# Галактические хроники

Надежда Янаева

Это третья книга из цикла Галактических хроник: первая – Земля № 17, вторая – Хатс. Все смешалось в Галактике Молочные реки: гиперборейцы, Болливуд, драконы, орионец, сириусянин, альдебаранец и парочка землян. Крабы из Галактики Треугольника и андромедианцы что-то замышляют, но экипаж Боливара спешит на помощь, не смотря на бунт на корабле. Вы узнаете, как зародился лукизм на Луке. Земляне исследуют Таршерон, а хатсяне помогут аргонцам, и что альтаирцы те еще ластоногие. Время разбрасывать камни подходит к концу, грядет время их собирать.

> Данная книга входит в цикл Галактические хроники, является продолжением книг: Земля № 17 и Хатс.

## Часть 1. Время разбрасывать камни

### Глава 1. Наши дни. Гиперборея

Бойд с отцом первый раз прилетел на Землю. Старший Аморок был заинтересован в знакомстве с землянами и пытался вывезти еще немного биоматериала для продуктивного размножения. Биоматериалом назывались земляне с генами оборотней.

Время существования человечества заканчивалось. Близилась Третья мировая война. Многие люди пытались ее предотвратить, но первая доминошка уже упала, за ней сыпались следующие. Там и сям возникали новые вооруженные конфликты, никто не в силах был это прекратить.

Все кто мог, дорабатывали свою карму на планете и отбывали: звездные души в свои Верхние миры, остальные в Средние, кто-то и в адские. Те, кто должен был, вновь возродиться, на Земле и вовсе старались заморозиться, чтобы недолго мучиться, как они предполагали.

Корабль под командованием старшего Аморока прибыл в Солнечную систему. На тот момент все, что могли сделать Небесные волки, в помощь землянам, так это окружить Солнечную систему облаком Оорта, внешним и внутренним. Это облако, состоящее из водяных, аммиачных и метановых льдов охраняло цивилизации Солнечной системы от космических пиратов, торговцев живыми существами и прочего сброда.

Предприняв данную экспедицию, Небесные волки рассчитывали образумить правительства стран и замедлить неминуемый коллапс всех систем построенных человеческой цивилизацией на планете Земля. Пока папаша летал туда-сюда в стратосфере от одного президента к другому, пытаясь урегулировать конфликт, сынок развлекался, как мог.

Бойд на тот момент был достаточно молод и воспринял все увлечения землян, как личный вызов, он куролесил вовсю. Никто его не контролировал и он развлекался. Для виду и чтобы завести как можно больше знакомств он представлялся всем деревенщиной из Кентукки. Благодаря хорошим внешним данным: высокому росту, изящному телосложению и приятным чертам лица, он быстро устроился в модельное агентство и не плохо там зарабатывал. Кульминацией его карьеры стал большой рекламный плакат на Манхеттене, установленный дорогим магазином прямо на главной витрине. Директор лично присутствовал на съемках.

Правда, у Бойда вышел небольшой конфликт: на это место претендовал один латиноамериканец, но в последний момент его решили заменить белым мужчиной с типичной внешностью среднестатистического американца. Никого не смутил тот факт, что внешность у волка была скорее арийская.

В общем, устроив вечеринку, по случаю своего триумфа, волк нарвался. Один из сотрудников магазина слил место встречи и недовольный латинос заявился выяснить отношения. Они сошлись на заднем дворе ресторана. Бой, к удивлению обоих, вышел на равных, хотя каждый из них был уверен в своем успехе. К всеобщему недовольству публики они решили закончить поединок и признать ничью.

Позже в баре они познакомились поближе. Волк выяснил, что Хави, так представился новый знакомый вполне себе дружелюбный малый, хоть и неудачник. Он работал актером за гроши и еле сводил концы с концами и, несмотря на брутальную внешность – амигос не очень жаловали в крупных проектах. Из-за чего тот влачил жалкое существование и перебивался случайными заработками. В основном он играл в провинциальных театрах или снимался на последних ролях в сериалах про полицейских и преступников. Бойд поделился с новым знакомым частью заработка, чем снискал в нем уважение. И предложил немного подзаработать, тот был не против.

– Главное, чтоб это был легальный заработок! – уточнил Хави.

– Не волнуйся, дружище, ничего криминального, – заверил его Бойд. – Так хочу найти кое-какую цивилизацию. Слетаем ненадолго.

– В смысле? Ты еще и летать умеешь? – усмехнулся Хави.

– У меня самолет есть. Ну, как есть, – протянул волк внимательно глядя на нового знакомого, – будет.

– Слушай мне все равно, того что ты мне дал, хватит оплатить квартиру на два месяца и нам с Мартой не придется голодать зимой, так что я на все согласен, – успокоил его землянин.

– Марта? У тебя есть женщина? – на всякий случай уточнил волк.

– Нет, женщина, скажешь тоже, – рассмеялся Хавьер, – с ними сложно, у меня такой характер, что они бегут от меня, как от огня. Хотя, я б хотел завести семью, детей, ну ты понял, но я ж голодранец, – он развел руками, показывая, что у него ничего нет. – Марта – это моя собака, – пояснил он.

– Что ж, мистер голодранец. Отдам тебе оставшийся заработок по возвращении. Встречаемся завтра, приходи к главному входу в Центральный парк. Я буду ждать слева у трансформаторной будки, – скомандовал Бойд.

После этого он удалился с новой девицей, чтоб приятно провести остаток ночи. Хавьер отправился домой, по пути зайдя в магазин и купив еды собаке на неделю вперед. Марта обрадовалась хозяину, они вышли погулять по ночному городу. Хави стоял на пустыре и ждал, пока животное сделает все свои дела, он пристально и долго смотрел в звездное небо. Гулять по ночам он не боялся, Марта была бойцовской породы и могла загрызть кого угодно. Пристроив утром собаку знакомому, он отправился к парку. Новый знакомый стоял, зевал и пил кофе из стаканчика.

– Куда мы дальше? – спросил его Хавьер.

– Ты это только не пугайся, но, – тот помолчал, потом махнул рукой, – просто забей и иди за мной.

Они обошли будку у стены Центрального парка, только сейчас Хави разглядел маленькую дверь в стене. Бойд открыл замок и они зашли. Внутри было темно и сыро, тянуло канализацией и плесенью. Бойд поежился:

– Ничего недолго идти, – сказал он через плечо Хави.

Хави кивнул, в темноте ему показалось, что глаза Бойда светятся, но точно сказать он не мог новый приятель шел впереди и не оборачивался. Навстречу им пробежала пара крыс и больше никого. Хавьер сбился со счету, сколько они плутали по темным коридорам. Смутно ему казалось, что что-то подобное было уже в его жизни: он шел куда-то, рядом шла девочка. Девочка почему-то было очень важна. Хавьер отогнал от себя это воспоминание.

– Вот, пришли, – шепнул ему Бойд.

Они стояли перед дверью, на ней был нарисован знак похожий на древнюю руну.

– Гендальф нарисовал? – пошутил Хави, на ухо Бойду, в темноте ему показались, что уши модели стали заостренными, как у волка.

– Гендальф? – не понял тот, – нет, он уже покинул Землю, давно, – задумчиво ответил Бойд.

– А ну да, точно, – согласился Хави, подумав, что тот решил подыграть его шутке.

Бойд снова повозился с замком, потом надавил плечом на дверь и та нехотя поддалась. К удивлению Хави оттуда повеяло свежим воздухом. Они вошли, коридор был сухой и чистый. Бойд старательно закрыл за ними дверь, и они пошли дальше. Идти пришлось недолго. Дойдя до винтовой лестницы наверх, Бойд зашептал Хави на ухо:

– Сейчас поднимемся, не удивляйся, просто иди за мной и молчи, – Хавьер кивнул ему в ответ.

Наверху был небольшой ангар с летательными аппаратами странной конструкции. Все Хавьер не успел рассмотреть, Бойд шел быстро. Они подошли к самому маленькому из всех, чем-то напоминавшему вертолет с большой прозрачной кабиной. Бойд приложил ладонь, и дверь открылась, он поднялся внутрь, Хави за ним. Внутри было просторно, но места только на двоих. Приборная панель была гладкая. Бойд стал нажимать на невидимые кнопки. Вертолет, как назвал его про себя Хави, тихо поднялся и вылетел из ангара.

Лопастей наверху не было. Весь агрегат окутало газовое облако, и они полетели. Через экраны на лобовом стекле Бойд проложил путь и отключил ручное управление, машина полетела на автопилоте по заданному курсу.

– Ну, как ты? – спросил он у Хави, тот молча сидел, вертя головой во все стороны.

– Я, не знаю, вроде нормально. Сложно сказать, – пробурчал Хавьер, уставившись в упор на Бойда, – ты вообще кто?

– Ой, ну кто-кто, конь в пальто, – устало ответил волк, он не спал почти всю ночь и сейчас намеривался вздремнуть и теперь раздумывал, как усыпить нового знакомого, чтоб тот не мешал. – На вот, выпей, – он протянул Хави стакан с жидкостью, который достал откуда-то из стены, – это от укачивания, а то в первый раз бывает и тошнит, – пояснил он, Хави выпил.

– Вот и славно, – улыбнулся Бойд, – сейчас немного поспим и скоро прилетим, – он нажал кнопку и их кресла опустились в спящий режим. – Можно было бы и быстрее долететь, да нам торопиться некуда, – зевая, сказал он.

Спустя несколько минут волк крепко заснул. Хавьер открыл глаза и выплюнул воду. Он сел и огляделся. Молча изучив кабину и содержимое в ней, он взял Бойда за руку и посчитал его пульс, тот еле насчитывал двадцать ударов в минуту. Хави еще раз внимательно осмотрел уши приятеля. Потом он снова лег и притворился спящим. Спустя пару часов, Бойд проснулся от пульсирующего звука.

– Видимо, прилетели, – подумал Хави, он изобразил сонное состояние и, зевая сел в кресле.

Бойд взял управление на себя и мягко стал снижаться. Посадка была плавной, Хави успел разглядеть, что кругом. Экран показывал карту местности в уменьшенном варианте. Это был полуостров напоминавший голову Бегемота. Совсем далеко с одной стороны по картам был город. Судя по положения Солнца, была ночь. Ночь была Полярной.

– Солнце светит с Запада, значит, где-то часов двенадцать ночи или первый час, – размышлял про себя Хавьер, – то есть это континент Евразия. Быстро же мы прилетели. Судя по береговой линии фьордов нет, значит, скорее всего – это Россия. Где мы, дружище? – спросил он, обращаясь к Бойду.

Тот оскалил и без того острые зубы и молча улыбнулся.

– Фу, как на волка похож, – поежился про себя Хавьер.

– Сейчас сядем, и все расскажу, не отвлекай меня, пожалуйста, – попросил Бойд, – а то идти далеко придется.

Хави замолчал размышляя. Бойд провозился еще с полчаса и вот они сели между скал у небольшого озера. Бойд открыл какие-то шкафчики взял оттуда рюкзаки, видимо с провиантом и протянул Хави форму.

– На, надень, – приказал он.

– Мне еще какой-то ушастый не приказывал, – подумал про себя Хавьер. – Не буду я это надевать, а если нас схватят? Я лучше в своем.

– Там холодно, ты замерзнешь, – попросил его волк.

– Лето же, почему холодно? – возразил Хави.

– Это Крайний Север. Надевай! Мы пойдем, глубоко вниз.

– Слушай, я на это не подписывался. Зачем я тебе? – удивился Хавьер.

– Не знаю, мне показалось, что тебе будет интересно, – улыбнулся волк своим оскалом.

– Ладно, – пробурчал Хави.

Он нехотя снял свои вещи и надел серый комбинезон. Сразу стало теплее. Они вышли наружу, кругом не было ни души, только вилась мошкара. Бескрайняя тундра окружала их. Деревца были невысокие, еле доставали им до колена. Кругом росли мхи и лишайники. Хавьер любил ягоды, тут их было полно. Он еле поспевал за Бойдом, тот уверенно шел вперед вдоль скал. Хави очень понравилась оранжевая ягода, только косточки от нее застревали в зубах, а так она была очень вкусной. Бойд остановился и подождал его.

– Только волчью ягоду не ешь, – попросил он его.

– Себе всю хочешь оставить? – пошутил Хави в ответ.

– У тебя шутки уровня пятиклассника, – съязвил волк.

– Тебе до моих шуток еще расти, и расти, – Хави похлопал волка по плечу и толкнул вперед.

Бойд от такой наглости опешил и внимательно посмотрел на приятеля. Тот был чуть ниже ростом, но шире в плечах. Темные глаза бусины смотрели насмешливо.

– Интересно, – подумал про себя волк, но промолчал и пошел веред.

– Эй, ты клыкастый, – окликнул его Хавьер, – а волчья это какая?

Бойд показал ему на куст.

– Понятно, а эту можно есть? А вот эту? – начал Хави.

Так они и шли всю дорогу. Под конец волк не выдержал и запустил в Хави крепким грибом, тот увернулся.

– Это еда оленей, чего ты разбрасываешь! – возмутился он.

– Да? – удивился волк, – а откуда ты знаешь, что оленей?

– Я ж не идиот, – возмутился Хави, – это же тундра, кругом мох. Мох едят олени, что тут не понятного, – он пожал плечами.

– Все вроде пришли, – сказал волк, – он сверялся с курсом по навигатору.

Хавьер разлегся на земле. Как таковой земли не было, ее всю застилал ковер из мха и кустарников. Светило солнце, была глубокая ночь.

– Мы с тобой как в сказке, про эту, как его, – Хави начал вспоминать.

– Алису? – уточнил волк, он улегся рядом, головой к голове Хавьера. – Ты когда-нибудь бывал здесь раньше? – спросил он его.

– Нет, на севере нет, но это, похоже, намою родину, на Чили, немного.

– Чили? – переспросил волк, – а впрочем, нам пора, потом расскажешь.

Он встал, толкнул Хави. Тот тоже поднялся и они пошли. Перед ними были скалы.

– Вход где-то здесь. Ты пойдешь со мной? – уточнил волк.

– Ну, как бы да, а что еще здесь делать? – удивился Хавьер.

– Ягоды есть, – пожал плечами волк, – я должен был уточнить.

В скале была небольшая пещера, даже скорее лаз. Хавьер с сомнением посмотрел, с его широкими плечами протиснуться туда было бы проблематично. Но они пролезли, дальше было так же не просто. Лаз был старый, к тому же завален кем-то специально. Бойд полз впереди, Хави старался не отставать. Какой-то незнакомый новый запах окутал его. Раньше на Земле он такого не встречал, но запах был странно знакомым, словно откуда-то из далекого пошлого.

Они долго плутали в темноте. Проход расширился, тени вились за ними. Бойд изредка оборачивался посмотреть идет ли за ним Хавьер. Он уже не скрывал, что его глаза светятся в темноте белым огнем.

– Зачем я ему? – думал про себя Хави, ему уже казалось, что они плутают здесь под землей целую вечность.

– Вот, пришли, – волк указал на высокий и широкий проход в стене, – мне туда нельзя. Зайдешь. Особо по сторонам не смотри, там могут быть всякие устройства, желающие тебя убить, так что постарайся вернуться целым и невредимым, как дойдешь до центра, на постамент не смотри, это нам не надо. За троном будет что-то небольшое в виде книги, ее и возьми и скорее обратно. Я буду ждать тебя здесь.

– Хорошенькое дело, то есть я буду там сражаться, а ты тут прохлаждаться? – возмутился Хави.

– Считай, это проверка и твой билет в лучшую жизнь, – успокоил его волк.

– Билет? В жизнь? Билетер, что ли билеты раздавать? Может меня моя жизнь здесь вполне устраивает?

– Иди я тебе сказал! Устроил тут! – скомандовал волк. – Что тебя устраивает? Рожи кривлять перед достопочтенной публикой?

– А что такого? Нормально, я считаю, – обиделся Хави, – это единственное, что я умею.

– Ой, все! Иди, представь, что это представление, – Бойд стал подталкивать Хавьера внутрь зала, тот ухватился за выступ и ныл:

– А ты что не идешь, сам?

– Мне нельзя, так положено, только представитель земной цивилизации может книгу взять в руки.

– Ах, вот оно как! А ты кто? – возмутился Хавьер, – значит, прилетел тут на своем звездолете и книгу ему подавай! Думаешь, я идиот, и не догадался где мы?

– Да, думаю, – согласился волк, – и где же мы, по твоему мнению, о, самый прозорливый из землян?

– Известно где, – пожал плечами Хави, – это Гиперборея! – он поднял левую бровь и выразительно уставился на Бойда.

– Принеси мне книгу! Я тебе приказываю, – вкрадчиво сказал волк.

– Ой, вот ты нудный, ладно, – Хави махнул рукой и зашел внутрь помещения.

Это был средний зал собраний, когда гиперборейцы поняли, что им приходит конец, они построили такие на случай ядерной войны. Все было скромно и в то же время со вкусом.

– Ведь умели же строить, – подумал про себя Хавьер.

Разглядывать архитектуру зала ему, было, особо некогда пришлось уворачиваться сначала от стрел и копий, потом огонь бил из-под земли. Пауки, скарабеи и прочая пакость окружили его.

– Никаких человеческих жизней не хватит, чтобы пройти это, – так думал Дин паря под потолком.

Из-за пламени, охватившим зал, Бойду было не видно, что с Хави. По отсутствующему запаху горелой человеческой плоти он сделал вывод, что тот все еще жив. Пламя сильно обжигало, и волк оставил попытки заглянуть внутрь и понять, что с приятелем.

– Справится, как-нибудь, – беспечно подумал волк.

В силу молодости и неопытности он, встретив более сильного противника, не распознал опасности. С другой стороны нам ли его осуждать за это, драконы очень хитры. Температура в зале превысила сто градусов по Цельсию, драконья чешуя разгорелась от пламени ярким светом. Зеленый дракон с красными крыльями был доволен, давненько он так не развлекался. Облетев зал и металлические колотушки, летящие с потолка с целью раздавить все живое, Дин маневрировал между летающими остроконечными звездами и наконец, добрался до трона. Трон был пуст.

– Сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь сидел на нем, – подумал Дин.

Трон был девственно чист.

– Новодел, – понял дракон, он обследовал весь зал, пламя уже стало утихать. – Это приманка на дурака, – решил он.

Дин выбрался из зала. Волк сидел на полу и спокойно ждал.

– Там нет ничего. Это приманка для дурака, – сказал он на немой вопрос волка.

– Это плохо, – волк чесал затылок, – у меня только эти координаты, но запах то тот, который нужно. Может, по нему найдем? – спросил он Хави с надеждой.

– Книгу? Мы ее ищем? – уточнил Хави.

– Да, – кивнул волк.

– Что в ней? – переспросил Хавьер.

– Знания гиперборейцев об оружии, что способно противостоять другим Галактикам.

– Так-то гиперборейцы вымерли все до одного, – ответил на это Хави, – думаешь, их знания стоят хоть чего-нибудь?

– Как знать, может ты прав, а может, и нет, – волк сидел на полу и смотрел на него снизу вверх.

– Если там и была, какая-то книга она уже сгорела в этом адском пламени, – Хави стало лень и отчего-то безразлично. – Тебе надо иди, ищи и не морочь мне голову, а то я злой и голодный.

– Как я, по-твоему, найду ее? – удивился Бойд.

– По запаху, ты же собака, не так ли? – усмехнулся дракон.

– Я волк, а не собака, – обиделся Бойд.

– По-моему, это почти одно и то же, – засмеялся Хави.

Дин был старше Бойда, опытнее и могущественнее, тому только предстояло отрастить свои зубы в клыки. Волк не стал спорить, обернулся вокруг себя и стал собой. Он пошел по запаху. Наверху пограничники нашли вертолет. Они обошли его со всех сторон.

– На заставу доложим или взорвем к чертовой матери? – спросил один другого.

– Капитану доложим, пусть сам решает, – ответил второй.

Начальник заставы выслушал все это с усталым лицом. Обстановка в мире была не спокойной, а тут еще это. Вот еще не хватало. Он отозвал отряд, сказал, что сам все уладит. Когда парни вернулись, он сел за руль уставшей буханки и отправился в путь, предварительно взяв с собой побольше взрывчатки. Он ехал по заброшенной старой дороге из камней, дорогу покрывал слой земли, песка и пыли, где-то уже пробивалась растительность, но по стуку колес он знал, что под ним дорога.

Дорога из старых камней, так он называл ее про себя. Привычка осматривать местность перед началом службы много раз выручала его. Вот и теперь он при получении назначения в эту глушь сначала все обследовал, то, что в скалах когда-то была база людей, было очевидно и не бросалось в глаза разве что солдатам, заступающим сюда на службу.

Капитан уверенно вел автомобиль. После войны он перевелся служить сюда и думал, что закончит свой век здесь, но сейчас что-то наклевывалось, и он очень надеялся, что в этот раз получится. Пришлось идти несколько километров, прежде, чем он нашел место посадки. Агрегат был новый словно только что с конвейера. Никаких опознавательных знаков на нем не было, кроме головы волка – это было что-то вроде метки у входного люка.

– Подождем, – подумал про себя Виктор Васильевич Криводуб и уселся в засаду.

Раньше он был майором и командовал и ротой и взводом – это было в зависимости от целей операции. Последний раз все вышло, не очень удачно, весь взвод погиб попав под огонь противника, он чудом выжил. Потом они выжгли весь аул, но боевики успели уйти, и все было бесполезно. Война закончилась ничем, как обычно и заканчиваются войны, а он остался с этим воспоминанием до конца своей жизни.

Криводуб попросил командование отправить его куда-нибудь подальше и, хотя ему уже была положена пенсия, с учетом заслуг, желание его было исполнено. Он сидел в этом славном тихом месте уже не первый год и изучил здесь все вдоль и поперек. На его рапорты про скалы и заброшенную дорогу командование приказало ему молчать, наблюдать, в случае чего сообщать в штаб.

Немцы в прошлом веке в войне увязли здесь и начали свое исследование, но после войны их шахту закрыли, а все документы уничтожили. Наверху что-то знали и молчали. Криводуб тоже молчал. Изредка неподалёку замечали самолет-разведчик, но он особо не наглел, поэтому никаких нот протеста никто никому не писал.

Виктор Васильевич был еще вполне в самом соку, он пил вечерами водку, а днем служил верою и правдою отечеству и старался не читать новостей.

– Сумерки сгущаются над миром, но время еще есть! – так рассуждал он.

Волк бродил под землей долго. Дин устал, ту еду, что они взяли с собой они уже съели, хорошо хоть воды тут было вдоволь. Книга нашлась случайно, это была даже не комнатка, а маленькая коморка в стене, там лежал всякий хлам, волк чудом учуял в нем ее. На обложке из кожи древнего животного красовался огромный алмаз, он переливался белым цветом, и светился как глаза волка.

– По нему учуял, – понял Дин.

Бойд не стал ее раскрывать.

– Вдруг рассыпается вся, – так пояснил он.

Они направились к выходу. На поверхности они сразу учуяли человека. Криводуб не стал стрелять. Просто вышел к ним:

– Вы американцы? – спросил он их на хорошем английском.

– Вроде, – усмехнулся Хави.

– Возьмите меня с собой, – попросил Виктор.

– Мы втроем не влезем, – возразил ему Бойд.

– Ничего, пусть садится, я рядом полечу, – успокоил его Дин.

Они покинул полуостров. Скалы Виктор взорвал на всякий случай. Его представили к ордену посмертно, за заслуги перед отечеством.


