…

Юн Джон уловила конец невнятных слов Боры:

– Честно говоря, я тоже не уверена. Мне стыдно признаться, что я ведьма.

Пока Бора сидела, опустив голову, Юн Джон что-то искала в компьютере, куда-то звонила и долго разговаривала на иностранном языке. Когда травяной чай перед ней остыл до пригодной температуры, она вытерла пот со лба и снова села перед Борой.

– Мне сказали, если хочешь, можешь остаться моей ученицей еще на один год. Секретариат Вальпургии очень строгий… Но, раз ты училась у меня до сих пор, то можешь продолжить обучение у меня оставшийся год. Я немного опасалась, но, видимо, зря, это вполне хороший вариант.

Бора неожиданно вскочила со своего места. Травяной чай выплеснулся из бумажного стаканчика на пол.

– Я остаюсь еще на один год?

Щелкнув пальцами и вызвав пачку салфеток, Юн Джон ответила:

– Надеюсь, за это время ты научишься быть терпеливой, серьезной и находчивой.

– Я буду ста-стараться.

Юн Джон посмотрела на календарь.

– Ты уже совершеннолетняя, поэтому запрет на ночную работу для несовершеннолетних на тебя уже не распространяется, и мне нужно будет увеличить объем твоих доставок. Скоро День святого Валентина, выпускной, Белый день[1], время церемонии вручения аттестатов зрелости. Так что будет очень много работы. Готовься к этому.

Отвернувшись от Боры, Юн Джон тихонько вздохнула. У Боры было слишком много недостатков, чтобы называть ее настоящей ведьмой.

Если хочешь стать настоящей ведьмой, ты должна отточить свои навыки и стать самостоятельной. Будь то обычная работа или работа ведьмы в оккультном магазине. Каждая из ведьм в городе могла зарабатывать на жизнь своей специальностью. Но только не Бора. К счастью, ее финансовое положение не было настолько плачевным, чтобы ей пришлось работать в двадцать лет. А если бы пришлось, она, возможно, чувствовала бы себя виноватой.

– Она слишком много летает.

Юн Джон наморщила лоб. Все-таки это была служба доставки, и восемнадцатилетняя Бора подписала контракт, даже не читая его.

Юн Джон могла попросить заниматься Бору, а поскольку специальность Юн Джон – полеты, она сосредоточилась именно на этих уроках. Точнее говоря, было слишком непросто обучить Бору чему-то другому. А когда Юн Джон пыталась обучить ее лекарственной специальности, ей надоело, что ее сравнивали с Ан Мари. Разводить вымирающих животных или изучать лечебные травы в столице было нелегко.

Юн Джон положила руку на грудь, словно напоминая себе, что в следующем году ей действительно придется сделать из Боры ведьму. Внезапно ей пришла в голову мысль, и она повернулась и посмотрела на Бору:

– Есть ли в университетах вечерняя самоподготовка или что-то в этом роде? До которого часу ты должна быть в школе?

Юн Джон никогда не училась в университете в Корее. Боре было всего двадцать лет, и она еще даже не закончила школу и училась в старших классах, поэтому посмотрела на Юн Джон непонимающим взглядом.

– Я еще даже не знаю, где буду учиться. Не решила пока что.

– А, ну, так об этом тебе скоро объявят.

Юн Джон покачала головой.

– Джуын тоже еще не поступила?

– Джуын, эм… У нее есть время на работу и отдых…

Бора не знала, с чего начать разговор о странной системе приема в университеты Южной Кореи. Она думала, что к двадцати годам все изменится, но сетовала на то, что все осталось прежним. Последние новости, которые Бора получила от Джуын недавно в мессенджере, были о том, что она по-прежнему ничего не помнит, что ее приняли в университет в северном районе Сеула, что она прилежно учится и что она переехала в собственную квартиру.

– Госпожа Со, а существует ли университет для ведьм или что-то в этом роде, куда бы я могла поступить?

Юн Джон с недоверием посмотрела на Бору.

– Я более чем уверена, что ты не сумела бы закончить даже среднюю школу для ведьм.

– Ах, ахаха. Да уж…

Это была всего лишь шутка, но она задела Бору за живое. Бора села за стол, вспоминая свои результаты CSAT[2] и названия университетов, в которые она могла бы поступить с такими баллами. Прошло уже больше месяца после сдачи экзаменов, а она все еще чувствовала себя так, словно ходит по тонкому льду.

– Смогу ли я вообще хоть куда-нибудь поступить…

Бормотание Боры разнеслось по магазину.

2. Бора вдруг стала взрослой

Проходили дни, и Бора не замечала, что все еще ждет письма о зачислении в университет. Она хорошо училась, но ее баллы по CSAT были ниже, чем нужно, потому что она была занята доставками и не уделяла учебе достаточно времени. Семья хотела, чтобы Бора поступила в университет на четыре года, и она согласилась. Юн Джон с радостью поддержала ее решение.

