Александра Питкевич Samum
Драконова доля

Глава 1

Настроение было не самым лучшим. Когда мы перебрались в этот городок с отцом много лет назад, мы рассчитывали на спокойную деревенскую жизнь, с ее простыми заботами и чистым воздухом. И если второго было в избытке, то с первым выходили сложности. Я стояла возле лавки бакалейщика, пересчитывая деньги, полученные за работу. Небольшое хозяйство помогало не умереть с голоду, но о спокойствии речи не шло. Особенно теперь, когда с первыми дождями стало ясно, какой ремонт требуется крыше дома.

– Ну что, Исла? Будешь брать? – бакалейщик печально вздохнул, следя за моими действиями.

– Давай половину, – вздохнула я, высыпая деньги на стол. На несколько дней хватит, а там будет видно. Как-нибудь выплыву. Мне самой многого не нужно.

Мужчина кивнул, выставляя передо мной небольшой мешок с мукой и коробку кускового сахара. Рядом лег еще бумажный кулек.

– И конфет тебе немного. Не грусти, все образуется. Сейчас начнется осень, заказов будет больше.

– Очень надеюсь, – кивнула с благодарностью. Конфеты я себе не могла позволить уже давно. Наверное, с тех пор, как отец начал болеть, и большая часть средств стала уходить на лекарства. Вот только даже дорогие снадобья из столицы не смогли продлить его жизнь надолго, только уменьшили боли.

Дверь лавки распахнулась со звоном колокольчика. В помещение ворвался холодный, сырой ветер, заставляя ежиться в старом пальто. Ему тоже требовалось мое внимание, но ставить подкладку… только если распороть старую одежду отца, а этого мне не хотелось делать. Я была готова носить его куртку в том виде, в котором она была сейчас, пока на ней еще немного сохранялся запах. Это позволяло мне верить, что я не одна в этом мире.

– Доброго дня, любезный, – низкий голос, глубокий, словно пропитанный силой, заставил обернуться. И вздрогнуть. Видно, мне стало холодно не от ветра, а от присутствия незнакомца.

Высокий, массивный. С красными волосами, словно на него когда-то уронили мешок с кармином, и краска въелась в шевелюру.

Я с удивлением и тревогой смотрела на незнакомца, пытаясь понять, какие беды визит дракона может привлечь в наш небольшой городок. Богатая одежда, гордый, даже высокомерный взгляд. Золотая вышивка на камзоле. Гость явно был из столицы, не понимавший, что один его наряд ввергает людей здесь в ступор.

Да еще и дракон. Это становилось ясно сразу, стоило только посмотреть на точеные черты лица. И словно для того, чтобы развеять остатки сомнения, зрачки незнакомца вдруг вытянулись. Дракон втянул носом воздух и… скривился. Длилось это всего мгновение, но и того было довольно. Я почувствовала себя грязью под его ногами, словно не мылась несколько недель или пропахла коровником.

Окинув меня внимательным взглядом, дракон почти тут же взял себя в руки, вернувшись к бакалейщику с вопросом.

– Мне нужно найти мастера Койберта. По нашим данным, он проживает где-то здесь.

Бакалейщик, с которым я была знакома уже лет десять, тревожно переступил с ноги на ногу, поглядывая на меня. Все верно, этот вопрос был задан мне, пусть дракон этого и не знал.

– Мастер Койберт уже года два, как покинул наш мир, отправившись к предкам. Вы его не найдете в этом городе, – кривясь от боли в груди, которая никак не желала утихать с годами, зло ответила дракону и быстро сгребла свои нехитрые покупки в корзинку. Обернувшись к хозяину лавки, я кивнула. – Всего хорошего, Майн. И до встречи.

И, не дожидаясь ответа, проскользнула мимо дракона, стараясь не зацепить эту птицу высокого полета. Мне было неинтересно, для чего отец понадобился гостю из столицы. Своих дел хватало, и они были куда более важными, чем чей-то внезапный интерес.

**

Крыша была еще хуже, чем мне показалось после дождя. Я сидела на коньке и едва не плакала от досады. Тех двух десятков деревянных черепиц, что мне по доброте душевной отдал сосед за крынку молока, явно было недостаточно. Я смогла залатать только несколько самых больших дыр, где черепицы рассыпались в труху от времени. Но плохих осталось еще столько, что я просто не знала, что делать. Идти в лес собирать мох? Этот вариант был неплох, но, сколько времени понадобится, чтобы перекрыть всю крышу? И выдержат ли старые стропила? Не прогнили ли? Но какие варианты у меня оставались? Солома? Сезон уже почти прошел, а того, что у меня было в запасах с трудом, но должно было хватить на зиму скотине. Тратить это на крышу я никак не могла.

– Исла Дарзо? – от неожиданного окрика из рук выпал молоток. Несколько оставшихся плиток покатились вниз вслед за молотком, упав на землю. Из горла вырвался тихий стон тоски. Теперь придется все собирать. Но сперва нужно будет спуститься, а это куда сложнее всего остального. Как я сюда забиралась – отдельная песня. Я очень надеялась, что никто из соседей не видел этого представления.

– Что? – вспомнив о виновнике моей неудачи, зло и резко гаркнула я, с трудом поворачиваясь, чтобы не потерять опору. Гостя я все еще не видела, но разговаривать боком мне казалось все же немного лучше, чем сидя спиной.

– Я искал вашего отца, но мне сказали, что он умер… – я дернулась, словно от удара. Теперь я узнала голос. Дракон. Что из моих слов он не понял? И для чего явился в мою скромную обитель?

– Вам сказали верно. Здесь вы его не найдете. Как и полагается, его развеяли по ветру. Так что если вы не умеете создавать плоть из пепла и воскрешать умерших, вам с ним не встретиться.

– Спуститесь, мне нужно с вами переговорить. А сейчас это несколько неудобно, – повелительным тоном почти приказал дракон, заставляя скрипеть зубами.

– Не думаю, что нам есть о чем с вами разговаривать. Отца нет, и я ничем не могу вам с этим помочь…

– Госпожа Дарзо, – в голосе дракона появились такие нотки, что мне на самом деле стало страшно, вдруг этот гость спалит мой дом, если я еще раз ему откажу. Но спускаться в его присутствии? Видно, у меня не было вариантов.

Скрипя зубами от досады, я стала медленно двигаться по коньку невысокого дома, почти прилипнув животом к сырым доскам. На теплых чулках и штанишках, что я поддела под домашнюю юбку, оставалась черная грязь, но это было меньшим из зол. Со стиркой я как-нибудь справлюсь, благо золы в камине довольно, а вот не соскользнуть с крыши – это была та еще задачка. И словно насмехаясь надо мной, с налетевшей откуда-то тучи, стал накрапывать дождик, делая крышу не просто неудобной, но еще и скользкой. И завязанная на талии веревка теперь не казалась такой уж надежной страховкой. А ну как труба не выдержит моего веса? Кто тогда будет собирать мои бренные косточки, когда я окажусь на земле?

Мне никак нельзя было себе что-то сломать. Это будет хуже смерти. Я не смогу работать, а никто из соседей не возьмет на себя такую обузу. Здесь мало кто мог похвалиться достатком, позволяющим лишний рот.

– Как-то вы не слишком умелы в этой работе, как мне кажется, – не преминул прокомментировать картину дракон, заставляя меня злиться еще сильнее.

Какой проницательный! И как только догадался? Может, всему виной были мои, задранные до бедер, юбки? Или на эту мысль его навели мои грязные руки?

– Какой догадливый, – буркнула я под нос, все также медленно продвигаясь в сторону трубы. Там к крыше была прибита старая лестница, а снизу была приставлена еще одна, по которой я сюда и забралась.

– Это очевидно, – словно мы вели диалог, отозвался дракон на мой тихий комментарий. Я вздрогнула и посмотрела вниз. Незваный гость сейчас стоял ровно подо мной, запрокинув голову и уперев руки в бока. И словно яркое пятно, на фоне темной осенней земли, почти сверкали его красные волосы. Какой цвет, чистый кармин…

– Давайте поговорим сейчас. Как я вижу, вы очень торопитесь, – предприняла я еще одну попытку избежать позора.

