Виктория Вольская
Первое "люблю"

Глава 1

– Жить в общаге?!

Возмущению моему нет предела и разочарованию, кстати тоже. Руки опускаются, и пакеты падают на пол. Разбивается ваза, которую я купила для своей новой квартиры, разбиваются мои мечты о собственном уютном гнездышке с панорамными окнами.

Перевожу свой взгляд от мамы к отцу и обратно и жду объяснений.

– Вика, в жизни бывают такие обстоятельства, и они совсем не от нас зависят… Мы хотели, но…

– Доча, – перебивает папу мамину сумбурную и растерянную речь, – с квартирой пока не получается.

– Почему?

– Возникли проблемы в бизнесе, но я их решу.

Он их решит! А мне что делать? Жить в общаге, все равно, что под мостом! Мне двоюродная сестра рассказывала как там жутко: один туалет и душ на целый этаж, вонь, тараканы, а еще крысы в мусоропроводах. Бррр.

Не скрывая накатившие на глаза слезы, собираю осколки с пола. Мама опускается на колени и помогает мне.

– Подружки твои тоже будут жить в этом общежитии. Компанией же веселее, чем одной.

– А я хочу жить одна! В своей квартире.

– Я обещаю, что в следующем году, ты обязательно переедешь в свою собственную квартиру. Но этот год тебе придется пожить в студенческом общежитии. И точка!

***

Вот такой разговор состоялся у меня с родителями неделю назад. А сейчас меня собственно везут туда, куда я категорически не хочу ехать. Молчу, пыхчу, как чайник. И уже совсем не радует меня тот факт, что я поступила в университет своей мечты. Между прочим, сама поступила, на бюджет. Училась я на эти проклятые пятерки, ради своих собственных сорока шести квадратных метров. Потому, что родители обещали. И сейчас я чувствую себя обманутой. И имею права злиться. Разве нет?

На телефон приходит сообщение.

Ковалева: Мы уже на месте. Тут так круто! Ты скоро будешь?

Вика: Не знаю.

Лучше никогда.

Ковалева: Мы уже заселились.

Раздраженно отключаю телефон. Что может быть крутого в общежитии?!

С родителями я не разговариваю. Демонстративно смотрю в окно на проезжающие мимо машины.

Ленка Ковалева, одна из моих подруг, вчера звонила и с упоением полтора часа восхищалась тем, что мы будем жить вместе, в одной комнате. Комната трехместная, и они с Танькой очень переживала по поводу того, кого же к ним подселят. И вот подселили, меня. Они очень рады, а я же их радости не разделяю, нет, я люблю своих подруг, аж целых десять лет, как люблю. Но предпочитаю любить их на расстоянии, дозировано пять – шесть часов в день и хватит. Не знаю, как мы уживемся, ведь мы такие разные.

Татьяна – тихая, скромная девочка. Ее можно было бы назвать серой мышкой, если бы не четвертый размер груди. Причем, она считает это «достоинство» своим проклятием и мечтает сделать операцию по уменьшению груди.

А вот Ленка у нас полная противоположность Тане, магнит для приключений. Мало того, что она говорит, говорит и совсем не думает, о том, что она говорит, а иногда бы следовало. Ее смело можно назвать назойливой и бестактной занозой, но при этом она невероятно позитивная и улыбчивая девчонка.

Ну, а я – золотая середина между ними. Я как та обезьяна из анекдота, которая не знает то ли красивая, то ли умная.

Вот такие у меня подруги, с которыми, мне придется разделить студенчество.

***

Заселение в общежитие оказалось невероятным кошмаром!

Сначала нас с родителями ожидала встреча с комендантом общежития Натальей Владимировной. Женщина среднего роста, шатенка со строгим взглядом и сдержанной улыбкой встретила нас на проходной. Естественно, пригласила меня вместе с родителями в свой кабинет, провела беседу, рассказала о правилах проживания и мерах, которые будут применены, если я эти правила нарушу. Причем говорилось это таким тоном, будто я уже их нарушила, причем все вместе. У меня было такое ощущение, что я мышка, за которой захлопнулась дверь клетки. И при этом мои собственные родители смотрят на это и улыбаются. Я, конечно, их понимаю. Дочь под присмотром, и им волнения меньше. Но под тяжелым взглядом коменданта мне жутко неуютно. Наталья Владимировна выдала пропуск, без которого в здание общежития мне не войти. Предъяви пропуск – это первое правило. Общежитие закрывается в одиннадцать вечера и открывается в шесть утра – это второе правило. Другие я не запомнила, но это не страшно, мне выдали памятку, которую я запихнула в карман джинсовки, даже не взглянув в нее. Чем вызвала совершенно неодобрительный взгляд коменданта.

А потом начался квест под названием «заселение». Полтора часа с сумками я моталась с первого этажа на восьмой и обратно. Как выяснилось, лифта в этом здании нет. Девятиэтажное здание и без лифта! Дикость! Я по этому поводу лютую, а Ленка радуется. Её вердикт – «подтянем задницы, и укрепим мышцы ног». Мне б ее энтузиазм, ну, хоть капельку.

– Ну, осталась последняя сумка, – закрывая багажник, произношу я.

– Может, всё же помочь?

– Нет, пап. Я сама.

– Девочка моя – мама обнимает меня, покрывает поцелуями мои волосы, щёки, – звони нам чаще. И не обижайся.

– Хорошо. Обещаю звонить чаще. Не обижаюсь. Наверно.

– Дочь, – дальше папа продолжать не стал, лишь прижал меня к своей груди.

– Вам пора, – шепчу я, сдерживая слёзы, на душе, словно кошки скребут. Прощаться очень трудно, тем более, когда видишь тоску в маминых глазах.

Проводив родителей, захожу в здание общежития, плетусь к уже ненавистной лестнице.

– Девушка, ваш пропуск, – кричит мне в спину вахтерша, бабулечка лет шестидесяти, в шали и очках.

Она что издевается?! Или у нее старческий склероз? Я раз пятнадцать туда, сюда, перед ней бегаю, и она каждый раз пропуск требует.

Мысленно послав ее на небо за звездочкой, с улыбкой на лице, в очередной раз, показываю корочки с моей фотографией.

– Новенькая.

– Она самая.

– Швецова. Общежитие закрывается в одиннадцать.

– Я знаю.

– Курить в общежитии нельзя.

– Я не курю.

– Все вы не курите, а потом ловим вас по этажам.

– Я! НЕ! КУРЮ!

Опешив от моего тона, вахтерша всунула мне в руку мой пропуск и захлопнула перед моим лицом окошечко.

Наверно надо было сдержаться. Но я об этом подумала, уже после. Ноги едва шагают по ступенькам, и впервые в жизни я жалею, что уроки физкультуры чаще прогуливала, чем посещала. Ругая себя, останавливаюсь между третьим и четвертым этажами у мусоропровода, я вспоминаю, что находится в моей тяжеленной сумке, и без чего я в принципе проживу. Да, я готова выбросить половину, а может и больше. Сумка моя приземляется у мусоропровода, я нагибаюсь над ней. Решительно тяну за язычок замка. Но его заело. Ну, почему все против меня, а?!

– Вот же ж, зараза, – под нос шиплю я.

– Помочь? – слышу я позади себя.

Быстро выпрямляюсь. Разворачиваюсь.

Передо мной стоит парень. Слегка выгибает губы в улыбке.

А что это не чисто женское общежитие?

Не дождавшись моего ответа, незнакомец наклоняется, поднимает мою сумку.

– Какой этаж?

– Восьмой, – с трудом отвожу взгляд от серебряной цепочки на его шее. Очень интересное плетение, я раньше не видела такого исполнения.

Он идёт впереди, а я невольно рассматривая его шикарный зад, обтянутый джинсовой тканью.

– Комната? – спрашивает он.

– Восьмая.

Быстрыми шагами он идёт дальше, я едва успеваю за ним. Дверь в нашу с девчонками комнату открыта нараспашку, поэтому парень входит туда без стука. Таня и Лена, находясь внутри, удивлённо хлопают глазками, когда в комнату неожиданно для них вторгается парень с моей сумкой в руке, а спустя пару секунд появляюсь и я.

– Добрый день, девушки, – он ставит мою сумку на пол.

– Здравствуйте – одновременно произносят они. В руках у Таньки комплект нижнего белья, которого она смущенно прячет за спиной.

– Спасибо, – говорю я, проходя в комнату.

– Не за что.

Разворачивается и уходит. Вот так просто, пришёл и ушёл.

– Кто это? – отмирает Ленка, закрывая за ним дверь.

– Парень, – отвечаю я, пытаясь открыть свою сумку. Но замок не поддаётся.

– Как зовут?

– Понятия не имею.

– Как? – удивлённо восклицает Лена. – Ты с ним не познакомилась?

– А надо было? Черт! – на пальце выступает капелька крови, но в борьбе с замком я все же побеждаю, сумка открыта.

– Вот, ты дурында, – не унимается Лена.

– Какая есть, – заматываю палец носовым платком.

– Ну, это надо же быть такой … у меня слов нет!

Вот сейчас мы с этой «любопытной Варварой» близки к тому, чтобы поругаться.

– Девочки, давайте не будем, в первый же день ссорится, – Таня уже поняла, что я могу не сдержаться. – А я торт привезла.

– Вкусный? – Ленка уже открывает коробку с тортом.

– Наш любимый.

Фраза «наш любимый» означает «Ленкин любимый торт безе». Лично я люблю «Прагу», но в этой ситуации я промолчу.

Я разливаю чай по кружкам, Таня нарезает торт, а Ленка включает на ноутбуке свою любимую песню и делает звук на максимум.

Самостоятельная студенческая жизнь началась…

Глава 2

Потешная эта девчонка. Бубнит что – то себе под нос. Прошла мимо и даже не заметила. Подождал, когда поднимется на целый этаж и зачем – то пошел следом.

Вывернув за площадку между этажами, чуть не врезаюсь в ее пятую точку. Ничего себе! Нагнулась над сумкой, соблазнительно выставив свою маленькую попку. С огнем играешь, девочка! Эта общага, тут уровень тестостерона запредельный. Только она походу даже об этом не догадывается.

– Помочь? – интересуюсь я.

Чуть не подпрыгивает на месте от неожиданности, оборачивается. Наивно хлопая глазками, смотрит на меня. Она не сразу реагирует на мой вопрос, не заигрывает, не строит глазки и не вытягивает губки. А просто стоит и, изучая, скользит по мне взглядом. Ты с какой планеты, девочка? Слегка улыбаюсь.

– Какой этаж? – спрашиваю я, решив, что по любому провожу до комнаты и узнаю, куда же заселили эту Дюймовочку.

Был приятно удивлен, когда узнал, что девчонку заселили в комнату, которая находится прямо над моей. Почти соседи. По вертикали.