– Хорошая книга, – сказал кэп, листая ее. – Где взял? – он посмотрел на Дина, тот сидел как обычно в кресле и весь уже извертелся, ожидая, когда шеф обратит на него внимание.

– Забрал у молодого волка.

– Хм, Небесные волки, – протянул кэп, – что ж волнуются за себя. Но ту ты прав у гиперборейцев не было шанса на Земле. Атланты однозначно сильнее. Что с ним сделал, с волком?

– Стер ему немного памяти о себе, он проснулся без книги и без куска памяти, – усмехнулся Дин.

– А человек? – уточнил кэп.

– Оставил, ему все равно никто не поверит. Он внутри, как выжженная земля. Будет жить в Нью-Йорке.

– С волком как-то неудобно получилось, все-таки Верхний мир. Скоро они достанут и нас с этой Андромедой. Что с его папашей? Я тебе велел за ним следить, а не за сыночком! – строго спросил кэп.

– Да он сначала метался, пытался все уладить, как раньше, но там коса на камень нашла, как объяснил мне Галахен. Они бы сами рады помириться, да только все покатилось как снежный ком и не остановишь.

– Какой ком? Ты что с русскими опять связался! Я тебя предупреждал, держись от них подальше! Эти любого выведут из себя! Кто такой Галахен?

– Галахен – это тот, который с нами увязался с места гибели Гипербореи. Он взял себе это не знаю имя или фамилия, я не вникал. Уже ходил в их местную службу с повинной, там его пока проверяют, но я думаю, про меня он ничего не расскажет, волка уже след простыл. Папаша его, кстати, тот еще фрукт, влюбился в земную барышню, шашни с ней крутил, вместо того чтобы мир спасать. Это на старости то лет, – возмущался Дин.

– Я на тебя посмотрю на старости лет, – усмехнулся на это кэп, – ты от него не очень-то отличаешься. Да и я бы покрутил эти, как ты сказал?

– Ой, все, – махнул рукой Дин, – в общем, она беременна и ее заморозили. Она там из какой-то знатной семьи, на приеме они познакомились. Так что у волчонка будет братик или сестричка, если выживут.

– Ну, пусть, – кэп пожал плечами, – тебе-то, что с того? Что тебя, в сущности, в этом возмущает? У них бы все равно ничего не получилось исправить. Земля – это то место, где все вязнет. Скажи спасибо, что забрал тебя оттуда.

– Спасибо! О, Великий и ужасный! – сыронизировал Дин.

– Ты это, помни, с кем разговариваешь, иди, займись Ягель. Драги там нечаянно сжег ее. Бедняжке заново расти и познавать этот мир. Так что давай пошевеливайся, учитель!

– Драги сжег, пусть он и занимается ею, – заныл дракон. – Зачем он это сделал или что она сделала такого, за что он ее сжег?

– Слишком много вопросов солдат, – усмехнулся кэп, – она много болтала и хотела помочь Небесным волкам. К тому же ей нравятся земляне, так что сам понимаешь. Ладно, ей пока Штурман займется. Потом расскажешь ей, что почем! Чтоб в этот раз без нытья, понял? Послушная и молчаливая. Игрушка-заманушка, себя не помнящая.

– Кэп, а вам не кажется, что гонять живое существо по кругу перерождений, без смерти, как-то слишком суровое наказание?

– Не волнуйся, она все это заслужила, – кисло ответил кэп.

– Что же она такого сделала? – не унимался Дин. – И почему ее просто не убить?

– Убить, скажешь тоже, она еще не исполнила свой долг перед Вселенной. К тому ты к ней привязался и я, без нее как-то совсем скучно. Она совесть этого корабля, – рассуждал кэп.

– Совесть, которую иногда убивают, – усмехнулся Дин.

– Ну, на то она и совесть, – возразил кэп. – Тем более волки сами нам ее и подкинули. Жила бы себе спокойно у себя на планете.

– А с какой она планеты? – уточнил Дин.

– Кто ж ее знает, – пожал плечами кэп, – они мне ее маленькой передали, она ничего не помнила, сказали: теперь ваше добро, пока не заберут.

– Кто ее заберет? – забеспокоился Дин.

– Ой, успокойся да кому она нужна. Нудила эта, пушистики, мои пушистики, а давайте им поможем, – передразнил кэп Ягель. – фу, аж противно!

– Может они ее для этого и передали, чтобы она у нас им помогала? – предположил Дин.

– Верно, рассуждаешь, солдат! – согласился с ним кэп. – Все иди, отдыхай, улетаем!

Они разошлись. Дин заглянул в инкубатор, Ягель на его счету была там второй раз. Маленькое яйцо лежала под искусственным освещением.

– Ищешь кого? – Штурман нарисовался ниоткуда и уже дышал в затылок Дину.

– Да просто зашел глянуть как она? – ответил Дин, изображая равнодушие.

– А, глянуть, – протяжно ответил Штурман, – поглядел и вали отседова! – резко ответил он. – Мучат ребенка, а мне возись! – взорвался он.

– Я что ли ее так, я причем, – оправдывался Дин, – меня не было, когда он это.

– Не было его, – возразил Штурман, – если бы ты в первый раз им все высказал, второго бы и не было! Заперли бы в каюте и все! А ты не хочешь отношения с Драги портить, все шкуру Золотого дракона ждешь, наследничек!

– Ничего я не жду, – пробормотал Дин себе под нос и убрался из инкубатора.

Штурман проверил, достаточно ли греет лампа, погладил яйцо, и вышел из помещения, закрыв за собой дверь на замок.


Галахен сидел в камере. Его уже много раз допрашивали.

– Не надо было идти сдаваться, – думал он про себя, – работал бы таксистом и никто б и не узнал, мало ли эмигрантов в этом городе. Так и жил бы себе. Хотя, скучно конечно, так без нормальной работы, – вздохнул он.

От того, что он отказывался выдавать вся точки явки и пароли, а именно расположения войск и систему охраны, его бы упекли в тюрьму до конца жизни, но потом пришел полковник заново прослушал его историю про чудо-вертолет и взял к себе в контору.

Про дракона Галахен не стал им рассказывать, решил, что совсем не поверят, да тем более дракон уже улетел по своим драконьим делам, как и тот светленький. Тем более того дракон сильно помял по прилету на место. Галахен даже переживал за него, сильно того корчило, когда Дин ему память стирал. Он накинулся на волка сразу, как только по прилету они вышли с ангара. Дракон обхватил его своими крыльями и стал вертеть, словно шар в каком-то мареве. Не то чтобы Галахен испугался, но увидев это, он бежал без остановки. На дороге его подобрала девушка, Амалия, так ее звали, она привезла его к себе. Поняв, что с ним произошло что-то страшное, она ничего не расспрашивала, устроила на работу к своему дяде. Так они жили, пока однажды дракон не сел к нему в такси.

– Что как дела? – беззаботно спросил Дин таксиста, – думал не найду тебя? По запаху в таком большом городе легко найти кого угодно.

Галахен стал косить глазом, присматривая место, где можно выпрыгнуть из машины и сбежать.

– Ты это не коси, не выйдет, – предупредил его Дин, – ты мне до лампочки, я скоро улетаю, в общем, по своим делам. Тут мне делать больше нечего, свою задачу я выполнил. Я тебя хочу предупредить на счет того парня. Не волнуйся с ним все хорошо, я кое-что забрал у него, а память стер, но есть один нюанс, это ты. Помни, если встретишь его случайно, и он увидит тебя, то все вспомнит, не знаю, плохо это будет или хорошо, но лучше тебе не попадаться ему на глаза. Хотя, такой вероятности нет в принципе, но все же опасайся, понял? – Галахен кивнул. – Молодец, понятливый парень и еще тут сиднем не сиди, займись чем-нибудь дельным, запах на тебе оттуда уже есть. Свои, следят за тобой и убьют, так что сваливай подальше. Все понял? Останови здесь.

Дин вышел из машины и скрылся в толпе. В тот день Галахен и сдался. Амалии он сказал, что уедет по делам. Ему предстояла долгая служба на благо нового отечества.

Бойд лежал в каюте. Голова трещала, отец целыми днями сидел у себя, миссия была провалена. Один не смог договориться и цивилизацию людей ждал крах, второй упустил шанс победить андромедианцев с помощью древних знаний гиперборейцев.

– Это провал! – думали оба.


– Господин Дин Чон Хо, где книга? – дракон спал и ему снился сон или это был не сон.

– Книга у кэпа, все хорошо. Он не вернет ее волкам. Я все исполнил. Вы должны сделать, как обещали! – горячился Дин.

– Книга?! – настойчиво раздавалось из темноты. – Если не можете отдать ее нам, уничтожьте!

– Ладно, – пробурчал Дин.

Он проснулся, встал с кровати и поплелся в каюту кэпа. Он понятия не имел, как забрать книгу обратно. Задание не дать волкам забрать себе книгу он получил от кэпа и не мог ослушаться его приказа, то, что это задание совпадало с запросом андромедианцев, было ему на руку, но дальше шли непонятки. Главное, как забрать книгу у кэпа? Кэпа не было в каюте, видимо они со Штурманом играли в шахматы на капитанском мостике. Книга лежала на столе.

– Старая, почти истлевшая, и всем нужна, – усмехнулся он про себя.

Дин шагнул в святая, святых кабинет кэпа.

– Что не спится? – раздался за спиной знакомый голос.

Дин обернулся и облегченно вздохнул, это был Штурман. Он стоял в дверях и ухмылялся, своей самой идиотской улыбкой.

– Да, я к кэпу пришел. Не спится чего-то, – промямлил Дин, – а ты чего?

– Мне тоже не спится, – ответил Штурман, – прислоняясь к косяку двери и внимательно наблюдая за Дином.

– Книгу, хочу взять почитать, – пояснил Дин, пятясь к столу.

– Ну-ну, – спокойно ответил на это Штурман, – а с каких это пор мы книги стали читать?

– А где собственно кэп? – Дин решил сбить того с толку.

– Кэп отбыли-с с Драги по служебным делам. Нам велено-с следить, чтобы все было хорошо, – кривляясь, ответил Штурман.

– Вот как, что ж я книжку-то возьму? Она ему все равно пока без надобности? – проворковал Дин бархатным голосом.

– Ты это, парниша, – Штурман выпрямился во весь свой огромный рост, – мне твои маневры без интереса, книгу, если хочешь, сожги прямо сейчас, но из каюты ты с ней не выйдешь! – строго ответил рептилоид.

– Как скажешь, – усмехнулся Дин и спалил книгу дотла, на столе осталось лишь горстка пепла. – То-то же! – радостно сказал он и вышел из каюты.

– Вот идиот! – произнес ему вслед Штурман.

Андромедианцы расстроились, узнав, что так случилось и велели Дину ждать удобного момента. Кэп немного пожурил его за испорченный стол, на этом историю с гиперборейской книгой можно было бы считать законченной, но не совсем. Штурман спрятал книгу на Золотом руно до поры до времени. С виду это был хитрый огромный рептилоид, он когда-то неуместно пошутил, за что и был сослан на службу кэпу.


Где-то в Потоке Арктура. В городе, что нет смысла называть. В доме без адреса, где над лестницей неоновыми буквами мерцает вывеска: «Небесное такси». Очень тихо, тяжелые ковры лежат на полу, на стенах висят старинные гардины, словно в средневековом замке. В темном кабинете сидит существо и смотрит разложенные на столе руны. В коридоре часы бьют полночь.

Галахен едет в Латинскую Америку, ИДа отправляют на его первую войну, Чарли ругается с Розалинд. Стивен ошибается с координатами и прилетает на Крапивку. На Луке маленький Нитрам сильно заболевает, его рост замедляется, не видать ему работу в Порту. Тапси находят в космосе заброшенный корабль таршеронцев.

– Руны столь не совершенны, – вздыхает существо.


Пройдет не так много времени, и старина Дин сгорит в пламени и будет развеян, а Ягель придется снова отращивать хвост. Вся команда Золотого руно сменится, за исключением старины Штурмана, который все так же будет вести свою игру. Серый кардинал, верно, служит потоку Арктура, остаткам старой древней Галактики, что прибились к Галактике Молочные реки и кисельные берега.

– Нет ничего плохого, если бы волки получили эту книгу, – так размышлял он, – но Небесные волки, молодая цивилизация, они не видят всей картины Вселенной целиком, надо выждать еще не время. Остатки народа гиперборейцев все еще хранят мудрость данной цивилизации, где-то на задворках Галактики, но их время ушло. Небесные волки любят книги, их библиотеки огромны, все знания мира собраны в них, но многие знания – многие печали. Волки волками, а ребенка пора кормить, – так размышлял Штурман, направляясь к инкубатору.


Прошло много лет. Вот старина Штурман все так же, как и раньше идет к инкубатору. Но что-то поменялось, Ягель тяжело восстанавливается.

– Все идет значительно медленнее, – говорит он ИДу.

– Медленнее, чем прежде? – уточняет тот.

– Да, намного. Думаю, это ее последняя жизнь в этом теле.

– Что ж и хватит с нее. Сколько можно, – спокойно отвечает ИД.

– Ты не понял, – Штурман внимательно смотрит на альдебаранца, – значит, ее путь с Дином вскоре завершится.

– В смысле с Дином? Парни убили его, ведь так? – возражает ИД.

– Убить Зеленого дракона не под силу ни смертным, ни роботам, – тихо отвечает Штурман.

– Так-то Стиви искусственно созданный синтезированный гуманоид, – отмахивается от него ИД.

– Убить его может только она, – поясняет Штурман, – поэтому-то он ее и убил первым.

– Она? Слава Галактике. Эта кроха? Кто же она такая? – ИД очень удивлен, Штурман строго смотрит на него, – ах, да, она та кто открывает порталы, она существо из другого мира. Так?

– Почти, – усмехается Штурман и уходит.

Золотое руно парит в космосе. ИД сидит у колыбели Ягель. Он засыпает и словно проваливается в песок. Ему снятся пески времени на Земле, потом ему снится Ягель, от нее веет ветром.

– Ветер времени, вот кто она такая, – так думает ИД.

Он проваливается еще глубже в сон и видит Дина, тот лежит на полу с пробитой головой. Потом встает, отряхивается и смеется ИДу в лицо.

– Опять меня убили, дружище, – говорит он ему, – меня всегда в конце убивают, ну почти всегда, что тут поделаешь, – он театрально вздыхает и разводит руки.

ИД просыпается и идет в каюту к Стиву, тот еще не спит, сидит, смотрит в пустоту.

– Знаешь, Зеленый дракон не умер, – говорит ИД другу.

Стивен непонимающе смотрит на него.

– И что с того? – он нам не страшен.

– Нет, ну как ты не понимаешь он угроза для всей Галактики! – возражает ИД.

– ИД, дорогой мой, что в нем такого грозного? – удивляется Стивен.

– Он убьет волка, мне приснился сон. Найдет и убьет.

– Волка? Зачем ему волк? Не понимаю? При чем тут волк? Элли милая, иди сюда у ИДа какой-то припадок.

– Он давно не называл жену так, – думает во сне ИД, – Элли, это так похоже на Дина, когда-то так звали Ягель.

– Разгадал загадку! – смеется в голове голос Дина, ИД наконец-то просыпается.

Он лезет в карман и достает бумеранг. Он носит его с собой, чтобы различать реальность, в последнее время его одолели плохие сны. Бумеранг прохладный и скользит в руке.

### Глава 2. Болливуд

Катерина вернулась из Колумбии ненадолго домой. Дети хотели посмотреть, что такое снег. Домой их было не загнать. Нико, по-нашему Коля, катался на беговых лыжах целыми днями. При школе была секция, и он сначала занимался там, потом его увидел тренер из ДЮСШ и забрал к себе в команду олимпийского резерва. Они занимались в красивом месте, под названием «Долина Уюта». С одной стороны был город, с другой бескрайний лес.

Город, в котором они жили, был сравнительно не большой по земным меркам. Он тянулся вдоль залива и от этого был длинный и чем-то напоминал Катерине Чили, где они успели отдохнуть пару раз. Воспоминания о Чили иногда возвращались к ней, но что-то было в них пугающее. Особенно она волновалась за Веронику, той сильно понравилась эта страна, так что она не хотела из нее уезжать. Были истерики и скандалы, только встречей с бабушкой и дедушкой ее удалось отвлечь.

Вероника второй ребенок Катерины. Ее отец испарился где-то в Галактике, и Катя совсем не собиралась его искать. Отец Нико также пропадал неизвестно где. Пока они жили в Колумбии, Галахен с женой помогали им, но теперь все было на Катерине. Она уже жалела, что опрометчиво решила вернуться.

Дом только на первый взгляд кажется добрым и заманчивым, при ближайшем рассмотрении видно, что все в нем осталось таким же суровым, как и было. Где-то что-то стало проще и легче, а где-то сложнее и суровее. Катерина дала себе зарок, что дети проживут год на родине, чтобы хорошо выучить язык.

Бывшие работодатели навестили ее, но она убедила, что вся ее задачи на ближайшие годы только в материнстве и от нее отстали. Вероника родилась здоровой и крепкой девочкой. С Нико у них была большая разница в возрасте почти десять лет. Он очень помогал Кэт с сестрой. Кэт, такой позывной был у Катерины еще со студенческих времен. В те времена она только поступила разведшколу.

Галахен, тогда Витя Криводуб учился уже на последнем курсе. Потом после выпуска сразу пропал, говорили, что его отправили с миссией на Восток. Потом перед встречей со Стивом Кэт показали его фото и назвали по его кличке из учебки. Катерина не стала комментировать его появление при Чарли, неизвестно какая у него миссия. Поэтому с самого начала слежки она была совершенно спокойна, Витя всегда прикроет и никого не сдаст, это было известно еще со студенческих времен. После их воссоединения, они, как бывалые разведчики, никогда не обсуждали свое прошлое. Как говорится: если будут пытать, все выболтаешь, лучше ничего не знать. Оливия, может быть, и догадывалась обо всем, но как истинно мудрая женщина помалкивала.

Когда Нико подросла, Кэт решила, что пора показать детям мир, пока он еще существует. И они двинулись в путь: Европа, Ближний Восток, Азия, Африка. И вот, наконец, дом, милый дом. Дома их встретил северный ветер и люди, которые пытались держаться и быть мужественными несмотря ни на что, не смотря на то, что весь мир, включая их правительство, были против них.

Аресты шли каждый день, уголовников – матерых убийц и насильников, наоборот освобождали. Все перевернулось с ног на голову. Все были в стрессе: следователи и судьи, чью работу отменяли таким образом. Обычные люди, которые боялись за свою жизнь. Особенно страшно было жить в деревнях и маленьких городах, где один человек мог безнаказанно кошмарить всех остальных жителей. Это было время разбрасывать камни.

На Севере было сравнительное затишье. Тихое затишье перед бурей, так это ощущалось в воздухе. Губернатор заставил весь город скамейками, в условиях зимы длинной в полгода, а то и больше – это было глупо и смешно. Дворники только и занимались, тем, что чистили эти скамейки от снега, в сильные снегопады. Только главные улицы города были почищены, зайди в любой двор и кругом снежная каша, выйти можно, выехать с трудом.

Асфальт на одной дороге сняли в начале лета и так она, и простояла без него всю осень, зиму, весну и снова лето. Ямы были огромные, объезжать их не было никакой возможности, все это и пейзаж кругом усиливали неизбежность апокалипсиса. За городом шла бойка стройка, на которой работали вахтовым методом. Содержать постоянный штат было не выгодно. Вахтовики улетали и прилетали.

Катерина почувствовала изменения еще в очереди на посадку. Раньше в город летали небольшие самолеты, мест в них было занято от силы десять. Теперь же самолет был забит битком под завязку. Вахтовые рабочие, туристы, которые из-за санкций не хотели покидать страну и путешествовали по ней. Все ломились в темный холодный город, насладится Северным Сиянием, зарплатой и прочими радостями жизни в предчувствие апокалипсиса.

На важные посты ставили знакомых знакомых, родственников и их детей. Какая-то барышня из ниоткуда вдруг начинала возглавлять важное ведомство. Время профессионалов ушло, пришло время приспособленцев. Мы все помним, чем такие времена заканчиваются. Они заканчиваются новым кризисом и тем, что нельзя называть. Люди из ниоткуда вели страну, по пути в никуда, под радостные песни и лозунги многочисленных прихлебателей, разумеется.

Мир молча наблюдал за этим, периодически вводя санкции. Санкционная политика не работала от слова совсем. Становилось плохо, только простым людям, богатые, как жили хорошо, так и продолжали. Пример Ирана никого ничему не научил. Страны Месопотамии, того места, где возникла человеческая цивилизация в зоне Плодородного полумесяца, этот регион еще называли: Двуречье и Междуречье, теперь влачили жалкое существование. Лишь одна из них чудом балансировала на мировой арене между Европой и остальным миром.

Собрав детей на скорую руку, Кэт улетела в эту страну хитрых и услужливых, а оттуда уже домой, в свой последний милый дом. Галахен с семьей уже ждали там. Они поселились у океана в Калифорнии. Николас выучился и много путешествовал по миру. Вероника была воздушной девочкой, вся в отца, так Кэт говорила про нее. Внешне она была больше похожа на Стива.

Как только ей исполнилось восемнадцать лет, она улетела на учебу в Нью-Йорк и больше не возвращалась. Ники, так звали Веронику домашние, была способной девочкой и бойко училась. Катерина была за нее спокойна, но уже после окончания учебы с ней случилась неприятность. Та познакомилась с каким-то чилийцем, они были без ума друг от друга. Он измотал Нике все нервы своей непоследовательностью и бурными страстями. Катрин очень переживала и даже хотела лететь в Нью-Йорк, чтобы образумить дочь, но Нико отговорил ее, сказал:

– Что ж значит, таков ее путь и ей надо его пройти.

Девочка была, награни нервного срыва. Слава богу, ей подвернулся какой-то умудренный опытом мужчина и буквально вырвал ее из этих драконьих лап, так Кэт про себя называла Хави. Ники успокоилась, и была вполне счастлива. Хавьер шел лесом, он злился и устраивал скандалы, но Брендон, так звали нового ухажера Ники, быстро приструнил его. Да так, что тот исчез безвозвратно. То, что они встречались, Кэт знала не понаслышке, она подключила все связи, чтобы прояснить ситуацию и старый знакомый агент признался, что ему велено следить за неким Криводубом, который и встречался с их Хави.

То, что Галахен и Виктор Васильевич Криводуб одно лицо Кэт поняла с самого начала. В Центре это тоже знали, решено было не лезть в эту ситуацию, так как понятно было, что это не иначе, как дыра в пространственно-временном континууме.

– Главное им не встречаться, – так решили в Центре.

Брендон очень уговаривал Ники лететь с ним, но та, по какой-то причине наотрез отказалась. Может, думала, что возлюбленный не посмеет ее бросить, может еще любила Хави. В общем, когда она поняла, что Брендон уже не вернется, а Хави отказался воспитывать ребенка волка. Он так и сказал:

– Виданное ли дело волчонка воспитывать! – и скрылся из виду.

Ники, несмотря на все уговоры матери и брата, на девятом месяце беременности отправилась на заморозку, тогда это было в новинку. Нико стоял у истоков этой новой технологии, так что он без труда устроил сестру в качестве испытуемой в центр при городе Нью-Йорке.