– Лучше поступить в университет.

Бора вздрогнула, услышав неожиданный ответ.

– Особенно если твоя семья будет оплачивать тебе обучение.

– Я думала, вы скажете что-то другое, ведь вы живете со времен династии Чосон[3], – пробормотала Бора, подыскивая университет, в который она могла бы поступить с полученными баллами.

Конечно, она хотела поступить, и ее не смущала мысль о том, что придется проучиться целых четыре года. Было бы здорово оказаться среди ровесников и насладиться студенческой жизнью. Но не таким образом.

Бора думала, что взросление будет волшебным. Она думала так, потому что была в окружении ведьм. Однако на самом деле она училась в старших классах, сдавала экзамены и решала, в какой университет поступать в двадцать лет, основываясь на результатах своих экзаменов. Ничего не изменилось по сравнению с тем, что было несколько месяцев назад, подумала она про себя. Юн Джон развернула свой стул так, чтобы оказаться спиной к Боре, и сказала:

– Может быть, если бы ты родилась сорок лет назад, то не задумывалась бы об этом. Но для твоего поколения нет ничего необычного в том, чтобы девушка училась в университете, верно? Так что даже если ты и ведьма, ты должна пойти в университет, познакомиться с людьми и получить образование. Это должно помочь тебе в будущем.

– Я не знаю, кто я – либерал или консерватор.

– Когда я была твоего возраста, девушки нечасто поступали в университет.

Понятно, подумала Бора, она должна быть впечатлена предоставленными ей возможностями образования. Повернув стул так, чтобы оказаться лицом к Боре, Юн Джон сказала:

– Кроме того, ты не имеешь ни малейшего понятия, что тебе делать дальше.

И госпожа Со права. Все, казалось бы, шло хорошо до какого-то момента, а потом она взяла и «ударила» по самому больному. Бора вернулась к своей работе, чувствуя, как замирает сердце.

Она часто навещала Гайю, ведьму-переводчицу, и ее дочку в комнате на крыше.

– Малышка, ты же любишь свою тетю?

Смех девочки на какое-то время позволял ей забыть о всех своих проблемах. Гайя, наблюдая, как дочка смеется, покачала головой: «Самый миленький ребенок в мире – это чужой ребенок». Гайя отодвинула перевод в сторону и повернулась к Боре:

– Знаешь что? Юн Джон – очень хорошая ведьма, пусть внешне она и кажется немного суровой.

Гайя продолжила, заметив гримасу на лице Боры:

– Я так думаю и уверена, что все остальные ведьмы в Соннаме такого же мнения о ней. Она хорошо тебе платит, не вычитает из зарплаты и даже дает премию, когда приходит время вознаградить тебя за хорошую работу.

– Точно. Я вообще никогда раньше не видела, чтобы ведьма получала премию в честь праздников.

– Вот видишь. Это правда.

Гайя пробормотала что-то бессвязное и в конце концов усмехнулась.

– Но как она может так жить…?

– Прости, что?

Поняв, что Гайя не расслышала вопрос, Бора махнула рукой. Она схватила еще одно печенье и продолжила ворчать.

– Она выглядит плохой, но ее это совсем не заботит. Почему она ничего не делает?

Гайя ответила, удивленно подняв брови:

– А что она должна сделать? Она ведьма, которая долго жила и повидала много людей.

Бора откусила кусочек печенья.

– Да, да. Я так и поняла. А как вы определились со специальностью? Я думаю, что вы точно не решили это в университете.

Гайя неуверенно ответила:

– Я поступила в университет и решила… Я поняла, что моя специальность подходит мне больше, чем я думала, так что это и помогло мне с ведьминской специальностью.

Пуф. Бора чуть не подавилась печеньем, которое только что проглотила. Она пришла сюда за консультацией по вопросам карьеры и для того, чтобы действовать без помощи госпожи Со, но почему-то не достигла ни одной из своих целей.

– Ну, это не обязательно твоя специальность, так что старайся изо всех сил.

Бора возвращалась домой, подбодренная словами Гайи.

Бора поступила в университет, расположенный недалеко от ее дома. Ей было удобно добираться на работу. Когда она позвонила Джуын, та поздравила ее и попросила поддерживать связь в социальных сетях. Сфотографировавшись с Борой на церемонии вручения дипломов, Джуын больше никогда не возвращалась в Сунэдон.

Бора завела аккаунт в социальных сетях, но не хотела писать о специальности и своем факультете. Она наслаждалась жизнью в кампусе престижного университета. Джуын, которая часто выкладывала фотографии своих ногтей, потому что ей нравилось заниматься нейл-артом, также выкладывала фотографии рук разных людей с тегами #мойманикюр #маникюрновичка #маникюрсонбэ[4] #маникюроднокурсников. Неудивительно, что рук Боры среди них не было. Когда она писала своей подруге, та долго не отвечала. А когда Бора получала ответ со словами о том, как подруга занята на первом году обучения и как сильно ей нравится учеба, она чувствовала себя словно из другого мира и еле сдерживала слезы.