Еще пару часов назад на душе, словно камень был, а сейчас я его не чувствую. Дышу полной грудью, улыбаясь, спускаюсь на нужный мне этаж.

– Жека, одолжи косарь, – не успеваю я зайти в свою комнату, как мой сосед Юрка, озадачивает меня просьбой.

– Тебе зачем?

– С Риткой поругались, на букет не хватает.

Веская причина. От Ритки мой сосед буквально фанатеет, а она, зная об этом, крепко держит парня за причендалы.

– Когда ж вы успели, она ж только пару часов назад, как в общагу заселилась? – вытаскиваю из портмоне купюру и подаю другу.

– Да, сам не знаю, как так вышло. Но ты ж знаешь, она мастер спорта по выносу мозга.

Ритка у Юрки, конечно, та еще заноза, но он ее любит и она его вроде, как тоже. Счастливые. Но я за их счастьем стараюсь смотреть со стороны. Больше часа в компании Маргариты находиться не могу, утомляет. Она в принципе девчонка хорошая, просто ее слишком много. Она будто везде одновременно. Шумная, гипер активная и очень громкая рыжая стерва. Если они с Юркой ругаются, то это слышит вся секция, а я еще и страдаю от их разборок; в прошлый раз она расфигачила нам всю посуду в комнате, до стипендии кушали из пластиковых тарелок. А год назад разрезала ножницами мою футболку, перепутала с Юркиной. В общем, ему с ней не скучно, а я стараюсь не отсвечивать и не пересекаться с этой горячей парочкой.

– Ночевать не жди, – достает из шкафа презервативы и убирает их в карман джинсов.

– Я бы на твоем месте не зарекался.

– Да, уломаю я ее. Не в первый раз же. Катюхе привет.

Точно, Катя. Моя бывшая девушка. А почему она придет? А потому, что она еще не в курсе, что она уже бывшая. Сам не знаю, зачем, но поехал встречать ее на вокзал. И вот именно там, на вокзале, понял, что совершенно не соскучился по ней. Остыл за три месяца разлуки. Точнее так и не простил. Я случайно узнал, что в прошлом году, перед Новым годом, когда я был на соревнованиях, к ней приезжал ее бывший, и она бегала к нему на встречу. После летней сессии она изрядно напилась и проболталась мне об этом. Я был в бешенстве, почти полгода она водила меня за нос. Но Катя, как всегда стала плакать и в итоге убедила меня, что между ними ничего не было, что он приезжал, как друг, передать посылку от ее родителей. Даже позвонила ему, и я выслушал его версию. И эти версии совпали. Я сделал вид, что поверил в их рассказ, и честно пытался понять и простить. Мы договорились не общаться эти три месяца, дать друг другу время все обдумать. И вот, стоя на вокзале, я понял, что пришел зря. Помог донести сумки до комнаты, и, сославшись на дела, оставил ее одну, обдумывая, как мы будем жить дальше. Раньше мне нравилось, что мы с ней живем в одной секции, то на кухне ее зажму, то подкараулю, когда выйдет из душа, в который я тут же затаскивал ее обратно, а сейчас чувствую, что это соседство меня будет напрягать. Куда не пойду, везде на нее натыкаться буду. В общем, назревает серьезный разговор, а я не выношу девчачьих слез. А они будут. Катька знает, как меня напрягают эти соленые реки, и все время давит на меня ими.

В общем, настроение было на нуле. Нехотя шел к себе, пока случайно не столкнулся с Дюймовочкой в длинном сарафане. Первое, что привлекло мое внимание, это длинные, чуть ниже спины волосы. Блестящие, ухоженные, гладкие. Так и захотелось, прикоснуться и провести по ним ладонью. А когда она обернулась, то я залип на ее глазах, карих. Длинные пушистые ресницы, порхали вверх, вниз пока мы молчаливо изучали друг друга. В паху заметно стало тесно и, чтобы девчонка не заметила этого, шел впереди ее. Хотелось завести разговор, но язык не поворачивался. Я будто забыл, как вообще с девочками знакомиться. Еще этаж и мы на месте, а я так ничего ей и не сказал, хотел перекинуться парой фраз уже на месте, но как оказалась, в комнате были еще девушки. Ушел. Одно радует, что я знаю, где мне ее искать.

***

В нашей секции восемь комнат. И на эти восемь комнат два туалета и два душа. Я так понимаю, мужской и женский, значит, в нашей секции живут и парни. И это меня очень напрягло. Не очень хочется сталкиваться по утрам с небритыми орангутангами в трусах. Елена бесцеремонно прошлась по всем комнатам в нашей секции, и, убедившись, что они заперты, радостно пританцовывая, вернулась к нам. Она включила музыку на всю громкость, под ритмичную мелодию мы приступили разбирать сумки.

А вечером мы уставшие, но довольные, уселись посреди комнаты доедать торт прямо из коробки. Ленка зачем – то взяла с собой новогоднюю гирлянду, ее мы повесили на окно. И сейчас попивая горячий чай, смотрит на огонечки и, каждая из нас думает о своем.

– Интересно, а кто из нас первая влюбится? – неожиданно спрашивает Лена, доедая уже третий кусочек.

Ленуся у нас сладкоежка, хотя по ней и не скажешь, высокая и стройная. Даже если она за раз съест торт, ну ни где не отложится.

– Таня, – предполагаю я.

Таня вопросительно бросает на меня взгляд, но я не успеваю прокомментировать.

– Нет, Танька будет второй. Я думаю, что первой будешь ты.

– Почему?

– Ну, ты единственная из нас познакомилась с парнем в первый же день. Мы вот с Танькой не меньше твоего бегали по этажам, таскали вещи и ни один парень не предложил помочь.

– Формально я с ним не знакомилась.

– Потому, что дура. Но исправиться никогда не поздно.

– Вообще – то, парень он. И инициатива должна была исходить от него, – помогает мне Танька.

– Да, – соглашаюсь я. – Если бы он хотел познакомиться, то он бы представился. Но он молчал. Исходя, из этого я сделала вывод, что я его не привлекла. Он просто из вежливости помог. И давайте больше не будем говорить о нём.

– Он тебе понравился? Признайся! – не унимается подруга.

– Да, да! Он симпатичный, – врать бессмысленно тем, кто знает меня, как облупленную.

– В следующий раз, когда вы встретитесь, прошу, не задирай свой упрямый носик, а улыбнись ему, – советует Елена.

– А если он улыбнется в ответ…

– Хватит. Я прошу больше не говорить о нём, у парня наверно сейчас уши горят.

– А ты уже за его уши беспокоишься?

– Я за твои беспокоюсь, я их тебе сейчас откручу, заодно и нос, чтобы не совала куда не надо.

Ленка, лишь улыбнувшись, стягивает с кровати подушку и ложится прямо на полу. Задумчиво смотрит на люстру.

– А кто первая лишится девственности? – выдвигает она следующий вопрос.

– Ты, – быстро отвечает Татьяна.

– Возможно, – запросто соглашается она.

Да, никто из нас не встречался с парнями в школе, точнее мы встречались, но отношения не переходили в «горизонтальную» плоскость. Мы с девчонками друг друга от «этого» спасали мастерски. И тут Елена была нашей палочкой – выручалочкой. Она ж, как танк без тормозов. Пока парни ошарашено хлопали ресницами, мы быстро смывались со свидания.

– Интересно, а у него есть девушка?

– У кого?

– Ну, у парня этого?

– Наверняка есть.

– Отбивать будешь?

– Лена!

– Молчу, молчу, – сдаётся она. – Пойду я лучше посуду помою.

Лена забирает у нас кружки и выходит из комнаты.

Танька включает телевизор, смотрим молодёжный телесериал, про девушку – медиума, которая видела будущее.

– Вик, а ты не хотела бы, как она, заранее знать, что будет с тобой?

– Не знаю, – задумываюсь на несколько секунд, – нет, не хочу.

– А я бы хотела, чтобы даже и не связываться с теми, кто причинит боль.

Таня продолжает смотреть сериал, а я думаю о ее словах. Будем ли мы счастливы?

– Тань, звук выключи, – командую я, спустя несколько минут, – слышишь?

– Что? – непонимающе смотрит на меня подруга.

– Ленка с кем – то разговаривает на кухне. Смеётся.

Быстро поднимаемся со своих мест, собираемся выйти, как Елена опережает нас. Она появляется сама, а за ней в комнату входит парень.

С ума сойти.

– А я тут с соседом познакомилась – радостно сообщает Лена.

– Мы в тебе и не сомневались, – произношу я себе под нос.

– Привет, девчонки. Я Саша.

Высокий, слегка худощавый парень, но такой милый. Да ещё и голубоглазый. Симпотяга. Он точно не обделён женским вниманием. Любая девчонка с ума сойдёт от его ямочек на щёчках. Мы дружно с девчонками зависаем над этим зрелищем. Одобрительно переглядываемся, сосед у нас, что надо. Обведя нас своим взглядом, Александр останавливается на Татьяне. Ох, зря.

Таньку раздражает, что при знакомстве, парни в первую очередь смотрят не в её, кстати, красивые глаза, а сразу туда. Ну, туда, куда сейчас безотрывно смотрит Саша.

– Я – Вика, – отвлекаю его внимание от Татьянкиных выпуклостей. Сама же обладательница пышных форм, фыркнув, отступает назад, – а там Таня.

– Приятно познакомиться, девчонки.

– Чай пить будешь? С тортиком!

Ну, вы догадались, кто внёс это предложение.

Глава 3

Юрка ночевать так и не пришел. По охам и ахам через стенку мне стало ясно, что влюбленная парочка помирилась. Уже раз четвертый мирятся, задолбали уже. Стучу кулаком по стене, чтобы немного угомонились в своих страстях, и делаю звук на компе громче. Дверь в комнату открывается и в полумраке появляется женская фигурка. Фак! Катя. Она уже привычно запирает дверь на ключ. Блин, я совсем забыл про нее, ведь она что – то щебетала мне на ухо про сегодняшнюю ночь, пока мы ехали с вокзала. А я забыл, точнее даже не слышал.

– А вот и я, – томно произносит она.

– Вижу.

На ней легонький халатик, который она медленно развязывает и эротично снимает с себя. Белье кстати вау, черное с кружевом. Гипнотизируя меня своим кошачьим взглядом, Катя садится на меня верхом, по привычке провожу ладонями от колен до бедер. Катя красивая девушка, мне нравятся ее кукольные черты лица, большие голубые глаза, шикарная грудь, так эффектно подчеркнута сейчас кружевом, фигурка отпад. Была б она еще немая – вообще была б золото. Но нет, в эту бочку «вкуснейшего меда», конечно же, добавлена ложка дегтя – склочный и скандальный характер. Я спокойный по натуре человек, меня трудно вывести из себя, но она умеет доставать из меня взрывные эмоции. Мне поначалу нравились наши бурные выяснения отношений со сладким примирением вперемешку с жестким сексом. Это пикантно. Какое – то время. Но я быстро устал от этих беспрерывных извержений вулканов.

