Рокси Нокс
Отец подруги. Мой генерал

Глава 1

Ева

Андрей сегодня вернулся с работы не в духе. Я поняла это по его шелестящим шагам, громкому дыханию и тихому раздраженному бормотанию.

– Ева! – доносится до моего обостренного слуха голос из прихожей. – Почему не встречаешь?

Обняв себя за плечи, иду навстречу «любимому». Я приболела, и плохо себя чувствую. Однако Андрея не волнует мое состояние, я обязана словно собачка нести ему тапочки в зубах.

– Ева!! – повторяет громче и злее.

– Привет, – хриплю в ответ. – Ты сегодня рано.

– Что, не ждала? – окидывает меня подозрительным взглядом. – Почему так плохо выглядишь? Опять себя запустила.

– Андрей, я болею. Говорила же тебе по телефону.

– Ну и что, что болеешь? Мне теперь весь вечер на твою бледную и кислую физиономию любоваться?

– Так не любуйся, – пожимаю плечами. – Я просто лягу обратно в постель.

Андрей проходит на кухню в своих белоснежных носках и шарит по холодильнику.

– Да я смотрю, ты весь день валяешься в кровати, жрать нечего, – зло хлопает дверцей.

– Есть вчерашний зеленый борщ, подогреть?

– Вчерашний, – передразнивает. – А я хочу сегодняшний.

Он даже думать не хочет о том, что мне может быть плохо и больно. Весь мир должен крутиться вокруг его персоны, а остальные подождут. Я редко болею, но метко. Сегодня вот и вправду пришлось лежать весь день. Думала, к вечеру станет легче, и я смогу приготовить ужин. Но стало только хуже. Особенно после возвращения «благоверного».

– Извини. Сейчас что-нибудь придумаю.

– Пожарь мне мяса с картошкой. Салат настрогай и заправь сметаной, а не маслом. А я пока в душ.

Превозмогая слабость, достаю мясо из морозилки и ставлю в микроволновку на разморозку. Шмыгая носом, чищу картофель. Голова будто набита ватой, глаза слипаются и еще больше знобит. Но боюсь пожаловаться Андрею на свое самочувствие, потому что хочу избежать скандала.

Несколько лет назад Андрей вытащил меня из дыры и сделал своей домашней игрушкой. Приходится терпеть его закидоны, потому что мне некуда идти. Да даже если бы и было куда – он везде меня найдет и вернет обратно в клетку.

– От меня уйти невозможно, Ева, – повторяет он всякий раз, когда переборщит с «воспитанием», как он называет банальное рукоприкладство. – Найду и убью. Ты знаешь мои возможности.

Андрей Беззаконов работает в прокуратуре, и его большие возможности я, конечно, осознаю. В общем, когда-нибудь он точно меня убьет, да. Уж лучше бы оставил подыхать в той дыре, где я жила с матерью-алкоголичкой.

В детстве мне приходилось спать с ножом в рукаве вязаной кофточки, чтобы было чем отбиться от ее собутыльников. Но и теперь мои ночи спокойными не назовешь.

– Ты моя, – оживает в голове хриплый голос Андрея. – Только моя, Ева. Ни один мужик больше не прикоснется к твоему нежному телу. А если прикоснется – я его убью. Ты меня знаешь.

Андрей у меня первый и единственный мужчина. Даже не знаю, как мне удалось сохранить девственность в таких условиях. Мне, наверное, повезло. Да и нож, опять же, в рукаве кофты был припрятан. Когда-то я была готова драться и убивать.

Забавно…

Раньше я была бесстрашной, но Беззаконов меня полностью поработил и стер мою личность. Я теперь никто, игрушка в его руках, созданная удовлетворять его прихоти.

Иногда он бывает хорошим и заботливым.

Но чаще – злым и бессердечным. Особенно, если возникают проблемы на работе. Всю злобу он привык вымещать на своей девочке для битья – то есть на мне.

– Отпусти меня, Андрей! Умоляю, отпусти! Зачем я тебе? – кричала я две недели назад, чувствуя во рту железный вкус. Он неудачно шлепнул меня по губе наручными часами и рассек ее.

– Я люблю тебя, Ева, – отвечал он на полном серьезе.

– Когда любят – не бьют!

– Я тебя воспитываю, чтобы боялась и знала свое место. Чтобы не вздумала сбежать от меня.

Андрей установил слежку на мой телефон и контролировал каждый шаг. Если я задержусь в супермаркете, выбирая для него лучшие продукты, он непременно позвонит и спросит: в чем дело, почему я так долго брожу по магазину? Он даже не скрывает того, что я нахожусь под колпаком все 24 на 7.

В то же время он не ограничивает меня в тратах: я могу покупать всё, что захочу. У меня есть роскошная машина, шуба, драгоценности, брендовые сумочки и итальянская обувь. Но ничего из этого меня не радует. Я словно красивая кукла, но пустая внутри.

Единственная моя отдушина – это фитнес. Я хожу туда, чтобы выпустить накопившуюся усталость и гнев, а не «делать тело» в угоду своему благодетелю. Хотя он считает, что быть для него красивой – единственная причина, по которой я торчу в зале по несколько часов в день, три раза в неделю.

Именно на фитнесе я и познакомилась с Ариной. Приветливая девочка сразу «запала» на меня, но я сначала держалась отстраненно, боялась заводить подруг. Точнее, Андрей следил, чтобы у меня их не было. Ревность – причина номер один. Боязнь, что я сболтну кому-то лишнее – причина номер два.

Две недели назад я пришла на фитнес с опухшей губой. Арина сразу все поняла. Она уже не раз видела синяки и кровоподтеки на моем теле. Я не демонстрировала их, просто девушка вошла в раздевалку в тот момент, когда я переодевалась.

– Кто это с тобой делает? – строго спросила она.

– Никто. Забей.

– Ева, расскажи мне всё. У меня папа генерал. Давай ему всё расскажем? Он накажет твоего обидчика!