– Мне скучно здесь одной.

Весной, когда Танчон был украшен цветами, Бора вспомнила Джуын и отправила ей сообщение. Она надеялась, что Джуын ответит что-нибудь приятное, но получила ничего не значащее сообщение:

«Если не нравится, можешь пересдать экзамен!» и один смайлик.

Бора нервно сунула телефон в карман. Это было на выходных. Занятий не было, и у нее еще было много времени перед работой. С раздражением и недовольством Бора направилась к водохранилищу, к закрытому ресторану в виде корабля. То самое место, где раньше жила Ан Мари.

– Я спасла тебя.

Пусть Джуын и не помнила об этом спасении. Если бы не колдовские способности Боры, Джуын могла бы погибнуть. На водохранилище никого не было. В тот весенний день Бора выплеснула всю накопившуюся злость:

– Ааааааааааааа!

После жуткого крика у Боры першило в горле, и она чувствовала, что сейчас заплачет.

– Какого черта-а-а-а!

Бора закричала еще раз. В школе ей все время говорили, что она взрослая и, значит, должна вести себя, как взрослая. Но общество ведьм пока не признало ее. Жизнь в университете – это сплошные алкоголь, сигареты, студенты и однокурсники. В старших классах ее друзья все больше и больше отдалялись от нее, словно пытались оставить прошлое позади. Теперь им нужно нести ответственность за свои поступки и поведение. Ответственность всегда сопутствует взрослым. Снова эта ответственность.

Когда Бора поступила в университет, ее мать начала говорить про «обязанности»:

– Ты можешь пить алкоголь. Но ты должна возвращаться домой не позже десяти часов вечера.

Вот тут-то и началось самое интересное!

Бора закричала про себя.

– Если ты прикоснешься к сигарете, я немедленно выгоню тебя из дома.

– А если я хочу, чтобы меня выгнали…?

Бора подумывала о том, чтобы переехать и жить самостоятельно. Но когда она представила жизнь в шумной комнате общежития напротив университета с маминой стряпней дома и бесплатным жильем, она, конечно же, выбрала последнее. К тому же, живя самостоятельно, Бора не смогла бы устроиться на работу курьером на полставки. Мама разрешила ей работать по ночам, сказав: «Тебе нельзя приходить домой поздно после вечеринок, но я разрешаю тебе приходить поздно с работы». Почасовая оплата была хорошей, так что Бора смогла накопить немного денег, но, в отличие от старшей школы, теперь ей приходилось покупать учебники и самой платить за транспорт.

– Должна ли я действительно попробовать пересдать экзамен? – думала Бора.

А что, если ничего не получится? Что, если Боре придется целый год быть никем и ничем не заниматься? Если она решит отучиться первый семестр и пересдать экзамен, то ей придется учиться в разы усерднее, чем в школе. Что, если она не справится ни с колдовством, ни с учебой, когда закончится ее годовой испытательный срок? Тревога и неопределенность, казалось, нависали над ней, не давая вздохнуть.

– А ну-ка перестань сейчас же!

Бора присела на корточки, закрыв уши руками, а потом шлепнулась на землю.

– Ой!

Грязь с одежды оттерлась, но место ушиба болело. Если бы она могла, то осталась бы сидеть на этом месте, дрыгая ногами и плача, но вместо этого она тяжело вздохнула и поднялась. В конце концов, она уже взрослый человек. Достаточно взрослый, чтобы окружающие говорили ей, что она должна принимать собственные решения. Бора ненавидела это, но не могла не признать, что все так и было. Она посмотрела на темное пасмурное небо. По крайней мере, не было дождя. Бора шла по тропинке вдоль водохранилища, прикидывая, сколько доставок сделает сегодня. Все места в кафе были заняты парочками. Бора плотно натянула свою мягкую шляпу. Был конец марта.

3. Безупречное

– Сегодня доставки не будет.

Бора вслух прочитала сообщение, полученное от Юн Джон. В такие моменты обычно у нее было два варианта. Если доставки нет, нужно идти в офис, зарегистрированный как магазин кормов для домашних животных, и упаковывать заказы, либо не приходить вообще. Юн Джон сказала, что после того, как растает снег, напряженный период работы закончится, и Бора будет свободна неделю или две. Когда она легла на кровать и вытянула ноги, мама открыла дверь и вошла в комнату.

– Ты сегодня не пойдешь на работу?

Бора в панике села на кровати.

– А, да, мне предстоит долгая ночь.

– Понятно. Какая у меня дочь молодец.

Когда мама закрыла дверь и ушла, Бора снова легла в постель.