Так Катерина потеряла дочь. Нико был очень занят своей работой, а Галахен с Оливией бурной личной жизнью, поэтому Кэт отстранилась от мира и ушла в себя. Она закрылась в своем маленьком калифорнийском доме и искала пути решения надвигающегося кризиса. Поняв безуспешность своих попыток, она последовала примеру дочери.

Нико же еще пытался улучшить этот мир и надеялся разгадать секрет их происхождения, но уже на излете этого мира махнул на все рукой и присоединился к семье. Он, конечно, застал эру формирования Портов для помощи землянам, но все это было уже бесполезно. Рассчитав каким-то чудом момент возвращения Стивена на Землю, Нико подготовил все к встрече с ним. Последней своей миссией на Земле он считал подготовить ребенка Ники к встрече с отцом.

Ника не делала УЗИ, и никто не знал, будет ли это мальчик или девочка. Все переживали: удастся ли сохранить плод? Эпидемия в Нью-Йорке началась, как и во всех мегаполисах быстро и стремительно, точнее сказать будет молниеносно. Раз и город кишмя кишит зомби, два и они еле волочат ноги и шатаются по улицам, три и город снова пуст, только перекати поле, летает по улицам.

Сотрудники морозильных станций тянули время, как могли, чтобы разморозить хотя бы Нико к точке указанной им. Слава Галактике у них получилось, следом спустя время Нико разморозил Ники, к сожалению их мать не пережила столь сложную процедуру. Лиза дочь Ники и Брендона родилась здоровым и смышленым ребенком. Она стала смыслом жизни брата и сестры.

Нико неоднократно оправлял сигнал о помощи в Созвездие Сириуса, но оттуда была тишина. Он несколько раз посещал Порт и просил их передать послание, но сотрудники Порта только разводили руками. Ники умерла первой. Нико знал, что и его дни сочтены, он торопился научить Лизу всему, что умел сам. Видя, что до точки встречи он не доживет, вызвал Ваху и Профессора в город.

Кто такой Хавьер они так и не узнали. Об отце одного и второго Катерина рассказала детям все как есть. Елизавета при встрече с капитаном МакМерфи сразу его узнала, но решила пока не признаваться в родстве. То, что Чарли и есть отец Нико, она поняла сразу при первой встрече, но тоже предпочла промолчать. Нико был очень похож на отца практически его копия. Годы жизни в одиноком городе среди развалин, приучили ее держать язык за зубами и не вмешиваться в ход истории, так ей посоветовала Анна, когда девушка намекнула ей о предполагаемом родстве.

– Дыры в пространственно-временном континууме так и возникают, дорогая моя, – пояснила она девушке. – Не случись эта ситуация с Галахеном, возможно, развитие человеческой цивилизации не попало в столь крутую спираль и все события развивались бы в более спокойном темпе.

Поэтому Лиза молчала о том, что Стивен ее дедушка и прадедушка ее с Питером дочек и о том, что Чарли отец их дяди по матери, в общем, как говорили в Америке – родственник по закону.

– Какая в этом разница? – так она рассуждала, – родственники по старой русской традиции нужны, чтобы помогать, но пока они вполне справляются с Питером и Анной, на всякий случай у них есть Бойд.

– Вот, такой, Болливуд, – так подытожила Анна всю эту историю.

Что есть такое Болливуд Лиза, конечно же, знала, с помощью кино они коротали долгие месяцы, когда пыльные бури затягивали город, и невозможно было выбраться на поверхность. Как-то во время просмотра фильма ее мама увидела Хави и рассказала дочери историю о нем, а Нико потом дополнил. Хави, в самом деле, немного снимался в кино и играл в театре. То, что он был драконом, Нико нашел в старом рапорте Галахена, когда от нечего делать копался в бумагах конторы, ища способ вернуть все назад. Он и придумал лететь к Книропу. Зная, что Стивен скоро прилетит с проверкой, он подготовил Лизу правильно подать нужную информацию.

Как странно тасуется колода, отцом Лизы мог бы быть и Зеленый дракон, тогда, скорее всего он не был бы столь жесток. Хотя, возможно, он был уже ослеплен жаждой стать Золотым драконом. Известно с древних времен, что золото очень манит драконов и как только они подпадают под его чары, участь их предрешена.

### Глава 3. Дин, собственной персоной

Дин покуролесил в те времена на Земле на славу. Конечно, он даже не помышлял жениться на Нике. Так очень приятная девушка, каковых еще полно во Вселенной, так размышлял он. Люди расходный материал и их жизнь слишком коротка, а вот шкура Золотого дракона достойный финал его существования. Поэтому он весь сконцентрировался на этом.

Не будем рассказывать весь его путь к этой цели, скажем только, что он потерпел фиаско и Дезмо уничтожил его. Но по каким-то нам, не виданным обстоятельствам, драконы очень живучи и даже развеивание их на атомы не уничтожает оных. Дракон Дин парил в космосе, он чуял, что дорогое его сердцу Золотое руно и ненавистный Боливар удаляются в гиперпространство, оставляя его в столь подвешенном состоянии.

Ему понадобилось время, чтобы собрать все части воедино, что-то ушло навсегда. Будучи комком звездной пыли, он налип на корабль пандаван скользящих по своим пандаванским делам. Незаметно пробравшись внутрь по вентиляционным шахтам, известно, что пандаване добывают из космической пыли топливо для своих кораблей, Дин забился в самую заброшенную часть корабля и стал потихоньку восстанавливаться. Пандаване любят поесть, их корабли всегда завалены припасами, поэтому нехватку части провианта никто из них не заметил.

Прошло не так уж много времени, и Дин ЧонХо полностью восстановил свой облик, части его души слепились из осколков и стали, словно игрушка-калейдоскоп. Дин видел, то одно воспоминание, то другое и никак не мог понять, какое все-таки ему полезнее.

Почему-то воспоминания связанные с Вероникой стали очень яркими и выпуклыми, они заполонили все его существо. Дин явственно вспомнил, что в момент озарения возвращался на Землю, но Ядерная война уже была в разгаре, он нашел тело Вероники в морозильной камере, но не стал беспокоить девушку, Нико ему это строжайше запретил. Он мог справиться с ним, но не стал, оставил все как есть.

Еще он вспомнил запах, ее запах. Драконы не так чувствительны к запаху как волки, но в минуты большой опасности они способны творить, чудеся обоняния. Запах исходящий от Питера показался ему смутно знакомым. Заняться дракону было особо не чем, на восстановление уйдут годы, но кое-что он все же мог. Он решил отомстить Бойду за все и за Нику и его отца в частности.

Со слов парней он знал, что племянницы Питера и Бойда проживают на Луке, поэтому он решил их навестить, пока команда Боливара отсутствует. Другого занятия он не мог себе придумать, месть застилала ему глаза. Начать с волка было хорошей идеей, то, что девочки внучки его Вероники он не осознавал, до поры до времени.

Ему не составило труда предстать перед пандаванами в наилучшем свете и убедить их посетить Луку с торговой целью, разумеется. Те обожали все яркое и неизведанное, а уж слухи о призраках населявших данную планету давно ходили по все Галактике. От этого их интерес разгорелся сильнее и капитан корабля, оставил первоначальную миссию закупить шотов на нужды своей планеты, а бросив все направился в гости к, ничего не подозревавшим, лукинцам.

Дин представился всем душкой и милашкой, глаз не оторвать. Что-что, а это он умел, чем и старательно пользовался на Земле. Если бы он так ее быстро не покинул, быть бы ему всемирно известным актером, так о нем всегда думал Штурман, а Штурман, как известно никогда не ошибается!

До Луки Дин добирался долго и прибыл к тому времени, когда Бойд погостив с парнями, улетели на Боливаре, забрав Анну, а дома остался только Питер с Лизой и девочками. Питер, отдохнув и пообщавшись с домашними, занялся рабочими делами, как он это называл и, пробыв в столице пару недель, отбыл в Лукариум.

Атлантов, их подводное царство, очень интересовали океаны Хатса, и Питер отправился с докладом на совет. Лиза немного отвыкла от мужа и, вернувшись к обычному укладу жизни, вздохнула с облегчением. Никто не лез везде и не командовал.

– Как все-таки тяжело жить с мужчиной, – рассуждала она.

Девочкам грустить о папе было некогда, они полностью влились в социальную жизнь своих сверстников и посещали разные образовательные и развлекательные курсы. Лиза даже переехала с ними в пригород Луки, чтобы тратить меньше времени на дорогу. Они давно хотели посетить город Атлантов Лукариум, там устраивали лагеря отдыха на каникулах, для детей, живущих на поверхности. Лиза боялась их туда отпускать, но с учетом того, что и Питер отправлялся в подводный город, в этот раз она поддалась их уговорам. Они уже были там несколько раз с отцом, и теперь им предстояло самостоятельное путешествие под руководством учителей, конечно же. Питер должен был навестить их там несколько раз, чтобы Лиза не волновалась.

Все разъехались, дом был новый современной постройки, Лиза взяла его в аренду на время, потому что считала, что покупка дома должна быть согласована с мужем, ведь и ему там жить. Питеру дом понравился, но он предложил сначала уладить все дела, а потом решать вопрос с жильем. Элизабет было совершенно нечем заняться, устраивать уют, покупать новую мебель не было смысла. Наскоро убравшись после отъезда гостей, она полностью занялась собой. Приведя себя в порядок и вдоволь наобщавшись с новыми подругами, которых она уже успела завести благодаря детям, она решила посветить больше времени прогулкам по местности.

Мы помним, что ее отец и отец Бойда газообразный гуманоид с Сириуса, а она оборотень с Земли, поэтому ее прогулки носили ночной характер. Природа и ландшафт Луки этому способствовали, в это время года начался период белых ночей, и в сумерках было приятно блуждать средь невысоких деревьев и каменных гряд. Лиза оборачивалась в оборотня и сновала по тундре туда-сюда, слишком далеко она не отдалялась от дома, решив, что времени у нее достаточно, и она лучше уедет на мотолете в какой-нибудь тихий отдаленный регион и там спокойно все обследует. Иногда навстречу ей попадалась, задержавшиеся путники в таких случаях она сразу же оборачивалась в газообразное облачко и обходила их стороной.

В одну из таких ночных прогулок навстречу ей попался странный человек, он ехал с космодрома на мотолете, который взял на прокат, это было видно по рекламным надписям на борту. Не доезжая до столицы, он свернул в сторону их поселка, немного покрутился бесшумно вокруг и только потом направился в столицу. Это насторожило Лиз. Так как ночью она гуляла, то спала она естественно днем, у нее оставалось немного вечернего времени для бытовых нужд. Через несколько дней после встречи со странным незнакомцем, к ней в гости зашла соседка. Не сказать, что Лиз так привечали в поселке, но их дети вместе гуляли и теперь отдыхали в лагере в гостях у атлантов, поэтому миссис Корунд сочла своим долго побеседовать с новыми жильцами. Тем более что заняться ей было особо нечем, ее дети отдыхали в лагере, а муж целыми днями пропадал в институте в городе.

– Милочка, вы в курсе, что о вас тут наводят справки? – начала она за чаепитием, на которое Лиза пригласила соседку, после того как та сама напросилась в гости.

– Кто, миссис Корунд? – изображая удивление, спросила Лиза.

– О, это очень приятный мужчина средних лет. Он заходил к этой вертихвостке миссис, ну вы поняли, – миссис Корунд многозначительно кивнула в сторону, – уж поверьте, эта дама разболтала ему все про всех, я нисколько не сомневаюсь. Она очень негативно высказывалась на совете поселка по поводу ваших новых правил. Я считаю это ваше личное дело, когда вставать и когда ложиться, тем более, что вы сейчас одна и можете наслаждаться каждым днем отдыха. Уж и так всем понятно, что ваши девочки те еще сорванцы, с ними не посидишь, так что можете спать сколько душе угодно, я вас отстояла, – миссис Корунд многозначительно кивнула.

Тем более после того скандала, который устроил ваш муж из-за неработающей водокачки и как мэрия все быстро устраняла, я считаю мы все вам обязаны. Обычно, – миссис Корунд пожала губы, – они устраняли утечку несколько недель, а то и месяц, а тут для героя планеты они расстарались. Это такой подарок, что вы решили снять здесь дом. До вас тут жили не очень приятные существа. Эти как его все время забываю, – она посмотрела на Элизабет, ища подсказки, но там молча попивала чай, – не важно, – миссис Корунд махнула рукой, – так вот они только и делали, что ездили на работу в город и обратно, никакого общения, а вы сразу ясно приятные люди. Питер, конечно, нечета вам она весьма строг, но с другой стороны для мужчины эта хорошая черта. Не стоит мужчине быть балаболом и болтаться без дела.

– Так, а что незнакомец-то? – прервала Лиза, понимая, что если не остановить, та будет болтать без умолку обо всем, только не о том, о чем нужно.

– А да, точно, – спохватилась миссис Корунд, – деточка, вы меня направляйте, а то я забываюсь, сами знаете, в нашей глуши бывает так скучно, что при виде приятного собеседника мне сносит голову, и я трещу, как сорока на дереве. Так вот у него нет жабр, представляете, как и у вас. Я не имею ничего против других гуманоидных рас, но я решила, что вдруг вам будет интересно, может быть это ваш знакомый. Все же знают, что мистер Иль Марин достойный житель нашей планеты и столько сделал для Галактики, поэтому я считаю, что позаботиться о его семье в его отсутствие, – она многозначительно помолчала, – тем более, что девочки все в отца. О вас, конечно, ходят разные слухи, но я-то работала в свое время в Земляниуме и прекрасно знаю, как выглядят земляне.

Так вот, милочка, вы с ним одной крови. Это точно! Хотя, он черный жгучий брюнет, но вполне земной и по описанию, нашей многоуважаемой миссис я сделала вывод, – миссис Корунд понизила голос до шепота, – он ищет вас, но не хочет это афишировать и, дорогуша, он знает, что вы одна. Она все ему разболтала и про девочек и про Питера, так что имейте в виду! Будьте осторожны и включайте все охранные средства. Хотите взять моего пса? Он немного староват для таких дел, но шум поднимет.

– Спасибо, миссис Корунд, я справлюсь, тем более мой идеальный порядок меня вполне устраивает, – усмехнулась Лиз, вспоминая, как соседский пес разнес бассейн для девочек, когда они только переехали. – Тем более я могу попросить Дэна, племенника Питера, прислать мне охрану, но я не вижу в этом необходимости.

– Ой, да как я не подумала, – спохватилась гостья, – да Дэн такой милый молодой человек, да вы правы, вам есть на кого положиться.

Они еще немного поболтали и Лиза с трудом, но выпроводила гостью. Она нарисовала с ее слов портрет незнакомца и отправилась в гости миссис, которая неодобрительно высказалась на совете о ее распорядке дня. Та не стала долго отпираться и призналась, что все выболтала. Портрет они слегка подправили.

– Вспомните, пожалуйста, а про брата вы ему рассказали? – уточнила Лиза.

– Про того высокого статного блондина? – уточнила та, – простите не помню. Он только спросил про новых жителей, что-то вроде того они изучают рынок жилья и спроса. Нет, про вашего брата я ему ничего не говорила. Только про вашего мужа и дочек.

Лиза ушла готовиться, что незнакомец заявится в гости, она не сомневалась, как и о том, что он специально навел суету в поселке.

– Хотел бы пробраться тайно, так и сделал бы. Он хочет, чтобы Питер знал, что это был он, – такой вывод сделала для себя Лиза. – Не так много землян могут перемещаться свободно по Галактике, – она задумалась.

Времени было немного, и ждать ответа от Питера было долго, Лиз не хотела, чтобы муж срывался с работы и мчался к ней, тем более девочки были в Лукариуме. Беспокоить брата она тоже не хотела. Она отправила портрет Стиву на Золотое руно, по старой привычке она считала его капитаном всех их. Пока ответа не пришло, она настроила все системы безопасности и активировала Жужу. Собака уже давно умерла, это был всего лишь синтетический клон, и с отъездом девочек она его выключила, но поразмыслив, решила снова включить. По крайней мере, охранные функции собака выполняла хорошо.

Вечером она поняла, что не знает, стоит ли ей отлучиться на прогулку, но сегодня было полнолуние, сквозь сумерки и тучи искусственной созданный призрак Луны так манил и напоминал Землю, что Лиз решила все-таки недолго пробежаться. Она незаметно выбралась из поселка газообразным облачком и двинулась в путь. Ночь была теплой, свежий воздух после вечернего дождя наполнял все вокруг, ароматы луговых трав и ягод разносились по долине. Лиз, словно зачарованная, бежала по лунной дорожке и не помнила себя.

Где-то позади остались: муж, дети, брат, ее родная планета те, кто помог ей тогда выжить, а сами погибли, ее отец, которого она никогда не видела, ее мать. Лиз бежала и бежала, пока не выбилась из сил. Она прилегла немного вздремнуть и почти задремала, как сквозь ночь услышала шелест крыльев.

– Странно, – подумала женщина, – на Луке нет никого с таким размахом крыльев?

Она подняла голову, в небе, невдалеке, где она прилегла, медленно кружил огромный дракон. Он спускался кругами прямо на нее. Лиза была не робкого десятка, но то, что она увидела, повергло ее в шок. Крылья дракона словно изъела моль, они были все в прорехах, кожа свисала с них лоскутами, в движении это выглядело довольно жутко, словно кто-то надел огромный рваный плащ весь в лохмотьях.

– Это кто? – удивилась она.

Волчьи инстинкты развиты очень хорошо, ей не понадобилось и пары секунд, чтобы обратиться в газообразный сгусток, и растворится в тумане уже выстилающем тундру. Дракон прилукился и застыл принюхиваясь. Он стоял, словно статуя не шевелясь, прислушиваясь ко всему вокруг. От него исходил ледяной ужас. Лиз решила не рисковать и, растворившись в тумане, направилась прямиком к дому. Дракон взлетел, обратился в тучу и всю дорогу следовал за ней. Видимо ее колебания в пространстве были ему все-таки слышны. На окраине поселка он оставил ее. Лиза с благодарностью посмотрела на амулеты и охранные руны, что жители написали на воротах еще в старые времена, когда нечисть атаковала Луку.

– Что не можешь так пройти? – усмехнулась девушка. – Руны ему мешают, это хорошо.

Она не стала ложиться спать, а весь остаток ночи рисовала руны вокруг дома и внутри, но что-то подсказывало ей, что в человечьем обличье он сможет все-таки пройти эту преграду. С первыми лучами она уставшая и опустошенная заснула прямо на диване в гостиной. Ей снилась какая-то суета: мама заставляла ее мерить свадебное платье и все время сокрушалась, что отец не увидит, потом она достала старые фотографии начала показывать их Лизе. На одной она была с молодым мужчиной латиноамериканцем. Лиза пыталась разглядеть его черты, но никак не получалось, его лицо расплывалось в чернильную лужицу.

Из сна ее выдернул коммутатор. Бойд состряпал его на коленке: для экстренной связи, так он выразился. С Боливаром не удалось наладить контакт, слишком старое оборудование, только с Золотым руно. Коммутатор дребезжал в подвале что есть силы. Лиза сбежала вниз, Жужа громко лаяла.

– Слушаю, – сказала в трубку женщина.

– Лиза, это ты? Это Стивен. Я получил твое послание. Это Дин, будь с ним осторожна, мы вылетаем. Где Пит? – кричал МакМерфи, что есть силы в трубку.

– Не кричи, ты, словно с другого конца Галактики звонишь, – рассмеялась Лиз, вспоминая времена Порта, когда они беседовали по таким аппаратам. – Пит уехал с девочками в Лукариум, я одна.

– Одна? Как одна? Едь в город к Дэну. Нельзя одна! – надрывался Стив, – мы скоро будем!

Связь оборвалась. Лиза пожала плечами, покопалась в старых вещах, которые она прихватила с Земли, нашла старый мамин альбом и поднялась наверх. В планах у нее было приготовить завтрак. Она прошла на кухню, постояла немного и решила испечь булочки с черникой. У нее осталось от девочек несколько замороженных, она всегда держала их в морозилке, чтобы были под рукой. Девочки очень любили черничные булочки. Она их особо не жаловала, мама иногда их готовила в детстве. Лиза знала этот ритуал наизусть: вот она просыпается и чувствует запах черничных булочек – это значит, мама сначала будет весело их печь и щебетать словно птичка, а потом, когда они попьют чай с ними и, как и следовало ожидать, никаких гостей не появится, мама сядет у окна и загрустит глядя вдаль.

Потом весь день мама ходила с опущенной головой и бормотала про себя. Лиза спрашивала у дяди Нико, что это значит?

– Она, как-то сделала неправильный выбор, и теперь все время сожалеет о нем, – так ответил дядя один раз и запретил ей говорить на эту тему.

К вечеру мама брала свой альбом с фотографиями и садилась листать его. Если Лиза чувствовала, что она в настроении, то подсаживалась к ней, и та рассказывал ей разные истории. Постепенно Лиза стала понимать, что к чему. У мамы был ухажер, который не звал ее замуж, а только морочил голову. Потом появился Лизин отец и предложил ее маме полететь с ним, но та почему-то отказалась и теперь она жалеет о том, что не полетела, о том что бросила того ухажера, в общем обо всем.

Когда мамы не стало, Лиза собрала все черничные булочки, которые нашла в морозилке и выкинула их на помойку. Дядя вначале сильно ругался, что нельзя выкидывать еду, но потом согласился, что все это было перебор.

– Понимаешь, – объяснил он ей тогда, – наша мама очень любила Веронику, твою мать. Ники была для нее всем, не знаю, насколько сильно она любила ее отца и любила ли, но точно знаю, что в дочери она души не чаяла и та думала, что и все остальные будут любить ее также. А жизнь сложная штука и ей попался мужчина, у которого кроме нее было много других интересов, она не была в приоритете, поэтому ее мир рухнул. Она пыталась взять себя в руки, встретила твоего отца. Все было с ним спокойно и стабильно, но в последний момент она передумала, и получилось то, что получилось.

Оба они исчезли примерно в одно и то же время, я как не пытался не нашел их. Поэтому, деточка, помни одно: если тебе встретится мужчина, пусть даже нудный и неинтересный, но любящий тебя и заботящийся о тебе выбирай его, не раздумывая! Все эти страсти, скандалы, интриги пусть обойдут тебя, дитя, стороной.

Лиза помнила его слова, поэтому, когда в Порту встретила Питера и увидела его симпатию к себе, долго не думала. Она специально приготовила себе порцию замороженных булочек с черникой чтобы, когда Питер сильно ей надоедал своим занудством, испечь их – вспомнить мамины печали и не ругаться с мужем, а наоборот ценить его за то, что он выбирает быть с ней все это время.

В этот раз ей стало, отчего грустно, то ли ото сна, то ли предшествующая ночь напугала ее, но она решила, что порция воспоминаний о детстве взбодрит ее. Она уложила их на противень и поставила в духовку, включив таймер, она решила пойти полистать пока альбом в гостиной. Только сейчас она заметила, что Жужы нигде нет. Лиза позвала собаку, в ответ была только тишина. Она решила, что может пес, гуляет на заднем дворе, и пошла в гостиную положить альбом.

В гостиной на диване сидел незнакомец. То есть, конечно, Лиза знала кто это со слов соседки и даже его имя, которое назвал Стивен – Дин.

– Добрый день, – она спокойно поприветствовала незнакомца, словно это такая обыденная вещь: посторонний человек в твоем доме.

– Добрый день, Элизабет, – улыбаясь чарующей улыбкой, ответил тот.