Я знала, что Арина – дочь какой-то влиятельной шишки. Но даже думать нечего о том, чтобы посвящать ее в суть дела. Ее высокопоставленный папочка вряд ли станет марать руки, спасая меня от Андрея. Это, право, даже смешно. Она очень наивна.

Но Арина мне искренне нравится. Я бы с удовольствием махнулась с ней телами и пожила бы ее жизнью – охрана, салон красоты, торговый центр, шоппинг, подружки и ласковые ухажеры. Все заглядывают тебе в рот и стараются угодить. Красота! Вот где можно почувствовать себя значимой, а не всеми гонимой псиной, у которой есть хозяин.

– Да я просто упала, – отмахнулась я и добавила с неестественным смешком. – Выпила лишнего.

– Не ври, Ева, ты ведь не пьешь. Ты же спортсменка.

Ну да, приходится вот потеть на тренажерах и правильно питаться. Все лучше, чем сидеть дома в четырех стенах. Я бы с удовольствием оплыла жирком, чтобы у Андрея перестал на меня вставать. Хотя в таком случае он тоже меня убьет. Он даже в деталях рассказывал, как это сделает, чтобы его не поймали.

– Ну что, ужин готов? – вздрагиваю от резко прозвучавшего голоса за спиной.

Любит же он подкрадываться, как вампир, и заставать врасплох. Была бы я чуть смелее, я бы наняла киллера, который бы избавил меня от тирана. Но, мечты…

– Еще пять минут, – отвечаю, перемешивая картофель деревянной лопаткой, чтобы, не дай боже, не подгорел. Испорчу ужин – буду опять летать по всей комнате. В таком настроении его злить опасно.

– Что ты там возишься? Давай быстрее, я есть хочу!

– Что-то случилось? – отвлекаю его разговором.

– Тебя это не касается. Пока я ем, иди, прими душ, надень сексуальное бельё и подкрась личико. Приготовь пару секс-игрушек, хочу сегодня потрахаться подольше…

– Но я…

– Ты что-то сказала? – впивается в меня черным взглядом, от которого волоски на теле становятся дыбом. – Нет? Тогда иди, Ева. Будь послушной девочкой, и сегодня мы обойдемся без крови. Ты ведь знаешь, что без причины я тебя никогда не трогаю. Так не давай мне повод быть мерзавцем, ладно?

Глава 2

Ева

Ч-черт, как же я его ненавижу! А ведь любила в начале, смотрела на него щенячьими глазами, как на Бога. Еще бы – кинул богатую жизнь к моим ногам. Нежный, заботливый, верный – мечта любой женщины! А уж побитая жизнью девчонка и мечтать не смела о таком принце.

Только принц оказался чудовищем. Узнала об этом спустя два месяца сказки. Избил меня до кровавых соплей за малейшую провинность. Как сейчас помню, это был пересоленный суп.

После этого случая я теперь аккуратно обращаюсь с солью, запомнила жестокий урок на всю жизнь.

Думаете, я не пыталась от него сбежать?

Пыталась, и не раз. Находил всегда и возвращал меня домой. Сажал на цепь, как собаку. Мне приходилось вымаливать прощение месяцами и по крупицам возвращать утраченное доверие.

На какое-то время он становился нормальным, но потом снова срывался. И вот уже почти четыре года качелей. Четыре сраных года!

Ааа, в топку!

Я смирилась, да. А куда мне деваться? У меня нет никого, кто бы за меня заступился. Ни-ко-го.

Мать умерла, больше из родни никого нет. Может есть, но я с ними незнакома. Новых друзей нет и быть не может. Разве что Арина… Но она первая попадет под подозрение, если я сбегу, и Андрей всю душу из нее вытрясет. Не хочу подставлять ни в чем не повинную девчонку. В конце концов, значит у меня судьба такая.

Выпиваю сразу две таблетки аспирина и надеваю на себя новый кружевной наряд. Красный – цвет секса. А я хороша, чертовка. Тело просто высший класс. Не зря Беззаконов в меня вцепился мертвой хваткой, где он еще найдёт такую же красивую и безропотную дуру? Таких больше нет.

Я редко собой любуюсь, обычно мне не до этого. Сразу депрессия накрывает при думках о будущем. Поэтому стараюсь жить сегодняшним днем и не злить «благоверного».

Отхожу от зеркала и достаю из коробки пару вибраторов. Он хочет сегодня подольше… Только бы действия таблеток хватило на несколько часов. Если я буду вялой во время коитуса, то мне не поздоровится.

Сунуть бы ему этот вибратор в одно место! Да побольнее, без смазки. Тоже мечта… Только и остается тешить себя фантазиями, что бы я сделала с ублюдком, будь моя воля.

Андрей входит в спальню и окидывает меня плотоядным взглядом:

– Ты готова?

– Мне что-то нехорошо, – предпринимаю попытку отмазаться, зная, что это бесполезно.

– Сейчас будет хорошо, – обещает он, сбрасывая с бедер полотенце.

«Да чтоб у тебя хер отсох и отвалился!» – желаю ему мысленно, смотря на болтающийся между его ног член.

Мне реально плохо, и я не хочу трахаться.

Более того – меня тошнит, и все внутри противится этому.

НЕ ХОЧУ.

– Поласкай себя, – просит он, гоняя в кулаке член.

Послушно ныряю в трусики и глажу себя. Это не самый противный сценарий начала. Трогать саму себя приятнее, чем когда лезет он. Андрей то ли не разбирается в женской физиологии, то ли ему безразлично удовольствие партнерши. Трет, где попало, короче говоря. Приятного в этом мало. Но ко всему привыкаешь… Раз переступишь себя, два переступишь – а на третий уже без проблем пойдешь по накатанной.

– Хорошая девочка. Умеешь меня завести. А теперь сними трусики и покажи свою хлюпающую норку. И клитерок еще потри.

Ч-черт, меня сейчас вырвет от таких просьб. Вот честно, лучше бы уж матом сказал и назвал вещи своими именами, как говорится.

Чувствую, что я отключаюсь понемногу. Нет, меня не сносят волны оргазма. Я не возбуждена, даже близко.