– Я очень, очень соскучилась, – шепчет она, гипнотизируя меня своими глазками.

Я это уже понял по тому, как ее ладошка бесцеремонно опустилась с моей шеи вниз к паху.

– Кать, подожди, нам надо поговорить.

– Разговоры потом, – ее ладошки уже под моей футболкой порхают ласковыми бабочками.

Ну, я ж не железный. Физиология берет свое.

– Катюш, может, фильм посмотрим?

– Не хочу я фильм смотреть, ты, что не соскучился? – обиженно произносит она, ее ладонь снова спускается вниз. – Я же чувствую, что ты хочешь меня, – прикусив мочку уха, шепчет она.

– Скучал и хочу немного разные глаголы.

– Не поняла? – замирает она, выпрямляется, смотрит на меня.

– Ты сегодня просто огонь, – провожу большим пальцем по губам, она тут же, приоткрывает губы, проводит кончиком языка по пальцу, пытаясь найти в себе хоть какую – то эмоцию, чтобы продолжить, но внутри тишина, – чисто на физике не хочу.

– Ты совсем охренел, – вскакивает с моих колен, поднимает с пола халат. – Видимо лето ты прекрасно провел.

– При чем тут лето?

– Я от тебя верности на период каникул не требовала и прекрасно понимаю, что ты … не обделял девушек вниманием.

– Не отрицаю. Думаю, что и ты не терялась.

– Ты думаешь, что я?

– Я прекрасно помню, что твой бывший живет по соседству. И я не знаю, как вы там время на каникулах проводили. Может, прошлое активно вспоминали, вашу предновогоднюю встречу.

– Ты вообще соображаешь, что говоришь? – запахивает халатик на себе. – Он женился.

– И давно?

– Почти год.

– Аааа, значит, он к тебе приезжал уже женатым. А его жена была в курсе, что он тебя по – дружески навещал?

– Я же говорила, что он привез подарок от родителей.

– Да мне уже пофигу зачем он там приезжал. Фиолетово.

– Мы же договорились не вспоминать об этом.

– А я и не вспоминаю, я просто забыть не могу.

Ну, все, трындец. Катины губки задрожали. Сейчас будут слезы. Реально, лучше бы я ее завалил. Но уже поздняк метаться. Катя, конечно же, не уходит, а садится на Юркину кровать, громко хлюпая носом. Ждет извинений. А мне не хочется стелиться перед ней, сглаживать наши углы устал. Ложусь на свою кровать, ноут на колени, делаю вид, что смотрю фильм, краем глаза наблюдаю за Катериной. Сдаваться она не намерена и упорно давит на жалость. Слезы уже крокодильи, всхлипы перебивают охи Марго за стеной. Закрываю глаза. Я даже не могу сосчитать сколько раз, так уже было. Я твердо решил, что прогибаться я больше не намерен, ее манипуляциям слезами пришел конец, итак два года все идет по одному и тому же заезженному сценарию ее истерик и моих извинений: «Ты мало уделяешь мне времени! Тебе друзья дороже меня! Ты меня не любишь?» А я разве хоть раз говорил ей, что люблю? Ни разу не было такого. «Хочу!» Да, говорил. «Мне хорошо с тобой». Тоже говорил. А в любви не признавался.

Достаю из тумбы наушники. Три минуты и Катя, громко хлопнув дверью, покидает мою комнату. Ну, да без зрителя продолжать представление совсем не интересно. Я веду себя, конечно, сейчас по – скотски, обидел девушку, которая вероятно не один день планировала эту ночь, но не хочу я ее. Эмоций ноль. Мой внутренний охотник рядом с этой девушкой «сложил оружие». В голове моей ее больше нет, не вставляют больше эти лукавые голубые глаза и томные вздохи на ушко. Закрываю ноут, кладу на кровать. Смотрю на наручные часы, половина первого. Интересно, а Дюймовочка уже спит?

Глава 4

Первый учебный день. Волнительно. Страшно. И жутко интересно. На нашем потоке оказалось три группы, и сегодня у нас совмещенные лекции. Мы с девчонками пришли одними из первых. Заняв места на третьем ряду, мы стали наблюдать за тем, как аудитория постепенно заполняется студентами. Они все такие разные. Вот парень в костюме тройке, прошел мимо, даже не взглянув на нас, сел на пятый ряд у окна, за ним вошла группа шумных девчонок, одна из них увлеченно что – то рассказывала, а другие заразительно хохотали, они заняли места на втором ряду, прямо перед нами. Девушка, что рассказывала что – то, повернулась к нам:

– Приветули, девчонки, – с улыбкой на лице она поприветствовала нас, а затем, не дожидаясь нашей реакции, вернулась к разговору с подружками.

Следующий персонаж оказался не менее интересным, первым его заметила Ленка, толкнув меня локтем, она кивком головы указала на высокого парня. Уверенной походкой он вошел в аудиторию, наградив всех присутствующих очаровательной улыбкой, все бы ничего, если бы не его внешний вид. Он был в спортивном костюме. В дорогом, классном спортивном костюме. Проходя мимо нас, он подмигнул, конечно же, Татьяне.

– Я, Дима, – сообщил он, на секунду затормозив около нас.

Татьяна, мгновенно покраснев, как помидор, закрылась тетрадью. А парень уселся на последний ряд. С собой у него не было ничего: ни тетрадей, ни учебников. Сидел он вальяжно, широко расставив ноги, а взглядом сверлил макушку Татьяны. И она это поняла, даже дышать начала реже. Пока мы с Ленкой приводили в чувство подругу, не заметили, как постепенно в аудитории стало шумнее и многолюднее. И лишь за несколько минут до начала пары в аудиторию вошли пять девушек. Они нам сразу не понравились, наверно потому, что они смотрели на всех, уж слишком свысока. Они шли медленно, будто по подиуму, будто разрешали всем рассмотреть себя, и все, действительно, завороженно не могли оторвать глаз от них. Надменно зыркая на всех своими подведенными черным карандашом глазами, и с ухмылкой на губах они завершали свой проход между рядами. Мы ожидали, что они займут места рядом с тем парнем в костюме тройке, но к нашему удивлению, они направились к последнему ряду, и приземлили свои брендовые сумочки около Димы. И было видно невооруженным взглядом, что они все знакомы.

– Очень интересненько – пробормотала Ленка.

– Ни капельки, – ответила ей Танька.

– Очень надеюсь, что они не в нашей группе, – добавила я.

И зря я надеялась, удача прошла мимо. На третьей паре, когда студенты расходились по разным аудиториям для практических занятий, эти пять «красавиц», серьезный парень в костюме и Дима один за другим вошли в наш кабинет.

***

Первый учебный день завершился дискотекой «Виват, первокурсников!». Прямо в общежитии, в большом зале на первом этаже.

Ленка встретившись с нашим соседом на общей кухне, тут же начала выпытывать у него, стоит ли вообще идти на это мероприятие. И не распускают ли парни руки во время танцев? На что получила довольно откровенный ответ:

– По поведению девушки на первой же дискотеке можно понять, что она из себя представляет, и как с ней общаться. Если сказать проще: можно ли сразу в постель тащить, или же не стоит этого делать, так как за инициативу можно и по лицу получить.

Мягко говоря, мы были шокированы таким ответом и оделись довольно скромно и безопасно: в джинсах и рубашках мы спустились в зал. Свет был погашен, лишь над потолком висело несколько диско – шаров.

Саша оказался прав, дискотека – это не просто танцы. Это кастинг. Молодые мужчины, подобно жюри, оценивающе разглядывают вошедших в зал девушек, совершенно не скрывая пожирающих взглядов. Если девушки по – старше ведут себя относительно скромно, то вот первокурсницы, пришли сюда за приключениями на свою пятую точку. Не все, конечно, многие, как и мы с девчонками скромно стоят у стеночки, и не торопятся обратить на себя внимание. Но некоторые прямо отчаянные. Коротенькие юбочки, яркий макияж и откровенные танцы – это действенное оружие юной соблазнительницы. Глаза у парней горят поярче фонарей, а какие ухмылочки. Одна из «новеньких» отжигает в центре зала такой откровенный танец, что два парня, словно два петуха вцепились в рубашки друг друга за право обладания данным экземпляром без комплексов. Но тот, кто у пульта быстро соорентировался, включил медленную композицию, и девушка сделала свой выбор, предотвратив мордобой.

Медляк – это скажу я вам, не просто танец, это предварительные ласки, после которых парочки спешно удаляются из зала. Мы с девчонками стоим и наблюдаем за всем происходящим, пребывая в лёгком шоке. Н – да, это тебе не школьная дискотека, где мы целомудренно танцевали под пристальным вниманием классного руководителя.

– Может, к себе поднимемся? – предлагает Таня, оценивающе смотря на происходящее.

– Неа, мы пришли танцевать, значит, будем танцевать, – Ленка двигает бедрами в такт мелодии.

– Под медляк? Пригласить тебя на танец?

Смеемся с девчонками, видимо привлекая к себе лишнее внимание.

– Потанцуем? – полупьяный паренёк подкатывает к Татьяне, она же с немым вопросом «ну почему опять я?», смотрит на нас. А то она ответ не знает. Первые «девяносто с плюсом» Татьяны, словно магнит притягивают самцов.

– Не танцую, – резко отвечает она, поворачиваясь спиной к поклоннику. Аромат дешёвой туалетной воды вперемешку с таким же дешёвым алкоголем, это тот ещё тошнотворный коктейль обольщения.

– Чё, ломаешься? – парень не удовлетворён полученным ответом и он готов очаровывать. Грудь колесом.

Наглый взгляд у него. Растерянный у Татьяны. Лена уже набирает в легкие воздуха, чтобы отшить нахала. Я встаю перед Таней. Но неожиданно на помощь приходит наш сосед.

– Леха, стопэ, – Саша отводит нового знакомого на несколько шагов, – Эти девчонки из нашей секции.

– И чё? – не унимается поклонник, рвётся к цели, то есть к Таньке.

– Ни чё, – теряет терпение наш Сашенька. – Иди отсюда.

– Велижанин?!

– Тебе не светит. Она не даст.

От прямоты мужского разговора, открываем рты от неожиданности.

– К тебе она не пойдёт, – продолжает сосед, – а в нашу секцию я тебя сам не впущу.

– Лёш, пойдём потанцуем – мы даже не заметили откуда появилось это «чудо» в мини-юбке и прозрачной блузке, но мы ей безмерно благодарны. Она тянет парня в толпу танцующих ребят, и он сдаётся под её натиском, забыв тут же про Татьяну, которая выдыхает от облегчения.

– Ну, как дискотека, девчонки? – улыбаясь, спрашивает Александр.

– Занимательно, – отвечает Елена.