Голос у него был низкий и хриплый, он слегка приподнял левую бровь.

– И вас не удивляет, что посторонний человек сидит у вас в доме в гостиной? – уточнил он, поправляя непослушную челку.

Волосы у него были, когда-то черные, как смоль, а теперь стали седые. Еще Лиза обратила внимание, что правое его плечо видимо было травмировано, и он держал правую руку на груди, словно на ней был гипс.

– Ой, если бы вы сидели в спальне, я бы удивилась, а так, подумаешь, – Лиза махнула рукой, – тем более что мне вас описали со всех сторон и даже назвали имя – Дин, так что мы, в сущности, знакомы. Хотя, не скажу, что я вам особо рада, совсем наоборот – нет. Я вас ненавижу! – резко сказала женщина, – вы испортили все мое детство. Всю жизнь моей матери!

Лиза смотрела на него в упор не мигающим взглядом. Она стояла над ним, словно ангел возмездия.

– Не понял? – удивился Дин, – чем я уже успел насолить вашей матери?

– Только не надо обесценивать и переводить все в шутку! – зло сказала Лиза, она взяла несчастный альбом и плюхнулась на диван рядом с Дином, даже слишком рядом, дракон не был готов к такому.

Женщина листала альбом, ища нужную фотографию. Дин втянул носом воздух, аромат черничных булочек уже разносился по дому. От Лизы пахло лесом и зеленой травой, в волосах Дин заметил листик черники.

– Я люблю черничные булочки, – сказал он, доставая листок из Лизиных волос.

Она отмахнулась от него:

– Вот нашла! – торжествующе сказала женщина.

Дин посмотрел на фотографию, там стоял он молодой и красивый собственной персоной, еще без усов, рядом стола молодая Ника и улыбалась. Это фотография была сделана в парке, давным-давно, словно в другой жизни. Дин с сомнением посмотрел на нее и подумал:

– Он ли вообще этот молодой человек?

Лиза уперлась в его правое плечо, Дин хотел отодвинуться и передумал, впервые за много месяцев с его воскрешения плечо перестало ныть.

– Хорошо, сознаюсь, я испортил твоей матери юность, но тебе-то я как мог что-то испортить? – миролюбиво спросил дракон.

– Мне?! – Лизиному возмущению не было предела, – мне ты испортил детство тем, что моя мама так тосковала по тебе, так жалела, что связалась с моим отцом. Я так ненавидела себя за то, что появилась на свет, что живу и напоминаю ей обо все этом!

– Вот как? – удивился Дин, – прости, ребенок, я не знал, – он пожал плечами, как смог. – В любом случае я могу все изменить, и ты не будешь никому ничего напоминать, то есть, – дракон засмеялся, – наоборот, конечно же, будешь всем напоминать, что они оставили тебя одну здесь. Они не успеют тебя спасти, и это будет тяготить их всех многие-многие годы.

Лиза с сомнением посмотрела на него и зачем-то вытащила фотографию из альбома. С обратной стороны было написано: Хави, рукой матери, и еще что-то на русском, рукой бабушки. Дин не знал русский, Лиза, конечно же, знала, она молча прочла надпись.

– Ну, что исполнить твое детское желание? – улыбаясь, продолжил Дин.

– Чтобы меня никогда не было? – уточнила Лиза.

– Не совсем ты была, но больше тебя не будет, – ответил Дин.

– И чаю с булочками не попьем? Мама так хотела накормить тебя этими булками, так мечтала, что в один прекрасный день ты явишься, и вы будите пить чай с черничными булками. Почему именно они? – спросила она у Дина.

– Не знаю, – он вздохнул, – в то время они мне очень нравились, но теперь мне все равно. Мне все равно кто ты и кто была твоя мать и что у нас с ней было и чего не было. Я не сожалею ни о чем. Что она могла мне дать? Булочки по утрам, семейную жизнь? Мне ничего из этого было не нужно. Клянусь, если бы я знал, что так повлияю на нее, я б никогда не стал с ней знакомиться.

– Ой, спасибо, – засмеялась Лиза, – что ж раз ты не хочешь пить чай, пора прощаться!

Женщина медленно порвала фотографию, на четыре куска. Она сидела вплотную к дракону, и с каждым новым ее движением Дин становился все меньше и меньше. Лиза помедлила и порвала фотографию на множество маленьких кусочков. В конце концов, от Дина осталось только бледная тень, маленькая деревянная фигурка. Лиза встала и пошла на кухню, вытряхнула печенье из коробки и аккуратно положила туда Дина.

В дверь постучали, Лиза открыла дверь. Это были миссис, они топтались, запыхавшись на пороге.

– Ой, а мы стоим, беседуем, а тут ваша собачка прибежала, вот мы и решили зайти, и ее привели, – защебетали миссис Корунд, вторая миссис вытянула шею и заглянула в дом.

– А вы одна? – спросила она.

– Да я совершенно одна. Заходите, – радостно сказала Лиза, – чай попьем, я как раз булочки с черникой напекла, надо доесть от детей остались. Вы как всегда вовремя!

Миссис радостно защебетали и прошли внутрь. Драконий морок сразу развеялся. Жужа обнюхала гостиную и довольная улеглась на диван, на то место, где сидел дракон.

– Ой, вы только помогите мне эту коробку под тумбочку в гараже поставить, а то там пол влажный, как бы она не отсырела, – попросила гостей Лиза.

– Конечно, конечно, – согласились дамы.

– А то все Питера просила, а он забыл.

Женщины дружно отправились в гараж. Тумбочка была со старыми инструментами прежних хозяев, но женщины справились: миссис наклонили тумбу, а Лиза подсунула коробку под нее. Отдуваясь и отряхиваясь, они довольные пошли пить чай с булочками.

Дедушка Стивен прилетел на следующее утро. Он оставил корабль на орбите, взял только ИДа и прилукился. Лиза не заморачивалась с готовкой, а заказала все в городе. Единственное она испекла любимые бабушкины пирожки со щавелем. Выслушав ее внимательно, парни успокоились и забрали коробку.

– Какие вкусные пирожки, – сказал Стивен, уплетая их за обе щеки, – Катерина такие пекла. Мне очень нравились.

– Да бабушка научила этому маму, а она меня, – пояснила Лиза.

– Бабушка? – переспросил Стивен.

– Да, бабушка. Вот и альбом есть, посмотри, – Лиза положила перед Стивом старый семейный альбом. – Тут и твоя фотография есть, в самом начале, в Риме, вот. Помнишь? – Лиза открыла нужную страницу перед Стиви.

Тот молча посмотрел. ИД тоже посмотрел. Они помолчали.

– Ты с самого начала знала, кто я? – спросил, наконец, капитан.

– Да, знала, – кинула Лиза, – Анна сказал помалкивать.

– Что на фотографии Дина написала Катерина? – спросил ИД, пока Стивен приходил в себя.

– Написала заклинание, его ей видимо Брендон дал, мой отец. Они встречались перед его отъездом, Нико говорил, – пояснила женщина.

– Она мне всегда очень нравилась, – сказал на это Стивен, – хорошая была женщина, он обнял Лизу и поцеловал ее в затылок.

– Ой, только давай без сантиментов, – возразила та, но с места не сдвинулась.

ИД утер скупую альдебаранскую слезу.

– Вот Питер то удивится, – только и сказал он.

– Я думаю, может не надо ему говорить? – предложила Лиза.

– Ой, не знаю, подумаем, – ответил на это дедушка Стив, – ИД отвези этого дракона подальше отсюда на Золотое руно, там решим, что с ним делать, а то Питер его убьет. Мы с тобой побудем, пока Питер не прилетит с девочками. Я соскучился, хочу повидаться, ладно? – Лиза кинула. – И никаких больше ночных прогулок! – строго сказал Стив. – Ты порядочная женщина мать семейства!

Элизабет Иль Марин больше никогда не пекла черничные булочки, если девочки их просили она, словно по ошибке, пекла пирожки со щавелем и все были довольны. Что до булочек с черникой о них все вскоре забыли.

### Глава 4. Хитрый ящер

ИД торжественно вручил фигурку дракона Штурману, тот брезгливо повертел его в лапах и поставил на полку. Ягель уже могла ползать, ей все было интересно, как всем маленьким ящеркам и она сновала то тут, то там. Заприметив у Штурмана новую игрушку, она потихоньку умыкнула ее и унесла к себе в свой пантеон, так это называла Эл. Пантеон состоял из плюшевого медведя, пары мячиков разного калибра, еще кучи мелочей, которые ящерка нашла среди всякого хлама, в избытке валяющегося в недрах корабля, что-то прислал Раксо с Аргона. Он очень расчувствовался, когда узнал о случившемся на Боливаре и предложил Ягель пожить у себя на планете, пока она не подрастет. Штурман сказал, что подумает об этом и оставил все как есть, пока.

Анна, которую Бойд привез на Золотое руно, быстро влилась в коллектив. Она захватила для Ягель много развивающих игрушек и занятных земных книг, по которым учила дочек Элизабет и Питера. Еще в ее арсенале были мультфильмы, развлекательные и познавательные фильмы земного производства, времен перед Третьей мировой войной. Так что Ягель росла вполне осознанным земным ребенком, которого все баловали и только Штурман был с ней строг.

– Куда ты дела фигурку? – строго выговаривал он ей в очередной раз.

– Какую фигурку? – улыбалась ящерка, делая ничего не понимающую мордочку.

– Стояла у меня в шкафу, Ягель? – Штурман навис над ней.

– Ничего не знаю, – облизнулась ящерка, скрутилась и юркнула с капитанского мостика.

– Может и не она его взяла, – предположил ИД, наблюдавший эту картину.

– А кто? Кому он еще нужен? – возразил на это Штурман.

– Тебе поручили за ним смотреть, ты чего его не запер-то? – удивился ИД. – Стивен узнает, будет скандал, типа: все надо делать самому, никому ничего поручить нельзя! – передразнивая Стива, сгримасничал ИД.

– Ой, да и подумаешь! – махнул лапой Штурман, – можно и не говорить. Спрятал и все. Это старое заклинание с Сириуса, вряд ли Ягель сможет вернуть дракону его облик. Он заперт в нем, вот и все.

– А он все чувствует, видит и слышит? – уточнила Эл, которая тоже присутствовала при этом разговоре.

– Да все видит и слышит, но поделать ничего не может. Обычно существа заколдованные таким образом вскоре теряют разум и даже если их развоплотить они уже не осознают себя, – пояснил Штурман.

– Похожее заклинание использовал Жирун, когда уменьшил Дей, но она тогда была самой собой, только очень маленькой, – пояснил ИД.

– Вряд ли это магия с Созвездия Сириуса, слишком зловещая, не в их стиле, – возразила Эл, – возможно Элизабет что-то не договаривает, либо не знает. С Катериной еще контактировал Стивен, он вполне может владеть таким заклинанием и развоплотить дракона обратно. В таком случае дракон будет служить ему верой и правдой много лет. Понимаете? – Эл многозначительно посмотрела на парней.

– Зачем он ему? – удивился ИД, – думаешь, идея, что он может стать наездником все еще терзает его?

– Не знаю, но он мог бы оставить его Питеру, в крайнем случае, передать Боливару. Хотя, может он опасается Бойда. В общем, будьте начеку и помалкивайте, – предупредила их Эл.

Все разошлись, и с тех пор тему дракона не поднимали больше. Штурман ничего не сказал Стивену, а Ягель предусмотрительно прятала фигурку у себя в вещах. Она доставала его только перед сном и рассказывала, как прошел ее день, а после засыпала с фигуркой под подушкой. Прошло много лет, как-то Анна пришла будить Ягель утром и обнаружила ее.

– Милая, откуда это? – удивилась она, разглядывая деревянную фигурку.

– Это дядя Раксо прислал, – спохватилась Ягель и вытащила Дина из рук Анны.

– Что-то я такого не помню, – с сомнением произнесла Анна.

– Он много прислал, она маленькая лежала в самом низу, – ответила Ягель, стараясь придать своему голосу беспечности, – дядя ИД видел, как я ее доставала и тетя Эл, – Ягель закивала сама себе, – а Штурману она так понравилась, что он унес ее к себе в шкаф, но я забрала ее оттуда. Она моя.

– Ну, хорошо, хорошо, – согласилась Анна. – Надо будет уточнить у Эл, – подумала она про себя.

– Деревянная фигурка дракона? – удивилась Эл, когда Анна спросила ее, – столько лет прошло. Я думала, Ягель давно потеряла его, он такой маленький. Он с тех пор как Стивен летал с ИДом на Луку. Видимо у Элизабет от девочек осталось, то чем они перестали играть.

– Нет, – строго ответила Анна, – она не потеряла ее, она спала с ней каждую ночь с тех пор. Эл, я не идиотка, и хотя тогда вы не ввели меня в курс дела, но я прекрасно понимаю, что фигурка дракона и сам дракон – это вполне может быть одно и то же и из-за вашей беспечности он все это время влиял на нее, самым вредным для нее образом.

– Анна, милая, ну как он мог на нее влиять? – удивилась Эл.

– Каждую ночь она спала с ней с тех пор. Ночью их сознание сплеталось воедино, подумай, что за это время он мог внушить ей? Это же дракон! Хитрее существа не сыскать во всей Галактике! – кипятилась Анна.

– Хорошо мы были все это время беспечны. Давай исправим это! – ответила Эл. – Какие твои предложения?

– Я давно говорила и сейчас повторюсь снова: ребенку здесь не место. Ей надо общаться со сверстниками, а не следить за нашей конфронтацией с андромедианцами. У нее на носу переходный период, она скоро станет подростком. Я предлагаю отправить ее на Аргон, тем более Раксо снова ее приглашал.

– Что ж, думаю, ты как всегда права, дорогая. Нам надо на какое-то время расстаться с ней. Но как мы заберем эту злосчастную фигурку? – уточнила Эл.

– Не знаю, поговори с ИДом, он что-нибудь придумает, – предложила Анна.

Все с удовольствием восприняли предложение Эл навестить Аргон. Это был скорее официальный визит. Ягель было интересно и все понравилось, но когда Эл сказала, что ей придется остаться и пожить здесь какое-то время ящерка расстроилась. Прощание вышло скомканным, экипаж Золотого руно уже привык к ней в таком виде, но все решили, что так для нее будет лучше. ИД сказал ей, что с собой она может взять все самое необходимое, остальное останется здесь на корабле, куда она вернется вскоре, как подрастет и выучится на пилота. Ягель выбрала самые любимые вещи. В каюту пришел Штурман и ИД, попрощаться и помочь с вещами.

– Помнишь, ты утащила у меня маленькую фигурку? Ты не могла бы ее оставить здесь, она ценная и маленькая, вдруг потеряешь, – спросил рептилоид.

– Да, конечно, она где-то здесь в ящике, – согласилась Ягель и полезла в коробку с игрушками в углу, покопавшись, она нашла запылившегося дракона, – вот она, держи, – протянула она фигурку Штурману.

ИД поднял бровь.

– Что ж поставим ее здесь, – Штурман поставил дракона на тумбочку, – когда ты вернешься, он будет ждать тебя.

– Да мне все равно, можешь забрать ее себе, – махнула лапой Ягель, – пойду, попрощаюсь с остальными, – она вышла из каюты.

– Девочка выросла, – вздохнул ИД.

– Но Анна сказала, – начал Штурман.

– Возможно, она все преувеличила, – отмахнулся ИД.

Они взяли вещи Ягель, и вышли из каюты, дракон остался стоять на тумбочке. Позже укладываясь спать в своих новых апартаментах во дворце царя Аргона, когда ящерка осталась одна, она достала из потайного кармана все ту же фигурку дракона и рассказала ему весь свой день.

– Ты оказался прав они хотели тебя забрать у меня, – шептала Ягель фигурке, – хорошо, что я тогда случайно подслушала разговор Анны с Эл и ты воплотил такую же фигурку. Не знаю, как у тебя такое получилось. Научишь меня? – Ягель посмотрела на дракона, фигурка как всегда молчала.

Ящерка вздохнула и легла спать. Дракон мог разговаривать с ней только ночью только во снах. Если он был в настроении, катал Ягель на себе, они летали по разным планетам. Сначала в детстве Ягель пугало это, но она быстро привыкла. Дракон был добр к ней, рассказывал ей разные истории своим бархатным хриплым голосом. Под звук его голоса она проваливалась еще глубже в сон в темное нечто, а дракон тем временем исследовал ее память, смотрел, что произошла за день. Отматывал как кинопленку и так день за днем, год за годом.

Вот ИД спорит со Стивом стоит ли захватить анромедианский крейсер, который снова нарушил границы нашей Галактики. Вот по связи звонит Бойд, он возмужал и заматерел и стал сильно похож на Брендона, своего отца. Рыжая борода ему к лицу. Он кипятится и ругается со Стивом, пока они обсуждают: стоит ли им лететь за край Галактики и не вызовет ли это нового конфликта. Приходит Эл, и спорщики затихают, она мерно обводит компанию взглядом.

– А ты что здесь делаешь? – строго говорит она Ягель, – с каких пор тебя интересует то, что происходит на капитанском мостике?

– Я хочу есть, но все заняты, – невнятно бормочет Ягель, – мне было скучно.

– Скучно делать уроки с роботом? – строго спрашивает Эл. – Что ж мы поручим это Анне или может быть Штурману?

– Нет, я пойду делать с роботом, не надо ни Анны, ни Штурмана, – Ягель исчезает в коридоре.

Штурман и Анна спрашивают строго, а робота можно обмануть сделать вид, что учишь, а на самом деле смотреть кино, Ягель хорошо знает это и предпочитает не вступать в конфронтацию с Эл. Она бесшумно идет по коридору, от детского топотанья лапок ничего не осталось. После посещения Луки ящерка стала немного рассеянной и замкнутой, но не настолько сильно, чтобы это бросилось в глаза. Анна в это время знала ее не так много, поэтому особых перемен не заметила. Штурман всегда не сильно вникал во взрослении подопечной.

– Как-то все время сама вырастала, – спокойно отвечал он, когда Эл уточнила, как лучше растить Ягель.

И Ягель росла. Она ходила легкой бесшумной походкой по коридорам Золотого руно, все слышала и была в курсе всех дел. Несмотря на это она была все-таки маленькой одинокой ящеркой, ей очень хотелось душевного тепла и играться. Так, один раз она заигралась и пропустила совещание Золотого руно с Боливаром, и дракон строго отчитал ее за это во сне. Наутро она проснулась сама не своя, быстро умылась и побежала на завтрак. Все еще спали, и она решила пожарить себе вафли, дело шло. Вафли получились на славу, даже осталось что-то и для команды.

– Я верну эту фигурку Штурману, – думал она, доедая свой завтрак, – возьму и верну ему в шкаф и буду спать спокойно, – радостно решила она для себя.

Когда Эл пришла в кают-компанию перед ней предстала своеобразная картина, тесто было везде: на полу, на потолке, мукой было засыпано большая часть пола, на столе был разлит джем, во главе всего этого восседала довольная Ягель и ела свои вафли.

– Как это понимать? – строго спросила Эл.

– Я приготовила для всех завтрак, – торжественно сказала Ягель.

– Завтрак? – удивилась Эл, – мука на полу – это кому? А джем на столе? Пахнет гарью!

– Это я ее доставала и нечаянно порвала пакет, но там их еще много, – не понимая надвигающейся опасности, щебетала Ягель, – банка с джемом упала и разбилась, я не могла ее открыть и вот перестаралась.

Эл отчитала Ягель и заставила убираться. Стивен пришел и добавил от себя:

– Что, если ей захочется впредь готовить, то она может поискать себе для этого другой корабль.

Завтракала команда в столовой, в полной тишине, под конец ИД не выдержал.

– Ну, подумаешь, ребенок сделала что-то самостоятельно, что теперь? Поели бы ее вафли, я помог бы ей убраться.

Эл грозно глянула на него, Стивен покачал головой. Ягель плакала беззвучно себе по нос и убиралась, она старалась все убрать, но только размазывала еду еще больше. Мука на полу после поливания ее водой превратилась в катышки, и они липли к тряпке. В кают-компанию заглянула Гала, она покачала головой, забрала у Ягель тряпку, дала ей салфетку высморкаться и выставила из помещения со словами:

– Иди я сам все уберу!

Ночью Дин шептал ей во сне:

– Видишь, никто за тебя не заступился. Все промолчали. Только я один за тебя. Только я знаю твои желания и мечты. Держись меня, не пропадешь! Я бы разрешил печь вафли на моей кухне сколько угодно, а потом мы бы ими вместе позавтракали, а роботы бы все убрали. Подумаешь мука на полу и разлитый джем, ругать ребенка из-за такой ерунды! Хочешь, полетаем, – предложил он ей. Ягель, всхлипывая во сне, отрицательно покачала головой, – ну тогда спи сладко, путь тебе приснятся песчаные бури и голубые озера.

Дин словно погладил Ягель по голове, и она заснула крепким сном. Во сне Раксо показывал ей Аргон, они летели на большом корабле и он неспешно рассказывал, что где находится. Позже Ягель в беседе с Анной рассказал ей, что хочет учиться у дяди Раксо на Аргоне. Анна позитивно отнеслась к этой новости. Вся эта история с вафлями навела женщину на мысль, что ящерку не очень-то жалуют на корабле и скорее терпят, поэтому, чем быстрее ребенок покинет это место, тем лучше. Тем более, судя по всему, Аргонский царь симпатизировал Ягель и при ее прежней жизни, поэтому он лучше позаботится о ней. Таким не хитрым способом Дин добился, чтобы они покинули Золотое руно.

На Аргоне для Ягель началось все сначала: иди туда, послушай то, посмотри там и прочее. Ящерка быстро сообразила, что это коренным образом расходятся с ее целями как то: наладить отношения с одноклассниками, ее определили в местную школу при дворце, и она занялась изучением аргонского языка и культуры. Сыновья Раксо и мисс Синий взгляд показали ей новые развлечения, и Ягель было гораздо интереснее кататься с горок в бассейне, чем разгуливать по коридорам дворца и подслушивать. Дин смекнул, что давить на нее сейчас будет для него опасно и пока решил оставить ее в покое, но оба понимали, что это ненадолго.

Днем дракон спал или находился в забытье. Ягель не знала точно, что он делала, понимала только, что днем она в безопасности, и он не лезет в ее голову, как ночью. Поэтому когда на уроке ради эксперимента им задали провести опыт с водой, она нашла банку, по больше налила туда воды, положила злосчастную фигурку дракона и принесла в класс. Суть эксперимента была в том, чтобы посмотреть, как вода влияет на различные субстанции, кто-то положил еду в воду, кто-то просто залил грязную банку водой, в общем, никто не заморачивался.

Учительница обошла класс и проверила у всех задание, кого-то даже пригласила выступить у доски. Ягель она попросила остаться после урока. Между ними состоялся следующий разговор:

– Ты же понимаешь деточка, что чтобы вода воздействовала на дерево, тем более такое древнее должна пройти не одна сотня лет? – спросила она у Ягель.

– Да, я понимаю, но когда-то надо начинать, – ответила та.

– Что начинать, деточка? – не поняла учительница.

– Воздействовать на дерево, – пожав плечами, ответила Ягель.

– Смотри, есть стихии: огонь, вода, земля и ветер. Все они разрушают дерево, так или иначе. Какая из них быстрее всего разрушит дерево, если тебе это необходимо?

– Огонь, конечно же, – ответила Ягель и добавила, – но это же дракон, его нельзя в огонь в огне он становится только сильнее.