Я, черт возьми, хочу спать!

А он жестко трахаться…

Наши желания, как обычно, не совпадают. Но страдать должна именно я.

– Ты вялая, – всё подмечает Андрей.

– Я же говорила, что больна.

– Ну, хватит симулировать! Всё с тобой хорошо. Продолжай.

– Не буду, – убираю руку от своих гениталий.

– Не понял. Продолжай, Ева, я сказал! – от его ледяного голоса кровь в венах холодеет. Андрей ненавидит, когда я ему перечу, и я об этом прекрасно знаю. Но я так устала, что просто физически и морально не смогу выдержать акт, больше похожий на изнасилование.

– Я не хочу.

– В смысле не хочешь? Мое желание для тебя ничего не значит, так? А ведь я тебе верен вот уже четыре года, Ева! Ни разу никому юбку не задрал, хотя передо мной бабы жопой крутят.

Да лучше б ты мне изменял, козел…

– У меня температура! Не веришь – сам проверь! – бросаю на постель электронный градусник, который недавно вытащила из подмышки. – Я болею и не хочу сегодня трахаться с тобой.

– А с кем хочешь?

Он, как всегда, слышит только то, что хочет. Вырвет фразу из контекста и начинает переворачивать все факты, разжигая скандал.

– Ни с кем. Я хочу просто поспать. И если ты меня любишь, Андрей, то прими мое желание в расчет.

– А ты меня любишь?

Я молчу. Слишком долго молчу, что выводит его из себя.

– Любишь, спрашиваю?! – шлепает меня по губам. – Ответь же!

Ч-черт, они ведь только зажили. Беззаконов мой личный увеличитель губ, и к мастеру ходить не надо – после ссор с ним губешки всегда пухлые.

– Что молчишь? – наматывает мои волосы себе на кулак и больно дергает.

Из глаза моментально катятся слезы, у меня слабый болевой порог. Так хочется расцарапать ненавистную физиономию ногтями. С чего вдруг он решил пытать меня насчет любишь-не любишь? Раньше он считал по умолчанию, что я ему благодарна по гроб за новую жизнь и люблю без памяти.

– Я тебя… – делаю эффектную паузу и чеканю, – НЕ-НА-ВИ-ЖУ!

В следующую секунду я кулем лечу на пол и больно ударяюсь позвоночником.

Ска… Как больно-то.

Зачем полезла на рожон? Вот сейчас убьёт ведь. Сказать ему о ненависти равносильно подписать себе смертный приговор собственноручно. Своего благодетеля любить надо, ноги ему целовать, а не вот это вот всё.

Может я вместо аспирина выпила что-то другое? Вот и развязался язык. Андрей иногда принимает какую-то химозную дрянь. Я не против, если что, он после таблетосов всегда становится добрым и не хочет трахаться.

Но сама никогда не пробовала – боюсь стать зависимой. С моей жизнью только так можно втянуться.

– Не хотела по-хорошему, будет по… Сука! – прежде чем Андрей вплотную приблизится ко мне, я пинаю его ногой в голень.

У этого чертова маньяка эрекция. Всегда знала, что побои его возбуждают.

Удар столь силен, что почти сбивает его с ног. То ли он не ожидал яростного сопротивления, то ли таблетки придали мне нечеловеческих сил. Не знаю. Но во всё, что случилось потом, трудно поверить.

Я резво подрываюсь с пола, хватаю с полки статуэтку, которую привезла из своей единственной поездки на море, и опускаю её на никчемную голову Беззаконова.

Зычно выругавшись, он падает на пол и обхватывает голову рукой.

Наконец-то на его навороченных обоях не моя кровь.

Не думаю, что я его убила. Такого бугая просто так не завалишь. Притворяется и выжидает, чтобы напасть. А еще хочет посмотреть, что я буду делать дальше. Чтобы потом уничтожить.

Ну так смотри, милый!

Облачаюсь в джинсы, свитер и куртку. Беру из тумбочки наличку, которую накопила. Телефон оставляю – я же не дура тащить с собой слежку.

Подхожу к распластанному на полу телу своего мучителя и от души врезаю ему пяткой по яйцам. В ответ раздается протяжный стон.

Ну же, вставай, тряпка! Вставай и задай мне хорошую трепку, ничтожество!

Ааа, пошел к черту!

Мои движения четкие, уверенные, осанка прямая. Проходя мимо зеркала, останавливаюсь на пару секунд и хихикаю, глядя на свое отражение. Глаза шальные. Ах, это точно был не аспирин.

Ну а теперь в путь!

Куда? Не знаю. Лучше сдохнуть под мостом, чем дальше терпеть унижения. С меня хватит!

Не ответив на приветствие консьержа, выскакиваю из подъезда. Я знаю точно, что Андрей пустился за мной в погоню. Но так как он ранен в голову, то передвигается куда медленнее, чем я. У меня есть минута или две.

Куда?!

Выбор падает на черную тонированную тачку. Я не фиксирую ни ее марку, ни номер. Плевать. Главное, что она заведена и сможет быстро тронуться. Что я скажу водителю – тоже еще не придумала. Я на таком кураже, что кажется, этот побег обязательно удастся.

Если нет – то я самовыпилюсь. Но жить с Андреем больше не буду. После моего поступка он вообще озвереет, и жизни мне не даст. Создаст еще худшие условия, да и фитнес-зал у меня отнимет. Да ни за что он меня не простит, ведь я его унизила. Как же я мечтала отбить ему яйца! Свершилось!

Открываю заднюю дверцу авто и прыгаю в тачку.

Заваливаюсь прямо на колени какого-то мужика.

Ох, черт…

Знатно проехавшись по нему задницей, занимаю соседнее пассажирское место и воплю:

– Поехали отсюда быстрее, пожалуйста!

Из подъезда как раз выскакивает Андрей и смотрит по сторонам. Так вот почему он так долго – одевался. Дорожит репутацией перед соседями, голым не решился поскакать за мной. У нас очень хороший дом, все приличные, при деньгах.