– Не настолько, чтобы не дождаться вас здесь, – дракон топнул ногой по земле, словно указывал мне место, на котором ожидает меня увидеть буквально через мгновение.

А мне вдруг стало почти смешно. Такой чистый, выглаженный. Кажется, даже его волосы сегодня завивали новомодными щипцами, так ровно и красиво лежали локоны, игнорируя и дождь, и поднимающийся ветер. Он будет весьма нелепо смотреться рядом с чумазой, растрепанной мной.

Небо темнело, и в ближайшее время мелкие капли превратятся в настоящий ливень. И лучше мне не быть на крыше в этот момент.

– Лучше вам отойти подальше, – обняв трубу, я медленно перекинула ногу через конек крыши, установив ее на начало лестницы. Дальше было самое сложное: нужно было медленно сползать по трубе и надеяться, что ноги смогут нащупать следующую ступеньку. – Если я начну падать, то рухну прямо на вас.

– Мне кажется, для вас это будет предпочтительнее, чем упасть на землю, – хмыкнул дракон. И добавил куда тише, но из-за затихшего ветра я смогла расслышать слова. – Потому я тут и стою.

Отвечать я не стала. Хочет побыть подушкой, так это не мой выбор. Я была занята куда более важным делом. Медленно, оттопырив попу, я сползала по трубе и молилась всем известным духам, чтобы уберегли меня от падения.

Нога пошатнулась, ступив на приставную лестницу. Мне казалось, что я поставила ее надежно, но, видно, земля под ней начала промокать. Это было нехорошо.

– Придержите мне лестницу, – откинув гордость и шанс, что дракон сумеет рассмотреть мои нижние штанишки, попросила я.

– Весьма шаткая конструкция, должен заметить, – опора стала надежнее, и я стала быстрее переставлять ноги, стремясь вернуться на твердую поверхность. – Вам бы леса нормальные, крепкие, а не это недоразумение.

– Конечно, – не пытаясь больше сдерживаться, с иронией буркнула я. Мешочек с гвоздями, что был привязан к поясу, зацепился за одну из перекладин, и я одной рукой пыталась его отцепить и не сорваться. – Я непременно воспользуюсь вашим советом и в другой раз построю леса. Мне же больше нечем заняться, а двор полон материалов, как это видно невооруженным взглядом. Я же так. Ради развлечения здесь ползала…

Договорить я не успела. Мешочек с гвоздями отцепился так резко, что вздрогнула вся лестница. Нога соскользнула с мокрой перекладины, и я, обдирая ладони, скользнула вниз. В голове зашумело от ужаса.

**

Падение остановилось как-то неправильно. Я не рухнула на землю вниз головой, не сломала себе ноги. Меня остановила пара крепких рук, удерживающих прямо под попу, словно я сидела на подоконнике или на краешке стула.

– Ой, – только и смогла я выдать, цепляясь ноющими ладонями за дерево. Было даже неважно, как много заноз я себе сейчас загнала. Меня куда больше волновала весьма устойчивая, но все же необычная позиция.

– М-да, признаться, я такого не ожидал, – задумчиво произнес дракон, и его руки задвигались.

Меня ощупывали! Большие пальцы сжимались на неположенном месте, словно проверяя, нет ли под задравшимися юбками какого-то подвоха, наподобие подушки или модного лет двести назад турнюра.

– Эй, что вы себе позволяете?! – не решаясь пошевелиться, не чувствуя другой опоры под собой, встревоженно воскликнула я.

– Пытаюсь перехватить вас поудобнее, но это не так просто, особенно когда вы ерзаете. Мне весьма приятно, надо признать. У вас есть за что держать, но окружение не располагает, не находите? – в голосе дракона слышался смех, словно его забавляла ситуация. Между тем ладони, перебирая пальцами, переместились на бедра и там сжались. Меня потянули куда-то вниз и в сторону от лестницы, в которую я вцепилась изо всех сил.

– Да отпустите вы уже, – раздраженно приказал дракон, продолжая тянуть. – Вместе с этой хлипкой конструкцией мне вас не унести.

– А может, меня не нужно нести, – от неловкости ситуации я даже забыла, что обязана дракону если не жизнью, то здоровьем точно. Меня куда больше волновали его руки, сжимающие бедра.

– Я это уже понял. Отпускайте, я держу крепко, – сообщил дракон, словно я этого не чувствовала.

Я не хотела, но руки разжались сами собой. Потеряв опору под руками, едва не вскрикнула, но меня тут же поставили на землю, в шаге от лестницы. И проделали это так легко, словно я ничего не весила. Ноги от неожиданности подогнулись, и я едва не упала на пожухлую траву.

– Тихо, стоим, – все тем же приказным тоном велел дракон, переместив руки на мои плечи.

Когда ноги вернулись в нормальное состояние, я осторожно, но непреклонно выпуталась из чужих рук, от которых шло тепло, и повернулась к незваному гостю лицом. Даже под моросящим дождем дракон умудрялся выглядеть великолепно. Словно только ушел со званого ужина, никак не меньше. От этого мне, в моей грязной одежде, стало еще более неловко.

– А-а-а, вы та девушка, что я видел утром в лавке, – окинув меня изучающим взглядом, протянул дракон. – Не думал, что в нашей стране еще остались барышни, способные самостоятельно чинить крышу.

– Не от безделья я по ней ползала, – буркнула недовольно, обнимая себя руками. Мне совсем не хотелось продолжать этот нелепый разговор, но как избавиться от посетителя, я не знала. Ну не скажешь же дракону: «Убирайся». Не тот это мужчина, что стерпит подобное, это точно.

Пытаясь выглядеть более внушительно, я расправила плечи и уперла руки в бока, игнорируя холод, что начинал заползать под юбку и кусать за плечи. Как бы не заболеть на этом ветру, это будет совсем не ко времени. Нет, определенно лучше, чем возможный еще несколько минут назад перелом, но все же…

– Чему обязана вашему визиту?

– Как я уже сказал, мне нужен был мастер Койберт, но раз его нет… уделите мне время. Мы можем поговорить в более уютной обстановке? – дракон вскинул голову, хмуро глянув на небо. – Кажется, собирается настоящая гроза, а мне бы не хотелось, чтобы бумаги промокли. Или вы простудились. А это тоже может осложнить дело.

Я бы предпочла с ним вовсе не разговаривать, но как это проделать? С тоской проследив за взглядом дракона, я только кивнула и нагнулась за молотком. Собирать черепицу казалось сейчас неуместным, но оставить инструмент под дождем я не могла.

Вот только у дракона на этот счет было свое мнение. Ничуть не смущаясь грязи под ногами и той, что налипла на плоские кусочки дерева, гость принялся быстро собирать мою черепицу. Подняв все, дракон вопросительно посмотрел на меня.

– Куда это положить? – холеные пальцы потемнели от грязи, но дракон, словно этого не замечал, что никак не стыковалась с его богатым и ухоженным видом.

– Идите за мной. Черепицу возьмите с собой, пожалуйста, – я двинулась в сторону дома.

Глава 2

Дверь открылась без скрипа, смазанная всего несколько дней назад, но, зажигая лампу, я все равно чувствовала себя неловко. Жила я совсем небогато, а после смерти отца и вовсе скромно. И если раньше мой дом казался вполне приличным, то появление в нем дракона, один кафтан которого стоил, как половина моего жилища, словно указывал на мою нищету.

Раздраженная этим, я бахнула лампу на стол, едва не разбив стеклянный плафон. Верхнего освещения в этой комнате не было, так что в углах и по стенам плясали темные, сердитые тени, придавая комнате еще больше мрачности.

– Положите черепицу в угол, пожалуйста, – досадливо сморщившись от собственной неловкости, попросила я и подошла к простому умывальнику. Холодная вода зажурчала, немного разгоняя неловкость. Пальцы тут же заледенели, но я давно привыкла к этому. Согревающие камни стоили дорого, и осталось их у меня не больше десяти. На всякий случай, как тогда, когда я едва не околела прошлой зимы, пока ходила за дровами за дом. В тот раз пришлось потратить сразу три, прежде чем я смогла согреться.

Вытерев руки вышитым полотенцем, я отступила от умывальника, приглашая и дракона смыть грязь с длинных пальцев.

– Вода холодная, – зачем-то предупредила и почувствовала какое-то темное удовлетворение оттого, с каким удивлением на меня глянул дракон.