– О, милая, я не учла это. Какое интересное замечание. Ты наблюдательна, – ответила учительница, – что будешь с ним делать дальше?

– Не знаю. Он мне надоел, – пожала плечам Ягель. – Хотите, оставлю здесь в классе? – предложили она.

– О, дорогая, если все будут оставлять здесь свои работы, нам так скоро не хватит места, – ответила учительница, – обычно, если вещи надоедают, от них избавляются.

– Да? И как? – удивилась ящерка.

– По-разному: что-то отдают другим, что-то выкидывают, у нас в основном утилизируют. Бывает, сжигают или закапывают в землю.

– Спасибо, я поняла. Я знаю, что с ней сделать. Можно мне идти?

– Да, конечно, дорогая, мальчики уже ждут тебя, – учительница показала рукой на двор, там дети царя играли в мяч.

Ягель схватила банку и убежала.

– У меня дело секретное, – важно сказала она мальчикам, те были немного младше ее, поэтому внимали с уважением, оглядев затихших ребят, Ягель продолжила, – надо закопать эту банку глубоко в землю. Вы знаете подходящее место?

Мальчишки переглянулись и наперебой стали предлагать варианты. Там было и карьер за воротами дворца и заброшенные шахты Аргона и много чего еще, как вдруг младший предложил что-то странное – колодец знаний.

– Что за колодец? – удивилась Ягель. – Почему вы мне никто еще про него не рассказывали?

– Многие знания – многие печали, так говорят у нас, – пояснил старший, – это как бы запретная тема и никто не знал, что с ним делать. До войны им занимался один мудрец, но он пропал во время правления ливандийцев, поэтому колодец закрыли, и никто туда не ходит.

– Поговаривают, что мудрец, спасаясь от врагов, прыгнул в колодец, да там и сгинул, – прошептал младший.

– Колодец, так колодец – кивнула Ягель, – пошли, покажите, где он.

Мальчишки переглянулись, но повели ее в закрытое от посещений крыло дворца. Ягель там понравилось. Ливандийцы не пользовались им, и аргонцы тоже не горели желанием посещать его, поэтому эта часть дворца была пуста и необитаема. Так как двери и окна были заколочены, внутри было сухо и на удивление чисто.

– Почему тут нет пыли? – удивилась Ягель.

– Тсс, – зашипел на нее старший, – это все вентиляция и тут ей просто неоткуда взяться: ни ковров, ни вещей. Там есть только зал со старыми книгами, но он опечатан.

– Слушайте, а вдруг мудрец все еще жив и живет тут спокойно вдали от всей этой суеты? – предположила Ягель.

– Многие так думают, поэтому сюда никто не наведывается. Неизвестно, что могло с ним стать за долгие годы. Говорят, что и раньше он был не особо-то в себе, а теперь, – ответил старший.

Они пришли в главный зал, за троном была маленькая дверь, войдя внутрь они, увидели винтовую лестницу. Маленький отказался спускаться вниз и остался ждать в тронном зале. Ягель со старшим долго брели по ступеням. Наконец они дошли до колодца. Это был натуральный колодец, обложенный камнем. Ягель крикнула в него:

– Пустота, – эхо разнесло ее крик, – пустота, пустота, – долго еще слышалось кругом.

Старший зашипел на нее и начал торопить:

– Кидай скорее и пойдем!

Ягель достала из рюкзака банку, откашлялась и торжественно произнесла

– Что ж, дорогой мой личный дракон, здесь наши пути расходятся, и вот пришло время, нам идти разными дорогами. Я предлагала тебе остаться на корабле, но ты не захотел, значит, я могу теперь решать твою судьбу. Не волнуйся за меня, Раксо и мисс теперь обо мне позаботятся, – с этими словами она бросила банку в колодец.

Они прислушались, кругом была тишина. Постояли несколько минут.

– Странно не слышно ничего. Летит еще, наверное, пойдем, – старший тряхнул Ягель, та впала в задумчивость.

Они быстро поднимались по лестнице. Леденящий холод, тянущийся от колодца, постепенно отступал, вот уже виден свет от открытой двери, где-то наверху топтался младший, и чтобы ему не было скучно, распевал песенку, которую успел придумать:

Ты дракон – и я дракон,
Оба мы драконы!
Нам все на свете нипочем,
Мы со всем знакомы.
Знаем мы все наперед,
Все про всех мы знаем!
Хитрый ящер тут не в счет,
Она слишком крутая!

Конец ему не очень нравился, но младший не мог придумать дальше и просто пел, как получилось.

– Наконец-то! – обрадовался он, услышав, что они поднимаются.

Компания, что есть силы, бросилась из заброшенных покоев наутек. Дракон все летел в пустоте. Он и вправду расслабился за годы жизни в каюте у Ягель, он совсем ослабил хватку и днем спал себе спокойно, зная, что ящерка ничего ему не сделает. Откуда он мог это знать? В полете он проснулся, кругом были стены, но Дин понял, что он летит. Даже будучи на корабле он чувствовал колебания и смену курса. Он быстро сообразил, что влип в историю и Ягель ему не видать.

– Проклятая девчонка! – ругался он у себя в голове, – засунула меня в воду, да еще и выкинула куда-то. Куда я лечу?

Он пытался оглядеться, по сторонам была непроглядная тьма, только вверху какое-то время был виден кусочек света. Спустя время банка плюхнулась в воду, так как и внутри нее была вода, банка стала опускаться на дно.

– Хорошенькое дело, дракона заперли в водяной тюрьме, – возмутился Дин.


Позже Раксо укладывал мальчиков спать и между делом спросил:

– Как прошел день?

– Как обычно, папочка, гуляли, играли, – ответил старший.

– Да, – согласился с ним младший, – как обычно, я придумал песню. Хочешь спою?

Не дожидаясь согласия, младший запел свою песенку. Старший отвернулся к стене и поджал губы.

– Какая чудесная песня, – сказала их мама, которая стояла в дверях, – а что это ты милый вспомнил про дракона?

Младший все рассказал маме и заверил, что больше они не пойдут в старое крыло.

– Что ж обсудим это завтра, – строго сказал царь, – а теперь спать.

Старший поворчал на младшего за то, что тот все разболтал, но сон быстро сморил мальчиков и они безмятежно заснули. Раксо мерял кабинет шагами, туда-сюда, мисс сидела в его любимом кресле и зевала. Она неспешно рассуждала:

– Милый, пора спать. Давай подумаем об этом завтра? Что с того что в заброшенном колодце плавает дракон. Это же все-таки Дин. Вы неплохо ладили.

Раксо хмуро посмотрел на жену. За годы совместной жизни он стал любить ее еще больше. Злиться на Ягель у него не было моральных сил, ящерка была такой беззащитной и доброй, что он готов был простить ей все что угодно. Мальчики придумали хороший вариант избавления от дракона. Теперь, даже если Дин каким-то чудесным образом выберется из своей ловушки – они с женой не причем, а что с детей взять, поэтому все вопросы к Стивену.

Раксо мало интересовали Галактические проблемы, его больше заботил Аргон, поэтому эти разборки из-за шкуры дракона были ему безразличны. Что до Дина, он ему понравился тогда и он не видел в нем какой-то особой угрозы.

– Ну, сорвался, убил Ягель, так он знал, что она возродится. Что с того?

На семейном совете было решено оставить все как есть и никакой Боливар и тем более Золотое руно не извещать о потере дракона, тем более, что те сами виноваты, раз упустили его.


Штурман, спустя какое-то время, набрался храбрости и взял фигурку дракона, повертел ее в руках, понял, что это пустышка и бросил ее в урну. Он сказал об этом только ИДу.

– Да, хороший мы Раксо подарочек подкинули, – засмеялся, узнав про это альдебаранец.

– Не переживай, Раксо со многим справился и с этим тоже решит вопрос. Он сильный, – успокоил ИД рептилию.


На дне колодца было темно и что говорить сыро, даже мокро, кругом вода. Дин приготовился уйти в долгий сон, может быть навсегда, но этому не суждено было сбыться. Огромная безглазая рыба проглотила его, видимо от банки пахло Ягель, и рыба посчитала, что она будет вкусной, а зубов надкусить у нее не было.

Прошло много времени, Ягель выросла, с мальчиками они отправились учиться на пилотов на Альтаир. Аргон процветал, царь вместе со своей царицей правил мудро и справедливо.

Спустя время рыбу поймал в сети какой-то старый аргонец, он не стал заморачиваться с ее чисткой – положил, как есть на решетку над костром. Все это происходило в темной заброшенной шахте недалеко от дворца. Банка от нагрева лопнула в брюхе у рыбы. Старик пока ел, порезался об нее. Найдя фигурку дракона, он гневно бросил ее в костер и улегся спать.

Дин пришел в себя, он лежал в пепелище. Еле открыв глаза, он понял, что огонь воскресил его. Кругом было темно и сыро, кто-то маленький и старый съежился у догорающего костровища. Разбитая банка лежала рядом. Дракон принюхался, знакомые запахи были, но очень далеко.

– Скорее всего – это Раксо и мисс и может быть Малыш, – размышлял Дин, приходя в себя, – значит я все еще на Аргоне. Не плохое путешествие: закончить на Луке и воскреснуть на Аргоне, что ж, судя по всему, Ягель уже покинула планету. Маленькая мерзавка, вот я после отомщу тебе! Посмела избавиться от меня!

Старик закряхтел, сел и уставился на Дина.

– А ты еще кто? – удивленно спросил он.

– Я тебе снюсь, спи дальше, – прошептал Дин, старик и не подумал, – Совсем старый из ума вышел! – рявкнул на него Дин, которому было не до бесед.

– Я хоть и старый, а не дурак, – плаксиво ответил старик, – я дракона от аргонца запросто отличу!

Дин прищурился, редко, кто смел, так с ним разговаривать. Он встал и поклонился.

– Я Дин, а вы кто добрый аргонец?

– Срамоту-то прикрой, – недовольно прикрикнул на него старик и бросил ему тряпку, которой укрывался.

Дин закутался в это старье и повторил свой вопрос.

– Я Мудрец при дворце, служил правителям Аргона, – гордо ответил ему старик.

– Так правители твои давно умерли. Ливандийцы захватили Аргон, потом Раксо их прогнал, а ты все прячешься? – удивился Дин.

– Я не прячусь, как вы изволили выразиться, – возмутился мудрец, – я храню секреты Аргона.

– Секреты от царя Аргона? – удивился Дин – и что это за секреты такие?

### Глава 5. Мудрец и колодец знаний

– Такие, – уклончиво ответил старик, – не твое дело какие!

– О, да старый совсем головой поехал, – подумал про себя Дин, а вслух продолжил обрабатывать старика. – Я летал меж звезд, потом плыл на корабле в виде дерева, потом плавал в банке, потом летел и угодил к тебе сюда на дно колодца. Думаешь это все случайно? – старик молчал, Дин продолжил, – большая рыба проглотила меня, я думал, что больше никогда не увижу света, но вот я здесь беседую с тобой, О, мудрейший.

– Твои речи правдивы? – удивился старик.

– Я могу поклясться на чем угодно, – с гордостью ответил Дин.

– Ладно, – махнул старик, – нужны мне твои клятвы, что я девица что ли? Идем, выберем тебе наряд, а то выглядишь ты не презентабельно.

Старик встал и направился к расщелине в пещере, Дин пошел за ним, кутаясь в рваную тряпку.

– Ага, выгляжу я не презентабельно, – ворчал себе под нос Дин, – на себя бы посмотрел.

– Я все слышу! – издали пропел старикашка.

– А он, такое ощущение не такой уж и старый этот, кто бы он ни был, – подумал про себя Дин.

Они шли какое-то время темными закоулками. Дин понял что это, скорее всего подземелье какого-то замка.

– На Аргоне не так много замков, – размышлял Дин, – возможно Раксо где-то рядом. Мы неплохо ладили на Хатсе, я могу воспользоваться этим. Хотя, он тот еще жук и не станет портить отношения с Боливаром и Золотым руно. Что ж возможно стоит тут задержатся прийти в себя и подумать получше, как быть дальше.

Старик тащился впереди, несмотря на его тщедушный вид, Дин отметил, что тот передвигается довольно шустро. Дин попытался осмотреть себя, за время заключения он сильно исхудал, кости торчали сквозь бледную кожу. Плечо ныло еще сильнее, он понял, что не помнит, как его повредил.

– Вот это поворот, – подумал про себя Дин.

Они дошли до маленькой незаметной двери, старик повернулся к нему и спросил:

– Ну что готов?


– Готов к чему? – не понял Дин.

– Увидеть свет! – едко рассмеялся старикашка, и настежь открыл дверь.

Яркий свет ослепил Дина, он закрыл глаза левой рукой и отшатнулся от двери. Сползая по стене, он понял, насколько отвык от мира.

– Нет предстать перед Раксо в таком виде не представляется возможным, – пронеслось у него в голове, – дракон и боится света, виданное ли дело.

– Чего расселся то, – старик подошел к нему и пнул ногой, – вставай, сдался ты мне дохлый такой! Вставай, и пойдем, – повторил он.

Дин встал на четвереньки и полез через порог. Он представлял собой жалкое зрелище: худой седой мужчина в лохмотьях с трясущейся головой, который даже не смеет взглянуть вверх. Челка закрывала его глаза от света, он смотрел в пол и только так мог передвигаться.

– Ну, так тоже ничего, – одобрительно крякнул старик и пошел неспешно по залу, что это огромное зальное помещение Дин сразу догадался.

Еще дракон учуял едва заметный запах Ягель, видимо она была тут много лет назад. Он устал и сел отдышаться, в конце зала виднелся трон. Старик постоял, ожидая пока Дин отдохнет, он неодобрительно покачал головой, разглядывая ребра дракона.

– Кто так тебя или вернее за что? – спросил без иронии старик.

– Видимо за дело, – усмехнулся Дин, у него было время поразмыслить над своим поведением.

Он понял, что с самого начала повел себе не должным образом.

– Надо было быть хитрее и сразу соглашаться быть Золотым драконом, а будет ли наездником Окран или кто-нибудь другой – это было не столь важно. Андромедианцы пообещали тебе золотые горы и где они? Никто не побеспокоился о старине Дине, – так размышлял дракон, пока был обездвижен.

– Это твое личное дело, можешь не рассказывать. Не очень-то интересно, – ответил старик.

Дин понял, что тому жутко интересно, но виду он не покажет. Они прошли на другую сторону зала. В зале было множество дверей, как их не заметила Ягель с мальчиками не понятно, возможно зал являл ту дверь, в которой нуждались. Старик, видимо, знал все двери, он аккуратно открыл нужную и они вошли. Глаза Дина уже начали привыкать, к тому же на самом деле и в зале и в помещении, куда они вошли, царил полумрак, это с непривычки ему показалось много света.

Помещение было чем-то вроде гардеробной комнаты, по стенам стояли огромные шкафы с одеждой. Старик стал вытаскивать все подряд и кидать Дину.

– Выбери себе, что удобнее, – предложил он.

Дин сидел, не шелохнувшись с удивлением глядя на старика.

– Почему, если ты знал, что тут есть одежда, не пришел сюда раньше и не оделся? – удивился Дин.

Старик недоуменно посмотрел на него:

– Зачем? Я же одет, мне не надо ходить на приемы и прочие мероприятия. Мне этого достаточно, – он указал на свои лохмотья.

– Что это за место? Где мы? – продолжал задавать вопросы Дин, он встал наконец-то на ноги и стал копаться в том барахле, что достал ему старик.

– Это тронный зал. Раньше это было главное крыло дворца, но потом началась война, и его забросили. Я думал, что молодой царь вернет ему былую славу, но он предпочел заколотить все входы и выходы и никто сюда не приходит. Один единственный раз дети шалили, что-то бросили в колодец. Маленькие безобразники, мне понадобилось много лет, чтобы достать это, – лукаво ответил старик.

– То есть ты не случайно меня нашел? – удивился Дин.

– Моя задача следить за колодцем, чтоб он был чистым, в целости и сохранности, пока царь Аргона не пришлет мне замену, я не могу покинуть пост. Я бы мог устроить этим маленьким бандитам сильную взбучку, но сам понимаешь, двое из них сами вскоре могут стать царями, поэтому не было смысла портить отношения с малых лет.

– А девчонка? С ними была девчонка? – уточнил Дин.

– Ты про эту юркую хитрую ящерку? – переспросил старик, улыбаясь, – это она так тебя припечатала: в банку посадила и в колодец кинула.

– Да, она, – кивнул Дин, – с другой стороны, – поразмыслив, сказал он, – молодец девчонка, я б также поступил!

– Мы учим подрастающее поколение своим примером. Наши слова не имеют силы, ни слова, ни указания, только личный пример, – объяснил ему старик, – значит, подопечная превзошла своего учителя, – констатировал он.

– Да уж научил на свою голову, – усмехнулся Дин, – кто бы мог подумать, я сотворил безжалостную Ягель, вот удивятся парни, когда встретят ее!

– Да вроде так ее называли мальчишки. Они забавные, видна порода. Один даже сочинил стих, – старик вспомнил песенку и запел:

Ты дракон – и я дракон,
Оба мы драконы!
Нам все на свете нипочем,
Мы со всем знакомы.
Знаем мы все наперед,
Все про всех мы знаем!
Хитрый ящер тут не в счет,
Она слишком крутая!

– Вау, – удивился Дин, – понятно кто ящер, но про драконов не очень, – сказал он старику.

– Ой, ли? Непонятно ему, – засмеялся старик, – как обрюхатить чужую жену ему понятно, а как выводы сделать, не понятно, – ты это лучше, пока царю Аргона на глаза не попадайся!

Дин поморщился, вспоминая, да возможно, на Хатсе он использовал драконью магию и соблазнил мисс, но кто мог подумать, что она будет женой Раксо.

– Это все меняет, – сокрушенно подумал он и спросил у старика, – и сильно он похож на меня?

– Я его не разглядывал особо, – отмахнулся старик, – Раксо темный, он тоже темный, только глаза голубые, если бы не встретил тебя, не подумал бы.

– Как думаешь, а Раксо в курсе? – с надеждой спросил Дин.

Старик уставился на Дина в недоумении.

– Он тебя видел? Видел же? – Дин кивнул, – ну и что ты спрашиваешь? Значит в курсе. Не переживай у них еще две девочки родились и есть младший сын, который на самом деле старший. Он-то и будет следующим царем Аргона, а твоего они спровадят подальше, вместе с твоей ученицей, так что не волнуйся, не пропадет, – засмеялся старик.

– Вот это-то меня и пугает, – задумчиво ответил Дин.

– Поздно, дорогуша, надо было сразу думать, когда соблазнял девушку друга, – укоризненно ответил старик.

– Да они тогда не были вместе, так симпатизировали друг другу, тем более я не думал, что они поженятся. Так воспользовался представившимся моментом и все. Лучше бы у Ники был от меня ребенок, – добавил он.

– Ребенок не приходит случайно! – важно продекламировал старик. – Он приходит именно в нужный момент, в тот род, в который должен прийти для предстоящего опыта!

Дин бросил в него выбранный им костюм.

– На, надень лучше, философ, а то я буду в новом, а ты в обносках. Мне неудобно будет. Таких обносков, как на тебе здесь больше нет, – попросил он.

Старик придирчиво оглядел костюм, он был похож на мантию звездочета.

– Как ты узнал, что это мое? – удивился он.

– По запаху, как же еще, – ответил дракон.

– Хм, – старик придирчиво осмотрел мантию, – в этом неудобно будет шляться по подземельям.

– Может, хватит уже подземелий? Поживем здесь, пока я не приду в себя. Потом пойдем к Раксо на поклон или ты собираешься жить здесь один вечно? – предложил Дин.

– Шляться?! – с негодование вскричал возмущенный старик. – Так ты называешь мои старания? Мои труды? Заешь, сколько времени я провел в поисках этой злосчастной банки? Сколько нырял и искал тебя?

– Не знаю, но спасибо тебе большое, – примирительно ответил Дин, – я тебе весьма благодарен за труды и прошу меня простить за мои слова. И впредь не суди строго, я долго был в заточении и стал немного того, к тому же я уже не совсем я, так что вот, – закончил свою пламенную речь Дин.

– Оно и понятно, – сквозь зубы процедил стрик, – ладно, посмотрим на твое поведение, но этот балахон я не буду надевать, – капризно заявил он, – он мне и раньше не нравился и сейчас, я выберу себе что-нибудь более удобное.

Он открыл дальний шкаф с одеждой прислуги, долго копался и примерял. Наконец, предстал перед Дином в образе стражника, на нем была солдатская походная форма и металлические латы сверху.

– Мы что собираемся воевать? – уточнил Дин.

– Мне она всегда нравилась, – пояснил старик, поправляя форму.

Дин только лоб на это поморщил и выбрал форму старшего офицерского состава, вместо металлических лат были кожаные. Он повертелся перед зеркалом и спросил:

– Можем что-нибудь поесть?

– Конечно, дорогуша, – улыбнулся старик, – тут есть кухня, и кое-что еще сохранилось. Когда я поднимаюсь сюда, я устраиваю себе поистине царский пир.

– Старик, а зубы все на месте, – подумал про себя Дин, – как так?

Они пошли в помещение для прислуги, там старик достал крупу и сушеное мясо, они сварили обед.

– Сейчас ночь и вряд ли кто-то заметит дым из трубы, а даже если и заметят, то подумают что призраки бродят. Поэтому-то я и живу в подземелье, там можно спокойно разжечь костер, – пояснил старик Дину.

Дин впервые за многие годы поел. Драконы, как известно, могут долго обходиться без еды и питья, но всему есть пределы. Он ел бы и ел, но старик вовремя его остановил.

– Тебе нельзя много есть сразу, плохо станет, – сказал старик, отодвигая от Дина чан с едой, – возьмем с собой после еще поешь, – Дин надулся.

– Что и чаю не попьем? – придирчиво спросил он

– Чаю? – удивился старик, – тут есть вино, но оно крепкое тебе тем более нельзя. Что есть чай?

– Ну, чай с булками, – Дин встал и начал рыскать по полкам.

После не продолжительных поисков он нашел какую-то траву. Он понюхал, трава имела странный запах, он что-то ему напоминал, но Дин не помнил что.

– Что это? – спросил он, у старика протягивая ему мешочек с травой.

Старик тоже понюхал, повертел в руках, и пожал плечами.

– Трава, хочешь, пей ее, но я не хочу, – ответил он Дину.

Дину было все равно, в шкафу он нашел еще что-то отдаленно напоминающее рахат-лукум. Он быстро заварил чай и спустя полчаса довольный уплетал сладкое, запивая отваром. Отвар получимся крепким и немного с горчинкой, но сладости уравновешивали его, Дин выпил пару чашек.

– Все достаточно, – остановил его старик, – пойдем спать, сегодня останемся здесь, ты все равно не дойдешь далеко. Отдохни, поспишь, придешь в себя. Завтра все решим.

Старик отвел Дина в коморку для кухонной прислуги, в ней было пару лежанок, там они и устроились на ночлег. Дракон лег и почти сразу его склонило в сон, у Дина было еще уйма вопросов к новому знакомому, но веки уже не слушались его и закрывались, сознание затуманилось и он поддался сну.