– Поехали! – повторяю хрипло. – Только не отдавайте меня ему!

Мужчина, на которого я нагло плюхнулась, кивает водителю, и машина трогается с места.

Выдохнув, перевожу взгляд на человека, сидящего рядом. Представительный, седовласый, но не слишком старый. Белая рубашка, черный галстук. Весь такой причесанный, приглаженный, надушенный. Одним словом, шикарный!

– Ну, и куда тебя везти, красавица? – спрашивает он насмешливо…

Глава 3

Ева

– Куда-нибудь, пожалуйста. Только не останавливайтесь, – хватаю мужчину за локоть и умоляюще смотрю на него.

Не знаю, откуда взялось такое доверие к случайному незнакомцу. Кажется, будто все мужчины города в тысячу раз лучше и порядочнее, чем Беззаконов. Говорящая у него фамилия, да. С такой в органы охраны правопорядка нельзя брать.

– Малышка, ты только что проехалась попкой по моим яйцам, а теперь хочешь сломать мне руку? – весело спрашивает незнакомец. – Прекрасное знакомство, я считаю.

– Простите, – тушуюсь, отпуская его.

– Прощаю. Так от кого бежишь? От мамки с папкой, потому что на дискотеку не пущают?

Его юмор действует на меня успокаивающе. Лучше шутить, чем в красках рассказывать, от какого кошмара я сбежала. Да и честно сказать, я не собираюсь откровенничать перед незнакомым человеком. Пришлось бы врать на ходу, чего я не люблю. Лучше отмалчиваться.

– А как вы узнали? – нахожу в себе силы улыбнуться.

Наверняка улыбка эта вышла жалкой и жуткой. Надеюсь, он не попрет меня из машины на первом же светофоре.

– Сам ведь отец взрослой дочери, – разводит руками. – По клубам нынче опасно ходить. Плохие дядьки не спят, а ищут доверчивых красавиц.

– Простите, это вы о себе?

Мужчина красиво смеется, запрокинув голову назад. Он меня не опасается, раз спокойно открывает шею. Да кто в здравом уме будет бояться зашуганную девчонку? Скорее всего, я вызываю лишь единственное желание – обнять и плакать.

– Ефим, – представляется он.

– Ева.

– Будем знакомы. Как насчет выпить чего-нибудь горячего? Тебя трясет, Ева.

– Хорошо. Только где-нибудь на другом конце города, пожалуйста.

– Гриша, бар «Зодиак», – велит водителю Ефим и опускает перегородку, скрывающую нас от Гриши. – Ехать долго придется, – объясняет мне. – Так что можем пока поболтать о том, о сем.

– Простите, что нагло ввалилась в вашу машину, но так сложились обстоятельства, – пытаюсь унять дрожь во всем теле.

Спина адски болит. Мудак нехило приложил меня об пол. Надеюсь, обойдется без смещения позвонков. Но засудить его за побои не выйдет, можно даже не пытаться, у него везде связи.

Ефим что-то спрашивает, но до меня не доходит смысл его слов.

Кажется, я сейчас отключусь. Какой уж тут бар на другом конце города?

***

Прихожу в себя в незнакомой обстановке. Спальня, мягкая постель, и дурнота. Горький вкус желчи во рту. Горло скребет, и я захожусь в сухом кашле.

Вспоминаю почти сразу, что произошло накануне, и не верю, что это был не сон. Я сбежала от тирана. Я свободна. Только вот… надолго ли? Если он меня найдет, то всё пропало.

– Проснулась?

В комнату входит незнакомец из ночной тачки. Ефим, кажется.

Сажусь в постели и морщусь от вспышки боли в спине. Хочется шипеть и материться, но я же теперь девочка воспитанная, поэтому молча терплю боль.

– Лежи-лежи. Тебе здорово досталось.

– Что со мной?

– Тебе лучше знать, что с тобой происходило последний… мм, скажем, год.

– Вы о чем? – придуриваюсь.

– О твоих шрамах и синяках, Ева.

Упираюсь взглядом в занавеску, украшающее окно. Золотая, тяжелая портьера с кисточками, она уже давно вышла из моды. Но одет Ефим дорого и современно – без труда узнаю качественные рубашку и брюки. И черные носки. Какое счастье, что не белые. Это для меня прям особый маркер.

У Беззаконова была особый пунктик на носки – они непременно должны быть белоснежными. Следить за их чистотой приходилось мне. Как вспомню, так вздрогну. Неужели пришел конец мучениям, и мне больше не придется обслуживать этого гада?

– Не буду лезть к тебе в душу. Захочешь – сама расскажешь. А сейчас поешь суп, – кивает на поднос, стоящий на прикроватной тумбочке.

– Где я?

– У меня в гостях. Вчера, когда ты вырубилась в машине, мне не оставалось ничего кроме, как привезти тебя сюда.

– А ваша жена не будет злиться?

– Моя жена ни о чем не узнает. Не беспокойся.

Хм… в поездку, что ли отправил, свою благоверную? Вот отлежусь немного и уйду, чтобы никого не обременять. Только куда? Не знаю. Придумаю позже. На крайний случай сунусь к Арине и попрошу помощи с документами. Мой паспорт остался у Андрея. Он давно его забрал, зная, что без удостоверения личности я не отважусь на побег.

А я отважилась. Сюрприз-сюрприз.

Получил вчера, сволочь? Не устану смаковать тот момент, когда моя нога соприкоснулась с его вонючим пахом. Надеюсь, я ударила достаточно сильно, и теперь он станет бездетным импотентом. Таким размножаться категорически нельзя, поэтому я уже четыре года сижу на противозачаточных таблетках.

– Ешь, набирайся сил, – говорит Ефим, ставя поднос мне на ноги. – Приходил врач и сказал, что у тебя сезонный грипп.

– Вы бы масочку надели, чтобы не заразиться, – улыбаюсь неловко.

– Не волнуйся, гриппом меня не напугать.

Некоторое время мы молчим. Я бросаю короткие взгляды на Ефима, а он, не таясь, разглядывает меня, как диковинку.