– Она спрашивает это каждый раз, когда я дома…

Мама иногда шутила: «Дома ты почти не появляешься, а за жилье платить все равно приходится». Это была шутка, но все равно обидная.

– И мне даже пойти некуда.

Если бы Боре нравился алкоголь, она бы присоединилась к своим однокурсникам, но его вкус всегда казался ей слишком горьким. Она не была настойчива, чтобы появиться на вечеринке, где даже не стала бы пить. Она вышла из дома с заходом солнца, держа в руках пустую сумку.

В офисе «Ведьминой доставки» никого не было. Судя по разбросанным бумагам, Юн Джон, должно быть, здесь, но ее нигде не было видно. Бора зачерпнула немного кошачьего корма из корзины, где он обычно хранился, и положила в пакет. Кошка – традиционный фамильяр ведьм, поэтому кормление голодных кошек входило в требования Международной ассоциации ведьм по выполнению общественных работ.

Район Сунэдон был не таким уж плохим местом для кошек. Пока Бора никогда не слышала от них никаких грубых слов, просто насыпала корм в их любимых местах. Она прошлась по улице между квартирами, оставляя еду в нескольких заранее намеченных точках.

В этот момент она заметила Юн Джон.

Бора впервые увидела ее вне магазина, не в роли ведьмы. Она выглядела как самый обычный человек. Седые волосы она убрала в пучок, а одета была в теплый кардиган и длинную юбку по погоде. Если бы не большая многофункциональная хозяйственная сумка, которую она несла, Боре было бы трудно ее вообще узнать.

«Она собирается кормить кошек?»

Бора быстро последовала за Юн Джон. Она надеялась, что ей удастся найти новое место для бездомной кошки. Юн Джон прокралась к клумбам перед домом и исчезла из виду. Плащ-невидимка, сразу подумала Бора. Она прищелкнула языком, глядя туда, где исчезла Юн Джон.

– Но стоило ли так прятаться? – вслух спросила Бора саму себя.

Конечно, были охранники, которым не нравилось, когда подкармливают кошек. Однако Юн Джон не стала бы их бояться. Странно, подумала Бора. Она решила подождать. Была весна, и холодный пот ручьем струился по ее спине.

Вдруг из ниоткуда появились две черные кошки. Тощие и старые. Они собрались в одном месте и зашипели в пустоту, будто там кто-то был. Там и находилась Юн Джон.

Мяуканье быстро прекратилось, кошки затихли.

Бора зажала рот. Обе кошки без сопротивления поднялись в воздух и исчезли. Бора застыла на месте, а потом быстро опустилась на корточки. Мгновение спустя из кустов вышла Юн Джон. Она несла сумку, которая казалась теперь намного тяжелее. Она огляделась по сторонам и, не заметив Бору, скрылась в здании.

Бора отдернула от своего рта руку, все еще пахнущую кошачьим кормом. Ее сердце бешено билось, а дыхание было таким тяжелым, будто она вынырнула из-под воды.

– Что это было?

Очевидно, что кошки не боялись Юн Джон. Даже если бы она не была одета в плащ-невидимку, они бы приветствовали ее. Даже смерть не казалась настолько болезненной. Они выглядели так, словно уснули. Все равно это выглядело как убийство.

– Госпожа Со могла быть раздражительной и требовательной, но она никогда не причинила бы другим вреда.

Бора побежала домой.

На следующий день все было как обычно. Когда Юн Джон заглянула в офис, чтобы попросить принести коробки с доставкой, где были закуски, Бора молча отмахнулась от нее. Ящик со льдом рядом с холодильником не давал ей покоя: может, кошки там? Юн Джон с непроницаемым выражением молча стучала по клавиатуре. Бора встала и открыла дверцу холодильника. Там были только лотки с кубиками льда и замороженные травы. Юн Джон оторвала взгляд от монитора и посмотрела на Бору:

– Зачем ты открыла морозилку? Разве травы нужно там хранить?

Бора ответила, стараясь не дрожать:

– Кошек здесь нет. Я думала, вы положили их сюда.

Услышав это, Юн Джон нахмурилась. Она тяжело вздохнула, встала и подошла к кулеру, чтобы налить себе немного воды.

– Зачем ты следила за мной? Хотя ты все равно все узнала бы…

– Я живу в том районе.

– А, понятно.

Юн Джон сделала глоток воды. Кулаки Боры слегка задрожали.

– Почему вы кормите бездомных кошек?

Юн Джон смотрела на Бору так, словно не понимала, о чем та говорит. Бора почувствовала, как внутри нее поднимается гнев. Очевидно, Юн Джон кормила кошек столько раз, что они прониклись к ней доверием.

– Вы кормите их для того, чтобы потом убить?

Юн Джон бросила на нее неодобрительный взгляд.