Старик же напротив и не собирался спать он сел у изголовья кровати Дина и стал смотреть. Словно в кинофильме ему показывались воспоминания дракона, он доставал то одно, то другое. Старик совсем не знал Дина и не мог выявить особо важные воспоминания, опираясь на то, что оно должно быть связано с Ягель, старик увидел Золотое руно и то, как Анна разглядывает фигурку дракона, потом он увидел Лизу читающую заклинание, докрутив до момента, как дракон убивает Ягель, старик задумался.

Дракон выпил старое одурманивающие зелье, его правители Аргона подсыпали в еду или питье гостей, чтобы узнать их планы. Обычно оно не подводило, но с тем рыжим, что прилетел с ливандийцами, подвело. Оно показало, что он хочет стать наездником Золотого дракона, ни о каком захвате Аргона и речи не шло. Уже после мудрец понял, что не правильно трактовал воспоминания Дэвида, так представился незнакомец, он показал ему не планы, а мечты. У дракона же не было мечты, было странное прошлое, которое привело его сюда, а будущее было словно белый лист.

– Видимо, когда, он ночью контролировал сознание ящерки, он соединялся с ней в общее сознание и перенял часть ее качеств, также как она переняла часть его. Она стала безжалостной и решительной, а каким стал он? – размышлял старик. – Это-то мы и узнаем, – он успокоился и тоже улегся спать.

В новом главном корпусе с утра царю доложили, что из трубы над старым крылом шел ночью дым. Раксо внимательно выслушал и велел не афишировать эту информацию, в случае если у кого-нибудь возникнут вопросы сказать, что это призраки. Царь Аргона давно откладывал посещение этого уголка дворца, когда главный архитектор предложил не восстанавливать это крыло, а построить новое, он с радостью согласился. Воспоминания о родителях сильно тяготили его. К тому же он прекрасно понимал, какая ответственность ляжет на него по охране колодца.

Жив ли мудрец или нет, Раксо было все равно. Ему было проще заколотить все входы и выходы, чем копаться в прошлом и разбираться, что было сказкой, а что правдой. К тому все их ухищрения провалились перед человеческим существом. Поэтому до сегодняшнего дня он спал спокойно, хотя и догадывался, что колодец со временем даст о себе знать. И вот время пришло. Он надеялся поручить эту ношу старшему сыну, но тот вместе с младшим и Ягель в данный момент улетел на Альтаир.

– Эх, как было бы хорошо, – сокрушался Раксо, – старший Тони, был бы хранителем колодца, – он его специально назвал, также как звали бывшего хранителя, чтобы ни у кого не было сомнения, что именно он и станет тем, кто примет эту ношу.

Что это не его ребенок мисс предупредила сразу, о том, чтобы избавится от него, не могло быть и речи. Как это было не обидно для Раксо, но драконами никто не разбрасывается в Галактике, поэтому он растил его как родного сына, конечно, с оглядкой на то, что тот никогда не получит трон Аргона.

Раксо с облегчением узнал, что Дин повержен и с радостью приютил Ягель у себя. История с банкой немного выбила его из привычной колеи, но он предпочел оставить все как есть. Тони был его козырем против Дина, тот был ему обязан, так считал Раксо. После стольких лет дракон смог выбраться из банки и устроил пирушку в старом крыле, в этом царь уже не сомневался, но вот кто ему в этом помог?

– Неужели старина Тони все еще жив? – размышлял Раксо.

Он приказал позвать к нему мисс, та всю ночь провела в детской, у девочек резались зубы, хоть они и были погодками, все у них начиналось одновременно. Они назвали старшую Анной, так Ягель предложила, а младшую Дженни, так захотел Тони. Девочки были обе похожи на мать и внешностью и характером, что очень радовало их отца, так как взрывного характера младшего сына ему вполне хватало. Что до старшего, тот был копия своего отца: хитрый и пронырливый, мог понравиться любому.

– Хорошо, что Ягель не помнит Дина, иначе она сразу бы догадалась, – так они рассуждали с женой.

Они и не догадывались, что все свое сознательное детство Ягель во сне общалась с Дином и прекрасно знала, кто он такой и что из себя представляет. При виде Тони она промолчала и виду не подала, но сразу поняла, что дракону нельзя увидеть мальчика, иначе он захватит и его сознание тоже. Этого допустить она не могла, поэтому быстро поквиталась с ним с помощью его же собственного сына.

– Сам виноват! – потом рассуждала Ягель, – он видел много моих воспоминаний с Аргона, там был Тони, а он даже внимания не обратил. Поделом ему! Только секреты ему подавай и тайны царя, а самый главный секрет он не углядел.

Посовещавшись с мисс Раксо решил, пока не вмешиваться. Жена сказала:

– Милый, дракон столько лет пробыл в заточении, ему понадобится много времени прийти в себя. К тому же судя по всему, хранитель колодца все еще жив, поэтому он под надежным присмотром.

– Да, ты права любимая, у Тони мышь не проскочит. Дин еще не представляет, с кем связался. Окран – идиот, все то время, что он владел Аргоном, в его руках было сущее сокровище, а он носился с этими ливандийцам.

– Расскажешь мне, что это за колодец? – попросила его жена.

– О, милая, многие знания – многие печали, давай как-нибудь в другой раз. Отдохни пока, ты не спала всю ночь, я побуду с девочками, – она согласно кивнула и они разошлись.

Дин проснулся раньше старика. Он открыл глаза и огляделся, день уже шел к закату, стало темнеть. Старик тихонько сопел на своем ложе, Дин не стал его будить, он лежал на спине и смотрел в потолок. В голове он прокручивал воспоминания Ягель от Аргона.

– Как я сразу не понял? – удивлялся он себе, – был триггер то, что поторопило ее, избавится от него. Иначе, она бы снова подчинилась ему.

Он смотрел и смотрел, замедляясь, каждый раз, когда в воспоминаниях появлялись мальчики. Вот Ягель прилетела на Аргон. ИД ведет ее по трапу, он привез ее на капсуле, один. Их встречают Раксо и Мисс. Вот они ужинают во дворце. ИД косится на старшего сына Раксо, он старается делать невозмутимый вид, но в глазах у него светятся искорки. Раксо предлагает ИДу остаться на ночлег, но тот отказывается, ссылаясь на занятость. Они стоят и разговаривают, мальчики крутятся возле них. ИД отчего-то треплет старшего по голове и говорит, что у того глаза матери. Раксо смотрит на него и хмурит брови. Они прощаются.

Дин замедляет воспоминание и смотрит на мальчика, у него действительно синие глаза матери, но волосы темные, как и брови, нос с горбинкой, широкие плечи, он очень худой и подвижный, все время вертится, как на шарнирах. Вот через несколько дней Ягель играет с ним, иногда она украдкой глядит на мальчика, но опомнившись, отворачивается и старается больше контактировать с младшим, который точная копия Раксо.

– Вот оно что! – догадывается Дин, – она сразу все поняла и решила это утаить от меня, она знала, что я быстро догадаюсь. Поэтому так торопилась избавиться от меня. У нее бы духу не хватило сделать это для себя, уж я-то ее знаю, но сделать что-то во благо другому, в этом вся Ягель! Ха, а я-то, подумал, что она, наконец-то, стала хитрой и жестокой – это не про Ягель, – Дин улыбнулся.

Наконец-то старик проснулся и они позавтракали тем, что вчера осталось от ужина.

– Так что будем теперь делать? – спросил, наевшись Дин.

– Сначала тебе надо очиститься, – строго сказал старик.

– От скверны? – не понял Дин.

– Помыться тебе надо, дуралей! – засмеялся старый.

– Хорошо, а то я, было, подумал, что ты хочешь изгонять из меня дьявола, – вздохнул с облегчением Дин.

– Да кому ты нужен со своими дьяволами, – усмехнулся Тони.

Конечно, полное имя мудреца было внушительным и длинным, но так как он контактировал в былые времена только с царской семьей, а они ласково называли его Тони, все давно позабыли, что оно из себя представляет.

Они пошли в царские купальни. Там стоял огромный бассейн с водой, конечно, она не была прозрачной, но по сравнению с Дином – это был просто чистейший источник. Дин очень любил плавать, он занырнул туда с таким удовольствием, что и старик глядя на него решил тоже принять ванну. Он, конечно, не полез в бассейн Дина, а поплескался рядышком в купели царицы.

Дракона так обрадовала вода, он увлекся купанием, нырянием и прочим плаванием, иначе, он бы заметил, что тело старика было вполне себе крепким и здоровым. Дин терял хватку, что поделать. После водных процедур, которые они ел-еле закончили только после того, как старик пригрозил спустить всю воду из бассейна.

– Хватит уже, у тебя перепонки на лапах вырастут, будешь так долго вводе сидеть, – ругался он на Дина.

Дракон нехотя выполз из воды. Его было не узнать, чистый он больше походил на обычного гуманоида.

– Ты не этот ли не землянин, часом? – спросил у него старик, – больно похож на Дэвида, тело такое же тщедушное и щуплое.

– Сам ты щуплое, – возмутился Дин, – я отъемся.

Потом они пошли в цирюльню, где старик подстриг его трясущимися руками.

– Ты, поосторожнее, – ругался на него Дин, – ровнее стриги!

– Подумаешь криво, – оправдывался старик, – и так сойдет у тебя волосы курчавые и не заметно будет. Кому ты тут нужен, смотреть на тебя?

– Мало ли кому, – возмущался Дин, он попытался подровнять то, что сотворил старик, но потом плюнул на это дело, сбрил бороду и усы и стал, наконец, похож на человека.

– Что ты мне тут затираешь? – в свою очередь ругался старик, – я, что человека не отличу от любого другого существа в Галактике?

– А то ты много человеков видел на своем веку? – парировал в ответ Дин.

– Не много, одного, но его вполне достаточно было, – ответил старик грустно.

– Так ты сказал, что я дракон, а теперь, что я человек, так кто же я? – уточнил Дин.

– Ты и то и другое, очень опасная смесь, – ответил старик, – все нам надо собираться загостились мы здесь, пора и честь знать. Возьмем все необходимое и спустимся в подземелье, – командовал старик.

Дин подчинился и стал помогать старику, собирать вещи, еду. Когда все уже было собрано, старик решил еще пойти в библиотеку и взять Дину почитать что-нибудь для развития. Там он пропал на несколько часов, Дин уже начал беспокоиться, но вот, наконец, они все взяли и двинулись обратно вниз. Дин с сожалением оставлял дворец. Все-таки тут было чисто и сухо, в отличие от подземелий.

– Надо быть ближе к колодцу, нечего расхолаживаться, – так объяснил свое решение старик, когда Дин предложил спускаться вниз только, чтобы приготовить еду. – Быть ближе к колодцу, значит впитывать больше знаний от него, – важно сказал старик.

– То-то я смотрю, ты много знаний впитал, аж трещишь по швам от этих знаний, – бубнил Дин, пока они спускались вниз.

– Я впитал столько, сколько мне положено, теперь твой черед, дракон, – ответил старик, – ты думаешь, для чего он держит твоего сына здесь? От чего не избавился от него?

– Чтобы я не сжег его дворец вместе с ним, – усмехнулся Дин.

– Ну и для этого тоже, но он будет моим приемником. По традиции старший сын монарха занимает эту должность, – глухо сказал старик.

– То есть ты хочешь сказать, что ты старший брат Раксо и моего сына ожидает такая участь? – удивленно спросил Дин.

– Вот, именно, – кивнул в темноте Тони, – я был очень неопытен и только вступил в должность, поэтому не сумел, – он замялся, – в общем, не сумел распознать угрозу в Дэвиде, поэтому то, что случилось с Аргоном моя вина. Прежний хранитель колодца рано покинул этот мир, сложно сказать, что способствовало этому, но все случилось, как случилось.

– Мой сын будет сидеть в этих подземельях, ну уж не бывать этому! – ругался Дин, – я не допущу такого. Знаешь, я вполне догадываюсь, кто способствовал ранней смерти твоего наставника, что-то подсказывает это те же, кто отправил Дэвида сюда и те, кто обещал мне шкуру Золотого дракона. Ну, уж я вам задам! – Дин настроен был весьма критично. – Скажи мне, а кто еще может быть хранителем этого сокровища? – уточнил он у старика.

– Странно, что ты спросил об этом именно сейчас, но раньше это была прерогатива мудрецов Аргона. Потом правители планеты решили, что слишком много чести им и забрали этот титул себе, и вскоре все началось. По идеи колодец дает тебе необходимые знания, так говорится в древней легенде, но сам понимаешь, каждый приспособлен только к кому-то определенному виду знаний и видит то, что ему близко. У тебя большой кругозор, гораздо шире моего, надеюсь, он даст тебе все ответы.

– Ответы? То есть вы сидите здесь и получаете ответы на свои вопросы? – удивился Дин.

– Ну, да, именно так, – согласился с ним Тони.

– Не хочу тебя расстраивать, дорогуша, – сказал Дин, передразнивая старика, – но ламы Хатса, так и ищут свои ответы на все вопросы, они садятся в пещеру в одиночестве и получают ответы. Любой землянин знает, что можно пожить где-нибудь в тиши и одиночестве, как многое в жизни прояснится, – насмешливо сказал Дин, – ваши мудрецы попросту дурачили вас!

– Не может этого быть! – с сомнением ответил Тони. – Одиночество попросту свело бы меня с ума, если бы это было так!

– Это так! – зло, улыбаясь, ответил дракон. – Это точно так, как и то, что Ягель не стала злой и хитрой, как я предположил в самом начале, она спасала моего сына от меня же.

– Вот видишь, колодец действует! – радостно ответил Тони. – Ты побыл вблизи него, всего ничего, а уже понял истинные мотивы другого существа.

– Так-то это моя привычка понимать истинные мотивы другого существа, – язвительно ответил дракон.

– Хорошо, пусть ты прав, но ответь мне на мой вопрос: почему я еще в уме? – не соглашался с ним Тони.

– Кто сказал, что ты в уме? – удивился Дин, – ты изображаешь из себя дрожащего старикашку, но все твои зубы на месте. Я так понимаю, что ты не на много и старше своего брата, а весь седой и косматый, как древний старик.

– Я крашусь, – тихо шепнул Тони Дину.

– Что? – не понял тот.

– Для солидности, когда меня назначили, я был слишком молод и поэтому решил добавить себе внушительности, одеваясь в старческие балахоны и выкрасив волосы в седой цвет, – скромно улыбаясь, ответил Тони.

– Внушительности? – не понял Дин, – а что твои родители тебе на это сказали?

– Они не имели ничего против, считали, что это подбодрит меня. Ведь прежний мудрец очень скоропостижно скончался и ничему не успел меня научить. Они считали, что я постигну истину самостоятельно, находясь поближе к колодцу, – пояснил Тони.

– Совсем ничему не научил? – уточнил Дин.

– Ну, так самую малость, но это не связано с колодцем, – отмахнулся Тони.

– Знаешь, я думаю, он научил тебя всему что знал, уж поверь моему опыту. Знавал я многих мудрецов, так что нечего нам тут сидеть. Конечно, если хочешь, я побуду с тобой, пока прихожу в себя, и ты собираешься с духом, но пришло время, тебе выйти на поверхность. Как тебе тогда относился младший брат?

– Раксо? Он был так юн и не очень представлял, что происходит. Я беспокоился о нем, когда все началось, но министры успели его спасти и спрятать, так что я остался здесь охранять колодец.

– Да уж, – протянул Дин, – ладно у нас был насыщенный день, пора поспать, – сказал он, зевая, – завтра подумаем.

Они устроились недалеко от того места, где Дин пришел в себя. Дин разжег костер из заготовленных Тони дров, и улегся спать. Тони же долго сидел у костра и смотрел на мерцающие языки пламени. После он пошел вглубь пещеры покопался в своем барахле, нашел ножницы, там же валялись и коробочки с порошком для окраски волос в седой цвет. Он бросил их в догорающий костер, пламя напоследок взметнулось и превратилось в дымку. Глядя в осколок зеркала, старший брат Раксо срезал свои длинные седые волосы. Бороду он сбрил, оставив, только усы и небольшую бородку.

Наутро, когда Дин проснулся, он не узнал Тони. Вместо седого старика перед ним крепко спал зрелый мужчина, возможно излишняя худоба списывала ему пару десятков лет, но в целом теперь он выглядел на свой возраст. Дин усмехнулся, вырвал из книжки лист, нарвал маленьких полосок и заклеил порезы, которые остались от лезвия на лице нового знакомого. Тони проснулся и оттолкнул руку Дина.

– Это, что еще за новости? – возмутился он.

– Так принято, – успокоил его Дин, – как тебя теперь называть? Или ты предпочитаешь по длинному: старший брат царя Раксо правителя Аргона.

– Нет, так точно не надо, – ответил Тони, – меня зовут Тони, для тебя этого вполне достаточно.

– Хорошо, как скажешь, ну что Тони, настало время посетить твоего братца? – предложил Дин.

– Да, пожалуй, – согласился тот.

Они прошли во дворец той же дорогой, которой и Ягель когда-то с мальчиками. Несмотря на то, что Раксо велел хорошенько заколотить проход, все было сделано спустя рукава, как обычно и Дину ничего не стоило выбить доски, которыми заколотили дверь. Не понятно, по какой причине плотник пожалел гвоздей или попросту поленился, но к вечеру новые знакомые были уже на пороге дворца.

– Как вас представить? – спросила стража.

– Дракон Дин собственный персоной вместе со своим новым приятелем, – так ответил Дин, Тони промолчал.

Их провели в личные покои царя, где уже ждал Раксо.

– О, я смотрю у нас не официальный прием, – начал Дин, – что ж и на том спасибо, что не пришлось, жечь стражу.

– Ну, к чему условности, – мягко ответил Раксо, он с трудом отвел взгляд от Тони и спросил Дина, – как твои дела? К сожалению, Ягель пока нет, она с мальчиками учиться на Альтаире, но если желаешь, я могу ее вызвать.

Дин стоял у камина и разглядывал их общий семейный портрет.

– Давно рисовали? – спросил он Раксо.

– Кхм, – замялся тот, – в прошлом году.

– Мой-то, хорош! – улыбаясь, сказал Дин. – Уже выше тебя? Тут не понятно, ты сидишь, – пояснил он.

– Не выше, но скоро перерастет, – откашливаясь, ответил царь Аргона.

– А я как ты видишь не с пустыми руками, – сказал он, показывая на Тони, – вот тебе на замену моему сыну, твой старший брат.

Тони стоял до этого с опушенной головой, после слов Дина он посмотрел в глаза Раксо.

– Дин, я бы хотел переговорить с братом с глазу на глаз, – сказал Раксо.

– А я что мешаю? – удивился Дин, – я тут в сторонке посижу, – если вы не против, – сказал он, усаживаясь в любимое кресло Раксо.

– Мы не против, – ответил на это Тони, он был сильно взволнован и присутствие дракона успокаивало его.

– Что ж, раз так, – начал Раксо, – я не искал тебя, было много дел. Потом я решил, что если бы ты был жив, то сам пришел бы ко мне. Потом родились мальчики. Знаешь, они такие непоседы и было столько дел с Аргоном. Я думал, ты давно умер. Я почти и не помнил тебя.

– Зачем помнить старшего брата? Того кто виновен во всем случившемся. Умер и хорошо, – тихо произнес Тони.

– Я не считаю, что ты виновен, – возразил Раксо, – родители были не правы, так доверять колодцу и мудрецам. Ты был слишком молод, а Дэвид хитер, уж я-то знаю, на что тот способен. Они должны были сами взять ответственность на себя, а не перекладывать ее на твои плечи.

– Я был все это время здесь рядом. Ты не мог не знать этого, – возразил Тони.

– Я решил, что это твое желание оставаться тени. Что это тебя устраивает, – Раксо старался придать своему голосу уверенности, но это у него не сильно получалось.

– Бе-бе-бе, – раздалось из кресла, – препираетесь, как старые бабки. Мне надоело. Что делать будем? Как решим вопрос?

– Какой вопрос? – не понял Раксо.

– Да, какой? – повторил за ним Тони.

– Ты делай что хочешь. Если хочешь, забирай Тони, я назвал сына в твою честь, – пояснил Раксо Тони, – забирай Тони, если он захочет с тобой лететь, и отправляйся куда хочешь. Тони, я так понимаю, останется здесь?

– Думаю, Ягель там промыла ему мозги и никуда он со мной не полетит, – ответил Дин, – скажи мне, аргонец, кто еще знает, что я здесь. Ты извещал парней?

– Нет, мы же были друзьями, – примирительно произнес Раксо.

– А ты тот еще жук, – усмехнулся дракон, – и Ягель приютил и моего сына вырастил, не бросил и я уверен и с парнями в хороших отношениях. Как думаешь, ИД сказал им?

– Что Тони твой сын? Думаю, что нет. Он понравился ему, сам знаешь драконий шарм и все такое. Нет, думаю, ИД если и скажет, то только Стивену, а тому новый дракон никогда не будет лишним.

– Ты сказал мальчику кто его отец? – уточнил Дин.

– Пришлось, – вздохнул Раксо, – он стал обращаться и летать, извергать огонь и все в таком духе, плюс он же еще наполовину нихалец – это много водных практик. Пришлось отвозить его в пустыню, где он летал, сколько ему вздумается.

– Ягель знала?

– Да пришлось им сказать с младшим, иначе невозможно было скрыть его частые отлучки.

– Вот ты все-таки засранец, – выругался Дин, – вы знали, что я его отец и что Ягель утопила меня в колодце, тоже не могли не знать и не искали меня? Ничего не предпринимали?

– Ты удивлен? – усмехнулся Тони, подняв брови.

– Да, точно ты прав. Чему тут удивляться, – усмехнулся Дин, – что ж мы погостим у тебя немного, если вы не против. Кстати, может, представишь нас своей жене уже?

– Уже поздно, они спят. Девочки приболели. У меня еще две дочки, – пояснил Раксо. – Давайте все представления начнем, как и полагается утром? – предложил он.

– Что ж, давайте, – согласился дракон.

– Вот и славно, – обрадовался Раксо, потирая ладони, – вас проводят в ваши апартаменты.

– Да уж, пожалуйста, только в наши. Мы остановимся вдвоем, если ты не против, – ответил на это Дин.

– Как вам будет угодно, – согласился с ним царь.

Гостей отвели в апартаменты. Раксо вызвал супругу, которая, конечно же, не спала и ждала от него вестей. Выслушав все внимательно не перебивая, она помолчала, обдумывая все и, наконец, спросила мужа:

– Дин не хочет, чтобы ты беседовал с Тони наедине. Так ведь? – тот кивнул в ответ. – Значит, Дин узнал что-то от Тони или хочет узнать. Теперь нам надо понять, что это.

– Что-то про тайну Тони? Про колодец знаний? – уточнил Раксо.

– Дорогой, а я тебе говорила, то стоило сразу заняться им. Теперь что делать с твоим братом?

Раксо задумался, мисс была права, Тони был явно обижен на него. Что-то, а волнения на Аргоне сейчас были никому не нужны. Только все наладилось. Конечно, Дин не причинит им вреда, ведь они так заботились о его сыне, а с другой стороны они знали, что он заточен у них под боком и не помогли, как и Тони старшему.

– Да хороший из меня царь получается – не помог брату, – сказал Раксо вслух.

– Брат, тоже не помог тебе, в свое время. Вы квиты, – успокоила его мисс. – Главное, что теперь они собираются делать?

– Думаю, пока они отдохнут и придут в себя. Потом дракон улетит на то он и дракон, а Тони останется здесь. Отремонтируем уже наконец-то старое крыло, пусть снова займет место мудреца при дворе. Дину отдадим Тони младшего, вот и все, – предложил Раксо.