– Ответь мне только на один невинный вопрос: тебя не будут искать? – спрашивает он. – А меня – не посадят на похищение столь красивой девушки?

Твою налево, я подставляю человека. Как я могу обещать, что его не посадят, когда его могут даже убить? Ревность Андрея не знает границ. Если он решит, что Ефим меня тронул, то ничего хорошего моего спасителя не ждет.

– Я наелась, спасибо, – отодвигаю от себя чашку с остатками бульона. – И мне, наверное, пора.

Неужели Ефим сам готовил еду? Или в квартире есть еще люди?

А если он уже знает, кто я такая, и с минуты на минуту сюда подъедет Беззаконов, который понятное дело, сейчас меня рыщет по всему городу. Он мог запомнить номер машины и вычислить мое местонахождение по ней.

Страх отравляет кровь и сковывает тело железными удушающими путами. Бежать в другое место, запутать следы, сбить с толку. Но я так слаба, что не могу подняться с постели.

– Та-ак, – тянет мужчина. – Всё ясно.

Мысли лихорадочно мечутся. Что ему ясно – мне не понятно. Но я должна защитить себя, биться до последней капли крови, чтобы не достаться Беззаконову.

Нужно найти нож и положить его в рукав свитера. Так мне будет спокойнее. Нож в рукаве меня еще никогда не подводил.

Ефим, честь ему и хвала, меня не раздевал. Я лежу одетая, как и вчера. Только ступни почему-то босые.

– Ты была без носков, – отвечает Ефим на мой немой вопрос.

Разумеется, мне было не до них. Я была готова бежать от Андрея даже голой и босой. Поэтому просто сунула ноги в первые попавшиеся ботинки.

– Скажите, что за врач приходил и будет ли он молчать? – спрашиваю я, взволнованно пригладив волосы.

– Послушай сюда, девочка, – властным голосом отвечает хозяин квартиры. Таким тоном только приказы отдавать, подумалось мне. – Пока ты в моем доме, ты находишься в безопасности. Сюда никто не войдет и не причинит тебе вред. Но, чтобы тебе помочь, я должен знать твою историю. Всю историю! От начала и до конца. Выбор за тобой, Ева.

Глава 4

Ефим

Дав Еве время на размышление, ухожу с подносом на кухню. Вчера я подумал, что она – наркоманка и хотел вышвырнуть ее из своей тачки, когда она отключилась. Еще не хватало, чтобы какая-то девчонка откинулась в моей машине, испортив мою кристально-чистую репутацию.

Но что-то меня остановило.

Всё не так просто – подсказывала мне интуиция.

Она выбежала из элитного дома, она хорошо одета и ухожена. Нет, я не мог ее выбросить как собаку.

Привез в свою старую квартиру. С тех пор, как погибла моя супруга, я здесь ничего не менял. Всё оставил, как было. Мы с дочерью Ариной уже десять лет живем в частном доме, и сюда я редко захаживаю. Но домработница делает здесь уборку регулярно.

Продать квартиру рука не поднимается. Эту трешку нам с женой выделило МВД в лохматые годы, потом я ее приватизировал за небольшие деньги. Ведь здесь мы были счастливы.

Были… Пока однажды моя жена оказалась не в том месте, не в то время. Надя решила отнести деньги в банк, чтобы положить их на счет, так как не любила держать наличку дома. Всё боялась, что в квартиру заберутся воры и нас обчистят. Был у нее такой страх.

Именно в этот день преступники решили ограбить банк. Моя жена пострадала случайно. Налетчики стреляли в потолок, пуля срикошетила и попала в мою жену. Случайная смерть. Не зря она всю жизнь боялась ограблений, вот на свою беду и попала под замес. А может быть, она что-то чувствовала… Я не сильно верю в судьбу или карму, но что-то такое есть…

Не люблю вспоминать эти события, до сих пор тяжело. Аришка без матери осталась. Я так и не женился, как-то не до свадеб было. Бабы, конечно, были, одну даже с дочерью знакомил, но не сложилось…

Но вернемся к Еве. Я привез ее в квартиру и позвонил своему старому другу хорошему врачу. Он осматривал ее при мне, и меня поразила не только красота ее тела, но и многочисленные шрамы и ссадины на нем.

Под свитером у нее красный бюстгалтер с отверстиями для сосков. Стыдно признаться, но я не мог отвести взгляд от ее совершенных пропорций и шелковой кожи. Грешен, каюсь! Просто не видел никогда столь красивых девушек. Она словно вылеплена самим Богом из самых лучших материалов.

Ева…

Конечно, пока девчонка отдыхала, я пытался пробить ее. Среди жителей того дома, откуда она выскочила, прописана только одна Ева по фамилии Лагутина. Но вот что странно: информация по ней оказалась закрыта. Так бывает, когда служащие в системе ограждают своих родственников.

Конечно, вся инфа по ней будет у меня уже через несколько часов. Мои люди зайдут в другие базы, где вся биография Лагутиной будет, как на ладони.

Но уже сейчас я понял одну важную вещь: кто-то над ней измывался месяцами. Может, год. А может, и годами. Страшное зрелище. Кто посмел мучить такую красивую девушку? Как вообще рука поднялась, а?

Такую богиню надо холить и лелеять, на руках носить, золотом осыпать. Без преувеличений.

Вытираю мокрые после мытья посуды руки полотенцем и выжидаю. Девчонка страшно напугана и мне не доверяет, да и я не спешу открывать свою личность, потому что не доверяю ей. Откуда мне знать, что ее послали не для того, чтобы меня скомпрометировать?

В следующем месяце я должен официально вступить в должность начальника главка, меня уже утвердили в Москве. И пока я являюсь исполняющим обязанности. Как знать, что это не конкуренты действуют против меня, чтобы убрать с дороги?

Жужжащий на столе телефон выводит меня из размышлений. Звонит дочка.

– Да, Ариш?

– Папа, привет! Ты сейчас сильно занят?

– Немного. А что ты хотела?