– Спасибо, – говорит Таня, смотря на нашего соседа.

– Я на улицу выйду, если нужна будет помощь, зовите, – улыбнувшись, Саша покидает нашу компанию.

По дороге к выходу, одна из девушек, видимо знакомая, приглашает его на танец, он не отказывается. Джентльмен. Покружив девчонку пару раз в танце, что – то шепчет ей на ушко и уходит прочь.

– Вика, а это не тот парень, что помог тебе с сумкой?

Взглядом Елена показывает мне на сцену. Там у ноутбука, скучающе сидит именно тот парень. Лениво он переключает треки, и совсем не обращает внимания на девиц, что крутят попами прямо у сцены, для привлечения его внимания.

– Викуль, сходи к нему, попроси включить Кайли Миноуг.

– Почему я?

– Нужно довести ваше знакомство до конца.

– Нет Лена, не пойду я к нему.

– Всё делать самой приходится. Ждите, сейчас будет музыка.

Елена протискивается сквозь парочки, уверенной походкой идёт прямо на сцену.

– Тань, что она ему говорит? – мы наблюдаем за подругой, которая что – то шепчет парню на ухо. – Почему он смотрит на меня? – удивляюсь я. – И он улыбается! Зараза.

– Походу, она тебе свидание организовала, – смеётся Танька.

Конечно, без её помощи – то, я старой девой останусь!

Включается трек, который попросила Лена, и она, пританцовывая, идёт к нам. Весёлая.

– Что ты ему сказала? – сверлю её своим убийственным взглядом.

– Кому?

– Этому парню.

– Спроси у него. Он, кстати, классный.

Девчонки начинают танцевать, а я не могу пошевелиться. Я чувствую его взгляд на себе. Не выдерживаю. Разворачиваюсь. Точно. Смотрит. И не просто смотрит, он мне подмигивает. Капец! Ну, вот, что она ему там нашептала?!

***

Как же я ненавижу дискотеки. Коменда попросила посидеть за пультом, и я не смог отказать, так как накосячил, и чтобы о моей выходке не узнали в универе, я сейчас отрабатываю. Спасибо другу, который в отличие от меня постоянно тусуется в ночных клубах. Юрка подобрал классный плей – лист, мое дело сейчас только следить, чтобы пьяные подростки не раздолбали дорогую аппаратуру. Ребята веселятся, а я смотрю на экран ноута. Нет, там не фоточки горячих цыпочек, там учебник по инженерной графике. Натянув наушники, пытаюсь вникнуть в материал.

Не сразу замечаю, что ко мне на сцену забралась девчонка. Выжидающе смотрит на меня. Снимаю наушники, вопросительно выгибаю бровь.

– Предлагаю сделку, – сходу начинает девчонка.

– Какую? – спрашиваю чисто из вежливости, мне совсем не интересно, что мне скажет эта незнакомая девушка. Наверняка муть какую – то.

– Ты мне ставишь нужную песню, а я говорю имя своей подруги, – взглядом показывает о ком идет речь.

Очень неожиданно. Заинтересовала.

– А ты уверена, что мне нужно ее имя? – улыбаясь, спрашиваю я.

– Конечно, – уверенно произносит она.

Не девчонка – танк. А она мне нравится.

– Какой трек ставить?

Девушка отодвигает мою ладонь с мышки, сама смотрит на список, находит нужный.

– Вот этот.

– Имя? – спрашиваю я, не сводя взгляда с Дюймовочки.

– Ее имя переводится, как «Победа». Чувствуешь уже себя побежденным? – лукаво и в тоже время открыто улыбается девчонка.

– Чувствую, – честно признаюсь я.

Не скрою, что целый день сегодня шарахался по этажам, чтобы «случайно» столкнуться с Дюймовочкой, но мне не повезло. Да и если совсем быть перед собой честным, если бы не она, легко бы отмазался от предложения коменды. Но я надеялся, что она придет на дискотеку, и я ее увижу.

Нажимаю на плей, зазвучала музыка. Незнакомка убегает к своей компании, они начинают танцевать, а я не могу взгляд отвести от белокурой малышки по имени Вика. И она замечает это. Мы встречаемся взглядами. Подмигиваю ей и отвожу взгляд, возвращаясь уже без энтузиазма к инженерной графике. Ну, почему именно я сегодня должен сидеть за пультом?! Парни то и дело подходят с одной единственной просьбой, включить медляк. И я включаю, внутренне сопротивляясь этому, еще не хватало смотреть, как к ней подкатывают яйца подпитые малолетки. Краем глаза наблюдаю за Викой, которая тактично отказывается от приглашений или вообще, услышав первые аккорды медленной композиции, выходит из зала. Хорошая девочка!

Отвожу взгляд в сторону и замечаю, как в самом углу зала Катерина, едва стоя на ногах, зажимается со Стасом. Стас парень хороший, но «шлюха» в штанах. Катя, Катя, Катерина, что ж тебе не имеется – то? Так и жаждешь приключений на свои вторые девяносто. Встаю со своего места и иду к ним, остановившись на пару слов рядом с другом.

– Юр, смени меня у пульта.

– Не вопрос.

– Ну, Юра, – возмущается Марго.

Но друг, подхватив свою девушку, тащит ее на сцену, и там у самого пульта продолжает с ней танец.

Снова смотрю, как Катерина буквально виснет на шее у моего приятеля. Я не ревную, нет. Тут другое. Я хорошо знаю и Стаса и Катю. Стас тупо воспользуется ею, переспит и выставит за дверь. А Катя, протрезвев завтра, будет плакать, уткнувшись в подушку. Я не хочу такого утра для нее, все – таки два года вместе были, а еще я чувствую, свою причастность к ее выходке, поэтому попытаюсь помешать, ей совершить ошибку. Я же понимаю, что этот спектакль очередная ее попытка поставить меня в «стойло». Ох, Катя, Катя! Дурында пьяная.

– Добрый вечер, – подхожу к целующейся парочке.

– О, Жека, привет, – Стас протягивает руку, и я нехотя жму ее.

– Стас, выйдем.

Катя напрягается, тревога мелькает в ее глазах, хотя она всячески ее прячет. Пытается смотреть на меня с вызовом. Ехидно ухмыляется. Короткая юбочка – плиссе, гипюровая маячка, туфли на шпильке, красная помада. Соблазнительница хренова. На панель и то скромнее наряжаются.

Выходим с другом на улицу. Он протягивает мне пачку сигарет, и я вытягиваю одну, хотя еще вчера был уверен в том, что бросил, с июня не курил.

– Нравится Катерина?

– Красивая.

– Она не девушка на одну ночь.

– Жек, давай, мы с ней сами разберемся.

– Разберетесь, но не сегодня.

– Катька сказала, что вы расстались. Видимо, ты не согласен с этой формулировкой.

– С формулировкой Катерины согласен полностью, если она тебе нравится и ты готов к серьезным отношениям, буду только рад. Но если ты решил воспользоваться ее состоянием, я тебе этого не позволю.

В ответ Стас лишь сделал большую затяжку сигаретой, стрельнул ею в урну, а потом, пройдя мимо Кати, вернулся в зал. А она, навалившись на дверь, смотрит в след, уходящему парню. Не говоря ни слова, беру ее за локоть и веду к лестницам. Поднимаемся на один этаж, и она неожиданно вырывается из моих рук. Спешит обратно, но я через три ступеньки перехватываю ее за талию, поднимаю и тащу вверх. Естественно, девушка сопротивляется. Пару раз пинает меня по коленке. Больно. Отпускаю. Еще пять этажей нести ее на руках, я отказываюсь.

– Кать, иди домой, – спокойно прошу ее.

– А ты со мной пойдешь? – пьяно льнет ко мне, тянется для поцелуя, поднимаю подбородок, смотрю в ее глаза, на губы. Ее губная помада размазана, напоминая о том, что еще несколько минут назад она сосалась со Стасом. Отворачиваю лицо. Противно. Но она даже не замечает этого. – Обожаю, когда от тебя пахнет сигаретами. Пошли ко мне, – протяжно тянет она – Девчонки до утра не вернутся.

– Не могу, – снимаю ее руки со своей шеи.

– Не могу или не хочу?

– Не хочу, – ожидаемо бьет ладошками в грудь, отталкивает меня. Мы это уже не раз проходили, только до сегодняшнего дня без участия третьих лиц. – Ты же знаешь, я не выношу пьяных истерик. Иди, выспись.

– Да, пошел ты. Сам иди, спи. А я танцевать хочу.

– Что – то на танцполе я тебя не заметил, – окидываю взглядом ее откровенный наряд. – Юбку еще эту блядскую нацепила.

– А ты не ревнуй! Поздно!

– Да, ты что! – не сдерживаюсь я. – Какая досада! Сейчас пойду вены вскрою.

– А я пересплю с ним сегодня, понял – взгляд воинственный, губы сжаты в тонкую линию.

Чего ты ждешь от меня Катя? Какой реакции на этот твой глупый фортиль?

– Да мне все равно. Морду бить ему не буду, не надейся.

– Все, не трогай меня больше. Права не имеешь.

– Легко, – поднимаю руки вверх, показывая, что больше не прикоснусь. – Хорошо подумала?

Сверлим друг друга взглядами. Ведь, не хочет уходить дурочка, но упрямство в тандеме с алкоголем – это ведущая сила.

– Хорошо, – цедит мне в лицо.

– Удачи.

Вздернув носик вверх, решительно спускается по лестнице.

– Туфли сними, ноги переломаешь, – кричу ей вдогонку.

А в ответ тишина. Даже на хер не послала. Прогресс.

Ой, дура. Завтра же придет и будет сидеть у меня, сканируя виноватыми глазками. А оно мне надо! Слышу, как торопливо кто – то поднимается наверх. Неужели, одумалась?! Ссоры не будет. Я только провожу ее до комнаты. Увы, это не она. Хотя, какое увы! Наконец – то! Встречаемся взглядами с Викой. Она растерянно останавливается.

– Добрый вечер, – произношу я, не сдерживая улыбки.

– Здравствуйте, – отвечает она и уходит.

Быстро поднимается по лестнице. Провожаю взглядом. Увы, эту девушку, я могу проводить лишь взглядом. Но это только пока.

Глава 5

– Последний танец, – объявляю я в микрофон, не обращая внимания на недовольные возгласы.

Народ хочет тусоваться еще, а я уже на ходу засыпаю. Пятый час утра, энергетики они что – ли пьют, колбасяться словно энерджайжеры. Врубаю медляк и покидаю пульт. Моя миссия, наконец, окончена.

– Я ухожу, – предупреждаю дежурного на вахте.

Как только мелодия закончится, охранники закроют зал и всех разгонят по своим комнатам.

Устало поднимаюсь на свой этаж, мечтая упасть на кровать, даже раздеваться не буду. Лень.

Достаю из кармана ключ от комнаты и замираю с ним в руке на месте.