– Что ж, это мудрое решение, – согласилась мисс, и они отправились спать.

Ночью Тони прокрался в свои детские покои, теперь они принадлежали мальчикам. Так как они были в отъезде, Тони провел там ночь. Дин слышал, как он уходил, но не стал останавливать.

– Видимо, на аргонца нахлынули воспоминания, – так подумал Дин, дракон хорошо знал по себе, что воспоминания приходят волна за волной. Важно за ними строго следить, а то они могут смыть все, включая и источник воспоминаний. – Кто я такой, чтобы мешать этому? – усмехнулся дракон.

Наутро все они вместе позавтракали. Девочки тоже присутствовали, им представили дядю Тони, к их великому удовольствию дядя оказался большим любителем сказок и различных историй. Целый день развлекал и играл с ними. Что до мисс и Дина, они скупо поздоровались и больше не общались. Раксо немного поболтал со старым приятелем, они вспоминали Хатс и былые приключения. Новостей особо никаких Раксо не знал и за парнями не следил. Последний раз он видел ИДа, когда тот прилетал отвезти Ягель с мальчиками на Альтаир, они хорошо и быстро долетели, больше аргонец не связывался ни с Боливаром, ни с Золотым руно.

– Я заберу Тони с собой – сказал ему вечером Дин.

– Он же твой сын, конечно, – согласился Раксо.

– Ты не понял, царь, – усмехнулся дракон, – я заберу Тони, твоего старшего брата. Посмотри, какой он потерянный здесь.

– Что ты? – удивился Раксо. – Он весь день играет с девочками, ему все нравится!

– Да играет, – согласился Дин, – а про себя думает, что у него могли бы быть свои дети. И он бы мог править планетой.

Раксо с сомнением посмотрел на дракона.

– Ты уверен, дружище?

– Я тебе не друг. Я никому не друг, но я в этом уверен, – он тебе здесь принесет только смуту и раздрай. Отпусти его со мной, – попросил Дин.

– Зачем он тебе? – удивился Раксо.

– Понятия не имею, – честно ответил Дин, – если я все же решу забрать сына, то он мне поможет с ним. Хотя бы я произведу хорошее впечатление на его фоне. Ну не такое отталкивающее, – засмеялся Дин.

– О, что ты, Тони младший будет очень рад, познакомится с тобой. Да и Ягель тоже, я думаю, ничего не будет иметь против тебя. Она уже стала совсем взрослая, твоя ящерка, так что вы поладите. У них скоро все закончится и им нужна практика. Младшего, я все-таки заберу на Аргон, кто-то должен стать царем после меня, а их ты можешь взять в свою команду. Тебе нужна команда Дин, нельзя быть все время одному. Если бы у тебя была команда, то ты бы не угодил в такую историю, – посоветовал ему Раксо.

– Ты же помнишь, как я не люблю непрошенных советов, – возмутился Дин.

– С какой стати мне это помнить? – усмехнулся Раксо в ответ. – Ты мне кто, чтобы я все помнил о тебе?

– Не знаю Раксо, кто я тебе? – уточнил Дин.

– Раз уж ты спросил, то скажу, знаешь я очень воспитанный аргонец, но ты должен понять, – с этими словами Раксо влепил Дину пощечину, – это тебе за жену!

Дин потер щеку, ему стало смешно.

– Ты должен благодарить, что мы породнились и у тебя в семье есть личный дракон! – ответил он.

– Хорошо, вот тебе моя благодарность. Малыш, помнишь его? – Дин кивнул, – водит аргонский корабль. Он уже совсем заскучал там, на орбите, можете его забрать, но если случится что-нибудь с Аргоном вы у меня на службе! Возьмешь Тони и старшего с Ягель на Альтаире, вот тебе и команда. Младший пусть остается, пока там, ему еще год доучится.

– Хорошая команда: Малыш, который давно не Малыш. Тони, который не был никогда в космосе и двое подростков, – возмутился Дин.

– Бери, что есть, – усмехнулся Раксо, – так и быть ИДу я скажу, что Малыш взял их к себе, а то, что Ягель делать с этими стариками на Золотом руно?

– Слушать поучения Штурмана, уроки Анны и то, что, по мнению Стива, она поставила чашку снова не на место, – засмеялся Дин.

– Да, именно, так она все и описывала, – кивнул ему Раксо.

– А что с Боливаром? – уточнил Дин.

– Не знаю, я же знал, что ты объявишься и спросишь, поэтому специально просил ИДа ничего мне не рассказывать, а он и не настаивал, – усмехнулся Раксо.

– Дважды жук! – констатировал Дин.

Мисс очень обрадовались, узнав, что и Тони улетает с Дином. Малыш тоже был рад, услышать о старом знакомом. Только девочки загрустили, узнав, что дядя Тони улетает, но тот обещал, что будет записывать им истории и посылать по связи. Дракону не составило труда увлечь Тони космосом, так что все расстались на позитивной ноте.

– Почему Дин не воспользовался колодцем знаний? – спросила удивленно мисс у Раксо, когда все улетели.

– Он пробыл в нем долгие годы. Он теперь сам колодец знаний. Мой брат кружил около него, а этот был погружен в него, как думаешь, кто из них теперь мудрей? – ответил Раксо жене.

– Ты уверен, что колодец настоящий, а не просто лужа с водой? – уточнила мисс.

– По-твоему, почему мы живем на этой планете? – строго спросил Раксо.

– Неужели все из-за колодца? – удивились мисс, – но откуда вы прилетели сюда?

– Многие знания – многие печали, дорогая, – закончил разговор царь Аргона.

Мисс была мудрая женщина и не стала настаивать, подумаешь, прилетели с другой планеты. С кем не бывает.

### Глава 6. Встреча

Малыш радостно встретил Дина, он уже заскучал один, совсем один. Годы изменили его, он стал не таким разговорчивым, как был раньше. Дин с командой отправились на Альтаир. Тони было все в новинку.

– Ну как тебе тут дружище? – спросил его Дин.

– Все лучше, чем в подземельях сидеть, – ответил мудрец, и они отбыли с орбиты Аргона.

– Как называется корабль? – спросил Дин Малыша.

– Я не придумывал. Раксо предлагал, но мне все было не до этого. Как бы ты его назвал? – спросил он Дина.

– Не знаю, – протяжно ответил дракон, – может быть, назовем Месопотамия?

– Что это такое? – спросил Малыш.

– Это то место, где зародилось человечество, по крайней мере, люди так считали.

– Как-то длинно, – вмешался Тони. – У корабля должно быть короткое имя.

– Откуда тебе знать-то какое имя может быть у корабля? – удивился Дин, – хотя ладно, вот тебе короткое – Ники.

– Кто это Ники? – уточнил Малыш.

– Девушка, которой я морочил голову на Земле, когда жил там какое-то время.

– А Чарли был в курсе, что ты жил на Земле? – уточнил Малыш.

– Кто такой Чарли? – в свою очередь уточнил Тони.

– Так все хватит, что за разброд и шатание. Я думал, тебе понравится Месопотамия, – спросил Дин у Тони.

– С какой это стати, мне должна нравиться Месопотамия? – удивился тот.

– Я думал, вы оттуда прилетели, – уточнил Дин.

– Мы? Прилетели? – удивился Тони, – я же говорил, я первый раз в космосе.

– Понятно, – скуксился Дин, – ладно, значит так я капитан, так что как я решу, так и назовем! – строго сказал он.

– Так и как ты решишь? – не унимался Малыш.

– Детей заберем, пусть они решают, – махнул дракон.

Он велел Малышу показать владения, Тони остался на капитанском мостике. Он уселся в кресло штурмана, потом пересел в кресло капитана, там ему понравилось гораздо больше.

– Кто истинный правитель Аргона – я! – сказал он себе. – Кто владеет этим кораблем? Аргон! Значит кто капитан – я капитан!

Об этом он вскоре заявил вернувшимся. Дин хотел было возразить, но решил, что сейчас не лучшее время, чтобы выяснять отношения и согласился. Тони был очень доволен. Малыш был с ним согласен, он ведь служил аргонцам, при чем тут дракон, вообще?

Как известно, в случае каких-либо разногласий ответственность за произошедшее ложится на плечи капитана корабля, кому как не Дину было знать это. Хитрого дракона вполне устраивал такой поворот.

– Все правильно, – рассуждал дракон, устраиваясь в своей новой каюте, – Тони прав, корабль аргонский, принадлежит Аргону. Он старший брат царя Аргона. Они летят забирать старшего сына царя Аргона названного в честь дядюшки, – Дин усмехнулся себе в усы, – а что, я ничего. Случись что мое дело сторона!


Раксо известил альтаирцев, что за старшим сыном и ящеркой прилетит корабль. Учеба у молодых уже закончилась и они болтались без дела, мешая младшему учиться, что сказывалось на его успеваемости. Услышав, что отец отпускает их попутешествовать в космосе на корабле с Малышом и появившемся дядей, Тони очень обрадовался. Ягель поначалу тоже, что-то настораживало ее, но она не придала этому значение. Младший очень завидовал им, но они успокоили его, пообещав, что в следующем году он полетит вместе с ними, сразу, как только закончит учебу, так, по крайней мере, считала Ягель.

– Не обнадеживай его зря, – сказал ей после Тони.

– Почему? – удивилась она.

– Его судьба править Аргоном, ты же знала об этом, разве нет? – ответил юноша.

– Ой, ну до этого далеко, пока Раксо вполне сам справляется, – возразила Ягель.

– Он должен этому научиться, – попытался объяснить ей Тони.

– Хорошо, тогда пусть бы и учился раз такое дело. Зачем отправили его с нами? – кипятилась Ящерка.

За время учебы, почувствовав слабину и доброжелательность альтаирцев, она совсем распоясалась. Так бывает с детьми строгих родителей, пока взрослые их держат в жестких рамках, они стараются им соответствовать, но как только контроль спадает, их несет. Раксо, после случая с банкой, держал Ягель в ежовых рукавицах, чтобы она больше и не помышляла наведаться в старое крыло. Он следил за каждым ее шагом, нагружал учебой и прочими занятиями как мог. Мисс чуть смягчала это воздействие, но и она понимала, что ящерка, только появившись, уже наворотила дел на десятилетия вперед.

Вырвавшись из-под их опеки, она облегченно вздохнула. Альтаир был спокойной планетой. Погрузившись в учебу Ягель сразу поняла, что это дается ей легко, в отличие от того же Тони. Тот был часто рассеян, подолгу пропадал за городом, ссылаясь на то, что городской образ жизни ее угнетает. Ягель не дергала его, вместе с младшим они развлекались от души.

Пришло время прощаться, младший уже завел себе много новых друзей и на самом деле не очень-то переживал по поводу их отъезда. Поэтому он отвез их в Порт, попрощался на скорую руку и отправился в город. Впереди ждали друзья, вечеринки, учеба и много всего интересного, в отличие от старшего брата городская жизнь нравилась ему очень. Он много интересного почерпнул на Альтаире и хотел все это воплотить дома. У него были далеко идущие планы по модернизацию планеты, что до отлета старшего брата и ящерки, ему было не до них. Тем более, что брат и так постепенно отдалился своими долгими поездками за город, а Ягель мало интересовала приемника царя Аргона.

Малыш сообщил им номер выхода и Тони с Ягель радостно отправились в путь. Ягель, правда, повертела головой, ища младшего, но от него и след простыл.

– Шустрый у тебя братец, – сказала она Тони.

– А ты думала, он за тобой всю жизнь будет бегать? – усмехнулся в ответ тот.

– Мог бы и сделать вид, что ему не все равно, – нахмурившись, ответила ящерка.

– Ягель, я устал тебе объяснять – он будущий царь Аргона, неужели ты думаешь, что он будет бегать у тебя на побегушках всю жизнь?

– Мог бы, и побегать, – возразила она.

– Знаешь, сколько у него было девиц? Ты же видела некоторых из них? – задал Тони наводящие вопросы, – я хочу, чтоб ты поняла для себя раз и навсегда, чтобы ты там у себя в голове не придумывала, вам не быть вместе. Никогда! – последнее слово он произнес очень громко.

– Ладно, ладно, – пробурчала Ягель, – я поняла, идем уже, на нас смотрят.

Они нашли нужный выход, робот отвез их к кораблю на транспортной тележке для пассажиров. У альтаирцев все было сплошь автоматизировано. Малыш стоял у входа и махал им руками.

– Идемте же скорее. Не терпится вас познакомить. Как вы выросли, – болтал он без умолку.

Их багаж погрузили роботы, и им осталось только подняться по трапу. Малыш суетился и болтал, обнимая и тряся то одно, то другого. Ягель беспечно крутила головой.

– Таких, как известно жизнь ничему не учит, – подумал Дин, наблюдаю эту картину в мониторе.

Он заранее предупредил Малыша, что хочет сделать Ягель сюрприз, а Раксо не посчитал нужным вводить того в курс дела и не рассказал, что случилось с Ягель. Он просто сказал тому, что ящерицы так обнуляют годы жизни.

– Ну, взлетайте без меня, пойду, приведу себя в порядок, – сказал Дин Тони и ушел с капитанского мостика.

– Волнуется, – подумал Тони и кивнул.

Малыш закрыл шлюз и подготовил корабль к взлету. С вновь прибывшими, он поднялся на капитанский мостик.

– Что ж прошу любить и жаловать капитан Тони, – представил он им мудреца, – старший брат царя Аргона, а это Ягель, – ящерка поклонилась, – и твой племянник, названный в честь тебя, – пояснил зачем-то Малыш, которого тоже взволновала встреча. – Что ж давайте взлетать, капитан?

Они сухо поприветствовали друг друга, Тони приказал Малышу взлетать, гостей он попросил сесть в кресла экипажа и они покинули Альтаир. Покинув созвездие Орла и, прибыв в заданную и ранее обговоренную с Дином точку, Тони, сказал, что ему необходимо побеседовать с племянником с глазу на глаз и увел его в свою каюту. Ягель осталась на капитанском мостике.

– Надо обработать шасси от насекомых, – спохватился Малыш, – посиди тут пока, – попросил он Ягель, та кивнула.

Малыш ушел. Ягель сидела и с грустью размышляла, что те счастливые деньки на Аргоне, когда она командовала мальчишками, давно миновали. Сначала отвалился Тони, он стал много пропадать в пустыне, Ягель догадывалась почему, но старалось не думать о том, что новый друг, сын ее злейшего врага и мучителя. Потом и младший начал ее избегать. Это началось уже на Альтаире, но ящерка лелеяла мысль, что когда-нибудь они все вместе отправятся в путешествие и все будет, как прежде. Чьи-то тихие шаги прервали ее размышления. В этой новой жизни она ведь не слышала шагов Дина. Она медленно повернула голову. Перед ней стоял дракон собственной персоной. Ягель ущипнула себя за кисть, дракон не пропал, она ущипнула сильнее, она не просыпалась.

– Может мне попробовать? – участливо спросил ее Дин.

– Я не виновата, что ты превратился в маленькую фигурку. Это не моя вина, – забормотала Ягель, – я заботилась о тебе, а ты все это время использовал меня, подсылал следить за всеми. У меня не было выбора. Я не хотела следить за аргонским царем, он и его жена, добрые люди и хорошо заботились обо мне все это время, – выпалили она это все ему в лицо.

Ягель не знала, знает ли Дин о сыне, поэтому решила пока молчать о Тони.

– Ну, что ты, девочка, я не злюсь на тебя, – мягко сказал дракон, – за что мне злится? В самом-то деле. Разве за то, что ты поместила меня в банку с водой и бросила в колоде знаний, где я прозябал долгие годы? – вскричал он.

– Ты ничего мне не сделаешь. ИД все узнает и задаст тебе, – угрожающе сказала Ягель.

– Ты думала, что станешь этим мальчикам как родная сестра? – начал вкрадчиво Дин, который успел подслушать мысли Ягель, – только вот не задача, у них полно сестер, целых две. И один из них мой сын и ты знаешь об этом, а второй, судя по твоим переживаниям, уже забыл о твоем существовании. Все что его интересует, так это процветание Аргона, а не маленькая ящерка!

– Зачем я тебе? Отпусти меня, на Золотое руно, на Боливар, куда угодно! – взмолилась Ягель.

– Ты смотришь в самую суть, деточка. С тобой я могу получить и то и другое, – усмехнулся Дин, – я уже получил в свои руки благодаря тебе полную власть над царем Аргона. У меня есть все, что нужно: место, где живет его единственный сын. Спасибо, дорогуша.

– Что ты намерен делать? – уточнила Ягель, она поникла.

– Ой, посмотрите на нее, ребенок думала, что будет, как и прежде на Альтаире веселиться, а тут не весело, – засмеялся дракон, – пойдем, отведу тебя в твою каюту. Отдохнешь и подумаешь над своим поведением, деточка. Вырастил на свою голову!

Ягель понуро поплелась за ним, им никто не встретился, она пыталась задавать Дину вопросы, но тот молчал. В каюту Малыш уже притащил ее вещи. Дин пропустил ее вперед и запер за ней дверь.

– Вот это я влипла, – Ягель плюхнулась на кровать, – да она могла бы морочить голову даже Стивену с Эл, но с Дином ничего не выйдет.

Дин вернулся, Малыш уже был на капитанском мостике. Он сказал, что Ягель решила поспать, и велел ее не беспокоить.

– Ну, вот я так хотел поболтать с ней вдоволь, – удивился Малыш.

– Не переживай у тебя будет на это масса времени, – успокоил его Дин.

Он отправился в каюту к Тони, где бедный мудрец тянул время, как мог, развлекая условного племенника расспросами и разговорами об учебе, Альтаире и прочей чепухе. Дин вошел в каюту и молча кивнул Тони старшему на выход, тот с радостью поспешил ретироваться. Они посмотрели друг на друга.

Ты дракон – и я дракон,

Оба мы драконы!

Повторил Тони слова песенки, которую пел его брат, в тот самый момент, как он бросал своего отца в колодец. Он подошел и крепко обнял Дина. Дин обнял его в ответ, по щеке у него прокатилась скупая мужская слеза. Старший Тони отправился на капитанский мостик к Малышу.

– Капитан Тони, я что-то не знаю? Я по-другому себе представлял нашу встречу, – спросил его Малыш.

– Многие знания – многие печали Малыш, – торжественно ответил Тони, – все наладится, вот увидишь, а пока следуй заданному курсу. Ящерицу не тревожь, там Дин командует парадом. Нам надо придумать, как вы нас будите называть, а то два Тони на одном корабле это слишком, сам понимаешь.

– Каким парадом, капитан? Вы сказали, что Дин командует парадом? – Малыш смотрел во все глаза на капитана.

– А это такое выражение не переживай так, – успокоил тот его.

– Первый раз слышу, – возразил Малыш, – ну да ладно, что до путаницы, то раз вы капитан, и вы тут первый были, то менять имя надо младшему Тони, а вы, как были Тони так им и останетесь!

– Согласен с тобой, – одобрительно крякнул Тони.

– Что до Ягель. Думаю да, они с Дином вечно что-то такое крутили-мутили. Ладно, и без нее дел полно, – ответил Малыш, и они вновь стартовали в галактический тоннель, как и планировали ранее.

У Дина состоялся долгий разговор с сыном, они уже ушли из каюты Тони. Дин привел его в свою. По поводу Ягель Тони никак не соглашался, но дракон настаивал на своем, а сыну никак не хотелось расстраивать отца в первую встречу, поэтому он согласился, что ящерке полезно будет посидеть первое время взаперти. Пока они не решат, что с ней делать.

– Дин, я не понял вы с Ягель заклятые враги или заклятые друзья? – спросил Тони старший, когда Дин вернулся на капитанский мостик.

– Сложно сказать, – ответил Дин и замолчал.

– Пока ты ее не обижаешь, я не буду вмешиваться, но как капитан корабля предупреждаю тебя, что она находится под моей защитой и чтобы она не сделала в детстве, думаю, ты это заслужил, поэтому давай, пожалуйста, без драм, – предупредил Дина Тони.

Дин принял это к сведению, он предложил Тони следовать заданному курсу. Наутро в кают-компании были все кроме Ягель.

– Мы решили, что раз Тони капитан, то ты младший Тони выберешь себе новое имя, – сказал Малыш юноше, тот посмотрел на отца.

– Тони, милый, согласись, что это имя не очень подходит для дракона, – согласился с Малышом Дин.

– Да, согласен, – кивнул Тони, – вот у младшего брата хорошее имя и для царя и для дракона – Артур. Жаль мама не настояла назвать меня так.

– Да Артур хорошее имя, – согласился с ним Тони старший, – но ты можешь выбрать какое угодно, ничем не хуже.

– Я думал об этом всю ночь, ничего не идет в голову, – ответил Тони мл.

– Значит, не торопись, имя догонит тебя, как только придет время, – успокоил сына Дин.

Малыш и капитан ушли на капитанский мостик, а между отцом с сыном состоялся неприятный разговор.

– Папочка, что ты собираешься делать с Ягель? – спросил Дина сын.

– Не думал, а что? – схитрил Дин.

– Давай отпустим ее, пусть летит на Аргон или обратно на Альтаир или еще куда угодно, к вашим старым знакомым. Мне жалко ее, когда она прилетела к нам, мама велела играть с ней и заботится о ней. Мне сложно быть здесь и знать, что она сидит там одна взаперти, – попросил Тони.

– Предлагаешь выпустить ее, чтобы она здесь везде шныряла? – уточнил Дин.

– Она с детства была никому не нужна, – продолжил Тони.

– Хорошо, мы свяжемся с парнями и отдадим ее, но без меня. Пусть Тони или Малыш, лучше Малыш, все согласуют, но тогда они все узнают, что я на свободе и убьют меня. Как тебе такой поворот? – спросил у сына Дин.

– Давай выставим условие: они не трогают тебя и забирают Ягель? – предложил Тони.

– Хорошо, я попробую подготовить Малыша к этим переговорам, а ты пока придумай себе имя, имя кораблю и ладно можешь навестить Ягель. Все равно кто-то должен отнести ей завтрак, – согласился Дин.

Младший обрадовался, обнял отца в знак признательности и поспешил к ящерке.

– Только запри ее снова! – крикнул ему вдогонку Дин.

Услышав, что кто-то поворачивает замок в двери, Ягель напряглась, но увидев Тони облегченно вздохнула.

– А это ты, – равнодушно сказала она.

– Да я, принес тебе завтрак, – Тони засуетился, накрывая для Ягель стол.

– Можешь, не беспокоится. Я не голодна, – продолжая изображать равнодушие, ответила ящерка.

– Ты должна поесть, у нас много новостей, – настаивал Тони, он пытался вовлечь ящерку в разговор. – Мне надо придумать новое имя, потому что у капитана Тони такое же, он дядя Артура. Потом надо придумать имя кораблю и еще я уговорил отца отдать тебя вашим старым знакомым. Это хорошие новости, так ведь?

– Да это хорошие новости, – кивнула Ягель, – только они убьют его, ты это понимаешь?

– Нет, я все продумал, – успокоил ее Тони, – мы договоримся, что отдаем тебя, а они в обмен простят его. Как тебе такой вариант?

– Ты становишься хитрым, – усмехнулась Ягель, – вроде нормальный вариант. Ты будешь приносить мне еду?

– Могу и я или ты хочешь пообщаться с Малышом? – спросил Тони.

– Да я б с ним поговорила, – кивнула Ягель.

– Я спрошу сначала у папы. Ты его знаешь, сделаем без его ведома, влетит, – кивнул Тони.