– Я хочу, чтобы ты нашел адрес моей подруги. Она сегодня не пришла на фитнес, и я за нее беспокоюсь.

– Ну и что, что не пришла? Может, деньги закончились? Ваш центр, знаешь ли, не самый дешевый. Абонемент на месяц стоит, как крыло самолета. Не у всех есть такие финансовые возможности.

– Пап, она не из бедных. И уж точно не могла пропустить тренировку без причины. Понимаешь, она повернута на спорте? Мне кажется, что с ней что-то случилось.

– Может заболела? – пожимаю плечами.

– Достань мне ее адрес, пап. Если заболела, то я ее навещу. Увижу, что с ней все в порядке и успокоюсь.

– Что за подруга такая, что ты не знаешь ее адрес? – ворчу. Не люблю, когда Арина сходится с не понятными людьми.

– С фитнеса, пап. Она хорошая.

– Ладно, скинь все известные тебе данные сообщением, чтобы я не забыл.

– Спасибо, папуль! Ты – лучший!

– Пока, лиса.

С улыбкой отключаюсь. Хорошая у меня дочка выросла, проблем вообще никаких не доставляет. Учится на одни пятерки, спортом занимается, жених есть – скоро свадьба. Пока все целомудренно, никаких совместных ночёвок. Арина не устает меня радовать.

Но пора возвращаться к Еве. Надеюсь, она приняла единственно верное решение – рассказать мне всю правду.

– Ты как? – окидываю девчонку взглядом. – Не морозит?

– Все нормально, – отвечает она настороженно.

– Я тебе носки принес. Новые, но мужские.

– Спасибо.

Отодвинув край одеяла, надеваю на озябшие ноги Евы свои носки. Она изумленно наблюдает за процессом. А я наслаждаюсь видом ее маленьких и аккуратных ступней.

– Да я бы сама… – бормочет тихо.

А у меня перед глазами до сих пор стоит ее бюст с торчащими сосками. Как это сексуально, черт возьми, но явно она оделась так не для меня. Я лишь случайно увидел, подсмотрел и не смог отвести взгляд, пока мой друг не закончил осмотр.

У Евы сезонный грипп и сильнейший стресс. Принимала ли она накануне запрещенку – без анализа крови не понять. Но девочка точно не наркоманка. Чистая. И самое главное, что она не умрет в моей квартире. Поэтому обойдемся без анализов.

– От кого ты сбежала?

– От сожителя.

– Муж?

– Нет, мы не расписаны. Встретились четыре года назад в одном маленьком захудалом городке, куда он приехал по работе.

– Как его зовут?

– Андрей Беззаконов, – произнесенное вслух имя заставляет Еву широко раскрыть глаза. Она его боится до одури. Боится…

– Что вчера случилось между вами?

– Андрей вернулся с работы не в духе. Потребовал с меня ужин и… секс… А я не смогла, понимаете? – обхватывает лицо ладонями и качает головой. – Мне было плохо. И я… ударила его по голове. А потом сбежала.

– Он жив?

– Жив.

– Он с тобой плохо обращался. Почему же ты терпела?

– Мне некуда идти. У меня никого нет. Вообще никого. Понимаете?

– Понимаю.

Наш разговор прерывает трель звонка, я уже успел отвыкнуть от этого звука. Хм… Кажется, у нас не званные гости. Так быстро?

Побледневшая Ева испуганно хватает меня за руку и просит одними губами:

– Не открывайте. Прошу вас: не открывайте. Это он!

Глава 5

Ефим

Бояться какого-то ублюдка – последнее дело. Не собираюсь шкериться по квартире и готов встретиться лицом к лицу с кем бы то ни было. Как могу успокаиваю перепуганную Еву и иду встречать гостей.

На пороге стоит бугай, который сразу же сует мне под нос прокурорскую ксиву. Пары секунд достаточно, чтобы успеть прочитать, что ко мне пожаловал советник юстиции Андрей Валентинович Беззаконов. Однако я впечатлен его наглостью, бараньему упорству и свойственной таким людям беззастенчивостью.

– Здравствуйте, Ефим Матвеевич. Я пришел за своей супругой. Можно войти? – заносит ногу.

– Нет, – выхожу на лестничную площадку и плотно закрываю за собой дверь.

Не думал же он всерьёз, что я позволю ему войти в мой дом без приглашения?

Но вломиться в квартиру генерала он не решится, значит, будет действовать окольными путями.

– Нет, так нет. Позовите, пожалуйста, Еву. Надеюсь, с моей женой всё в порядке?

– А с чего вы решили, Андрей Валентинович, что ваша жена у меня?

– Господин Молотов, – с кривой усмешкой обращается ко мне подполковник, – есть видеозапись, снятая возле нашего дома. На ней четко видно, как Ева садится в вашу машину. Вот здесь хорошо видно госномера.

Всегда недолюбливал прокурорских, есть, скажем так, за что. И самый типичный её экземплярчик сейчас стоит на моем пороге. Насквозь прогнивший, воняющий темными делишками и взятками в особо крупных размерах.

Беззаконов включает видеозапись и поворачивает экран смартфона ко мне.

Мельком взглянув на кадры, отвечаю подонку:

– Была вчера какая-то девчонка. Попросила подбросить ее до ближайшего бара.

– И как, подбросили?

– Да. Почему бы и нет?

– Я могу войти, чтобы убедиться в ваших словах?

– Не можете. Моим словам вы должны верить безоговорочно. Бьюсь об заклад, что вы уже навели обо мне справки. Так что знаете, с кем имеете дело. Да и какой мне интерес скрывать у себя чужую жену? И кстати, жену ли?

И на это у мужика находится ответ. Протягивает мне Евин паспорт, в котором стоит штамп о регистрации брака. Соврала, значит? Плохо! Чем грозит, пока не знаю. У меня будет примерно сутки, чтобы разобраться во всей этой истории. И я хочу ей верить, черт возьми. Потому что повелся на неё да, пустил слюну на чужую женщину, захотел ее себе.

– Понимаете, Ефим Матвеевич, моя жена, несколько эмм… экспрессивная женщина. Мы вчера немного повздорили, и ее до сих пор нет дома. Я волнуюсь.