– Этим меня не напугать, госпожа Дарзо.

– Исла, – поправила я. Мне было как-то неприятно слышать такое учтивое обращение, словно я пыталась занять не свое место.

– Рехан, – наконец представился дракон, принимая из моих рук полотенце и после безошибочно вешая его на прежнее место, расправив складки.

– Приятно познакомиться, – по привычке отозвалась и тут же поняла, насколько это нелепо звучит, с учетом обстоятельств встречи.

– Взаимно, – хмыкнул дракон, не двигаясь с места и глядя прямо в глаза.

Я переступила с ноги на ногу. Под этим взглядом мне было неловко, словно дракон мог видеть меня насквозь.

– Так зачем вам так понадобился мой отец? Не думаю, что я чем-то могу вам помочь.

– А мне что-то подсказывает, что все же можете, – тон дракона изменился. Он стал серьезным, словно мы обсуждали поставки зерна на всю столицу, никак не меньше. – Дело в том, что ваш отец был единственным мастером, способным справиться с этим. А в его отсутствие… мне говорили, что часть работ он выполнял с помощником. С дочерью. А так как из детей у него были только вы, Исла, я смею надеяться, что часть знаний он вам все же успел передать.

– Это так, – я говорила осторожно, опасаясь, что неверно сказанное слово может мне навредить. – Но я далеко не мастер, даже не подмастерье. Я не сдавала никаких экзаменов в гильдию, так что если вам нужен витражист…

– Я был у всех именитых мастеров Империи, – перебил меня дракон, разворачивая на столе какой-то чертеж. Углы рисунка он прижал маленькими кусочками стекла. – И никто не смог дать мне того, что необходимо. Так что надежда только на вас. Подойдите. Вы знаете, что это?

Я нерешительно двинулась к столу, и у меня перехватило дыхание.

– Это окно-роза. То, что на главное столичной ратуше. Он сделал ее лет тридцать назад, – безошибочно опознала я редкий рисунок, со сложными переплетениями.

– Именно, – глаза дракона блеснули. В голосе проскользнули нотки торжества, от которых мне стало еще больше не по себе.

– То, что я знаю этот рисунок, не говорит ни о чем. Если вы хотите поставить в ратуше окна по его подобию…

– Окно разбито.

В комнате повисло молчание, от которого снова стало холодно.

– Как так? – у меня от удивления сел голос, так что вопрос прозвучал сипло, едва слышно.

– Не это важно. Куда интереснее то, что никто из известных мастеров не может восстановить вот это.

На стол лег кусочек стекла такого темного, синего оттенка, словно его достали из самых недоступных синих глубин.

– Кобальтовый синий, – с благоговением прошептала я и поняла, что сделала это напрасно. Дракон, оперевшись руками на стол, следил за каждой сменой эмоций на моем лице.

– Никто не может повторить этот цвет, – с нажимом проговорил дракон, подтянув с края стола другие синие стекляшки. Но в них не было той глубины, той силы цвета, что сумел когда-то добиться мой отец.

Я отступила от стола, сложив руки на груди. Мне не нужно было даже прикасаться к стекляшками, чтобы увидеть разницу. Не было нужды смотреть и на свет. Я знала, в чем причина.

**

– Потому что это не те красители. Отец использовал в этом витраже только Тувенойский кобальт, а его добывают только в одной шахте, на самой границе страны. Ни один другой пигмент не дает такой глубины.

– И вы еще будете говорить, что не сможете мне помочь? – хмыкнул дракон, тоже отступая от стола и складывая руки на массивной груди. Мы так и стояли, буравя друг друга взглядом, словно это было какое-то противостояние. Первым нарушил тишину дракон. – Сейчас вы мне сказали куда больше, чем любой из мастеров, но неизвестного остается еще много. Почему никто не может восстановить нужный цвет?

– Потому что этот кобальт больше не используют. Он невероятно дорог и капризен. Мастера предпочитают более доступные и простые материалы.

– Если я привезу этот краситель, окно смогут сделать заново?

– Если мастер знает, как обращаться с порошком. Данные наверняка должны были сохраниться в старых книгах или дневниках.

– И в записях вашего отца, – вкрадчиво проговорил дракон. И это не был вопрос. Он знал, что дневники у меня. За любой из них, за то, что в них скрывалось, умельцы были готовы заплатить невероятные деньги, но я все еще надеялась, что когда-нибудь сумею передать их сыну в качестве наследства. Если у меня будет сын.

Не ответив, я отвернулась от дракона и направилась к печи. На улице стремительно темнело, и в доме становилось холодно. А может, так было из-за присутствия дракона. Я предпочитала не задумываться, просто разворошила угли, которые всегда старалась держать в печи, и бросила несколько поленьев, чтобы огонь разгорелся побыстрее. Мне нужно было согреться. Вот только, то ли я торопилась и забыла закрыть юшку, то ли просто дрова отсырели, но огонь никак не желал разгораться, плюя в меня черным дымом.

– Отойдите, Исла, – велел дракон и вдруг щелкнул пальцами. Огонь затрещал так весело, стремительно расходясь по дровам, что я отшатнулась от топки. Белый дым повалил сперва в комнату, но почти тут же, словно вспомнив правильное направление, стянулся в трубу. В печи загудело, а в комнате стало словно светлее.

– Так вы мне поможете? – спросил дракон, глядя на меня и чуть склонив голову набок.

– В чем именно?

– Восстановить наследие вашего отца. Мне нужно, во что бы то ни стало вернуть розу в ее прежнем виде на место.

– Вы знаете, от чего умер мой отец? – вдруг резко, зло посмотрела я на дракона. У меня все клокотало в груди, словно сам гость был виновен в разбитом окне, и это оскорбляло не только меня, но и память о родителе.

– Нет, этого я не знаю.

– От отравления свинцом. Вот это окно, – я подошла к чертежу на столе и ткнула в него пальцем, – оно собрано свинцовыми нитями. Просто потому, что так «правильно». Вы еще и потому не можете найти мастера, что никто не хочет работать с этим материалом.

– И ничего нельзя сделать, чтобы избежать таких последствий? – Рехан слушал внимательно. Кажется, это на самом деле была важная для него информация.

– Почему же? – я разошлась совсем и больше не боялась ни самого дракона, ни его силы и власти. – Можно, но артефакт, который стягивает на себя влияние свинца, очень дорог в изготовлении. И если мастер уже отравился… то и он не поможет.

– Если я достану артефакт, – медленно, с расстановкой, продолжил дракон, – вы поможете сделать синие части витража? И собрать окно. Вы же знаете, как это делать. Я вижу.

– Зачем? – мне стало горько. Если бы дракон приехал раньше, если бы окно разбилось не сейчас, а года два назад…

– Ради восстановления труда и памяти вашего отца. Ну и за весьма, весьма приличное вознаграждение.

Дракон замолчал, произнеся последнюю фразу. Он смотрел на меня, ожидая ответа, а мне хотелось кричать.

Тогда Рехан продолжил.

– Это окно – символ благополучия нашей страны. Многие годы, после того как закончились вторжения с другой стороны, люди жили в мире и спокойствии. А теперь окно разбито, и это тревожит народ. Оно должно быть восстановлено. И в том виде, в котором его видели раньше, никак иначе.

Я все еще молчала, не зная, какие аргументы еще можно привести.

– Госпожа Исла, – вернулся к официальному обращению дракон, – окно должно быть восстановлено, и я сделаю все, чтобы этого добиться. Мне нужна ваша помощь, настолько, что я готов на любые условия. И на любую цену. Вы не останетесь внакладе, обещаю.

– Я согласна.

Ответ прозвучал еще до того, как я сама поняла, что именно сказала. Но вернуть слова было уже невозможно: лицо дракон расцвело улыбкой.

– Но это будет непросто. И дорого, – быстро добавила я, сама пока не представляя, какую цену назначить за свою работу. И не очень представляя, как я с ней справлюсь.

– Вы получите все, что попросите и для работы, и в качестве оплаты. Но для начала… что-то нужно сделать с вашим домом, – дракон поднял голову, и с потолка, ему прямо на лоб, упала большая капля.