Ну, емае! Катя! Какая неожиданность. Я, конечно, «ждал» ее, но не так скоро.

Подпирает своей спиной дверь моей комнаты, смотрит на меня, как кот из мультика, не помню, как он называется. Но взгляд один в один.

– Чего забыла? – нерадушно говорю я.

– Я ключ потеряла, – икнув, произносит она.

И что? Мне к чему эта информация?

– Сожалею. У меня нет запасного, – не обращая на нее внимания, открываю дверь и вхожу в комнату.

Как хочется хлопнуть дверью перед ее носом, но, блин, девушка же. Совершенно ожидаемо она входит следом за мной.

– Жень, можно я у тебя переночую?

Не, мне эта идея совсем не нравится.

– Иди к Марине.

– У нее Стас.

– Ааа, Стас уже с Мариной. Быстро вы однако …. подружили.

– У нас не было с ним ничего, – виновато шепчет она, сокращая между нами расстояние.

– Было, не было, мне не интересно. Ты девушка свободная.

– Жеее-нь, – она пытается обнять меня, но я сбрасываю ее руки со своей шеи.

И делаю это довольно грубо, забыл, что Катерина едва на ногах держится. Теряя координацию, девушка заваливается вбок, успеваю подхватить. Невольно прижимаю к своей груди, она принимает этот жест, за мою капитуляцию.

– Прости меня, Михайлов, – шепчет она, рисуя сердечко пальчиком на моей груди. – Я виновата. Вспылила, ерунды наговорила. Я так не думаю, правда, правда. Ты у меня самый лучший. Я только тебя люблю. Я так соскучилась.

– Ты ошиблась, я не самый лучший, и не у тебя, – стремно, когда девушка говорит эту фразу, ассоциация такая, будто она пропустила через себя роту солдат и вдруг решила, что ты лучший.

– Вот опять ты к словам придираешься.

– Не хотел обидеть, – пытаюсь съехать с этого разговора, как – то помягче.

Выпившая девушка – это бомба замедленного действия. Одно лишнее слово и все, ты подорван.

– Я со Стасом замутила, чтобы тебя позлить.

– Не получилось, – медленно выдыхаю.

– А я тебе не верю, – девушка обвила своими руками мой торс, и уложила свою голову мне на плечо – Ты же пришел, забрал меня. Ты мой рыцарь.

Какая муть в ее голове, больше не хочется ни о чем говорить. Стоим. Ощущаю себя полным дебилом. И оттолкнуть жалко и стоять вот так, как – то по – идиотски.

– Кать…

Едва слышу мирное посапывание в мое ухо.

Зашибись. Спит.

Подхватываю ее на руки и укладываю на свою постель. Накрываю одеялом.

Утро вечера мудренее, говорят. Пусть будет так.

Падаю прямо в одежде на кровать соседа. Он все равно у Марго ночует, чего уж кровати пропадать.

***

– А че вам на своей уже не интересно? Не те ощущения?

Открываю глаза. Юрка стоит напротив. Ухмыляется.

– Я собственно не против, – продолжает друг, открывая шкаф с вещами. Переодевается.

– О чем ты?

Окончательно просыпаюсь, оглядываюсь, и меня бьет под дых «доброе утро».

Мы с Катей вдвоем лежим на Юркиной кровати, укрытые моим одеялом. Причем Катерина обнажена, не полностью, только сверху, но и этот факт совсем не радует меня. Юрка вопросительно поднимает брови. Я отрицательно мотаю головой.

Не, не мог я ее. Я б помнил. Я ж вчера не бухал. Не, я ее не трогал, не раздевал.

– Я только переоденусь и уйду.

– Можешь, не торопится. Ничему не мешаешь.

– Точно?

Протираю глаза пальцами, чтобы окончательно проснуться.

– Сто пудово.

Быстро поднимаюсь с кровати, пока девушка не проснулась. Натягиваю на себя штаны и футболку. Спешно спускаюсь на первый этаж. У коменданта хранятся вторые экземпляры ключей от всех комнат.

– Наталья Владимировна, доброе утро.

– Доброе ли, – недовольно бурчит она.

– Что – то случилось?

– Ничего особенного. Как всегда после дискотеки выгребла тонну окурков из вазонов с цветами. Я же уже три урны поставила. Три! Нет, все равно в цветах сигареты тушат. Ты по делу?

– Мне бы запасной ключ от семьсот третьей.

– Зачем?

– Потеряла, попасть не может.

– Растяпа, – открывает сейф, достает коробку с ключами.

– Какая комната?

– Семьсот третья?

– Дубликат сделать, ключ мне вернуть сегодня до шести.

– Понял.

Неподалеку от нашего общежития есть небольшая мастерская. Ключ надеюсь сделать там. Довериться в этом вопросе Катерине не могу, она и запасной ключ посеет.

С запасным ключом в кармане я возвращаюсь к себе. Юрки в комнате нет и Кати, кстати, тоже. Мне бы обрадоваться этому факту, но на душе, такое чувство, что меня провели.

Иду прямиком в ее комнату. Подтверждая мои сомнения, дверь в комнату открывается.

– И как это понимать? – с ходу возмущаюсь я.

– Никак, – запахивая на себе халатик, говорит Катя. – Ключ был в дверях. Я наверно вставила его, а потом отвлеклась и забыла об этом.

– Пить меньше надо.

Кладу второй ключ на стол.

– Запасной.

– Оставь себе.

– Обойдусь.

***

– Что такое КСЕ? – спрашивает Ленка, нагнувшись к моему уху, она опоздала на лекцию, вошла в аудиторию на пятиминутном перерыве.

– Концепция современного естествознания.

– И что это?

– Это совокупность наук, охватывающих все актуальные для современного человека проблемы: законы природы и эволюции, роль науки в развитии человека, вопросы философии, искусства и культуры и многое другое, – читает с тетради Таня.

– Экзамен, зачет?

– Экзамен.

– Придется учить, – недовольно морщится Лена.

– Ты где была?

– В деканате.

– Что ты там забыла?

– Наш куратор группы предложил мне стать старостой группы.

– Ни фига себе! – довольно громко вырвалась у меня эта фраза, чем привлекла внимание всех.

– Да тихо ты.

Немые вопросы застыли в глазах сокурсников. Отвечать мы были не готовы. Поэтому молча, уткнулись в свои тетради. Танька начала рисовать на последней странице, она так всегда делает, когда нервничает. А Ленка принялась переписывать лекцию с моей тетради.

– А есть еще кандидаты? – шепчу я, заметив, что внимание окружающих к нам утеряно.

– Есть. Вон та выдра, – Ленка кивает на блондинку, которая сидит рядом с Димой.

Он, конечно, как всегда неотразим. В джинсах и полосатом полувере, который облипает его стройный торс. Ленка уже узнала, что он занимается баскетболом. Даже уже узнала, где, когда и во сколько будет следующая игра. И она же уже решила, что мы идем на эту игру. Блондиночка, что – то рассказывает ему, а он, совершенно не стесняясь показать ей свое безразличие, играет на телефоне.

– Ну, за нее проголосовать могут только ее четыре подружки и этот, – как назло Дима, словно почувствовав, что мы говорим про него, отрывает взгляд от телефона, и вопросительно смотрит на меня. А я не растерялась, улыбнулась ему в ответ. – Так что, считай вся группа за тебя. Поздравляем с назначением.

– Я еще не решила, хочу ли участвовать в этом.

– Быть старостой круто, – утвердительно говорю я.

– Старост все ненавидят.

– Вы меня ненавидели?

– Все десять лет, – тихо шепчет Таня.

– Я с вами больше не дружу, – делаю вид, что обиделась, и отсаживаюсь от них на один стул.

– Ага, – отвечает Ленка с огонечком в глазах, – тогда кофточку мою снимай. Или все – таки дружишь?

– Дружу, – возвращаюсь на свое место.

– Если, что вы со мной?

– Конечно. Буду делиться с тобой опытом.

На второй половине лекции монотонный голос лектора буквально усыплял студентов. Мы прикрывали ладонью, зевающие рты, в тетрадях писали так, будто укладывали буквы в кровать. Дима вовсе, не боясь лектора, улегся головой на парту.

– Чувствую, тяжело мне дастся это КСЕ, – резюмирует Елена.

Пять фиф (так их прозвали наши соседки, которые сидели впереди нас, а мы лишь подслушали и согласились) спускаясь по лестнице, задержались у третьего ряда. «Выдра» одарила Ленку убийственным взглядом, видимо, Леночка после него должна была упасть бездыханной ланью между рядами. Но не на ту напала «Выдра», Ленку она еще не знала. Та лишь с вызовом подняла подбородок, безотрывно смотря сопернице в глаза. Ксения, так вроде звали эту выдру, не выдержала и первой ретировалась. Подружки ее убежали следом.

– Как ты думаешь, она знает, что Лена тоже хочет стать старостой?

– А она хочет?

– Привет, Таня.

Дима. Дима обращается к Тане. Вот кто уж точно может упасть между рядами, лишившись чувств. Но и она меня удивляет. Она отвечает ему.

– Здравствуй.

– Лекция отстой, согласись?

– Скучная.

– Но ты писала, я видел.

Мы с Леной молчаливо наблюдаем за этой беседой. Хотя это совсем не прилично.

– Дашь, списать конспект?

– Ты не поймешь, – смущенно отвечает Таня, – у меня почерк …

– нечитабельный, – почему – то брякаю я. Но так говорила наша класснуха.

– Я разберусь. Дашь?

– Держи, – протягивает ему свою тетрадь.

– Завтра верну. Спасибо.

Он уходит, а мы так и продолжаем стоять на месте, будто замороженные.

– А я видела, что его блонди писала, – отмираю я. – Что ж он у нее тетрадь не попросил?

– Просто Танька ему нравится. Он на нее с первого дня смотрит таким загадочным взглядом.

– Ну, началось. Пошли Танька, а то эта сваха сейчас тебе сюжет всей вашей с Димой счастливой жизни расскажет. Устанешь слушать.

Глава 6

– О чем думаешь? – подхожу к Елене, которая с задумчивым взглядом стоит посреди общей кухни.

– Мрачновато здесь.

– Я бы сказала по – мужски, – осматриваю крашеные стены, грязную раковину и плиту. – Интересно, а они тут моют хоть иногда?

– Иногда, наверно – да.

– Очень, очень редко.

– Пора бы навести тут свой порядок.

– Ты что задумала?

– Генеральную уборку.

Три часа мы с девчонками потратили на магазины. Купили чистящие средства, скатерти. Как оказалось, из дома Лена привезла тюлевую штору. К восьми вечера наша кухня преображается.

На окне белоснежная тюль, рядом два стола покрытые новыми скатертями, раковина и плита также блестят, будто только из магазина, пол вымыт, а в духовке запекается картошка с мясом. Елена довольно кивает, осматривая кухню.