– Кан Бора, ты ведешь себя непозволительно грубо, неправильно понимаешь мое поведение и извращаешь колдовские традиции, обвиняя меня непонятно в чем.

– Что за традиция убивать кошек! – завизжала Бора.

Юн Джон спокойно налила себе еще один стакан воды.

– Во-первых, у этих кошек был заключен со мной уговор. Хозяйка бросила их, и они должны были умереть. Я наложила на них заклинание, чтобы согреть, кормила травяными отварами и растила, пока они не стали достаточно взрослыми, чтобы охотиться самостоятельно, но перед этим мы заключили контракт. Они могут прожить еще несколько лет, а после смерти я заберу их тела. Кошки согласились, потому что хотели жить, и взамен я исцелила их сломанные лапы и разодранные спины.

Юн Джон посмотрела на Бору.

– Вчера они рассказали мне, каково им было. Они были такими худыми, потому что плохо питались.

Бора опустила голову. Независимо от того, были ли слова Юн Джон правдой или нет, она догадывалась о ее намерениях, и один вопрос снова возник у нее в голове.

– Так куда же делись кошки?

Юн Джон поставила стакан с водой и ухмыльнулась.

– Ты, наверное, очень внимательно слушала уроки для ведьм. Ты ведь не поверишь, если я скажу, что похоронила кошек, правда?

Глаза Юн Джон озорно блеснули.

– Я отдала им дань уважения, провела колдовской ритуал, забрала все нужные мне части, а сегодня утром отнесла их останки в крематорий для животных. Кости и шерсть положила в аптечку. Ты это хотела узнать?

Бора с отвращением посмотрела на аптечку. Голос Юн Джон заставил ее подскочить.

– Как ты думаешь, эксперименты с лекарствами, которые ты проводишь, экстренные препараты, которые я делаю, вещи, которые люди покупают – деньги просто падают с неба? Откуда берутся ингредиенты для проклятий, которые поступают в наш офис? Что мы используем для снятия проклятий? Это то, чем занимаются ведьмы. В старые времена мы заключали сделки с дикими зверями, а теперь мы заключаем сделки с землеройками и длиннорогими овцами. Мы заключаем сделки. Мы даем жизнь, мы забираем смерть.

Бора изо всех сил старалась прийти в себя.

– Это правда то, чем занимаются ведьмы?..

При звуке дрожащего голоса Боры Юн Джон холодно прижала ее к себе.

– Если тебе это не нравится, увольняйся, когда закончится год твоего обучения. До тех пор ни ты, ни я не сможем избежать этого.

4. Ведьма всегда рядом с тобой

Тот факт, что ей придется провести год в качестве ученицы Юн Джон, независимо от того, уйдет она с работы или нет, вызывал у Боры странное чувство тревоги. Мысль о том, что Юн Джон на нее злится, улетучилась, сменившись беспокойством: «Может, госпожа Со сдерживается, потому что хочет от меня просто избавиться?»

Наступила весна, и дети начали знакомиться друг с другом. Работы по упаковке посылок прибавилось. Даже после того, как Юн Джон отсеяла опасные предметы, оставалось еще много вещей, которые нужно было упаковать.

– Проклятых товаров очень много, – пробормотала Юн Джон, внимательно осматривая один из пакетов.

Бора ответила, не поднимая глаз:

– Так и происходит. Дети растут, и таких вещей у них становится все больше.

Лицо Юн Джон осталось неподвижным.

В это время года чары и проклятия обычно идут рука об руку. Дети, которые не хотят быть изгоями в школе, покупают чары, дети, которых избегают, покупают проклятия, и так далее… Поздняя весна – горячий сезон, поэтому в продаже должно быть много заклинаний…

Бора потянулась и размяла шею.

– Я вижу, вы строите графики продаж товаров или что-то в этом роде.

– Я ведь должна знать, если что-то пойдет не так, – сказала Юн Джон, понизив голос.

– Возможно, что-то уже не так.

Бора все еще чувствовала себя неуютно рядом с Юн Джон. Очевидно, приобретая что-то, приходится что-то терять. Травы и шкуры животных не появляются из воздуха. Отчаянное желание Джуын заполучить хоть один волосок Боры наглядно показало, что без ингредиентов заклинание не сработает. Однако черные облезлые кошки все еще не выходили у Боры из головы.

– Я пойду. Мне еще нужно провести кое-какие исследования для домашнего задания.

– Хорошо. Позвони мне, если приедешь вечером, чтобы доставить посылки.

Бора кивнула и направилась в интернет-кафе. Ее домашний компьютер работал медленно, и на нем можно было открыть всего две вкладки. По дороге в торговый центр, где находилось интернет-кафе, она нервно прикусывала внутреннюю сторону щеки. Что-то было не так. Проблема была не только в том, что слишком много людей искали волшебные предметы, но и в том, что эти вещи поставляли оккультные магазины по всей стране. Несколько магазинов проводили акции, так что нельзя сказать, что это был оккультный бум. Бора купила предоплаченную карту и села за стол. Во время звонка она услышала какой-то щелкающий звук.