**

Я едва сдерживалась, чтобы не ответить дракону ехидным комментарием на это заявление. Тоже мне, нашелся умник. Что-то сделать… Все, что было в моих силах – это ползать по крыше в надежде, что я оттуда не сорвусь вместе с молотком и сменными черепицами, но смолчать все же получилось. С гостя хватит и капли грязной воды, упавшей на лоб.

Дракон, не подозревая, что чудом избежал скандала, продолжил, рассматривая потолок.

– Здесь жить совершенно невозможно. И даже просто небезопасно. Потому завтра вызовем мастеров, пусть приведут дом в порядок.

– Вы что, сбираетесь жить здесь? – я от удивления едва не выронила чайник. Хотелось выпить чего-то горячего и, наконец, согреть замерзшие конечности.

– Конечно. Я вижу, что у вас здесь достаточно комнат, так что место мне найдется.

– З-зачем? – голос дрогнул, но я все же сумела взять себя в руки. Мне подобная идея была вовсе не по нраву.

– А как я буду контролировать процесс и собственные вложения? Жить в городе и добираться до вас по полчаса в день – это и непрактично, и неудобно.

– Но здесь… Я вам не кухарка и не прачка! И не надейтесь! – вспылила я, ткнув дракону в грудь пальцем.

Рехан опустил голову, внимательно посмотрев на происходящее. Мне показалось, что еще мгновение, и мой палец рассыплется в пыль под этим взглядом, но у гостя только удивленно поднялась бровь.

– На это я и не рассчитывал. Но, судя по всему… нам придется пополнить запасы еды. На одном чае я здесь не проживу.

– И все это за счет казны? – подозрительно уточнила, примерно представляя, сколько этот шкаф в бархате с крыльями может съесть за один присест.

– Конечно. Мы очень заинтересованы в восстановлении окна и готовы на это потратиться. Но, для начала, давайте обсудим, что нам необходимо для работы в зависимости от срочности и первостепенности.

Из внутреннего кармана Рехан достал сложенный вчетверо листок и небольшой карандаш. Со скрипом отодвинув стул, мужчина подозрительно на него покосился, но все же сел. Кажется, он ожидал, что тот под его весом развалится в любую минуту. Но предмет мебели оказался достаточно надежным, только протяжно скрипнув.

Дракон развернул лист, где сверху аккуратным почерком было выведено имя моего отца, а чуть ниже, уже не так аккуратно, словно писали на весу, мое собственное.

– Итак, я слушаю, – явно готовый приступить к делу прямо сейчас, дракон посмотрел на меня.

– И вы рассчитываете, что я вам выдам весь список тут же?

– А нас что-то останавливает? – Рехан оглядел комнату, словно пытался на самом деле отыскать то, что мешало нам продолжить. – Мне кажется, у вас нет более важных дел, так что мы вполне можем приступить.

– Но, – я так и стояла с чайником в руках, не понимая, куда двинуться и что сделать, – но так не делается. Сперва нужен план работы, расчет материалов…

– Отлично, – просиял дракон, что-то вписывая в свой лист. – План работы. Это вполне неплохое начало. Люблю, когда все структурировано. Что первое?

– Чертеж у нас есть, – я была в каком-то зачарованном состоянии, не просто перестала возражать. Напор и упрямство дракона оказались сильнее моей вспыльчивости. Чайник, так и не поставленный на огонь, был опущен на край стола, чтобы не мешать.

– Мне обещали, что он в масштабе. Пришлось перетрясти архивы, чтобы его найти. Только это копия, надеюсь, полная, но я, не будучи знатоком, не могу этого оценить. Полагаю, вы подскажете.

– Выглядит вполне правдоподобно, – я нагнулась чуть вперед, проверяя метки и размеры и пытаясь вспомнить, как должна выглядеть настоящая карта витража.

– Отлично. Значит, первый пункт есть. Что дальше?

– Материалы. И мастерская, и артефакт, и два помощника, – прикрыв глаза, стала вспоминать я, как это выглядело в моей юности, когда отец еще работал в полную силу.

– Помедленнее, пожалуйста. Артефакт я закажу завтра же. Думаю, через несколько дней нам его пришлют. Что касается помощников… тут вопрос, артефакт нужен один или на всех мастеров?

– Только один. Никто не доверит спайку каркаса другому. Со свинцом буду работать только я, вот только…

Я замолчала. В груди появилось странное чувство, словно я поднимаю слишком большой камень, и от этого начинает болеть спина.

– Что? – дракон поднял на меня свои необычные глаза, ожидая ответа.

– Я же была только подмастерьем, – тихо напомнила. – А сделать витраж такого качества и типа довольно сложно. Я могу не справиться. Почему бы вам не отдать работу кому-то умелому? Я расскажу, какая краска нужна, и витражист с опытом справится куда лучше и быстрее.

Дракон откинулся на спинку стула, и тот снова протяжно скрипнул. Меня рассматривали так серьезно, словно от моего вида на самом деле зависело будущее витража.

– Я это понимаю, но привык доверять своему чутью. А оно подсказывает, что выбрать вас – единственное верное решение. Если вам нужно потренироваться и сделать несколько пробных окон – я на это согласен. Кроме того, если люди узнают, что окно восстановила дочь прежнего мастера… как думаете, это на них повлияет?

Рехан улыбнулся. Не криво или иронично, а чисто, открыто. И от этой улыбки с его лица слетело все высокомерие, что так нервировало меня раньше.

– Все у нас с вами получится, госпожа Дарзо, – и сказано это было так мягко, успокаивающе, что я разом поверила.

– Хотите чаю?

– Не откажусь, – все так же плавно ответил дракон. – Одна моя знакомая умеет готовить такие отвары, что душа поет. Нужно будет вас как-то познакомить. Уверен, вы найдете о чем поговорить.

– Ну, у меня ничего сложного, просто веточки малины и заварка, так что ни о каких изысках речи нет, – я даже немного смутилась. Чем я могла удивить столичного гостя?

Но ответ дракона меня удивил:

– Иногда простота предпочтительнее. Так что я с удовольствием попробую чай в твоем исполнении, Исла.

**

– Значит, основной вопрос в пигменте и артефакте, – рассматривая записи, что только сделал под мою диктовку, подвел итог дракон.

– Это самое важное, – кивнула, все еще не осознавая, во что именно вляпалась. Оценить масштаб проблемы у меня не получалось. Все, что видела перед глазами – это возможная прибыль. Очень уж утомительными были последние годы в плане достатка. А мне, как и любой девушке, хотелось хоть иногда купить не поношенное, а новое платье. И новые чашки в дом, да и крыша…

– Что еще? Нужна мастерская.

– Она есть, – тихо произнесла, словно боясь, что дракон услышит.

Рехан медленно поднял голову от записей, внимательно и серьезно глядя на меня.

– Правда, печь уже старая, но все еще хорошо плавит. Если правильно топить.

– И ты знаешь, как это делать.

Это не был вопрос. Дракон словно чувствовал.

Я же только кивнула.

– Там многое нужно привести в порядок, но…

– Где?

– В сарае, – так же тихо ответила на заданный вопрос.

– Показывай. Завтра вызову мастеров, раз это можно подготовить, то с этого и начнем. Вместе с артефактом приедет кто-нибудь из подмастерьев, думаю, это не составит труда, найти кого-то толкового в столице, чтобы тебе помогал.

– Нужны двое.

– Я никуда не денусь, так что второй помощник у тебя есть.

– Это местами очень грязная работа. И мне нужен тот, кто будет слушаться. А с вами…

– Мы уже перешли на «ты», – хмыкнул дракон, кивая, почему-то, на пустую чашку от чая, словно этот момент и стал решающим. – И я умею слушать и делать что нужно. Поверь, мое присутствие тебе будет на пользу и по нраву. Так что показывай мастерскую. Кажется, дождь уже прекратился.

Я несколько мгновений смотрела на дракона, пытаясь понять, не шутит ли он, но Рехан был серьезен. Роза на самом деле имела такое значение?

Дракон молчал, ожидая моего решения. Кажется, после того как мы обговорили основные моменты, и я дала согласие на работу, он перестал вести себя так высокомерно, как в первые моменты. Может, все и получится?

– И все же, – я поднялась из-за стола, накидывая куртку и снимая с полки фонарь, – может вам проще найти мастера в столице? Из тех, кто делает окна. Я расскажу, как выплавить кобальт.