– А мы молодцы.

– Не можем с тобой не согласиться, Ковалева.

– Ничего себе? – удивленно произносит Саша, входя на кухню. – Тут, как дома стало, – ставит кастрюлю на плиту.

– Вот так, чтобы было всегда, – нарочито произносит Елена. – Я повешу график дежурств.

Боюсь, что в этом графике будут только наши фамилии.

– Отсюда и уходить не хочется, – продолжает парень восхищаться. – А давайте устроим здесь ужин? Всей секцией.

– А это отличная идея. Мы согласны.

И тут началось. Саня позвал соседей, как оказалось, мы единственные девчонки в этой секции. Парни поставили в центр кухни столы, табуретки принесли из комнат. Главным блюдом стала наша запеченная картошка с мясом. Кто – то принес два пакета пельменей, и их сварили, Саша поставил на стол тарелку с копчеными куриными ножками.

– У кого – то день рождения? – с любопытством на кухню заглядывают еще соседи.

– Просто ужин. Присоединяйтесь, если есть, что поставить на стол.

– У нас селедка под шубой есть.

– Если не жалко поделиться с нами, несите.

Через пару минут стол пополнился новым блюдом, а кухня двумя новыми табуретами. Усаживаемся. Тесно, но уютно.

– А почему мы так раньше не делали? – спрашивает Саша у парней.

– А потому, что нас не было, – отвечает Лена.

– Это точно! – восклицает кто – то.

– Как учеба, девчонки? – интересуется сосед.

– Сегодня у нас была первая лекция по русскому языку. Зашла в аудиторию бабулечка, божий одуванчик, – рассказываю я. – Встала у кафедры и выдала нам: «ну, что будущие домохозяйки пришли дипломы получать?»

– Алевтина Георгиевна?

– Она самая, – подтверждает Таня.

– Девчонки, мой вам совет, что бы она вам не говорила, как бы не размазывала по стене, и как бы вам не хотелось послать ее на хер, молчите. Начнете спорить или что – то доказывать никогда не сдадите ей экзамен. Никогда. Тут многих из – за нее отчислили.

– В ее возрасте надо дома сидеть и носочки внукам вязать.

– А у нее нет детей, следовательно, и внуков тоже.

– Ну, тогда понятно. Надо закупаться валерьянкой и перед каждой лекцией выпивать по таблеток десять, а иначе я промолчать не смогу, – ворчит наша егоза.

– Это карма, Лена. Вспомни, как ты нашего химика доставала, он же заикаться из – за тебя стал.

– А потом вообще уволился.

– Как интересно, расскажете?

– Нечего рассказывать. Меня просто бесили его присказки и прибаутки. Сапоги мои того, пропускают H2O. Кальций – это не пустяк: образует известняк.

– С Гелием внутри легко – шар взлетает высоко, – добавляет Таня, под всеобщий хохот.

– А где все? – слышим строгий, громкий голос коменданта.

– Мы на кухне, – отзывается парень, который сидит около меня. Имени я его не запомнила.

– В честь чего пьянка? – строго спрашивает она, как только входит в помещение. – Хотя для вас, солнце встало – уже повод.

– Какая пьянка? – возмущается Саша. – Просто ужинаем.

Наталья Владимировна бесцеремонно берет кружку у него и принюхивается к содержимому, удивленно вздергивает бровью. Да, там чай.

– Девчонки преобразили нашу кухню, вот решили всей секцией вместе поужинать, – комментирует один из парней, пока комендант обводит взглядом всех присутствующих. Лишних нет, только свои.

– Прожжете тюль сигаретами, уши откручу, красоту не портить, – наконец, она улыбается. – Все – таки не зря я их к вам поселила.

– Ой, не зря, – соглашается Саша.

– Вот, цените и оберегайте. За них головой передо мной отвечаете.

– Наталья Владимировна, чай с тортиком?

– Нет, ребятки, не хочу. Пойду я. Так стоп, а зачем я приходила? Вспомнила. Завтра вечером приедет комиссия из университета. В комнатах, чтобы был идеальный порядок. Вы мальчики мои, должны быть свежими, выбритыми и трезвыми. Ясно?

– Ясно.

– Давайте жить дружно. Вы не подставляете меня перед начальством, я прощаю вам мелкие шалости.

– Все пучком будет, Наталья Владимировна.

– С вашей секции что – ли проверку начать? – задумчиво произносит она. – Прямо образцово – показательная секция стала.

Глава 7

Проверку наше общежитие прошло, Наталье Владимировне выписали грамоту. Очередную. А общежитию была выделена новая акустическая аппаратура. Наталья Владимировна решила сразу ее опробовать. В пятницу вечером, то есть уже сегодня – дискотека. Поэтому случаю, мы впервые не поехали на выходные к родителям. Мои были просто в шоке. Я и сама, добровольно, остаюсь в общаге на выходные! Папа даже спросил: кто я, и куда я дела его дочь?

Да, я его дочь. И мне начинает нравиться жить в общаге. Соседи у нас адекватные, парни не ходят в трусах по секции, исправно участвуют в наших генеральных уборках, курить мы их приучили в строго отведенном месте, они даже купили себе пепельницы, не шумят допоздна. И очень хорошо к нам относятся, я бы даже сказала, как старшие браться, ведь мы единственные девчонки в их мужской секции.

– Сегодня праздник, сегодня будут танцы, – поет Лена у зеркала, нанося на веки тени.

– Если четно, я не хочу идти, – признаюсь я. Еще часа три назад гладила себе рубашку, а сейчас забросила ее обратно в шкаф.

Неделя была трудная: рефераты, коллоквиумы, поиск материала для курсовой работы. Я вымотана, а впереди еще первая сессия.

– Вик, ну, ты опять начинаешь? – недовольно отчитывает меня подруга. – Убери уже тетради в стол и вспомни, что молодость проходит мимо тебя.

– Так уж и мимо, – огрызаюсь я.

– Три месяца живешь в общаге и парня себе так и не нашла.

– Я не особо и искала.

Танька показывает мне очередную кофточку, которую она хочет надеть на дискотеку. Отрицательно мотаю головой.

– Ага, а я и забыла, что ты у нас из тех, кто верит, что любовь и за печкой найдет.

– Типо того, – смеюсь я.

Киваю Тане. А вот Лене наш выбор не понравился. Она кривится.

– Может, все – таки платье наденешь? – предлагает она.

– Нет. Рубашка и джинсы.

– Вик, а может, на часик хоть спустишься?

– Вы не отстанете?

– Нет, – Лена укладывает непослушные волосы в прическу.

– Ну, хорошо, – сдаюсь. – Один час и я уйду по – английски. Только я в душ схожу сначала.

– Мы тебя ждать не будем.

– И не надо. Я дорогу до первого этажа прекрасно знаю.

Девчонки убегают на дискотеку, я ложусь на кровать, обнимаю руками подушку. Как же мне не хочется идти. Вот сейчас бы глаза закрыть и до утра. Но вместо этого я беру полотенце, косметичку и иду в душ. Как и Таня, я надеваю на себя джинсы и рубашку. Влажные волосы заплетаю в косу, на лицо не наношу косметику, только блеск на губы.

В зале без труда, практически в темноте, нахожу своих подруг.

– А вот и я.

– Ну, наконец – то.

– Как дискотека? – пропускаю сарказм подруги мимо ушей.

– Пока без драки.

Пробегаюсь взглядом по присутствующим, невольно останавливаясь на сцене, за пультом сидит другой парень.

– Его не было, – шепчет мне Лена.

– Мне – то какая разница.

– Мне показалось, что ищешь взглядом именно его.

– Мы с ним даже не знакомы.

– Потому, что ты тормоз.

– Девчонки, привет, – нашу перепалку прерывает Саша. Он подходит к нам, и не один. – Знакомьтесь, Павел. Мой друг.

– Симпотяга, – шепчет Лена мне на ухо.

И она права. Парень действительно не дурен. А аромат его туалетной воды хочется вдыхать полной грудью.

– Друг? – Елена тут же приступает к допросу. – А почему мы этого друга ни разу не видели?

– А он не живет в общаге.

– И как тогда он прошел сюда? – интересуется Таня. – Запрещено же.

– Как? Как? – Саша наклоняется к нам, и говорит так, чтобы слышали только мы. – По пожарной лестнице. Вы думаете, для чего я у вас покрывала брал. Только молчок.

– Поняли уже. Я Лена, а это Таня и Вика.

– Приятно познакомиться, девчонки, – его взгляд останавливается на каждой из нас и медленно и оценивающе скользит по телам.

Некомфортно. Хочется отвернуться.

– Ребят, ну вас долго ждать? – к ним подходит незнакомая нам девушка.

Но судя по тому, как они общаются между собой, они знакомы давно.

– Уже идём.

Саша с другом покидают нас, из зала выходят вместе с двумя девушками.

– А он ничего, Павел этот, – говорит Лена, провожая взглядом парней.

– Не ты одна это заценила, – смеется Таня, – смотри, как эта девица в его руку вцепилась.

Ну, да. Девушка буквально повисла на руке у нового знакомого.

– Это их дело с кем и куда ходить, – что – то мне расхотелось спать. – Мы пришли сюда танцевать, значит пошли танцевать.

Включается энергичная мелодия, и мы уходим в отрыв. Но не надолго, опять звучит медленная композиция.

– Потанцуем?

Разворачиваюсь. Не ожидала снова увидеть Павла в этом зале.

– Потанцуем, – соглашаюсь я.

Павел не наглея, кладет руку на мою талию, второй держит мою ладонь. Естественно, девчонки наблюдают за нами.

– Расслабься,– шепчет парень мне на ушко.

– Я вроде и не напрягалась, – вру я.

– Не любишь, когда за тобой наблюдают?

– Не люблю.

– Ты красиво танцуешь. Я любовался тобой.

– Я говорила, что не люблю, когда за мной наблюдают?

В ответ он засмеялся. Наклоняется ниже, и его дыхание опаляет мою шею:

– Но ты же не заметила этого, – его губы будто случайно, касаются моей шеи.

Трек заканчивается, и Павел провожает меня до моей компании.

Уходить не торопится. Наоборот, к нам присоединяется и Александр. Последующих три медленных танца я снова танцую с Павлом. И с каждым танцем он всё теснее прижимает меня к себе. Мне кажется, что над моей головой загорается красная лампочка «опасность». Мужчина жаждет продолжения. Но друзья уводят его из зала, нехотя он покидает меня. Мне бы уйти домой, но я трушу. А я не горю желанием попасться ему на пути. Лучше здесь с девчонками постою. Я уже не танцую, мне кажется, что любое мое движение, для Павла – уже провокация.

– Викуль, твой кавалер идёт, – смеясь, оповещает меня Лена о приближении Павла. А мне вот не хочется смеяться.