Бора повернулась и увидела девушку лет шестнадцати, которая грызла ногти.

– Как же бесит…

Бора подумала, не надеть ли ей наушники, но тут девушка сказала: «Вот блин», вскочила и пошла прочь.

– Опять требуют подтверждение возраста. Сплошное невезение!

Бора откинулась в кресле и посмотрела на экран компьютера девушки. У нее был открыт блокнот и окно браузера.

Это была страница оккультного магазина. Темный фон и шрифт, который должен был выглядеть таинственно. В блокноте скопировано около дюжины адресов интернет-сайтов. Бора огляделась и сфотографировала их на камеру мобильного телефона. Снимок получился нечетким, но она смогла разобрать буквы. Просматривать эти сайты прямо в кафе было бы равносильно признанию в том, что она подглядывала за девушкой за соседним компьютером, а искать на телефоне было неудобно. К тому же, когда она делала снимок, на блокноте помимо сайта было написано несколько слов китайскими иероглифами. Бора увеличила снимок и пробормотала:

– Эта девушка сошла с ума…

Бора знала не все иероглифы, но в значении некоторых была уверена. Уши, убийство, душа. Эти символы она встречала десятки раз, изучая историю восточных ведьм и колдовство, и было очевидно, зачем девушка искала это в оккультном магазине. Бора быстро закончила свое домашнее задание и направилась обратно в офис.

– Госпожа Со.

Открыв дверь, Бора окликнула Юн Джон, и та с любопытством посмотрела на нее, держа в руках коробку для посылок.

– Можно я ненадолго воспользуюсь вашим компьютером?

– Делай свои домашние задания в другом месте.

– Это не домашнее задание. Я просто подумала, что вы должны кое-что увидеть.

Юн Джон с интересом посмотрела на телефон Боры, где был открыт снимок блокнота.

– Что ты принесла на этот раз?

Бора переслала ей фотографию. Юн Джон увеличила ее и рассмеялась:

– Упрощенные, традиционные китайские и японские иероглифы. Кем бы ни был этот человек, он серьезно относится к проклятиям.

Когда она открыла первый сайт, ее сразу же встретило всплывающее окно с проверкой возраста. Бора поняла, почему девушка в интернет-кафе была так раздражена. Большинство сайтов, которые отметила девушка, требовало подтверждения совершеннолетия, а на главной странице было написано, что они не продают товары детям. После того как Бора подтвердила свой возраст, на экране появился ряд жутких предметов.

– Одиночество, это когда насекомые поедают друг друга, пока не останется только одно… Эту ветку дерева срубили возле могилы в плохой день. Амулет тоже сделан довольно хорошо. Будет ли это достаточно эффективно для заклинания? Если ты покупаешь что-то, не зная, как этим пользоваться, нередко можно сломать одну или две конечности.

Юн Джон жестом попросила Бору освободить ей место за компьютером и сама села и продолжила листать сайт. Дойдя до конца страницы с товарами, Юн Джон сказала:

– Это дорого и, конечно, опасно. Даже для взрослых. Чтобы получить доступ к этим предметам, нужен сертификат ведьмы, а не эта жалкая проверка возраста…

Бора и Юн Джон одновременно пробормотали:

– Ан Мари.

Однако Ан Мари больше не было. На водохранилище больше не было ни одной ведьмы. Юн Джон взъерошила волосы и снова уступила свое компьютерное кресло Боре.

– Кто бы это ни был, это точно не Ан Мари. Она продавала готовый продукт, а не ингредиенты.

– Но если что-то подобное появится в нашем районе…

Юн Джон махнула рукой на предостережения Боры:

– Осмотри его, отправь обратно, и все, с предупредительной запиской. У ведьм в бизнесе в наши дни нет никакой морали.

Бора проглотила ком, подступивший к горлу. Разве они не подвергли Джуын опасности, хотя и отправляли то, что было проверено? Не было смысла спорить с Юн Джон. Она всегда считала, что покупатель несет ответственность за побочные эффекты проклятия, так что им не было смысла останавливать отправку этих вещей.

– Кан Бора, ты сейчас думаешь о чем-то странном.

Юн Джон с раздражением развернула стул лицом к Боре.

– Я просто подумала, может, нам стоит прекратить это.

Бора избегала взгляда Юн Джон. Та покачала головой:

– Я не обязана прекращать, и ты тоже не обязана.

– Что, если я займусь этим в одиночку?

Слова пришли из ниоткуда, удивив ее саму. Экран компьютера источал жутковатое свечение. Бора почувствовала себя глупо из-за того, как легко Юн Джон распознала предметы, которые они только что увидели.