– Я уже принял решение. Ни один из них не сказал мне того, что я узнал сегодня. Тем более, – Рехан поднял голову на потолок и усмехнулся, – тебе это тоже нужно. Старые мастера покидают этот мир, и их знания уходят вместе с ними. По разным причинам. А если мне удастся вернуть в строй род Дарзо, с их наследием… это будет на пользу всем. Так что нет, Исла. Окно будешь делать ты. Сколько бы попыток это ни потребовало.

– Весьма расточительно, – с облегчением выдохнула я и не сразу заметила, как губы растянулись в улыбке. Мастер Дарзо. Когда я могла получить это звание, отец уже сильно болел, и у нас не было возможности. А сейчас… если я сделаю розу, любая гильдия примет его в качестве «шедевра».

– Это обдуманные затраты, – хмыкнул дракон, открывая передо мной дверь в сырость сумерек.

___________

Шедевр – работа, сделанная подмастерьем в качестве экзамена на звание мастера. Решение, принять «шедевр» или нет, принимает обычно гильдия признанных мастеров в зависимости от качества работы.

**

Дождь на самом деле прекратился, но на улице было сыро и практически темно. Небольшое пятно света, что давал фонарь, едва рассеивало тьму в паре шагов впереди, погружая все остальное во мрак.

– Сарай? – уточнил дракон, почему-то вскинув взгляд на небо.

– Угу, – буркнула я, глядя под ноги. Мне совсем не улыбалось поскользнуться на мокрой земле или зацепиться за что-то, оброненное раньше. Времени заняться нормальной уборкой во дворе никак не находилось в последние недели. Как только пришли первые дожди и первые холода, я все больше занималась подготовкой дома к зиме. Не хотелось в одно прекрасное утро обнаружить, что мне не добраться до дров, не растопить печь. Замерзнуть в собственном доме – что может быть прозаичнее?

Большой амбарный замок висел на узкой, покосившейся двери. Щели в старых досках кое-где были такими широкими, что при желании можно было просунуть палец. Вход в хлев, где ютилась моя единственная корова и несколько уток, был с другой стороны. По правилам, конечно, все это не должно было ютиться под одной крышей, но вариантов не было. Когда наступали совсем уж морозные дни, я и вовсе переводила живность в переднюю. От этого в доме стоял не самый приятный запах, но это было все же лучшим решением.

Я чуть замешкалась, пытаясь вытянуть ключи из кармана и при этом не уронить светильник, когда у меня неожиданно выхватили последний из рук, не позволяя упасть.

– А? – я с таким удивлением посмотрела на дракона, словно у него отросла еще одна голова.

– Я подержу, если ты не против, – добавил Рехан, чуть улыбаясь. Кажется, он видел, что мне неловко от таких моментов. Это выглядело как забота, а к такому я совсем не привыкла.– Так же удобнее, правда?

Мне показалось, что еще немного, и дракон засмеется, но развивать тему я не хотела.

– Конечно, – кивнула, наконец, нащупав в кармане большой ключ. Кажется, в мастерской я не была уже год. Или больше? Сложно было вспомнить за канителью событий, что слились в один мрачный день.

Дверь скрипнула, провиснув в раме, но все же открылась. В лицо пахнуло пылью и химическими соединениями. Я точно закупорила все баночки, когда отец уже не мог работать, но запах сохранился. От этого волной нахлынули воспоминания.

– Разреши, сперва я. Кажется, здесь давно не было посетителей

Дракон, осторожно отодвинув меня с дороги, высоко поднял фонарь и шагнул в мастерскую. Неяркий свет выхватил полки, заставленные склянками и кусочками стекла; накрытую плотной тканью печь и стол, на котором так и лежало незавершенное изделие вместе с инструментами. Все так, как оставил отец.

– Здесь мало места, – отметил дракон, с трудом протискиваясь между столом и шкафом.

– Раньше весь сарай был мастерской. Но потом мне пришлось все сдвинуть, чтобы оставить место для скотины.

– Придется и это решить. Неуверен, что ваша живность оценит, когда мы начнем работать.

– Печь довольно сильно дымит, когда ее разжигаешь. И запах. Если бы была хорошая погода, можно было бы плавить на улице, – неуверенно, переступая с ноги на ногу, призналась я. Об этом моменте я и не подумала. Меня больше волновало, как именно я справлюсь с работой. Чем дальше, тем больше тревог это во мне вызывало.

– Скоро придут морозы, так что это не вариант. Если я правильно понимаю, чем ниже температура, тем сложнее будет добиться нужного жара в печи.

– Скорее всего, – тихо ответила, не зная этого нюанса.

– Это все мелочи. Печь рабочая, и ты умеешь с ней обращаться. Так что остальное решаемо. Идем, провожу тебя до дома. Утром решу часть вопросов, и займемся материалами. Сможешь к утру написать список того, что нужно?

– Постараюсь.

– И собери вещи на пару дней. Сразу отправимся в столицу.

Дракон, приподняв дверь, поставил ее на место и запер замок. Протянув ключ, Рехан махнул рукой в сторону дома. Мне ничего не оставалось, кроме как двигаться в указанном направлении.

Глава 3

Проснулась я, по ощущениям, едва ли не через час. От жуткого грохота, что доносился разом со всех сторон. Со сна не сообразив, что именно происходит, я резко села на узкой постели, глядя на потолок, который по ощущениям, должен был вот-вот рухнуть прямо мне на голову.

И только спустя несколько мгновений, когда с потолочных балок в лицо посыпалась пыль, я окончательно проснулась.

Сунув ноги в короткие войлочные ботинки, что зимой мне служили вместо домашних тапок, я бросилась вон из спальни. Даже не потрудившись накинуть на плечи куртку, я рывком распахнула дверь, да так и замерла. Во дворе полным ходом шла стройка. Ходили коренастые мужики, деловито приставляя одну палку к другой и о чем-то споря. Кто-то возился с дверью сарая, кто-то чертил на земле, чуть в стороне, план чего-то, мне пока непонятного.

– Аккуратнее, барышня! Вы бы там не стояли! – донеслось откуда-то сверху, и только теперь я додумалась посмотреть на крышу собственного дома: там одновременно сидело три мужичка, кажется, от пятнадцати до пятидесяти. Они деловито передавали друг другу яркие, новые черепицы, что на фоне старых смотрелись инородными пятнами.

– Это что такое? – выйдя из зоны возможного получения по голове, растерянно вопросила я в пространство, впрочем, не сильно надеясь на ответ.

– А, доброе утро, – раздался совсем рядом довольный голос дракона.

Я резко обернулась, почти уткнувшись носом в грудь под белой рубашкой. Рехан закатал рукава и где-то потерял свой кафтан. На белой рубашке уже кое-где были грязные пятна и какие-то полосы. Красные волосы стянуты в хвост, и яркие, сверкающие каким-то мальчишеским восторгом, глаза.

– Мы не планировали тебя будить, но что-то ребята очень резво взялись, – развел руками дракон, пытаясь изобразить сожаление, но вышло у него совсем неправдоподобно.

– Что здесь происходит? – повторила уже спокойнее.

– Как что? Бал! – хмыкнул Рехан, но, видя, что я не настроена на шутки, вздохнул и уже ответил нормально. – Готовим все для работы. Сейчас мастера поправят крышу, потом займутся окнами и оснащением дома. В то же время немного поправят сарай, чтобы не развалился от ветра. Ну и вон там будет мастерская.

Дракон указал на место, где пара мужчин постарше что-то чертили на земле.

– Зачем? – севшим голосом вопросила я, шокированная такой активной деятельностью. – Разве не проще…

– В городе что-то снять? Я уже проверил, это выйдет дешевле и удобнее, – отмахнулся дракон и вдруг опустил глаза куда-то пониже моей шеи. – Тебе не кажется, что этот наряд несколько… чересчур легкий для нынешней погоды? Я ни на что не намекаю, но мне нужен здоровый мастер.

Не чувствуя на запале холода, я опустила взгляд, пытаясь понять, куда так внимательно, почти зачарованно уставился дракон, и, охнув, тут же прикрыла грудь. Моя длинная ночная рубашка, пусть и была из плотной ткани, но почти ничего не скрывала. И да, то, что я замерзла, было заметно любому, кто решил бы на меня в этот момент посмотреть.