Сашка с другом опять идут в нашем направлении. Оба молодых мужчин под явным шафе. Теперь ясно, куда они так часто бегают. Глаза соловелые, с прищуром, а с губ не сходит улыбка.

– Ромка, поставь что – нибудь помедленнее, – кричит Саня, как только наступает тишина между треками.

Только не это!

– Без проблем, – просто отвечает тот.

Начинает звучать медленная композиция. Саша приглашает Лену, Татьяна отказывается танцевать, хотя претенденты есть. Павел, больше не интересуясь моим мнением, вовлекает меня в танец. На этот раз мы молчим. Видимо, говорит парню уже лень. Наши движения в танце становятся откровеннее, он наваливается на меня, дыша в ухо неровным дыханием. Его ладонь смещается чуть ниже моей талии, и большой палец, скользнув под кофточку, проводит по коже несколько раз.

– Павел, – предупреждающе произношу я.

Но он будто не слышит меня, продолжает нахальное покорение моей «территории».

Я останавливаюсь. Парень будто опомнившись, убирает руку. Но не отпускает меня. Чувствую, «дело пахнет керосином». Пора валить.

Трек заканчивается, и я с облегчением выдыхаю, в надежде на то, что он, как и в прошлый раз уйдет. Но нет, он не отходит от меня ни на шаг. Приклеился, как банный лист. Девчонки похихикивают, глазки мне строят. А вот мне не до веселья. Намерения парня я уже почувствовала при тесном контакте во время танца. Впрочем, и сейчас продолжаю чувствовать, так как он обнимает меня со спины и крепко прижимает к себе.

Девушка, что еще недавно висела на его руке, недобрым сверлит нас взглядом. А ему пофиг, он вообще будто сквозь нее смотрит.

– Паш? – пытаюсь немного отодвинуться от него.

– Что, малышка? – мурлычет он мне на ушко.

Офигеваю от его «малышка». Вот это скорости.

Ищу поддержки у подруг, умоляюще смотрю на них. Помощь приходит неожиданно от Александра.

– Пашка, пойдем покурим.

– Я не курю.

– Зато я курю, – настаивает наш сосед.

– Ну, пошли.

Как только парни скрываются за дверью, мы с девчонками смываемся с дискотеки. Смеясь, мы спешно поднимаемся на восьмой этаж и закрываемся в комнате. Быстро переодеваемся в пижамы и укладываемся по кроватям.

Тишина. Внутреннее волнение постепенно стихает, и я умиротворенно погружаюсь в сон.

Стук в дверь. В грудной клетке разгоняется тахикардия, открываю глаза. Не к нам. К соседям. Выдыхаю. Закрываю глаза.

– Куда ты стучишь? – громкий голос Саши мгновенно прогоняет сон. – Я же тебе сказал восьмая дверь.

Ну, емае! Саша! Ты предатель!

Стук в дверь. Теперь в нашу. Я притихла, и даже не дышу. Таня, опираясь на локоть, как и я, смотрит на дверь. Снова стук. И еще один.

– Ласковая моя….нежная, – тихим голосом напевает он.

Смех срывается с моих губ, закрываю рот подушкой.

Серенад мне еще не пели.

– Ласковая моя… ласковая моя, – повторяет парень, не забывая сопровождать слова стуками в двери.

Я, конечно, мечтала о серенаде, но я никак не думала, что во время нее мне будут вышибать дверь.

– Ласковая моя, нежная…

– Руки твои держу, – выкрикивает Елена, получив за это от меня подушкой по голове.

– Нежная… руки твои…

– Вик, он дверь сейчас вынесет, – обеспокоенно шепчет Таня, – выйди к нему.

– Дверь тебе жалко, а меня нет? – так же шепотом возмущаюсь я.

– Он же не отстанет.

Тут, она права. Парень настроен серьезно.

– Вот, черт!

В темноте наощупь достаю из шкафа вещи, быстро натягиваю на себя джинсы, рубашку и еще сверху кофту.

– Может, еще и куртку наденешь, – смеется Ленка.

– А может, ты вместо меня пойдешь.

Выхожу. Тут же попадаю в радостные мужские объятия, из которых я старательно выбираюсь. Из комнаты нашей, раздается песня, которую Павел так и не вспомнил. Вот точно же Ленкина идея. Громко хлопаю дверью. Музыка выключается.

Встаю напротив парня. Подпираю руками грудь. Смотрим друг на друга. Молчим. Его немного шатает от выпитого алкоголя.

– Пойдем? – наконец, говорит он.

– Куда?

– Туда, – взглядом показывает на дверь комнаты напротив нашей.

– Зачем?

Делает шаг в мою сторону и впечатывает меня в стену. Его ладонь ложиться мне на талию. Глаза в глаза.

– Поговорить, – губы улыбаются, а вот глаза буквально раздевают меня.

– Мы и тут неплохо разговариваем, – дрожащим голосом произношу я.

Ну, зачем я вышла! Как говорит Лена, я – полная дурында.

– Пошли, – тянет за руку.

– А давай ты один пойдешь? – не поддаюсь.

– Один не хочу. С тобой хочу.

– А я спать хочу.

– Я тебя уложу, – шепот на ухо. – Колыбельную спою, – несколько поцелует в шею.

Прикладывая всю силу, что у меня есть, отстраняю парня от себя на расстояние вытянутой руки.

– Паш, я не пойду.

– Не помешал?

В дверном проеме стоит Саша и оценивает ситуацию: удалиться или вмешаться.

Я хочу сбежать от Паши пока тут сосед предатель, но Павел перехватывает меня за руку. Не отпускает.

Саша правильно все понимает. Подходит к нам. Его улыбка успокаивает меня.

– Ребят, а чего вы тут одни? Пойдемте к нам.

И не дожидаясь ответа, берет меня за руку и ведет к себе в комнату. Недовольный Паша плетется позади.

– Минут пятнадцать посидишь и уходи, – шепчет Дима.

– А если он вернется?

– Не вернется, – уверенно произносит сосед.

В комнате у Саши небольшая компания, среди которых, тот, который помог мне с вещами. Неожиданная встреча.

– Знакомься, Вика, это Жека.

– Здравствуйте, – на выходе произношу я.

– Присаживайтесь, – кто – то освобождает нам место на кровати.

Ожидаемо Павел садится рядом со мной, не отпуская мою ладонь. Парни вовлекают его в беседу, и он немного отвлекается от меня, но руку мою не отпускает. Слежу за минутной стрелкой часов. Саша ставит около меня кружку с чаем. Освобождаю свою руку от плена Павла, обнимаю кружку ладонями. Чай я буду пить очень долго.

Встречаемся взглядами. Значит, его зовут Женя.

Мне почему – то хочется испариться отсюда, чтобы он не видел меня здесь, одну в компании парней. Вот, что он обо мне подумает?! Мне стыдно, я прячу свой взгляд, разглядываю книги, которые лежат на столе. Паша собственнически прижимает меня к себе так, что содержимое моей кружки выплескивается на покрывало.

– Паш, аккуратней с девушкой, – предупреждающе шипит Саша.

Павел ослабевает хватку, и я отодвигаюсь от него насколько это возможно. Делаю вид, что пью чай. Снова встречаемся взглядами с Женей. Сидит напротив и смотрит исподлобья. Сверлит меня тяжелым взглядом. Ему – то я чем не угодила?!

Глава 8

Пропустил одну дискотеку и вот, мою Дюймовочку, за руку держит какой – то хрен, который всем своим видом показывает, что он «первый» занял эту территорию. Схлестываемся с ним тяжелыми взглядами, пару раз от меня прилетает и ей. Взгляд ее отрешенно бегает по комнате, удовольствия ей не доставляет, что этот хмырь лапает ее.

– Паш, аккуратней с девушкой, – предупреждающе шипит Саня.

И я напрягаюсь. Этот субъект недовольно зыркает на Саню, а потом ослабевает хватку, и девушка тут же отодвигается от него к краю кровати.

В кармане вибрирует телефон, достаю. На экране высвечивается «Катя». Сбрасываю. Через пару секунд телефон опять напоминает о себе. Раздраженно долго жму на красную кнопку, пока экран телефона не погаснет окончательно.

– А куда вы нашу девчонку дели? – в комнату врывается ее подруга, та высокая, которая забралась ко мне на сцену.

– А мы уже заждались вас, – улыбается хозяин, гостеприимно машет им рукой.

– Чем занимались? – спрашивает Елена, присаживаясь за стол, не спрашивая разрешения, отламывает кусочек шоколадки и отправляет его в рот.

– В приставку рубились.

– Как скучно.

– Предлагай свой вариант, – Саша откладывает джостик.

– Правда или действие.

– А что, давайте сыграем, – отзываюсь я, – будет весело.

– Поддерживаю, – соглашается Саша.

Девчонки рассаживаются между парнями, чтобы играть было интереснее, мне Елена командует присесть рядом с Викой. Послушно пересаживаюсь, с трудом сдерживая улыбку. Дюймовочка теперь сидит между мной и этим Пашей, растерянно смотря на подруг. Так хочется взять ее за руку и поцеловать пальчики, чтобы успокоилась. Уж я – то точно не причиню ей зла.

– И так! – привлекает к себе внимание ведущая, она же Елена неугомонная. – Начну я.

Игра вышла очень увлекательной и смешной, давно я так долго не хохотал. Парни отжимались, приседали, читали стихи, стоя на табурете, пели серенады случайным девчонкам, и кричали в открытую форточку «кукареку». Девчонки же предпочитали отвечать «правда». А правду они отвечали или нет, никто, конечно, не знал, но тоже было смешно, особенно, когда Лена рассказывала как провалила экзамен по фортепиано, мы с парнями просто лежали на полу от смеха.

– Правда или действие? – обращается Татьяна к Саше.

– Действие.

– Поставь Ленкину фотку себе на аву в телефоне.

– Почему мою? – недоумевая, хлопает ресницами Елена.

– Это мое желание.

– Ленчик, – елейным голосочком зовет ее Александр, – улыбнись, я фотографирую.

Саша с третьего раза получает нужный кадр и демонстративно при всех устанавливает эту фотографию на основной экран телефона. Павел свою очередь в игре проспал, в прямом смысле этого слова. Просто вырубился, чему я был несказанно рад, да и Вика расслабилась.

– Твоя очередь Вика, – напоминает Лена.

– Жень, – какие же у нее красивые глаза, ресницы, словно веера, порхают вверх, вниз, – правда или действие? – и чувственные губы слегка приоткрыты.

– Действие, – не подвожу мужскую команду. Интересно, что же она мне загадает?

Молчание затягивается, девушке сложно придумать задание для совершенно незнакомого парня.

– Вика, попроси его сыграть на гитаре, – подсказывает Санек.

– Ты не против? – обращается она ко мне.

– Сыграть?

Она кивает.

– Не против. Только тут гитары нет.