«Может быть, я останусь здесь только на год».

«Может быть, мне это не нужно».

Она и не подозревала, что результатом этой мешанины мыслей станут глупые слова: «Я займусь этим самостоятельно». Юн Джон скрестила руки, посмотрела на Бору и отвернулась:

– Я не могу всегда прикрывать тебя. С чего вдруг я вообще должна это делать?

Если Бора погибнет от руки другой ведьмы, жизнь Юн Джон сократится вдвое. Ради своей жизни Юн Джон должна была приглядывать за Борой, когда та делала что-то опасное, и значит, если она попадет в неприятности, Юн Джон будет втянута в это вместе с ней. Не говоря ни слова, Бора поднялась со своего места.

«Мне дали лишь один год, и срок истекает с каждым днем, так что еще я могу сделать с той малой толикой колдовской силы, которая у меня осталась?» – размышляла Бора, выходя из офиса. Выйдя на улицу, она пробормотала:

– Да пошла ты, Со Юн Джон.

5. Мы защитим друг друга

Юн Джон протяжно вздохнула, внимательно изучая квитанцию. Сегодня был день отправки опасных предметов. Доставлялись даже некоторые опасные посылки, которые не прошли проверку. Однако было одно условие: Юн Джон должна была доставить их сама. Она лично привозила предметы получателям и заставляла их заполнить специальную форму, чтобы убедиться, что они понимают, что это за вещи, для чего они используются и каковы будут последствия. Когда людей просили заполнить квитанцию, больше половины из них отвечали: «Мне это не нужно. Оставьте себе», – и возвращали посылку обратно.

По мере того как количество таких опасных предметов росло, доходы «Ведьминой доставки» уменьшались. Отправка их обратно не приносила никакой прибыли. Если получатель передумывал и хотел выписать квитанцию снова, ему приходилось отдавать ее, так что в течение определенного времени она становилась невозвратной.

Юн Джон сегодня снова отвечала за одну из коробок с пометкой «опасный груз». Это был уже третий заказ от одного и того же человека. Она искренне надеялась, что он не поймет, как использовать эти предметы, и продолжит покупать их, не видя никаких результатов. С каждой покупкой проклятого предмета побочные эффекты для покупателя увеличивались. Последствием могла бы стать небольшая авария.

– Господи, что за любовь такая…

Юн Джон, глядя на коробки с надписями «Предметы любви и проклятия», вытерла лицо сухой рукой. Любовь – это в основном личные отношения двух людей, и если у человека, с которым ты хочешь быть, есть кто-то еще, ты хочешь проклясть его или ее, чтобы занять его или ее место. Вратарь не дает забить гол, но если вратарь получит серьезную травму, игра прервется. Некоторые товары были предназначены именно для этого.

– Перекошенные весы… Людей, которые делают такие вещи, нужно лишать лицензии на производство лекарственных и колдовских товаров.

Она прочитала инструкцию к «Перекошенным весам», которую нашла в интернете и распечатала. Это заклинание, которое должно было «завладеть сердцем» с помощью листа бумаги с именем вашего любимого, с вашим именем, с именем того, кого вы хотите проклясть, а также травяных масел и свечей. Однако в инструкции была опущена важная часть: «Проклятие может влиять на жизнь, здоровье и тому подобное пользователя столько, сколько будет действовать проклятие». Последствия, известные только ведьмам и неизвестные обычному человеку. Последствия использования «Перекошенных весов» зависели от заклинателя и его стремлений, но можно было навсегда потерять часть своей души.

– Как рассказать ей об этом?

Юн Джон как старшая ведьма должна была об этом сказать. Ее долг заключался в том, чтобы Бора поняла, что мир холоден и жесток, что он забирает больше, чем дает. Однако Юн Джон надеялась, что Бора будет винить только саму Юн Джон, а не ненавидеть всех ведьм. На самом деле она не хотела пускать ее в такое жуткое болото. Когда пришло время доставки, Юн Джон схватила свой плащ-невидимку и посылку и улетела.

Бора продолжала наблюдать за происходящим с крыши соседнего офисного здания. Юн Джон рассказала ей о специальной доставке опасных товаров в определенные дни недели, когда она только начала работать здесь два года назад.

«То, что я не обязана прекращать это, не означает, что я не должна попытаться это сделать», – подумала Бора. Как только Юн Джон появилась на крыше, Бора накинула плащ-невидимку и запрыгнула на метлу. Согласно ее знаниям, ведьма может наколдовать метлу, если ее пылесос потерялся или был угнан. Метла была ужасным средством передвижения, но это был единственный способ, с помощью которого Бора без пылесоса могла преследовать Юн Джон. Даже с подушкой, свернутой в рулон и закрепленной скотчем в местах соприкосновения метлы с ногами, на бедрах каждый раз появлялись мозоли.