– Бесстыдник, – чувствуя, как жаром заливает щеки, по-детски обозвала я дракона и быстрым шагом направилась обратно в сторону дома.

– Совсем нет, – со смехом ответил Рехан на весь двор. – Я сказал, а вот все остальные смотрели молча.

Я тихо выругалась, изо всех сил заставляя себя не бежать. Это было бы уже слишком, порадовать мужчин еще и этим.

**

Все остальные смотрели молча.

Эта фраза меня почему-то больше рассмешила, чем возмутила. Да, в первый момент я была готова провалиться под землю от стыда, но стоило оказаться под защитой стен дома, как я хмыкнула в кулак. Давно на меня не смотрели мужчины с чем-то иным, нежели жалость или сочувствие. Сегодня ни того ни другого я определенно не почувствовала.

– Исла, мы отправимся в столицу сразу, как ты будешь готова, – стукнув два раза по двери, но, не пытаясь войти, громко проговорил Рехан с той стороны. Дракон словно знал, что я его слышу. – И чем быстрее, тем лучше. К обеду, если доберемся – будет хорошо.

– К обеду? – мне потребовалось несколько мгновений, чтобы понять смысл сказанного. До столицы ехать несколько дней. Как ни крути, хочешь верхом на лошади, хочешь на капи, что были в ходу на болотах, все равно выходило довольно долго. К обеду? Никак. Разве что дракон вел речь о какой-то из промежуточных остановок. Но на таком расстоянии ничего путного тоже не было, насколько я помнила.

По крыше еще раз бахнули молотком, и с балок посыпалась пыль. Прямо на кухонную посуду, на мои кувшинчики и чашки. Это заставило меня отвлечься от бессмысленных мыслей и заняться текущими делами. Первым делом я быстро убрала посуду в шкафы, надеясь, что мой дом не рухнет и не погребет под своими стенами все это нехитрое добро. На единственный диван, немного продавленный, но еще не такой плохой, была постелена простыня. Я очень надеялась, что это защитит его от пыли.

А затем были муки творчества. Я никак не могла придумать, что надеть в дорогу. Меня несильно волновала мода, так что основной вопрос был в удобстве. И в том, как сильно может упасть температура за те несколько дней, которые мы будем заниматься делами в столице.

Как я ни старалась, у меня все равно получился целый саквояж вещей. Белье, расческа, ночнушка – и уже половина сумки. Постоянный стук над головой, после той тишины, к которой я привыкла, звучал барабанами в голове, отвлекая. Но я кое-как умудрилась проглотить остатки вчерашнего ужина и заплести волосы, чтобы те не лезли в лицо. Поверх куртки пришлось намотать толстый шарф, чтобы уберечь себя от ветра, и я вышла из дома, сетуя на слишком тяжелый саквояж.

– Хм, – Рехан стоял в одной рубашке с закатанными рукавами, следя за работниками на крыше у самой двери, – ты справилась быстрее, чем я думал, это радует. Тогда мы можем вылетать.

– Что? – я с недоумением посмотрела на дракона. Вылетать? Он пошутил? Или забыл, что я человек?

– Не бойся, все будет в лучшем виде. Идем, – у меня без лишних вопросов отобрали саквояж, словно так и полагалось, и Рехан двинулся куда-то за дом. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

А потом я несколько минут стояла, пытаясь вспомнить, как дышать. На открытом пространстве стояло что-то, похожее на паланкин. Только вместо длинных ручек на крыше было прикреплено большое стальное кольцо.

Рехан, помахивая саквояжем и, кажется, даже посвистывая, подошел к паланкину и спрятал в него мои вещи.

– Исла, не тушуйся! Нам пора, – сияя улыбкой, словно собственноручно создал радугу, поманил рукой дракон.

– Это что? – медленно, чувствуя подвох, подошла я ближе.

– Твой транспорт. Ты же не думала, что я позволю барышне лететь в лапах? – Рехан вопросительно вскинул красную бровь, дожидаясь ответа.

– Признаться, я вообще не рассматривала вариант полета.

– И напрасно, я же сказал, что у тебя в подмастерьях сейчас дракон. Пользуйся, – Рехан подмигнул, словно прозвучала какая-то шутка, и протянул руку.

В паланкине было чуть больше места, чем я думала. По центру стояло довольно большое мягкое кресло с высокой спинкой. С одной стороны от него в специальной корзине стоял мой саквояж, а с другой стороны, примерно в такой же, лежал плед и бумажный пакет из пекарни.

– Устраивайся поудобнее. Вот тут, – дракон протянул руку вглубь и отцепил от крючка витой шнур, – колокольчик. Если срочно будет нужна остановка, если что-то случится, дерни – я услышу.

– Это все же шутка, – тихо бормотала я, забираясь в кресло.

Ответом мне стал только довольный хмык дракона.

– Не сказал бы. Приспособление довольно новое, это да, но уже испытанное, так что причин для тревоги нет. Только вот, – Рехан нагнулся ближе, почти прижимаясь ко мне, и я почувствовала его запах: яблоки и что-то мускусное, мужское. Сердце тревожно и взволнованно забилось, а я попыталась как можно глубже вжаться в кресло, не понимая, что происходит.

Вокруг талии обвился ремень, который я до этого не заметила.

– Чтобы быть уверенным, что ты не выпадешь в случае чего, – застегнув пряжку, Рехан уперся руками в подлокотники, глядя мне в глаза. Между нами было расстояние не больше чем в полторы ладони, и я попыталась вовсе не дышать. Почему-то казалось, что стоит вдохнуть, и я поймаю дыхание самого дракона. Было в этом что-то слишком интимное, слишком откровенное.

– Ничего не бойся, наслаждайся, – тихо, усиливая ощущение неловкости, произнес дракон и стремительно отодвинулся. Дверца паланкина закрылась, звякнула щеколда, и я с удивлением поняла, что она вся прозрачная! Из какого-то тонкого, чуть желтоватого стекла, обрамленного деревянной рамой.

Я с интересом и нарастающей тревогой рассматривала небольшое пространство, в котором оказалась, когда заметила нечто куда более интересное. Рехан отступил на десяток шагов от паланкина, и его тело затянуло туманом. Облако все разрасталось, становилось все больше, пока не заволокло все видимое пространство, а затем так же быстро туман опал. На открытом пространстве за домом стоял дракон.

Огромное тело переливалось всеми оттенками красного, от малинового гребня до темного, почти кроваво-красного тона на лапах. К животу цвет менялся: там чешуйки отливали золотым кантиком, отчего казалось, что брюхо огромного ящера светится.

Я не могла оторвать взгляда от этого зрелища – настоящий дракон! Одно дело, знать, кто перед тобой, и совсем иное, видеть его в этом облике. От восхищения и трепета замирало сердце. В одном его облике было столько силы, неприкрытой мощи, что мне разом стало понятно все высокомерие этих существ. Если бы я была одной из них, возможно, я бы не захотела с собой общаться.

Но как он был красив…

Глава 4

Дракон резко взмахнул крыльями и одним рывком взвился в небо. Мне было не видно, как высоко он сумел подпрыгнуть с места, совсем без разгона. Только через несколько мгновений мой паланкин дернулся, вынуждая схватиться руками за подлокотники кресла, а потом земля вдруг стала уплывать из-под ног. Она отдалялась, словно какая-то картина. Я просто не могла поверить, что лечу. Разум отказывался это принять, настолько это было невероятно. Во все глаза глядя в прозрачную дверь, я с удивлением узнавала городок внизу, поражаясь, насколько все может быть мелким и незначительным с высоты драконьего полета.

Через несколько бесконечно долгих и невероятных минут полет выровнялся, паланкин перестал подрагивать, и мы словно бы поплыли по воздуху, задевая облака. Сердце восторженно грохотало в груди, иногда замирая от вида. Озеро, такое огромное и необъятное, оказалось вдруг просто зеркалом, в котором множилось, отражаясь, небо. Лес же, наоборот, казался живым, колышущимся морем, темным, глубоким и полным тайн. Вершины елей пригибались под порывами ветра, словно волны, усиливая впечатление.