– Поищите у подруг.

– Она не слишком общительная.

– Не понимаю, чем я могу вам помочь, Андрей Валентинович?

– Может быть, вы вспомните название бара, где ее высадили?

По его тону понятно, что нихрена мне не верит, а закончить диалог не позволяет гордость. Он тонко чувствует, что его женщина стоит прямо за стеной. Недоступная ему. И его это бесит. Однако перейти грань дозволенного он сейчас не сможет. Понимает, чем ему грозит беспардонность.

С теплого насиженного места легко слететь, войдя в открытый конфликт с генералом. Нет, не входит это в его планы. Но Беззаконов не отступится от Евы. Он одержим ею, и она нужна ему – это уже тонко чувствую я.

– К сожалению, я не запомнил, – отвечаю ровно. – Но могу спросить у своего водителя.

– Что ж, отлично. Буду очень вам признателен. Дело семейное, сами понимаете. Моя жена из сложной семьи, где приветствовались всяческие употребления. Поэтому у нее могут быть проблемы с алкоголем или чем-то еще… Да и зачем вам чужая проблемная баба, правда? – натягивает ядовитую улыбку на морду.

– Сочувствую вам, впредь смотрите лучше за супругой.

– Всенепременно, Ефим Матвеевич. А вы смотрите за дочкой, всякое разное бывает.

Сука! Он мне угрожает, что ли? Вот чёрт помойный.

– До свиданья, – захлопываю перед его носом дверь. Еще раз сунется сюда – разговаривать будем по-другому.

Звоню своему помощнику и гаркаю трубку:

– Антон, собери информацию на Беззаконова из прокуратуры. Всё, что сможешь нарыть: компромат, связи, друзья, враги. Только быстро!

– Есть, товарищ генерал, сделаю.

Кладу трубку и зову девчонку:

– Ева, он ушел. Ева, ты где?

В недоумении обхожу всю квартиру – куда же она спряталась? Заглядываю в кладовую и нахожу ее там. Девочка ни жива ни мертва. Трясется вся, на лбу выступила испарина, глаза бешеные.

– Господи, Ева! Иди сюда, – пытаюсь ее обнять, но она не дается.

Уворачивается упрямым зверьком, и из рукава её свитера выпадает нож и приземляется прямо рядом с моей ногой.

– Бля. Да ты чего?

Не говоря ни слова, она сползает вниз по стенке, обнимает свои колени и беззвучно рыдает. Обнимать не решаюсь, она очень плохо реагирует на прикосновения. Сломанная она, что тут говорить. Мудак проехался по ней катком. Она просто в ужасе. Ножом собиралась защищаться, глупенькая.

Откинув «оружие» ногой подальше, сажусь рядом с ней на пол и говорю:

– Он ушел, но скорее всего, ненадолго. Не поверил, что тебя тут нет. А ты почему мне соврала? Вы ведь состоите в официальном браке. Он паспорт с собой притащил, там штамп стоит.

Она отрицательно качает головой и отвечает сбивчиво:

– Это неправда. Я никогда не была в загсе. Не выходила замуж… Андрей… Он забрал мой паспорт. Давно. Я не знаю, зачем ему это… Наверное, дал кому-то денег, и нас расписали без моего участия. Я не знаю зачем.

– Странное дело. Не понравился мне этот твой Андрей. Скользкий тип. Еще и угрожать мне посмел. Мне!

– Мне он тоже не нравится, – отвечает она, смотря в пустоту.

– Намекнул, что ты алкоголичка и наркоманка.

– А еще, наверное, что люблю жесткий секс с элементами БДСМ, – грустно усмехается Ева и инстинктивно дотрагивается до живота.

– А ты любишь? – наблюдаю за ее реакцией.

– Ненавижу, – вспыхивает ее личико. – Просто ненавижу всё, что связано с этим, – ее плечики трясутся. – Ненавижу насилие!

– Ну всё, я понял. Понял…

– Спасибо, что не впустили его сюда. Даже не знаю, как вам это удалось. И как мне вас отблагодарить?

– Нужно отсюда уходить. Сукин сын не успокоится, вернется, и не один. Это старый дом, здесь нет охраны и при желании можно войти хоть через окно.

– А куда уходить? – спрашивает испуганно.

– Видимо, придется пригласить тебя к себе домой…

Глава 6

Ева

Страх, отчаяние, ненависть, боль – теперь мои лучшие друзья.

Монстр нашел меня, иначе и быть не могло. Всю ночь рыл землю носом, поднимал все свои связи и искал меня, чтобы поквитаться.

Я была уверена, что Ефим позволит ему меня забрать, и я была готова вспороть Беззаконову брюхо, едва он ко мне приблизится.

Для этого я молнией прошмыгнула на кухню и схватила нож. Вся слабость ушла, тело моментально перешло в режим выживания и выплеснуло в кровь огромную порцию адреналина. Я готова драться, я готова биться. Или… на худой конец, убить себя.

К счастью, этого не потребовалось.

Я не знаю, кто он – Ефим. Кем он работает? Чем занимается? Но кои-какие подозрения у меня все же имеются на его счет. Военная выправка и командный голос выдают в нем офицера. Возможно, в отставке.

В захудалом городке, где я родилась, есть военная часть, и я видела много командиров. Мне всегда нравились статные мужчины в погонах. И словно в насмешку мне достался такой… ублюдок. Без звания (работники прокуратуры носят звезды на погонах, но не имеют званий, только чины, например, младший советник юстиции, юрист 1 класса и т.д), зато в мундире. Я ничего не знаю о делишках Беззаконова, он меня в них не посвящал, но думаю, что честным трудом имеющееся у него большие деньги не заработать.

Позже, когда я немного успокоилась, Ефим объяснил, что Андрей вычислил меня по камерам видеонаблюдения вокруг нашего дома. Ну, конечно! Как я могла про них забыть?