Юн Джон прибыла по адресу доставки, на крышу дома. Спрятав плащ-невидимку и пылесос, она стала ждать с коробкой получателя у двери. Едва сдерживая слезы, Бора опустилась на то место, где Юн Джон спрятала пылесос, и присела на корточки: похоже, лопнул еще один волдырь.

– О, пришла доставка?

Девушка, выглядевшая чуть моложе Боры, открыла дверь на крышу с хитрым выражением лица и протянула руку Юн Джон. Доставка оккультных товаров была хороша тем, что получатель никогда не был удивлен, как бы подозрительно ни выглядел доставщик. Бора достала из кармана телефон и переключила приложение камеры в режим видеозаписи. В отстраненности Юн Джон было что-то подозрительное. После инцидента с кошкой она вела себя странно. Бора подумала, не связано ли это с участившимися случаями доставки опасных посылок, но это было лишь предположение. Она задумалась о настоящей причине. Если Бора собиралась стать ведьмой после годичного испытательного срока, она должна была работать с опасными грузами в «Ведьминой доставке», но почему же Юн Джон вела себя так, будто через год собиралась ее уволить?

Для Боры Со Юн Джон была начальницей, но она же была и старшей ведьмой. Той, кто никогда бы не позволила ей приблизиться к чему-то опасному. Ей было бы легче, если бы она знала причину, почему Юн Джон отталкивает ее.

Вместо того чтобы сразу отдать коробку, Юн Джон долго смотрела на плечо девушки. Она знала, что так ведут себя те, кто наблюдает за чем-то «застрявшим». Как кошмар, преследующий детей, у этой девушки, скорее всего, что-то было на плече. Юн Джон сделала шаг назад и покачала головой.

– Я не могу просто отдать эту посылку сегодня. Мне нужно подтверждение того, что вы знаете, что это такое, для чего это нужно и что произойдет, если все пойдет не так.

– Почему все так сложно?

Девушка с досадой откинула длинные волосы за спину. Юн Джон была непреклонна.

– Вы в третий раз сделали заказ в магазине, который продает товары только совершеннолетним.

Девушка вздрогнула и снова скорчила гримасу.

– Какое вам до этого дело? Вы всего лишь курьер. Отдайте мне посылку, я напишу подтверждение или что-то в этом роде. Просто отдайте ее мне.

– Сначала подпишите подтверждение.

Юн Джон держала предмет одной рукой, а другой что-то искала в кармане, когда девушка потянулась к ней.

– Отдайте сейчас же!

Юн Джон потеряла равновесие и упала назад. Бора как можно быстрее сбросила с себя плащ-невидимку и бросилась к Юн Джон, чтобы не дать ей упасть.

– Да что ж это такое… Опять ты?

Бора уставилась на нее широко раскрытыми глазами, но девушка лишь судорожно вздохнула. Юн Джон попятилась, и Бора подняла телефон, который уронила, чтобы поддержать ее. Функция записи видео уже была отключена, но Бора окрикнула девушку, направив на нее камеру:

– Знаешь ли ты, что виноват всегда тот, кто ударил первым? Как ты смеешь толкать женщину, которая тебе в матери годится? К тому же, заказывая что-то подобное, ты можешь сойти с ума. Понимаешь?

– Убери камеру сейчас же! Какое тебе вообще дело до этого? Я пришла для того, чтобы забрать посылку!

Пока незнакомка и Бора препирались, Юн Джон увидела на земле посылку. Низшие демоны, вцепившиеся в плечи девушки, были уже достаточно взволнованны. Юн Джон подняла коробку, чтобы отдать ее получателю, и как раз в тот момент, когда она потянулась в карман за средством, которое освободит девушку от демонов, голос Боры долетел до ее уха.

– Да, я племянница этой женщины. И что с этого?

Девушка замерла в удивлении, и Юн Джон посыпала ее голову и плечи порошком. Он попал ей в рот, и она выплюнула его. Фиолетово-черный дым окутал ее плечи и рассеялся. Бора обернулась и посмотрела на Юн Джон. Та проверила состояние девушки. Увидев, что она испугалась и не знает, что сказать, Юн Джон кивнула ей. Девушка хмыкнула, а затем посмотрела на Юн Джон пустым взглядом. Юн Джон протянула ей предмет и спросила:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Белый день – японский, корейский и тайваньский негосударственный праздник, отмечается ежегодно 14 марта, спустя месяц после Дня святого Валентина. В Белый день мужчины дарят женщинам подарки в благодарность за подарки на День святого Валентина.

Вернуться

2

CSAT – общий выпускной экзамен в Южной Корее, включающий в себя шесть разделов: корейский язык, математика, английский язык, история и два предмета на выбор.

Вернуться

3

Период правления династии Чосон с 1392 по 1897 г.

Вернуться

4

Сонбэ (кор.) – обращение к старшему коллеге или товарищу.

Вернуться