Никогда не видя ничего подобного, я подалась вперед, пытаясь впитать в себя это все великолепие. Не знаю, сколько мне времени понадобилось, чтобы хоть немного свыкнуться с подобным зрелищем. Картинка внизу постоянно менялась. Леса уступали место полям, где темными точками, едва различимыми, иногда попадались люди. Тонкие ленты рек, светлые, извилистые нити дорог – все это выглядело как искусно сотканный гобелен. А затем под нами вдруг вырос город из светлого камня, и он казался игрушечным, но так искусно собранным, что я не верила собственным глазам. Башни, крыши домов. И над ними два дракона, зеленый и золотистый, словно огромные птицы, переливающиеся в солнечном свете.

Город исчез так же быстро, как возник, оставшись позади. Если бы не внезапно проснувшийся голод, я бы подумала, что мы провели в небе не больше часа. Только недовольное урчание в животе и холод в ногах указывали на то, что времени прошло гораздо больше. Порадовавшись предусмотрительности Рехана, я развернула плед, накинув его на колени, и сунула руку в бумажный пакет. Пространство внутри наполнилось ароматом выпечки. Рот тут же наполнился слюной. Я и не помнила, когда мне доводилось в последний раз радовать себя подобной мелочью.

Впившись зубами в мягкую, сладкую булку, я едва не заурчала от удовольствия, все также глядя на пространство внизу. Происходящее все больше напоминало волшебный сон…

**

Я, кажется, задремала, так как пропустила столицу. Резко открыв глаза, словно меня кто-то толкнул, я едва не вскрикнула, видя, как стремительно ко мне приближается мощеная улица. Легкий удар, и я невольно дернулась вперед, от того, чтобы вылететь из кресла, спасли только ремни. Судорожно дышала, приземление оказалось несколько более пугающим, чем взлет, я просто не была готова. И когда Рехан, одетый в красный камзол, распахнул дверцу, я все еще сидела, вцепившись в подлокотники.

– Ты в порядке? – с некоторой тревогой рассматривая меня, поинтересовался дракон, не решаясь сделать шаг ближе.

– Угу. Задремала и почти пропустила город.

– Я уж думал, что ты весь полет так просидела, – хмыкнул дракон, подходя. – Но мне казалось, что тебе вполне понравилось.

– Откуда знаешь? – пытаясь расстегнуть ремень подрагивающими пальцами, поинтересовалась с интересом.

– Мы иногда можем чувствовать чужие эмоции, – тихо ответил дракон, отводя мои ладони в стороны и одним умелым движением размыкая пряжку.

– Иногда? Не всегда?

– Не у всех, – поправил меня Рехан, и было что-то в его голосе такое, что заставило поднять взгляд.

Я словно упала в черноту его зрачков. Они были глубже, чем леса, над которыми мы только что пролетали, и тайн в них было куда больше. Я падала в эту теплую, какую-то мягкую темноту, теряя себя и ощущение пространства вокруг.

Первым моргнул дракон. Я бы не смогла, зачарованная силой его взгляда.

Рехан чуть усмехнулся, но было в этой усмешке какая-то непонятная мне горечь.

– Идем, Исла. Только не торопись, после полета… – закончить Рехан не успел. Резко встав, я вдруг упала в его объятия. Ноги, словно не мои, вдруг подогнулись, перестав держать. И над головой прозвучало тихое, – ноги могут ослабеть…

Крепкие руки обвились вокруг талии, удерживая от падения, обдавая теплом даже через одежду. В носу щекотало от чистого мужского запаха, что меня окутывал коконом. И то ли от этого, то ли от неловкости, по всему телу прошла волна дрожи.

– Не торопись, сейчас все пройдет, – неверно истолковав мою реакцию, продолжил дракон. И, обняв крепче, просто вынул из паланкина, осторожно поставив на брусчатку, но руки не убрал, продолжая уберегать от падения.

**

На ноги мне удалось встать с трудом. Они все еще казались мягкими, словно кто-то разом вынул все кости. Голова немного кружилась, и я раздраженно тряхнула ею, пытаясь вернуть себе и ясность мысли, и контроль над телом, но выходило не так чтобы хорошо.

– Как себя чувствуешь? – пристраиваясь сбоку, в одной руке держа мой саквояж, а второй придерживая за плечи, с легкой тревогой поинтересовался Рехан.

– Какая-то слабость, – нехотя призналась. Если у дракона сегодня были на меня еще какие-то планы, то ему стоило знать о таком. Ни ходить по лавкам, ни разговаривать с мастерами у меня сегодня просто не было сил. По крайней мере, пока.

– Ничего. Я заказал для нас хорошие комнаты в приличном месте, и ты сможешь нормально отдохнуть, – и добавил куда тише, но я все же разобрала слова. – Не то что в твоем доме. Надеюсь, к нашему возвращению, там успеют все привести в приличный вид.

– И чем тебе не по нраву мой дом? – чувствуя некоторое раздражение, поинтересовалась я у ящера, дернув плечом, стряхивая большую руку. Чем дальше, тем сильнее меня нервировала такая активная деятельность со стороны Рехана. Казалось, он пытается влезть во все, что меня окружает. Я даже несильно бы удивилась, если бы через пару дней мне принесли новое белье из дорогого кружева со словами, что витражник, работающий на корону, просто не может носить какое-то иное.

– Там просто опасно жить. Не говоря уже о том, что катастрофически неудобно.

– Я не просила перестраивать мой дом, – прозвучало почти зло. И добавила. – И платить за это я не собираюсь.

– Само собой разумеется. Это моя инициатива, так что все затраты на мне. Считай это сопутствующими затратами. Шалдар не будет против.

– Владыка? – я даже вздрогнула от такого пренебрежительного упоминания правителя.

– Он самый. Мне открыли неограниченный кредит из казны на это дело. А то, в какую мелочь обойдется мне перестройка твоего дома… даже упоминать не стоит. Что-то мне подсказывает, что найти и купить нужный краситель будет куда дороже.

– Я вообще не уверена, что мы сумеем отыскать Тувенойский кобальт на рынках столицы, разве у кого-нибудь из старых мастеров в закромах.

– Вот с этого и начнем. Если ты помнишь, с кем работал или близко общался твой отец в свое время, я бы хотел услышать имена. Потому что просто так ходить по красильням и спрашивать про твой синий – дело почти бесполезное. Можно, конечно, привлечь кого-то из моих знакомых, того же Хейзеда Черного поспрашивать. Но я бы предпочел оставить это на крайний случай.

Я только хмыкнула. Имена, от которых замирало в ужасе сердце. Владыка Шалдар, Хейзед Черный. О каждом из них рассказывали легенды, а Рехан так походя их упоминал…

Я едва не споткнулась о ступени, когда до меня дошло очевидное, то, что было все время перед глазами.

– Ты – Рехан Красный, Грозовое Небо империи, – выдохнула я тихо, глядя на дракона огромными глазами, словно не видела до этого.

И дракон медленно кивнул, усмехаясь. Чуть криво, иронично.

– Только поняла, да? – с легким сочувствием, словно разговаривая с не совсем разумным человеком, поинтересовался он, открывая передо мной дверь гостиницы. – А я все гадал: ты такая бесстрашная или просто не поняла.

– Я просто не думала, – слова путались, спотыкались друг о друга, не желая выстраиваться в нормальные предложения, – не думала, что кто-то подобный может появиться на пороге моего дома. Ты же… но как же так?

– А кому, по-твоему, Шалдар мог доверить такое дело? Когда я говорил, что от этого зависит спокойствие народа, я ни разу не шутил. Задача серьезная. Проходи.

Меня легонько подтолкнули под локоть, заставляя переступить порог.

Я на мгновение ослепла, так много здесь было огней. Пришлось проморгаться, прежде чем перед глазами перестали плясать яркие пятна. Я ожидала простой холл с белеными стенами, на крайний случай с рисунками на стене, и столы, как в таверне у нас в городке. Может, чуть получше и почище, но это был совсем иной уровень. Столики были, но чистые, застеленные кипенно-белыми скатертями. И при них не лавки, не стулья, а большие мягкие кресла, обитые бархатом. Вместо толстой тетки за большой стойкой или крепкого кабатчика с полотенцем на плече, у стены стоял тонкий мужчина в очках. Темный камзол строгого кроя, большая книга на столе. И никаких напитков за спиной, ни стаканов, ни полотенца на плече.