– Значит, вам имена нужны? – усмехнулась Ягель, – что ж я подумаю.

– Может быть Арни? Имя для тебя? – уточнила ящерка, – Арнольд полностью.

– Арнольд? Нет, что-то мне не нравится, – возразил Дин.

– Ну как знаешь, – ответила Ягель.

Тони ушел. Обеда Ягель никто не принес. Вечером пришел Дин, принес ужин.

– Я тут голодом должна сидеть?! – возмутилась ящерка.

– Тони сказал, что ты была особо не голодна, – любезно ответил дракон, – да и у нас полно дел. Мы и сами не обедали. Тони завтра принесет тебе несколько упаковок сухого завтрака и чайник, чтобы у тебя была еда, если вдруг проголодаешься.

– Я могла бы вам помочь. Чем вы так заняты? – спросила Ягель.

– Да все такие обычные дела. Корабль хоть и новый, но Малыш запустил его, поросенок, так что разгребаем потихоньку. Тони ввел тебя в курс дела, я так понимаю? – Ягель кивнула, – не хочу встречаться со Стивом, так что отдадим тебя Боливару. Хорошо? – уточнил Дин, Ягель кивнула. – Только имей в виду, прошло много лет, парни сильно изменились.

– Что ты хочешь сказать? – удивилась ящерка.

– Космос меняет всех. Я когда-то был совсем другой. Я просто сказал, чтоб ты не питала иллюзий, что тебя встретят там с распростертыми объятьями, – усмехнулся дракон, – к тому же не знаю с ними ли до сих пор Дей.

– Уж с ними-то я как-нибудь уживусь, – ответила ящерка.

– Ты их помнишь? – уточнил Дин.

– Так урывками, – усмехнулась она.

Больше Дин не заходил, только Тони. Он натащил ей кучу всякой еды, чтобы она не голодала, если им некогда будет готовить.

– Я могла бы вам готовить, – предлагала она ему каждый раз, как он жаловался, что сегодня снова еле всухомятку.

– Папа не разрешит. Он тебя опасается, – объяснял младший дракон.

– Ты не злишься на Раксо, что он тебе ничего не сказал про отца и не спас его? – спросила как-то Ягель.

Ей было скучно, и она задумала посеять смуту между отцом и сыном.

– Раксо много мне помогал. Он учил меня летать, правильно заходить на посадку и даже давал сжигать что-нибудь не нужное, старые постройки на Аргоне, чтобы я потренировался. Он много со мной занимался, читал всякие книги о драконах. Это он нашел в библиотеке книгу, про водоплавающих драконов, и возил нас всех на озеро. Мама научила меня хорошо плавать и нырять, так что, – Тони задумался, – а почему ты спрашиваешь? – удивился он.

– Просто, он ведь мог спасти сразу Дина, – пожала плечами ящерка.

– Раксо, когда сообщил, что за нами летит Малыш и мой отец, много беседовал со мной по связи и объяснил свой поступок. Он сказал, что тогда бы им с мамой пришлось отдать меня отцу, а она не была к этому готова. К тому же Дин с кэпом были на Аргоне, когда напали ливандийцы и не вмешались, поэтому и Раксо решил ни во что не вмешиваться, если дело связано с драконами. Если ты хочешь меня рассорить с ним или с отцом, то у тебя ничего не выйдет, потому что я тоже хитрый. Так что не старайся, – парировал ей Тони, – а если продолжишь, будешь есть эту искусственную еду до самого Боливара.

– Ладно, что ты завелся? – Ягель решила сдать назад, – я же просто спросила.

– Я ответил. На этом все, – Тони был неумолим. – Я сам придумал себе имя, – радостно произнес он.

– Здорово! – изображая радость, подключилась Ягель, – и какое?

– Эдгар, – гордо сказал Тони.

– Какое-то собачье имя, – поморщилась Ягель.

– Сама ты собачье, – возмутился, он и ушел, вечером Ягель пришлось, есть еду из сухого пайка.

Тони поднялся на капитанский мостик.

– Папочка, я придумал себе имя!

– Говори, – кивнул отец.

– Эдгар, – сообщил Тони.

– Нормальное такое имя и для дракона и для царя, – согласился Дин, – а как сокращенно?

– Сокращенно – Эдди, – пояснил юноша, – Ягель сказала, что оно собачье.

– Хватит слушать эту глупую ящерицу! Больше не ходи к ней! Пусть Тони с Малышом ходят по очереди. Хорошее имя, мне нравится. Так, господа с этого момента младший Тони будет Эдгар, если сокращенно, то Эдди, – важно сказал всем Дин.

Все на это кивнули, Малыш облегченно сказал:

– Фу-х, теперь не будет путаницы, а то это младший старший, такая суета. Капитан, а какое у вас полностью имя?

– Энтони, – ответил тот.

– Малыш, всегда хотел спросить, почему вы с мисс не придумали себе нормальные имена, когда все закончилось на Хатсе или не взяли прежние те, что вам дали при рождении? – спросил Дин.

– Я думал об этом, но мисс сказала, когда мы летели на Аргон, что от прежних нас уже ничего не осталось, а для одной жизни три имени слишком много, она решила оставить, то имя, которое ей дали на Хатсе. Я последовал ее примеру.

– Мудрое решение, – согласился с ним Дин.

### Глава 7. Баблз

– Папа, давай назовем корабль Баблз, – предложил за ужином Эдди.

Все перестали жевать и посмотрели на него.

– Что за баблз?

– Так звучно звучит, – ответил Эдди.

– Так, а значит-то что? – уточнил Дин.

– Я не знаю, на Альтаире мы были в Музеи истории космонавтики, на экскурсии и там было много чего с других планет и эти баблзы, – пояснил Эдди. – Бабл гам, их можно было в автомате купить. Еще там были жуки с Пандавы, гадость редкостная, Артур купил и плевался. Ягель их цвет понравился – розовый, она упаковку купила баблзов этих. Жуешь и дуешь пузыри. Вкус, правда, быстро уходит, но пузыри еще можно дуть. Жуки были черные, а внутри зеленая жижа, как они это едят?

– Зачем? – не понял Дин.

– Зачем что? – в свою очередь не понял Эдди.

– Пузыри дуть зачем? – пояснил дракон.

– Так это, я не знаю. Это было на космическом шаттле старом допотопном. Там много чего было. Мы только эти баблзы купили, там дальше интереснее было, – начал Эдди.

– Так, стоп машина, – остановил его Тони, – Баблз, мне нравится. Звучно. Оставим это название.

– Так что это такое-то? – не унимался Дин.

– Видимо пузыри, – пожав плечами, ответил Тони.

– Пузыри? – удивился Дин, – зачем тебе такое название? Пузыри?

– Нормальное название, главное звучное. Вкусные они были эти баблзы? – спросил Тони мелкого.

– Да, только мы их быстро съели и они бестолковые. Ни для еды, а для развлечения. Говорят там, на Земле было много такого для развлечения.

– Точно, на Земле, – кивнул Дин, – а думаю, где я это раньше слышал. Как хотите Баблз, так Баблз. Мне все равно. Ты капитан. Только имей в виду: Чарли, и Стивен будут над тобой смеяться.

– Почему? Пусть смеются мне все равно. Ты в курсе, что этот корабль набирает межгалактическую скорость быстрее всех в нашей Галактике? Раксо специально просил побыстрее. Альтаирцы старались для него, – похвастался Тони.

– От кого это твой Раксо так хотел драпать? – засмеялся Дин. – Разгоняйся, не разгоняйся, от себя не убежишь.

– А зачем бежать от себя? – удивился Эдди.

– Потом поймешь, – ответил Дин, – я спать завтра много работы. Малыш нашел Боливара, так что надо хорошенько обдумать наше с ним общение и встречу. Да и зачем вам эта межгалактическая скорость?

– Надо будет заправить один ускоритель моющим средством, для палубы, и после нашего исчезновения в космосе будет оставаться облако мыльных пузырей, – предложил Малыш, молчавший до этого.

Все удивленно на него посмотрели, Дин вопросительно поднял левую бровь.

– Питер, когда отмывал меня на Хатсе, делал ванну с пузырями, – пояснил нихалец, – они лопаются, если до них дотронешься.

– Так все я спать! Ничего не хочу слышать! – заворчал дракон, – заряжайте, чем хотите!

Дин пошел к себе и Эдди за ним, предварительно подмигнув Малышу на счет пузырей. Тони ответственно подошел к этому вопросу, в течение следующих нескольких суток в транспортном отсеке творилась пузырная вакханалия, как прозвал это Дин. Малыш и Эдди экспериментировали с пузырями, сколько лить моющегося средства и с чем лучше и больше получаются пузыри. Эдди даже упросил Дина выпустить Ягель посмотреть на это. Та сначала отпиралась, но потом любопытство взяло верх, и она согласилась им помочь.

К моменту встречи с Боливаром пузырометатель был готов. Проведя несколько испытаний, они пришли к вводу, что это лучшее, что было когда-нибудь изобретено для произведения впечатления и самое бесполезное изобретение в космосе.

Во время переговоров с Боливаром Малыш не озвучивал название корабля, просто представился – корабль аргонцев. Услышав его по связи Чарли обрадовался, подробно расспросил, как дела у Раксо. Малыш все рассказал о Тони и Ягель с Эдди, но ни слова не сказал о Дине. Это был приказ Дина, действовать по обстоятельствам.

– Скажешь им, что пришло время нам проститься с Ягель. Раксо и так сделал для нее все возможное и невозможное. Пусть теперь забирают. Скажи, что у нас есть одно условие. Иначе не отдадим ее. Понял? – наставлял дракон Малыша, тот ничего не понял, но согласно кивал.

– Как они? – зевая, спросил Бойд Чарли после окончания его дежурства.

– Странные какие-то. Говорят, отдадут нам Ягель, только если мы выполним одно условие. Они нам условия ставят. Представляешь? Эти аргонцы ставят нам условие?! – Чарли непонимающе уставился на Бойда.

За время их странствий оба заметно изменились. Бойд стал еще худее и жилистее, зубы его заострились и еще больше напоминали волчий оскал. Волосы стали еще белее. Чарли, то набирал, то сбрасывал вес, к этому моменту он снова похудел, отрастил себе длинные волосы и бородку. Они особо не напрягались, Задумака следил за курсом, Джудит держала корабль в чистоте. Если случалась какая-либо опасность, котята решали этот вопрос сами. Парни иногда связывались с Золотым руно и узнавали новости, но последний сеанс связи со Стивеном был несколько лет назад. Не было необходимости.

В основном они выполняли задания Галактического Совета по наведению порядка в Галактике. Это были все больше мелкие поручения, как-то: зарвавшиеся пираты, контрабандисты, работорговцы, бунт на военных крейсерах из-за долгих рейсов, залетные корабли из других Галактик. После Хатса андромедианцы затихли.

Дей брала с собой котят и отлучалась по личным делам, иногда пропуская целые миссии. Ее никто не беспокоил и не влезал в ее жизнь. Она увлеклась древними практиками силы и мудрости и прочей чепухой, как называл это Чарли, и носилась по Галактике в поисках древних артефактов. Парни, если были свободны – сопровождали ее, если же нет, у нее был мини Бо, на котором она бороздила просторы Галактики в одиночестве.

Экипаж Баблза, как раз застал такой период, Дей с котятами были в отлучке. На Боливаре только Бойд с Чарли. Они недавно развлекались на Хорте и были в расслабленном состоянии. За время их миссий они заматерели и обленились. Сильных соперников не было. Экспедиции превратились в рутину, Чарли иногда сам не понимал, зачем он поменял жизнь на Земле на вот это вот. Так он всегда думал, когда они в очередной раз уничтожали или брали в плен какую-то галактическую нечисть.

– Хотя, все лучше, чем на работе, – так он себя успокаивал.

Что это теперь и есть его работа, он еще до конца не осознавал. Бойд был более привыкший к такому время провождению, поэтому сильно не напрягался. Иногда он брал отпуск и навещал Лизу с Питером, но это случалось все реже год от года. Чарли несколько раз сопровождал его в этих поездках, но потом наотрез отказался, сославшись на то, что лукинец совсем отдалился от реальности и настолько поглощен Лукариумом, что с ним невозможно общаться. И к тому же узнав, что оставив Катерину на Земле, в тот раз он запустил возможность ее встречи с отцом Бойда и рождение Лизы. Чарли, который все-таки лелеял внутри надежду когда-нибудь вернуться за возлюбленной и за сыном, понял, что теперь не сможет этого сделать, иначе нарушит пространственно-временной континуум, что было строжайше запрещено.

В общем, как это часто случается, повидав многое, они поняли, что то странное приключение на Хатсе было самым счастливым воспоминанием в их жизнях.

– Не хочу забирать Ягель, – подумав, сказал Чарли, – она совсем не та, что была раньше. Плюс будет напоминать о Дине.

– Скучаешь по нему? – спросил его волк.

– Да, – кивнул Чарли, – жаль, что он оказался прохвостом, с ним было бы весело. Он забавный, – сказал, устало потягиваясь в кресле Чарли.

– Да, старина Дин, нас всех удивил. Я тоже готов простить его. С кем не бывает, кто не ошибается? – согласился, усаживаясь в свое кресло волк, – иди спать я до дежурю. К утру Задумака зарядится, и можно будет снова отдыхать. Понятно теперь почему Стив простил Дезмо. В космосе скучно, а желающих составить тебе компанию бороздить космические пространства не так уж и много.

– Да. Стивен хитрый. Набрал себе полный комплект: Штурман, который знает все нюансы корабля; Гала – супер мега воин и исполнитель; ИД, который и поддержит и заступится; Эл, которая и жена и наездник; Жирун, который вроде Золотой дракон, но в то же время и сидит не отсвечивает. Хорошо устроился капитан.

– Ты забыл робота, Дезмо следит за курсом, за кораблем и за всеми. Чем он там сам занимается? – удивился волк.

– Стивен-то? Известно чем, строи планы. У него, наверное, вся каюта в планах увешена. Ты думаешь, почему нас перестали привлекать к противостоянию с Андромедой? Потому что этим занялся Стив, я в этом больше, чем уверен.

– Думаешь? – удивился волк, – я думал об этом, но Галактический совет те еще хитрецы, они не будут давать кому-нибудь одному все нити. Они и сами плетут свои интриги. Ладно, об этом позже. Пока нет Дей, можно рискнуть и выяснить, что у них на уме. Я давно думал об этом, но не хотел подвергать ее опасности.

– И она стучит Стиву, – сказал на все это Чарли.

– Конечно, она стучит ему, – засмеялся Бойд, – надо ж ей как-то развлекаться. Хотя, все стучат Стиву и Лиза и Питер, что с них взять, он такой милашка, как ему можно отказать?

Они оба рассмеялись. Встреча и обмен Ягель была назначена на послезавтра и парни особо не парились. Они приготовили ей каюту и сказали Джудит убраться на корабле.

– Убираться, как для мисс Дей? – уточнила роботесса.

– Пожалуй, как для Элоиз. Помнишь Элоиз? – ответил на это Бойд.

– Да. Хорошо. Уберусь, как для Элоиз, – ответила Джудит и занялась работой.

Чарли помог ей как смог. Он на всякий случай убрал все ценное, лишнее, красивое и бьющееся, со словами:

– Кто знает, насколько выросла Ягель.

– Она уже отучилась на пилота, – успокоил его Бойд, – она не маленькая.

– Если она такая взрослая, то почему они хотят от нее избавиться? – ответил Чарли, – за все время переговоров ее не было ни разу на связи, значит, ее не пускают на капитанский мостик. Почему?

– Началось, – надулся Бойд, – опять включил следователя. Тому может быть много причин: во-первых, она нас совсем не помнит и ей просто не интересно, во-вторых, она, – волк задумался.

– Не может туда попасть физически, – ответил на это Чарли.

– Думаешь, она сидит взаперти? – удивился волк, – и кто же ее запер? Что ты такое говоришь, кому надо запирать Ягель?

– Наверное, тому, кому она насолила и все-таки дорога, – уклончиво ответил Чарли.

– Да-да, – рассмеялся волк, – дракон воскрес и принялся за старое, – он посмотрел на Чарли, тот был серьезен, как никогда.

– Думаешь, нам надо подготовиться? – спросил волк, Чарли кивнул, – вот жаль – котят нет, хотя с драконом от них нет проку.

Они приготовили Боливар, наставили ловушек и разложили везде оружие. Роботы прошли инструктаж по поведению в случае экстренной ситуации. Местом встречи была назначена Заправочная станция. Галактический Совет наставил их в основных путях следования грузовых кораблей. Там было все чисто, аккуратно и просто затеряться в потоке разного рода путешественников.

Чарли с Бойдом прибыли заранее, чтобы осмотреться на местности. Им как представителям Галактического Совета не надо было ждать очередь на стыковку, поэтому закончив с техническими делами, они сразу же направились осмотреться. Станция была не новая, но в хорошем состоянии.

– Смотри альдебаранцы, – толкнул Бойд в бок Чарли, когда они проходили по главной улице.

Те понуро сидели у трактира за импровизированными столиками, на пустых бочках из-под эля.

– Что-то они не веселые, пойдем, поболтаем, – предложил Бойд, Чарли кивнул, они направились к соратникам ИДа.

– Привет, парни, – вежливо поздоровался Бойд и поклонился, он был в своей серой форме сириусянина, с блестящей эмблемой волка на плече. – Куда путь держите, что невеселые такие?

Альдебаранцы окинули его хмурыми взглядами, заводить беседу у них явно не было никакого желания, но и отказать верховному существу они не могли. Старший из них неспешно поклонился в ответ, и жестом пригласил сесть рядом с собой. Несколько солдат метнулись, и поставили бочки для Бойда и Чарли.

– Так, дела нынче странные творятся. Тебе ли не знать вергесец? – ответил старшина.

– О, как, – улыбнулся волк в ответ, – откуда знаешь, что я с Вергеса?

– Много вопросов задаешь, да все невпопад, – ответил альдебаранец, он погладил отросшую бороду, – только волки с Вергеса будут разговаривать с таким, как я. Других мы давно не видели.

– А с Вергеса, значит, недавно видели? – удивился волк.

Альдебаранцы засмеялись своим тяжелым раскатистым смехом. Из трактира вышел их капитан и прикрикнул:

– Что ржете? Тихо я сказал сидеть! – он увидел волка и осекся, вытянулся по струнке, поклонился в знак уважения и тут же скрылся в трактире.

– Вон, как надоели вы нам, даже капитан не хочет с вами разговаривать, – ухмыльнулся старшина.

– Я давно не был дома, у нас была экспедиция. Что происходит? – тихо и медленно проговорил Бойд.

– Кто его знает, что происходит. Нам не говорят, – вздохнул альдебаранец, – вооружают, тренируют, везут куда-то и все молчат. Волки ваши этим и заправляют. Сначала прислали к нам на Альдебаран помельче гуманоидов, на вроде пандаван, склизкие такие, но мы их выгнали слушать не стали. Прилетели сами, ваши с Вергеса. Злые ходят, всем командуют.

– Еще, какие планеты, вооружают? – спросил Бойд.

– Я точно не знаю, на сборах видели таршеронцев. Берут кого покрупнее и кого не жалко, – потупившись в землю, ответил альдебаранец, – с Якуса марабу там командуют, волки только для острастки, чтоб мы слушались и не спорили.

– А вы? – спросил Чарли.

– А что мы. Волки не церемонятся, разорвут – раз и готово, или гнить в тюрьму, – печально ответил альдебаранец.

– Так вас же больше? – удивился Чарли.

– Нас? – не понял старшина, – да больше, а кто хочет, чтоб его разорвали на части? Вот пока вроде живы. Едем, куда везут, авось обойдется.

– Куда везут? – уточнил волк.

– Так не знаю. Говорят, к самому краю Галактики свозят. На Восток. Там высаживают на окраинные планеты без имени, только номера есть. Вот народ обживается там, строится, но говорят это ненадолго. Крейсера с боеприпасами, технику всякую везут для наземной операции. Высадка видимо куда-то планируется, заброска десанта. Втихаря, конечно, эффект неожиданности так сказать. На дурака прилетели всех победили и поработили. А я считаю, что те тоже не дураки, тоже готовятся и так просто не сдадутся, – старшина помолчал, – серьезную кашу заваривают, надолго.

– Вот оно что, – вздохнул волк, он печально посмотрел на Чарли и кивнул идти.

Бойд поблагодарил альдебаранца и дал ему на эль все монеты, которые у них были с собой. Они пошли дальше. Кругом была суета, видно было, что станция не была готова к такому наплыву солдат. Они спали прямо на улицах, свернувшись в своих спальных мешках. Тут же раздавали воду и еду. Почти на каждом углу стоял марабу с планшетом и подсказывал затерявшемуся солдату, куда ему следовать. Волк поежился.

– Давненько мы не были в этом районе, – сказал он Чарли.

– Да мы сюда и не полетели, если бы не Ягель и Малыш не назначил это место для встречи, – ответил Бойд, – как думаешь, он специально нас сюда позвал? Чтобы затеряться в такой толпе?

– Надо подумать. Подожди, – остановил его Чарли, они встали на углу улицы – то, что именно сюда он нас позвал, не может быть случайностью. Нам тут быть не с руки, все дела у нас крутятся вокруг торговых путей. Галактический Совет волнуется только за свою безопасность, а что творится на задворках Галактики нам знать не положено – это дело Золотого руно охранять эти территории. Таков же был уговор? – волк кивнул, они стояли и оглядывались. – Мы сюда долго добирались. Почему именно сюда? Ягель можно было отдать где угодно. Либо они хотят уйти от нас незамеченными, либо что, скорее всего они хотят, чтобы мы увидели, что готовится, пока мы не знаем. Малыш тут не причем, это кто-то другой за нитки дергает и знает за какие надо дергать, – Чарли выразительно посмотрел на Бойда.

Пока они стояли, мимо прошел экипаж вергеского корабля. Волки с удивлением посмотрели на Бойда, отдали ему честь и направились дальше по своим делам.

– Жди меня на корабле. Я пойду, разведаю обстановку, – сказал Бойд Чарли на ухо и поспешил за своими.

Чарли посмотрел им вслед. Судя по тому, что волк на плече Бойда был гораздо больше, чем у его соплеменников Чарли сделал вывод, что звание у Бойда выше и не стоит за него волноваться. Он потолкался еще среди посетителей станции, устал и отправился к Боливару. У входа уже топтался Малыш, поджидая их. Завидев нихальца, Чарли бросился обнимать его. Малыш отвык от этой привычки землян до касаться до него, но мужественно вытерпел объятья землянина.

– Ты не рад мне? – удивился Чарли.

– Я один был на корабле. Совсем один, вот только недавно команду дали, – пожаловался Малыш, наконец-то ему было кому высказать свою печаль – Раксо сказал, что надо, чтоб у Аргона был свой корабль и доверяет только мне. Сам понимаешь.

– Бедняга, – пожалел его Чарли, – пойдем на Боливар, и все мне расскажешь. Скучал по Боливару?

Малыш топтался в нерешительности на месте:

– Мне нельзя внутрь. Капитан сказал только передать условия и возвращаться.

– Они следят за тобой? – спросил Чарли, незаметно оглядываясь, Малыш кивнул, – капитан Тони, старший брат Раксо? – спросил Чарли, Малыш отрицательно покачал головой и закатил глаза наверх.

– Хорошо, не буду тебя пытать, дружище, говори, – ответил Чарли.