Для меня загадка, почему мужчина так поступил – укрыл у себя чужую жену? То есть я, конечно, никакая Андрею не жена, откуда взялся штамп в моем паспорте, ума не приложу! Впрочем, с его связями – это сделать не сложно. Услуга за услугу – так принято в его мире.

Вопрос только в том: зачем Беззаконову официальный брак и есть ли в его собственном паспорте такой же штамп? В последнем я очень сильно сомневаюсь. Андрей всегда дорожил своей свободой.

Так почему же Ефим не сдал меня? Почему?!

Понравилась ему? Право, смешно. Избитая голодранка влезла к нему машину и вырубилась. Даже удивительно, что он тупо не выкинул меня в ближайшую канаву подыхать. Андрей, я уверена, так бы и поступил. Но Ефим – не Андрей. Он живет по другим понятиям. Но пока я даже думать боюсь, что мне крупно повезло его встретить.

Спасти меня от Беззаконова – Ефим не спасет, но хотя бы отсрочит мою кончину. Уже неплохо, правда? Может хоть напоследок пообщаюсь с нормальным мужиком. Я не имею в виду ничего интимного, боже упаси, меня от секса теперь до конца дней будет тошнить.

Плюс Андрей опорочил меня перед новым знакомым, наплел, что я наркоманка и алкашка. Так что не думаю, что я интересую его как женщина. Скорее всего, просто он и вправду неплохой человек. Может, жалко меня стало, кто его знает. Но я точно вызываю у Ефима брезгливость после узнавания таких отвратительных подробностей о моей жизни.

Неужели он повезет меня к своей жене? У мужчины, оказывается, есть другой дом. Старую квартиру мы покинули, едва дождавшись, когда стемнеет. Мне пришлось надеть для маскировки длинную норковую шубу, норковую же шапку и черные очки. Стала буквально похожей на жену мафиози. Беззаконов ни за что не узнает меня в таком образе, даже если мы столкнемся лицом к лицу.

Правда, я бы умерла на месте, если бы встретила его у подъезда. Чтобы этого не произошло, Ефим сто раз проверил, нет ли на улице наблюдателей, прежде чем я вышла к машине.

Днем он еле уговорил меня поспать. Я боялась уснуть и проснуться в аду. Нервы стали ни к черту.

Ефим сосредоточенно ведет машину. Я рассматриваю его мужественный профиль и размышляю обо всяком разном. Доверие к нему растет во мне все больше и больше. Если бы он хотел меня сдать или обидеть – он бы давно уже это сделал. А так… спасает вот.

– А ваша жена не будет ругаться по поводу моего присутствия? – нарушаю наше комфортное молчание.

– Ева, моя жена давно умерла.

– Вот как… Значит, на мне ее вещи?

Коротко кивает в ответ и поджимает губы. Жалеет, что связался со мной?

– Простите. Мне жаль.

Я не знала его супругу, и мне на нее все равно. Но надо же было что-то сказать.

– А с кем вы живете? – продолжаю допытываться.

– С дочкой и домашними работниками. Самое главное, что в комплексе – хорошая охрана. Если твой… прокурорский попробует подойти к моему дому, то через три секунды его уже упакует вневедомственная охрана.

– А можно вопрос?

– Давай.

– Почему вы мне помогаете?

Ефим на секунду задумался, а потом ответил:

– Дочка у меня имеется твоего возраста. И я все время думаю: а если бы ей понадобилась помощь в трудной ситуации, и люди прошли бы мимо?

– Простите, но я вам не верю.

– И правильно делаешь. У меня к тебе отнюдь не отцовские чувства.

Кровь приливает к лицу, и мне становится трудно дышать. Что он сейчас сказал? Паника окутывает меня густым ядовитым туманом, заставляя сердце биться об ребра.

– Немедленно остановите машину, – требую.

– С ума сошла? Зачем?!

– Я хочу выйти!

– Успокойся, Ева. Ты всё не так поняла, – его голос звучит успокаивающе. – Слова даю, что не буду лезть к тебе под юбку. Не собираюсь тебя насиловать и к чему-то принуждать. Я в такие игры не играю, девочка. В любой момент ты можешь уйти, но я бы не советовал горячиться. Этот гад не оставит тебя в покое, ты нужна ему зачем-то. У меня целое досье на него собралось, хоть книгу пиши.

– Зачем вам его досье? – спрашиваю сипло.

Ну и трусиха же ты, Лагутина! Будешь теперь от каждого мужика шарахаться? Да нужна ты ему! Только посмотри на него, и все станет на свои места. Таким мужчинам, как Ефим, женщины сами навязывается в постель.

– Наказать его хочу. Ищу действенный способ.

– Ничего не выйдет. Он всё равно выкрутится, – горько качаю головой.

– Это мы еще посмотрим.

Машина проезжает мимо пропускного поста, где стоит вооруженная охрана, и за нами закрываются ворота. Ефим точно не простой человек. Кто же он? Бизнесмен? Политик? К кому же меня угораздило сесть в машину? И что он делал возле дома Андрея? Со всеми переживаниями и потрясениями я так и не спросила его об этом.

– Видишь? Сюда не пустят кого бы то ни было без моего разрешения.

Что ж, это хорошо. Здесь я в самом деле буду чувствовать себя в безопасности. Сюда Беззаконову просто так не пробраться. Еще поживу! Еще поборюсь!

Надеюсь, с дочерью Ефима я найду общий язык, и она не выставит меня на улицу, едва её отец выйдет за порог. Я никогда не нравилась женщинам, и меня, нелюдимку, предпочитают обходить стороной. Все, кроме Арины.

– Проходи, Ева. Будь, как дома.

– Папа?! – слышу звонкий голос… Арины и ошарашенно смотрю на подругу, о которой думала секунду назад.

У меня глюки, что ли, уже пошли? Ну всё, таблеточки аспирина вышли боком…

Глава 7

Ефим

– Ева! – Арина бросается к моей спутнице и обнимает её за плечи. Какого х…? – Папа, ну ты даешь, – смеется дочь, – я у тебя всего лишь адрес подруги попросила, а ты прямо сюда ее привез.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.