На стенах – картины в темных рамах, у одной из стен – открытые полки с книгами, словно посетители на самом деле тратили время на чтение.

– Добро пожаловать в «Золотую ложку», – произнес он с поклоном, и на его лице не дрогнул ни единый мускул при виде моего потрепанного, старого платья. – Бронировали комнаты?

– Да. Смежные покои на втором этаже. На имя Рехана Красного.

Мужчина кивнул и принялся перелистывать страницы книги.

– Все верно. У вас пометка на ужин и завтрак. Желаете что-то еще добавить?

– Пока нет. Мы оставили ветровой паланкин во дворе. Не помешает? – передавая мой саквояж проворно подскочившему парню.

– Никак нет, господин. Работники все решат и переставят ваш транспорт под навес. На три дня?

– Пока так.

– Позвольте проводить вас в комнаты? – склонив голову и принимая ключ от управляющего, предложил парнишка, поудобнее перехватывая саквояж.

– Исла? Сперва умыться, потом ужин? – словно это я должна была принимать решение, вдруг спросил меня Рехан. Я же, все еще находясь под впечатлением того, кем оказался мой спутник, только кивнула.

**

Комната, примерно того же уровня, что и холл, окончательно выбила меня из колеи. Я когда-то жила в столице, потому в ступор и шок не впала, но все равно было непросто. Особенно когда я осознала, что на ужин мне совершенно нечего надеть! Ни одно из имеющихся платьев просто не подходило под эту гостиницу. Закрывшись в отведенной мне небольшой комнате, похожей на покои какой-нибудь принцессы, с изобилием кружев, персиковыми подушками и плотными шторами цвета взбитых сливок, я разбирала вещи, но из рабочего платья провинциалки никак не сделать вечерний наряд.

В какой-то момент я почти в отчаянии глянула на прекрасное покрывало на постели. Этот оттенок мне не совсем подходил, я куда с большим удовольствием предпочла бы какой-нибудь бирюзовый…

А затем в голове что-то щелкнуло, словно захлопнулась шкатулка.

– Исла, ты с ума сошла? Что за детское поведение? – я с усилием и гневом откинула в сторону покрывало, которое комкало в руках. С глаз спала пелена, вновь позволяя дышать полной грудью. Мне совсем не нужен был вечерний наряд!

– Какие глупости, – вернув самообладание, я решительно встряхнула подолом того простого платья, в котором покинула дом. Оно даже несильно помялось за время пути. Только и нужно, что умыться, переплести волосы. Ну, возможно, стоит поменять перчатки на… да не на что их менять!

Я хмыкнула и подмигнула отражению. Ничего мне не нужно менять. Я здесь по делу, а не для того, чтобы соблазнять дракона. И в мыслях не было. Тем более, какой дракон? Рехан Красный! И как я сразу не сообразила, кто ко мне явился? А как могла сообразить? Даже сейчас поверить, что это тот самый ящер, которого называли Грозовым Небом, было непросто.

– Исла, ты готова? – в дверь деликатно постучали, отвлекая от ненужных мыслей. – Я понимаю, что торопить леди, когда она собирается – неправильно решение, но я изрядно оголодал после полета. Тебе, может, не понравится действительно голодный дракон.

В последней фразе слышались смешинки. Казалось, что Рехана из себя ничего вывести не может. Не то что я, тревожащаяся по любому поводу. Этот мужчина был словно соткан из стали.

Усмехнувшись, чувствуя, что и дальше в этой компании меня ждет много интересного, я потянула на себя дверь. Мужчина с улыбкой смотрел на меня, склонив голову набок. Все тот же красный камзол с вышивкой, идеально уложенные волосы. Он был таким ярким, словно пламя в печи, что я сама казалась себе серой и блеклой рядом, но это было неплохо. Рехан как будто согревал этим светом и перетягивал все внимание на себя, оставляя меня в безопасной тени.

Я даже удивилась такому ощущению, но вместе с осознанием ушла и тревога, которая меня снедала до этого. Все должно получиться, непременно получится.

– Как твои ноги? – предлагая мне локоть, словно мы собирались на званый ужин, вежливо поинтересовался дракон.

– Кажется, в порядке, – я чуть тряхнула носком левой ноги, проверяя, и осталась довольна. Больше не было того странного ощущения онемения в мышцах, что накрыло меня после полета.

– Вот и отлично. Нас ожидает прогулка, но сперва поедим, – произнесено было так решительно, словно у меня имелись на этот счет возражения.

Глава 5

Город мне понравился. Он не был вроде бы тем же, каким я его помнила, но за последние годы все же изменился. Фонарей стало больше, фасады домов выглядели, словно вымытые. Яркие, чистые дома с красивыми цветами на окнах и у дверей. Даже вывески лавок, мимо которых мы шли, смотрелись новыми. С города стряхнули пыль, и он сиял жизнью. Несмотря на вечер, на довольно поздний час, в который дома уже все было закрыто, кроме таверны, где собирались мужчины после тяжелого дня, все окна сверкали огнями. Лавочники и не думали закрываться, а по улицам, где парочками, где по одному или группами, ходили люди. Умопомрачительно пахло из пекарни, у входа в которую стоял выносной лоток, и толпились дети.

– Почему они гуляют одни? – я с сомнением и некоторой тревогой указала на двух девочек, лет восьми, что покупали крученые булки и хихикали при этом.

– А что тебе не нравится? – с удивлением проследил за моим взглядом Рехан. Для него все было в порядке.

– Они же совсем еще маленькие, – не отставала я, оглядывая улицу в поисках нерадивых родителей.

– Город безопасен, – сообразив, что именно мне не понравилось, строго и спокойно проговорил дракон. Остановившись, он обвел ладонью видимое нами пространство, словно пытался охватить всю длинную улицу. – Здесь повсюду понатыканы сигнальные артефакты, и гуляет стража под прикрытием. После того как несколько лет назад выкрали Родарию Плесвик, ныне супругу Хейзеда Черного, порядок пересмотрели полностью. Так что дети могут гулять, где им угодно. До определенного времени, потом для них наступает комендантский час, потому что дети должны отдыхать в своих постелях без тревог.

– А если кто-то не доберется домой? Или родители работают в ночную смену? Я знаю, что в столице есть такие цеха.

– Конечно. Ткацкое производство не останавливает станки, как и некоторые другие. Но за это тоже не переживай. У нас довольно строгая система контроля благополучия детей. Если ребенку не с кем остаться, служба контроля назначает ответственных. Я знаю, что у ткачих есть договоренность, и дети попеременно ночуют то у одной, то у другой, смотря, как выпадает смена. Все решаемо. Дети в нашем городе не остаются один на один со своими сложностями. По крайней мере, мы стараемся этого не допустить.

– Хорошо, что хотя бы в столице так тихо, – все еще не веря, что такое возможно, ответила, глядя, как две милейшие девочки уходят дальше по улице, с удовольствием уплетая выпечку.

– Грустишь, что только в столице так? Мы работаем, чтобы это внедрить и в других городах. Система почти выверена и доведена до нормы. Дай нам время, Исла, и все получится. Мы сделаем империю безопасной для всех и каждого. Мы добьемся процветания. Просто нас не так много, чтобы поспеть везде, а, как ни крути, драконы лучше справляются с подобными делами. Есть люди, которые могут помочь, но их не так много. Веришь мне, что мы справимся?

– Я постараюсь, – тихо пообещала, сама не понимая, зачем мне это нужно.

Мне хотелось поверить в его слова, хотелось, чтобы все это было правдой. Радужные перспективы, надежда на то, что во всех городах дети смогут гулять спокойно, не опасаясь за безопасность. А может, и до стариков дойдет дело? И такая ситуация, что произошла с моим отцом, больше не повторится.

– Мы стараемся, Исла. И мы не так высокомерны и эгоистичны, как о нас говорят. Хотя, – дракон хмыкнул и вдруг взял меня под локоть. Мы двинулись дальше по улице в ту сторону, где были мастерские ремесленников, – может, все дело именно в нашем высокомерии. Мы хотим жить хорошо, так как нам нравится, а для этого люди во всей стране должны жить хорошо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.