– Пару сек, – один из парней выходит из комнаты, а через несколько минут возвращается с инструментом.

– Есть пожелания? Какую – то конкретную мелодию сыграть?

– Я не знаю.

– Про любовь играй, – выкрикивает Лена.

– Про любовь, так про любовь.

Пересаживаюсь напротив Вики, хочу видеть ее реакцию, мне необходимы ее эмоции.

Давно не играл. Чтобы поразить девушку в последний раз играл на выпускном в школе. А в общаге играл лишь в мужской компании, и то лишь пару раз. Проверяю, настроен ли инструмент. Провожу подушечками пальцев по струнам. Смотрю в ее глаза, и слова, давно забытой песни, слетают с моих губ.

Я буду петь для нее.

***

Ночью я так и не спала, его бархатный, тихий с хрипотцой голос и слова его песни до сих пор крутятся в голове:

В моей жизни ты будешь одна – ЛЮБИМАЯ

Еще взгляд его помню, пронизывающий, словно разряд, попадающий прямо в сердце и бегущий мурашками по всему телу. Мне так хотелось, чтобы эти слова, что он пел, были для меня. «Но это всего лишь песня, а ты Вика просто размечталась» – мысленно повторяла я себе, но часть меня была уверена, что он пел именно для меня. Когда он отложил в сторону гитару, то посмотрел на меня так, будто ждал чего – то. Но, так и не дождавшись, лишь улыбнулся. И я тоже не смогла сдержать ответной улыбки.

А потом все забыли про игру, Женю просили спеть еще и еще, все подпевали ему, и не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.

Но он оборвался очень быстро и неожиданно. В комнату вошла незнакомая девушка. Он не сразу ее заметил, а она, облокотившись на дверной косяк, тоже слушала песни. И мне, кажется, что она была очень удивлена, смотрела растерянно, но в тоже время восхищенно. Но как только он ее заметил, то в мгновение ока изменился в лице, улыбка сползла с его лица, а пальцы больше не играли перебором.

– Извините, – только и сказал он, а потом вручил Саше гитару и вышел из комнаты. Девушка пошла за ним следом.

– Кто такая? – тут же интересуется Ленка, провожая их взглядом.

– Катька.

– Его девушка?

– Он перед нами не отчитывается.

– Интересненько. Надо узнать.

А мне вот все равно. Мне кажется, я влюбилась.

***

Кто он, это Евгений? Порядочный парень или беспринципный ловелас? Если эта Катя не его девушка, почему тогда он ушел сразу, как она пришла? Хотя если бы она была его девушкой, он бы не прошел мимо нее. А может они просто в ссоре? А вчера помирились. Чары вчерашнего вечера рассеялись, и я начала здраво мыслить, ну или просто мыслить. И чем больше я углублялась в эти мысли, тем больше мне становилось обиднее, хотя по факту, он ведь мне ничего не обещал, он даже не разговаривал со мной. Хотя как пел паршивец, и ведь прожигал меня глазищами своими. Ни Ленку, ни даже Таньку с ее буферами, а меня. Меня!

Увлеченно уже пятую минуту тру губкой для посуды свою чашку, будто хочу смыть с нее рисунок.

Чьи – то ладони смыкаются на моей талии, кружка выскальзывает из рук, ручка кружки ломается о раковину, я поднимаю голову и в зеркале встречаюсь взглядами … с Пашей.

– Привет, – тихо шепчет он, целуя в шею, еще крепче прижимая меня к себе.

А я пошевелиться не могу, чтобы оттолкнуть. Стою и смотрю на него через зеркало.

***

– Не все еще вчера сказала? – сталкиваюсь у душа с Катериной, и судя по ее виду, она в душ не собирается. Меня ждет.

– Я хочу извиниться, – начинает она.

– Не стоит, – все, что она обо мне думает, я услышал вчера, и принял к сведению, чтобы в очередной раз не быть, как там она вчера сказала «лживой скотиной», – пропустишь?

– Жень, почему ты никогда раньше при мне не играл на гитаре?

О, господи. Да, что ж ты докопалась до этой гитары?

– Ты не просила.

– А она, значит, попросила?

Бинго! Вот этот вопрос у нее вчера вертелся на языке, но задать она его так и не решилась, убежала. А вот сейчас все же выплюнула его из своего рта.

– А она попросила, – спокойно и с улыбкой на лице отвечаю я.

– Мы два года были вместе, а ты от меня скрывал.

– Тебе больше докопаться не до чего?

– Я просто хочу понять.

– Что ты хочешь понять? Почему я не бренчал тебе серенады у двери?

– Да!

– Ну, как – то тупо играть у своих же дверей.

Хлесткая пощечина опалила мою щеку. Юрка, который как раз заходил в общий блок, замер на месте, а потом развернулся и ушел прочь. Катя, кстати, тоже уже убежала и обиженно хлопнула дверью.

Согласен, некрасиво напоминать девушке о том, что в первый же вечер знакомства она осталась у меня на ночь. А теперь ей видимо обидно, что ее «бастион» я не завоевывал, что он пал передо мной через пару часов после знакомства.

Вытирая мокрую голову полотенцем, я возвращаюсь к себе в комнату.

– Ты не переборщил? – интересуется Юра.

– Не знаю я. Такое ощущение, что она специально меня из себя выводит, – раздраженно бросаю полотенце на кровать.

– Ревнует она, тупо ревнует.

– К кому? К гитаре?

– Мне кажется, она сейчас и к дверной ручке начнет ревновать, потому что ты ее своими горячими ладонями обнимаешь, прежде чем дверь открыть. Держись, друг. Зря ты признался, что есть интерес к другой девушке.

– Да, я просто сказал, потому, что выбесила.

– А может, и не просто сказал, – лукаво улыбаясь, друг обувается в свои любимые кроссы. – Все, я ушел на пары.

Но я вместо пар иду на два этажа выше, к Генке Селиверстову. Беру у друга гитару. Что ж Катька, ты хотела песню. Будет.

На общей кухне, ставлю табурет посреди и сажусь. Решительно пальцы, касаются струн:

Моя бывшая любовь…

Знаю, она услышит, у нее всегда двери открыты.

Я тебя давно забыл.

И уже совсем не вспоминаю.

Она выходит, а вот думал, что не решится. Замерла в дверном проеме, по щекам текут слезы. И у меня тоже слезы, только внутри. Сердце безжалостно сжимается, но по – другому я не могу поступить. Рвать надо жестко и безжалостно.

А потом упрек потоком за упреком.

Последний аккорд. Держа гитару в руке, подхожу к девушке. Стираю пальцами слезы, целую в макушку.

– Прости.

Ухожу. Мне больше нечего ей сказать.

Глава 9

– ТОН, КСЕ, ТУ, ТЭ. Не расписание, а шифровка для шпиона.

– А чего это ты ворчишь? – прожигает меня своими любопытными глазами Ленка, – это моя привилегия. Не из – за Павлика ли ты такая дерганая?

Мы сидим на лавочках между этажами. До лекции еще минут двадцать.

– Вот зачем ты полезла со своими вопросами к нему? А не хочешь ли ты ее до универа проводить? А у нас сегодня три пары, встретишь?

– А что такого? Хороший парень. Ну, подумаешь, перебрал вчера. Зато как пел. Ласковая моя, нежная, – получает от меня по лбу тетрадью. – И утром пришел.

– Ну, если он тебе так понравился, так возьми его себе.

– Мне чужого не надо.

– Лена, он мне не понравился. Я не хочу, чтобы он провожал меня в универ, не хочу, чтобы встречал.

– Дура. Парень городской. Сашка сказал, у него своя собственная квартира. Ты ж хотела в квартиру переехать? Вот тебе шанс покинуть общагу.

– Ты сейчас издеваешься, да?

– Я не понимаю, что не так? Ты даже его толком – то не узнала. А Сашка говорит, что он классный парень и девушки у него нет. А ты ему очень понравилась. Он даже твой номер телефона попросил.

– Только не говори, что у него есть мой номер телефона, – сердце начинает бешено стучать, и отнюдь не от приятного волнения. – Ну, что ты молчишь?

– Сама просила не говорить.

– Я тебя придушу ночью.

Ну, почему она вечно лезет не в свое дело?

– А может, ей нравится другой парень, – наконец, в разговор вмешивается Таня.

Вот лучше бы продолжала молчать.

– И кто же? Женька этот. Не спорю, парень не плохой, и поет так, что мурашки по коже. Но есть одно большое «но». У него девушка есть. Как ее там, Катя, – переходя на шепот, спрашивает Лена. – Или ты решила отбивать?

– Ничего я не решила. И отстаньте от меня. Мне и одной не плохо.

Не желая больше говорить, прибавляю шаг и сливаюсь с толпой сокурсников, спешащих на пару.

***

– Тихо, – командует Ада Дмитриевна, наш преподаватель по экономической теории, девушка лет двадцати пяти, стройная, эффектная. Отчего мужская половина нашей группы никак не может угомониться.

– Я сейчас раздам вам темы рефератов. На выполнение даю две недели.

– А может, ну их, рефераты эти, Ада Дмитриевна, – выкрикивает Юрка с четвертого ряда. – Может, всей группой в кино сходим?

– В кино? – улыбнулась преподаватель, – конечно, в кино группой вы можете сходить, но без меня.

– Ну, так не интересно, – не сдается парень.

– Мотивация нужна? – спрашивает она, оглядывая группу. И мне становится очень стыдно, за поведение парней.

– Конечно, нужна, – кричит парень, сидящий рядом с Юрой.

– Будет. Те студенты, которые защитят работу на отлично, получат зачет автоматом, – тут Аду Дмитриевну поддержала аплодисментами женская половина группы. – Работы не индивидуальные, вы будете выполнять их парами, – Ада Дмитриевна замечает, что Ксюша, что – то шепчет на ухо Диме. – Ксения вот вашу сладкую парочку, я скоро рассажу. Итак, работу на тему «Электронные деньги: сущность, виды и формы использования» будут выполнять Курынская Ксения вместе со Швецовой Викторией.

– Ого, – едва сдерживая нервный смешок, выдает Ленка.

– А кто это? – надменно интересуется Ксения.

Ада Дмитриевна удивленно смотрит на меня, но не комментирует.

– Я, – поднимаю руку, чтобы она меня увидела, преподаватель одобрительно кивнула.

Вот уж мне повезло. Делать одну работу с белокурой выдрой. Она даже не здоровается со мной. Да и я не горю желанием с ней общаться.

– Лебедев Юрий с Громовым Артемом, – смотрит она на выскочек, требующих мотивацию, – напишут нам работу о выдающихся русских экономистах и их идеях. Петрова Юлия с Федотовым Олегом расскажут нам о лауреатах Нобелевской премии в области экономике. Трофимов Дмитрий будет выполнять работу на тему «Золото и его роль в развитии хозяйства» вместе с Романовой Татьяной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.